# Колючка

Леся Марс

Рассказ без вычитки и исправлений.

Иногда любовь убивает нас, а иногда способна вернуть к жизни....


ГЛАВА I АЛЕНА.


1. НОВОСТЬ.


- Что-то еще можно сделать?

- Боюсь, поздно.

- Как сказать об этом?

- Скрывать нет смысла, рано или поздно она об этом узнает,- говорил кто-то за дверью.

- Хорошо.

Я сидела на кушетке, в приемной травматологии и ждала результата рентгена. Скрипнув, немного дверью, женщина в белом халате нехотя выходила из кабинета.

- Сидорова!

- Это я! - встав с места, и придерживая свои переломанные ребра, сказала я.

- Зайдите в кабинет! - спокойно сказала она, и посмотрела такими глазами, что можно подумать, там не ребра сломаны, а головы нет.

Я вошла в кабинет, на столе лежали снимки, стоял стакан воды, и лежали какие-то зеленые таблетки.

-Алена, мы не будем от вас ничего скрывать, не имеет смысла. Переломов много, от этого мы вас вылечим, но есть кое-что похуже, - и он протянул мне мои рентгеновские снимки.

- Упала так упала, - на снимках были видны сломанные косточки.

- Гм... - прокашлялся врач, - Алена, у вас рак легких.

- Рак? - меня словно обдали кипятком, комната поплыла перед глазами, - Сколько мне осталось?

- Мы в этом не компетентны, направление в онкологию уже готово, и чем быстрее вы туда пойдете, тем будет лучше для вас,- сказал мужчина и отдал мне листок, с прикрепленными к нему снимками.

- Спасибо...

Я вышла из кабинета, в голове был хаос.

- Корпус 14, кабинет 9, корпус смертников, - прошептала я.

-С вами все в порядке? - спросила бабулька, протирающая пол.

- Да...

Больница была большая, около 30 корпусов. К 14 путь лежал через внутренний дворик.


Я вошла в помещение, пол, потолок, и стены были оббиты белым пластиком, яркое освещение на секунду ослепило меня. Взоры сидящих в очереди людей обратились на меня. Когда я присмотрелась, то поняла, что людей здесь сидело не один и не два, десятки, таких как я.

- Только узнала? - спросила женщина, державшая маленькую девочку на руках.

- Да, - и только тут я заметила, что по щекам бегут слезы.

- Садись, здесь ждать придется долго, человек пятнадцать в очереди, - она подвинулась,- Ты зря не реви, может, обойдется!

- Хорошо! - улыбнулась сквозь слезы я.

- Мам, а почему тетя плачет? - спросила девочка.

- Тетя заболела, как и ты, мой ангел, и тоже пришла лечиться.

К горлу подобрался комок, даже ребенок обречен.

- Не плачь, вот сделают укольчик, и все будет хорошо, - улыбнулась она.

Прошло около часа, очередь практически осталась на месте. Каждый рассказывал свою историю болезни. Некоторые не теряли чувство юмора, даже в такой ситуации.

Открылась входная дверь, на каталке трое мужчин везли кого-то на операцию. За ними бежала женщина, лет тридцати пяти, ее глаза были красными от слез, она не просто плакала, а рыдала.

- Папочка, папочка... - шептала сквозь слезы она...

-Успокойтесь, все будет хорошо, - успокаивала ее медсестра.

Меня начало трясти.

- Что с ней? - спросила я.

- Я встречалась здесь с ней пару раз. У ее отца рак печени, последней стадии, и метастазы пошли на кишечник. Из всей семьи это знает только она. Я его повезли на операцию, что бы хоть как-то продлить ему жизнь. И не известно продлят, или ...,- она не договорила.

- Или он там умрет?

- Да.

Очередь притихла. Все два часа она проплакала, сидя у дверей операционной.

- Операция прошла успешно! - сообщила медсестра.

Сидящие в очереди спокойно выдохнули, а женщина еще больше заплакала.

Подошла моя очередь. Я вошла в кабинет, положила на стол направление со снимками и стала ждать. Доктор внимательно рассматривал снимки.

- Что ж, перспектива есть, но это будет зависеть от вас самой.

- Что от меня требуется?

- Желание жить...рак легких лечится, и у вас есть все шансы.

- Как он лечится?

- Лечение рака легких может включать хирургическое удаление опухоли, химиотерапию или лучевую терапию, а также комбинацию этих методов лечения. Какие процедуры будут целесообразны, мы решим после вашего обследования, с учетом индивидуальных особенностей, локализации и степени опухоли, а также вашего общего состояния здоровья. Производится брахитерапия - используются малые пелле радиоактивные материалы, которые помещаются непосредственно в рак или в воздуховод рядом с раком, лучевая терапия, химиотерапия, что если можно так выразиться, в вашем случае будет более полезным, мы решим после анализов.

Но запомни, ты должна хотеть жить, иначе все будет впустую.

Хотеть жить хотеть жить хотеть жить хотеть жить хотеть жить.... - крутились в голове эти слова...

Я убрала непрошенную слезинку и продолжила писать лекцию. Жизнь продолжалась. Я выбрала тактику той женщины - о болезни знала только я. И чем дальше шло время, тем больше депрессивное состояние сжирало меня. И тем меньше мне хотелось жить. Что изменится, если я умру? Мир прекратит свое существование или общество не сможет жить без меня? Ничего подобного, все будет идти своим чередом, я всего лишь маленькая песчинка в большой песочнице. Жалко только родителей и друзей. А остальные и не заметят моего исчезновения.

Днем я продолжала жить своей обычной жизнью, шутила, смеялась, а ночью наступал кошмар крик и слезы душили меня, и не переставая плакать, я засыпала. Наступало утро, и я снова шла учиться, смеялась, шутила. Так продолжалось в течение двух месяцев. Мне становилось хуже и хуже, нет, легкие не болели, в этом мне повезло, болела душа.


2. КОЛЮЧКА.


Очередной серый и дождливый день, пары закончились, домой идти не хотелось, я без дела бродила по университету. Коридор за коридором, лестница за лестницей. Умру и буду приведением университета, почему-то эта мысль меня развеселила. Я улыбнулась.

Теперь терять было нечего, и я делала вещи, которые никогда бы не совершила раньше.

Этажи в университете были своеобразно построены, как ячейки в улье, в середине с пятого до третьего этажа свисала большая стеклянная люстра, похожая на большое скопление сосулек. На втором этаже люстру встречал фонтан, в который студенты бросали монетки, загадывая желания. Пролет ограждали тонкие железные прутики. Минуя, их я оказалась на выступе, стоявшая с противоположной стороны парочка "ахнула" при виде такого, наверно подумали, решила прыгнуть. Конечно, можно было бы и так, но я загадала желание, и промахнуться не хотела.

Буль! Ура! Попала!

С довольной миной я перелезла обратно, взяла сумку и собралась идти.

- Жить надоело? - проворчал знакомый голос.

Мишка, мой одногруппник и лучший друг, а верней подруга. Мишка был геем, и особо не срывал этого.

- Если бы! Я желание загадывала! - улыбнулась я.

- Что ж это за желание такое, что надо так рисковать. Ты вообще, чем думала? - ворчал он, но я его не слушала, все мое внимание переключилось на противоположную сторону, где раньше стояла парочка. На всю эту картину "прочистки мозгов от Мишки", в полуулыбке смотрел мальчик, похоже, что это школьник, слишком уж миленький со смазливой мордашкой, длинная челка, розовая рубашка, слипы, сумка-почтальонка с россыпью значков. Эмо, а верней маленький эмочка. Я улыбнулась ему.

-Ты меня слушаешь? Куда ты смотришь там? - не унимался Мишка.

- Кто это?

- Где?

- А вон там, в розовой рубашке...

- Саша колючка! С нашего факультета. Мне казалось, его все знают! Теперь вижу, что нет.

- Еще бы не знать...

- Эээ...запала что ли?- он почесал макушку.

- Нет! Ты что, он маленький совсем.

- На год младше нас. Мы с ним КВНе играем. И некоторые поговаривают, что он тоже гей.

Я, что есть силы, врезала Мишке по плечу, и пошла к лестнице.

- И все-таки запала!

Я повернулась и показала в ответ язык.

- Детсад честное слово! - вслед прокричал Мишка.

Сегодня я впервые забыла о своей болезни, перестала думать о смерти. Мысли были заняты другим. Я читала книгу, верней делала вид, что читаю.

- Колючка, интересно, за что он получил такое прозвище? Наверно вредина. - думала я. Ночь прошла, а я и не заметила, не слез, не истерики, а только приятный образ и милая улыбка.

- Неужели я и вправду запала? - ворочаясь в кровати, думала я. - Не важно.


На следующий день я искала его в толпе, пока Мишка невзначай сливал информацию о нем. Ага, сводником решил поработать! И так каждый день я искала его, это уже стало своеобразной манией, меня тянуло к нему, и я не знала, чем это объяснить.

- Ты прямо зомби стала! Может мне связать его и привезти к тебе домой? Поизмываешься над ним! - он мерзко захихикал, прикрывая рот рукой.

- Извращенец ты, все мысли через штаны! Ничего такого от него мне не надо! Достаточно одной улыбки и все...

- Даа, подруга, сосем тебе крышу снесло!

- Может оно и к лучшему.


3. НАРКОТИК.

Крышу у меня действительно снесло, каждый день я приходила в университет пораньше, в надежде увидеть его, искала в толпе, не только студентов, но и просто прохожих. И если я видела, день проходил незаметно, в мечтах, если нет, то настроение было на ноле. Он стал для меня наркотиком, без которого у меня начиналась ломка. Без него я капризничала, словно маленький ребенок, которому не дали конфетку. Вернулись слезы, истерики, но теперь я плакала не из-за болезни... Я понимала, что это эгоистично с моей стороны, что он человек, а не игрушка, что у него своя жизнь, а у меня своя, и очень короткая. Но ничего не могла сделать.

Всю ночь и весь день я провела, уткнувшись в подушку. Не пошла на учебу, соврала, что умерла зверушка. Это был срыв. Несколько раз звонил Мишка, но я не хотела ни с кем разговаривать.

Выплеснув, все, что скопилось за это время, я потихоньку начала приходить в себя. Я понимала, что пора остановиться, но слезы сами собой появлялись снова и снова. Успокоительные в малых количествах не помогали, что терять, я выпила упаковку.

Пришло смс : "Аля, если в тебе еще теплится жизнь, ответь!" Мишка как всегда в своем репертуаре, здоровая балбесина, как я там буду без него? Я набрала его номер.

- Хвала небу! Ты жива! - выдохнул он.

- Почти! - еле ворочая языком, говорила я.

- Ты пьяная что ли?

-Нет.. я упаковку таблеток съела, теперь я спокойна как слон! И сейчас свалюсь! Хи!

- Так, мы едем к тебе!

- Кто мы?

- Я и Сашка! Аля, сядь и сиди ничего не делай, и разговаривай со мной, пока я не зайду к тебе в квартиру!

Сашка, какой Сашка? Парня нашел себе что ли?

- А я итак лежу на полу!

Мишка начал рассказ, я его не слушала. Нужно было убрать все таблетки и шприцы, привести свое лицо в порядок. Гости как ни как.


Через пол часа раздался звонок в дверь. Я подползла на четвереньках, так как идти на самом деле не могла. Открыла дверь и плюхнулась попой на пол.

- Мать моя! - завопил Мишка, - Ноги отказали! Допилась успокоительных!

Я бы тоже испугалась, увидев такое. Существо в спортивном костюме, с капюшоном на голове, как гном в колпачке, сидит и улыбается.

- Саш, заходи, надо ее до кресла довести.

Он зашел, пришла моя очередь вопить: " Мать моя!"

Колючка, это он собственной персоной.

- Знакомьтесь, это Саша, а это Алена! - трещал, не умолкая, Мишка.

- Для друзей колючка! - он улыбнулся.

Зачем он это сделал, я окончательно потеряла разум.

-А она для друзей, Аля, только эта Аля сейчас не в состоянии говорить!- ворчал Мишка.

- Ничего! Исправим! Что ты пила? - помогая тащить меня в кресло, спросил он.

- Не знаю! Вот, - я протянула ему упаковку.

- Она раньше не суицидом не занималась! - разводя в стакане какую-то шипучую дрянь, говорил мой сердешный друг.

- Я не суицидила, три не помогли, я и решила больше выпить!

- Все ясно. Сейчас выпьешь это, и нужно будет полежать,- Он поднес стакан и помог выпить. Я откинулась на спинку...

-Вот видишь, Миша, какой он лапочка не то, что ты! - сказала я, в ответ колючка улыбнулся.

-По башке бы тебе, да не буду! - улыбнулся Мишка.

- Вы только не уходите, - я умоляюще посмотрела на друга.

- Я пойду чайник поставлю, - сказал он и растворился за дверью.

Остались я и колючка, настал момент, о котором я мечтала. Но, я просто молчала и смотрела на него, а он на меня. Ступор.

- Не знаю, можно ли так по зверушке убиваться или на это у тебя были еще какие-то причины, но никогда больше не делай этого, или еще хуже, - он подсел ближе, закатил рукава, и моему взору открылись шрамы на его запястьях.

- Ты ...

- Да, я реза вены...Спасли. А могли и не успеть. Лишь на грани жизни и смерти, ты понимаешь, как важна для тебя жизнь.

Я посмотрела ему в глаза. Темные, бездонные, манящие в пропасть. Я аккуратно провела пальцами по шрамам, и не заметила, как рука пошла выше, по бархатной коже. Я поняла, что люблю его, будто знала всю жизнь. Как же хотелось рассказать ему все, сказать, что жизнь важна для меня, ради него, но как бы я не хотела жить, у меня не получится, обнять его и оставаться в его объятиях вечно.

- Чем это вы тут занимаетесь? Эй! Ты что, гипнотизируешь ее? - нарушил тишину Мишка.

-Рассказываю о вреде суицида! - улыбнулся колючка.

-Смотри мне! - и в шутку пригрозил кулаком.


4. . . .

Все было хорошо, но раз в две недели мне нужно было приходить на прием к врачу, и сдавать анализы.

Очереди как всегда были огромные, не смотря на большое количество людей, все друг друга знали. А у меня появились друзья, верней маленькая подружка. Маринка, ребенок, которому поставили диагноз лейкемия. Глаза ее матери были красные от слез. Обычно у Маринки были пушистые хвостики, сегодня она ходила в косыночке. Я поняла причину. Ее маленькие ручки обнимали меня. Слезинка скатилась по щеке.

- Ничего не помогает, - тихо сказал женщина, - пришлось химиотерапию сделать.

- Все будет хорошо, помните, вы говорили мне! - подавив комок в горле сказала я.

- Конечно.


Все оставалось на местах. Анализы идентичные предыдущим, назначили поддерживающее лечение. А на случай ухудшения, придется поститься с моей рыжей ёжикообразной шевелюрой.

Я подружилась с Маринкой и ее мамой. Общались и вне больницы, она давала мне народные советы, что бы бороться с болезнью еще усиленнее. Иногда она звонила мне ночью, она рыдала, пока дочка спала. И я слез сдержать не могла.

Маринке ничего не помогало. Не медицина, не народные средства. Она сохла на глазах.


Мне тоже было не легко, от таблеток болел желудок, при виде пищи тошнило. Иногда зрение отключалось, меня окутывала тьма. Побочны эффекты, но пить нужно было не смотря ни на что. Одногруппники интересовались, что за таблетки я пью, так как я всегда носила их без упаковки. Я говорила, что кальций, для укрепления моих ребрышек. Приступы случались и во время занятий, но быстро проходили.

Я резко потеряла в весе, потому что практически не ела. Мишка начал замечать неладное. Сначала он думал, что я сижу на таблетках для похудения, из-за колючки, но потом перестал меня допекать нотациями, видимо Сашка сказал ему обратное.


После нашего знакомства, мы стали чаще видеться с колючкой. Прогуливали вместе пары в столовой, он всегда удивлялся, почему я не ем, но не досаждал как Мишка, катались в лифте, не давая зайти людям, и всячески шкодничали. С ним было весело, и интересно. События как-то странно и быстро развивались. Я без памяти была влюблена в него, да и он видимо был неравнодушен ко мне.

- У Мишки в субботу день рождения! Что дарить будешь? - спросил колючка, повернувшись ко мне.

Мы в очередной раз прогуливали пары на подоконнике, он лежал у меня на коленках, а я пальцами перебирала пряди его волос.

- Не знаю, дожить еще надо! -улыбнулась я и ущипнула его за нос.

- Давай вместе купим? - он поймал мою руку.

- Давай,- я взъерошила его волосы, и спрыгнула с подоконника.

Он погнался за мной.

- О! Брачные игры носорогов! - лениво сказал Мишка, притопывая носком ботинка.

Мы быстро отошли друг от друга опустили головы и сделали невинные глазки, как только что нашкодившие котята. Мишка засмеялся.


Вечером позвонил Мишка, пригласил на день рождения. И еще раз удостоверился, все ли у меня хорошо. Я смеялась и отшучивалась, не смотря на жуткую боль в желудке и тьму перед газами.


5. ДЕНЬ РОЖДЕНИЯ.

С колючкой была договоренность встретиться возле Мишкиного подъезда. Что бы я успела посмотреть, что будем дарить. Подарок я поручила выбирать и покупать Сашке, на свое усмотрение.

- Набор сигар и прикольный галстук! - он протянул мне коробочку с бантиком.

- Супер! - улыбнулась я и, схватив за щечки, чмокнула его.

Он явно не ожидал, и немного опешил.


- С ДНЕМ РОЖДЕНИЯ! - мы закричали в один голос, когда Мишка открыл дверь.

Музыка, шум, веселье, конкурсы. Пьяный Мишка, трезвый балбес, а пьяный так вообще слов нет. Начал танцевать стриптиз, а вместо шеста выбрал Юльку, нашу одногруппницу, потому что она была самая худая. После стриптиза начал приставать к колючке.

-Ты губищи не распускай! - смеялась я, - А то губозакаточную манишку подарю!

Вечер подходил к концу. Мишка несколько раз беседовал с унитазом, но дури от этого не убавилось. Официальные гости ушли, остались только мы вдвоем, помогая разгребать ему гору грязной посуды.

- Ну что, нам пора!- сказала я.

- Обижаешь! Куда вы ночью поедете? Оставайтесь, завтра все равно воскресенье, родаки до понедельника на дачу уехали! Саша! Брат!

-Мда...одного тебя оставлять рискованно, - ворчала я, - Хорошо, я останусь.

- Я тоже! Вдруг приставать будет! - смеялся Колючка.

- Вот так-то лучше! Комната вашем распоряжении! - Мишка подмигнул.

- Вот негодяй! - я швырнула в него плюшевым медведем.

-Ушел, ушел!

Действительно негодяй и сваха! Кровать одна, ни кресел, ни матрацев!

-Ну что, я на коврик! - сказал колючка.

- Ты меня боишься что ли? - улыбнулась я.

- А кто тебя знает! Проснусь, а вы с Мишкой измываетесь надо мной!

- Ничего себе ты спишь!

- Вы еще не это... гм? - прикрывая рукой глаза, вошел Мишка.

- Это... Заходи!- смеялся Сашка.

- Вот рубашки, на вас они как платья будут!

-Спасибо роднуля! - я обняла, вернее, хотела обнять, это шатающееся и ехидно улыбающееся существо, но в итоге взрезала в плечо.


Пока колючка осматривался, я переоделась и прыгнула в кровать. Приятное ощущение прохладного белья окутало меня.

- Ты уверена, что я не буду стеснять тебя? - робко спросил Саша.

- Нет, ты что.

Он аккуратно лег, даже не прикоснувшись ко мне.

- Ты висеть собираешься? - притягивая его к себе, сказала я.

- Нет, - он улыбнулся.

- Сладких снов, колючка!

- И тебе сладких, Алька!


Что может быть приятней, чем засыпать с любимым человеком? Сон медленно закрутил меня в своем круговороте. Мне снилась Маринка, она выздоровела и отрастила большие и пушистые хвостики, тот мужчина, которого везли на операцию, здоровый и его счастливая семья. Коридор в больнице, грустные глаза Маринкиной матери и колючка, а рядом с ними я лежащая на больничной кровати, без волос. Что-то непонятное, превращающееся в Сашу, у него красные глаза, он плачет. Процессия, венки...крест, сырая земля, две розы и стоящий на коленях Саша. Я порю над всеми, кричу я жива...но меня никто не слышит...

- Алька! Тихо! Проснись! - прохладная рука, прикоснулась к щеке.

- Это сон, это всего лишь сон...- бормотала я, меня трясло, слезы текли по щекам.

Он крепко прижал меня к себе.

-Успокойся, слышишь? Это сон, я рядом!- он шептал на ухо.

- Я люблю тебя, никому не отдам! А если я умру, обещай жить долго и счастливо! - сквозь слезы говорила я.

- Обещаю!

Я обняла его лицо ладонями и поцеловала. Сначала он не отвечал, но спустя мгновение его губы разомкнулись. Сначала поцелуи были робкими, которые становились все настойчивей и настойчивей. И медленно опускались к шее. Неподатливые пуговицы одна за другой отлетали на пол. Его дыханье обжигало меня. Руки и губы исследовали мое тело. Я задыхалась...Мы были единым целым...


6. ПОДГОТОВКА.


После той ночи, я поняла, что так дальше продолжаться не должно. Да еще и сон предвещал печальный конец нашей истории. Все зашло слишком далеко и чем дальше, тем больнее будет расставаться. Теперь мы редко виделись, я избегала его. Бедный мой колючка, что он сейчас испытывает. Но так будет лучше для него.

Я понимала, что все скоро закончится и постепенно начала отдаляться и от Мишки, пусть лучше ненавидят, чем любят.

Я перестала ходить на занятия, пить лекарства, ходить к врачу, а зачем? Все итак уже решено за меня. Лучше посвящу последние деньки себе. Телефон разрывался, но никого слушать я не желала. Я даже написала завещание, самой аж смешно стало, выбрала наряд, в котором меня будут созерцать в последний раз. Таким образом, я сама себя быстрей загоняла в могилу, что бы не мучить других, да и самой не мучаться. Я чувствовала, что становится хуже, как будто в легкие накачали воздуха, и он не выходит, больно вдыхать, а выдыхать еще хуже. Есть я тоже перестала. Джинсы, которые две недели назад были мне впритык, теперь просто слетали. Как и говорила, ничего не изменилось, жизнь текла своим чередом, что я есть, что меня нет.


Меня разбудил звонок в дверь.

- Кого там принесло! - ворчала я, и, придерживаясь за стены, пошла к двери.

- Если ты сейчас же не откроешь дверь, я выбью ее к чертовой матери! - кричал Мишка.

- Не пугай соседей! Заходи, что уж теперь, хотела без прощаний...

- Ты что уезжаешь куда-то?

- Ну, можно и так сказать. Проходи, - я пошла к креслу, опять придерживаясь за стены.

Мишка ошарашено смотрел на меня.

- Ты что снаркоманилась? Ты себя в зеркало видела? Сашка места себе не находит! Что с тобой?

Я молчала, опустив глаза, что я могла сказать, что это наша последняя встреча?

- Он с ума сходит, не может понять, что произошло?

- Я его больше не люблю...

- Не ври, он тебя обидел?

- Нет. Я его больше не люблю, понимаешь? Нет у нас с ним будущего! - на глаза навернулись слезы, - Я умру скоро, Мишка, рак у меня! Пусть он сейчас помучается, переживет, чем потом я дышать у него на руках перестану!

Лицо друга стало каменным изваянием, не выражающим никаких эмоций.

- Ты это серьезно?

- Нет, я шучу. Ха-ха.

- Собирайся, мы едем в больницу!

- Поздно уже! Просто дай мне спокойно дожить. И не говори ему. Скажи, что я уезжаю.

- Хорошо. Я зайду завтра.

Судя по его реакции, он не до конца понимал, что происходит.

- Если не открою, выбей дверь, не хочу, извини за выражение лежать и вонять здесь.

Мишка ушел. Я набрала ванну и решила попариться напоследок.


ГЛАВА I I КОЛЮЧКА.


1. РАСТЕРЯННОСТЬ.

Я не раз обращал внимание на эту девушку, ну как можно было не заметить это рыжее чудо. Иногда я наблюдал за ней, украдкой, что-то в ней привлекало и тянуло к себе.

И в тот день, когда ее отчитывал Мишка, мой знакомый по команде КВН, она заметила меня и улыбнулась.

На следующий день я искал ее среди студентов, я хотел снова увидеть. Это становилось навязчивым, и мне казалось, что я схожу с ума. На репетициях мне всегда хотелось расспросить Мишку о ней, но я не решался. Стал больше общаться с ним, а вдруг она подойдет к нам? Видимо Мишка начал замечать мое странное поведение, и взял инициативу в свои руки.

Вот мы приехали к ней в гости, нас встретил сидящий на полу гномик в капюшоне. Нас знакомят, мы пытаемся привести ее в нормальное состояние, бедняжка расстроилась из-за зверька и съела упаковку таблеток. Чудо. Я показываю шрамы, ее рука касается моей. По венам побегает ток. Я просто утопаю в ее бирюзовых глазах. Вот мы прогуливаем пары, стали часто видеться, слишком быстро строятся отношения, это меня настораживает, Мишкин день рождения, она смелая и решительная, и как ее мучает сон, она как ребенок плачет и дрожит, я успокаиваю ее, потом страсть овладевает нами. Что я сделал не так? Что ее так отдалило от меня?

Сжав виски руками, я сидел на подоконнике, где мы обычно прогуливали пары с Алькой. Я не мог понять причину. Я не мыслил жизнь без нее.

- Нам нужно поговорить, только обещай, что ты спокойно выслушаешь меня до конца! - дрожащим голосом сказал Мишка.

- Что с ней? Где она? - я вскочил, будто меня окатили ледяной водой, и по виду Мишки я понимал, что произошло что-то плохое.

По мере его рассказа я медленно сползал по стенке, в голове шумело, я не хотел верить в это. Он просто шутит.

- Саша, мы потеряем ее, если не будем трезво мыслить!

- Ищи врача, ищи много врачей! - кричал я, не узнавая свой голос.

- Успокойся! - Мишка отвесил мне хорошую оплеуху, после которой я пришел в себя.

- Она же лечилась где-то до этого?- спросил я, потирая горевшую щеку.

- Не знаю, не знаю... - Мишка кругами ходил возле меня.

- И давно у нее это?

- Понятия не имею! Около пяти месяцем назад она ломала ребра, может там что-то знают?


Мы объездили всевозможные травмпункты города и больницы, последним шансом оставалась наша областная больница, где нам и пояснили всю ситуацию.

Отделение онкологии находилось недалеко. Мы бежали, искали 9 кабинет, возле которого собралась порядочная очередь. Что больше всего поразило меня, так это женщина держащая на руках ребенка, похожего на скелет обтянутый кожей.

- Вы не видели здесь молодую девушку, с ярко рыжим волосом? - я обратился к толпе.

- Альку что ли? - спросила бабуля, сидящая на кушетке.

-Да, ее!

- Да сынок, выздоровела она наверно, или.., - она сделала паузу, - Больше месяца не видела ее.

- И на звонки не отвечает! - сказала женщина с ребенком.

- Жива она, только отказалась от всего, на труп стала похожа! - нервно потирая руки, говорил Мишка.

Толпа зашушукалась, бабульки качали головами, молодая еще, да и нашли вовремя.

- Идите к врачу. Нам то спешить некуда, а ее может спасти успеют.

Мы ворвались в кабинет врача. Рассказали все о Алене.

- Ее уже месяц не было. Стадия ранняя, но что теперь не известно. Нужно смотреть. Везите ее сюда. Не получился, скорую вызывайте. Там быстро скрутят и привезут. Больше я ничего сказать вам не могу.


2. . . .

Мы подержали к ее дому. Что будет, когда она увидит меня? Я просто не удержусь и разревусь как девчонка.

Мишка звонил около пяти минут. К двери никто не подходил. Еще пять мину. На его лице появлялась паника.

- Она сказала, что бы я выбил двери, если она не откроет!

- Так чего ты ждешь? - кричал я.

Много усилий не потребовалась, что бы снять с петель дверь.

Я побежал в комнату, там ее не было? В другой тоже. Я начал надеяться, что она просто вышла на улицу, но услышал дикий, не то, что крик, а рев Мишки.

-Ой, ой!

Я прибежал к нему.

В глазах потемнело, в горле пересохло. Алина лежала на полу в полотенце, мокрые волосы разметались по лицу.


Скорая приехала быстро. Алина жива, но состояние было критическое. В течение шести дней ее откачивали, кормили через капельницу, вливали глюкозу и плазму. Нам разрешили увидеть ее только после того как, ее перевели из реанимации в общую палату.

Мы приходили к ней, когда она спала, что бы лишний раз не расстраивать и не беспокоить своим присутствием. На восьмой день онколог и еще консилиум врачей приняли решение, что необходима операция. Рак начал прогрессировать.

Не было выбора и пришлось рассказать все ее родителям. Я не хочу рассказывать, как это было, слишком больно для нас всех.


Опухоль вырезали. Оставалось ждать и верить, что операция была не напрасной.

Мы по очереди дежурили возле нее.


Новости лечащего врача нас, не обрадовали.

- Мы обнаружили опухоль в другом легком... Вы понимаете, что второе легкое удалить не получится. Химиотерапия, единственный шанс и ваша поддержка единственный шанс.


ГЛАВА III ПЕРЕМЕНЫ.


1. ...

Комната освещалась тусклым светом. Я сидела возле окна и качалась на стуле. Хотелось провалиться под землю, раствориться на мелкие частицы и главное никого не видеть. С таким видом не хотелось показываться на глаза людям. Меня побрили наголо, кожа стала серого цвета, под глазами появились синяки. После реанимации и химиотерапии меня перевели в обычную палату. Сначала со мной была еще одна девушка, но...Теперь мрачные мысли меня посещали еще больше. Я стала практически растением. Тело воспринимало малейшее изменение температуры, от жары хотелось лезть на стены, от холода я тряслась под одеялом. Врачи говорили, что нужно двигаться, но как? Когда я еле-еле сижу.

По моей просьбе родственников, друзей и всех желающих увидеться со мной врачи не пускали.

- Деточка нужно есть, что бы выкарабкаться! - сказала медсестра, посмотрев на тарелку, на моей полке.

- Не хочу!

- Эх, что ж с тобой делать? После обеда Александр Николаевич зайдет к тебе.

Александр Николаевич, врач, маленький и круглый мужичек, постоянно допекающий меня тем, что надо жить.

Мама рассказала, что меня нашли в ванной Саша и Мишка, и они меня спасли. Ладно, Мишка, но колючка, после того, как я его игнорировала и сказала, что не люблю...

Я стала часто уставать, поэтому в сон тянуло постоянно. Еще бы от такой дозы радиации...

- Алена, ты спишь?

Я открыла глаза.

- Здравствуйте, Александр Николаевич!

- Как ты себя чувствуешь?

- Как всегда...

- Как всегда... Понятно. Пойми дорогуша, если так и дальше пойдет, придется прибегать к крайним мерам. Ты что творишь? Ты о родителях подумала? Не спят ни днем, ни ночью, хлопочут о тебе, деньги ищут на дорогостоящие лекарства, а ты? Вытащили тебя с того света, так ты обратно захотела?

Сказать мне было нечего...Он ушел. А я осталась неподвижно сидеть, уткнувшись носом в подушку.


2. АНАЛИЗЫ.


Каждый день у меня брали анализы. Сегодняшний, не исключение. Только видимо толстячек постарался, после анализов, меня заставили расфасовать по фамилиям результаты и вывесить их на специальный стенд с кармашками.

- Там около пятидесяти бумажек, ты уж постарайся, заодно и время быстрей пройдет! - сказала женщина в белом халате, поправив очки на носу.

- Хорошо.

Я ушла к себе в палату и начала работу по разбору фамилий.

- Кто их учил писать! - ворчала я.

И тут мне попалась одна очень интересная вещица. Результаты анализов Кометова Александра Ивановича, мой университет, мой факультет, и на год младше. Я раз за разом перечитывала этот анализ. Из которого было ясно, что у этого парня тоже рак, не первой стадии только желудка.

- Стоп! - на меня накатила ледяная волна, - Александр, на год младше! Колючка? - сердце бешено билось. Я поскорее перебрала бумаги и побежала к Александру Николаевичу в кабинет.

- Кто это? - я положила результат на стол.

- Хм... - он надел очки, - Никак сама Алина пожаловала!

-Александр Николаевич, кто это? - продолжала я, указывая дрожащим пальцем на листок.

- Ну, мне, откуда знать? Молодой человек, не мой пациент.

- У кого он лечится?

- Сейчас посмотрю, у меня точно таких нет. Может у Анджелики Ивановны?

- Где? Где ее кабинет? - почти кричала я.

- Восьмой, направо по коридору. Что могло случиться такого, что бы поднять тебя с кровати?

- Ничего!

Я не то, что пошла, а побежала с этой карточкой. Я задыхалась, перед глазами бегали разноцветные круги.

Что есть силы постучала в дверь.

- Да, войдите!

- Здравствуйте, мне сказали, что это человек проходит лечение у вас. Как давно и каковы его шансы?

Женщина удивленно подняла бровь.

- Да, Саша лечится у меня. Уже около восьми месяцев. Шансы, шансы... не знаю, я делаю все, что могу...

- Спасибо! - и я побежала.

Едва закрыв за собой дверь, я начала набирать Мишкин номер.

- Алло Миш, это Алька! - тишина на той стороне трубки заставила меня испугаться, - Миш?

- Я упал и пытаюсь встать! Ты как радость моя? - кричал он.

- Все плохо. Мне нужна твоя помощь!

- Все, что пожелаешь!

- Какая у Сашки фамилия?

- Эээ... Дай вспомнить... Давай перезвоню тебе чуток попозже?

- Хорошо, только никому не говори.

Через пять минут он перезвонил.

- Он Кометов Александр Иванович.

- Ясно. Пока.

Я села на кровать... Мысли беспорядочно метались в голове. Этого просто не может быть. Что делать? Колючка...как так? Теперь мне хотелось бежать, кричать, и делать что-нибудь лишь бы с колючкой все было хорошо.

Мои анализы желали лучшего, после химиотерапии опухоль не исчезла, а стала немного меньше, но мне уже было не до этого.

- Пусть мне отведено не долго, но я сначала спасу колючку, и умру спокойно. Но для начала мне нужно как-то выбраться из этой чертовой больницы. Так просто меня не отпустят, - думала я.

Думала, думала, а вечером сбежала и прямиком к Мишке. Шок, смех слезы, Мишкины. Чувствовала я себя погано, но теперь цел у меня была одна. Я все в подробностях рассказал ему. Мишка минут пять сидел с открытым ртом.

- Ну и навязались вы мне на голову! Спасай вас и спасай!

- Я сделаю все, что бы он был здоров! Я отдам свой желудок, все равно я нежилец...

- Ты ж говорила, что больше не любишь его?

- Миш, ну ты дурак!

- Понял, молчу. А что с больницей?

- Порошу родителей отмазать меня!


Все было, так как я и планировала, меня официально отпустили из больницы, с условием, что меня буду привозить на процедуры.

Для выхода на проулки мне купили парик, практически схожий с моей прежней прической.

Мишку я попросила организовать свидание, для того что бы отблагодарить их за мое спасение.


3. СВИДАНИЕ.


Я металась по комнате, Мишка за мной попятам, родители за нами, они решили организовать вечер благодарности, и вот с минуты на минуту должен был приехать Саша, а я не могла нормально прикрепить парик.

- Убить бы того, кто придумал это! - ворчал Мишка.

Я пудрой замазывала синяки под глазами.

В дверь позвонили.

- Здравствуйте Александр, приносим благодарность и оставляем вас на растерзание Михаилу и Алине! - сказали родители и быстренько удалились.

Сначала он робко стоял у двери, пока Мишка буквально не притащил его за ворот к столу.

Мне тоже было не по себе, после той ночи мы с ним практически не общались.

Разговор, как и было, намечено начался с благодарности, а потом постепенно, хоть и с трудностями перешел в дружескую беседу. Я узнала, что в мое отсутствие много чего нового произошло. Новости обо всем и о каждом (и обсуждение от Мишки естественно). Но я его не слушала, все мое внимание было обращено к темным и полным грусти и боли глазам. Он изменился, стал немного серьезнее и взрослей что ли, осунулся.

- Я пойду, покурю! - улыбнулся Мишка, - Вам есть, что сказать друг другу! - и подмигнул.

- С каких это пор ты куришь? - спросила я.

- С тех пор, как вы появились в моей жизни! - Мишка засмеялся и ушел.

Как только он вышел, я бросилась к колючке и крепко крепко обняла. Он прижал меня к себе еще сильней.

- Прости, я думала, что так будет лучше!- я шептала ему на ухо.

- Когда я увидел, тебя полумертвую, лежащую на полу... - его голос затих, и моей щеки коснулась его слезинка.

- Все в прошлом, я буду жить для тебя! И у нас будет все хорошо!

- Я знаю... Пока ты была там, я не жил, ты вернула меня в реальность.

- У меня есть предложение!

- Какое?

- Брать курс на жизнь, нам вместе!

- Я согласен! - он взял мою руку и повел к окну.

- Что, ты хочешь мне показать?

- Видишь звезды?

- Вижу...

- Когда человек умирает, на небе появляется новая звезда... Вчера загорелась еще одна звездочка, маленькая очень, ее назвали Марина, но она хотела, что бы тетя, которая болела как она быстрей поправилась... - он опустил глаза и замолчал.

Слезы бежали по щекам, Маринка, они не смогли тебя спасти... Я решила точно, терпеть я буду жить, для родных, для любимого, для друзей. И для тех, кого уже нет с нами, что бы помнить их. А когда придет время я встретиться с ними и продолжить свой путь. А пока что я буду жить, и не смотря на все трудности идти вперед.


ГЛАВА IV МИШКА.


Эти двое в корне изменили мою жизнь, из любящего себя человека, я превратился в сестру милосердия. Ну а как иначе? Ромео и Джульетта прямо! Когда вокруг тебя происходят такие вещи, невольно начинаешь задумываться, а не начать ли писать книжки?

Это не добрая сказка, это чудо настоящее которое, которое не в силах объяснить даже ученые. Любовь спасла человека. Все-таки Александр Николаевич гениальный человек, придумать и разыграть такую историю, с болезнью Сашки. И в первый же день, она дала результат! Алька сбежала из больницы, хотя до этого была увядающим растением.

Около двух месяцев она была под наблюдением врачей. Результаты были шокирующими. Но все боялись произнести в слух и поверить в это.

Когда Алька узнала, что Сашка выздоровел, как всегда она распрощалась со всеми и легла умирать, но быстро встала, когда ей под нос сунули документ, о том, что она абсолютно здорова, сначала она думала, что это дурацкая шутка, но когда ее затаскали по профессорам, и все говорили о том, что и следов не осталось, она поняла, что это реальность. ВОТ ТАКАЯ ИСТОРИЯ С ЧУДЕСНЫМ ВЫЗДОРОВЛЕНИЕМ!