Кассета Ирина: другие произведения.

Красавица и чудовище

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-20
Peклaмa
Оценка: 6.83*27  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    За обложку спасибо большое Галине Прокофьевой!!! Поместим Бель в современность, назовем к примеру... Соней. Добавим немного среднивековости балы, слуги, кавалеры. Щепотку романтики сады, танцы, полуночные разговоры. И принца... Вот только принц, то чудовище... ЗАВЕРШЕННО!

  Красавица и чудовище.
  
   -Танцуй, танцуй!!
   Топчи ногами млечный путь,
   хотелось плакать и кричать,
   весь мир вокруг перевернуть.
   Заложница
   пустых иллюзий,
   смотри, теперь
   все против тебя, и может смерть
   тебе дарует хотя бы чуточку тепла!!!
  
   Танцуй, танцуй в безумном ритме,
   пускай в их жилах стынет кровь.
   Лети на свет подобно птице,
   дари им муза вечную любовь!!
  
   Танцуй, танцуй в безумном ритме,
   пускай в их жилах стынет кровь.
   Лети на свет подобно птице,
   дари им муза вечную любовь!!
  
  
  
   (Stigmata - Танцуй)
  
   Видите, вон ту девушку, танцующую под только ей слышимую мелодию? Как мило развиваются ее короткие черные волосы, когда она под властью музыки кружится на одной ноге или делает резкие выпады и снова кружится, кружится, кружится, парит над землей, летит над реальностью? Как неловки и невинны ее движения? Как свет ночных фонарей освещает временами ее непосредственное лицо с той безумной детской улыбкой счастья, безудержного веселья, неограниченной свободы? Как бретелька ее майки, которая явно не по размеру этой миниатюрной особе, то и дело пытается сползти с плеча. Как нелепо смотрятся ее тапочки в виде собак, из которых она все время выскальзывает, наступая босой пяткой на мокрый асфальт. Нет, не видите! Потому что кроме меня, да и этой танцующей девушки на улице никого нет.
   Признаться, честно, я не знаю, что именно послужило причиной моего одиночества. Может быть раннее утро (как никак сейчас 4 часа утра)? Может погода (недавно прошел дождь и в воздухе витал тот неповторимый запах бушующей природы)? Может из-за того, что в доме, в котором я проживаю, средний возраст обитателей за 55? Не имею представления, да и честно говоря, мне все равно.
   Почему же я это делаю? Пожалуй, каждый из вас знает ставшую легендарной песню крокодила Гены "И не ясно прохожим в этот день непогожий, почему я веселый такой". Как вы уже догадались, сегодня мой восемнадцатый день рождения. Спасибо, спасибо.
   Так и не уснув, хотя дождь своей колыбельной и старался усыпить засидевшуюся девушку, я дождавшись конца водной феерии выбежала на улицу в чем была (благо на улице 12 июня) и, прихватив своего главного любимца (коим являлся плейер) воплотила свою давнюю мечту, станцевать под дождем, ну да, поймали, все-таки в мечте дождь не был таким сильным, да и после него я не заболела бы. Поэтому я, немного модернизировав свою мечту, танцевала на улице после дождя. Какое же это счастье, скажу я вам. Отдаваться во власть эмоций, не боясь ничего.
   Вот уже около пяти минут я стою, просто стою с закрытыми глазами и осознаю, что живу, по-настоящему.
   Но и моей сказки пришел конец, стоило мне открыть глаза, как вся магия сквера исчезла, оставив после себя вылупившегося на меня мужчину и овчарку у него на поводке. Ну что я могу сказать, это занавес, господа, занавес. Отойдя от шока, я что есть мочи рванула в свой подъезд, когда позади меня уже была железная дверь и пару лестничных пролетов, меня расперло на смех, сначала тихий, но нарастающий как снежный ком. Я старалась успокоиться, приложив ладошку к губам, но это усилило и так разрывающий эффект. Ой, надеюсь, что я не разбудила бабушек своим внеплановым весельем... Ох, Боже, ну и лицо было у того мужчины. И подъезд снова растревожил громкий задорный смех. В свою квартиру я вбегала как нашкодивший ребенок, застуканный учителем за курением. Оооох, чувствую с сегодняшнего утра к моему статусу "наркоманки" данному милыми бабулями, прибавиться "сумасшедшая". Ну и плевать, оно того стоило.
   - Ну что, с днем рождения, милая и горячо любимая Соня, желаю себе всего самого наилучшего, пусть сбудутся мои мечты, ну и любви, куда без нее? - озорно улыбнувшись, подмигнула я своему отражению. - Хэпи бездей ту ю, - все-таки, существенный плюс проживания одной в квартире, это то, что своим скверным голосом я могу петь, не боясь при этом оглушить сожителей, ну и услышать их нелестное мнение о моем вокале. Да, хоть какой-то плюс...
   Спать мне уже не хотелось, свою дозу бодрости я не только получила, но и превысила норму, так что по сложившейся уже традиции, торт, торт, торт.
   Вчера специально забежала в небольшое кафе неподалеку и попросила тетю Галю (повара) испечь мое излюбленное лакомство, торт графские развалины. Ммм, ням ням ням. Такой большой и вкусный, а главное весь мой. Тапки я отнесла в ванну позже постираю, и с радостной улыбкой во все мои 28 зубов (зубы мудрости пока лезть не хотят) я ломанулась на кухню, и, проскользнув на коврике, ввалилась в святая святых.
   Холодильник был тут же открыт, торт найден, распакован, ложка вынута, и я собственно приступила к главному торжеству этого дня. Всегда, когда приступаю к поеданию вкусняшек, первый кусочек пробую очень тщательно, наслаждаюсь, это уже потом начинается совсем неприсущее девушке поедание, а сейчас, пробуя этот божественный кусочек, который таял во рту, я получала ни с чем несравнимое удовольствие.
   Когда с половинной торта было покончено, а остальной кусок отложен до обеда, я начала воплощать еще один существенный пункт моего плана, пошла в ванну.
   Тапочки были постираны и поставлены сушиться, а их хозяйка, набрав полную ванну горячей воды, наслаждалась водными процедурами и книгой. Мм, что еще стоит желать? Сколько пролежала в ванной, не знаю, меня привел в себя звонок, вода уже порядком остыла, а я и не заметила. Выйдя из ванны, я пошла на поиски сотового, который нашелся на прикроватной тумбочке. Взяв его в руки, я посмотрела, кому понадобилась в столь раннее время. Нет, только не он, а если, а если не брать трубку, нет, только хуже сделаю. Я нажала принятие вызова.
   - Здравствуй, отец, - голос предательски дрогнул, показывая, как я обманывала себя, считая, что преодолела страх перед этим человеком. Боже, неужели опять?!
   - Почему я должен ждать пока ты соизволишь взять трубку? - зло пробасили в ответ. Этот голос... Только от его звука хочется спрятаться, закрыть голову руками и ждать, ждать мучительного наказания...
   - Я была в ванне, - неумело оправдывалась я.
   - Мне плевать какие у тебя там причины, еще раз такое повториться, и я приеду, поняла? - меня стала бить мелкая дрожь, я присела на кровать. Как же хорошо, что его нет рядом... Это только звонок. Но от этого не становилось легче, выработанный с годами рефлекс, после годовалого отпуска ворвался в мою жизнь. Опять...
   - Да.
   - Не слышу.
   - Да, отец, - а в душе пылала ненависть, мразь, как же я его ненавижу и.... боюсь, как жалко я себя чувствовала.
   - В семь за тобой заедет машина, возьми с собой все нужное, ты уезжаешь. И попробуй только опоздать хоть на пять минут, уяснила?
   - Да, отец,- стоило мне это сказать, как трубка была брошена. О, Боже, за что?! Целый год я не слышала о нем, а теперь опять... Сказка, решила отобрать у меня долго и счастливо, уткнув головой в реальность.
   Мой... отец, очень богат. История его богатства мне не известна. Знаю, только что по молодости он чуть ли не побирался, а потом вдруг приобрел фирму и дальше его отнюдь не чистые дела пошли в гору. Как сказал какой-то умный человек: "Бывшим рабам нужны не слуги, а рабы". И эту роль этот подонок отвел мне...
   Я его внебрачная дочь. Своей матери я не знаю, отец рассказывал, что она, родив меня и получив от него кругленькую сумму, уехала. А я не верю, не могу поверить, что можно продать собственного ребенка, это так дико и.... неправильно. Да? Но я не пыталась ее отыскать. И не то чтобы не хотела, просто отец бы не позволил, а если бы узнал о моей задумке... скажу только одно, рукоприкладством он не брезговал.
   У него была официальная семья, жена и две дочери, вот те, действительно взлелеянные любимицы отца. Сколько не стоили их желания, они тут же исполнялись, В не худшем положении находилась и жена, новые наряды, дорогие машины и украшения, заботливый муж. Их он даже пальцем не трогал, пылинки сдувал, весь свой гнев он вымещал на меня. Своих сводных сестер и жену отца я видела лишь раз, по своей глупости, после очередного выплеска пошла, искать у них защиту, а получила в ответ на свою просьбу, презрительную усмешку и язвительное: "Охрана, выведите, и чтобы больше всякий сброд я не видела ", и красивая спина, облаченная в дорогое платье, удаляющаяся от меня, да две одинаковых головы, любопытно торчащих из-за дверей и их наигранный смех. Потом об этом узнал отец, и я поняла, насколько я раньше легко отделывалась.
   Квартиру он мне подарил. Нет, далеко не из-за доброты душевной, он знал, что теперь может манипулировать мной, ведь пойти мне больше некуда, поэтому и обязана выполнять его приказы. Как же я ненавижу все это, но как бы жалко это не звучало, выбора у меня нет, либо квартира, либо приют в котором я жила до 12 лет. Приют... Какое лживое слово, не отражающее даже сотой доли той мерзости, которая происходила за стенами этого государственного заведения. Забудь, зубудь...
   Я посмотрела на часы, уже шесть. Час на сборы. Встав с кровати, открыла шкаф купе и, достав с верхней полки чемодан. Стала на скорую руку складывать в него самые удобные вещи: джинсы, пару рубашек, футболки, свитер (кто его знает, куда он меня отправляет), кроссовки, пошла в ванну, и взяв самое необходимое, в рекордные сроки собрала сумку, и уже в 6:45 была готова. Слишком сильны были воспоминания о том, что будет, если не подчиниться. Положив в свой любимый портфель планшет парочку книг и зарядку. В карманах так же уместились плейер и телефон. Ну что, с Богом. А как все хорошо начиналось...
   Машина подъехала, стоило мне выйти. Я быстро подошла к черному Мерседесу, открыла заднюю дверцу, положила туда чемодан, сама села на переднее сидение. Люблю ехать и видеть несущиеся навстречу авто.
   В кармане брюк завибрировал мобильник, на экране зловеще высветилось "Отец". Нажала "принять". Страх сковал горло, наверно я так и никогда не избавлюсь от боязни этого ничем не брезгующего человека.
   - Да, отец, - "дрянь, повтори ОТЕЦ и если еще раз услышу, что ты забыла, получишь в два раза больше, поняла?!" - первый урок, данный отцом, при нашей первой встречи.
   - Ты едешь в загородный дом к очень состоятельному человеку. Попробуй только меня опозорить, можешь сразу закапать себя живьем в лесу, поняла?
   - Да, отец.
   - Я купил тебе приличную одежду, заберешь из магазина. Твое дальнейшее нахождение в квартире и на этом свете, зависит от этой поездки. Не глупи, Соня и бежать не пытайся. Поймаю и отдам своим охранникам на развлечение, поняла?
   - Да, отец, - трубку бросили. Первой мыслью было "меня продали" или проиграли, отдали на откуп. Спазм сжал горло, хотелось плакать. Я наслышана, что делают с девушками в загородных домах у солидных людей. Но разве он мог, так просто.... Мог, сама же понимаешь. Боже как же страшно. И не подчиниться страшно, я год прожила без побоев и вспоминать не хочется. Моя жизнь кончена...
   Мы подъехали к магазину, водитель вышел, а я даже не способна была запомнить название бутика, к которому мы подъехали. Вещи загружали долго, я слышала шелест пакетов и стук коробок. Это можно считать подарком, если забыть, что меня продали. Настроение катилось вниз, грозясь захлебнутся в безысходности. В голове всплывали картины и тексты криминальных хроник, где молодых девушек продавали в рабство и с ними творили ужасающие вещи... Картина одна ужаснее и извращеннее другой мелькали в голове... Это не возможно, такого не может случиться со мной, думала я тогда, а сейчас думаю над тем, как хорошо было бы, если случится авария и я погибну, лишь бы не испытать всю мерзость и боль тех несчастных. Мразь, какая же мразь мой отец.
   - Долго нам ехать? - спросила я водителя, не поворачивая головы от окна.
   - Два дня, - ответил он мне. Но ведь, этот парень знает, куда меня везут, разве ему меня не жалко, разве не отвратно за свое равнодушие? Я посмотрела на водителя, в первый раз так внимательно. Молодой и какой-то типичный, знаете такой стереотип водителя. Он смотрел на дорогу, и казалось больше ничего не волновало этого человека. Да, отец много платит, а за деньги сейчас можно забыть и о чести, и о совести, всегда об этом забываю.
   Я повернулась к окну, а за окном расцветала природа, город мы уже давно проехали. Я опустила окно, потому что зверски до боли хотелось разрыдаться. Приятный нежный ветер, словно подбадривая, гладил своими невидимыми потоками лицо и теребил волосы.
   Достала из сумки снотворное, очень чутко сплю и кошмары частенько снятся, вот и не пренебрегаю достижением медицины. Запила соком. Лучше заснуть, чем ждать и накручивать это сильнее меня, так и с ума сойти не долго. Через пятнадцать минут, глаза заволокла привычная нега, может хоть в этот раз повезет и в нас врежется камаз...
   ***
   "Не повезло", - первое, о чем подумала я, разлепляя глаза. За окном был вечер. Да уж, ну я и поспать. Разбудило меня банальное чувство голода.
   - Давайте остановимся, есть хочется, - попросила я мужчину.
   - Через пять километров будет кафе, - ответил мне он. Да, его явно тренировали, говорить только по делу и кратко, узнаю отцовскую школу.
   В итоге, наушники, музыку погромче и вуаля, уже не так погано на душе. Хотя кого я обманываю, на душе настолько погано, что хочется сдохнуть.
  
   - Долгими ночами время кажется пустым
   Долгими ночами превращаю время в пыль
   Ты живешь мечтами, но печальней глаза
   Я должен сделать шаг, и больше ждать нельзя
   Больше ждать уже нельзя!
  
   Полетела душа через край на пролет
   Говорят: "Хороша царевна живет!"
   над землей не спеша мимо туч, мимо бед,
   полетела душа за нею на свет!
  
   Ты меня не бойся, я- не буря, я-прибой
   Ты меня не бойся, я приехал за тобой
   В каждом моем вдохе твое имя живет
   Я знаю кто ты есть, я знаю, что нас ждет!
   Точно знаю, что нас ждет!
  
   Полетела душа через край на пролет
   Говорят: "Хороша царевна живет!"
   над землей не спеша мимо туч, мимо бед,
   полетела душа за нею на свет!
   (Дмитрий Колдун - Царевна)
  
   Везет же этим царевнам, и принц, и королевство... Эх, сказки, сказки, зачем вы затуманиваете разум молоденьким девушкам? Заставляете верить в чудо, описанное на страницах всеми знакомых произведений? Зачем родители читают нам эти книги, заставляя надеяться на лучшее?
   Хм. Наверно мне просто завидно, ведь мне сказки никто не читал, я читала их себе сама. Когда многие уже выросли из розового детства и гуляли с мальчиками, я брала в библиотеке книжки, говоря библиотекарю, что младшей сестре и читала. И знаете? Сказки - это прекрасно... а бурчу я так, для вида.
   Кафе действительно вскоре появилось на горизонте. Основательно там поужинав, мы решили остановиться в гостинице, находившейся тут же. Водитель оплатил два отдельных номера, и мы разбрелись по комнатам. Для придорожной гостиницы номер был весьма неплох, даже балкон имелся. Спать не хотелось, а пользоваться таблеткой еще раз чревато, собью себе весь режим.
   Конечно, в комнате сидеть не хотелось, и я вышла на балкон. Смотря на то, как проезжают машины, я думала насколько же судьба-стерва. Если не выкинет что-то из ряда вон, не сможет спокойно спать. А машины проносятся. Где-то родители едут с детьми в отпуск. Где-то парень с девушкой отправились в романтическое путешествие. А где-то я, едущая на верную погибель.
   Может сбежать? И куда я побегу? Пойти по дороге? Чревато нарваться на таких же отморозков, к которым меня везут, и никто мне не гарантирует что, наигравшись мной, меня отпустят, а не прикопают под деревцом. Да есть и те люди, которые помогут, но кто сказал, что я на них наткнусь? Вот, вот. А менять шило на мыло не вариант. Тем более у меня с собой нет денег, даже в голову не пришло взять, слишком быстро я собиралась и слишком сильно боялась отца. Друзей у меня нет, никто беспокоиться не будет. Боже, как же страшно...
   В итоге, всю ночь и последующее за ним утро я провела балконе, наблюдая смену темноты на свет, постепенный, завораживающий. Когда вставало солнце, я прошептала:
   - С днем рожденья, Соня.
   ***
   В дверь постучали, когда на часах было полшестого. Открыв дверь, я ожидаемо увидела водителя.
   - Собирайтесь, выезжаем, - сказал он. Собирать мне было нечего, поэтому я сразу вышла за ним.
   Дальнейшее наше путешествие, не представляла для меня ничего интересного. Водитель молчал. Я слушала музыку и пыталась, закрывая глаза, не видеть ужасающие сцены моего возможного будущего. Но, увы, с приближением к месту моего дальнейшего пребывания мне становилось все страшнее. И только сердце молчало, но его с лихвой перекрикивал разум.
   К назначенному месту мы прибыли под вечер второго дня.
   Машина плавно свернула с дороги въезжая под своды леса. Дорога была ухоженная, и хоть использовалась видимо не часто, выглядела лучше некоторых главных дорог. Сердце начало биться сильнее и разум, забыв о том, что я девушка приличная, начал высказывать свои умозаключения матом. Быстро найдя в сумке успокоительное выпила одну таблетку на всякий случай, чтобы по крайней мере находиться в здравом рассудке, а то самообладание мне кажется, решило покинуть меня первым рейсом. Сделала музыку в плейере погромче, я попыталась, разглядывая окружающие пейзажи, умерить панику, которая так и норовила вырваться слезами и криком наружу.
   За лесом явно ухаживают, деревья возвышались исполинами, кусты были аккуратно подрезаны, привычного мусора не наблюдалось. Местность можно было назвать умиротворенной, если не знать, что в себе скрывает это тишь. Деревья так близко склонялись к машине, что казалось, задерживали. Чем больше становилось число поворотов, тем темнее было вокруг. Всему в скором времени приходит конец, в том числе и нашему молчаливому путешествию.
   Очередной поворот и мои глаза непроизвольно расширяются, а рука тянется, чтобы вытащить наушник. Красивая аллея, с высаженными по краям деревьями, с ажурными фонарями и лавочками, смотрелась такой незначительной по сравнению с замком, который возвышался за ней.
   Замок... Боже куда только не тратят деньги современные олигархи. Но отдать должное архитектору непременно стоит, здание было выше всяких похвал. Украшенное лепниной и башнями, красавец замок, своим черным цветом оттенял яркость бушующей, пышущей молодостью природы.
   Как только машина подъехала к центральному входу, боковая дверь открылась, и я увидела мужчину в дорогом костюме средневековых дворецких, который склонился в почтительном поклоне и подал мне руку.
   - Добро пожаловать, Госпожа Зорина, - четким, отработанным громким голосом, приветствовал меня он.
   Я подала руку мужчине и с его помощью вышла, произнеся тихое:
   - Спасибо.
   Произошедшее добавило еще больше отвращения к хозяину замка. Как же любят имеющие власть превозносить себя над другими. Это пафосная ливрея, одетая на пожилого представительного мужчину, который, скорее всего, выполнял роль дворецкого. И это в наше современное время, слуги... Это "Госпожа", представляю, как мерзко им произносить эти плебейские слова, склоняясь в поклоне. Как же мерзко, заставлять людей служить себя, повышать "Господином" свою итак разожравшуюся самооценку.
   А я.... Лучше ли я? Нет, вот именно, что нет. Одно слова отца и я, боясь наказания, выполняю любой его приказ, да именно приказ. Но ни разу я не унижалась перед ним прося помиловать, ни разу не стояла на коленях, ни разу не плакала, из-за этого он всегда бил пока я не потеряю сознания и, лишившись сил не упаду. Пусть так, но хоть каплю чести, собственного достоинства я сохраню. В такие моменты мне кажется, что я превосхожу его, ведь он бессилен в попытке сломать меня. Голова наполнилась образами наказаний... Да зря я вспомнила все это. Непроизвольно встряхнув головой, я проводила взглядом отцовскую машину, которая скрылась за поворотом, и стала подниматься по лестнице.
   Двое молодых парней, уже давно вытащили мой багаж и с пояснений дворецкого понесли его в мою комнату.
   "Как же ему, наверное, противно каждый раз унижаться" - думала я, поднимаясь и смотря на мужчину. Имя спросить у него я не смогла, в горле застрял комок, и руки стало потряхивать от нахлынувшей паники. "Уже скоро" - билось в голове. Страшнее было то, что я не знала чего ожидать. Быть может готовясь к худшему, я ошибалась, быть может, все будет намного хуже. Но куда? Я не знаю, я ничего не знаю.
   Этот мужчина знает для чего меня сюда привезли, мне кажется по крайней мере догадывается. Не верю, что я первая жертва обстоятельств. И все же, он лишь улыбается и показывает мне достопримечательности замка.
   Можно ли его осуждать? Нет. Как показывает жизнь, обстоятельства бывают разные и порой такие, что сюжет какого-нибудь романа покажется ерундой. Я не могу знать, что он скрывает. Проблемы с финансам, смерть близких, потеря работы. И ждать от него, что он ринется и украдет меня, даст деньги и увезет в безопасное место, не стоит. Хоть жизнь и полна сюрпризов, но это уж слишком. Он делает то, за что ему платят, как и многие из нас.
   - Извините Госпожа Зорина, прибыла еще одна машина, мне надо их встретить. Вас проводят, - вырвал меня из бездны мыслей голос мужчины. Только сейчас заметила, что мы не одни. Рядом с ним стоял мужчина средних лет, тоже в ливрее, но не такой парадной.
   - Конечно, спасибо, - поспешно ответила я, увидев, что мужчина склонился в поклоне и ожидает.
   - Спасибо, Госпожа, - я непроизвольно поморщилась, на что мужчина никак не отреагировал, поклонился и быстрым, но тихим шагом направился к центральному выходу. Значит я не единственная девушка? От этого я почувствовала себя увереннее. Не знаю с чем это связано. Вся ситуации были из ряда вон... Но знать, что в этой ловушке я оказалась не одна, что есть тот, кто поймет, кто поможет, о ком можешь заботиться ты, знать, что, быть может, это девушка станет мое последней подругой. Это было эгоистично, я знаю.
   "Значит не одна" - ворвалась в мозг счастливая мысли и я, уже не так боясь будущего, последовала за другим мужчиной.
   Меня проводили на второй этаж. Как я поняла, из монолога служащего это крыло было предназначено для гостей. Комнаты располагались на достаточном расстоянии, чтобы гости могли чувствовать себя комфортно. Не будь вся ситуация настолько отвратной я бы даже была рада.
   Мужчина любезно открыл дверь моих, как он выразился "покоев" и, спросив не нужно ли мне чего, удалился. Чемоданы уже стояли в комнате. Хотя это была не комната, а помещение, состоящее из нескольких комнат, в сиреневых тонах. Входя перед нами, предстает зал, небольшой, но уютный. С диваном и парой кресел, большим окном, освещавшим пространство, столиком, и парой полок с книгами. Боковая дверь вела в спальню. Большая двуспальная кровать с балдахином вызвала во мне улыбку, хозяин явно перечитал исторических романов. Также в спальне стоял стол и удобное кресло, большой резной шкаф для одежды и даже присутствовали телевизор и ноутбук, который я обнаружила на рабочем столе. В спальне имелась еще одна дверь, которая вела в ванну, которая противореча тематике замка, была исполнена в современном стиле.
   Оставив вещи в зале, я подбежала к окну и с легкостью его распахнула. В комнату ворвался приятный запах растительности. Перед глазами расстилался парк, бескрайнее озеро зеленых насаждений. Тропинки самыми различными путями оплетали парк. Красота... Умей я рисовать...
   Забравшись на подоконник, я улыбалась, сама не знаю чему. Сердце, глупое сердце билось в предвкушение чего-то, чего-то волшебного. Да волшебного. Замок, шикарный сад, лето ну чем не повод для приключения? Как все-таки непостоянна женская натура, недавно я чуть не плакала, а теперь улыбаюсь.
   Не дура ли?
   ***
   - Все прибыли? - раздался рокочущий голос спросившего, который прервал затянувшуюся паузу. Его собеседник вздрогнул, он до сих пор не привык к той власти, что имеет стоящий перед ним человек над другими. Ему и самому порой хочется подчиниться.
   - Прибыли, Маска, - ответил молодой человек, заламывая пальцы и смотря в спину задавшего вопрос.
   Он стоял у окна и смотрел на пустую дорогу. Он чувствовала, как запах страха распространяется по его кабинету, и признаться ему это доставляло невероятное удовольствие. Его боятся, его уважают, чтят. Что же посмотрим, сможет ли кто-то полюбить.
   - Свободен, - сказал он, и тут же за спиной закрылась дверь. - Первая партия сыграна, игра началась, - прошептал он и улыбнулся, но увидев свое отражение в окне, и улыбка переросла в ухмылку.
   ***
   Ужин принесли в комнату и накрыли в зале. Поблагодарив девушек, и дождавшись, когда они уйдут, я принялась есть. Кушать хотелось неимоверно, а еще эти ароматы... Мням. Хозяин явно был не жаден, так как блюд было восемь. Все были разложены в маленькие тарелки. Два салата, запеченная рыба, свинина и курица, суп-пюре, вареная картошка и макароны в сливочном соусе. Конечно, все съесть я не смогу, даже если захочу. Поэтому я поужинала макаронами и салатом. Но главное, что меня порадовало это стакан с кефиром. Люблю этот кисломолочный продукт с детства, да и полезен он.
   Поев, я решила, что вещи разберу завтра. Время было позднее, а мне хотелось спать, там более после такого пышного ужина. Насчет грязной посуды, меня заверили, что ее уберут, поэтому я со спокойной совестью пошла в спальню, перетащив туда чемоданы с коробками.
   Зайдя, первым делом закрыла дверь на замок. С детства не могу спать с открытой дверью. Только так чувствую себя защищенной.
   Открыв чемодан, достала оттуда-то, в чем буду спать, и пошла в ванную комнату.
   Простояв под душем больше получаса, я в клубах пара вышла в спальню. Подошла к двери, открыла, проверяя, убрали ли со стола. Убрали. Неловко как-то, сама ведь убрать могла.
   Еще раз, закрыла дверь. Легла на новую, воистину королевскую кровать. Внешняя красота дополняло удобство. Матрас был и не жесткий, и не мягкий, а такой, какой надо. Одеяло приятно холодило разгоряченную водой кожу. Подушка как будто была создана для моей головы. Но вся эта роскошь и удобства, меркли по сравнению с моей уютной квартирой, старенькой кроватью, маленькой кухонькой. Ведь там была свобода, хоть и видимая, но свобода. А здесь? Лишь золотая клетка...
   Единственное, что радует это отсутствие связи. Да с одной стороны и не позвонишь никуда, а с другой и тебя не дозвонятся, только отцовских проповедей мне не хватало.
   Усталость окончательно сморила, и я заснула.
   ***
   Обожаю спать, кажется, что, проснувшись, все твои проблемы, исчезнут, все беды испаряться и все будет также как в детстве.
   Но утро не принесло с собой никаких облегчений. Даже наоборот. Если вчера я чувствовала себя расслаблено, теперь же волнение буквально нахлынуло.
   Встала я рано, быстро приняла душ и решила заняться важным делом. Разборкой одежды.
   Наряды, которые купил мне отец, были не только дорогие, но и красивые. В коробках встречались и длинные платья в пол и слишком короткие, без рукавов и с длинными рукавами, сарафаны, юбки, блузки и даже несколько пар туфель. Отец вложил большие деньги. Интересно перед кем он так хочет показаться хорошим?
   Когда с разборкой одежды было покончено, я еще раз сходила в душ, просто ожидание убивает. Надела легкое платьице, уложила волосы. Выходить из своих комнат я не хотела. Признаться честно, боялась.
   Поэтому, когда пришли девушки, я уже готова была сплести из постельного белья канат и спустится в сад.
   Сначала они постучали, спрашивая разрешения войти.
   - Добрый день, - синхронно поздоровались.
   - Вам накрывать завтрак в столовой или в комнате? - спросила одна из них.
   - В столовой, - находиться в этих четырех стенах мне уже надоело.
   - Следуйте за мной, - сказала девушка и, оставив вторую в моих покоях, мы вышли. Столовая располагалась также в гостевом крыле на первом этаже. Оказывается любительницей, уже довольно не раннего дня была я одна.
   Длинный, массивный стол был накрыт на одну персону. Я еле заметно вздохнула. Опять одна... Хотя бы интерьер сменила. Подойдя к столу, я села на любезно отодвинутый девушкой стул.
   - Я могу вам чем-то помочь, - тихим голосом поинтересовалась она, видя, что я сижу в бездействие.
   - Нет, спасибо, Вы можете идти, - ответила я. Девушка еще раз поклонилась, и бесшумно закрыв за собой дверь, удалилась по делам.
   Завтрак был даже щедрее чем ужин, но аппетит был испорчен. Поэтому я съела лишь пару ложек каши, все остальное время сидела и попивала свежезаваренный кофе.
   За дверью внезапно послышались голоса. Я поставила кружку на стол и повернула голову в сторону доносившихся звуков. По мере приближения становилось ясно, что тишину прерывали женщины.
   Поняв это, я с нетерпением стала ожидать их появления. И была награждена. Дверь открылась, и в нее вошли три сногсшибательные блондинки. Одеты они были так, что казалось в замке, проходил показ мод. Каблуки, короткие платья, профессиональная укладка, все выдавало в молодых девушках светских львиц.
   Меня они не заметили сразу. Слишком были увлечены разговором о новых коллекциях.
   - Привет, - собравшись с силами, поздоровалась я. Девушки разом направили свой взгляд на меня. И именно тогда я поняла, что ни о какой дружбе, а тем более помощи с их стороны мне не дождаться. Они были слишком избалованы и глупы, что подтвердила следующая фраза стоящей посередине блондинки:
   - Мы что попали в столовую для прислуги? - задала она писклявым голосом, пожевывая при этом жвачку. Ее приспешницы ехидненько засмеялись и старались кидать в меня уничижительные взгляды. Я лишь улыбнулась и встала.
   - Эй, долго нам еще ждать? - крикнула мне в спину все та же.
   - Дождались же твои родители твоего отъезда, и ты подождешь, - ответила я и вышла. Ссориться не хотелось, знаю я таких девушек, ни перед чем не остановятся, а мне и так проблем достаточно. Выйдя, я заметила служащую, которая направлялась на встречу трем крокодилам.
   Я остановилась, чтобы ее дождаться.
   - Вам что-нибудь понадобилось? - спросила она, истолковав мое поведение именно таким образом.
   - Будьте аккуратнее и лучше выполняйте все их требования, - сказала я и пошла дальше. А девушка так и осталась стоять сзади, пока не последовал очередной визг из столовой, тогда она засобиралась и быстрым шагом направилась на звук. Бедная.
   По пути к моей комнате мне встретилось еще четыре девушки, шли они по отдельности. Каждая была по-своему красива, рыжая, две брюнетки и русая. Видно было, что они привыкли к высшему обществу. Одеты были дорого, но элегантно. Но, увы, богатство выражалось не только в одежде, но и гордом взгляде. Каждая прошла мимо и даже не ответила на мои приветствия. Да уж...
   Теперь я почти уверена, что все мои ужасные домыслы не оправдаются. Но не могут таких девушек просто пустить на развлечение. Тут что-то другое... Может попробовать спросить обслуживающий персонал? Да, так и поступлю.
   До своей комнаты дошла без происшествий, путь обратно я запомнила. Войдя в зал, я поняла, что меня ждали. На диванчике сидели две женщины, одна была одета в строгое черное платье, волосы убраны, чем-то похожа на строгую учительницу младших классов. Вторая же оказалось милой женщиной, слегка пухловатой, но намного приятнее чем первая.
   - Здравствуйте Госпожа Зорина. Меня зовут Анжела Леопольдовна, я помогу вам привести себя в порядок перед балом, - представилась первая.
   - Здравствуйте, - ответила я. - Бал? - похоже, хозяин решил следовать средневековым традициям до конца.
   - Да, Вас что-то смущает? - спросила она, осмотрев меня с ног до головы. Видно осмотр не дал положительных результатов, так как женщина сжала губы и немного покачала головой.
   - Нет, скорее удивляет. В чем заключается ваша помощь? - сделав вид, что не заметила ее оценивающего взгляда, поинтересовалась я.
   - Вам нужно платье? - спросила она меня.
   - Нет, у меня есть.
   - Валентина, Вы можете идти, - сказала Анжела второй и та, встав и поклонившись, вышла.
   - Пройдемте за мной, - сказала Анжела и вышла вслед за Валентиной.
   Делать нечего, пошла.
   Могу сказать, что подготовка к балу, это самое прекрасное, что я когда-либо испытывала. Меня отвели в кабинет, в котором было все, что только можно, чтобы девушка расслабилась.
   Мне сделали маникюр, педикюр, масочки, массаж... Когда я засыпала, а случалось это часто, девушки будили меня.
   Идиллию прервал требовательный голос Анжелы Леопольдовны, которая заявила, что времени мало, а я абсолютно не готова.
   Замотавшись в халат, и поблагодарив девушек, я последовала за Анжелой.
   Меня привели под конвоем в комнату.
   - Вам помочь одеть платье? - задала вопрос Анжела.
   - Нет, спасибо, я справлюсь сама.
   - Через полчаса придет парикмахер, - начала, было, она.
   - Мне не нужен парикмахер, - ответила я и удостоилась далеко не лестного взгляда женщины.
   - Стилист...
   - Благодарю, мне никто не нужен, - снова перебив ее, ответила я.
   - Но...
   - Благодарю, я справлюсь сама, - женщина поклонилась и закрыла за собой дверь. Да, чувствую, я приобрела еще одного врага. Неужели она не понимает, что мне не нужно, чтобы меня заметили, какая бы не была цель моего прибытия, внимание это последнее чего я добиваюсь.
   Платье я выбрала черное, в пол, оно было закрытое спереди и оплетено ажурными кружевами сзади. Выгодно подчеркивало фигуру.
   На макияж я не стала тратить много времени, нарисовала привычные стрелки, аккуратно уложила волосы.
   Раздался стук в дверь. Я подошла к ней и открыла. В коридоре стоял мужчина в парадной форме, видела я его впервые.
   - Госпожа Зорина, я ваш сопровождающий на бал, - поклонившись, своеобразно представился он. Я вышла из комнаты. - Вы прекрасно выглядите, - сказал он мне дежурный комплимент, и мы двинулись на бал. В голове всплыли строчки: "Это был первый бал Наташи Ростовой". И я невольно улыбнулась.
   Бал... Кто бы мог подумать, что я окажусь на средневековом празднике жизни? Да собственно никто, в том числе и я. Предполагаемого веселья я не чувствовала, после дневной встречи с девушками, не думаю, что обзаведусь новыми друзья, скорее наоборот. Мне, идя на бал, хотелось одного, чтобы побыстрее закончился весь этот фарс и мне разъяснили, для чего мы все здесь находимся. Хотя, наверно, тайной это является только для меня, слишком уверенно ведут себя другие.
   А вот и бальный зал, встретил он нас громкой музыкой, ярким светом, роскошным интерьером и мажордомом, который громко выкрикивал имена вошедших.
   - Госпожа Зорина София, - произнес он, настолько громко, что заглушил на доли секунды играющий оркестр. Все присутствующее обратили свое внимание на меня и в скором времени, не увидев во мне кого-то интересного, отвернулись.
   Я же оглушенная воплем мужчины, под руку с сопровождающим прошла к диванам.
   Кстати сказать, гостями бала были не только виденные мной ранее девушки, но и многочисленные юноши, мужчины и женщины. Подсчитать сколько все народу пришло, я не смогла бы, точно больше сотни.
   Расположилась я на диванчике в уголке, и наблюдала, как люди стараются выглядеть лучше, чем есть на самом деле. Каждый, включая меня, играл свои роли. Даже те три блондинки сейчас по отдельности мило щебетали с молодыми людьми. Кто-то танцевал, кто-то пел, кто-то обсуждал свои миллионы, а я с каждой минутой чувствовала себя все более неуютно. Здесь я явно не в своей тарелке.
   - Здравствуйте милая девушка, могу я с вами познакомиться? - раздалось сбоку, причем весьма неожиданно, поэтому говоривший был удостоен ошарашенного взгляда. Раньше ко мне никто не подходил знакомиться, и я была растеряна, даже не зная о чем можно говорить с милым молодым человеком, который начал знакомиться первый.
   - Здравствуйте, не вижу причин, которые бы вам это запрещали, - ответила я уверенно и улыбнулась, а в душе творился настоящий бунт, мозг обдумывал темы для разговора и старался не отключится.
   Бал перестал быть адом, после появления Артема, так звали молодого человека. С ним казалось, не надо было обдумывать темы, они сами вытекали одна за другой. Во время обсуждения очередной темы он неожиданно спросил:
   - Могу я пригласить вас на танец? - а я неожиданно согласилась, хотя танцевать не умею, даже не пробовала.
   С Артемом было легко, он кружил меня по залу, шутил, и казалось что я парю. Впервые чувствовала себя интересной собеседницей. Танец продолжался так недолго, впрочем, как и хорошее время препровождение.
   Закончилась мелодия, Артем отпустил мою руку, и сказка рассыпалась в дребезги, под звук каблуков и шелест платья подошедшей красавицы брюнетки.
   Между ними завязался разговор, в котором я, увы, как всегда оказалась лишней. Теперь уж точно на балу мне делать нечего.
   Я вышла из зала и побрела по многочисленным коридорам замка. Все глуше становилась музыка, все тише голоса.
   В одном из коридоров я наткнулась на ряд маленьких балкончиков, двери в которые были открыты. В один из них я и зашла. На небольшом пространстве располагалось кресло. Сев в него, я сняла такие неудобные шпильки и вытянула ноги. Не получилось из меня золушки, увы, увы.
   Вид на сад был замечательный, особенно в свете луны. Я положила руки на перила. Запах был чудесный, пахло чем-то волшебным что ли. Казалось, что сейчас в такую темную ночь пролетит маленькая фея, или из чащи выйдет единорог, в озере проплывет русалка, оборотень взвоет на луну. Но, все это было не для меня.
   - В гостях хорошо, а дома лучше, - произнесла я, положив голову на руки.
   - Что заставило молодую девушки покинуть бал? - спросил меня рокочущий голос справа. Я повернула голову и увидела, что на другом балконе сидел человек, но вся его фигура находилась в тени, поэтому разглядеть мне ничего не удалось.
   - Кто сказал Вам, что я молода? - ответила я вопросом на вопрос, причем первым, что пришло в голову, наверно от неожиданности.
   - Ваш голос, - туманно ответил незнакомец.
   - Вы определяете возраст по голосу? - спросила я, осознавая насколько глупо звучит наш бессмысленный диалог.
   - Вам действительно это интересно? - поинтересовался он, и я была готова поспорить, что при этом улыбнулся.
   - Нет.
   -Вы так и не ответили на мой вопрос? Почему же вы не кружитесь сейчас с галантным кавалером в танце?
   - Мой кавалер... Ему дано было вскружить голову не мне.
   - Я не слышу в вашем голосе расстройства этим фактом, - проницательно заметил мой собеседник.
   - Собственно говоря, я и не рассчитывала на его верность. Наверно мне нужен был лишь предлог, чтобы покинуть душный зал, заполненный толпой незнакомого мне народа, - ответила я и осознала, что сказала правду. Артем, да, он был мил и это, пожалуй, все. Я даже не сделала попыток заговорить с ним, видя, что к нему подошла другая. А дело все в том, что мне было все равно.
   - Странно, обычно девушки любят подобные мероприятия, - озадаченно произнес он.
   - Ну что же позвольте представиться, первая девушка, которая не любит балы, - я даже наклонила голову в жесте приветствия.
   - Рад знакомству. Раз вы представились первой, позвольте мне продолжить, - сказал он и замолчал.
   - Позволяю, - ответила я и улыбнулась.
   - Милая не любительница балов, с вами имеет честь общаться, любитель скрывать свое истинное лицо.
   - Любите примерять маски?
   - Каждый из нас их примеряет, я лишь признаю, что у меня получается это лучше всех.
   - Вы очень скромны.
   - А вы проницательны.
   - Что заставило молодого человека покинуть бал?
   - С чего вы взяли, что я молод?
   - Сужу по вашей скромности, которая присуща только молодым парням.
   - Ахахах. Ну что же раз мы так откровенны. Признаться честно меня тоже не привлекает разряженная толпа народа. Они слишком зациклены на себе и на повышение своей значимости, чтобы просто отдыхать и наслаждаться, - глубокомысленно произнес он. Все сказанное им было настолько похоже на то, что я чувствую, что казалось, эти слова он прочитал из моих мыслей. - Почему вы молчите?
   - Думаю над тем, умеете ли вы читать мысли?
   - Почему вы пришли к такому выводу? - заинтересованно спросил он.
   - Ваши слова, отражают и мою позицию в данном вопросе. Я не могу понять, как можно общаться с человеком, который тебе неприятен. Имей я выбор, я бы оградилась сотнями стен, чтобы не видеть даже его лица. Тут же, все играют роли. Одевают маски...
   - В этом заключается человеческая природа.
   - Вы, безусловно правы, но...
   - Вы до сих пор верите в чудо?
   - Да. А разве вы не верите?
   - Я бы сказал, что я наглядный пример чуда, - грустно произнес он.
   - Даже так? - заинтересовано спросила я.
   - Чудо... Что вы подразумеваете под этим словом?
   - Нечто волшебное, невероятное, долгожданное...
   - Ахаха, Вы так наивны...
   - Почему?
   - Вы говорили о человеке, от которого вы бы оградились сотнями стен. Кто он? - перевел он тему.
   - Слишком близкий, чтобы от него отречься, слишком влиятельный, чтобы убежать.
   - Вы девушка, найдите покровителя, - посоветовал он.
   - Покровителя? Я не обладаю такими внешними данными, чтобы обзавестись покровителем. Да и нужен он мне? Вместо одного человека, которому я обязана, я получу двоих. Нет уж, увольте, - я даже головой отмахнулась от данной идеи.
   - А любовь? - спросил он, и было слышно, что над чувством он явно насмехается.
   - Любовь... Это самое прекрасное чувство, которое дано человеку. Но, сейчас оно настолько обмельчало, что, кажется, уже стерлись рамки и теперь за любовь выдают все, от симпатии до похоти.
   - Вы верите, в сказку и отрицаете любовь? - удивленно спросил незнакомец.
   - Не мне дано право отрицать любовь, я лишь говорю, что сейчас истинное чувство встречается редко и познавший его, становится счастливейшим человеком на земле.
   - Любовь творит чудеса, - полувопросительно, полу утвердительно сказал он.
   - Безусловно, творит.
   - Вы так в этом уверены?
   - Да.
   - Пошли бы вы ради любви на все? - мне показалось он наклонился вперед, чтобы задать этот вопрос.
   -Если бы действительно любила то, да, - без промедлений ответила я.
   - Вы наивны...
   - Пусть, я лучше буду верить в чудо, чем продавать себя подороже.
   - Хм. А внешность?
   - Влюбляются не в лица, не в фигуры
   И дело, как ни странно, не в ногах.
   Влюбляются в тончайшие натуры
   И трещинки на розовых губах.
   Влюбляются в шероховатость кожи,
   В изгибы плеч и лёгкий холод рук,
   В глаза, что на другие не похожи,
   И в пулемётно-быстрый сердца стук.
   Влюбляются во взмах ресниц недлинных
   И родинки на худеньких плечах,
   В созвездие веснушек чьих-то дивных
   И ямочки на бархатных щеках.
   Влюбляются не в лица, не в фигуры
   - они всего лишь маски, миражи.
   Влюбляются на долго лишь в натуры,
   Влюбляются в мелодии души
   ( Автор - Шаркунова Анна)
  
   С балкона донеслись аплодисменты.
   - Признаться вы меня удивили, - неожиданно произнес незнакомец.
   - Это плохо? - спросила я.
   - Это невозможно, - категорично заявил он.
   - Ну что же, все когда-то бывает впервые.
   - Все когда-то происходит так, как ты этого заслуживаешь, - скорее для себя произнес он.
   А дальше... Дальше была самая незабываемая ночь. Мы говорили, изливая душу. Смеялись, грустили, переживали взлеты и падения, под звездным небом говоря с незнакомым, по сути человеком. Как удивительна человеческая натура, мы можем молчать о многом в присутствие родных и рассказать тайное первому встречному. Быть может, на меня повлияла магия ночи, или то, что я не видела лица собеседника, но сегодня впервые за долгое время я была настоящей.
   Небо начало светлеть. Мы проговорили целую ночь, а я и не заметила.
   - Прощайте, ночной незнакомец, - улыбнувшись, сказала я в пустоту, глядя на восход.
   - До скорой встречи, милая незнакомка, - был мне ответ.
   В комнату я не дошла, долетела, впервые мне было так легко. От безрассудства моего поступка не было чувства вины. Да я рассказала своему неизвестному собеседнику много личного и сокровенного, но впервые не жалела. Но признаться, встретиться с ним еще раз я не хотела. Боюсь, что мои ожидания могут не оправдаться или его надежды. Это ночь, единственно, что останется между нами.
   На кровать я упала в платье и тут же заснула.
   ***
   - Вызывали? - спросил Артем, войдя в кабинет к хозяину замка.
   - Приказывал прийти. Тех девушек, которые сегодняшнюю ночь провели не одни, этим вечером быть не должно.
   - Слушаюсь. Но, кастинг, - неверно произнес парень.
   - Мне не нужно то, чем уже попользовались. Знаешь поговорку: "Храни честь смолоду"?
   - Конечно.
   - А наши гости видимо не знали.
   - Значит, перенести собеседование на другой день?
   - Нет. Найди мне девушку, которой не было на балу с десяти и до пяти утра.
   - Но выбор...
   - Выбор уже сделан, - сказал он улыбнувшись.
   ***
   Пульс отбивая чечетку, стучал у меня в голове. Кровь казалось, взбесилась от переизбытка адреналина и ударяла в голову, из-за чего, в глазах поминутно темнело, и на доли секунды я терялась в пространстве, двигаясь лишь по инерции. Ноги толи подкашивались, то ли немели, голые ступни то и дело резались о корни деревьев, торчащих из-под земли. Камни как будто рассыпанные злым шутником, для того чтобы посмотреть как будет мучиться подопытный, резали оголенные стопы, впиваясь в раны.
   Ветер усиливался с каждым биением испуганного сердца. Деревья, которыми так умело, дирижировал дух воздуха, стонали после каждого нового дуновения, оо, что это были за стоны, умирающих в пытках надежд, разрывающего сердца предательства, стон безответной любви... Он не был слышен, он чувствовался, каждой клеточкой, всей душой ощущать ту муку сотни душ... От этой какофонии звуков хотелось, нет, не заплакать, разреветься, заорать, хоть как-то выплеснуть ту скорбь и печаль, которая разъедала меня изнутри.
   "Успеть, только бы успеть, бежать, как можно быстрее, только бы успеть",- билось на краю затуманенного отчаянием сознания.
   Корявые ветви иссохших, потемневших деревьев цеплялись за ткань роскошного алого платья, чья пышная юбка кровавыми лоскутами оставалась на деревьях, как жуткое напоминание того ужаса творящегося вокруг. Корни старых повалившихся деревьев мешались, создавая преграду на пути к спасению, но собственно, куда я бежала, я не знала, лишь бы подальше, лишь бы быстрее. Силы отказывали с каждой секундой все чаще, а сзади, подгоняя меня, раздавался треск, он бежал, бежал за мной.
   Единственным источником света, в этом царстве Аида была луна, покровительница моего преследователя. Она как будто специально освещала меня, оставляя при этом моего преследователя в тени. Несколько раз я оборачивалась ведомая страхом, но видела лишь тьму... Луна светила сквозь паутину веток, она шептала, ее голос разносил ветер: "Тебе не убежааааать".
   Я вижу свет, из последних сил я делаю рывок и вот, я в безопасности, на освещенной солнцем поляне. Она излучала свет и покой, добралась, успела. Я рухнула на колени. Смогла, я сбежала...
   Сзади послышался звук ломающихся ветвей, я подскочила, но не обернулась, боясь посмотреть в лицо своему кошмару.
   - Я нашел тебя, - его рокот тонет в шуме ветра и.... я просыпаюсь.
   Вскочив с кровати, отдышавшись, посмотрела по сторонам, стараясь прийти в себя. Сердце до сих пор быстро стучало, как напоминания что сон действительно был.
   Успокоила я не скоро. Запустив руки в волосы, сидела на кровати. Наверно самое странное, что после сна я не боялась, страха не было, было лишь тягучее ожидание, ожидание чего-то долгожданного и желанного.
   На улице было светло. Встав с кровати, я подошла к окну, распахнула ставни. Свежий воздух ударил в лицо, проясняя своим порывом мысли.
   Я взглянула на часы, восемь утра, жесть. Спать все равно хотелось, поэтому, оставив окно открытым я поплелась к кровати, и вдруг:
   - София, - мимолетный шепот, даже шелест ветвей, дуновение ветра приносит мне чей-то зов, мольбу. Я обернулась, но пейзаж был все тот же, видно никого не было. Я даже подбежала к окну, пусто... Странно. Неужели померещилось? Хоть я и понимала, что это глупо, но окно я закрыла, и шторы тоже.
   До кровати добралась в разы быстрее и, закутавшись в одеяло, прочитала молитву. Веду себя как ребенок, но зато стало легче. Сон навалился так же быстро, как и был прерван.
  ***
   В следующий раз проснулась я под вечер. Выспавшаяся и довольная. Вчерашний разговор, сон все казалось таким далеким и сказочным.
   Сладко потянувшись, я пошла в ванну. Набрав горячей воды, я расслабилась отогреваясь. Думать категорически ни о чем не хотелось. Сколько я пролежала сказать не смогу. Главное, выйдя из ванны, я увидела заправленную кровать и учуяла завтрак в гостиной. Неужели ждали?
   Не важно. В халате идя по теплому полу, я дошла до столика в гостиной и вдохнула приятный аромат кофе. Есть хотелось зверски.
   Поев, я одела одно из многочисленных платьев и вышла в коридор. Куда идти я четко не знала, так как хотела отправиться в сад. Надо спросить у служащих. Вот только, как назло ни один человек мне не встретился. Закон подлости в полной красе.
   Плутала по коридорам я долго, как только вчера я самостоятельно добралась до комнаты? Идя к очередному повороту, я услышала голоса и пошла на них.
   - Пятерых отправили. Говорят, что милые дамы этой ночью развлекались не только беседами. Скажу больше, двое из них "беседовали" не только с одним собеседником, - раздалось за поворотом. Слышно было, что девушка рада происшедшему. Я остановилась, идти туда не хотелось, да и смысла не было. Прослыть шпионкой, как-то не хотелось. Поэтому я повернулась и пошла назад. Вдогонку мне летела фраза: - Хотела я посмотреть в лицо их отцов, когда они узнают, что их дочери подзаборные шл*хи, - видимо говорившая нечем не лучше. Строят из себя... а ведут как базарные бабки.
   Выйдя из-за поворота, я пошла дальше плутать по коридорам. Но в этот раз мне повезло больше, я встретила служащую:
   - Извините, Вы не подскажите, как пройти в сад? - обратилась я к девушке.
   - В сад? - как-то испуганно переспросила она.
   - Да, если можно, - уже не так уверенно ответила я.
   - Спуститесь по лестнице, поверните направо и идите до конца, - сказала девушка.
   - Не могли бы Вы меня проводить? - зная свой топографический кретинизм.
   - Нет, у меня много дел я не смогу, простите мне пора, - протараторила девушка и вскоре удалилась. Странная.
   Ладно, теперь будем искать лестницу.
   Лестница к моему счастью нашлась вскоре. А там следуя маршруту, указанному служащей, я нашла двери в сад. Они были резные, выкрашенные в белый цвет. Взявшись за посеребренные ручки и нажав на них, я открыла ворота в маленький земной рай.
   Сад был огромен, это можно было понять по первому взгляду. Многочисленные тропы вели в разные стороны, то переплетаясь, то наоборот отталкивая друг от друга. Воздух был переполнен букетом цветочных ароматов.
   Я также стояла в проеме не решаясь сделать шаг. Для меня сад был как новый этап жизни, поэтому я медлила. Вдох, шаг и вот я стою посреди этого океана зелени.
   Зная свои проблемы в ориентировании, я пошла по центральной дороге. Цветов было превеликое множество разных оттенков и фактур. Ветер играл с их листьями, помогал распространять тонкий индивидуальный запах. Вокруг была тишина, даже пения птиц было не слышно. За садом очень тщательно ухаживали. Это прослеживалось во всем, в чистых дорожках, в отсутствие сорняков, в аккуратности.
   Жалко плейер не взяла. Уже начало темнеть, проснулась ведь я поздно. В какой-то момент я поняла, что зашла слишком далеко. Теперь вместо сада передо мной предстал розарий.
   Пройдя арку, оплетенную розами, я попала в другой, более тайный, скрытый кем-то интимный мир. На небольшой площади находились качели, висевшие на ветке могучего дерева. Невероятной красоты, белые, держались они на толстых веревках, которые были оплетены цветами. Белыми цветами. В этом месте было темнее, как будто сумрак накрыл его, стараясь спрятать.
   Этот круглый участок был отгорожен от всего остального сада аркой и высокими кустами красных роз. Стоя на этой площадке, я чувствовала себя не уютно, это место явно было предназначено для чего-то личного. Я сделала шаг назад, чтобы повернуться и уйти как, неведомо откуда рванул быстрый порыв ветра срывая с кустов роз лепестки, которые тут же полетели в меня.
   Я стояла как громом пораженная, старалась не двигаться. Лепестки красным ворохом летели в меня, а долетая, нежно проходили по открытым участкам кожи.
   Миг и все закончилось. Я неуверенно открыла глаза и замерла в удивлении. Привычного мрачного мирка не было. Была светлая, буквально искрившаяся заходящим солнцем зачарованная поляна. Качели, казалось стали еще белоснежнее и ярче. Розы пылали алым. Никогда не была любительницей роз, но сейчас они выступали контрастом и были как никогда великолепны. Легкий ветер, дотрагиваясь своими потоками до цветов, помогая легкому аромату витать вокруг.
   Волшебно. Это место было воистину волшебное. То ли ветер, то ли другие неведомые мне силы, толкнули меня к качелям.
   И я, повинуясь этому толчку, сделала шаг. Еще один, и еще. Пока не дошла и не села. Взмах ног, легкий ветреный порыв и я лечу над землей. В груди зародился смех, который тут же был выплеснут наружу. Я наслаждалась этим кратким мигом тишины. Подол моего бежевого платья при взлете немного задирался. Волосы, так бережно уложенные утром, растрепались. И это далеко не главное.
   Сейчас я чувствовала себя как в детстве. И казалось, все будет хорошо, что впереди только счастье.
   Мое внимание привлек шум за спиной. Казалось, что кто-то сломя голову несся к этому месту. Остановиться так быстро я не смогла, поэтому немного покачиваясь, ждала.
   Шум нарастает, становится страшно, хочется убежать. Он остановился, я чувствовала спиной чье-то присутствие. Ощущая себя мелким животным, мне хотелось спрятаться от крупного хищники позади.
   Я слышала его дыхания, но не поворачивала головы. Качели давно остановились. И каждый из нас молчал в нерешительности.
   Я не слышала, как он подошел, просто стало холоднее, и я невольно ладонями потерла руки. Последние лучи солнца скрылись за тучами и все вокруг посерело. Розы уже не казались алыми, качели белыми, а место волшебным.
   - Любимая, - мое сердце на секунду остановилось. Сколько было боли, надежды, нежности, любви в этом адресовано, увы, не мне призыве. Я молчала, не зная, что ответить, даже дышала через раз.
   Видимо неизвестный понял что ошибся, так как через мгновение раздался строгий голос.
   - Кто позволил? Я спрашиваю, какое право ты имеешь находиться здесь?! Вон! Пошла вон!!! - это было сильнее меня, на уровне инстинктов. Я вскочила с качелей и побежала, быстрее, быстрее, главное не слышать этот голос. Бежать, бежать, в этот раз дорогу я выбрала правильную и вскоре увидела замок.
   Увидев впереди замок, я вздохнула с облегчением. Быстро открыла дверь. Секунда, и я уже под надежной защитой каменных стен.
   Ну служанка, ну...
   На шатающихся ногах, все-таки не привыкла я так быстро бегать, я отправилась в спальню.
   На лестнице мне встретился один из служащих:
   - С вами все хорошо? - заботливо поинтересовался он. Я подняла на него взгляд, его зрачки расширились и он поспешил ко мне на помощь, подхватив готовое свалиться тело.
   - Отведите меня в комнату, - попросила я.
   Добирались до моих покоев мы долго. Мужчина предлагал мне вызвать врача, но я отказалась, кроме слабости я ничего не чувствовала.
   Попросив меня не беспокоить, я заперлась в спальне. Добрела до ванны, попутно снимая с себя платье и балетки.
   А в ванне произошло то, что не происходило со мной, пожалуй, очень давно. Я разрыдалась. Слезы буквально текли ручьем, сотрясая тело рыданиями. Льющаяся вода заглушала мои всхлипы. Я плакала и сама не знала, что послужило этому причиной. Просто прорвало плотину, и эмоции нахлынули разом. Когда поток слез закончился, я сидела под струей горячей воды и всхлипывала. Мне ужасно захотелось домой, в свою квартиру.
   Приняв холодный душ, я обозвала себя тряпкой и пошла в спальню. Спать не хотелось, выходить из комнат тоже. Не придумав ничего лучше, я взяла с полки первую, попавшуюся под руку книгу. Это оказался сборник стихов Анны Ахматовой.
   Сев на широкий подоконник, открыв окно, включив музыку на плейере, я погрузилась в чтение.
  
   Хорони, хорони меня, ветер!
   Родные мои не пришли,
   Надо мной блуждающий вечер
   И дыханье тихой земли.
  
   Я была, как и ты, свободной,
   Но я слишком хотела жить.
   Видишь, ветер, мой труп холодный,
   И некому руки сложить.
  
   Закрой эту черную рану
   Покровом вечерней тьмы
   И вели голубому туману
   Надо мною читать псалмы.
  
   Чтобы мне легко, одинокой,
   Отойти к последнему сну,
   Прошуми высокой осокой
   Про весну, про мою весну.
  
   Туман заволок глаза. Тело ослабло, сознания медленно уплывало во тьму. Веки бессильно закрылись. Последнее, что я слышала, это как книга, стукнувшись, упала на пол.
   ***
   Он зашел еле слышно. Она полулежала на подоконнике, раскрытая книга валялась снизу.
   "Не дурна" - подумал он, осмотрев девушку. Взял на руки и аккуратно положил на кровать, не хватало еще, чтобы она выпала из окна.
   Он проследил за ней, когда девушка убегала из сада.
   Ночная незнакомка оказалась любопытной особой. "София, самое подходящее имя, для этой милой девушки", - подумал он, когда уложив ее, смотрел на расслабленное бледное лицо. Да, он уже узнал все о ней, о своей милой ночной собеседнице.
   Его рука, облаченная в перчатку, невольно потянулась к лицу спящей девушки, убрать выпавшую прядь.
   "Как я мог ошибиться? Она даже отдаленно не напоминает ее" - произнес он, про себя смотря на нежные черты лица.
   Дверь бесшумно закрылась за спиной незваного гостя оставив после него лишь ничего неподозревающую спящую девушку и алую розу на подоконнике, как извинение за грубое поведение, которому она была свидетелем.
   А девушка, оставшись одна, вдруг начала вертеться на постели скидывая простыни и шепча невнятные мольбы.
   ***
   Пульс стучал у меня в голове. Кровь казалось, взбесилась от переизбытка адреналина и ударяла в голову, из-за чего, в глазах поминутно темнело, и на доли секунды я терялась в пространстве, двигаясь лишь по инерции. Ноги толи подкашивались, то ли немели, голые ступни то и дело резались об корни деревьев, торчащих из-под земли. Камни как будто рассыпанные злым шутником, для того чтобы посмотреть, как будет мучиться подопытный, резали оголенные стопы, впиваясь в раны.
   Ветер усиливался с каждым биением испуганного сердца. Деревья, которыми так умело дирижировал дух воздуха стонали после каждого нового дуновения, оо, что это были за стоны, умирающих в пытках надежд, разрывающего сердца предательства, стон безответной любви... Он не был слышен, он чувствовался, каждой клеточкой, всей душой ощущать ту муку сотни душ... От этой какофонии звуков хотелось, нет, не заплакать, разреветься, заорать, хоть как-то выплеснуть ту скорбь и печаль, которая разъедала меня изнутри.
   "Успеть, только бы успеть, бежать, как можно быстрее, только бы успеть",- билось на краю затуманенного отчаянием сознания.
   Корявые верви иссохших, потемневших деревьев цеплялись за ткань роскошного алого платья, чья пышная юбка кровавыми лоскутами оставалась не деревьях, как жуткое напоминание того ужаса творящегося вокруг. Корни старых повалившихся деревьев мешались, создавая преграду на пути к спасению, но собственно, куда я бежала, я не знала, лишь бы подальше, лишь бы быстрее. Но силы отказывали с каждой секундой все чаще, а сзади подгоняя меня раздавался трески, он бежал, бежал за мной.
   Единственным источником света, в этом царстве Аида была луна, покровительница моего преследователя. Она как будто специально освещала меня, оставляя при этом моего преследователя в тени. Несколько раз я оборачивалась ведомая страхом, но видела лишь тьму... Луна светила сквозь паутину веток, она шептала, ее голос разносил ветер: "Тебе не убежааааать".
   Я вижу свет, из последних сил я делаю рывок и вот, я в безопасности, на освещенной солнцем поляне. Она излучала свет и покой, добралась, успела. Я рухнула на колени. Смогла, я сбежала...
   Сзади послышался звук ломающихся ветвей, я подскочила, но не обернулась, боясь посмотреть в лицо своему кошмару.
   -Извини, - его голос тонет в шуме ветра и.... я вновь вскакиваю с кровати. Кровати? Я ведь на подоконнике засыпала. Посмотрев в сторону окна я разглядела на нем что-то красное, подойдя я с замиранием сердца подняла ярко-алую розу, лежащую на белой поверхности. Не может быть... В порыве испуга я бросилась к двери,заперто. Я, обессилено облокотившись спиной о дверь, сползла вниз. Обхватив руками, колени, старалась отдышаться. В этом замке твориться что-то странное...
   Из задумчивости меня вывел стук.
   - Да? - повернув слегка голову, спросила я.
   - С вами все хорошо, Госпожа Зорина? - из-за двери раздался тихий голос девушки. - Вы кричали.
   - Приснился плохой сон, - пояснила я. - Не могли бы вы принести мне кофе?
   - Стол уже накрыт, - ответила она.
   Надо приложить все свои возможности, чтобы сбежать. Находиться в постоянном страхе, бояться неизвестного хозяина, не высыпаться... Устала.
   Полдня я провела в комнате, читая книги или слушая музыку.
   Перед обедом в комнату постучали, и вошел мужчина:
   - Добрый день Госпожа Зорина, обед будет накрыт через полчаса в общей столовой, - сказал он, поклонился и ушел.
   Ладно, общая столовая так общая столовая.
   ***
   На обед я пришла в этот раз не первая. Скорее, даже последняя. Почти все места были заняты.
   Я прошла и села с краю. Действительно несколько девушек отсутствовало. В том числе и три знакомых блондинки.
   Девушки, а в столовой находились только они, перешептывались или отмалчивались как я.
   Обед был подан и на короткое время все замолчали. Трапеза была закончена, некоторые доедали десерт, а в меня уже ничего не лезло.
   В столовую зашел Артем. Девушки замолчали, старательно приводя себя в порядок.
   - Дорогие дамы, - начал ослепительно улыбнувшись, он. - Сегодня будет проведен кастинг.
   - Кастинг? - тихо переспросила я. Девушки закивали, видимо они-то об этом знали.
   - Прошу всех кого я назову проследовать за сопровождающими, - сказал он, показывая на несколько стоящих в коридоре мужчин.
   - Артемьева Милана, - ослепительная брюнетка встала и модельной походкой направилась к выходу. И пошло: - Горина Александра, Канева Олеся, Носова Валентина, - имен было много, с каждым последующим наш стол пустел на одну персону. И вот нас осталось двое: - Якушева Дарья, - произнес Артем и, улыбаясь, кивнул девушке. Дарья кинула на меня презрительный взгляд и удалилась. А я не могла поверить своему счастью. Неужели не прошла и меня отпустят?
   - Зорина София, - назвал мое имя Артем и подошел ближе. Я встала. - Вы прошли кастинг, следуйте за мной, - сказал он, и я немного пошатнулась. Как прошла?
   - Подождите, но я не проходила кастинг, - наклонив голову и сжав пальцы, сказала я.
   - Соня, - позвал меня Артем, и я подняла голову. В его глазах плескалось жалость. Жалость ко мне? - Прошу, пройдемте за мной. Поверь, так будет лучше, не спорь.
   - Хорошо, - сказала я и последовала за парнем.
   Шли мы долго, и молча. Я все осознавала, где же я могла встретиться с хозяином замка? И чем привлекла?
   Неожиданно Артем остановился.
   - Что-то случилось, - обеспокоенно спросила я.
   - Соня, ты уже поняла, куда я тебя веду? - неожиданно спросил он.
   - Да, к хозяину замка.
   - Верно. Соня, - он повернулся и заглянул ко мне в глаза. - Сонь, я не имею понятия, чем ты его привлекла, но будь осторожна, прошу. Он, он очень странный, Сонь. Не перечь ему, старайся выполнять приказы, он ненавидит неподчинение, - просвещал меня Артем, а я все больше понимала, что снова вляпалась. - И главное, никогда не задавай вопросов. И старайся не показать своего удивления, когда его увидишь, слышишь? - я кивнула. - И самое важное, не при каких условиях не ходи в сад, - попала... - Сонь, что с тобой? - увидев как я побледнела, спросил он.
   - Это просто шок.
   - Ладно, пошли, - сказал Артем, и мы продолжили свой путь, как будто и не было этого разговора.
   Меня привели в кабинет. Когда мы зашли, хозяин сидел на кресле, к нам спиной и рассматривал сад. Из его окна он был виден как на ладони. Значит, это он был вчера. Интересно, какое наказание я получу за то, что раскрыла его тайное место.
   - Артем, можешь идти, - сказал мужчина, и в этом голосе я узнала своего ночного незнакомца. Значит и вчера был он, только, наверно от страха я это не поняла.
   - Присаживайся, Соня, девушка, которая не любит балов, - сказал он, когда за Артемом закрылась дверь.
   Я села на кресло для посетителей. Кресло медленно стало поворачиваться и вскоре, я увидела хозяина замка. Да, Артем не зря просил меня не удивляться. Хозяин замка носил маску, в самом что ни на есть прямом смысле. Маска закрывала все лицо. Она была белая, от краешков глаз к подбородку тянулись красные линии, и создавалось впечатление, что это кровавые слезы. В прорезе для глаз клубилась тьма, и распознать, куда именно смотрит собеседник, было невозможно. К тому же, на него был одет красный плащ с капюшоном. Весь внешний вид, говорил о том, что у хозяина замка проблемы, либо с внешностью, либо с умом. Причем для меня первое предпочтительнее, но судя по его вчерашнему поведению в парке, второе тоже имеет место быть.
   - София, я хочу заключить с вами соглашение, по которому вы в течение полугода будете проживать на территории замка и проводить со мной некоторое время каждый день.
   - А если я откажусь, - неуверенно спросила я.
   - Тогда мне придется вас заставить. Ведь ваш отец подписал документ, по которому вы фактически принадлежите мне, - а я думала, что мои страхи необоснованны, а оказалось, именно они и сбылись.
   - Не бойтесь, я не буду делать то, чего вы не захотите. Никакого насилия, принуждения, просто взаимовыгодная помощь. Ну что?
   - Могу я прочитать контракт?
   - Конечно, - ответил он и достал договор из ящика.
   В сущности, он все сказал. В мои обязанности входило: обед и ужин с хозяином, и еще не менее двух часов в день я должна была находиться с ним, как мы будем проводить это время не указано. Написано: "Досуг по договоренности сторон".
   - Что получу я в случае выполнения договора?
   - А вы корыстны, - сказал он и склонил немного голову вбок. - Компенсацию в размере двух миллионов долларов, - я чуть не свалилась с кресла. За эти деньги я могу сбежать из-под опеки отца. - А вы? Какой вам прок от этого соглашения?
   - Это я оставлю в тайне. Ну что? Вы согласны?
   - Да, - ответила я, подводя под свое прошлой жизнью черту.
   - Прекрасно. Мы так и не были представлены друг другу официально, называйте меня Маска, София.
   ***
   После подписания договора меня проводили в комнату. Почему я согласилась? Да потому что другого выбора не было. И дела не только в том соглашение отца. Сразу было понятно, что выбор это только иллюзия. Если бы я показала свой характер, еще не известно к чему бы это привело. А так, договор меня вполне устраивает, остается только надеяться, что он будет исполнен.
   Ужинала я одна в общей столовой. Девушек отправили по домам.
   После всего произошедшего за эти три дня. Три дня! Я ничего кроме усталости не чувствовала. Наверно сказалось слишком большое скопление событий или вчерашняя истерика, но мне ничего не хотелось. Даже есть. Помусолив вилкой в тарелке, я встала из-за стола и вышла.
   Что делать я не знала. Читать? Спать? Есть? Хм, даже в саду спокойно не прогуляешься.
   Что я буду делать в замке, полгода я не знаю. Выходить за пределы территории мне запрещено, в сад нельзя. Может пойти повеситься?
   Я брела по коридорам. Таким пустынным, даже поверить нельзя, что позавчера по ним носились слуги и гости. Теперь все казалось заброшенным, убитым. Я бесцельно плелась по плохо освещенным помещениям, пока не услышала музыку. Кто-то завораживающе играл на пианино.
   Я решила пойти на звук. Шла я медленно и надеюсь, что тихо. Казалось малейший шорох, малейшее движение может смутить играющего, и мелодия прервется. Наверно, этот звук нельзя было назвать мелодией, это была жизнь, маленькая трагедия, выраженная в нотах. В этом музыкальном призыве чувствовалась боль, печаль, ожидание и снова океан обреченности.
   Звук становился все ближе и ярче. Я замерла около двери. Игра будоражила кровь, мне представился лев умирающий, взывающий на помощь, но покинутый всеми. Боясь разрушить момент, в комнату я не входила, лишь медленно опустив голову, посмотрела на автора трагедии и быстро вернула голову обратно. Это был Маска.
   Я сделала шаг назад, не хочу вновь нарваться на очередной приступ безумства.
   Мелодия резко прервал, легкое дуновение ветра и сзади раздается знакомый рокочущий голос:
   - София, ваши попытки быть тише выглядят умилительно, - попалась.
   - Ваша игра... Это нечто невероятное. Я услышала и не смогла устоять, - оправдывалась я, смотря в черные провалы глаз.
   - Я польщен, - сказал он и отвесил легкий поклон. - Не стоит меня бояться Софья, проходите, я буду рад поиграть для Вас, - сказал он и предложил мне руку. Положив свою ладонь на его, облаченную в белую перчатку, я сделала шаг вперед.
   Комната, в которой играл Маска была большая и практически пустая, исключая пианино и небольшой диванчик у окна, на который я и села. Маска вновь сел за инструмент.
   В этот раз мелодия была легкая, хотя и исполненная на мой сугубо немузыкальный слух бесподобно, в отличие от первой она была пустая. В ней не томилась тайна, в нее не вкладывали чувства, а просто играли по нотам. Но все же лучше чем сидеть одной в комнате.
   Я прикрыла глаза и невольно начала двигать головой в такт. Тишина. Открыв глаза я посмотрела на Маску и неожиданно замерла видя, что и он смотрит на меня. Я чувствовала на себе его тяжелый взгляд. Сердце начало биться сильнее.
   - Вы боитесь, - уверенно заявил он. Я не стала оправдываться или отрицать. Я действительно боялась. Не выдержав взгляда Маски, я отвела глаза в сторону. - И чего же Вы боитесь Софья? Меня? Считаете отвратным? Жалким? Думаете если я ношу маску, то не достоин простого человеческого отношения?! - посмотрев на него, я хотела возразить, но его уже было не остановить. - Ваш страх витает в воздухе. Вы считаете себя жертвой? Тешите себя надеждой сбежать? - я не могла понять, чем спровоцировала такой выплеск эмоций. - Вы ведете себя как загнанная в угол кошка, ожидающая удар. Думаете, я настолько мерзок, что уподобившись вашему отцу, ударю беззащитного? Зачем Вы тогда лгали мне, что душа богаче внешности? Вы ничем не отличаетесь от тех пустышек, что покинули мой замок. Деньги... Вам нужны только деньги... Вы наверняка думаете, что я не достоин любви. Ахахах, как же вы правы Софья, я чудовище!!! - последнюю фразу он буквально прорычал, а после обессилено прошептал: - Уйдите, - я встала и пошла к выходу, но на середине пути повернулась, чтобы утешить Маску, ведь он явно подавлен, но: - Я же попросил Вас уйти, - сказал он, видя мою нерешительность.
   Выйдя из двери и немного пройдя по коридору, я услышала, как сзади что-то упало, потом послышались звуки ударов и бессильный рык окончил эту мелодию боли.
   Вот и поговорили, называется.
   ***
   Пульс стучал у меня в голове. Кровь казалось, взбесилась от переизбытка адреналина и ударяла в голову, из-за чего, в глазах поминутно темнело, и на доли секунды я терялась в пространстве, двигаясь лишь по инерции. Ноги то ли подкашивались, то ли немели, голые ступни то и дело резались об корни деревьев, торчащих из-под земли. Камни как будто рассыпанные злым шутником, для того чтобы посмотреть как будет мучиться подопытный, резали оголенные стопы, впиваясь в раны.
   Ветер усиливался с каждым биением испуганного сердца. Деревья, которыми так умело дирижировал дух воздуха стонали после каждого нового дуновения, оо, что это были за стоны, умирающих в пытках надежд, разрывающего сердца предательства, стон безответной любви... Он не был слышен, он чувствовался, каждой клеточкой, всей душой ощущать ту муку сотни душ... От этой какофонии звуков хотелось, нет, не заплакать, разреветься, заорать, хоть как-то выплеснуть ту скорбь и печаль, которая разъедала меня изнутри.
   "Успеть, только бы успеть, бежать, как можно быстрее, только бы успеть",- билось на краю затуманенного отчаянием сознания.
   Корявые ветви иссохших, потемневших деревьев цеплялись за ткань роскошного алого платья, чья пышная юбка кровавыми лоскутами оставалась на деревьях, как жуткое напоминание того ужаса творящегося вокруг. Корни старых повалившихся деревьев мешались, создавая преграду на пути к спасению, но собственно, куда я бежала, я не знала, лишь бы подальше, лишь бы быстрее. Но силы отказывали с каждой секундой все чаще, а сзади подгоняя меня, раздавался треск, он бежал, бежал за мной.
   Единственным источником света, в этом царстве Аида была луна, покровительница моего преследователя. Она как будто специально освещала меня, оставляя при этом моего преследователя в тени. Несколько раз я оборачивалась ведомая страхом, но видела лишь тьму... Луна светила сквозь паутину веток, она шептала, ее голос разносил ветер: "Тебе не убежааааать".
   Я вижу свет, из последних сил я делаю рывок и вот, я в безопасности, на освещенной солнцем поляне. Она излучала свет и покой, добралась, успела. Я рухнула на колени. Смогла, я сбежала...
   Сзади послышался звук ломающихся ветвей, я подскочила, но не обернулась, боясь посмотреть в лицо своему кошмару.
   - Не притворяйся, я чувствую твой страх - произносит он зло... И я проснулась.
   Я села на кровать и провела ладонью по волосам. Похоже, мое подсознание очень странно реагирует на ситуацию. Сны эти, похожие друг на друга. Боже, как же я соскучилась по своей мирной жизни.
   Просидела я на кровати не долго. Встав, я подошла к шкафу. Одела брюки и футболку, из тех, что взяла из квартиры, на скорую рук расчесала волосы и вышла из спальни.
   "Запретный плод сладок" - пронеслось в моей голове, когда я спускалась по лестнице, ведущей в сад.
   И опять эти двери, шаг и я во власти природы.
   Нет, я не собиралась идти к качелям, просто захотелось побродить. Как же здесь все-таки красиво.
   Найдя у одной из тропинок скамейку, я присела.
   Жизнь... Боже как ей не надоест преподносить сюрпризы?
   - Вам не спиться? - раздался голос сзади.
   - А Вы все никак не отвыкните меня пугать? - спросила я у Маски, который присаживался рядом.
   - Не могу отказать себе в этом удовольствие, - сказал он, и между нами надолго воцарилась тишина. Каждый думал о своем. Я, к примеру, хотела попросить Маску отпустить меня в город. Купить хотя бы диски, чтобы смотреть фильмы на ноуте. Интернета то нет. - Софья, - позвал он меня, и я повернула голову в его сторону. - То, что произошло сегодня вечером, глупое недоразумение, я не хотел Вас испугать, а тем более обидеть, - видно было, что слова дались ему с трудом.
   - Все хорошо, я и не думала обижаться. У каждого из нас есть предел, сегодня вы его достигли.
   - Я рад, что вы не держите зла, - пока он такой добренький можно и кое-что спросить.
   - Маска, для чего к вам в замок приезжали девушки?
   - Вам разве не сказали? - удивленно спросил он.
   - Нет.
   - Мне нужна была... напарница, с которой, как с вами, по итогам собеседования был бы заключен контракт.
   - Но, ведь я никакого собеседования не проходила, - недоуменно ответила я.
   - Нет, Софья, Вы прошли его первая. Тогда на балконе. Признаться, я давно так ни с кем не говорил. Вы заставили меня почувствовать, то, что я уже давно не чувствовал, интерес.
   - Это хорошо или плохо? - решила уточнить я.
   - Это неожиданно.
   - Маска, могу ли я попросить Вас об одном одолжении?
   - Спросите, я отвечу.
   - Можно ли мне съездить в город? Я бы купила диски, для ноутбука, в свободное время смотрела бы фильмы. И парочку книг, если можно.
   - Ваша просьба будет исполнена только при одном условии, в город я вас не отпущу. Составьте список фильмов и книг, которые бы вы хотели посмотреть, я отдам его завтра Сергее Михайловичу, они у вас будут в скором времени. В доме есть кинотеатр, Вы можете им пользоваться в любое время. Если вы не против, после завтрака с вами проведут экскурсию по замку.
   - Спасибо, - в город не отпустил. Но зато появиться, чем время скоротать.
   - И Соня, если Вам нравиться сад, Вы можете по нему спокойно гулять. Наверно я был слишком строг, запрещая, чтобы его посещал кто-то кроме меня. Все-таки цветы созданы, для того чтобы ими наслаждались, - произнес он.
   - Благодарю.
   - Не засиживаетесь допоздна, Вы можете простыть, - сказал Маска, встав и пожелав прекрасного вечера, ушел.
   Вскоре поняв, что меня клонит в сон, я встала со скамьи, потянулась и направилась в покои, досыпать.
   ***
   Свое обещание Маска выполнил и утром, после завтрака ко мне в комнату зашла Валентина, женщина которую я видела с Анжелой Леопольдовной не так давно.
   - Здравствуйте Госпожа Зорина, - поприветствовала он меня и слегка поклонилась. Я же ей мило улыбнулась и ответила:
   - Доброе утро, можно просто Соня. Я могу вас называть Валентина? Или вам предпочтительнее имя отчество? - поинтересовалась я.
   - Нет, нет, Соня. Валентина в самый раз, - улыбнувшись, сказала женщина и повела меня на экскурсию по замку.
   Начали мы с первого этажа. Могу сказать, что спален в замке было столько, что можно смело организовывать в здании отель. Роскошные залы, столовые всего было в избытке. Валентина показала мне кинотеатр, и оказалось, что в доме есть бассейн и сауна. Но меня привлекало не столько сама экскурсия, сколько живое общение с женщиной. Валентина оказалось очень веселой и общительной. В основном говорила она, я же улыбалась и изредка добавляла свои комментарии.
   В итоге все закончилось на кухне в компании пирожков и чая, любезно сваренным поваром. Мы еще долго сидели и разговаривали. Подтянувшиеся служащие составили нам компанию. Я давно так не смеялась над казусами в жизни этих людей. Веселых историй у меня как таковых на было, поэтому я лишь слушала. Да, день прошел не зря, теперь у меня появились очень хорошие приятели.
   Повар Роман Андреевич, сказал, что впредь будет готовить только то, что мне больше всего нравиться и подавать кефир. А Валентина уверила, что научит вязать.
   Нашу задушевную беседу прервала Анжела Леопольдовна, которая придя на кухню заявила, что время, потраченное впустую будет вычтено из зарплат и, повернувшись ко мне, сказала, что хозяин ожидает в парадной столовой, на ужин. Блин, совсем забыла. Я, попрощавшись со всеми, на всех парах рванула в столовую.
   - Извините, я не заметила, как пролетело время, - это было первое, что я сказала войдя.
   - Ничего, присаживайтесь, - ответил мне Маска. Есть мне не хотелось, только недавно столько пирожков съела. Заметив, что я почти не ем, Маска поинтересовался:
   - Соня, Вы не голодны?
   - Я недавно ела.
   - Вы не так разговорчивы, как были в первый день знакомства, - заметил он.
   - Тогда я Вас не знала, - подняв на мгновение глаза ответила я.
   - Вы всегда откровенны с незнакомцами? - удивленно спросил он.
   - Нет, просто я думала, что мы больше не встретимся.
   - Вы не хотели встречи со мной?
   - Я не хотела вас разочаровать. И к тому же, я не знала что вы хозяин замка.
   - Разве это что-то меняет?
   - Многое...
   - И что же позвольте узнать.
   - Слуги...
   - Слуги? Причем здесь слуги?
   - Это не правильно, - сказала я, смотря в черноту глаз.
   - Что не правильно?
   - Что они у Вас есть,- ответила просто я и опустила глаза на тарелку.
   - Ахаха, Соня, Вы хотите лишить этих людей работы и сделать ее самим? - насмешливо поинтересовался он.
   - Нет, я не про это. Просто, в наше время, мне кажется не уместно, чтобы люди, которые помогают по хозяйству, считались слугами.
   - А кем они должны быть? - подавшись вперед поинтересовался Маска.
   - Обслуживающим персоналом...
   - Ахаха, Соня мы говорим об одном и том же.
   - Нет, дело не в их обязанности, а в отношении. Как Вы не поймете, они не должны называть Вас "Господином", а меня "Госпожой", это пережитки прошлого. И эти поклоны. Ведь они никому не нужны, - взглянув в темноту глаз громко произнесла я.
   - Не смейте! Не смейте меня учить, как мне жить, София! - ударив кулаком по столу заявил он.
   - Я не...
   - Вы еще ничего из себя не представляете, а уже лезете туда, куда Вас не просят, - решительно ответил Маска. - Ужин окончен, можете идти, - сказал он поднимаясь. Хлопок двери возвестил о его уходе. Может и в правду не стоило затевать этот разговор?
   Жить постоянно в ссоре... Но и прощения я просить не буду, зачем так все воспринимать близко к сердцу. Вот блин, катилось мое хорошее настроение, по наклонной.
   Я вернулась в спальню. Наверно все дело в кровати. Надоело уже просыпаться посреди ночи. Лягу в зале, на диване.
   ***
   Он ходил по кабинету взад и вперед, пытаясь успокоиться.
   "Неужели ошибся? Выбрал не ту?" - билось у него в голове.
   С этой девушкой будет не так легко, как он думал. Она не безмолвная овечка, скорее уж притаившаяся волчица. Ха. Может это и к лучшему. Так даже интереснее.
   - Сергей Михайлович, зайдите, - сказал он нажал кнопку вызова. Вскоре пришел управляющий.
   - Вы хотели меня видеть Господин, - "Да, быть может она и права".
   - С сегодняшнего дня никаких "Господин" и "Госпожа". Обращения на вы, по имени и отчеству или по имени. И отныне не кланяйтесь. Все ясно?
   - Да Гос... Но как мне тогда к Вам обращаться? - спросил растерявшийся мужчина.
   - Зовите меня Маска. Можете идти, - сказал он. После ухода управляющего он подошел к зеркалу, накрытому тканью, одним движение она была отброшена. Как же давно он не смотрел в зеркало. В нерешительности он поднес руку к маске... но не смог. Это сильнее его.
   - Трус, - презрительно произнес он в зеркало. И кулак в белой перчатке встретился с отражающей поверхностью. Белая ткань тут же приобрела, красный оттенок.
   Очередные осколки зеркала рассыпались по полу.
   ***
  
  
   Пульс отбивал ритм у меня в голове. Кровь казалось, взбесилась от переизбытка адреналина и ударяла в голову, из-за чего, в глазах поминутно темнело, и на доли секунды я терялась в пространстве, двигаясь лишь по инерции. Ноги то ли подкашивались, то ли немели, голые ступни то и дело резались об корни деревьев, торчащих из-под земли. Камни как будто рассыпанные злым шутником, для того чтобы посмотреть как будет мучиться подопытный, резали оголенные стопы, впиваясь в раны.
   Ветер усиливался с каждым биением испуганного сердца. Деревья, которыми так умело дирижировал дух воздуха стонали после каждого нового дуновения, оо, что это были за стоны, умирающих в пытках надежд, разрывающего сердца предательства, стон безответной любви... Он не был слышен, он чувствовался, каждой клеточкой, всей душой ощущать ту муку сотни душ... От этой какофонии звуков хотелось, нет, не заплакать, разреветься, заорать, хоть как-то выплеснуть ту скорбь и печаль, которая разъедала меня изнутри.
   "Успеть, только бы успеть, бежать, как можно быстрее, только бы успеть",- билось на краю затуманенного отчаянием сознания.
   Корявые верви иссохших, потемневших деревьев цеплялись за ткань роскошного алого платья, чья пышная юбка кровавыми лоскутами оставалась на деревьях, как жуткое напоминание того ужаса творящегося вокруг. Корни старых повалившихся деревьев мешались, создавая преграду на пути к спасению, но собственно, куда я бежала, я не знала, лишь бы подальше, лишь бы быстрее. Но силы отказывали с каждой секундой все чаще, а сзади подгоняя меня, раздавался треск, он бежал, бежал за мной.
   Единственным источником света, в этом царстве Аида была луна, покровительница моего преследователя. Она как будто специально освещала меня, оставляя при этом моего преследователя в тени. Несколько раз я оборачивалась ведомая страхом, но видела лишь тьму... Луна светила сквозь паутину веток, она шептала, ее голос разносил ветер: "Тебе не убежааааать".
   Я вижу свет, из последних сил я делаю рывок и вот, я в безопасности, на освещенной солнцем поляне. Она излучала свет и покой, добралась, успела. Я рухнула на колени. Смогла, я сбежала...
   Сзади послышался звук ломающихся ветвей, я подскочила, но не обернулась, боясь посмотреть в лицо своему ужасу.
   - Будь рядом, София, - произносит он... И я просыпаюсь.
  ***
   Прошел уже месяц, как я стала узницей замка. Маску я видела только на ужинах. Мы практически не разговаривали, перебрасывались парочкой вежливых фраз. Не знаю, что именно так повлияло на наши, в общем-то, не дружные, отношения, может ссора, а может и тайны, которые он скрывает. Все свободное время он проводил либо в кабинете, либо в личных покоях, это я узнала у служащих, с которыми кстати подружилась. За прошедшее время я лишь однажды видела его за пианино, после того как он разгромил комнату.
   Признаться, я переживала за него, ведь его действительно что-то гложет или кто-то. На разговор он не шел, отмалчивался. И в итоге, и я решила не лезть сам расскажет, когда потребуется.
   Я же свободное время проводила с Валентиной или Романом Андреевичем - поваром. Сначала они отнекивались от моей помощи, но поддавшись на мои уговоры, позволили. Если бы меня лишили и этой работы, я бы сошла с ума от безделья.
   После нашего последнего полноценного разговора, служащие перестали обращаться ко мне "Госпожа" и кланяться. Кстати штат заметно сократили. Главное уволили ненавистную всем Анжелу Леопольдовну. Да, помню, как мы отмечали ее отъезд с ребятами...
   Бывало, я спускалась в сад, бродила по дорожкам, но к качелям не ходила, наверное, боялась в очередной раз вывести Маску из себя. Жизнь была спокойной и размерной и казалось, не так трудно будет пережить полгода.
   Сегодня выдался прекрасный день. Поняла я это, когда встала и осознала, что проспала ночь без кошмаров. Очередную ночь, в последнее время те странные сны перестали меня посещать. Сладко потянувшись, я по сложившейся традиции подошла к окну, раскрыла ставни. Солнечно, легкий ветер позволяет не так остро ощущать жару. Да, сегодня явно будет хороший день.
   Завтракала я на кухне, по моей же просьбе, не люблю я в одиночестве есть, а там повара, служащие, одна большая дружная семья. Роман Андреевич приготовил любимые оладушки со сгущенкой.
   - Сонечка, - позвала меня Валентина сидевшая справа.
   - Да теть Валь? - спросила я, запихивая в рот очередной кусочек.
   - Я сегодня в библиотеке книги расставлять собираюсь, давно там не убиралась, вот подумала, может...
   - Конечно Теть Валь, - жуя ответила я. Хотя я сама просилась помогать, Валентина всегда смущалась, когда просила об этом. Причем это только второй раз, обычно я сама навязываюсь.
   Сколько знаю эту милую женщину, всегда удивляюсь, как она все успевает. Ведь она и швея, и уборкой занимается, и готовить иногда помогает, еще и свитера вяжет.
   Позавтракав, мы направились в библиотеку. Я к своему стыду была там только один раз, во время экскурсий, но помню что размеры у нее царские.
   - Ты тогда, Сонечка, книги расставляй, а я пока полы помою да на полках пыль протру, - сказала мне Тетя Валя и увидев мой утвердительный кивок, улыбнувшись, пошла в другую часть зала.
   Работа у меня была не сложная, но пыльная, видно, что влажную уборку здесь не проводили давно. Я прошлась по рядам стеллажей и старалась запомнить, где какой автор лежит, а после искала его на других полках.
   Стеллажи были высокие, до последней полки я бы не дотянулась. Поэтому найдя в одном из рядов стремянку, расставляла книги уже при ее помощи.
   - Вы решили наняться уборщицей? - раздалось сзади, я и чуть было, не потеряв равновесие, не свалилась вниз. - Аккуратнее София, - пожурил меня Маска. Мы так давно не говорили, признаться, я, и забыла какой у него громкий и властный голос.
   - Здравствуйте, Маска, - улыбнувшись сказала я, а после, спустившись, вручила ему стопку книг и, попросив идти за мной, начала их раскладывать согласно классификации.
   Маска сначала не мог понять почему он обязан мне помогать, а после, смирившись сам втянулся в работу. Хотя мы не разговаривали, но было видно, что сегодня у хозяина замка хорошее настроение. Я невольно улыбалась, когда видела, что он не может определить, куда что поставить, у него был такой растерянный вид.
   В итоге все дообеденное время мы провели за работой.
   - София, могу я пригласить вас на обед? - галантно подав мне руку, когда я спускалась, поинтересовался Маска.
   - Конечно, я буду, рада составить Вам компанию, - приняв его помощь, улыбнулась я.
   Обедали мы в дружной обстановке, говоря о разных пустяках, стараясь не затрагивать спорные для нас обоих темы. Я так ни разу не видела, как Маска ест, он просто сидит за столом и поддерживает диалог. Понятное дело, что через маску не поешь. Снимать ее он во время обеда не намеривался, да и я настаивать не собиралась. Просто не очень комфортно чувствую себя, когда мой собеседник не ест. Отдать должное Маске стоит, он всячески старался меня не смущать.
   Когда я закончила есть и девушка убрала посуду, оставив нас одних, Маска поинтересовался:
   - София, у вас есть планы на сегодняшний вечер?
   - Нет, - улыбнувшись, ответила я.
   - Тогда позвольте, я приглашу Вас в кино? - встав со своего места, спросил он и пошел навстречу ко мне.
   - Буду весьма признательна, - сказала я, вставая.
   - Софья Вы не даете мне шанса поухаживать за Вами, - пожурил меня Маска, подходя ближе.
   - Я не привыкла, что за мной ухаживают, - призналась я.
   - Тогда настало время привыкать, - сказал он и предложил мне руку. Чувствую себя девушкой попавшей во времена рыцарей, королей и принцесс.
   Мы впервые вышли из столовой в одно время. Маска сказал, что ему надо доделать дела и удалился. А я пошла к Валентине.
   - Соня ты чего это счастливая такая? - поинтересовалась женщина, видя, что с моего лица не сходить глупая улыбка. - Влюбилась? - подмигнувши, предположила она.
   - Нет, вы чего теть Валь? Не в кого ведь, - посмотрев в глаза женщине, ответила я.
   - А хозяин то наш? А? Молодой ведь парень, - хитро расплывшись в улыбке, спросила она.
   - Ну, Вы скажете. Нет не в любви дело, просто я рада, что у нас начали налаживаться отношения. А то признаться честно, я себе чувствовала приживалкой.
   - Ну что говоришь то такое, Сонечка. Какая приживалка? Глупенькая, - сказала Валентина и, подойдя обняла. - Маска он странный молодой человек, но добрый никогда слова плохого не скажет, не накричит. Серьезный он больно, видно тяжело ему пришлось до этого.
   - Теть Валь, а вы, сколько уже у него работаете? - мы сели за читальный столик. Дела были сделаны, поэтому можно и поговорить. Я давно хотела узнать, хотя что-нибудь про таинственного хозяина замка, вот и подвернулась тема для разговора.
   - Пять лет уже как, - вздохнув, ответила она.
   - Не знаете, почему он так одевается странно?
   - Нет, милая, не знаю. Спрашивать боязно, да и дело это не мое. Видно проблемы.
   - Теть Валь, а что вы еще про него сказать можете? Ведь я ничего не знаю. Не хочу опять сориться из-за пустяков.
   - Да практически ничего не знаю, Синь. Устроилась работать через агентство, приехала в замок. Сперва он вообще из комнаты не выходил, если бы не его распоряжения, я бы подумала, что и хозяина то нет. Когда в первый раз увидела, удивилась очень. Голос у него молодой, вроде, да и пару раз видела я его без плаща, высокий, подтянутый. Спортом увлекается, каждое утро в спортзал ходит. Но как занимается, не видела, туда вход запрещен. На пианино играет. Ох, а как играет то... Порой как услышу, сердце замирает. Не любит, когда ходят в его сад. Злится очень. Иногда уезжает, бывает, по месяцам его нет. Гостей у него нет. Изредка только, этот как там его... Артем, да Артем приезжает. Он вроде адвокат его. Я сама удивилась, когда он этот бал затеял. Девушек он вроде как не очень любит. В смысле я девушек в нашем доме не видела ни разу. Это он с тобой Соня хоть выходить начал, да разговаривать. Так, что все в твоих руках деточка, - Валентина стала подниматься со стула, и я поняла, что на этом разговор окончен. Ну что же хотя бы это. - Пошли, Роману поможем, - сказала она, и мы отправились на кухню.
   До пяти вечера я пыталась помогать. Ключевое слово здесь "пыталась". Все валилось из рук. Нервничала как девчонка перед первым свиданием. Заметив мое неуравновешенное состояние, Роман Андреевич сказал, чтобы я не портила ему инвентарь и шла к себе в комнату готовиться.
   Так я и поступила. Придя в комнату, сразу пошла в ванну, потом сделала укладку, накрасилась, надела платье и стала ждать.
   Ждать к радости моих нервов было не долго. Буквально через десять минут раздался стук в дверь.
   - Войдите, - крикнула я из спальни, последний раз посмотрев в зеркало.
   - Софья? - раздалось из зала. Надо же сам пришел.
   Я вышла из спальни и посмотрела на Маску. Видно, что он тоже готовился. Я была слегка удивлена тем, что он пришел без плаща. Хоть его костюм напоминал военный мундир, с большим количеством застежек, длинными рукавами и белыми перчатками, ему, безусловно, шло. Фигура у него была действительно красивая. Он был статным, высоким и под одеждой угадывались мускулы. Впервые я увидела его волосы, они были достаточно длинные и заплетены в косу. Он был брюнет.
   - Вы сегодня как никогда прекрасны, София, - слегка поклонившись, сказал он.
   - Вы тоже, - ответила я на его комплимент и покраснела.
   - Ну что же, пойдемте, - и мы направились в импровизированное кино.
   В этот раз мы смотрели комедию. Не знаю то ли присутствие Маски или мое волнение, но смеялась я слишком громко и слишком часто. Не быть мне утонченной дамой, ой не быть.
   - Вы не возражаете против прогулки по саду? - по окончанию фильма поинтересовался Маска.
   - Буду рада стать вашей спутницей.
   Мы спустились в сад и стали бессмысленно бродить по тропинкам. Со стороны казалось, что бы актеры исторического фильма, вышедшие на прогулку.
   - Как вам фильм? - прервал Маска неловкую паузу.
   - Веселый, - немного охрипшим голосом ответила я. Наверно по моему смеху было слышно.
   - А вам?
   - Вы так заразительно смеялись, что я весь фильм слушал только ваш смех, и признаться честно не смогу даже вспомнить о чем он был, - интересно от стыда можно сгореть? Если да то мне осталось недолго. Все никаких комедий.
   - Простите, - неловко сказала я.
   - За что Софья? Боже, какой Вы еще ребенок. Я сказал Вам комплимент, а Вы просите прощение, - слышно было, что он улыбается.
   - А сколько лет вам?
   - Вы знаете, что неприлично задавать такие вопросы? - весело поинтересовался он. - Сколько Вы мне дадите?
   - Эм, двадцать три?
   - Сочту за комплимент. Но я не так молод, мне уже двадцать семь, - вздохнув ответил он.
   - Да Вы старик, - возмутилась я и тут же засмеялась.
   - А вы еще ребенок.
   - Я и не отрицала.
   - Как вам мой замок?
   - По мне слишком большой, но красивый.
   - А где жили вы?
   - У меня была отдельная квартира.
   - Вы жили одна?
   - Да.
   - Вы не боялись?
   - Чего?
   - Обычно молодые девушки любят видеть мистику в каждом шорохе.
   - За всю свою жизнь я не слышала, что приведения сделали больше зла нежели один человек.
   - Вы верите в привидения, София?
   - Скорее да, чем нет.
   - Мистика... В сущности сказки.
   - Каждый из нас верит в сказку. Даже вы.
   - Быть может.
   - Чудеса необходимы людям.
   - Вы говорите так, потому что еще недостаточно пожили.
   - Но ведь без чудес жить было бы скучно.
   - И что же вы считаете чудом? - заинтересованно спросил Маска и мы остановились.
   - Любовь - самое светлое чувство на свете.
   - Любовь? - ответил он как-то зло, и я поняла, что опять ошиблась с темой для разговора.
   - Любовь это миф! Вы ведь не знаете, о чем говорите, - презрительно заявил он остановившись и вперив в меня темноту глаз.
   - А Вы? Вы знаете? Вы ведь тоже не любили, - неуверен ответила я.
   - Да что ты можешь знать? - он схватил меня за руку и темные провалы глаз впились в мои, не позволяя смотреть в сторону. - Светлое чувство? Оо, нет, темнейшее. Ты даже понятия не имеешь что такое любить! Какого это найти себя в отражении глаз другого! И знаешь, что получить в итоге!? Ни-че-го! Все что вы знаете о любви это поэтические бредни. Любовь - это не дар, это проклятье, София! Алчность, гордыня, тщеславие, ложь, вот что правит миром сейчас. Ахахах, любовь... Да кому она нужна?
   - Мне больно, - сказала я, Маска слишком сильно сдавил запястье.
   Он будто очнулся, отпустил руку и, извинившись быстрым шагом направился к замку. На месте его захвата образовалось красное пятно, теперь точно синяк будет.
   ***
   Он стремительно зашел в кабинет. Как? Как этой девушке удается наступать ему на рану вновь и вновь? Он опять не сдержался.
   Зря, все зря...
   Нет, он должен вдруг все получиться и тогда... тогда все будет, как и прежде.
   Он подошел к столу и достал из полки конверт. Открыл, в нем лежала фотография девушки. Его сердце предательски сжалось.
   - Ждать осталась не долго...
   ***
   Пульс старательно отбивал ритм у меня в голове. Кровь казалось, взбесилась от переизбытка адреналина и ударяла в голову, из-за чего, в глазах поминутно темнело, и на доли секунды я терялась в пространстве, двигаясь лишь по инерции. Ноги толи подкашивались, то ли немели, голые ступни то и дело резались об корни деревьев, торчащих из-под земли. Камни как будто рассыпанные злым шутником, для того чтобы посмотреть как будет мучиться подопытный, резали оголенные стопы, впиваясь в раны.
   Ветер усиливался с каждым биением испуганного сердца. Деревья, которыми так умело дирижировал дух воздуха стонали после каждого нового дуновения, оо, что это были за стоны, умирающих в пытках надежд, разрывающего сердца предательства, стон безответной любви... Он не был слышен, он чувствовался, каждой клеточкой, всей душой ощущать ту муку сотни душ... От этой какофонии звуков хотелось, нет, не заплакать, разреветься, заорать, хоть как-то выплеснуть ту скорбь и печаль, которая разъедала меня изнутри.
   "Успеть, только бы успеть, бежать, как можно быстрее, только бы успеть",- билось на краю затуманенного отчаянием сознания.
   Корявые ветви иссохших, потемневших деревьев цеплялись за ткань роскошного алого платья, чья пышная юбка кровавыми лоскутами оставалась не деревьях, как жуткое напоминание того ужаса творящегося вокруг. Корни старых повалившихся деревьев мешались, создавая преграду на пути к спасению, но собственно, куда я бежала, я не знала, лишь бы подальше, лишь бы быстрее. Силы отказывали с каждой секундой все чаще, а сзади, подгоняя меня, раздавался треск, он бежал, бежал за мной.
   Единственным источником света, в этом царстве Аида была луна, покровительница моего преследователя. Она как будто специально освещала меня, оставляя при этом моего преследователя в тени. Несколько раз я оборачивалась ведомая страхом, но видела лишь тьму... Луна светила сквозь паутину веток, она шептала, ее голос разносил ветер: "Тебе не убежааааать".
   Я вижу свет, из последних сил я делаю рывок и вот, я в безопасности, на освещенной солнцем поляне. Она излучала свет и покой, добралась, успела. Я рухнула на колени. Смогла, я сбежала...
   Сзади послышался звук ломающихся ветвей, я подскочила, но не обернулась, боясь посмотреть в лицо и увидеть темные бесчувственные глаза. Я знала, что ему нужна помощь, что он нуждается в ней. Неуверенный шаг назад.
   - Дай мне шанс, - шепчет он ... и я просыпаюсь.
  
   Уже было утро, за окном светило солнце. Опять он, а я уже думала, что все закончилось.
   Я пошла в ванну. Надо привести себя в порядок. Умыв лицо, я посмотрела в зеркало, кошмар явно не пошел не пользу. Зрачки расширились, кожа побледнела, губы искусаны. Лучше не смотреть.
   В зале меня ждал сюрприз. На столике лежал конверт и красная роза поверх. Открыв, я увидела записку, написанную твердым красивым почерком.
   "Простите, что был несдержан вчера, София. Вы можете отправиться в город, машина будет ждать у главного входа. Но только на день. Деньги на карточке, лежащей в конверте, не ограничивайте себя.
   С глубочайшими извинениями, Маска"
   Меня долго уговаривать не пришлось. Быстро переодевшись, я пошла вниз.
   Около центрального входа меня уже ждал черный Мерседес.
   - Здравствуйте, - сказала я, садясь на задние сидение.
   - Добрый день, - ответил мужчина, сидящий за рулем, и мы тронулись.
   Ехали мы в тишине, я включила музыку и, надев один наушник, смотрела на вид из тонированного окна. До города была часа два.
   Когда мы приехали, я увлеченно смотрела по сторонам. Ни разу не была в городах помимо своего родного.
   - Будут какие-то пожелания?
   - Да, в торговый центр, если можно.
   Машина припарковалась на большой стоянке возле многоэтажного здания.
   - Мне Вас ждать? - поинтересовался мужчина.
   - Нет, можете ехать по делам. Дайте мне свой номер телефона, я позвоню.
   - Хорошо.
   Обменявшись номерами, мы попрощались. Покупать ничего серьезного я не хотела. Все-таки деньги не мои. Просто погуляю, развеюсь.
   Первым делом я пошла в книжный, который сразу же заметила на первом этаже. Магазин был большой. Ходила я долго, выбирала, читала аннотации и просто наслаждалась. На два часа я потерялась в мире литературы. Выбрав себе несколько недорогих книг, пошла на кассу.
   На выходе из магазина, я замерла статуей. Передо мной стоял отец. "Откуда он здесь?".
   Меня он заметил сразу и двинулся навстречу. А я даже ногой пошевелить не могла, меня охватил ужас.
   - Ах, ты дрянь, все-таки сбежала, - заявил он и, взяв меня под руку повел на выход. Горло сжал спазм. Люди проходили мимо, не обращая на нас внимания. Он довел меня до машины и впихнул в салон.
   - Поехали, на склад, - приказал отец. Это конец...
   - Дрянь ты узнаешь, как приказов ослушиваться, - сказал отец, бросив меня на асфальт, вытащив из машины. Руки отозвались саднящей болью.
   Схватив меня за волосы, он практически поволок меня к зданию. Дверь была открыта с ноги, а я брошена на пол.
   Как же давно я не чувствовала вкус собственной крови на губах...
   - Значит, решила ослушаться? Думала, не узнаю? Деточка, - сказал он, подтягивая к своему лицу, за волосы. - Ты до сих пор жива, только по одной причине, что Маска поставляет свои финансы в мою компанию в залог твоей жизни. Ну, ничего, пару уроков тебе не помешают, - произнес он, снимая пиджак, а после, ударив ногой в живот, - дальше сыпались обвинения, подкрепленные ударами. "Неблагодарная тварь", "Шлюха", "Продажная шваль" лишь немногие из них. Почему и откуда он был уверен, что я виновата во всех этих грехах я спросить не могла.
   После продолжительного избиения боль почти не чувствовалась, хотелось просто сдохнуть. Отец знал мой предел, и когда я находилась уже награни, ушел, оставив в холодном темном помещение. Мое сознание, побыв немного на грани, уплыло за нее.
   ***
   - Как нет в городе? Вы все обыскали? - холодным тоном спросил он, а внутри бушевало пламя. "Неужели сбежала?" - подумал он. "Найду, запру в замке". - Скоро буду, - отвечает он и, сорвавшись бежит вниз. "Ну что же София, посмотрим, кто из нас проиграет".
   ***
   Пульс старательно отбивал ритму меня в голове. Кровь казалось, взбесилась от переизбытка адреналина и ударяла в голову, из-за чего, в глазах поминутно темнело, и на доли секунды я терялась в пространстве, двигаясь лишь по инерции. Ноги толи подкашивались, то ли немели, голые ступни то и дело резались об корни деревьев, торчащих из-под земли. Камни как будто рассыпанные злым шутником, для того чтобы посмотреть как будет мучиться подопытный, резали оголенные стопы, впиваясь в раны.
   Ветер усиливался с каждым биением испуганного сердца. Деревья, которыми так умело дирижировал дух воздуха стонали после каждого нового дуновения, оо, что это были за стоны, умирающих в пытках надежд, разрывающего сердца предательства, стон безответной любви... Он не был слышен, он чувствовался, каждой клеточкой, всей душой ощущать ту муку сотни душ... От этой какофонии звуков хотелось, нет, не заплакать, разреветься, заорать, хоть как-то выплеснуть ту скорбь и печаль, которая разъедала меня изнутри.
   "Успеть, только бы успеть, бежать, как можно быстрее, только бы успеть",- билось на краю затуманенного отчаянием сознания.
   Корявые ветви иссохших, потемневших деревьев цеплялись за ткань роскошного алого платья, чья пышная юбка кровавыми лоскутами оставалась не деревьях, как жуткое напоминание того ужаса творящегося вокруг. Корни старых повалившихся деревьев мешались, создавая преграду на пути к спасению, но собственно, куда я бежала, я не знала, лишь бы подальше, лишь бы быстрее. Силы отказывали с каждой секундой все чаще, а сзади, подгоняя меня, раздавался треск, он бежал, бежал за мной.
   Единственным источником света, в этом царстве Аида была луна, покровительница моего преследователя. Она как будто специально освещала меня, оставляя при этом моего преследователя в тени. Несколько раз я оборачивалась ведомая страхом, но видела лишь тьму... Луна светила сквозь паутину веток, она шептала, ее голос разносил ветер: "Тебе не убежааааать".
   Я вижу свет, из последних сил я делаю рывок и вот, я в безопасности, на освещенной солнцем поляне. Она излучала свет и покой, добралась, успела. Я рухнула на колени. Смогла, я сбежала...
   Сзади послышался звук ломающихся ветвей, я подскочила, но не обернулась. Я не могла поверить, что он пришел за мной, не бросил. Я почему-то была твердо уверена, что мой страх стоящий сзади, мне роднее и приятнее чем тот, наяву.
   Неуверенно делаю шаг назад и чувствую его тепло.
   - Я найду тебя, предательница - уверенно сказал он, я открываю рот, чтобы оправдаться... и просыпаюсь.
   ***
   Отец приходил вот уже два раза. Сколько прошло времени с тех пор как я здесь не знаю. Может день, может два, может неделя. Все слилось в один большой сумрачный ком боли.
   "Я на грани".
   ***
   - Вот этот мужчина ее повел к выходу, - показывая на экран, говорил молодой парень, работник охраны в ТЦ.
   - Почему не остановили? - властно произнес Маска, смотря на него.
   - Так там... Просто, - промямлил паренек.
   - Мы не знали, что ее ведут насильно, - начал оправдываться за него директор ТЦ.
   - О нашем соглашении, я тоже благополучно забуду, - ответил на это Маска и вышел из комнаты видеонаблюдения.
   - Маска, подождите, - звал его мужчина пытаясь догнать.
   - Чтобы завтра обо всех недостатках этого торгового центра говорила каждая бабка,- сказал Маска обращаясь к Артему.
   Около входа его уже ждали несколько машин. Теперь он знает, что Соня не сбежала.
   "Ну надо же, не думал что Ростислав зайдет так далеко" - усмехнувшись подумал он и машины рванули на поиски.
   "Дождись меня, София...".
   ***
   Было темно и больно. Кажется, этот поддонок мне что-то сломал. А еще хотелось пить.
   Дверь зловеще открылась. "Вспомнишь ...".
   - Ну, здравствуй доча. Сейчас полежишь немного, после тебя приведут в порядок и ты как миленькая вернешься в логово к этому уроду, и будешь делать все, что он тебе говорит. И это последний раз, я даю тебе шанс, неблагодарная дрянь.
   - Ростислав Владимирович, тут шшшш, - раздалось в рации, которую отец носил с собой.
   - Что еще? - рявкнул он, встал и быстро вышел.
   Дверь, он оставил открытой дверь. Надо встать, давай же вставай!
   ***
   Найти место, где притаился Ростислав, было не трудно. Склады на окраине города. Как ожидаемо, он до сих пор живет 90-ыми.
   Маска и еще парочка ребят ворвались на склад, не встретив особого сопротивления.
   Пару выстрелов и конец.
   "А вот и сам Ростислав" - увидев отца Сони, подумал Маска.
   - Ты?! - удивленно спросил он, смотря на Маску.
   - Где София? - спросил он спокойно, но от этого вопросов отцу Сони резко поплохело. Он понял, что ошибся, думая, что дочь бежала.
   - Маска, я... Я думал, она сбежала, я хотел вернуть, - затараторил мужчина, Маска сделал шаг к нему на встречу. Миг и он уже держись его шею в своей руке.
   - Надо было убить тебя сразу, как только я узнал, что ты поднимаешь на нее руку, - брезгливо сказал он. - Я спрашиваю, где Соня?
   - Да я для этой мрази все делал, квартиру купил, учебу оплачивал, а она еще и жаловаться смеет, - заорал этот мерзкий мужик.
   - Где София? - повторил Маска свой вопрос, сжав шею сильнее.
   - Прямо и направо до конца, - ответил Ростислав испугавшись.
   Парни двинулись к девушке, Маска остался. Он бросил мужчину на пол, тот отполз подальше.
   - Ты не выполнил своего договора, - властно произнес Маска.
   - Не убивай, прошу, - заплакав начал умолять мужчина, Маска отошел, ему было противно находиться рядом с отцом Сони.
   - Убивать? Это слишком по-доброму. Нет, Ростислав, за предательство я плачу по-другому. Можешь забронировать себе место на свалке...
   ***
   Пульс старательно отбивал ритм у меня в голове. Кровь казалось, взбесилась от переизбытка адреналина и ударяла в голову, из-за чего, в глазах поминутно темнело, и на доли секунды я терялась в пространстве, двигаясь лишь по инерции. Ноги толи подкашивались, то ли немели, голые ступни то и дело резались об корни деревьев, торчащих из-под земли. Камни как будто рассыпанные злым шутником, для того чтобы посмотреть как будет мучиться подопытный, резали оголенные стопы, впиваясь в раны.
   Ветер усиливался с каждым биением испуганного сердца. Деревья, которыми так умело дирижировал дух воздуха стонали после каждого нового дуновения, оо, что это были за стоны, умирающих в пытках надежд, разрывающего сердца предательства, стон безответной любви... Он не был слышен, он чувствовался, каждой клеточкой, всей душой ощущать ту муку сотни душ... От этой какофонии звуков хотелось, нет, не заплакать, разреветься, заорать, хоть как-то выплеснуть ту скорбь и печаль, которая разъедала меня изнутри.
   "Успеть, только бы успеть, бежать, как можно быстрее, только бы успеть",- билось на краю затуманенного отчаянием сознания.
   Корявые ветви иссохших, потемневших деревьев цеплялись за ткань роскошного алого платья, чья пышная юбка кровавыми лоскутами оставалась не деревьях, как жуткое напоминание того ужаса творящегося вокруг. Корни старых повалившихся деревьев мешались, создавая преграду на пути к спасению, но собственно, куда я бежала, я не знала, лишь бы подальше, лишь бы быстрее. Силы отказывали с каждой секундой все чаще, а сзади, подгоняя меня, раздавался треск, он бежал, бежал за мной.
   Единственным источником света, в этом царстве Аида была луна, покровительница моего преследователя. Она как будто специально освещала меня, оставляя при этом моего преследователя в тени. Несколько раз я оборачивалась ведомая страхом, но видела лишь тьму... Луна светила сквозь паутину веток, она шептала, ее голос разносил ветер: "Тебе не убежааааать".
   Я вижу свет, из последних сил я делаю рывок и вот, я в безопасности, на освещенной солнцем поляне. Она излучала свет и покой, добралась, успела. Я рухнула на колени. Смогла, я сбежала...
   Сзади послышался звук ломающихся ветвей, я подскочила, но не обернулась. Я знала, что он считает меня предательницей, знала что призирает. И почему-то от этого было тяжко на душе.
   Я слышу, как он делает шаг и ласковое:
   - Теперь я тебя не отпущу, - я хочу повернуться и... просыпаюсь.
   ***
   - Очнулась, очнулась Сонечка, - залепетал чей-то знакомый голос сбоку. Сознание постепенно возвращалось.
   Я лежала на чем-то мягком и удобном.
   "Наверно я попала в рай" - подумала я, ведь точно помню, что потеряла сознания на холодном полу.
   В сознания ворвался вкусный запах еды.
   - Сонечка, деточка, тебе поесть надо, - тетя Валя, а это была именно она, настойчиво пыталась привести меня в себя.
   Глаза открывались с неохотой. Яркий свет ударил и я зажмурилась.
   - Ох, как можно быть таким деспотом, что довести ребенка до такого, - заохала женщина.
   Во второй раз открыть глаза было проще. Я осмотрелась, проверяя, действительно ли нахожусь в замке.
   - Сонечка, милая, как ты? - поинтересовалась Валентина, видя, что я смотрю в окно.
   - Хорошо Теть Валь, только думаю, как я здесь оказалась, - улыбнувшись, ответила я женщине.
   - Ой, тут такое было Сонечка, ты и представить не можешь, - запричитала Валентина. - Ты покушай, я расскажу, - сказала она, ставя передо мной поднос с едой. Из еды был бульон, хлеб и чай. - Тебе нельзя организм перегружать, - пояснила женщина, видя мой взгляд. - Сама сможешь поесть? - спросила обеспокоенно она, видя, что я медлю.
   - Да, Вы рассказывайте, мне очень хочется узнать, - подбадривая ее.
   - Так вот, как только Маска узнал, что тебя нигде найти не могут, рванул в город. Взбешенный такой был. Значит, не было их два дня. А потом... Потом, - я посмотрела на женщину и увидела, что он готова расплакаться.
   - Что случилось, Теть Валь? - обеспокоенно спросила я.
   - Ой, доченька, как же ты меня напугала тогда, - всхлип. - Вносит он тебя на руках в прихожую и сразу: "Врача, комнату, быстрее, быстрее". А ты, у него на руках куклой сломанной лежишь, - всхлип. - Все одежда в крови, без сознания, лицо разбито, руки поцарапаны, - Валентина замолчала и опустила голову, ее плечи подрагивали от тихих рыданий.
   - Теть Валь, хорошо же все кончилось, - гладя ее по голове, уверяла я. Боже, впервые кто-то за меня так волновался. У меня даже слезы от умиление на глаза навернулись.
   - Хорошо как же, - подняв голову, ответила она. - Маска никого кроме врачей в твою комнату не пускал. А ты неделю в себя не приходила, - глаза женщины вновь заволокли слезы.
   - Тетя Валя, не плачьте, а то я сама сейчас разрыдаюсь, - попросила я.
   - Хорошо, деточка, попытаюсь. Так значит, от кровати твоей не отходил, сам ухаживал. Бывало, выйдет и в саду бродит, а потом опять к тебе. Вот как только полегчало, он и меня к тебе пустил, устал ведь бедный. Вот я второй день за тобой и слежу. Выйти боюсь. Слава Богу, живая и здоровая. Ох, Соня всех напугала. Кто тебя-то так, милая?
   - Отец.
   - Ирод, - только и сказала Валентина.
   В дверь постучали.
   - Войдите, - сказала Валентина.
   Дверь открылась, на пороге увидев, как я ем суп, замер Маска.
   - Вы очнулись, - сколько облегчения было в этой фразе. Не думала, что он будет переживать.
   - Может, перейдем на "ты"? Вы ведь мне жизнь спасли, спасибо, - сказала я искренне.
   - Конечно, Соня. Как ты себе чувствуешь? Тебе что-то нужно? - поинтересовался он подходя.
   - Пожалуй, я пойду, вам нужно поговорить, - сказала, поднимаясь Валентина, и подмигнув мне удалилась.
   - Присаживайся, - сказала я, смотря, как он мечется на месте. - Прости, что доставила столько хлопот, - опустив глаза, произнесла я.
   - Нет, это мне надо просить прощение, Соня. Надо было наказать твоего отца, уже тогда, когда я узнал, что он занимается рукоприкладством. Я был слишком беспечен и в итоге из-за моих ошибок расплачиваешься ты, - видно было, что слова дались ему с трудом. Маска не привык извиняться. Его руки, облаченные в перчатки, при упоминании отца сжались в кулак. - Вы не хотите знать, что случилось с вашим отцом? - поинтересовался он, посмотрев на меня темными провалами.
   - Нет, надеюсь, он получил по заслугам. Давайте забудем, все же обошлось, - улыбнувшись сказа я.
   - Хорошо.
   - Маска, могу я задать тебе вопрос, рассчитывая, что ты ответишь честно?
   - К сожалению, я не могу тебе этого обещать. У каждого из нас есть свои скелеты в шкафу и свои я пока доставать, не намерен. Но я попробую, спрашивай.
   - Отец что-то говорил о том, что моя жизнь была залогом твоих инвестиций в его бизнес. Для чего это было нужно?
   - Бизнес Ростислава был далек от закона, и я его прикрывал. Между нами было заключено соглашении, в котором говорилось, что я вкладываю деньги, а он взамен обеспечивает своей дочери комфортную жизнь. Такие же договоры были заключены и с другими родителями девушек, которые присутствовали в этом замке. По исполнению восемнадцати лет, они должны были прибыть в мой замок.
   - Для чего?
   - Не сегодня, - уклончиво ответил он. - Ты уверена, что чувствуешь себя хорошо?
   - Да спасибо.
   - Я рад, - искренни ответил он. - София, мне надо будет уехать на неделю, в это время ты как раз придешь в себя. Надеюсь ты не будешь держать на меня обиду за мой отъезд, - моя улыбка померкла, неожиданно даже для меня, мне стало обидно, что он покидает меня, вот так, в таком положение. Хотя, разве имею я на него какие-то права? Он спас меня, я должна быть благодарна, а не ограничивать его в действиях. Боже, оказывается я собственница.
   Натянув на губы прежнюю улыбку я произнесла:
   - Конечно, я не вправе ограничивать тебя. Тебе не стоило спрашивать разрешения.
   - Я рад, ну что же, мне пора, - он встал с кресла и направился к двери. Около входа он обернулся и произнес: - София, береги себя, - открыл дверь и вышел.
   ***
   Он чувствовал ее взгляд спиной, видел как неприятно было ей известие о его отъезде. Под маской растянулась улыбка. Паутина чувств уже опоясывает ее молодое сердечко.
   Перед мысленным взором предстала та, другая девушка. Как же они непохожи как лед и пламя, как спокойствие и страсть. Он знает, на кого из них пал выбор, кого из них он проучит... А после вернет, то что у него отобрали, вернет любовь...
   Портрет другой девушки неожиданно сменился на нежное спящее лицо, с разбросанными по подушке короткими черными волосами, живыми и наивными светлыми глазами...
   Он качнул головой, нет, не она, не она...
   ***
   Стоило дверце за Маской закрыться фальшивая улыбка сползла с моих губ. Я облокотилась на спинку кровати и закрыла глаза. Неужели, то что я испытывала к маске не просто человеческая симпатия? Неужели и меня постигла, то что постигает каждую девушку, то чего каждая из нас ждет, то о чем мечтает? Я влюбилась? Влюбилась в Маску?
   Перед глазами промелькнули самые лучшие моменты проведенные с ним, разговор на балконе, прогулка по саду, спасение от отца, его ухаживания за мной, когда я была без сознания. Да последнее я не помню, но именно это и рождало что-то теплое внутри. Раз заботился значит небезразлична, да?
   По губам расплылась улыбка, да, это он, он человек в которого я влюбилась...
   ***
   После отъезда Маски, Валентина объявила строгий постельный режим и последующие два дня я провела в кровати. Меня регулярно кормили бульончиками и делали всяческие примочки, для того чтобы синяки сошли быстрее.
   Не знаю, был ли это приказ Маски или подсуетилась Валентина, но зеркала в комнатах, в том числе и ванной сняли. Из этого я сделала вывод, что выгляжу я после встречи с отцом весьма плачевно.
   За два дня моего постельного режима я выспалась, кажется на всю оставшуюся жизнь. Часто меня посещали служащие, особенно Валентина и Роман, который все норовил пронести мне пирожные, но Тетя Валя постоянно просекала этот маневр, так что до меня сладости не дошли.
   Но это днем, я вечерами и следующими за ними ночами я брала плейер, садилась на подоконник и вольно или невольно думала о моем спасителе. Да, чувствую себя ванильной принцессой запертой в замке.
   Быть может это чувство я придумала? Ведь опыта у меня нет. От противоположного пола я держалась подальше, мне хватило того кошмара что творился в детдоме. Хотя, разве можно это с чем-то перепутать?
   Ох, знал ли Маска на что обрекает меня уезжая? Меня съедала тоска. Вроде бы, и раньше мы не встречались часто, но наверно дело в другом, тогда то я знала, что он рядом, пройди пару коридоров... Боже, до чего же я наверно глупо выгляжу?
   ***
   После двух дней лежания, мне разрешили прогулки по замку.
   Валентина пришла утром и объявила эту прекрасную новость. Я подскочила к кровати и покружившись пару раз обняла женщину.
   - Соня, ну честное слова, как ребенок, что творишь? Чего разбегалась? Беречь здоровье надо, беречь...
   Под ее причитания я пошла в душ. В зеркале, которое повесили наверное утром, на меня смотрела потрепанная девушка, лицо бледное, синяки под глазами, взгляд слегка ошалелый после сна. Губа, разбитая отцом, практически зажила, оставалась только слегка видная корка. Синяков на лице не было, я же говорила, отец умел бить так, чтобы не было видно побоев. Руки... Да руки, как и тело пострадали в большей степени. Синяки почти сошли на нет, оставались только противные коричнево-желтые разводы. На ногах были видны ссадины, особенно на коленях. Я похудела, кожа обтягивала выступившие ребра. Но это ничего, пустяк, уже прошлое.
   Я улыбнулась отражению и отошла от зеркала.
   Душ я приняла быстро, не хотелось заставлять Валентину ждать.
   Выйдя из душа я уловила умопомрачительный запах еды. Моя ненавистная бульонная диета окончена.
   За накрытым в зале столом, попевая чай сидели Валентина и Роман Андреевич и о чем-то тихо переговаривались. Когда я вошла, они повернулись и осмотрев меня улыбнулись.
   - Как похудела то, - заявил Роман Андреевич, видя как я наяриваю пирожки с маслом и сахаром.
   - Сонечка, много не ешь, тебе пока нельзя, - запричитала Валентина.
   Третий день без Маски я провела исследуя замок. Мне было все интересно не просто с точки зрения красоты, ведь интерьер может рассказать и о хозяине.
   Поэтому каждая деталь теперь казалась мне маленьким сокровищем, маленьким шагом к разгадке тайны владельца.
   На четвертый день я отправилась на кухню, где постигала азы кулинарии. Роман с удовольствием взялся меня обучить более сложным рецептам нежели котлеты и оливье. Этот день принес мне уйму знаний и набитый вкусностями живот.
   На утро пятого дня я отправилась в сад. Села на скамейку, включила музыку погромче и вдыхая свежий воздух наслаждалась природой.
   Сквозь песню стал проникать посторонний шум, я огляделась, никого не было. Закрыла глаза. Шум стал громче, тогда я сняла один наушник и услышала:
   - Соня, Соня! - где-то совсем рядом звала меня Валентина.
   - Я здесь, Теть Валь, - крикнула я и встала.
   Послышался звук шагов и вскоре передо мной появилась обладательница голоса.
   - Ты чего не отзывалась?
   - Так я не слышала Теть Валь, в наушниках сидела, - оправдывалась я.
   - Ох, эти наушники, уничтожила бы все, только слух молодежи портят, вот в наши годы...
   - Теть Валь Вы хотели чего? - улыбнувшись, спросила я.
   - Что? Ах, да. Я тут пойду в кабинет Маски, убираться. Вижу тебя он стал интересовать вот и подумала, может, составишь компанию? - хитро улыбнувшись произнесла женщина.
   Я опустила голову, жар опалил щеки.
   - Ты чего Сонечка, - подойдя ближе сказала Валентина. - Милая, не этого стесняться надо. Вон смотри, по новостям люди творят такое и не стесняются, а ты краснеешь, глупышка, - я посмотрела в серые глаза женщины и смущено улыбнулась.
   - Пойдемте, я Вам помогу, - ответила я, заспешив в замок.
   Дверь кабинета открывалась ключом, который достала из кармана Валентина.
   - Ты Сонечка, сядь, посиди я сама справлюсь.
   - Но...
   - Никаких но, тебе перегружаться нельзя, ишь ты заладила...
   Сопротивляться Валентине я не стала, бесполезно. Поэтому стоило двери открыться, я вошла и села на первое увиденное кресло.
   Кабинет был небольшой. Темный, большие окна закрывали плотные темно-синие шторы, мебель была из явно дорогого темного дерева. В комнате стоял стол, пару кресел, шкаф, и что было для меня странно, большое, во весь рост зеркало, слегка прикрытое темной тканью.
   Валентина убирала со стола документы, я встала и под ее протесты стала помогать, хотя бы в этом.
   - Теть Валь, мы с Вами уже больше месяца знакомы, а о друг друге ничего толком не знаем, - начала я.
   - А что ты хотела узнать, деточка? - посмотрев на меня, я как раз передавала очередные документы, спросила она.
   - Все что Вы можете мне рассказать, - ответила я.
   - Милая, у меня в жизни не было ничего тайного, поэтому рассказать я могу тебе многое, - улыбнувшись, ответила она. - Вот только жизнь я прожила долгую, рассказывать до вечера буду.
   - Ничего, нам спешить некуда, - улыбнувшись, сказала я.
   - Ну, хорошо. Родилась я в семье воспитательницы и учителя. До восемнадцати лет, жила как все советские дети, весело, училась на благо Советского Союза. Не то что нынешняя молодежь, ничего не ценят... На чем я остановилась? Ах, да. После восемнадцати пошла учиться в агроинститут. А там, - Валентина уткнулась взглядом в полку и замолчала.
   - Что там, Теть Валь? - спросила я после минуты молчания.
   - А там влюбилась я, Сонечка, - Валентина повернулась, и в ее глазах зажглись живые огоньки, воспоминания давно минувших лет. - Он тогда на третьем курсе учился. Молодой, а красивый какой, высокий, статный, глаза карие. Ох, да в него пол института влюблены были. А я девочка скромная была, на него даже смотреть боялась, - Валентина опять замолчала.
   - И как вы стали встречаться? - подтолкнула я ее.
   - Как сейчас помню, шла я вечером домой, жила я не в общежитие, а у тетки. Так вот иду, а темень, на юге же жила. Решила по дворам пойти, так быстрее. Иду и слышу сзади: - Девушка, девушка. Поворачиваюсь, а там парни идут. Было их пятеро все крепкие, ну думаю все. А у нас в городе, тогда как раз шайка объявилась, девушек насиловали и убивали. Вот я как их увидала и вспомнила. Не долго думая, побежала. Слышу, а они сзади несутся. Ох, Соня, не поверишь, все молитвы, которые знала, вспомнила и про себя читала. В боку уже колет, ноги болят, бежать тяжело, а они догоняют.
   Я повернула во двор, ну думаю, успею в подъезд забегу а там, в квартире чьей-нибудь схоронюсь. Поворачиваюсь и влетаю в кого-то. Все думаю, добегалась, окружили. Поднимаю глаза, а там Григорий стоит, парень в которого я влюбилась. Он мне:
   - Девушка с Вами все хорошо?
   А я слова вымолвить не могу, вцепилась в него и руки отпустить не могу и в глаза его карие смотрю.
   Тут эта шайка и появилась. Гриша со своими друзьями увидел их и все понял, руки мои отцепил и меня за спину спрятал. Говорит им:
   - Что же вы, товарищи, девушку обижаете?
   И набросился на одного из них, его друзья на остальных. А они спортсмены все. Скрутили этих пятерых. Григорий ко мне поворачивается, а я около стены сижу. Увидел, подошел.
   -Девушка, с вами все хорошо?
   А я возьми да разревись. Он не знает что делать, утишает, гладит, а я реву. Он друзей своих отправил в милицию, чтобы те этих отморозков отвели. Сел рядом со мной, снял кофту, одел на меня и стал сказку рассказывать.
   - Сказку? - удивленно переспросила я.
   - Да, про спящую царевну и семь богатырей. Я плакать перестала, слушаю, а потом как засмеялась. А сама думаю, он наверно меня за дурочку принял. Смотрю и он смеяться начал, да так задорно. Встал, протянул руку, помог подняться и говорит:
   - Григорий.
   Я ему робко так:
   - Валентина.
   - Пойдем, провожу Вас, Валентина, - сказал он.
   До дому шли мы долго, молчали оба, я стеснялась жутко. Довел меня до подъезда, благо я на первом этаже жила. Пожелал спокойной ночи и ушел. Ну, думаю все, больше он со мной встречаться не захочет.
   Домой пришла, а сама от радости свечусь, так в ту ночь и не заснула.
   А на утро, собралась, выхожу из подъезда, а там он стоит, с цветами. Как только в обморок от счастья не упала, не знаю.
   Ну так и понеслось, закрутилось. Он меня встречал и провожал. Гулять вмести ходили, в кино. А зимой он, робея, признался мне в любви и предложения сделал, - щеки Валентины окрасил румянец, по губам расплылась улыбка.
   Свадьбу устраивать не стали, просто расписались, денег то не было.
   Он доучился и устроился работать в нашем городе. Квартиру ему от работы выдали. По окончанию и я в этой же фирме устроилась работать.
   Ох, Сонечка, как же хорошо было. Гриша мой, самый замечательный, не пил, не курил, руку не поднимал, за девушками не ухлестывал.
   Вот только... Детей я иметь не могла, - Валентина отвернулась к шкафу. - По врачам ходили, в Москву ездили никак. Я в то время почти каждый день рыдала, а он мне сказки читал, глупый.
   Родители его, конечно, против меня были, обвиняли, что их сына охмурила а теперь он без детей остался. Как будто я детей не хотела! - зло выплеснула женщина.
   Григорий в тот период со мной был постоянно, боялся как бы что не учудила. Вот так и прожили с ним тридцать семь лет, душа в душу.
   У мужа рак обнаружили, он почти за год и сгорел, - она надолго замолчала.
   - Как Вы это пережили? - спросила я.
   - Никак, - она повернулась ко мне и взглянула в глаза. - Не смогла пережить, Сонечка. Просто стараюсь не вспоминать, будто бы и не было тех лет счастья, - она отвернулась, и я заметила как по щеке скатилась слеза.
   Мы долго молчали, нарушать тишину в этот раз я не посмела. Первая заговорила Валентина. Она подняла голову встряхнула ей, будто отводя воспоминания, и более бодрым голосом сказала:
   - После вышла на пенсию, поработав какое-то время. Но в доме слишком больно сидеть одной. Поэтому пошла в агентство устраиваться. Думала, найду работу, легче станет. Вот предложение и поступило, экономкой в дом какого-то богача. Зарплата отличная, жилье предоставляется и работа, в общем-то, не тяжелая. Я ее дома за бесплатно делала, с тех пор я здесь.
   Мне кажется, Валентина рассказала лишь малую часть ее жизни, лезть к ней в душу я не намеривалась, у каждого свои скелеты в шкафу.
   - А ты, деточка? - отвлекла меня от рассуждений Валентина.
   - Что?
   - Про свою жизнь расскажи, - улыбнувшись, пояснила она.
   - Про мою жизнь? Ну, матери я своей не помню. А отец... Отец после моего рождения отдал меня в детдом, ему дети были не нужны. В детдоме я пробыла до двенадцати лет. После меня забрал отец и начал воспитывать, - по губам прошла грустная улыбка. - До семнадцати лет он слишком сильно занимался воспитанием, а после, целый год я прожила в своей квартире, боясь, что побои возобновиться, - я замолчала. Воспоминания вспыхнули болью на не зажитой памяти. - Когда исполнилось восемнадцать, позвонил отец, сказал чтобы я сюда ехала. Ну, в общем-то и все. Остальное Вы знаете.
   - Да девочка. Помотала нас жизнь, - вздохнув, произнесла Валентина.
   Я ничего не ответила.
   - Я сейчас приду, - сказала Валентина. - Мне за тряпками надо сходить.
   - Я с Вами...
   - Сиди, говорю, там нетяжело, не надорвусь, - сказала женщина и вышла из кабинета.
   Я встала со стула, решив осмотреть комнату детальнее. Подошла к зеркалу, сняла черную ткань. Зеркало было разбито, наверно от сильного удара в правой верхней части, как раз той, что прикрывала материя, трещины, расходились по всей поверхности. Я взглянула в него, в зеркале отражалась девушка, с отросшими волосами, глазами, горящими как-то слишком ярко, в простом сером платье. Долго смотреть в отражение я не могла, поэтому отвернулась.
   Сделав шаг от зеркала, я посмотрела вниз и заметила какой-то листок.
   "Наверное, из документов выпал".
   Подняв его, я поняла, что это не листок, я фотография, на белой стороне которой печатными буквами было написано:
   "Любимому, с надеждой на любовь.
  Надежда".
  
   Сердце предательски дрогнуло. Я развернула фотографию. На снимке была запечатлена белокурая девушка, с длинными, развивающимися на ветру волосами. Ее серые глаза смотрели в объектив, слегка прищурясь, толи от солнца, толи от какой-то коварной задумки. Губы были изогнуты в улыбке. Одета она была в белую футболку. Все в этой девушке говорило об уверенности, о том, что она знает себе цену, о независимости.
   Значит, вот с кем он меня спутал, тогда, в саду.
   На душе стало муторно, а я оказывается собственница. Впервые захотела, чтобы что-то на этой земле принадлежало только мне...
   Невольно снимок выпал из ослабевших рук. Боже, это ты так меня на место поставил? В глазах предательски защипало, я подняла голову и вдохнула поглубже, надо успокоиться.
   Посмотрев вниз, на все так же лежащую фотографию, я невольно отшатнулась от нее как от прокаженной.
   Я обняла себя двумя руками, стало внезапно холодно. Он другую любит. Я уверена, не стал бы Маска, из-за доброты душевной это фото хранить. Чувствую себя ребенком, которому показали игрушку, а потом отобрали, потому что, она принадлежит другому. По губам расползлась отчасти злая, отчасти грустная улыбка.
   Надеялась на взаимность? Боже, да ведь всякая девушка надеется на взаимность.
   "Но сам Маска не стал бы просто так спасать тебя?" - шепнуло сердце. Ведь так? Он ничего не говорил о своем отношение к тебе, так что, подожди его приезда и тогда расставим все точки над и.
   А в голове предательски билось: "Его сердце принадлежит другой".
   ***
   Кабинет Маски я покинула сразу же. С Валентиной столкнулась в коридоре и пробормотала, что закружилась голова и я пойду, полежу. Она кивнула и пообещала прийти.
   В комнату я идти не хотела, меня душили стены, я направилась в сад. Сама не заметила как лестницу и коридор буквально пробежала.
   Распахнутые двери внесли в пространство свежесть, прохладным порывом. Я сделала шаг, ну вот я и в саду. Лицо горела, заметила я это только когда вышла наружу, сегодняшний вечер выдался прохладным, ветер опалил разгоряченную кожу.
   Хотелось бежать, бежать от всех проблем, улететь из этого места, скрыться где-нибудь в норе. Как же глупа была я, когда хотела полюбить.
   Я не думала даже, что что-то может выбить меня из калии. Ни побои отца, ни издевательства в школе, ни та мерзость что творилась в приюте, нет, какая-та глупая фотография, разрушали плотину, которую я так тщательно строила. Фотография на которой изображена любимая девушка, человека в которого я влюблена.
   "Но почему она не с ним? Почему не рядом?" - спрашивало сердце, стараясь подбодрить. "Так может он к ней поехал и сейчас обнимает ее, а о тебе и думать не хочет. Он смеется над тобой" - подливало масло в огонь одиночество.
   "Заткнитесь!".
   Нет, нельзя отдаваться первому порыву. Он приедет, тогда, тогда все разъясниться.
   Парк я еще долго не покидала, просто сидела на лавке и ни о чем не думала, старалась не думать.
   Только когда стало смеркаться я поднялась и медленной походкой направилась в замок, Валентина, наверное весь дом переполошила в поисках меня.
   Замок встретил меня тишиной, значит, Валентина еще пропажу не обнаружила.
   Я быстренько поднялась по лестнице и направилась в комнату. Дверь открывала с опаской, вдруг там Валентина со скалкой и своим фирменным выговором? Но опасения не оправдались, комната встретила тишиной. Фух, только нравоучений мне сейчас не хватало.
   Я направилась в свою комнату и первым делом плюхнулась на кровать. Как хочется вырвать сердце...
   - Сонечка, - раздалось от двери.
   - Да, Теть Валь, я в комнате, - крикнула, потом поднялась и поправив постель поспешила в зал.
   Валентину я застала за накрыванием стола на две персоны.
   - Вот решила, раз ужинать в столовой не хочешь, поедим вместе у тебя, - на мой немой вопрос ответила женщина. - Ты не против?
   - Я только за, - улыбнувшись, ответила я.
   Ужин сегодня был царский, запечная семга с картошкой и цезарь с креветками, компот, ну и кефир, куда же без него. Когда мы уселись, и я утолила первый голод, все же проголодалась я жутко, Валентина поинтересовалась:
   - Золотце, что случилось? Ты из кабинета сама не своя вышла. Расскажи, легче станет, - подняв глаза от тарелки я посмотрела на нее. Прожевала, и спросила:
   - Валентина, чтобы сделали Вы узнав, что человек в которого Вы возможно влюблены, любит другую, - в глаза я старалась не смотреть, не хочу видеть как она меня жалеет.
   - Сложный вопрос, Сонечка. Скажу, как учила меня бабушка, на чужом несчастье счастья не построишь, так что разбивать пару не нужно. Если они действительно любят друг друга, тут поделать нечего, значит Бог так распорядился. Счастье, девочка моя вещь хрупкая, разобьешь у одного человека, у тебя растоптать могут. Так что ни в коем случая о том, чтобы поссорить влюбленных думать нельзя.
   - А что, надо делать? Страдать? - выплеснула взглянув ей в глаза. Я понимала, что говорит она правду. Но все в душе противилось этому, хотелось услышать что все образуется, что он пожалеет.
   - Зачем страдать, детонька? - удивилась женщина. - Разве любовь не заключает в себе счастье человека, которого любишь? - легко говорить, ведь ее любовь была взаимна, обиженно подумала я. - Осмотрись, обдумай, действительно любишь. Быть может это не любовь вовсе а симпатия. Не торопись, не руби с плеча. Познакомься с эти молодым человеком, если незнакома, быть может он и не влюблен вовсе, а другая девушка его подруга. Не горячись, когда обдумаешь все, решение само придет, поверь. Ну а если уж не повезло, и он влюблен, покинь город, улет подальше, главное не мучить себя, видя как возлюбленный с другой. А там все образумится, - закончила женщина.
   Дальше разговор пошел на отвлеченные темы.
   Действительно, надо дождаться Маски.
   ***
   Шестой день прошел в моей комнате, выходить куда-то не хотелось. Как бы подбадривала я себя, настроение было паршивое. Погода еще как угадав, зарядила дождем.
   В общем под грустные песни о любви, изменах, и прочей ванильной ерунде, смотря в окно я предавалась унынию.
   После песен пошли фильмы, такие как: P.S. Я люблю тебя, Небесный почтальон, Ромео и Джульетта я выплакав все слезы, которые могла содержать мои слезные железы и обессилив заснула на диване в зале.
   День, в общем-то потратила зря.
   ***
   Вот он настал, день приезда Маски. Обещанного приезда, ведь он мог и продлить свою поездку не предупредив.
   Из комнаты я вышла, находиться одной в четырех стенах после вчерашнего концерта слез не хотелось. Да и находясь среди людей я узнаю пораньше о том что приехал Маска.
   Одевалась я долго, подбирала платья, девала укладку, даже накрасилась, но потом, подумав что это слишком смыла. Невольно, одевая красивую одежду, приводя себя в порядок, я хотела понравиться ему. Взглянув в зеркало, я отвернулась. "Глупая, как будто раньше он тебя не видел, зачем наряжаешься?".
   Первым делом я спустилась на кухню, где меня накормили, а после этого выгнали при этом как-то странно переглядываясь, они явно что-то скрывают. Потом я пошла искать Валентину, мне сказали, что она в зале, я пошла туда. Но когда я подходила к парадному залу, дверь открылась и вышла Валентина, которая заявила мне что помощь моя ей не нужна, что мне заходить в зал нельзя и чтобы я шла куда подальше (в хорошем смысле слова) и не мешала. Странно.
   Побродив по замку я остановила свой выбор на библиотеке. Раз никто не хочет мне рассказать что происходит, буду развлекать себя сама.
   Библиотека встретила меня тишиной и множеством необъятных шкафов с книгами. Не знаю почему, но меня понесло к шкафам с детской литературой. Как и говорила ранее, сказка это что-то прекрасное и волшебное для меня.
   Так что тут у нас? Братья Гримм, Шарль Перро, Марк Твен, Лепренс де Бомон Жанна-Мари. Мм, Лепренс де Бомон Жанна-Мари? Что-то новое, я такую писательницу не знаю. Я достала книгу этого автора. На обложке красовалась белокурая девушка, которая прижималась к боку большого льва с рогами, который раскрыв пасть скалился на невидимого врага, а сверху золотыми буквами было написано: "Красавица и чудовище". Одна из моих любимых сказок. Взяв книгу я пошла к окну и села на диванчик. Погладив обложку открыла, на первой странице витиеватым шрифтом было написано:
   "Жил-был богатый купец, у которого было три дочери и три сына. Младшую из дочерей звали Красавица..."
   Я выпала из реальности, погружаясь в сюжет интереснейшей истории любви.
   Я не слышала как подъехала машина, как горничные бегали по коридорам, как Валентина звала меня, самым бессовестным образом я пропустила как приехал Маска...
   " Вдруг Чудовище открыло глаза и прошептало:
  - Я не могу жить без тебя. И теперь я счастливо умираю, зная, что ты рядом со мной..."
   - А Вас не так легко найти, - раздалось над головой. Сначала я подумала, что мне померещилось, не может быть...
   Я поднимаю глаза и встречаюсь взглядом с темными провалами глаз. По губам помимо воли расползается глупая, но счастливая улыбка.
   - Вы приехали, - прошептала я севшим вмиг голосом. Мы опять на "Вы".
   - А Вы этого не хотели? - насмешливо поинтересовался Маска.
   - Скорее наоборот, - поправив выпавший локон, сказала я.
   - Любите читать? - спросил он, видя книгу в моих руках.
   - Обожаю, - честно ответила я.
   - Можно поинтересоваться, что Вы читаете?
   - Конечно, - я закрыла книгу и протянула ему.
   - "Красавица и чудовище", - прочитал он. - Любите сказки? - его тон отличался от того которым он начал разговор. Неужели я опять сделала что-то не так?
   - Да, как и любая девушка.
   - Ждете принца? - спросил он и было слышно, что вопрос задан с издевкой.
   - Уже нет, - как-то неожиданно для самой себя призналась я.
   - Разочаровались в противоположном поле?
   - Нет, просто...
   - Хочу Вас расстроить София, принца Вы не дождетесь, - зло произнес он и швырнул книгу, как будто она была заражена чем-то. Несколько минут продолжалась тишина. Прерывать ее я не решалась, не хотела опять вывести его из себя. - Я пришел сюда, чтобы пригласить Вас на бал, который состоится в вашу честь, отказ не принимается, - заявил он, нарушив тишину. Это мое взамен извинения за мое долгое отсутствие, - слегка поклонившись при последней фразе, его явно забавляла роль этакого рыцаря. Сказать, что я была удивлена ничего не сказать. Вот хитрецы, они к балу готовились, вспомнила я странное поведение моих друзей.
   - Конечно с удовольствием, - тихо ответила я.
   - В семь вечера, за Вами зайдут, - сказал он и, развернувшись, вышел.
   ***
   Собираться на мой второй в жизни бал, помогала Валентина, которая ожидала меня в комнате, держа на руках коробки, при этом хитро улыбаясь. Оказалось, что Маска подготовился ко всему, подарив мне платье, туфли и украшения, Валентина разложила подарки на диван, а я как одержимая трогала ткань и рассматривала украшения. Я чувствовала дискомфорт, принимая подарки от Маски, как будто покупаясь. Но и отказаться мне было стыдно, подумают, что совсем зажралась.
   Первым делом Валентина загнала меня в ванну, еле как отвертелась от ее помощи. Намывалась я долго. Хотелось выглядеть сказочно в первый в моей жизни бал в честь себя самой.
   Выйдя из ванны, я под руководством Валентина села в приготовленное кресло, где молодая девушка, которая ждала за дверью, высушив мне волосы и начала делать прическу. Волосы у меня короткие, поэтому она ограничилась укладкой. Макияж нанесла мне тоже она. Причем к зеркалу меня поворачивать не хотели. После, с помощью Валентины я одела платье. Оно было пышное, сверху был корсет без бретелек, исполнено в черно-белой гамме. Нижние юбки были белые, а верхний слой состоял из черной ткани, на которой были вышиты белым бисером цветы.
   (Платье есть в иллюстрациях, описать всю его красоту я не смогу).
   После всего вышеописанного, меня повернули к зеркалу, и я замерла. На меня смотрела милая темноволосая девушка, в шикарном платье, ее широко открытые глаза выражали е удивление.
   - Спасибо, Вы очень талантливы, - повернувшись сказала я девушке. Та улыбнулась и скромно склонила голову.
   Оказывается, бал был, запланировал как маскарад. Об этом Валентина вспомнила под конец и куда-то убежала. Вскоре женщина вернулась, неся в руках черный шелковый мешочек.
   - Совсем замоталась, - пробурчала она тихо. - Вот Сонечка, сегодня Маска для тебя заказал, привезли недавно. А у меня из головы и вылетело. Держи, - подала она мне. - Открывай, - подойдя ближе, попросила она, было видно, что женщина сгорает от любопытства.
   Мне тоже было интересно, я взяла мешочек и аккуратно развязала ленточку. Сняла его и пораженно замерла. На руке лежала невероятной красоты маска. Она была легкая, фактически невесомая, черные ажурные линии сплетались в сложный узор, образуя что-то волшебное, женскую полумаску. (Смотрите в иллюстрациях)
   - Красота-то, какая, - вздохнула женщина. - Ну-ка примерь, - я как зачарованная поднесла маску к лицу и приложила, Валентина помогла и завязала сзади ленты.
   Я посмотрела в зеркало и сердце невольно сжалось.
   - Красавица, - произнеся Тетя Валя, подходя.
   В дверь постучали.
   - Это за мной, - взволнованно произнесла я, поворачиваясь к Валентине. Ладошки самым предательским образом вспотели.
   - Не заставляй своего кавалера ждать, иди, - сказала она и я, кивнув, подошла к двери, открыла и, поздоровавшись с мужчиной, пошла вслед за ним.
   Шли молча. Я нервничала как девушка перед первым свиданием. Волнение заставляло сердце биться чаще. Я боялась реакции Маски и в той же мере ждала ее.
   Мы пришли. Мужчина услужливо открыл передо мной дверь, и я, поблагодарив его, вошла.
   Зал был раскошен, с высокими сводами, резной лепниной, стройными окнами и гигантской люстрой, украшенный белой тканью и цветами. Валентина постаралась на славу.
   Меня ждали, в центре зала стоял Маска. Сегодня он опять был без плаща. Когда я вошла, он покланялся, а я неумело присела в реверансе.
   - Вы прекрасны, София, - прошептал он, подавая мне руку. В зале мы были только одни, и это одновременно смущало и радовало. Он галантно довел меня до стола и пододвинул стул. Стол был накрыт на две персоны и как ни странно пуст. Маска сел по другую сторону длинного стола, и подняв руки, хлопнул.
   Зал только и ждал этого сигнала, из невидимых мне дверей начали выходить официанты с подносами. Каждый из них был одет в черные брюки, рубашку и жилет, а на лицах красовались черные полумаски. Маска явно готовился.
   Официанты профессионально расставляли на столы многочисленные блюда, и вскоре поверхность была настолько уставлена, что яблоку было некуда упасть.
   - Приятного аппетита, - сказал Маска.
   Мне было немного неловко просить, поэтому я поначалу нечего не накладывала.
   - Вы не голодны? - поинтересовался он, видя мое замешательство.
   - Нет, просто...
   - Ты и ты останьтесь, остальные могут идти, - сказал он, указывая на ближайший парней. - Не стесняйтесь, - когда большая половина ушла, я расслабилась и начала пробовать новые блюда.
   Откуда-то полилась тихая музыка. Я невольно подняла голову в поисках колонок, но их нигде не было, видимо скрыты. Ели мы в молчание, точнее еле только я, Маска просто молчал. Вдруг перед глазами всплыла фотография той девушки, Надежды. Я посмотрела на Маску, в моих глазах был написан лишь один вопрос: "Ты любишь ее?".
   Конечно, он заметив мой взгляд, поинтересовался:
   - Что-то не так?
   - Нет, все прекрасно, - ответила я, вновь уткнувшись в тарелку.
   После ужина, Маска подошел ко мне, и пригасил пройти на веранду.
   Там мы сели на удобные кресла и продолжили легкий разговор, перескакивая с темы на тему. Маску интересовало, чем я люблю заниматься, что слушать, хобби, в общем, он явно задался целью узнать обо мне побольше. А какому человеку неприятно рассказать о себе? Разговаривали мы достаточно долго, на улице стало активно темнеть, и подул ветер. Увидев, как я поежилась, Маска встал.
   - София, могу я пригласить вас на танец? - подойдя ко мне, спросил он.
   - Я не умею танцевать, - подавая руку, растерянно лепечу я.
   - Просто доверься, - говорит он и ведет меня обратно в зал, где уже убрали стол, расчистив место для танцевальных па. Маска поднимает руки и хлопает, зал заполняется красивой музыкой. И тут же появляются пары уже кружащие в танце.
   - Не бойся, - шепчет мне он и делает шаг назад. - Просто следуй за мной.
   Я не юлила и не кокетничала, когда говорила, что не умею танцевать, и он это понял по тому, как я наступала ему сиюминутно на ноги. Отдать ему должное он стоически это терпел.
   Красивый женский голос пел по-французски. Языком я этим не владею, поэтому представления не имею, о чем была песня, надеюсь о любви.
   Музыка давала нам толчок к новому повороту, выпаду. Мы кружились, плыли, замирали и вновь бросались в океан ритма. Перед глазами кружились огни светильников. Все тело наполнял какой-то пьянящий восторг, хотелось смеяться, бежать, петь и танцевать, да, танцевать. И не верилось в тот момент, что он любит другую, вся душа, все сердце кричало о том, что мое чувство взаимно. Это чувствовалось в аккуратном движение рук, в легких касаниях, мы дышали одним, мы были одно целое вовремя моего первого танца.
   Но, увы, ничто не вечно, мелодия закончилась, закончился танец, как мимолетная сказка, которую я придумала сама себе.
   Я стояла напротив Маски и быстро дышала, он же был спокоен.
   - Могу я проводить Вас до ваших покоев? - наклонившись, спросил он.
   - Конечно.
   Доведя меня до комнаты он, пожелав спокойной ночи и поцеловав мою руки, отчего привел меня в крайнюю степень смущения, удалился.
   Мне кажется, ему просто надоела моя ужасная манера танцевать.
   ***
   Он зашел в свой кабинет, закрыл дверь и направился к сейфу. Набрав код, открыл, достал конверт. Открыв его, он аккуратно вынул старый потертый листок. Пробежался глазами по заученным давно строчкам.
   "Это должно сработать" - подумал он и положил конверт обратно.
   ***
   Пульс старательно отбивал ритм у меня в голове. Кровь казалось, взбесилась от переизбытка адреналина и ударяла в голову, из-за чего, в глазах поминутно темнело, и на доли секунды я терялась в пространстве, двигаясь лишь по инерции. Ноги толи подкашивались, то ли немели, голые ступни то и дело резались об корни деревьев, торчащих из-под земли. Камни как будто рассыпанные злым шутником, для того чтобы посмотреть как будет мучиться подопытный, резали оголенные стопы, впиваясь в раны.
   Ветер усиливался с каждым биением испуганного сердца. Деревья, которыми так умело дирижировал дух воздуха стонали после каждого нового дуновения, оо, что это были за стоны, умирающих в пытках надежд, разрывающего сердца предательства, стон безответной любви... Он не был слышен, он чувствовался, каждой клеточкой, всей душой ощущать ту муку сотни душ... От этой какофонии звуков хотелось, нет, не заплакать, разреветься, заорать, хоть как-то выплеснуть ту скорбь и печаль, которая разъедала меня изнутри.
   "Успеть, только бы успеть, бежать, как можно быстрее, только бы успеть",- билось на краю затуманенного отчаянием сознания.
   Корявые ветви иссохших, потемневших деревьев цеплялись за ткань роскошного алого платья, чья пышная юбка кровавыми лоскутами оставалась не деревьях, как жуткое напоминание того ужаса творящегося вокруг. Корни старых повалившихся деревьев мешались, создавая преграду на пути к спасению, но собственно, куда я бежала, я не знала, лишь бы подальше, лишь бы быстрее. Силы отказывали с каждой секундой все чаще, а сзади, подгоняя меня, раздавался треск, он бежал, бежал за мной.
   Единственным источником света, в этом царстве Аида была луна, покровительница моего преследователя. Она как будто специально освещала меня, оставляя при этом моего преследователя в тени. Несколько раз я оборачивалась ведомая страхом, но видела лишь тьму... Луна светила сквозь паутину веток, она шептала, ее голос разносил ветер: "Тебе не убежааааать".
   Я вижу свет, из последних сил я делаю рывок и вот, я в безопасности, на освещенной солнцем поляне. Она излучала свет и покой, добралась, успела. Я рухнула на колени. Смогла, я сбежала...
   Сзади послышался звук ломающихся ветвей, я подскочила, но не обернулась. Пришло осознание, что я не боюсь... Не боюсь того кто сзади, а боюсь поверить что он не уйдет, не бросит, не ударит в спину, боюсь довериться.
   - Сделай шаг, - шепчет мне он... и я просыпаюсь.
   Я открыла глаза и села на кровать. За окном было уже утро, ну хотя бы не посреди ночи вскочила. Спать смысла не было, поэтому я встала.
   После гигиенических процедур, пошла на кухню.
   - Соня, ты чего так рано? - спросил меня Роман Андреевич.
   - Не спалось, - ответила я, присаживаясь за стол.
   - Садись, садись, я только суп молочный сварил, покушаешь, - засуетившись пролепетал повар.
   - Спасибо, - улыбнувшись, сказала я. - А что это такое? - указала я на небольшой пакет, который лежал на столе.
   - Это так, для баловства.
   - Можно посмотреть? - заинтересованно поинтересовалась.
   - Конечно, смотри, - добродушно ответил он.
   Взяв пакет, открыла и достала оттуда папку для черчения А3 и А4 формата, акварельные карандаши, пастель и даже уголь.
   - Вы рисуете? - спросила удивленно.
   - Нет, что ты, так балуюсь.
   - Роман Андреевич, а можно...
   - Порисовать хочешь?
   - Ага, тут сад такой грех не попробовать.
   - Бери, конечно, потом придешь, покажешь.
   - Спасибо, - выпалила я и, подбежав, поцеловала его в щеку.
   - Ахаах, ну плутовка. Беги, давай, - схватив булочку из тарелки, я ринулась в сад.
   Я долго бродила по лабиринту тропинок, пока не нашла прекрасное, а главное живописное место для осуществления моего замысла. Села на землю, так как скамейка, увы, отсутствовала. Ничего и так удобно.
   Разложила аккуратно карандаши, взяла листок и понеслась душа в рай. Творила я с самоотдачей, аж язык вылез. Рисовала упорно и целеустремленно. Штрих за штрихом, мазок за мазком. С чувством, с толком, с самоотдачей.
   И вот момент истины, я сравнила свое творение с действительностью. Внезапно пришло осознание, что в моем случае "творение" от слова тварь... божья, причем слегка косорукая и совсем немного полнейшая бездарность. Осознать то осознала, но обидно до жути. А я то думала...
   - Ахахах, - раздалось из кустов.
   - Выходи если готов умереть, - сурово сказала я. И он вышел... Маска. Впервые слышу, чтобы можно был так смеяться, особенно от Маски. И знаете, я бы даже рада была, если бы смеялись не надо мной. А так я обиделась и, напыжившись даже в его сторону не смотрела.
   - У Вас такое лицо, - заявил он, подходя и садясь рядом. - Что все настолько плохо? - спросил он понимающе и потом отобрал у меня мой ШЕДЕВР, к слову сказать, я пыталась отстоять его как могла, но обстоятельства были против нас. И вот, он увидел ЭТО. Знаете, не так обидно было, если бы он сказал что это ужасно. Нееет. Он сказал: - Мило, у тебя есть потенциал, - и, положив мой рисунок, отвернулся и его плечи загадочным образом начали трястись.
   - Сами попробуйте, - сказала я в защиту.
   - Это так по-детски, София, - пожурили меня, отсмеявшись.
   - Просто признайте, что Вы даже так не сможете, - решила взять на слабо.
   - Хорошо, давай лист, - это было очень мило. Рисовал он долго, всячески закрывая от меня свое творение. - Эмм, в общем, пейзажи это не мое, - подвел он итог и хотел уничтожить свой рисунок. Ну, уж нет.
   И тут началась схватка, какой не видывал свет. Я напала, сзади стараясь отобрать лист бумаги и посмотреть. Он был быстр и увернулся. Ничего, ничего врагу не сдается наш гордый варяг. Подсечка, он падает. Бросок и я оказываюсь на земле. О-хо-хо. Итог был суров. Оба в грязи, уставшие, но веселые. И кстати, рисует он хуже, чем я.
   ***
   (Две недели спустя).
   Был уже вечер, я уже привычно сидела на подоконнике и читала книжку, которую мне, по моему заказу привезли. В наушнике играла песня, в общем, рай.
   За эти две недели мы очень сблизились с Маской. Мы ходили в сад, рисовать. Да пусть художники из нас, скажем мягко не очень, но какое это удовольствие сидеть рисовать на свежем воздухе, а потом сравнить результаты и понять, что твой рисунок то лучше.
   В дверь постучали. Я спрыгнула со своего места и побежала, чтобы открыть. Наверно тетя Валя пришла.
   Но я ошиблась, это был Маска. В груде набатом застучало сердце.
   - Здравствуй, Соня, не помешал? - спросил он оглядывая комнату за моей спиной, как будто хотел что-то или кого-то увидеть.
   - Нет, конечно, заходи. Что-то случилось? - пропуская его в комнату, спросила я.
   - Нет, ты сегодня чем-нибудь занята? - спросил он остановившись посреди зала.
   - Да, в общем-то нет, есть предложения? - поинтересовалась я указывая ему на диван, предлагая присесть.
   - Да, я думал над твоими танцевальными особенностями, - загладил он слова "косолапость". - Может, хочешь чтобы я поучил тебя танцевать? - сердце пропустило удар, я робко посмотрела на него, неужели он тоже хочет ко мне прикасаться?
   - Было бы здорово, когда начнем? - произнесла я слегка хрипловато.
   - Можно начать сегодня, - как от моей улыбки не треснули губы? Я готова была начать прямо здесь и сейчас.
   - Я согласна, - как же я была рада, как хотелось в тот момент верить, что он тоже любит. Да, любовь - это страшная сила.
   Мы спустились в нижний зал. Встали в центр, Маска взял одной рукой меня за талию, другой руку. И пошли поехали мои ноги по его.
   Учителем он был терпеливым, знаете не каждому дано так долго терпеть побои наносимые учеником.
   Я пыталась, честно пыталась. Но получилось так, что я случайно сделала ему подсечку и он начал падать, вместе со мной. А дальше все было в лучших традициях романтических комедий.
   Я, лежа на нем стала приподыматься, и вот его лицо (маска) находилась на расстояние всего нескольких сантиметров. Сердце пустилось вскачь, вокруг начали кружиться бабочки. И я слышу хриплый шепот:
   - Коленку убери.
   - Что? - переспросила я.
   - Ты мне весь генофонд отдавишь, - и тут приходит осознание, что коленка то моя, оказалась как раз между ног. Конечно, я подскочила и, извинившись, оставила скулящего Маску на полу.
  Как же стыдно...
   ***
   (Восемь дней спустя).
   Утром я первым делом побежала в кабинет к Маске, да, с некоторых пор мне можно туда входить.
   Открыв дверь, я с порога заявила:
   - Я обо всем договорилась, пошли, - и, подбежав к столу посмотрела на Маску.
   - София, может не сегодня? - жалостливо спросил он.
   - Нет, нет, ты обещал.
   - Хорошо, но только если у меня ничего не получится, ты отстанешь, - произнес он вставая.
   - Конечно, конечно, - скрестив за спиной пальцы, пообещала я.
   - Пошли уже, не отстанешь ведь, - побурчал для виду Маска и вышел из кабинета, я то знаю что ему тоже интересно. В один из вечеров мы обговорили с ним, что я буду придумывать нам совместные занятия, вот сегодня я решила провести кулинарные курсы. Сама то я готовить умею, не изыски конечно, но все же. Помогать нам я попросила Романа Андреевича.
   Мы спустились на кухню, где нас во все оружии ждал повар. Нам вручили фартуки, заставили тщательно вымыть руки и лишь после допустили к заготовкам. Сегодня был принято решение приготовить яблочный пирог.
   Я занималась тестом, а Маска жарил яблоки в карамели.
   Начало было положено... Положено и на этом, пожалуй, конец.
   Маска закосячил с самого начала порезав яблоки на две половины и бросив на сковороду. Потом забыл налить масла, и они сгорели. Третий раз налил слишком много масла, и кусочки яблок плавали в желтой жиже. После он поскользнувшись на разлитом масле налетел на меня, к слову сказать, я тогда несла бадью с тестом. Вот и получилось, тесто на полу, я сверху, повар в муке и яблоки начали пригорать.
   Короче нас выгнали, подгоняя скалкой.
   - Я же тебе говорил, - вытаскивая тесто из волос, сказал Маска.
   - Я не думала, что ты такой косорукий косорук.
   - София...
   - Да, Маска?
   - Ярослав.
   - Что Ярослав? - переспросила я.
   - Зовут меня Ярослав, глухая ты тетеря, - слегка взъерошив мне волосы сказал он. Глупый, не делай так, я все больше в тебя влюбляюсь.
  головой.
   Я не могла скрыть улыбку и постоянно смотрела на Маску, как я все-таки ошибалась на его счет.
   ***
   ( Три дня спустя).
   Ярослав мне мстит, пришла в голову мысль, когда он заставил меня играть на пианино сотый раз одну и ту же мелодию. Явно мстит за урок кулинарии.
   - Но не могу я, - проскулили в который раз.
   - Сможешь, - злорадно ответил этот...
   ***
   (Три с половиной месяца спустя).
   Я шла по коридору, ища Ярослава. Опять куда-то запропастился. У нас сегодня запланирован просмотр фильма, а он опять увиливает. И тут я услышала мелодию. Красивую и неимоверно грустную, она доносилась из музыкальной комнаты.
   Я побежала, чтобы послушать вблизи. Давно он не играл с такой самоотдачей. Эта мелодия вызывала на глазах слезы. Я стояла, боясь дышать. Сколько же боли и невыразимой тоски звучало в ней. А потом Маска видимо ударил руками по клавишам и замер.
   Не знаю, что толкнуло меня, но я вышла из своего укрытия и направилась к Ярославу. Он сидел около пианино, опустив голову на клавиши. Я остановилась ,прислушиваясь, нет, не показалось, он рычал тихо, бессильно и яростно.
   Я вдохнула и подошла к нему, обняв со спины. Ярослав замер, напрягся, но голову не поднял, лишь прорычал:
   - Уйди.
   - Нет, - твердо ответила я и обняла сильнее. Мне почему-то казалось, что ему это надо пусть он и отпирается. Сейчас я видела не сильного, гордого мужчину, а раненого зверя, который отбивается из последних сил. Не знаю, что толкнуло меня, может женское естество, но я начала петь, пою, я скажем не очень, это не главное. Медленно, нежно, я пела и понимала, что плачу. Боже, как наверно глупо я выглядела.
   - От края до края
   Небо в огне сгорает
   И в нем исчезают
   Все надежды и мечты.
   Но ты засыпаешь,
   И ангел к тебе слетает.
   Смахнет твои слезы,
   И во сне смеешься ты.
   Припев
   Засыпай, на руках у меня засыпай.
   Засыпай под пенье дождя.
   Далеко, там, где неба кончается край,
   Ты найдешь - потерянный рай.
   Во сне хитрый демон
   Может пройти сквозь стены.
   Дыхание спящих
   Он умеет похищать.
   Боятся не надо,
   Душа моя будет рядом.
   Твои сновидения
   До рассвета охранять.
   Припев
   Засыпай, на руках у меня засыпай.
   Засыпай под пенье дождя.
   Далеко, там, где неба кончается край,
   Ты найдешь - потерянный рай.
  
   Подставлю ладони,
   Их болью своей наполни.
   Наполни печалью,
   Страхом гулкой пустоты.
   И ты не узнаешь,
   Как небо в огне сгорает,
   И жизнь разбивает
   Все надежды и мечты.
   Припев
   Засыпай, на руках у меня засыпай.
   Засыпай под пенье дождя.
   Далеко, там, где неба кончается край,
   Ты найдешь - потерянный рай.
  
   Во время моей песни Маска сидел неподвижно. Быть может он думал о своем или надеялся что я, наконец замолчу.
   - И как я должен это понимать? - устало спросил он, подняв голову и повернувшись, посмотрел на меня.
   - Не знаю, кто бы мне объяснить, - ответила я, убирая руки с его плеч.
   - София, - он провел своей рукой по голове и вздохнул. - Ты слишком наивна.
   - Ну и пусть. Ярослав, расскажи, будет легче, - сказала я смотря в черные провалы глаз.
   - Рассказать? - удивленно спросил он. - О чем?
   - О том, что съедает тебя изнутри.
   - С чего ты взял?- начал, было, он.
   - Веселый человек не может исполнять такие песни.
   - Да ты психолог, - зло спросил он.
   - Нет, я просто хочу помочь.
   - Кто сказал, что я нуждаюсь в помощи? - зло поинтересовался он.
   - Каждый из нас в ней нуждается, - просто ответила я. Главное, что он не уходил, не старался убежать.
   - София ты лезешь не в свое дело, - практически прорычал он.
   - Знаешь, а я все это время жду свою маму. Я не знаю где она, что с ней. Отец утверждает, что она убежала, бросив меня. А я... Честно говоря, трусливо не хочу знать правду. Мне ее всегда не хватало, и я придумала образ самой доброй, самой нежной матери и все свои секреты и страхи рассказываю ей. Все мы слабы, Ярослав.
   - Соня, я не могу... Не могу, прости, - искренно ответил он. А после мы еще долго сидели и молчали. И я поняла, что окончательно пропала...
   ***
   Несколько дней я избегала его. Пряталась в покоях, почти не выходила, на все его вопросы отвечала, что плохо себя чувствую.
   Это время я потратила на то что разобраться в себе, и в итоге так и не разобравшись, плюнула на это дело. Пусть пока все идет своим чередом.
   Сегодняшний день я решила провести в библиотеки. Там тихо, спокойно и можно спрятаться. Мне нравиться просто ходить по рядам, просто смотреть на книги, листать, рассматривать иллюстрации.
   - Вот мы и встретились вновь, - раздалось сзади, и я замерла, а сердце лишь отзывалось быстрым биением. - Ты прячешься от меня, София? - насмешливо спросил Ярослав.
   - Нет, с чего ты взял? - как-то нервно спросила я, стараясь найти пути к отступлению.
   - Тогда, пошли танцевать, - спокойно произнес он.
   - Что? - ошарашено, переспросила я.
   - Я назначил нам урок танца, пошли, - он взял меня за руку и повел. Остановите планету, я выйду.
   До зала мы дошли, он дошел, я добралась, встали на середину зала, откуда-то полилась музыка.
   Раз-два-три, раз-два-три...
   Танцевать было тяжело. Никогда раньше не замечала, какой мускулистый Ярослав. Он был совсем рядом, его грудь касалась моей, и это этого становилось жарко и потели ладошки.
   Я вырвала руки и отошла.
   - Я... Давай не сегодня? - сказала и, развернувшись, ушла.
   Не играй со мной, прошу.
   ***
   Он сидел за столом и рассматривал фотографию.
   "Все идет по плану, все идет по плану" - говорил он себе. Но слова не утешали, а наоборот заставляли ощущать себя еще хуже. Он чувствовал себя предателем.
   "Все идет по плану?"
   ***
   Несколько дней Ярослав прятался от меня. Он избегал наших встреч, отменил танцы. А я чувствовала себя как волк из знаменитого "Ну, погоди".
   Контракт уже подходит к концу, а я даже понятия не имею, что будет дальше, с нами. Если "мы" есть.
   Я спустилась в сад. Боже, похоже, наши отношения зашли в тупик.
   За эти практически полгода мы пережили так много. И взлеты, и падения. Он помог стать мне сильнее. Сколько раз мы сорились, а после мирились, смеялись и плакали. Сколько раз я хотела убежать, я сейчас мне хочется только возвращаться.
   Неожиданно я увидела впереди спину Ярослава. Я хотела уйти, но услышала:
   - София, останься, - он подошел, взял мои руки в свои. - Мне надо кое-что сказать.
   - Мне тоже, - растерянно сказала я.
   - Говори первой, - сказал он и я решилась.
   - Ярослав, ты для меня стал очень дорог и я ... я не хочу оставлять тебя одного, - столько переживаний и все, я сказала. Он замер. Сердце начало биться в страхе. Неужели я одна все придумала, он откажет...
   - Я тоже... не готов с тобой расстаться, - тихо сказал он, и я вздохнула с облегчением. Значит, есть шанс.
   ***
   Она смотрела на него глазами полными счастья.
   "Получилось" - отметил он про себя.
   ***
   Пульс старательно долбил у меня в голове. Кровь казалось, взбесилась от переизбытка адреналина и ударяла в голову, из-за чего, в глазах поминутно темнело, и на доли секунды я терялась в пространстве, двигаясь лишь по инерции. Ноги толи подкашивались, то ли немели, голые ступни то и дело резались об корни деревьев, торчащих из-под земли. Камни как будто рассыпанные злым шутником, для того чтобы посмотреть как будет мучиться подопытный, резали оголенные стопы, впиваясь в раны.
   Ветер усиливался с каждым биением испуганного сердца. Деревья, которыми так умело дирижировал дух воздуха стонали после каждого нового дуновения, оо, что это были за стоны, умирающих в пытках надежд, разрывающего сердца предательства, стон безответной любви... Он не был слышен, он чувствовался, каждой клеточкой, всей душой ощущать ту муку сотни душ... От этой какофонии звуков хотелось, нет, не заплакать, разреветься, заорать, хоть как-то выплеснуть ту скорбь и печаль, которая разъедала меня изнутри.
   "Успеть, только бы успеть, бежать, как можно быстрее, только бы успеть",- билось на краю затуманенного отчаянием сознания.
   Корявые ветви иссохших, потемневших деревьев цеплялись за ткань роскошного алого платья, чья пышная юбка кровавыми лоскутами оставалась не деревьях, как жуткое напоминание того ужаса творящегося вокруг. Корни старых повалившихся деревьев мешались, создавая преграду на пути к спасению, но собственно, куда я бежала, я не знала, лишь бы подальше, лишь бы быстрее. Силы отказывали с каждой секундой все чаще, а сзади, подгоняя меня, раздавался треск, он бежал, бежал за мной.
   Единственным источником света, в этом царстве Аида была луна, покровительница моего преследователя. Она как будто специально освещала меня, оставляя при этом моего преследователя в тени. Несколько раз я оборачивалась ведомая страхом, но видела лишь тьму... Луна светила сквозь паутину веток, она шептала, ее голос разносил ветер: "Тебе не убежааааать".
   Я вижу свет, из последних сил я делаю рывок и вот, я в безопасности, на освещенной солнцем поляне. Она излучала свет и покой, добралась, успела. Я рухнула на колени. Смогла, я сбежала...
   Сзади послышался звук ломающихся ветвей, я подскочила, но не обернулась. Боясь посмотреть в его глаза, стыд опалил щеки. Просто, так сложно было сделать шаг навстречу. Переборов себя я поворачиваюсь, закрыв глаза и слышу:
   - Прости... и просыпаюсь.
   ***
   Прохладный ветер дует в лицо, заставляя непослушные пряди волос, выбившихся из прически, колыхаться. Хоть сейчас и конец ноября, но благо мы живем на юге и морозы в наши края заглядывают нечасто. Сейчас же погода была идеальна. Но это далеко не главное, сегодня подошел к концу мой контракт с Маской, и по нему я должна была уехать. Я не смогла... Разве можно оставить душу и пустой оболочкой возвратиться. Все равно меня никто не ждал.
   Замок стал для меня всем. Здесь я нашла друзей и любовь...
   И эта самая любовь очень удивилась, когда я привычно зашла к нему в кабинет, чтобы прогуляться по саду.
   - София, я думал, ты уехала, - растерянно произнес он, смотря на меня.
   - Если уезжать то только с тобой, по-другому я не смогу, - ответила я улыбнувшись. А он встал и, подойдя ко мне обнял. Впервые обнял...
   Цветочная арка... Как давно я не была в этой части сада, не хотела, тревожить призраков прошлого, которые так упорно мучили Ярослава. А сейчас, он сам ведет меня туда. Не знаю зачем, он просто схватил мою руку и повел. У него был настолько решительный вид, что вопросов я не задавала. Сердце замерло в ожидание. И признаться ожидала я лучшего.
   То, что я люблю Маску, не стало для меня неожиданностью. Я знала об этом, просто не признавалась себе в открытую. А сегодня, когда контракт был аннулирован, поняла, что дальнейшую жизнь представить без него не смогу.
   - Соня, - позвал меня Маска. Я посмотрела в такие уже родные и любимые провалы глаз. - Ты уверена в том, что не хочешь покинуть меня? - задал он вопрос, в котором притаилась надежда. Он весь замер, ожидая моего решения.
   - По своей воле, я не смогу оставить тебя одного, - ответила я.
   - Хорошо, тогда пришло время, - скорее для себя сказал он и, не отпуская моей руки, встал напротив. - Соня ты тот луч света в темном царстве, который я так долго ждал. В независимости от того, какое решение ты примешь, я твой должник на веки. Можешь рассчитывать на любую мою помощь, помни это.
   - Зачем ты это говоришь? - недоуменно спросила я.
   - Милая София, прошу тебя лишь об одном не жалей меня. Не оставайся рядом только из-за жалости. Слушай свое сердце, а я... Я приму твой выбор, - я с замиранием сердца наблюдала, как он потянулся рукой к маске, чтобы ее снять..
   - Постой, - перехватив его руку своей, остановила его я. - Не стоит это делать, если ты не хочешь. Я останусь рядом...
   - София, - он провел рукой по моей щеке. - Поверь так надо, - в его голосе звучала обреченность. Я отпустила его руку. Раз это его решение противиться я не буду. То, что произойдет дальше, я и хотела и не хотела в тот же момент. Я боялась, что окажусь как многие и не смогу пересилить себя остаться с ним, если он некрасив. Но любовь... Любовь нашептывала, что я смогу, что внешность не главная. Ведь его душа поглотила мою, стала моим воздухом.
   Секунды казались бесконечностью. Невольно я трусливо зажмурилась, когда увидела, как он отнимает маску от лица. Маска полетела на землю и стукнулась об бетонные плиты. Вдох, я открываю глаза и поднимаю голову, чтобы увидеть истинное лицо своего любимого чудовища.
   Я замерла. Нет, не от отвращения или шока, и уж тем более от страха. Смотря на него, я понимала, что люблю по-прежнему. Что его внешность мне приятна, скажу больше, я любила ее.
   Его глаза были опущены. Коже его оказалась белой, только черные разводы на глазах, которые начинались с середины лба и заканчивались чуть ниже век. Губы жестоким мастером были нарисованы от одной щеки до другой. А глаза... Глаза, которые он поднял на меня, когда я не смогла произнести ни слова и просто стояла, были цвета вишни. (В иллюстрациях есть замечательная картинка того, как я вижу Маску-Ярослава, зайдите, посмотрите).
   Ярослав замер ожидая вердикта. Я молчала, не зная как подобрать слов. После минуты ожидания он видимо принял для себя какое-то решение, потому что сделал шаг назад и собрался уйти.
   "Не отпущу, никогда" - подумала я и, схватив его за руки, подошла ближе, прошептала:
   - Я тебя люблю, - и сделала то, что хотела так давно, поцеловала.
   Он замер, а после прижал к себе, сжимая в крепких объятьях. Это поцелуя нельзя было назвать эротичным или страстным, нет в нем не было ни того не другого. Но взамен в нем была нежность в легких касаниях губ, и любовь в кратких вздохах.
   Вдруг все заискрилось вокруг, стало на мгновение светло и жарко. Создалось впечатление, что мы поднялись над землей. Я хотела посмотреть, но Ярослав обнял меня сильнее не позволяя осмотреться.
   Сколько продолжалось это волшебное безумие я не знаю. Только став пленницей вишневых глаз я наблюдала как они, мистическим образом сменились на серые. И Маски больше не было. Я стояла в объятьях красивого молодого мужчины.
   Видя мой ошарашенный взгляд, Ярослав отпустив меня, посмотрел на свои руки, потрогал лицо и расплылся в самой счастливой улыбке. Потом подхватив меня начал кружить, шепча слова благодарности. А я все не могла поверить, что он это Маска. А в голове крутилось лишь: "Этого не может быть".
   - Спасибо, спасибо, Соня. Получилось, у меня получилось! - радостно восклицал он. - Ты самый лучший человек на свете! Боже, спасибо! Наконец-то, - было еще много слов радости я же слушая эти восклицания, улыбалась, ожидая, когда Ярослав объяснит мне все.
   Перестав кружить меня и отпустив, он сжал меня в объятьях.
   - Ярослав, может, ты объяснишь? - сказала я мужчине в грудь.
   Он ни слова не сказав, повел меня к скамейке и усадил, а сам стал ходить перед ней туда и обратно.
   - София, я не знаю, как тебе объяснить, ты наверняка не поверишь, - озадаченно сказал он.
   - Расскажи, как есть, я попытаюсь, - мягко предложила я.
   - Хорошо, - запустив руки в свои длинные волосы, согласился он. - Маска, это образ, который я создал. Пять лет назад я был таким, каким ты меня сейчас видишь. Молодым, глупым и богатым, - Ярослав ушел в прошлое, повествуя. - Для меня не было преград или запретов. Деньги родителей покрывали все мои проступки. И однажды, наступил день расплаты. Я с друзьями пробрался на кладбище и на спор снес один неухоженный крест. Тогда я не понимал, что поступаю ужасно. Изрядно пьяный и накуренный мне казалось это смешно. В общем, спор я выиграл, и мы поехали тусить по клубам дальше. Где-то черед час мне стало плохо, и я уехал на квартиру. А после была ночь страшных мучений, я чувствовал, как с меня буквально слезает кожа, ломаются кости. Я кричал, молил о помощи, но никого не было рядом. Когда же все закончилось, я потерял сознание... Очнулся лишь через день, убитый, замученный и... уродливым чудовищем. Когда я посмотрел в зеркало, я не смог поверить своим глазам. Я поехал к друзьям, но они даже слушать меня не захотели, назвали уродом и прогнали. Родители... Увидев меня таким долго не могли поверить, в итоге отец заявил, что я ему больше не сын и, бросив пачку денег ушел. Мать, она всегда была лишь глупой прожигательницей жизни. Конечно, ей не выгодно было иметь ТАКОГО сына. Все, кого я знал и любил, отвернулись. Мне пришлось уехать.
   Я снимал квартиры, ночевал на улице. Мне можно сказать повезло, когда зарабатывая деньги, я играл в карты, меня заметил местный авторитет. Ходил я тогда только в капюшоне и заматывал лицо, чтобы видны были только глаза. Он пригласил меня к себе в кабинет и попросил снять свою маскировку. Так я и поступил. Посмотрев на меня, он сказал: "Бывает и хуже". С тех пор я работал на него. Сначала игроком, потом вышибалой, и в итоге дойдя до зама. Я был обижен на весь мир и, следовательно, жесток. Меня боялись, не из-за внешности, я стал носить маску. После двух лет работы на него, я после смерти Тигра (*авторитета) возглавил его бизнес. Не бойся, все противозаконные действия я прекратил. Сейчас у меня стабильный официальны доход. С криминалом покончено.
   Я долго искал, лекарства от своего проклятья. И не находил ровным счетом ничего. И вот однажды я наткнулся на старый фолиант, в котором описывались подобные недуги. И в конце было написано: "Поцелуем любви только можно постичь всю истину лица своего".
   Терять мне было нечего, и я решил провести это глупый кастинг. После ночного разговора с тобой, я понял, что ты лучший вариант.
   Благодаря тебе у меня получилось, - он сел на скамейку и взял мои руки в свои. - Я сделаю для тебя все, что захочешь. Ты оказалась самым лучшим другом, о котором я мог мечтать, - так, стоп, друг?
   - Друг? - переспросила я. Он отпустил мои руки и взглянул в глаза, своими серыми. В них плескалась вина.
   - Я не хотел, просто так получилось. Если бы я знал, что все пойдет не так, как я планировал. Соня я... Твоя любовь помогла мне избавиться от уродства. И не отрицаю, я планировал влюбить тебя в себя, - я сидела и не могла понять, что происходит. В душе поднималось тревожное чувство. - После твоего похищения я понял, что ты стала мне дорога...
   - Но? - спросила я, ожидая худшего.
   - Я люблю другую, - ух ты, а это больно.
   - Значит, все это время ты меня использовал? - уточнила я равнодушно, а в душе разрасталась пропасть.
   - Зачем ты так? - он посмотрел на меня, вот только я, подняв голову смотрела в небо, а на губах расплывалась злорадная ухмылка. Думала, в сказку попала? Ха. - Ты самый дорогой и родной мне человек, - Родной? Родной?! Я прям, слышу, как он словами вбивает мне гвозди в сердце. - Для тебя я сделаю все. Просто, просто так получилось, - так получилось...
   - Так получилось, что я использовал твои чувства, чтобы вернуть себе прежний облик, ты это хотел сказать? - закончила я за него все, также смотря в светлое небо.
   - Прости, - виновато прошептал он. Прости? За что? За что?! За то, что полюбила? За то, что поверила? Понадеялась? Но ответила я:
   - Надю? - вспомнив первый раз, как посетила это место, он меня перепутал именно с ней.
   - Да, - ответил он и отвел глаза. - Пойми, это выше моих сил.
   - Но она предала тебя.
   - Соня ты ничего не понимаешь, - встав, заговорил он. - Ей было страшно. Она просто боялась общественного мнения, - начал он расхваливать эту девушку, которую любил. Его доводы были наивны, но он верил в них. Разве этот человек отрицал любовь? Уверял что это всемирное зло. А сейчас распинался передо мной какая это Наденька прекрасная и утонченная натура. Гадко. - Ты еще так молода Соня, ты ошибаешься, ты не знаешь, что такое любить, - закончил он.
   - Знаю, - ответила я и встала. В голове билась лишь одна мысль: "Использовал, тебя опять использовали Соня".
   - Соня, - позвал Ярослав. Я подняла на него взгляд и произнесла:
   - Ты даже хуже моего отца. Ты чудовище, - отвернулась и пошла обратно в замок. Это выше моих сил оставаться рядом с ним.
   Добравшись до своих покоев, я сорвала с себя платье и драгоценности. Найдя в шкафу старую одежду, переоделась. Взяла сумку побросала туда самое необходимое. Этот дом, больше не мой. Спустилась по лестнице и вышла, через сад на дорогу, ведущую к шоссе. Эту тропинку я нашла давно, просто не было поводов ее использовать. Я знала, что сегодня никаких встреч не было назначено. Поэтому все машины стояли в гаражах и встретить кого-нибудь на дороге почти нет шансов. Но я немного ушла в лес, чтобы если узнают, что я сбежала... И что? Что сделают? Рванут вдогонку? Милая ты уже сделала, то, что от тебя ожидали, больше ты никому не нужна.
   Знаю, что если идти вправо то вскоре будет гостиница, видела, когда выезжала в город, оттуда и вызову такси. Думать ни о чем сейчас не хотелось. Потому что начни я думать я не смогу сдержать эмоции и разревусь. Надо идти, главное идти.
   Так как день только вступал в свои права, было светло и до гостиницы я добралась без происшествий.
   Зашла, направилась к телефону. Набрала номер такси, который был распечатан на листе, лежащим рядом.
   Такси было заказано, я села за стол и стала ждать. Главное не думать. Главное забыть... Забыть? Я почувствовала, как глаза начали увлажняться. Нет, не здесь и не сейчас.
   Прошло около часа.
   - Куда едем, - поинтересовался таксист.
   - В город К*** (мой родной).
   Там осталась квартира, заберу оттуда ценные вещи и перееду в другое место. Подальше, от всего подальше. Я смотрела в окно и вслушивалась в очередной розовый хит на русском радио.
   - Твою мать, - крикнул таксист, я, повернув голову, увидела, как на нас несется машина. "Я ведь недавно я этого хотела" - пронеслось в голове и тьма.
   ***
   (Неопределенное время спустя).
   - Пип, пип, пип, пип, пип, - противный звук ворвался в сознания и отдавался тупой болью в голове. Так хотелось крикнуть: "Да заткнись ты". - Пип, пип, пип, - неужели я в ад попала? Я пошевелила головой, чтобы избавиться это этого жуткого звука. - Пип, пип, пип, - я пытаюсь поднять правую руку, чтобы дотянуться до источника этой адской мелодии. Но руку что-то сдерживает. Я связана? Пытаюсь открыть глаза. Но не могу, не могу даже пошевелить ими. Меня охватывает паника, - Пип, пип, пип, - вместе с пульсом учащается и звук.
   Я слышу, как открывается дверь и чей-то женский голос говорит:
   - Очнулась, - и столько облегчения в нем. - Позовите врача! - кричит она кому-то. Врача? Значит я в больнице? Но почему? Не помню...
   - Тише, тише, успокойтесь, - говорит она, ласково глядя меня по рукам.
   - Очнулась? - спрашивает мужской голос, видимо врача. Я слышу, как он подходит ко мне и вкалывает что-то в вену. Сознание уходит под медленное: "Пип, Пип, пип".
   ***
   (Сутки спустя).
   Второй раз я прихожу в себя отдохнувшей и бодрой. Глаза к моему счастью открываются, и я вижу что нахожусь в палате.
   В помещение находилась я одна, другие кровати были пусты. Осмотрев себя, я увидела, что в вену была вставлена капельница. Одета я была в больничную то ли ночнушку то ли рубаху. Ноги были накрыты легкой простынкой.
   Рукой без капельницы я дотронулась до лица и наткнулась на что-то шершавое. Повязка?
   В голове всплыли мутные образы. Авария, я ведь в аварию попала.
   Рана на лице шла от левого уха и пересекала щеку. Но она была не одна. Вторая пересекала лоб и правую бровь. Повязки были и на руках.
   Меня стало пробирать на истерический смех.
   Но самое худшее меня ждало впереди. Я ног не чувствовала... Совсем. Их как будто отрубили и положили на кровать.
   По лицу потекли слезы. У меня начиналась истерика. Кто-то кричал. Быть может я сама.
   Сквозь пелену слез я видела, как прибежала медсестра и вколола мне что-то в руку. И я опять падаю, падаю и не хочу возвращаться назад. Боже, пусть это окажется сон.
   ***
   Я сидела на кровати и ждала врача. Истерика сменилась апатией. Я до сих пор не могла поверить, что осталась инвалидом.
   - Здравствуйте, София, - раздалось от двери, но я даже голову не повернула, смотря только в одну точку в стене. - Вы хотели меня видеть?
   - Сколько я провела в больнице? - спросила я сухо.
   - Шесть месяцев, - ответил он. - После аварии вы впали в кому. Вы должны радоваться, что очнулись, - подбодрил меня он.
   - Очнулась инвалидом? - равнодушно поинтересовалась я.
   - София...
   - Какое сегодня число?
   - Двенадцатое июня, - ответил врач. И мои губы расползлись в злорадной ухмылке. С днем рождения, Соня!
   - В каком я городе?
   - В К***. София не отчаивайтесь, я предлагаю вам пройти курс реабилитации. Он хоть и платный, но дает результаты, - уверенно заявил врач и положил руку на мою. Я отдернула.
   - Сколько?
   - Пятьсот тысяч, - деньги у меня были, наследство от отца.
   - Хорошо, - сказала я и, посчитав вопрос закрытым отвернулась к окну. А в том году я танцевала, а сейчас... А сейчас я также никому не нужна...
   ***
   (Два месяца спустя).
   Я сидела на веранде своего домика в реабилитационном центре. Это место можно было назвать скорее пансионатом, для людей с проблемами со здоровьем. Здесь мы ходили в спортзал, на массаж, прогулки, оздоровительные сеансы. И как не странно мне это обошлось бесплатно, врач сказал, что правительство проводить программу в помощь инвалидов, под которую попала и я.
   Мое состояние было стабильным.
   Впервые я видела себя после аварии как раз в пансионате. Попросила медсестру принести мне зеркало, она долго сопротивлялась, но в итоге сдалась.
   Выглядела я как Франкенштейн. Рубцы от ран были хоть и сшиты очень аккуратно, но в глаза бросались. Я похудела, кожа утратила румянец, под глазами залегли тени. После того раза в зеркало я не смотрюсь.
   После аварии моя жизнь разделилась. И сейчас я жила новой, тяжелой жизнью. Как говорил один знакомый: "За все рано ли поздно приходится платить". За что платила я, не знаю.
   Наверно за то, что хотела стать счастливой, обрести семью, быть любимой. Ах, с этих пор я не верю в Бога. И в любовь не верю. Все это глупые сказки, для маленьких.
   Но один плюс в моем нахождение здесь был. Я нашла человека, с которым можно поговорить, а точнее помолчать, говорила в основном только она.
   В центре я познакомилась с Таней. Она тоже была инвалидам, но с детства, на такие курсы она ездила каждый год. Она была украинкой, жившей в России. Весела, неунывающая она старалась поднять мне настроение и у нее это получалось. Таня была замужем и счастлива в браке. Я видела пару раз ее мужа, Владимира. Смотря на их пару можно было сразу сказать, что они любят друг друга. А еще Танюша поделилась со мной секретом, она была беременна. Об этом не знал даже ее муж. Я была рада за них, и признаться завидовала.
   Я любила проводить с ней время. Таня бросила попытки разговорить меня о моей прошлой жизни. Я всегда отвечала, что прошлое на то и прошлое, что имеет место пройти и забыться. Но она была уверена, что я храню какую-то тайну, и впрочем, была не далека от истины.
   Маска... Про него я старалась не думать. Мой психолог говорил, что мне надо отпустить обиды и начать доверять людям. Я кивала, но оставалась при своем мнение. Только, только этот долбаный сон изо дня в день.
   Пульс старательно долбил у меня в голове. Кровь казалось, взбесилась от переизбытка адреналина и ударяла в голову, из-за чего, в глазах поминутно темнело, и на доли секунды я терялась в пространстве, двигаясь лишь по инерции. Ноги толи подкашивались, то ли немели, голые ступни то и дело резались об корни деревьев, торчащих из-под земли. Камни как будто рассыпанные злым шутником, для того чтобы посмотреть как будет мучиться подопытный, резали оголенные стопы, впиваясь в раны.
   Ветер усиливался с каждым биением испуганного сердца. Деревья, которыми так умело дирижировал дух воздуха стонали после каждого нового дуновения, оо, что это были за стоны, умирающих в пытках надежд, разрывающего сердца предательства, стон безответной любви... Он не был слышен, он чувствовался, каждой клеточкой, всей душой ощущать ту муку сотни душ... От этой какофонии звуков хотелось, нет, не заплакать, разреветься, заорать, хоть как-то выплеснуть ту скорбь и печаль, которая разъедала меня изнутри.
   "Успеть, только бы успеть, бежать, как можно быстрее, только бы успеть",- билось на краю затуманенного отчаянием сознания.
   Корявые ветви иссохших, потемневших деревьев цеплялись за ткань роскошного алого платья, чья пышная юбка кровавыми лоскутами оставалась не деревьях, как жуткое напоминание того ужаса творящегося вокруг. Корни старых повалившихся деревьев мешались, создавая преграду на пути к спасению, но собственно, куда я бежала, я не знала, лишь бы подальше, лишь бы быстрее. Силы отказывали с каждой секундой все чаще, а сзади, подгоняя меня, раздавался треск, он бежал, бежал за мной.
   Единственным источником света, в этом царстве Аида была луна, покровительница моего преследователя. Она как будто специально освещала меня, оставляя при этом моего преследователя в тени. Несколько раз я оборачивалась ведомая страхом, но видела лишь тьму... Луна светила сквозь паутину веток, она шептала, ее голос разносил ветер: "Тебе не убежааааать".
   Я вижу свет, из последних сил я делаю рывок и вот, я в безопасности, на освещенной солнцем поляне. Она излучала свет и покой, добралась, успела. Я рухнула на колени. Смогла, я сбежала...
   Сзади послышался звук ломающихся ветвей, я подскочила, но не обернулась, потому что не хотела, потому что мне до сих пор было больно видеть эти лживые серые глаза. Я закрываю уши, чтобы не слышать последующую фразу, но это не помогает.
   - Я люблю тебя, Соня, - шепчет он, обнимая, я пытаюсь вырваться ... и просыпаюсь.
   Я сидела на веранде и слушала музыку.
   - Зорина, Зорина, - раздалось сзади. Я повернулась и увидела Таню, которую везли ко мне. Она была счастлива и весело мне улыбалась. - Спасибо, - сказала она девушке медсестре. - Идите я позову, - я развернула коляску к ней и спросила:
   - Что случилось?
   - Танцуй Соня у меня к тебе прекрасная новость, - я грустно улыбнулась на ее предложение. Она заметила это и перевела тему.
   - Ко мне сегодня подошел врач и сказал, чтобы я сообщила тебе о том, что какой-то богатый решил заняться благотворительностью и на наш пансионат выделили пять путевок в Германию в клинику. Говорят, там врачи могут помочь встать на ноги, - улыбаясь, поведала она мне.
   - Я рада, но я не поеду.
   - Нет, нет, все уже решено твое имя в списках. И никаких возражений, ты едешь. Соня ты такая молодая, у тебя вся жизнь впереди не ершись...
   ***
   Я еду в Германию. Точнее лечу. Да Тане удалось меня уговорить лететь. Может, мне там действительно помогут.
   Полет прошел нормально, нас высадили в аэропорту и с помощью медперсонала спустили с трапа.
   А внизу, когда меня посадили в коляску, я увидела черный Мерседес, на который вальяжно опирался богато одетый парень. Как только он увидел, что нас выгрузили то пошел навстречу.
   Нет, этого не может быть.
   Всех кроме меня медперсонал повез к автобусу припаркованному неподалеку.
   А я, вперив в брюнета злой взгляд, ждала, когда он подойдет.
   - София, - о, этот рокочущий голос я узнаю везде, он до сих пор сниться мне в кошмарах. Я развернула коляску и покатила к автобусу. Но, ему ничего не стоило меня догнать. Ненавижу! Ненавижу собственное бессилье. Он остановил коляску, и чтобы я не уехала сел перед ней на корточки, так наши глаза оказались на одном уровне. А он подстригся, заметила про себя я. На него я не смотрела, куда угодно, но не на него. - Соня, ты поедешь со мной, - ласково сказал он, кладя свою на мою ладонь. Я убрала руку и ответила:
   - Мне не нужна твоя жалость, можешь ехать один.
   - И оставить тебя одну? - насмешливо спросил он.
   - Все это время провела одна и сейчас справлюсь.
   - Нет, нет, вдруг такую красавицу, кто-то уведет, - сказал он весело, но заметил, что предательские слезы стали выступать на моих глазах. - Соня, милая прости. Ну, хочешь я на колени встану, - спросил он пытаясь привлечь мой взгляд.
   - Я хочу, чтобы ты пошел вон, исполняй, - равнодушно произнесла я. А сердце. Глупое сердце таяло... Нет, в этот раз мною никто не воспользуется.
   - Соня, я тебя люблю, - внезапно произнес он, все-таки встав на колени.
   - Пошел ты со своей любовью, - ответила я и руками потянулась к колесам коляски.
   - Нет, так дело не пойдет, - сказал он и, подняв меня с кресла понес к машине.
   - Отпусти, - сквозь зубы произнесла я.
   - Нет, один раз уже отпустил, и ничего хорошего из этого не вышло, - ответил он. Потом открыл дверцу заднего сидения и аккуратно меня туда усадил, а сам пошел за коляской. Положив ее в багажник сел за руль.
   - Куда бы ты хотела съездить? - спросил он меня, повернувшись.
   - Твоя невеста знает, что ты помогаешь мне? - ехидно спросила я. Не смогла удержаться.
   - Моя невеста, ведет себя как ребенок, - весело поведал мне Ярослав. - Ты проголодалась?
   - Отвези меня в больницу.
   - Нет, нет у нас с тобой целый день свободного времени. Операция назначена на завтра. Я слишком давно тебя не видел, София не будь бякой, - я возмущенно посмотрела на него, а он засмеялся. - Ладно, тогда я выберу сам, - подмигнув мне, сказал он.
   Большую половину дня мы провели на аттракционах. Ярослав всюду таскал меня на руках, девушки смотрели на нашу парочку умиленно и показывали своим парням: "Мол смотри какой романтик". Глупые. Ему даже в туалет меня носить пришлось. Стыдно жутко.
   Время мы провели действительно весело, я поела сладкую вату, покаталась и поиздевалась над Ярославом, не могла отказать себе в удовольствие.
   Поужинали мы в ресторане. Ярослав то и дело хотел покормить меня с ложечки, на что я его откровенно посылала, взглядом конечно, место то приличное.
   И вот мы едем куда-то.
   Я так не могу.
   - Ярослав, - позвала его я. Он притормозил машину, съехав на обочину.
   - Что-то случилась, Соня? - обеспокоенно спросил он. - Что-то болит? Все я вызываю скорую, - он даже телефон достал.
   - Нет, все хорошо, правда. Я просто хотела тебе сказать, спасибо за этот день и предстающую операцию, и путевку в центр. Но... Не стоит из-за чувства вины этого делать. Прошу... Если ты хочешь загладить тот инцидент, ты уже выполнил и перевыполнил свою задачу, - я посмотрела ему в глаза. - Не стоит.
   Он опустил голову, пробурчав что-то про упертых невест. К чему интересно?
   - Соня, этот вопрос не обсуждаться. Я не брошу тебя, слышишь? Я эгоист, пойми, я никогда не пойду на что-то, если это мне неприятно. Все, все, что связанно с тобой касается меня. И делаю я это из-за своих корыстных целей. Ты нужна мне, глупышка, - сказал он, улыбнувшись, и мы поехали.
   - Куда ты меня везешь?
   - В отель, - спокойно ответил он.
   - Отель?
   - Да, больничные палаты не для тебя, - кратко пояснил он.
   Мы действительно приехали в отель. Ярослав не хотел пользоваться коляской и таскал меня на руках.
   - Какой номер будете заказывать? - по-английски произнесла девушка, стоящая на ресепшине.
   - Для молодоженов, - ответил Ярослав.
   - Каких молодоженов? - громко спросила я, на что посетитель отеля посмотрели на меня.
   - Радуется, - по секрету поведал он девушке.
   - Приятного отдыха, - улыбнувшись сказала она, давая наш ключ, после оформления.
   Ярослав воспользовался лифтом. Вскоре мы были в гигантском номере. Особенно гигантская была двуспальная кровать.
   - Что-нибудь хочешь? - поинтересовался он, опустив меня на диван в зале.
   - Удушить тебя, - искрение сказала я.
   - Еще успеется, - весело ответил он. - Так сейчас примем душ, закажем в номер еды и будем смотреть фильм. Как тебе?
   - Убейся об стену, - любезно ответила я.
   - Ахахаха, - он подхватил меня и реально направился в ванну.
   - Постой, Ярослав ты же не серьезно? - испуганно залепетала я.
   - В смысле? - спросил он недоуменно.
   - Зачем ты несешь меня в душ?
   - Мыть, - просто ответил он.
   - Подожди, отпусти, я не пойду.
   - Я это предусмотрел, не бойся, все будет хорошо, - подмигнув замерил он меня и, не сменяя курс двинулся в ванну. Я начала колотить его по груди и вырываться, он лишь только посмеивался.
   Когда бы с боем дошли до ванны, он прям в одежде усадил меня в нее.
   - Не сопротивляйся, дорогая, - соблазнительно посоветовал он. И нагнулся, чтобы расстегнуть рубашку.
   - Я... Я сама могу, - заикаясь, поведала я.
   - Хорошо, не куда не уходи, я сейчас, - сказал он и стремительно выбежал. Уйти?
   Я сняла с себя рубашку и стала стягивать брюки, но не смогла. От бессилия навернулись слезы.
   - Соня, - обеспокоенно позвал Ярослав, войдя, в руке он держал кусочек ткани. Неужели привяжет?
   Поняв суть проблемы, он подошел и помог снять брюки.
   - Включи воду, я сама помоюсь.
   - Нет, - твердо ответил он.
   - Что значит, нет? - как-то истерично спросила я.
   - То и значит, - ответил он и полез снимать лифчик.
   - Ярослав, выйди, прошу, - испуганно попросила я.
   - Эх, ты, - разочарованно сказал он и, взяв ткань в руки навязал себе на глаза. - Довольна? - спросил он, смотря поверх мое головы. - Я ничего не буду видеть. Раздевайся! - сказал он.
   Я помахала перед его глазами рукой. Действительно не видит? Неловко признаться, но я даже помыться самостоятельно не могу.
   Я сняла лифчик и попыталась сныть трусы.
   - Помоги, - прошептала я.
   - Что случилось?
   - Дай руку, - попросила я, и он повиновался, положив его руку на ткань плавок прошептала: - Помоги снять, - и он аккуратно снял и бросил на пол.
   - Отвернись, - попросила я, он отвернулся. Я намылила губку и начала мыть доступные участки. - Подними меня, - попросила я. Он повернулся, нащупал положение моего тела и поднял, усадив на бортик ванны.
   - Чур спинку мою я, - сказал он и ловко вырвав мочалку из рук начал нежно водить ей по спине. Потом его руки переместились на плечи и меня посетило смутное сомнение, что эта сволочь все видит.
   - Дальше я сама, - сказала я, когда он стал намыливать мне руки постепенно перемещаясь на грудь.
   - Нет, милая, дальше, только со мной, - сказал он и обнял со спины.
   - Ярослав? - слишком долго он меня не отпускает.
   - Да, милая? - прошептал он мне на ухо, от чего тело покрылось мурашками.
   - Отпусти, а?
   - Никогда, - зарывшись в волосы, заверил он меня.
   - Тогда помоги смыть пену.
   - Хорошо.
   После того как он помог мне умыться я попросила:
   - Дай полотенце, - Ярослав снял рукой повязку с глаз и на мой возмущенный взгляд ответил.
   - Ты же уже помылась.
   Он посадил меня на край ванны и начал натирать махровым полотенцем. Причем с чувством, с толком, с расстановкой. Пока коже не приобрела устойчивый красный цвет, как и мои щеки.
   Ярослав отнес меня в спальню, посадил и, взяв телефон, заказал в номер еды.
   А дальше все было, как он и обещал мы ели и смотрели мультики, на которых настояла я.
   - Пора спать, - посмотрев на часы, сказал моя персональная нянька. Он помог мне улечься и ушел. Я начала засыпать, тут пришел из душа Ярослав в одном полотенце и направился к кровати.
   - Ты куда?
   - К тебе, - ответил он и стал забираться под одеяло.
   - Ты не будешь спать со мной, - категорически заявила я.
   - Почему? - обиженно спросил он.
   - Потому, иди, спи в зал.
   - Эх, ну и женушка мне попалась, - повздыхав, сказал он, вылезая из-под одеяла. - Сладких снов, - сказал он и ушел в зал.
   Не хватало еще влюбиться в него второй раз.
   ***
   Проснулась я от жары, от жары прижимающегося ко мне тела. Ну, Ярослав ну...
   - Милая, не крутись, - поцеловав меня в щеку, сонным голосом попросил он. За что случайно получил локтем в живот.
   Обследование перед операцией было назначено на одиннадцать. Мы собрались и под бурчание Ярослава покинули гостиницу.
   ***
   - Я не буду вас обнадеживать, шансы очень малы, - с ходу заявил доктор, после моего обследования. Ярослав сжал мою руку в знак поддержки.
   - Хорошо, - ответил он врачу и тот удалился.
   - Соня, все будет хорошо, - заверил меня Ярослав. - Это не единственная клиника, в которой оказывают помощь, слышишь? Я весь мир переверну, чтобы тебе помочь.
   - Зачем тебе это?
   - Потому что я люблю тебя, дурочка, - прижав свой лоб к моему заявил он.
   - А Надя?
   - Надя... Я нашел ее, но даже не подошел к ней, - ответил он.
   - Почему?
   - Я был дураком, держась за любовь, которую сам же и выдумал. Надя пустышка, я понял это тогда, когда потерял тебя. О твоем побеге я узнал лишь на следующий день. И понял, что как был дебилом так им и остался. Ведь я любил не Надю, а твой образ в моем воспоминание о ней. Ты, вот тот человек, которого я так долго ждал и в итоге чуть не потерял. Ты не представляешь, что вынес я, когда в течение трех месяцев о тебе не было никаких вестей. Мои люди как не искали, не смогли тебя найти. Я сходил с ума. Я думал, что это твой отец взялся за старое, но он оказался чист.
   Все близ лежавшие города, были подняты на уши. После аварии твои данные не были внесены в отчеты, поэтому об инциденте я узнал по пришествие трех месяцев. Я всегда был рядом, - взяв меня за руки заверил он. - Когда я увидел тебя там, бледную лежащую на кровати, весь мир для меня перевернулся и переместился в одного человека, тебя. Я не встретился с тобой раньше, лишь потому, что боялся что ты откажешься, поэтому помогал незримо. В независимости от итога, я останусь с тобой. Я тебя больше не отпущу, слышишь? - сказал он.
   - Пройдемте на операцию, - сказала девушка медсестра мне.
   - Да, иду. Спасибо, - произнесла я.
   ***
   Он не находил себе место бродя по коридору. Сталкивался с людьми, поминутно спрашивая у врачей, что с Соней. От него уже разбегался весь персонал.
   Восемь часов... Он сойдет с ума.
   Дверь открылась и в проем появился доктор. Ярослав подбежал к нему.
   - Где Соня, что с ней? - спросил он схватив доктора за ворот, в тот момент он был готов порвать его на части.
   - София еще под наркозом. Операция прошла успешно, но о результатах говорить рано. Еще месяц потребуется для восстановления мышечных тканей.
   - Какой месяц, почему так долго?
   - Мышцы практически атрофировались, ей нужен специальный курс реабилитации.
   - Я могу ее увидеть?
   - Нет.
   - Почему нет?!
   - До тех пор, пока пациентка не пройдет курс реабилитаций любые посещения запрещены. Вы ведь хотите ее выздоровление? Тогда умерьте свой пыл и дайте мне пройти, - врач удалялся по коридору, Ярослав вцепившись в волосы сел на пол.
   - Сонечка, сколько мне еще тебя ждать?
   ***
   (12 дня спустя).
   Я смотрела в окно, за ним светило солнце и щебетали птицы. Каждый мой день насыщен работой по восстановлению опорно-двигательной системы. У меня практически нет времени думать о нем. О том человеке, который сейчас сидит в приемной, он сидит там вот уже шестнадцатый день. Я знаю, он ждет меня. Но еще я знаю, что не хочу больше пережить ту боль, которую однажды он мне доставил. Я люблю этого человека, но быть с ним вместе не хочу Так будет лучше, когда мы будем порознь.
   Знаете иметь кучу денег очень даже неплохо, они помогли мне в осуществление моего плана. Я заплатила врачу, чтобы ко мне не пускали, того человека. Ему соврали что курс продлится месяц, на самом деле больше трех. Через месяц ему скажут что я сбежала. Глупо наверно, но надеюсь он поверит.
   Что будет дальше? Я не знаю.
   Почему я плачу? Потому что все мы женщины дуры...
   ***
   (4 месяца спустя).
   Стоя на пороге своей квартиры меня накрыло волной воспоминаний. Казалось, все было так недавно. Отец, замок... Маска.
   Теперь у меня новая жизнь и со старой пора прощаться. Реабилитационный курс прошел успешно, я стой на ногах. Спортивная карьера мне конечно закрыта, но не больно и хотелось.
   В родной город я приехала по одной причине, продать квартиру и начать новую жизнь.
   Дела я свои уладила быстро и завтра в нее заселиться новая семья, я же поеду в другой город.
   Вас конечно интересует Маска? Я не знаю где он. Когда ему сказали, что я якобы давно уехала он исчез. Все произошло так как и должно было произойти.
   Знаете тут поговорка вспомнилась: "Что имеем не храним, а потерявши плачем".
  ***
   Моя новая третья по счету жизнь началась с переезда. Переехала я в небольшой пригород, купила там двухэтажный домик с садиком, сейчас обстраиваюсь.
   Второй задачей стало образование, мне девятнадцать а у меня только среднее образование. Я подала заявку в институт культуры, буду учиться на искусствоведа, всегда привлекала эта профессия.
   Деньги отца послужили на благо, за них я сделала ремонт, купила мебель, обустроила двор, подала на права, да, у моего отца было много заначек.
   Первый день в институте прошел отлично, я познакомилась с несколькими ребятами, посетила лекции. Все идет как надо.
  Недавно видела Ярослава... по телевизору, он стал знаменитым бизнесменом, занимается благотворительностью.
   Неужели забыл?
  ***
  (два с половинной года спустя)
   Мне исполнилось двадцать два, я до сих пор учусь в институте культуры, теперь еще и работаю на пол ставке в музее, экскурсоводом. У меня много друзей и знакомых, я купила себе машину.
   Вот только одиночество рвет на куски. В день своего рождения, я приняла серьезное, может для кого то безрассудное решение, я хочу усыновить ребенка. Да, да, кидайте в меня тапками, кричите, говорить что глупо, это не поменяет мое решение.
   Вот уже год я в свободное время работаю волонтеров в одном доме для детей. Это было мое решение, я сама из детдома, знаю, как там все происходит. И вот уже год как я влюблена, во Влада, пятилетнего мальчика сиротку. Его мама - алкашка, бросила его на морозе, люди нашли и отнесли в детдом. Смотря на него, я вспоминаю себя в его возрасте. Мне так хотелось, чтобы за мной пришли. Он так не похож на других детей, он добрый, любит придумывать сказки и рисовать. Я люблю его как собственного сына.
   В данный момент проходит экспериментальная социальная программа: "Подари радость детям". Она заключается в усыновление на небольшой срок, точнее на испытательный срок, если после этого срока у обеих сторон желание быть вместе остается, происходит полное усыновление.
   Собрав все нужные бумаги, я пришла в детдом, забрать моего Владика. Полгода я бегала по разным инстанциям, меня проверяли все кто только мог. Итог отличный, мне разрешено взять ребенка на усыновление.
   Выдохнув я начала подниматься по лестнице. В помещение меня встретил директор детдома Лариса Константиновна, она улыбнулась видя мое растерянное лицо и повела в свой кабинет.
   Когда дверь открылась меня чуть не сбили с ног, мой маленький мальчик обнимал меня.
   - Владик, любовь моя, радость, - обнимая мальчика шептала я.
   - Соня, - прижимая меня к себе лепетал он.
   - Вижу я была права на ваш счет, вы действительно настоящая семья, - произнесла Лариса Константиновна. - Ну что не буду задерживать, документы ты мне отдала, можете идти.
   Я рыдала от счастья, не веря тому что происходит. Я набросилась на Ларису , целуя и обнимая пожалую женщину. Она только смеялась. Потом мы пошли прощаться с друзьями Влада, я сказала что мы будем часто сюда приезжать.
   Когда я посадила Вадика в машину, ущипнула себя, чтобы проверить не сон ли все это.
   С этого дня началась счастливая жизнь. Я отводила Владика в садик утром, шла на учебу, пот работа, забирала мальчика и мы шли в кафе или на аттракционы. Уроки я делала вместе с Владом, он рисовал, я писала реферат. Друзья не понимали меня, все таки, мне всего лишь двадцать два, а уже ребенок, тем более не мой. Глупые, ничего они не понимают, Влад мой, только мой, никому его не отдам.
   ***
  (Некоторое время спустя).
   - Тогда чудовище сняло маску...
   - И что было дальше, - спросил меня, самый любопытный мужчина на земле.
   - Белль увидела настоящее лицо возлюбленного и удивленно замерла. Чудовище подумал, что она испугалась, он хотел убежать в лес. Но Белль подошла к нему и поцеловала.
   - Я люблю тебя, чудовище, - сказала она. И он тут же превратился в прекрасного принца.
   - А дальше?
   - И жили они долго и счастливо, - закончила я.
   Сегодня бел теплый осенний денек, мы сидели на лавочке в парке и ели морожено.
   - А я слышал, что у этой сказки другой конец, - раздалось сзади. Мороженное выпало из моих рук.
   - Какой? - повернувшись к стоящему за нашими спинами человеку спросил Владик.
   - Белль убежала от Чудовища, оставив его страдать.
   - Пошли Владик не слушай дядю, - я взяла сына за руку и встала со скамьи.
   - Соня, - я не смогла не повернутся.
   - Что? - на меня смотрели серые глаза Ярослава.
   - Нам надо поговорить.
   - Я не могу...
   - Я позвоню, - сказал он, потом подошел к Владу, протянул ему большой пакет у ушел.
   - Мама Соня, это кто был? - спросил меня Влад, дергая за руку.
   - Это, радость моя, был Чудовище.
   ***
   Ярослав позвонил на следующий день, назначил встречу. Я отвела Владика в садик и поехала в назначенное место.
   Он сидел за столиком, ожидая меня. Я подошла, села.
   - Как ты меня нашел? - было первое что я спросила.
   - Как тебе удается от меня сбегать? - спросил он.
   - Ярослав, я
   - Соня, это не обсуждается теперь тебе от меня не избавится.
   - Я это уже слышала.
   - Я дал тебе то, что ты хотела, свободы. Я не трогал тебя три года. Но, я больше так не могу, София, я люблю тебя, что бы ты сейчас не говорила, я знаю, ты тоже меня любишь.
   - Ярослав, у меня сын...
   - У нас, сын. Соня, я люблю все, что любишь ты. Хватит испытаний на ниш век. Мы эгоисты, не хотим признавать свою вину. Но я сдаюсь, я покорен, я брошу все к твоим ногам. Что ты сама хочешь Соня? - спросил он взяв мою руку.
   - Счастья, - честно ответила я. Он прав, я его люблю, все так же, как будто не было этих годов разлуки. Ярослав изменился, глаза стали ярче, коже бледней. И пусть все мнения катятся куда подальше. Я простила, давно простила.
   - Соня ты будешь моей женой? - спросил меня Ярослав.
   - Я подумаю, - подмигнув ответила я.
   - Ох, Соня, поседею я с тобой, - обреченно произнес Ярослав, счастливо улыбаясь.
  
   ЭПИЛОГ.
   - Что-то я волнуюсь, - шепчу я мужу.
   - В третий раз и все равно волнуешься? - шутливо интересуется он.
   - Знаешь ли, ты не рожал, тебе не знать, - обиженно бурчу я.
   - Я участвовал в зачатие, - гордо произносил муж.
   - Иди ты, - я вырываю руку, в этот момент открываются двери.
   - Родители жениха, - громко произносит какой-то мужчина.
   Муж хватает мою руку и улыбаясь ведет к новобрачным, сын улыбается качая головой, он уже привык к нашим ссорам, невеста приветливо улыбается, хорошая девушка.
   Мы встаем на свои места, я достаю из сумочки платочек, знаю, что сейчас заплачу. Муж улыбается и приобнимает меня, шепча на ухо:
   - Ревушка коровушка, - я зло на него смотрю, вот проныра.
   - Берете ли Вы в жены Петрову Наталью Ивановну? - спрашивает регистраторша.
   - Да, - отвечает сын.
   - Берете ли Вы Царева Владимира Ярославовича в мужья?
   - Да! - отвечает невестка.
   - Можете поздравить друг друга, - новобрачные целуются, я в слезах.
   - Милая, может еще одного заделаем? - спрашивает Ярослав шепотом.
   - Тебе что все мало?! - возмущенно спрашиваю я, все затихли, кажется громко спросила.
   - Мне всегда будет мало, - отвечает муж и целует в губы.
   - Ну, маам, уже третью свадьбу так делаете, кто тут молодожены вы или мы? - весело спрашивает сын.
  КОНЕЦ.
   Вот, совершенно другой вариант. Теперь я думаю, меня не будут упрекать, что я не достаточно помучила Ярослава)
   Насчет усыновления, я думаю многие скажут, что такого не может быть, знаю, но на то сказка и сказка, чтобы в ней присутствовало чудо))
   Спасибо всем за поддержку)
  Будьте счастливы, милые дамы) Ваша, слегка одаренная, Ирина Кассета:3
Оценка: 6.83*27  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com И.Иванова "Большие ожидания"(Научная фантастика) В.Кретов "Легенда 2, Инферно"(ЛитРПГ) А.Ефремов "История Бессмертного-4. Конец эпохи"(ЛитРПГ) Д.Сугралинов "Дисгардиум 5. Священная война"(Боевое фэнтези) И.Головань "Десять тысяч стилей. Книга вторая"(Уся (Wuxia)) М.Атаманов "Альянс Неудачников-2. На службе Фараона"(ЛитРПГ) А.Тополян "Механист"(Боевик) В.Чернованова "Попала! или Жена для тирана"(Любовное фэнтези) А.Завгородняя "Самая Младшая Из Принцесс"(Любовное фэнтези) А.Ефремов "История Бессмертного-3 Свобода или смерть"(ЛитРПГ)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Колечко для наследницы", Т.Пикулина, С.Пикулина "Семь миров.Импульс", С.Лысак "Наследник Барбароссы"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"