Карпухина Надежда Валерьевна: другие произведения.

Вера

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Продавай произведения на
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Ещё одна история о вампирах, посвящённая моей сестре, которая и поддержала меня в написании этого рассказа. На самом деле история вполне обычная, но я постаралась не делать её такой уж похожей на все истории в стиле "девочка - вампир".

  ***
  Я лежала. Не спала, просто отдыхало моё тело. Слышала, как кто-то плачет. Я вижу! Я вижу с закрытыми глазами. Куча народу, снег вокруг, серое небо. Никогда не думала, что в такой день будет серое небо, хотя надеялась на это.
  В мозгу прокручивались одни и те же картинки. Я, Олег, мы садились в машину. Что нас дёрнуло, поехать на такси? Мы ведь всё время пользовались троллейбусами. Такой добрый был водитель. Сказал, что довезёт за бесплатно, так как ему в ту же сторону.
  Олег, о, любитель халявы! Зачем ты согласился? Не лежали бы тогда почти рядом.
  Машину заносит на льду, и она съезжает с дороги. Пробивает железные перила и летит с моста прямо в реку.
  Увы, но жизнь перед глазами не проносилась, только приближающийся блестящий лед.
  Очнулась я уже дома. Вернее люстра, висевшая надо мной, была нашей. Лежала на чем-то мягком, но тесном. С двух сторон были деревянные бортики. Я испугалась, захотела встать, но не смогла. Даже не шевельнулась! Чувство умершей, чей дух чудом остался в теле. Может так умирают мне подобные? Безмолвно наблюдая за разложением своего тела. Это и есть вечность?
  Я услышала биение сердца. Знакомое биение. Олег, мой милый друг.
  Значит Олег, как и я, жив, если так можно выразиться. Дыхание его было слишком тихим, что бы услышал человек. Да и сердце. Любая кардиограмма не запишет этого редкого и приглушенного звука.
  Кто-то вошел, я не знала кто. Я только услышала скрип двери. Я забеспокоилась, казалось, мой дух дважды повернулся в неподвижном теле.
  - Милые дети! - голос. Я знала этот голос. Это все происходит из-за него! Во всем виноват только он!
  Мы учились с Олегом в одном институте. Вместе ходили в школу. Друзья детства без вариантов на нечто большее. Снимали мы однокомнатную квартирку вместе. Спали на соседних кроватях. И однажды меня разбудил крик. Я немедленно встала и включила свет. Олег сидел в углу комнаты, сжавшись в маленький шарик. Футболка его была мокра от пота, волосы тоже свалялись.
  Я подбежала к нему, он страшно закричал и вскинул руки перед собой, не подпуская. Я долго уговаривала его. Он кричал, бил себя по щекам, корчился от боли, но не давал мне подойти.
  - Что с тобой? Расскажи мне, я пойму. - Это было всё, что я могла ему предложить.
  - Ты... ты не поверишь! - он всё прятал своё лицо.
  - Проверь это.
  - Я, я... вампир! Меня обратили!
  Да, признаться, я не поверила. Но так как я особо рациональностью не страдала, я решила промолчать, и пошла дальше.
  - Хорошо, и что?
  - Дура что ли? Я превращаюсь!
   - Ты же вампир, а не оборотень. - Ни капли эмоций. Во мне не было ничего. Ни удивления, ни призрения, ни страха.
  - Зубы, болят...
  Я отвела его руки от лица. Весь рот был в крови, губы изорваны. Впереди явно выделялись два клыка. Острые, как иголки. Олег заплакал.
  - Ну и что? Зубы как зубы. Вампиру такие и положены.
  - Вера, тебе лучше со мной не общаться, я съеду куда-нибу...
  - Смеёшься? Я никуда от тебя не денусь, только попробуй! Из-под земли достану, и ты знаешь, что это правда. Никакой вампиризм не спасёт!
  Так мы и жили, пока в один прекрасный момент он не сдержался и не укусил меня. Очнулась я от боли во всём теле. Олег был в крови, на глазах слёзы. Он молчал, и я молча скулила извиваясь на полу. Закончилось, как ни странно быстро, но я жутко хотела есть. Поела, несмотря на все предостережения друга. Ничего страшного не случилось. Хуже не стало, да и лучше в принципе. Олег дал немного своей крови. Вернее это был просто роман в сорока шести главах об уговаривании меня, но в итоге мне пришлось согласиться. Я сделала всего пару глотков, но больше мне и не хотелось. Я себя прекрасно чувствовала. Может от того, что всю жизнь любила обильно поесть? С тех пор мы тренировались во всём, чем только можно. Бегали, прыгали, гипнотизировали. Особого успеха добился Олег в выдержке. Правда она у него была ещё с самого детства. Мой же талант открылся случайно.
  Я работала в ресторанчике певицей. Пела разные песенки на заказ. Всегда люди танцевали, а вот однажды просто остановились, как я начала петь. Даже официанты застыли с подносами в руках. Я подумала, что страшно фальшивлю, прервала песню, и тут же всё пошло, как и раньше, люди двигались в такт музыке, а рабочие принимали заказы.
  Я уволилась из того ресторана сразу же. В принципе мои родители боли против работы, по этому, ничего о ней и не знали.
  Всё было хорошо, пока я не познакомилась с ним, с Александром. Он сразу невзлюбил меня. Всё время пытался мешать моему общению с Олегом.
  Этот человек был хозяином нашего города и тем, кто обратил моего лучшего друга. Как оказалось, у Олега были от меня большие секреты! Я не хотела это слушать. И уж думать об этом тем более. Для меня главное было то, что Олега забирают к себе, а меня собираются выкинуть, как собаку. Ведь потом Олега Александр заберёт, а я так и останусь в этом деревянном ящике, пока через каких-нибудь пару тысячелетий меня не раскопают инопланетяне.
  И вот я лежала и слушала этот голос...
  - Скоро всё закончиться! Потерпите до вечерочка, а сейчас прозрейте!
  Я увидела. Я увидела лицо Александра, хотя была уверена, что мои глаза были закрыты. Мужчина ухмылялся, но его слова дал мне надежду на спасение.
  Время пошло. Начали заходить люди... Лучше бы, я продолжала быть в неведенье. Столько лиц, которые слезами умывались, но их глаза были абсолютно безразличными. И это всё близкие мне люди? Вот подруга лучшая, которая прошептала мне на ухо "Печально, но так лучше для тебя!". Вот одноклассница, с которой я за всю школьную жизнь разговаривала раза два, и то по поводу информации от учителя, размазывала сопли по лицу и изо всех сил кричала, что мы всегда были вместе. Кто-то дошел до того, что начал выпрашивать мои личные вещи. Всё было до ужаса противно. Я поняла, зачем мне показал это Александр. Хотел поиздеваться. Нас отпели и вынесли из дома. Да, это всё просто невыносимо!
  На кладбище долго не церемонились, ведь декабрь на улице. Снега хоть и не было, но холодно было. Мамочка, папочка, бабушка. Вы потеряли всех родных, и теперь и я ушла от вас. Ну за что это мне? Нет, винить Олега я не собиралась, хотя и люблю искать козла отпущения.
  Потом всё стихло, только венок надо мной тихо шуршал. Похоронили нас вместе, вернее рядом. До тошноты пахло земле и разными корешками. Так прошло много времени. Я постепенно начала чувствовать руки и кончики ног. Я постепенно оттаивала. Услышала даже как застонал Олег, видимо он тоже приходил в себя.
  Прошла ещё пара часов. Олег прошептал, как я, я мыкнула в ответ. Голос ещё не вернулся.
  Вдруг появился кто-то. Шаги, и не одного человека, а нескольких.
  - Ну что, зайцы, соскучились? - Александр.
  Он сказал людям копать, те быстро справились с могилой Олега, потом перешли к моей. Когда мой гроб открыли, я даже смогла сама выбраться на землю. Мой друг уже стоял возле хозяина и о чем-то беседовал с ним.
  Я оглядела себя. На мне было короткое шёлковое синее платье. Терпеть не могу шёлк!
  Александр подошел ко мне:
  - Решай, куда ты хочешь пойти.
  Я вскинула голову и вопросительно посмотрела на него.
  - Олег упросил меня не убивать тебя, а дать свободу. Только ради него я согласился. Так что можешь решать куда пойдешь, но чтобы в моём городе я тебя не видел.
  У меня был шок. Выгнать меня, совсем одну? Я посмотрела на друга детства. На лице его была боль, но видимо он сделал всё возможное ради меня. Я так и стояла, Александр схватил под руку Олега и подал знак рабочим, которые на тот момент уже закончили своё дело. Я осталась совсем одна в туфлях, в платье, и с чудовищной болью в сердце. Только сейчас поняла, что всё происходит ночью. На небе были черны тучи, будто бы само небо меня презирало и избегало.
  Кладбище находилось почти на окраине города и граничило с лесом. Я пошла именно туда. Просто бродила и ни на что не обращала внимание.
  Мне было обидно, хотелось плакать, но я не делала этого ещё с 3 класса. Даже не помнила как это. Только глаза жгло.
  На дереве я увидела белку.
  - Что, красавица, ты тоже одинока?
  Зверёк смотрел на меня своими черненькими бусинками. Я протянула руку и позвала. Белка быстро спустилась с дерева и осторожно приблизилась ко мне. Меня это не удивило. Многим животным я нравилась.
  Взяв комочек шерсти на руки, я поднесла его к лицу. Видимо белка что-то разглядела в моих глазах. Все животные чувствуют всё намного острее. И сочувствуют порой даже сильнее чем люди. Маленькая лапка коснулась моей щеки. Тепло. Было чувство, что я меня поняли. Где-то треснула ветка, и белка поспешно скрылась. Я, мысленно попрощавшись с ней, пошла вглубь леса.
  ***
  Я сидела и думала, что же со мной не так. Вокруг лес, уже неделю я брожу по снежным простором, хорошо, что я не чувствую холода, хотя... если бы и чувствовала, то и не пошла бы в такую даль. А нет, пошла бы, выбора-то у меня особо не было.
  Посидев немного на поваленном дереве, я вновь встала и побрела на восток. Шла я где-то около часа, пока не услышала шум воды. Наконец вышла к речке довольно широкой, но не слишком глубокой. Течение было быстрым, и поэтому вода не замёрзла, и это был отличный для меня шанс поплавать, пока моё внимание не привлёк запах. Запах так знакомый до боли и желаемый до дрожи. Я медленно побрела на зов.
  На берегу чуть выше по течению лежал человек, видимо он не заметил капкан, в котором была его рука. Я подумала, что это довольно странно, но решила гнать мысли о капкане, впрочем, как и то, что человек один посреди леса, где хоть до какого-то посёлка больше тысяч километров, подальше. Сломать капкан мне не удалость, но перекинув человека, это оказался парень лет 25, через спину я осторожно стала поддерживать его руку.
  Теперь нужно было решать куда идти, иначе ещё чуть-чуть и парень замёрзнет, и помочь ему уже никто не в состоянии будет. Я принюхалась, и уловила едва различимый аромат дыма. Как можно аккуратнее, чтоб не тревожить человека, я побежала на запах, мысленно отмечая, что чувствую себя какой-то собакой.
  Человек был довольно тяжёлый даже для меня. Все время меня сбивала с толку кровь, я руку парня обмотала, конечно, своим платьем, единственное, что было не мне после похорон, не считая белья и туфель на шпильке, которые я за ненадобностью выкинула ещё в городской мусорный бак перед уходом, но все равно запах был слишком сильным.
   Бродила я долго, постоянно сбиваясь с пути и чуть не упуская дым, и мне казалось, что с каждым разом он все дальше и дальше.
  Бродила я до ночи, если бы не моё упорство, я бы уже с этим давно бы покончила, а ещё у меня была мысль убить этого человека под невинным предлогом, что б ни мучился, но это меня пугало, и я отчаянно продолжала идти вперёд.
  Лес наконец-то расступился и я увидела... людей, которые бежали ко мне явно не с радостью на лице, казалось, они знали, что я должна прийти. Наклонившись, я скинула парня на снег и закричала, что он ранен и ему нужна помощь, но мой голос утонул в возмущённых криках людей, которые требовали отойти от человека. Я вытянула руки вперёд, чтобы все видели, что я ничего не скрываю, и опустилась на корточки. Сзади на меня налетели, и я ударилась лицом о замёрзший снег.
   Скрутив, несколько мужчин повели меня к дому, который мне показался землянкой, настолько он тонул в снегу. Как выяснила я позже, это была самая обычная тюрьма. В ней я просидела до восхода, борясь с чувством голода. Не есть вторые сутки даже человеческую пищу было для меня слишком сложно. Когда в мою пещеру зашёл мужчина лет, выглядел он моложаво, хотя причудливые узоры морщин на его лице говорили, что ему никак не меньше восьмидесяти, если не больше. Он молча смотрел на меня и о чем-то думал.
  Я тихо попросила воды и хотя бы хлеба, за что получила оплеуху. От обиды на глаза накатились слезы, я, потирая щеку и поджав нижнюю губу, посмотрела на человека. Удивиться, сколько у него силы, я не успела. Низким голосом он заговорил по-русски:
  - Что тебе понадобилось здесь, существо?
  Я внимательно посмотрела на мужчину. Он знал! Он знал кто я такая. Оставалось мне узнать, что собой представляет этот человек, да и все люди, которые ходили где-то наверху.
  - Я шла по лесу, и возле реки увидела того парня. Он замерзал и был в крови, я решила ему помочь. Если бы не сбивалась с пути из-за крови, пришла бы раньше, - выдала я, - а ещё, чисто в благодарность, ну, или как последнее желание, дайте мне немного воды и много хлеба, я не хочу смотреть на вас как на окорок.
  - Хлеб тебе не поможет, что тебе нужно у нас нет, - сказал мужчина.
  - Ох, поверьте, я знаю, о чем говорю, хлеб поможет и ещё как! Конечно, более разнообразная еда мне поможет ещё больше, но просить у вас её я не посмею.
  Мужчина внимательно посмотрел на меня.
  - Почему ты решила помочь такому как я?
  - Все мы люди... - не успела я закончить, как меня ещё раз ударили.
  -Не смей сравнивать себя со мной! - Повысил голос человек.
  Я решила принять это как должное, поэтому продолжила, как ни в чем не бывало:
  - ... и каждый жить хочет, вот я и решила помочь. У меня просто даже другой мысли не возникло.
  - Разве? А кровь тебе ничего не подсказала? - Ехидно произнёс мужчина.
  - Да, что скоро этот человек преставиться, и что нудно поспешить.
  - Ха! Ни за что не поверю, что вампиру не захотелось крови! - Деланно рассмеялся человек, признаться его лицо меня начало раздражать, и я подумывала, не вцепиться ли ему в горло. Переступив через себя.
  - Ах, раз вы решили называть вещи своим менами, то за день до встречи я перехватила пару глотков лисы и пригубила двух зайцев. Вчера утром жевала еловые иголки, на вкус гадость, но крайне питательная. Немного покушала орешки, благодарность белке, я взяла не много. Поэтому я ничего есть не хотела, так что мне было не до мыслей о крови, а вот сейчас я очень бы не отказалась! - Разозлилась я.
  - Ты способна есть человеческую пищу и получать насыщение? - Удивился человек.
  - Да!!!! Дайте мне пожрать, а то я когда голодная становлюсь очень раздражительной!
  Мужчина не сказал ничего и вышел из моей тюрьмы. Через некоторое время появился с большой глиняной кружкой молока и 3 ломтиками хлеба, намазанными маслом.
  Я накинулась на такой богатый завтрак, и чувствовала себя счастливым щенком!
  Мужчина же прислонился к двери и молча наблюдал за мной. После того как я уничтожила всю еду, я попросила обратно своё платье, мне не отказали, и человек вывел меня з моего плена.
  Я, наконец, разглядела деревеньку, в которой находилась. Моя тюрьма мало чем отличалась от всех домов в поселении, разве что выглядела более запущенной.
   Домов всего было 10, вокруг сновали дети, когда они увидели меня, младшие спрятались за спины старшим, а те, насторожившись, внимательно следили за мной. Женщины с алюминиевыми мисками, наполненными рыбой, с ненавистью смотрели, как я иду за мужчиной. Повернув голову, я заметила парня, которого вчера нашла на снегу. Выглядел он значительно лучше, да и рука его видимо замечательно работала, раз в руке он держал топор.
  Я улыбнулась и спросила у мужчины впереди все ли в порядке у парня. Мне невнятно ответили. Я не стала переспрашивать. Сопровождаемые явно не дружественными взглядами мы дошли до дома, выглядевшего самым крупным. Мужчина пропустил меня вперёд. Внутри было тепло, но не слишком уютно. Дом был всего с одной комнаты. Я так решила потому, что не увидела кроме входной больше ни одной двери. Квадратная комната была разделена посередине печью, которая видимо была здесь ещё со времён Стеньки Разина. Штукатурка почти вся облетела, а сама печь покрылась сажей. Может, топили в этом доме "по-чёрному". Спали, конечно же, на ней же, хотя может и на широкой лавке, которая стояла возле стены. Радует то, что "красного" угла я не увидела, а то решила бы, что попала в прошлое! Посреди комнаты стоял стол, окружённый, как ни странно, тремя табуретками. Возле печи стояло два железных ведра, наполненными водой. Возле стола крутилась худенькая женщина приблизительно того же возраста, что и мой сопровождающий. Когда мы вошли, она подняла голову и с ужасом посмотрела на меня. Потом в глазах её отразилось удивление, после возмущение.
  - Ты что с девочкой сделал? Она же так замёрзнет! - Грозно крикнула она на мужчину.
  Прежде чем тот ей что-либо ответил, я поздоровалась и сказала, что мне вовсе не холодно. Поблагодарила за заботу и за угощение, которое как мне показалось, приготовила она. Видимо я не ошиблась, так как женщина кивнула, схватила меня и повела к печи. На мне вдруг появилось большое пуховое одеяло, под которым я чуть не задохнулась. Я тихо сидела, пока люди разговаривали. Как оказалось, это была супружеская пара. Мужчину звали Фёдором, женщину Наталья. Они разговаривали по поводу меня. Я совершенно не слушала, и, поддерживая тяжёлым одеялом, заснула сидя.
  Через некоторое время меня разбудили и посадили за стол. Я, по-прежнему завёрнутая в одеяло, поплелась к столу. На сей раз было мясо с варёной картошкой. Я особо картофель не жалую, но как говориться "на безрыбье...". Съела я все за милую душу и даже быстрее всех.
  Потом быстренько перебежала к печи, чем вызвала бурю эмоций у мужчины. Но когда я забилась в угол и затравленно посмотрела на него, Фёдор немного остыл и продолжил есть. Я опять заснула.
  Проснулась я от громкого разговора, когда открыла глаза, была немало удивлена количеству людей находившихся в комнате. Все что-то бурно обсуждали.
  Рядом стоял парень, которого я спасла. Он смотрел на меня...
  - Я Влад. - Коротко и ясно.
  - Как ты? - Тихо прошептала я. Он услышал.
  - Я хорошо! - улыбка. Какие белые зубы. Даже у меня, вампира, не такие. - Они решают, что с тобой делать. Фёдор доказывает, что ты не опасна и способна жить в мире. Он решил, что ты не убиваешь, раз стараешься, есть больше человеческую пищу.
  - Хм, все такие просвещённые, что я прямо боюсь спросить, кем вы являетесь! - так же тихо, чтоб никто не заметил моего пробуждения.
  - Мы оборотни. - Влад скромно улыбнулся.
  Как же не догадаться. Сейчас весь мой страх накинулся на меня как гриф на падаль. Все равно, что корове в аквариум с пираньями. Надежда, конечно, была, что они посчитают меня всего лишь жалкой корягой, но умирала с каждыми возмущёнными криками. И самое нелепое, что могло со мной произойти, так это... я начала икать. Громко и очень смешно, срываясь чуть ли не в фальцет.
  Все мои попытки слиться с местной архитектурой не увенчались никаким успехом. Все тут же обернулись и замолчали.
   Вот тут понеслось.
  Едва мне дали отдышаться, так начался допрос. Что со мной произошло? Как я сюда попала? Почему решила помочь?
  Я сотни раз каждым людям говорила одно и то же. И все же решающее слово было за Натальей. Я ей, по всей видимости, понравилась, и она сжалилась надо мной. Мне дали свитер, куртку, видавшую виды, старые потёртые джинсы и сапоги, которые я была вынуждена надеть на босу ногу.
  Так же мне дали странный медный браслет. Я спросила у Натальи, что он означает, и она мне ответила:
  - Он будет знаком для других оборотней, что тебя можно не трогать.
  - То есть я неприкосновенна?
  Наталья была занята, готовила мне в путь "кулёчек", как она выразилась, поэтому ответила не сразу.
  - Не всегда. Он будет ржаветь, если ты хоть когда-то выпьешь человеческую кровь. - Красноречиво посмотрела на меня женщина.
  Целый день я ходила за ней хвостом и как маленькая расспрашивала обо всем на свете. Меня по-матерински терпели и отвечали на все вопросы.
   Никогда я ещё не чувствовала себя такой занудой, но тот факт, что от этих людей скрываться не нужно, заставлял меня считать их чуть ли не своими родственниками!
  Переночевала так же в углу и под неподъёмным одеялом. Утром меня отправили в путь. Провожали меня не так много людей, но это и хорошо. Я, не церемонясь, сказала "Прощайте!" и, повернувшись, скрылась в лесу.
  Еда уже на меня не действовала должным образом, и мне пришлось расстаться на время с рюкзаком и поохотится. Благо мне подвернулся милый олень. Он отделался лёгким испугом и парой шрамов...
  ***
  Все так же бродила, пока не услышала голоса. Спрятавшись, я стала выжидать. На опушке появилось два ребёнка лет десяти.
  - А там, прикинь, тот чувак, который им кеды дал! - Говорил мальчик в желтой куртке. Хоть он и был ребёнком, выражение лица у него было явно не детским. Видимо сказывались игры про войну.
  Второй ребёнок был одет чуть победнее. Куртка у него была старая, я приблизительно такую видела на детской фотографии мамы, где она играла с друзьями в песочнице. Да и лицо было ангельским. Может из неблагополучной семьи.
  - И что, он победил?
  - Ты чё, естественно! Он же тип клёвый! - Держался первый слишком высокомерно.
  Я решила выбраться из своего укрытия. Тихо запела песенку, потоп громче и вынырнула из-за дерева. Дети замерли и уставились на меня. Я сделала вид, что только что их увидела:
  - О! Привет! И как вы тут оказались?
  Дети переглянулись.
  - Я не разговариваю с такими людьми! Пошли, Вань. - Сказал мальчик в желтой куртке и потянул двумя пальчиками друга за рукав.
  - А вы как? - Произнёс этот Ваня.
  - Я путешествую, - я ослепительно улыбнулась.
  - Так вы не бомж? - Мальчик мило улыбнулся. - Вы, наверное, рождественское чудо? Снегурочка?
  Я рассмеялась. Наивность малыша умаляла. Его глаза были небесно-голубые, чистые и добрые.
  - Нет, я не Снегурочка! Но я знакома с ней! - Я вспомнила то время, когда в школьном театре играла бабу Ягу, а моя подруга была внучкой Дедушки с подарками, кстати говоря Олега.
  - Да? - удивлению Вани не было предела.
  - Ты что? Я тебе сотню раз говорил, этого старого хрыча не существует! - рассердился второй парень. Но друг его не слушал.
  - А вы можете ей сказать, чтоб она передала Дедушке, чтобы он мне подарил кусочек торта?
  - Торта?! - Признаться, я такого не ожидала. Этот мальчик никогда не ел торта?
  - Давай так! Ты меня отведешь в город, и я там поразмыслю, что можно будет сделать!
  Парень в жёлтой куртке потянул парня за руку, и зашептал на ухо:
  - Ты что, а вдруг она врёт. Может она убить тебя хочет!
  Ваня протянул мне свою маленькую тощую ручку. Он оказывается намного меньше, чем казалось. Просто куртка его была размера не три больше. Я протянула ему свою. Мальчик повёл меня в неопределённую сторону, постоянно оглядывался и улыбался. Какой же симпатичный малец вырастет. Может мне его подождать? Гм... глупая мысль.
  Туда, куда меня привели мальчики, второй парень тоже плёлся сзади, был вовсе не город, а деревня. Она была разделена на две части. С одной стороны строения, похожие на замки, с другой обыкновенные дачи.
  Парень в желтой куртке, сказав, что мы оба чокнутые направился к части богатых домов, а меня Ваня повел к краю деревни. Там стоял полуразвалившийся домик. Когда-то он был выкрашен в голубой, но сейчас вся краска облупилась. В стенах сияли дыры. Дверь отсутствовала.
  - Проходи! - сказал мальчик.
  Я старалась не прикасаться к грязным деревянным доскам, лишённых штукатурки на стенах.
  Мальчик провёл меня в маленькую, заваленную хламом комнатку. Судя по умывальнику, в котором было огромное количество бутылок, это была кухня.
  - Хотите чаю? Только он холодный будет.
   - У тебя есть чай? - признаться, я была удивлена. В доме не было ни одной чистой вещи. Понятно, почему на нём такая потрёпанная одежда.
  - Конечно! Я нарвал летом мяты и засушил. - Мальчик засветился.
  Всё походило на ситуацию в сводках по НТВ. Родители, дети, представители опеки...
  - Скажи, а где твои мама и папа? - Я взяла алюминиевую кружку, которую он только что протёр грязной тряпкой.
  - Мама у друзей... - Улыбка с лица Вани исчезла, но ненадолго.
  Он отыскал среди мусора железный чайник с отбитой эмалью и налил мне какую-то жидкость, почти прозрачную. От неё действительно пахло мятой. Мальчик на меня смотрел с ожиданием. Я выпила. Я не могла не выпить.
  - Как вкусно! Ты молодец!
  Ваня расцвёл!
  - Так вы скажете Снегурочке?
  Ох, придётся импровизировать.
  - Так, давай сделаем по-другому! Ты останешься здесь, а я пойду, попробую позвать её. Может, придет! - Я пожала плечами. Решила не давать ему надежды, но я ведь не знала, что выйдет з моего плана.
  Он счастливо закивал.
  Я вышла из дома и пошла в сторону центра деревни. Как я и думала, магазин находился там. Вполне себе красивый. Построен из красного кирпича с пластиковыми окнами, и надписью "Магазин Лариса".
  Я зашла внутрь. Внутри на потолке горели гирлянды. Везде была мишура и вырезанные из бумаги снежинки. Возле кассы сидела молодящаяся женщина в синем переднике, видимо та самая Лариса. Лицо у неё было, на мой взгляд, обрюзгшим и недовольным жизнью. На мой приход, который сопровождался звоном дверного колокольчика, продавщица никак не отреагировала.
  Я подошла к прилавку. Ноль эмоций.
  - Простите. Вы не могла бы мне помочь?
  Женщина посмотрела на меня скучающим взглядом.
  - Мне подарили серёжки с камнем, но я не знаю что это за камень, но не стекло уж точно. А вы как истинный ценитель прекрасного, вы ведь, несомненно, прекрасная женщина, не могли бы мне помочь.
  - Я не ювелир, - голос у неё был глухой и холодный.
  - Я знаю, но вы можете мне помочь, я ведь чувствую это!
  Сняв серьгу, я протянула её продавщице. Я видела, как глазки её загорелись и ухмыльнулась.
  - Это видимо бриллиант. - Произнесла она возбуждённым голосом.
  - Действительно? О! Я не люблю бриллианты. - Я сделала задумчивое лицо. Продавщица, не мигая, уставилась на меня. - А знаете, я думаю, что смогла бы отдать их ВАМ!
  Глаза женщины расширились.
  - Но, не за просто так. - Продавщица отпрянула от кассы. А что она хотела, бесплатный сыр ищи в другом месте... - Я хотела бы что-то вкусненькое! Как насчёт - обменять серьги на торт?
  На меня посмотрели как на умалишённую, но потом скосили глаза на холодильник, где лежало пару рулетов в ореховой крошке и одинокий торт "Сметанный". Стоимость торта вряд ли бы дошла до стоимости серёжек даже раза в два, но больше я ничем не смога расплатиться.
  - Вы смеётесь? - её слова, может разум, пересилил жадность?
  - А в чём проблема? Думаю достойная плата за такую драгоценность. Зато представьте о чувствах, которые вы вызовите у своих знакомых.
  Женщина посмотрела куда-то сквозь меня, видимо представила.
  - Торт не свежий...
  - Я переживу.
  Всё прошло удачно. Никогда не питала к побрякушкам особой тяги. Есть - хорошо, нет - тоже не плохо. Гордая, я пошла к дому Вани. Он был там. Сидел, закутавшись в мокрое и всё в дырах одеяло. Когда он увидел меня, вскочил и подбежал ко мне.
  - Я разговаривала со Снегурочкой!
  - Правда? И что она сказала? - Какие же лучистые у него были глаза!
  - Она передавала тебе привет и от Дедушки кое-какой подарочек!
  Я достала из рюкзака торт.
  Я даже не знаю, как описать чувства мальчика. Это счастье, вера, радость, мечта и все в одном лице!
  - Это всё мне? - На глаза его выступили слёзы.
  Я снисходительно улыбнулась.
  - Что вы делаете в нашем доме?! - Послышался голос со стороны двери.
  Я обернулась. Передо мной стояло не понятное существо . Растрёпанное, лицо было, как бы сказать, опухшее, всё в морщинах, казалось, что женщине, я всё же решила, что это женщина, было лет восемьдесят. Особа явно еле держалась на ногах. Язык её заплетался.
  - Хотите забрать моего сына? Не отдам‼! Сыночек мой...
  Она прошла мимо меня, я брезгливо отпрыгнула назад. У женщины на глаза навернулись слёзы, она начала обнимать сына что-то непонятно лепетать. Какая же дрянь!
  Разозлившись, я схватила это существо за воротник грязной куртки и вышвырнула вон из дома. Мальчик испугался и закричал.
  Я подошла к корчившейся на земле женщине и несколько раз "повозила" её лицом по снегу.
  - А! Убивают... Кто-нибудь!..
  - Запомни, тварь, такой как ты, никто не придёт на помощь! А теперь посмотри на своего сына!
  Мать заскулила, но я всё же насильно повернула её голову в сторону мальчика.
  - Желаешь, чтобы он мучился потому, что ты, тварь такая, алкоголичка? Не хочешь, чтобы отобрали сына? - Для пущей убедительности я её и встряхнула пару раз, а потом зарычала едва слышно на ухо. - Так перестань пить и найди работу.
  Казалось, весь алкоголь выветрился из её организма, на меня посмотрели вполне трезвые глаза.
  - Поняла? - Рявкнула я и оскалилась.
  Женщина выпучила глаза и быстро замотала головой.
  - Вот и умница! Я навещу вас, в будущем, так что постарайся! Не хочу в следующий раз увидеть руины вашего дома и руины в сердце мальчика. - Я улыбнулась. - Хуже будет, я думаю, ты поняла.
  Потом я встала, отряхнула куртку от снега. Мальчик подбежал к своей маме, та попыталась спрятать сына от меня.
  Я ещё раз кинула взгляд на женщину и побежала прочь. Вглубь леса.
  ***
  Ох! Сколько же времени я бродила по лесам. Но как ни странно, казалось, я знала куда идти и пришла. Берлин...
  Я брела по городу и не верила самой себе. Меня поражали ярко украшенные перед рождеством дома, кучи людей одетые в костюм Санты и дети с колпаками эльфов на голове. Мне хотелось потрогать светящегося оленя перед супермаркетом, поесть сладости, но, увы, средств у меня не было.
  Я прошла по железному мосту, свернула направо. По одну сторону были высотные жилые дома, по другую частные. Вокруг каждого маленького домика был чудесный сад, украшенный оленями, ангелами. Домики тонули в огнях. Я пошла дальше. Перешла ещё один мост, но он был более красивым. Подо мной лежала железная дорога. Перейдя по мосту, я пошла по прямой, пока не наткнулась на дом, первый этаж которого был выкрашен в желтый цвет. Так же на этом фоне нарисовали розовых мышей. Животные читали, играли в мяч, плавали в бассейне. Повернув направо, я стала рассматривать раскрашенную стенку, и пошла дальше. Вскоре домики закончились, и я вышла к перекрестку. Решая куда пойти, я съела лепешку, приготовленную мне в дорогу. Потом перешла дорогу на левую сторону и пошла мимо домов, после мимо парка, и ни разу не свернула. Вышла я к железнодорожному мосту и пошла вдоль его. Опять множество украшенных витрин. Вышла я к очередному скверу, и, решив попрощаться с железной дорогой, побрела мимо деревьев. Уткнулась я в полу стеклянное здание. Свернула направо. Вышла к магазину машин. Жаль, что не умею водить, а то... а то бы ничего не было, ведь денег и паспорта у меня тоже нет. Часы возле кафе "Benares" показывали 23.00, но на улицах было много народа. Лавка с фруктами, чуть выше по улице, так же работала, и покупателей было достаточно. На площадке возле дороги стояла куча велосипедов. Да, это не Россия, хотя у нас тоже очень замечательно! Видимо я вышла на самую оживленную улицу, раз народу прибавилось. Все радовались и спешили куда-то.
  Красная ратуша! Верее я решила, что это ратуша, так как на шпилях башенок были маленькие крестики. Логика логичная‼! Так же мимо я дошла до больших часов. Вот это настоящая ратуша! Большая, построенная из красных кирпичей. По две стороны от дверей на двух этаже были скульптуры. На другой стороне улицы были магазинчики. Повернула направо. Набрела на какую-то студию. Опять парк, на заборчике ещё одна скульптура. Захотелось зайти по пути в бистро, но денег не было, вечная проблема, поэтому молча облизнулась и пошла дальше. Через парк я вышла к трассе. На улице никого не было. На меня смотрел лес. Испугавшись маньяков, да, именно, хотя я буду покруче сразу трёх насильников, я побыстрее пошла вверх по тротуару, держась ближе к домикам. Страшась деревьев, я пошла выше, надеясь выйти на главную улицу. Люди мне всё же начали попадаться. На автобусной остановке сидела пожилая дама и молодой парень. Деревья не закончились, но с одной стороны я увидела дома. Красивые, с садиком.
  На главную улицу я все же вышла. Даже наткнулась на еще одну круглую ратушу. Оказалось, что я шла по трассе Герман - Гессе. Ох, сколько я ещё бродила. Я шла, бежала, потом опять шла и вышла к дому, построенному в форме змеи. Я уловила журчание воды и нашла маленький мостик на Кальвинштрассе. Под ним и заночевала, огородившись кучей снега.
  Проснулась поздно, всегда любила поспать, и опять пошла бродить. Перекусив в парке лепешкой Натальи, я пошла в сторону жилых многоэтажных домов.
  Я заглядывала в окна, наблюдала, слушала, завидовала. И почему мне не дали пожить еще совсем чуть-чуть? Так хотела встретить Новый год с родными.... Но эти мысли следовало бы гнать прочь, иначе все закончиться истерикой, а она мне сейчас ой, как не нужна.
  С упавшим настроением я поплелась к мосту, под которым ночевала.
   Я не заметила машину, которая прижалась к тротуару. Только передо мной выросла огромная фигура и что-то сказала. Я испугалась и захотела как можно быстрее отделаться от него.
  - I don't know. - Сказала я по-английски и поспешила обойти человека, да не тут-то было. Он опять что-то сказал, уже видимо не на немецком языке.
  - Russia. I don't know. - Повторила я.
  - Ты должна поехать с нами. - На ломанном русском выговорил мужчина.
  - Нет, не надо! Я ничего не сделала! Прошу... - страх держал меня не долго, я собралась всю волю в кулак, отключила сознание и сама пошла к машине. Человек шел следом. Я села на мягкое сиденье. В салоне было жарко, а я, питая до сих пор нежные чувства к теплу, расслабилась.
  Когда мы проезжали мимо какого-то торгового центра, я увидела его - шарик моей мечты. Рыжая с коричневыми пятнами кошка была как настоящая и висела в воздухе, среди общей массы надувных игрушек, повернутая головой ко мне.
  И как раз, о чудо, машина остановилась на светофоре.
  Я совершенно не думая вылетела на дорогу и пулей кинулась к шарикам. Мне что-то кричали вслед, но я не слышала. Я обрела чувствительность только когда уже стояла перед женщиной, которая их продавала.
  - Ты что творишь? - мужчина был в гневе, но видимо понял, что на меня ничего сейчас не подействует, да и не убегала я никуда.
  Женщина спросила меня что-то, видимо буду ли я брать шарик. Но я отказалась, жестом показав, что у меня нет денег.
  - Gib mir eins, bitte.(Дайте мне один, пожалуйста) - Услышала я голос мужчины. - Какой тебе?
  Радости моей не было предела. Уже через пару минут я сидела в машине и тарахтела, что всю жизнь мечтала именно о таком шарике, гладила кошку как живую и мурлыкала себе под нос Джинго Белз.
  За этими делами я даже не заметила как мы приехали и даже вообще какой дорогой. Здание было не большое, походившее на жилой дом. Так же богато украшенный гирляндами и рождественскими венками. В окнах были видны ангелы и снеговики.
  Я счастливо ахнула. Мужчина, который не отставал, весело рассмеялся:
  - Долго в лесу пробыла?
  - Нет, я просто русская, у нас так не украшают, ведь украдут. Даже елки на площадях забором обставляют. Поэтому такую красоту я впервые вижу!
  Мужчина видимо не всё понял, но виду не подал.
  В доме все оказалось как в американских фильмах. Лесенка напротив входа, куча дверей, узкие коридоры. Все стены выкрашены в белый цвет. На паркетном полу были светлые ковры. Я даже испугалась их испачкать своими сапогами, но мне не дали раздеться, а повели по лестнице. Я старалась идти на цыпочках, дабы не испортить прелесть. В коридорах стояли маленькие искусственные ёлочки, на карнизах была мишура и ленты, видимо здесь основательно готовились к рождеству.
  Меня привели в какую-то комнату. Там был большой телевизор и огромный диван. Парень, смотревший фильм, обернулся.
  - Was es? ( Что это?) - Спросил он.
  Симпатичный, светлые волосы, серые глаза. Пахло от него, почему-то, так же как и от Влада. Хм...
  - Das russische Mädchen. (Русская девочка.) - Сказал мужчина, который меня привёл сюда.
  - О! Ich heiße Kurtz! Und deiner? ( Меня зовут Курц. А тебя?) - Парень мигом соскочил с дивана и оказался напротив меня.
  - Вера.
  Расспросы длились не долго. В основном меня спрашивали, что я делаю в этом городе, и с какой целью пришла. Я показала браслет и всё объяснила. Я всё же была права. Это были оборотни. Мне даже позволили переночевать. Правда, всю ночь Курц задавал мне вопросы личного характера, а мужчина, его звали Макс, был вынужден переводить. Утром моя страсть к шарику прошла, и я оставила его парню, а сама опять отправилась бродить по городу.
  Ох, это я делала не долго. Меня опять схватили, но так добры уже небыли...
  ***
  Кабинет был очень богато украшен. Я точно не знаю, но такой стол и подобная мебель была, наверное, в кабинете Петра I. За столом сидел парень. Напыщенный индюк. Слишком хорош, слишком важен, слишком самолюбив. Слащавая улыбочка и беглый взгляд по моей фигурке.
  Я молча стояла и опустила глаза в пол, где лежал синий в узорах ковер, наверное, персидский. Признаться, я никогда не видела персидских ковров, как и в Питере не была, но мне казалось, что все почему-то именно такое.
  - Willkommen in Berlin! (Добро пожаловать в Берлин) - Услышала я.
  - Ich spreche nicht Deutsch... (Я не понимаю по-немецки) - Тихо произнесла я.
  - Wie heißen Sie? (Как вас зовут?) - Нет, он что, издевается? Хотя на это я ответ найду.
  - Ich heiße Vera. (Меня зовут Вера) - Не поднимая глаз, прошептала я.
  - Was? Deutsch? (Что? Немецкий язык?) - Облокотившись на стол, спросил он.
  Я это поняла как "Что вы можете сказать по-немецки" и тихо запела песенку, которая была как- никак кстати:
  - Stille Nacht, heilige Nacht!
  Alles schläft, einsam wacht
  Nur das Taute, hocheilige Paar.
  Holder Knabe im lockigen Haar,
  Schlaf in himmlischer Puh,
  Schlaf in himmlischer Puh.
  (Тишь и покой ночью святой.
  И в тишине пред святою четой
  В яслях дивный младенец лежит,
  Кудри свои разметал Он и спит,
  Спит в небесной тиши.
  Спит в небесной тиши.)
  Он молча наблюдал за моим представлением, а потом на чистом, без акцента, русском произнес:
  - Очень мило! Вы видимо не знаете, что перед появлением в городе, заранее нужно предупреждать хозяина?
  - Нет, не знала.
  - Ох, русские, страна крестьян и крестьянок?
  Я не поняла, это был намек, что я разговариваю на простом языке и без изысков, либо просто сравнение с Россией? Переспрашивать не стала. Быстренько подтянулась, гордо вскинула голову, немного нагло посмотрела этому хозяину в лицо.
  - Да, вы правы! Я происхожу из рода крестьян! Прошу прощенья, что поступила так неосмотрительно и своевольно, но я действительно не имела представления, что я могла бы сделать, дабы не волновать Вас.
  Парень криво ухмыльнулся, но я не стала обращать на это внимание.
  - Не стоит теперь уже переживать по этому поводу. Будьте добры рассказать мне кто вы и откуда.
  - Меня зовут Вера. Мне захотелось побывать в городе великих композиторов, так как я некогда была очень тесно связана с музыкой, вот и отправилась именно в Берлин.
  - Все ли в вашем роду были крестьянами? - вдруг стал серьезным мой собеседник.
  И сдались же ему эти крестьяне! Крепостное право уже больше сотни лет как отменили!
  - Да, все. Мой прапрадедушка по одной линии, правда, был учителем на селе, а по другой казначеем у немецкого барина...
  - Вот как? То-то я вижу, что вы не так просты, и воспитание вы получили достойное. - Грубо было меня перебивать.
  - Ну что вы, увы, но воспитанию я не поддалась. Да и к тому же слишком глупа для внучки учителя.
  - Только глупец скажет, что он умный. Вы, право, достойны большего, чем просто внучка сельского учителя.
  Ну, уж нет, я своей родословной не стыжусь, а горжусь!
  - Меня все устраивает! Благодарю. - Я слегка наклонила голову.
  - Простите и вы меня. Не очень хорошее начало для знакомства. - Миролюбиво улыбнулся парень. - Меня зовут Ганс и я хозяин вампиров в этом городе. Вы же моя гостья, но я действительно не мог знать с какой целью вы прибыли в Берлин, поэтому и накинулся на вас.
  - Ничего страшного, я все понимаю. - Я не знала верить ли ему или нет, но все ехидство в его голосе куда-то ушло, правда, сменилось оно видимо азартом. Его, скорее всего, забавляла эта ситуация, только поддаваться ему мне очень уж не хотелось!
  - Почему вы прибыли одна без хозяина, вы ведь новообращенный вампир, не так ли? - Сказал Ганс.
  - Да, меня действительно не так давно обратили, чуть больше месяца, но хозяина у меня нет.
  - Нет?! Как так нет? У такого молодого вампира не может быть хозяина! - удивлению его не было предела, я даже поразилась чистоте эмоции.
  - Это длинная история, но если вкратце, я нежеланный подчиненный. Меня попросили убраться как можно скорее из того города, где жила. Дальше вы знаете.
  Парень вышел из-за стола, обошел его и без церемоний облокотился на него с другой стороны, рядом со мной.
  - Вам нельзя бродить одной. На вас могут напасть.
  - Кого вы имеете в виду? - я невинно посмотрела на него.
  - Может, вы не знаете, но вампиры не единственный род, существующий на земле.
  - Не беспокойтесь обо мне. С оборотнями я встречалась и они, не посчитав меня опасной, отпустили. - Улыбнулась я.
  - Вы уже и там побывали? - Вспышка гнева.
  - Как только я пришла в город...
  - Я надеюсь, с вами хорошо обращались?
  - Да, не беспокойтесь. Накормили, напоили, и даже предоставили комнату для ночлега.
  Ганс улыбнулся чему-то своему, потом посмотрел на меня и сказал:
  - Все же вам не стоит быть без хозяина. Как на счет присоединиться к моему клану?
  - Нет, благодарю. Я предпочитаю свободу, так как на одном месте я долго не задерживаюсь, мне не хотелось бы быть зависимой от кого-то.
  О, какие у него глаза, желтые и большие, как у кошки.
  - Я не собираюсь ограничивать вашу свободу. Просто если вы будете под моей опекой, тогда у вас не возникнет таких проблем, какие только что произошли. - Вкрадчиво проговорил он.
  - Я думаю, что все равно откажусь, мне не хочется, чтобы мои проблемы решали за меня другие. - Я опустила взгляд вниз, иначе я бы не смогла отказать. Как там говориться? Если ты встретил удава, то смотри ему между глаз, чтоб не загипнотизировал?
  Я несмело посмотрела на Ганса. Он молчал.
  - Тогда как вы отплатите мне за беспокойство? - Через некоторое время сказал он. Слишком хмуро. Конечно, капризные мальчики отказов не принимают.
  - Предложите свой вариант. - Не до того было мне сейчас. Я бы ему при желании мороженое просто купила, а вот что ему с ним делать, решал бы сам.
  - С вами интересно беседовать, - улыбнулся Ганс. - Поэтому давайте сделаем так, каждый день в двенадцать часов ночи вы будите приходить ко мне.
  Я не успела возмутиться.
  - Не подумайте ничего лишнего, мы будем просто разговаривать или играть в шахматы. Вы умеете играть в шахматы? - Улыбнулся парень.
  - Да, я умею играть в шахматы. Мне придется согласиться, но я уверена, моё общество наскучит вам уже на третий день.
  Ганс рассмеялся, видимо у него мыло другое мнение на этот счет.
  - Буду рад видеть вас завтра у себя, - он посмотрел на меня как-то по особому. Видимо не все гости проводят ночи у хозяина города. - Кстати, где вы остановились?
  Ох, что я испытала в эту секунду. Сказать, что ночи провожу под мостом? Нет, я так не могла сказать. Что остановилась у оборотней? Нет, мало того, что это и не правда, так сверх проблем, которые у меня сейчас есть мне иметь не хотелось.
  - Пока нигде. Меня так заворожил вид рождественского города, что я бродила по улицам Берлина ночи напролет. - О как! Довольно таки благородно! Я прямо себе поразилась!
  - Это нужно исправить! В моем доме множество свободных комнат...
  - Нет, благодарю! - перебила. Но я не смогла вытерпеть.
  Придется завтра искать себе квартиру. Хотя оно и хорошо, но единственное, что меня останавливало, так это отсутствие денег. Способностей у меня никаких нет, а посему... опять ночь под мостом. Вид у меня, от этого, явно, не цветущий. Да и запах смущающий.
  - Ах да, конечно! Вы не хотите от кого-то зависеть... - нахмурился парень.
  Такое оправдание даже я бы себе не придумала. Нет, я вообще не такая уж независимая, просто мне очень хотелось этому Гансу что-то доказать. Я даже не знала что именно.
  - Доброй ночи, жду вас завтра у себя в двенадцать часов, - очаровательная улыбка.
  Мне открыли дверь и я вышла. Аудиенция закончилась.
  Джозеф - слуга хозяина города, проводил меня до выхода. Со двора я должна была выбираться сама, впрочем, ворота были открыты.
  На улице было холодно, я поёжилась и, кинув последний взгляд на дворец, поплелась под мост. Нужно было тщательно выспаться.
  ***
  Проснуться пришлось рано. Проснувшись, я пошла по улицам. По пути стащила газету, на которой были нарисованы домики, и карту Берлина. Потом у меня был шок, когда я поняла, что попросить-то я ничего и не смогу, ведь по-немецки я знаю лишь, как меня зовут.
  Будучи закоренелым оптимистом, я поплелась по адресам, выбирая самую маленькую площадь жилья. Ох, как же я намучилась. Я звонила в двери, смотрела на жителей, показывала объявление. Но те, как только понимали, что я совершенно ничего не могу им сказать, закрывали дверь прямо перед носом. Не отчаиваясь, я бодренько спешила по следующему адресу.
  На часах в магазине было уже около десяти, когда я пришла к последнему, выбранному мной адресу. Позвонила в звонок и стала ждать. За дверью послышалось шуршание. Мне открыла старушка. Про таких людей обычно говорят "божий одуванчик". Кудрявые седые волосы были перехвачены резинкой, одета она была в вязанную коричневую кофту и юбку на пару тонов светлее. На ногах были пушистые носки.
  После приветствия я ткнула пальцем в газету и по-русски произнесла "объявление".
  - О! Деточка! Так ты русская?
  Меня приняли, даже не спрашивая ни паспорта, ни денег, которые я должна была внести как в залог. Меня отвели в маленький сарайчик с печью, но с душем и туалетом. Это был летний домик. Меня чуть ли не насильно заставили выпить чай с печеньем в форме ёлочек и Санты.
  Как оказалось, фрау Ебель была дочкой русской эмигрантки. Её мать вышла в Берлине замуж и родила Анну, так звали бабушку, растила её по-русски - не балуя, и навсегда оставила в сердце девочки любовь к своей родине. Фрау мечтала побывать в России, но как-то не случилось. Сначала учеба, потом замужество, наконец, дети, а после - смерть мужа, а теперь она слишком стара для подобных волнении.
  Я отделалась от, любительницы поговорить, Анны около одиннадцати под предлогом, что слишком устала, и мне следовало бы принять душ.
  В ванной я нашла жидкое мыло, им и помыла голову. Полотенце мне любезно предоставила Фрау.
  Когда я вышла из душа, было без десяти двенадцать. Мысленно сказав себе явно не лестные слова, я начала вытирать волосы. Когда я оторвалась от этого занятия и подняла голову, на кровати сидел Ганс.
  - Уже двенадцать, а вас по-прежнему нет. - Строго сказал он.
  - Приношу глубочайшие извинения, я не рассчитала время и поэтому все так получилось.
  Я села на стул и внимательно посмотрела на хозяина города.
  - Милое жилище. Правда, у меня в доме убранство намного богаче.
  - Я не очень люблю роскошь. - Честно сказала я.
  - Вы со всех сторон пытаетесь прибедниться, не стоит этого делать. Вы могли бы быть и царицей. - Без капли эмоций произнес Ганс.
  - Царицей? - Я рассмеялась. - На меньше чем Богиня не согласна!
  Парень посмотрел на меня внимательным и долгим взглядом.
  - Я могу предоставить вам такой шанс. В честь Рождества и вашего прибытия в наш город завтра состоится бал.
  - Меня? Нет, благодарю, я не достойна такой чести. И к тому же, вы опять посчитаете меня слишком скромной, но я не очень люблю балы.
  - Вам приходилось бывать на балах? - ухмыльнулся. Ну, конечно же, нет, индюк напыщенный!
  - Готова поспорить, не на таких как ваш. И так же, я не люблю места, где много людей...
  - Там не будет ни одного человека, может, только на десерт.
  - Ох, тем более! Знаете, я предпочитаю торты или пирожные. А на счет людей, я имела в виду общество. Я предпочитаю находиться в одиночестве.
  - Вам неприятно, что я здесь нахожусь? - А может я ему надоела уже?
  - Нет, меня радует ваше общество, - это было правдой. Меня забавляло разговаривать так. И я даже начала думать, насколько у меня хватит фантазии и изобретательности. Да и мне вовсю подыгрывали. Два клоуна...
  - Вот как? - Ганс задумался.
  - Да и пойти а бал мне, скорее всего, не в чем.
  - Я... - он осекся, - не могу предложить вам в этом свою помощь?
  - Нет, я не приму её, но не переживайте, так и быть, я сделаю все, что в моих силах, чтобы не обидеть вас и присутствовать на балу. - Я миролюбиво улыбнулась. - Он ведь будет проходить у вас в доме?
  - Я пришлю за вами машину. - Сказал Ганс не требующих возражений голосом.
  - Хорошо, на это я согласна. - Не всегда же отказываться, тем более вообще я вряд ли пойду туда. Не представляю где можно найти туфли и платье до завтра.
  Ганс хотел что-то добавить, но тут в дверь моего жилища постучала фрау Ебель и сказала, что принесла пастельное бельё и молока на ночь. Я отвлеклась на дверь, а когда повернулась к кровати, хозяина города уже не было.
  Анна сказала, что ей совершенно не спиться и попросила посидеть с ней за телевизором и посмотреть какое-то телешоу на немецком языке, так как по её мнению, мне будет это полезно. Отказать я не смогла, и уже через десять минут сидела на кресле возле фрау, одетая в махровый цветастый халат, любезно предоставленный еще до купания милой старушкой.
  К телевизору я потеряла какой-либо интерес уже после рекламы. За время, проведенное вдали от цивилизации, я успела отвыкнуть от этих "ящиков" и мне казалось, что свет слишком яркий, цвета кричащие, и вообще глаза слезятся.
  Я молча думала о бабушке Анне. Удивлялась, как такие люди вообще существую. Такая добрая и невинная, такая земная и почему-то родная. Мне нравилось находиться с ней. Нравилось слушать, как она шаркает тапочками по полу, как она разговаривает, как тепло на меня смотрит. Я мысленно начала уноситься к своей семье, к моей маме, которая во время похорон все время плакала, к бабушке, которая была белее бумажного листа. К отцу, державшемуся из последних сил. Мне хотелось присниться им, всем сразу, и сказать, что у меня всё хорошо. Я счастлива, и чтобы они тоже были счастливы... на этом все и оборвалось. Я заснула.
  Снился мне бал, на котором почему-то был не Ганс и его люди, а мои родные и знакомые. Я кричала им "Видите ли вы меня?", а они печально улыбались в ответ и молчали.
  Проснулась я поздно и обнаружила себя сидящей в кресле и накрытой вязаным пледом. Фрау Ебель готовила завтрак, но сегодня съесть я его не смогла. Поблагодарив женщину, я переоделась и вышла в город.
  Ходила я не долго. Мне встретилась очень доверчивая собака. Большая и лохматая. Я сначала играла с ней, чтоб она меня приняла, а потом обняла. Вернее так казалось со стороны. Вонзив свои клыки, я начала пить. Животное даже не дёрнулось, казалось, оно все понимало, и негласно принимало все. Выпила я немного, но, как мне показалось, превысила лимит. Когда я оторвалась от собаки, она, посмотрев на меня потускневшими грустными глазами, вяло махнула хвостом и побежала дальше.
  Я вернулась домой. На сей раз Анна не дала мне отказаться от обеда. Она спрашивала как я спала. Я ответила, что хорошо. Фрау расспрашивала меня о родителях, мне пришлось сказать ей, что их у меня нет. А на вопрос что я забыла в Германии, я ответила то же самое, что и Гансу. Ещё, набравшись смелости, я спросила:
  - Фрау Анна, а вы не знаете где можно взять вечернее платье бесплатно?
  - Зачем тебе, детонька? - Удивилась женщина.
  - Меня пригласили в театр, а пойти не в чем. - Развела руками я.
  - О! Это молодой человек? - Глаза Анны загорелась.
  Как хорошо, что врать я с детства умела и всячески испытывала этим маму. Может это и плохо, но чем меньше мама знает, тем меньше волнуется. Ну, зачем ей знать, что это я на самом деле перевернулась на мотоцикле, а не просто упала на физкультуре.
  - Нет, это мне дали бесплатный билет.
  Как ни странно фрау даже не усомнилась в моем ответе. Она быстро встала из-за стола и пошла куда-то наверх. Вскоре появилась с чёрным бархатным платьем и туфельками на невысоком каблуке.
  - Вот! Это я покупала дочери на выпускной вечер. Но она не захотела это надеть, сказала, что слишком старо выглядит. Может быть это подойдет?
  Весь последующий день мы занимались реконструкцией платья "под меня". Фрау, пользуясь случаем, достала швейную машинку. Оказалось, что на меня платье слишком большое, и, сказав, что заставит меня больше питаться, женщина взялась за работу.
   Из Анны получилась бы отличная швея. Платье было в пол, облегало фигуру и расширялось к низу. Застегивалось оно под самым горлом, но ткань верха и рукавов была прозрачная и кружевная. Пуговками служили черные жемчужины. Оно действительно выглядело старо, но вполне уместно среди вампиров, которым было сотни лет. Туфли были новыми. Но на них не стоило обращать внимание. Конечно же, в других обстоятельствах я бы их не надела, но фрау Ебель была так счастлива, что я не могла отказать, да и выбора у меня, как всегда, не было.
  Прическу сделала мне так же Анна. Высоко подняв волосы, завернув их и заколов шпильками распустила.
  Краситься я не стала, разве что попросила у фрау красную помаду и слегка придала цвет губам.
  Так же старушка дала мне свой пуховый платок и лёгонькое пальто, которое мне было немного велико, и поэтому я его не стала застегивать.
  Когда в дверь постучали, я придирчиво осматривала себя в зеркале.
  Я думала, что когда превращаются в вампиров, то изменяются в лучшую сторону, но ко мне почему-то это не относилось. У меня всего лишь кожа стала чище.
  Фрау, которая пошла открывать дверь, появилась возле меня сказала, что за мной приехало такси.
  Почему-то стало обидно, я понимаю, что роскошь не люблю, но на такси - это слишком.
  Нахмурившись, я попрощалась с Анной вышла на улицу. Напротив дома стояло вовсе не такси, а красивая черная блестящая машина. Марки я не знала, но она была явно не дешевая, и уж точно на такси не походило. Водитель мне открыл дверь, я поблагодарила по-немецки и села на сиденье.
  Привезли меня не к дому Ганса. Какое-то здание было слишком красиво! Я даже не могла подобрать слов. Подвезли меня к самому входу, так что по снегу идти не пришлось. На входе стоял дворецкий, который забрал у меня платок и пальто и показал, в каком направлении я должна идти. Так же сказал, где находится уборная, вернее показал.
  Я решила оттянуть момент встречи с народом ещё хоть на маленькое время и собиралась с мыслями. Люди прибывали, видела, как дама в лимонном платье скинула с себя белую шубу и гордо направилась в сторону зала, где проходил бал. Парень и девушка держались за руки, выглядели шикарно, но на вид обоим было не больше четырнадцати.
  Больше я оставаться в холле не могла, да и дворецкий начал на меня странно поглядывать. Я решилась.
  Зал был, несомненно, прекрасным, но я не замечала ничего. Я шла как будто по раскаленным углям. Казалось, каждый присутствующий обшарил мое тельце своим взглядом. О, как это было неприятно, и сколько сил я потратила на то, чтобы остаться безразличной, я даже выдавила улыбку! Не зная куда податься, я шла на середину зала, и, благо, как раз подвернулся официант с подносом, на котором стояли напитки. Я обворожительно улыбнулась, и, схватив бокал с шампанским, кивнула в благодарность. Он даже не мог представить, как мне помог. Я остановилась, перенесла часть тела на правую ногу, левую руку прижала к животу, выгнула спину. Нет, это действительно получилось у меня непринуждённо и легко, как будто я всегда так делала. Немного пригубила шампанское и стала осматриваться по сторонам, а вернее смотреть на людей. Радовало что они отводили взгляды, смотрели в пол, чувствовали вину...
  Меня прервали две женщины и мужчина.
  - Guten Abend! (Добрый вечер!) - произнес последний. - Как ваши дела?
  Я улыбнулась и сказала:
  - Спасибо, хорошо!
  - Ich heiße Schmidt. (Меня зовут Шмидт.) А вас как зовут, юная леди?
  - Ich heiße Vera. - Я по-прежнему улыбалась.
  Мужчина был очень строг, но мил. Выглядел он где-то на 50. Одет был в черный фрак с красной "бабочкой".
  - Это Ева и Жаннет. - поочередно он мне показал сначала на девушку в белом шёлковом, едва прикрывающем все её прелести, платье, потом на другую, в ярко алом. Обе были как сошедшие с журнала картинки. Все в них было идеально.
  - Очень приятно! - сказала я.
  - Разве что вам! - сказала Жаннет.
  - Очень может быть. - Я не стала обижаться.
  Ева не скрывая раздражения воскликнула:
  - И как так можно! Тебе тут не рады! Зачем пришла?
  Жаннет одернула её, но, не слишком настаивая, чтобы та замолчала. Мистер Шмидт тоже молчал, видимо был согласен с мнением девушек.
  - Я обещала прийти одному человеку, и вряд ли уйду до встречи с ним, так что прошу простить меня. - Ох, таких людей я в жизни тоже ещё не встречала. Как говориться, все когда-нибудь случиться.
  - Хоть бы постыдилась приходить, - поддержала подругу Жаннет. - Ты единственная у кого платье стоит меньше 10 долларов!
  - К сожалению, я не разбираюсь ни в каких денежных единицах, кроме русских, но я не думаю, что мне стоит стесняться. К тому же... - Я видела, как её лицо изменяется! Возле губ и на переносице возникла морщинки, губы сжались в тонкую линию. - Все запомнят меня, может, именно из-за этого платья. Будут говорить обо мне, думать. Пусть это дурная слава, но, тем не менее, я прочно засяду в головах людей. А вот не скажу, что запомнила бы Вас среди общей массы, пусть вы даже в платье от Gucci.
  О, она хотела меня ударить, даже замахнулась, хотя я не поняла, что такого страшного сказала. Жаннет, несомненно, ударила бы меня, если бы не возник Ганс. Он схватил и поцеловал в знак приветствия её руку. Тоже самое сделал и с Евой, потом со мной.
  - Как вы проводите время, господа? - Хозяин города просто светился! Честно, думала что ослепну.
  Шмидт кивнул, извинился и ушел. Девушки тоже под благородным предлогом удалились.
  - Не стоило их провоцировать, Жаннет очень страшна в гневе. - Улыбнулся мне парень.
  - Я вовсе ничего такого не хотела, я даже не поняла, на что она обиделась.
  Ганс на меня недоверчиво посмотрел. Ну, я (сущий ангел) похлопав ресницами и надув губки, отчаянно закивала. Он рассмеялся. Да, быть дурочкой гораздо удобнее!
  - А кто они такие?
  - Мои любовницы.- Как категорично.
  - О! И знают друг о друге?
  - Конечно, их у меня 5. Ева как раз 5, а Жаннет ? 2. У них что-то вроде моего фан-клуба. - Сказал Ганс, не смотря на меня.
  - О! Тогда понятно, почему они мне так не рады! Может быть, я не буду забирать вас у них? - Я не могла это не сказать, но мне совершенно не хотелось, чтобы он ушёл и оставил меня на растерзание всем этим чудовищам.
  - Думаю, они прекрасно обойдутся без меня, - Еще одна улыбка и теплый взгляд.
  - Вера! - услышала я.
  Обернулась, ко мне спешил Курц. Он широко улыбнулся, а когда увидел с кем я стою, неуверенно дернулся обратно, но переборол себя и всё-таки подошел.
  - Wie geht´s? (Как дела?) - Спросил он у меня.
  - Alles geht Gutes! (Всё хорошо)
  Ганс внимательно посмотрел на меня.
  Курц еще сильнее улыбнулся, кивну и ушел.
  - Ты дочно не говоришь по-немецки?
  - Что здесь делаю оборотни? - Одновременно сказали мы.
  - На рождество мы заключили мир, слишком многое нам угрожает, чтобы воевать еще и друг с другом.
  - Угрожают? - Я удивилась.- Кто, например?
  - Не вежливо игнорировать вопрос. - Сдержанно улыбнулся Ганс.
  - Ох, прошу прощения. Я действительно не понимаю по-немецки. Только отдельные слова, что учила в школе.
  - Теперь и я отвечу вам. Нам угрожают люди.
  Нет, честно, меня совершенно не интересовало объяснение сказанных слов. Тем более я увидела Курца, он махал мне рукой, Макса и некоторых других людей, которых я узнала.
  - Я подойду к ним, вы не против? - сказала я.
  - Мне не хотелось бы находиться в их обществе.
  - Тогда я подойду к ним, когда вы оставите меня.
  - Неприлично хозяину покидать свою гостью. - Нахмурился Ганс.
  - Это весьма прискорбно. - Сказала я с грустью.
  - Отчего же?
  - Получается, что мы воруем друг друга у всего мира. Вы меня не пускаете к моим знакомым, я вас не отпущу к вашим. Что же будем делать?
  Ганс рассмеялся.
  - Да, вы правы, оставить вас я не могу, но и отпустить тоже...
  - Не переживайте, я обязательно найду вас, обещаю! - Я мило улыбнулась и заглянула хозяину города в лицо.
  Не удивительно, что он мне не отказал, я бы тоже не отказала, если бы меня ждали пять сногсшибательных любовниц.
  ***
  - Привет, ты кто? - Спросила я.
  - Я? Пустота.
  - А почему ты выглядишь, так же как и я?
  - Ты разве не поняла? Всё очевидно. Потому, что ты - это я.
  Моё отражение улыбнулось мне. Я отшатнулась и... чуть не слетела с кровати. Мой взгляд зацепился за сидящего, напротив Ганса, вальяжно развалившегося на стуле.
   Вот чёрт, я опять пропустила встречу.
  - Знаете, я не очень хочу, чтобы это вошло у вас в привычку. Поверьте, не каждому удаётся завоевать моё доверие.
  - Если я так продолжу, то не завоюю? - Наивно спросила я.
  - Нет, вы его потеряете. - Строго кивнул вампир.
  Ой... Убить себя мало. Ещё не хватало поссориться с хозяином города...
  - Прошу прощенья, я так устала после бала, а фрау Анна подняла меня рано утром, чтобы я помогла ей с уборкой. Я не оправдываюсь, просто...
  - Тогда как это называется?
  - Это называется: "Чем я могу загладить сою вину?" - Я очаровательно улыбнулась, если так можно сказать. Лицо у меня после сна, наверняка, было опухшим.
  - Я думаю, знаю чем. - Коварно улыбнулся хозяин Берлина.
  - Прошу, только не место где много живых существ. - Поспешно добавила я.
  - Ну, уж нет! Вы будете очень жестоко наказаны! Но так и быть, вам будет бонус. - Захохотал Ганс.
  Я морально подготовилась.
  Вышла из своего сарайчика я одна. Попрощалась с фрау, и выскользнула на улицу. Прямо перед домом стояла какая-то дорогая машинка. Не разбираюсь в них совершенно. Олег же просто с ума сходит от разных моделей. По мне они делятся на 3 типа: автобус, маршрутка и прочие средства загрязнители воздуха. Буд хоть "форд", хоть "девятка". Для меня разницы нет.
  Но, к слову, я всё же села в машину, так как водитель открыл передо мной дверь. Рядом был Ганс. Пока мы ехали, я рассказывала вампиру как там в моём родном городе. Мой рассказ был скучным, так как мысленно я всё время возвращалась к тем событиям, что омрачало моё сознание.
  Мы проехали мимо дома, разделённого на две части внешней отделкой. Одна часть выглядела строгой, нежно бежевого цвета. Возле двери висел деревянный крест. Вторая же была выполнена в готическом стиле. С разнообразными скульптурами и украшениями. Потом дорога разделилась. Мы поехали мимо какого-то пятиэтажного отеля. На перекрёстке были часы. Как оказалось, было всего два часа ночи.
  На перекрёстке мы свернул к обочине, и остановились. Мне помогли выйти. Я огляделась по сторонам. Красное здание. Вроде "Берлин банк".
  Ганс взял меня под руку и повёл через дорогу. Мы шли в направлении Больших ворот. Крыша была зелёная, выполнена в китайском стиле. Возле входа стояла арка, чьи колоны держали слоны. Они были чудесны! Так сосредоточены. На голове у них были каменные кудряшки. Так мило!
  Вампир совершенно спокойно повёл меня к воротам. Двери нам открыл охранник, причём так торопливо, будто спешил куда-то.
  - Это зоопарк? - Я восхищённо ахнула.
  - Да! И он только для нас! Животные не спят, поэтому прошу. На кого бы вы хотели взглянуть первыми?
  - Мишек. - Как же хорошо! Я была в зоопарках ещё маленькая. Совсем ничего не помню! А тут такое счастье!
  - О! - Ганс мило улыбнулся. Мы долго и упорно шли. Я вертела головой и рассматривала разные ограждения. Я даже видела шакалов. Не люблю этих животных, но даже им я была рада. Мы оказались перед каким-то вольером. Он был окружён водой, на удивление, не замёрзшей. Было три островка. На самом большом сидело два медведя. Их взгляды были прикованы к нам. Взгляды были испуганные.
  - Они нас боятся? Шакалы тоже хвосты поджимали... - разочарованно сказала я.
  - Да! Они чуют от меня опасность. - Ганс смотрел животному в глаза, зверь злился, но боялся, что- либо сделать, даже пошевелиться. - Леди, что же вы хотите увидеть следующим?
  - Ресторан,- твёрдо сказала я. Ничего хорошего не выйдет из этой прогулки. Я не хочу, чтобы меня боялись. - Я даже сочту за честь, если вы за меня заплатите!
  Вампир посмотрел на меня:
  - Что же случилось? Вы добровольно отправляетесь в место, где много людей, да и к тому же позволите за себя заплатить?
  - Думаю, это покроет ваш стыд за меня, ведь я совершенно не умею пользоваться столовыми приборами, если там будет больше вилок и ложек чем одна.
  Ганс расхохотался, медведь недовольно рыкнул.
  - Думаю это того стоит!
  Я взяла вампира за локоть и мы, болтая о разной чепухе, пошли на выход.
  На следующий день у меня жутко болела голова, но я не упала в грязь лицом. Даже разобралась как есть улитки, которые, к слову, заказала не я. Благо не доела их. Но десерт был потрясающий. Вернулась я только утром. Около восьми часов, а Ганс, казалось, вообще не спал, никогда.
  Разбудил меня, опять-таки, сам вампир. Оказывается, я проспала всё это время. Фрау Анна, наверняка, меня звала, но я даже её не слышала.
  - Всё повторяется. Но так и быть сегодня я вас обвинять не буду.
  Я медленно встала с кровати.
  - А можно вопрос личного характера?
  - Для вас всё, что угодно. - Участливо улыбнулся хозяин города.
  - Вы когда-нибудь спите?
  - Нет, я избавился от этой привычки ещё при обращении. Если вы будите тренироваться, то тоже сможете достигнуть таких высот.
  - Нет, благодарю. У меня уже есть талант. - Отвела я глаза в сторону.
  - Это не талант, а умение, приобретённое с годами. К слову о талантах, какой у вас? - Вампир приподнял одну бровь. - Что-нибудь не обычное?
  - Что вы! Вовсе нет. Мой талант заключается в том, что я могу, есть человеческую пищу. - Я подумала, что всем не желательно знать, чем я обладаю по-настоящему. Иначе может быть плохо. Кто-то наверняка захочет иметь существо, которое с помощью голоса будет способен управлять всеми. Для меня это было бы не желательным фактом.
  - О! - Кажется, Ганс разочаровался. - Это тоже, несомненно, полезный талант.
  - Да, вы правы. Для меня точно.
  - У меня для вас сегодня есть сюрприз. - Улыбнулся Ганс. Нет, он, несомненно, красив, короткие русые волосы, жёлтые глаза. Я из-за этих глаз вообще сходила с ума. Атлетическая фигура, на которой, к удивлению, хорошо смотрелся строгий костюм. Вампир, одним словом. Но его выражение лица... Самодовольный, высокомерный, получавший всё, что хочет. Не терпящий отказа. Хм, удивительно, что он общается со мной, ведь я птица не высокого полёта.
  - Сюрприз? Я люблю сюрпризы! - Оживилась я.
  Я была готова за пять минут. Быстро оделась и, выскочив из ванной, улыбнулась вампиру.
  Из своего жилища я вышла как всегда одна. Возле дороги меня ждала, опять-таки, шикарная машина. Сегодня за рулём был сам хозяин города. Я плюхнулась на переднее сиденье и внимательно посмотрела на мужчину.
   Тот ухмыльнулся и повёз меня куда-то. Ехали мы долго.
  Остановились возле какого-то парка, кажется, я была уже здесь.
  - Мы будем гулять по парку? - Удивлённо спросила я.
  - Нет, здесь у нас будет встреча.
  Я вертела головой по сторонам, но люди вынырнули из тьмы совершенно неожиданно. Я замерла. Я уткнулась взглядом в глаза Олега.
  - Привет! - Олег дёрнулся было меня обнять, но Александр удержал его на месте.
  - Ты так мне рассказывала о своём прошлом, я решил тебе сделать сюрприз.
  Да, я рассказывала, рассказывала о радости, рассказывала, что скучаю, но не рассказывала, почему я ушла. Сама виновата, хотя я однажды обмолвилась, что мне не рады были.
  - Очень приятно... - еле вымолвила я.
  - Да, мне тоже. - Напряжённо отчеканил Александр.
  Чем же я ему так не понравилась? Что я сделала?
  - И как же вы завлекли хозяина Берлина? - Злорадно сверкнул глазами друг Олега. - Неужто своим очаровательным голоском?
  - Нет! - Поспешно ответила я, пытаясь увести разговор в другую сторону. - Почему вы приехали без предупреждения?
  - Нас пригласил господин Ганс, но, к несчастью не сказал по какой причине.
  - Существует какая-то проблема? - Спокойно произнес доселе молчавший хозяин Берлина.
  - Нет, что Вы, всё превосходно! - С каким-то излишним рвением притянул меня к себе Александр. - Я очень рад встрече с моей подопечной.
  - Вашей? Хм, я сомневаюсь. - Нахмурился Ганс.
  Разговор продлился ещё минут пять, что-то вроде "Как дела?" - "Нормально". И так далее. Первым закончил встречу Ганс.
  Когда мы ехали уже по ночным улицам города она задал мне вопрос:
  - Почему ты не рассказала, что тебя до такой степени воротит от твоего создателя?
  Хм, уже на "ты"?
  - Я ничего не имею против создателя, просто его хозяин против меня.
  Ганс немного помолчал, не отрываясь от дороги сказал:
  - Сюрприз оказался неудачным...
  - Да что вы‼! - Я изобразила неподдельную радость, - Я очень рада, что увидела Олега и узнала, что с ним всё в порядке! Большое спасибо вам за это!
  Я искренно улыбнулась.
  Ганс серьёзно посмотрел на меня, но не улыбнулся.
  - Что значит, завлекла голосом?
  Вот, меть твою, запомнил же‼!
  - Там, когда я была человеком, работала в кафе певицей, весьма в этом преуспела.
  - О! Так вы певица? - Наконец-то хозяин Берлина улыбнулся.
  -Что вы, так, просто, для себя.
  - Вы опять прибедняетесь, давайте, попробуйте, а я оценю.
  - Что? Нет! - Я захохотала,- Вы что? Я теперь ни за что и рта не раскрою!
  - Да что вы стесняетесь? Я не так уж хорошо и разбираюсь в музыке! - Смеялся Ганс в ответ.
  - Это намёк на то, что я, скорее всего, кошмарно пою? Плохо разбираетесь, в живую зная и Баха и Чайковского? Помилуйте, я в это не верю!
  - Знакомство с этими людьми не даёт мне познания музыки.
  - Ну да, а То время на вас никак не повлияло? - Я по-прежнему смеялась
  - ...
  Мы долго катались по городу и смеялись, громко и счастливо, по крайней мере, я. Не знаю, почему вдруг Ганс так хотел, чтобы я ему спела, но я всё же сдержала своё обещание. Когда он привёз меня домой, ещё долго не отпускал и спрашивал о всякой всячине.
  Нет, у него явно проблемы со сном, а меня просто уносило в далёкие страны грёз, и всё-таки пошла домой. Машина уехала лишь тогда, когда я зашла в свой летний домик.
  ***
  Как же я корил себя за то, что в который раз уже прихожу в это хибарку. И как она здесь может жить? Но не мне выбирать, и пока она там, то всё равно.
  Я заглянул в окно. Она спокойно перестреливала пастель. Оранжевая наволочка на подушке, зелёный пододеяльник, и синяя простынь. Очень даже мило!
  Одета она была в цветастый халат, что дала ей хозяйка дома. Волосы ее были собраны в пучке почти на самой макушке, казалось, что он весит больше головы девушки. Вера закончила своё дело и села на кровать, огляделась, вздохнула и потянулась к прянику, лежавшему рядом на стуле. Настало время появиться...
  - Что ты делаешь ЗДЕСЬ? - Пытаюсь казаться грозным, хотя нет никакой злости.
  Она дернулась, выронила пряник, и испуганно посмотрела на меня. Это впервые! Обычно девушка никак не реагирует.
  - Это уже точно наглость! - Нахмурился я.
  - Прошу прощения, я опять просчиталась во времени... - она протянула руку и взяла еду. Начала молча жевать.
  - Вам купить новые часы? Раз эти не удовлетворяют.
  - Достаточно просто научить меня по ним ориентироваться.
  У меня был шок!
  - Вам сколько лет?! Или родители не объясняли про стрелочки?
  Покраснела, легкий румянец. Вера поджала губы и на щеках появились ямочки. С каких пор я так радуюсь им?
  - Мне с детства покупали электронные часы. А потом был телефон, сейчас и того нет, так что уж извините.
  Она пошла в ванную, выключила там свет. Потом вернулась в комнату и уничтожила ещё один пряник. Ослепительно улыбнувшись, пригласила меня сесть на кровать. Я с радостью опустился на зелёную ткань.
  Вера же села на стул, с которого небрежно смахнула крошки на пол. Я обиделся. Думал, что она будет рядом.
  Мы опять разговаривали, долго. О её школе, вузе, и даже детском садике. Она порой повторялась, но мне было не важно. Так приятно слышать этот голос, смотреть в эти глаза. Ведь я действительно не осознанно любовался ей. Каждое её движение, каждый простой, без вампирской грации, жест я ловил с замиранием сердца. Мне просто стало это необходимо! В моём мозгу возникла мысль обо мне и наркотике, но она так же быстро умчалась, как и появилась.
  Её разговор стал сбиваться, глаза устало блестели. Она постоянно зевала. Как маленький щенок, который устал носиться с мячом.
  Я решительно встал:
  - Видимо Вы не избавились от человеческой привычки под названием "сон".
  - Как и... - сознание Веры на несколько секунд улетело, потом она встрепенулась и продолжила, - есть... хочу.
  Я довел её до кровати. Она залезла под одеяло и подложила ладонь под щёку. Девушка выглядела как ребенок. Такая маленькая и беззащитная. Хотелось дотронуться. Просто до крику было это необходимо.
   Не понял я, как это произошло, но я вслед за ней залез под одеяло и обнял её. Такое хрупкое тело, но такое теплое. Сердце Девушки подпрыгнуло.
  - Э... простите, но вы видимо меня перепутали с одной из ваших номеров. - Она внимательно посмотрела на меня.
  Я вдохнул запах её волос. Как же приятно пахло... мыло. Самое обычное мыло. Терпеть не могу мыло! Всегда пользовался только дорогими гелями для душа, а уж про волосы стоит вообще помолчать.
  - Я не перепутал, просто полежи так, хотя бы чуть-чуть. Не бойся.
  Я молча улыбался, она, видимо не хотя видеть моё лицо, отвернулась и застыла.
  В сердце укололо. Такое пренебрежение. На крайний случай, хоть сказала бы, чтоб я ушел. Грубая девчонка!
  - Неужели на столько противно? - Грудь горела. Голос сел. Что же это такое?
  В отвеет я услышал лишь ровное сопение. Она спала. Поджав ноги и сев мне "на стульчик" нырнула под подушку.
  Лежал долго, нюхая волосы девушки. А потом даже не заметил, как заснул. Заснул! Я не спал практически со своего обращения. Даже с любовницами просто лежал на кровати. Такое сладкое ощущение. Во сне мне казалось, что кто-то рядом, и что я могу расслабиться и не думать ни о чем. Я чувствовал тепло. То самое, с которым ребёнок гладит маленького котенка или мать прижимает своё дитя. Это было прекрасно. Казалось, что это тепло мне может дать то, чего не мог никто до этого. И почему я испытываю это только сейчас? Столько сотен лет прошло, а я ждал только это чудо? Только его?
  Как хорошо, что она рядом. Она будет рядом! От этой мысли становилось ещё радостнее, хотя, казалось, куда же еще. А я как мыльный пузырь всё раздувался и раздувался, превращая бесцветный воздух внутри меня в радужный.
  Проснулся я раньше Веры. Она, все так же сжавшись в комочек, лежала на краю кровати.
  Я ушел, напоследок аккуратно подоткнув одеяло. Счастье, я испытывал безудержное счастье! Помнил её махровый халат, пучёк, который все-таки не выдержал и распустился, её тихое дыхание. Мне впервые было интересно просто лежать с женщиной, ничего не требуя от неё. Тепло разливалось по телу уже от одного прикосновения к её руке. Я до сих пор чувствовал, как билось её сердечко. Такое быстрое и настойчивое.
  Да, я был безумно счастлив. На столько, что пошел домой пешком. Улыбался. Женщины смотрели на меня, восхищались мной, но мне ни одна из них не была нужна.
  Выглянуло солнышко. Такое бледное, будто бы после болезни. Посмотрело на людей, и, на прощание, помахав всем своими лучиками, скрылось. Но темнее мне не стало. У меня был свой свет, который возможно сейчас только просыпается.
  ***
  Я сидел в своём кабинете. Ничего делать не хотелось. Я мысленно всё возвращался и возвращался к Вере. Её сонное личико, её распущенные волосы, её запах. Странно, в ней всё действительно так прекрасно, или просто я уже не видел разницы. Как же не хочется признавать, но мне кажется, что эта девушка для меня стала чем-то большим, нежели развлечением. Тем более, она будет со мной. Конечно, будет! Разве она посмеет отказаться? Нет! ОНА. БУДЕТ. МОЕЙ.
  Я взял лист бумаги и карандаш. Провёл пару линий.
  Сегодня вечером я опять её увижу. Она так же опоздает, или не придёт, но это не важно, теперь ничего не важно. В моей жизни, наконец, появилось что-то, что способно развеять мою скуку, даже не так, не развеять, заполнить. Развеять могут и любовницы, а она... она другая. С ней мне хорошо и без секса.
  И когда я успел так ей заразиться?
  Я прослушал, когда в мою дверь стучали, Джозеф зашёл без предупреждения. Как всегда с серьёзным лицом произнёс:
  - К вам посетитель, - И вышел, пропуская человека.
  Я был так рад! Так радуется, наверное, пёс своему хозяину, пришедшему с работы.
  - Здравствуйте. - Вера слегка наклонила голову.
  - Привет! - Я выскочил из-за стола, подлетел к ней, не решаясь взять за руку, как дитё малое, - Как дела? Почему ты пришла?
  - Я обещала приходить в двенадцать часов. - Вера была серьёзна, но я не замечал этого.
  - Но сейчас день, а не ночь, в прочем, мне всё равно. Что ты хотела? - Я облокотился на свой стол, Вера продолжила стоять.
  - Я пришла попрощаться.
  ... В моей душе глухо звякнул колокольчик.
  - По...попрощаться? - Я внимательно посмотрел на неё, ещё не понимая, что значат эти слова.
  - Да, ещё вчера я хотела вам это сказать, но слишком устала. - Девушка приветливо улыбнулась, будто бы согласилась выпить со мной чай.
  - Почему? - Что я мог ещё сказать. Хотя ладно, никуда она не уедет, ведь не может просто так!
  - Потому, что я увидела и пожила здесь достаточно. Мне здесь очень понравилось! Я благодарна, что вы составляли всё это время мне компанию, но я говорила, что не смогу долгое время сидеть на одном месте...
  - На каком мете?! - Я сорвался. Что это ещё такое? Кто ей позволил?
  - Здесь, в Германии. Я бы хотела поехать в Англию...
  - Какую Англию! Чем Вам тут не нравиться? Что вы о себе возомнили?
  - Возомнила? Да как вы смеете? Если ты, ах простите, ВЫ - хозяин города, это не значит, что имеете права орать так на меня! Я не сделала ничего плохого! Или у маленького мальчика отобрали игрушку, которых у него сотни?
  Я аж захлебнулся от возмущения! Да кто она такая, чтобы голос на меня повышать? Маленький мальчик?
  - Ну и катись к чёртовой матери‼! Думаешь, держать тебя буду? Побегу за тобой? - Я навис над ней, со всей яростью смотря в эти каштановые, почти чёрные глаза.
  - Да мне и не надо, чтобы за мной бежали! Я от вас таких жертв не жду и не желаю!
  Я замахнулся, но вовремя остановился. Совсем с катушек съехал. Или она меня с ума свела. Я уже не знаю. Хочется ехать? Да хоть на дальний восток, милая моя, хоть туда.
  - Вали, куда захочешь! - Я отвернулся и пошёл к столу, когда повернулся лицом к двери, Веры уже не было. "Попрощаться".
  Я заметил на столе свой листок с незаконченным профилем Веры. Смял его и швырнул в стену.
  - Прощаю, мать твою‼!
  ***
  Я долго ждал, почти до вечера. Даже смеялся над собой. Она просто пошутила, а я не понял. Как же я глупо буду выглядеть, когда она опять зайдёт в этот кабинет и скажет "Сюрприз!".
  ...но она не приходила...
  Начал переживать, может что-то случилось, и она не смогла прийти? Я дождался двенадцати, еле усидев на месте, и чуть не сойдя с ума, хотя, может, я и сошёл. Раз верил в лучшее.
  Я пришёл к дому, в котором жила девушка. Не знаю, но впервые я позвонил. Открыла мне приветливая женщина.
  - Здравствуйте. Кто вы? - Мило спросила она.
  Я обворожительно улыбнулся.
  - Доброй ночи. Я хотел бы увидеться с Верой, она ведь снимает комнату в вашем доме?
  Женщина засуетилась:
  - Ой, да, вы правы, но... - Фрау отступила назад, пропуская меня внутрь. - Я покажу вам её домик.
  Пройдя сквозь дом к саду, где находился летний домик Веры, женщина протянула мне какие-то ключи.
  Я их взял и открыл дверь.
  Воздух был пропитан запахом девушки, но её там не было. Не было слышно ни звука. Ничего, что могло бы мне сказать, что Вера осталась.
  Ключи выпали из моих рук.
  - Она сегодня извинилась, что жила за мой счёт, сказала, что не сможет оплатить проживание и ушла, хотя я её сказала, что денег мне вполне хватает. - Фрау была тоже расстроена, видимо ей Вера была так же дорога, как и мне.
  Я развернулся и на негнущихся ногах пошёл прочь от последнего, что меня с ней связывало - воспоминаний.
  Я шёл и не понимал ничего, казалось, она должна быть рядом, просто обязана! Она вовсе не исчезла, просто немного опаздывает, она вот-вот появиться, вот-вот, сейчас. Дойду до того дома - и она появиться. Эх! Нет, тогда до следующего дома, а потом ещё раз до следующего, и ещё раз, ещё...
  А хотя в чём это проблема? Я её разве уж так сильно люблю? Нет, скорее она была права. У ребёнка отобрали игрушку. Пусть и дорогую мне, но это всего лишь игрушка!
  Я сделал тоже, что и всегда делал до появления веры - пошёл по бабам. Первая была крайне рада моему появлению.
  ***
  Мы лежали вместе, первая спала, я молча смотрел в потолок, пытаясь отогнать от себя тяжёлые мысли. Никак не получалось. Постепенно растворился и потолок, и моё сознание поплыл. Мне казалось, что я по-прежнему не сплю, но на самом деле меня затянуло в какой-то бредовый кошмар.
  Она, опять она. Постучала, зашла, улыбнулась.
  - Я не хочу ничего слышать о твоём отъезде! - крикнул я.
  Она опят улыбнулась и покачала головой.
  - Ты и в правду думал, что я способна остаться с тобой? - Её лицо исказила ненависть.
  - А что со мной не так, чтобы я думал иначе? - Я пытался выглядеть достойно, но ощущение рядом Веры не давало мне возможности сосредоточиться.
  - Я. Ненавижу. Таких. Как. Ты! - Чётко и с ядом произнесла она. - Ты никогда не сможешь, стать для меня чем-то большим, чем человек, к которому я испытываю отвращение. Я была готова тебя терпеть лишь за то, чтобы задержаться в этом городе. Поэтому я уехала так быстро. Ты мне противен!
  Я не мог сказать ни слова. Боль, такая сумасшедшая, будто бы к тебе поднесли зажжённый факел, или варят на медленном огне. Когда я хотел протянуть руку к Вере, натыкался на стену. Нет, не настоящую, на какой-то блок. Его создал сам я. В глубине души я знал, что вера права. За сотни лет я превратил себя в чудовище, так как думал, что не достоин на нечто большее, нежели просто ночь с какой-нибудь доступно женщиной. Да, я был красив снаружи, но внутри... А Вера, она была как чистое и светлое существо, она увидела всю мою пустоту и ушла...
  Из глаз брызнули слёзы, а очнулся лишь тогда, когда на лицо мне легла холодная рука первой. Я продолжал плакать, а в голове так и звучали слова " Я ненавижу таких как ты. Ненавижу таких, ненавижу".
  С тех пор мне каждый раз, когда я закрывал глаза, я видел Веру, ту Веру, улыбающуюся, или сонную, голодную, злую, но она была добра ко мне. Не смотрела на меня, так как в том сне. Но это было первое время. Самое счастливое, что мог для себя создать я сам.
  ***
  Мне снилась опять она. Сколько же это может продолжаться? Всё время она, всё время мне нет покоя. Мне больно, плохо, но лишь так я могу её видеть. Я хочу её видеть, до боли, до крика, до излома. Всё, что мне сейчас нужно, так это она! Моё больное воображение как назло показывает лишь её. В каждой только она. Как же это невыносимо, но я буду терпеть, я жизнь готов отдать, лишь бы видеть её, пусть даже так. Каждую ночь она со мной, разговаривает, как обычно, это ужасно, ведь я знаю, что это сон, но такой сладкий ужас! А потом она опять уходит. И опять я переживаю всё ещё с большей силой. Я кричу, чтобы она осталась, но она меня не слышит, не реагирует. Я уже ненавижу её! Как, скажи, КАК ты могла меня оставить одного? Разве не видела мою боль? Разве ты не чувствовала? Ты хоть вообще что-нибудь способна чувствовать, или ты робот? За что же такая участь! От этого нельзя сбежать, нельзя забыться. Боль будет преследовать тебя везде. Как днем, так и ночью. Даже любовницы не могут помочь, никто не может, и я не могу!
   Я срываюсь, злюсь. Караю всех ближних, хотя виноват сам, и я не способен что либо с собой сделать. Я падаю в пропасть, на дне которой одна боль, пустота и одиночество.
  В городе начали происходить ужасные вещи. И виной этому я. Любого провинившегося я караю смертью, даже не обращаю внимание на преступление. Мне всё равно, если я медленно падаю в ад, пусть за мной отправятся и другие.
  Оборотни как можно реже появляются в городе, скорее всего, поджали хвосты и сидят в своих норах.
  Джозеф всё время пытается мне что-то объяснить, но я не слушаю. Я давно уже перестал слушать голос разума.
  Каждый день хожу к любовницам, а после прихожу домой. Не остаюсь на ночь, не хочу, чтобы они видели, как я мучаюсь. Для всех я слишком озлобившийся хозяин их города. Просто ничтожество!
  Мне опять, опять снилась она. На балу. В шикарном платье цвета персика. Разговаривала с оборотнями. Обернулась. Сердце моё замерло. Помахала рукой, подзывая. Я сорвался с места, но как бы я не пытался преодолеть это маленькое расстояние между нами, не приблизился ни на шаг. Она все кричала, обижалась, и в итоге махнула рукой и отвернулась. Я звал, о, как я звал! Я даже плакал, но она не обращала внимание. Как и все в зале, но мне не нужны были все...
  Проснулся я от своего крика и от того, что был весь мокрый. По щекам катились слезы. Я чувствовал себя маленьким ребенком. Совсем маленьким. Плакал, а слезы не кончались. И боль не уходила. Меня разрывало на части. Хотелось разбежаться и со всей силы удариться об стену. Хотелось покинуть тело, чтобы не испытывать боли, хотелось умереть...
  Я опять уснул, и если бы, ЕСЛИ БЫ мне было легче. Всё нахлынуло ещё большей волной. Я опять катался по кровати, сминая простыни.
  И тут..... сквозь сон, я почувствовал что-то холодное. Оно прикасалось к моему лбу, потом к щеке. Я схватил... руку, как будто тонул, а это был мой спасательный круг. Я слышал голос, ЕЁ голос. Такой нежный и заботливый, но полный осуждения:
  - Что это ты вытворяешь? Решил всех довести? Хочешь, чтобы тебя оставили одного?
  Так хорошо, как будто с шеи сняли верёвку, которая не давала дышать. Я впился губами в руку, целовал, целовал, целовал...
  Моя жизнь вернулась, мой свет!
  Она освободила свою руку. О! Что я испытал! Это не сравнить с малышом и его конфетой. Даже не сравнить с потерей жизни. Это похоже на расставание с душой, когда оболочка остаётся, но ты уже никто. Просто пустота.
  Я испугался, страшно испугался! Бешено начал искать её! Шепот:
  - Тише-тише! Я никуда не ухожу, я рядом, слышишь?
  Слезы, предатели, но мне всё равно, даже если она увидит. Моё видение, моя спасительница.
  - Как же я тебя жал! - Только это я и смог сказать, хоть как-то цепляясь за свой мираж. Лоб обдало горячим дыханием, а потом губы. Такие мягкие, казалось что-то искали.
  - Да у тебя температура!
  Я не слушал, мне было все равно. Она была со мной, рядом, а только это повод для счастья, и я чувствовал его! Радовался и опять... надеялся. Как тогда. Надеялся, что это не видение, она реальна, и когда я проснусь, она будет рядом спать. Я почти поверил в это! Но, как же я тебя ненавижу, моя любовь, моя жизнь, мой свет...
  ***
  Когда я уснул, не знаю, но мне НИЧЕГО не снилось. Просто тьма. Пустота на сотни километров вокруг.
  Проснулся и просто лежал на кровати. Не хотел открывать глаза, ведь её не будет. Мне стало как-то всё равно, что-то вроде эйфории, но моя любовь не ушла, просто я стал безразличным. Действительно, сколько можно мучиться.
  Заставил встать меня Джозеф.
  - Вы сегодня выглядите лучше. - Он поднял бровь. - Помог...
  - Мне легче. Кое-что привиделось, - я печально улыбнулся. - Что-то хорошее, очень хорошее...
  
  ***
  Это наверное интересно. Когда ты не один. Я думаю именно так. А ведь Новый год, вернее Рождество, хоть и католическое, но я не думаю, что его тоже нужно проводить в одиночестве. Мне хотелось сделать сюрприз. Купила шампанское. Французское. Мне очень советовали. Пачку конфет и ринулась в гости. Я уже почти пересекла границу, но меня задержали.
  - Стой! Ты кто такая? - Сказал голос на-немецком.
  Это был красивый молодой человек.
  - Я в гости. - Моя очаровательная улыбка и его глаза сверкнули в темноте. Я догадалась, что он вампир.
  - НЕТ! Швен! Отойди от неё! - к нам подбежал мужчина, я бы могла сказать, что уже видела его когда-то, но вспоминать мне не хотелось. Может я видела его даже на балу. - Лучше убирайся отсюда!
  Я была удивлена, чем же я заслужила такое обращение.
  - И в чём же причина? - В моём голосе прозвучала холодность и надменность, хотя я была готова поклясться, что младше этого человека лет как на пятьдесят минимум.
  - У нас только-только начала жизнь налаживаться, я не позволю тебе опять всё разрушить!
  Швен непонимающе переводил взгляд то на меня, то на мужчину. Он не понимал ничего, как и я.
  - Какая жизнь? Я вам ничего не делала, чтобы вы выносили мне подобный приговор.
  Глупая гордость, ты мне ни к чему не нужна! Только з-за тебя всю жизнь и страдаю.
  - Не делала, говоришь? - Вампир был готов наброситься на меня, и мой вид, только подогревал его желание. - Да ты кинула нас! Знаешь, сколько наших людей погибло?
  Я только хотела возразить, что всё время сидела в Англии и ничегошеньки и делать не могла, но договорить мне не дали.
  - Помолчите!
  К нам шёл другой человек, я узнала его. Это был Макс. Лицо его не выражало злобы, но и приветливым его назвать было нельзя.
  - Макс! Я не понимаю, почему меня не пропускают?
  - Ты должна уйти.
  
  Я вдруг поняла всю свою беспомощность. Я пришла, а меня никто не ждал. Хотела сделать сюрприз? Сделала, себе. Теперь в Берлин мне дорога заказана. Это было печально.
  - Почему? Скажи Гансу, что я пришла.
  - Он знает! - Это сказал мужчина, который кричал на меня.
  - Знает... Вот как. - Я обвела всех присутствующих тут взглядом и протянула им конфеты и шампанское. - С Рождеством.
  Макс взял презенты и серьёзно сказал:
  - Благодарю. С Рождеством.
  - Я православная!
  Развернувшись, я скрылась во тьме. Он знает. Значит, это он приказал не впускать меня? Да, скорее так и было. Обида сжала моё сердце, но горевать я не собиралась. Просто не хотелось думать, что запрет Ганса как-то повлиял на меня. Когда-то я хотела ему что-то доказать, так это желание во мне не угасло.
  ***
  Я лежал на кровати и только что открыл бутылку только сейчас пригодившегося шампанского.
  Первая лежала рядом и смотрела на меня.
  - Ты разве никуда не собираешься? - Спросила она.
  - Нет, с чего бы?
  Она удивилась, даже рот открыла.
  Да, я решил, что не стоит мне зацикливаться на прошлом. У меня впереди вечность, и мне не хотелось бы провести её в мечтах о ней. Кажется, Джозеф ясно выразился, что её жизнь теперь намного увлекательнее моей.
  - Ты всегда так делал! - девушка села напротив меня. Её личико никак не вязалось с голым телом.
  Я вручил ей наполненный бокал.
  - А сейчас не хочу! К тому же Рождество, кажется, семейный праздник.
  Она радостно кинулась меня обнимать. Я не улыбнулся. Не хотелось.
  Выпив с Первой бутылку, мы легли, наконец, спать. Я сразу же провалился в сон. Сначала мне ничего не снилось, но потом начались расплываться какие-то картинки, словно северное сияние. Это меня весьма удивило, слишком давно ничего не снилось.
  Потом показался силуэт. Расплывчатый, но приобретавший свои границы. Пятно превратилось в девушку. Стройная, с длинными чёрными волосами и выразительными глазами. Я не сразу понял, что это была Вера, ведь её облик я знал наизусть.
  В руках у неё была шампанское и конфеты. Девушка улыбнулась и выронила сладости, оставив в руке только... горлышко от бутылки.
  Улыбка Веры стала ещё шире, она поднесла руку к лицу и полоснула стеклом по горлу.
  Я потянулся к ней, но было такое чувство, что меня залили в бетон. Я не смог шевелиться, только безмолвно кричал.
  Девушка по-прежнему улыбалась и истекала кровью. Какое очаровательное несоответствие. Живая красота с уродливой нелепостью, ведь это действительно было нелепо. Всё исчезло. Растворилось, оставив в душе осадок ужаса.
  Я рывком сел, скинув с груди Первую. Она возмущённо закричала, стукнувшись головой о матрас.
  - Что случилось?
  Я минуту сидел не двигаясь.
  - Иду домой.
  Встал, начал одеваться.
  - Но почему? Ты же говорил...
  - Я передумал.
  Собравшись, я поспешил к выходу. Девушка бежала за мной, уговаривая остаться. Эгоистка, конечно же, ты сделаешь всё, чтобы остановить меня, даже выскочишь на лестничную площадку, в чём мать родила. Тебе ведь уже приснился разговор с твоими подружками о том, что я выбрал тебя.
  Я доехал до дома всего за пару минут. Ганс испуганно ринулся мне на встречу. Его голубые глаза как всегда ничего не выражали. Мне иногда становилось интересно. Почему он никогда не пытался устроить личную жизнь, я даже как-то спросил его об этом, но он ответил, что его ничего не интересует кроме работы. А работал он на меня. Если честно, меня это устраивало. Этот человек уж точно меня не предаст и не покинет.
   Я отослал друга спать, а сам пошёл в свою комнату. Сел на кровать.
  Что же мог значить этот сон. Нет, Ганс мне нужен, и немедленно. Позвал. Сказал проверить информацию о Вере. Мне плевать, что он подумает, главное, чтобы мне было спокойно. У слуги обеспокоенно сверкнули глазки, но он ничего мне не ответил, а просто вышел из кабинета. Я же начал наворачивать восьмёрки по полу.
  Что же такое. Мне давно не снилось ничего. Может у неё проблемы?
  Всё мое самовоспитание не думать о ней полетело к чертям. Какой смысл в других девушках. Если есть только она. Лишь бы с ней ничего не случилось! Пусть живёт своей жизнью, но только живёт! Я сделаю всё для неё. Даже войну развяжу, только...
  Сколько всего происходит из-за женщин? Эти чудесны создания - венец всему живому, но и так же мёртвому. Даже "Смерть" женского рода! Как бы чудесен был бы мир без них, но и как мучителен. Хоть какой мир? Без них не было бы МИРА! Без них не было бы ничего, пустота, следовательно, даже война - это всего лишь приношение к ногам Женщины. Всё рождено ею, от неё же и погибнет...
  
  ***
  Вот и пошли мои дни своим чередом. Всё стало на свои места. Мне больше ничего не снилось, и я постепенно отвыкал совсем от необходимости во сне. Джозеф сказал, что у неё всё хорошо, просто замечательно. Больше о ней я и не думал. К тому же я очень тесно начал своё общение с первой. Она не давала мне почувствовать себя одиноким. Мы стали жить вместе. Было плевать на остальных девушек. Меня понимала только первая, кстати, её зовут Петра.
  Я даже решил с ней пойти на вечеринку, которая проходила в Нью-Йорке. Меня пригласил туда глава клана одной части города. Так как это был мой старый друг, отказаться я не мог. О, первая выглядела прекрасно, в принципе, она всегда выглядела поразительно. Петра очень красивая женщина, хотя прежде была всего лишь крестьянкой. Янтарные глаза придавали ей очаровательности и загадочности. Фигура манящая, со всеми достоинствами. Мне было в чём завидовать.
   Платье было на ней малиновое, на бретельках с белой розой на боку корсета. Свои волосы цвета солнца она собрала в аккуратную "ракушку" и заколола заколкой.
  Я же оделся в обычный костюм. В отличие от женского пола, нам, мужчинам, особо стараться не приходится.
  На вечере разговаривал с разными людьми, старыми знакомыми и новыми. Там было не меньше сотни людей, а скорее больше, если не в два раза.
  Да, было много людей. И почему из них всех я встретил именно её? Это похоже на наваждение. Я не понимал, куда мне спрятаться, чтобы скрыться от неё, или судьба так и будет нас сводить?
  Вера. Это имя само слетело с моих губ. Сердце забилось чаще, грудь сковала боль. Я не мог дышать.
  Петра была прекрасна? Ха, она казалась жалкой гусеницей на фоне бабочки.
  Вера просто светилась изнутри. Вампиры очень хорошо скрывают свою сущность, но глядя на девушку можно было без сомнений и без раздумий сказать "вампир". Она была грациозна и красива, но, тем не менее, излучала спокойствие и отстранённость.
  Платье на ней было белым, с открытыми плечами, юбка расширялась от груди. Ткань была почти прозрачной, видимо французский батист, вышитый бисером. Рукава были длинными и кружевными, но от плеча шёл разрез. На шее Веры была шёлковая лента, на которой висел большой готический крест. На руке всё тот же браслет. Волосы девушки стали ещё длиннее. Теперь они доставали ей до колен, просто спадая вниз. Вера была похожа на принцессу ночи. Её снисходительная улыбка лишь доказывала мою мысль.
  Девушка держала под руку красивого молодого человека. Я не сразу узнал в нём Олега. Оба они были прекрасными и великолепными. Такими простыми, но в то же время недосягаемыми. Возле них собралась толпа, каждый хотел поговорить. Обратить на себя внимание.
  Вера в очередной раз улыбнулась какой-то девушке и скучающе перевела взгляд в мою сторону. В её глазах вспыхнул огонь. Я видел как менялось лицо девушки. Прежде скучающее, стало таким живым. Всего на миг на нём вспыхнула боль, такая сильная, что Вера сжала руку Олега. Тот моментально повернулся к ней, но эмоции ушли, оставив место тому же безразличию.
  Парень посмотрел на меня и потянул свою даму в сторону, но было поздно, я уже направился к ним, беспощадно потянув за собой висевшую на мне Петру.
  Толпа, окружавшая Веру и Олега, расступилась, и безмолвно застыли рядом, ожидая какого-то шоу. Первая возмущённо ахнула, встретившись взглядом с девушкой.
  - Приветствую Вас, мадемуазель, Ганс. - Парень руки не протянул, что и правильно, я бы её не пожал.
  Молчание. Вера нарушила его.
  - Как давно мы не виделись, так ведь, хозяин Берлина. - Она очаровательно улыбнулась, как будто мы друзья, как будто ей всё равно, как будто она бы так же улыбалась, если бы узнала о моей смерти.
  Боль. Я не обратил на неё внимание. Я только смотрел на Веру, не отрываясь и не говоря не слова. Как будто хотел, чтобы она поняла всё сама, но это была мечта, которую осуществила Петра.
  - Да как ты смеешь?! Кто ты вообще такая, чтобы так разговаривать господином Гансом?
  - А ты и в постели называешь его господином? - Вера потеряла контроль. Её глаза сузились, рот изогнулся. Как прекрасна...
  - Это не твоё дело, маленькая тварь! - Первая шагнула вперёд и занесла руку для удара.
  - Да! В последний раз Вы далеко не спокойно покинули мой город. - Меня не интересовали разборки девушек, меня интересовала одна из них.
  - О да! Тогда мы виделись в последний раз! Какое несчастье, что мы больше так и не встретились. - Последние слова были полны неприкрытого сарказма.
  - Ну, не моя в том вина.
  Мир замер. Были только мы вдвоём. Ни злой Петры, которая в любой момент готова была разорвать на Вере платье, ни Олега, который встал между девушками. Мы смотрели лишь друг на друга. Либо весь мир погиб, либо мы...
  - Разве не Ваша? Помниться Вы запретили мне появляться в городе! - в её голосе была обида.
  - Если бы Вы появились, возможно, я бы и поменял свою точку зрения. - Хотя стоп, когда это я запретил?
  - О! Возможно! Вы забыли, но я появлялась. Меня довольно не радушно приняли. Я была рада, что осталась жива!
  - Ну, зачем же так! Вам всегда рады! Только, думается мне, Вы и без того потрясающе проводили время в обществе поклонников.
  - Поклонников? Да, вы правы! Так же как и Вы.
  Как я тебя ненавижу! Хорошо просыпаться в холодном поту с твоим именем на губах?
  Мне стало просто не выносимо смотреть ей в глаза. Больно, тошно, обидно. Пролепетав себе под нос прощание, я повернулся и пошёл прочь. Странно, но с глаз были готовы сорваться слёзы. Две гиены встретились, полили желчью друг друга и разошлись. Да, я не видел, как первая хотела дать пощёчину Вере, но попала по Олегу. Она догнала меня и начала лепетать чушь про наглых девиц, которым ещё совести хватает что-то там. Мне было всё равно.
   В тот же вечер сел на самолёт до Берлина и вернулся домой.
  ***
  Я сотню раз прокручивал наш разговор в своём мозгу и подумал кое о чём. Она приходила, а я не в курсе. Да и не было запрета приходить в мой город. Что я, идиот что ли, от счастья бежать. Рядом крутилась Первая. Сначала она пыталась меня занять собой, но это дело провалилось, а теперь она просто лёжа листала журнал.
  - Послушай, что имела в виду Вера, когда говорила, что я запретил ей появляться здесь?
  - А я откуда знаю, что взбрело в эту куриную головёнку? - Петра не оторвала взгляда от яркой странички.
  Разозлившись, я подлетел к ней и вырвал журнал из рук.
  - Я не знаю, не знаю! - закричала девушка в истерике, закрыв голову.
  Схватив её за горло, вдавил в диван.
  - Она... она! ТЫ из-за неё с ума сошёл, мы решили, что так будет лучше...
  - Да как вы посмели думать за меня! - зарычал я на Петру и отшвырнул её на стену через всю комнату.
  - Джозеф! Джозеф!!! - я выскочил из зала и побежал в свою комнату.
  Мой слуга немедленно появился передо мной.
  - Зачем вы всё это делали? Зачем мучали меня? - Рука на друга не поднималась, хотя он предал меня.
  - Так было бы лучше для всех. Вы разве забыли, что творили в городе?
  - Это было моё дело, моё! Какого чёрта вы в него лезли? - спокойствие Джозефа меня выводило из себя.
  Боль вдруг нахлынула с двойной силой. Странно, не от предательства своих подданных, а от того, что, сколько бы я времени мог провести с Верой. Может быть, я бы уговорил её остаться с собой. Может. Как же она нужна мне, и никакая первая не сможет мне заменить её. Только она.
  - Ты разве не понимаешь, как мне без неё? - я схватился за комод и медленно начал оседать на пол.
  - Господин Ганс...
  - Привези мне её, привези... - мой голос сошел на шёпот. Но я всё повторял и повторял эту фразу, даже когда Джозеф ушёл.
  Я опять заснул, и видел только её лицо. Она не говорила, просто смотрела на меня. Её чудесные каштановые глаза. Не исчезли и после пробуждения.
  Я моргнул, но ничего не изменилось, только брови девушки недовольно выгнулись.
  Глупое сердце. Ты тут же поверило в сказку. Забилось как у птахи. Я протянул руку и коснулся так любимого мною лица. Хотел убрать это хмурое выражение. Не сразу понял, что лежу на коленях девушки.
  - Ты правда здесь? - Я перевернулся и уткнулся лицом ей в живот, крепко обнял. Она молчала, а я пытался смириться с очередным ведением. Как же я отвык от той боли, которую они мне приносили.
  - Да, я здесь.
  Голос Веры был тихий, но вполне реальный. Она начала гладить меня по голове. В таком положении мы пробыли, наверное, час. Если не больше. До меня всё никак не могла дойти мысль, что она рядом, живая и реальная. Думал, что если шевельнусь, то она пропадёт, растает как дым.
  Но понимание обрушилось на меня как лавина. Я встрепенулся, судорожно начал целовать её щёки, губы, нос. Что попадется. Она не шевелилась, но и не пропадала никуда. Она реальна. Моя любовь - реальна! Хотелось прыгать и кричать, как ребёнку.
  Моё сердце! В который раз вспоминаю о тебе! Ты совсем не привыкло к таким чувствам! Ты их и не знало до этого момента. Ну, так наслаждайся! Знай, что это мучительно прекрасно!
  - Ты здесь, со мной, да? Ты ведь больше не уйдёшь? Правда, ведь будешь со мной? - тарахтел я.
  ***
  - Я тебя не отпущу! - Вдруг зарычал Ганс и опять начал меня обнимать.
  Какой он был смешной, но я почему-то не смеялась. Его прикосновения причиняли неописуемую боль. Я не понимала его отношения ко мне. Сначала нуждается, потом гонит. А что будет после этого раза. Я боялась. Боялась опять причинить страдания себе и ему. Но его лицо было таким доверчивым. Он внимательно посмотрел на меня и, улыбаясь, тихо, но радостно произнёс:
  - Кушать хочешь?
  Эта фраза разбила все мои сомнения, заставив хохотать как в детстве.
  - Что? - Ганс посмотрел на меня и тоже засмеялся.
  Я покачала головой. Продолжая улыбаться.
  -Ты совсем не предсказуемый.
  - А тебя не понять совершенно, так что мы не очень и отличаемся друг от друга.
  Мне вдруг стало всё равно, что будет потом, что произойдет сейчас? Да пусть хоть небеса треснут, и земля разверзнется. Сейчас меня не волновало ничего кроме этих жёлтых кошачьих глаз.
  Он обнял меня. Просто за плечи и подвинул к себе поближе. Прямо как школьник!
  Просто сидел и смотрел на меня. Меня это немного напрягало, но он сам прекратил, и, взяв меня за руку, повёл к кровати. Посадил, и укутал меня своим огромным одеялом. Зачем он это сделал, для меня загадка, но было так мило! Я опять начала смеяться.
  - Ты похожа на пирамиду Хеопсу! - Ганс погладил меня по щеке.
  - А ты чего хотел? Замуровал как фараона!
  Я потянула его на себя одной рукой, а второй укрыла вампира одеялом.
  - Ну что ты сделала? Теперь нам не выбраться! Мы оба замурованы! - Он обижено поджал губы.
  Всё было настолько глупо, но мне было совершенно плевать. Мне нравилась ситуация в которой мы с Гансом находились, и менять я ничего не собиралась.
  - Почему ты не приходила. Ты так была нужна мне! - прошептал хозяин города.
  - Я приходила! Ты запретил меня впускать.
  - А прорваться? Расшвырять всех к чёртовой матери?
  - Ну, спасибо за совет! - я возмущённо взмахнула руками. - Я тебе не Рембо! Да и что бы я сказала? "Вы мне не рады, но я всё равно пришла?"
  - Ты круче Рембо. И я никогда не был не рад тебе. - Ганс ласково смотрел на меня. Это меня разозлило.
  - Мне дали понять абсолютно другое! Я заперта в Англии. Мне дышать там не давал. Сделали из меня игрушку! Потом уехала, решила навестить старых друзей, и к чему пришла? К закрытой калитке и полному отвращению! - я вылезла из-под одеяла и стала напротив Ганса. - А ты хоть бы разок поинтересовался как я? Что со мной? Я ведь ждала, а в итоге ни привета ничего! Только ненависть!
  - А ты бы тоже могла хоть иногда интересоваться, как у меня тут дела! Но тебе, похоже, было не до того! Как там твои блондины - брюнеты или с кем ты зажигала? - Не только я разозлилась.
  - Какие брюнеты? Ты хоть думай что плетёшь? У меня-то и парня с детского сада не было! Придумал тоже!
  - Да что ты? Насколько я знаю, у тебя была шикарная жизнь, в то время как я сходил с ума...
  -А насколько я знаю, то тебе бы не следовало узнавать у кого-то там, лучше бы у меня самой спросил!
  - А насколько я знаю!
  Ганс сорвался с места, я даже не заметила, как он налетел на меня и прижал к стене. Я успела только зажмурится, как к моим губам прикоснулись губы вампира.
  Странно, я никогда не знала, как это - целоваться. Всё время с детства проводила с Олегом. И он так ревностно относился ко всем, кто хотя бы раз посмел заикнуться о том, что пригласит меня на свидание. Он защищал меня прямо как отец. Поэтому не удивительно, что у меня не было парня, не говоря уже о поцелуях.
  Необычное чувство, но приятное. Чудовищно приятное. Я даже испугалась. Ганс оторвался от меня и обнял. Просто так обнял, прижав собой к стене.
  - Я ничего не знал. Думал, что ты живёшь своей жизнью, и тебя совсем не интересует моё существование.
  Мы так и стояли.
  - Я приходила в Рождество с шампанским и конфетами, но меня не пустили.
  Вампир оторвался от меня и внимательно посмотрел в глаза. Что-то там блеснуло. Удивление или беспокойство.
  - Тебе ничего не сделали?
  - Что, например? - Я внимательно посмотрела в ответ.
  - Ну, там. Горло перерезали?
  Я поперхнулась и зашлась в страшном кашле. Оттолкнув Ганса, я пошла на выход.
  - Стой-стой! Прости! - Он схватил меня моментально и не давал вырваться.
  - Обалдеть! Это значит, что меня ещё и ... кхе... прирезать должны были? - я со всей силой оттолкнула парня от себя, пролетев пару метров, вампир наткнулся на столик и опрокинул вазу, которая разлетелась вдребезги. Этот приступ моего гнева Гансу понравился, он засмеялся и опять схватил меня.
  - Нет! Мне просто ты во сне приснилась! Я испугался! - Он опять меня быстро поцеловал. - Ну, прости!
  Я сделала вид, что согласилась и пошла вместе с парнем, но потом резко развернулась и кинулась к двери. Та была заперта.
  Ганс стоял, склонив голову на бок.
  - Эй! - Я дёрнула за ручку двери. - Что за хрень?
  - О! Как Вы, мадемуазель заговорили!
  Вампир, улыбаясь, шёл ко мне.
  - Не-не-не! И даже думать забудь! - Я выставила руки вперёд. Какое к черту горло перерезанное!
  Ганс всё же подошёл, но ко мне не прикоснулся.
  - Вот так, в другую сторону. - Он толкнул дверь и та открылась.
  Я медленно перевела взгляд на коридор.
  - Ты хочешь опять уйти? - Голос вампира был полон боли, а глаза стали какими-то тусклыми, и казалось, что даже цвет поменяли.
  - В горле першит. Я хочу пить. Уже сутки не питалась. - Это была правда. С того момента, как меня схватили в Нью-Йорке и силой притащили на самолёт я ничего не ела. Даже раньше, у меня во рту не было маковой росинки ещё до бала.
  - Джозеф! - Крикнул парень.
  Тот немедленно появился перед нами.
  - Будь добр, принеси поесть.
  Джозеф посмотрел на меня.
  - Можно мне бутербродов и чай с тремя ложечками сахара. - Я приветливо улыбнулась.
  - Ты точно этим наешься? - Спросил Ганс.
  - Ну, если бутербродов будет больше десяти, то да! - Я решительно подняла руку вверх, как бы доказывая свою победу.
  Вампир рассмеялся. И опять обнял.
  Ела я одна и очень долго, так как на меня, не отрываясь, смотрели два жёлтых глаза. Я давилась, но продолжала жевать молча. Когда тарелка оказалась пуста, Ганс схватил меня за руку и как маленькую повёл на кровать. Просто сидели.
  Волнение вампира видимо прошло, так как не было этой грусти и недоверия. Наверное, он решил, что я никуда не уйду. Ну что ж...
  ***
  Ганс заснул у меня на коленях. Я даже не заметила когда. Казалось, он только что лёг. Я убедилась, что он действительно спит, и, старясь не потревожить, встала. Прикрыв вампира пледом, я вышла в коридор.
  Еды мне оказалось недостаточно, и я целенаправленно отправилась на поиски кухни. Звать Джозефа мне не хотелось, мне он совершенно не нравился. Только его просьба чего стоит, а то, что он не давал нам с Гансом видеться, вообще вызывало во мне желание быть жестокой.
  Блуждала я в этом красивом лабиринте очень долго. Коридор сменялся коридором, атласные обои были то красного цвета, то синего, то зелёного, в зависимости от крыла здания. На полу лежали ковры под цвет стен. Светильники, в стиле барокко, светили тускло, но мне не нужен был их свет. Всюду висели картины. Да, не к такой жизни я привыкла. Мне бы что попроще. Хотя, будучи человеком, если бы мне предложила пожить в таком доме, я не уехала бы оттуда никогда.
  Я всё ходила и смотрела. Я любила изобразительное искусство, хоть и не получила образования, рисовала очень даже хорошо. Я так увлеклась, что забыла, где я и вообще что собиралась делать!
  На меня сзади кто-то налетел, обернувшись, я увидела Джозефа.
  - Что вы здесь делаете? Вы должны быть в комнате!
  Меня как куклу потянули по коридорам, и швырнули обратно в комнату Ганса.
  Время было устроить истерику, но вампир продолжал мирно спать. Я вздохнула и потащилась к кровати. Тоже легла, и, к несчастью, усталость взяла своё. Я заснула. Когда я проснулась, то за окном была уже ночь. Это я чувствовала своими внутренними часами. Глаза открывать не хотелось. Мне было тепло, уютно и приятно. Мне не было так хорошо никогда. Только с Олегом, когда после очередной неудачи я в слезах прибегала к нему и просто сидела в его объятьях.
  Обычно я никому не жаловалась. Эгоизм ли то, или просто нежелание делиться своими проблемами, но Олег этого и не требовал, он просто обнимал.
  Всегда я была весела и задорна. Меня можно было разбудить в три утра, и я буду счастливо улыбаться, и хотеть есть, но и этому лживому счастью приходил конец. На меня накатывали волны невообразимой боли. Такой, что моя душа сжималась в крохотный комочек, а тело совершенно не чувствовалось. Так я мучилась на протяжении часа, потом всё отступало, и я снова была запредельно счастлива.
  Однажды в детстве я для себя решила, что никому не интересны твои проблемы. Со всем что есть, ты способен справиться сам, без чьей-либо помощи. Это нас и разделило с Олегом. Он был как всегда душа компании, не ведал проблем, всегда помогал другим. Я же - маленький, озлобленный на весь мир ребёнок, который познал все тяготы школьной жизни. Непризнанная учителями и одноклассниками, за что не знаю, и мне постепенно становилось всё равно. Сейчас я не испытываю к ним ни ненависти, ни обиды. Мне до сих пор всё равно.
  А сейчас я не чувствовала безразличия. Я знала, что за меня волнуются, что за меня порвут на части, за меня умрут. Собственно - это меня и пугало. Мне не хотелось таких жертв, да и, зная Ганса, жертвы будут кровавыми...
  ***
  Я проснулся и крепче обнял девушку, которая лежала рядом. Весь день (я всё-таки спал днём) я чувствовал её запах, а сейчас я чувствую и тепло. Знаю, что она не спит, и проснулся от того, что сон отпустил и её.
  Поцеловал нежную, красивую шею Веры и приподнялся, чтобы лучше видеть лицо девушки. Её волосы были везде: на подушке, одеяле, и аккуратно обрамляли тело девушки, создавая великолепную картину неизвестного художника.
  Она долго терпела мой взгляд, но потом, сжав губы в тонкую линию, накрыла голову подушкой. Я рассмеялся, и, достав девушку жадно поцеловал.
  Как же мне нравились её поцелуи! Никогда бы не подумал, что неопытная девочка могла бы делать такое. Действительно любовь творит чудеса. Даже если Веру облить грязью, я буду смотреть на неё как на ангела. Поистине прекрасное создание.
  ***
  Мне нравились его поцелуи! Очень нравились. Я как будто растворялась. В книгах героини обычно взлетали в небо или падали в бездну. А я просто растворялась. Меня не было. Как прежде, когда мне было больно, внутри тоже всё сжималось, но было совсем другое ощущение.
  ***
  Я крепко обнял мою любимую. Аккуратно положил Веру под себя и продолжил целовать, нежно гладя её спину. Когда я добрался до груди, девушка вздрогнула, но не протестовала, я продолжил...
  ***
  Я вдруг осознала, что от меня хотят, но, хоть мысли разбегались, я приняла решение. Наверное, я решила это уже давно. Решила всё...
  ***
  Из комнаты Ганса доносились однозначные звуки. Видимо, всё-таки хозяин, наконец, добился, чего так сильно хотел, может, он забудет ее так же, как и забывал других, после секса, но верилось с трудом. Оставалась лишь надежда на эту мерзкую девку. Ни одни из женщин Ганса не бесила меня так, как она, ведь только на неё он обратил своё внимание. Ни одна из номеров не мешала моему общению с хозяином, который всегда возвращался ко мне. Но когда же рядам была эта русская, казалось, что весь мир для него не существовал. Да, я ревновал, завидовал, но всегда был верен Гансу, и буду верен вечно. Моему господину Гансу.
  ***
  Я обнимал её, девушку, которую люблю, и с которой я буду всегда. Сейчас я знал это. Я был уверен, что буду вечно "держать" её сердце в своих руках. Глупая надежда! Что ты знаешь, что ты хочешь от меня, когда она рядом. Тебе не удастся снова разлучить нас и затащить меня в свои больные сети. Я буду с ней! Всем бедам назло...
  ***
  Я лежала в объятьях мужчины, который меня любит, и которого я тоже люблю, и пыталась хотя бы ещё на минуты задержать призрак счастья, ведь я знала, что его у меня не будет. Возможно, будет у Ганса, но не у меня. Ведь теперь моё сердце будет вечно с тобой...
  Я села, даже не заботясь об одеяле. Ганс посмотрел на меня и улыбнулся. Душу разорвало на куски.
  - Почему не спишь? - Ни тени на радость. Моё безразличие передалось и вампиру.
  -А почему должен?
  К глазам подступили слёзы, я сглотнула.
  - Уже без разницы. Ты скоро заснёшь, а проснёшься - всё пройдет....
  - Ты о чём, я не хочу спать. - Перебил меня хозяин, мой вечный и единственный.
  - ...пройдёт, и ты всё забудешь. Боль тоже уйдет.
  Ганс тоже сел и взволнованно посмотрел на меня. Похож на маленького ребёнка. Как же больно.
  - Я не хочу забывать! Я хочу, чтобы всё осталось! - закричал на меня вампир.
  - Я спою тебе, как ты и хотел. Колыбельную. И ты всё забудешь...Ты же знаешь, что так будет лучше, знаешь... - не слушая продолжила я.
  - Нет‼! - Его крик был полон боли. Ганс резко вскинул руку, пытаясь закрыть мне рот, но не успел, я запела песню, которую когда-то где-то прочитала:
  - Спит малютка детка,
  На еловой ветке.
  Ветер повевает,
  Колыбель качает...
  Вампир замер. Его глаза выцвели. Я не выдержала, из глаз брызнули слёзы.
  - Обломилась ветка,
  Полетела детка
  На сырую землю,
  Вместе с...
  Я запнулась, вытерла лицо.
  Тело Ганса обмякло, и он медленно опустился мне на колени. Он уже забыл обо мне. Осталось стереть всего лишь его боль.
  - ...колыбелью.
  Сон всё не приходит,
  Мама песнь заводит.
  От родного дома,
  До чужих морей
  Не найти мне детки...
  Я поцеловала любимого.
  - Краше и милей.
  Я сидела, баюкала голову вампира и тихо плакала. Внутри меня всё медленно выгорало. Куски души кровоточили, сердца не было. Ничего не было. Просто пустота и тишина. Тишина, от которой хотелось убежать, которую хотелось разорвать диким воплем. Но... меня больше нет. Меня нет.
  ***
  Я вышла из комнаты Ганса. На меня смотрели бездушные глаза Джозефа. Он не скрывал своей насмешливой улыбки. Ну и подавись, СКОТИНА!
  Отвернувшись, пошла к выходу. Я почему-то точно знала, где он, ходя до этого дорогу не запоминала. Ну и всё равно. Прочь из этого дурдома. Теперь мне нет здесь места, как нет и нигде. Я буду вечно ходить как неприкаянная. Даже рядом с Олегом, моим жизнерадостным другом, я не буду чувствовать себя спокойной. Даже во снах, Я ЗНАЛА, мне не будет тишины, а скорее... тишина и будет. Только она. Не слыша биения собственного сердца. Кажется, я с детства ненавидела эти звуки? Что ж меня они больше не потревожат.
  Я выбежала за пределы дома. Бросила прощальный взгляд, совсем как тогда, в мой первый день, и скрылась в ночи.
  ***
  Я проснулся и потянулся. Настроение было просто потрясающее. Я встал, отметив то, что почему-то голый, хотя спать "по царски" мне нравилось. Оделся. Позвал Джозефа. Тот с умиротворённо-радостным лицом предстал передо мной в ту же секунду. Всё пошло как обычно, совсем как обычно...
  ***
  Прошел месяц. Я всё так же перед своим компьютером, смотрю фильмы, читаю книги. Живу чужими жизнями. Мой родной Олег, зря ты пытаешься вернуть меня к моей жизни. В ней всё спокойно сейчас, так же как и тогда, просто ты не замечал.
  Прошло два месяца. Я знаю, ты раскидал всех своих номеров. Завёл новых, но мне всё равно. Ты счастлив в своём безумии, будь счастлив!
  Прошло три месяца. Зачем я себя истязаю? Мне совершенно не интересно знать о твоей жизни. Не интересно! Не интересно! Не интересно! Интересно...
  Прошло четыре... Я так и буду вести хронометраж? Видимо буду. Сегодня уехал Олег. Наверное, ему надоело смотреть на "дохлую" меня.
  Прошло четыре с половиной месяца. Олег приехал с огромной воздушной ватой в руке и кучей сладостей. Я не могла это проигнорировать. Лёд вокруг меня начал таять. Вместо "сопливых" романтических фильмов смотрели ужастик с морем крови. Не поверите, как воодушевляет!
  Прошло пять месяцев. Ты, кажется, решил жениться? Ну, удачи, совет да любовь!
   Шесть. Ужасное число! Ненавижу его больше жизни! Наверное, все сошли сума. Я стою на свадьбе. Да! Именно! В шикарном платье, вся такая красивая! В роли подружки невесты... Мой Олег решил жениться! Что ж... я буду крестной твоего ребёнка, если такое случиться.
  Семь месяцев. Я счастлива! Наконец купила себе лысую кошку! Буду похожа на бабулек - "кошатниц". Меня устраивает эта роль. Интересно, а кошку можно обратить?
  Семь месяцев и пять дней. Я - кошка, а ты - новая жена? Или подружка? Не знаю, развёлся ли.
  Восемь месяцев. Моя кошка умерла. Выбежала на улицу, а соседский пёс её ударил лапой, а что стоило этой тоненькой шейке переломиться. Странно, но мне не было больно. Уехала в лес, похоронила. Больше не люблю лысых кошек. Теперь только пушистые. А ещё лучше, наверное, манулы. Может, есть где?
  Девять месяцев. Гм, я тут подумала: почему я должна страдать? Ты ведь даже не знаешь, что я существую! Так какого чёрта, скажи, какого, я строю из себя монашку без церкви?
  Прошло десять месяцев. Я счастливая и радостная. Развиваю своё умение рисовать пейзажи в Париже. Пожалуй, задержусь тут ещё на пару месяц.
  Да, зря я решила остаться. Теперь всю жизнь буду корить себя за это решение. Да и за то, что решила больше не думать о Гансе. Откуда же я могла знать, что тебе взбредёт в голову провести рождество со своей очередной женой в Париже. Да, конечно, романтика и всё такое, но что здесь забыла я‼!
  Двадцать пять. Это число я тоже ненавижу. Еще с прошлого рождества, да и вообще рождество для меня под запретом теперь. Только Новый год. Только!
  Меня пригласили на вампирскую вечеринку. Я, умалишённая, согласилась. Празднества будут длиться до самого Нового года, и я подписала себе смертный приговор, обязанностью туда ходить.
  По моей просьбе приехал Олег с Дженни. И им хорошо, и я буду "таскаться" за ними, и наплевать на правило "третьего лишнего".
  Хотя к выбору наряда я подошла со всем размахом! И решила, что если мне попадётся достойный кавалер, то буду с ним. Буду делать Веру, которая нравиться всем.
  Да, платье шикарное. Я всегда знала, что мне идёт красный цвет, хоть и дико его не любила. Но если это будет выгодно на мне смотреться, то почему и не переступить через себя? Платье было с закрытой грудью, но весьма открытой спиной. От талии расходилось пышной юбкой до колен. Волосы я собрала сбоку в небрежный "пучёк" и заколола чёрным цветком-шпилькой. А то, что не поместилось, просто откинула за спину. От красной сумки я отказалась. Как и туфли, она у меня была чёрная. Вид был шикарный. Нарисовала стрелки, слегка подкрасила ресницы и всё, образ готов!
  Дженни тоже была прекрасна. Волосы у неё были длинные и кудрявые, цвета белого песка. Очень бледная кожа, большие ярко-зелёные глаза. Румяные щёчки и розовые губки бантиком. Она была похожа на некого ангела, спустившегося на землю. Одета она была в воздушное кружевное платье белого цвета.
  Рядом с ней я бы сошла за демона, слишком очевидная разница. Но мы неплохо ладили. В ней было всё то, чего недоставало мне, и что я так отчаянно пыталась нарисовать вместо себя.
  Вечеринка была превосходна. Куча еды, включая вкуснейшие круасаны. Восхитительная отделка зала в нежно бежевых тонах. Везде цветы. Если честно, то не люблю цветы. Мама пыталась меня приучить к земле, но этот план провалился еще, когда мне было пять. Единственное растение, которое я признаю, так это кактус. Поистине прекрасное творение Господа. Раз в месяц полил и радуешься, раз в год выставил на улицу, дабы аромат прекрасного цветка кактуса не отбил обожания к этому растению - и всё!
  Тут же были и лилии, и стебель, на котором была куча беленьких цветочков. И еще что-то... В общем всё понятно, я в этом полный профан!
  Вокруг было много людей, которые разговаривали на всевозможных языках, я даже как-то уловила русский, но это всё не важно. Я взяла бокал шампанского и подошла к французскому окну, ну, такое - во всю стену и стала наблюдать за Эйфелевой башней. Которая вся горела и светилась разными огоньками. Я её уже изучила и рисовала с разных сторон. Мне надоело, но всё же лучше, чем выискивать глазами Ганса и его новую жёнушку.
  *** ( Ганс )
  Я увидел её! Мою новую жертву. Не знаю, почему именно она мне приглянулась, но она была прекрасна. Умиротворённое лицо, немного прикрытые глаза, расслабленное тело. В руке держала шампанское, про которое видимо забыла. Такое чувство, что она здесь совсем одна, готов поспорить, если её окликнуть - даже не услышит.
  Я подошёл ближе и услышал, как она сама себе напевает:
  - Пожалуйста, будь моим,
  Пожалуйста, будь моим
  Смыслом.
  Мы одни на целой земле,
  В самом сердце моих картин.
  Целый мир придуман,
  Целый мир придуманных истин.
  Я нуждаюсь в твоём тепле,
  Я хочу быть смыслом твоим...
  Она русская! Как замечательно, русский я знаю просто превосходно!
  Я двинулся в направлении девушки, но меня опередили. Возле неё оказался молодой человек. Высокий блондин с улыбкой чеширского кота и начал ей что-то говорить.
  Поверить не могу! Она повелась! Улыбалась ему, "чокнулась" с ним бокалом, обняла.
  *** (Вера )
  Олег, милый, мне не нужно твоё внимание, но я ему рада. Хоть мы и уже два года как вампиры, всё равно остаёмся новичками. Мало кого знаем, мало с кем имеем право общаться. Дженни была обращена ещё лет 300 назад, вот поэтому у неё много проблем. С кем-то нужно поздороваться, с кем-то поговорить, а ещё с кем-то обговорить какие-то дела. Олегу скучно, вот он и подошёл ко мне. Поговорил, и опять ушёл к своей благоверной. Вот и буду только с ними.
  Я обернулась. Мой взгляд прямо таки уткнулся в Ганса! В своём костюме он выглядел вполне себе хорошо, несомненно, его дополняла яркая блондинка в жёлтом платье. Но вампир смотрел на меня!
  
  Его похотливые глазки обшарили всё моё тельце. Он улыбнулся и поднял как бы в честь меня свой бокал. Вот КОБЕЛЬ-то! Тебе твоих баб мало?
  *** ( Ганс )
  Я не понял, что сделал не так, но глаза девушки вспыхнули огнём. Лицо исказила злоба. Бокал в её руке разлетелся. Я поспешил отвернуться, ненормальная!
  *** ( Вера )
  Он сделал испуганное лицо и отвернулся. Отвернулся‼! Вот сволочь! Нет, я конечно не в восторге от девки рядом с ним, но мне её ЖАЛЬ! И я действительно любила это одноклеточное? Хотя... я любила. И он был другим. Другим со мной. И мне было противно, что он обратил внимание на меня как на одну из своих жертв. Просто по-человечески противно.
  Сразу после всеобщего поздравления я сбежала оттуда как Золушка с бала, благо туфли остались на мне, но тыковку всё же мне снесло...
  ***
  На следующий день меня волоком тащили и Олег и Дженни. Я вырывалась, кричала, даже била их! Но не пойти я не могла.
  Как там? В гардеробе каждой девушки должно быть маленькое и чёрненькое платье? Вот в честь моего личного траура его и надела. Облегающее короткое платье. Накрутила волосы, начесала. Я стала похожа на маленькую фурию на высоченных шпильках. Впрочем, такого эффекта я и добивалась. Теперь никто не обратит на меня внимание. Чем хуже, тем лучше? Да! Именно так.
  Как же я ошибалась. Видимо, мне этот образ идёт гораздо больше романтического. Предложения потанцевать не прекращались. Я, скрипя зубами, соглашалась, и молила всё и вся, чтобы этот каламбур скорее закончился. Но нет, сегодня был явно не мой день. Все пакости мира решили насолить именно мне! Меня пригласил, кто бы вы подумали? Правильно! Меня пригласил именно он! Вернее даже не пригласил, а просто подошёл и открыл рот, я слиняла оттуда быстрее ветра. И мне было плевать, что обо мне подумает высшее общество.
  Как оказалось на следующий день, подумало хорошо. Нет, это конечно прекрасно, что моя честь не запятнана, но меня это не радовало. Мужчины весь вечер подходили и во время разговора стремились мне сказать, что я необычная и интересная девушка. Да чем? Чем интересная? Своей тупостью и глупостью? Я как ненормальная Электра носилась между этими ухажёрами, и пыталась спрятаться хотя бы под столом. Несла всякую чушь, но какую тупость я бы не сказала, ВСЕМ НРАВИЛОСЬ! Да что же это такое?
  Ганс ко мне не подходил, и лишь бросал на меня совершенно не дружелюбные взгляды. Ну и хорошо! Его внимания я бы не вынесла и вгрызлась ему в шею прямо тут же, и пусть это был бы мой последний день в жизни!
  Спасла меня от внимания лишних людей Дженни. Я как голодный щенок бегала за ней. Или как ребёнок за маминой юбкой? Но, в общем, дела это не меняет. Я была с ней до конца дня.
  Так я прожила ещё один день. Вымучив окончательно и себя и Дженни.
  ***
  Сегодня я проснулась с мыслью: "Ещё три вечера сумасшествия...". На протяжении целого дня я говорила себе только эту фразу.
  - Послушай, мне Олег рассказал что происходит. - Немного смутившись, начала Дженни.
  - И что же происходит? - Мне заранее не нравился наш разговор.
  - Что ты бежишь от проблем.
  Я удивлённо посмотрела на неё. Бегу?
  - Да! Именно. Сбегая от него, ты крушишь всех! Ну, вот скажи, ты помнишь хоть одного парня, с которым танцевала?
  - Нет, - Честно призналась я. - А надо было?
  - Да! Ты никогда не забудешь его, если не будешь обращать внимание на других людей. Ведь для тебя на этих балах существуете только вы вдвоём. А все остальные - мебель, за которой можно спрятаться. - Дженни погладила меня по плечу.
  Я подумала, а ведь она права! Улыбнулась, гордо вздёрнула нос и произнесла.
  - Сегодня я буду королевой бала!
  Мы с Дженни рассмеялись, она тому, что сумела донести до меня смысл своих слов, а я своему решению.
  Я вообще сама по себе не красавица. Самое обычное овальное лицо. "Соболиные брови в разлёт". Нос с горбинкой. Губы самой простой формы, и не полные и не узкие. Глаза? Да, глаза действительно у меня красивые. Цвета густого гречишного мёда, большие и выразительные. От мамы достались. Ямочки на щеках. Лицо самое обыкновенное, каких много. С моделям мне конечно не соревноваться.
  Вот что во мне было хорошего, так это тело. Вот уж в точности 90:60:90, ноги "от ушей", красивые и стройные. На меня мало кто обращал внимание, но я умела подчеркнуть свои достоинства всегда. Знала, как накраситься и одеться, чтобы на меня даже из окон заглядывались.
  Платье я тщательно выбирала. Поддержала моё решение Джен. В нашу обитель роскоши Олег не допускался, а по тому спрашивать я у него не собиралась. Он до сих пор оберегал меня как отец и раскритиковал бы мой наряд в пух и прах.
  Я выбрала платье в китайских вариациях. Именно вариациях, ведь от Китая там только узор. Платье было облегающем, чуть ниже колен. От середины бедра идет разрез. Сверху было полностью открыто, без рукавов и без бретелек. Да, конечно, оно могло бы показаться вульгарным, но почему-то таким не было. Да и если учесть в чём являлись другие представительницы вечности, я монашка. Кстати говоря, девица Ганса в предыдущий раз пришла в весьма откровенном, прозрачном платье. Благо ей не приходилось наклоняться, иначе бы случился сюрприз!
  Так вот! Платье! Оно было чёрным с вышитыми всевозможными цветами драконами и прочими рисунками.
  Я с помощью карандаша "сузила" глаза, нанесла тёмные тени на внешние уголки век. Губы я выделила персикового цвета блеском. На голове мне Дженни соорудила невероятное. Я пыталась понять, как это было сделано, но видимо, мне такие изыски не даны. Волосы где-то были собраны и заколоты китайскими палочками, где-то аккуратно свисали. Но, в общем, меня было узнать трудно, но возможно (мама бы раскусила в два счёта).
  На празднике я вызвала фурор! Даже Ганс жадно смотрел на меня, позабыв о том, что я его как бы, опозорила. Хотя, почему это Ганс? Я свободна, мир! Давай, крутись вокруг меня! И он крутился. Дженни знакомила меня с какими-то шишками в мире ночи, я улыбалась и отвечала им. Танцевала, веселилась, пила...
  Но всё это было мне так неприятно и отчуждённо. Повелись на куклу, пусть хорошенькую, но не на настоящую. Да, всем от жадности хотелось поиметь меня, видимо, чтобы удовлетворить свой вечный голод. Но не дождётесь, пахнущие гнилью, не дождётесь!
   Я устала и, скрывшись ото всех, спряталась там, где стояла в свой первый день. Просто смотрела на эту проклятую Эйфелеву башню. Сколько же ты судеб разрушила, или только меня невзлюбила?
  - Могу я поинтересоваться, чем же вызвал негодование принцессы? - Голос. Будь проклят его обладатель!
  Я молчала, даже не повернувшись. Да, я злила его, ну и что? Кроме лжи мне терять нечего. Вампир поравнялся со мной и тоже начал смотреть на башню. Мы молчали.
  - Вам совсем не нравится здесь? Это общество, эти изыски, не для вас? - Зачем он говорил со мной? Что ему не стоялось в обществе "пока смерть не разлучит нас"?
  Я по-прежнему молчала.
  - Знаете, это хамство! - Терпению вампира пришёл конец.
  - Ещё два дня. Прошу игнорировать меня ещё два дня. Можете бросать в мою сторону презрительные взгляды, но не уделяйте внимания. А больше мы никогда и не увидимся. - Я отвернулась от окна, не обращая внимания на Ганса, поставила бокал на соседний столик и ушла в толпу.
  Опять веселье, опять улыбки. Боже мой, неужели это я? Как я могу быть такой же, такой же, как и они. Я не хочу, я не такая? А какая я? Меня ведь нет. Нет, и никогда не было...
  Не выдержала. Ушла. Исчезла. Поплелась пешком до дома, но, на блажащей лавочке увидела её, эту, мадемуазель Ганс, всю в слезах. Я сложила губы бантиком, пожала плечами, и прошла мимо.
  - Не притворяйся! Я видела тебя в зале, Принцесса бала. - Последнее было сказано с чудовищной иронией.
  Уйти далеко мне не дали. Всего несколько шагов от скамейки. Я обернулась.
  - Ты хочешь со МНОЙ поговорить?
  - Все смотрели только на тебя! - Это был упрёк.
  - А тебя обделили вниманием? Бедняжка. - И почему я обязана всё это выслушивать? Повернулась и пошла дальше.
  - И он смотрел...
  Я опять замерла. Да, я всё-таки хамка.
  - Выколи ему глазёнки, это не помешает. - Это было искренне.
  - Что? - своими глазами цвета моря она посмотрела на меня.
  - Ничего. Ты ведь жена ему! Устрой скандал, побей посуду! Или практичные немцы не способны на выплеск эмоций?
  - Откуда...а, не важно. Скандал говоришь? Я убежала, надеялась, что пойдёт за мной. Как видишь, тут только я и ты.
  Я подошла к девушке и положила руку ей на плечо.
  - Хочешь обратить его внимание на себя? Я тебе дам совет. Разведись!
  Повернулась, скинула туфли и пошла по тротуару домой, в объятья одиночества. Нет, меня не ревность толкнула сказать это. Просто Ганс маленький капризный мальчик, не любящий, когда у него отнимают конфеты.
  Дома Олег и Дженни застали меня в моих любимых джинсах и растянутой кофте. Я смотрела очередную американскую комедию и ела с кружки шоколад. Меня никто не стал трогать. Все решили, что всё нормально.
  ***
  Ещё два дня! Сегодня очередное празднество с играми и танцами, завтра карнавал и всё! Завтра нужно будет одеть какой-то костюм, но об этом потом.
  Кто придумал это недельное сумасшествие? Каждый день наряжаться и хвалиться не интересующейся публике о своём образе. Разве это весело? Разве это интересно? Хотя да, что вам, никак не успокоившимся, ещё делать? Только жеманно показывать свой достаток.
  А вообще о чём это я? Ведь я делаю то же самое! Мои наряды ничуть не отличаются от ваших. Я кажусь такой же пустой, как и вы.
  Завтра... Завтра я покажу, какая я на самом деле, покажу, какие вы.
  Эх! Сегодня я не наряжалась. Совсем закрытое жёлтое платье с цветными вставками и переходами, до колен, но с пышной юбкой. Длинные рукава, практически скрывающие ладонь. Воротник-стойка. Туфли на неизменной шпильке. Волосы в хвост. Минимум макияжа. Всё!
  Я готова! Можете везти меня на казнь...
  Всё по кругу, куча лиц, которые стремились засвидетельствовать своё почтение, и до мелочей запомнившаяся Эйфелева башня.
  - Ты была не права. Он рассмеялся мне в ответ и сказал, что я могу хоть сейчас лететь на все четыре стороны. - Я даже не обратила внимания на Гансову подружку.
  - Да? Странно. - Мне было не интересно, ни то, что ей сказал Ганс, ни сам Ганс.
  - Откуда ты знаешь его? - Совершенно безобидный вопрос, я даже не знаю, почему меня так дёрнуло, внутри всё было спокойно.
  - Я его не знаю. Но он ведь тебя всё равно бросит. Как бы ты не старалась. Поэтому уйди первая. Не разбивай свою, итак уже треснувшую гордость.
  - Да, сегодня я соберу вещи и уед...
  - Нет! - Я внимательно посмотрела на девушку. Бедная, по сравнению с первым днём, она была вымотана и измучена. Мне стало её невыносимо жаль, но я была и счастлива, что меня эта участь не постигла. Да, я страдала, если так можно сказать, но страдала от неизбежности, а не от предательства.
  - Ты не уедешь, а придёшь сюда. Надень потрясающий карнавальный костюм и блистай так, чтобы затмить всех! Чтобы ни у кого и мысли не возникло смотреть на кого-то другого.
  - Я не могу как ты... Я не такая как ты. - На неё синие глаза накатились слёзы.
  - А какая я? Уже в который раз я задаю себе этот вопрос, но на него нет ответа. Здесь я такая, какой хотят видеть меня другие, хотя нет. Такая, какой я хочу быть в глазах всех. Мы сами себя создаём. Вот и почему тебе не создаюсь новую "Себя"?
  - Понятно! - Девушка рассмеялась. - Ты - пустое место! Кукла! Ха, а я тебе ещё завидовала.
  Я скромно улыбнулась.
  - Да, кукла...
  ***
  Наконец-то всё закончиться! Новый год, новая жизнь. Подальше от этого безумия, от этого сумасшествия. Здесь все сумасшедшие! И я... Подальше от них. Подальше от себя.
  *** ( Ганс )
  Эта ненормальная появилась. Хм. Она совсем не походила на ненормальную. Она была прекрасна в своём наряде.
  Среди многообразия зайчиков - плейбоев, ангелов и демонов, символов нового года, она была единственная в своём роде.
  Серый, прозрачный корсет, расшитый серебряными нитями и бисером. Пышная шифоновая юбка, от талии расходившаяся как хвост ласточки покрытая таким же узором, как и верх, была до колен. Грудь девушки тоже была прикрыта двумя круглыми кусочками такой же ткани, от которой отходили две серебряные цепочки и закреплялись на шее. Из аксессуаров был всего лишь браслет. На ногах серебряные босоножки. Волосы собраны в два небрежных пучка.
  Казалось бы, вроде бы нет никакого костюма. Правда, если не обращать внимания на тёмно-коричневые линии на плечах, руках, ногах.
  Она была куклой. Шарнирной куклой. С чётко прорисованными деталями вплоть до винтиков. Такая же неживая, такая же отстранённая, такая же меланхолично - печальная. Её глаза не выражали ничего. В них была пустота. Губы были бледны и изогнуты как у Пьеро. Её приветствовали, говорили комплименты. Она отвечала, но не улыбалась. И правильно, если бы она улыбнулась, все бы Сирены мира прекратили бы свои песни.
  Она прошла мимо меня. Именно мимо меня, не кинув в мою сторону и косого взгляда. Нет, принцесса, сегодня я по твоим правилам играть не буду. Всю неделю мне не давала покоя, ещё с нашей первой встречи. Сегодня всё будет так, как я хочу!
  *** ( Вера )
  Платье было неимоверно тяжёлым, кожа под корсетом чесалась, босоножки натирали ноги. Я шла как по стеклу, едва не плача, но эффект! Он того стоил! И даже хорошо, что у меня всё болит. Так я буду больше похожа на неживую. Да и улыбаться, меня теперь уж точно не заставить.
  Сколько же здесь было животных, людей в костюмах представителей разных народов. Были Барби и Кены (видимо кто-то решил не заморачиваться). Таких как я - не было. Оно и к лучшему.
  Я худо - бедно дождалась отсчета времени. Все вышли на улицу, радовались, смеялись. Мне было не до веселья. Я с таким же хмурым лицом поплелась за всеми. Наконец-то увидела бывшую Ганса. Она была в костюме индианки. Красивая, но меня не впечатлило.
  Люди выстроились в линии.
  - Вы опять будете не обращать на меня внимания? - Прямо передо мной возник Ганс.
  Эх, судьба моя, судьба!
   - Я, кажется, просила вас не подходить ко мне...
  - Всего три дня. После двенадцати всё будет иначе. - Ухмыльнулся вампир.
  - Нет. После двенадцати я иду собирать чемоданы и улетаю домой.
  - Вот как? - Мужчина рассмеялся. - Нет, так дело не пойдёт!
  Он схватил меня за руку и потянул в сторону дома. Я вырывалась, но он удобнее сгрёб меня, говоря удивлённым людям, что я выпила немного лишнего. Не знаю, походила ли я на пьяную, но на меня никто не обращал внимания, все так же продолжали радоваться жизни. Так убивать будут - не заметят!
  Меня привели в какую-то комнату и швырнули на диван.
  - Ну что, куколка, всё ещё хочешь уйти? - Не знаю, кто это был надо мной, но точно не Ганс.
  - Отпусти, - Жалобно пропищала я, но реакции не последовало.
  Быстрым движением с меня начали сдирать платье. Я закричала - мне закрыли рот ладонью. Дикий ужас накатил на меня, а когда я поняла, что сил выбраться у меня не хватит, то вообще съехала с катушек. Начала вырываться, за что получила пощёчину. Весь мой мир рушился. Кто передо мной, что я делаю здесь! Я расплакалась. Завыла, громко, стараясь разорвать тишину, которая окружала меня, мучительную, мёртвую тишину.
  Меня уже не трогали, но я продолжала рыдать. Казалось, я выплёскивала всю боль прошедшего года. Всё, что держала в себе. Меня робко обняли.
  - Ну, прости.
  - УЙДИ ОТ МЕНЯ! Не прикасайся! - Я оттолкнула мужчину от себя. - Я тебя ненавижу!
  - Что я сделал не так? Такое чувство, что ты обо мне знаешь гораздо больше, чем я думаю!
  - Что? - Я размазывала слёзы по щекам. Затравленно посмотрела на Ганса. - Нет, я просто... мне не нравиться твоё поведение.
  - Какое поведение?
  - Ну, как кобель...
  Смех Ганса заглушил фейерверки.
  - Ты прекрасна!
  Он подошёл ко мне, сел у моих ног, и взял меня за руку. Стёр с моей щеки слёзы и сказал:
  - С Новым годом, куколка, ну и потрепала же ты мне нервов в прошлом году.
  - Ты мне больше... - Я обиженно надулась и отвернулась.
  *** ( Ганс )
  Теперь этим губам катастрофически нужно было улыбаться! Я повернул её личико, с красненьким, как у котёнка, носом и поцеловал её. Она ответила! Кажется, это моя будущая жена.
  *** ( Вера )
  Всё было не так, как думал Ганс. Он видимо тоже хотел обладать мной. Увы, сразу же после вечеринки я собрала вещи и уехала. Он искал меня, но всё было тщетно. Я ни с кем тесно не общалась, а по сему - никто обо мне и не знал ничего.
  Прошёл январь. Странно, у тебя нет никого, даже девушки.
  Прошло уже два месяца с того рокового тридцать первого. А знаешь, я теперь волонтёр в детской больнице. Все мне очень рады. Часто приношу им игрушки, придумываю сказки. Рисую. Медсёстры очень мне рады. И я рада. Может это и есть настоящая я?
  Три месяца. На моём горизонте замаячила новая фигура. Один парень, тоже ходит иногда к детям.
  Добрый и улыбчивый Вил. Симпатичный парень для человека. Мускулистый, загорелый. Говорит, что в его крови течёт кровь истинных жителей Америки. Черные, как смоль волосы, карие глаза, греческий нос и узкие губы. Красив, что и говорить. Да ещё и начал оказывать мне знаки внимания. Я не замечала их, впрочем, я всегда ничего и никого не замечала кроме тебя, мой милый, пока ко мне не подошла маленькая Лиззи и не сказала, что Вилу я нравлюсь.
  Замечательный ребёнок, ты всегда обращала внимание на мою боль. Сколько же силы в этом маленьком тельце. Она лежала в отделении онкологии. Врачи поставили диагноз: рак третьей степени. Живёт она молитвами родителей и помощью врачей, но я безумно люблю эту девочку. Безумно. И не жалею, за что она мне благодарна. Как-то она мне сказала, что жалость отравляет её душу, я улыбнулась ей в ответ и произнесла, что жалости она от меня не дождётся, а вот на счёт сказки, так это сколько душа пожелает. Я привязалась к девочке, но мою тишину ей было не развеять. Этот пятилетний ребёнок, казалось, знал всё. Её глаза смотрели на мир совсем по взрослому, даже с некоторым цинизмом. Она давала мне довольно мудрые советы. Например, "если ты не хочешь, чтобы на тебя обращали внимание, то всегда ходи с зонтиком. Сработает, особенно в дождливое время". "А что же мне делать, если день солнечный?" - спросила я. "Тогда одевай чёрное. Людям всегда не интересна темнота, даже если они и сами темные".
  Сходила на свидание с Вилом. Что я вынесла с этого романтического мини-путешествия? Добрый, и улыбчивый Вил. Симпатичный парень для человека. Мускулистый, загорелый. Говорит, что в его крови течёт кровь истинных жителей Америки... Собственно, вот и всё! Ничего нового, а может, просто не хотела узнавать? В любом случае, дала понять, что ничего у нас быть не может. Так я снова осталась одна по своей вине...
  Четыре месяца. Куда ты пропал? О тебе известно лишь то, что ты уехал. Куда? Зачем? А может это намёк жизни, чтобы я больше ничего о тебе и не знала? Я принимаю вызов!
  Вот чёрт! Кто бы мог подумать, что ты появишься в этом моём маленьком захолустном городишке? Что ты тут забыл?
  Во всяком случае, собрала вещи и смотала подальше!
  Да, я ни сказала, ни одной душе, кроме Олега, куда я уехала. Так почему он опять здесь? И что мне теперь делать? Из окна прыгать? А выбор есть?
  Я опять сбежала. Теперь уж, надеюсь, недосягаема. С Днём рождения, меня! Весь поезд тебя тоже поздравляет!
  Июнь. Прошло ещё два месяца. Ни с кем не общаюсь, и не понимаю. Нахрена я мать твою бегаю?! Придумываю сама себе проблемы! Но уже поздно. Поздно что-то менять.
  Я так и буду жить год от года? Прошёл еще месяц. Лето! Хочу на пляж! Поеду на пляж!
  Приехала на море! Ура! Я всю жизнь об этом мечтала! Целыми днями плавала, загорала, плавала, и снова плавала, загорала, пла...
  Весь мир был у моих ног, но этот мир был недолговечен.
  Я давно оборвала все свои связи и с Олегом, что уж говорить о Дженни, но, видимо, у одной личности на меня нюх. Он нашёл меня и здесь, уничтожив все мои надежды на спасение и бегство. Моё вечное проклятье!
  После очередного купания, я пошла в домик, который снимала. Он был небольшим, с маленькой, но уютной спальней, душевой комнатой и просторным залом, который был по совместительству ещё и кухней - столовой. Мне понравился этот дом ценой, небольшой ценой.
  Я пришла домой, кинула сумку возле двери и пошла за стаканом воды.
  - Ты совершенно не умеешь обустраивать свой уют.
  Я вздрогнула. Я знала, что на одном из стульев сидит Ганс.
  - Да, в прочем, как и прятаться.
  Вампир рассмеялся:
  - О! Это у тебя получается ещё хуже!
  Допив воду, я всё-таки повернулась к вампиру лицом:
  - Зачем ты меня преследуешь?
  - Потому, что ты убегаешь.
  - Я не знала, что мы играем. - Да уж. Более глупого объяснения я ещё не слышала. - Разве только по этому?
  - Нет, просто ты мне кое-что должна. - Ганс сделал недвусмысленный жест и указал себе на ширинку.
  ОХРЕНЕТЬ! Я чуть не упала!
  - ...должна? - пискнула я.
  Мужчина улыбнулся, но от этого оскала я испугалась ещё больше. Было свежо воспоминание, как он рвал на мне платье...
  - Не стесняйся, детка, и я уйду! После даже не появлюсь в твоей жизни! Как ты и хотела.
  - Ты за кого меня принимаешь?! - Возмутилась я. Да как он смеет? Если я ниже его рангом - это не значит...
  - Ой, да перестань! Для меня не имеет это никакого значения! - Ганс "сделал" недовольное лицо.
  - Для меня имеет... - прошептала я.
  Со всей скорости метнулась к входной двери, вдогонку мне прозвучало: "Да ладно!".
  Добежать я не успела. Прямо перед моим носом возник хозяин Берлина, и он уже не был таким добрым и улыбчивым.
  - Не трогай меня. - Я метнулась в другую сторону, но толку мне тягаться с многовековым вампиром. Со скучающим видом он снова оказался передо мной.
  Я со всех сил его толкнула, но он молниеносным движением схватил меня и прижал спиной к себе.
  - Выбирай, куколка! Или это, или сто лет в моём распоряжении. - Прошипел он мне на ухо.
  - Хорошо... - я прекратила бороться.
  Ганс отпустил меня и хищно улыбнулся.
  - Только билеты купишь сам.
  - Что? - нахмурился вампир.
  - Не, ну я, конечно, могу быть в твоём распоряжении и у себя дома. Ну, так, чисто теоретически. - Через силу улыбнулась я.
  - Ты выбрала второй вариант... Ну что же, сегодня будешь спать на полу.
  Ганс развернулся и пошёл в спальню. Я не поняла ровным счётом ничего, но, подумав минут, пять, я схватила сумку с пола и решила пойти на пляж. Так и думала, что мне даже не дадут выйти из дома. Меня швырнули на пол и явно намекнули даже не "рыпаться". Перечить я не стала. Растянулась на полу и стала смотреть в потолок. Вампир шуршал в моей комнате. Чем он занимался, мне было совершенно не интересно, пока не раздался смертельный (для меня) звук. Я залетела в комнату, и обнаружила свой компьютер (тот самый, которым мне подарил сам Ганс), разбитым вдребезги.
  - Без него гораздо лучше тебе будет. - Отстранённо сказал хозяин города.
  Я схватилась за голову, заорала! Это единственное, что меня связывало с ним прошлым... единственное!
  - Лучше бы ты согласилась на первый вариант. Теперь я превращу твою жизнь в ад.
  - Ни за что‼! Я была и буду только с одним человеком‼! Слышишь? Я больше никому кроме него не позволю к себе прикасаться‼! - Заорала я ещё громче, чем разозлила мужчину, он подлетел ко мне и с такой силой ударил, что я проломила стену, и, кажется, сломала пару рёбер. Ганс схватил меня за шею и начал душить. С воздухом проблем не было, но горло горело. Я пыталась что-то говорить, вырывался лишь хрип.
  - Это мы ещё посмотрим!
  ***
  Да, действительно, моя жизнь превратилась в ад. Настоящий ад, но та тишина, которая меня окружала, дала слабину. Этим я себя и тешила. К тому же... я была голодна. Чудовищно! Ганс воспринимал это как протест на его методы, он даже не удосуживался спросить, почему я отказываюсь пить, принесённую им, человеческую кровь. Я была истощена. К слову, я вообще была на привязи. Не могла выйти ни из дома, ни даже из комнаты. Ванна тоже была запретным местом. Ганс же отрывался по полной. Иногда приходил с какими-то бабами, и на моей кровати, на МОИХ простынях в цветочек, они там черте-чем занимались‼!
  Сегодня я тоже сидела возле стола, так как мне было велено ползать только по полу, дескать грязной сучке... И как так получилось? Я задавала себе время от времени это вопрос и пришла к выводу, что В ТОПКУ ТАКИЕ ВОПРОСЫ, иначе можно сойти с ума.
  Вампир опять пришел, но один, что странно было. Он поставил передо мной маленькую бутылку с кровью.
  - Можешь, как всегда не пить.
  Я издала какие-то мало похожие на слова звуки, но Ганс не обратил на них внимания. Он считал, что эта мера воспитания правильная, хм, странно, видимо в детстве его ничему не научили.
  Утром я проснулась от того, что в моё горло лилась какая-то жидкость.
  
  - Давай, дура, помрёшь же! Давай... - мужчина крепко держал меня. Его лицо было взволнованным.
  Мою руку резко обожгло. Браслет накалился. Я замычала, задергалась, но не смогла и шевельнуться, самое страшное, что было приятно! Ощущение силы, которого я боялась с самого обращения.
  Ганс отпустил меня. Пока во мне были хоть капли прежнего рассудка, села на корточки, два пальца в рот и...
  - Что ты делаешь?‼ - Вампир подлетел ко мне, но я уже избавилась от всего, что во мне находилось.
  Меня схватили, придавили собой, и силой надавив на челюсть, снова начали в меня вливать кровь. Браслет накалился ещё сильнее. Я заорала. Кое-как вырвала свою руку и оттолкнула Ганса.
  - Человеческая‼! - Дико закричала я и снова вызвала рвоту.
  Вампир не останавливал меня. Меня выворачивало наизнанку до такой степени, пока в моём организме ни стало, ни капли чужой крови, пока браслет вновь не принял свой обычный цвет.
  Когда всё закончилось, мужчина молча встал и ушёл.
  Я же свернулась калачиком под столом и уснула. Разбудили меня опять сильные объятья. Мне захотелось дёрнуться, но мой лоб обдало горячее дыхание:
  - Это белохвостый олень, не бойся.
  Я закрыла глаза и подчинилась. Молча пила, лёжа в его объятьях. Потом перед глазами всё поплыло. Очнулась я в своей кровати. Первой, что пришло мне в голову: " Простыня другая". Я была чистая, в мужской футболке.
  Аккуратно скользнув на пол, на цыпочках пошла в зал. На маленьком диванчике спал Ганс. Спокойный, такой же, как и в то время, когда мы были с ним вместе. Я решила не испытывать судьбу и не прикоснулась к нему.
  Пол был чист, я прошмыгнула к кухонному шкафчику, там у меня лежало печенье, и открыла дверцу. На мою руку легли чужие пальцы.
  - Я хочу есть. Тут еда. Мне нужна человеческая пища для энергии. - Спокойно произнесла я.
  Ганс зарылся лицом в мои волосы и легко поцеловал меня в шею. Второй рукой обнял меня за талию.
  - Я хочу есть. Тут еда. Мне нужна человеческая пища для энергии. - Разорвала я тишину.
  Вампир тяжело вздохнул и исчез, когда я обернулась, он вновь был на диванчике с закрытыми глазами.
  Я схватила пакет с печеньем, как можно тише провела махинацию с холодильником и добыла стакан молока. Метнулась в спальню. Накинулась на еду, как будто меня неделю не кормили! Хотя почти так оно и было. За едой я как пазл стала собирать компьютер. Конечно, починить мне его не удастся, но для коротания времен подходило. Я уже всё съела и почти сложила крышечку, когда в комнату зашёл вампир. Он внимательно смотрел на меня с минуту, а потом произнёс:
  - Хочешь на пляж?
  Я чуть не родила ёжика от напряжения, думая, где здесь подвох. Всё это время Ганс ждал ответа.
   - Да. - Уверено сказала я, предчувствуя неладное.
  С интуицией у меня, не то что нелады, а вообще пропасть между нами!
  Оказалось, ничего потаённого. Мне дали полную свободу. Что произошло с этим мужчиной?
  Я опять плавала, веселилась, кричала и брызгалась водой с детьми. Притащила на берег кучу камушков, которые вывалила кучкой прямо возле ног вампира. Ганс не купался, просто наблюдал за мной. Может, подозревал, что я убегу опять.
  Как странно. Время, я знаю, что ты похоже на спираль. Всё всегда возвращается. Неужели то, что Ганс боится меня потерять - тоже?
  Таким образом, мы с хозяином Берлина на пляже пробыли до полночи. Рядом с вампиром была целая гора разных вещей: камни, ракушки, водоросли, какой-то особенный (для меня) песок. Был ещё маленький крабик, но он убежал. Я поэтому чуть не расплакалась, но меня быстро развеселила маленькая девочка, которая предложила мне обменять её резинку для волос на мой камушек в форме сердца. Я согласилась, к тому же, моим волосам лишняя поддержка не помешает.
  ***
  Вечером я вывалила все свои богатства на стол и начала экспериментировать.
  - Вот‼! Смотри! - Закричала я радостно Гансу, но когда тот начал подходить я смахнула всё со стола.
  - Да! Это был прекрасный жест! - Иронически рассмеялся мужчина и пошел к холодильнику. Я продолжила стоять на том же самом месте.
  Камни складывались в слова: "Вера + Ганс". До меня смысл дошёл не сразу, но, главное, что вампир не увидел их.
  Неужели моя душа такая глупая? Что, поверила в сказку? Начала надеяться? Нет! Ты же помнишь - ты всего лишь рабыня, ничего больше. Жалкое существо. Ему ведь плевать на тебя. Он просто такой же, как и все. Хочет удовлетворить своё собственное "Я". Ты ему просто кое-что должна, и он сделает всё, чтобы ему это отдали, даже будет добрым и нежным...
  Из глаз брызнули слёзы. Я метнулась в спальню, забилась под одеяло и беззвучно заплакала.
  Меня подняли на руки вместе с одеялом, и, не раскрывая, начали баюкать. Ганс пел какую-то колыбельную на немецком, а я успокаивалась.
  Я живу для тебя - я тону в тебе.
  Ведь мечтаю потеряться в твоих глазах
  Недостижимо близко - ты играешь со мной.
  Ты этого не чувствуешь?
  Спаси меня...
  
  Я умру для тебя
  Умру для тебя
  Почему ты этого не видишь?
  Я умру для тебя
  Умру для тебя
  Почему ты не чувствуешь, как я?
  
  Ты делаешь мне больно. Эта боль - проклятие.
  Но умоляю о помощи, так как мне не хватает мужества.
  Касаешься моей руки, и все становится хорошо.
  Однако ты этого не делаешь.
  Спаси меня...
  
  Я умру для тебя
  Умру для тебя
  Почему ты этого не видишь?
  Я умру для тебя
  Умру для тебя
  Почему ты не чувствуешь как я?
  
  Я умру для тебя
  почему-почему-почему ты это не чувствуешь?
  Почему ты меня не любишь?
  Ты не чувствуешь это...
  Я умру только для тебя....
  
  Как похоже...
  Может, я тоже всё забуду? Забуду его, себя, забуду мир. Начну всё заново. Может, когда он поёт, это возможно? Кажется, что всё возможно. Та тишина - она развеивается, когда он поёт. Когда он поёт... поёт. Поёт‼!!
  Я, сквозь одеяло, уткнулась в его грудь и молчала. В темноте, боясь видеть его глаза, боясь узнать правду.
  Проснулась я в его объятьях, так же, завёрнутая в одеяло. Просто лежала с закрытыми глазами.
  Ганс резко встал с постели пошёл в зал. Я не шелохнулась. Через некоторое время мужчина всё-таки появился в комнате. Кинул мне какие-то вещи (мои), и сказал, чтобы я собиралась.
  Оделась я быстро. Как оказалось, мы всего лишь ездили за покупками. Ганс накупил просто гору еды! Когда мы приехали, он сам начал что-то готовить. Я была не против, лёжа на диване, читала журнал, который купил тоже вампир.
  Ужин был потрясающий, но за это время ни я, ни глава города не сказали ни слова. Встав из-за стола и кивнув, я убрала свою тарелку в раковину, а сама пошла в душ. Быстренько справившись с этим делом, я поплелась спать. Заснуть я не успела, в комнате возник Ганс, видимо тоже после душа, так как с его волос стекали капельки воды.
  Вампир лёг рядом на кровать и замер. Я перевернулась на другой бок и тоже засопела.
  Проснулась я рано, солнце ещё даже не встало. Потянулась, посмотрела на Ганса. Он, как и я, лежал на животе, повёрнутый лицом ко мне. Я вспомнила колыбельную, такую красивую и спокойную. Подумала, может и правда не стоит ему сопротивляться? Сделать то, чего он хочет и быть свободной.
  Я потянулась к мужчине и нежно поцеловала его. Вампир нахмурился и что-то пробурчал себе под нос. Я снова его поцеловала уже более настойчиво. Глаза хозяина распахнулись. Он удивлённо посмотрел на меня. Ещё один поцелуй и сдался, накинулся на меня, начал целовать, обнимать... Всё было не так как в тот раз. Сейчас я знала, что меня просто используют и всё. И что это скоро закончиться. Я терпела, терпела...
  Проснулась я уже часа в два дня. Рядом никого не было. Сердце кольнуло. Ну что ж! Я вздохнула полной грудью. Так пахнет свобода. Выскочила с кровати. Долой это простынь и этот пододеяльник с наволочками.
  На пороге мелькнула фигура. Я замерла, голая с одеялом в руке. Постель валялась рядом на полу.
  Ганс внимательно смотрел на меня.
  - Ты чего делаешь? Я тебе завтрак приготовил. Иди, съешь, пока не остыло.
  Одеяло выпало у меня из рук. Я молча пошла в зал, когда я прошла мимо вампира. Тот молниеносным движением натянул на меня футболку и, ухмыляясь, пошёл к плите.
  Я просунула руки в рукава и направилась к столу. На тарелке лежало две небольшие куриные ножки, политые весть знает каким соусом. Я попробовала - съедобно. Это радовало.
  Когда я доела, то направилась к Гансу, по-прежнему крутившемуся возле плиты, и заглянула ему через плечо.
  - Блины? Да ты оказывается гений кулинарного искусства! А я и не знала! - Удивлённо воскликнула я.
  - Да и откуда же ты могла обо мне знать! Тем более я не рассказывал. - Величаво улыбнулся мужчина в ответ.
  - Да, действительно! Не расс... Ай! - Я потянулась к готовым блинам, за что получила по руке.
  - Я этого не люблю!
  - Ну и пожалуйста! Больно надо! Я твои блины вообще, есть не буду! - пожала я плечами и упорхнула в душ.
  Когда я вышла - блины были готовы и, причем так восхитительно пахли, что мне стоило огромных трудов пройти мимо.
  Да, Ганс издеваться умел! Он эти тарелки с блинами везде расставил. На прикроватной тумбочке тоже. Они сводили меня с ума‼!
  Я надела купальник и поспешила выскочить из дома. Но меня задержали на середине.
  - Так! Куда это ты собралась? Разрешения не было.
  - На пляж, но вообще, вроде, я сделала всё как ты просил, так что я свободна. - Серьёзно сказала я.
  - Неа! Это уже я решу. К тому же, ты никуда от меня не денешься, пока не объяснишь кое-что.
  - И что же это?
  - Поверить не могу, что ты сама поступилась своим принципам.
  -Каким принципам? - Я непонимающе смотрела на вампира.
  - Верна одному человеку и так далее...
  Я вздрогнула и отвернулась.
  - Зачем тебе это знать? Разве и так не хорошо?
  - Нет, этого недостаточно.
  - А может я от тебя отделаться побыстрее хотела?! - Разозлилась я.
  Вампир иронически скривился:
  - Ещё скажи, чтоб с ним быстрее встретиться.
  - Да! Так и есть.
  - Этим ты себя и выдала. Нет у тебя никого, или просто кинули тебя.
  - Ну, знаешь ли, это не утешение...
  - Тогда ответь честно! Обещаю, больше не буду задавать ни одного вопроса по этому поводу.
  - А уйдёшь и оставишь меня в покое? - Я недоверчиво посмотрела на вампира.
  - Это зависит от твоего ответа.
  - Хм, ну хорошо, я согласилась, так как тот, кому я верна и тот, с кем я вчера была - одно и то же лицо.
  Лицо Ганса осталось спокойным. Он просто молча выслушал меня, а потом обнял меня и сказал:
  - Вот ты и подписала себе смертный приговор. - А за тем поцеловал. Нежно-нежно. Как никогда ещё не целовал. - Прости, что я забыл тебя когда-то. Я этого больше не сделаю.
  ***
  И они жили долго и счастливо? Ну да, это естественно не про нас. Я отказывалась быть его женой пять лет. Но потом, всё же сдалась, и то это произошло по счастливой случайности. Джозефу назло.
  В городе меня не все любили, ну, кроме оборотней. Я вернула их расположение. И теперь всеми делами "Оборотень - Вампир" в Берлине занимаюсь я.
  Моя тишина развеялась.
  Вокруг меня целый оркестр, признаться, жутко надоел, но мне он нравиться. Я думаю, а не раскрыть ли тебе мой секрет. Вернуть память, но я боюсь, боюсь, что ты начнёшь меня ненавидеть. Пусть у меня для этого и были причины, всё равно этому нет оправдания.
  Может быть когда-то, когда я наберусь смелости я расскажу тебе, а ты уже сам решишь, но это будет не сейчас, не сейчас. Сейчас мы живём в своё удовольствие. Счастливые и радостные. И как будто полные жизни. Любви, надежды и... Нет, пожалуй, не верой, ведь вера теперь у Ганса всего одна!
  
 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Л.Джейн "Чертоги разума. Книга 1. Изгнанник "(Антиутопия) Д.Маш "Золушка и демон"(Любовное фэнтези) Д.Дэвлин, "Особенности содержания небожителей"(Уся (Wuxia)) Д.Сугралинов "Дисгардиум 2. Инициал Спящих"(ЛитРПГ) А.Чарская "В плену его демонов"(Боевое фэнтези) М.Атаманов "Искажающие Реальность-7"(ЛитРПГ) А.Завадская "Архи-Vr"(Киберпанк) Н.Любимка "Черный феникс. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) К.Федоров "Имперское наследство. Забытый осколок"(Боевая фантастика) В.Свободина "Эра андроидов"(Научная фантастика)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Колечко для наследницы", Т.Пикулина, С.Пикулина "Семь миров.Импульс", С.Лысак "Наследник Барбароссы"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"