Кимури: другие произведения.

Большая корабельная неправда

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Сашке было шесть лет, и он был полностью разочарован в мире взрослых, наполненном враньем. Взрослые говорили про космические корабли, про полеты, про звезды и планеты, про солнце, горы, море и собственный дом под открытым небом. На самом деле из всего этого существовал только Корабль.

  Сашке было шесть лет, и он был полностью разочарован в мире взрослых, наполненном враньем.
  Взрослые говорили про космические корабли, про полеты, про звезды и планеты, про солнце, горы, море и собственный дом под открытым небом.
  На самом деле из всего этого существовал только Корабль. Все остальное было выдумкой, картинками на экране и обманками с голограммы.
  Кораблем назывался весь мир. Большой мир коридоров, кают, галерей, оранжерей, лабораторий и голокомнат, в которых так легко было спрятаться от любопытствующих взрослых.
  А за его пределами ничего не было.
  
  Взрослые нарисовали себе большущий выдуманный мир - наголограммили, наконструировали видео, нарисовали картинки - точно так же, как они разрисовывали Кольцевую Галерею. Или как делали "пикники" в пустых отсеках, включив проекторы. Сидишь, возле тебя как будто что-то торчит из пола, что-то шевелится в стороне, даже движется - а на самом деле обманка, туда можно засунуть руку, в эту картинку, и будет пустота.
  
  Иногда он думал, что понимает взрослых. Жить в их мире, состоящем из работы, галерей, переходов, маленьких жилых комнат и больших ангаров с невесомостью было очень скучно, и срочно хотелось его хоть чем-то заполнить. Поэтому взрослые мастерили всякие вещи, вроде роботов, рисовали разные яркости на стенах и потолках коридоров, чтобы те казались больше, а еще пропадали в лабораториях, как его родители. Ну, против лабораторий Сашка не возражал: там делали свежую еду и полезные вещи.
  
  Но вот за это старательное вранье самим себе и ему - он был ужасно обижен.
  
  Нет, конечно, когда играешь, можно на время поверить в игру. Особенно в компе, когда шлем, перчатки и голографический экран. Можно и когда вживую играешь - но вживую было хуже, ему не удавалось совсем забыть, что у него палка, а не "лошадь" или сабля... Между прочим, это он предложил взять роботов-уборщиков, немного поменять им программу и ездить верхом на них - никакие "лошади" не нужны.
  А вот друзья вели себя так, словно и правда верили, даже пусть на чуть-чуть, в игре, что у них "лошадь" вместо палки... Тогда он и понял, каким образом обманывают себя взрослые. Понемножку, с самого начала, сперва палка-лошадка, потом картинка-по-правде, и вот ты сам веришь и других уверяешь, будто была где-то Земля и еще будет какая-то планета впереди, а коридоры и палубы - только на время...
  
  Самые честные были компьютеры - они всегда писали, когда игра начинается и заканчивается. Правда, они хранили внутри себя всю эту сочиниловку, но никогда не уверяли в ее правдивости.
  
  ..Хотя читать книжки и смотреть кино было приятно. Но лаборатории лучше. Он читал про разные программы, про устройство роботов, разбирал домашних, чтобы наглядно проверить, правдивы ли учебники, и готовился к работе в настоящей взрослой - и честной - конструкторской лаборатории. Кстати, слово "конструкторская" он с первого раза произнес без запинки, вот.
  
  Но еще была Дверь.
  Два места, куда старались пробраться всеми правдами и неправдами - Технический отсек и дальний ангар, где расположена Дверь, которая, как уверяли, ведет наружу. Вот Дверь его и смущала. Она не вписывалась в разумно устроенный мир Корабля, где все было полезным и для чего-то предназначенным. Зачем бы делать лишнюю дверь, да еще такую большую, которая никуда не ведет и не открывается? Между прочим, некоторые уверяли, что та линия, очерчивающая больше полстены около Двери - тоже Дверь, еще бОльшая, и как раз настоящая.
  
  Впрочем, это уже полный бред.
  
  Зато с Техническим отсеком он вскоре разобрался.
  
  -Никакого Двигателя вообще нет, - сказал Сашка однажды, когда сидели в школьном спортзале на тренажерах и болтали ногами.
  
  -Но реактор же есть!! - возмутился Хосе, он же Чучо.
  
  -Ну да, есть. Он настоящий, дает свет, тепло и тяжесть. Ну, электричество, то есть... А двигателя нет. Реактор мы своими глазами видели, правильно? А дальше просто ничего нет. Ну, может, еще ангар один, или паропроводы, техотсеки всякие... Двигатель же должен движение создавать. Вертеться или двигаться, ну, как роботы. Шуметь как-то. Чтобы мы движение ощущали. А ничего не движется, не перемещается. Значит, и двигателя нет.
  
  Вся компания смотрела недоверчиво и даже обиженно как-то.
  
  -Но от двигателя пламя бьет наружу, - Леська старательно выговаривала слова, как на уроке. - Создает движущую силу.
  
  -А кто его снаружи видел??
  
  -Снимки есть!
  
  -Не надо про снимки! Кто сам видел? Хоть раз? Хоть кто-то взрослый??
  
  Компания зависла.
  
  -Во, - сказал довольный Сашка. - А снимки... подумаешь, я сам такой смоделю. Я себе для "Звездного клинка" уже три крейсера смоделил. Еще лучше даже. А еще ты дура, Леська, потому что в учебниках вообще написано, что у нашего двигателя пламени нет. Он типа гравитационный. Так что проверить никак нельзя. А раз нельзя проверить - значит, его и нету. Есть реактор. Гравитационный, гравитацию дает.
  
  -Сам дурак!
  
  -Реактор термоядерный, - возразил еще кто-то.
  
  -Но гравитацию же он создает?
  
  -Через двигатель!
  
  -Он никуда не движет ничего, - повторил Сашка с глубочайшей убежденностью. - Он просто создает тяжесть. И то не везде. Значит, просто другая часть реактора. Гравитацио... создающая, во. Наверное, потом придумают более сильную, чтобы в ангарах тоже была тяжесть.
  
  -Там тяжесть не нужна, без нее удобнее... - и тут все старательно заспорили о пользе невесомости в ангарах, где можно одной рукой двигать огромные контейнеры.
  
  Конечно, Сашке доказывали, что он дурак, и что двигатель расположен на полюсах корабля, во внешней части корпуса, которую изнутри не видно. В ответ Сашка просил показать дорогу, открыть дверь и пощупать руками. На его стороне было всё голографическое вранье из архивов, красивые картинки, в которые проваливались руки.
  
  "В двигатель никак не попасть", - сказал одному из одноклассников отец-инженер. - "Там высокоэнергетические частицы, которые человека мгновенно убьют. И управляют им через компьютер. В двигатель можно будет попасть только в выключенный и снаружи - когда прилетим, сядем на планету и отключим его".
  
  - Какая хорошая пугалка, - сказал на это Сашка. - Видишь, взрослые себя убедили, что двигатель - это место, в которое нельзя, потому что смертельно опасно. И играют в управление им через комп, как я в "Клинок". А по правде они его не видели и не щупали.
  
  Сашкина уверенность медленно, но верно заражала его друзей.
  
  Как же оно тоскливо - понимать, что тебе лгут, и быть запертым в неподвижном маленьком мирке... Тайна их объединила, ведь теперь у них не было утешительного вранья на будущее - только они сами. Копилась досада. Хотелось набрать побольше доказательств и раскрыть правду всем остальным, пока не выросли и не сжились с обманом. А больше всего злости было на родителей, которые врали в глаза и не стыдились. Врали, показывали красивые картинки про несуществующую Землю и уходили работать в свои лаборатории.
  
  Их стало пятеро - тайное общество правдоискателей, поклявшихся никогда друг другу не врать и не скрывать скучную правду за красивой сказкой о большом мире "за стеной". Таких как они - маленьких, не доросших еще до семи лет - почему-то было немного. Младших, едва научившихся говорить - изрядно, а старших - вообще мало.
  
  Олег, один из пилотов Корабля, имел привычку заходить к родителям Леськи вечерами.
  Родители отправляли Лесю спать, а сами общались за закрытой дверью; пилот постоянно что-то рассказывал, взрослые веселились, хохотали, иногда расходясь лишь после того, как корабельные часы отмечали полночь. Леська несколько раз пыталась подслушать, но ничего не понимала: пилот использовал много слов, значения которых она не знала - истребитель, лейтенант, пограничники, контрабанда... в общем, было неинтересно и непонятно. Хотя после открытия Сашки Леська начала подозревать, что эти слова имеют отношение к загадочному миру, который взрослые пытаются скрыть от них.
  На этот раз, однако, пилот зашел, когда родителей не было дома. Не успел он развернуться, как Леська кинулась ему на шею и потребовала что-нибудь рассказать.
  -Сейчас, сейчас, - промямлил пилот, пытаясь вспомнить какую-нибудь историю поприличнее.
  Как на грех, ему в голову лезли исключительно частушки пошлого содержания. Или армейские анекдоты.
  Оставалась импровизация.
  "Ладно, зайдем с другой стороны", - подумал пилот. И спросил:
  - А ты знаешь, кто такой тигр?
  - Конечно, знаю, - сказала Леська. - Это такой выдуманный зверь. Вы его хотите вывести в лаборатории.
  Такого оборота пилот не ожидал. Все импровизации тут же вылетели из головы.
  - Подожди, подожди. С чего ты взяла, что мы его выдумали?
  - Ну, на корабле же нет никакого тигра, правильно?
  - Правильно...
  - Значит, вы его выдумали.
  - Ээээ...
  Олег подумал, что теперь он не понимает вообще ничего.
  - Леська, тигра не надо придумывать. Он есть на фотографиях, на видео, на голограммах, хочешь - покажу.
  - Я видела. Я знаю, что взрослым скучно без всяких существ и зверей. Мама вон мечтает придумать кота. А вы придумали тигра и сделали его голограмму.
  - Но тигры есть на Земле... - тут пилот понял, что этот аргумент тоже не подействует, - и у нас в биолаборатории есть клеточный материал...
  - Здорово! Дядя Олег, выведите тигра в лаборатории! Я хочу увидеть, как выглядят придуманные звери! Ученые же сделали растения!!
  - Да кто тебе сказал, что их придумали?!
  - Все знают, - деловито ответила девочка.
  Последующий допрос заставил пилота сделать вывод, что о придуманности тигра, а с ним и всех остальных зверей, знают то ли все дети вообще, то ли все знакомые Леськи, а то и весь звездолет, исключая, конечно, его самого. Пилот счел за лучшее спешно попрощаться, пообещав себе обсудить это с родителями Леськи. Когда-нибудь потом.
  ...Вот только в этом "потом" началось торможение корабля, и Олег оказался настолько загружен, что важный разговор все время откладывался.
  
  ***
  
  Собираясь, Общество Правды рассредоточилось по матам и тренажерам - уже по тому, как все рассаживались, стало понятно - согласие закончилось.
  -Я в ихние дурацкие звезды не верю, - Сашка поспешил сказать первым, чтобы перебить чужие сомнения. - Покажут светящиеся точки на экране, скажут - звезды, пространство, еще какие-то умные слова. И опять потрогать руками ничего нельзя. Просто всем надоела старая выдумка, вот и решили добавить еще одну игру.
  
  Леська прикусила губу.
  -Если снаружи вакуум и звезды далеко, их нельзя потрогать руками, даже если они есть. И выйти нельзя. В космосе холодно и дышать нечем. А еще скорость и гравитационный кокон.
  
  -Ну да, - согласился Сашка. - Все так объяснят, чтобы нельзя было проверить самим, верно же? Там нет воздуха, выйти нельзя, потому что скорость, звезды не потрогать, потому что далеко. Только бы не сказать правду - что кроме Корабля, ничего нет.
  
  В последнее время он говорил "Корабль" с нажимом - словно с большой буквы. Как Дверь. Взрослые говорили так - "Земля". И еще в последнее время - "Королевская Кобра".
  
  Хосе сидел верхом на силовом тренажере, качая ногой и головой сразу. Недовольным он был с самого начала.
  
  -Мне сегодня в теплице сказали одну вещь, - вступил он. - Что удобрения для растений, для гидропоники... они закончатся через несколько лет. Что они были рассчитаны на тридцать лет, которые это, - он припомнил правильные слова из школы, - максимальная предполагаемая продолжительность полета, вот. Понимаете?
  
  Женька и Макс, как куклы, перевели глаза на Сашку, на Чучо, снова на Сашку...
  
  -Мы чего, - пробормотал Макс, - будем как в книжках... это... - запнулся и нехотя выговорил, - голодать?...
  
  -Дурак! - огрызнулась Леська, у нее прямо словно колесики в голове завертелись. - Это значит, что взрослые хотели эти запасы через тридцать лет пополнить! Но в корабле взять их неоткуда... значит... только взять где-то снаружи!
  
  -Прилететь, - сказал Хосе. Получилось очень веско.
  
  Удобрения - это вам не вакуум и не звезды. Удобрения были настоящими, их показывали всем, и каждый мог прийти в оранжереи, посмотреть, как и из чего растет еда. И конечно, их трогали все - и всех потом заставляли мыть руки, потому что перчатки тоже норовили снять, потрогать "топливо для еды" живой ладонью. А в школе на "корабельных уроках" устраивали свои маленькие посадки и показывали, как все выращивать и что бывает, если кормить растения неправильно.
  
  Только про ограниченность запасов на уроках не говорили. О чем Сашка и напомнил всем сообщникам.
  
  -А кто говорил, что на уроках врут? - спросила Леська, упирая руки в бока. - Про Землю и про прилететь на новую планету?
  
  -Про устройство корабля нам говорили правду! Про реактор, про то, как все устроено и как должно работать!
  
  -Они просто не сказали, - Хосе хотел не побеждать в споре, а чего-то другого. - Дед говорит - мы, мол, маленькие еще, нам про такие сложности не рассказывают. Чтобы не пугать. А сейчас мы уже прилетаем к Королевской Кобре, и мне семь скоро исполнится. Поэтому он рассказал. Потому что, говорит - уже не страшно. Потому что на любой планете, даже безжизненной, можно накопать полезных минералов для удобрений. И кстати, пока есть водоросли, голодать мы не будем. Просто есть одни водоросли - это скучно и невкусно.
  
  -По-моему, это вполне похоже на правду. Ничуть не меньше, чем твоя! - сказала Леська воинственно. - И эта правда мне все-таки нравится побольше!
  
  -Это почему еще?
  
  -Потому что в ней всего больше. По твоей правде есть только корабль и все, что внутри, и еще что взрослые много навыдумывали со скуки. А по егодедовой правде есть не только корабль, но и Земля, и звезды, и кошки, и даже тигры. И если завтра они покажут звезды, это будет кусочек той, другой правды, с кошками и тиграми. И ее можно проверить.
  
  -Тогда ты нас предаешь, - сказал Сашка грозно. - Мы обещали в эти выдумки не верить? Обещали. А стоило тебе пообещать новую выдумку, и ты туда прыг-прыг прямо сразу! Ты против всех, да?
  
  -Про удобрения - не выдумка, - повторил Хосе и пересел к Леське. Никакого "глупая Леська против всех" не выходило. - Может, и про звезды - не выдумка. Вот завтра проверим насчет звезд. Потом они будут искать новые планеты. Они сказали - это может быть несколько месяцев. И даже если планета не подойдет, с нее будут привозить всякие минералы, а может даже чужие растения, их можно будет увидеть и потрогать. Если тебе дадут чужое растение потрогать - ты в него поверишь?
  
  -Это еще посмотреть надо, какое оно чужое! Может, по-тихому новое в лаборатории вырастили и покажут, как будто оно чужое!
  
  -А чему бы ты поверил? - тихонько спросил Чучо. -Что тебе дать потрогать?
  
  -Целую планету, - сказал Сашка злобно. - Целую планету они в лаборатории не построят.
  
  -Ну и сиди тут, - фыркнула Леська, уходя. - Кто тебе даст потрогать планету...
  
  *
  На галерее столпились все, кто уместился. Кто не уместился - выглядывали из коридоров поверх голов. Многие несли на плечах детей, но Сашка опять оказался тут один - родители все не приходили, он не утерпел и пошел сам, как уже привык.
  Но такой толпы он еще не видал никогда. В школе говорили - на корабле три с половиной тысячи человек, неужели тут сразу все? И вообще, он-то зачем пришел¸ ведь знает, что здесь покажут просто картинку?
  Так что же - весь Корабль сбежался смотреть картинки? Лампочки в темноте? Может, они все с ума посходили, подумал испуганно Сашка, и если я тут буду говорить про лампочки... а они все против меня...
  Вот почему ушли Леська и Чучо. Им не только хочется верить в тигров, звезды и планеты - им страшно не соглашаться со взрослыми. И взрослые могут сколько угодно рассказывать, как надо уважать и понимать друг друга, но если собирается такая толпа верящих в звезды - попробуй им возрази! Да еще вот так, снизу.
  Он заработал локтями, выбираясь из толпы обратно в коридоры, люди все-таки расступались и он уже почти выбрался, как уткнулся лицом в знакомый большой живот. Дядя Боря из папиной лаборатории, он был чуть не самый толстый и всех, кого Сашка знал.
  -Вот ты где! - сказал тот. - Тебя папа везде ищет!
  -Конечно, ищет, а сам даже не зашел с работы... - буркнул Сашка мрачно.
  -А может, ты не утерпел, вперед убежал? Давай руку и полезай наверх, я сейчас отсигналю, что ты нашелся.
  Что делать, Сашка полез. Не то, чтобы очень хотелось, но и отказываться вроде незачем, да и лучше посмотрит на огоньки из темноты - никто потом не скажет, что он не видел...
  
  Стены Кольцевых палуб всегда были обычными, разрисованными всякими картинками, а сейчас оказалось - они раздвигаются, уходят вверх и вниз, а за ними прячется блестящая стеклянная поверхность, черная, как пластмасса на новеньких роботах или как камушки из маминых украшений... Вот сейчас там начнут по одному зажигать огоньки, словно в видео про "вечер".
  А вот и нет! Черноту разделила пополам двойная цепочка огней, и цепочка тоже пошла разделяться, одна вверх, другая вниз. Между ними открывался все шире странный огненный узор с пронзительными бело-голубыми точками на пестром фоне.
  И тут лампы погасли. А узор светился так, что даже освещал палубу и много-много темных голов на ней.
  -Это.. это чего?
  -Это, Сашок, голубые гиганты, - сказал снизу дядя Боря странным голосом. И вздохнул грустно, словно мечтал оказаться прямо там, среди огоньков.
  
  -А что дальше будет?
  
  -Все, как тебе в школе рассказывали. Будем себе планету искать. Не у этих, конечно, а подальше, у обычных солнц.
  -Конечно, еще долго...
  -Уж как получится.
  -Я хочу домой, - сказал Сашка категорично. Он уже все увидел, понял, что небесные огни выглядят очень правдоподобно и испугался еще раз. Того, что остальные тоже уверуют в звезды и он останется совсем один со своей Корабельной правдой.
  -Не хочешь больше смотреть?
  -Не хочу.
  -Ну давай хоть маму с папой найдем!
  -Не хочу. Хочу домой, - повторил Сашка. Не помогут ему ни папа, ни мама, такие же верящие взрослые, как все.
  "Дурацкие картинки", - повторял он про себя, возвращаясь через взбудораженный Корабль. В коридорах клубились люди, вернувшиеся с палуб, взрослые звонко стукались кружками и чашками и пили "за звезды" и "за поиск", носились мелкие, а народ своих лет, когда попадался, все как один подскакивали и кричали "видел это?" да "видел то?".
  Из общества Правды вечером не пришел и не вызвал по фону ни один.
  Только на кухне допоздна бухтели родители, на которых ворчал за невнимательность дядя Боря. Бубубу, совсем вросли в свои лаборатории, не могут мальчишку вовремя на праздник отвести... Доворчался до того, что Сашка даже решил и вправду обидеться - действительно, чего это они. Хотя на деле Сашка уже давно привык, что родители все время работают, а он зато умеет уже сам еду разогревать и даже делать из разных консервов, и уроки все сам, и убрать дома может, и даже сам пьет микстуру, когда кашляет. Он, небось, не Леська, которую и учиться "загоняют" и воспитывают по пустякам. И вообще, у нее папа чаще дома... А у Хосе есть дедушка, это папин папа, и он этим очень гордился, потому что у других почему-то дедушек не было... Интересно, почему... ведь если Корабль был всегда, у других пап тоже должны быть папы и мамы...
  
  Через два очень скучных дня посигналил Хосе и позвал играть в кавалерию на роботах. Так, словно ни споров, ни раскола не было вовсе. Общество Правды просто перестало быть, словно его выключили следом за включением звезд на кольцевых палубах. Леська с ним почти не разговаривала, остальные посматривали слегка виновато и молчали о главном. Впрочем, Сашка и без слов понял.
  Лучше бы все высказали и подрались, наверное. Так он теперь думал, и все реже выходил из каюты играть. Никого не хотелось видеть. Лучшее было - зарыться в книжки по технике и читать об устройстве Корабля. Дочитав один текст, Сашка брал следующий. Тексты становились все сложнее, а главное - все больше в них говорилось о том, как Корабль был построен, чтобы долететь до своей цели.
  Мир, в котором правда противоречила всему, что видимо, слышимо и осязаемо, нравился Сашке все меньше.
  Вокруг, в Корабле, тоже что-то происходило - во всяком случае, родители возвращались из лабораторий все позже, но при этом и общаться с Сашкой пробовали чаще. Он торопливо чем-то отговаривался, высиживал, скучая, совместные ужины и снова прятался за читалкой. Чем чаще они пытались с ним говорить, тем более неловко Сашке становилось. Не нравилось ему это. Может, их опять дядя Боря настропалил, оттого и говорить с ними стало так неудобно? Или просто Сашка стал старше, чем им кажется, а они не заметили? От всех этих внезапных "давай поговорим" и "как день прошел" хотелось только поскорее улизнуть.
  И уж конечно невозможно было с ними говорить о том, что его волновало: о единственно настоящем Корабле и взрослом вранье - или о том, что все-таки он ошибался и все вокруг были правы.
  Но как можно вот так вдруг признать, что его мир - логичный, полезный, настоящий и доступный ощупыванию - неправильный? Что иллюзии, картинки на стенах и старые книжки могут быть правдой?
  И как можно говорить об этом со взрослыми, если они все, вся эта огромная толпа - верит в иллюзии, картинки и завершение полета? А он остался один - со всеми своими мыслями.
  Ничего я не заболел, отмазывался Сашка от расспросов. Не хочу играть и все. Нет, идти гулять тоже не хочу, я с Леськой не разговариваю. А с Женькой и Максом разговариваю, но гулять не хочу. Дайте уж книжку дочитать, пожалуйста, говорил он и уходил.
  Мне скучно, просто скучно, говорил он себе. Скучно с ребятами. Скучно со взрослыми.
  Скучно на Корабле, боялся он себе сказать.
  А вокруг говорили все больше о том, что Корабль приближается к первой из планет для обследования. Вокруг жили какой-то другой жизнью, крутившейся вокруг Большого Вранья, все более бурной и странной.
  Корабль вошел в систему. Корабль вышел на орбиту Планеты. Корабль послал зонды.
  Все говорили только об этом. Мама, папа, ребята, дядя Боря...
  Той ночью Сашка встал и тихо вышел из каюты. Ночные коридоры пусты и скучны, зато его никто не увидит. Никто не заметил, как Сашка ушел в ангар, к Двери.
  Она была обычной, скучной, неинтересной линией на стене. За ней был ответ на главный вопрос - что вокруг происходит и где проходит граница Большого Вранья. Если это вранье - граница проходит по этой двери.
  На случай, если он все же ошибся, Сашка отыскал аварийный блок, их здесь было много. Выбрал самый маленький скафандр, какой нашел. Он все равно был велик, но двигаться кое-как позволял.
  Подойдя к настенному пульту - там мигали огоньки, как и раньше - он ткнул в кнопку вызова. "Ожидаю команды", - проговорил и одновременно написал в воздухе автомат.
  -Открыть Дверь, - сказал Сашка. И замер, готовый захлопнуть шлем.
  "Команда непонятна".
  Сашка подумал.
  -Открыть ангар, - сказал он.
  Замигал другой огонек, красный.
  "Ваш допуск", - потребовал автомат. Сашка приложил к нему личную карточку. Это было все, что он пока умел делать. Он уже умел разбирать роботов и начал немного учить программирование, но к обращению с автоматами в отсеках оно пока было никак не связано. Видимо, сложные были автоматы...
  "Допуск недостаточен", - сказал автомат и замигал красным сильнее. Как в учебных фильмах про тревогу.
  Волоча ноги, поспешил Сашка обратно к аварийному блоку, но успел только добрести до него, как в ангар уже вбежали дежурные взрослые. Он даже спрятаться не успел.
  Дальше было не страшно, только неприятно. Задергали, засыпали вопросами, позвали родителей, которые спросонья ничего не понимали, позвали школьную психологиню... Он почти ничего не говорил, и так понятно, что нарушитель, правила и прочее про безопасность. Но безопасность-то он как раз соблюдал, все двери в ангар за собой закрыл. Ничего бы не случилось плохого, он бы только узнал... не ваше дело что.
  Взрослые оберегали свои границы секретов. Или границы Большого Вранья.
  Да, он знал, что детям многое не разрешено, в том числе - открывать многие двери. Но попробовать-то было можно...
  От него отстали быстро, переключились на родителей, потом еще на кого-то. Потом даже Леську кто-то упомянул. Интересно, думал как-то равнодушно Сашка, ее тоже разбудят среди ночи? Или до утра подождут? И расскажет ли Леська теперь их прежнюю тайну, которую она так легко забросила? Чего еще ждать от девчонки, конечно, расскажет...
  Его попросили побыть дома и не уходить. Да пожалуйста, нужен он кому-то, что ли. Можно и дома посидеть. Комп-то никуда не делся, и книги из него тоже.
  Плохо будет, если комп совсем отберут. Почему-то он сразу подумал о таком наказании. Правда, он не знал, как положено наказывать, кроме сидения дома без чтения. Не так ведь, как в старых книжках, все взрослые уверяли, что это было отсталое дикое время, когда детей били, и оно давно прошло.
  А если читалку не отберут, думал Сашка, просматривая учебник, то оно и ничего как-то. Наверное только долго придется сидеть в каюте и совсем не выходить.
  А он и так почти не выходит...
  
  Весь день все опять были заняты, никто ничего не говорил Сашке до самого вечера. Он бросил думать о том, что будет, неинтересно стало. Все самое плохое уже случилось.
  
  А вечером очень обычно пришел папа. Вздохнул, взъерошил Сашке волосы. И рассказал, как завтра будут высаживаться на планету. А мама посмотрела и добавила: "У нас в катере есть одно свободное место, и есть нормальный скафандр для ребенка. Поедешь с нами?".
  Сашка не поверил своим ушам.
  Он даже рта не смог раскрыть.
  Только хлопал глазами, глядя то на маму, то на папу, таких занятых и важных на корабле. Они биологи, вспомнил он, и удивился, почему забыл про это. Они такие биологи, которые должны работать на других планетах...
  Сашка кивнул. Испугался, что этого не хватит, и закивал энергично.
  Он почти не спал до следующего дня. Лежал и думал, думал, думал о том, что может завтра выйти через Дверь за пределы Корабля... или все-таки не сможет? Нет, нет, нет, только бы ему не показали очередную комнату с картинками...
  
  А назавтра все было не так, как он ждал. Никто не выходил через Дверь. Его привели в ангар с техникой. Папа помог ему надеть скафандр, который был и вправду для ребенка, но для Сашки все-таки великоват. Но его одели, подтянули массу каких-то ремешков, чтобы подогнать скафандр по размеру и усадили в один из катеров, в маленькое кресло позади всех взрослых. Потом катер выдвинулся куда-то в стену, к Двери, но в иллюминаторы было видно только стены, а затем стены убрали и...
  Сашка точно знал, что катер настоящий и отдельный. Он его еще перед тем, как залезть в скафандр, обошел со всех сторон и потрогал. А изнутри тогда был виден тот самый ангар и ходящие в нем люди.
  Разве что, думал он, оставалось экраны на стекла налепить...
  Потому что теперь за стеклами была пустота, усеянная звездами, а в ней поворачивалась цепочка огромных бочек, навешенных на центральную ось. Корабль. Как на картинке из учебника...
  А потом катер повернулся, потому что Корабль ушел из окон и появился огромный пестро-коричнево-синий шар, висящий в пустоте. Наверное, он был виден из кольцевой галереи, вот только Сашка туда не ходил, и вообще, уже больше недели никуда не ходил...
  
  Шар поворачивался под ними и рос. Пожалуй, никакая сила не могла бы теперь отлепить от иллюминатора Сашку, глядящего на Планету.
  
  Катер стал погружаться в это голубое и прозрачное, которое окружало Планету со всех сторон, и его начало слегка потряхивать и раскачивать, а снизу поползли бледные языки пламени. Сашка вцепился в кресло обеими руками - его еще ни разу так не трясло, и вообще, на Корабле ничто никогда не трясло так. Единственные тряски Сашка устраивал себе сам, во время скачек на роботах, ну и еще когда он был намного младше, папа носил его на плечах и специально встряхивал, для смеха.
  А теперь какая-то огромная сила раскачивала катер, такой огромный в ангаре и такой маленький над этой гигантской, невообразимой Планетой. Она заслоняла все больше неба, а оставшееся небо вдруг стало синеватым, сперва сбоку, а потом и наверху, и звезды стали пропадать совсем, а внизу появились такие белые и драные клочки, как в картинках про Землю. Но тут Сашка не смог ничего думать вообще, а просто ждал, что дальше случится.
  
  Планета разрослась до полнеба, и Сашка вдруг осознал себя над огромной видеокартой, как Земля, только другая, незнакомая. Под ним была большая клякса материка, а вторая клякса изгибалась длинным хвостом, уходя за край Планеты. И Земные видеокарты были пестрые с зеленью, а здесь внизу не было ничего зеленого. Только море было синим, как положено.
  Материк тоже рос, заслонил все вокруг, его усеивали дымные столбы и темные трещины. Потом стал приближаться его дальний край. Этот край повернулся вдруг под ним, меняя местами землю и воду. Затем приблизилась самая граница, серо-сине-коричневая полоса вдоль воды. Выступы берега закрыли часть неба. Все замерло, только внизу заскрипело и заскрежетало.
  
  Папина рука протянулась, проверила стекло Сашкиного шлема.
  Катер открылся.
  Сашка услышал непонятный шум. Знакомый, но все равно непонятный. Потому что его не могло быть. Он остался в голограммах и картинках о Земле. Как это?
  Он почти выпал из катера. Едва заметил, что его поддержала мама. Побежал туда, где шумело... Споткнулся. Остановился.
  Шум его собственных шагов был незнакомым. Неравномерным, скрипучим. Таким же неравномерным была вся поверхность вокруг него: мелкие-мелкие осколки камня, которые усеивали все вокруг, и торчащие из-под него неровные, изломанные целые куски.
  На земных картинках берег часто был желтым и полого уходил в воду. А здесь он был неправильным и неаккуратным весь. Вода беспрестанно крутилась между торчащих каменных осколков, наступала и отступала понемногу, производя тот самый равномерный шум. Все было неровным, неверным, чужим.
  -Можно потрогать воду, - сказал в ухе папин голос. - Только помни, нельзя снимать перчатки. Придется пока так походить.
  Он не просто потрогал - зашел в воду по колено и засунул руки до локтей. Вода отступила, потом прибежала, толкнув его упругой, осязаемой прохладностью. Под ногами шевелились и двигались мелкие округлые камни, темные, сине-серые.
  -Что это?
  -Это застывшая лава. Здесь вулкан неподалеку.
  
  Оглядевшись, Сашка сперва увидел людей. Они рассеялись вдоль воды, что-то выливали в нее из больших пластиковых бочек, тех самых, которые занимали большую часть груза катера. И только потом увидел за катером высокий берег, а над берегом - торчащий вверх разломанный неаккуратный горб, над которым поднимались черные клубы.
  Он далеко, понял вдруг Сашка. Как на картинке. Он как будто внутри большой голограммы, только в ней нет стенок, а есть "далеко" и "не очень далеко".
  Но вот же вода.
  Настоящая.
  Не льющаяся из крана.
  И берег. Неровный, сыплющийся под ногами.
  Настоящий.
  Он сел прямо в воду, потому что голова закружилась.
  Посидел с закрытыми глазами, снова открыл их.
  Неимоверно огромный берег никуда не исчез. Над головой была пустота, только где-то очень высоко проплавали эти белые и драные клочья, которые, кажется, назывались "облака".
  И мама обняла его.
  -Ты как себя чувствуешь? Отнести тебя в катер? Вас должны были готовить к настоящему пространству, но ты первый вышел из корабля, кто его знает, как оно бывает...
  -Оно все взаправдашнее... - прошептал Сашка.
  -Взаправдашнее, - подтвердила мама. - Настоящее.
  -Значит, и Земля была по-настоящему.
  Она помолчала, обнимая его.
  -И Земля, да. Ох, Сашка, Сашка... И почему ты нам так не поверил?
  -Голограммы нельзя потрогать, - сказал упрямо Сашка.
  -А этот берег - можно.
  -И мы должны здесь жить?
  -Нет, мы не будем здесь жить. Мы найдем себе другую планету. А на этой нет никакой жизни. Но мы оставили здесь бактерии и водоросли, и они когда-нибудь сделают здесь атмосферу и нормальную жизнь. Тогда здесь тоже поселятся люди. Пойдем, - сказала она, увлекая его за собой.
  -Я не хочу уходить!
  -Надо, Сашенька. Катер сейчас улетает. Мы все уходим. Остальные уже вылили наши водоросли в море. И пожалуйста... обещай мне больше не пытаться открывать внешние люки корабля. Ты теперь знаешь, что за ними действительно пустота.
  
  Сашка замолчал. Настоящее дали подержать в руках - и оно снова исчезало.
  Но главное - оно было...
  
  Пустые бочки сложили горкой на песке. Забрались в катер, пристегнулись. Каждое кресло обволокло своего человека специальной пенкой - это называлось не то "дезактивация", не то "дезинфекция".
  Под ними снова поворачивалась Планета. Или даже теперь просто планета. Одна из многих. Мир оказался вдруг такой большой, а Сашка - такой маленький... И было от этого почему-то легко.
  Потому что его здесь никто не обманывал.
 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Н.Любимка "Долг феникса. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) В.Чернованова "Попала, или Жена для тирана - 2"(Любовное фэнтези) А.Завадская "Рейд на Селену"(Киберпанк) М.Атаманов "Искажающие реальность-2"(ЛитРПГ) И.Головань "Десять тысяч стилей. Книга третья"(Уся (Wuxia)) Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика) В.Кретов "Легенда 5, Война богов"(ЛитРПГ) А.Кутищев "Мультикласс "Турнир""(ЛитРПГ) Т.Май "Светлая для тёмного"(Любовное фэнтези) С.Эл "Телохранитель для убийцы"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Твой последний шазам" С.Лыжина "Последние дни Константинополя.Ромеи и турки" С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"