Костырик Кира: другие произведения.

Чем дальше в лес, тем больше приключений

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Есть ли у сказки границы? Как вернуться живым из заколдованного леса и найти своего принца? Сказочные герои: мифы и жестокая сказочная реальность.

  Внимание: однополые отношения
  
  Выпускные экзамены в школе не прошли для меня даром. Я похудел, побледнел, стал нервно покашливать и вздрагивать. Ничего не хотелось делать, кружилась голова, и лучшим времяпровождением стало, закрыв глаза, лежать на диване, вытянувшись во весь свой не малый рост, и мечтать. Мечты были яркими, оформившимися, с опасными приключениями и захватывающими любовными историями. С дальними странствиями и неведомыми чудесами. Жаль, что им никогда не суждено сбыться. Когда я это понимал, мне оставалось лишь горестно вздыхать и возвращаться в реальность.
  Мама все-таки отправила меня к врачу, и тот, поставив диагноз "легкая анемия", посоветовал пить витамины, дышать свежим воздухом и съедать в день по стакану земляники, чтобы отложить запас железа на предстоящую зиму.
  Мама, услышав про землянику, призадумалась и через минуту выдала:
  - Поедешь к своей бабушке в область, там этой земляникой все поляны и пригорки обсыпаны.
  - К бабке в деревню?! Мама, пожалей сына, это ж на краю света! А интернет, телевизор? Нет, я не выживу.
  - Выживешь, - сказала, как отрезала, мама. - Ты на себя в зеркало давно смотрел? Ты словно бледный призрак таскаешься по квартире, без конца вздыхая и воя.
  Я обиделся. Вообще-то я не выл, ну, может, повздыхал немного! А в зеркало я на себя каждый день смотрю, и виденное мне нравится. Да, бледный. Но это благородная бледность. А в сочетании с ярко-рыжими волосами и пронзительно-зелеными глазами смотрится просто обалденно!
  Не помогли ни мое упрямое молчание, ни подлизывание к маме, ни попытка перетянуть отца на свою сторону. Через два дня, ранним утром, меня загрузили в отцовский джип и отправили в деревню к бабке.
  Меня пришел проводить мой верный и единственный друг Славка. Он был невыспавшийся, хмурый, постоянно зевал, но я был так рад ему, что мне было наплевать, как он выглядит. Мы крепко обнялись, звонко хлопнув друг друга ладонями по спине, и я, отогнав противное чувство, что больше никогда его не увижу, стиснув зубы и сведя брови к переносице, уселся в машину.
  Через три часа поездки мне надоело таращиться в окно, слушать музыку, выслушивать нотации отца, и я уснул. Просто закрыл глаза, а когда очнулся, мы были уже на месте.
  Вывалившись из машины, отец закряхтел и начал растирать спину. У меня тоже за время поездки затекли руки, ноги и шея. Стоя возле бабушкиного дома, я крутил головой по сторонам и изумлялся: "Я все еще сплю? В какую же Тмутаракань меня завезли? Уж лучше ссылка на рудники".
  Я погрустнел.
  - Это вы специально, да? - заныл я, обращаясь к отцу. - Здесь вообще транспорт есть, или только на метле?
  - Сынок, держись, - только успел виновато произнести отец, как из дома выбежала обрадованная бабушка и, крепко обняв нас, повела в дом.
  Зайдя, я огляделся: обычный деревенский дом - маленькая кухня, огромная печь и две небольшие, отгороженные комнатки, справа и слева. Одна, поменьше, видно для меня, другая - бабкина. Отец принес вещи, и бабуля позвала нас к столу.
  Я сел за стол, огляделся, принюхался и понял, как голоден. Мы с отцом накинулись на бабкины пироги, словно не ели несколько дней. А пироги были шикарные: с курицей, с капустой, а на сладкое маленькие пирожки с ягодами.
  - Такие пироги только в русской печи получаются, правда, мама? - отец заискивающе взглянул на старуху.
  - Правда, милый, - басом прогудела она, и я, вздрогнув от неожиданности, поперхнулся и закашлялся. Бабушка подскочила ко мне и заколотила по спине с таким рвением, что выскочила не только крошка, попавшая в дыхательное горло, но и огромный кусок пирога, который я жадно затолкал в рот.
  Я покраснел.
  - Ничего, ничего, - засмеялась бабуля, - бывает. Запей вот молочком.
  Я залпом выдул кружку молока, больше похожего на сметану средней жирности, и выскочил из-за стола.
  - Спасибо, пойду прогуляюсь? - я вопросительно взглянул на них с отцом.
  - Иди, Артемушка, - ласково разрешила старушка, а отец только кивнул. - Мы с твоим папой пообщаемся.
  Я взглянул на отца и чуть не расхохотался, увидев как в одно мгновение он, из взрослого мужчины, отца семейства и большого начальника, превратился в испуганного мальчишку. А бабка так на него посмотрела, что, казалось, еще мгновение, и она начнет трепать его за ухо: "Почему не звонишь, не пишешь? Почему мать забыл?".
  Я вышел во двор и поразился тишине, такой густой и непроницаемой, что закладывало уши. Но постепенно я стал различать и гул самолета, и стрекотание кузнечика, и мычание коров где-то на далеком лугу.
  Я выглянул за ворота, огляделся и решил прогуляться по деревеньке.
  Передо мной вилась широкая пыльная дорога, и я скинул кеды, захотев пройтись босиком. Песок был мягкий и горячий, я двигался по дороге, разглядывая дома с распахнутыми окнами и порхающими на ветру легкими занавесками. Проходил мимо раскинувшихся у ворот больших собак, лениво приподнимавших головы и провожавших меня равнодушными взглядами. Мимо кур, копошащихся в дорожной пыли, мимо кошек, развалившихся на скамейках и смотрящих на этот мир с высокомерным презрением.
  Народу было мало. Подростков, вроде меня, - не было совсем. "Ссылка, каторга, тюрьма, - тоскливо думал я, - что мне этот воздух, ягоды, грибы, когда я уже подыхаю со скуки?".
  Насупленный, заполненный под завязку грустными мыслями, я вернулся в дом. Отец уже уехал. "Даже не попрощался", - рассердился я. Прошел мимо бабки, убирающей со стола, сел на кровать, почувствовав, что сейчас разревусь. Я попыхтел, пошмыгал носом, но несколько слезинок предателями сбежали по щеке. Упал на кровать, уткнувшись лицом в подушку, и только собрался от души порыдать, кляня свою злосчастную долю, как в комнату тихо вошла бабушка.
  - Не спишь, внучек? - ласково осведомилась она.
  - Нет, - буркнул я, - мечтаю о дне, когда уберусь отсюда.
  Бабуля присела рядом, а я ощутил, как прогнулись старые пружины, и вздохнула. Погладила меня по волосам.
  - Рыжий какой, а волосы-то длинные не мешают? - она тихонько подергала меня за отросшие концы.
  - И совсем они не длинные, - я развернулся на бок, прикрыв рукой мокрое лицо.
  - Ну, ну, - она смотрела пристально и печально, и мне стало неловко. - Давно не видела тебя, вот смотрю, какой ты взрослый стал, восемнадцать уже, школу закончил, в институт поступаешь. А я вот все в этой деревне живу, в городе только несколько раз была. В гостях у вас, помнишь?
  Я покивал головой. Конечно, приезды бабушки трудно забыть. Мама нервничала, отец разрывался, угождая обеим любимым женщинам сразу. Но мне с бабкой было весело. Да, черт, мы с ней хорошо ладили! И как я об этом забыл?
  Я сел и взглянул на бабулю внимательнее. Ясные синие глаза, как у отца, смотрели весело и бодро, она хитро улыбнулась:
  - Ну, если не спишь и не собираешься, вставай, будем с тобой воду таскать.
  Настроение, то ли от сытных пирогов, то ли от того, что возможно все не так и плохо, изменилось, и я повеселел.
  Бабушка показала мне колодец. Старые потемневшие бревна, скользкие от влаги, завораживали. Темнота и вечный холод манили. "А если упадешь? Всё, там и сгинешь", - пугал я себя.
  Я натаскал воды для огорода, для бани и для кухни. Заполнил огромную металлическую бочку, стоящую на крыше дощатого домика - самодельного деревенского душа. Если кто не знает, совсем нехитрая конструкция. За день вода, которая есть в бочке, нагревается, и вечером, открыв кран внутри этого деревянного строения, ты получаешь теплую, иногда почти горячую воду.
  Закончив работу, уже в темноте, бездыханный от усталости, я умылся не успевшей согреться водой и, ориентируясь на приветливый свет из окон, по тропке поплёлся к дому.
  Неожиданно слева от меня, в кустах малины, раздалась какая-то возня и приятный мальчишечий голосок прошептал, обращаясь к кому-то:
  - Василий, где вы? Нам пора.
  Я остановился и замер, прислушиваясь. Раздалось чавканье, снова возня, словно в кустах ворочалось огромное животное. Может, чья-то свинья? Или дикий кабан из леса? Но тут раздалось в ответ:
  - Подожди, чувак, только пришли ведь.
  - Василий, нас могут увидеть, - голосок умолял.
  "Это что, малину у нас воруют?" - неожиданно дошло до меня.
  - А ну, кыш, кыш! - заорал я, замахав руками, однако не сходя с места. Кто знает, что за банда тут разгуливает?
  Воцарилась тишина. Я слышал удары своего сердца, да ночной ветерок лениво гулял в ветвях, сонно шурша листьями. Никого. Мне что, почудилось?
  Я вошел в дом. Бабушка уже спала, и я не стал ее будить. Разделся, лег. Заметил на тумбочке возле кровати кружку с чаем и кусок пирога, прикрытый салфеткой. Чай оказался мятный, приятно горчащий на языке и холодящий нёбо. Пирог я доедал, почти засыпая, сонно стряхнул крошки с кровати и нырнул глубоко в сон.
  Сон был необычный. Я разгуливал по лесу, беседуя со странным зверем, похожим на небольшого медведя или огромную собаку. Не знаю, может, он был и совершенно другим - во сне меня это не интересовало. Мы лениво переругивались. Зверюга скалил зубы и грозился отгрызть мне руку, но я смеялся, зная, что это его обычная манера общения. Неожиданно мы насторожились, заслышав голос. Остановились, посмотрели друг на друга и счастливо рассмеялись.
  - Исчезаем, чувак, - распорядилось животное, и мы залегли в высокую траву, переглядываясь и пряча улыбки. Пока мы лежали и скалились друг на друга, ветер донес слова:
  - Артем, где ты? Артем, Артем...
  Когда я проснулся, в ушах все еще звучал голос незнакомца, окликающего меня по имени. И я ощутил странное беспокойство. Словно то, что мне нужно, далеко-далеко, и я никогда не смогу до него добраться. Если, конечно, сейчас же не сделаю что-то, а не буду просто лежать и ждать.
  Я вскочил, позавтракал вчерашними пирогами, игнорируя овсяную кашу, но потом съел и ее, посыпав крупной сладкой малиной.
  Бабушка уже встала и возилась в огороде, я сполоснулся прохладной водой из рукомойника во дворе, и, пока раздумывал чистить или нет зубы, подошла бабуля и позвала сходить к какому-то Николаю на пасеку. Пришлось все-таки чистить зубы, надевать свежую футболку, расчесывать свои отросшие до плеч волосы и идти.
  Утром следующего дня, когда деревня не казалась, в отличие от вчера, вымершей, я увидел ее словно впервые. Собаки подбегали, обнюхивая и виляя хвостами, словно старому знакомому. Коровы провожали задумчивыми взглядами, не переставая жевать, куры радостно кудахтали - с нами все здоровались, и только кошки все так же презрительно смотрели и на меня, и на этот мир.
  У Николая мы пили чай, ели свежий хлеб, намазывая его медом, а я подумал, что если так пойдет и дальше, я, пожалуй, растолстею, и Славка станет надо мной смеяться, тыкая пальцем в отвисший живот: "Что это такое, а?".
  - Запасы на зиму, - пробурчал я в ответ на воображаемый вопрос. Подумал и отрезал себе еще кусок хлеба, вдохнул чистый, чуть кисловатый аромат свежеиспеченного теста и впился в него зубами.
  Обратно мы возвращались не спеша. Я тащил две тяжеленных трехлитровых банки, залитых до основания цветочным медом. Надо мной вились пчелы и бабочки. У меня ныли руки, а я ворчал, что бабушка решила меня заездить до смерти. Она смеялась: "Ничего, своя ноша не тянет. Маме своей отвезешь, зимой еще спасибо мне скажете".
  Почти полумертвый, я дошел до самодельного душа и долго стоял, пока не сообразил, что чем дольше я стою, тем больше воды выливается из бочки, а таскать еще и воду я сегодня не в состоянии.
  Пообедав, мы с бабушкой решили, что можно и отдохнуть.
  - Сиеста, - выдала мне бабуля и скрылась в своей комнате.
  А я, наконец, решил разобрать дорожные сумки. Так: белье, обувь, футболки, свитер, рубашки, куртка. Ясно. А где же зимний пуховик? Судя по одежде, я, кажется, остаюсь здесь навсегда. Всё мама. Понятно, беспокоится, чтобы любимое чадо не мокло, не мерзло. Но не до такой же степени!
  Так, а здесь что? Я открыл сумку поменьше. Ясно, кто собирал - отец. Впихнул книги, учебники и какие-то журналы. И с этим все ясно. "Не дай своим мозгам засохнуть", - девиз моего отца. "Хорошо папа, постараюсь", - я упал на кровать, лениво полистал журнал с яркими фотографиями и статьями о звездах шоу-бизнеса (интересно, как он попал в сумку?), прикрыл им лицо и захрапел.
  Следующие несколько дней я только и делал, что ликвидировал разруху и запустение. Поднимал целину, так сказать. А точнее, бабушка решила, что раз любимый внучек, наконец, почтил ее своим присутствием, то нужно использовать его по полной.
  Самое удивительное, что на третий день обнаружилось, что кое-какая живность у моей бабули имеется. Ночью, проснувшись от странных звуков, я с ужасом увидел, как в открытое окно нагло лезет огромная усатая морда. Это был кот. При ярком свете луны я разглядел рыжего зверюгу, с порванным ухом, настороженно оглядевшего меня, а затем, как ни в чем не бывало, тяжело ступая по скрипящим половицам, отправившегося в комнату бабули.
  Утром мы встретились на кухне.
  - Кузя вернулся, - радостно сообщила бабушка, - гулял где-то неделю, я уж думала, его собаки задрали.
  Кот, вальяжно развалившись на широком подоконнике и подвинув мощным плечом горшок с геранью, высокомерно осмотрел меня с ног до головы и прикрыл глаза. Я оскорбился, но промолчал.
  Бабушка налила ему молока, рядом положила кусок холодной курицы и заискивающе начала уговаривать этого драного уродца спуститься и поесть. Кот, словно делая великое одолжение, лениво спрыгнул и вразвалку пошел к тарелке. Захотелось придать ему ускорения, но я сдержался.
  - Вы с ним одной масти, - сказала бабка, хитро поглядывая на меня.
  "Ага, вот уже и в родню его ко мне записывают".
  - Бабуль, а нет ли здесь поблизости речки? - перевел я разговор поближе к своим потребностям. - За эти дни так упахался, можно выходной взять?
  - Упахался он, - проворчала бабка, не сводя умильного взгляда с котофея, громко чавкающего и роняющего еду из пасти на пол. - За ворота выйдешь, увидишь лесок невдалеке, подойдешь и обогнешь его слева. Слева, понял?
  Я усердно закивал головой.
  - Пойдешь по тропке, увидишь озеро. Там и купайся. Только слева лесок обходи, - бабушка оторвалась от кота, кот от курицы, и они посмотрели на меня серьезно и пристально.- Ты понял?
  - Да, да! - вскинулся я. - Лево от права уж отличу как-нибудь!
  - Не ерепенься, - осадила меня бабуля. - Направо тоже тропка есть, только, те, кто по этой тропке ушли, так и не вернулись. А те, кто вернулись, не в себе были.
  - В смысле? - удивился я, как это "не в себе", с ума сошли, что ли?
  - С ума, ни с ума, а рассказывали странные вещи, как будто другой мир видели, не наш.
  - НЛО, пришельцы? - оживился я.
  - Балда, - бабушка ласково дала мне подзатыльник, - зачем наша деревня каким-то пришельцам, своей нечисти хватает - русалки, домовые.
  - Ну, это не интересно, - скорчил я рожу, - вот если бы вампиры, оборотни.
  Бабушка расхохоталась.
  - Тебе в детстве какие сказки читали?
  Я поднапряг память:
  - "Гарри Поттер"?
  Старушка вздохнула и подтолкнула меня к выходу:
  - Иди, отдохни, Гарри ты наш, Поттер.
  Кот мерзко хихикнул.
  Или мне показалось?
  Схватив полотенце, я выскочил за ворота. Утро перетекало в полдень, окружающий мир жил своей обычной трудовой жизнью. Я постоял минуту, прикрыв глаза и подставив лицо пока не жаркому солнцу. Теплый ласковый ветерок перебирал волосы, нежно целовал обнаженную кожу плеч, проводил тонкими пальцами по груди.
  - Эх! Хорошо-то как! - выкрикнул я, втянув носом ставшие родными ароматы навоза, нагретой на солнце травы и сладких ягод. Потянулся, пристав на цыпочки, и рысью понесся к лесу.
  Обошел я его, как и велели, слева, хотя направо вела довольно широкая тропа. И я задумался: "А не пошутила ли бабка надо мной? А я, как мальчишка, и уши развесил? И кот еще этот драный. Так высокомерно смотрит, будто он здесь самый умный!".
  Озеро я нашел быстро и обомлел от красоты. По форме почти идеальный овал, с гладкой темной поверхностью. Оно походило на нарядную брошь из драгоценного камня. Его хотелось взять в руки и подарить любимому. Да, любимому. Ведь мне нравились парни, и я не собирался это скрывать.
  Я расстелил полотенце, упал на живот, подставив солнцу спину, и, закрыв глаза, задумался о своей жизни. Пока все шло так, как мне хотелось. Только будущее представлялось в таком густом тоскливом тумане, что обдумывать его пока не было настроения.
  Я перевернулся и стал задумчиво рассматривать озеро. Темная вода, и дна не видно. Лишь иногда проходит рябь, словно огромные рыбы пытаются рассмотреть что-то из своих глубин. Я поежился. А вдруг, в древние времена, его считали святым и приносили жертвы? И сейчас негоже сигать в него с воплями. Я поднялся, сорвал желтый цветок и подошел к кромке озера. Торжественно помахал цветком над водой, типа "Приветствую тебя", и бросил его в воду. А затем, радостно завопив, прыгнул в озеро сам.
  Я плавал, валялся на полотенце, снова плавал. Иногда я задремывал, и тогда мне казалось, что на противоположном берегу, в кустах орешника, слышится какое-то копошение и смех. Но только я просыпался и прислушивался, как все замолкало.
  Через несколько часов, усталый и голодный, я возвращался домой. И только подойдя к бабушкиному дому, вспомнил, что оставил на берегу полотенце. "Вот растяпа!"
  Бабушка, услышав это, лишь равнодушно махнула рукой:
  - Не пропадет, завтра заберешь.
  Мы поужинали под бодрые песни старого радиоприемника, висящего на стене, и я бухнулся на кровать, с намерением почитать, но только мое тело приняло горизонтальное положение, глаза тут же закрылись, и я отрубился. Причем так крепко, что не видел и не слышал, как кто-то принес забытое мной полотенце и оставил его на подоконнике. А на полотенце положил кокетливый букетик желтых цветов, перевязанных узкой голубой ленточкой.
  - Может, кто из соседей? - гадала бабушка на следующий день. - А может, в тебя влюбилась русалка? - она лукаво посмотрела на меня, и я смутился.
  "Версия с соседями мне нравится больше".
  Я поставил цветы в воду, а ленту хотел выбросить, но передумал и затолкал в карман шорт. "Все-таки не каждый день цветы дарят, оставлю на память".
  Целое утро я посвятил тому, что таскал ведра с водой из колодца для поливки огорода. Воду я сливал в огромную бочку и шел за следующим ведром. Руки дрожали от усталости, ноги начали заплетаться, когда мне в голову пришла простая, в общем-то, мысль: "А как справлялась моя бабуля без столь усердного внука?".
  Я зашел на кухню и застал бабушку за готовкой обеда. В воздухе витали просто фантастические запахи свежего борща. На столе стояли банка со свежей сметаной и тарелка с хлебом, и я, ошеломленный и голодный, несколько секунд стоял, клацая зубами, словно хотел немедленно съесть все наготовленное.
  В углу, возле своей миски, кот урча грыз косточку.
  - Бабуль, - наконец отмер я. - А как ты без меня воду таскала, помогал кто-то? - Я сел на табурет, почувствовав головокружение.
  - Нет, - беспечно отозвалась старушка, - насосом качала.
  - Насосом, значит? - я в отчаянии закрыл лицо руками.
  - Только сейчас он засорился, прочистить бы нужно, - она посмотрела в мою сторону. - А что?
  - Бабуля, дорогая, я чуть не умер, воду таская, жизнью рисковал, мог в колодец свалиться, а ты спрашиваешь?! - взвыл я.
  - Тише, тише, - засмеялась бабушка,- зато это тебе на пользу пошло.
  Я недоверчиво взглянул на нее.
  - Гляди, какие мышцы накачал, - она подошла и похлопала меня по плечам и спине, - а ведь приехал таким доходягой, смотреть больно. Зато сейчас, - бабка оглядела меня восхищенно, и я невольно приосанился, - просто красавец, жених!
  - Да ладно, - потупился я смущенно, словно красная девица. - Лучше скажи, насос где, я починю.
  - А в сарае валяется, - бабушка легкомысленно махнула рукой, отвернулась к плите и выключила газ под конфоркой. - Минут через пятнадцать приходи, обедать будем.
  Насос валялся в сарае, как и сказали. Я разобрал его, почистил, решив, что соберу и подключу после обеда.
  Тщательно умывшись, зашел в свою комнату, взял чистую рубашку и решил взглянуть на себя в большое зеркало. Такое зеркало находилось только в спальне у бабушки, и я, тщательно вытерев босые ноги и обтерев руки об шорты, почти благоговейно зашел к ней в комнату.
  Комната была не намного больше, чем моя, но такая аккуратная и чистая, что мне стало стыдно за тот бардак, который я развел у себя.
  Я взглянул в зеркало и отражение мне понравилось. Мало того, я нашел себя обворожительным и сексуальным. Лицо и шея загорели тем нежным загаром, которым покрываются все светлокожие, нос, правда, немного облупился, но это ерунда. Волосы от воды и солнца выгорели и стали светлее. Челка лезла в глаза, но это тоже не важно - я буду ее откидывать. Я постоял, тренируясь изящно откидывать челку и понял, что лучше буду просто заправлять ее за ухо.
  Расстегнув рубашку, я придирчиво осмотрел себя, напряг бицепсы и порадовался, что действительно, по сравнению с тем, что было, сейчас я смотрюсь гораздо лучше. Накинув рубаху, довольный отправился обедать.
  За те три недели, что я провел у бабушки, работая изо всех сил, бегая на речку, фланируя по деревне, - к любопытным взглядам я быстро привык, - все не было времени не то что почитать, но и просто взять и открыть книгу. Поэтому первым делом, после того как починил насос, и он стал качать воду из колодца, я разобрал ту маленькую библиотеку, что собрал мне отец и остановился на книге "Повести" Стругацких. Книжка захватила меня. Я читал ее в кровати, читал, загорая в огороде, рядом с грядками чеснока и зеленого горошка, пытался читать за столом, во время обеда, и, конечно, потащился с ней на озеро, обойдя лесок слева, но косясь с любопытством направо.
  Дочитывал книгу я уже на берегу озера, в полном восторге от юмора и приключений и вспоминая тот таинственный случай, когда кто-то неизвестный принес мне полотенце и цветы.
  Эту историю я не забыл, и она казалась мне восхитительно прекрасной и таинственной. И поэтому в этот вечер мне неожиданно захотелось "случайно забыть" книгу на берегу.
  На следующий день, вскочив чуть свет, я первым делом подбежал к подоконнику. Он был пуст. Разочарованно вздохнув, после завтрака я отправился на озеро забирать оставленную книгу.
  Но на берегу ее тоже не было. Я поискал в кустах, прошел весь берег - ничего. Поднялся на пригорок к лесу, осмотрел окрестности - бесполезно. Тихо, пустынно, книги нигде не видно.
  Не сказать, что мне было жаль книгу, все-таки я ее дочитал. Просто была непонятна избирательность воришки, который возвращает полотенца, но тащит книги. Это раньше, по рассказам отца, бывало такое. Сейчас тащат в основном полотенца. М-да, несовременный какой-то вор.
  Настроение было испорчено, делать ничего не хотелось, а главное, была убита в зародыше мечта о прекрасном незнакомце, который принес мне цветы и так трогательно перевязал их ленточкой. Я засунул руку в карман и погладил гладкий атласный материал. Пора было возвращаться.
  Выйдя из леса, я обернулся, заметив, как по тропке справа бежит какой-то человек. Я прищурился, но так и не смог разглядеть его подробно. Через несколько минут он дошел до леса и исчез.
  "Ничего себе, - люди ходят, - может, и мне прогуляться? Посмотрим, что там за другой мир!"
  И, бодро размахивая руками, я зашагал обратно к лесу.
  Лес как лес. Я вертел головой, но не видел ничего, кроме берез и сосен, точно так же качающихся от ветра и поскрипывающих стволами, как и с другой, безопасной стороны.
  Так же пахнет трава, такие же жучки-паучки под ногами, так же стучит дятел - вполне вероятно, тот же самый, что стучал у меня над головой, когда я искал книгу у озера. Я поморщился и сплюнул: даже кислица так же щиплет язык. Постояв несколько минут, я решил, что пора возвращаться.
  Обратно я пошел по той же тропке, что привела меня в лес, но неожиданно вышел к озеру. Удивившись, но решив, что возможно что-то перепутал и свернул не туда, я снова бодро направился по дороге, успокаивая себя тем, что озеро находится на безопасной стороне, и значит мне ничего не грозит.
  Через несколько минут я снова стоял возле озера, чувствуя, как мне становится не по себе и начинает подташнивать от страха. Следующий час я кружил по лесу, неустанно возвращаясь и возвращаясь к этому проклятому озеру. Время было за полдень, и я испугался, что никогда не найду дорогу домой и так и сгину здесь. Стало жалко себя до слез, вспомнился Славка, родители, бабушка. "Бабушка! Точно, уж она не даст пропасть внуку, всю деревню на поиски соберет".
  Настроение улучшилось, но не намного. Я огляделся и решил, что нужно менять тактику. Поэтому пошел не от озера, а развернулся, нашел тропу, по которой пришел, и пошел по ней в обратном направлении.
  Через несколько минут я стоял на небольшой полянке и растерянно смотрел на крошечный домик, притаившийся на самом ее краю.
  У домика была высокая треугольная крыша, два окна, закрытые ставнями, и крыльцо на три ступеньки. Он почти слился с лесом, утонув в густой траве и разросшихся кустарниках. Я постоял, прислушиваясь к своему внутреннему голосу. Но тот молчал, да и домик не производил впечатления логова маньяка, поэтому я смело поднялся на крыльцо и, стараясь быть спокойным, грохнул кулаком в дверь.
  За дверями раздался шепот, вскрик, что-то уронили, и дверь рывком распахнулась. На пороге стоял молодой парень. Расширенными глазами он пялился на меня приоткрыв рот и алея румянцем во всю щеку. Он не был похож ни на лешего, ни на домового, ни на другую нечистую силу.
  "Чего он так уставился?" - недовольно подумал я и нахмурился.
  Пытаясь держать себя в руках, буквально, потому что они тряслись, и, стараясь не показать страха, я сдержанно разъяснил ситуацию:
  - Я, кажется, заблудился. Не подскажешь, как выбраться из этого чертова леса?
  Парень быстро-быстро закивал головой и сделал шаг назад, жестом приглашая войти в дом. Я секунду посомневался и вошел.
  В домике была одна большая комната, почти сразу у дверей расположилась огромная печь, словно сошедшая с иллюстраций сказки о Емеле, дальний закуток был отгорожен занавеской. Возле двери - длинная лавка, посередине огромный деревянный грубо сколоченный стол, несколько табуреток, небольшой посудный шкаф - и все. Довольно скудная обстановочка. Ну, еще какие-то цветочки в горшках на подоконнике.
  Я бухнулся на лавку, внезапно ощутив, как устал. Ноги гудели, неожиданно стало клонить в сон.
  Парень приземлился рядом, почти вплотную, прижавшись своим бедром к моему.
  "Однако, наглость, - решил я. - Мы ведь даже не знакомы!".
  Мальчишка так жадно рассматривал меня, что стало неловко. Хотя надо признать, парень был симпатичный. Пониже меня ростом, русоволосый с задорно торчащими кудряшками.
  - Какие у тебя волосы красивые. Можно потрогать? - неожиданно проговорил он и, не дожидаясь разрешения, робко прикоснулся к моей голове.
  Глянув с укоризной, я убрал его руку и повторил:
  - Так как из леса выйти?
  Парнишка отсел от меня и внезапно громко, словно для невидимых зрителей, затараторил:
  - Не хотите отобедать с нами? Или отужинать? Ночь уже на дворе, спать пора.
  Отбарабанив эту белиберду, парень подмигнул мне и, наклонившись к уху, прошептал:
  - Скажи, пожалуйста, что останешься, а то Василий рассердится.
  Наличие какого-то Василия мне не понравилось.
  - Спасибо, - ответил я, - дома поем. Так покажешь дорогу или нет? - я внимательно посмотрел ему в лицо.
  Мальчишка опустил глаза, облизал губы и прошептал, жалобно шмыгая носом:
  - Есть кабанина холодная, молоко, пироги, правда вчерашние, но вкусные. Варенье и булочки сладкие. А может, ты вина хочешь? Так Василий, знаешь, какие наливки делает!
  - Ладно, - нехотя согласился я, паренек был такой милый, когда упрашивал, да и голод давал о себе знать, - согласен.
  Мальчишка резво вскочил на ноги, подбежал к шкафу и начал с быстротой молнии метать на стол тарелки с едой. Буквально через несколько минут стол ломился от обилия съестного, которое так соблазнительно пахло, что совершенно незаметно я с лавки переместился на одну из табуреток и только открыл рот, чтобы положить туда большой кусок мяса, как вдруг...
  - Значит, гости у нас? - хриплый и знакомый голос раздался почти над самым ухом. Я скосил глаза в сторону и онемел. Возле меня стояло чудовище. Оно сверкало огромными зелеными глазами, рычало и скалило невероятных размеров зубы.
  Я подскочил, словно ужаленный, бросил мясо прямо зверюге в пасть, но промахнулся и уже через секунду бешено дергал ручку двери и орал:
  - Кто это?! Что вам от меня надо?! Отпустите!
  Парень и зверюга подошли и задумчиво встали рядом, словно соображая, что со мной делать.
  На лице мальчишки застыла гримаса отчаяния, на морде неведомой твари, очень похожей на гигантского полосатого кота... Кота? Конечно! Эта скотина была просто котом-переростком, странным чернобыльским мутантом. Идентифицировав животное, я почувствовал себя спокойнее. Но как оказалось - зря!
  Котяра подошел ко мне и неожиданно резко ткнул передней лапой в бок:
  - Что ты разорался, никто тебя есть не собирается.
  Я похолодел. То, что эти гнусные слова сказал кот, сомнений не возникло. Но это противоречило всем моим представлениям о реальности. Или у меня начались галлюцинации, или бабуля была права - я попал в другой мир! А значит итог один - я сгину здесь или сойду с ума!
  В глазах потемнело, ноги подкосились, я судорожно вздохнул и провалился в небытие.
  Очнулся я от того, что на меня лили воду, нещадно хлопали по щекам и истерично орали в самое ухо:
  - Артем, не умирай, Артем, пожалуйста!
  Я приоткрыл глаза и обозрел поле боя. В сторонке с виноватым видом пыхтел кот. Прижавшись щекой к моей груди, рыдал мальчишка. Заметив, что я очнулся, он порывисто обнял меня за шею, еле слышно что-то бормоча.
  - Ну вот, ничего с ним не случилось. А то "ты убил его, ты убил его!". Убьешь его, вон какой здоровый. Только нервный, - кот презрительно хмыкнул.
  Я встал, вежливо отстранив парня, и сел на лавку. Голова кружилась, но мысли приняли более-менее правильное направление. Как я понял, мне ничего не угрожало. Мальчишка был на моей стороне, вроде я ему даже нравился. Кота я чем-то раздражал, но и это можно пережить, главное, не вступать с ним в разговоры. Я закрыл глаза и попытался сосредоточиться. Не сразу, но мне это удалось.
  - И что дальше? - оглядел я странную парочку, как-то подозрительно притихшую.
  - Артем, ты не волнуйся, - парень мигом оказался рядышком и крепко обнял меня за плечи, - сейчас поужинаем, ляжем спать, а утром в дорогу, правда, Василий? - он оглянулся на кота.
  - Пыфф, - издал звук кот и зевнул, показывая крепкие клычки, - не ссы, чувак, ничего с тобой не случится.
  Я позволил мальчишке довести меня до стола, вяло пожевал мясо, нехотя закинул в рот пару вареных яиц, лениво сжевал несколько кусков пирога, запил все это сладкой настойкой и глубоко вздохнул. Я чувствовал себя глубоко несчастным, одиноким, и раскис.
  Следом за мной легко и почти неслышно вздохнул паренек и громким "эх" отозвался кот.
  - Меня Иваном зовут, - парень снова вздохнул и отщипнул кусочек от моего пирога.
  - А меня Василием, - пропыхтел кот совсем рядом и неуклюже потерся о колено. И желательно на "вы", - добавил он через минуту.
  - А почему "ужин"? - я неожиданно широко зевнул. - Я из дома утром вышел, не может быть, чтоб так долго ходил!
  - А у нас время по-другому идет, - зевая вслед за мной, объяснил Ваня, - оно как хочет, так и идет. Чаще, конечно, как у вас, но иногда бывает, что и по-особому.
  - Да уж, - подтвердил кот, выворачивая челюсти в зевоте, - оно такое, никому не подчиняется.
  В домике было тихо, меня нещадно клонило в сон, и кот подтолкнул меня лапой к занавеске. Засыпая на ходу, я вошел в отгороженную половину, сонно оглядел маленький уютный уголок, заметил на столике возле стены вазочку с желтыми цветами, а рядом свою пропавшую книгу. Глупо улыбнулся, краем глаза поймав смущенное лицо паренька, и бревном рухнул на кровать.
  Проснулся я от еле слышного разговора:
  - Посмотри, какой он красивый! Он похож на сказочного принца, помнишь, который в нашем лесу случайно заблудился? Только Артем ещё красивее, - нежно и с придыханием шептал Иван.
  - Парень как парень, - шипел кот, - рыжий, глупый и важничает.
  - Неправда, - защищал меня Ванечка, - он хороший. Интересно, он понял, что это мы к нему в огород залезали? - Раздалось сдавленное хихиканье.
  Я открыл глаза, рядом с кроватью, широко улыбаясь, стояли Иван, свежий, умытый, пригладивший свои упрямые вихры, и кот, сосредоточенно вылизывающий лапу.
  - Привет, Артем! - радостно воскликнул мальчишка, судя по всему, отчаянно борющийся с желанием бросится мне на шею, - завтрак готов.
  Мне льстило его восторженное внимание, но настроения обниматься и тискаться не было. Может, как-нибудь потом, когда выйдем из леса. Позову его в гости, без кота естественно, познакомлю с бабушкой. Погуляем, на озеро сходим.
  А потом я уеду.
  От этих мыслей стало зябко и неуютно. Хозяева, заметив мое настроение, перестали шушукаться и замолчали. Стало тихо, и было слышно, как бьется крылышками об оконное стекло случайно залетевшая бабочка.
  - Ну, ладно, хватит киснуть, быстро завтракаем и выходим. Все, что нужно, мы собрали, пока ты дрых без задних ног, - Василий мотнул головой на два плотно набитых заплечных мешка возле дверей. И отвечая на мое немое изумление, пояснил: - Неизвестно, сколько идти придется. Может, день, а может, и год. Уж извини, местность у нас такая - сказочно-непредсказуемая!
  - Что? - снова предобморочно закружилась голова. - Как это год? Меня же искать будут! - голос задрожал, готовый сорваться в рыдания.
  - А вот и не будут! - кот издевательски показал мне розовый язык. - Я тебе вчера еще говорил, время у "вас" и у "нас" разное. - Он подвинул мне тарелку с кашей: - Ты завтракать будешь или опять без чувств грохнешься, а, чувак?
  - Артем, не бойся, - подсел рядом Иванушка, - воспринимай это как приключение. Да и нам не так одиноко, - промолвил он после паузы.
  Я поднял голову, внимательно вгляделся в печальное лицо паренька и в деланно-равнодушную морду Василия:
  - А разве вас только двое?
  - Здесь - да, - ответил Иван, - а глубже в лес - полно всякой нечисти. Лес огромный, почти бесконечный. Есть ли, нет, край у него, никто не знает. Только говорят, - Ванечка обхватил меня за шею и зашептал в самое ухо, - что на самом его краю живут те, кто раньше леса появился. Когда еще земля пустая была, безфантазийная. Живут они в пещерах и формы не имеют. Похожи на призраков, не добрые, не злые - пустые. Какую им форму придашь - такими и будут. Но туда еще не добирался никто, только слухи ходят.
  Разволновавшись, парень оторвался от меня и отошел к окну.
  На его место опустился кот. Легонько стукнул меня лапой по колену.
  - Чо, страшно? А ты не боись, ты нам нравишься. Ваньке вон нравишься, - кивнул он в сторону застывшего у окна мальчишки. Ты ведь к нам не первый пришел. Кому-то мы помогаем, кому-то нет. Мы ведь с Ваняткой, можно сказать, пограничники. Живем на границе леса, все заблудившиеся к нам попадают. Только с каждым годом их все меньше и меньше, непонятно, в чем тут дело? - Василий почесал за ухом. - Даже тоскливо без этих идиотов. Вот начали по ночам в деревню ходить. Тебя заметили - стали чаще ходить. Парень-то вырос, амуров всяких захотел, - просипел неожиданно мне на ухо Василий. - Начитался всяких историй любовных - требует теперь такое же. А где взять?! - кот неожиданно рявкнул и вперился в меня яркими глазищами.
  Я вздрогнул, развел руками и замотал головой.
  - Вот и я не знаю, - длинные усы на кошачьей морде грустно поникли.
  Он отошел к окну, прижался к Ивану и громко замурлыкал, небрежно бросив:
  - Книжку мы себе оставим, а то в деревне фиг найдешь.
  Закинув мешки за спину, мы отправились в путь. Впереди деловито вышагивал Василий. Затем - я, погруженный в невеселые мысли. Позади меня, повесив кудрявую головушку, тащился Ваня. Минут через двадцать пути я остановился, дождался его и взял за руку. Паренек вскинул на меня вмиг повеселевшие глаза и благодарно сжал мои пальцы.
  Полностью доверившись этим двум "пограничникам", я не обращал внимания на дорогу. Крепко вцепившись в мою ладонь, весело и беззаботно щебетал Иванушка. Его истории о жителях этого леса, воспоминания о раннем детстве, когда и у него была бабушка, перемешались в моей голове с историями кота о том, какой он гениальный охотник и как он воспитывал ребенка, когда старушка решила переехать к своему новому мужу - дровосеку.
  Иногда Василий делал резкий бросок в траву и возвращался с мышью в зубах, которую проглатывал, важно и презрительно щуря на нас свои зеленые глаза.
  Я беспрестанно крутил головой по сторонам, в надежде увидеть какое-нибудь чудо, о котором потом можно будет рассказать Славке. Но в лесу ничего не происходило, лишь наверху, в кроне деревьев щебетали птицы, да белки бросали шишки, норовя попасть в кота.
  Мы шли и шли. Сосновый лес сменился еловым, еловый - местностью с невысокими колючими кустарниками. Мы поднялись на холм, обсыпанный мелкими голубыми цветочками, и устроили привал. Я развалился в высокой мягкой траве. Надо мной плыли маленькие белые облачка, легкий ветерок играл с кудрями Ивана, когда он помогал коту доставать из мешка какие-то продукты. Парень сердитым жестом откидывал пряди со лба, а я смотрел, как он о чем-то спорит с Василием, как смешно морщит свой маленький нос, что-то доказывая этому упрямцу, как Василий королевским наклоном головы и закатыванием глаз показывает: "Да делай, что хочешь! Ты же самый умный!". А Ванятка чешет его за ухом и что-то ласково шепчет.
  Неожиданно возникло желание, чтоб привал длился вечно. Но вряд ли это невыполнимо. У меня своя жизнь, у них - своя. Мне нужно учиться, делать карьеру, найти любимого.... А если я уже нашел? Что тогда?
  Я не заметил, как меня сморило, и я задремал. Проснулся от толчка под ребра мягкой лапой и догадался, что зовут обедать.
  Когда через час мы все еще бродили по лесу, у меня закралось подозрение, что даже волшебный лес не может настолько отличаться от того, в котором я заблудился вчера. А он отличался! Огромные замшелые деревья преграждали путь, поваленное дерево лежало аккурат на том месте, где нам нужно было пройти. Кустарники с огромными кривыми колючками цеплялись за одежду.
  Через несколько часов, когда моя нога угодила в небольшую ямку, и я явственно почувствовал, как чья-то лапа дернула меня за шнурок кеда, я начал возмущаться.
  - Вы уверены, что это та дорога? - я закипал от злости. - А то мне кажется, что мы идем совсем не в том направлении.
  Василий подошел ко мне вплотную и сердито прошипел:
  - Ты чего, чувак? Хочешь сказать, что я леса не знаю?! Да я тут уже сто лет живу, каждую дорожку знаю как свои пять пальцев!
  - Я хочу сказать, что вы меня куда-то не туда ведете, - не мог остановиться я, - невозможно идти целый день и зайти еще глубже в лес! - я почти орал.
  - Ты что хочешь сказать, чувак? Что мы специально тебя сюда притащили? Да зачем ты нам нужен?! - завопил в ответ кот. - Да мы, если захотим, таких рыжих и безмозглых целый мешок наберем! Правда, Ваня? - он обернулся на паренька.
  Ванечка стоял в стороне, взволнованный и бледный, и на вопрос кота лишь устало покачал головой.
  - Ну вот, Ванятку расстроил, - прошипел мне кот, - ну прогулялся с нами, от тебя убыло, что ли? Эгоист! - и, оставив наш спор, отошел успокаивать Ивана.
  Первым моим побуждением было бросить их и отправиться искать дорогу одному. Но, вспомнив крепкую лапу в норе, я передумал. Начало темнеть. Подул прохладный ветер, зашумев в высоких сосновых ветвях. Через несколько мгновений опустилась ночь. Под каждым деревом ощущалось движение, холодный воздух был похож на дыхание древних существ, которые ждут меня, молодого и горячего, чтоб растерзать безжалостными когтями.
  Но неожиданно, словно маленькие лампочки, на небе загорелись звезды. Их было такое множество, что в лесу стало светлее и уютнее. И почти не страшно.
  Ваня развел костер и сидел возле него, подбрасывая сухие ветки и шишки. Я сел рядом, мы молчали и смотрели на огонь, весело танцующий и протягивающий нам свои яркие и горячие ладони.
  Кот рылся в мешках, что-то бормоча себе под нос. "Нашел!" - удовлетворенно вскрикнул он, встал на задние лапы, став почти с Ивана ростом, вальяжно подошел к нам, застывшим в молчаливом раздумье и важно протянул какую-то бутылку.
  - Моя знаменитая настойка, - напыщенно представил он, - по моему рецепту. Все только натуральное - и ягоды, и травы, и грибы. Можно сказать, лекарство от усталости. А в данном случае, - он оглядел нас, - лекарство от идиотизма, - он громко зафыркал, что должно было означать смех.
  - Я не хочу, - вяло промямлил парень.
  - А я выпью! - решительно выхватив у обалдевшего кота бутыль, я сделал большой глоток и закашлялся. Густая жидкость обожгла горло, сердце остановилось, а затем начало выбивать бодрый музыкальный ритм. И я, ощутив себя прекрасной легкокрылой бабочкой, счастливо захихикал.
  Иван вопросительно замер, глядя на меня широко раскрытыми глазами, а затем, осторожно взяв настойку из моих расслабленных пальцев и не отрывая от меня взгляда, сделал такой же глоток.
  - Молодцы! Горжусь, - прокомментировал кот и тоже глотнул.
  Я оглядел нашу компанию и ощутил поистине волшебный прилив любви и умиления. Раскрасневшийся Ванятка глядел на меня блестящими влюбленными глазами, серая туша кота мерно покачивалась под только ему слышную музыку. Ночные, влажные от росы травы пахли сладко и терпко. Звезды танцевали и пели, кровь приливала ко всем частям тела и звала на подвиги.
  Костер горел высоко и ровно, а наша троица, окружив его, медленно покачивалась в сонном оцепенении. Неожиданно кот, встряхнувшись, рявкнул:
  - А ну, хватит киснуть! Песню запевай!
  Резво вскочив на задние лапы и смешно подрыгивая передними для сохранения равновесия, он заскакал вокруг костра и завопил:
  "По реке плывет топор из села Кукуева,
  И пуская себе плывет, железяка ху..."
  Он не допел и, потеряв равновесие, бухнулся, словно подкошенный, мордой в траву. Полежав несколько секунд, тяжело поднялся, стряхнул прилипшие иголки и чихнул.
  - Что за дела? Кто меня уронил? - он вопросительно оглядел нас, замерших от неожиданности, и снова чихнул.
  Тихонечко всхлипнул Ваня, я, сделав большой вдох, выдохнул поистине гомерическим хохотом. Парень, ухватившись за меня обеими руками, буквально плакал от смеха.
  - Идиоты, - проворчал Василий, отряхивая морду и бока, - весело им, а сами попробуйте спеть, когда все мешают и ржут как лошади.
  Краем глаза я заметил, как подбоченился Иванушка, кокетливо взмахнув ресницами:
  "Мой миленок, как теленок,
  Только веники жевать,
  Проводил меня до дома,
  Не сумел поцеловать..."
  Оторопев, глядя на недвусмысленно подмигивающего мне парнишку, я пролепетал:
  - А надо было?
  Василий громко мявкнув, вскочил на лапы, в него вцепился Иван, и они запрыгали вокруг костра, словно ненормальные. Я постоял, пытаясь размышлять, но мысли скакали, словно пьяные зайцы. Так и не сумев сосредоточится и собрать мысли в стадо, я выдал:
  - Сейчас будет рэп!
  Закрыл глаза и проговорил речитативом:
  "Меня милый обнимает,
  Шепчет нежные слова,
  На меня он предъявляет
  Эксклюзивные права!"
  Я замолчал, потрясенный. Это было совсем не то, что я хотел озвучить. Но эти двое были уже рядом и вовсю потешались над моим дебютом.
  - Что это было? - согнувшись пополам, стонал от смеха Иванушка.
  - Это он про влюбленную в него репку спел! - не отставал кот, валясь на спину и дрыгая всеми четырьмя лапами.
  - Вот как надо! - Василий подскочил к огромной сосне и, напряженно пыхтя, начал взбираться вверх по стволу.
  Поднявшись почти до половины, исчез в ветвях, проорав оттуда:
  "Мы с миленком целовались
  Целых сорок пять минут!
  Только встали и оделись,
  Наши жены - тут как тут!"
  Мы с Иваном переглянулись, смутившись. Наверху в ветвях раздался треск, сдавленный писк, и тяжелое тело кота уверенно понеслось к земле.
  - Артем, Артем, лови его! - суетился под сосной парень.
  Я, вытянув руки, кинулся к дереву, на меня налетел мечущийся Иванушка, и в этот момент Василий приземлился на нас обоих, придавив многокилограммовым весом. Не знаю, как надо было извернуться, но я оказался в самом низу, оглушенный и ничего не соображающий. На мне лежал мальчишка, горячо дыша в шею. На нем развалился Василий, тяжелый и неподвижный. Наконец он очнулся, кряхтя, слез с Ивана, тщательно ощупал бока и конечности, облегчённо выдохнул: "Ну, вроде всё цело", оповестил: "Пойду, пройдусь", - и, ломая ветви, скрылся в кустарнике.
  Мы лежали тихо и молчали. Иванушка, уткнувшись носом в мою шею, неожиданно высунул язык и лизнул ее. Было щекотно и немного странно. Парень переместился выше и без предупреждения чмокнул меня сначала в щеку, а затем и в губы. Я закрыл глаза и обнял его. Иван целовал неумело, но с энтузиазмом. Горячие и влажные поцелуи восторженными мотыльками летали по моему лицу. Наконец он остановился, приник к моему рту и замер. Я прижал его к себе еще крепче и продолжил поцелуй. Через несколько минут мы уже целовались словно сумасшедшие. Я поглаживал его спину через тонкую ткань рубахи и еле сдерживал себя, чтобы не дать воли рукам и не спуститься ниже.
  - Ну, все, хватит, - неожиданно раздался грозный рык, тело парня странно дернулось, словно его куда-то тащили. Он ухватился за мои плечи, пытаясь сопротивляться, но вернувшийся с променада кот изо всех сил тянул его за ногу.
  - Ваня! - шипел Василий. - Что творишь? Так и до греха недалеко!
  Парень цеплялся, рискуя разодрать на мне футболку, но кот неумолимо стягивал его, не давая ни малейшего шанса.
  - А может, мне хочется! - чуть не плача, выкрикнул парнишка.
  - Хочется - перехочется! - грубо рявкнул кот и дернул еще сильней.
  Мы сидели возле костра красные, лохматые и переглядывались с Иваном. Между нами развалился кот и сурово поглядывал на нас обоих.
  
  Ночь на удивление прошла спокойно. Свежий лесной воздух, настойка Василия и наши песни с плясками вымотали нас, и мы спали словно убитые. Причем так крепко, что если в лесу и происходили таинственные события или появлялись загадочные темные личности, для нас это прошло незаметно.
  Утро было свежим и шумным. Щебетали, скрывшись от посторонних глаз, птички. Какие-то зверушки наверху сосен устроили семейные разборки. Иван с Василием еще спали, а я, проснувшись раньше, решил пройтись. Немножко побаливала голова, но в целом настроение было замечательным. Как будто у меня был день рождения, и я знал, что получу подарок, о котором долго мечтал.
  Пройдя несколько метров, наслаждаясь состоянием счастья и вспоминая вчерашние поцелуи, я неожиданно услышал шум воды и через несколько минут вышел к реке. Берег был пуст, река неторопливо несла свои воды, и я решил искупаться.
  Скинув одежду, вошел в реку. Блаженно зажмурился, потянулся и бросился в воду. Я плыл, наслаждаясь ощущениями тела и не переставая думал об Иване.
  Наплававшись вдоволь, я повернул обратно и, не одеваясь, развалился на берегу. Приятно было ощущать спиной мягкий песок, а на груди и ногах ласковое тепло летнего утра.
  Неожиданно я услышал тихое покашливание, затем смешок.
  - И как водичка? - раздался негромкий вопрос.
  Я открыл глаза. Берег был по-прежнему пуст, а вот недалеко от берега, в водах реки, плескалось какое-то странное существо. Я прищурился, вскочил и начал лихорадочно натягивать штаны. На меня в упор, презрительно-насмешливо, смотрела... русалка!
  - Н-н-нормально, - ответил я, заикаясь и пятясь задом к лесу. Русалка, пристально глядя на меня, откинула длинные волосы за спину и бесстыдно выпятила грудь, словно собираясь меня ей расстрелять.
  - Ну, так может, еще искупнешься, а? - она подплыла ближе, и я разглядел огромный серебряный хвост с переливающейся чешуей. А когда она улыбнулась, то и острые рыбьи зубки. Русалка была симпатичной и щедро одарена природой, во всяком случае, ее женская половина, но она вызвала у меня такое чувство страха, что я повернулся и без оглядки побежал обратно к своим.
  Василий с Иваном попались мне через несколько минут. Они тащили вещи и тихонько переругивались. Увидев меня, несущегося словно бешеный лось, остановились, сбросив мешки на землю.
  - Артем, что случилось? - кинулся ко мне парень, с тревогой заглядывая в глаза. Его забота была так трогательна, что я крепко обнял и успокаивающе поцеловал его в лоб.
  - Там, там это, - попытался я им объяснить, - русалка, что ли?
  - Вот ведь тварь, - прошипел кот и ломанулся к реке. Мы с Ванечкой переглянулись и побежали вслед за ним.
  Василий, стоя на берегу, но не входя в воду, ругал русалку последними словами:
  - Эй, чудовище речное, тебе чего нужно? Следишь, что ли?!
  Русалка, глядя на кота высокомерным взглядом непойманной рыбы, клацала зубами. Увидев нас, с силой плеснула хвостом по воде, забрызгав Василия с головы до ног. Пока он вылизывался в кустах, мы с Иваном подошли поближе. Парень хмурил брови и был настроен довольно решительно:
  - Что тебе нужно, Ме...Ме...?
  - Мелисса, - подсказала ему женщина-рыба. - Я вторую неделю Мелисса, мог бы и запомнить.
  - Ты имена каждую неделю меняешь, - проворчал Иванушка, - оставалась бы Глафирой, как раньше.
  - Тьфу, а не имя, - презрительно сплюнула Мелисса. - Я смотрю, дружок у тебя появился? - продолжила она разговор и опять выпятила грудь. Я быстро отвернулся. А из кустов вылетел кот и заорал:
  - Шлюха!
  Русалка лениво шлепнула хвостом по воде, и Василий стремглав бросился в кусты, спасаясь от брызг.
  - Симпатичный, - протянула она. - Думаешь, свою сказку с ним создать? Давно пора. А то живешь с котом, уж лет сто, наверное. У всех свои сказки, а ты как недоделанный какой-то.
  Иван вцепился в мою руку и побледнел.
  - Только ты ведь ему не нужен. Как бы долго вы его по лесу не водили, все равно рано или поздно он в свой мир захочет. Правда, милый? - обратилась она ко мне. Ее цепкий рыбий взгляд тревожил. Я промолчал.
  - А только не один ты им интересуешься. Пока он ничей, его к себе любой может забрать. Ты ведь знаешь об этом? - теперь она посмотрела на Ивана, и он кивнул. - А забрать хотят многие, с тех пор как слух прошел, что люди из его мира могут дарить вечную красоту и молодость. Ну, тем, кто молод и вечен - он не нужен. А вот тем, кто вечен, но не молод - в самый раз. Понял, о ком я?
  - Кощей, - прошептал еле слышно паренек и без сил опустился на песок, закрыв в отчаянии лицо руками.
  Из кустов выбрался кот и уселся рядом с Иваном, положив ему голову на плечо.
  - И что он со мной хочет сделать? - севшим голосом поинтересовался я.
  - А кто его знает, - сочувственно протянула русалка, - он на этой молодости совсем свихнулся. Сколько уже людей загубил, а все ему мало. То ли зелье из вас готовит, то ли в жертву темным призракам приносит, - она закуталась в длинные волосы. - В общем, по старой дружбе предупредила. - Она нырнула и скрылась из глаз.
  Мы сидели на берегу и молчали. Первым моим желанием было вскочить и бежать без оглядки с дикими воплями. Но Иванушка молчал, по-прежнему не двигаясь, а кот, сидя рядышком и прикрыв глаза, успокаивающе мурчал.
  - Артем, - прервал молчание парень, - прости меня, пожалуйста, - он умоляюще заглянул мне в лицо.
  - Да, ладно, - пробурчал я, - чего уж. Просто объясни, почему сразу из леса не вывели?
  Иван тяжело вздохнул.
  - Хотел подольше с тобой побыть. Думал, покажу наш лес, чудеса, тебе понравится, и ты захочешь остаться со мной... с нами, - парень покраснел и опустил голову. - Ведь где вероятность, что лес тебя в следующий раз пустит? - он в отчаянии посмотрел на меня. - А если бы ты согласился с нами остаться, то мог бы ходить в деревню, когда захочешь. И к родителям ездить, тоже смог бы, - еле слышно прошептал он. - Только, конечно, если я... мы, тебе нужны.
  Ваня встал и медленно пошел к лесу, устало переставляя ноги. Мы остались вдвоем с котом.
  Привстав, он отряхнулся, а затем, усевшись и вытянув заднюю лапищу, начал выкусывать застрявшие песчинки.
  - И что же мне делать, Василий? - в отчаянии простонал я.
  - Сам думай, - холодно отозвался котяра, - мы без тебя жили и еще проживем. Иванушку, правда, жалко, - он опустил лапу и взялся за бока.
  - А как же институт? Работа? Как жизнь, которую я себе запланировал? - я был так расстроен, что, порывисто обхватив кота за шею, прижался щекой к густой шерсти.
  - Как запланировал, так и распланируй, - Василий толкнул меня мокрым носом в шею, - а мы тебе поможем и другое что-нибудь запланируем. А? Как?
  - Я же в институт поступил, - не слушая его, ныл я, - на геологический, я же минералы искать хотел, нефть изучать.
  - Дурак ты, Артем, - кот освободился из моего объятия, - здесь у нас не только минералы, здесь у нас такое есть, что тебе и не снилось! Это мы сейчас на краю леса живем, потому что сказки своей нет. А когда Ивашка себе друга милого найдет, ну, тебя, например, - кот скосил на меня глаза, - то знаешь, как мы заживем! Ого-го! Путешествовать будем, можно в другие сказки ходить. Мир тебе покажем! Согласишься - Кощей от тебя отстанет. Нет - отведем в деревню, постараемся в сохранности довести. - Василий тяжело встал, отряхнулся и поковылял к леску, оставив меня сидеть на берегу и проклинать свою запутанную судьбу.
  Обратный путь проходил в молчании. Впереди торопился кот, не обращая внимания ни на мышей, шмыгающих в траве, ни на в конец обнаглевших белок.
  За котом тянулся Иван, повесив голову и время от времени поднося ладонь к лицу, словно стряхивая слезинки. Замыкалось это траурное шествие - мной.
  Я шагал, погруженный в свои мысли, и они были тяжелы и неподъемны. Мне казалось, еще мгновение, я не выдержу и закричу на весь лес. Но кричи-не кричи, а принимать решение придется. Ведь от этого решения зависела вся моя дальнейшая жизнь.
  Мне нравилось предложение кота остаться с ними. То время, что мы провели вместе, я настолько привык к этой странной паре, что начал воспринимать их как своих близких друзей. Пугал лишь слишком стремительный ход событий, я не успел продумать все доводы "за" и "против". Ну, сами посудите: жил обычный парень, все как у всех - школа, дом, посиделки с лучшим другом. И вдруг - бац! - жизнь идет наперекосяк, появляется загадочный мир в лесу и сказочные персонажи, в одного из которых я, кажется, влюбился.
  - Эй, стойте! - заорал я в спины своих товарищей. - Давайте устроим привал, - я бухнулся в траву.
  - Как скажешь, командир, - пробурчал Василий и полез в мешки за едой. Пока он выискивал, что можно пожевать, ко мне подошел Ваня и опустился рядом. Я взял его за руку и потянул вниз. Он, улегшись, прижался щекой к моей груди. Запустив пальцы в его кудряшки, я стал нежно перебирать мягкие волосы.
  - Ваня, Ванечка, - шептал я, лаская его тонкую шею, оглаживая пальцами скулы и губы.
  - Пойду, воды поищу, - раздалось над ухом покашливание кота, - а вы тут, это, поговорите. Только, чтоб... - Он не договорил и потопал по едва заметной тропке дальше.
  Мы лежали молча, Иванушка прерывисто вздыхал, словно борясь со слезами.
  - Я тебя никому не отдам и никуда не отпущу, - решительно произнес он вдруг дрожащим голосом и все-таки заплакал.
  - Да, я знаю, - я притянул его к себе и поцеловал в мокрое лицо, - знаю.
  Время тоже запуталось в своих секундах и минутах, иначе как объяснить, что буквально через мгновение после нашего поцелуя на лесной сказочный мир опустилась ночь. Темная, тревожная и совершенно беззвездная. Котяра, чертыхаясь и так и не найдя воды, вернулся обратно. Решив не разводить костер, чтобы не привлекать внимания, мы обняли кота, словно мягкую подушку, и моментально уснули. Не замечая ни пугающей тишины, ни ледяного дыхания ветра, прилетевшего, казалось, с неизведанных окраин леса.
  Среди ночи я проснулся от головокружения, на секунду показалось, будто меня куда-то тащат. Но, снова провалившись в сон, я так ничего и не понял. А очнувшись утром, в мрачной темной комнате, с окном, занавешенным плотной тканью, долго не мог разобрать: это сон или реальность?
  Пока глаза привыкали к полумраку, тело, страдая от дискомфорта, ныло от жесткости ложа. Голый, я бесстыдно раскинулся на плоской деревянной поверхности, похожей на крышку гроба или на снятую с петель дверь. И руки, и ноги были привязаны толстой веревкой и не давали никакой возможности пошевелиться. Но я все-таки рванулся, сдирая в кровь запястья. Но поняв, что так мне никогда не освободиться, завыл от бессилия. Из темного угла раздалось слабое рычание, шуршание - и все стихло.
  Неожиданно в темном проеме дверей возник силуэт. Это был мужчина. Худой и темноволосый, он не был страшен - он был ужасен! Ярко накрашенные губы на мертвенно-бледном лице, неряшливо подведенные глаза. Черные длинные волосы собраны в хвост. Он обошел меня несколько раз и наконец остановился, цепко оглядев с головы до ног. Приблизив свое лицо почти вплотную, принюхался, по-крысиному двигая носом, и оскалился.
  - Какой человечек холоший, - прошепелявил он, - вот сейчас Кощеюшка милый получит свою печеночку, станет здоловеньким да плигоженьким. Станет женишком, - он захихикал и начал подтанцовывать.
  - Что вам нужно? - постарался я спросить как можно более спокойно. Вопрос был проигнорирован. "Милый Кощеюшка" крадучись ходил по комнате, напевая под нос. Наконец остановился возле стены, наклонился, принюхавшись, и завизжал:
  - Спишь, скотина?! Кощеюшке пола печеночку пелесаживать. Вставай, далмоед!
  И начал пинать кого-то в углу своими худыми длинными ногами.
  Раздалось рычание, хруст, и на белый свет вылезло огромное чудовище. Оно было похоже на гигантскую белую обезьяну, полностью покрытую шерстью, на несуществующего снежного человека, на бесславный конец моей истории. Не обращая внимания на мельтешение злодея, чудовище потянулось, зевнуло, выворачивая челюсти, и тяжело поковыляло ко мне. Остановившись возле моего последнего пристанища снова зевнуло, обнажив огромные клыки, и по-хозяйски положило тяжелую волосатую лапу мне на грудь.
  Это было несправедливо и совсем неправильно, и я издал такой протестующий вопль, при этом отчаянно борясь с крепкими веревками, что Кощей, заткнув уши своими наманикюренными пальцами, истерично завизжал:
  - Заткни его, кому говолят!
  Чудище, рыкнув утвердительно, дало мне щелчок по лбу, и я отрубился.
  Когда я очнулся, Кощей дерганой походкой прохаживался по комнате, бормоча и подначивая эскулапа к действиям:
  - Давай, начинай. Кощеюшка так долго ждал здоловую печеночку, что начинает нелвничать. Из этих деревенских пьянчужек ни один не подошел, так обидно, ай-ай. А тут плелестная печеночка, только и ждет, чтоб ее достали, а ты медлишь, скотина.
  "Скотина" утвердительно замотал лохматой башкой и со скучающим видом, выпустив из огромной лапищи острый и длинный коготь, ткнул им меня в бок. Я заорал, но чудище, привычное, видно, к воплям подопытных, и ухом не повело. Ноготь порвал кожу и начал медленно погружаться в плоть. Из раны горячим ручейком потекла кровь, и я, зажмурившись и закусив губу, бессильно зарыдал. Боли я не чувствовал, было только обидно, что мое приключение закончится в этой грязной комнате под пытками монстра, желающего разобрать меня на органы. Вскоре бормотание Кощея, тяжелое дыхание зверя и наконец-то пришедшая боль смешались в один гул, в одну пульсирующую болевую точку, и я потерял сознание.
  Очнулся я от раздирающего мозг визга Кощея:
  - Кто такие?! Не имеете плаво, здесь пловодится секлетный экспелимент! Пошли вон, вон!!!
  И через секунду, отвечающий ему, такой родной голос Ванечки:
  - Отойди от него! Он мой!
  - Да, счас, лазбежался! - вопил в ответ Кощей.- Он ничей, я его пелвый подоблал, понятно вам, недотепы!
  Дальше послышался боевой мяв кота, и, судя по удаляющимся звукам борьбы, яростного мяуканья и жалобного скулежа, чудовище, бросив меня истекать кровью, скрылось в лесу вместе с трепавшим его Василием.
  Меня затрясли, и голос парнишки прошептал:
  - Ты должен сказать "да". Скажи "да", пожалуйста.
  Я открыл глаза, тупо улыбнулся и пролепетал из последних сил:
  - Да, да, конечно, да...
  И счастливый потерял сознание.
  - Артем, очнись, - меня вырвали из сладких грез. Я замычал, приоткрыл один глаз и огляделся. Ни Кощея, ни чудовища не было. В углу котяра, взъерошенный и злой, зализывал порезы от когтей. Стоящий рядом Иванушка внимательно разглядывал мою рану. В его руках был какой-то стеклянный пузырек, и паренек, открутив крышечку и выпустив на волю пряные травяные ароматы, подчерпнул мизинцем зеленую кашицу и начал аккуратно размазывать его по моему боку.
  - Ничего, ничего, - заботливо приговаривал парень, нанося мне на рану волшебное лекарство. - Сейчас все пройдет, только шрам останется.
  Лекарство, похожее на мерзкое пюре, приятно холодило. Боли я не чувствовал, но ощущать на обнаженном теле нежные руки Ванечки было очень приятно. Я закрыл глаза, доверившись своему лекарю, и расслабился. Неожиданно мальчишка прерывисто закашлялся, а я ощутил, как на меня накинули какую-то тряпку. Я распахнул глаза и глянул - стоящий в ногах хмурый Василий прикрыл меня моими же шортами. Иванушка смущенно краснел и отводил глаза, а я сконфуженно хихикнул и начал внимательно разглядывать потолок лачуги.
  - Безобразник, - проворчал кот, но в его зеленых глазах прыгали смешинки, - давай, поднимайся, думаешь, мы тебя на руках потащим?
  Бросая на Ванечку кроткие жалобные взгляды, я поднялся и сел на доске, прикрывая штанами не к месту разоткровенничавшийся организм.
  Возвращались мы не спеша, с частыми привалами, рана почти не болела, но, задирая рубаху, я с ужасом разглядывал уродливый шрам, едва не стоивший мне жизни. Бегущий рядом Василий в подробных телодвижениях показывал, как он боролся с чудовищем и как оно постыдно бежало, поджав хвост. Мы с Ванюшей хлопали котяру по мощному загривку и придумывали ему комплименты. Парень вспоминал, как, проснувшись и не найдя меня, они сразу поняли, в чем дело, и со всех ног побежали в старый полуразрушенный дом Кощея. А когда в лесу раздался мой рев, - на этом моменте рассказа мне стало неловко, - они, применив все свои сказочные силы, через секунду уже были на месте.
  Про мое "да" никто не заговаривал. А я находил что-то новое в своих ощущениях леса, словно, дав согласие, стал его важной частью. И глядя на Василия и Иванушку, мне казалось, что и они тоже часть меня, а я - их. Это было странно, но и Кощей, и чудовище, все были словно кусочки одной мозаики. Иногда она распадалась, была запутана и безумна, но время от времени все частички складывались в одну картину, и тогда появлялась новая сказка. И где-то далеко на границах леса и глубоко внутри меня начался единый процесс, когда из хаоса случайных встреч, странных слов, взглядов и событий рождался новый, пускай маленький, но только наш мир. Первым заговорил об этом Иванушка.
  - Если ты передумал, то можешь взять свои слова обратно, - опустив глаза, он ковырял землю какой-то щепкой, когда мы приземлились на очередной привал. - Только я к тебе в деревню бегать не буду, знай.
  Я подсел рядом и обнял его за плечи. На сосне одобрительно застучал дятел. Ощущать связь с лесом, было ново и немного пугающе. А еще я мог чувствовать и прислушивающегося к нашему разговору кота, и внутреннюю дрожь Ивана.
  Парень посмотрел мне в глаза:
  - За этой сосной выход в деревню, ты можешь встать и уйти, и то, что с тобой было, забудешь на следующий день.
  Я засмеялся и прижал его к себе еще крепче.
  - Не дождешься. Мне, конечно, придется уйти, но только бабушку предупредить, чтоб не волновалась. Хотя, что я говорю, внук нашел себе сказочный мир и решил там остаться! Со своим парнем. Такое не подвластно разуму и сведет с ума не только бабулю, но и моих родителей, - я впервые задумался о том, как вообще будет выглядеть мое признание. Поднялся и, потянув Ванечку за собой, снова заключил его в объятие.
  - Не "своего парня", а своего жениха, - встрял невесть откуда взявшийся Василий.
  Мы очнулись от грез, переглянулись с Ваней и расхохотались.
  - А Василий с нами жить будет? - громко прошептал я на уху своему "жениху", дразня кота.
  - С вами, с вами, - котяра ласково, по-родственному, ткнул меня лапой в бок.
  Я простился со своей будущей семьей возле кромки леса. Пройдя несколько метров, резко остановился, ощутив нарастающую тоску. Обернулся и увидел их, стоящих рядышком, словно два стройных деревца. Точнее, один словно стройное деревце, а второй больше похожий на мохнатый пенек.
  Развернулся и побежал обратно. Обнял изо всех сил Иванушку.
  - Я люблю тебя. Веришь?
  Парень утвердительно закивал головой и уткнулся мне в плечо.
  - А меня любишь? - неожиданно просипел и боднул меня головой в бедро Василий.
  - Ну а как же, - я обхватил его за шею, - тебя больше всех, чувак! - я зарылся носом в его мягкую шерсть. Мы постояли еще какое-то время обнявшись. Затем Василий отправился домой, а мы с Иваном замерли, крепко обхватив друг друга. Наконец, разорвав объятия и поцеловав меня на прощание, он тоже скрылся за огромными соснами. А я помчался домой. Моя судьба только начиналась. Впереди меня ждали любовь, приключения и долгая счастливая жизнь.
 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Н.Любимка "Долг феникса. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) В.Чернованова "Попала, или Жена для тирана - 2"(Любовное фэнтези) А.Завадская "Рейд на Селену"(Киберпанк) М.Атаманов "Искажающие реальность-2"(ЛитРПГ) И.Головань "Десять тысяч стилей. Книга третья"(Уся (Wuxia)) Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика) В.Кретов "Легенда 5, Война богов"(ЛитРПГ) А.Кутищев "Мультикласс "Турнир""(ЛитРПГ) Т.Май "Светлая для тёмного"(Любовное фэнтези) С.Эл "Телохранитель для убийцы"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Твой последний шазам" С.Лыжина "Последние дни Константинополя.Ромеи и турки" С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"