Кибальчич Фима: другие произведения.

Буря кристаллов. Часть 5. Военный корабль (Джеки Треллин)

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Peклaмa
 Ваша оценка:

  
   Джеки выбросило из глубокого сна, будто кто-то тряхнул за плечо. В первое мгновение к сознанию липли яркие, лихорадочные краски сновидения и никак не вязались c сиянием звездного купола. Воспоминание о катастрофе быстро вернулось: давка в Дублине, кросс-переход и ждущая в космосе смерть. Она сжала подлокотники ложемента и села. Лучше крепко спать, пока не исчезнет воздух или истончится силовая защита. Но это случится не быстро, жажда придет раньше. В стандартной гражданской авиетке достаточно энергии, чтобы долететь до Марса и вернуться на Землю. Если бы понимать, куда двигаться. Если бы были подгружены навигационные карты.

   Важно принять хоть какое-нибудь решение. Не сидеть и ждать смерти. Но думать сложно, голова кружится и к горлу подступает тошнота. Что она вообще в состоянии сделать? Разве что заметить, что авиетка двигается иначе. Системы управления оставались в спящем режиме, двигатель не работал, но теперь машина не вращалась, а смещалась хвостом назад. Далекие росчерки чужих галактик и созвездия над головой не стремились соскользнуть с купола и смениться другими - центр тяжести сохранялся. Более того, авиетка ускорялась

   Джеки завертела головой, даже приподнялась в ложементе, надеясь найти источник загадочного притяжения. Вокруг лишь грудились созвездия, и, если они что и видели - у них не спросишь. Она нерешительно поднесла руку к пульту управления. Завести двигатели? Но вдруг это все испортит. Направленный полет исчезнет, и вернется неопределенность вращения. Оно пугало больше ускорения задом наперед. Хотя в финале, возможно, ждет столкновение и смерть, а не чудесное спасение. Джеки снова прикоснулась к панели. Пальцы прыгали.

   - Запустить двигатели, - голос казался чужим.

   Авиетка ожила, под обшивкой замурлыкала плазма. Траектория движения все равно не изменилась. Стоит ли экспериментировать дальше? 'Идиотка - сказал бы Лешка, - думай, прежде чем делаешь или не делай вообще ничего'. Но Майкл..., Майкл бы одобрительно промолчал. Может быть. Она закусила губу, смаргивая навернувшиеся слезы. Интересно, они хоть немного беспокоятся о ее судьбе?

   Джеки развернула авиетку, заваливая ее бортом, ныряя, как рыба, в пространстве без верха и низа, без поверхности и дна. Раз отчетливо видно Солнце, значит, где-то здесь должны быть планеты: глыбы, невидимые в густом супе темноты. За десятки, а может и сотни миллионов километров от нее. И в какую часть пространства всматриваться? Болтается сейчас в эклиптике или контр? Обдумать положение созвездий не получалось. Мешало понимание, что это не картинка реконструкции или симуляции, а реальность, в которой нет уровня прохождения "для девчонок" и кнопки "перезагрузка". А ведь она не просто девчонка, плюс к полу знания и навыки трех курсов погружения.
   Темно-багровое пятно проступило на сияющей белизной солнечной короне, и сердце ускорилось. Это Марс. Значит, где-то недалеко от ее крошечной машинки может тянуться пояс астероидов. Серая уродливая масса ледяных обломков. Шеренги солдат поверженной в прах и потерявшей надежду армии. Голые и зверски голодные.

   Смогла бы долететь до Марса, не потеряв его из виду?

   Авиетка перешла от движения задним ходом к стремительному полету туда же. Джеки осторожно добавила газ, стараясь удержать машину от притяжения. Замедление продлилось несколько секунд, и снова сменилось ускорением. Солнце выплескивало яркие лучи из-за 'кнопки' Марса, и далекие молочные спирали под кокпитом затягивал фиолетовый туман. Страх стал отступать, на смену приходил лихорадочный азарт. Что бы ни случилось, но предаваться отчаянию она больше не собирается. Выжмет все из чужой машины, и будь что будет.

   Только почувствовала себя собранной и готовой бороться, как авиетка заглохла, панель управления, безвольно мигнув огоньками, помертвела. Пространство за куполом кокпита затягивало туманной дымкой, звезды потеряли остроту блеска, пятно красной планеты - четкость очертаний. Первое, что пришло в голову: она попала в ловушку силового поля. Запечатанную в кокон, ее тянули неизвестно куда. Возможно, спасатели. Были бы враги, то просто уничтожили. Вспомнились фильмы об инопланетном вторжении. Как состоящие из белесого тумана твари создавали вычислительные агломерации из захваченных людей. Компьютеры на человечине, предназначенные для структурно-метафорического прогнозирования. Культовая фантастика десятилетней давности.

   Джеки осторожно выбралась из ложемента и прижала лицо к кокпиту, чтобы получить больший обзор. На дорогих, нафаршированных авиетках можно создавать иллюзию полной прозрачности, проецируя внешнее окружение на внутренние стены. Но здесь, увы, нет. В самом низу, на границе обзора, увеличивался непонятный темный объект. Вот бы Майкл или Лешка прилетели и спасли. Нелепейшая мысль, надежда на чудо барышни-студентки. Джеки уже давно выросла, но розовые банты романтических надежд до сих пор оставались при ней.

   Распластавшись, как лягушка, на кокпите, она вглядывалась в вырастающий объект. Ее жизнь просто не может закончиться в экспериментальных лабораториях инопланетян. Так бывает только в фильмах. Объект, слава богам, приобрел знакомые обводы: продолговатое тело армейского челнока. Улыбка сама собой расползалась по лицу.

   ***
   - Подождите на палубе, потом пригласят в медотсек, и все объяснят.

   Голос звучал спокойно и доброжелательно. Будто ничего особенного не случилось. Девушка поддержала за локоть, помогая спуститься с движущейся дорожки. Бардовой скафандр медслужбы на ней можно было бы принять за униформу, но едва заметный рельеф кроя выдавал встроенные системы жизнеобеспечения и возможности трансформации. Джеки не нуждалась в медицинской помощи, ей требовались ответы на вопросы. Но желание узнать, что происходит, мешалось со страхом услышать правду и лишиться иллюзий.

   - У меня все хорошо, я не пострадала.

   Она старалась говорить бодрым голосом, хотя ноги слушались плохо, и тело предательски качало к подставленной руке.

   - Вот и замечательно. Просто располагайтесь, можете пока попить и поесть.

   Ее спасли. Не брат и не Майкл. Подцепил челнок и доставил в шлюзовую камеру военного тральщика. Корабль такого типа - ходячий порт, двухкилометровый искусственный разум с датчиками и причалами. Способен разыскать не только авиетку, но и мину размером с ежика в бескрайнем космосе и дезактивировать ее. По правде говоря, ежики не должны быть минами, а мины ежиками. Но сегодня изменилось все.

   Тех, кого не могли сразу распределить по станциям и кораблям, забрасывали в квадранты, чтобы подбирать на существенном удалении от Земли. Стандартная операция. Вот только, что со спасенными будет дальше? Ведь тральщик не предназначен для того, чтобы таскать в себе тысячи гражданских. Они пройдут внутреннюю процедуру, а потом? Она знала ответ, он хранился в памяти обученного морского пехотинца, но доставать его оттуда желания не было.

   На палубе расположилось около сотни людей. Они сидели по одному, большими и малыми группами и полулежали на разных конструкциях: высоких и низких, жестких и мягких, развернутых друг к другу под углами, стоящих то кучно, то редко. Каждый мог найти комфортное место. Помещение подсвечивалось теплыми цветами, в основном розоватым и желтым. Люди свободно перемещались. Парень уходил с девушкой-медработником, а пожилая пара спускалась с движущейся ленты справа, видимо, тоже из шлюзовой камеры.

   Но самым удивительным казался купол-космос, накрывавший палубу. Нескончаемые звездные коридоры, трансляция окружающего корабль пространства не добавляли уюта. Для успокоения Джеки выбрала бы пейзажи с Земли. Но над головами спасенных сиял млечный путь, а свет звезд окрашивал черноту холодной синевой. В памяти всплыло слово 'аберрация'.

   В поисках уединенного места Джеки побрела по кругу зала-палубы, обходя переговаривающиеся группы людей. Хотелось уединения. Подумать и успокоиться.

   - Девушка! Идите сюда, мы вам уступим саму большую и мягкую подушку.

   Немолодой мужчина с худым вытянутым лицом, жесткими морщинами у рта и мощными надбровными дугами говорил и радостно ухмылялся. Рядом сидел другой, моложе, с более мягкими чертами лица и с сосредоточенным, почти угрюмым его выражением. Оба были одеты в темные рабочие комбинезоны-скафандры, неожиданные среди народа в брюках, юбках и слайсах. Джеки разомкнула губы, чтобы вежливо отказаться, но во рту оказалось суше пустыни, а немолодой добавил с теплотой:

   - Вот такие художества со всеми нами приключились, девушка. Вода рядом с нами. А за едой нужно идти к синтезирующему блоку. Как вас зовут?

   В разрез с намерениями ноги направились к мягкому с виду креслу. Стандартные бутилированные упаковки стояли в корзинах между сиденьями. Много. Больше, чем могло понадобиться присутствующим. Вода успокаивала, как и теплый свет, обволакивающий ноги. Бутылка с призматической крышкой оказалась в руке, и через секунду влага потекла в горло.

   - Смотри, Джон, красавица пьет, как заправский дальнобойщик.

   - Еще скажи вахтовик, - буркнул угрюмый, даже не повернув головы.

   - А что? Такая шикарная девица на долгой вахте никому не помешала бы.

   Джеки чуть не подавилась и вытерла губы ладонью.

   - Я вам не шикарная девица, не дальнобойщик и не вахтовик. Меня зовут Жаклин, если что.

   И что ее понесло в компанию двух болтунов-придурков? Иллюзия открытого космоса над головой - самый предпочтительный вариант времяпрепровождения. Наблюдаешь за звездами сквозь опущенные ресницы и всех игнорируешь.

   - Вот ведь, ядрен радон, и не хотели, а обидели. Не умеешь ты общаться с девушками, так я тебе скажу, Джон. Смотришь в одну точку и мычишь глупости, а я тебе подыгрываю. Вы уж извините нас, Жаклин, меня зовут Валерий, а этот со скорбной физиономией - Джон.

   Джеки покосилась на соседа, вежливо кивнула, пробормотала что-то про "ничего страшного и очень приятно". Чуть не спросила отчество, но все же сдержалась. Ей всегда сложно игнорировать людей, которые в целом ведут себя вежливо и воспитано. Вязнет в малоинтересном общении, а потом ускользает от тех, кто думает, что у них сложились теплые отношения. Ничего, она сосредоточит внимание на обнаруженной справа туманности Андромеды, будет рассматривать желтые и коричневые побежалости, напоминавшие случайные мазки кисти на молочном серебре.

   В животе заурчало, хотя мысль о еде была неприятна. Что происходит? Может все-таки учения? И почему она не пойдет и не задаст прямой вопрос? Хоть кому-то. Хотя бы этим двоим не особо приятным соседям.

   - Зря ты, Джон, упираешься, - гудел Валерий. - Вот спорим, пойдем, и нам не откажут. Людям, пережившим почти гибель, отказывать бесчеловечно. Вот на тебя только взгляни, сразу ясно, что дух твой полностью утратил стойкость. А святая обязанность спасателей - прокачивать в каждом из нас душевные силы. Пойдем.

   Джеки чуть улыбнулась, инстинктивно прислушиваясь.

   - Уж конечно, больше всего мне сейчас нужна экскурсия по эсминцу. Самое время сунуть нос в арсенал и убедиться, что бомбочек хватит. Потом притащить жопу в это креслице и морально готовиться к удару и тому, как тебя сразу зальют резиной.

   - Вот не надо так все наизнанку выворачивать. Какой эсминец, удар и резина?! Нас подобрал тральщик. Здесь все спокойненько, много вычислительной техники, а я знаю, ты ее любишь.

   - А еще больше я люблю, когда меня оставляют в покое, и я сижу в тишине.

   - Какой ты ограниченный человек, Джон, прямо стыдно за тебя. Вот где ты еще такие художества встретишь? На лунной вахте? Да темная сторона Луны - это забитая метеоритами непроглядная задница. Там ничего не разглядишь даже при желании, а если случайно увидишь, пожалеешь, что узнал про такие непотребства.

   - Теперь Луна у тебя - это задница, а когда мы туда собирались, ты пел, что это передовая истинных романтиков.

   - Так и не врал ни разу, романтики как раз в таких труднодоступных, а иногда и неприглядных местах находят себя.

   - Скорее теряют.

   Джеки хмыкнула, сдерживая смех. Валерий посмотрел на нее и театрально поднес руку к груди:

   - Прошу прощения, если что не так брякнули. Я ведь как считаю? Незачем погружаться в гнетущую атмосферу страхов и сомнений. Тактически верным будет проявить любознательность и разнообразить досуг. Составьте мне компанию, Жаклин, а то у Джона приступ черного меланхолического юмора, - Валерий потянулся к ней и добавил трагическим шепотом. - Он тоскует о становых изгибах и стальных хватах утраченного харвестера.

   Жаклин рассмеялась, дядьки оказались занимательные.

   - Вы же шутите про экскурсию по кораблю? Здесь все заняты эвакуацией.

   - Вот послушай, что благоразумная девушка говорит, - поддержал Джон. - Не мешай людям работать. А не сидится тебе, попей водички, сходи за шаурмой. Будешь буянить, зальют резиной раньше времени или усыпят в каком-нибудь гробике до окончания войны.

   - Это все-таки война? - помрачнела Джеки. - А с кем?

   - Зачем брякнул про войну, идиот. Я только девушку рассмешил, а теперь она побледнела от твоих художеств. Скажу, Джон, правду, какой бы горькой она ни была - ты неуклюжий собеседник.

   - Я даже согласен на звание "неотесанная дубина столетия", если мне дадут кнопочку 'escape' для сегодняшнего дня и твоей физиономии.

   - Неблагодарная скотина. Не слушайте, Жаклин, его выдернули из-под любимого метеоритного дождя, и теперь он киснет? Какая война? Просто тренировка экстремальных форм эвакуации, тестовые учения для новых тральщиков или эсминцев, ядрен их радон.

   - Откуда вас эвакуировали? - спросила Джеки.

   - С места разработки на Луне, - сухо пояснил Джон. - Там на темной стороне была зона выхода на поверхность чистейшего беспримесного сапфира. Мы в нем немножко ковырялись, и нас так в харвестере и выбросили. Травалатор, кросс-переход, и ты в заднице космического клоуна.

   - Как? Прямо на харвестере выбросили?

   - На нем самом. Не полетать, не приземлиться. Сиди, маши граблями.

   - Не сгущай краски. Все было замечательно. Сидели мы в кабине, как у боженьки за пазухой, только ангелы не пролетали. А так, генерируемый воздух, восьмикратная защита от метеоритов, лаборатория, политека - масса увлекательных занятий. Я не успел даже досмотреть запись давешней геммологической конференции, как нас сунули в челнок и в эти кресла.

   - Это для тебя болтаться в открытом космосе на лунном харвейстере - самое милое дело, - ядовито разъяснил Джон. - Можно покрутить вальцами, подергать манипуляторами и ухватить какой-нибудь смерзшийся кусок мусора. Если занят делом, и о войне думать недосуг. Пусть они там палят из фрегатов и линкоров, а мы напоследок, перед тем как перейти в разряд ледяных мертвецов, проведем геммологический анализ случайного астероидного улова. Будем верны профессии. Ты как мой отец. Он всегда говорил - занимайся своим делом и сохраняй спокойствие.

   - Ну вот, началось. Не слушайте его, Жаклин. Пусть бурчит себе, а мы прогуляемся по кораблю.

   Валерий говорил бодро, энергично и между делом успевал заговорщически подмигивать.

   - Так вы геммологи? Мы же с вами почти коллеги. Я изучаю минералы.

   - Вот и правильно, изучайте себе спокойненько, проводите эксперименты, пишите монографии. А то некоторым любителям экскурсий неймется устроить экстремальную практику смежных профессиональных навыков. Знаете, какими словами Валера сманил меня со спокойной научной лабы на темную сторону Луны.

   - И какими же?

   Как бы он не сманил, ничего особенного в этом не было, все специалисты владели смежными навыками, а классные инженеры выезжали "в поля" встряхнуться, если, конечно, хотели. А мужики всегда хотят сделать что-нибудь крутое.

   - Предложил освежить гнетущую исследовательскую атмосферу, проявить любознательность и отправиться на экстремальную экскурсию. Два месяца мы проявляли любознательность в ледяной темнотище под непрерывным метеоритным дождем. А все кончилось полетами по космосу на харвестере.

   Джеки рассмеялась, а Валерий непонимающе развел руками:

   - Думаю, таких полетов по пальцам пересчитать, и один - твой. Это же круто!

   - Переживу, если меня никто не будет считать по пальцам. Я в первый момент понадеялся, что чертов харвестер вот-вот трансформируется в боевую авиетку и возьмет курс на Землю. Не знаю уж, что на меня нашло, наверное, в детстве пересмотрел античных фильмов. Но оказалось еще фантастичнее: мы просто будем слушать запись геммологической конференции и приближаться к астероидам. Самое время погрузиться в чистую науку, непонятно только зачем для этого нужно покидать родную лабораторию.

   - Да, ладно, Джон, прекращай свои словесные художества, я единственный вношу свежую струю в твою жизнь.

   - Струи струям рознь, а тем более свежие.

   Фразочка была пошловатая, но Джон произнес ее со скорбной усталостью, как истину, выстраданную опытом, и Джеки захотелось его утешить. Сходить что ли и принести какие-нибудь плюшки с центра палубы, где громоздился синтезатор, толклись люди, и откуда тянуло запахом кофе. Прогуляться в этом направлении она не успела, купол над головой стал матово черный, и мужской голос отчетливо и бесстрастно произнес:

   - Прошу всех немедленно занять свои места.

   Валерий вздохнул и почесал шею.

   - Ну вот, придется отложить экскурсию по кораблю, пошли на новую точку. Жаклин, вы видели башню из электромагнитной сгущенки? Это такое, ядрен радон, охренительное художество.

   Джон обреченно застонал и откинулся в кресле. Джеки закрыла глаза, стараясь ощутить момент прыжка.

  
   ***
  
   Невозможно оторвать взгляд от переливающейся желто-белым огнем и протянувшейся сквозь тьму живой громадины. Копье сказочного богатыря или уходящая под небеса башня принцессы, кому что больше нравится. Огонь в глубине сворачивался в причудливые спирали и кольца, ходил зигзагами, выплескивался то светлыми, то темными всполохами. Магнетическое свечение дарило ощущение полного покоя. Джеки казалось, что, глядя на тянущийся от рефракционной палубы луч электромагнитной энергии, она сама превращается в поток первичных элементов, пронзает будущее, охватывает все: от взрыва вселенной до схождения горизонтов разума. Она будто одновременно видела себя и людей вокруг и знала, что они тоже растворены в этом льющемся сквозь космос огне.

   Наблюдение за гигантским лучом силового поля, сгущенного почти до вещества, не лишало ее способности мыслить здраво. Она понимала, что эвакуированным специально позволяют смотреть на энергетический поток, поскольку транс пойдет на пользу тем, кто пережил стресс. Но анализировать состояние не хотелось. Вместе с энергией Джеки мысленно неслась сквозь пространство, бесстрашная и быстрая, чтобы через сотни километров превратиться в огромную непрозрачную сферу - плотное, как гранит, псевдовещество массой в пол Луны. Она уплотнялась в ледяном пространстве, электрон к электрону, и чувствовала, как тяжелеет нутро, как копится внутри неотвратимый взрыв. В какой-то момент тяжесть стала неприятной, и Джеки постаралась отстраниться от ощущений. Но запущенное внутри движение продолжалось. Знания, загруженные когда-то на учениях, распаковывались перед внутренним взором, как папки и файлы, чудом найденные в глубине операционной системы. Голова немного кружилась, но исчезало чувство беспомощности, хотя страх и тревога сидели, загнанные куда-то сердце.

   Картинка отчетливо сложилась в голове. Тральщик вышел в следующий сектор и направил поток энергии так, чтобы сгенерировать в отдалении сгусток псевдовещества - гигантскую сферу. Как только образуется критическая масса, луч вырубят, псевдовещество лопнет, и возникнет импульс обратного вакуума. Он и создаст на огромном радиусе притяжение для небольших по массе объектов. Минут через двадцать проведут краткое радарное сканирование и соберут голубчиков. Так выловили Джеки и всех остальных зрителей панорамной палубы.

   Когда луч исчез, люди задвигались и заговорили.

   - Художество, ядрен радон, каких проискать, - тут же провозгласил Валерий.

   - Не оторвать взгляд, - согласилась Джеки. - Но зачем так сложно? Можно же просто лететь и сканировать солнечную систему?

   - А лучше сразу выслать свои координаты условному противнику, - буркнул Джон.

   Действительно, первое правило: хочешь спрятаться, меньше подавай сигналов. Лучше вообще полное радиомолчание. Почувствовав неловкость от своего глупого вопроса, Джеки тряхнула головой, и тут же, не удержавшись, задала следующий:

   - Интересно, а как же дежурный, который этим лучом управляет, сам не впадает в транс?

   - Съедает противоядие и надевает очки, а может еще и натирается защитным кремом, - скорбным тоном сообщил Джон. - Двойная защита лучше одинарной, а тройная лучше двойной.

   - Скажи еще десятикратная.

   - Не стоит перебарщивать. Когда ограждений слишком много, можно впасть в транс от значимости собственной личности и перестать дружить с головой. Был у меня один такой знакомый, который предпочитал не выходить из дома. Для всяких дел загружал свое сознание в клонов. Потом заявил, что мир существует лишь в его голове, а клоны - это сублимация мечты о реальном мире. Скоро парень потерял уверенность, что существует сам. Вот так оно бывает - сначала слишком много предосторожностей, потом ты уже на том свете.

   - Скажешь тоже, ядрен радон, - фыркнул Валерий.

   Джон пожал плечами и трагически нахмурил лоб.

   К ним подошла уже знакомая Джеки молодая женщина в бардовой униформе.

   - Я попрошу вас троих пройти со мной на медицинский осмотр.

   Уже? Возникло острое желание возразить. Меньше всего хотелось быть обработанной на конвейере спасения. Ничего не понимающей, но защищенной. Это Лешкин подход: действовать во благо и ни в грош никого не ставить. Как выяснилось и Майкл такой же. Больше она никому не позволит так с собой поступать.

   - Девушка, а почему бы вам не провести небольшую предварительную экскурсию по кораблю для меня и моих друзей? Мы очень просим.

   Валерий не сдавался, собирался так или иначе осуществить задуманное.

  
   Они направились в дальний конец панорамной палубы, где тонким оранжевым контуром на светло-серых переборках были прорисованы двери. Джеки обернулась назад, окинув взглядом несколько опустевший зал, подсвеченный теплом и звездами. Прям большой и комфортабельный литературный клуб, в котором ничего плохого произойти не может. Вот только нет здесь читающей публики, а голоса людей звучат слишком тихо для дружеского общения. Дети напоминают нахохлившихся и замерзших снегирей. Защищенность попавших сюда людей иллюзорна. Уютный запах кофе и живописные силовые кресла не способны спасти, если нечто страшное пробьет этот в общем-то небольшой корабль.

   - Я очень голодна и устала. Просто хочется спать.

   - Пять минут у нашего врача, и мы вас накормим и поможем уснуть. Пойдемте.

   Кто-то создает нам иллюзии, а мы следуем из одной в другую.

   - Сон - это спринтерский бег на тот свет, - провозгласил Валерий.

   - Почему спринтерский? - поинтересовался Джон, который, видимо, в целом был согласен с концепцией.

   - Потому что мы и так продвигаемся туда, но жизнь во сне самая короткая, от нее не остается воспоминаний, как будто и не жил вовсе. Потому за день нужно успеть восполнить ночную скуку. Девушка, милая, так как все-таки насчет экскурсии?

   - Вряд ли это получится. В любом случае нужно сначала понять состояние вашего организма.

   Непреклонность и доброжелательное терпение. Джеки нахмурилась и, игнорируя тошноту и головокружение, первая шагнула в разветвление коридоров.

  
   Серые глаза внимательно рассматривали ее из-под тонких скульптурных бровей. Лицо на настенном экране. Джеки провела ладонью по шероховатой спинке кресла. Все правильно. Уже не иллюзия голой энергии. Она пришла в следующий цех конвейера спасения. Сейчас усядется в капсулу экстренной эвакуации в виде гостеприимно изогнутой спинки и покатых подлокотников. На боевых кораблях все штатные сиденья такие: по виду комфортное кресло, а по сути микрокапсула на три недели автономизации и эвакуатор из проигранного боя.

   - Здравствуйте, и, пожалуйста, садитесь, Жаклин.

   Голос у дамы на экране был низкий и бархатный, а вид - серьезный и вдумчивый. Джеки помотала головой и осталась на ногах. Информация, неуправляемо выплывающая из глубины сознания, не давала возможности расслабиться и, не думая, делать, что говорят.

   - А если..., а если я не сяду?

   Тонкие брови поднялись и изогнулись. Под серыми глазами лежали темные круги, а коротко остриженные волосы казались растрепанными. Врач походила на живого человека, а не на программу медицинского тестирования. Возможно, это некоторый симбиоз, позволяющей вести диагностику нескольких пациентов сразу. На груди читалось имя - Сара Линдеман.

   - Почему нет? Вас что-то беспокоит?

   В тоне послышалась не только забота, но и любопытство. Сара явно удивлена отказом. Значит, не клон и не программа.

   - Нет, не беспокоит.

   - Тогда, пожалуйста, сядьте, это нужно и ненадолго.

   Джеки подняла руку к лицу и, пытаясь прогнать головокружение, потерла лоб.

   - Это пленка Васкеса?

   - Да. Вы тоже врач?

   Джеки покачала головой. Что-то объяснять и упираться бессмысленно, не получится проигнорировать процедуру. И пройти ее так, чтобы не оказаться спасенной. Придется развернуть чудное многофункциональное креслице и сесть.

   - Расскажите подробно, как вы себя чувствуете?

   Вопрос задан, и теперь, пока Джеки будет отвечать, пленка Васкеса, проведет диагностику организма: давление, сердцебиение, химанализ крови и спектрограмма. Параллельно будет оценена микромимика, голос, движения и прочая ерундистика. Станет ясно, что Джеки ужасно устала, измотана, на грани нервного срыва и единственно, что ей полагается - это баллон успокаивающих, глубокий сон и дорога на большую станцию эвакуации или на склад законсервированных до победы тел. Больше ничего от нее зависеть не будет.

   - Жаклин, почему вы молчите? Как вы себя чувствуете?

   - Нормально. Немного устала от дурацких кросс-переходов, - нагло соврала она. - И очень хочу есть. Поэтому тошнит.

   Она вдохнула, усилием воли улыбнулась и добавила бодрый тон:

   - На палубе встретилась с двумя забавными дядьками, вахтовиками с Луны. Они занимаются камнями, как и я. Было о чем поговорить и вот не поела. Так отправьте меня поужинать там или пообедать, а потом берите в помощники. Мне хочется что-то делать.

   Слова звучали уверенно и энергично, а руки не находили себе места, соскальзывали на колени и снова возвращались на подлокотники. Сара кивала, но в какой-то момент опустила взгляд, видимо, просматривая полученные данные. Повисла неприятная пауза и кресло стало особенно неудобным. Когда доктор подняла глаза, в них стояло одно сплошное беспокойство. Тянуло на выписку рецепта в комплекте с мягкими стенами.

   - Жаклин, зачем вы врете? У вас моральное и физическое истощение, состояние близкое к истерике. Нужен глубокий сон с недельным пакетом инъекций. Впрочем, здесь большинство в таком состоянии, но никто не строит из себя чемпионов выносливости.

   - Чемпионов выносливости?

   - Что-то типа.

   Все-таки Сара не клон, не программа. Но неумолимо укладывала Джеки на конвейер спасения.

   - Я отказываюсь от погружения в сон.

   - Но почему, Жаклин, это же глупо.

   - Не хочу быть упакованной в гробик до лучших времен!

   - Почему в гробик? - растерялась Сара. - Это капсула полного жизнеобеспечения, там в основном место для сна, но в ней меняющийся центр тяжести, поэтому можно немного ходить. Есть кино, книги, генератор еды. Но в вашем состоянии лучше спать. Капсулы отправляют на Луны планет-гигантов, там наиболее безопасно.

   - Безопасно от чего?

   - Я не знаю точно, Жаклин. Могу сказать одно - в солнечной системе агрессор. И гражданских, эвакуированных из квадрантов, мы сейчас отправляем на Ганимед.

   - Агрессор в солнечной системе, - медленно повторила Джеки, пытаясь осознать однозначность и необратимость сообщения.

   - Да. Уже идут бои. И мы здесь тоже под угрозой.

   Глаза увлажнились. Подавленное напряжение, сомнения, обиды, дурацкие надежды, которые сидели под сердцем, пусть и непроговоренные, - все полезло наружу. Чувства невозможно было контролировать, но все они обращались в горе и злость. Джеки вскочила и бросилась к экрану.

   - Под угрозой!? Тогда почему вы думаете, что я должна залезть в проклятую капсулу? Из них слепят огромный брикет - гробик к гробику беспомощных людишек. Сложат поленницу, рассчитают маршрут, дадут импульс и отправят через сотни миллионов километров! С парусом для солнечного ветра. Им мы и будем отмахиваться от неизвестного агрессора?

   - Жаклин, успокойтесь, это наиболее безопасный путь. Поверьте, и просто позвольте помочь.

   Джеки отступила назад, не прикасаясь к многофункциональному креслу. Хотя успокоить ее могли и другими способами. В любую секунду. Она сделала глубокий вдох и выдохнула.

   - Все знаю. Контейнер от пятисот до тысячи капсул. Ничего не излучающая болванка. Как метеорит. Способен пересечь солнечную систему за полторы недели. Этот летающий склад людей не обнаружить, если не понять, что он движется по управляемой траектории. Не хочу я этого!

   Джеки сжала руками виски, пытаясь выровнять дыхание, отгородиться от затопляющих разум знаниях о протонных двигателях и инерционных зеркалах, квадрантах поиска в два с половиной миллиона километров.

   - Странно, что вы так хорошо разбираетесь в вопросе. Тогда вы должны понимать, что военный корабль еще более опасное место для гражданских. Доверьтесь нам, и все будет хорошо.

   Доктор Линдеман вновь опустила глаза, изучая невидимые данные. Джеки могли усыпить прямо сейчас и отправить в эвакуационном контейнере. На тральщике нет возможности разбираться с истериками. Она полетит, а когда проснется, нынешнее желание избежать этого любой ценой покажется ей глупостью. Лучше проглотить упрямство и подчиниться потоку.

   Это случилось во время десятого или одиннадцатого полета на гоночной силовухе. Тогда у них с Владом была любовь. Ее первая любовь. А он отчаянно сидел на гонках. Как его девчонка, Джеки болталась на тусовках гонщиков и восхищалась парнями. Это же круто ставить рекорды скорости в космосе голышом, бегать босиком по лунным кратерам и загорать на крыле летящего до Марса челнока. Она понимала, что они рисковали, но так красиво. Победу в гонках приносила не только безбашенная смелость, но умение точно рассчитать расход энергии.

   Однажды она все-таки решилась и полетела на силовухе. Не на реальную гонку, конечно, а на танцы на лунной орбите. Захватывающе круто и страшно одновременно, но Влад ей очень гордился. В тот раз над Морем Дождей среди цветовых сгустков, которые возникали, пульсировали и исчезали вместе с музыкальными аккордами, они танцевали и целовались, как сумасшедшие. Потом Джеки полетела снова. Ей нравилось, удаляясь от голубого шара Земли, крепко сжимать руку своего парня. В открытом космосе без защитных стен летательных машин накрывало пронзительное ощущение, что во вселенной только она и Влад. Остальные - отступивший в глубину памяти сон.

   Скоро она стала летать на силовых гонках. Сначала была очень осторожна, не рисковала. Запаса водородного сырья брала достаточно, чтобы генератор выстраивал вокруг тела компактную скоростную капсулу. Конечно, это только иллюзия защиты, сотканная из псевдокомпозиторики и псевдометалла. Любое псевдовещество требует постоянной энергетической подкачки, без нее быстро разлетается в клочки. Причем, чем сложнее объект, тем быстрее гибнет. Долговечность сохраняется только в простом, например, в еде и воде. При высокой точности воспроизведения синтезатора. А вот сложные механизмы возможно делать только на нижней границе точности. И только энергия перестанет "надувать" эту "как бы капсулу", она исчезнет, как карета Золушки, и даже тыквы после себя не оставит.

   Полет на псевдокапсуле рождал чувство защищенности, хоть и ложное. Но все же Джеки ощущала себя идиоткой, когда выглядывала из крошечного кокпита и видела, что ее обгоняет какой-нибудь пацан в трусах, с генератором и бензобаком буквально на шее. Чем меньше веса с собой возьмешь, тем быстрее полетишь. Особенно если весь твой груз - топливо для полета до Луны и обратно и генерация тонкой защитной пленки вокруг тела. И раз за разом Джеки брала все меньше водорода и все точнее рассчитывала маршрут. Азарт стирал границы самозащиты, а Влад был примером, обещанием в губы. Верой, что все будет хорошо. И Джеки летала, особо не задумываясь. Ведь Влад рядом. Первая любовь с пронзительно синими, смеющимися глазами.

   В тот раз Джеки летела налегке, без запасов. Засмотрелась на мужчину и женщину, которые отчаянно ругались на лунной дороге. Нашли же место. Прогулочный путь под склоненным ликом мерцающей Луны совсем не располагал к ссорам. Она не заметила, как сбросила скорость и как огромный космический булыжник влетел в спину. Кувырок выбросил с маршрута, энергия ушла на защиту от удара. Когда Джеки выровнялась и стала ускоряться, Влад, который ушел вперед и ничего не заметил, обернулся и махнул рукой. Она ответила. Такая ерунда не могла ведь нанести вреда. Почти не могла.

   Силовухи не хватило совсем чуть-чуть. Она исчезла в пяти метрах от Земли, и Джеки рухнула, сломав ногу, отбив зад и спину. В скорой помощи проторчала всего пару часов, а Влад ходил вокруг и клялся не отлетать даже на метр. Никогда больше. Джеки слушала и улыбалась. Правда улыбка липла к губам от испуга, который засел противной занозой в животе. И с чего вдруг она стала такой рисковой дурой?

   А потом пришел Лешка. Влад сразу убежал под каким-то предлогом. Младший брат, который только недавно окончил школу, молчал и супился. Имел расстроенный вид. Обиженным тоном заявил, что это, конечно, ее дело - участвовать в гонках. Но было бы здорово, если бы она согласиться брать с собой одну вещь. Просто в качестве подстраховки. Вещь небольшая и легкая. Всего двести граммов. Он не скажет, что именно, пока она не пообещает использовать это. Джеки чувствовала вину и кивнула. Чего он попросит? Чтобы она брала с собой еще один генератор? Микропарашют? Почему бы и нет после случавшегося.

   И Лешка принес упаковку.

   Увидев, как он быстро вернулся, Джеки напряглась. Братик та еще ядовитая заноза. С трепетно обеспокоенным видом Лешка развернул на ее коленях тонкую форму из двух полукружий.

   - Это специальная штука, чтобы ты не отбила себе спину, если что пойдет не так, - сообщил он полным заботы голосом.

   Джеки моргнула, надеясь развидеть это беспардонное издевательство.

   - Это что ли накладка на задницу?

   - На нижнюю часть спины - сообщил он с совершенно невинным видом. - Защищает ягодицы.

   - Ах ты, садист! - Джеки швырнула слепок филейного места на пол. Подарок радостно забренчал и запрыгал по сияющему чистотой полу.

   - Нечего кидаться, сестренка, - тут же вскинулся Лешка. - Ты мне обещала им пользоваться.

   Она махнула рукой в сторону наглой рожи, но промазала. Лешка всегда невероятно ловко уворачивался.

   - Сволочь ты, братик! Не дождешься, чтобы я нацепила этот поднос.

   - Не поднос, а латы для ягодиц. Ты обещала. На время гонок. Ты же всегда учила меня выполнять обещания, сестренка.

   Больше Жаклин не участвовала в гонках на силовухе. Носить пусть и легчайшую, но железную задницу оказалось выше ее сил. Она глупо рисковала ради любви и адреналина. Велась за эмоциями и подчинялась чьим-то желаниям. Из-за любви к Владу полетела, из-за Лешкиной хитрости бросила летать. Эта бесстыжая образина, ее братик, всегда добивался от нее того, чего хотел. В своей издевательской манере.

   Влад погиб спустя два года. Разбился при приземлении. Они с Джеки к тому времени уже расстались. После его смерти, Джеки пошла учиться на морского пехотинца. Может, назло брату, может, назло самой себе.

  

   Сейчас самое простое и правильное - это уснуть в капсуле. Именно этого от нее и ждут. Но она боится и надеется оттолкнуть от себя такую реальность как можно дальше. Хочу - не хочу. Пусть этого не будет. Пусть спасут, но не так. Пока у Джеки нет ничего, кроме сиюминутного желания - ею управляют другие. Она должна сделать другой выбор. Как правильно, а не как хочется. Делать его страшно, проще промолчать. Ведь обучение на морпеха было просто бунтом, не более. Хотя оно и накладывало свои обязательства.

   Джеки сжала спинку кресла и сделала усилие:

   - Я - военнообязанная и хотела бы приступить к службе.

   Доктор явно растерялась.

   - Но, если вы военнообязанная, то почему вас эвакуировали, а не мобилизовали еще на Земле.

   Когда она спасалась из Дублина, то не задумывалась об этом. Все армейские учебные погружения оставались частью другой ее личности. Воображаемой. Ее легко забыть в дублинской давке, в пугающих кросс-переходах. Теперь знания десантника лезли из нее, как каша из-под крышки. Сносили прочь эту самую крышку. Придуманная рядовая Джеки недовольно хмурилась на страхи и метания девушки из московской фарфоровой квартирки.

   - Я не получила мобилизационного предписания. Все как-то спуталось. Думала, что это учения, и без меня обошлись. Но раз война мой долг - быть в армии.

   Поражала внезапная твердость в собственном голосе. Теперь доктор Сара взялась тереть глаза и виски.

   - Возможно, вы говорите правду. Во всяком случае подготовлены на уровне теории. Но я не могу принять такое решение... Но необходимые препараты все равно вам введу.

  

   Джеки неслась по второму внутреннему контуру вслед за пунктиром трассёров на округлой стене. Живого сопровождающего ей не дали, скафандр тоже. Снабдили примитивными, с двумя склеивающимися раструбами, ботами на магнитных ускорителях. Главное не проскочить мимо. Она едва успевала улавливать краем зрения мелькавшие отвороты коридора. Если проскочит - вернется. Трассёры, запрограммированные на ее сопровождение, просто так не исчезнут. Радовало чувство собранности и самоконтроля. Возможно, дело в хорошей дозе химии от доктора Сары. Хотя той явно хотелось отправить взвинченную до предела дамочку-военнообязанную в километровом контейнере с коробочками на Ганимед.

   Трассёры отчетливо замедлились, и Джеки перешла с бега на перебирание ногами. Тоненькая обводка переборки обозначала на проем, она потянулась рукой, и открывшееся пространство втащило внутрь. Перед Джеки опять разворачивалась палуба, накрытая плетением далеких и близких созвездий, их молочно-призрачным светом. Пространство было рабочей зоной для нескольких человек, одетых в серебристые скафандры, с щегольской паутиной голубых линий. Четыре члена команды сидели на полифункциональных креслах напротив экранов. Под ними клонились пульты управления, снабженные выпуклостями, рычажками и кнопками различных цветов.

   Почти везде на военных объектах, когда не требовалось управление внутри объемной модели, использовались барельефные поверхности. Человеческая психика нуждалась в тактильном ответе. Все, что чувствуют кончики пальцев, что можно нажать, повернуть, потянуть и то, что упруго ответит, лучше воспринимается и контролируется. Если мир перестает казаться материальным, человек постепенно погружается в психоз. Поэтому для флотских, которым требуется предельная концентрация и спокойствие, бортовой генератор силового поля выстраивал кнопочки и рычажки. Очень приятные на вид.

   Хорошо, если ее посадят к экрану. Именно отсюда управляли силовым лучом. Создавали псевдосферу. Притягивали выброшенных в квадранты гражданских. Возможно, прямо под этой палубой прячется рефрактор и конденсирующая установка. А члены команды сидят и ждут новый улов спасенных.

   Удивляла ясность собственных мыслей и знаний корабле, пусть и базовых. Нет, доктор Линдеман дала не только успокаивающее, но и что-то еще. Оно помогало вспоминать и систематизировать погребенную за ненадобностью информацию. Сара отправила Джеки к капитану. Ему принимать решение. Пятый из команды стоял за спиной коренастой женщины у экрана и при появлении Джеки обернулся. Среднего роста мужчина с ямочкой на подбородке, каштановыми волосами, уложенными аристократической волной над высоким лбом.

   - Ты та самая военнообязанная, о которой сообщила доктор Сара?

   Незнакомец смотрел с любопытством, но ни здороваться, ни представляться не собирался. Не слишком-то воспитано для носителя изысканной прически. Стоило бы ответить холодно. Но в мирной жизни, не сейчас.

   - Да, это я. Мое имя Жаклин Треллин. Военнообязанная, рядовой, три курса погружения. Доктор Линдеман сказала, что со мной должен поговорить капитан.

   - То есть я, - фыркнул тот.

   Его звание угадывалось по знакам различия на нагрудной части скафандра. Там было и имя, но не читаемое с такого расстояния.

   - И какая у вас военная профессия?

   Джеки отвела в сторону глаза и решительно выпалила:

   - Десантник.

   - Что? Десант?

   В замешательстве он взлохматил идеальную каштановую волну на голове.

   - Черт. Сложно предложить что-то по профилю...

   Джеки молчала.

   - И вас не мобилизовали? В это трудно поверить и проверить не выйдет. Сейчас в принципе затруднен информационный обмен, а мы и вовсе в режиме радиомолчания. Можете как-то доказать ну..., что десантник?

   - Как?

   - Киван, просто задай девушке тестовый вопрос.

   У коренастой женщины за экраном голос был низкий и уставший.

   - Капитан Киван, лейтенант, - поправил ее тот и улыбнулся Джеки. - Простите, забыл сообщить свое имя. Келли Киван.

   - Очень приятно, - произнесла Джеки, не испытывая ничего приятного.

   - Та-ак. Мне нужно выяснить, есть ли у вас какая-никакая подготовка или только порыв помочь отечеству в трудную минуту. Хотя и это сгодится, палубы драить нынче некому.

   - Ну так выясняйте, а то драить палубы я точно не умею.

   - Хорошо. Что такое флот?

   - В смысле? - опешила Джеки. - Я же не летун?

   - А я не из десанта. У вас же все равно есть базовые знания, вот и отвечайте по понятию.

   - Идиотизм какой-то, - пробормотала она себе под нос, но ответила: - Флот - это боевое соединение, которое может вести войну самостоятельно, без внешнего командования. Минимальный флот - это девять кораблей. Один флагман, два корабля сопровождения, два штурмовых-ударных, четыре многофункциональных фрегата, ну и разные возможности: минное заграждение, ПВО-охрана, создание временной территории присутствия, электронные ловушки, маяки дальнего обнаружения, искривители пространства и еще что-нибудь. Пойдет такой ответ?

   Келли открыл рот, чтобы вынести вердикт, одобрения в его взгляде не наблюдалось.

   - Проклятье! Эта хрень взялась из ниоткуда!

   Один из членов команды вскочил, повернулся к Кевину, а напряженную руку направил на экран. К нему стали поворачиваться и остальные. Капитан метнулся к транслируемой картинке, а за ним, не задумываясь, и Джеки. Половину изображения занимала изуродованная туша военного корабля. Гладкость обводов обрывалась ломаной бесформенностью. Когда-то мощная машина превратилась в раздавленного жука: лохмотья и кратеры пробоин разрисовывали вытянуто тело.

   - Отставить вопли, - гаркнул Кевин. - Это не хрень. Наш фрегат класса Б, точнее то, что от него осталось! Как вы его обнаружили?

   - Отраженным потоком, как вы и приказывали. Никаких сканирующих сигналов. Направляю световой поток, анализирую отражения. Не сразу понял, что это. Он в трехстах пятидесяти километрах от нас.

   - Судя по анализу получаемой картинки - корабль не управляем, - сухо сообщил один из операторов. - Разбиты энергетические установки и генераторы.

   - Нужно пойти навстречу и пристыковаться, - сразу решил Кевин.

   - Если сейчас сменим траекторию и сохраним радиомолчание, спасательные группы не найдут нас.

   Крепкого телосложения сержант хмурила выразительные брови, и Джеки мельком подумала, что перед ней турчанка.

   - Черт! Ты права, Аби, нам нужно дождаться возвращения с точек эвакуации.

   - Можем потерять из виду фрегат. Дальность обнаружения объекта по отраженному свету не так высока.

   - Это вряд ли. Другое дело, что при таких повреждениях, каждая минута - вопрос выживания. Сколько времени до возвращения нашего спасательного челнока и авиеток?

   Джеки тряхнула головой, борясь с запредельной странностью ощущений: все происходящее как из чужой, неведомой жизни. При этом так и подмывало вставить словечко или внести предложение. Последние события на тральщике легко разворачивались в воображении: краткое сканирование малых объектов, смещавшихся к точке притяжения после импульса обратного вакуума, расчет траекторий, по которым ушли спасательные бригады, позиционируясь по квазарам. По уже согласованным траекториям бригады и вернутся, и базовый корабль должен ждать их на месте.

   - Первые через семь, последние - пятнадцать, двадцать минут, - сообщил брюнет за правым экраном.

   Кевин кивнул и коснулся рукой груди, связываясь с кем-то по интеркому.

   - Сержант Чавес, садишься в свою машинку и остаешься на точке. Твоя задача дождаться спас бригад и отвести их на локацию нашего смещения. Через минуту получишь рассчитанную траекторию. Приказ ясен?

   - Вполне, капитан, - басовитый голос по громкой связи услышали все.

   Кевин невесело хмыкнул.

   - Выполняй.

   - Лин, как Чавес выскочит, двигай корабль к фрегату.

   - Есть, капитан! - бодро гаркнул тот же брюнет.

   Джеки переступила с ноги на ногу. К какому углу себя прислонить?

   - Сколько человек в средней команде фрегата? - спросила Аби.

   Капитан нахмурился и повернул голову к мнущейся Джеки. Смотрел мимо, непохоже, что ждал ответа. Через долгие секунды очнулся и снова активировал связь.

   - Доктор Линдеман, сколько у нас на борту свободных спаскапсул?

   - Осталось около двух сотен свободных и контейнер готовый к отправке.

   - Загрузку капсул приостановить, контейнер задержать. Возможно, будут нуждающиеся в срочной эвакуации в госпиталь.

   - Кевин, на фрегате военные, - опять вмешалась Аби, - а у нас на борту гражданские. Мы не имеем право ими рисковать.

   Капитан задумался, ямочка на подбородке стала глубже.

   - Сара, готовый контейнер все же отправляйте, а загрузку приостановите.
   Успели ли отправиться на Ганимед Джон с Валерой?

  

   Тральщик пристыковался к пятикилометровой махине фрегата, как сосунок к взрослому хищнику. Только этот хищник никого не защитит. Обезображен и практически мертв. Мощный удар раскроил литое, нашпигованное оружием тело, где-то снес, а где-то смял энергетические и генераторные блоки. Из разломов вываливалась непознаваемая требуха, все еще покрытая инеем, видимо, от вышедшего воздуха.

   Джеки сидела у экрана рядом с Лином, весь вид которого выражал собранность и готовность к бою, чего Джеки в себе не чувствовала, хотя должна была. Военные знания одно, а внутренние ощущения другое.

   - Что по показателям? - спросил нарезавший круги Келли.

   - Мерзлая консервная банка, - скривилась Аби. - Никаких признаков силовых конфигураций.

   - Считываемая флэш-запись?

   - Распаковывается, сейчас выведу последние данные.

   Запись того, что происходило с кораблем в космосе. Своего рода бортовой журнал. Он шифровался и архивировался сразу во всех стыковочных шлюзах. Это позволяло, не входя на борт, понять, не станет ли спасаемая посудина ловушкой для спасателей. По протоколу даже роботов внутрь молчащего корабля нельзя было запускать без знакомства с флэш-записью.

   - Выводи трансляцию за пятнадцать минут до необратимых повреждений. На промотке.

   - Запись с какой точки?

   - Центральную рубку. Оперативное управление.

   - Запускаю.

   Все присутствующие развернулись спиной к стеновым панелям. На середине палубного пространства появилась четкая и объемная картинка.

   Команда разбитого фрегата вела свой последний бой.

   Джеки поднялась с кресла, поднимались и остальные.

   Серое лицо немолодого капитана заливал пот. Руки двигались быстро, дергано, поворачивая голографическую модель пространства, в центре которой его собственный корабль яростно отплевывался от незнакомых. Капитан фрегата бился отчаянно и безнадежно. Ниже капитанского мостика, сразу под голографической реконструкцией боя, в круге атриума, находились офицеры. У каждого в руках свой фрагмент голограммы и каждый предельно измотан. Отдельным куском над основной проекцией боя висел общий фрагмент диспозиции в космосе. Враги походили на гигантские, уродливо слепленные астероиды.
   Тело боевой машины на проекции дрожало под световыми ударами, хоть и не ощущаемыми на защищенной центральной палубе. От ударов силовое поле фрегата окрашивалось в ярко желтый цвет и горело на границе соприкосновения. Корабль отвечал огнем по всей сфере атаки. Но в итоге не спасли ни трехмерная эшелонированная оборона, ни группы роящихся над врагом истребителей. Джеки заметила, что расстоянии от гибнущего фрегата горит и распадается еще один, а дальше сжимается белесое кольцо вокруг межзвездного крейсера. Самого крупного зверя флота не спасал даже заслон из яростно отстреливающихся эсминцев. Перед глазами разворачивался финал полного разгрома. Такое не укладывалось в голове.

   - Бой ведется мыслеприказами. Выводи их! - рявкнул Кевин.

   - Слишком высокая скорость для звука, пойдет наложение.

   - Синхронизируй, как можешь, и все равно выводи.

   Джеки вздрогнула от резких, сгенерированных машиной голосов. Слова и фразы мешались, нагоняли друг друга, превращались в обрывки, страшные своим необратимым смыслом. Жаклин вычленяла фрагменты речи, пытаясь уловить ход окончившегося катастрофой боя.

   - Заряды баллистических катеров выпущены.

   - Нанесенных повреждений недостаточно. Противник трансформируется.

   - Замыкают кольцо.

   - Отходим, сохраняя полную готовность к бою.

   - Не выпустят. Нам не уйти за ноо-видимость.

   Инопланетные конструкции разлетались сверкающими льдинами, но прямо в полете группировались и перестраивались. Снова и снова целились ломаными линиями огромных скальных зубцов в сторону сотрясаемого фрегата. Капитан отчаянно вертел пространственную модель, пытаяь отыскать брешь, понять спасительный маневр.

   - Рассчитать кросс-прыжок. Подготовиться.

   - Немедленно отвести истребители.

   - Расчистить проход для прыжка.

   - Панорамный ракетный удар по курсу движения. Огонь.

   - Радиальный энергетический выброс противника! Магнитный импульс по фронту. Они бьют по всем эшелонам!

   Центральную рубку фрегата заметно дернуло. Ложементы, пластично обтекая тела, удерживали на месте капитана и его офицеров.

   Джеки сжимала кулаки, чувствуя, как нарастает запредельная, не свойственная ей злость. Теперь она видела врага, пусть и на голограмме. Маленькие, четко обрисованные уродцы вызывали ранее незнакомые ненависть и отвращение. Агрессивные веера выступов, зубцов, резаков со всех сторон щерились на фрегат. Огромный и крошечный в сравнении с ними. Они выплевывали энергетический разряд за разрядом, отстреливали разнообразные иглы, разрезали даже юркие истребители, били по силовым щитам земной машины. Бешеная скорость боя и никаких шансов.

   - Обшивка пробита. Силовые и навигационные центры повреждены. Мы горим.
   - Наложить силовой скрин.

   - Истребители на борту.

   Единственно, что люди могли сделать - прыгнуть на изнанку пространства и надеяться, что с выходом им повезет больше, чем другим, ушедшим также вслепую.

   - Уничтожен силовой генератор. Нас долбасят импульсными лазерными выбросами.

   Фрегат безжалостно добивали. Всполохи защиты все слабее отражались на голограмме.

   - Капитан, нам не хватит энергии для прыжка.

   - Тратим все, что есть.

   - Мы погибнем.

   - Мы и так погибнем. У нас нет выбора.

   - Всю энергию на кросс-переход.

   - Прыжок.

   Через секунду изображение исчезло.

   Они прыгнули, бросив все запасы энергии на один рывок. Ее не осталось для жизнеобеспечения фрегата. Но где-то внутри этой пятикилометровой жестянки могли плавать не тела, а люди, запечатанные в спасательные коконы капсул-ложементов и скафандров. Если ресурсы этой последней и недолговечной защиты не исчерпаны, они могут быть живы.

   - Лин, запускай внутрь фрегата роботов.

   Кевин отдавал приказы по интеркому.

   - Доктор Линдеман, ваша группа должна быть готова к выходу в поврежденный корабль через три минуты. Выход в секторе С. Берете все реанимационное оборудование.

   - Аби? - капитан задумчиво посмотрел на турчанку.

   - Да, Келли?

   - Возьми десяток крепких ребят по нашим подразделениям и на выход. Ну, ты сама знаешь.

   - Есть, капитан, - она улыбнулась краем губ и двинулась к выходу.

   - Да и еще, Аби.

   Девушка обернулась.

   - Возьми-ка рядового Треллин. Из всего экипажа она должна быть самой подготовленной к такой вылазке.

   Сердце Джеки пропустило удар, тело обдало жаром.

   - Ты шутишь? - скептически выгнула бровь турчанка.

   - И не думаю.

   Решимость и страх опозориться взвинтили волнение так, что Джеки не смогла собраться с мыслями и хоть что-то сказать. Качнувшись, она на ватных ногах пошла в сторону Аби. Лучше не задумываться. Делать шаг за шагом. Вместе с командой. Спокойствие и последовательность. Скафандр. Оружие. Проход сквозь шлюз. Мертвый фрегат.

  
 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Т.Ильясов "Знамение. Начало"(Постапокалипсис) А.Субботина "Проклятие для Обреченного"(Любовное фэнтези) О.Миронова "Межгалактическая любовь"(Постапокалипсис) Л.Джонсон "Колдунья"(Боевое фэнтези) В.Кей "У Безумия тоже есть цвет "(Научная фантастика) Т.Ильясов "Знамение. Час Икс"(Постапокалипсис) Д.Сугралинов "Дисгардиум 6. Демонические игры"(ЛитРПГ) Ю.Резник "Семь"(Киберпанк) Э.Моргот "Злодейский путь!.. [том 7-8]"(Уся (Wuxia)) Л.Лэй "Пустая Земля"(Научная фантастика)
Связаться с программистом сайта.

НОВЫЕ КНИГИ АВТОРОВ СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Сирена иной реальности", И.Мартин "Твой последний шазам", С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"