# Точка невозврата (1-2 главы)

Екатерина Егорова

В мире, где за жизненную энергию ведется жестокая борьба между людьми и демонами, особую роль приобрели уникумы, охотники за нечистью. Молодая охотница Лаура отправляется на поиски демонов, которые подскажут ей путь к дьявольскому логову, вход нечисти в земной мир. В то же время бесшабашный эзотерик вкладывает в магию смысл своего существования и с намерениями стать именно тем смельчаком, чье имя будет на устах у всего человечества, набирает команду для экспедиций из лучших уникумов. Что еще может связать успешную охотницу-одиночку с компанейским романтиком-магом, как не тяга к ярким ощущениям и само место встречи, шумный мюнхенский бар?

Екатерина Егорова

Точка невозврата

Аннотация:

В мире, где за жизненную энергию ведется жестокая борьба между людьми и демонами, особую роль приобрели уникумы, охотники за нечистью. Молодая охотница Лаура отправляется на поиски демонов, которые подскажут ей путь к дьявольскому логову, вход нечисти в земной мир. В то же время бесшабашный эзотерик вкладывает в магию смысл своего существования и с намерениями стать именно тем смельчаком, чье имя будет на устах у всего человечества, набирает команду для экспедиций из лучших уникумов. Что еще может связать успешную охотницу-одиночку с компанейским романтиком-магом, как не тяга к ярким ощущениям и само место встречи, шумный мюнхенский бар?


## Глава 1. Дьявольское соглашение


Мюнхен опустел. От дома до дома, сплетаясь с проводами, тянулись нити горящих огоньков, выделяясь маленькими солнышками на фоне черного беззвездного неба. Люминесцентные лампы вывесок кидали на пешеходную дорогу искривленные островки света. Строгая архитектура в сочетании с чистотой и порядком города подтверждали стереотипы о немецком образе жизни и темпераменте народа. Двери в рестораны и бары, закрытые в эту ночь раньше положенного времени, украшали рождественские гирлянды, спускавшиеся по ним до земли искрящимися слезами. Центр города, вопреки своему назначению, умиротворенно дремал. Тишину изредка нарушали звуки известных рождественских песен из открытых окон: "Звон колокольчиков" в исполнении хора детей, "Rocking around the Christmas tree", "Let it snow" Фрэнка Синатры - и веселый смех за семейным столом. Одинокий трубочист, сидя на подстилке, воспроизводил одному ему известную мелодию. Ветер носился по переулкам, осушая дороги и сбивая елочные украшения, неосторожно повешенные на уголки балконов малоэтажных зданий.

Лаура быстрым и уверенным шагом, не помня себя от гнева, приближалась к Новой Ратуше, величественному готическому сооружению в самом центре Мариенплатц. Фасад Ратуши украшали многочисленные скульптуры герцогов и королей, но мое внимание привлекли образы мифических созданий, насмешливо воззрившихся на меня с недосягаемой высоты. Лаура вздрогнула, привыкнув относиться слишком доверчиво к мифологии и мистике, и показала фигуркам кулак. Шпиль зловеще устремлялся в небо, прокалывая его в самое сердце. Массивные часы Ратуши показывали всего лишь девять часов вечера, но в это время город уже вымер. И даже белая, осыпанная мельчайшими лампочками, елка, устроившаяся перед самой Ратушей, стояла обособленно, как призрак, застрявший на земле.

Пересекая площадь и огибая Ратушу, Лаура перешла на легкий бег. Девушка никуда не спешила, но в короткой куртке, под которую пронырливо подлезал ветер, было некомфортно. По крайней мере, Лаура не жалела о том, что надела именно кожаную куртку, несмотря на температуру, приближавшуюся к нулю градусов, ведь одежда не сковывала движения. В отличие от дорожного рюкзака.

Все заведения в канун Рождества были закрыты; горожане давно уже собрались в кругу семьи за праздничным ужином. Если кто и бродил бесцельно по улице, то только холостые немцы, чаще всего преклонного возраста, ищущие общества, и туристы, без которых столица Баварии не была бы так известна. Отчаявшись дергать каждую дверь в надежде, что хоть одна из них откроется, Лаура остановилась посередине улицы и дала себе минутку на раздумья. В Мюнхене она пробыла совсем недолго, два дня, но в любом путеводителе, попадавшемся под руку, она видела неизменно один и тот же бар. "Еще бы вспомнить, где он",- подумала девушка, оглядываясь по сторонам.

В конечном счете, Лаура решила, что ничего не потеряет, если пойдет наугад, полагаясь на свою интуицию. Во-первых, ее давно уже перестали пугать грабители, насильники и воры. Точнее, было бы неловко с ними встретиться. Лаура еще никогда за свои двадцать три года никого не убила, не считая комаров на бледной коже, но вот остановить неприятеля и даже нанести ему серьезные ранения, уверена, что в состоянии. И, во-вторых, бар сам притягивал ее к себе, представляя собой скопление трепещущей, витающей в воздухе энергии разгоряченных посетителей. Эта энергия манила искрящимся зарядом, которому Лаура не смогла противиться, несмотря на все тренировки по самоконтролю и стойкости духа. Слишком мощным был заряд.

В разные годы пивной ресторан Hofbrauhaus, что в переводе с немецкого значит "придворная пивоварня", посещали культурные и политические деятели. Сейчас в нем околачивались иностранцы и местные жители, известные любители пива. Хофройхаус, как и ожидалось, кипел жизнью. К нему вела длинная очередь бедняков в лохмотьях, с характерным неприятным запахом дворовых узников, которые ждали своей благотворительной порции ужина. Лаура потопталась на месте, не желая примыкать к очереди (люди в ней уже начали оглядываться на нее и перешептываться), и смело зашагала дальше. В общем-то, она не прогадала: вход в сам бар был здесь же, чуть правее под самой вывеской с синими горящими буквами.

"Вот, где вы все!"- пронеслось у нее в голове при виде скопления людей. Все поперечные столики были заняты. Официантки в традиционных костюмах: клетчатых рубашках и пышных юбках с фартуками,- разносили по пять крупных пивных кружек в одной руке и подносы, заваленные едой. В помещении стоял гам: разнородные голоса, высокие и низкие, разбавленные иноязычными акцентами, перекрывали друг друга; смех лился нескончаемой волной. От запаха пива и пота становилось душно.

Лаура поймала одну из официанток и в шуме попросила ее найти место.

- Идите за мной!- крикнула ей на ухо официантка, не имея возможности показать рукой направление, и поплыла между рядов вытянутых столов,- садитесь сюда.

И прежде чем Лаура успела возразить, официантка обратилась к соседнему столику, небрежно ставя кружки пива перед радостной туристической группой. Девушка брезгливо осмотрела место на краю скамейки около щекастого англичанина, который весело болтал со своей приятельницей напротив него, и присела. Другого места не нашлось, и было бы глупо надеяться, что в Рождество народу набежит меньше. Большие полукруглые окна занавешивали еловые венки со сплетениями светящихся огоньков. Под потолком висела деревянная табличка, изображавшая троих товарищей за крохотным столиком. За спиной, чуть левее и ближе к входу, возвышалась сцена для музыкантов. Как пояснил англичанин, оборачиваясь ко мне и по-дружески втягивая совершенно незнакомую ему девушку в разговор, концерты по обыкновению проводились в десять часов. Удивительной чертой этого заведения было то, что посетители с разных уголков земли могли свободно и непринужденно заводить знакомства, общаться, как давние соседи, и не чувствовать неловкости. Хотя Лаура ее чувствовала. Выражение ее лица наверняка напоминало лица тех девушек, которые хотели казаться надменно привлекательными, несильно надувая губы и приподнимая их уголки, при этом оставляя взгляд стеклянным. Высокомерие не было ей свойственно, но Лаура терялась, не зная, как себя следует вести.

На столе не оставалось свободного места от больших блюд и не менее больших пивных кружек. Отовсюду слышались пожелания здоровья, "Zum Wohl!", и глухое биение пластмассовых стенок друг о друга. Лаура достала телефон и вышла в интернет, открывая электронную почту. Ящик был пуст, отчего ее сердце болезненно сжалось; она почувствовала себя одинокой и никому не нужной в месте, полном людей. Еще некоторое время она колебалась, желая написать маме, но решила, что лучше перезвонить ей позже. Вместо этого Лаура зашла в свой аккаунт в Twitter и написала короткое сообщение своим подписчикам: "Опоздала на последний поезд до Констанца, застряла в Мюнхене, сижу в Hofbrauhaus. А здесь весело. Всех с Рождеством!",- и, отправив, убрала телефон в карман.

Не найдя ничего веселее, чем наблюдать за туристической группой за соседним столиком, Лаура повернулась вполоборота. Ее собеседник, тот самый англичанин, вновь вернулся к своей спутнице, милой и обаятельной, но некрасивой женщине с угловатым подбородком на вытянутом лице.

Группа приехала, вероятно, также из англоговорящей страны. Разбушевавшиеся мужчины, переваливаясь через стол, затевали беспорядки в своем маленьком коллективе, при этом не стесняясь громко в голос восклицать и смеяться. Их экскурсовод, одетая в короткие походные шорты до колена и растянутую майку, с сумочкой через плечо, изо всех сил пыталась их успокоить и время от времени шипела, поднося палец ко рту. На какой-то миг ее подопечные прекращали балаганить, но вскоре забывались и возобновляли потасовки. Их переполняло радостное волнение от поездки. Чернокожий паренек, на вид моложе остальных, вскинул руку с кружкой, задорно крича: "Prost!". Его вопль подхватила вся группа. Скандируя одно слово, они чокнулись кружками над серединой стола и с преогромным удовольствием выпили. Экскурсовод снова на них зашипела и в установившемся молчании спросила, кто хочет заказать шницель. Руки поднялись не только среди группы, но и с ближайших столиков, не имевших никакого отношения к группе. Женщина засмеялась и посчитала количество порций.

Когда заказ принесли и голодные путники расправились с ужином, женщина показала на часы, приговаривая, что время вышло, но ее будто не слышали. Господин необъятных размеров приподнял желтую майку, мокрую от пота, демонстрируя своему другу татуировку на боку, скрываемую складками. Его друг в тельняшке не заметил тату, закидывая ему руку на плечо и о чем-то переговариваясь с другим мужчиной. Пока тот, в тельняшке, не смотрел на него, господин в желтом приподнял край его майки и вытер об него рот. В то же время два молодых человека на другом конце стола, англичанин в красной рубашке и китаец, стукнулись кружками, и капли пива попали на китайца. Его друг задорно рассмеялся. Внезапный ор, как по команде, оглушил посетителей, сидящих поблизости. Группа захлопала, поднялась с места. Блондин в сиреневой жилетке ударил по столу, и китаец воскликнул: "Ау-ау!"- словно тот ударил его по пальцам. Одеваясь, мужчины продолжали срывать голоса, раздавали друг другу "пять" и обнимались. После их ухода снова стало тихо.

Лаура наконец-то дождалась своего заказа, баварских сосисочек и колы, и принялась за еду. Сосиски показались ей слишком жесткими, но с голоду и они пришлись по вкусу. После мощного выброса энергии туристической группы она почувствовала себя свежей и бодрой, мышцы лица разгладились, на губах появилась удовлетворенная улыбка. Как подметил ее собутыльник напротив, глаза блеснули добротой и даже, если хорошо присмотреться, нежностью. Лаура не удержалась и хмыкнула от подобного замечания. После ужина она была более расположенной к беседе, чем до него, и англичанин охотно откликнулся на ее простые вопросы, какими обычно заполняют неловкую тишину.

На сцену поднялась рок-группа и заиграла песню "Flogging Molly - If I Ever Leave This World Alive", при этом придавая ей ирландское звучание. Гитарист акцентировал внимание на быстро сменяющихся нотах, он профессионально перебирал пальцами струны, принимая на себя главную, но не решающую роль в исполнении. "Если я когда-нибудь покину этот мир живым,- пел глубокий мужской бас,- я поблагодарю тебя за все те вещи, которые ты внесла в мою жизнь..." Так как иностранцы составляли большую часть аудитории, многие из них узнали песню и вторили музыкантам, погружая бар в атмосферу праздного веселья.

И среди этого веселья Лаура поймала на себе взгляд молодого блондина, как видно, подвыпившего (хотя чуть позже, просканировав его мысли, она поняла, что он притворялся). Лаура навскидку дала ему лет восемнадцать, не больше. Его друг, сыгравший на контрасте с напарником, брюнет, был старше года на три и внешне напоминал мексиканского актера Гаэль Берналя в пору расцвета карьеры. Блондин безотрывно смотрел на нее, будто узнавал в лицо и не мог вспомнить имени. Лаура отвернулась в смущении, но любопытство взяло верх, и она вновь повернулась к нему. Незнакомцы уже исчезли.

- Черт возьми,- прошипела Лаура, хватая пробегавшую мимо официантку под локоть,- простите, счет, пожалуйста, побыстрее,- попросила она сбивчиво, забывая на нервной почве немецкий. "Мне показалось, или этот парнишка узнал меня? Нет, быть того не может!" Лаура вскочила с места, тревожно оглядываясь и выискивая в расшумевшейся толпе тех чудаков. Официантка, загруженная заказами, все никак не появлялась. Но Лаура должна была уходить, причем немедленно. Перебирая краешек куртки, она решилась попросить любезного англичанина заплатить за нее и оставила ему деньги. В любом другом месте она никогда бы не сбежала, не оплатив счет, и не доверила бы свои деньги чужому человеку. В данном случае ситуация требовала.

На выходе из бара ждал сюрприз.

- Это точно она!- парень, вырываясь из рук своего старшего друга, смотрел впритык на девушку. Лаура замерла в замешательстве, нечто не давало ей сдвинуться с места, будто она почувствовала в малолетнем мальчишке сходную силу.- Лаура! Лаура!

Обращение по имени ее добило. В страхе озираясь на дверь, она начала пробираться к ней за спинами посетителей. Те с недовольством оборачивались.

- Лаура, остановись! Нужно поговорить! Ты же тоже их видишь, тени! Они повсюду!- вопил мальчишка не своим голосом, неестественно высоким.

- Ты пьян, успокойся,- брюнет по-прежнему удерживал его на месте, за плечи. Спектакль они разыгрывали не перед Лаурой, а перед менеджером, что косился на них весьма подозрительно. Лаура бы тоже так косилась на сумасшедших.- Не видишь, как пугаешь ее?

- Лаура!- не прекращал парень.- Нам нужна твоя помощь, Лаура! Тебе же это интересно! Ты тоже хочешь уничтожить портал! Разве не его ты ищешь?

Лаура замерла, прикрыв глаза. "Нет, они ничего не знают. Они просто... больные. Тот малыш совсем пьян. Может, они хорошие психологи..."- закончив самовнушение, она продвинулась еще ближе к двери, но слова мальчишки никак не выходили из головы. Этим коротким диалогом два друга заставили ее сомневаться в том, что она одинока в своих намерениях. Вопреки ожиданиям, они не стали ее преследовать и Лаура беспрепятственно вышла.

Выскочив из душного бара и окунувшись в блаженную свежесть вечера, девушка направилась обратно к отелю "Platzl", который нашла по интернету. Номера в нем стоили не хило, зато в отеле оставались свободные места.

Завернув за угол, Лаура ощутила резкий холод, воздух сгустился, и она подняла голову. На угольном небе проявился серый дымок, какой выходит из дымоходов печей. Обычному человеческому глазу этот "дымок" показался бы облаком, или чем-то еще непримечательным. Но Лаура знала, что через несколько секунд "дымок" сформируется в нематериальное тело и единым потоком направится в новую оболочку, в живого человека, потеснив его слабую душу. Внимательно наблюдая за преобразованием тени, она мысленно просчитала траекторию ее полета. Не медля, бросилась в противоположную от отеля сторону. Тень медленно перемещалась по небу над крышами домов. Лаура часто представляла, каково это, дотронуться до беса. Эти действия были бы чреваты последствиями, но ведь фантазировать никто не запрещал? Хотя она уже успела убедиться, что в моем мире даже мысли могут стать материальными, а значит, опаснее любого оружия.

Бес нашел цель и неспешно спускался к ней. Лаура ускорила бег. Тень пропала за крышей дома. Лаура добежала до перекрестка и повернула направо, не прогадав. Бес на ее глазах погружался в тело несчастного бездомного, мирно спящего в ворохе газетных листов под старым, погрызенным молью пледом. Не тревожа его, бес просачивался через кожу, осваиваясь в новом доме. "Самая жалкая разновидность демонов, но самая противная",- фыркнула Лаура, доставая из сумочки бутылку святой воды. На случай, если потеряет сумочку, при себе у нее всегда была запасная капсула.

Человек лениво открыл глаза, бездонные, как сама бездна. Увидев Лауру, бес поднял новое тело и кинул его в ее сторону. Управляемый потусторонней силой, но уверенный в том, что решения были его собственными, бездомный побежал на нее с кулаками. Лаура ловким движением руки выдернула из-за ремня пистолет и, не колеблясь, спустила курок. Пуля вошла в ногу, серебро разъедало бесплотную сущность беса, а бездомный от боли упал на колени.

- Сколько же еще вас, тварей?- приговаривала она, открывая крышечку бутылки и подходя ближе.- Кушай, милок, кушай, здоровеньким будешь.

Лаура брызнула водой на затылок человека, и та зашипела, как в стакане газировки, едко пронизывая нервные окончания на чувствительном месте. Бездомный взвыл, запрокинув голову и широко распахнув черные глаза. Лаура брызнула в них водой. Не ожидая его реакции, она пропустила момент, когда бездомный, движимый хитрым бесом, схватил ее за лодыжку и резко дернул на себя. Не удержав равновесия, она упала, смягчив падение руками. Не впервые демоны вели себя непредсказуемо. По существу, это их фишка - вести себя непредсказуемо. Она услышала шаги за спиной и поэтому непроизвольно отвлеклась на них. Из черных глаз выплыла тень, принося невыносимую боль жертве. Бездомный мгновенно потерял сознание от болевого шока, и бес, спускаясь по его одежде, все ближе и ближе к ее оголенной лодыжке, точнее к голому участку кожи, который манил непрошеного гостя, как открытая дверь дворового щеночка.

- Твою ж мать,- выругалась Лаура. Ей редко приходилось сталкиваться с бесами вне тела временного пребывания. Обычно она успевала исполнить обязанности экзорциста до того, как тварь сбегала. А теперь, когда бес вылез наружу и наметил себе новую цель, она оказалась в опасности, и святая вода здесь уже не действовала: капли ее проходили сквозь неопределенную темную массу.

Обычно бесов пугали любые проявления веры: молитвы, кресты, святая вода. Лаура вытащила из-под куртки золотой крестик, мало рассчитывая на его помощь. Внутренняя вера была куда сильнее ее символов, поэтому бесы и выбирали жертв, лишенных надежды и веры, ослабших духом. Их разумом было легче всего завладеть. Иногда они вселялись и в атеистов, но, как ни удивительно, гораздо реже, чем, например, в христиан. Видимо, внутренний стержень многих людей без веры был по силе равен тем, чья вера оставалась непоколебимой на протяжении всей жизни. Лаура частенько сомневалась, что ее вера была именно такой после всего того, что ей приходилось наблюдать. И тогда она прибегла к крайнему методу борьбы с бесом. Бегству.

Выдернув лодыжку из захвата бездомного и опершись на локти, она быстро подтянула к себе колени и вскочила на ноги. Бес сменил направление и поплыл к ней по волнам любви. Плыл он медленно, при этом имея возможность развить сверхскорость. Тень никуда не спешила. Если присмотреться, в глубине ее массы можно было увидеть пасть.

Сердце бешено колотилось в груди, от страха перехватило дыхание. Стараясь не пугать беса и не вынуждать его ускоряться, Лаура потихоньку отступала, пытаясь вспомнить нужное заклинание. В этот раз ее охота прошла быстрее, чем в любой другой раз. Она даже не успела начертить мелом пентаграмму, заточить в ее стихийных концах энергию, чтобы заблокировать в ней беса, нарисовать руны для поддержания действия. Она ничего толком не успела.

- Девушка, помощь не нужна?- голос, прозвучавший за спиной, показался ей смутно знакомым, но все же более серьезным, несмотря на насмешливые нотки, и более взрослым. Да, это были те самые парни из бара, и блондин не был ни капельки пьян. "Отлично, они устроили для меня представление,- как ни глупа была мысль, именно она посетила Лауру в этот момент,- и на цирк тратиться не надо!"

- Не помешает,- проговорила она заплетающимся языком. Голос подводил, хотя Лаура и пыталась выглядеть уверенной в себе охотницей, которая всегда держит ситуацию под контролем. Но самоуверенность - такая удивительная штука, то она твоя верная спутница, то враг номер один. Бес как будто бы заметил приближение посторонних и замер. Мужчины, проводя неизвестные Лауре махинации (она не оборачивалась, боясь привлечь к себе внимание демона), приближались. Поравнявшись с ней, они окружили беса, который даже не попытался проникнуть в их тела. "В чем секрет?"- не поняла она, с интересом ловя каждое их движение. Брюнет вытащил из кармана маленькую колбочку и откупорил пробку. Блондин немедленно зачитал древнее заклинание, пришедшее от средневековых предков, что были помешаны на религии, инквизиции и сопутствующих пытках. Бес не издавал ни звука (в общем-то, нечем было издавать), уменьшился до размеров наперстка и с легкостью пролез в колбочку. Брюнет вставил пробку и спрятал, как ни в чем не бывало, колбочку в карман.

- Денис,- представился блондин, протягивая руку. В чертах его лица проявлялась угловатость, скрывая мальчишескую припухлость на щеках; выделялся острый подбородок и прорастающая темная щетина, наскоро бритая с утра. В одежде еще оставался намек на пижонство: темно-серые джинсы были чуть приспущены, но, к моему счастью (а я была придирчивой к внешнему виду), не настолько, чтобы спадать на землю. Рукава черного пиджака от строгого костюма, открывали на запястье татуировку из сложной системы рун. Формула LAUKAZ, или "дикий лук", обеспечивала своему носителю защиту от воздействия посторонних сил и увеличивала его собственные, состояла из рун Лагуз, Акзус, Уруз, Кано, Ансуз, Альгиз, именно в этом порядке. Я не была большим знатоком древнескандинавского языка, но формулы так или иначе приходилось зазубривать каждому охотнику. Волосы Дениса пребывали, как это модно сейчас говорить, в творческом беспорядке, выдавая в нем мечтательную и активную натуру, вечно поглощенную идеями. В целом он создавал приятное впечатление.- Можно просто Дэн.

- Лаура,- она ответила крепким рукопожатием. На освещенный фонарем участок дороги выступил брюнет, улыбаясь, подавая ей свою руку.

- Хосе,- сказал он с обаятельным португальским акцентом. Лаура обменялась рукопожатием и с ним. Этот жест выглядел излишне официально, но разве не так знакомились уважающие своих напарников охотники за нечистью?

- Итак, вы, кажется, что-то говорили о портале? Вы знаете, как его найти? Если да, я к вашим услугам.

Мужчины переглянулись. В данный момент, когда они не играли чужие роли, она смогла разглядеть их подробнее. Оказывается, оба, как и водится среди охотников, были высокими и подтянутыми, рукава плаща у брюнета и пиджака блондина растягивались под группами мышц. "Мечта любой девушки,- подумала она,- оказаться в мужском цветнике". И от них, как и от всех охотников, исходили волны самодовольства и осознания собственной значимости. Поэтому она никогда и не строила отношений с охотниками и никогда ни с кем не сотрудничала - работала в одиночку. Но сейчас, когда бесы стали сильнее, а дьявольский портал выпустил наружу бессчетное количество нечисти, Лаура готова была пересмотреть свои взгляды.

- Если честно,- Денис заколебался, но ему как главному в компании охотников подобало держать позицию и подбирать нужные слова,- мы не знаем точно, ведут ли наши догадки к порталу. Но у нас есть план. Портал связан с мистическими артефактами, разбросанными по свету. Каждая загадка, так или иначе, ведет к другой...

- Стойте, вы хреновы историки?- Лаура в недоумении расширила глаза. Ей, прирожденной охотнице, казалось смешным копаться в песке, сдувать пылинки с древнейших табличек, разгадывать глупые письмена и придавать им ложный смысл. За то время, что уйдет на загадки Сфинкса, она могла приносить реальную пользу, убивать демонов, а перед смертью их допрашивать. Чем не выход? Рано или поздно кто-нибудь из них расколется и приведет к источнику зла.

К слову, сегодняшний бес от нее ушел, а значит, не дело пировать после такой неудачи. Стоило признаться в первую очередь самой себе, что опыт - не показатель успеха.

- Мы не историки, Лаура,- слово взял Хосе,- мы истребляли демонов так же, как и ты. И у нас появилась зацепка.

- Демон ее дал?

- Именно.

- Он врет,- заявила Лаура, проходя между собеседниками прямо к бездомному, лежащему на боку,- демоны всегда врут.

- Гозекский круг тебе о чем-нибудь говорит?

Девушка повернулась к Денису, сощурив глаза.

- Допустим. Мой отец родился в Гозеке.

- Это наш следующий пункт назначения. Если интересует, можешь присоединиться к экспедиции.

Лаура скрестила на груди руки, изобразив кривоватую улыбку. Экспедиции и сами люди, объединенные под одним началом и выступающие за свободу от всех запретов, прямо как хиппи, - все это она нашла слишком инфантильным, но вместе с тем любопытным. Любовь к переменам и приключениям была главной чертой ее взрывного итальянского характера.

- И вы, взрослые мальчики, с виду не дураки, действительно верите, что путь к дьявольскому логову лежит через Гозекский круг? Через памятник? И кто же нам покажет этот путь, призраки?

Не дождавшись ответа, она отвернулась и подошла к небрежно оставленному на земле пистолету с серебряными пулями. Чуть только Лаура наклонилась к нему, как пистолет вынырнул из-под руки, задевая кончики пальцев, и в следующий миг его уже держал Хосе. Лаура со скучающим выражением лица обернулась.

- Да? Что-то еще?- она протянула руку, и Хосе рукояткой вперед осторожно вложил в нее оружие. Рельефная рукоятка с головой льва нашла свое привычное место в моей ладони. Со временем Лаура научилась явственно представлять тяжесть оружия, его форму, точность прицела, даже когда не держала в руке.- Спасибо.

Лаура затянула на поясе ремень, убедившись, что ее верный друг надежно припрятан.

- Ты энергетический вампир, Лаура.

- Звучит как упрек.

- Нет, это твой главный плюс,- пояснил Денис,- ты чувствуешь сверхъестественную энергию так, как не чувствуем мы.

- Хорошо, и что я получу взамен?

Лаура уже знала, что получит. Она получит безграничный источник информации, команду, вероятно, сильную, о которой всегда мечтала, но которой не находила, и шанс наконец-то достичь адского логова. И теперь ее тыл будет прикрыт. Правда для этого ей придется научиться работать не на свои интересы, а на интересы всей группы.

- Тебе нас не достаточно?- улыбнулся Денис, наиграно вздымая рукой светло-русые волосы. Хосе сдержанно кивнул.

- Вы даете какие-то гарантии, что не проведете меня? Что не убьете в подворотне и не выкинете в лесу?

- У тебя отличная пушка,- сказал Хосе,- даешь гарантии, что не примочишь нас ночью?

- Мы живем по кодексу охотников, а в его основе лежит, как ты помнишь, доверие между охотниками, объединенными общей целью.

Слова о кодексе подействовали на нее. С рождения Лауру приучали жить по законам и морали. Если и другие жили по тем же принципам, ей не о чем было беспокоиться. Но одиночка все же оставалась дикой, ее закрытое сердце, хранившее безопасность хрупкой души, пока было не готово открываться для новых знакомых.

- Я согласна пойти с вами, если мы заключим договор.

- На крови?- догадался Денис.- Я готов. Чтоб тебе было легче, ты далеко не первая, кто его заключает.

Лаура переводила взгляд с Дениса на Хосе. Так как именно Дэн охотно согласился пойти на такой серьезный шаг, она поняла, что на нем лежала ответственность за всю миссию и за всех ее участников.

- Ну и как ты знал!- усмехнулась Лаура, вытащив из глубокого кармана раскладной нож. Складной он занимал немало места, но во всю длину выглядел пугающе. Блеклый свет фонаря отразился о блестящую гладь стали.- Сколько вас всего?

- Вместе с тобой шестеро.

Лаура не решилась трогать руну на его запястье, хотя именно в этом месте полагалось делать порез.

- Давай я,- предложил Дэн, забирая у нее нож. Тонкое лезвие приложилось к ее коже. Выступила капелька крови, надуваясь в пузырь. Лаура сжала челюсти.- У тебя ведь нет гепатита?

- Трусишь?

- Нет,- усмехнулся он, менее аккуратно приходясь ножом на миллиметр выше своей защитной татуировки.- Догадываюсь, для тебя это не первое соглашение.

- Не первое,- подтвердила Лаура,- я уже продавала душу, но она вернулась ко мне.

Умолчав о таинствах соглашения между охотниками, она с призывом посмотрела на Хосе. Его карие глаза поймали ее взгляд, и мужчина подошел ближе. Глубоким, неземным голосом он принялся читать заклинание Марса, скрепляющее договор на крови. Хосе читал долго, тембром голоса хорошего, опытного оратора с лишней каплей артистичности. От тянущейся ноты До в сочетании разных звуков у Лаура мурашки пробежали по коже.

- Поздравляю, вы скреплены соглашением,- сказал Хосе на латыни, но это были одни из тех слов, которые Лаура выучила наизусть.

- Оставь при себе, свидетель, во имя Марса.

- Оставь при себе, свидетель,- вторил ей Дэн и зловеще улыбнулся. В этот момент он напомнил Лауре типичного восемнадцатилетнего подростка, который только-только вышел из поры детства во взрослую жизнь и придерживался мнения, что его жизненный опыт и смекалка, недооцененные окружающими, помогут добиться высот в кратчайшие сроки. В случае Дениса, он имел право иногда зазнаваться: правильно применяя свои паранормальные способности, он сумел сплотить команду из разрозненных уникумов и даже привлечь Лауру на свою сторону. Она не знала, как высоко ценились ее успехи среди подобных охотников и сколько слухов ходило о ней и ее деятельности, но Денис не собирался говорить ни об этом, ни о том, что знал Лауру лучше ее родителей. Иначе она ни за что не согласилась бы вступить в их ряды.

- Хочешь познакомиться с командой?- спросил Хосе, заканчивая обряд.- Мы остановились в отеле. Если у тебя уже есть место, мы с Дэном можем проводить, у нас полно свободного времени.

- Нет, я с удовольствием пройдусь с вами,- сказала она, промокая носовым платком ранку. Кровь быстро свернулась, но Лаура почувствовала резкий упадок сил. Энергетические вампиры делились на два вида: пассивных и активных. Исходя из этой банальной классификации, придуманной людьми, Лаура должна была вызвать кого-то из мужчин на спор или начать жаловаться на жизнь, чтобы спровоцировать их на агрессию и впитать их силу. Вместо этого она вернулась к месту преступления и вобрала в себя остатки черной энергии беса.

- Они хорошие ребята,- заверил Дэн,- вы быстро подружитесь. Только им не передавай, что я так сказал.

Уходя в темноту, они не позаботились о том, чтобы посмотреть в небо. Над Мюнхеном пролетали невидимые тени, и руны на пояснице Лауры, составляющие слово VELGENGNI, "успех", тревожно пульсировали.


Дверь в однокомнатный номер приоткрылась, пропуская в коридор тонкий лучик света. Из образовавшейся щелки высунулась голова девушки с черными кудрявыми волосами. Она радостно, но в то же время недовольно глядела на пришельцев.

- Две минуты!- заявила она, распахивая дверь и увеличивая пространство между собой и дверным косяком. Ее круглые золотые браслеты, которых было не меньше пяти штук на руке, звенели от соприкосновения. В ушах красовались кольца, прикрываемые пышными волосами. На шее, украшая простой черный топик на бретельках, который стягивал ее грудь выдающихся размеров и вместе с тем тонкую талию, висели толстые цепочки с кулонами, больше похожими на талисманы. Ее гладкое лицо и светящиеся карие глаза давали ей меньше лет, чем паспорт, от двадцати до двадцати трех.- Вы опоздали!

- Это Рада,- пояснил Денис, пропуская Лауру вперед,- познакомься.

- Точно,- улыбнулась девушка, присев в подобие книксена. Ее длинная цветастая юбка, сложенная в несколько слоев из тонкой ткани, проскользнула по полу.- Проходи, Лаура.

Лаура скромно поздоровалась и неуверенно вошла в номер. В поле зрения сразу же попал беспорядок, без которого трудно было обойтись: если считать чемоданы с вздымающимися горками вещей, в крохотном номере поселилось не меньше четырех человек. С кухоньки доносился аромат свежеиспеченного пирога. Лаура потянула носом. Рада заметила это и спохватилась, борясь со своей тягой остаться в прихожей и поболтать с охотницей, о которой была много наслышана. Цыганка горела страстью ко всему новому: увлечениям и лицам. Но прилежная хозяйка в ее душе, с тайным материнским инстинктом, заставила ее отложить момент более близкого знакомства.

- Да-да, это у меня, одну секундочку,- миниатюрная девушка убежала на кухню, поднимая юбкой цветные волны под ногами.

- Лаура, теперь ты с нами, чувствуй себя, как дома,- посоветовал Хосе, вешая плащ на крючок. Лаура все-таки решилась снять куртку, выставляя на обозрение свои запасы оружия на поясе, которые не скрывала короткая майка.

Из единственной жилой комнаты медленно вышла белокурая девушка, с виду походившая на ровесницу Дэна. С первого ее появления Лаура отметила ее женственность, которая проявлялась как в ее плавных движениях, так и в очаровательной улыбке на простом, но оттого и привлекательном лице. Все в ней казалось гармоничным, элегантным. И книга в руках отлично вписывалась в утонченный образ. Брошка на груди в виде райского цветка отражала всю романтичность ее натуры. "И что же такая принцесса делает среди мяса и крови?"- спросила себя Лаура, но размышления прервала обложка книги. Ее книги.

- А вот и чудо-автор,- пропела девушка, помахивая перед Лаурой своей находкой,- ты не против, я дочитаю?- когда она пожала плечами, девушка приобняла ее одной рукой в приветственном жесте.

- Удели внимание гостье, Оделия,- упрекнул ее Хосе со смешком, девушка играючи стукнула его кулаком в бицепс.

- Если не я, то кто же?- она быстро перевела кокетливый взгляд светло-голубых глаз на Лауру.- Пойдем со мной, пусть мальчики на стол накроют.

Растерянная, Лаура с трудом схватывала, как себя вести в новом коллективе. Обычно ей не составляло труда наладить контакт с одним собеседником или двумя, но не когда их был целый табор! По дороге к отелю ей удалось разговориться с Денисом и Хосе и чуточку узнать их, но сейчас их общение перебила девушка, которая с порога претендовала на роль ее подруги. В общем-то, у Лауры было мало подруг, и она ничего не имела против того, чтобы узнать местных барышень поближе.

- Значит так, смотри,- девушка прошла в комнату, заваленную, как и прихожая, вещами путешественников, как будто бы они уже месяц как ютились в одной комнате. Все пространство занимали раскладушки с матрасами, наскоро наброшенными на жесткие пружины. Блондинка уселась, по-видимому, на свою раскладушку, подвернув под себя ноги.- Я делала пометки на полях, чтобы было удобнее.

Девушка раскрыла книгу на заложенной странице и провела пальчиком по верхней строчке. Лаура не была писателем и никогда не претендовала на роль писателя, но было две причины, почему она издала эту эзотерическую повесть, бывшую когда-то личным дневником. Первая - она нуждалась в деньгах, пускай это и звучит банально. К ее удивлению, книга стала бестселлером и обеспечила Лауру неплохим гонораром. Вторая - она чувствовала необходимость поделиться результатами своих экспериментов с другими охотниками. Не исключено, что именно благодаря возмущениям по всему миру (охотники были уверены, что Лаура раскроет существование темного мира смертным, но читатели восприняли ее книгу всего лишь как одну из миллионов других жанра мистики) Денис и заинтересовался ей как охотницей.

- Здесь есть несколько способов разоружения демона, но вот этот, допустим,- Оделия перевернула страницу,- под сомнением. Электрический шок - что-то за гранью фантастики.

- Ты разбирала мою книгу?- Лаура еще не до конца пришла в себя после того, как увидела свое творение в чьих-то руках, а подробный разбор ее просто-напросто ошеломил. Ее творческий порыв был обыкновенным коммерческим проектом, и она рада, что он сошел на нет. Слишком уж мало в ней было терпения для долгой и нудной работы с текстом, редакции, творческих кризисов и прочей дребедени. И, тем не менее, сейчас она видела, как строчки на белоснежных страницах были любовно подчеркнуты карандашом. Подобный интерес к частичке ее жизни сыграл на тщеславии. Оделия знала, или догадывалась, как искать подход к замкнутой и порой излишне мужественной охотнице.

- Ага,- довольная своей работой, она передала книгу Лаура, чтобы та ее пролистала,- на самом деле, мы все ее читали. Ты знаешь, это неплохо! Насчет самого сюжета можешь спросить у Рады, это она фанатка такой литературы, но я читала с точки зрения полезности. Это очень даже неплохо!- повторила она. Лаура заметила, что подчеркивались в основном, как и сказала Оделия, ее жизненные наблюдения: поведение демонов, их виды и ранги, выстроенные по силе и представляемой опасности. Около строчек со способами устранения нечисти стояли жирные восклицательные знаки.

- Знаешь, она вызвала ажиотаж,- смущенно сказала Лаура, чувствуя, как щеки заливает румянец.- Охотники были возмущены тем, что я раскрываю наши секреты.

- Многие - да,- произнесла Оделия серьезно,- поначалу, когда Хосе нашел ее на полках, сам пришел в ярость. Но это Хосе, он может одновременно поливать грязью и восхищаться.

Лаура улыбнулась, как будто через годы разлуки ее ученики благодарили учителя за мудрость и знания. Она объективно оценивала свои труды, их истинную ценность - они мало чего стоили для непросвещенного человека, и все же ей было безумно приятно.

- Девчат, ужин,- Рада влетела в комнату яркой, цветастой юлой.

- Идем,- Оделия слезла с кровати, оставляя на ней "Демонологию для чайников". Ей не составило труда выйти, точнее выпорхнуть из комнаты, а Лаура, стараясь не наступать ни на что, пробиралась к двери через руины разрушенного замка.

Рада носилась с тарелками по кухне в качестве главной хозяйки, пока ее гости лениво, тормоша друг друга, усаживались за круглый и тесный столик.

- Кто-нибудь, позвоните Джерри!- сказала она высоким, несколько писклявым голосом.

- Он же устал!- воспротивилась Оделия.- Будьте вы справедливыми, ребят!

- Ну так, все устали,- поддержал Раду Хосе,- но семейный ужин - это святое.

Денис, не поднимая головы, увлекся накладыванием салата большой деревянной ложкой, с которой капал сок прямо на стол.

- Вот именно, весь день петушился, а тут на тебе - дрыхнет. В могиле отоспится.

- Какие вы все добрые,- фыркнула Оделия, с горящим взглядом наблюдая, как Рада режет самодельный пирог по кривой линии.

- Я помогу,- Хосе отобрал у нее нож и поделил пирог на равные куски.

- Действительно,- продолжала Рада, переполненная радостью. Когда прибывали новые люди, она не находила себе места. Ей хотелось поскорее перейти к самому главному, к расспросам о жизни Лауры. Сплетни были ее коньком, хотя Рада их только собирала, но никогда не распространяла. Потому пользовалась особым доверием в коллективе как персональный психолог.- Все прихорашивался ходил,- она засмеялась, и ее поддержали все сидящие за столом кроме Лауры, погруженной вниманием в свою порцию. Девушка ощущала неловкость оттого, что веселье прошло мимо.

- Ну, это же Джерри,- подал голос Дэн,- ему стоит шляпу надеть - и он бог.

Среди общего воодушевления Лаура спросила.

- А кто такой Джерри?

За столом протянулся звук "О".

- Джерри - это Джерри, он тебе понравится. Мы все его любим. Он классный, хоть и американец,- сказала Оделия таким тоном, будто ей, немке, были не чужды расовые неприязни. Но, судя по разномастному составу за столом, ее это более не волновало; она любила людей и считала любовь главной, если не единственной целью жизни.

- И у Джерри есть фургончик,- Дэн приготовился выпить с кем-нибудь за фургончик, но, не найдя одобрения ни в чьих глазах, приложился к горлышку пива в одиночку.

- После смерти Йордана он сумел сохранить традицию пятницы-развратницы.

Рада незамедлительно дала Хосе подзатыльник.

- Как ты смеешь опошлять память этого замечательного человека вашими дурацкими, совершенно глупыми приколами?

Хосе с Дэном, как видно, большие поклонники этой традиции, обменялись глубокомысленными кивками, мол, баб в святыню не пускать.

Спеша перевести опасную тему, Рада спросила:

- Лаура, дорогая, а ты чего не ешь? Ты извини, там могло подгореть немного... но тут, сама понимаешь, такие условия...

- Нет-нет, очень вкусно, спасибо,- Лаура на глазах у цыганки забила себе рот большущим куском.

- Ты, наверное, зажато себя чувствуешь, это в твоем характере.

Дэн, пуская в Раду молнии глазами, резко провел рукой под подбородком. Рада, не понимая его, жестами переспросила, и Дэн сомкнул пальцы около губ.

- Что-то не так?- спросила Лаура, кожей чувствуя, что речь шла о ее персоне.

- Да нет, все хорошо,- сказал Дэн, пристреливая Раду взглядом. Та, смеясь, отошла от стола.

- Просто здесь кто-то завидует, что я могу уживаться с людьми.

- Ты не психолог, ты шарлатанка,- буркнул Дэн.

- Да ну?- перекривляла его Рада, ненавидевшая публичную критику. Наедине она могла выслушать все, что угодно, и принять к сведению, но критика на людях унижала ее достоинство. Поэтому, требовательная к людям, которые были ей дороги, Рада не уставала приучать своих друзей уважать ее мнение и маленькие слабости.

Лаура с возросшим интересом обернулась к Раде, пока они с Дэном не поубивали друг друга в их воображаемой битве.

- Рада, расскажи обо мне все, что сможешь, пожалуйста,- Лаура догадалась, что копаться в характерах цыганка любила до безумия, а потому дала ей шанс проявить себя и наладить отношения с пришелицей на первых порах.

Оделия приготовилась к увлекательному процессу, Хосе даже оторвался от пирога и обернулся, почесывая легкую щетину. Только Денис не одобрял идею хиромантии. Он, может, и не считал подругу шарлатанкой, но и не гордился ее способностями. Рада же засветилась от счастья, наконец дождавшись своего звездного часа. Она подлетела к Лауре, потряхивая волнистыми угольно-черными волосами, и протянула ей ладонь.

- Позолотить?- предположила Лаура.

- Нет,- Рада засмеялась,- давай руку.

- Рада, нет!- Дэн сделал слабую попытку ей помешать.

- Но она сама этого хочет! Так ведь, Лаура?

- Она не знает, чего хочет.

Тут уже Лаура не вытерпела.

- Эй, полегче!- она назло Денису подала Раде левую руку ладонью вверх. Парень вскочил с места, отчего стол дернулся, и Оделия подхватила свою тарелку.

- Я запрещаю предсказывать будущее, Рада, поняла меня? Запрещаю!

Цыганка вспыхнула.

- Я не настолько слабоумна, как ты думаешь, чтобы предсказывать ей будущее! Чтобы повторять прошлые ошибки! И не смей учить меня, мальчик, у нас тут, как ты говоришь, демократия!

Еще пару секунд воздух между ними трещал от напряжения. Лаура почувствовала, что Рада теряет контроль над ситуацией, и, если ссора не прекратится, она проявит свои худшие способности, свое проклятие.

- Прости меня, Рада,- бросил Дэн и вышел из кухни.

- Скоро остынет,- заверила Оделия, глядя вслед удаляющемуся Денису с особой сестринской нежностью, и продолжила в его оправдание,- у нас правда запрещено предсказывать будущее. В прошлый раз,- на этих словах Рада потупила взор,- перед очень ответственной экспедицией на Кайлас, Йордан, наш лучший скалолаз, узнал о своей смерти, но все равно полез на гору. Чувство страха поглотило его. Он ждал момента, когда сорвется, из-за этого забыл о главной цели, о пещере, где хранился один важный артефакт. Страх уничтожил его, сделал слабым. А мы должны бороться со страхом и быть готовыми к смерти в любую минуту. Но не мне тебе объяснять.

Лаура кивнула, омраченная историей, и передумала давать руку Раде.

- Ну вот, Одель, такое шоу испортила!- возмутилась Рада беззлобно.

Девушка передернула плечами.

- Скажи ей то, что мы все знаем. Рада ведет досье на каждого из нас,- пояснила Оделия и постучала пальцем по виску,- о характерах, привычках, слабостях, чтобы мы знали о них и могли уживаться вместе, искать компромиссные решения. В большом коллективе самое главное - понимание и доверие, поэтому мы стараемся максимально много узнать друг о друге.

- Не сразу, конечно,- пояснила Рада скромно, усаживаясь на освободившийся стул,- но постепенно. Когда целые дни напролет трясешься в фургончике, а перед тобой неизменные лица, тут хочешь - не хочешь, а узнаешь соседей, как облупленных.

- И ты уже можешь что-то сказать обо мне?- удивилась Лаура.

- Ну да, я немного разбираюсь в психологии и астрологии,- сказала цыганка, не сдержав хвастливых ноток.- Твой знак зодиака - овен, сильный кардинальный огненный знак. Ты очень активная, что мы видим из твоей сферы деятельности, импульсивная - это свойственно всем огненным знакам. Независимая, так как с трудом согласилась присоединиться к нам, что значит, тебе придется делить лидерство с Денисом, но это не так просто, как кажется на первый взгляд: он тоже очень упрям. Ты смелая и энергичная, но не умеешь доводить дело до конца.

Она посмотрела на Лауру взглядом из серии "Я великолепна, ведь я профессионал", и девушка ей одобрительно улыбнулась. Все охотники без исключения высокомерны, но каждый имел на то разные причины.

- А как же твое любимое,- послышался за спиной новый мужской голос, и Рада с расплывшейся улыбкой обернулась,- Луна в десятом доме Марса в союзе с Венерой и Юпитером за кольцами Сатурна?- гость вскинул руки в защитном жесте.- Прости, что осквернил твою "науку".

Мужчина подмигнул цыганке, потрепав ее по плечу. Хосе приподнялся, чтобы закрепить с вошедшим громкое рукопожатие в хлопке прямо над головой Лауры. "И-я-и-я-йоо"- запел Денис за его спиной, и они чуть было не сплелись в шуточной борьбе с незнакомцем.

- Миледи,- обратился он к Лауре. Та уже догадалась, что это был тот самый Джерри, которому пожелали отоспаться позже. Ковбойская песня, спетая Дэном, точно подходила его образу: светлые потертые джинсы, скрывавшие кроссовки ("Жаль, что не сапоги по колено",- отметила она, окидывая его быстрым взглядом с ног до головы), клетчатая бордовая рубашка, заправленная в брюки под коричневый ремень. Под рубашкой на тонкой черной веревочке висел серебряный крест. Его добродушному лицу особый шарм и небрежность придавали бакенбарды, слишком старомодные для его стиля; темно-зеленые глаза лучились неугомонностью и жаждой свободы. И, да, та самая шляпа, соломенная с широкими полями, о которой говорили ребята, венчала его голову и скрывала чуть отросшие темно-русые волосы.

- Вот вам типичный представитель мутабельного огненного знака, стрелец,- возвестила Рада, войдя в раж,- излишне оптимистичен, чересчур подвижен. Склонен к поэтическим устремлениям, иногда отчаянно тупит, а иногда удивляешься его многосторонним взглядам. Я бы сказала, он бывает романтичен и наивен, как маленькая девочка, но я же тебя люблю, Джер, не принимай близко к сердцу.

- Какого знака?- переспросил Джерри с усмешкой, пропустив всю последующую часть. Конечно, пофилософствовать в беседе ему нравилось, но цыганка права, он частенько отсеивал ненужную часть разговора.

- Чувак, тебе только что мягко дали понять, что ты похож на романтично-ванильную девочку.

Нет, Хосе не удалось избежать потасовки. Натирая друг другу затылки, друзья сцепились, как два сорванца в песочнице из-за общей лопатки.

- А кто Хосе?- спросила Лаура. Девушки откровенно забавлялись привычным зрелищем, пересев, кучкуясь, на одну сторону стола и освобождая драчунам место. Джерри услышал мой вопрос и выпалил:

- Дева Хосе, дева! Он просто скрывает это,- и их игра была уже на грани агрессии, как казалось Лауре, но таковы мужчины: подрались - помирились. Не успела она и глазом моргнуть, как они уже одергивали одежду, пожимая руки, и шли вместе пить пиво.

- Вообще-то близнецы, но я не верю в эту зодиакальную хрень,- поправился тот с наигранной обидой, на что Джерри воскликнул: "Да что ты понимаешь в звездологии!", и они сделали по глотку темного пива за девичьи знаки. Рада не постеснялась раздать им под столом пинки за оскорбление ее призвания.

- Так ты остаешься, Лаура?- спросил Денис, когда они вдвоем вышли из номера. Денис для того, чтобы принести в случае чего новую раскладушку, а Лаура - чтобы узнать, остались ли в отеле свободные номера. Ребята, на удивление, единодушно предложили ей оставаться с ними, так как "места всем хватит". Пока Оделия и Рада убирали со стола, Хосе отправился подвигать мебель, а Джерри, выделив для своей шляпы отдельный стул, капризно потребовал, чтобы его оставили наедине с "его прелестью", то есть пирогом. С одной стороны Лаура хотела принять предложение, но ее пугало, что знакомство прошло слишком быстро и Лаура останется на ночь с чужими людьми. Но, с другой стороны, она понимала, что ей для удобства нужно личное пространство. "Это неправильно,- размышляла она,- живу, как древний человек. Точнее даже древние люди объединялись в племена, а я всех сторонюсь. В конце концов, с Денисом мы теперь связаны кровью, и он не посмеет, если дорожит своей жизнью, нарушить соглашение".

Так она думала, доходя до стойки регистрации на первом этаже, а Дэн ждал все это время ответа. Для его могучей кучки не хватало все лишь одного звена, и он был уверен, что с Лаурой дела пойдут в гору. Но не в ту гору, куда он по своей ошибке завел лучшего друга Йордана. Совесть, наверное, никогда не даст покоя молодому колдуну, напоминая каждый божий день, что отныне он отвечает за всех, кому дал надежду найти дьявольский портал совместными усилиями.

- Да, я остаюсь с вами, но в эту ночь сниму отдельную комнату.

- Отлично,- он расплылся в улыбке и передал ей рюкзак, который тащил на третий этаж и вниз. К отелю его нес Хосе. Как и полагается джентльменам, они не дали Лауре лишнего повода усомниться в их хороших манерах,- напарник. До завтра! Готовься к раннему подъему.

Дэн быстро поднялся по лестнице, оставив девушке наедине с ее мыслями, как она того и хотела.

- Напарник,- повторила она тихо себе под нос,- хм.

***

Лаура устроилась на коврике перед кроватью с рюкзаком в ногах. На ее темную одежду отбрасывал свет телевизор. Она мало понимала немецкую речь диктора, потому переключила канал новостей на музыкальный. В такой приятной атмосфере одиночества, за какие-то три или четыре года ставшего для нее привычным, она расстегнула молнию на рюкзаке и достала чистую одежду, переодевшись в нее после душа. На плечах лежало полотенце, на которое стекали капли воды с мокрых волос. Пользуясь минутами свободного времени, она перестирала в душевой кабине грязную одежду и повесила ее сушиться. "До утра высохнет",- думала Лаура, довольная своей работой. После сытного ужина, любезно предложенного новыми знакомыми, она легла перед телевизором на кровать. От усталости даже расхотелось читать перед сном, она просто лежала, устремив взгляд в потолок и не обращая внимания на музыкальный клип, и размышляла, как много событий произошло за три часа. Словно в подтверждение ее дум будильник на телефоне прозвонил ровно в полночь. Заведенный на это время, он должен был разбудить ее для ночной охоты, но только с условием, что она хорошо отдохнет днем. "Вот сейчас, еще немножечко полежу и поднимусь..."- и Лаура мирно задремала.

Реакции моментально сработали на стук в дверь. Лаура кубарем скатилась на пол, присев на одно колено в стойку, и в руке, как по волшебству, оказался нож. "Психованная",- решила она про себя, положив нож обратно на прикроватный столик. Ее отточенные приемы делали ее слишком нервной не только в борьбе, но и в быту.

Лаура подошла к двери, приложившись к ней ухом. Стук повторился, и она отпрянула из-за резкого звука по барабанным перепонкам.

- Лаура, ты спишь?- голос Рады поднял бы и мертвого. Наверняка весь отель переполошился, и посетители от страха попрыгали в окна.

- Хороший вопрос,- Лаура открыла дверь, протирая сонные глаза. "Что за черт?" Кроме Рады ее ждали Хосе и Джерри, обмундированные и готовые к охоте. В предвкушении крупной добычи, они обменивались шуточками, не замечая настроя той, к кому так бесцеремонно вломились. Рада также не замечала этого, а точнее делала вид, что не замечала. Она успела переодеться в удобные джинсы, запастись склянками и непонятным посохом с круглым наконечником с шипами, похожим на булаву. По тому, как она комфортно чувствовала себя в мужской компании, было сразу ясно, чье общество она предпочитала. Для Лауры сделала исключение; цыганка с потаенным любопытством ждала мастер-класса от известной охотницы. Но Денис настаивал, чтобы вся компания хранила от Лауры в тайне эту известность. "А то еще зазнается,- говорил он,- а нам этого не надо". Не обошлось без излюбленных украшений Рады, если бы не они, девушка выглядела бы слишком спортивно.

- Пойдешь с нами?- спросила она, глянув на Лауру вопрошающе.

- Время охоты!- единогласно пропела удалая парочка за ее спиной.

- Пойду, конечно,- пробормотала Лаура, с трудом просыпаясь,- только оденусь, подождите.

Лаура закрыла дверь и, быстро побросав вещи в рюкзак и задвинув его под кровать, натянула на себя джинсы и майку, сверху накинула куртку, перед выходом убедившись, что собрала все оружие и взяла с собой необходимое.

- А где Денис и Оделия?- спросила девушка, когда дружная четверка выходила через задний двор, не попадаясь лишний раз на глаза администраторов отеля, на улицу.

- О-о, Дэн с Оделью остались наедине,- ответил Хосе со скрытым намеком.

- Да брось, старик, они занимаются важным делом,- заметил Джерри с деловым видом,- изгоняют демонов. Из кровати.

Оба шумно загоготали. Рада возмущенно закатила глаза, обращаясь к Лауре.

- Не слушай этих недоумков. Если б не Дэн с Оделью, у нас бы не было, первое, взрывных настоек, и второе, графиков экспедиций. Мотались бы бездумно по свету, не зная, куда приткнуться. А так, я тебе честно скажу,- Рада прижала ладонь к груди. На пальцах сверкнули драгоценные камни, и Лаура поразилась, стыдясь своих мыслей, как ее еще не ограбили,- как бы ни любила я руководить, но это нудное занятие требует особых навыков, и я бы с удовольствием его скинула на добровольцев. К тому же, Дэн - смышленый эзотерик, он разбирается в такой ерунде, к которой многие из нас бы не притронулись,- она подмигнула Лауре, догоняя друзей: те, не замечая девушек, ускорили шаг.

- Народ, а ничего, что сегодня Рождество?- вспомнила Лаура, догоняя их. Девушка и два парня обернулись на нее, задумчивое выражение посетило их лица, потеснив веселость.

- Да, нехорошо как-то,- сказал Джерри,- но демонов всегда много. Это же не их праздник.

- Не их,- согласилась она,- а их жертв. Сейчас все сидят по домам и вкушают сладости перед иконами. Ни одна нечисть не посмеет сунуться в дом.

- Нет, ребят, погодите,- вмешалась Рада,- во-первых, далеко не все празднуют Рождество и сидят дома - это ходячий источник энергии, а во-вторых, есть и не освященные места.

- Например, метро,- нашелся Хосе,- они всегда отсиживаются в метро. Чувствуют, гаденыши, близость к родине.

- Скоро их родина будет здесь, на земле,- сказала Рада удрученно.

- Меньше негатива, провидица,- Джерри провел рукой ей по голове против роста волос, и девушка возмущенно отстранилась,- мы не позволим.

Приезжим, которые в первый раз очутились в городе и пробыли в нем всего два или три дня, трудно ориентироваться в нем так же хорошо, как это делают те, кто любовался красотами дней десять. Но для Лауры не составило труда сориентироваться на местности и вывести банду охотников по мюнхенским улочкам до метро. Правда, и метро она выбрала не абы какое, а самое что ни на есть известное, мимо которого проходила чаще всего и запомнила его расположение лучше самой Ратуши. Первым делом туристы посещают Мариенплац, а до этого знаменитого местечка довозила подземка, как ее здесь называли местные, U-Bahn.

Честно говоря, Лаура только выглядела знающей, что делает. Вот и сейчас, не имея представления о других станциях метро, вывела ребят на площадь с перекрестком, окруженную торговыми рядами дорогих бутиков. В дневное время по магазинным улочкам сновали модницы со всех уголков мира, а вечером неспешно прогуливались влюбленные парочки, провожая бездумным, погруженным в личные чувства, взглядом витрины. Отсюда легче всего было, придерживаясь одной улицы, дойти до Мариенплац. Недалеко от Мариенплац также красовался вход в метро с одноименным названием, но до него, решила Лаура, идти и идти.

Ни одна живая душа не рискнула появиться ночью в немецком городе как раз в то время, когда охотники так нуждались в приманке. Их предвкушение поимки какого-нибудь особенно болтливого демона сменялось разочарованием. По пустым улицам с глубоким гудением мотора промчался черный феррари, скрипя шинами на повороте.

- И что же, будем спускаться?- спросила Рада, потеряв настрой. Ее вдруг посетило желание прийти домой и отоспаться перед дальней дорогой.

Да и Джерри нуждался в отдыхе и в хорошем сне: неизвестно, сколько ему придется вести фургончик по европейским автотрассам, пока кто-нибудь из горе-водителей, сопящих в салоне, не предложит его сменить. Но Джерри решительно настроился спустить напряжение на незадачливого демона и только после этого, со спокойной совестью и чувством выполненного долга, вернуться в фургончик.

Подмечая, как по-разному мыслят его друзья, Хосе все же решил следовать своему выбору. Недавно любитель интеллектуального досуга отошел от своих принципов и полез в интернет за низкопробными статьями о демонах, где нашел неплохой способ уничтожения и предварительного допроса. Автор блога ничего не смыслил в демонах, но у Хосе, колдуна со стажем, имелся опыт: мужчина переработал полученную информацию, взятую будто бы из американских фильмов, и придумал для себя новое занятие.

- Будем спускаться,- сказал он, устремившись к эскалатору. Неподвижная лестница, получив сигнал от датчика, пришла в движение при приближении мужчины и спустила его в подземный переход. Рада бросилась за ним. Не то чтобы его мнение имело на нее, независимую натуру, какое-то влияние, и все же Рада не переносила одиночества в компании. А с Хосе у них сложились прочные отношения и взаимопонимание. Поэтому цыганка, превозмогая желание отказаться от охоты, ушла от соблазна подальше. Стоило ей спуститься, как она полностью погрузилась в дело.

Джерри и Лаура еще недолго стояли наверху и молча смотрели на эскалатор, ведущий в царство света среди общей ночной тьмы.

- А ведь мы так и не познакомились с важной перелетной птицей в наших краях,- произнес Джерри глубокомысленно. Его голос отчего-то казался ей располагающим к беседе и приятным. Лаура вздрогнула: для нее было дурным знаком найти незнакомого мужчину того же рода занятий, что и ее, интересным. Служебные романы никак не входили в планы, о чем она собралась сказать ему при повторной вспышке интереса с ее стороны.

- Почему же? Ты Джерри, я Лаура, разве нас не познакомили?- против своей воли она изогнула бровь.

- Ну, это совсем не то, что я хотел услышать,- нахмурился Джерри, явно наигранно.

- И сейчас не самое лучше время для флирта!- закричала Рада снизу, уперев кулаки в бока. Она только выглядела грозной, но каждый знал, что она еле сдерживала смех.

- Командир требует, солдаты подчиняются,- сказал Джерри, пропуская Лауру вперед. Она прошла перед ним, брезгуя браться за движущуюся полосу рукой. Эскалатор быстро спустил их в помещение с персиковыми от тусклого освещения стенами, где потолок образовывал свод над головой. Вдоль дорожки пешеходного перехода опять же тянулись ряды магазинов, только эти предлагали барахло по рыночным ценам и соответствующего качества. Особо проголодавшиеся могли подкрепиться пирожком в переходе и купить в путь вечернюю газету "Frankfurter Allgemeine Zeitung".

- Прежде чем мы отрубим фрау, вы уверены, что здесь есть демоны? Я пока никого не чувствую,- сказала Рада, приподнимая рукой локон волос. Один из способов Рады напустить на себя непринужденный вид маньяка под подозрением.

- Да,- убедила Лаура. Ее особая чувствительность к потусторонней энергии, да и к любой другой энергии, тянула ее в человеческое подземелье.

- Сегодня выходной день? Тогда метро работает до двух часов,- прочитал Хосе вывеску над автоматом для покупки билетов,- мы должны поторопиться, у нас еще полчаса.

- Куда торопиться? Двери-то не закроются, мы сможем уйти отсюда в любое время,- заметил Джерри,- тем более ехать никуда не собираемся, правда ведь? Если что - досидим до открытия пару часов.

- Правда,- подтвердила Лаура,- вызовем их сюда, но, ребят, давайте сразу договоримся, что вы будете готовы!

- О чем речь!- воскликнула Рада, и ее голос эхом пронесся по пустой станции.- Идем.

Дежурная фрау, не ожидая ночных посетителей, засыпала на рабочем месте. Рада дала дирижерскую отмашку, и та заснула окончательно и беспробудно до утра как минимум. Через небольшое расстояние между кабинкой и дверцей турникета охотники прошли один за другим, стараясь не задевать оборудование.

Спустившись на платформу, вымощенную синим и красным мрамором, Хосе первым делом выгреб из глубокого кармана горстку кристаллов. Неровной формы и тусклые на вид, они светились изнутри энергией, заключенной в гранях. Хосе передал камни Раде.

- Разложишь?

- Не вопрос,- девушка приняла ношу. Пока цыганка раскладывала кристаллы в центре зала подальше от краев платформы и сидений для пассажиров, что ждут своего поезда, Хосе с помощью телекинеза простым движением руки, быстро обходя платформу, направлял все камеры наблюдения в сторону от площадки. Джерри занимал время натиранием своего кольта Паттерсона до блеска. Лаура также готовилась, зажав в левой руке метательный нож, а в правой - пистолет, заранее снятый с предохранителя, разумеется, с пулями из серебра. Непонятно по каким причинам демоны более высокого ранга, да и любая нечисть боялась именно этого металла. Следуя стереотипам, все использовали серебро в качестве оружия, но никто так и не пытался применить другой материал. Одна из версий исходила из библейских преданий: Иуда предал Иисуса за серебряные монеты, тридцать сребреников, - с тех пор все павшие души не переносили предметов из этого металла.

В любом случае, не время экспериментировать. Лаура и без того напряглась, впервые участвуя в совместной ловле врагов. Да еще и эта штука, кристаллы, расставленные точно в концах пятиконечной звезды, ее пугали. "Можно ли доверять Хосе?- она проводила колдуна взглядом.- Или пусть они сами вызывают и изгоняют демона... А вдруг не справятся? Сочтут меня слабачкой?" Решившись, Лаура вошла в невидимую звезду, оставив ее середину для демона. Таким образом, девушка собиралась остаться с ним один на один, а в случае непредвиденных обстоятельств ее напарники разорвали бы ловушку и помогли бы справиться с нечистым.

Стандартное, не именное заклинание призыва действовало на ближайшего демона, который оказывался в радиусе примерно километра. Вызывай они его с городской площади, не исключено, что заклинание не подействовало бы вовсе. Лаура прикрыла на мгновение глаза, глубоко вдохнув и прогоняя волнение, и начала монотонно читать зазубренные строчки на старом иврите, языке церемониальной магии. Она чувствовала, как за спиной замерли, приготовившись, Рада и Джерри. Хосе стоял прямо перед ней, в пятом угле звезды у самого кристалла, готовый в любой момент нарушить колдовство и выпустить демона на свободу.

Читая последние слова, Лаура перехватила поудобнее оружие; ладони вспотели, и она боялась промахнуться. К тому же ей надо было целиться так, чтобы пуля не отлетела от стены капкана и не попала в нее саму, а просчитывать траекторию и угол отражения она никогда не умела точно. По полу поползла темно-синяя дымка, собирающаяся в том самом месте, где, как они предполагали, находилась середина звезды. Чуть только дымка сгруппировалась и начала расти ввысь, от кристалла до кристалла протянулись бледные светящиеся линии, трудно различимые на белом камне платформы. Облачная фигура материализовалась, приобретая четко очерченный силуэт. Появление демона происходило бесшумно. Если бы в метро заснул какой-нибудь бездомный, он бы не услышал ни шороха, разве что от охотников. Они для профессионалов уж слишком много копошились.

Демон сформировался за считанные секунды. Мужчина, лет тридцати, не более того, довольно привлекательный, чтобы быть демоном. И глаза, вполне обычные, человеческие. До того момента, как он не приметил Лауру, ту, что потревожила его покой.

- Ты!- он уставился на нее, узнавая. Девушка его тоже узнала, они встречались в прошлом, и мужчина оказался одним из тех демонов, которым удалось уйти от нее. Демон вскинул руку и направил энергетический сгусток ей в грудь. Не колеблясь, она отскочила в сторону и засадила пулю ему в ногу. Пуля вошла в икроножную мышцу: Лаура была близка к тому, чтобы промахнуться и подписать себе смертный приговор. Сверкающий шар ударился в невидимую стену, образованную кристаллами, и отрекошетил в пол. Демон зашипел от боли, и пустил в нее второй сгусток. Лаура поднырнула под него и оказалась лицом к лицу с демоном; мужчине достаточно было протянуть руку и схватить ее за горло, а затем прибить, за себя и за всех тех, кого она убила, за своих сородичей. Но, вспоминая годы тренировок, Лаура броском ноги заехала демону под подбородок. Голова его откинулась назад, и охотница метнула нож ему в шею. Демон захрипел, хватаясь за оружие. Металл жег огнем. От раны исходил пар. Ни капли крови не просочилось через его водолазку.

- Рада, вода!- крикнула Лаура, поворачиваясь вполоборота к девушке. Та уже держала в руке бутылку и, прицелившись, отпустила ее в полет. Чего они не просчитали, так это того, что кристальная ловушка не только не выпускала демонов, но и не впускала ни одно вещество, обладающее хоть сколько-нибудь паранормальными свойствами. Бутылка отскочила ей в живот, и Рада отступила на несколько шагов, держась за ребра.

- Скорее!- вскрикнула Лаура. Демон, преодолевая болевой барьер, снова набирал силу, и в его руке возрастал новый энергетический шар, искрящийся в убийственной красоте. Шар состоял из тонких рваных нитей, сплетающихся в близком танце в клубок искр. И этот клубок точно попадал в цель. Лаура бросилась на демона и вогнала нож глубже в его бездушную плоть. Затем сорвала с шеи запасную капсулу, но в ней было слишком мало святой воды. Остатки она выплеснула в глаза демону, а сама побежала прочь из ловушки. Но не тут то было. Кристаллы не выпускали демонов, да. И полукровок тоже. Лаура врезалась в невидимую поверхность и пошатнулась, еле-еле удержавшись на ногах. Демон резким движением выдернул окровавленный нож из шеи и метнул обратно в его обладательницу, но был не настолько метким и промахнулся. Зато с новым сгустком он был практически непобедим. Лаура выпустила в него целую очередь, пока не закончились пули, и хоть бы что! Либо этот засранец обладал особым иммунитетом, либо приобретал его в нужный момент и в короткие сроки.

Хосе ударом ноги по кристаллу разрушил решетку. Демон направил шар прямо Лауре в голову. На полпути шар сбавил скорость. Демон с удивлением наблюдал, как его любимиц летит обратно к папочке с неистовой скоростью и валит его на землю. На счастье демона, раньше он не встречался с владельцами телекинеза. Лаура побежала собирать оружие, и за дело взялась оставшаяся без дела тройка.

- Он же сейчас уйдет,- опомнилась Лаура. На что Рада возразила:

- Не боись, не уйдет, голубчик.

Цыганка присела на корточки перед демоном, прибегая к своему дару, о полной силе которого знал только Денис. Обратное свойство телепатии приковало демона к месту и лишило возможности, точнее воли телепортироваться.

Джерри, направляя кольт в точку, где по идее должно было находиться мертвое сердце демона, приблизился к нему.

- Еще движение, и ты труп. Окончательно,- предупредил он сурово. Джерри еле сдерживался, чтобы не накостылять человеку с червоточинкой, называемой обычно проклятием. В особенности после увиденного в ловушке. И он бы оторвался на нем по полной, задушил бы до смерти, зная, что это невозможно. Лаура ощущала, что в голове Джерри прокручивал картину, как неистово разбирается с врагом. В реальности же он держал кольт и вкладывал в него всю свою силу и уверенность.

- Давай, говори, откуда ты,- приказал Хосе, склонившись над ним. Демон прохрипел нечто невнятное.- Рада, отпусти его ненадолго.

Девушка покинула его сознание ровно настолько, сколько нужно для признания.

Кажется, демон выкрикнул ругательства на чужом языке, но никто их не разобрал, даже Лаура с Хосе как главные полиглоты.

- Даю последнюю попытку,- Лаура подошла с бутылкой воды, намочила пальцы и брызнула в демона. Тот завертелся, зашипел и проклял весь мир.- Или вылью на тебя все до последней капли.

Конечно, Лаура блефовала. Вода нужна была и позже. Но скорые адские муки испугали демона и он пробормотал что-то похожее на "hen".

- Курица? Ты что, назвал меня курицей?- не поняла Лаура. Джерри хмыкнул и точнее приставил кольт к павшему противнику. Лаура негодовала.- Да ты шутить вздумал, клоун!

Красные глаза, наполненные темнотой, блеснули. Взгляд остановился на мне, пробирая до дрожи.

- Он придет за тобой, и ты это знаешь... демон,- выплюнул он. Очертания мужчины расплывались, он превращался в дымку.

- Скорее, он уходит!- Хосе держал его за воротник, будто надеялся удержать. Рада проникла в сознание демона, но было слишком поздно. Даже Джерри, вовремя выстрелив, испортил только поверхность площадки. Дымка расползлась по платформе, как туман над рекой, и ушла под землю.

Метро не сохранило улик. Камеры вновь глядели в разные стороны. Фрау мирно спала на рабочем месте. Рассвет еще не настиг путников. Компания, изнеможенная, брела по улицам Мюнхена обратно к отелю и бурно обсуждала события прошедшей ночи, покрывая демона, с которым не смогли справиться четверо профи, всеми известными выражениями. Лаура шла между Радой и Джерри, погруженная в тревожные мысли.

- Знаете, что я подумал...- сказал Джерри,- "hen" похоже на "henge", разве не так? Возможно, он не успел договорить.

- Тогда мы на верном пути,- Хосе поймал его мысль,- Гозекский круг называют немецким Стоунхенджем.

- Точно!- воскликнула Рада.- Джер, хорошо подметил! Правда теперь я думаю, что мы успокаиваем сами себя. Да, Дэн думает, будто мы на верном пути. Я же в этом совсем не уверена.

Хосе погладил Раду по плечу, пытаясь успокоить. Она стихла под его рукой.

- Черт, я мог пристрелить этого гада,- процедил Джерри сквозь зубы,- мне показалось, или он узнал тебя?

Лаура не сразу поняла, что Джерри обращался к ней.

- Да, мы сталкивались в прошлом,- опасаясь, что кто-нибудь из новых компаньонов вспомнит о последних словах демона, она сменила тему,- зато нас ждет Гозек. Расскажите, как вас занесло сюда...

Мужской смех и стук женских каблуков об асфальт заглушил шум автомобиля. Затем еще одного, и еще... Улица проснулась, Мюнхен проснулся.


## Глава 2 Традиция Дня сурка


Лаура вернулась в номер в дурнейшем расположении духа. Напротив, ее новые друзья, похоже, ходили на охоту, как на ночную дискотеку: развлечься, приколоться над демоном, заодно выпить пивка, устроить мордобой. Нет, Лаура ничего не имела против их вечно оптимистичного настроя, которого девушке так не хватало самой, а любая проблема легче решается, если к ней относиться легко и с юмором. Но для Лауры весь этот ритуал был и всегда будет прежде всего работой. Охотница решила, что пробудет немного в компании, но как только дело выйдет из-под контроля или Лаура не сможет приспособиться к новым методам охоты, ей придется отделиться и дальше идти своим путем.

Ребята ни словом не обмолвились о времени подъема (хотя Денис и предупредил о том, что он будет ранним), и Лаура воспользовалась возможностью поспать хоть немного. И от этой возможности стало еще хуже, потому как она перебила сон, но не согнала его до конца. В семь часов в дверь снова постучали. На этот раз Лаура уже узнала характерный для Рады ритм. Запрыгнув в джинсы и натянув майку, девушка босиком прошла до двери, протирая заспанные глаза. Дважды за ночь! Пожалуй, многовато.

- Проснись и пой,- Рада, как и прежде, возглавляла процессию, радостно щелкнув пальцами с золотыми перстнями перед ее носом. Денис помогал Оделии спустить сумку с их боеприпасами по лестнице. Лаура увидела и затылок Хосе. Колдун уже топтался у подножия лестницы с двумя дорожными сумками, дожидаясь, когда босс позволит загрузиться. Джерри с ними не было. Видимо, он ночевал в своем фургончике.

- Как?- воскликнула Лаура, удивленная столь скорым отъездом.- Уже?

- Конечно, уже!- согласилась Рада, считая ее вопрос неуместным и нелогичным.- Сегодня воскресенье, к тому же Рождество!

- Ну, так что теперь вставать в такую рань?- учитывая ночной образ жизни, для Лауры семь утра - еще какая рань.

- Так, девочка, ну-ка не ной! Мы еще зайдем в церковь, ты разве не собираешься?

Лаура замялась. Рада не отступала.

- Тебе не помешало бы отпустить грешки. Ну, а я давно не чувствовала единства масс перед религией, все не так плохо. Поэтому давай, одевайся, я тебе жду.

Цыганка повертела головой, убедившись, что ее друзья спустились и вышли к машине, Денис сдавал ключи. Ее компаньоны ждать не любили, и Лаура должна была со временем это усвоить. Техника Рады действовала безотказно: она стояла над душой до тех пор, пока лежебока не усваивал урок.

Цыганка прошла без приглашения в ее номер. Он пугал ее своей чистотой, точнее отсутствием лишних вещей. Но это еще как понять "лишние". В их номере все вещи, разбросанные по полу, были в той или иной степени нужными. Раду даже кольнула зависть из-за того, что новообращенная могла позволить себе снять отдельный номер. Но не из-за дополнительных средств, потому что у каждого из них были деньги и они никогда не испытывали в них нужды, при этом расходуя очень экономно. Все дело в том, что Лаура пока не ощутила на себе влияния сплоченной команды. Она не была ответственна за каждого из них.

Пока Рада проходилась по номеру, мимо широкой двухместной кровати, мимо зеркала на полстены, мимо личной ванной комнаты, в которой она могла бы мыться хоть весь день напролет и не думать о нужде своих соседей, рассматривала картины неизвестных авторов, Лаура собралась и позвала Раду к выходу. Они вышли из комнаты, и Лаура закрыла номер на ключ, волоча за собой необъятных размеров рюкзак.

Фургончик, как его называла компания, ждал у выхода из отеля, припаркованный у обочины. Его неловко объезжали легковые автомобили.

- Загружайтесь быстрее!- кричал Джерри с водительского сидения, развернувшись вполоборота и выглядывая из окна.- Здесь запрещена стоянка!

Поначалу казалось удивительным, как пять человек с их грузом могут уместиться в небольшом салоне синего микроавтобуса. В месте, где обычно должны быть окна, красовалась аэрография, взлетающим самолетом. В салоне параллельно стенам вытянулись два раскладных диванчика (раскладывались они только в теории: в машине не хватало места для их полных размеров, но при желании переночевать под открытым небом друзья могли спокойно вынести их на улицу). Под диванчики запихивались сумки, которые в дороге доставались с большим трудом. Единственную сумку, с продуктами, распаковывали сразу и размещали еду в мобильном холодильнике в углу, отделявшем водителя от пассажиров. В другом углу, закрытом ширмой, на всякий пожарный случай хранился биотуалет: им пользовались в самых критических ситуациях. Для всех веселых случаев находились платные стоянки. Там же, на полках, можно было найти аптечку, огнетушитель и чемодан с инструментами. Под одним из диванов пространство было забито автозапчастями, поэтому пассажирам приходилось ютиться и задвигать вещи либо на одну сторону, либо запихивать под чужое сидение. Желающие помыться могли приспособить канистру с водой (хотя запасы воды по общему решению окутывались мраком неприкосновенности) с пластмассовым тазиком или шланг, но до таких крайностей опять же доходило редко.

Салон был отделан велюром. Чтобы в дороге не было скучно (а скучно редко было в такой большой компании, да еще и с набором дорожных игр, которыми друзья затоварились без скупости), над дверцей, что вела из салона пассажиров к передним местам под боком у водителя, висел маленьких телевизор с DVD-приставкой. В особо жаркую погоду работал кондиционер. Джерри, любивший слушать в дороге музыку, отделил салон перегородкой, предоставив друзьям возможность временно от него обособиться и посмотреть фильмы. Изначально Форд предназначался для перевозки девятнадцати человек, но Джерри предусмотрительно снял все лишние сидения и оборудовал салон под комнату, осуществив свою давнюю мечту: иметь свой дом на колесах. Впоследствии этот дом стал не только его.

С большим трудом устроив сумки и рюкзаки под диванами, Дэн и Хосе присели сверху, закрыв заднюю дверцу. Колеса завертелись. На первом же повороте вещи занесло, и они утрамбовались в аккуратную кучку под диваном и больше не шевелились. Мы разместились равномерно, то есть по половому признаку: девочки на одном диване, мальчики на другом. Даже с учетом нового пассажира, место оставалось еще минимум для трех человек (но, разумеется, без вещей, которые пришлось бы ставить разве что на головы). Лаура чувствовала, что в ее присутствии вновь появилась напряженная тишина, через которую ребята уже успели пройти прошлым вечером. Возможно, в обычное время они и садились по-другому, вперемешку. Но в тот момент они будто бы готовились к воздушному десантированию. Причем скорее морально, чем физически.

- А как вы обычно спите?- спросила Лаура первое, что пришло на ум при взгляде на довольно компактный салон фургончика.

- Валетом,- ответил Хосе невозмутимо.

- Сейчас будем сидя, наверное,- поправила Оделия,- или придумаем что-нибудь. Может, получится разложить хоть один диван и спать параллельно друг другу.

- Ну, не знаю, девочки,- заупрямился Дэн,- нам и так нормально, верно, дружище? Вы уж там думайте, что хотите, но "спать параллельно" - это не сюда.

- Можем взять к себе Лауру, чтобы вам было много места,- добавил Хосе. Рада в шутку показала ему кулак, а Оделия сморщила нос, глядя на закадычных друзей. Лаура хмыкнула, не отреагировав негативно на шутку; она пришлась ей по душе.

- И нечего дуться,- прибавил Дэн,- вон Лаура поняла прикол.

- Да нет, мы вполне серьезно,- Хосе поддел его локтем, и оба заговорщика уставились на новенькую девушку. Лаура смутилась и покачала головой.

- Спасибо, конечно...

- Прекрати свои грязные шуточки,- фыркнула Рада, пытаясь дотянуться носком сапожка до Хосе, но тот увернулся.

- Учти, мы предлагали,- улыбнулся Лауре Дэн. Оба парня разлеглись на диване, не разуваясь и развернувшись в разные стороны. Рада достала с верхней полки над головой подушки, две из них передала им с Оделией, а третью запустила в парней.

- Паразиты.

- Благодарю, золотце,- Хосе тут же пристроил подушку себе под спину.

На самом деле и втроем они смогли бы уместиться на одном диване и даже выспаться, пожертвовав при этом толикой удобства и не ломая комедии. По крайней мере уж Лаура-то, не зная ничего о девочках, привыкла спать в каких угодно условиях, хоть стоя! Вопрос так и оставался открытым, когда машина остановилась.

- Вываливаемся,- скомандовал Дэн в шутку, отпирая дверь изнутри. Ребята, пробыв совсем немного в салоне, вылезли на улицу, как вампиры из гроба, жмурясь от лучей утреннего солнца. Джерри, припарковавшись поудобнее на тротуаре, выпрыгнул следом, обошел машину и проверил, захлопнулась ли задняя дверь. После чего подошел к компании. Сегодня он предпочел клетчатой рубашке однотонную светло-серую и даже успел побриться перед отъездом, и скинул себе лет пять.

- Morgen всем, с кем не виделись,- поздоровался он сразу со всеми, и друзья не обделили его ответными приветствиями.

- Джер, где шляпа?- поддела его Оделия. Джерри махнул рукой в сторону машины.

- Одди, мы ж на службу пришли, какая шляпа?

Католический храм на улице, далекой от центра города, был заполнен прихожанами. Свод возвышался над головами; в трубах духового органа вибрировал воздух, благодаря чему из инструмента лились мощные, гулкие звуки, сопровождаемые молитвой. Молитвенники, которые выдавались каждому свидетелю службы, быстро разошлись по рукам самых ранних пташек, а совы проговаривали слова по памяти или вовсе молчали, поддерживая таинство серьезным, немного скорбным видом. Ни к алтарю, ни к пресвитерию невозможно было подобраться. Как требует обрядность, при входе в храм прихожане опускали пальцы правой руки в кропильницу, сосуд с освященной водой, крестились, затем совершалось коленопреклонение перед дарохранительницей.

Охотники не нашли свободных мест на молитвенных скамейках, в итоге сжались за спинами стоящих. Придерживая массивную дверь и впуская полосу света в храм с приглушенным освещением, Лаура не решалась войти внутрь. Слова демона настырно вертелись в голове, ведь она, полукровка, не имела никакого права даже касаться ручки двери, не говоря уже о том, чтобы переступать порог. Взяв себя в руки, Лаура глубоко вздохнула и вошла внутрь, поборов свои страхи. В конце концов, она была такой же католичкой, как и все здесь присутствующие, и имела право находиться в храме. Иногда Лауру смущала излишняя обрядовость, необходимая для свято верующих людей, но между тем она задавалась вопросом, был ли у нее ангел-хранитель или Лаура уже успела спугнуть его своими греховными деяниями.

Собственно, Лаура и пришла не для того, чтобы составлять ребятам компанию. Она искала священника, хотела исповедаться, точнее попытаться это сделать, зная, что не скажет и малой доли желаемого. Возможно, Лауре и не стало бы легче. Зато бы появилась зацепка, надежда на избавление от своей дурной половины.

Но в толпе было трудно подобраться к другой стене, а поиск священника казался невозможным. Для этого пришлось бы ждать окончания службы. Из всех шестерых участвовали в ней только Одель и Рада, частично Хосе. Время от времени вставлял словцо Джерри. Дэн и вовсе не принимал католическую церковь, оставаясь верным своей ветви христианства. Вчетвером они скучали и перебрасывались бессмысленными фразами о том, как красив зал и звучание органа, как громок гул голосов. Зашла речь о том, что неплохо было бы остановиться перекусить. Или, чтобы не терять времени, ребята могли поесть в салоне, а потом занести что-нибудь и Джерри полакомиться. Лаура в нетерпении ждала, когда толпа начнет расходиться, но она только разрасталась и разрасталась.

- Потерянное время,- с досадой причитал кто-то из парней около Лауры, неважно кто, ведь остальные поддержали его мнение. Помимо еды ребята томились ожиданием приключений, ради которых жили. Неоднократно возникали саркастические идеи забрать Оделию с Радой и уехать до заката.

- Как думаете,- сказала Лаура вдруг, и напарники обернулись,- исповедь нужна просто для того, чтобы выговориться, когда больше некому, так? Отпущение грехов - это не более чем самовнушение. А раз мне надо просто-напросто высказаться в одиночестве, тогда что мне мешает сделать это сейчас?

- Ну да, иди сейчас, мы прикроем,- поддержал Хосе.

- Все это чушь, но если тебе так спокойнее - иди, никто не заметит,- вторил ему Дэн.- Ни один дядечка с сединой в бороде не примет твоих кровожадных секретов: скорее сожгут тебя на Мариенплац как ведьму или еретика.

- Вот уж спасибо,- Лаура не удержалась от улыбки.

- А вообще-то лучшая исповедальня - у дядюшки Джерри,- скромно говоря о себе в третьем лице, Джерри постучал себя по груди,- и перегородка найдется от этих любопытных хорьков, и сильные мужские руки утешителя.

- Прости, старик, девчонки обычно выговариваются Раде,- поправил Хосе. Цыганка с острым слухом, заслышав свое имя, обернулась.

- Что?

- Быстрее давайте!- заныл Дэн совсем по-детски.- Мы есть хотим.

Рада показала ему язык и с недовольной миной отвернулась, о чем-то перешептываясь с Оделией. Они говорили о засаленных страничках молитвенника у мальчика на последней скамейке в ряду, которому они заглядывали через плечо. Но оставшимся позади показалось, будто девушки обсуждают именно их нетерпеливых.

Лаура подошла к конфессионалу, перед тем как войти, проверив, нет ли никого за обеими шторками. Но исповедальня пустовала, и на девушку, входящую в нее, прихожане не обратили никакого внимания. Неловкость и смущение, которые Лаура приняла за свою глупость, не давали расслабиться. Она опустилась коленями на низкую деревянную скамейку. За перегородкой с решетчатым оконцем не было ни души, но Лауре показалось, будто на нее смотрела пара внимательных глаз. Девушка перекрестилась и преклонила голову. В пересохшем горле застревали слова. Лаура прокашлялась и вымолвила все, что смогла: "Я демон. Если не в полной мере, то скоро им стану. И еще я предательница. Я предала церковь не по своей вине, а с рождения. И я предала другую сторону, темную, потому что убиваю себе подобных. Я отступница, которой ни одна из сторон не даст второй шанс, но обязательно уничтожит. Как поступают со всеми предателями". Вопреки ожиданиям, легче не стало. Наоборот, тяжесть легла на сердце мертвой глыбой, обреченность и одиночество окутали Лауру с головой.

Она поднялась с коленей. В следующую секунду шторка одернулась и в исповедальню влетела монахиня. Не успела Лаура понять, в чем дело, как женщина перекрыла своим телом выход. Ее черно-белое одеяние потрескивало от раздражения хозяйки.

- Ты что себе позволяешь?- прошипела монашка по-немецки. В ее руках была бутылка святой воды. Женщина тряхнула бутылкой в ее сторону, и из крышки с дырочками пролилось несколько капель на одежду и шею. Изменений не произошло. Лаура по-прежнему стояла перед служительницей целая и невредимая, с ошалелым выражением лица, и невинно хлопала ресницами от удивления, ожидая следующего нападения. Монахиня заметила цепочку на ее шее, но на ней висела никакая не пентаграмма, а обычный крестик, какой был у всех порядочных прихожан. Сбитая с толку, монахиня вытащила из кармана щепотку соли, кинула в Лауру, приговаривая молитву, и перекрестила. И даже после этого ритуала Лаура не сгорела в адском огне, не провалилась под землю и небеса не разверзлись над ней. Монахиня пришла к выводу, что в храм снова забрела сумасшедшая: время от времени к ним заходили психи и похуже.

- Как ты смеешь осквернять святилище своими грязными словами?- набросилась на нее монашка и хлестнула своей маленькой, но крепкой ручкой по губам. Возмутительное поведение служительницы храма изумило Лауру еще больше, но девушка не могла ей возразить.

- Слышал бы тебя Святой Отец,- сказала монахиня, прожигая в ней взглядом дыру.- Это тебе не секта!

- Фрау, как Вас там,- за спиной разъяренной женщины оказался Джерри, повелительно кладя ей руку на плечо,- она с нами.

Рядом с Джерри стояли Дэн и Хосе, за которыми Оделия и Рада приподнимались на цыпочки, чтобы увидеть происходящее. Те прихожане, что не удержались от любопытства взглянуть на ближайшую исповедальню, заложили пальцами страницу и выгнули шеи. Испуганная монахиня не растерялась, подарила Джерри порцию святой воды в лицо и скинула его руку с плеча.

- Сатанисты!- вскрикнула она, отходя от Джерри, и наступила на ногу Хосе. Его судьба уже была предсказана свыше: Хосе не остался без омовения. Монашка юркнула в толпу, тревожно оборачиваясь на компанию охотников и натыкаясь то и дело на ни в чем не повинных гостей храма.

- Тоже мне конфиденциальность,- фыркнул Денис, пролезая к Лауре в исповедальню. Ощупав скамейки, после чего проведя рукой по гладким стенам, он сказал,- скорее всего, они установили здесь микрофоны и используют простых смертных с их грешками как шутов.

- Пойдем, Дэн,- Оделия потянула его за ремень,- значит, для безопасности храма. Мало ли, какие маньяки попадутся.

После инцидента с монахиней, Лаура окончательно для себя решила, что в этом мире полагаться ей придется только на себя. И на новых напарников, которые вместе вышли из храма до того, как закончилась служба.

Компания загрузилась в Форд и набросилась на еду: пока Рада вытаскивала из холодильника остатки вчерашнего пирога, вареные яйца и контейнер с разрезанными на дольки помидорами, Хосе и Денис разложили походный столик посреди салона. Этот столик служил и обеденным, и карточным, иногда его использовали как перегородку.

- А все-таки странная монашка, вам так не кажется?- протянула Оделия задумчиво, нарезая хлеб на ломтики.- К ним же разные люди приходят исповедаться. Наверняка убийц они не встречают с распятием и солью.

- Надо было задержаться,- сказал Дэн, который больше всех хотел вернуться обратно в машину,- вдруг они прячут что-то интересное, или храм стоит на бывшем кладбище,- такие подробности парень любил смаковать, и ребята привыкли к его разговорам о разлагающихся трупах за трапезой.

- Хочешь вернуться?- предположил Хосе в надежде, что друг все-таки просто заполняет тишину разговором и в самом деле не собирается возвращаться. С тех пор, как демоны стали расселяться по земле в ускоренном темпе и внедряться в души смертных, у охотников оставалось все меньше времени найти врата ада.

- Нет, не хочу, тем более Джер будет сейчас гнать на всех порах, чтобы мы успели к вечеру.

- А вы не обращали внимания на ее глаза? Может, они были черными,- предположила Рада.

- У тебя тоже глаза черные, это ничего не значит,- ответил ей Хосе.

- Не черные, а карие,- поправила она,- и потом, кто знает? Тем более, Лаура ничего такого сверхъестественного не сказала.

Цыганка не слышала того, что Лаура говорила в исповедальне, но она прочитала ее мысли. Обычно телепатка никогда не влезала в головы своих друзей и делала исключения только в подозрительных случаях. А случай с монахиней входил в их число. Рада участливо посмотрела на Лауру, но та была слишком занята размазыванием масла по хлебу.

- Ребят, шевелите мозгами,- Оделия строго посмотрела на сплетников,- она при нас окунала пальцы в святую воду, брала в руки крест Лауры, да еще и читала молитву! Бедная женщина, она просто испугалась. Возможно, как раз ее кругу известно и о демонах, и о прочей нечисти. Представляю, какой страх: в ее обитель явился некто, кто знает о них больше священников.

- Знаете, что я подумала,- подала Лаура голос, доселе не принимая участия в общих размышлениях,- не говоря уже о монашке, скорее всего она и вправду простая испуганная женщина. Но! Вы не допускаете такой вариант, что некоторые демоны могут быть неуязвимы ко всей нашей атрибутике?

В первую очередь она говорила о себе. Если уж на нее не действовали стандартные методы, то, может быть, есть и другие, полноценные демоны, на которых они не возымеют никакого эффекта? И желательно разобраться с этой проблемой прежде, чем они с ней столкнутся лицом к лицу.

- Высшие ранги!- подхватила Оделия.

- Вполне возможно,- подтвердил Дэн. Один из первых его демонов чуть было не убил парня, а все из-за того, что остановить его не могло ни серебро, ни вода, ни заклинания. Впрочем, не лучший опыт в жизни эзотерика, о котором он не любил вспоминать. Дэну удалось сбежать от демона, а враг ушел в землю. Где это видано, чтобы охотник убегал от дичи?

- Но нас шестеро,- напомнил Хосе с улыбкой, какая бывает у отцов, опекающих своих детей со слепой любовью,- не думаю, что все демоны высших рангов осмелятся выйти все вместе на свет. Это же как класть все яйца в одну корзину, обязательно побьются. А с одним мы с горем пополам справимся, не в первый раз.

От энтузиазма у Хосе помидор свалился с вилки и обрызгал стол. Взглядом мужчина достал полотенце с полочки над женским диваном. Не касаясь его, промокнул стол и положил полотенце на место.

По окончании обеда охотников обуревали самые разные мысли. Хосе мучился вопросом: "А что если Гозекский круг - очередная ловушка?". Он хотел лично принимать участие в этой экспедиции, так как за его спиной было больше опыта в общении с демонами. Но он также осознавал, что сейчас не его очередь идти в бой. Похожие догадки были и у Дениса, но он, в отличие от друга, ушел в другую сторону. Хосе считал ошибкой тратить время на Гозек, если можно было ехать сразу в Англию к Стоунхенджу, с которым круг, по идее, связан однородной энергией.

Оделия, девушка молодая, частенько подвергалась меланхолии; гормоны в ней бушевали, и Оделия сомневалась, сделала ли она правильный выбор, отправившись за Денисом в столь долгое путешествие. Вместо этого она могла продолжить обучение в Сорбонне и выйти замуж за любимого человека. Хотя в Париже она не была счастливой нисколько. К тому же справиться с редкой проблемой, которая возникала время от времени последние два года, Оделия бы не смогла, сидя на месте сложа руки.

Рада, остро ощущавшая перемены настроения и любые, даже малейшие волнения друзей, боролась с соблазном узнать и Лауру поближе. Цыганка критично относилась к малознакомым людям. Обычно ее мнение резко менялось с отрицательного на положительное, как только она общалась с приятными, дружелюбными личностями, о которых до беседы думала не лучшим образом. К девушкам она была особенно внимательна, ведь от природы они были ее соперницами. В отношениях с мужчинами Рада была той еще собственницей и не терпела любых вмешательств со стороны третьих лиц. Нет, она никого не ревновала, всего лишь хотела знать, с каким человеком имеет дело и можно ли Лауре доверять: как-никак Рада отвечала за сплоченность команды.

Лаура сразу почувствовала, что девушки к ней присматриваются. Она, как и Рада, считала, что с мужчинами намного проще найти общий язык: это заложено природой. У нее отродясь не было лучших подруг, Лаура выросла в гадюшнике, где за спиной говорили больше, чем в лицо, а дружба строилась на взаимной тайной ненависти и зависти. Из-за этого Лаура стала подозрительной к своему окружению, ожидая врага отовсюду, и не спешила раскрываться в новом коллективе. Пока что доверие Лауре внушала только Оделия, хотя с Радой они были невероятно близки характерами и взглядами.

Когда Хосе, откинув гнетущие мысли, предложил расслабиться и сыграть в покер, его предложение восприняли с радостью и облегчением: каждый уже устал от собственной головы.

- Делаем ставки, товарищи,- сказал Денис, запоминая свои карты. Играть на деньги было бы бессмысленно, ведь с некоторых пор их бюджет стал общим. Обычно ребята раскидывали по дням недели, кто убирает фургончик Джерри или кто готовит, а победитель, допустим, три дня спит один на диване или идет следующим как запасной в экспедицию. На экспедицию они играли все реже и реже, надеясь, что каждая последующая станет последней, а демоны прекратят морочить им голову все новыми наводками.

- Простите, я не умею играть,- соврала Лаура, частенько именно картами и получая деньги на свои скитания по странам,- пойду отнесу Джерри обед.

- Ух, черт!- воскликнул Хосе, глянув на свои карты и мгновенно приняв невозмутимый вид, как будто бы он так отреагировал на ее реплику, а не на свой будущий флэш.- Мы совсем забыли о Джере!

- Понятно,- пробормотала Рада, скидывая свои карты,- фолд.

- Ты опять читаешь мои мысли?- Хосе посмотрел на нее с укоризной, приподняв бровь. Рада наклонилась было к нему, но ей пришлось вернуться в прежнее положение, так как Лаура перелезла через стол, пытаясь никого при этом не задеть.

- Я, в отличие от некоторых, играю по-честному,- сказала она, замолчав на мгновение. Лаура залезла в кабину водителя и прикрыла за собой дверь. Хосе поймал взгляд цыганки.

- Кажется, у нашей красотки и Лауры что-то заворачивается,- приметил он.

- Вы, ребят, надеюсь, не поставили их вместе?- Рада обратилась к Оделии и Дэну, которые отвечали за организацию экспедиций. Во избежание лишних проблем, они не отправляли двух человек, если вдруг они закручивали служебный роман. Сначала - дело, потом - все остальное.

- Нет, с ней пойду я,- ответил Дэн с решимостью, которая вызвала в его лучшей подруге Оделии вспышку непереносимой, жгучей ревности. Девушка и сама ей удивилась, но, как это умеют делать искусные притворщицы, улыбнулась своей милой и располагающей к себе улыбкой, подтверждая слова Дэна. Эмпатка Рада поймала эту волну и с интересом покосилась Оделию: та скромно покраснела. Сам же Дэн отчего-то не мог допустить даже мысли, что Джерри, его хороший и надежный товарищ, который спас ему жизнь, вдруг отправится с Лаурой на одно и то же испытание. Кто знает, что там между нами произойдет? Если компания достигнет цели, перекроет выход демонов в их мир и при этом останется в нужном составе, Дэн возьмется за свои виды.

- Фул-хаус, прости, голубчик,- Оделия глянула на разочарованного Хосе и записала на свой счет ставки друзей.

Тем временем Лаура, еще придерживая дверь, осторожно спросила:

- Можно?

Джерри отвлекся от дороги, не выпуская руль, и обернулся.

- О, еда приехала!- он приметил тарелку, но только после того как оценил ту, что ее принесла. По сравнению с Лаурой (а она в свойственной всем женщинам манере выдумывала мотивы каждого его поступка) Джерри без какой-либо задней мысли кивнул на соседнее сидение.- Чего ж нельзя? Мне компания не помешает.

И он вправду был голоден. Приняв свободной рукой тарелку, Джерри поставил ее перед собой на приборную доску: пока дорога была ровной и не изгибалась змеей, он не боялся вывернуть на себя все содержимое приношения.

Лауру охватило смятение, которое она никогда не испытывала в обычной жизни. А обычная жизнь для нее - это охота. "Получается, Джерри мне страшнее демона?- Лаура отогнала эти мысли, тряхнув головой.- Разумеется, нет". Но после того, как она решилась зайти к нему в кабину и, как он выразился, составить компанию, Лаура не знала, что делать. Обычно на ее плечи ложилась обязанность поддерживать беседу и подкидывать темы для разговора. Лаура чувствовала бы себя гораздо спокойнее, будь Джерри ей ровесником. Но он был старше, мог подумать то, чего Лаура не подразумевала. Пускай, он был человечнее остальных охотников, чем ее и привлек, они были такими разными!

Лаура ерзала на стуле, незаметно проводя ладонями по джинсам. С другой стороны, думала она, а почему бы двум охотникам, оказавшимся в одной лодке, не пообщаться просто так? Зачем находить проблемы там, где их нет? В конце концов, теперь девушкам не зазорно было брать ситуацию в свои руки, делать первые шаги, если это необходимо, привлекать к себе внимание, а как же иначе мужчине узнать, что к нему испытывают интерес?

На самом же деле ее волнения и стеснительность были напрасны. Джерри и не собирался додумывать, как Лаура боялась, того, чего нет, а воспринимал слова прямо в соответствии с их смыслом, не придавая лишнего значения. Он с радостью поддерживал большинство тем, как повседневных, так и светских, не отыскивая за любым предлогом пообщаться тайных намеков. Сейчас же он наслаждался дорогой, маневренностью своей машины, легкой и приятной в управлении, урчанию мотора, плавному скольжению шин по асфальту европейских дорог. Играла одна из его любимейших групп, и музыка вырывалась из динамиков, заполняя собой небольшое пространство вокруг водительского места. Джерри и поесть любил, поэтому даже обыкновенное вареное яйцо было встречено с аппетитом и залито минералкой. Он уже продумал, перед отъездом изучив карты, где можно остановиться перекусить, перед Гозеком или в нем самом. Да и к тому же, Джерри не слепой, он умел с первого взгляда оценить привлекательность девушки, а Лаура была очень даже в его вкусе и она сидела рядом. Чем плохо? Да все замечательно! Песня сменилась на ту, слова которой Джерри знал наизусть, и он начал интенсивно подпевать исполнителю. Заметив это, Лаура улыбнулась.

- Fix me?- догадалась я. У нее отлегло от сердца, когда Джерри кивнул и показал Лауре большой палец. Так совпало, что она была не большим знатоком песен, точнее их названий, и еще реже запоминала исполнителей, поэтому Лауре на руку сыграла удача, не более.

- Ты знаешь?- удивился Джерри. В его памяти еще жил образ младшей сестренки, которая слушала только Бритни, Спайз Герлс и итальянский рэп. Сестренка выросла, закончила колледж и устроилась на работу, наверняка сменила и плейлист, но именно она навязала Джерри стереотип, что рок - это мужской жанр музыки. Девочек-подростков, пытающихся понравиться мальчикам своими исключительными вкусами, Джер не учитывал, да и времена изменились, он не следил за растущим поколением.- Я был на концерте 10 Years в Теннесси, еще когда учился. Помню, у нас с другом никогда не было денег, и мы поехали не зная куда, не зная зачем. Его старенький мерс развалился на полпути - пришлось добираться автостопом. Но в итоге попали через черный ход и сидели за кулисами половину выступления; вторую половину прятались от легавых. Вот,- он сделал погромче,- AC/DC узнаешь? У меня немного их песен, хотя если пороешься в бардачке, там должен быть диск. Не одно поколение на них выросло, еще ее отец всегда их слушал, прямо до тошноты: включал, пока не надоест.

- Я думала, ты на вестерне,- усмехнулась я, заметив шляпу под своим сидением. Видно, она свалилась при резком повороте. Лаура достала ее, отряхнула и положила на колени.

- И на нем тоже,- засмеялся Джерри,- посиди подольше и услышишь классику Дикого Запада. Хочешь - примерь, она универсальна.

Лаура послушно надела шляпу; она и вправду пришлась ей как раз. Джерри приметил, что шляпа и вправду смотрелась неплохо на фоне прямых темно-каштановых волос, прикрывавших плечи и верх блузки. В тот момент в ее глазах вспыхнул озорной, кокетливый огонек, который он надолго запомнил. Конечно, Лауре было бы привычнее слышать "стальной" взгляд, нежели "кокетливый". Но Джерри было на это наплевать, он наслаждался любыми проявлениями настоящей, эмоционально насыщенной жизни.

Придерживая одной рукой поля, Лаура повернулась к Джерри вполоборота.

- Ну как?- спросила она, не требуя ответа. В ней сыграла типично девичья тяга полюбоваться на себя, и Лаура кинула взгляд в боковое зеркало.

- Только нашим не говори, особенно старикам. Дэнни давно к ней неровно дышит. Как и Роналду,- заметив ее выражение лица, Джерри пояснил,- ну, Хосе, он же португалец. Мне не хватило фантазии на производную от его имени.

- А девочек вы как называете?

- Дэнни зовет Оделию просто Одди, между собой они сокращают Одель. В принципе, ей больше нравится второе, а Одди она позволяет только Дэну. Говорит, ей эта кличка напоминает щенка из "Гарфилда". Лично я тебе не советую рисковать, она хоть и тихая девочка, но может показать коготки. Вот Раде палец в рот не клади. Хотя я все равно зову ее по-всякому, как в голову взбредет. На ласкательные она откликается, там, солнышко, золотце, да и имя свое любит. Я ее, бывает, зову шаманкой, она злится, но терпит: уже привыкла. Иногда джипси (gypsies - цыгане, с англ.) или Рома (прим.автора: англ. Roms - обобщающее название на политическом уровне для всех европейских цыган). Рада классная, если к ней по-хорошему относиться, и всегда приходит на помощь. Поэтому на первых порах не рискуй повторять ее плачевный опыт,- сказал Джерри. Дорога пошла вниз под наклоном,- а теперь слушай, как ругаются там, в салоне. Наверняка у них колода слетела на пол, и опять все свалили на Роналду с его телекинезом. Они ведь в покер режутся, я угадал?

- Да, точно,- Лаура не слышала никаких признаков жизни в салоне за громкой музыкой, но сделала вид, что там происходило нечто интересное.- А как бы ты назвал меня?- спросила она, повернувшись к Джерри лицом. Он окинул ее оценивающим взглядом и задумчиво протянул:

- Не знаю даже, это не сразу приходит. Обычно случайно, в разговоре. Ну, возможно, малышка Ли, или вовсе Лилли, сокращенно. Тебе как?

- Мило. Хотя я люблю свое настоящее имя.

- Не вопрос,- сказал Джерри, пожав плечами. Мысленно он поставил себе зарубку приучить Лауру к новому имени и называть Лилли при любом удобном случае. Главное, чтобы его великолепное творение не вышло в свет и не распространилось среди друзей, иначе Лаура его возненавидит. А так бы она привыкла, узнавая его, Джерри, по этой персональной игривой детали.

- Тебя тоже зовут как-то по-особенному?

- Скорее по-разному, никто не заморачивается. Думаю, ты не раз еще услышишь, а может, и сама что придумаешь,- он подмигнул ей, но хорошее настроение на миг испарилось: юркий седан подрезал на дороге фургончик, и Джерри с силой ему просигналил. В ответ седан мигнул фарами, и водитель, ударив по газам, умчался далеко вперед.

За окнами сменялись баварские ландшафты. Остались далеко на юге массивные горные цепи Альп с их белоснежными вершинами и горными озерами с прозрачно-синими водами. Согревали восточную часть земли леса. Территорию пронизывали нити рек, что непременно связывались с Дунаем и переходили в его бурное течение меж живописных холмов. Трасса петляла среди немецких городов с неизменным колоритом. В него вписывалась архитектура со зданиями, светлый фасад которых перечеркивала сетка темных полос, и королевскими замками, отчужденными от мира. Живость вносило местное население. Его образ жизни, спокойный и в то же время упорядоченный. Он проникал во все сферы деятельности: одинаково в сельское хозяйство и промышленность, успевал затрагивать и сферу услуг. Изящные колодцы и дома немцы превращали в достояние своих маленьких уютных городков.

За эти два часа, за которые фургончик Джерри пересекал ланды, баварская земля сменилась саксония-альгальтской. Навигатор работал постоянно, подсказывая повороты и расстояния до Гозека. Первый час этого времени Лаура просидела в кабине с Джерри. Но когда Оделия позвала ее, и девушки скрылись в салоне, Джерри остался с чувством приятного послевкусия: новый член их компании показала себя интересной собеседницей и отличным человеком. Пока еще он не обнаружил, что Лаура зацепила его достаточно сильно, чтобы быстро о ней забыть. И он не отнесся слишком серьезно к пробуждающейся тяге между нами, которая принесла бы массу проблем им обоим. А потому Джерри, пребывая в отличном настроении, ловко вел машину с несчастными пассажирам прямо к адскому логову и подпевал бессмертным хитам Скорпионов. Его лучшее оружие, кольт, приобретенный по приезде в Нидерланды почти за бесценок от школьного приятеля, покоился под водительским сидением в доступном месте. Эта небольшая, но опасная вещица ждала нового шанса сослужить своему хозяину добрую службу, особенно после того как втянула его в войну с нечистым, да и, можно считать, познакомила с Дэном и Йорданом.

Лаура обнаружила охотников за увлекательным занятием - скукой. Денис, выигравший в покер у своих незадачливых друзей, выселил соседа с дивана-трофея и заснул в позе морской звезды. Чтобы не смущать его, проигравшие могли бы задернуть холщовую перегородку, но они ждали момента, когда Дэн захрапит и они смогут поиграть в игру "попади в цель", то есть в рот, какой-нибудь мелкой ерундой. Безопасность игры обеспечивал бы Хосе, силой мысли не давая этой мелкой ерунде перекрыть дыхательные пути. Игра злая, веселившая только участников, тем не менее компенсировала их проигрыш в карты тем, как реагировала жертва, и потоком неистовых ругательств. Дэн, как чувствовал близость инородных веществ во рту, спал мирно и тихо. Сгрудившись на одном диване, Оделия, Хосе и Рада занялись каждый своим делом. Рада начала было читать по руке Хосе его судьбу, но предсказания о семье неконтролируемым образом перешли в обсуждение интимных тем. Одель, сдержанная и скромная девушка, пыталась погрузиться в чтение блога о сверхъестественных явлениях, но постоянно сбивалась на смех и подколы друзей под боком. Когда ей надоело подслушивать, она решилась сходить за Лаурой и найти в ее лице поддержку, в конце концов, нужно же было ее предупредить о грядущей экспедиции.

Вернувшись вместе с Лаурой, Одель потеснила Раду и освободила немного места.

- Будешь печенье?- предложила она, доставая из сумки пачку, которую уже успела убрать подальше от живоглотов, сметавших все на своем пути. Лаура помотала головой, поблагодарив ее за предложение, и блондинка снова спрятала снасти.- Так вот, ты не против участвовать в этом... эксперименте с Гозекским кругом? Мы с Дэном подумали, тебе будет интересно, и немного подвинули ребят.

- Да, конечно же!- воскликнула она. В общем-то, какие могли быть сомнения! Лаура настроилась морально на любые испытания, да и зачем же еще ее позвали в путешествие, как не для этого?- А разве вы не идете? То есть, почему по отдельности?

- Оставшиеся будут караулить снаружи. Ни о чем не волнуйся, вам нужно прикрывать спину или нет?- она улыбнулась натянуто, с грустью понимая свою ошибку. Несмотря на опасность ее положения, Оделия могла и сама отправиться с Дэном, но он не одобрил ее предложения. Эффект немецкого Стоунхенджа был непредсказуем, он таил много сюрпризов.- К тому же, буду с тобой откровенна, ведь ты знаешь, чем грозит каждая секунда нашей борьбы со злом. Если вдруг что-то случится, кому как не спасшимся продолжать дело?

- Ты права, это мудрое решение,- Лаура также была не глупа и просчитала все возможные трагедии. В случае своей смерти она хотела бы, чтобы на Земле нашлись смельчаки, которые займут мое место.

- Мы придем на помощь, чуть только она понадобится,- заверила Оделия,- и не бросим вас.

- Надеюсь, не понадобится,- отозвалась Лаура. Привыкнув к одиночной борьбе, она частенько переоценивала свои силы. Теперь ей приходилось в срочном порядке перестраивать свой образ жизни и приспосабливаться к любым превратностям судьбы.- Так с кем я в команде?

- С Дэном.

Лаура приглушила в себе разочарование от того, что ее напарником оказался не Джерри. С этим свободолюбивым и самодостаточным мужчиной, о чем говорил его выбор оружия, да и самой компании, где он один не блистал никакими экстрасенсорными способностями, они быстро спелись. Хотя, может, оно и к лучшему. По крайней мере, ее не будут заботить посторонние дела. Лаура полностью сконцентрируется на своих обязанностях. К тому же Дэн - неплохой парень, Лауре давался отличный шанс узнать его слабые и сильные стороны, сам характер, и скорее всего они легко сработаются.

- Ты недовольна?- спросила Оделия, заметив недолгую заминку.

- Нет-нет, наоборот, отличный выбор. Мы надерем этим гадам задницы!

Оделия засмеялась, кинув взгляд на спящего Дэна. И как же мальчишка, сладко сопящий на диване фургончика, мог надрать задницу кому-то сильнее дворового забияки? Как он в принципе умудрился втянуть их в свою игру? Самый бесшабашный и самый успешный. А когда проснется, и самый главный, хотят этого окружающие или нет: однажды установив правила, Дэн их придерживался до последнего.

- Не сомневаюсь.

На заправочной станции пришлось сделать остановку. В целях экономии мужская половина населения фургончика, во главе с развязным русским, чье жизненное кредо заключалось в простой и лаконичной фразе: "Хочешь жить - умей вертеться", скрылась в высоких кустах перелеска. В то же время женская половина лихорадочно выгребала мелочь из карманов: вход в туалет по европейским стандартам был платным. Здесь же в продуктовом магазине, который посещали дальнобойшики с разных концов Германии, торговали свежей выпечкой, и перед последним рывком до Гозека мы подкрепились. Пока бездельники дожевывали крендельки, Джерри вышел на улицу и подошел к своему Форду. Задрав рукава рубашки чуть выше локтя, он поднял крышку капота, пытаясь разобраться, действительно ли из-под него доносились шумы или настало самое время завязывать с громкой музыкой. Лаура быстро смекнула, чем дело пахнет, и направилась на подмогу к бывалому механику. Моральную подмогу, конечно.

- Что-то случилось?

Джерри, не поднимая головы, проверял проводки, до которых мог дотянуться.

- Ничего не вижу,- сознался он. Уж в этом деле он мастак: научился многие проблемы, по которым автолюбители сразу бегут в сервис, определять на глаз. В дороге и не такому научишься, анатомию машины изучишь вдоль и поперек.

- Что-то серьезное?

Он фыркнул.

- Радиатор, скорее всего. Ну ладно, доедем до города, там посмотрим.- Джерри захлопнул крышку, но продолжал стоять над машиной, упершись в капот.

- Знаешь, мой сокурсник проездил полгода на этой модели, и он говорил, это погрешности сборки. В целом-то модель хорошая,- вдобавок ко всему Лаура выдала краткую характеристику автомобиля. У нее не было сокурсника, который ездил бы на Форде: Лаура всего лишь начиталась о фургончике на форуме автолюбителей, пока у Оделии работал модем. Чего только не сделаешь для того, чтобы казаться лучше, чем ты есть на самом деле!

- Ничего себе, Лилли, ты разбираешься в авто?- Джерри не смог скрыть восхищения, а Лаура мысленно поставила себе плюсик за умение вовремя выкрутиться.

- Да что ты, какие-то несвязанные факты вертятся в моей голове.

- Сама-то водишь?

- Да, но четыре года всего лишь.

- Механику?

- Естественно.

- Тогда садись за руль, моя малышка легка в управлении,- Джерри любовно похлопал Форд по крышке.

- Ты серьезно?- не то чтобы Лаура забыла, как водить машину. Лаура ездила довольно много и почти не слезала с авто до отлета в Женеву. Но вот вряд ли ее лихая манера езды пришлась бы по нраву заядлым пассажирам. Да и самого водителя, сменившего место, хватил бы удар.- Не думаю, что у меня получится так же хорошо, как могло бы.

- Ну, это ничего, сейчас дорога хорошая, доползем в спокойном темпе. А я вздремну немного.

Сам Джерри боялся заснуть за рулем, тогда последствия недосыпа были бы куда серьезнее, чем неосторожные маневры Лауры. Ночная вылазка его изрядно утомила. Обычно его выручал Хосе, но Джерри уже уступил первенство девушке - невежливо отказывать. И черт его дернул за язык! Зато Лаура заметно смягчилась, прониклась к нему первой стадией доверия - для Джерри это уже успех. Правда, теперь он точно не заснет, зная, что в ее руках пульт управления полетами.

Оставалось минут сорок, если навигатор не врал. Ребята снова загрузились в машину, сытые и довольные. В салоне еще витал дух соревнования: играя в покер, каждый игрок неосознанно выплеснул немалую долю азарта, которым подпитался без вреда для остальных энергетический вампир. Теперь же все, включая Лауру, были довольны жизнью и радостны. Солнце катилось к горизонту. Мягкий свет окутывал левую сторону фургончика невесомой периной тепла. Пристегнувшись, Лаура повернула ключ в зажигании и посмотрела на Джерри в ожидании команды. Тот притащил из салона подушку и пытался устроиться на ней в положении младенца.

- Джер, так не пойдет, это не место для сна,- Лаура понимала, что при неудачном торможении кто-то из них двоих свернет шею, и это будет не она.

- Я не буду спать!- Джерри отчаянно боролся за свое место рядом со штурвалом и не собирался его покидать. Это ведь его машина, он должен, нет, просто обязан был следить за ее сохранностью! Но когда Лаура вывела фургончик на автотрассу и ее неокрепшая рука привыкла к новому зверю, Форд плавно покатился по дороге, Джерри дал себе спуск, на секунду прикрыв глаза.

***

Багряные краски пылали на небосклоне, усиливая цвет на самом стыке земли с небом. Сухой ветер заглаживал голые раны земли. Серые пески чернели на фоне редких участков растительности. Солнечную обсерваторию, оставшуюся от неолитических народов, окружал ряд канав. От внешнего воздействия стихии их защищали два деревянных палисадных кольца. Врата, расположенные в палисадах на севере, юго-востоке и юго-западе в день зимнего солнцестояния позволяли из центра круга наблюдать за восходом и заходом солнца через отверстия двух последних ворот. Через северные ворота и центр круга проходил астрономический меридиан. В былые времена с помощью круга древние народы составляли лунный календарь. Сейчас же, пережив археологические раскопки и реконструкцию, памятник из гравия и земли служил кладбищем для останков жертв, приносимых в оккультных ритуалах.

- Тухлое местечко,- заметил Дэн, складным ножиком сняв щепку с деревянного кола, связанного с сотней других, которые образовывали кольцо палисадника. Он уже начал сомневаться в своих исследованиях: вряд ли такой простой на вид и ни капли не таинственный круг был именно тем местом, куда указывали пленные демоны. Да, когда-то здесь и проводились ритуалы, но когда это было, до нашей эры?

Лаура перешла по мостику через ров, остановившись у ворот. Напротив, ей круг показался зловещим. Как говорится, в тихом омуте черти водятся. Лаура машинально проверила рукой наличие ножей на поясе, пистолета, полный карман соли и бутылку воды под кожаной курткой, привязанную ремнями к ребрам. Безумно неудобное снаряжение. Дэн, видимо, надеялся на точность метательных ножей и свою изворотливость.

- Скоро закат,- предупредила Рада, оставшаяся на страже у юго-западного входа, нервно переступая с ноги на ногу. Ее наручные часы могли подвести в ответственный момент: самая тонкая стрелочка передвигалась сомнительно медленно. Но на подстраховке у нее были Джерри и Хосе, они заняли северный и юго-восточный входы.

- Сколько осталось?- спросил Дэн. Его раздражал тот факт, что они чуть было не опоздали к закату. А все из-за того, что кто-то в обед слишком увлекся пирожками, и он был из числа этих счастливчиков.

- Двенадцать минут двадцать секунд,- возвестила Рада. Услышав цифру, Денис прекратил сдирать кору с высохшего дерева и передал Лауре свой второй складной ножик.

- Чертим пятиконечник,- бросил он, влетая на круглую площадку с нежно-зеленой травой и мелкими полевыми цветами.

- Мы не успеем!- Лаура оценила площадь и длину планируемой фигуры. Чтобы очертить ее, понадобилось бы минут двадцать, не менее. Да и к тому же, если это и были адские врата, то как простая пентаграмма, поглощающая паранормальную энергию, остановит гостей? И без рун не обойтись. Тем не менее, Лаура перехватила нож поудобнее и принялась вести черту с юго-западного входа до северного в согнутом положении, да еще и вперед спиной. Удивительно, но нехватка времени придала сил, и за пять минут Лаура достигла входа и столкнулась с Дэном. Они тут же разбежались к двум верхним угловым концам и, встретившись где-то посередине, довели линии до исходных позиций друг друга. Оставалась одна верхняя полоса.

- Одна минута,- голос Рады разнесся по поляне. Как два энтузиаста, они кинулись к противоположным верхним углам и дочертили последнюю грань звезды. Среди травы фигура терялась, и невооруженным глазом ее заметить было невозможно. Да и при ближайшем рассмотрении вряд ли бы обнаружились ее очертания. Но важно было само наличие пентаграммы, выведенной особым лезвием.

- Десять секунд!

- Давай сюда,- Дэн схватил Лауру за локоть, дернув в сторону от фигуры к деревянной стенке. Они прижались спинами к выпуклым кольям и приготовились к нападению: Дэн, спрятав складные ножики, вытащил метательные; Лаура проверила, заряжен ли пистолет.

- Три секунды!

- Держитесь, сволочи,- прошипел Дэн, держа наготове заученное заклинание, которое уложило бы если не всех тварей, то половину уж точно.

- Одна...

Голос цыганки потонул в дуновении ветра. Круг между первым и вторым кольцом палисадника почернел, песок поднялся в воздух. В день зимнего солнцестояния к зеленой траве приложились бы желтые полосы света, замыкающиеся в центре круга, но прошло уже три дня. Никаких полос. Портал мог не сработать. Ветер все так же дул степенно, равномерно, не предвещая угрозы, как дул до захода солнца. Потемнешее небо - предсказуемое явление, оно темнело с каждой секундой после исчезновения главного источника света. Демоны не появлялись.

- Обманули, суки,- выругался Дэн. Его худшие ожидания подтвердились: их сбили с верного пути гребанные адские твари. Возможно, прямо сейчас в другом месте вышла целая армия врагов, а они, охотники, застряли в каком-то пустынном круге, чертили пятиконечних, боясь опоздать, и вооружились!

- Может, пентаграмма их спугнула?- спросила Лаура с сомнением. Ей не верилось, что ее оторвали от дела, вытащили из места, где она могла поживиться нечистью еще дней десять: демоны организовали в Констанце что-то вроде штаб-квартиры, а после ее появления сбежали в Мюнхен, но не вечно же им прятаться!

- Нет, они не чувствуют пентаграмму, пока не окажутся в ней.

- Дэн,- сказала Лаура мягко, стараясь не задеть своими словами напарника,- ты же понимаешь, что облажался.

- Черт возьми, понимаю. Но ты сама слышала, как они все поголовно называли это место.

- Демоны лгут.

- Причем умело,- согласился он. Дэн хоть и взвалил на себя всю вину за проваленную экспедицию, припомнил, как Лаура заколебалась после услышанного названия. Лаура недоговаривала, точнее не говорила совсем, но сама, разумеется, слышала о Гозекском круге.- Ладно, собираем манатки.

Вдвоем они, разочарованные, поплелись к северному выходу. Дэн уже предвидел, как его настрой передается друзьям, и все они в угнетенном состоянии возвращаются к белому фургончику Джерри, где продолжают ловить случайных демонов, пытать их, а затем ломать голову над чертовыми загадками. Некоторые будут попадаться похлеще тех, что задавал Сфинкс. Дэн с усилием пнул камень, попавшийся по дороге к выходу. Камень отлетел в дерево и погрузился в мягкую горстку подтаявшего снега. Лаура в подтверждение догадок Дэна спрятала свободную руку в рукаве.

- Здесь разве был снег?- спросила она, останавливаясь. Дэн также остановился около Лауры, и они оба уставились на несчастную горстку снега с почерневшим основанием и белесой вершиной. Будто по команде они сорвались с места, преодолевая короткое расстояние до выхода и вываливаясь за пределы одного круга, затем и другого на мостовую дорожку.

- Джерри!- позвал Дэн, осматриваясь. Его друга, который божился, что будет стоять на страже у северных ворот и не сдвинется с поста даже под прицелом, исчез. У Лауры от волнения скрутило живот. Взору открылись пространства снега на целой, еще не вспаханной земле. Дэн бросился в одну сторону, Лаура - в другую. Обогнув ров вокруг Гозекского круга, они встретились на линии меридиана.

- Хосе...- выдавила она, восстанавливая дыхание.

- И Рада,- добавил Дэн. Пропажа друзей ему совсем не нравилась, мало им было забот с поисками дьявольского логова! К слову, фургончик тоже исчез. И дорога, на которой Джерри его заботливо припарковал после того, как пробудился ото сна и сменил Лауру за рулем, последовала за фургончиком. На ее месте под тонким слоем снега невинно мертвела густая трава.

- Небо светлеет,- заметила Лаура, словно смены климата и урагана, унесшего компанию долбанных смельчаков, было недостаточно.

- Какого...?- изумился Дэн, и его эмоции вышли очень натуральными. В череде реальных событий, в число которых входили даже регулярные встречи с аномальными явлениями, рассвет порождал новый день вместо ночи. Честно говоря, рассвет его добил.

Перебираясь в основном по свободным от снега участкам земли, они пошли прочь от круга до дороги. Пфлауменвег, трасса, ведущая к городу, преобразилась вместе с красотой природы вокруг мистической находки. Ее и трассой было трудно назвать: разбитая проселочная дорога, разгромленная торговыми повозками, колесами автомобилей, которые только начали проникать в быт. Вспаханную часть полей завалило белоснежное покрывало снега. Пфлауменвег перешла в Хуго-Хайнеман штрассе, но велика вероятность, что дороги еще не имели своего названия. Тем не менее, свернув на штрассе, Лаура почувствовала своим глубоким вампирским нутром влечение энергии, непреодолимое. Причем энергия явственно принадлежала пользователям черной магии.

- Мы на верном пути,- сказала она, на миг прикрыв глаза. В ней вспыхнул голод, и Лаура боялась разговаривать с Денисом: как бы не вызвать его случайно на спор и раздражение, ведь именно эти эмоции стали бы для него губительными и лишили бы сил на долгое время.

- Ты уверена? Поселение не похоже на город, хотя уверен, это и есть Гозек. Вот же немцы, только и могут, что хвастаться своим благополучием, состоятельностью, а чуть из города выйдешь - деревня деревней, я такие сотнями наблюдал.

И вправду, поселение без изысков. Скромные каменные дома с рыжими крышами, нашпигованные хаотичными горстками около дорог, составляли основную часть городка. Дороги переплетались в произвольном порядке, многие из них были в стадии начального и заброшенного строительства. И непременно в центре городка - площадь для общественных собраний, принятых за обязательное мероприятие в былые времена.

Даже если на площади не организовывали митингов, некоторые поколения еще помнили жизнь при королях и императорах, передавая традиции растущим детям. А растущие дети посещали площадь без особой надобности, из скуки и безынтересного развлечения. Зато на площадях всегда торговали газетами: если о доставке вопрос оставался открытым вот уже несколько лет и местные власти никак не добирались до него, вызывая недовольство горожан, то уж в сердце Гозека торговцы раскидывались свежими выпусками и всегда имели их в достатке. В напряженной политической атмосфере жители в одночасье увлеклись новостями. В частности политикой и общественным строем, к чему всегда были равнодушны. Каждый уважающий себя горожанин непременно поддерживал какую-нибудь партию и непременно высказывался в ее защиту при любом удобном случае, даже если выражал не свои мысли, а заученные фразы из агитационных речей наплодившихся политиков.

Обходными путями они добрались до площади без особых достопримечательностей, окруженной однотипными домами. В утренние часы на ней уже собирался народ. Торговец газетами, размахивая свежим экземпляром, привлекал покупателей. Его товар расходился с завидным успехом. Денис заметил газету, видимо, вылетевшую из рук торговца и прибитую к стене дома. Он поднял ее, отряхивая, и выпрямил погнутые листы. Лауре не понадобилось отдельное приглашение, Лаура уже приникла плечом к Денису, вспоминая свои слабые познания в немецком. К счастью, в языке Дэн ее превзошел.

- Ты не поверишь,- сказал он, держа газету так, словно она была древней реликвией,- мы попали в прошлое.

- Да, я догадалась. Действительно, сложно не догадаться, когда ты видел город в одном свете, и через каких-то полчаса он преобразился не в лучшую сторону.

- И не в лучшее время. Мы в 1919 году. Очень и очень нехорошо.

- Почему же?

- В предыдущем году прошла Ноябрьская революция. На следующий день собрали Совет народных уполномоченных, а в декабре, в Берлине, провели Имперский съезд советов. Проведены реформы, женщины получили избирательные права, установлен восьмичасовой рабочий день, об этом напоминается в этом выпуске от пятнадцатого января. Вчера в Берлине убиты лидеры коммунистов Карл Либкнехт и Роза Люксембург. Кажется, девятнадцатого числа состоятся выборы в национальное собрание. И после принятия Конституции в Германии будет править демократия. Но волнения, насколько я помню, могут быть в Берлине и Веймаре, а Гозека они вряд ли коснутся. Поэтому региональные журналисты пишут о них отстраненно, в основном уделяют внимание реформам и новым правам. А еще,- Дэн провел пальцем под строчкой, которая привлекла его больше остальных,- сегодня на площади состоится какой-то съезд местных политюг, которые будут промывать гозекцам мозги. Вероятнее всего, партийцы, только что им нужно в Гозеке? Это совсем невлиятельный город. Точнее, один партиец во главе, а остальные - для его фона. Уверен, в месте, где не происходит совершенно ничего интересного, на площадь сбежится весь город: отличный повод познакомиться с народом и обстановкой,- добавил он, отметив про себя, что давняя страсть к истории наконец-то пригодилась в жизни. Если он воспользуется шансом судьбы, сможет получить неплохой материал для будущей диссертации.

Как девушка творчески мыслящая, Лаура пропустила историческую справку мимо ушей, но выловила главную мысль: сегодня в городе обостренная обстановка. Но чутье Лауру редко подводило, помимо человеческой остроты эмоций, Лаура отличала вмешательство магии, той самой магии, которой необходимо было положить конец. Ведь их с Дэном занесло именно в этот день, именно этого месяца и года, для чего же еще, как не для великой миссии? Лаура уже определила источник столь сильного и уверенного потока чужой власти, власти сверхъестественной и подавляющей сознание лучше искусных ораторов. Обычный дом, один из сотен других, прямо на улице, выходившей из площади в южном направлении.

- Я займусь источником,- сказала Лаура Денису, поглощенному чтением древней газеты,- ты останешься?

- Да, я останусь. Дождусь этого клоуна, что-то с ним нечисто,- предчувствовал он, сопоставив восторженные отзывы о нем журналистов.- Лаура, где ты будешь?

- Пойду проверю одну семейку, это недалеко и, думаю, ненадолго. Вниз по улице,- Лаура указала на узенький переулок, зажатый двумя строгими линиями зданий,- седьмое или восьмое по счету...

- Я почувствую,- сказал Дэн,- встречаемся там, если что.

Лаура двинулась в сторону названного дома, и чем скорее к нему приближалась, тем внушительней выглядело облако тьмы, висевшее над ржавой крышей. В доме, судя по всему, предусмотрительная семейка заложила ловушку энергии и окутала себя со всех сторон попутным ветром. В постоянном магическом напряжении, в котором жили эти люди, Лаура бы уже давно отбросила копыта. Она в нерешительности занесла кулак над дверью, подумав пару секунд, и сменила руку, чтобы в случае чего легко дотянуться до пистолета. Ее кожаная удлиненная куртка бордового цвета отлично скрывала оружие. Лаура постучала.

За дверью послышались быстрые женские шаги, и с недолгой задержкой хозяйка открыла дверь. Улыбка не сползала с ее добродушного щекастого лица. Зеленовато-голубые глаза светились здоровьем и душевным спокойствием: ее семейный очаг горел ровным пламенем. Светлые волосы с отросшими корнями она заплела в короткую, будто обрубленную косу. Полноватые руки придерживали дверь на тугой пружине.

- Доброе утро,- поздоровалась Лаура, смущенная видом хозяйки. Девушке с трудом верилось, что такая приятная женщина может таить в себе зло. Хотя, возможно, черная магия - это проделки ее мужа или сына, и хозяйка сама не в курсе того, что творится в ее доме. На груди ее покоился опаловый амулет. При появлении Лауры на пороге он еле заметно замерцал плавным, нежным светом. Опал, как считалось в древности, - минерал, влекущий к "черной магии". И спасти его владельца от дьявольских сетей может только глубокая вера в силу религии и чистые помыслы, духовно очищенное сознание. Глупости, конечно, по другой версии опал приносил счастье, удачу и иногда использоваля гадалками для предсказаний будущего.

- О, как чудесно, как замечательно!- воскликнула немка, с нежной радостью глядя на незнакомку, что скромно топталась на пороге и так странно выглядела. Ох уж эти иностранцы!- А вы по объявлению, да?

- Да, именно,- Лаура, не колеблясь, схватилась за спасательную ниточку. Хозяйка сама подкидывала ей идеи, вот только что говорилось в объявлении?

- Хорошо, мы вас ждали. У нас уже есть несколько помощников на кухне, тогда вы будете в гостевой зоне, разносить еду, доводить гостей до уборной, подходит?

"Ага, здесь готовится какой-то прием,- догадалась Лаура,- скорее всего он связан с публичным выступлением сегодня днем, иначе хозяева бы не выбрали день массового скопления зевак. И вряд ли они празднуют день рождения или именины, для этого в их небольшом доме не понадобилась бы прислуга на несколько часов".

- Конечно, подходит!

Хозяйка, все еще придерживая дверь, отошла от порога на шаг, жестом пропуская Лауру вперед. Ее глаза, поначалу казавшиеся бесхитростными, с любопытством глянули на девушку. Лаура не торопилась заходить.

Наиболее заметные скопления энергии были рассыпаны по всему дому, и обычный человек с поверхностным зрением не заметил бы, как выделяются легкой дымкой на фоне бежевых стен прихожей руны. Нанесены они были не так давно, может, месяц или два назад; они упрямо держали энергию, вложенную в них, и силу хозяина. Или хозяйки. Да, определенно их наносила тонкой кистью эта женщина в домашних брючках и халатике, распахивающемся на выдающихся формах. AUJA висела над деревянными часами с кукушкой прямо над зеркалом, привлекая удачу и счастье на сторону владельца. На самом зеркале высвечивалось здоровье и долголетие из Дагаза и Ингуза. Гармонию отношений, взаимопонимание и уважение, любовь привлекала формула над лестницей. Кроме них нашлись еще лечебные формулы, женские и мужские стимуляторы, отдельные слова, такие как "вера", "надежда", "изобилие".

Но эти безобидные руны перекрывала энергия других, нанесенных с особой тщательностью на стены: они протягивали треугольник под потолком, покрывая пространство гостиной и распространяя действие за пределы треугольника. Над самой дверью висела формула мощного защитного барьера, нейтрализующего негативную человеческую энергетику. За гардеробом притаилось заклятое сплетение, действующее по принципу зеркала, которое отражает воздействие на него магии. Завершало картину проклятое заклинание "посвящения", ALU, усиливающее магическую власть и силу, дающее дьявольскую мудрость и защиту. Малая часть рун в гостиной уже давала должное представление о хозяевах дома и опасности, которую они внушали.

Лаура натужно вздохнула, перечеркивая себе доступ к магии. Придется проникнуть в логово врага под видом союзника, изучить лагерь изнутри и нанести удар обыкновенным, человеческим образом. Или дождаться Дениса.

- Вы вампир?- спросила ведьма. Да, без сомнений, она была ведьмой, причем могущественной: в двадцать первом веке их осталось все меньше, они спрятались от охотников и согласились на мирный образ жизни, но здесь, в двадцатом, ведьмы встречались чаще. Разумеется, с ее способностями хозяйка различила ее ауру, выделила Лауру среди смертных, но тем не менее позволила войти, опрометчиво решив, что сумеет справиться с молодой охотницей. Которая скорее всего даже не подозревает о своем магическом потенциале. Что немаловажно, ведьма разглядела на Лауре метку тьмы, метку не в прямом смысле, но пятна, оставленные пальцами ее сторонников, а это значит, незнакомка - своя. А своих бросать нельзя. В отличие от так называемого добра, которое убивает больше людей, чем их вековые противники, и предает друг друга на каждом шагу, демоны, ведьмы, темные колдуны, вампиры, бесы - все они держались единой, сплоченной командой. Потому и побеждали.

Лаура побледнела. Женщина уже поняла, что Лаура приняла ее за родную кровь, но это было совсем, совсем неприятно. Зато отличный шанс войти в доверие. Лаура напряглась и прежде чем ответила, хозяйка сказала:

- Да я пошутила, знаете легенду, что вампиры не могут войти без приглашения? Ну, так вот, я вам сделала позволительный жест, но не произнесла ничего вслух. Это просто шутка, проходите.

Лаура улыбнулась, поблагодарив ведьму, и вошла. Нет, приглашения Лауре не требовалось, ведь она вроде как не полноценный вампир, скорее в ней была часть от суккуба без способностей к трансформации. Лаура просто питалась чужой энергией, чаще всего негативной, хотя для утоления голода позитивная тоже шла на ура, а "вампир" - это приевшееся название у всех запуганных жертв.

- Так в чем состоит моя задача?- спросила она, поднимаясь вслед за хозяйкой по лестнице. Прозрачные руны сопровождали наш подъем, загораясь при моем приближении и затухая после ухода.

- Сегодня у нас будет много гостей,- пояснила ведьма, взбираясь на последнюю ступеньку на второй этаж со спальными комнатами,- и одна я не справлюсь, так как буду с ними. Поэтому все приготовления отдаю помощникам. О,- она подняла указательный палец и прислушалась к кукушке в прихожей,- девять часов. Пора начинать готовить. Простите, как вас зовут?

- Эм... Лаура.

- Лаура,- ведьма взяла ее руку в свои горячие ладони и по ней прошла холодная волна. Зеленые глазищи глядели с полной отзывчивостью, но вдруг прищурились. Лаура снова напряглась, подозревая, что ведьма может обладать телепатией. При таком раскладе девушке не выжить и минуты.- Красивое имя, а я - Элке Шульц, будем знакомы. Откуда вы, Лаура?

Ведьма отпустила руку, поманив Лауру за собой в спальню, увешанную семейными черно-белыми фото. На кровати по кругу лежали комплекты национальной одежды, не меньше десятка.

- Из Швеции,- бросила она, не задумываясь, формулировку, которая оправдывала знание древнескандинавского языка, в частности рун. Да и совсем не обязательно ведьме знать ее происхождение. Может, Элке знакома с ее отцом, что маловероятно, но не исключено: выходцы подземелья по обыкновению знали свое окружение поименно, а нередко еще и в лицо.

- Стокгольм?

- Да.

- Лаура, Лаура... Свенссон?

- Нет, Юханссон,- сказала она первое, что пришло на ум.

- Тогда не знаю вашей семьи. Вы, наверное, из новеньких?

Лаура не поняла, что подразумевала ведьма под "новенькими", ее род или пребывание в Швеции, и промолчала. Элке, занятая мыслями о приготовлениях к приему, перебирала ткани и не вдавалась в подробности. Требуется помощница - есть одна, что еще нужно? Она нашла подходящий, по ее мнению, размер и приложила к плечам новой знакомой.

- Простите за вопрос, а оплата труда прежняя, заявленная в объявлении?

Ведьма перевела изучающий взгляд на ее лицо.

- Конечно, тридцать пфеннигов в час,- Элке улыбнулась с видимым удовольствием,- современное поколение. Получили права, и уже бежите за деньгами. Не в деньгах ведь счастье, но они дают видимость власти тем, кто не может получить ее безвозмездно. Ну-ка примерь,- женщина бросила на кровать комплект и отошла к окошку. Лаура нехотя стянула с себя куртку, потом вспомнила про свои припрятанные сюрпризы и накинула ее на плечи. Ведьма не оборачивалась, соблюдая правила приличия. Лаура незаметно подменила размер длинной синей юбки из плотной ткани на побольше, натянула ее поверх джинсов с ремнями и кобурой, прикрыв заодно и не по времени модные сапожки на каблуке. В карман белого фартука Лаура бесшумно переложила часть серебряных пуль, остальные оставив в кожанке.

- Элке, а я могу остаться в куртке? А то у вас прохладно.

Хозяйка обернулась, смерив Лауру критическим взглядом. По ее лицу пробежала тень недовольства. Ведьма подошла к ней, обогнув кровать, и положила свою горячую ладонь с холодным электрическим током на лоб. По ее ладони прошелся крошечный, но довольно неприятный заряд. Считав ауру, ведьма убедилась, что Лаура действительно демон, хоть и не сформировавшийся в полной мере. У такой полукровки мало шансов сохранить нейтралитет, рано или поздно Лаура бы перешла на их сторону, хотела того или нет: уж в определении ауры ведьма прослыла мастаком.

- Хорошо, надень блузку и можешь накинуть куртку сверху,- ведьма улыбнулась,- или я тебя смущаю? Пожалуй, подожду снаружи.

На спасение Лауры прозвенел дверной звонок, и Элке молниеносно спустилась вниз. Лаура быстро отцепила бутылку святой воды от ремня под грудью. Все равно против ведьмы она не действовала. Правда, ее муж-демон, чья энергетика явственно ощущалась в доме, не устоит против стандартных приемов. Лаура сменила свою якобы шведскую белую блузку на немецкую в мелкую красную клеточку с пышными короткими рукавами, снова привязала к себе бутылку, скрыв ремешок за складкой ткани, а саму бутылочку под длинной курткой. В кои-то веки ее ненавистная связь с нечистью сыграла на руку.

Пока выдались минуты одиночества, Лаура осмотрела комнату. Безупречное чутье подсказывало, что за потертыми фотографиями нет никаких тайников, под двухместной кроватью, хоть и хранившей сухой след ведьмы и ее мужа, также не были припрятаны древние магические артефакты: мечи, стрелы и щиты Богов... Из шкатулки, выставленной на обозрение на туалетном столике, не доносились флюиды амулетов, талисманов, волшебных колец... Для уверенности Лаура приоткрыла шкатулку, но ведьма и вправду не маскировала своих сокровищ. Кроме жемчуга и золота никаких драгоценностей, даже камней. У каждой ведьмы имеется тайник с ее наркотическими травами, лапками насекомых, хвостами рептилий, человеческими зубами и ногтями... неизвестно, какая ведьма во что горазда, но тайник заводила в обязательном порядке. "Найти тайник - лишить оружия",- решила Лаура, захлопывая шкатулку.

- Лаура, ты нужна на кухне!- донесся голос Элке, принимавшей нового помощника. При выходе из комнаты девушка на миг остановилась. В углу стояла глиняная урна, украшенная арабскими текстами у горлышка и витиеватым рисунком по всей поверхности вытянутого горшочка. Заглянув внутрь, Лаура ожидала увидеть прах или землю, но урну наполнял обыкновенный песок. Впрочем, песок заглушает неуловимые волны, по которым опытный маг может распознать функции предмета, в особенности если он мокрый. Мокрый песок всасывает в себя энергию как нечистую, так и жизненную. Урна пережила многие столетия, но, к сожалению, у Лауры не хватило времени выяснить сколько. Лестница задрожала от тяжелых шагов ведьмы.

- Я уже иду,- она поспешно сбежала вниз. Фрау Шульц встречала нового помощника, худощавого юношу лет семнадцати. Смертного. "Так, значит, она не расистка, все у нее вперемешку",- отметила Лаура, стараясь не попадаться смертному на глаза. Люди обладают удивительной способностью запоминать лица, которые им даже видеть не следуют. Потом и появляются в газетенках объявления о несчастных случаях, смертях в переулках от рук бандитов, хулиганов и пьяниц. На самом же деле, устранение свидетеля - обыкновенное дело.

На кухне кипела жизнь. Трещала на газовой горелке кастрюля, громадная кастрюля, больше сходившая за котел, с острым супом. Поваренок вместо щепотки приправы, видимо, погрузил в кастрюлю полбанки. Лаура остановилась при входе на кухню - на нее не оборачивались. У каждого здесь была своя работа. Две девушки (одна - ровесница Лауры, гречанка, другая - чуть старше, лет двадцати пяти, немка, простой внешности, не цепляющей взгляд) орудовали с овощами, нарезали их для глубокой миски. Пожилой мужчина, по-видимому, временный шеф-повар, запекал мясо, огромный кусок говядины, который еле-еле влезал в духовку. По общему впечатлению, обед готовился для роты солдат, оголодавшей и готовой съесть целого слона. Не исключено, что так оно и было.

- Девочка, не стой столбом,- шеф-повар поднял на Лауру суровые серые глаза,- чисть картошку.

Лаура встрепенулась, просеменила к мешку с картошкой и ведерку в углу кухни. Какое счастье, что ей досталась картошка! Да, она долго жила одна, немного научилась готовить. Но одно дело - питаться в забегаловках, кафешках и фаст-фудах, и на ужин (то есть завтрак, учитывая режим дня), когда они все закрыты, готовить себе быстрый перекус. Совсем другое - стряпать для чужих людей, наблюдать за их гримасами, вытирать плевки с пола... проводить до уборной, ведь именно это ей и поручили! Нет, на подобный шаг Лаура не была готова.

Пока Лаура чистила картошку, сбрасывая кожуру в ведро и откладывая почти что ровные шарики в железную миску под ногами, потихоньку осматривала кухню. Тесную, для пяти, уже шести человек, включая пришедшего юнца. Душную, с плохой вентиляцией. Запахи перемешались в воздухе в удушающий клубок. Даже энергия, выделяемая в процессе кулинарии шеф-поваром, поваренком, двумя кухарками и барменом (тем самым юнцом - он не на многое был способен, зато разбирался в напитках: большой плюс молодому человеку как знатоку вин), казалась вымученной. Безвкусной, пресной, безжизненной. От такой энергии вампиру и подохнуть недолго! Фигурально выражаясь.

Лаура присмотрелась внимательнее к жестам коллег и манере их поведения, пытаясь предугадать дальнейшие шаги. Зрелище ее разочаровывало, поначалу. Кто почесывался, кто ковырял в ухе, кто поправлял передник каждые три секунды, кто соблазнительно наклонялся и выгибал спину, кто неумело сыпал перец на поджаристую корочку... Наконец, рыжая девушка, старшая из двух напарниц, направилась к шкафчикам. Вытащила стеклянную баночку, закрыла шкафчик. "Черт тебя подери",- выругалась Лаура вслух, сделав вид, что поранилась ножом. На нее вновь обернулся старичок.

- Осторожнее с острыми предметами,- произнес он тоном зомби, будто и не соображал вовсе, что он говорит. За него это делала программа, алгоритм действий, мало ли, что еще! Лаура ухмыльнулась в ответ на его наставление. Общение с острыми предметами ей необходимо было прекратить лет десять назад. А когда уже и огнестрельное оружие втесалось в компанию, здесь уже не до разборок, пришлось находить со всеми общий язык.

Лаура поднялась, оставив нечищеную картофелину на стуле. С видом глубоко раненной, она отворила первый шкафчик. Стаканы, чашки, бокалы, тарелки... Второй шкафчик также не порадовал, в нем хозяйка хранила сковородки, миски, кастрюльки и прочую кухонную утварь. Лаура потянулась к третьему шкафчику.

- Вы что-то ищете?- встрепенулся вездесущий поваренок.

- Да,- Лаура вздрогнула, будто ее застали на месте преступления,- я ищу одну траву...

- Здесь нет марихуаны,- отрезал поваренок. "Наверняка, уже проверил",- подумала Лаура со злобой.

- Нет, не наркоту. Я порезала палец и знаю одно средство, на которое у меня точно не будет аллергии,- она пожала плечами для убедительности,- видите ли, аллергик я страшный.

В немецком инверсия - дурной тон, незнание грамматики и причина к вечному презрению носителями языка. По крайней мере, так было в двадцатом веке, когда знание нескольких языков еще не считалось большой роскошью и преимуществом в бизнесе и науке. Поваренок не понял ни саркастического тона, ни доброй иронии над собой, восприняв ее слова как личное оскорбление. С Оделией такой прием прошел бы на ура, она ведь косвенно знакома с ее манерой разговора. Но нет, Одели здесь не было. А коренастый мужичок не внушал доверия.

- Ладно, я сама поищу, не стоит помогать,- сказала Лаура, быстро отвернувшись от него. Злой взгляд у поваренка, очень злой. Хоть и человек, но видно психованный, как взбесится ни с того ни с сего - потом проблем не огребешь. Лаура дождалась, пока пыхтение за ее спиной стихнет, и вновь потянулась к заветному шкафчику. Распахнула. Терка, дощечка для нарезки хлеба, половник, ряд ножей разных размеров и предназначений, включая острый топорик для отрубания голов...

- В столе все травы и приправы,- заявил поваренок. Зря она понадеялась, что он ее отпустил в свободное плаванье. Он всего лишь дожидался своей минуты славы. Дождался, вставил словечко и с чувством выполненного долга вернулся к гарниру.

Нет, конечно же, мудрая ведьма не стала бы использовать ящички в столе как тайник. Она захоронила его поглубже, спрятала под толщей заклинаний и проклятий, скрыла чарами невидимости. Вполне возможно, Лаура уже сотню раз проходила мимо него и не замечала. А время приближалось, гости, еще того не зная, подписывали себе смертный приговор. Ведьма готовилась отдаться в руки своему мужу, выполняя давнее обещание. Лаура с разочарованием бросила щепотку соли через левое плечо, постучала трижды по деревянному ящичку и захлопнула его. Пакетики с лавровыми листами, гвоздикой и ванилью остались на попечительстве у талантливого, но маразматичного шеф-повара.

***

Не глядя Лауре вслед, Денис остался на площади и внимательно изучил газету. Как и в большинстве случаев, одна хорошая, стоящая статья приходилась на сотню пустых и бессодержательных. Вот он яркий пример качественной рекламы: привлечь внимание, заставить потребителя потратиться, а затем развести руками, мол, что заслужили - то и получили. Съезд партийцев был назначен на полдень. Светало, навскидку, часов в девять. В запасе было еще три часа. Денис выбрал пекарню с окнами на площадь и просидел в ней до назначенного времени, собирая в кучу все те знания о Веймарской республике, которые когда-то удачно пропил вместе с сокурсниками после закрытия сессии.

Площадь оживлялась. На улице собирались как сонные, так и бодрые жители, боявшиеся пропустить, по их мнеию, нечто легендарное. Мало ли, кто-то из смельчаков начнет восстание, все они войдут в историю! Группа работящих мужиков притащили каменный постамент на самый центр площади. Вовремя подсуетившиеся муниципальные власти, не менее заинтересованные в процессе, чем сами жители, раздобыли трибуну. У начинающего певца стащили микрофон, который он доставал с большим трудом за границей: он один из немногих мог позволить себе дальние путешествия. Из концертного зала, где проходили городские празднества и свадьбы, приволокли мощные усилители звука и расставили их по обе стороны от трибуны. Нижние этажи жилых домов, без спроса обитателей этих этажей, заклеили плакатами с кривыми, вопиющими буквами. Не зная, о чем пойдет речь на съезде, художники писали примерно следующее: "Власть рабочим!", "Верните Германию людям!", "Скажем "НЕТ" коммунистам!". Наверняка, большинство даже не догадывалось о смысле плакатов, а идею, как вирус, занесли со стороны. Зато шрифт красивый, немецкий готический. Призывая зевак и другую публику, которая ни сном ни духом брела по улочкам к центру города, газетчики раскидывали прессу направо и налево; звенели монеты, шуршали жесткие листы бумаги.

К полудню весь Гозек собрался на площади. Женщины возмущенно одергивали юбки и бранились на мужей, чьи восторги и негодования начались еще задолго до прихода. Старики пробивались поближе к трибуне, расталкивая молодежь и бурча между собой о былой мощи их государства. Участники Первой мировой войны, их собралось немного, с особым почетом устремились к центру и застряли кто где, в толпе. Дети радостно визжали, мешались под ногами взрослых, заводили друзей среди других детей, играли в салки с препятствиями. Кто пошустрее - занял места на солнышке, ежась от зимнего ветерка.

Посчитав, что пора выходить, Денис оставил на столе десятку евро и записку для хозяев пекарни: "Сохраните до 2002-го года". То-то ученые обрадуются человеку из будущего! Машина времени существует! Вещественное доказательство - бесценная бумажка с годом эмиссии!

Он скрылся быстрее, чем его поймали как воришку, и окунулся в толпу. Толпа, она всюду одинаковая, будто сотни разрозненных людей, с их часто уникальными умами, идеями, целями и мечтами, историями и душевными переживаниями, в один миг обретают общий ум, общую идею, общие цели и мечты, подвластные своему лидера и его личным убеждениям. Денис умудрился пролезть вперед, держась правой границы площади, чтобы видеть происходящее на площади и при этом иметь возможность ускользнуть в случае повышенной опасности.

Волнения нарастали, толпа начала бушевать. Шумели голоса, перерастая в гомон. Плотность вокруг трибуны увеличилась. Терпение на пределе. Обстановка накалилась. Стоило хоть одному умнику наступить другому на ногу, начать ссору, а затем и драку, как вся акция превратилась бы в тупой балаган, массовый мордобой. Восстание, как и хотели интеллигенты.

Но до этого не дошло. Толпа затихла мгновенно, ропот пронесся над головами. Сотни взглядов приковало к одному месту, выходу из площади на улочку за бакалеей. Точнее десятки взглядов действительно выхватили статного, широкоплечего человека в смокинге. Остальные сотни лишь упирались в затылки впереди стоящих счастливчиков; кому из людей позволял рост, поднимались на цыпочки, вытягивая шеи. А человек шел один. Без охраны, без сопровождения, без других представителей партии. Партийный съезд с единственным оратором - не совсем то, чего так ждали жители Гозека. Они ведь хотели войти в историю, надеялись увидеть влиятельных лиц, о которых вещали газеты и радио. Разочарованный вздох и перешептывания разлетелись по толпе, и шум вновь начал нарастать. Пока человек, перед которым люди расступились, образовывая аллею, не взошел на трибуну и не поднял руку в призывающем к молчанию жесте. Его шествие сопровождал "Марш Радецкого" Штрауса из тех самых древних колонок, наверное, одних из первых изобретенных. Это было одновременно забавно и подозрительно. Для несведущей толпы - всего лишь появление с шиком и без лишнего эпатажа. Денис насторожился.

У оратора были сдержанные манеры, не как у былого вояки, повидавшего на своем веку "многое", трусливо пережидая бурю, пока собратья сражались за страну. Скорее как у расчетливого руководителя, гроссмейстера, жертвующего пешками ради ферзя. Лицо слишком молодое для опытного лидера. Правильнее сказать, нестареющее. Бледная, словно восковая кожа. Короткая модельная бородка. Черные смольные волосы зачесаны назад. Глаза - приют самой тьмы. Холодные, безжизненные и мудрые. Демон чистой воды, и к гадалке не ходи!

Денис отошел подальше от толпы к стене дома, незаметно готовя оружие. На ум ему приходили десятки заклинаний по экзорцизму, и ни одно не смогло бы потягаться с демоном по мощи, едва лишь он прочухает неладное. Увы, не обойтись без напарника, который начал бы отвлекающий маневр, и мощного магического капкана. По крайней мере, Дэн мог метнуть в него парочку ножей, напугать толпу... И все, что делать дальше - он не придумал.

Речь демона наполнялась настойчивостью и ложным воодушевлением по мере того, как внимательные слушатели подчинялись воле оратора. Он смелел, по-видимому, не впервые проводя эту церемонию посвящения в рыцари. Разве что не заставлял принимать присягу на мече. Пламенные речи - лучшее определение его потока небрежных, на первый взгляд, фраз. Каждая из них была обдумана, проработана и отрепетирована. Тембр голоса идеально поставлен для гипноза.

Дениса не владел немецким настолько хорошо, чтобы понять весь монолог целиком, и все же отдельные фразы, выхваченные из контекста, его очень веселили. "Этот идиот переписал статью из Википедии",- думал он, достав тайком мобильный телефон. Связь, разумеется, не нашлась, зато камера работала отлично. Денис сфотографировал псевдо-оратора, который зачитывал десять заповедей национал-демократов, явно опережая время лет на десять. "Враги Германии - твои враги, ненавидь их всем сердцем!", "Требуй себе только обязанностей. Тогда Германия обретет справедливость!", "Бей негодяя всякий раз! Помни, если кто-то отбирает твои права, ты имеешь право уничтожить его!","Верь в будущее. Тогда ты станешь победителем!"... Достойно, очень достойно.

И так считал не только Денис.

- Эй, Геббельс!- раздался из толпы бодрый, насмешливый голос. Оратор-демон замолчал, всматриваясь в публику в поисках наглеца. Конечно, он не был настоящим Геббельсом, но явно знал, кто это такой и чем отличился. Как и обвинитель.- Нравится трибуна? Хороша для такого вруна! Впрочем, для любого вруна хороша, не зря ты позарился на эти цитатки, гад ползучий!

Демон расхохотался прямо в микрофон. По всей площади, разрывая молчание, пронесся его жуткий хохот. Вправду говорят, демонический.

- Мой юный друг, ты еще не наигрался?- демон отыскал собеседника и смотрел прямо на него, пристреливая взглядом.- И что же ты придумал на этот раз?

Только сейчас Денис заметил: толпа замерла. Причем не в ошеломлении. Под действием чар. Время для этих людей, внимающих речам демона, остановилось. Возможно, он оказался бы подвержен заклятию вместе с ними, если бы Оделия не обвесила его этими штуками, заговоренными амулетами. Стараясь не привлекать к себе внимание, Денис нагнулся и ползком начал продвигаться к обидчику демона. А вот и помощь! "Два дебила - это сила, мы точно договоримся",- решил он. Не впервые ему привлекать на свою сторону новых талантов.

- А это киндер-сюрприз, Геббельс. Кстати, "киндер" - это же немецкое слово, да?

Денис придвинулся на максимально близкое, доступное расстояние. Сидя на корточках, он вгляделся в обездвиженные фигурки. И наконец нашел того, кто смог дать демону отпор. Йордан.

Тот самый Йордан, лучший друг Дениса, его университетский приятель, напарник в борьбе с нечистью. Тот, кто не счел его сумасшедшим, кто отправился вместе с ним на поиски дьявольского логова, вперед к приключениям и опасности. Кто поддерживал все его идеи, даже если считал их безумными. Кто не раз спасал жизнь, кому не страшно было ее доверить вновь. Кто погиб за общую идею, беспрекословно взбираясь на гору Кайлас в Китае, в системе гор Гандисышаь на юге Тибетского нагорья, по первому же требованию лидера группы. Чем не управление массой?

Гора Кайлас - одна из самых трудных гор для восхождения. Ее религиозное значение различно: к ней совершаются паломничества, ей поклоняются, наделяют ее божественной силой. У индуистов на вершине горы обитает Шива, у буддистов - Будда, по тибетской традиции, на горе зародился Бон и спустился с небес на землю. В текстах первых двух религий говорится: "Никто из смертных не смеет взойти на гору, где обитают боги. Тот, кто увидит лики богов, должен умереть",- и по легенде, гора сбрасывает каждого незадачливого альпиниста, кому взбрело в голову ее покорить. В теориях Мулдашева, Кайлас - древняя пирамида, остаток древней цивилизации. У подножия горы - два озера, пресное и солоноватое, жизни и смерти, Манасаровар и Ланга-Цо.

В общем место мистическое, подходящее для портала между преисподней и землей. Но это все ерунда, не скидывал Йордана ни Будда, ни Шива. Он просто сорвался. Разбился о камни. По вине Дениса, который отправил друга на верную гибель. А ведь Рада предсказывала, хоть ей и запрещено; ведь знала, ведьма, к чему вел поступок, и не остановила! Но парень винил только себя, и никого другого. Смогли бы извинения принести совести покой? Вряд ли. Эта тварь, вина, сжирает подчистую, прогрызает внутри глубокую язву и дохнет внутри организма вместе с хозяином тела.

И вот он здесь, Йордан, его когда-то верный друг, преданный и исполнительный, смелый и мужественный. Со взрывным характером, мечтой о независимости, свободе. О великой цели, освободившей бы мир от чудовищ, которых видят только те, кто хочет видеть. Но Йордана искали несколько дней, друзья-охотники и спасатели на вертолетах! К тому же, прошло столько времени... Да и, черт побери, он бы не смог доехать до Гозека и вернуться на век назад тем же способом, что и Дэн!

- У меня есть нечто вкусненькое на этот раз, мой дорогой Геббельс,- продолжал издеваться Йордан. Демон напрягся. Он не атаковал, его останавливали слова о сюрпризе. Чокнутый альбинос мог придумать все что угодно! Особенно имея столько бесконечных часов, столько бесконечных дней, повторяющихся по одному и тому же сценарию, один в один. Интересно, когда он выучит каждый звук, каждое слово, каждое движение вокруг и свихнется? Может, хоть тогда, покончив с собой, он уничтожит и огромный след из своих собственных проекций?

- Понимаешь, чувак,- Йордан пошел вперед, держа руки в карманах тканевой куртки, будто его подарок хранился именно там,- ты мне нравишься. Не как у гомосеков заведено, конечно. Но ты вроде неплох. Мне тебя даже жаль. Мы ведь оба застряли в этом дне, и оба уже ненавидим друг друга. Но отчего так получилось? Мы же должны любить людей! А с тобой мы стали почти братьями!

Демон сохранял непоколебимое спокойное выражение лица, словно его не волновали издевки. Не предпринимал никаких попыток нападения. Он боялся. Никогда он не боялся, а тут вдруг страх схватил его за горло, где это видано? Бояться человека! Нет, если бы этот паренек был простым человеком, одно убийство устранило бы проблему в его лице раз и навсегда. Но он был невменяемым, чокнутым, непредсказуемым. И застрявшим во временной петле, которую создал сам демон. Неуязвимый враг.

- Слушай, а где твои плакаты?- Йордан остановился у подножия постамента, не решаясь взойти на него.- Помнится, вчера... точнее сегодня предыдущего дня ты притащил самодельные плакатики, агитационные. Мне они понравились - хорошая задумка, и урожай из наивных соплежуев в тот день был очень богатым. Не то, что сегодня, какой-то ты...- он задумчиво оглядел мужчину с ног до головы,- не такой, не в форме. Речи дряблые, как зад ее столетней бабушки. Сам ни рыба - ни мясо. За таким предводителем, вернее фюрером, народ не пойдет. О! Идея! А притащи-ка завтра заголовок Дифенбаха "Работа делает свободным" (c нем. "Arbeit macht frei"), тебе ведь не впервой воровать чужие идеи? Я даже подскажу, с ворот каких концлагерей можно сорвать эту надпись. С Заксенхауза,- он начал загибать пальцы,- с Аушвице, в Чехии и Польше тоже вроде есть, поискать надо. Или это уже слишком для тебя, а, Геббельс? Смотаться во Вторую Мировую и обратно и привезти мне маленький сувенир на память взамен на мой презент?

Демон не выдержал. Скопив достаточно силы в руке, он метнул в Йордана огненный сгусток энергии, чистой человеческой. Шар ударил точно в грудь Йордану, и тот, не устояв на ногах, отлетел метров на десять назад и врезался в пузатого мужчину с кружкой пива, из первых рядов. Тот не покачнулся, остался стоять каменным изваянием. Денис рванулся было вперед и заметил, что тело Йордана исчезает бесследно. Испаряется прямо на глазах, превращаясь в белесый туман. Демон равнодушно смотрел на плод своих творений. Он ни капли не удивился выходке альбиноса. Мужчина не хотел срывать свой гнев на обыкновенной проекции, отражении настоящего человека, которая рождается с каждым новым Днем Сурка. Наверняка, юнец наплодил целую армию своих клонов.

Демон взмахнул рукой, и толпа ожила. Он продолжил говорить как ни в чем не бывало, с того места, где прервался. Денис осторожно отполз назад к стене под ворчание старух, ругань более молодого поколения и возмущенные возгласы тех, с кем он по случайности столкнулся. "Быть того не может!- он снова оказался у стены, в безопасном месте.- Йордан жив, попал во временную петлю, и я присутствовал при убийстве его совершенной копии". Такого поворота событий не ожидал никто.

После встречи с юнцом, которая уже вошла ему в привычку, демон действительно потерял пыл. Толпа скучала, толпа не верила. По-честному не получалось, мужчина подключил магию, слабое заклинание, практически безвредное. Он ведь и сам был человеком, когда-то, не так давно, хотел завести семью, жениться на любимой женщине. И ведь завел, женился! Жаль, недолго длилось счастье - Судьба-злодейка поставила его на колени, сожгла его жену и детей. И теперь ему сама смерть не угроза, беспощадный и бесстрашный, он хотел мстить, а кому - не знал.

Денис поднялся на ноги, распрямил складки на брюках. Отошел к бакалейной лавке на перекрестке с улочкой, остановился на углу дома. В затылок уперлось нечто твердое, похожее на ствол огнестрельного оружия.

- Только не оборачивайся,- жестко сказал нападавший на чистом русском языке с южным акцентом. Его тон отбивал всякие возражения,- если ослушаешься, слопаешь пулю. Кто бы ты ни был, она подействует, поверь. Специально для разнородной нечисти выбирал серебряные, по старой легенде, для верности заговорил их в новолуние, окунул в зелье старушки-пророчицы и набрал их целую кучу, хватит для всей твоей шайки. И знаешь, что будет дальше? Она пробьет насквозь черепную коробку и оставит в башке сквозную дыру для вентиляции.

- Я не оборачиваюсь.

- Хорошо,- продолжила жестокая копия Йордана,- теперь медленно поворачивайся к стене и не смей привлекать толпу: во-первых, она заговорена, и я нажму на курок, во-вторых, это бесполезно, прохожими занялись ее люди, и я опять же нажму на курок.

- Йордан,- при упоминании своего имени, тот сильнее вжал ствол в затылок. Денис выполнил его просьбу и оперся руками о стену,- это я, Дэн. Йордан?

- Откуда мне знать, что ты - Дэн?- оскалился он.- Может, ты долбанный трансформер? Или всего лишь проекция?

- Дружище, я должен извиниться, что послал тебя на Кайлас.

- Дэн не посылал меня, я сам пошел,- обронил Йордан грубо, но несколько расслабился. Тем не менее, должность обязывала к проверке иногородних.- И извиняться незачем, я никогда не держал на него зла. Мой друг не виноват, что я оступился.

- Но как ты выжил?

- Так, начались разговоры, пришелец,- Йордан пихнул его в спину и напомнил о дуле, смотрящем на мир как третье око,- говорить будешь, когда я позволю.

Дэн осторожно подвинул руки ближе к груди, сохраняя упор на них.

- Откуда мне знать, что ты сам настоящий?- осмелился он подать голос в надежде хоть на секунду сбить внимание Йордана. К тому же он знал: в нем зародилось сомнение, и просто так он не выстрелит. Этой секунды Дэну хватило, чтобы резко сесть, поднырнуть под руку захватчика и, перехватив ее, резко заломить за спину. В таком положении он с легкостью выбил пистолет с ударно-кремневым замком. Где Йордан только откопал его?

- Ниоткуда!- Йордан сплюнул на землю.- Я и сам каждый чертовый день задаюсь этим вопросом. Вдруг, я не я, а долбанная проекция? Может, я настоящий уже давно отправился в двадцать первый век, а здесь остались только его следы, отголоски, лишенные разума, злостные, агрессивные копии-мстители? И я теперешний - один из них. Ты знаешь, что это такое, просыпаться с мыслью, будто ты больше не человек, а чья-то тень? И ты навечно застрял в одном дне?

- Да, мы смотрели фильм с Биллом Мюррэйем каждое второе февраля по "России". Только ты и я. В этот день даже не приводили девочек. Хотя нет, в две тысячи девятом ты привел Зою, и она облила пивом диван. Сейчас я отпущу тебя, и мы спокойно поговорим, идет?

- Идет.

Денис на всякий случай отбросил ногой пистолет. Тот ударился о противоположную стену. Сам Дэн отпрыгнул назад. Его друг распрямил спину, потирая запястья.

- Как долго ты здесь?

- Один день,- ответил Дэн. Йордан задумчиво повел головой. Раньше у него были короткие белые, как лист бумаги, волосы, поставленные по привычке ежиком. Сейчас они отросли, прикрывали уши. Должно быть, Йордан действительно слишком много времени провел в петле и вконец отчаялся вернуться.

- Это хорошо. Нет тебе веры, пришелец. Я даже не могу проверить, Дэн ты или нет. Демон спокойно мог считать память, а трансформер (так он называл всех оборотней, одинаково обращавшихся в животных и других людей) обратиться им. Но выбора у меня нет, пойдем со мной. И для начала я заберу свое оружие, договорились? Без кулаков.

- Валяй.

Йордан подошел к стене и спокойно поднял пистолет с земли. Он мог бы выстрелить с безопасного расстояния, но он всего лишь убрал пушку в кобуру на поясе.

- Да ты местный полицай!- другой причины, почему Йордану позволили носить при себе оружие в городе, Дэн не нашел.

- Я не полицай,- хмыкнул он,- просто меня не успевают запомнить. Люди, видевшие меня, просыпаются утром следующего дня. Кто-то наверняка пытался искать, но я-то застрял здесь! Они жили до этого дня, живут и после. Только пришельцы вроде тебя обрывают свой путь. Их временная лента завязывается в петлю.

- Зови меня Дэном, я твой друг, а не пришелец.

- Нет,- Йордан настаивал на своем,- сейчас ты пришелец. Мой друг остался в Китае, и я был в Китае, пока не вошел в пещеру и не очутился здесь. Не зря Дэн говорил, что гора заколдована. Наверное, какими-то старыми пердунами-магами.

- Так ты не разбился!- до этих слов Дэн еще сомневался, не видел ли он перед собой призрака. Но после них камень в его душе раскололся на тысячу мелких осколков. Контрастный душ, смерть и жизнь! Возрождение из пепла! И окрыляющее, неземное счастье. Он бросился было к другу, к брату, но тот выставил вперед руку в предостерегающем жесте и потянулся другой к кобуре.

- Не стоит приближаться, пришелец,- сказал он медленно и холодно.- Да, я смог спастись, и это божий подарок. В каком бы дерьме я ни оказался, в тот день я родился заново, мне дали шанс продолжить миссию и бороться со злом. Я сорвался - это факт, но в полете зацепился за дерево - оно сбавило скорость, и в эту долю секунды я ухватился за выступ в скале, подтянулся. А пещера оказалась порталом. Вот и все, приятель, теперь я здесь. Твоя версия?

- Когда мы думали...- Дэн замялся,- что ты погиб, еще несколько дней искали тебя в горах, тело или его останки. Вертолет искал, спасатели, альпинисты. Но мы ничего не нашли. Тогда Рада сказала, что слышала об одном маге-буддисте, который изучает Кайлас. Мы наведались к нему. А он оказался демоном по происхождению, хоть и завязал со своими делишками. И он выдал нам целый отчет о магических свойствах горы. Половина, конечно, бурда - мифы всякие, догадки. Но он упомянул связь горы с межвременным порталом. Второй портал с теми же настройками - в Германии. Плюс ко всему, мы допытывали некоторых... пленников, и были те, в основном неопытные новички, что ссылались на Гозек.

- Ты очень правдоподобно врешь. Я хочу узнать подробности. Расскажи мне эту чудную историю с самого начала. Сейчас я поверю в какую угодно сказочку. Давай, присаживайся,- Йордан прислонился к стене и съехал по ней на голый камень,- далеко отходить не можем. Я приготовил подарочек для далекого гостя,- он кивнул на площадь,- моего старого знакомого. Пора свести с ним счеты. На самом деле я пытаюсь это сделать ежедневно, и у меня уже иссякает фантазия, но на этот раз я хорошо подготовился, поставил сильную ловушку. Термоядерную! Так о чем ты говорил?- он дождался, пока Дэн присядет неподалеку, по-прежнему держа его на расстоянии.- Как там... остальные? Рада и Хосе до сих пор не верят своему счастью?

Он усмехнулся. Дэн с сожалением отметил, сколько воды утекло со дня пропажи Йордана.

- Они не смогли смириться с их новым статусом и остались друзьями. Чудаки.

- А ты с Оделией сошелся?

- Нет, мы тоже друзья.

- Ведь девчонка в тебя втюрилась,- Йордан покачал головой,- точно втюрилась. Легкая добыча.

- Она хороший человек, надежный напарник, и я не собираюсь ее использовать.

- Широка душа русского человека! Ты всех нас использовал так или иначе. Просто никто другой на лидерство не способен. Ни я, я бы быстро сдался, ни Рада, хоть она и баба с яйцами, ни Хосе с его истинно колдовскими заморочками, не то что у нас с тобой. А твою веру сломать очень сложно, поэтому так и вышло,- прервав сеанс философии, Йордан сменил тему.- Получается, все мужики свободны! Надеюсь, вы продолжили традицию пятницы-развратницы?

В светло-голубых глазах Йордана сверкнул озорной огонек. Этот огонек ненадолго затмил тоску Дэна.

- Пытались, первое время, но без тебя она утратила вкус,- признался Дэн,- зато мы нашли твоего друга Джерри. Ты был прав, он легко согласился на авантюру.

- А-а, старина Джерри! Отлично, просто отлично,- Йордан выдавил улыбку,- когда мы с тобой на него наткнулись, ну тогда, в Амстердаме, он, конечно, был в шоке. Ничего, отошел?

- Да, второй встрече он даже обрадовался. Говорит, все обдумал, принял решение... и забил на прежнюю жизнь, отправился с нами.

- Ха! Я знал, что Джерри поддастся соблазну. Как бы я хотел с ними повидаться, со всеми. Ты ведь не один здесь, так? Помню, ты никогда не был настолько глуп, чтобы не подстраховаться. Так кого взял с собой? Дай угадаю, Хосе?- Йордан с ребяческим восторгом щелкнул пальцами.- Или нет, Джерри? Все-таки Хосе! Он давно рвался.

- Не угадал, друг. У нас пополнение.

Йордан с подозрением прищурился. Откинулся на стену дома, нахмурил брови.

- Пополнение? Ребеночек, что ли? Слушай, а ведь девять месяцев еще не прошло, неужто Радка наврала нам сполна?

- Да нет, в команде пополнение. Мы нашли ту девчонку, итальянку или испанку. Помнишь, о которой нам Перфенопулос втирал? Лауру.

- Это которая леди-вамп? Помню, конечно, крутая охотница. Он нам все уши о ней прожужжал. Ну и как она в действии?

- Не так плоха, но я ожидал большего,- признался Дэн.- Насколько я знаю, живет она на гонорары от своей книги. Оделия проштудировала ее с карандашиком,- Йордан засмеялся, вспомнив о прилежной и усердной девушке, которая считала дисциплину и порядок своими главными пунктиками.- И зарабатывает в каждом городе, как может. Я взял ее на испытательный срок, вот и посмотрим, на что она годится. Хочешь познакомиться?

- Горю желанием,- ответил Йордан вполне искренне.

В переулок начали заглядывать люди. Видимо, демон уже предложил сделку, пригласил на званый ужин самых способных к магии, то есть к политике, горожан. Те, кто не попал в золотой запас, расстроенные разбредались по домам, браня на чем свет стоит лжепартийца и его кампанию.

- И вправду,- Йордан выглянул за угол на оставшееся очарованное стадо, человек из тридцати. Всего лишь,- сегодня у него не ахти какой улов.

Мужчина в костюме с торжественным видом сошел с пьедестала и направился к улочке. Он взял курс на дом с мощнейшей темной энергетикой. Черный туман над улочкой не рассеялся, а скорее сжижался над самой крышей дома, стелился по черепице, скатывался комьями по стенам на асфальт.

- Иди сюда,- позвал друга Йордан,- сейчас будет шоу!

Демон церемонно пересекал площадь, а за ним гуськом брела процессия. Казалось, ничто не предвещало беды. И демон не чувствовал неладного. Подойдя к углу дома, он вдруг резко остановился. Еще немного, и клин уткнулся бы ему в спину и посыпался, как домино. Мужчина достал из кармана брюк щепотку тертых листьев, бросил перед собой. Зеленые песчинки застыли в воздухе, наткнувшись на невидимый барьер. Демон подозвал к себе добровольца, указал на мусорный бак. Паренек с выражением глубочайшей чести на лице подошел к баку, обнял его и перетащил на другую сторону, открывая проход. В то место, где стоял бак, не пойми откуда упала свеча. Не успев потухнуть в воздухе, она подожгла дорогу. Тротуар вспыхнул лишь на мгновение, и тотчас же потух.

- Ах, ты сукин же ты сын!- с чувством выразился Йордан и снабдил речь крепким матом.

- Что ты придумал?

- Да там целая пирамида возведена! Не считая пентаграммы, которая, кстати, на него не действует, я протянул сеть из кристаллов, облил дорогу керосином, установил ловушки-бомбочки,- прямо за спиной паренька-добровольца бак взорвался, осыпая гостей мусором и не касаясь самого зачинщика. Демон резко заморозил толпу, метнул огненный шар прямо в ее центр, точно поражая цель. Проекцию Йордана, еще одну. Толпа вновь ожила и послушно побрела за своим предводителем,- а это был мой посланник, начитывал заклинание по изгнанию демона из плоти двенадцать раз. Не представляешь, как трудно сработаться со своими копиями, которые видят в тебе решение всех проблем, если только примочат. Они же не понимают, что они тени, и их дни сочтены точно так же, как и мои, поэтому нас всех обрекли на смерть. И им практически невозможно вдолбить голову, что мы в равных условиях: можно уйти тихо и трусливо, а можно умереть гордо и причинить врагам наибольший ущерб. Я неделю готовил этот заговор!

Словно в подтверждение его слов, мужчина вскинул руки, и сразу две проекции Йордана растворились в воздухе. Они прятались в тени балконов в низкой кроне деревьев.

- Пойдем за ним,- Дэн выскочил на площадь, и Йордан не медля кинулся за ним.

- Тише ты, шустрый, не веди себя, как плейбой, обрюхативший очередную цыпочку. Он же нас раскусит в два счета.

- Ты прав,- они замедлили ход, притворившись простыми прохожими. Дэн задумчиво глянул вслед обреченным жертвам эксперимента,- я вот что подумал, старик. Если мы попали в прошлое, где еще не создан третий рейх, еще не было Капповского путча и Рурского конфликта, почему бы не изменить историю? Не ликвидировать Гитлера?

- Нельзя,- отрезал Йордан,- мы всего лишь точки в общем месиве. Твои предки воевали?

- Да, дедушку на войне контузило.

- А бабку твою он на войне встретил?

- Да, она одна из "ночных ведьм", на допотопных По-2 фашистов бомбила. Где-то пересеклись, я уж не помню.

- Ну вот, представь, они бы не встретились. Не было бы твоих родителей, не было бы тебя. Ход истории изменился незначительно: все равно война бы прошла, не Гитлер, так кто-нибудь другой бы ее развязал, Муссолини, или я не знаю. А вот нас бы с тобой и в помине не было, и сейчас, без временной опоры, мы бы исчезли. Понимаешь?

- С трудом.

- Поверь, не мы первые, не мы последние пытались изменить ход времени, и что вышло? Да ничего! В теории относительности есть дополнение, да поправят меня физики, фантастическое, но я в него верю: расходящиеся из одной точки пространственные плоскости, через определенный отрезок времени, с измененными событиями, вновь сходятся в одной точке. То есть все преобразования сводятся к одному результату. Люди зовут это прихотями Судьбы. Мол, Судьба так повелела, я сижу в дерьме, а поступи иначе, уже купался бы в лучах славы. Но так не бывает. Даже пройдя через славу - допустим, это все же случилось - человек пришел бы в точку касания нескольких миллионов плоскостей с их минимальными вероятностями. И сидел бы в дерьме точно так же, как сейчас сидит.

- В тебе погиб физик,- заключил Денис.

- Скорее, фантаст. Это же все чушь собачья, но как я завернул красиво, а?- Йордан показал на спины будущих демонический отродий.- Мы отстаем, они уходят.

Демон остановился перед зловещей, внешне ничем не отличавшейся от всех остальных, дверью. Постучал. За ним тянулся хвост зевак, которых вели прямо к обрыву. Охотники быстро их нагнали, и смешались с толпой. Люди и вправду будто подверглись гипнозу, не переговаривались, не перешептывались. Молча ждали таинства посвящения в партийцы.

На пороге появилась полная женщина с приятными чертами лица. Редкий случай, когда фигуру затмевало ее обаяние. Наверняка, она хорошая хозяйка и умеет угодить мужу. С такой не играются, на таких женятся. Она и детей приструнит, и супчика сварит, и ночь скрасит. Чем не вариант? Да вот чем. Она ведьма, как уж с такой сладишь? Чуть посмотришь на чужую юбку, она и подмешает в тот самый супчик зелья. Заодно импотентом сделает, пожизненно, одним заговором и щелчком пальцев.

- Элке,- демон приложил правую руку к груди и склонил голову,- позволишь?

Элке Шульц уже переоделась в национальный костюм. Наложила тени на веки, прирумянилась, распустила светлые крашеные волосы. Оглядела критически улов.

- Как-то вас мало,- сказала она тихо.

- Достаточно,- отрезал мужчина,- я сегодня не форме.

- Проходите, чувствуйте себя, как дома!- Элке радушно обратилась к гостям. Те в восторге расцвели и, толкаясь, начали пробиваться к двери.- Только посуду не бейте: дорогой греческий фарфор.

Линейное письмо скандинавских и древнегерманских народов было нанесено на стены прозрачным раствором, вероятно, соленой водой с примесью аконита. По поверьям, из аконита ведьмы готовят мазь для полетов на шабаш. Трава учащает ритм сердечных сокращений и нередко вызывает галлюцинации, чувство полета. Клубни этого растения обладают жаропонижающим и болеутоляющим свойствами, но вместе с тем ядовиты. Наверное, только настоящие травницы-ведьмы могут использовать аконит без вреда для здоровья.

Что касается рун, здесь были и "старшие руны", футарн, III-IV веков, и "младшие", датские, IX-XI веков. Разные по силе воздействия, и прочитать их крайне нелегко: теоретический текст читается слева направо и справа налево. Голову сломать можно, пока догадаешься, какие призраки преследовали мага, наносившего знаки на все, что видел.

- Поганка, у нее всюду защитные руны,- сказал Йордан. Он никогда не разбирался в рунах, он их просто-напросто зазубривал в формулах и применял без зазрения совести.

- Веди себя естественно.

- Как на матче Спартак-ЦСКА?- уточнил друг и хмыкнул.

- Да нет, скорее как на экзамене по философии,- напомнил Денис. В тот день для удачной сдачи они опрокинули по стопке. Впрочем, для непьющих парней этого оказалось достаточно, чтобы перенести ночные посиделки за столом и разговоры о жизни в аудиторию, при этом не вызвать подозрений у профессора Борисыча. Рискованно, но сработало.

- Ну вот, навеял ностальгию о студенческих годах. Я так и помню запах травки у Димона, как не зайду - а он развлекается.

- А ты, конечно, извинялся и уходил,- поддел его Дэн. Йордан невозмутимо повел плечами.

- В общаге есть свои плюсы, дух единства и развлечений, первокурсницы. Если бы мы не тусовались на твоей съемной квартире всем скопищем, я бы тебе показал все ее прелести.

- Ладно, заткнись,- Дэн пихнул разговорчивого приятеля в бок. Демон уже прошел в дом, и хозяйка по одному пропускала гостей за порог. Попутно сканировала каждого.

- Нам не пройти,- прошипел Йордан,- я уже раз десять пробовал. Карга чувствует белую магию.

- Ты же человек, как она чувствует? Просто сделай лицо зомби-маньяка под кайфом.

- Как на философии,- пробурчал Йордан,- я помню. Все равно не прокатит.

Середина очереди приходилась на Дэна и Йордана. Элке прищурилась, глядя на их наигранно пустые лица, бессмысленные глаза. Улыбка ее замерла на лице. Если всех остальных гостей Элке проверяла ментально, с этими двумя она решила перестраховаться. Подняла руку, считала ауру Йордана.

- Знакомо,- прошептала Элке, глядя на Йордана с подозрением. От бурлящих нервов он покраснел по самые уши, хотя, казалось бы, должен был побелеть.- Я вас не помню, но уверена, мы уже встречались. В прошлом или будущем,- она посмотрела ему прямо в глаза. Йордан старался не отвести взгляд. Его так и подмывало плюнуть на нее, сбить внимание и направить ствол пистолета прямо на пышную грудь. Денис и сам понял, что долго друг не продержится под штурмом. Он поднялся на носках, вгляделся в гостиный холл.

И, какое счастье, разглядел Лауру. В таком же костюме, как у хозяйки, в длинной юбке в пол, клетчатой блузке. В кожаной куртке, неудачно бросающейся в глаза. Лаура неспешно несла поднос к чайному столику и то и дело оглядывалась, выискивая среди гостей напарника.

- Лаура!- позвал Дэн. Девушка еле успела поставить сервиз на стол и вскинула голову. Она не сразу разглядела знакомого за широкой спиной парня-альбиноса, млеющего под сканером Элке. Сама Элке от неожиданности вздрогнула и прекратила штурмовать Йордана, тот быстро проскочил в гостиную, пока она обращалась к Денису.

- Фрау Шульц, все в порядке,- Лаура оказалась за спиной ведьмы,- это мой друг. Он из демократов, но очень хотел бы послушать. Вреда не принесет, он умственно отсталый.

Денис посмотрел на Лауру бешеным взглядом, и та ему в ответ подмигнула. Подхватила под локоть и под пристальным наблюдением Элке провела в дом следом за собой.

- Я за него ручаюсь!

- Хорошо. Это объясняет его поведение,- сказала Элке и принялась за остальных гостей. Лаура отвела Дениса за стену, соединявшую гостиную и кухню, спрятав от хозяйки.

- Спасибо.

- Дурак ты!- прошипела я.- Где твой друг? Я видела, вы вместе пришли. Живо на кухню и не попадайтесь на глаза Элке, она уж больно подозрительна.

- А как же ты прошла?

Лауру смутил вопрос, спина невольно сгорбилась.

- Она приняла меня за свою, закроем тему, идет? Сейчас не высовывайтесь, ждите моего сигнала. Можете помочь чем-нибудь на кухне, поискать ведьмин тайник. Но лучше всего - ничего не трогайте,- Лаура вновь выпрямилась после раздачи указаний. Словно мамочка, оставляющая детей под присмотром старой невнимательной няньки.

- Есть, товарищ старшина,- Денис в шутку отдал честь,- только найду Йордана.

- Сиди здесь, я сама его приведу. Я же официантка, мне можно. Белобрысый с красным лицом - это Йордан?- Лаура выглянула за стену, проверила, не смотрит ли Элке. Но ведьма была занята делом.- И да, вот эти штучки здесь оставь. Никаких намеков на Россию, ее союзников, Красную армию и прочее. Я оценила обстановку: народ тут не особо дружелюбный. И старайтесь между собой говорить на английском хотя бы, договорились? Для общей безопасности.

- Я понял, Лаура, не идиот. Спасибо за помощь.

- Жди,- Лаура с деловым видом вышла в гостиную, невзначай огляделась. Комната постепенно наполнялась гостями. Те устраивались везде, где находили место: на бархатных диванах, на нижних ступенях лестницы, перекрывая проход, на ворсистом ковре цвета мокрого дерева. Находились смельчаки, кто облокачивался на старинный сервант. Вскоре большая часть избранных прошла фейс-контроль Элке; черный притон наполнился поддельным весельем и предчувствием скорых перемен. Отовсюду слышались предположения о чем-то невероятном; эти догадки будоражили гостей и порождали сумасшедшие, бредовые идеи. Йордан удачно вписался в толпу, имея опыт общения с местной шпаной. Лаура нашла его в компании ровесников, молодых энтузиастов, которым Йордан цитировал Эйнштейна.

- Эй, друзья-ученые,- Лаура ловко подвинула юных натуралистов и вклинилась в их группку,- мне очень жаль, я вынуждена украсть вашего приятеля ненадолго,- с ласковой улыбкой осмотрела кружок и остановила строгий, многозначительный взгляд на Йордане, приподняв в ожидании брови.

- Не вопрос, meine Liebe,- отвесил Йордан в той же манере и напоследок обратился к своим слушателям, как профессор со стажем,- я вас оставлю, но когда вернусь, напомните мне продолжить сразу с Броуна.

Йордан протолкнулся сквозь толпу вслед за Лаурой. Она уверенно расчищала себе дорогу до кухни.

- Теперь-то все в сборе?- спросила она у Дениса, притаившегося за перегородкой. Хозяйка дома остерегалась кухни, и на ней можно было найти временный приют.

- Да, это все,- подтвердил он. Йордан в ответ лишь хмыкнул, недовольный, что его оторвали от интересного разговора.

- Тогда слушайте, мне удалось кое-что подметить,- Лаура расчистила для себя местечко на сундуке в коридоре и присела, глядя на напарников снизу вверх. Те присели на корточки перед ней, сокращая расстояние, таким образом Лауре не пришлось повышать голос и разглашать секретную информацию по всему Гозеку,- дом чертовски грязный, настолько мощного потока черной энергии, скопления ее в одном месте, я не видела... очень давно.

- Спасибо за очевидность,- Денис как прирожденный эзотерик, каковым любил себя считать, отлично это ощущал.- И, насколько я заметил, эта Элке хоть и хозяйка, понятия не умеет, что творится у нее под носом. Это не она проводит ритуалы.

- Верно, ей бы не хватило сил. Максимум, на что способна Элке, это привороты-отвороты, заговоры, мелкие проклятья и ведьмин круг. При особых усилиях поднимет метлу, но долго ей управлять не сможет. Она не самая сильная ведьма.

- Ребят, вы, конечно, крутые сыщики,- Йордан нервно взъерошил белые волосы,- да вот только это давно известно - спросили бы меня. Здесь заправляет Один, тот демон, который развернул секту под прикрытием политических сходок,- пояснил он, намекая на диктатора с площади.

- Поясните?- Лаура пропустила все шоу, пока чистила картошку на кухне, причем не особо умело. Теперь же она чувствовала, что выпала из мира.

- Когда ты ушла, я решил дождаться того события, помнишь?- уточнил Денис и, видя понимание, продолжил.- Тем важным гостем оказался демон, который привел сюда этих школьников,- из его уст "школьники" звучало не как ученики, а как наивное население, клюющее на пропаганду,- именно он здесь орудует.

- И именно он - наша цель, я догадалась. Выходит, мы покончим с тем смазливым брюнетиком и можем расслабиться.

- Не исключено, что тот брюнетик, которого ты видела, всего лишь проекция,- возразил Йордан с презрением.

- Прости?

- Проекция появляется на второй день после того, как ты попал во временную петлю,- пояснил он,- это твоя точная копия, со сходными мыслями и поступками, но живущая отдельной жизнью. У нее исковерженное сознание, и чем старше проекция, тем больше опасности для тебя представляет: проекции считают, что их мучения окончатся, если они тебя примочат.

- Оптимистично,- Лаура заерзала на стуле, переваривая только что услышанное. Выходит, они во временной петле. Ей не требовались пояснения, Лаура отлично уловила мысль. Они попали, попали надолго.

- Да, но можно их использовать,- добавил Йордан не без самодовольства,- правда, это сложно провернуть. Я к своим месяц путь искал.

- Так что насчет демона?- перебил Дэн. Ему стало не по себе от мысли, что их маленькая экспедиция затерялась во времени, и теперь неизвестно, есть ли способ вернуться, раз его лучший друг с пытливым умом так до него и не добрался.

- "Один" - это кличка демоноса, в германо-скандинавской мифологии так звали верховного бога. Один из мифологии заправлял асами, другими главными богами. Мужик не зря выбрал именно это имя, в его случае, асы - это хозяйка и ее муж, тело которого он использует для своих целей. Асгард, небесный город асов. В понимании Одина, это его город, которым он руководит. Только вот Асгард в нашем мире - не что иное, как преисподняя. Отсюда мы видим, что наш Один претендует трон, для чего ему нужна армия.

- Что он и делает,- заключил Дэн, оглядывая переполненную гостиную,- набирает добровольцев, промывает им мозги и лепит армию.

- Скоро мы станем свидетелями массового убийства, а я - и вовсе пятнадцатого по счету. Но мы ничего не можем сделать, кроме как смиренно наблюдать за ритуалом, иначе от нас, конкретно от нас, не останется и следа. А вы, ребята, уверен, захотите вернуться домой.

- Ты хочешь, чтобы мы молча наблюдали и не действовали?- вспыхнула Лаура.- Ты в своем уме?

- Угомонись, бестия,- сказал Йордан безразлично,- я перепробовал разные варианты, задействовал проекций как пешек, но эти мелкие планчики не сработали. Поэтому тебе придется довериться профи и помалкивать. Я готовлю решающий шаг.

- Вот еще,- фыркнула Лаура, но замолчала. Она редко себя чувствовала подчиненной, и девушке было в новинку это чувство. Хотя как разумное существо, Лаура понимала, что им всем выгоднее прислушаться к Йордану, прожившему в двадцатом веке больше месяца и помнящему каждый чих.

- Я могу продолжить?- Йордана забавляло, как Лаура боролась со своими внутренними демонами и терпела его. Да уж, сложная натура.

- Безусловно,- Лаура спародировала его акцент, дерзко скрестив руки на груди. Йордан не обратил на нее никакого внимания.

- Считалось, что доблестные воины попадают в рай для воинов, Вальхаллу, небесный чертог, которым также заправлял Один. Он отбирал лучших из лучших. В борьбе с язычеством христианство очернило Вальхаллу, признало адом, а самих асов - демонами. Насколько вы знаете, демоны никогда не считали себя злом, а каждый их поступок объясняется сотнями призрачных благих дел. Если вы по душам разговоритесь с нашим клоуном, прозвавшим себя богом, он вам выдаст тонну добрых намерений, вроде мира во всем мире, конца войне, установлении строгой диктатуры, которая пойдет на благо обществу.

- И он был бы прав,- сказал Дэн. Йордан посмотрел на него с пониманием и сожалением.

- В чем-то, да, но диктатура бога войны и победы, по совместительству милитари-шамана - это ядерная смесь самодурства и псевдовластия.

В это время, выдержав трагическую паузу, сам Один вошел в гостиную, положив конец перемолвкам и шуршаниям. Бесцеремонно согнал двоих юных друзей с центра ковра и занял их место, стоя гордо по середине гостиной и охватывая взглядом лестницу и половину гостей напротив фортепиано. Элке, испуганно извиняясь, пробежала за спинами гостей и скрылась в соседней комнате.

- У него под ковром начерчена перманентная звезда,- шепнул Йордан. Не показываясь на глаза Одину, они притаились за перегородкой, готовые в любой момент вступить в борьбу.- Я пытался ее стереть, но ни одно заклинание эту заразу не берет.

Теперь Лаура с Дэном разглядели едва заметный, светящийся краешек пентаграммы и выгравированную на полу руну в ее основании. Не разбираясь в деталях, они могли бы принять свечение за отблеск солнца на педали музыкального инструмента.

После небольшой вступительной речи о том, как он рад присутствию новых лиц, Один отступил на шаг (вышел из эпицентра, как предположил Дэн). Незаметно для публики, он повел рукой - и засов на двери задвинулся, второе волнообразное движение повернуло ключ. Какая-то женщина, заметив это, вскрикнула, но ее тут же одарили градом презрительных взглядов. Напряженность, витавшая в доме, передалась гостям; их положительные эмоции сменялись противоположными, и чем сильнее была радость, тем острее она прожигала разум, превращаясь в агрессию. Нетерпение воодушевленное стало нетерпением тревожным.

Как только первый смельчак поднялся со своего места, чтобы уйти, Один вскинул руку и отшвырнул его к стене. Оставаясь в сознании и борясь с болью в спине, мужчина больше не сопротивлялся. Случай с ним послужил примером для остальных: Один показал свою силу на деле, запугал, теперь он мог веревки вить из своих обожателей.

И вдруг демон посмотрел на стену, прямо на то место, где пряталась веселая охотничья компания. Лаура затаила дыхание.

- На Смутном времени стоит крест,- проговорил он медленно, выделяя каждое слово,- и я причастен к тому, что он поставлен в нужном месте. Но я же был частью того дела, из-за которого сейчас вынужден восполнять потери. Будь осторожна, Анна Гельди, среди людей достаточно предателей, готовых оплатить свои грехи твоей головой.

Это было неожиданное заявление. Лаура переглянулась с Дэном, с кем они, прячась за стеной, оказались зажатыми между Йорданом и перегородкой. На его лице читалось недоумение. Слова Одина - явный выпад в ее сторону. Анна Гельди была служанкой, якобы наславшей порчу на дочь хозяина. Ей отрубили голову уже в эпоху Просвещения, ее смерть положила конец охоте на ведьм.

Один потянулся к карману черных брюк, достал колбочку с зеленой материей внутри, и не жидким, и не твердым веществом. Разбил колбочку о перегородку, за которой прятались Дэн и Йордан. Стекло разлетелось на десятки мелких осколков, осыпавшихся на пол. В воздухе зависла та самая материя, стекая по стене сплошным сгустком и разрастаясь в размерах. Гости с криками вскочили с мест и сбились в кучу у противоположной стены. Джинн приобретал телесную оболочку, верхняя часть его туловища приобрела очертания мужского торса, явственно выделилась голова с привлекательными, арабскими чертами лица. Нижняя часть туловища преобразовалась в ноги, две обыкновенные, человеческие конечности. Совершенный человек по чертежам Леонардо да Винчи. Смуглая кожа, карие глаза, короткие черные волосы, четко выделенная мускулатура. Ко всему прочему он был полностью обнажен.

Повинуясь рефлексам, Лаура выдернула пистолет из кобуры, выстрелила в джинна освященными пулями. Но, естественно, нечисть из другой сказки не отреагировала. Если кого и страшилось существо, то явно другой религии: Один знал, что охотники со стереотипным мышлением против него бессильны. Дэн успел выскочить из укрытия и, подхватив Лауру на руки, выдернуть за очертания пентаграммы. Йордан метнул в Одина два ножа, но они, воткнувшись ему точно в грудь, не причинили ни малейшего вреда, так и застряли в ребрах, подразнивая их обладателя рукоятками.

- На нем снова восемь колец,- бросил Йордан, когда демон принялся зачитывать заклинание подчинения джинна на арабском языке, не обращая ни малейшего внимания на шкодливых охотников.- Одно кольцо Драупнира каждую девятую ночь приносит владельцу еще восемь таких колец. Опоясавшись ими, он становится неуязвимым. Я совсем забыл считать дни!

Раскинув руки, Один заканчивал читать заклинание, и лицо джинна приобретало осмысленное выражение. Он самовольно вошел в заклятый круг, пробормотал слова признательности и подчинения своему господину.

- Сделай так, как мы договаривались,- сказал он на чистом немецком.

Джинн коротко кивнул и выставил перед собой руки. Забитые люди, лишенные рассудка, по команде повалились на колени в одну кучу, переваливаясь друг через друга без сил. Гора трупов: повешенных на виселицах, сморенных чумой, пленных из газенвагенов. Которых палачи безразлично сгребали в ямы и закапывали в месте, позволявшем трупам гнить без молитв за сохранение души.

Женские крики, доносившиеся из кухни, оглушили живых. Элке вжалась в стену, с силой давя на виски; ее пальцы побелели. Тем временем капкан захлопнулся на глотках жертв. В беззвучной агонии, ослепляющей глаза от боли и страха, они кривились на земле. Еще недавно они, томимые жаждой перемен и великих свершений, готовы были свернуть гору на пути к светлому будущему, ловили каждое слово известного политика. Теперь же они, средневековые колдуны и ведьмы, приговорены к казни самым страшным из инквизиторов.

Пелена поднялась из дощатого пола, смыкаясь куполом над головами. Непроницаемый барьер огородил таинство от внешних преград. Последние безумные вопли ударились о барьер и остались висеть в воздухе. Один сменил арабский на латынь, и теперь тонкие губы проговаривали мертвые слова. Барьер джинна, который невозможно было снять известными ритуалами, подчинялся одному лишь хозяину; кошмары душили каждого, кто оказался ловушке, кроме самого Одина.

Лаура вдруг закашлялась. Легкие сжимались от тяжелого воздуха, будто впитавшего снотворное из-за барьера. У слабых здоровьем кухарок подкосились ноги, с глухим звуком они упали на пол, потеряв сознание. Среди оставшихся на кухне поднялась паника: мужчины выбивали маленькие окна, в которые едва ли пролез бы соседский котяра. Элке, словно очнувшись ото сна - наваждение Одина ее отпустило слишком поздно - и, осознав ужас происходящего, бросилась на барьер. Йордан это предвидел. Он сорвался с места, кинувшись ей наперерез, но крупное тело Элке Шульц, движимое инерцией, сбило Йордана с ног. Денис держал Лауру под руки. На их глазах барьер вспыхнул ослепительным белым пламенем. Сила взрыва откинула свидетелей в разные стороны; в гостиной с треском лопнуло стекло, разлетелись потерянные вещи, сувениры посыпались на дерево, сбитые порывом ветра.

Приподнявшись с пола, они увидели лишь мертвую Элке, лежащую у подножия белоснежного прозрачного кокона, который заполняла черная плазма. Руки ее раскинуты, глаза с безумством уставились в потолок. По крайней мере, она погибла своей смертью, а не была насильно умерщвлена. Очевидно, души жертв из кокона уже покинули грешные тела, а их место занимали бесплотные духи, тени, скитальцы ада.

Дэн рывком поднялся, помогая Лауре удержать равновесие.

- Давай же,- он дернул девушку через всю комнату к лестнице. Ее ноги подкашивались. От кокона исходили мощные воздушные потоки, отталкивающие к стене. Прикрывая тряпками одежды нос, они пробрались к лестнице. Дэн также ощутил, как травящая слабость растекается по телу, а Лаура повисла на его плече. Больших трудов им стоило подняться на первый пролет, после чего они упали на колени. Через резные перекладины мы видели оседающую плазму и комья тьмы, притягивающиеся к белым стенкам кокона. Воздух прочищался. Наконец показались все те же сваленные в кучу тела. Кожа еще не успела побледнеть: сердце продолжало гнать кровь. Левое полушарие мозга исправно работало, правое чуть барахлило. Химические процессы в организмах не прекращались. Бездушные машины существовали, но больше не жили.

- Самое время позвать Макдугалла, вот бы он обрадовался,- у Дэна еще хватало сил шутить.

[Доктор Дункан Макдугалл в своей американской клинике клал шестерых смертельно больных пациентов на кровати-весы и проводил эксперименты, насколько уменьшится вес тела в момент смерти. Первый же эксперимент с больным туберкулезом показал, что душа весит двадцать один грамм. "Эта внезапная потеря веса не могла произойти из-за испарения влаги благодаря дыханию или потоотделению,- писал Дункан в научном медицинском журнале,- потому что эти процессы происходили постепенно, тогда как потеря веса в момент смерти была внезапной и большой - три четверти унции (21 грамм) за несколько секунд. Движение внутренних органов пациента также не могло оказать влияния на вес, т.к. всё тело находилось на весах. Мочевой пузырь выделял один или два грамма мочи, но и она оставалась на кровати и, возможно, это только влияло на медленную потерю веса из-за её естественного испарения, но это никоим образом не могло объяснить внезапного снижения веса. Мы определили, что даже самое интенсивное вдыхание или выдыхание воздух лёгкими не имело никакого влияния на стрелку весов".]

Сам Дэн не верил в весомость души, хотя он никак не мог отрицать ее наличие: раз уж он видел ауры, по которым разделял людей на категории, значит, видел и сами души, связанные с аурами. Но если души и находились в теле, что маловероятно, то скорее всего именно в голове, в правом полушарии, а не в сердце, как привыкли считать мечтатели.

- И что же, мы станем его подопытными хомячками?- хмыкнула Лаура, с тревогой взглянув на остатки былых людей с их стремлениями и целями, желаниями и мечтами, чувствами и эмоциями. Теперь они просто разумные монстры, подчиняющиеся системе Одина. Лаура с усилием поднялась: сила возвращалась, но медленно. Хотя все же чуточку быстрее, чем поднималось отравляющее газообразное вещество.- Скорее.

Спотыкаясь о ступеньки, Дэн сумел подняться и затащил Лауру под локоть на верхнюю шаткую дощечку: лестница давно требовала ремонта. В спальню Элке Шульц лился золотистый свет. Они ввалились в нее, захлопнув за собой дверь. Лаура опрокинула на покрывало графин воды и заткнула щель мокрой тряпкой, чтобы не пропустить дым в помещение. Взгляд остановился на арабской урне с песком.

- Как думаешь, тот джинн...- Лаура потянулась к урне, чтобы вытряхнуть из нее песок, думая, будто это притянет дух обратно. Денис резко ее одернул.

- Нет! Не трогай, он это почувствует. К тому же сейчас он связан с Одином, а нам не нужны проблемы. Вернемся к ней позже.

Лаура кивнула и присоединилась к скорому осмотру комнаты. Будильник на прикроватном столике был заведен на шесть тридцать. В шкафчике столика лежал затертый томик "Капитала", очки, пачка марок, которые вскоре потеряют ценность из-за гиперинфляции. Лаура достала Маркса, пролистала, не обнаружив закладок, захлопнула книгу.

- Смотри-ка, какой экспонат!- Денис был сообразительнее в плане обыска, принявшись первым делом искать тайник. И таки он его нашел: он постукивал по толстым стенкам платяного шкафа и выделил звук, исходивший от нижнего основания, особенно звонкий. Край основания не был зафиксирован гвоздями и легко отходил. Дэн поддел его ложечкой для обуви, и та легко отошла.

- Отлично,- Лаура присела рядом с ним на корточки,- гримуар. Какая ведьма без пособия по черной магии?

Дэн извлек фолиант в обложке из черной, потрескавшейся кожи на свет. Вопреки распространенному мнению, что гримуары обжигают глаза багряным цветом, этот бы вполне сошел за учебник по философии времен Пифагора.

- Как думаешь, она заколдована?- Дэн бережно опустил том, весом килограммов десять, и положил на нее сверху ладонь, чтобы книга не распахнулась сама по себе. Вокруг гримуаров скопилось огромное количество догадок и суеверий. Некоторые говорили: гримуар способен читать только хозяин, лишь для него страницы становятся видимыми, а заклинания - действующими. Другие и вовсе не привлекали к гоэции, призыву демонов, хозяина, ведь книга якобы способна, открывшись на любой странице, автоматически воплощать ее содержание.

- Думаю, нет,- Лаура провела ладонью по шершавой коже переплета, не нарочно дотронувшись до руки Дэна. После ее движения слой пыли стал тоньше, и на обложке слабо выделилось название и имя автора.- Это же Агриппа, известный философ и алхимик!

- Да, Лаура знаю, кто такой Агриппа,- Дэн вовсе не разделил ее радости. Агриппа был не только каббалистом, но и юристом, таким же живым человеком, как и его окружающие. Дэн не доверял самоучкам. Агриппа получил образование в Кельне, затем много путешествовал, служил у императора и даже получил докторскую степень прав и медицины, но магия всегда была для него чем-то вроде хобби. С таким же успехом любой другой оккультист-недоучка мог расписать свои ночные кошмары, завернуть их в кожу и прозвать себя чернокнижником.

- Я изучала теорию по этой книге,- Лаура передвинула к себе гримуар. Изначально книга была вовсе не гримуаром, а вполне себе безобидной "De philosophia occulta", датированная 1510-ым годом. Но на руках у нескольких поколений ведьм и колдунов она многократно дополнялась, и обычный трактат наполнила черная энергетика. "Философия" Агриппы рассказывала об искусстве владеть высшими силами трех миров; магия в ней разделялась на естественную, небесную и религиозную, а материальные тела на растительные и животные, камни и металлы. Но все это ерунда по сравнению с тем, что Агриппа действительно владел гримуаром, который после его смерти был подвешен к потолочной балке в церкви цепями с висячим замком. Не исключено, что это одна из копий того гримуара, тщательно замаскированная.- Мы должны рискнуть и открыть ее! Настоящий гримуар сотни лет как сгинул или хранится сейчас у какого-нибудь Гендальфа, а это всего лишь копия. Возможно, именно из нее Один брал идеи для защиты пентакля.

- Агриппа - пустозвон,- заявил Дэн,- я помню, в четвертой части мемуаров он расписывает рецепт по приготовлению этой книженции. Нарисовать каждого демона, присобачить краткую информацию к нему, натыкать всяких печатей и заклинаний, и наконец сковать книжечку сверхмощным заклятием. Да, и еще самое главное: в конце обязательно нужно вызвать всех духов и взять с них клятву верности. Ты хоть представляешь, как можно собрать всех этих гадов в одном месте? Нужно быть конченным психом.

- Хочешь сказать, это все бред?- Лаура нахмурилась. Ей по статусу полагалось изучить гримуары сильнейших магов и демонов, и Лаура верила в их правдивость, как в религию, с которой была неразрывно связана.

- Это тебе не "Ключ царя Соломона",- настаивал Дэн,- а какой-то личный дневничок Агриппы, допустим, с помарками его последователей. Хранится под днищем старого шкафа, к нему уже сто лет никто не притрагивался,- он начертил на слое пыли неприличный рисунок. Лаура глянула на дверь, под которую пробивался, несдерживаемый мокрой тряпкой, черный дым.

- Бери книгу, и убираемся.

- Шутишь? Она неподъемная,- возмутился Дэн, но все же оторвал фолиант от пола и с легкостью зажал подмышкой, придерживая одной рукой. Лаура разломила ногой дощечку, в спешке разметала щепки по сторонам. За стопкой старых книг Средневековья была спрятана фигурная шкатулка: как и любая женщина, Элке хранила драгоценности в труднодоступных местах. Лаура вытащила шкатулку, прокашливаясь от пыли и дыма. Дэн уже распахнул окно, прицеливаясь в место, куда безопасно приземлиться, а для начала пристроить гримуар. Чувствуя, что Лаурой вновь овладевает слабость, Лаура побежала к окну. Второй этаж, пять метров над землей - не слишком высоко, чтобы упасть и разбиться. Дэн скинул гримуар в снег, игнорируя ее возмущенные возгласы.

- Давай, ты первая,- сказал он, придерживая шторку. Лаура с опаской взглянула на землю и, опираясь на Дэна, влезла на подоконник.

- А как же "мужчины вперед"? Кто будет ловить меня на руки?

Не дожидаясь ответа, Лаура спрыгнула. Длинная юбка запуталась в ногах, усложняя приземление. Лаура упала на колени в снег; руки нащупали прошлогоднюю траву. Поднявшись, она посмотрела в окно. Дэна не было.

- Куда ты смылся, рыжий?- крикнула Лаура в пустое окно, позабыв об осторожности - демон мог запросто их услышать. Ругаясь под нос, Лаура выудила гриумар из снега, поставила на него сверху шкатулку. Дэн появился спустя десять секунд, кашляя от дыма, с блестящей находкой. Он метнул находку в землю, и та застряла рукояткой вверх. Дэн с легкостью спрыгнул на дорожку вокруг дома, которую в летние месяцы сопровождали полосы бархатцев, и выдернул нож со штыкообразным, как у рапиры, клинком.

- Мужчины,- Лаура подошла с ношей к Дэну, который любовно осматривал очередной ножик,- хлебом не корми, дай какую-нибудь острую цацу полапать.

- Не какую-нибудь, а Атем!- сказал он гордо, пряча ритуальный нож с черной рукояткой за пояс.

- Ну и на какой фиг он тебе? Травки будешь срезать?- Лаура перехватила фолиант поудобнее, всем своим видом показывая, как ей тяжело. Дэн моментально понял намек и принял ношу, за что получил в подарок благодарную улыбку.

- Нет, это ты кухонным ножом будешь травки срезать; Атем - отличный проводник энергии и здорово изгоняет духов. Не исключено, что он уже заговорен мертвой ведьмой против врагов.

- Ах, ну тогда да, конечно, у твоей поясной коллекции пополнение,- Лаура стянула с джинсов юбку и бросила ее в снег, после чего с деловым видом поправила кобуру и застегнула куртку на молнию.

Денис прислушался к шагам у парадной двери с другой стороны дома. Они спрыгнули с западной стороны, а из главного входа на востоке Один, свершивший свое черное дело, начал выводить новую колонию на свежий воздух.

- Я пойду за ними, прослежу,- вызвалась Лаура,- ко мне меньше всего подозрений. Я же у них,- она поморщилась на последнем слове,- своя.

- Нет, еще чего! Мы пойдем вместе. Нужно только придумать, где спрятать клад.

- Вернемся за ним вечером. В любом случае, надо изучить пентакль. Да и придумать, что теперь делать в принципе.

- Хороший план,- сказал Дэн, с трагическим видом глядя на солнце, клонящееся к горизонту,- особенно если учесть, что в полночь день начнется заново, ведьмочка оживет, а все наши пожитки окажутся на своих местах как ни в чем не бывало.

- Так что ты предлагаешь? Бери тогда с собой!- Лаура начала закипать от гнева. Пока они трепались, демон вел на виселицу своих осужденных. Исходя из свойств их единственного межвременного портала, было несложно догадаться о намерениях Одина. Он собирался переместить новую порцию демонов-новобранцев прямо в настоящее время, в Гозек двадцать первого века.- К тому же я надеюсь, ты уже придумал, где мы будем ночевать. И не говори, что здесь.

- А почему бы и нет?- Денис приподнял брови в выражении внезапного озарения.- Пойдем,- он направился по белоснежному покрывалу, оставляя мокрые серые следы. Пунктирная полоса протянулась от дорожки у дома через весь участок до ухоженного маленького домика. Назвать это однокомнатное жилище сарайчиком язык не поворачивался. Его можно было сдавать в аренду приезжим, но в нем временно хранились семейные реликвии, вроде бабушкиных сарафанов и дедушкиных панталонов. Непривыкшие к ограблениям, немцы не запирали его. Денис кинул гримуар на кушетку и прикрыл подушкой.

- Судя по обстановке, муж семейства нередко сбегает в это холостяцкое гнездышко,- он осмотрел помещение, приметил обширную библиотеку, докторский столик с кипой документов и керосиновой лампой, чемодан с дырявыми носками и тужурками. В углу, по традиции, стоял древний сундук, с которого регулярно сдували пыль.

Дэн и Лаура условились переночевать в этом месте, и в случае, если в борьбе с демоном придется разделиться, в полночь встретятся здесь. Исключений всего два: убийство самого Одина, а не его проекции, и, собственно, смерть одного из них.

Пробежав по снегу, искрящемуся в слабых лучах вечернего солнца, они вновь очутились на дорожке. Дорожка огибала дом с одной стороной, вторым концом терялась в яблонях.

Охотники выбрались на городскую улицу. Как и ожидалось, мимо частных малоэтажных домов с красной черепицей, мимо сельских огородов и домашних хозяйств, по проселочным дорожкам, Один вел делегацию к хорошо знакомой Пфлауменвег. Прямая дорога, зажатая с обеих сторон посевными площадями, резко раздваивалась: одно ответвление терялось в германских землях, второе обрывалось неподалеку от солнечной обсерватории.

До Гозекского круга новоиспеченные демонята, получившие временное освобождение от грехов, путевку из ада и бесплатное тело, слепо шли за своим господином. Лаура с Дэном прослушали его речь посвящения и могли о ней только догадываться по счастливым - если это определение подходит для вечно каменных лиц - мордам бывших смертных. В то время как Один избрал долгий путь, охотники его срезали, то и дело спотыкаясь о сугробы. К моменту прихода Одина и команды они спрыгнули в неглубокий ров между первым и вторым палисадными кольцами.

Для перемещения почва была готова, Один предварительно начертил пятиконечник, пометил его необходимой символикой, закрепил нужными словами. Теперь, собрав овец в загоне, он обходил по периметру круг и закапывал в углах пентаграммы камни.

- Что он делает?- спросила Лаура шепотом, выглядывая из-за высокой травы, которую снег не в силах был пригнуть к земле. Ее напарник внимательно следил за последовательными действиями Одина, чтобы в скором времени сделать все наоборот и замкнуть круг, бросить палку врагу под колеса.

- Понятия не имею,- отозвался Дэн.

Демон фиксировал круг. Если предположить, что портал связан с определенной датой в будущем (иначе бы они не попали именно в этот временной отрезок), значит, день ото дня Один перемещает демонов-клонов в утро следующего дня, в который он из нашего времени переместился в этот. При этом он поддерживает их приток постоянно, вот уже несколько нет, не прерывая цепи. Видимо, размышлял Дэн, ему удалось найти способ связать портал с определенной датой в прошлом, чтобы при смене календарных дней в "настоящем" привязка не исчезала.

Глупости не свойственны демонам, в особенности тем, что стоят на вершине иерархической лестницы. Вариант такой лестницы предложил И.Вейер, ученик Агриппы. Он переделал "Гоетию" с наиболее полным перечнем демонов на свой лад, представил очень сомнительный образчик демонологии. Возможно, они упустили важную деталь: Один и есть один из семидесяти двух духов, заточенных царем Соломоном в сосуд и выбравшихся наружу. Теперь Один водил их за нос, хотя способ его устранения уже давно изложен и известен.

За размышлениями Дэн не заметил, как изумрудные верхушки деревьев поглотили солнце. Светило беспрепятственно добралось до линии горизонта. Один уже закончил колдовство и присел в самый центр круга по-турецки. Выглядело это - для псевдо-политического деятеля и просто солидного мужчины в черном смокинге, с черной бородкой, зализанными черными волосами и черными глазами - крайне нелепо.

Закат. Из центра Гозекского круга, кроме как в день зимнего солнцестояния, его увидеть невозможно. И тем не менее механизм работал. Краешек алой звезды почти скрылся, когда в последний момент в северные врата влетел Йордан. Поднялся сизый туман. Когда он растаял, круг был пуст. Все, включая Одина и безбилетного пассажира, исчезли.

Лаура ахнула, отняв от глаз руки. Дэн застыл от неожиданности.

- Как мы его не заметили?- спросила она, нарушая молчание.- В пяти метрах от входа не услышали шаги!

- Он прятался здесь давно,- сказал Дэн, только сейчас приметив свежую канаву на противоположной стороне от прохода в круг.- И на этот раз я уверен, это был именно Йордан, а не его лживая проекция. И даже не попрощался.

У Лауры ком встал поперек горла.

- Вы еще увидитесь, если мы попадем домой.

- Вряд ли. Он переместился вместе с Одином. И сейчас может быть где угодно в будущем.

- По крайней мере, теперь ты знаешь, что он жив,- Лаура не удержалась от сентиментальности и обняла Дэна. Тот не противился. И правда, Лаура попала в точку. С его души будто камень свалился, Дэн наконец-то избавился от чувства вины за смерть друга. Наверное, чтобы Йордан остался жив, а не погиб в очередной безрассудной экспедиции, он должен держаться от него, Дэна, подальше.

Единственное, что его раздражало, так это следующее: Йордан, самый преданный приверженец их общих идей, не довел дело до конца, опустил руки. Сдался. Сбежал, трусливо сбежал. Что ж, наверное, не каждому под силу справиться с такой нагрузкой: медленно сходить с ума, не разбирая, где ты настоящий, а где - отражение себя прежнего.

- Вернемся в лачугу?- предложила Лаура, утешающе погладив его по плечу. На нежности она была скупа, особенно на дружеские нежности. Да и не хотела перегибать палку, ее вполне устраивала роль напарника Дэна, ведь они были в одной банде всего два дня, а не месяц, и тем более не год.- Нас ждет вечер занудных исследований.

- К слову об исследованиях,- Дэн оживился,- у меня появилась идея.

С трудом ступая по снегу, они наконец выбрались за пределы Гозекского круга. Пошел снег. Блестящие искры спускались с небес на землю и покрывали подтаявший слой снега новым, свежим. Лаура смотрела себе под ноги, Дэн мчался рядом с ней.

- Знаешь,- Дэн убавил шагу, чтобы поравняться с ней и пойти в ногу,- у меня закралось подозрение, что нынешняя ипостась Одина - одна из его реинкарнаций. Он уже многие века на Земле, и скорее всего он долгое время был инквизитором. И демон для чего-то хотел, чтобы мы об этом знали. Точнее ты знала.

Лаура чувствовала на себе проникновенный, выжидающий взгляд Дэна и долго не могла собраться с силами для ответа.

- Да, и я даже знаю, почему. Он сделал так, чтобы мы не искали повода его убить. И мы этого теперь ни за что не сделаем, нам нужно убираться, как можно скорее.

- Что случилось?

Она на миг остановилась. Дэн повернулся к ней: в его глазах читались тревога и недоверие. Но Лаура прекрасно знала, что говорила. Она была уверена в словах на все сто процентов.

- Один выдернул моего отца из этого года, это он сделал его демоном. И он знает, что я его дочь. Как только я уничтожу мерзавца и распутаю петлю, время сотрет меня с лица Земли. А вместе со мной и всех людей, которых я спасла.


- И как же ты это поняла?- Дэн нахмурил брови. Он все еще ей не верил. Они бесцеремонно ввалились в дом фрау Шульц за сбором улик. Ворс ковра обуглился, словно от огня. На восточном узоре запеклись пятна крови. Стоял зловонный запах мочи. Дэн запустил в прихожую сквозняк.

- Он инквизитор,- Лаура брезгливо приподняла краешек ковра, на котором недавно произошло массовое жертвоприношение.- А демоны частенько притворялись инквизиторами. У них была информация, была власть. Так они прикрывали свои тощие, беспомощные задницы. Вполне себе описание Одина. Поможешь мне?

Дэн опустился рядом с Лаурой, и вместе они закатали ковер в рулон и откатили к стене. Дощатый пол украшали руны, как и все остальное, на что можно было наложить заклятие: стены, двери, винтовая лестница в венецианском стиле... Но охотники решительно не видели пентаграммы, сосредоточения всего вселенского зла.

- Кажется, здесь чего-то не хватает,- произнесла Лаура задумчиво. Дэн промычал в ответ.

- Я вижу дымку ауры того, кто ее наносил, но не вижу самой.

Парень согнулся в спине и, будто сыщик со стажем, принялся по миллиметру оглядывать пол. От усталости Лаура плюхнулась на пол.

-Знаешь, я вспоминаю "Паранормальное явление"...

- О!- Дэн поднял вверх палец, будто Лаура выдала гениальную мысль.- А это идея! Камера может зафиксировать низкие частоты...

- Что ты несешь,- фыркнула я.

Дэн, не оборачиваясь, сказал:

- Просто выключи свет.

- Э-э, ну нет, я боюсь.

Он подарил Лауре презрительный взгляд через плечо.

- Ты либо шутишь, либо издеваешься.

- И то, и другое,- Лаура нехотя поднялась,- хотя кто знает, дом не новый, смертей видел много, наверняка тут толпа заблудших душ.

- Не волнуйся, я не дам стаду призраков утащить тебя в ад,- усмехнулся он и вдруг стал таинственно серьезным,- хотя, честно, тут довольно нечистая земля. Так что, если боишься призраков, не смотри в зеркала.

Зеркал Лаура боялась с детства по самым разным поверьям и каждый раз, проходя ночью мимо зеркального комода, отворачивалась, чтобы случайно не кинуть на него взгляд и не выловить чей-то ответный. Страх удалось перебороть лет в шестнадцать, не раньше. Но при данных обстоятельствах, она боялась, страх мог вернуться и на этот раз имел бы вполне реальные основания.

Как только свет погас, и комнату озарял лишь слабый свет в окне, Дэн победно крикнул:

- Смотри-ка! Эврика! Работает машинка-то...

Лаура подбежала к нему и нагнулась над крохотным экраном телефона. На черном полу появились зеленоватые полосы.

- Дурак ты!- Лаура убрала руку Дэна вместе с телефоном.- Это фосфор, он и так светится в темноте без твоей модерновой "машинки".

- Ты портишь весь кайф,- сказал он беззлобно, и они принялись изучать поверхность пола. "Машинка" все-таки пригодилась: пока не сел заряд телефона, Дэн успел запечатлеть основные руны и символы в окончаниях звезды.

В гробовой тишине, нарушаемой лишь шуршанием подошв о пол, послышался стук. Поначалу Лаура приняла его за биение сердца, но звук доносился сверху, со второго этажа.

- Призраки,- прошептал Дэн зловещим шепотом. Лаура пихнула его в бок.

- Да иди ты, знаешь же, что боюсь...

- Я спасу, не бойся.

- Да уж надеюсь,- Лаура приподнялась на ноги, прислушиваясь. Молчание. Тишина.- Ты ведь тоже это слышал?

- Наверное, зомби восстали из-под кровати.

- Дэн, без шуток.

Девушка не видела его в темноте, но чувствовала, как он трясется от смеха.

- Лаура, выдохни и возвращайся к работе.

- Я должна посмотреть, что это.

Дэн успел схватить ее за запястье прежде, чем Лаура отошла далеко от него.

- Вот уж нет. Меня совесть замучит, если ты погибнешь так же глупо, как блондинки в американских фильмах ужасов.

- Тогда пошли вместе,- настаивала она.

- Лаура. Тебе просто показалось. Это джинн вышел на прогулку.

Будто в подтверждение его слов на паркет что-то упало, и грохот разнесся по всему дому. Лаура даже подпрыгнула от неожиданности. И снова одна мысль пришла в две головы одновременно.

- Кстати, о джинне...

Они бросились вверх по лестнице, спотыкаясь о неровные края ступенек, и в считанные секунды оказались на втором этаже. Дверь в спальню Элке, щель под которой Лаура любовно прикрывала мокрым одеялом, была распахнута. Тюль вздымался над кроватью от ветра. И урна, урна пропала.

Часы с кукушкой начали отсчет до полуночи. Раз: ку-ку, два: ку-ку, три: ку-ку...

- Быстрее, мы здесь застрянем,- Дэн подхватил Лауру одной рукой, и не успела она опомниться, как они были уже около подоконника. Что ж, второй прыжок за день - не привыкать.

Шесть: ку-ку...

Дэн помог Лауре подняться на подоконник. Побег происходил так быстро, что Лаура толком не успевала продумать дальнейший ход действий. Нога зацепилась за долбанный тюль, и Лаура потеряла равновесие. Казалось, случился микроинфаркт, сердце на миг остановилось, когда Лаура не почувствовала под собой опоры, и тело понесло вниз. Но Дэн продолжал удерживать ее над землей, пока Лаура покачивалась маятником под окном. Он дал ей пару секунд, затем отпустил. Лаура мягко приземлилась в сугроб, правда вывихнула при этом плечевой сустав и скрючилась на земле от боли.

Одиннадцать: ку-ку. Дэн вовремя очутился рядом, кубарем скатившись в недра сугроба. Лаура прикрыла от боли глаза.

Полночь. Дэн выбрался из снега, отряхнулся. После чего помог Лауре подняться. Окно второго этажа заперто, шторы плотно задернуты, и за ними мирно спит Элке Шульц. А рядом с ней - то ли муж, то ли уже демон. Охотники побрели к сарайчику, как поверженные бойцы с поля боя. То, что, как они боялись, могло исчезнуть, смиренно лежало на кровати. Все-таки мощнейшая книга черной магии не поддается такой ерунде, как временная петля.

Ночь они провели в размышлениях о том, кто такой Один и как лишить его главного оружия. Когда их план свелся к "авось, пробьемся", пришлось вздремнуть на хозяйской кушетке. По отношению к демону изменилась одна, но существенная вещь: теперь они должны были не убивать его, а спасать, от них самих, от их же проекций. И это не могло не нервировать.

Постепенно едкий запах керосина перестал ощущаться. Лампа горела до рассвета.

***

Чуть только начало светать, охотники поспешили убраться с территории семьи Шульц подобру-поздорову. На площади начал собираться народ. Продавец газет разбрасывал свежие для него выпуски по рукам сонных прохожих. Они спрятались в телефонной будке с маленьким окошком в дверце, из которого был виден газетчик.

- Ну, и как думаешь, долго нам тут сидеть?

- Еще полчаса,- ответил Дэн.

- Зачем же мы тогда залезли сюда?

- Как тебе сказать,- улыбнулся он,- ты настояла, не буду же отказывать красивой девушке уединиться.

- Да ну тебя,- Лаура поспешила открыть дверцу. Газетчик, заметив их, заискивающе подмигнул.

- Подожди, не будем далеко уходить,- Дэн показал на булочную в ближайшем к фонтану доме.- Я успел обчистить стол господина Шульца.

Да, это была, однозначно, лучшая новость за последние два дня. Ночью они набросились на залежи в небольшом холодильнике, но их было недостаточно, чтобы полностью утолить голод. К тому же некоторые другие физические потребности заявляли о себе. У Дэна их было даже больше, но он о них предпочел молчать: есть хотелось намного сильнее.

В домашней пекарне нашлось местечко для посетителей. Дэн выгреб монеты из кармана на стол и пересчитал.

- Негусто,- заявил он с видом расчетливого ростовщика,- но на завтрак должно хватить. Мадемуазель, нам по чашечке чая и вон те здоровые бургеры!

- Это ты мне?

- Нет, я не знал, что тут самообслуживание.

Пока Дэн делал заказ, Лаура караулила столик и выглядывала за цветастые занавески на улицу. Она наполнялась с завидной скоростью; как счастлив был бы спонсор грядущего мероприятия, если бы видел такой энтузиазм на лицах жителей.

- Вуаля, королевский завтрак,- Дэн поставил чашечки душистого чая на стол и сел напротив. Лаура осталась бы в милом местечке и в приятном обществе надолго, да вот только служба звала.

- Смотри,- она осторожно одернула занавеску. Газетчик продолжал раскидывать газеты. Вот один номер вылетел у него из рук и упал на асфальт. Спустя минуту над ним склонилась фигура и, поднявшись, развернула ее, трепетно держа в руках.

- Ух! Моя проекция,- Дэн приложился к стеклу,- а я в неплохой форме.

- Не забывай, что ты два дня без душа и нормального сна,- заметила Лаура сухо, хотя его комментарий был забавен. Он заставил Лауру обратить внимание и на себя: что ж, результат ежедневных уличных тренировок ее порадовал. Лаура озвучила эту мысль.

- Тебе не кажется, что мы слишком самовлюбленны?

- Не я это сказала.

Проекция Дэна увлеченно вчитывалась в газету, проекция же Лауры, дабы не быть оторванной от дела, заглядывала ему через плечо. Парочка недолго потопталась на месте, наконец миссис Смит пересекла площадь и скрылась в переулке, ведущем к дому ведьмы, а мистер Смит, подумав, отправился в кафе напротив.

- Там я буду сидеть до полудня,- сказал Дэн.

- Хорошо тебе, а я картошку чистила и ссорилась с поварятами.

Дэн кинул Лауре сочувствующий взгляд и отвернулся от окна.

- Мы можем не спешить. Я вчера долго завтракал, а потом оставил на столе евро, представь?

- Да ты идиот, зачем это сделал?

Он равнодушно пожал плечами.

- А что? Сколько радости будет, когда они найдут деталь из будущего! Я бы мечтал о такой находке.

- Мы не должны вмешиваться в прошлое.

- Да, Йордан так же сказал,- Дэн отхлебнул последние капли чая,- но мы уже вмешались, причем кардинально. Теперь уже хуже не будет. А вы, мадам, относитесь попроще к жизни, и она вам улыбнется.

Лаура покачала головой. Бесполезно бороться с этим ребенком, он все равно сделает по-своему.

Спустя час площадь завесили плакаты, в центре возвышался постамент, окруженный толпой зевак. Казалось, весь город сжался до размеров одной средневековой площади. Проекция Дэна скрылась среди людей. Наконец, появился и зачинщик всего безобразия, Один, целый и невредимый. Прочитал лекцию, вызвал движение в толпе. Выступление проекции Йордана, одной из многих, затем ее распыление. Демон выбрал жертв, удержал их подле себя, пока толпа разошлась, после чего повел к дому ведьмы.

- Пошли же, пошли,- Дэн вытащил Лауру из-за стола, хотя она была уже готова уходить. Они выбежали из пекарни и, догнав компанию "Один энд Ко", незаметно втесались в нее.

- У тебя пистолет при себе?- спросил Дэн шепотом. Идущие за ними люди едва ли не начали возмущаться их бесцеремонности.

- Да, конечно.

- Нужен один точный выстрел,- он показал на подсвечник, висевший у окна первого этажа в углу дома,- туда.

Процессия подошла к разветвлению дорог. Один остановился, вытащил щепотку листьев из кармана, бросил перед собой. Пылинки зависли в воздухе. Демон жестом подозвал добровольца, паренька лет четырнадцати, и указал ему на мусорный бак у дороги. Мальчик обхватил бак руками. Пока он перетаскивал его к стене, Лаура легким движением, не привлекая лишнего внимания (не считая тех, кто шел позади: они наверняка пребывали в тихом шоке), выдернула пистолет из кобуры, сняла с предохранителя. Проход свободен. Лаура спустила курок. Пуля, прочерчивая тонкую линию над головами, ударила в подсвечник, и свеча выскользнула из держателя на асфальт. Полоса от стены до стены вспыхнула и тут же затихла.

- Отлично,- сказал Дэн. Лаура кивнула и, поставив вновь на предохранитель, спрятала пистолет под курткой. Когда цыплята шли на бойню, охотники быстро завернули в расщелину между домов. Она была достаточно широкой, чтобы вместить одного человека, но двоим им пришлось пробираться вглубь. Лаура почувствовала приступ клаустрофобии и нарастающую панику. Легкие сперло, воздуха не хватало даже на один глоток. Лаура прикрыла глаза и крепко сжала руку Дэна.

- Спокойно, дыши,- посоветовал он, вжимаясь в стену, чтобы прошел поток кислорода. Лаура жадно поймала струю. Чтобы отвлечь ее от дурных мыслей, Дэн продолжал говорить,- все хорошо, уже прошли наши проекции, моя и Йордана. Никогда не замечал, что со стороны мы смотримся, как два гомосека.

- И так воздуха мало,- Лаура засмеялась, на миг почувствовав улучшение.- Еще долго?

- Пока весь хвост не скроется.

Дэн выглянул из ущелья.

- Да, еще очень долго.

- Меня тошнит.

- Я рад, что мы не в телефонной будке, тогда перед тобой был я, а не стена.

- Ну, знаешь,- Лаура сильнее сжала руку, запрокидывая голову, насколько это возможно, назад, и уперлась затылком в стену.

Минут через пять, когда Лаура начала было терять сознание, Дэн выдернул ее на улицу. Согнувшись пополам, девушка долго не могла надышаться.

- Охотница вроде бы, а не можешь и пяти минут продержаться в замкнутом пространстве. Таких не берут в космонавты.

Лаура не нашлась с ответом, это и вправду позорная слабость.

Мы подошли к заветной двери. Замок, чего и стоило ожидать, был скреплен заклятием Элке Шульц. Теперь в ее ведьмовской хижине заправлял демон, а саму женщину ждала неминуемая, ежедневно повторяющаяся смерть.

Один - верховный бог в германо-скандинавской мифологии. Считается отцом асов, шаманом, большим знатоком рун, богом войны и победы. Согласно мифам викингов, в день рагнарёка, гибели богов и всего мира, он будет убит чудовищным волком Фенриром. На этом сказании охотники и решили сыграть: присутствие Фенрира должно спугнуть демона, ослабить его силы в борьбе с незваными гостями. К тому же сегодня на нем нет защиты из девяти каких-то там колец, о которых говорил Йордан.

Спустя двадцать минут, когда гомон за дверью перерос в панические возгласы, Дэн передал Лауре ритуальный нож Атем, и Лаура принялась вскрывать руны, а заодно и дверной замок. Сам же он, вычитав накануне вечером заклинание из гримуара (а книжка-то оказалась не промах, открывалась только нечистыми руками, то есть руками черных магов, демонов, ведьм и колдунов, а также низших темных созданий), не без ее помощи, теперь применял его на практике. Ему удалось оживить свечку, упавшую на площадь, и поджечь ее зажигалкой.

Фенрир вырос среди асов, но был настолько ужасен, что представлял для них опасность. И ухаживать за ним решился только один бог, бог мужества, Тюр. Волка не могли сковать даже самые прочные цепи. Чтобы обезопасить асов от хищника, гномы создали волшебную цепь из шума кошачьих шагов, женской бороды, корней гор, медвежьих жил, рыбьего дыхания и птичьей слюны (состав даже не нуждается в комментариях, ибо говорит сам за себя). Цепь была тонкой и мягкой, как шелк, но волк не мог из нее освободиться. Асы, оказавшись в преимуществе над слабым, приковали Фенрира к скале глубоко под землей.

Призрак волка начал медленно проецироваться над дорогой, когда Дэн дочитывал заклинание с телефона (ох уж эти новейшие технологии! как они вредят памяти) на древнескандинавском языке. Шерсть волка свалялась клочьями, прозрачная грязь капала с морды, смешиваясь со слюной. Среди клыков, пробивая насквозь нижнюю челюсть и упираясь острием в небо, торчало лезвие меча. Из пасти вырывался болезненное, мучительное рычание. Дэн коснулся свечой замка, и призрак прошел сквозь дверь навстречу своему древнему и обожаемому другу. Теперь уже задача Одина, как с ним бороться, но у хитрого демона был джинн, а у охотников - минут пять свободного времени.

За то время, пока Один разбирался с чертом из табакерки (по подсчетам Дэна, черная пелена уже разделила гостиную на две части, и проекции беспрепятственно поднялись на второй этаж), охотники перебежали улицу, и Дэн спустил пожарную лестницу. Хватаясь за перекладину, Лаура неловко подтянулась и закинула ногу на нижнюю ступень; кобура врезалась в ребро, и девушке больших трудов стоило подняться выше.

- Отсюда открывается прекрасный вид, чтобы ты знала,- хмыкнул Денис откуда-то снизу. Лаура шикнула на него, чтобы понизил голос, но он лишь засмеялся. Девушка забралась на балкон, подвигая картонные коробки, доски, оставшиеся от ремонта, банки белой краски, и соорудила из этого нечто вроде шалаша.

- Пока что все идет по плану,- сказала Лаура Дэну. Он подсел рядом, и их скрыли ветви засохшего плюща на решетке балкона.

- А у нас разве был план?

- Конечно, нет. Ты боялся даже гримуар открыть.

- Это дьявольская книжонка поддается только тем, кто ее создал,- он небрежно взъерошил светлые волосы, после чего откинулся на решетку и скрестил на груди руки. Лаура припомнила, как несколько часов назад он расхаживал перед кушеткой, на которой тихо и спокойной лежал гримуар, маня к себе, и приговаривал: "Помню, Гарри чуть было не сожрала подобная хрень" и "А вдруг она отгрызет мне руку или превратит в кровососа. Тогда я за себя не ручаюсь". Оторвавшись от изучения пожиток, Лаура подошла к книге и просто распахнула ее на первой попавшейся странице. Переплет был тяжелым, а страницы хрупкими, вафельными, они готовы были разломиться от одного дыхания. Гримуар содержал выдержки из "Ключа царя Соломона", как и предполагал Дэн, а также методы вызова демонов и мифических существ. Каждому отводилась отдельная страница. В целом, золотая находка, но тащить ее в настоящее время казалось непосильным, и они оставили гримуар под кроватью, ласкаемым дребезжащим светом лампады.

- Ой, вот только не надо вгонять меня в комплексы,- Лаура по-дружески стукнула его в плечо. Через считанные минуты дверь внутри дома скрипнула. Лаура сжалась в коробки, а Дэн приподнялся над подоконником и заглянул в окно. Резко присел.

- Хозяин разгуливает в одних труселях с трубкой. Кажется, он собирается закурить.

- Только не на балконе!

- Тише ты,- Дэн опрокинул девушку обратно в коробки, угадав, что Лаура намеревалась подняться и спрыгнуть.- Мы должны дождаться демоноса, а потом пробраться в дом, ты забыла?

Лаура притихла. Казалось, они оба перестали дышать, вслушиваясь в шаги в комнате. Те приближались. Ручка балкона опустилась.

- Альфред!- в квартире послышался возмущенный женский голос.

Ручка поднялась, шаги стали удаляться.

- Еще б чуть-чуть,- прошептала Лаура, переводя дыхание. Попасться в руки человеку в тот момент для Лауры было страшнее, чем демону.

- Как хорошо, что его женушка за здоровый образ жизни,- Дэн заглянул в окно и вновь опустился. Как раз в пятнышко невысохшей краски, новенькими дизайнерскими джинсами,- твою ж за ногу!

Лаура успела вовремя закрыть ему рот рукой. За доской было видно, как распахнулась входная дверь, и Один первым вывалился на улицу. Мужчина согнулся пополам, смачно откашлялся от дыма. Его костюм, сидевший на нем как влитой, просвечивал стираную белую рубашку. На плаще висели лохмотья порванной зубами ткани. Прилизанные волосы, благодаря этому полезному изобретению - гелю для волос, стояли на затылке хохолком. Чуть левее бородки, от уха до шеи кровоточила царапина. Но все-таки он отбился от волка: самого зверя не было видно.

За демоном на улицу вывалились зомби. Лица знакомые, но лишенные всякой жизни, чуть бледные, но не настолько, чтобы сойти за мертвецов. Еще пару дней они будут осознавать себя в этом мире, после чего очухаются и напустят на себя человеческий вид, хоть он и будет сильно отличаться от их прежнего. Гуськом они поплелись за предводителем, который то и дело останавливался и отхаркивал на каменную дорогу сгустки крови. Когда последний новообращенный скрылся за поворотом, охотники решились вновь спустить лестницу (совместными усилиями, чтобы не вызывать много шума) и слезть по ней на землю.

- Как думаешь, наши заместители уже успели обрыть комнату?- Дэн пулей пересек дорогу и дернул на себя незапертую дверь.- Не хотелось бы столкнуться с ними лицом к лицу.

- Ой, будто что-то случится,- Лаура зашла следом за ним. Руны продолжали светиться кровожадным пламенем. Гостиная Элке Шульц по меньшей мере пережила цунами, торнадо и падение кометы в центр пентаграммы. Ковер разодран в клочья, пол покрыл черный осадок, похожий на копоть. Еще витал еле заметный дымок от джинна.

Вслед за блондинчиком Лаура взлетела на второй этаж, стараясь не вдыхать ядовитые пары и прикрывая поэтому нос уголком рукава. Со второго раза Дэну удалось выбить дверь вместе с замком.

- Вот и зачем ты это сделал?- спросила Лаура одними губами. Он обернулся с выражением невинной шалости на лице.

- Всегда мечтал. Да какая разница, хуже того, что уже есть, точно не будет.

Проекции успели спрыгнуть в окно. Вслед за Дэном в комнату вполз и обморочный дымок. Охотники поспешили поднять выбитую дверь и закрыть ею проем.

- Ну что,- напарник присел на корточки перед урной с песком. Она по-прежнему нетронутой стояла в углу, будто дожидалась их все это время. Дэн стал внимательно изучать арабские письмена. Отчего-то именно тогда Лауре в первый раз подумалось, что их занесет в арабскую страну, по крайней мере за тем, чтобы набить урну песком земли и спустить в воды местной реки. Хотя Лаура толком и не знала, как уничтожить, или вернее обезвредить джинна. На тот момент у них была единственная цель - вернуться домой и закрыть портал со стороны двадцать первого века. А без джинна они как без рук.

Лаура опрокинула носком сапога урну. Краешек сосуда задел Дэна, и парень мгновенно вскочил. Песок высыпался ему в ноги, покрывая тонким слоем пол. Даже красиво вышло, будто специально выровнен лопаткой.

Охотники готовились к чему угодно, к моментальному появлению джинна и его нападению (на языке вертелась парочка слабых заклятий), Дэн держал руку на ножах. Дверь, любовно приставленная к стене, опрокинулась под порывом ветра. Белесый туман, который они принимали за снотворное и одновременно убивающее средство, собрался со всего дома и сгустился в опустевшей урне. Поток напоминал хвост кометы, расширенный у основания и сужающийся в своем стремительном движении к началу. Дэн успел подхватить Лауру под ребра и опрокинуть на спину. В следующую секунду в проем ворвался столп бесформенной плоти, огромный шар из мяса и кожи, на глазах уменьшающийся до размеров спичечного коробка и исчезающий в недрах урны.

Недолго думая, Дэн подхватил урну, заметно полегчавшую без песка. Подал Лауре свободную руку.

- Почти без последствий,- сказала она, принимая помощь.

- То ли еще будет,- заметил Дэн мрачно,- нам нужно опередить Одина.

Они оба понимали, что вызывать джинна только для того, чтобы прибыть вовремя, - глупее не придумаешь. Поэтому напарники просто понеслись сломя голову. Дома проносились перед глазами, Лаура не успевала перевести дыхание. Когда она начинала уставать и замедлять бег, Дэн ободряюще хлопал ее по спине, не давая забывать об их конечной цели, и они бежали вновь, из последних сил. Пока кровь не польется из носу, пока Лаура не выкашляет легкие через уши, пока свинец не затвердеет в горле.

Выбежав на Пфлауменвег, они перешли на шаг. Именно тогда до Лауры наконец дошла удручающая правда, она смирилась с мыслью, что они не могут убить Одина, по при этом в состоянии его обезвредить. И что самое главное - он сам этого хотел, но из-за своего "начальства", или кто там помимо него претендует на престол в мифическом городе богов, асов, не мог отступить. Демоны ведь не дураки, и слов на ветер не бросают.

Добравшись до Гозекского круга раньше Одина, охотники могли спокойно войти в круг и остаться незамеченными. Их проекции прибывали к другой стороне древней обсерватории.

- Дай-ка,- Лаура протянула руки к урне. Дэн с недоверием посмотрел на нее.

- Ты знаешь, что с ней делать, не так ли?

- Да, я ведь на испытательном сроке, не забыл?- Лаура весело ему подмигнула, не переставая радоваться своей простейшей, но оттого и гениальной задумке. И всем будет хорошо. И их миссия не будет напрасной. И все те жизни, которые Лаура спасла, будут продолжать существование. И все те демоны, которых Лаура "спасла", найдут приют в телесных оболочках (а без этого, увы, никак) в виде бесов, вселившихся в невинных людей. Их сочтут одержимыми, и их уничтожат, чтобы они родились вновь и положили конец великим кровавым расправам прошлого, вошедшим в историю.

Дэн передал Лауре урну, и Лаура ее бережно, кончиками пальцев, потерла. Волшебство, как в сказке. Перед ней появился прообраз Аладдина. Как и принято у джиннов, обнаженный. Позже Дэн не раз подкалывал Лауру, что он первым отрыл ей двери в мир стриптиза.

- Женщина,- сказал джинн довольно четко, чтобы его слова можно было неправильно расслышать. Он владел мультинациональным языком и умел подстраиваться под хозяина.

- Тебя что-то удивляет?- Лаура приподняла брови. Конечно, ей хотелось сделать вид, будто она могла отправить его обратно, но в действительности Лаура и понятия не имела, как это провернуть. Она надеялась, хотя бы Дэн ее страховал, а не глазел по сторонам. Лаура целиком сосредоточилась на диковинной зверушке, одна рука обнимала урну, другая машинально ползла к бедру.

- Нет, госпожа,- он приложил ладонь к месту, где у людей сердце.- Я к вашим услугам.

Глаза, будто омут, затягивающие с головой в свой неизведанный мир. Это существо гипнотизировало. Сковывало одним взором. Лаура тонула, безуспешно хватая воздух ртом.

- Я знаю, что вы хотите,- произнес джинн медовым голосом,- позвольте мне дать это вам.

Наглец. Хитрый змей-искуситель. Лаура не могла ему возразить, будто ее сознание давно отключилось, а тело продолжало остолбенело стоять перед ним, сросшись с урной. Со всей своей волей, которую, как ей хотелось думать, Лаура успела выработать за время работы охотником, не хватило даже на писк. Джинн приблизился к ней вплотную. Он ничем не отличался от нормального человека, разве что от него не пахло мужчиной. От него вообще ничем не пахло. Лаура не знаала, из чего он состоял... возможно, из воды и горстки иллюзий? И этот красивый образчик мужчины неспешно к ней приблизился, его верхняя часть, которая казалась головой, приблизилась к девушке вплотную. Он дотронулся до ее губ подобием своих, и Лаура ощутила лишь холодок, какой идет ото льда, приложенного к ушибу. Его конечности обвили Лауру, погружая в океан беззаботных дум.

Скалистое побережье. Золотистый закат. Средиземное море, вечерний отлив, благоухание мимоз. Лаура отлично помнила этот день, как будто он был вчера. Как будто он никогда не кончался. Руки ее любимого мужчины на ее голых плечах, большие пальцы бережно потирают ямочки под ключицей. Лаура вся дрожала от желания и нетерпения. И вдруг, в блаженной дреме, она вспомнила все события того дня, и ее пронзила боль. Лаура вскрикнула, ослабевая. Но он подхватил ее, прижимал к себе, словно маленького ребенка.

- Что с тобой?- он обеспокоенно сел на капот авто, на котором они приехали, собрался усадить Лауру к себе на колени. Его ладонь на ее подбородке, он хотел повернуть ее лицо к себе и поцеловать. Но девушка знала, что сон не вечен, что ему нужно положить конец. Что джинны никогда не выполняют своих обещаний, как и ее жених. Что каждое желание, загаданное в порыве сильных чувств, страсти и ненависти, обязательно оборачивается против того, кто имел смелость даже подумать о нем. Чуть только Лаура увидела знакомое лицо, ее прежние стены обрушились, сожженные мосты, как Феникс, возродились из пепла. И все будет как прежде. Но не по-настоящему. Зато так, как Лаура того хотела.

Девушка крепко зажмурила глаза и оттолкнула его. Но вместо этого оттолкнула от себя джинна.

- Не смей повторять этого!- завопила Лаура на него, отпрыгивая на два шага назад и прижимая к себе урну, как младенца.

- Ваше желание для меня...

- Нет-нет, это не желание,- но джинн уже хлопнул в ладоши, поклонился и... о, чудо!... на нем появилась одежда. Отлично! Взаимосвязь ей не была, но по крайней мере он оделся, а Лаура на ровном месте потеряла одно желание. Такова природа джиннов - вынуждать вас загадать то, чего вы не хотите, и освободиться от вашего хозяйского влияния. А джинн без хозяина по масштабам разрушений приравнивается к вулкану, сметающему на пути города.

- У вас осталось два желания,- напомнил он с едкой ухмылочкой. Знаю я о вас, проходимцах, думала Лаура.

- Дай мне еще два.

Джинн рассмеялся простым, человеческим смехом.

- Я приму это желание, но не обязываюсь его выполнять.

- Это как так?

Он пожал смуглыми плечами.

- Вот так. Против правил.

- Ну ладно, тогда залезай обратно в бутылку.

На лице его появилось смятение. Да, этого джинн никак не ожидал, но и противиться он не мог. Теряя очертания, он превратился в массу плоти и вместе со знакомой дымкой исчез в бутылке. На землю упали метательные ножи, которые Дэн поторопился поднять. Пока Лаура находилась под влиянием арабского друга, он всеми силами пытался его укокошить. Но тот, твердый как скала, и ухом не повел.

- И это ты называешь, все под контролем?- вспыхнул он, подлетев к Лауре и заглянув в глаза, наполненные страхом. В его собственных голубых глазах отражались ее чувства.- Я боялся, что он затянул тебя в свое царство мертвых.

Лаура быстро очнулась ото сна.

- Прости, он повел себя не как галантный кавалер. Мог бы приодеться и раньше, прежде чем лезть домогаться.

- В любой другой момент я бы посмеялся,- Денис нервно выдохнул и отошел от Лауры.- Через минуту, судя по солнцу, прибудет Один. А ты стой здесь и дальше облизывайся с... непонятно кем.

- Я больше не буду, обещаю,- отрезала Лаура, вновь потирая урну. На этот раз она не собиралась давать бестелесному существу даже права голоса. Чуть только он появился перед ней, готовый вытворить свой очередной фокус, Лаура выдала,- первое желание: Одина и его новых друзей ты оставляешь здесь, в этом самом дне, в котором мы сейчас. Второе: чуть только исполнишь первое желание, ты возвратишь нас с Дэном в точку невозврата, из которой мы прибыли, то есть в двадцать пятое декабря 2012-го года. Идет?

- Да, госпожа,- ответил джинн покорно. На его лице, или что там у джиннов вместо него, отразилось разочарование. Да, не видать тебе свободы, красавчик, ни при каких обстоятельствах.- Может, вы еще чего-то желаете?

- Не дождешься.

Дэн подошел ближе к Лауре, с любопытством рассматривая джинна.

- А если задать тебе вопрос, это будет считаться желанием?

Джинн улыбнулся одним уголком губ.

- Это зависит от того, как его сформулировать.

- Что будет, когда я загадаю третье желание?- спросила Лаура и глянула на него с вызовом. Джинн вновь вернулся к Лауре.

- Вы подарите мне свободу, госпожа, и я буду в вечном долгу перед вами и в вечной благодарности.

- Да ладно, хорош заливать-то,- сказал Дэн, и его слова так и не получили ответа. Со стороны Гозека ветер приносил голоса и равномерные, словно солдатский марш, шаги.

Спрятавшись за первым палисадным кольцом, они оставили джинна в центре кольца.

- Смотри,- Дэн показал на ров около северных ворот. За сухими палками двигались фигуры, их проекции, устраиваясь на земле в ожидании представления. Лаура с Дэном переглянулись: это было забавно наблюдать со стороны их предыдущий день. Возможно, Лаура бы рискнула столкнуться со своей проекцией лицом к лицу, но ее вмешательство могло навечно отрезать им путь к отступлению.

Демон Один обошел обсерваторию, предварительно начертив на подтаявшем снегу пентакль, после чего поставил на нем отметины-символы, пробормотал зловещие словца. Закапывая камни в углы звезды, он остановился совсем недалеко от нас, в том месте, где остался джинн. Лауре даже показалось, что на его восковых губах показалась улыбка облегчения, будто висельник в последние минуты жизни получил помилование. Все шло по плану. Он бросил взгляд сквозь прутья, на них с Дэном. Кивнул. То ли своим врагам, оказавшимся союзниками, то ли своим мыслям, которые слышал только джинн. Наконец вернулся в центр Гозекского круга в окружение слуг. Венцом программы снова был альбинос, выдав ожидаемый фарс: с закатом солнца Йордан влетел в ворота и исчез в тумане.

Лаура невольно схватила Дэна за руку, чтобы один из них случайно или по ошибке джинна не остался в прошлом, и зажмурилась. Когда Лаура открыла глаза, под ногами была трава.

- Получилось?- спросила Лаура напарника. Он был рядом - это уже половина успеха. Кажется, он все-таки не закрывал глаза и теперь неистово тер их рукавом куртки.

- Сейчас проверим,- он взял ее под локоть, и они неловко поднялись, по уши в грязи. Побираясь к северному входу, Лаура несколько раз споткнулась. Еще немного, и ноги бы подкосились, и она окунулась бы в лужицу дождевой воды, несмотря на поддержку Дэна. Ночь без сна сказалась и на нем. От усталости он еле передвигался. Вдвоем они несли урну джинна, что в принципе было неудобно из-за разницы в росте.

- Погоди,- Лаура потерла урну, и джинн непонятно откуда материализовался прямо перед ней. Он выпрямил спину, демонстрируя свой идеальный позолоченный торс. Воодушевленный, он ждал третьего и последнего желания, но даже с дурной после перемещения головой Лаура оставалась безжалостной эгоисткой. Прости, дружок, не в этот раз. Для тебя еще есть небольшое задание.- Спасибо,- сказала Лаура джинну, и он, смекнув, в чем дело, заметно поник,- полезай в бутылку.

Когда урна заметно отяжелела, Дэн принял ее у Лауры.

- Как-то тихо,- заметил он. И словно в подтверждение его слов в северные ворота, ближайшие к нам, влетел Джерри. Все тот же Джерри. В измученной груди Лауры разлилось тепло, и она сама удивилась этому приятному чувству. Но Джерри, поймав волну воинственных настроений, не раздумывая, направил на них кольт.

- Джер, это мы, все в порядке,- сказал Дэн, отпуская Лауру и подходя к другу. Тот недоверчиво вглядывался в чумазое лицо Дэна.

- Почему вы здесь,- не убирая оружия, он повертел головой,- вы должны быть в круге.

- Получилось!- раздался громогласный возглас телепатки. Рада мчалась к ним через всю солнечную обсерваторию. Чуть только солнце опустилось, она сразу же уловила новые нотки эмоций. Джерри чуточку расслабился. Цыганка подбежала к Лауре сзади, радушно обняла за плечи. Не задерживаясь надолго, она отпустила Лауру и повисла на шеи у Дэна. Тот, разумеется, ее не удержал, и девушка спрыгнула, светящаяся от счастья.- Невероятно!- за долю секунды она успела просканировать мысли Дэна, хоть он того и не позволял. Ей так не терпелось узнать подробности их маленькой прогулки, что она нарушала негласные правила.- Это возможно, док! Машина времени существует!

Услышав разговоры, Хосе поспешил на праздник.

- Ну, как оно там?- он похлопал Дэна по плечу и принял у него урну.- Ого! Древняя вещица. Вавилонская. Где вы ее раздобыли? Из гробницы нельзя доставать то, что погребено вместе с владельцем, на нем может быть проклятье. Впрочем, это действительно интересно.

- Заткнись, Хосе,- прервала его Рада, звеня золотыми браслетами,- еще успеем смыть ее в трубу. Поможем ребятам дойти до фургончика, наверняка осталось что-то удивительное, о чем я не успела прочитать у Дэнни в голове.

- Надеюсь, только это?- поддел он с напускным смирением в голосе. Рада весело подмигнула.

- И даже больше.

Выйдя за пределы Гозекского круга, Лаура немного отстала от группы. На темно-лазурном небе загоралась россыпь мелких серебряных звезд. Коралловое кружево заката обволакивало ту его часть, которая сливалась с горизонтом. Дул нежный рождественский ветерок, принося с собой запах города. Нужно набрать новую бутылку святой воды и вернуться на службу, хотят того друзья или нет. Теперь они одна команда, и Лаура должна иметь большие запасы того, что может спасти им жизнь. К тому же впереди их ждала нелегкая дорога к Дьявольскому логову и миру во всем мире.

Веселая компания на миг остановилась. Рада в который раз обернулась и крикнула Лауре, не нужна ли помощь, но та лишь покачала головой и сказала, что хочет немного пройтись в одиночестве. Рада кивнула и, видимо, думая, Лаура не обратит внимания, по-хозяйски обняла Дэна и Хосе за шею.

- Лилли, подожди,- Лаура не заметила, что Джерри остался позади, перезаряжая кольт. Он нагнал ее на полпути к машине.- Знаешь, теперь ты наконец-то похожа на нас.

- Да, думаю, я привыкну не мыться неделями.

- Это не так уж сложно, могу тебя научить. Хотя нет, я-то чистоплотный. Придется вам, мисс, подстраиваться, если хотите и дальше занимать почетное место рядом с водителем. Как-никак, нам просто необходимо узнать друг друга поближе.

Не побрезговав ее грязной куртки, Джерри закинул на плечо руку. Лаура чуточку напряглась, но не от неприятия, скорее наоборот - ей польстил этот обыкновенный человеческий жест участия.

- А я уже читала лекцию о том, как не люблю служебные романы?

- Служебные романы? Не слышал о таких. Расскажешь за чашечкой дорожного кофе? Ведь мы друзья, Лилли, не переоценивай свои "женские чары".

- Это вызов?- Лаура остановилась. Джерри поправил Лауре воротник кожаной куртки и, немного поколебавшись, заправил за ухо прядь волос.

- Вроде того. И у тебя нет другого выбора, кроме как принять его.

Он самодовольно улыбнулся и поспешил к своему фургончику, оставив Лауру одну.

- Чего торопитесь, народ?- прокричал он в спины уходящим компаньонам. Джерри обогнал их и первым поднялся на дорогу.- Все равно без меня не уедите.

- А ты сам-то чего копаешься?- отозвалась Рада и, отпустив мужчин, подбежала к нему сзади. Подцепив носком сапожка клочок земли, со смехом направила в Джерри, но он вовремя увернулся, показал ей сначала кулак, затем на заднюю дверцу авто.

- Залезай в фургончик, женщина, я здорово проголодался.

А Дэн, тем временем, забрал у любопытного Хосе урну с джинном и приготовился продолжить путешествие далеко на юг. Но прежде, чем потереть ее, Дэн забрался в фургончик на свое излюбленное место рядом с португальцем.

- Как вы смотрите на то, чтобы найти в Гозеке мотель и переночевать?

- Ну, нет, только не в Гозеке,- Лаура залезла в машину последней и захлопнула за собой дверцу,- там ужасная сырость.