# Пирожки с секретом

Мария Николаевна Кеваева

когда заболевает любимая внучка, Бабаня готова поверить в любое, самое неправдоподобное чудо. Поэтому она не раздумывая отправляется в сказочную страну за волшебным лекарством. В этой стране она снова становится маленькой девочкой, Аней, а проводником ей служит ворчливый, но добродушный гномик Мик. Вместе им предстоит собрать необходимые ингредиенты для снадобья, хоть бы для этого и пришлось исколесить волшебное королевство вдоль и поперек.

Пирожки с секретом (фрагмент)

Глава вторая

Пегас и источник вдохновения


В конце поля путники наткнулись на огромный забор - длинный-предлинный плетень из разномастных веток, он тянулся и тянулся вдоль и поперек, переходя с одной возвышенности на другую, через поле, за речку и дальше в лес. Казалось, нет ему конца и края. На редких отдельных кольях были установлены пугала - в выгоревших на солнце лохмотьях, с разрисованными головами-тыквами. Выглядело это очень жутковато, и Ане сразу вспомнился палисадник возле их многоквартирного дома, который весь был утыкан пластиковыми баночками-цветами, лебедями, вырезанными из старых автомобильных шин. А еще жильцы выносили старые ненужные игрушки. Причем, чтобы не украли, безжалостно прикручивали их проволокой к деревьям, а то и просто прибивали гвоздями. И как Аня ни старалась, упрямые горе-садовники отказывались убрать это издевательство над детскими чувствами, и несчастные игрушки мокли под дождем, постепенно превращаясь в подобие этих пугал на плетне.

- Привет, Бард! - гномик приветливо махнул рукой одному из пугал, которое оказалось худым человеком в потрепанной одежде. Его тощие коленки, обтянутые выцветшими чулками, нещадно выпирали, а спутанная копна волос на голове очень напоминала птичье гнездо. Заслышав шаги, Бард повернул к ним свое бледное лицо с выступающим, как у грача, носом, и слабо улыбнулся.

- А, это ты, Мик. Давненько тебя не было видно. - Бард с трудом спустился с забора, разминая затекшие от долгого сидения ноги. - Смотрю, у тебя появилась новая подопечная?

- Да, и какая бедовая! - гномик подмигнул Анне. - Видел бы ты, как она с грифоном расправилась! Аня, знакомься - это Бард, бывший королевский поэт-песенник, ныне - безработный.

Девочка протянула поэту руку, и тот поцеловал ее, склонившись со всем придворным изяществом. К такому обращению Аня не привыкла, поэтому жутко смутилась и в ответ пробормотала что-то невразумительное.

- Вы к нам по делу или просто так? - выразительные серые глаза, казалось, смотрели сквозь нее, и в то же время незаметно изучали Анино лицо, руки, ненавязчиво скользнули по ее одежде. - Вид у вас впечатляющий...

Ага, на себя бы посмотрел, подумала девочка. Расшитый бархатный камзол у поэта хоть и сохранил остатки былого величия, но запылился до такой степени, что невозможно было определить его цвет. То же самое касалось его башмаков, с загнутыми кверху носами. А вместо пояса красовалась обычная бечевка, хоть и завязанная на элегантный бантик. Тоже мне, поэт...

- Скажите, - изо всех сил стараясь звучать невинно, спросила девочка, - а почему вы без работы? У вас же такая красивая и нужная профессия!

Бард закатил к небу глаза.

- Представьте себе, что вам в руки упал кусочек звездного неба, а вы взяли, и решили нарядить его в шерстяное платье - что с ним станется?

- Ну, не знаю, - смутилась Аня. - Лично я звезд с неба не хватаю.

- Вот-вот, не знаете, - поддержал ее Бард и покачал головой. - Так и с поэзией. Стоит облечь восхитительную мысль в слова, как она тут же теряет все очарование. Вместо эфирного дыхания - неуклюжие ошметки грубых фраз...

- Хорошо, хорошо, - перебил их гномик. - Потом пофилофствуете. А сейчас, извини, друг, но нам надо ловить Пегаса.

- Пегаса? так вон он, - поэт указал длинным пальцем на дальний конец забора. - Вы уж накормите бедолагу, я ему теперь ничем помочь не могу. Хотя раньше, бывало, мы с ним так скакали по бескрайним просторам воображения, только держись!

- Да уж, а потом нам с Выдумщицей пришлось вас обоих вытаскивать из дебрей безумия, - засмеялся Мик, увлекая за собой Аню. - Будь здоров, Бард, и найди себе занятие, а то совсем ноги протянешь!

Поэт взмахнул на прощание рукой, будто снимал воображаемую шляпу, и сделал несколько танцевальных па, показывая, что ноги он и так растянуть может. Показалось Анне или нет, но при упоминании загадочной Выдумщицы, его бледные щеки тронул легкий румянец.

- Кто такая Выдумщица? - спросила она у гнома.

- Мы с ней еще встретимся, - отмахнулся тот. - А вот и наш транспорт!

Пегас понуро сидел на заборе, и прутья заметно прогибались под его массивной попой. Весь белоснежный, за исключением бледно-лиловых цветочков на теле, он очень напоминал школьный Оленькин рисунок, только там она нарисовала ему радужную хвост и гриву, а здесь у Пегаса хвост был карамельно-золотой, а грива заплетена на множество маленьких косичек. Заслышав их шаги, конь только покосился в их сторону, продолжая меланхолично жевать соломинку.

- Сразу видно - голодный, - прошептал гном.

- Почему?

- На крылья посмотри. Видишь? - и действительно. Волшебные крылья, которые только недавно столь стремительно носили Пегаса среди облаков, теперь больше напоминали осенние ветки осенью - редкие перышки еще держались, но большая часть беспомощно осыпалась, и теперь лежала вокруг забора пестрой лужицей.

- Накорми его!

- Что? - не поняла девочка.

- Я говорю, накорми - скажи ему что-нибудь эдакое, замысловатую метафору, эпитет, редкое сравнение...

Что-то щелкнуло в голове у Ани - что-то еще со школьных времен, и затихло, не подавая признаков жизни. В голове, как нарочно, ни одной идеи, только что не гудит, словно медный колокол.

Аня прокашлялась и подошла поближе.

- Какие у вас красивые цветочки, - осторожно начала она. - Прямо настоящий ситец.

Пегас на это даже ухом не повел. Девочка беспомощно оглянулась на гнома.

- Давай-давай, действуй! - подтолкнул он ее.

- Ну почему ты ничего не придумаешь? - сердито зашипела на него Аня. Гном обиделся.

- Я проводник, мое дело маленькое - провести, показать, пальцем ткнуть. А все остальное ты должна сделать сама. Понимаешь - сама!

Девочка дернула плечом. Подумаешь, проводник. Сам повел прямо грифону в когти. Но что же такое придумать? Она беспомощно уставилась на начинающего похрапывать Пегаса.

- Вы быстрый как ветер! - выпалила она.

- Банально! - не открывая глаз, проржал конь.

- Огуречные мысли!

Пегас поперхнулся травинкой и выразительно посмотрел на нее сквозь длинную челку, только копытом у виска не покрутил.

- Что же я такое несу? - подумала девочка, но отступать было поздно.

- А как насчет этого - ванильное настроение?

- Ванильное, говоришь? - Пегас задумчиво причмокнул, словно пробуя фразу на вкус, и просиял. - А что неплохо, есть потенциал. А какое оно - грустное или веселое? Нет, не объясняй, а то весь вкус пропадет!

Настроение у него явно улучшилось. Радужные крылья за спиной вновь начали обрастать перышками, и вот волшебный конь уже радостно носился вокруг, обдавая их вихрем своего вдохновения.

- Быстро же он наелся, - заметила Аня, когда им пришлось в очередной раз прижиматься к забору, чтобы не взлететь вместе с сухими листьями вверх.

- А то. Он же у нас талант. Дашь ему мысль - он ее в целую поэму разовьет.

- Ну что, полетели? - Пегас, гарцуя в своем великолепии, остановился перед ними. Ему не терпелось поскорее взмыть в небеса, где была его родная стихия.

Кое-как вскарабкавшись на покатую спину, Аня сообразила, что держаться-то ей толком и не за что. Не за косички же хвататься, в самом деле?

- Простите, а уздечки у вас нет? - робко спросила она, на что Пегас негодующе заржал и прямо с места рванул в карьер. От страха девочка вцепилась ему в гриву, мало заботясь, больно от этого коню или нет, лишь бы не упасть туда, вниз.

Аня никогда не любила летать. Ни на самолете, ни даже во сне. Каждый раз она чувствовала противное посасывание под ложечкой и желала только одного - снова ощутить под ногами твердую, безопасную почву.

Пегас же, как нарочно, словно читая их с гномом тайные страхи, то резко лавировал в сторону, то ухал куда-то книзу, то стрелой проскальзывал сквозь плотные облака, да так, что за ними вслед долго тянулись липкие пушинки.

- Нравится? - проржал Пегас, поворачивая к ним голову. - Могу еще мертвую петлю сделать или "бочку"...

- Ой, нет, не надо! - девочка боялась уже не столько за себя, но еще больше за своего друга. Маленькие ножки Мика не могли как следует обхватить коня, так что он изо всех сил цеплялся за Анино платье. Каждый раз, когда их встряхивало, она боялась, что карлик отцепится и улетит в заоблачные дали.

- Что-то я проголодался, - заметил Пегас, когда они уже пролетели добрую половину пути. Сердце у Ани так и упало. Неужели сейчас опять заставит придумывать речевые вкусности? От страха она не могла просто думать, не то, что фантазировать.

- Ну же, не молчи! - подзадоривал ее конь. - На что похоже это облако?

- Н-не знаю, - выдавила из себя девочка. Пегас внезапно затормозил и завис в воздухе?

- Не знаешь? Тогда высажу, честное слово!

- На кита! - выпалил гномик.

- Да-да! На перевернутого кита с рахитом, - надо было срочно занять Пегаса, заставить его спорить, фантазировать, размышлять - а там совсем чуть-чуть лететь останется.

- Сорок сороконожек, давно у меня не было таких интересных пассажиров! - восхитился Пегас, и весь оставшийся путь молчал, пережевывая услышанное.

- Вы почаще обращайтесь, - сказал он на прощанье, когда они наконец-то высадились у границы сказочного королевства. - А у тебя, девочка, очень даже неординарное мышление, прямо талант. Интересно будет с тобой еще куда-нибудь слетать.

- Спасибо, обязательно! - пролепетала Аня, и на негнущихся ногах они с Миком направились в сторону границы.