# 2024. Глава 4

Павел Юрьевич Гагарин

Когда капитан после разговора с "Джо" вернулся к себе в каюту, то услышал, как в душе шумит вода. У капитана была отдельная душевая - традиционно считалось, что вид голого начальства снижает моральный дух команды. Перед дверью в душевую валялся комбинезон. Капитан подобрал его. Комбинезон был еще чуть теплый и пах Петровой. Сюзен Петрова была главным, и на настоящий момент единственным, каптенармусом и заведовала вооружением "Неуловимого". Она была истинным энтузиастом своего дела. Ее в принципе интересовало все, чем можно убить, но предпочтение она отдавала крупнокалиберному огнестрелу.


Петрова появилась на корабле четыре года назад. Пульхр отметил, что девочка симпатичная и первые полгода видел ее только на планерках. Однажды, во время празднования 1 марта Пульхр за игрой в карты оказался за одним столом с Петровой. Они разговорились. Петрова пожаловалась на очереди в офицерских душевых и как-то слово за слово оказалась в капитанской душевой с капитаном за спиной.


Капитан несколько раз пытался выяснить, какие у них отношения, на что Петрова заявляла, что нынешнее положение вещей ее устраивает. После перехода на каперскую службу Петрова, как и все остальные клоны в команде, осталась на корабле. Команда сократилась до предела. Никаких очередей в душевых уже не было. Третий уровень, предназначенный для космопехоты, вообще стоял пустой. Тем не менее, Петрова продолжала несколько раз в неделю посещать капитанскую душевую и самого капитана. Но не более.


Кроме Петровой в каюте появился еще один гость: на кровати возлежал дородный котяря неизвестных кровей. На корабле, опять же согласно традиции, имелось несколько кошачьих, якобы для борьбы с грызунами. Они обитали на нижних ярусах, и, попав капитану на глаза, тут же напускали на себя хмуро-озабоченный вид, несомненно подражая команде, и старались свалить. Этот конкретный кот каким-то образом сумел выцедить своим умишком, что капитан на корабле главный, поэтому счел его достойным своей дружбы. Поначалу их отношения не складывались. Пульхр, обнаружив животное в своей каюте, брал его за шкварник и выносил в коридор. Кот в это время отчаянно мурлыкал, всем своим видом показывая, что, несмотря на капитанскую грубость, зла на него не держит. Вскоре кот снова каким-то неведомым образом объявлялся в капитанской каюте, и мало-помалу приучил капитана к своему обществу. Теперь в те редкие часы, когда он не валялся на капитанской койке, кот сопровождал Пульхра по кораблю, иногда даже что-то подмявкивая во время планерок. Поэтому команда называла его четвертым помощником.


Пульхр аккуратно сложил комбинезон Петровой и положил на кресло. Кот немедленно переместился с кровати на комбинезон.


Кажется, у Петровой был фетиш на форму, а может быть на капитанскую должность, возможно на золотые пуговицы или шитье, а может быть, на все сразу. В любом случае, ей явно возбуждало находиться голой, и чтобы при этом капитан был в полной форме. Поэтому Пульхр не стал снимать китель, а фуражку надвинул на брови, как на параде.


Петрова вскоре появилась: одно полотенце накручено вокруг головы, как тюрбан, в другое на ходу заворачивалась сама. Увидав капитана, она приложила ладонь к тюрбану.


- Господин капитан!


Капитан тоже отдал честь.


- Офицер Петрова!


Оба одновременно рассмеялись. Петрова подошла к капитану.


- Кто это у нас такой страшный дядька-капитан? - спросила она детским голосом, накручивая эполет на палец.


Капитан обнял распаренную девушку и залез под полотенце. Зад у каптенармуса был идеальным: каждая ягодица в аккурат подходила под ладонь Пульхра. Они словно были созданы друг для друга.


- Вам только одного надо от бедной девушки, - прошептала Петрова и ловким движение вывернула попу из загребущих капитанских лап.


Она уселась на диван, задрав ногу на ногу. Капитан достал из бара два бокала, бутылку, а из холодильника - хамон.


- О, колбаска, - обрадовалась Петрова.


Капитан сел рядом с ней, наполнил бокалы. Петрова попробовала вино, взяла бутылку и оценила этикетку.


- Лафит! - протянула она "и".


- Старые запасы.


- Хорошо быть капитаном, да? Отдельная душевая, вино, хамон.


- А каково быть девушкой капитана? - игриво поинтересовался капитан.


- Так себе. Трахают тебя все время за это.


Пульхр озадаченно хмыкнул. Он хотел было напомнить, что она приходит сама, никто ее не заставляет. Но вовремя вспомнил, что Петрова может обидеться на ровном месте. Чем логичней и ясней будут доводы, тем быстрее разговор перейдет в ссору, а то и скандал. По опыту он знал, что действовать надо максимально быстро, глупо и смешно. Поэтому он растопырил указательный и средний палец козой, и со словами "ути-ути-ути" стал тыкать Петрову в бок, а она принялась визжать, хихикать, уворачиваться и закрываться локтем.


Кот с осуждением поглядел на это безобразие и направился на выход. Остановившись у двери он требовательно мявкнул.


- Подожди, дверь коту открою, - верещала Петрова, одновременно пытаясь найти нужную кнопку на пульте.


- Как, интересно, он в каюту попадает? - спросил капитан, оставляя каптенармуса в покое.


- Не знаю. Может быть, есть какой-то ход из технических каналов.


- Как слетала?


Петрова дернула носом в том смысле, что слетала не очень.


- Ненавижу такие корпоративные города. Относятся к людям как к скотам. У них там какая-то эпидемия, и власти заставляют всех ходить в масках, как у хоккеистов. Но черный рынок там богатейший. Кстати! - оживилась она. - У них распродается военное оборудование. Я не знаю, откуда они это взяли, кажется, сокращают какую-то военную часть, и руководство разворовывает вооружение. Смотри, что есть...


Она достала из комбинизона свой планшет, и, прижавшись к Пульхру теплым плечом, стала показывать фотографии какой-то нестандартной пушки.


- Сделано в Италии. Я не знаю, какой Леонардо да Винчи ее скрутил, но это гениально. Спаренное зенитное орудие, стреляет стандартными снарядами. Придется, конечно, переделать лафет - нагрузка возрастет, но скорострельность в два с половиной раза выше, точность на сорок процентов, радиус...


- Сколько?


- Пятнадцать.


- Пятнадцать тысяч кредитов?


Петрова закатила глаза, но сдержалась.


- Пятнадцать тысяч кредитов. Но я уверена, что сторгуюсь за тринадцать.


- Понимаешь, - начал он. - Тут такое дело... Огневая мощь сейчас не главная наша проблема...


Он умолк. На него глядели глаза обиженного ребенка, которого, без объяснения причин, оставили без мороженного.


- На мозгоправов для этого жестяного извращенца у тебя деньги есть...


- Кто тебе успел рассказать?


- Да какая разница!


- Это будет вычтено из его доли...


- И на "Лафиты" у тебя деньги есть! А на пушки - нет! Что мы за пираты такие, что у нас нет денег на пушки... Я думала, мы будем летать сами себе хозяева, стрельба, всякие дела. А мы как в доме престарелых, за два года одна перестрелка! С меня хватит!


- Ты куда собралась?


- К себе.


Началась борьба за комбинезон.


- Пусти! - шипела Петрова. - Или голая пойду!


Пульхр отпустил, и Петрова, бухнувшись на диван, начала натягивать комбинезон прямо сквозь полотенце. Пульхр сел рядом, обнял ее и прижал к себе. Когда рыпанье ослабло, он заговорил:


- Я не сказал "нет". Я сказал "не сейчас".


- Думаешь, она ждать будет? Ее купят, пока ты думаешь!


- Значит, это не твоя пушка...


- Она шикарная! Ты ничего не понимаешь!


- Будут у тебя в жизни пушки и получше.


В итоге Петрова осталась у капитана, но обиженная. Она залезла под одеяло, повернулась спиной и предупредила:


- Мне завтра рано вставать, так что меня не буди.


Это означало, что на секс сегодня можно не расчитывать. Капитан погасил свет в спальной зоне, достал из бара бутылку коньяку, стакан и поднялся наверх. Внизу в тусклом свете обводов пола и потолка, белела фигурка Петровой под одеялом. Капитан сел в кресло лицом к окну. Из-под кровати вылез кот, взобрался по лестнице и уютно устроился в кресле напротив капитана.


Надо что-то менять. Видимо, придется пойти на это дело с инкассаторами, которое предложил Джо. Будет несколько трупов, зато у Петровой будет ее пушка. Капитан никогда не боялся крови, но грабеж... Как он вообще до такого докатился? Пират... Как этот лемурианец сумел его тогда уболтать? И Пульхр, потягивая коньячок, стал вспоминать.


Вечером после разговора с адмиралом Скунцтом, с ним связался "Джо" и вкрадчиво сообщил:


- Господин капитан, с вами хочет встретиться лемурианский представитель.


- Что еще за представитель?


- Лемурианский. Предлагает встречу на двенадцать.


- А, хуже не будет. Передай, я согласен.


Ровно в назначенное время появился лемурианский корабль - не летающая тарелка, не гигантское насекомое, а вполне себе человеческая спортивная яхта с надписью "Лоуренс Аравийский" на носу.


Капитан прошел через шлюз своего корабля, шлюз лемурианца, и вышел в длинный белый коридор, ведущем в одну сторону. По дороге к двери капитан заметил, как по форме пробежала едва заметная рябь - его явно просветили на предмет всяких неожиданностей, способных навредить хозяевам яхты.


Открыв дверь, капитан оказался в просторной рубке. Он ожидал чего угодно, вплоть черепов инопланетных монстров, застекленных в шкафы. Но, как и корабль, помещение оказалось вполне человеческим, даже слишком уютным для космического корабля. Большая часть рубки представляла что-то вроде зоны отдыха и столовой; стойка с высокими стульями отделяла кухню.


На кухне, возле плиты крутился высокий человек чрезвычайно штатской наружности. На вид ему можно было дать лет тридцать-тридцать пять, модная прическа и изысканный наряд: узкий куцый пиджак поверх розовой футболки с надписью "I♡Paris". Капитан снял фуражку: отдавать честь, видимо, не придется.


- Добрый день, - сказал по-французски любитель Парижа.


- Добрый день, - согласился капитан.


- Прошу вас, - указал человек на кухонную стойку. - Чай, кофе? Может быть, что-нибудь покрепче?


- Чай, если возможно.


Человек кивнул. Он слазал в кухонный шкаф и поставил на стойку две фарфоровые чашки вызывающе сухопутного вида. Из чайника он налил в чашки кипятку, рядом поставил картонную коробку с ассорти пакетированных чаев и сахарницу.


- Лимон, молоко?


- Спасибо, не нужно.


Человек присел на стул. В носу, в правой ноздре, блеснул камешек. Капитан отметил, что сидят они напротив, но разделены высокой стойкой.


- Прежде всего хочу поблагодарить вас, - человек прижал правую ладонь к сердцу на футболке, - что согласились на встречу. И особенно за то, что согласились на встречу на моем корабле. Вы должны понимать, что земное правительство многое готово дать, чтобы захватить живого лемурианина.


- Вы не очень-то похожи на инопланетянина, - сказал Пульхр, меланхолично купая чайный пакетик в кипятке.


Пульхр не сомневался, что перед ним обычный человеческий посредник. Вроде бы как лемуриане даже дышать не могли земной атмосферой. Причем не просто человек, а землянин: по-французски говорит, как француз; судя по легкому арабскому акценту - парижанин.


- Мне часто это говорят, - улыбнулся француз и протянул капитану блюдце, чтобы избавить его от использованного пакетика. - А как вы себе представляете лемуриан?


- Судя по фильмам и сериалам, зеленые такие, склизкие и любят лазанью.


- Про лазанью это что-то новое. Есть такой термин в биологии: конвергенция. Когда разные виды из одной экологической гильдии становятся очень похожи. Например, акула это примитивная рыба, а дельфин - копытное млекопитающее. Что не мешает им быть очень похожими.


- На самом деле, дельфин и акула не так уж сильно похожи...


- На самом деле, и мы с вами не так уж сильно похожи. Да, кстати, забыл представиться, - инопланетянин приподнялся и протянул руку. - Стефан Дедал.


- Виктор Пульхр, - рука Дедала была сухая, твердая и горячая. - Это настоящее имя?


- Да, - ответил Дедал. - Мои родители были греческого происхождения, хотя детство я провел во Франции.


- Вы же говорили, что вы - лемурианин?


- Меня усыновили, когда мне было восемь. Фамилия родителей была "Дедал", а имя я мог выбрать сам. Я тогда зачитывался Джейсом Джойсом, и мне показалось остроумным выбрать имя "Стефан".


- Не рановато для Джеймса Джойса?


- Ну, я всегда был фанатом земной культуры. Меня поэтому и отправили на Землю. Согласитесь, правильнее, чтобы с людьми работал тот, кто их любит, а не сухие чиновники. У меня кстати, диплом Оксфорда по русской литературе. О, наши цивилизации могли бы многому друг у друга научиться. Технически мы вас немного опередили, но в плане культуры мы по сравнению с вами - дикари, - Дедал от восхищения достижениями человеческой культуры зажмурил глаза и покрутил головой. - Вообразите, у нас отсутствуют целые пласты: например, музыка. В нашей культуре есть только один музыкальный инструмент, да и тот свисток. Обожаю творчество Элтона Джона. Как я страдал, когда наши народы разорвали отношения! Я так и не нашел в себе сил покинуть Солнечную систему. Теперь вот пытаюсь как могу налаживать отношения между нашими цивилизациями, иногда попутно выполняю просьбы нашего руководства.


Слушая Дедала, капитан чувствовал какое-то беспокойство, что-то его тревожило. Была какая-то странность в Дедале, не вписывающаяся в общую концепцию. И тут Пульхр понял, что у Дедала нет кадыка. Пазл в голове Пульхра сложился: серьга в носу, русская литература, футболка, Элтон Джон, - перед ним, попивая чаек и весело треща, сидел настоящий инопланетянин. Он словно прозрел, и теперь ему было непонятно, как он мог принять Дедала за человека: странный разрез глаз, необычная линия роста волос, гладкая кожа на лице без малейшего намека на щетину.


Как ни странно, это открытие произвело на Пульхра потрясающее впечатление. Вот уж действительно, лучше один раз увидеть... Он, конечно, давно знал о существовании братьев по разуму, видел множество фильмов, передач и сериалов. Но до этого момента они существовали в параллельной реальности, и были для Пульхра чистой абстракцией.


Шок был такой же, как в детстве, когда Пульхр впервые увидел в зоопарке жирафа. Дело было зимой, и жираф находился в застекленном вольере в помещении. Маленький Пульхр никак не мог понять, где сам жираф, он видел какие-то четыре длинные штуки с копытами. И вдруг сверху спустилась огромная пятнистая голова с любопытными глазами. Животное, до этого бывшее двумерным рисунком в книжке, вдруг влезло в детскую реальность.


Вот так живешь, думаешь, что все знаешь, все видел. А на Земле в это время в приемных семьях подрастают лемурианыши, учаться в Оксфорде, слушают Элтона Джона. Видимо, все эти переживания отразились на лице капитана, потому что Дедал вдруг улыбнулся и сказал:


- Есть контакт! Всегда забавно смотреть, как до людей доходит, что я инопланетянин. У меня примерно так же было, когда я впервые увидел человека. И что меня на этот раз выдало?


- У вас нет кадыка.


- Я же говорил: мы не так уж похожи. Кадыка нет, потому что технически, так сказать, я самка. Впрочем, у наших самцов кадыков тоже нет. У нашего вида половой диморфизм пошел в противоположном направлении, примерно, как у пингвинов на Земле. В древние времена, когда мои предки еще вили гнезда, самки откладывали яйца, оставляли их самцам и отправлялись на охоту. А самцы высиживали потомство, и, когда птенец вылуплялся, кормили его грудью.


- Грудью?


- Да, у них там молочные железы...


- Это как же у вас тогда выглядят самцы?


- Обычный человеческий вопрос, - вздохнул Дедал. - Самцы нашего вида выглядят в точности как ваши самки, за исключением одной маленькой, или немаленькой, - кому как повезло, - детали. Может быть, сменим тему, пока вы не начали вызнавать подробности половой жизни лемуриан? У вас такая феноменальная культура, но чуть копнешь, выясняется, что людей больше всего волнует, у кого какой формы гениталии. - Дедал вздохнул. - Впрочем, у нас не намного лучше, если не хуже. Давайте уже перейдем к делу. Итак, я хотел с вами встретиться, чтобы обсудить с вами предложение, которое я передал через "Джо". Оно вас по какой-то причине не устроило, что странно. Надеюсь, вы оцените индивидуальный подход...


Пульхр открыл было рот, но Дедал остановил его жестом руки.


... Прошу вас, выслушайте. Отказаться всегда успеете. Я просто хочу понять вашу мотивацию. Итак, вам в ближайшее время предстоит полет к Тау Кита, который займет больше тридцати лет. С большой вероятностью, вы, ваша команда и ваш корабль погибните во время пути. Если вы добредете до Тау Кита, ваш корабль будет безнадежно изношен, часть команды банально умрет от старости. Может быть вы думаете, что за время пути ваши адмиралы передохнут во время пути, и вы сделаете головокружительную карьеру? Все адмиралы старше семидесяти, вполне логично. Боюсь вас разочаровать: для всех шестнадцати адмиралов на их кораблях установлены криокамеры.


- Я думал, криокамеры это городская легенда...


- Отнюдь, они вполне себе существуют.


- Откуда вы знаете?


- Когда мы еще сотрудничали с людьми, Земля закупила у нас несколько партий. Это секретная технология. Поэтому чинам ниже контр-адмирала не положено даже знать про их существование. Так что по прибытии на Тау Кита, вы с адмиралом Скунцтом, если вам обоим повезет выжить, будете примерно одного возраста, под восемьдесят. Адмирал еще пободрей будет: он в камере сэкономит силы, а вы более тридцати лет будете питаться продуктами вторичной переработки и дышать восстановленным воздухом. А это очень портит здоровье, поверьте. Прибыв на место вы узнаете, что никакого восстания на Тау Кита не было. По крайней мере на настоящий момент колония на Тау Кита лояльна Земле настолько, что отказывается даже от переговоров с нами. Вся эта шумиха с мятежом не более чем газетная утка.


Пульхр удрученно покачал головой:


- Я так и знал.


- Но вы не беспокойтесь, за тридцать семь лет может случиться что угодно. Могут поднять восстание. Могут не поднимать. А может так случиться, что по прибытии вы узнаете, что пока вы тащились до Тау Кита, лемуриане помирились с Землей, и люди снова летают на наших двигателях. Да, еще один момент: адмирал Скунцт везет с собой оборудование для клонирование и образцы своей ДНК.


- Зачем?


- Подумайте.


Пульхр попытался поставить себя на место адмирала Скунцта.


- Видимо он хочет основать на Тау Кита династию своих клонов. Он что, хочет захватить там власть?


- Как вариант. Ручаться не буду, логика у старого адмирала довольно извилистая. Знаете, например, почему он уверен, что долетит до Тау Кита живым?


- Почему?


- Он консультировался с астрологами, и они предсказали, что ближайшие пятьдесят лет с ним ничего плохого не случиться. В любом случае, он рискует жизнью, но ничего не теряет, потому что будет лежать в криокамере. Если колония восстала - он восстание подавит. Если не восстала - тогда он совершит переворот. Если земляне с нами помирились, он отбудет на Землю на наших двигателях. А вот вы и жизнью рискуете, и при этом все теряете в любом случае. Вот и возникает вопрос: зачем вам это надо?


- Это мой долг. Я дал присягу.


Дедал откинулся на спинку стула и недоверчиво замотал головой, глядя на Пульхра с веселым недоумением.


- Виктор, можно личный вопрос?


- Пожалуйста, - дернул плечом Пульхр. Он не переносил обращения по имени.


- Какой ваш любимый герой?


- Что?


- Любимый герой. Вымышленный или реальный, без разницы. Че Гевара? Дон Кихот? Мисима?


- Не знаю, - Пульхр немного подумал. Дедал терпеливо ждал ответа. - Может быть, Одиссей?


- Это который царь Итаки, троянский конь, циклопы, верная Пенелопа? - Пульхр кивнул. - Довольно странно, учитывая ваши принципы. Однако некоторые параллели с вами действительно есть. Одиссей ведь тоже против воли, чтобы сдержать слово, поплыл на войну с Троей. Однако, в отличие от вас, он-то от этой затеи отпирался до последнего. Дело в том, что ему тоже предсказали, что с этой войны он вернется только через двадцать лет, один и нищий. Помните, что он сделал, когда за ним приехали друзья?


Да, Пульхр отлично помнил. Все детство Мать в интернате пользовала их древнегреческими историями.


- Стал изображать сумасшедшего, - сказал Пульхр. - Он пахал поле и засевал его солью. Один из приехавших, чтобы его уличить, положил под плуг его новорожденного сына.


- Все верно! Одиссея подобное соломоново решение не устроило, он поднял ребенка и раскрыл легенду. Поэтому пришлось ехать. Но у вас-то никто сына под плуг не кладет!


- Еще как кладет.


- Поясните?


- Ситуация такова. Я отвечаю не только за корабль и команду. Я клон семьи Пульхров. Так называют всех клонов, произошедших от капитана Питера Пульхра, погибшего в Первую космическую. Поэтому у нас всех одна фамилия, отличаются только имена. В настоящий момент в мире нас, Пульхров, около пятисот человек. Был такой клон, капитан Стройников. Он сдал свой корабль врагу без боя. Остаток жизни он провел матросом на какой-то подводной базе, всю его фамилию признали дефектной и прекратили воспроизводство. Что сделают с Пульхрами, если я дезертирую да еще стану вашим капером - страшно представить.


- Виктор, можете мне рассказать, как ваш флот полетит к Тау Кита? В общих чертах.


- Ну, флот выйдет за пределы Солнечной системы. На таких скоростях кильватерный строй неприемлем. Поэтому корабли разойдутся как можно дальше друг от друга, прицелятся на Тау Кита и начнут разгонятся. Через два года они достигнут крейсерской скорости. Через тридцать пять лет начнут тормозить. Потом на месте...


- Как будет осуществляться связь между кораблями во время пути?


- Никак. На таких скоростях это невозможно.


- Визуальная связь будет?


- Конечно, нет.


- То есть о потерях узнают только в конце пути?


- Ну, да...


- Как вы думаете, что останется от космического корабля, с которым случиться авария на скорости 100 тысяч километров в секунду?


- Думаю, ничего.


- Ну, нет. Что-то останется. Гигантское облако, с плотностью пара молекул на квадратный километр. Это идеальное преступление, Виктор. Никого никогда не узнает, что вы покинули службу. С нашими двигателями ваш "Джо" реально станет неуловимым. Вас никто никогда не сможет поймать. Ну, если, конечно, вас не замучает эта ваша совесть и вы сами не явитесь сдаваться в Службу безопасности Альянса. Через тридцать семь лет вас станут считать погибшим. И то только на Тау Кита. До Земли эта новость дойдет в лучшем случае через семьдесят четыре года.


Я понял вашу мотивацию, Виктор. Мы, в виде исключения, добавим к нашему предложению два пункта, которые устроили бы и Одиссея, и Питера Пульхра. Пункт первый: мы не будем давать вам заданий, которые могут навредить Альянсу. Второе: через тридцать семь лет мы абсолютно бесплатно доставим вас с вашим кораблем на Тау Кита, и вы присоединитесь к остаткам вашего флота. Если вы этого захотите, конечно. Оцените, теперь в интересах Альянса чтобы вы приняли наше предложение. Если вы присоединитесь к флоту, то скорее всего погубите корабль и команду. А если присоединитесь к нам, скорее всего сохраните все это для Альянса.


Пульхр подавленно молчал. Получается, если он выполнит свой долг, то будет дураком, предателем и плохим капитаном одновременно.


- А как же команда?


- А что "команда"?


- Не все захотят стать пиратами. Я же не могу запереть их на корабле навечно. Сейчас - да, никто не хочет лететь, но после нашего возвращения кто-нибудь обязательно свяжется со Службой Безопасности.


- Можно уточнить одну деталь? Как команда будет получать жалованье во время похода?


- Никак. С кораблем связи не будет, да и зачем на корабле деньги. Жалованье будет поступать ежемесячно на личные счета членов команды, ими будут распоряжаться члены семьи или доверенные лица.


- А большое жалование?


- Поход приравнен к боевым действиям, поэтому обычное жалование плюс разные надбавки. Где-то в два с половиной раза больше.


- То есть ничто не помешает какому-нибудь гипотетическому матросу оформить так, чтобы его жалованье поступало в какой-нибудь банк на Марсе или Плутоне. Альянс никогда не узнает, куда ушли деньги. Таким образом, ваша команда будет получать двойное жалование просто так в течение 37 лет. Потом те, кто решит лететь с вами на Тау Кита, продолжают службу как ни в чем не бывало. А остальные будут получать жалование еще 37 лет, после чего страховая выплатит им компенсацию за их собственную гибель. Виктор, у вас есть в команде идиоты, которые на таких условиях пойдут в Службу Безопасности?


Пульхр с сожалением кивнул.


- Прямо такие идиоты есть? - удивился Дедал.


- Один, но есть.


- Вы меня заинтриговали. И кто это?


- Кок Алекс Смирнов.


Произнося это имя Пульхр поморщился. Смирнов, что обидно, был отличным поваром. Но служебных обязанностей ему, видимо, не хватало, и он взял на себя роль добровольного стукача. Доносы свои он оформлял как официальные жалобы и доклады. Своим хобби Смирнов занимался в режиме "ни дня без строчки". А так как кок находился в прямом подчинении капитана, Пульхр вынужден был вдобавок ко всему на это все обильное дерьмо отвечать. К тому же Пульхр догадывался, что он не единственный корреспондент Смирнова. Он был более чем уверен, что его пилота Эрика Белова, турнули со службы именно из-за этого деятеля. Помочь в этом деле не смог даже дедушка Скунцт, так как увольнение Белова было инициировано Службой Безопасности.


- Вы не очень дорожите этим сотрудником?


- Не очень - не то слово.


- Зачем же вы его держите?


- Я не нанимаю команду. Этим занимается отдел кадров.


- Один из плюсов каперской службы - команду нанимаете сами. Ну что ж, тут я смогу помочь. - Дедал достал из кармана пиджака и поставил на стол ампулку с бесцветной жидкостью. - Это редкий штамм ветрянки. От него не помогают ваши прививки, он крайне мало заразен, абсолютно безвреден, а по проявлениям похож на обычную ветрянку. Инкубационный период четыре дня. У вас на карабле только медотсек, поэтому заболевших поместят в карантин в лазарете на одном из крейсеров. Достаточно капли.


Пульхр подумал, что сделка с лемурианами стоила хотя бы того, чтобы вышвырнуть эту гниду с корабля.


- Заодно хочу вам сообщить информацию, которая вас, возможно, заинтересует. Сержант Михальчук и офицер-специалист Арнольд - агенты службы безопасности Альянса. Михальчук вдобавок еще агент Мезальянса. Они не очень подходят для нашего мероприятия. Но решать, конечно, вам.


- Мне нужно время подумать.


Улыбка медленно сползла с лица Дедала.


- Конечно подумайте, Виктор. Пяти минут вам хватит? Через пять минут мне нужет ответ. Я понимаю, такой поворот вы сочтете давлением, но это не так. Просто у меня на самом деле нет времени. Сказано уже достаточно, дополнительное время уже ничего не изменит. К тому же вам тоже нужно спешить: вы выступаете в поход через неделю, вам многое нужно успеть сделать.


Решение действительно, было уже принято. Голова была пустая и легкая. Напряжение последних дней резко отпустило. Где-то в параллельной реальности еще существовал Виктор Пульхр, которому однажды во время похода к Тау Кита старпом доложит по экстренной связи: "Возгорание в седьмом отсеке, переборки задраены". Потом начнется бессмысленная суета за живучесть корабля под истошные вопли "Джо" из всех динамиков. И томительное ожидание того мига, когда мир вдруг перестанет существовать.


- Я согласен, - сказал Пульхр и та реальность ответвилась, засохла и опала. - Где подписать?


- Скажете тоже! - засмеялся Дедал, поднимаясь и протягивая руку.

Пульхр вспоминал свое первое дело в роли капера, когда пискнул планшет: пришло срочное сообщение на личную почту. Капитан взглянул: письмо было от легкого на помине Дедала. "Дорогой капитан! Хотел бы встретиться с Вами завтра в двенадцать, если Вы не заняты. С уважением, С.Дедал". "Вовремя", - подумал Пульхр. - "Как вовремя