Кибальчич Фима: другие произведения.

Буря кристаллов. Часть 11. Мехико (Никита Ларский)

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Peклaмa
 Ваша оценка:

Небо давило темной непроглядной массой. Набившийся до горизонта пепел лишал ориентиров. Солнце прорывалось сквозь серость слабым багровым пятном и подсказывало, что они где-то над землей, точнее океаном. Он мелькнул всего на мгновение, когда авиетка с пристыкованной платформой вынырнула из толщи воды. Вздымался рваными грязными клыками, словно хотел дотянуться до врага. Ветер за бортом бесновался не хуже цепного пса. Как только Никита представил брошенных среди этого безумия гражданских, грудь сдавило виной. Каюту у него забрали прямо перед вылетом, но оставалось рабочее место. И туда бы воткнуть пострадавших, чтобы меньше оставалось людей на воде. А он в состоянии думать и в вертикальном положении. Тем более, что никаких достойных соображений выдавить из себя не мог.

- Какого черта из Мехико не вывезли людей?!

Злость Здвински не сдерживал, она прорывалась и в тоне голоса, и в резких, коротких движениях.

- Быстро не смогли. Огромный старый город.

Единственное, что Ларский успел до вылета - это разобраться, как обстояли дела в целом по планете. Вторжение развивалось с такой скоростью, что с аналитикой Никита поспеет только к занавесу полного разгрома. Расследование возможных причин нападения откатывалось на сто двадцать пятый план перед необходимостью спасать людей. Сопоставить факты можно потом. Если удастся притормозить накативший хаос. В Мехико сейчас сражались, оттуда вытаскивали людей. И его вклад лишним не будет, а заодно реальность освежит гипотезы и поможет сложить фрагменты во внятную картинку. Хотелось бы на это надеяться.

- Ну и что старый город, - продолжал рычать Здвински, - людей вывозят кораблями.

Как ребенок, в самом деле. Ларский глянул на сержанта, вздохнул и, пролистывая последние сводки по тихоокеанскому побережью, пояснил:

- Скорость эвакуации старого города в три раза ниже даже по самым оптимистичным оценкам. Уж вы-то должны это знать.

Сержант набычился и уставился сквозь купол. В густую пепельную серость. Этот блюститель порядка в своей непрошибаемой упертости даст фору и Бергу, и Грауву.

- Знаю, генерал-майор. Здания сплошь из камня или тиурида и не могут по сигналу разлететься, как флоотиры. Значит, трудно быстро добраться до точек эвакуации. И личных авиеток в старых городах используют минимум. Сплошь общественный транспорт.

- Умница, - хмыкнул Ларский.

- Так думать нужно заранее, а не водить хороводы с тараканами, надеясь, что прикроют хитиновой броней.

Никита покосился на здоровенные, ритмично ходящие желваки. Если Здвински в итоге не отыщет виноватых, его картина мира рухнет. Хотя как это часто бывает, все виновны понемногу, и никто конкретно.

- Георгий, учите историю - увещевательно начал Ларский. - Человечество всегда оказывается к чему-то неготовым. Это не новость. Кстати, я кратко просмотрел аналитику. И главная проблема, которую мы расхлебываем, не скорость эвакуации. Это лишь последствие. Первыми ударами кристаллы повредили кольца ЦКЗ, которые близко выходили к поверхности. Вычислительные процессы пришлось переконфигурировать. Пошли сбои идентификации по Латинской Америки. Полная путаница с мобилизационными и эвакуационными предписаниями. Множество людей даже не получили сообщения об эвакуации. Проснулись, чтобы умереть.

- Это нас и ждет в Мехико, - прошептал Мози. - время подлета три минуты.

Временной отсчет все и так видели на плоской, перекрывающей часть купола карте. При взгляде на бегущие секунды у Ларского обострялось желание вернуться на базу. Забить мозги аналитикой до помутнения сознания и не думать о реальности. Мысли о чужих смертях прожигали позорным страхом и беспомощностью. Генерал, мать твою, майор.

- Знаете, парни, а Гонконг успел нырнуть. И Макао почти не пострадал.

Обнадеживающие новости. Они нужны даже не этим широкоплечим бугаям, насосавшимся брутальности еще младенческими ротиками, а ему самому.

Кристаллы ударили не по самим городам, а по Тихому океану. Породили невероятный по силе цунами. Полая волна в сто пятьдесят метров обрушилась на землю адским молотом. Секунда, и все превратилось бы в океанский мусор. Но небоскребы-игольца Гонконга ушли под землю, прикрываясь массивной защитой. Реформированные, на силовом каркасе здания Макао сумели устоять под вздыбившимся океаном. А вот уютную мелочь вместе с парками, дендритами и Лизиным домиком-улиткой заглотил взбесившийся океан. Теперь вечные оконца-леденцы растворятся в соленой воде. Уйдет на дно и звезда из дупла. От этого становилось тоскливо. Но важнее, чтобы сама Лиза нашлась. От капитана Шваки новостей не приходило. С полетевшей к чертям идентификацией Ирина, скорее всего, имела не новости, а проблемы.

- Приготовиться, - гаркнул пилот.

Машину тряхнуло, и плоть ложемента сдавила тело.

Одеяло пепла на мгновение разошлось лоскутами, и под снижающейся авиеткой открылось расчерченное огнем и цветом пространство. Очень быстро оно разрослось по переборкам, которые превратились в экраны. Для киноленты кошмаров о гибнущем городе. Визуальный контакт невозможен и не нужен - информационный поток шел устойчиво.

- Говорит оператор, прием, вам присвоен номер двести пять, - завибрировала машина. - Включены в работу спасателей. Северные районы. Держите высоту. Следуйте за трассерами.

- Что за херня здесь творится? - пробурчал Мози.

Объятия ложемента слегка поддавались, когда Ларский крутился, чтобы рассмотреть панораму. Полотно города казалось разделенным на несколько частей, где-то его рвали белесые вспышки, где-то осами крутились платформы и продолговатые тела авиеток, а далеко, на юге, разрастался цветной геометрический балет. Красивый и жуткий в выверенной синхронности и абсолютной чужеродности. А над всей вакханалией, до тонущих в пепельной сумрачности окраин, роились дроны. Гибли целыми стаями от ударов с земли и воздуха, но освободившиеся места заполнялись новыми "птичками".

На экранах машины вспыхивали пиктограммы и короткие надписи, помогали разобраться в происходящем. Никита их считывал по развороту, на одном лишь вдохе. Парни заговорили разом, слова помогали людям сживаться с увиденным.

- Черт, это не столкновение и не удар, это высадка!

- Южная часть захвачена. Смотрите, твари там уже что-то строят.

- Все расчертили.

- Наши держат границу по центру. Просто стена огня.

- Центр прогибается. Не справятся.

- Должны справиться. По периметру работают штурмовики.

- Вывезем всех, и армия ударит чем помощнее.

- Будут бить крейсерами?

- Наверняка. Два подтянули. Но стреляют пока слабенько. Так, на поддержку.

Никогда раньше Никите не приходилось видеть над самой землей громадину межпланетного крейсера в оскале боевой готовности. Параболические скосы вспыхивали синевой силовых щитов, превращая темный воздух вокруг корабля в колышущийся бульон. Массивные брюшные выступы прятали адские орудия. Но созданные для космоса пушки пока молчали. Звездный бизон ждал нужного момента. Видимо, конца эвакуации. Никита меньше всего хотел бы попасть под массированные удары крейсера.

- Откуда твари атакуют? - спросил Здвински.

- Вывести на экраны источник атаки!

Над местностью, нашпигованной обычными и плазменными дронами, информация текала устойчивыми волнами, доходила не только до боевых машин, но до каждого, кто держал при себе позициометр. Авиетка сильно снизилась и выписывала зигзаги над искореженными крышами и обломками стен, освещаемых короткими всполохами. В это время ракурс обзора на экранах сместился.

- Ни черта себе хреновина, - выдохнул парень, которого свои называли Влад.

Ларский подался вперед в желании приблизиться и увидеть все ярче, отчетливее. Любая хреновина будет крохой по сравнению в этим громоздящимся у края города и растущим к горизонту заражением. Кристаллические слои и глыбы обвивали южные окраины и тянулись за пределы Мехико, наверное, на сотни километров. Они постоянно двигались, вспучивались углами, выстреливали шарами, рождали цветные тетраэдры и вскипали по прозрачным краям. Несколько высоченных рубиновых скал висело по границам омерзительной живой коросты, они били широкими лучами в сторону крейсеров и разломанного, вспыхивающего ответным огнем города.

- Это не хреновина. Это их база и одновременно армия. Взяли город в клешни.

- Но не сожгли как Ресифи. Что странно. Не смогли или не захотели?

- На месте, - гаркнул пилот. - Выгружаемся.

Команда поднималась из разомкнувшихся ложементов и спешила к бортам, чтобы влезть в усиленные скафандры. Оператор вывел машину на частично рухнувшее здание. Когда-то причудливой архитектуры. Остатки каменных рисунков беспомощно белели на выстоявших стенах. Обломанные ростки, осыпавшиеся руки, стесанные узоры. Широкий вход развалился и теперь скалился уродливыми зубцами и лунками с щупальцами рваных проводов. По руинам нарезали зигзаги потерявшиеся домашние роботы. Здесь они выглядели беспомощными и милыми, как домашние котята.

Ларкий натянул скафандр и завис над центральным пультом, запуская сканирование объекта и разворачивая по периметру силовой зонт. Ребята следом за Здвински прыгали в проем.

- Мози, подними-ка плазменные пушки.

- Гипотермические активировать? Геомагнитные?

- Обойдемся без изысков. Меньше неожиданных эффектов.

Никита не имел прокаченных навыков полевой спасательной работы, но взять на себя общее командование мог и должен был. Главное провернуть все быстро и строго по регламенту. Боевая авиетка облегченного класса несла на борту типовой арсенал. Мощностью и количеством боезарядов похвастаться не могла, но от случайной короткой атаки отобьется. Дело ребят собрать и погрузить живых и раненных на прицепленную медицинскую платформу. Там командовал Сиу Джун - единственный медик в их команде.

- Пять источников тепла. Идентификация отсутствует. Внутренние перекрытия частично целы. Отправляю карту. Осторожнее там.

- Не боись, генерал-майор, - гыкнул Здвински. - Мы на пуантах. Если понадобится пылесос - сообщим.

Полицейские уже исчезли за израненными каменными стенами. Экзоскафандры защищали куда лучше древнего здания, и имели обратную плазменную тягу, чтобы поступь упакованных волкодавов превращать в невесомое порхание бабочек над цветами. Но все равно, втиснуть махину в узкий разлом даже в промасленной невесомости непросто, каждое движение нужно просчитывать.

Оставшись вдвоем, Ларский и Мози коротко переглянулись. Никите хотелось сжать теплую ладонь пилота, чтобы поверить в реальность их совместного существования. Слишком плотно город стягивал вокруг машины израненное кольцо и выплескивал жар преисподней через экраны. Голодный гул, резкие высвисты и короткие, алчные, как удары кнута, взрывы напрягали даже сильнее изображения. И делали его выпуклым, реальным. До испарины под волосами.

Улицы расползались в стороны темными истерзанными норами. В них утекали закованные в скафандры спасатели и длинные бусы медицинских капсул. Под едва видным за плотной серостью багровым солнцем крутились, выбрасывая уродливые щупальца, черные столбы мусора - еще сутки назад плоти прекрасного города. Платформы торопливо взлетали и, освещаемые вспышками, уходили дальше на север. На юге, совсем близко, под шмелиными тушами штурмовиков, гнулась бурлящая стена света. То призрачно фиолетового, то багрового, то блеклого, то яростно слепящего. Там армейские держали границу, давая возможность вытащить оставшихся людей, до момента массированного удара.

В центре, на проекционном столе, фигурки парней Здвински перемещались внутри здания. Никита не стал увеличивать отдельные фрагменты. Помочь ценным советом вряд ли смог бы, только дергать профессионалов. Его дело форс-мажоры и защита машины.

- Почему кристаллы пытаются захватить город, а не просто его уничтожить? - спросил Мози.

- Нужен, значит.

Ответ достойный морпеха, не генерал-майора хоть и прокуратуры.

- Для чего? Не жить же они в нем собираются.

Трудно вообще вообразить, что они забыли на Земле. Все что требуется кристаллическому существованию - находится в космосе.

- Мы на выходе, - прорезался Здвински.

- Открываем платформу, - ответил Мози. - Пылесосы? Капсулы?

- Повезло. Не нужно.

Никита облегченно выдохнул. Значит, спасенные вполне бодры. Что-нибудь вправить, вколоть раствор, запаковать в защитный костюм и закрепить в накопителе платформы.

Парни покидали здание. Один выпрыгнул прямо из окна, удерживая в руках чье-то тонкое тело в изодранной одежде. Похоже, подросток, мальчишка. Еще парочка женщин, мужчина, который пытался держаться вертикально, но заваливался на бок пружинящего на ускорителях полицейского. Последним вытащили жалобно скулящего дога с неестественно выкрученной лапой. Почти сразу внутренности поврежденного дома зашевелились и стали рушиться. Прогулка по перекрытиям экипированных здоровяков, пусть почти невесомая, доконала конструкцию.

На излете погрузки, машину толкнуло невидимой ладонью. Ударная волна.

- Щиты на полную, - гаркнул Ларский.

Купол на краткий миг осветился, и кусок промышленной постройки, перекрученный рваными трубами, соскользнул с платформы в сторону, развалился на несколько массивных обломков. Замешкавшийся с псом парень рванул в один прыжок к платформе, чуть не пробил дополнительный проход в борту. Торец оставленного здания покачнулся и рухнул на мостовую к груде других обломков.

- Все на борту? - спросил Никита.

- На месте.

Ерунда, безделица. В них даже не стреляли, по касательной прилетело. Но в ответном взгляде Мози читался испуг и облегчение. Только начали, а уже взвинчены до предела. Неужели к такому можно привыкнуть?

- Двести пять, оператор, прием. Люди у нас. Объект зачищен, - с трудом проговорил он. - Запрашиваю следующую точку.

- Оператор, двести пять, принято. Следуйте за трассерами.

И они последовали. Сначала был еще один жилой дом, из которого вытащили забившееся в подземное помещение, но совершенно невредимое семейство. Следующим оказалось нетронутое, испещренное рельефами красноватое здание. Храм, выстоявший с античных или более древних времен. Из него наотрез отказывался выходить сухой лысоватый мужчина в темном церковном балахоне. Ларский включился и уверил, что памятник они накроют тройной силовой защитой и сохранят в неприкосновенности. Врал бессовестно и безоглядно.

Крейсер над городом, злые, беспрестанные вспышки южной линии защиты и появившийся на панели обратный отчет не давали ни единого шанса на спасение Мехико. Время его жизни истекало. Многие эпохи этого, казалось бы, вечного города сочились быстрым песком сквозь сжимающийся кулак войны. Нынешний Мехико уже не будет существовать. Представить такое сложно. Тем более - принять. Неконтролируемо мелькала мысль, что достаточно сморгнуть с глаз картинку, перенастроить сознание, и все, что происходит, исчезнет, как морок. Но уходящие в смерть города - не морок. История стерла многие. Хотя люди их возрождали с упорством и точностью термитов.

Упавший тысячу лет назад астероид стер с Земли почти все города Европы. Роковая ошибка, какие часто допускает человечество. Сначала из-за отсутствия тотальной системы отслеживания небесное тело не заметили. Заметив, не поверили в угрозу. Потом долго обсуждали варианты действий. И в конце концов, стало поздно пытаться его отклонить. Всего-то и нужно было: вывести на среднюю орбиту мусор, отправить на стандартных двигателях в сторону астероида, да закрутить вокруг орбиты. За неделю бы такое вращение отклонило угрозу от Земли на пятьдесят тысяч километров. В худшем случае по Луне бы шандарахнуло. А так двадцать процентов населения планеты как не бывало. Больше других пострадали потонувшие в согласованиях европейцы - куда, когда, с кем эвакуироваться, и нужно ли вообще бежать от судьбы. С китайцами, как обычно, ничего страшного не случилось. Каждый взял по команде три помидорки и, не выясняя никаких отношений, отправился в горы.

На голубой планете людям все кажется вечным и незыблемым. Иллюзии мотылька, живущего короткую ночь. А правда в том, что на фоне утробы космоса, даже крокодилы, акулы и психопаты - все сплошь умницы и красавицы. А военные, расовые и политические разборки античности - вообще дремучий бред, достойный узколобого неандертальца. Из кармана далекой галактики вывалилась груда каменюг, и, казалось бы, вечная цивилизация человечества на грани исчезновения. Пусть даже в фейерверке убийственных энергетических выбросов, лазерных, ядерных, да каких угодно.

Священника Здвински лично заволок на платформу. И на исходе миссии их бросили в лютый кошмар. Какой-то рухнувший Крайслер-билдинг. Десять лет назад Ларского позабавила эта история - восстановить древний нью-йоркский небоскреб, но не как памятник, а жилой комплекс из камня и металлопластика для любителей духа прошлого. Видимо, и здесь соорудили нечто подобное. И теперь спасатели, как мухи, облепляли хаос черных провалов, разломанных башен и лопнувших каменных стен. В пыле и пепле висели массивные платформы, под ними ныряли полицейские, мчэсовцы, группы пехотинцев, мобильные бригады медиков.

Проблесковые огни, багровые всполохи фасеточных отражателей едва прорывались сквозь сплошную серую пелену. Лишь пару раз кинжальный удар ветра очищал видимость. Но, впрочем, это не имело большого значения. Труженики-дроны устойчиво передавали информацию на все носители. Экраны машин и шлемы скафандров выдавали любую детальную картинку. Расстояние, температура, параметры, как выглядело здание до удара и где самые неустойчивые места. Было в этом что-то безумное: смерть, ранения, мечущиеся во тьме фигуры и сухие цифры, бесстрастные комментарии оперативной системы.

- У нас внизу сплошное мясо, - орал Здвински. - Запускаем ковш и готовьте чертов пылесос.

- Поднимай по одному с самых тяжелых, - встрял Сиу Джун.

- Да я откуда знаю, кто самый. Тут не люди - одни кишки!

- Глазами, сержант, пользуйся. Где меньше эстетики, там и работайте.

- Эстетика, твою мать!

Кто-то разразился крепкой матерной тирадой. А Ларский в который раз подумал, что китайцы смотрят на жизнь из параллельной реальности.

Жестоко травмированных, обожжённых, расплющенных вырезали сразу с кусками камня. Роботы окружали ковш-сетку и выжигали неорганику по максимуму. Полицейские подводили рукав, на жаргоне пылесос, и он сам затягивал тело внутрь платформы. А там, вдоль туннеля, метался мелкий сухонький Сиу Джун. Если возможно, увеличивал временной горизонт выживаемости. Хотя бы на час. Чтобы полутруп дотянул до госпиталя. Если нет - автоматика консервировала в капсулу условно погибшего.

Пятой была женщина, нет, скорее девушка. Тонкое запястье висело на расплющенной мешанине костей. Длинные медные волосы чудом не пропитались кровью, хотя черт лица не разобрать, но и даже представлять не хотелось. Не похожа на Лизу. Жена подстриглась, лоскутную юбку сроду бы не надела, и коленка у нее была более округлой. Хотя коленка ли то, что подмято под грудную клетку?

- Какие у нее шансы?

В облаке распыленной аэрозоли Сиу Джун разворачивал над телом виртуальную матрицу.

- Горизонт семь минут, - ответил будто хотел порадовать, затем погрузился в себя и забормотал: - Как же так, подбородок ниже грудины отпал. Сейчас соберем, переставим, печень с селезенкой распечатаем и станешь почти красавицей.

Хирург двигался, как в ритме танца, и после каждого жеста в густом облаке под перемещающейся вакуумно-силовой пластиной поднимались кусочки тела. Кости и органы собирались, словно перепутанный пазл, по матрице-подсказке. Соединить, склеить, вырвать у смерти час и бережно отправить раненного в хвост платформы.

Врачи всегда казались Ларскому колдунами, а внутри искрящейся аэрозоли и выглядели таковыми. Умирание - это полное исчезновение информации из клетки. Поэтому особый состав, внутри которого работал Сиу Джун, поддерживал еще живые клетки, их электрический обмен, хранил информацию. Но в переливающемся облаке все казалось чудом. "Эстетика - жизнь", - усмехнулся Ларский и уставился на руины, от которых отплывала новая сетка с обгоревшим телом. За ним над очередным ковшом уже трудились манипуляторы. А дальше кто-то из парней тащил на себе вполне едва живого, но целого мужика. На то, чтобы добраться до более чем пяти десятков тепловых пятнышек на выделенном им сегменте, оставалось немногим больше часа. И вряд ли это конец.

- Все на борту, - сообщил Мози.

- Вижу, - ответил Ларский. - Платформа загружена на восемьдесят процентов.

- Внимание! Завершить спасательную операцию, - ожила оперативная связь. - Три минуты до массированных ударов.

- Группе занять свои места и приготовиться к старту, - отдал приказ Никита.

Ребята один за другим вываливались из проема и падали на ложементы в полном облачении. Все вроде были в норме. Взгляд задержался на Здвински. Сержант хранил непроницаемо бесстрастное выражение, но Никита бы нисколько не удивился припрятанному за пазухой куску кристалла. А вот совсем молодой парень, по имени Курт, явно нахлебался нервяка: лицо слегка подергивалось мимическими гримасами, нижняя тонкая губа прокушена и довольно глубоко. Заметив внимание Ларского, Здвински пихнул своего парня кулаком в плечо - незатейливый жест поддержки.

Ларский отвел взгляд и вывел на центральную панель брюхо платформы. Что ж, все были прицеплены, припаяны, защищены. Силовая защита взведена на максимум. Самое время выполнить роль главного по званию.

- Стартуй, Мози.

Судорога вибрации толкнула ложемент, и коротким рывком авиетка взмыла вверх.

- Стой.

Мози завесил машину. Общее желание увидеть Мехико в последний раз, попрощаться ощущалось чем-то почти материальным, не требующим дополнительных слов. На высоте пяти километров сигнал дронов ловился без помех: с экранов вдаль уходила панорама судорог города. Над темными южными районами летали трассирующие дороги из желтых прямоугольников. Между нами рассыпались сплюснутые шары и били багровыми молниями. По краям разрушенных зданий громоздились тетраэдры, неприятно зеленые, болотистые. Но самыми омерзительными Ларскому показались пульсирующие светом дряни, похожие по форме на гробы. Всех этих геометрических насекомых порождал уродливый, развернутый на многие километры конструкт за границами Мехико. Они вылуплялись из шевелящегося массива и шли потоком в сторону севера.

- Смотрите, кристаллы повторяют дороги. Замещают, что ли?

Шары словно раскатывали себя вдоль бордюров, потом светящаяся лава стекалась к центру, и целый проспект высвечивался турмалиновой прозрачностью.

- Это даже красиво, если не думать о том, что происходит, - проговорил Влад.

- А ты думай! - отрезал сержант.

Широкий проспект мгновенно приобрел турмалиновую четкость, а затем густую, темно рубиновую плоть.

- Для чего им дороги?

- Такая форма уничтожения, может. Кто их поймет?

Действительно, зачем кристаллам человеческие дороги? Ларский закрыл глаза, пытаясь ухватить образ. Скользнувшую по краю сознания и растаявшую догадку. Что-то важное - нашептывала интуиция. Рубиновый проспект сквозь руины.

- Время вышло, - уронил Мози.

Приказ оператора ворвался в машину резким вибрирующим звуком:

- Всем экипажам спасателей немедленно покинуть зону массированного поражения.

- Стартуй.

Они еще видели теряющую четкость картинку города. Он искажался, плыл, словно уходя под водяную толщу. Одна за другой от крейсеров вниз полетели светящиеся сетки с отчетливо прорисованными узлами.

- Сетевое кассетное бомбометание, - сказал Здвински. - Зачем? Почему в этих тварей не кинуть просто хорошую гипертермическую бомбу?

Ларский вспомнил про загадку мощного огневого столкновения Штрауса. Не знаешь врага, не угадаешь результат выстрела.

- Армейским виднее. Так они слой за слоем будут их стесывать, как доску шкуркой.

- Была бы доска, не удирали бы мы во все лопатки.

Последнее, что они видели, как крейсер ударил фиолетовыми ракетами. В белой бульонной волне тухла болотная зелень, а корабль содрогался в багровых отсветах.

- Это наши геомагнитными бьют? - тихо спросил Курт.

Все молчали. Детали не имели значения. Артиллеристский салют отдавал городу последние почести, а Никита уже не хотел ничего видеть и знать. Главное, поскорее довезти рыжеволосую девушку. И всех остальных. Дотянуть до надежды на жизнь.

А потом он выдавит все соки из Солгано и придушит одной рукой Марру, другой - засевшего в кустах Густава. Пошлет по интеркому черную порчу или проклятие народа майя, если сволочи не выложат на стол все до последней карты.


 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Е.Кариди "Сопровождающий"(Антиутопия) А.Завадская "Шторм Янтарной долины 2"(Уся (Wuxia)) К.Тумас "Ты не станешь злодеем!"(Любовное фэнтези) Е.Вострова "Канцелярия счастья: Академия Ненависти и Интриг"(Антиутопия) И.Иванова "Большие ожидания"(Научная фантастика) Л.Джейн "Чертоги разума. Книга 1. Изгнанник "(Антиутопия) Д.Маш "Золушка и демон"(Любовное фэнтези) Д.Дэвлин, "Особенности содержания небожителей"(Уся (Wuxia)) Д.Сугралинов "Дисгардиум 2. Инициал Спящих"(ЛитРПГ) А.Чарская "В плену его демонов"(Боевое фэнтези)
Связаться с программистом сайта.

НОВЫЕ КНИГИ АВТОРОВ СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Сирена иной реальности", И.Мартин "Твой последний шазам", С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"