Блох Роберт: другие произведения.

Тварь из склепа

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Творчество как воздух: VK, Telegram
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Название: The Creeper in the Crypt. Публикация: журнал "Weird Tales" July 1937".

  В Аркхеме, где древние фронтоны указывают в небо, словно пальцы волшебника, рассказывают странные истории. Правда, странные истории всегда востребованы в Аркхеме. Здесь есть истории о каждой из сгнивших руин, истории о каждом маленьком окне, что мертвыми глазами смотрит на море, приносящее туман.
  Здесь словно расцветают фантастические выдумки, напитанные высохшими ведьмовскими сосцами самого города, высасывая досуха из кладбищ легенды и сливая их в темные ямы суеверия.
  
  Когда-то Аркхем был странным местом; обитель ведьм и колдунов, фамильяров и демонов. В старину королевские власти очистили город от колдунов. В 1818 году новое правительство применило силу, чтобы уничтожить некоторые особенно зловещие прибежища в некоторых древних домах и, кстати, раскопать кладбище, которое лучше было оставить нетронутым. Затем, в 1869 году, возникла паника эмигрантов на Олдтаун-стрит, когда обезумевшими от страха иностранцами до основания был сожжен трухлявый особняк Сайруса Хука.
  Уже с тех пор здесь поселился страх. Дело "ведьминого дома" и специфические эпизоды, характеризующие участь некоторых пропавших детей в день накануне Дня святых, стали поводом для разговоров.
  Но в это не вмешался "Г-мен". Федеральное правительство, как правило, не интересуется сверхъестественными историями. То есть это происходило, вплоть до того времени, когда я рассказал властям о смерти Джо Регетти. Вот как они явились; это я их привел.
  Видите ли, потому, что я был с Джо Регетти незадолго до его смерти и вскоре после нее. Я не видел, как он умер и очень этому рад. Не думаю, что я смог бы видеть это, если то, о чем я подозреваю, правда.
  
  Подозреваю, все это из-за того, что я обратился к властям за помощью. Они отправили сюда людей для расследования, и надеюсь, что они найдут достаточно, чтобы убедиться в том, что то, что я сказал им, имеет значение. Если они не найдут тоннели, или я ошибся насчет двери-ловушки, по крайней мере я могу показать им тело Джо Регетти. Думаю, это должно убедить кого угодно.
  Но я не могу винить их в том, что они настроены скептически. Когда-то и я был скептиком, и Джо Регетти тоже со своими людьми, полагаю. Но с тех пор я узнал, что мудро не издеваться над тем, чего никто не понимает. На земле есть больше, чем те, кто ходят по ее поверхности - существуют и другие, те кто ползает и крадется внизу.
  
  2.
  
  Я никогда не слышал о Джо Регетти, пока меня не похитили. Это не так сложно понять. Регетти был гангстером и чужаком в городе. Я же происходил из рода сэра Амброза Эбботта, одного из первых поселенцев.
  В то время, о котором идет речь, я жил один в родовом имении на Баском-стрит. Жизнь художника требует одиночества. Мои близкие родственники были мертвы и, хотя у меня был значимый социальный статус по происхождению, я имел мало друзей. Отсюда трудновато понять, почему Регетти выбрал первым для похищения меня. Но тогда он был чужаком.
  Позже я узнал, что он пробыл в городе только неделю, останавливаясь якобы в отеле с тремя другими мужчинами, ни один из которых впоследствии не был задержан.
  Но Джо Регетти был в моей голове совершенно неизвестным фактором до той ночи, когда я оставил вечеринку Тарлтона в его доме на Сьюэлл-стрит. Это было одним из немногих приглашений, которые я принял в прошлом году. Тарлтон позвал меня, и так как он был моим старым другом, я пришел. Это был приятный вечер. Там были психиатр Брент и полковник Уоррен, а также мои старые товарищи по колледжу, Гарольд Гаукранд и преподобный Уильямс. После достаточно приятного вечера я ушел, планируя, как обычно, вернуться домой.
  Вечер выдался прекрасным - с мертвой луной, обернутой в пелену облаков, плывущих в лиловом небе. Старые дома выглядели при мистическом лунном свете как серебряные дворцы; пустынные дворцы на земле, где мертво все, кроме воспоминаний. К полуночи улицы Аркхэма опустели, и над всем нависло вековое очарование прошедших дней. Деревья устремили витые макушки в небо и стояли маленькими группками, как заговорщики, пока ветер нашептывал что-то таинственное в их ветвях. Это была ночь, вдохновляющая на фантазии и творческую лихорадку, что я так любил.
  Я шел медленно, довольный, мысли мои текли свободно и были далеки отсюда. Я не увидел машину, ехавшую за мной, или человека, скрывающегося в темноте. Я прогуливался мимо большого дерева перед домом Картера, как вдруг, без предупреждения в голове у меня вспыхнули огненные шары, и я упал без сознания в чьи-то руки.
  Когда я пришел в себя, я уже находился в том подвале, лежа на скамейке. Это был большой и старый подвал. Куда бы я ни глянул, везде был камень и паутина. Позади находилась лестница, по которой меня сюда принесли. Слева располагалась комнатенка, напоминавшая фруктовый погреб. У дальней стены справа я различил очертания угольной кучи, хотя печи не было.
  Прямо передо мной стоял стол и два стула. На столе стояла масляная лампа и карты, разложенные для пасьянса. На стульях сидели двое мужчин. Мои похитители.
  Один из них, большой рыжий мужчина со свиной шеей, сказал:
  - Да, Регетти. Мы с ним легко справились. Мы следовали за ним из дома, как вы сказали, и схватили его возле дерева. Сразу привезли сюда - никто ничего не видел.
  - Где Слим и Грек? - спросил мужчина, игравший в пасьянс, и поднял взгляд.
  Он был маленьким, худым и бледным. Темные волосы, смуглый цвет лица. Я решил, что он итальянец. Наверное, их вожак. Конечно, я понял, что меня похитили. Где я был или кем были мои похитители, я не мог сказать. В моей пульсирующей голове прояснилось, и мне хватило ума не шуметь, чтобы не вызвать неприятности. Это были не местные - одеты не так - и темный карман пальто мужчины зловеще оттопыривался. Я решил прикинуться спящим и подождать развития событий.
  Человек со свиной шеей ответил на вопрос:
  - Я сказал Слиму и Греку возвращаться в отель на машине, - сказал он. - Как вы приказали, босс.
  - Хорошая работа, Полак, - сказал второй мужчина, зажигая сигару.
  - Я стараюсь для вас, Джо Регетти, - сказал здоровяк на ломаном диалекте.
  - Да. Конечно. Знаю, - ответил смуглый Регетти, - Просто продолжайте, и все будет как надо, понятно? Как только я похищу еще несколько этих птичек, мы уберемся. Все местные копы упрямы, и как только я выйду на несколько этих старых семей, мы будем регулярно получать доход.
  - Прошу прощения, - сказал я.
  - О, проснулся? - худой итальянец за столом не пошевелился. - Рад это слышать. Извините, что ребята обошлись с вами грубо, мистер. Просто сидите тихо и все будет хорошо.
  - Рад это слышать, - саркастически ответил я. - Видите ли, к похищениям я не привык.
  - Ну, позвольте мне это решать, - сказал Джо Регетти. - Я покажу вам веревки.
  - Спасибо, - ответил я. - Уже есть. Я указал на те, что связывали мои руки и ноги.
  - А вы с чувством юмора, а? Ладно. Надеюсь, мы встретимся по поводу выкупа с вашими друзьями после того, как они получат написанное мной письмо, или возможные последствия будут не такими смешными.
  - И что дальше? - спросил я, отчаянно надеясь, что появится что-то, позволяющее узнать больше.
  - Довольно скоро вы увидите, - сообщил человек. - Во-первых, я собираюсь пробыть с вами до конца ночи.
  Лицо поляка побледнело.
  - Нет, босс, - взмолился он. - Вы здесь не останетесь.
  - Почему нет? - жестко прохрипел Регетти. - Что с тобой, Полак - сделался желтым, а?
  - Нет, - заскулил мужчина. - Но вы знаете, босс, что произошло здесь раньше - как нашли ногу Тони Феллипо, лежавшую на полу без тела.
  - Хватит сказки рассказывать, - хмыкнул Регетти. - Меня тошнит от вас, мужланов с этими вашими штучками.
  - Но это правда, босс. Никто никогда больше не нашел старого Тони Феллипо - только его ногу на полу в подвале. Вот почему его банда убралась так быстро. Им тоже не хотелось умирать.
  - Что ты имеешь в виду? - раздраженно прорычал Регетти.
  Лицо поляка побледнело, а его голос опустился до шепота, смешанного с темнотой погреба; тень голоса в тени мира.
  - Об этом все говорят, босс. Этот заколдованный дом - может, как дом с привидениями. Никто не ставил Тони Феллипо на место - этот парень, он для этого слишком умен. Но однажды ночью он сидел здесь один, и что-то явилось из-под земли и сожрало его целиком, всего, кроме ноги.
  - Ты заткнешься? - оборвал его Регетти. - Это просто чушь. Какой-то умник прикончил Феллипо и избавился от тела. Оставил только ногу, чтобы напугать остальных людей из его банды. Болван, ты хочешь сказать, что его убил призрак?
  - Да, точно, - настаивал поляк. - Человек не убивал Тони. Во всяком случае не так, как вы сказали. Ладно, ногу-то нашли, но весь пол был залит кровью с клочками кожи. Ни один человек не убьет человека так - только призрак. Или, возможно, вампир.
  - Чокнутый! - Регетти презрительно закусил сигару.
  - Может и так... Но посмотрите, - поляк указал толстым пальцем на пол и стены подвала слева. Регетти взглядом последовал за ним. Действительно, там была кровь - большие, ржавые пятна крови, забрызгавшие весь пол и стены, словно краска на полотне безумного художника.
  - Ни один человек не убьет другого вот так, - пробормотал поляк, - даже от топора не будет такого месива. И вы знаете, что парни сказали о ноге Феллипо - всю ее покрывали следы от зубов.
  - Верно, - задумчиво рассудил Регетти. - И сразу после того, как это случилось, его банда довольно быстро смылась отсюда. Не пытаясь спрятать тело или еще что-то предпринять. - Он нахмурился. - Но это не доказательство всякого вздора о призраках или вампирах. Ты начитался желтых журнальчиков, Полак.
  Он засмеялся.
  - А как же железная дверь? - укоризненно проворчал толстяк и его красное лицо вспыхнуло. - А что с железной дверью возле кучи угля? Вы знаете, что говорят парни у Черного Джима о доме с железной дверью в подвале.
  - Да, - лицо Регетти потемнело.
  - Вы не заглядывали за железную дверь, босс, - продолжал здоровяк, - возможно вы найдете за дверью что-нибудь, как говорят парни - то, что пришло за Феллипо; то, что там скрывается. Когда пришли полицейские, они тоже не нашли дверь. Просто нашли ногу, кровь и заткнулись. Но парни знают. Они много рассказали мне о доме с железной дверью в подвале; сказали, это плохое место с давних времен, когда здесь жили колдуны. Это связано с холмом позади дома, возможно, кладбищем. Возможно поэтому никто долго здесь не жил - все боялись того, что прячется по ту сторону двери; того, что явилось и убило Тони Феллипо. Я все знаю о доме с железной дверью в подвале.
  Я тоже знал об этом доме. Так вот куда я попал! В старый дом Чамберса на Прингл-стрит! Множество историй, которые я слышал от стариков будучи мальчиком, повествуют о старом Иезекиле Чамберсе, чьи колдовские дела создали ему столь неприглядную репутацию в колониальные времена. Я знал о Джонатане Дарке, другом хозяине, судимом за контрабанду незадолго до страшных событий 1818 года, и об отвратительной практике раскапывания могил, которым он занимался на древнем кладбище на холме прямо за домом.
  В то время ходило множество странных слухов о ветхом доме с железной дверью в подвале - о двери, которую Дарк использовал в качестве прохода, по которому украденные им трупы возвращались обратно. Туда, на другую сторону. Дарк умер во время судебного процесса, находясь в тюрьме, бормоча богохульства, в которые никто не осмелился поверить; чудовищные намеки на то, что лежало под старым кладбищем на холме; и что иногда приходило с визитами в дом по туннелям, норам и тайным подземельям, вызванное соответствующими заклинаниями и жертвоприношениями колдуна. Было и больше - но к тому времени Дарк окончательно сошел с ума. По крайней мере, все в это верили.
  Старые сказки умирают. Дом пустовал в течение многих лет, пока большинство людей не забыли причину, по которой он был оставлен, связывая пустоту только с древностью. Современная публика совершенно не знала легенды. Вспоминали только старики - те, что шептали мне свои истории, когда я был мальчиком.
  Итак, дом, в который меня притащили, принадлежал Дарку! И это был тот самый подвал, о котором ходили байки! Из реплик Регетти и суеверного поляка я выяснил, что здесь укрывалась другая банда и пробыла до самой смерти своего вожака, и я смутно припомнил репортажи в газетах о таинственном убийстве Тони Феллипо.
  И сейчас из Нью-Йорка прибыл Регетти, чтобы использовать это место как базу. Хитрость его плана была очевидна - прибыть в Старую Англию и похитить местную аристократию с целью получения выкупа; а затем спрятаться в старом заброшенном доме, так удобно защищенном суевериями. Я предположил, что и после меня будет много жертв; этот человек был достаточно умен и хитер, чтобы пойти на такое.
  Эти мысли мелькали у меня в голове во время спора между поляком и его боссом. Но их ссора резко прекратилась.
  - Я хочу, чтобы вы ушли отсюда, - сказал поляк. - Если вы останетесь хоть на одну ночь, оно придет. Не поступайте, как Тони Феллипо.
  - Заткнись, дурак. Разве мы не остались здесь вчера вечером, перед работой? И ничего не случилось.
  - Да, конечно. Знаю. Но мы останемся наверху?
  - Потому что мы не можем позволить себе риск быть замеченными, - устало огрызнулся Регетти. - А теперь хватит болтать.
   Он повернулся ко мне.
  - Слушай. Я пошлю этого парня с письмом о выкупе к твоим друзьям на вечеринке. Все, что тебе нужно сделать, это держать свой рот на замке и сидеть тихо. Но любое веселье означает, что тебе конец, понял?
  Я молчал.
  - Отведи его туда, Полак, и свяжи, - Регетти указал на фруктовый погреб рядом с лестницей.
  Поляк, по-прежнему ворча, потащил меня по полу в погреб. Он зажег свечу, отбросившую странные тени на затянутые паутиной, утонувшие в пыли стеллажи на стенах. Банки с консервами до сих пор стояли нетронутыми, сохраняя, наверно, урожай столетней давности. Разбитые кувшины по-прежнему валялись на шатающемся столе.
  Зыркнув, поляк бросил меня в кресло из хлипких досок и крепко примотал к нему веревкой. На этот раз мне не заткнули рот кляпом или завязали глаза, но душный воздух вокруг прекрасно заменил и то и другое.
  Он оставил меня, закрыв дверь. Я был один в тишине, с зажженными свечами.
  Я напряг слух и был вознагражден, услышав, как Регетти отпустил своего прихвостня на ночь, очевидно, чтобы доставить записку о выкупе соответствующим адресатам. Он, Регетти, остался на страже.
  - Не наткнись на призрака по пути! - крикнул он вслед за своему помощнику, когда большой поляк двинулся вверх по лестнице.
  Единственным ответом ему было хлопанье наружной двери. Судя по наступившей тишине, Регетти вернулся к своему пасьянсу. Между тем, я стал искать способ сбежать. Наконец-то я нашел что-то на столе рядом со мной. Острые края разбитых стеклянных банок смогут разрезать мои путы!
  Я целеустремленно подвинул стул поближе к концу стола. Если бы я мог взять кусок этого стекла в руки...
  При движении я напрягал слух, чтобы убедиться, что до Регетти, ожидавшего снаружи, не доносится шум от стула. Звуков от двигавшегося стула не было, и добравшись до стола, я вздохнул с облегчением, двигая руками, пока они крепко не схватили кусок стекла. Затем я начал тереть им края веревки, связывавшие руки. Это была долгая работа. Минуты складывались в часы, и снаружи не доносилось никаких звуков, кроме приглушенного храпения. Регетти уснул над картами. Хорошо! Если я освобожу запястья, то смогу переключиться на ноги.
  Наконец, моя правая рука освободилась, хотя запястье намокло от пота, смешанного с кровью. Резать с обратной стороны точно бы не получилось.
   Я быстро закончил работу над левой рукой, затем потер опухшие пальцы и наклонился, чтобы рассмотреть веревки на ногах.
  Потом я услышал звук.
  Это был скрип ржавых петель. Любой, кто жил в старых домах на всю жизнь сумеет распознать этот специфический, жуткий лязг. Ржавые петли скрипели за пределами подвала... от железной двери? Звук трения среди угля... железная дверь скрыта под угольной кучей. Феллипо остался здесь только на одну ночь. Все, что нашли, это его ногу.
  Джонатан Дарк бормотал на смертном одре. Дверь заперта с другой стороны. Туннели к кладбищу. Что скрывается на кладбищах, древних и невидимых, то выползает из склепов на пир?
  В горле поднялся крик, но я задохнулся. Регетти еще храпел. Что бы ни происходило во внешней комнате, я не должен разбудить его и потерять свой единственный шанс на спасение. Вместо этого я поспешил и освободил ноги. Я работал лихорадочно, но при этом бдительно прислушивался к происходящему.
  Они явились. Шум в угольной куче резко прекратился, и я обмяк от облегчения. Возможно, это суетились крысы.
  Мгновением позже я бы отдал все, чтобы снова услышать грохот угля, лишь бы заглушить новый шум.
  Что-то ползло по полу подвала; оно продвигалось будто бы на руках и коленях; нечто с длинными ногтями или когтями, шуршащими и скребущими. Что-то квакало и хихикало, двигаясь по темному подвалу; что-то, что заходилось от скотского, тошнотворного смеха, подобно смертельной погремушке в горле обглоданного чумой трупа.
  О, как коварно оно подкрадывалось - как медленно, осторожно и зловеще! Я слышал, как оно скользит в тени, и мои пальцы судорожно дергались, в то время как разум впал в оцепенение.
  Путь между гробницами и домом колдуна - движение с вещами, которые, как говорят старые легенды, никогда не умрут.
  Регетти храпел.
  Что ожидает внизу, в пещерах, вызванное правильным заклинанием - или видом добычи?
  Тварь.
  И затем...
  
  Регетти проснулся. Я услышал его крик, единожды. У него не было времени встать или выхватить пистолет. По полу спешила тварь, похожая на гигантскую крысу. Раздался звук разрываемой плоти, и все кончилось, только резкий лай упыря, вызвавший кошмары в моем потрясенном разуме.
  Вой перекрыла серия низких, почти звериных стонов, и агонизированные фразы на итальянском языке, крики о милосердии, молитвы, проклятия.
  Когти не звучат, когда погружаются в плоть, и желтые клыки молчат, пока не трутся о кости...
   Левая моя нога освободилась, потом правая. Теперь я перерезал веревку вокруг талии. А что если оно придет сюда?
  Рык прекратился и повисла жуткая тишина.
  Это было пиршество без тостов.
  И теперь, еще раз, раздались стоны. Мой хребет задрожал. Вокруг меня смеялись тени, потому что снаружи царило пиршество, как в старые времена. Пиршество, и та тварь все стонала, и стонала, и стонала.
  Я освободился. Как только стон умер в темноте, я разрезал последние лоскуты веревки, связывавшие меня со стулом...
  Я не торопился уходить, потому что в другой комнате еще слышались звуки, которые мне не нравились; звуки, которые заставили мою душу трепетать; и мое здравомыслие поддалось безымянному страху.
  Я слышал, как шарят и шелестят лапы по полу, и после того, как крики прекратились, их сменил еще более худший шум - бормочущий шум - как будто кто-то или что-то высасывает мозг из кости. И звук страшного щелчка; голодное клацанье гигантских зубов...
  
  Да, я ждал; ждал, пока хруст прекратится, а потом ждал до тех пор, пока скользящий шелест не вернулся обратно в подвал, и скрылся. Когда я услышал удар ржавых петель двери вдалеке, я почувствовал себя в безопасности.
   Именно тогда я наконец ушел; проходя через заброшенный подвал, вверх по лестнице, и из незапертых дверей в серебряную охрану лунной ночи. Было очень приятно снова увидеть уличные фонари и услышать, как вдалеке грохочут машины. Мое такси отвезло меня в участок, и после того, как я рассказал свою историю, полиция сделала все остальное.
   Я рассказал свою историю, но не упомянул железную дверь на склоне холма. Этим я уберег чиновников от лишних хлопот. Теперь они могут делать то, что им нравится, так как я далеко. Но я не хотел, чтобы кто-то слишком близко подходил к той двери, пока я оставался в городе, потому что даже сейчас я не могу - не смею - сказать, что может скрываться за ней. Склон холма ведет к кладбищу, а кладбище - к местам далеко внизу. И в старину что-то перемещалось между могилой по тунннелям к дому колдуна; движение, только не подтвержденное людьми...
  Я тоже в этом уверен. Не только из-за исчезновения банды Феллиппо, или диких перешептываний чужаков, не только из-за них, но и из-за гораздо более конкретных и ужасных доказательств.
   Это доказательство, о котором я не хочу говорить даже сегодня-доказательство того, что полиция знает, но которое, к счастью, удалено из газетных отчетов о трагедии.
   Что люди найдут за железной дверью, я не рискну сказать, но я думаю, что знаю, почему только нога Феллиппо была найдена раньше. Я не смотрел на железную дверь, прежде чем выйти из дома, но я видел в подвале что-то еще, когда прошел к лестнице. Вот почему я лихорадочно побежал вверх по ступенькам, вот почему я пошел к властям, и поэтому я никогда не хочу возвращаться в призрачно-колдовской, древний и злополучный Аркхэм. Я нашел доказательства.
   Обнаженное тело Джо Регетти, сидящего в кресле в подвале под светом фонаря, целиком перемололи в клочья гигантские и нечеловеческие зубы!
 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"