Бег Кира: другие произведения.

Дом за ажурным забором (Род оборотня)

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:

Конкурсы: Киберпанк Попаданцы. 10000р участнику!

Конкурсы романов на Author.Today
Женские Истории на ПродаМан
Рeклaмa
Оценка: 7.00*3  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Пишется. Пока Хранимая в приоритете Обновление от 07.09.2014. Продолжение выделено красным. Тапки приветствуются )))   
      В красивый узор сплетаются ветки
      На стенах моей зачарованной клетки.
      Все руки в крови от колючек опасных.
      Скрываюсь я здесь от лиц безобразных.
      Закройте меня, колючие ветки,
      Заприте навечно в стенах этой клетки.
      Ведь если я вырвусь из них на свободу
      Беду принесу людскому я роду.


  
   Глава 1. Первое знакомство
   Глава 2. День первый. Проклятие
   Глава 3. День второй. Родство
   Глава 4. День третий. Алла
   Глава 5. Прошлое, настоящее, будущее
   Глава 6. Память
   Глава 7. Обретения и потери
   Глава 8. Жизнь идёт дальше
   Глава 9. Макс пропал
   Глава 10. Всё как у всех.
  
  

Род оборотня

  
  
В красивый узор сплетаются ветки
  
На стенах моей зачарованной клетки.
  
Все руки в крови от колючек опасных.
  
Скрываюсь я здесь от лиц безобразных.
  
Закройте меня, колючие ветки,
  
Заприте навечно в стенах этой клетки.
  
Ведь если я вырвусь из них на свободу
  
Беду принесу людскому я роду.
  
  
   Глава 1. Первое знакомство
  
   Я шагала по узким серым улочкам, пытаясь сообразить, как же меня занесло в это "милое" промозглое местечко. Вокруг ничего примечательного - серый городок, скелеты деревьев тоскливо тянутся к небу, опавшие листья отсырели и уже не шуршат, а только противно скользят под подошвой ботинок. Пасмурно, дождя пока нет, а ветер пытается забраться под одежу холодными лапами. Оглядываюсь на ближайшую витрину. Девушка в отражении поплотнее кутается в куртку и заматывает полосатый буро-оранжевый шарф. Я вздохнула и потопала дальше.
   Мужчина, у которого спрашивала дорогу, всё точно описал: за зданием мэрии повернуть направо и дальше идти прямо, никуда не сворачивая, до широких ворот. Постучать в калитку, попросить Садовника (да-да, именно так, с большой буквы! Не спрашивайте, почему - сама пока не узнала, но непременно разберусь). Так, мэрию вижу, теперь направо воо-он в тот проулочек...
   Я будущий журналист. А пока - лишь скромная студентка факультета журналистики Кира Молчанова. Меня направили в эту всеми забытую дыру по решению кафедры, записать местную легенду. О ней известно мало: некая легенда существует, и там идёт речь об оборотнях. Вот скажите на милость, кому это интересно?! Сейчас про оборотней только ленивый не говорит. И все истории красочные, со множеством подробностей, похожие друг на друга как братья-близнецы. Если честно, они уже порядком надоели.
   Про город успела узнать, что он вырос вокруг поместья семьи ну очень старинного рода (правда, я не разбираюсь в таких вопросах, и фамилия мне ни о чём не сказала; но к зачёту надо будет посидеть в архиве, накопать что-нибудь на эту семейку). Им раньше принадлежали обширные (как это принято говорить) земли и куча подневольных крестьян. Сейчас в округе осталось несколько деревень, куда я пыталась заглядывать. Увы, надежда быстренько записать историю со слов местных старушек и сразу же вернуться в ставшее родным общежитие завяла на корню. Старушки, как и все остальные, ничего не хотели слышать ни про какую легенду. Те, что на вид подревнее -пугались, махали на меня руками и выставляли за порог. А кто помоложе - вздрагивал, задумчиво на меня смотрел и молча шел дальше. Один только мужчина соизволил ответить, что тут не принято об этом говорить, потому что Оборотень может услышать. Да, он до сих пор жив. И, представьте, обитает в том самом родовом поместье, куда я сейчас иду. С ума сойти можно!
   Переулок внезапно закончился, и я оказалась у края широкой пустой дороги. А вот это уже интересно. На той стороне, насколько хватает глаз, в обе стороны тянется паутина высокого, метров четырех, кованого забора. Железные прутья сплетаются в невероятной красоты кружево с растительным орнаментом. Изумительно! Но как-то непрактично. Здесь столько петелек и загогулин, что перелезть - раз плюнуть, проще, чем по лестнице.
   Подойдя ближе, я поняла, что ошиблась. По всей высоте забора торчит во все стороны, и на дорогу, и в сад, немыслимое количество длинных острых прутьев и коротких колючек. Перелезть через такое чудо дизайнерской мысли и при этом остаться целым просто нереально. И не боятся сами пораниться?
   Благодаря указаниям, я вышла прямо к воротам. Они немного возвышаются, закругляясь сверху, а по ширине спокойно могут пропустить два автомобиля. Пока я стояла, запрокинув голову, и любовалась изысканной, но мрачноватой из-за бесконечных колючек стальной вязью, с той стороны ограды появился мужчина.
   - Вы что-то хотели? - вежливо поинтересовался он.
   На вид чуть больше сорока лет, красивый, нет, я бы сказала статный мужчина, в пальто нараспашку поверх почти официального костюма. Волосы русые, с проседью на висках, вьются от природы и пострижены где-то на уровне середины шеи. Они аккуратно причесаны, но всё равно кажутся в лёгком беспорядке - ну да, я с таким знакома, у соседки по комнате кудрявые волосы, это просто кошмар как она каждое утро их в порядок приводит!
   - Добрый день, -улыбнулась я. - Я журналистка, приехала записать легенду этого поместья, про оборотня. Мне сказали, можно поговорить про неё с Садовником.
   - Простите, но я не вправе об этом рассказывать, - учтиво ответил мужчина. Он и есть этот самый Садовник? А голосу него очень приятный.
   Я вздохнула. Ну что это за легенда, если её никто никому не хочет рассказывать?! Так и задание завалить можно. И вообще, мне любопытно! Вот не уйду, пока всё не узнаю!
   - А могу я поговорить с кем-то, у кого такое право есть? Знаете, ведь об этой легенде известно уже не только в вашем городе. Люди хотят знать, что же на самом деле случилось... - правильно, делаем вид, будто что-то и вправду слышали и искренне верим в эту легендарную чушь, должно сработать.
   С той стороны забора я отметила какое-то движение, и удивилась, разглядев за кустами большую собаку. Серая шерсть, как у волка на картинках, длинная морда. Если ночью увидишь -за оборотня и примешь! Особенно после реакции жителей на вопрос о местном фольклоре. Жалко пёс близко не подходит, не разглядишь. Может это и есть ожившая легенда?
   Нет, теперь я точно просто так не уйду. Уговариваю пропустить, и пытаюсь найти подход к невозмутимому мужчине. Что за прозвище у него такое, "Садовник"? На профессию не похоже. Я бы приняла его за управляющего: строго одет, крайне лаконично отвечает вежливым отказом. Хихикнула про себя - прямо как дворецкий в книжках!
   Похоже, какой-то из аргументов всё-таки подействовал. Собеседник ненадолго посмотрел в сторону собаки, вздохнул, кивнул. Получилось очень похоже на короткий учтивый поклон. М-да, никогда не думала о себе как о впечатлительной персоне, а тут, похоже, подцепила местное сумасшествие на теме оборотней. Неужели это заразно? Тогда хорошо, что не в психбольницу отправили, как Ленку, описывать типичный случай чего-то там. Подумаешь, кивнул Садовник мыслям, а я уже начала решать, как лучше обратиться к "оборотню". Кстати, если такой здесь и водится, по всем правилам он должен быть в человеческом облике: сейчас далеко не ночь и даже не полнолуние - я специально проверила, когда узнала тему работы и дату поездки: Луна на этой неделе растущая, где-то на середине стадии.
   Я с вежливой улыбкой, самой обаятельной из своего арсенала (хотя уже и поняла, что обаять этот образец исполнительности мне не удастся, но может хоть немного симпатии вызову?), и неуёмным любопытным блеском глаз ожидаю решения. Даже дышать боюсь - вдруг моё движение спугнёт его решимость? Так бывает.
   - Хорошо. Я провожу Вас в большую гостиную. Хозяйка поместья сама расскажет Вам обо всём, что посчитает нужным.
   Едва не подпрыгнув от радостной новости, я прошла в наконец-то открывшуюся калитку. Не слишком вежливо разговаривать с гостями через запертый колючий забор, не находите? Я уже успела возненавидеть это произведение чьей-то изощрённой фантазии, когда пару раз едва не укололась, схватившись за прутья. Оказалось, что кроме очевидных колючек у ограждения есть и незаметные с первого взгляда шипы. Жуть!
   Я быстро миновала кусты и принялась оглядываться, ища взглядом собаку. Никого не обнаружив, слегка разочаровалась, но тут же себя успокоила: попрошу Садовника показать, когда уходить буду! Мужчина запер калитку и обернулся. Я тут же завалила его вопросами, но он остановил меня жестом:
   - На все вопросы про Оборотней Вам ответит хозяйка поместья.
   - А их было несколько?
   - Да, мы с вами говорим про Род Оборотней, - всё-таки соизволил ответить мужчина.
   Хоть бы представился, что ли, не величать же его постоянно "Садовником"? Хотя моё имя он тоже не спросил, и это странно.
   - А сейчас прошу за мной. Я расскажу немного про само поместье, это допустимо. Вас это интересует?
   Я закивала головой, продолжая оглядываться. Садовник комментировал всё, что мы видели вокруг. Оказывается, сад сохраняется в том виде, как был изначально устроен, и считается местным достоянием. Тот уютный домик с черепичной крышей слева - дом самого Садовника. Нет, он не живёт в центральном здании, это только для самих хозяев. Мужчина на миг оттаял, когда я похвалила его жильё, и принялся рассказывать про основной корпус.
   Главное здание, где жили представители Рода, несколько раз перестраивалось после пожаров (говоря об этом, мужчина, как мне показалось, чуть болезненно поморщился). Сейчас мы видим последний, каменный вариант. Изначально было заложено четыре этажа, но после ремонта и перестроек осталось только два. Да, над входом - родовой герб (с клыкастой пастью в качестве одного из элементов, почему-то я не удивлена!). Потом срисую, а лучше - попрошу цветное изображение и сфотографирую.
   Через высокие двустворчатые двери главного входа мы попали в среднего размера помещение. Прямо напротив входа-лестница на второй этаж, которая оказалась уже, чем я себе представляла, только-только двоим и разойтись, зато ступени покрыты тёмной ковровой дорожкой. Заканчивалась лестница балконом, который уходил влево и вправо, превращаясь в коридоры. Светлые обои, тёмные деревянные полы, массивная мебель тёмных тонов. В доме нас никто не встретил. Если честно, судя по внешнему виду поместья и рассказу моего провожатого, я ожидала увидеть внутри кучу прислуги и обстановку либо показно-роскошную, либо под старину. В действительности же меня ждало что-то среднее, с современными нотками. Вон, стеклянный столик сразу у двери, на который мой спутник положил несколько бумажек, достав их из внутреннего кармана.
   Мне предложили снять куртку, я и не возражала - в доме оказалось тепло. На второй этаж не позвали, объяснив, что там находятся личные покои жильцов дома. Мы сразу повернули направо, обогнув столик; вплотную к наружной стене был дверной проём, прикрытый тяжёлой тёмно-синей портьерой с красивыми складками. Выглядело дорого, проём оказался без дверей. Мужчина отодвинул ткань, пропуская меня вперёд. Я зашла и ахнула!
   Я стояла в начале длинного узкого коридора, до противоположных стен которого можно легко достать руками. Множество высоких окон без занавесок располагалось вдоль внешней стены, и даже в такой хмурый день помещение казалось залитым светом. Потолок уходил куда-то вверх, видимо, захватывая и второй этаж здания. По обе стороны, напротив друг друга, висели большие портреты в золотистых рамках: по размеру меньше, чем "огромные", но больше, чем "в натуральную величину".
   Один ряд картин располагался строго между окон, и на них изображались мужчины в строгой одежде тёмных тёплых тонов. И все они были кудрявые. Бросила взгляд на своего спутника: родственники? Похоже. На второй стороне были совсем иные лица.
   - По левой стене Вы видите портреты хозяев поместья. С правой стороны - те, кто занимал должность Садовника при них.
   - Это так важно? Эта должность?
   - Вы всё поймёте после рассказа хозяйки. Следуйте за мной.
   Чем дальше мы идём по коридору, тем больше меня что-то притягивает в портретах хозяев этого странного места. Но что именно - никак не пойму! Выражения лиц, как и положено на подобных картинах - нейтральные или надменные. Цвет волос у всех разный, но всегда - жёсткие, густые, с трудом поддающиеся какой-либо укладке волосы (во всяком случае, по виду именно так и обстояло дело), до плеч или ниже, у кого-то распущенные, у кого-то собранные в хвост. Гладко выбритые лица, видимо, борода и усы были не в моде. У Садовников, кстати, тоже. Одежда - кто во что горазд, в соответствии с эпохой и привычками: от охотничьего костюма до придворного наряда. Хм... Наверное, меня привлекли глаза. На самом первом портрете я увидела в них мудрость и внутреннюю силу. На другом - ярость. Смирение, любопытство, хваткость, отчаяние, добродушие... Кто-то располагал к себе, кто-то отталкивал. Не всегда это совпадало с позой и внешним видом того, кто был изображён на картине.
   В конце коридора я остановилась и оглянулась - оказалось, что помещение не такое уж и длинное, и на стенах еще есть свободное место для будущих поколений. Последним слева висел портрет девушки лет 17-19 в длинном бархатном платье. Она стояла возле кресла, опираясь на спинку рукой. Волосы ниже плеч распущены, и спадают волнами за спиной, так, что не видно длины; шатенка, лёгкая улыбка и располагающий взгляд. Она была единственной женщиной, чей портрет висел в этой галерее. Напротив неё место пустовало. Предыдущим висел портрет молодого парня, едва ли старше девушки; еще раньше был изображен уверенный в себе мужчина с добродушным взглядом, в деловом костюме. Как раз напротив него и висел портрет моего спутника. Интересно, если девушка - хозяйка поместья, то куда тогда делся парень, изображенный перед ней? Уехал? Кто он ей, брат? И почему у последних двоих нет Садовников? А где мужчина в костюме? Ух, сколько вопросов, сама себе удивляюсь! Вот и задам их все хозяйке, после того, как услышу легенду об оборотнях.
   Ну, теперь я хоть знаю, с кем буду встречаться. Внизу, под картиной, было что-то написано, но так замысловато, что я не смогла прочитать. Спросила у Садовника, какое имя у хозяйки этого замечательного поместья, и услышала в ответ, что она предпочитает, чтобы все обращались к ней "Алла". Очень исчерпывающий ответ! Ну ладно, у самой Аллы спрошу, может, она будет разговорчивее!
   Пытаясь понять впечатления от галереи с портретами, не сразу понимаю, что мы пришли в гостиную, где мне и предстоит дожидаться хозяйку. Помещение оказалось... гхм... большим. Как и в коридоре, потолок уходит в высоту на два этажа. Стены на уровне первого этажа обиты деревянными панелями, выше - светлые обои в непонятный мелкий рисунок. При огромных размерах зал не кажется излишне просторным из-за массивной обстановки, которая создает уют. На стенах слева и справа от входа, напротив друг друга, расположены большие широкие окна с тяжёлыми плотными шторами.
   Оглянувшись, я увидела сбоку от двери, через которую мы зашли, узкую лестницу на второй этаж, которая прижимается одним боком к стене и упирается в маленький балкончик. Перила из тёмного дерева кажутся чересчур массивными, а сама лестница - слишком узкой даже для одного человека. Под ней оказалась еще одна дверь, через которую и вышел Садовник, предложив мне присесть и пообещав принести горячий чай.
   На уровне балкончика по всему периметру помещения висят картины различной тематики, многие выцвели от времени, снизу сложно разглядеть детали. А еще, прямо напротив лесенки, в комнате обнаружился камин! Настоящий, массивный, с каминной полкой и вазами на ней (прямо как в кино!), он весело трещит, закусывая поленьями, добавляя уюта в комнату. Перед ним, лежит ковёр с высоким ворсом, на нём два больших кожаных дивана глубокого коричневого цвета, с декоративными подушками, и стеклянный столик между ними. К ним я и направилась. Один диван стоит спиной к огню, второй - строго напротив него. Не совсем понятно, почему не поставить так, чтобы все могли любоваться огнём? Ну да ладно, это не моё дело. Ещё в комнате я увидела тяжёлый, но при этом элегантный книжный шкаф, несколько кресел, торшеры. Дальше озираться не могу - надо подготовиться к встрече с хозяйкой.
   Так, диктофон из внутреннего кармана, фотоаппарат (мало ли, хозяйку сфотографировать, или интерьер дома, или документы какие, тот же герб - если покажут, конечно); еще достать толстую тетрадь (ну не люблю я блокноты, что поделать!), пару ручек... Вроде всё. Теперь осталось дождаться хозяйку.
   Она появилась через десять минут. За это время Садовник принёс обещанный чай, вместе с печеньем и фруктами, и сразу же, извинившись и сославшись на занятость, ушёл через дверь под лестницей. Я решила осмотреть комнату получше, и вздрогнула, когда наверху, на балкончике, скрипнула дверь. Появилась девушка лет двадцати пяти, в платье в пол, с каштановыми волосами, прихваченными сзади заколкой и спадающие по спине ниже лопаток. Платье явно современное, хоть и выполненно под старину. Квадратный вырез с вышивкой по краю, узкие рукава без манжет. Думаю, оно очень удобно и сшито на заказ. К слову, девушка оказалась беременной, хотя живот только начал просматриваться. Хотя, может, он просто удачно задрапирован платьем? На хозяйке обуты балетки нейтрального бежевого цвета. А что, в её положении на каблуках не походишь, да еще и по лестницам! Сама не люблю обувь, которая стесняет движение.
   - Простите, что напугала вас, - улыбнулась мне Алла, спускаясь вниз.
   Я смутилась и попыталась оправдать фотоаппарат в руках:
   - Простите, я сделала пару снимков, очень интересный интерьер. Такое потрясающее сочетание старины и современности! Вы не против?
   Алла рассмеялась:
   - Нет, что вы. У меня только одна просьба - не фотографировать меня саму. Я в этом плане несколько суеверна... - ответила она, положив руку на живот. - Если хотите, я попрошу кого-нибудь показать вам завтра поместье, можете делать снимки всего, что покажется вам интересным.
   - Спасибо большое! С удовольствием приму это предложение.
   Мне почему-то показалось неудобным расспрашивать про отца ребёнка. Я не за этим сюда пришла; как потом выяснилось, это было верное решение. А пока Алла села на диван, который стоял спиной к огню. Прежде чем уйти, Садовник немного приглушил свет в комнате, и теперь мне было плохо видно лицо собеседницы. Я устроилась на диване напротив. Так, теперь представиться, задать традиционный вопрос про диктофон (она не возражала), и можно потихоньку начинать.
   Существует несколько стратегий вести подобные интервью. Я выбрала вариант с наименьшим стрессом для опрашиваемого (всё-таки хозяйка в положении!), и завела разговор на нейтральную тему, пытаясь вызвать доверие и желание рассказывать. Хозяйка с видимым удовольствием приняла игру, предложила чай, расспрашивала про институт, смеялась в ответ на студенческие байки. Она мне очень понравилась, живая, бойкая, заинтересованность и любопытство во взгляде, непринужденные жесты. Через какое-то время я решила, что уже можно перейти к главной цели моего визита, и только собралась задать первый вопрос, как из-за дивана, на котором я сидела, бесшумно выступила огромная тень.
   Я испуганно дёрнулась - надеюсь, Алла не заметила! Тенью оказалась большая серая собака. Интересно, это тот же самый пёс, которого я видела у ограды? Украдкой оглянулась - ага, на балкончике дверь приоткрыта, значит, животное с верхнего этажа спустилось. Вблизи пёс выглядит могучим, но при этом старым, если не древним. Порода мне неизвестная, вроде не агрессивный. Странно предположить, что в таком месте будут в любимцах беспородные псы, но, видимо, так оно и есть.
   - Ваш любимец? Можно спросить, как его зовут?
   Алла секунду помедлила с ответом, погладила собаку, и обратилась ко мне.
   - Мне передали, что вы хотите услышать историю нашего рода. Или, как тут говорят, легенду Рода Оборотня. Это длинная история, поэтому я предлагаю вам задержаться здесь на несколько дней. Я уже попросила приготовить комнату наверху... Нет, не отказывайтесь, это удобно, вы меня не стесните. Если честно, давно не было гостей в этом доме.
   Женщина улыбнулась, чуть наклонившись вперёд и поглаживая пса, который присел у её ног на ковёр. Она продолжала:
   - И потом, сами видите, я в положении, и быстро устаю. Поэтому, боюсь, не смогу рассказать всё за раз. Принимаете предложение? Вы не возражаете, если я устроюсь поудобней?
   - Что вы, конечно, конечно! Спасибо за предложение, я хотела остановиться в гостинице, но с радостью останусь здесь, - киваю я. Голос у девушки нежный, но сильный, вызывает доверие. Почему бы нет? Тем более здесь так интересно!
   Хозяйка откинулась на подушки, оперлась на подлокотник и подняла ноги на диван, слегка согнув; поправила платье. Теперь она сидела строго напротив камина, и я почти не видела её лица до конца этого вечера. Пёс запрыгнул на диван и положил голову ей на ноги. Алла погладила собаку, и так и оставила руку, перебирая пальцами шерсть на загривке. Я невольно улыбнулась. Это выглядело так тепло, так по-домашнему! Не смотря на довольно странный приём, мне понравилась хозяйка, и я сильно удивилась, услышав от неё:
   - Знакомьтесь, Кира. Это мой дед, Рино Мудрый.
   Я опешила. Какое-то время думала, о ком она говорит? В комнате кроме неё, меня и собаки никого не было (пёс поднял морду, кивнул мне и снова лёг как прежде).
   - Простите, боюсь, не понимаю, о ком вы, - неуверенно ответила я.
   - Сейчас поймёте. Но позвольте мне рассказать эту историю с самого начала.
  
   Глава 2. День первый. Проклятие
  
   - Начну с того, что в старину мои родственники не отличались добродетелью и смиренным нравом. Как полноправные помещики и феодалы, они много могли себе позволить, и некоторые... как бы сказать... выходили за допустимые в нашем с вами понимании рамки.
   Я кивнула. Да, история любого государства полна подобных примеров.
   - Обширные земли, подневольные крестьяне, богатый оброк. Садовник уже, наверное, поведал об этом. Так вот. Не знаю, с кого всё началось, имя не сохранилось. С тех пор сменилось много поколений, а огонь и время уничтожили всё, что могло напомнить о произошедшем...
   Пёс заворочался, и Алла замолчала. Вздохнув и погладив собаку, она продолжила:
   - Один из моих предков лютовал слишком сильно даже по понятиям того времени. И так вышло, что за какую-то провинность приказал забить до смерти женщину, простолюдинку. Не знаю, что они там не поделили, полагаю, она заступилась за дочь, которую тот помещик обесчестил. Он сам присутствовал на казни. В какой-то момент несчастная женщина сумела вырваться из рук палачей и крикнула, что и сам помещик, и все сыновья его, и сыновья их сыновей - все они собаки безродные, и быть им вечно привязанными к этому проклятому поместью. Дальше версии происходящего расходятся. Одни говорят, что вспыхнуло пламя, а когда погасло - от женщины ничего не осталось. Другие утверждает, что она воткнула себе нож в сердце, или бросилась под копыта лошади. Как было на самом деле, не могу сказать, но история, как вы уже поняли, довольно мрачная.
   - А слова, сказанные перед смертью, стали проклятьем?
   - Именно так. На тот момент у помещика была беременная жена, вскоре на свет появился сын. Его имя... Можете потом спросить у Садовника, я, если честно, плохо помню человеческие имена предков. Собственно, мальчик оказался первым оборотнем нашего рода, и в 14 лет стал превращаться. Сперва - время от времени, на несколько дней, потом срок в образе собаки увеличился, и к двадцати годам были лишь отдельные дни, когда он становился человеком. Что интересно, способ мышления, привычки, характер - всё сохранялось в животном облике.
   Я старательно записывала. Выходит, полнолуние совсем ни при чём! В голове начали крутиться вопросы, я старалась запомнить их или выписать отдельно. Спрошу позже, когда будет подходящий момент.
   - Отец пытался лечить сына, приглашал врачей, колдунов, знахарей, возил юношу по всей стране. Потом, напротив, стал прятать и запирать в доме. Вы читали "Тайная медицина: как стать оборотнем"? У нас в роду считают, что автор наткнулся на записи одного из врачей и переврал всё, что только смог.
   Мне показалось, что Алла улыбается. Наверное, сама не верит в такую версию происхождения популярной книги.
   - В итоге юноша взбунтовался. Да и кому понравится сидеть взаперти? В деревнях стали говорить, что слышат по ночам жуткий собачий вой, что видели у поместья пса, который вставал на задние лапы и пробовал так к ним подойти, был одет в брюки или рубашку. Люди боялись. А парень в конце концов сбежал из дома, и пропадал много лет. Пошли слухи о людях, загрызенных страшным псом, в округе стали истреблять всех собак. Хозяин поместья пытался навести порядок на своих землях, но всё безрезультатно. Итогом стало то, что обезумевшие от страха крестьяне подожгли дом, забивая всех, кто пытался из него выбраться. Говорят, хозяин сгорел живьём. Не могу сказать точно.
   - Алла, простите, ничего, что мы говорим о таких ужасах? Если бы я знала, то не стала бы...
   - Ничего страшного, малышу это не повредит, если вы об этом. Слишком далёкие времена, и все эти истории - на грани вымысла, я не воспринимаю их близко к сердцу.
   Она устроилась поудобней и продолжила.
   - Молодой оборотень был обозлён на отца, на проклявшую их женщину, на людей, которые его боялись. На всех и всё. Думаю, он пытался сбежать от самого себя. Жил скитаясь, никого к себе не подпускал, вёл себя крайне агрессивно. Не знаю, правда ли, что он кого-то загрыз, или это лишь домыслы испуганных крестьян. Но тем не менее это вошло в их версию легенды. Мой предок в своих метаниях ушёл далеко за пределы владений своего отца и даже ближайших соседей. Однажды, в поисках еды, он забрёл на окраину деревушки, и его тонкий собачий слух уловил крик о помощи. Голос шёл от реки, такой тихий, что никто из людей был не в силах его услышать. Сам не зная для чего, видимо, им двигало любопытство, оборотень пошёл в ту сторону. В воде отчаянно барахтался мальчик лет девяти, он тонул, из последних сил пытаясь доплыть до берега и уже понимая, что это ему не под силу. Чем-то ребёнок зацепил оборотня: то ли борьбой и желанием жить не смотря ни на что, тогда как он сам уже давно отчаялся; то ли тем, что у паренька было то, чего он так желал и не получил в своё время - свободная юность; может, жалобный взгляд растопил закаменевшее сердце. Как бы то ни было, оборотень достал мальчика из воды. И даже пошёл за ним в деревню, когда тот отдышался, пришёл в себя и позвал "хорошего пёсика" за собой.
   Оказалось, что парнишка был из многодетной семьи, жил с отцом и матерью. Старшего брата забрали трудиться на благо помещика, одна сестра вышла замужем и съехала в дом мужа, младшие были совсем крохи. Пёс притворился, что он - обычная собака, остался жить с этими людьми и стал наблюдать за жизнью "со стороны".
   Он видел и был частью того, что не встречал раньше - уважение, забота, поддержка семьи в самых безысходных ситуациях. Правда, в исполнении крестьян это было несколько грубо, но оборотню понравилось. Он присматривал за детьми, гулял вместе с мальчиком на реку, и хозяин дома, который сперва пытался прогнать лишний рот, вскоре сам возился с псом. Оборотень за время странствий всякого повидал, так что не брезговал остатками со стола, а когда такого не было - ловил в окрестностях мелкую живность. Как собаке ему это нравилось. Мальчик стал звать его Ру или Руф. Позже эта кличка превратилась в весьма благородное, на мой взгляд, имя Руфус.
   Судорожно записываю, пытаясь поспеть за рассказчицей. В голове спутанными клубками проносятся вопросы, но я еще успею их задать. А сейчас так не хочется прерывать Аллу! В комнате играют неясные тени; приглушённый свет, треск огня в камине, шуршание ручки, шорох переворачиваемых страниц, и завораживающий тихий голос хозяйки поместья гипнотизируют, отрывая от реальности и уводя вслед за нитью рассказа в далёкое прошлое.
   - У этой дивной семьи был один страшный враг - бедность. Смертельный враг. У детей не было друзей, сверстники их постоянно дразнили и задирали, а отца часто били односельчане за долги. Руфус несколько раз прогонял разгневавшихся кредиторов, за что вся семья была ему благодарна. Но однажды пёс не успел вовремя предупредить драку, и мужчина вскоре скончался, так и не оправившись после побоев. Мать семейства с горя бросилась с обрыва - она понимала, что не сможет прокормить детей. Младших ребятишек взяли к себе родственники, а приятель Руфуса нигде не мог прижиться, и не отпускал от себя пса - он не хотел расставаться с единственным другом. Руфус почувствовал приближение дня, когда он обернётся человеком, и однажды, когда паренёк в очередной раз сбежал от опекунов, завёл его в лес. На ночь мальчик развёл костёр, как бывало и раньше, когда они оставались у реки после вечерней рыбалки. Наутро оборотень поймал кролика, которого его спутник зажарил на огне. Руфус перестал притворяться простым псом, делал неожиданные вещи, следя за реакцией мальчика. И тот оказался первым, кто не испугался, не убежал, не прогнал. И Руф решился довериться своему другу.
   Вскоре к оборотню вернулась способность говорить. Всё еще в облике пса, он рассказал про себя и своего отца, как стал превращаться и как на него реагируют люди. Мальчик слушал, широко раскрыв глаза, немного шокированный, но вновь не оттолкнул. А когда Руфус полностью обернулся, парнишка стал умолять оборотня не бросать его здесь одного, взять хотя бы самым последним слугой, обещал верность и безграничную преданность. Руфус слушал внимательно, словно пытаясь на что-то решиться. И в итоге согласился забрать с собой, попросив лишь одно - дружбу. Мальчик поклялся всегда быть рядом с Оборотнем, помогать ему и сопровождать его, охранять его род; говорят, что мой предок тоже в чём-то поклялся в ответ, но в чём именно - до нашего времени не сохранилось. А когда наутро Руфус вновь проснулся собакой, они вдруг обнаружили, что могут слышать мысли друг друга. Думаю, именно этот союз и помог до сих пор сохраниться нашему роду. Не знаю, хорошо это или же плохо.
   Они оба понимали, что в деревне им больше нечего делать. Как не было теперь смысла Руфусу странствовать - он просил по-прежнему, когда он в облике пса, называть его так. Оборотень привёл друга в наше родовое поместье. Он к тому времени оказался единственным наследником, и по полному праву мог находиться здесь и распоряжаться всем. Не знаю, как уж они подтверждали права на владение, да, честно говоря, и не очень интересовалась. Мне достаточно того, что хозяином поместья стал Оборотень по крови и факту рождения.
   Мальчик быстро освоился с новой жизнью, и с радостью взял на себя обязанности следить за садом и поместьем. Обустроил для себя домик садовника, который находился на территории, а жить в главном здании отказался - он же всего лишь нищий юноша, а Руфус - его господин и друг. К слову, сгоревший дом быстро отстроили, сделав первый этаж каменным. Возможность общаться с Садовником, а через него - с остальными людьми, благотворно повлияла на Оборотня. Все потомки говорят о его мудрости, смирении, трезвом взгляде на жизнь. От него принято отсчитывать наш Род, хотя, как понимаете, человеческая родословная уходит гораздо дальше во времени.
   Алла замолчала.
   На этом мы закончили - для одного дня и так было очень много информации. Я ушла первая, вслед за появившимся из второй двери Садовником. Алла с псом продолжали всё так же сидеть на диване.
   Проходя обратно по галерее предков, я остановилась у первых портретов. Мужчина, чьё изображение висело на стене между окон, казался неуловимо похож на идущего рядом со мной Садовника. А Руфус... Непримечательная внешность, если не считать мудрого взгляда, который, казалось, видит тебя насквозь. И лёгкой, едва заметной лукавой улыбки человека, который в жизни видел всякое, но сумел пережить и остался собой. Благодаря его другу... Интересно, как писался портрет? Словно в ответ на мои мысли, раздался голос Садовника:
   - Почти все портреты по правой стене создавались несколько лет. Вы понимаете, у хозяев поместья не было возможности позировать слишком часто. Большинство портретов являются восстановленными копиями, оригиналы сгорели во время пожаров. Пойдёмте, я покажу вам вашу комнату.
   Мы поднялись на второй этаж. Мне выделили предпоследнюю комнату в левом рукаве коридора; в ней была отдельная ванная, кровать у стены, кресло...Я сразу оценила массивный письменный стол у окна - он мне определенно пригодится. Шкаф, ковёр, шторы... Я была не в силах разглядывать обстановку более подробно, отметила лишь, что всё выдержано в общем для поместья стиле. Не знаю, сколько времени я просидела на краю кровати, ошарашено глядя перед собой. Но потом всё-таки заставила себя встряхнуться и засобиралась спать. Развесила в шкафу одежду, так утром не придётся гладить. Вещей у меня не много, дорожная сумка рассчитана на то, что я продержусь несколько дней и, - главное! - всегда смогу поднять её сама. Душ немного привёл в чувство, кровать оказалась очень удобной. Я никогда не считала себя излишне впечатлительной. И теперь не стоит, это не хорошо для будущей журналистки!
   Мне снился лес. Необыкновенно резкие, но узнаваемые запахи земли, травы, листьев. Я знаю, что вокруг - просто лес, но всё выглядит как-то странно. Или просто я иначе смотрю? Ветки кустов мелькают с необычайной быстротой, чувствую, что надо торопиться. Я привычно лавирую между кустами и деревьями, мягко переставляя лохматые серые... лапы?! Я выбегаю к реке и тут же, без раздумий, бросаюсь в воду. Там тонет ребёнок, мальчик... "Дети не виноваты в делах родителей, так, может, хоть у него судьба сложится лучше моей".
   Я проснулась и резко села на кровати, пытаясь понять, где я, от чего вокруг темно, куда делись река и лес, почему вокруг стены...
   Ну и сон! Бррр! Если буду и дальше так реагировать на рассказы Аллы, придётся ехать вслед за Ленкой - но не журналистом, а на лечение! Уф!
  
   Глава 3. День второй. Родство
  
   Утро началось еще засветло. Я открыла глаза, когда сквозь плотные бежевые шторы только начал угадываться свет, делая их на вид какими-то пыльными, и долго смотрела в потолок. Никакой мистики, просто студенческая привычка раннего подъема даёт о себе знать. Я оделась, проверила технику, и, устроившись за столом, стала просматривать вчерашние записи. М-да, когда тороплюсь, да пишу на коленках (на неудобном столике, на ручке дивана - нужное подчеркнуть), то хочется потом попросить словарь для разбора этих каракуль. Долго ругала сама себя, пытаясь понять, что может значить очередная закорючка с хвостиком и петельками с двух сторон.
   От столь захватывающего занятия меня отвлёк вежливый стук в дверь, и Садовник пригласил меня к завтраку. Приятно, что меня еще и накормят, хотя я уже и перекусила тем, что осталось съестного после поезда. Мы прошли на первый этаж, в дверь слева от главного входа, напротив входа в галерею портретов. Столовая оказалась светлым просторным помещением, внутри я заметила двойные двери, которые, как выяснилось, ведут на кухню, и оттуда неимоверно вкусно пахнет пирожками. Длинный стол в центре зала накрыт кремового цвета скатертью в пол и выглядит непропорционально узким. По центру стола в синей вазе стоит пышный букет из цветов, чьё название я не помню, но всегда узнаю по виду. Сейчас раз их время.
   Алла уже завтракала, когда я спустилась. Меня усадили сбоку от неё, а не на противоположном конце, как я ожидала, но всё равно из-за габаритов стола мы оказались не близко. Обе посмеялись, поговорили о погоде, цветах, начинках для пирожков... Про легенду не было сказано ни слова. Что-то колючее поднималось внутри каждый раз, когда я готова была уже задать вопрос. Кстати, я в первый раз заметила прислугу. Хмурого вида паренёк лет пятнадцати заправлял всем в столовой. Как мне сказала Алла, это Серёжа, сын Садовника. Старший сын где-то оканчивает институт, дочь ходит в младшую школу. А Серёжа, средний из детей, добровольно вызвался помогать в доме, зарабатывает себе на мопед. Или мотоцикл, если отец позволит.
   После трапезы Алла извинилась, что оставляет меня одну, и объяснила, что ей надо заняться счетами. Ну что ж, я и сама собиралась уже идти, искать Садовника, всё-таки мне экскурсию по поместью обещали и родовые бумаги в библиотеке показать! Вот только дожую во-о-он тот пирожок с клубничной начинкой, в общаге такой вкуснятины не будет... Алла улыбнулась, и, вставая, просто сказала:
   - Кира, приятного вам аппетита. Обедать, к сожалению, с вами я не смогу, но вечером очень надеюсь на вашу компанию. Удобно будет, если мы вечером продолжим там же, в гостиной?
   Я кивнула, смущаясь тем, что уже успела укусить пирог, и теперь не знала, то ли жевать (но неудобно как-то шевелить челюстями, когда с тобой говорят!), то ли... не придумала я что!
   - Так и поступим. Я поговорю с Серёжей, он покажет наш архив, как мы вчера договаривались, и составит компанию, пока вы будете делать фотографии поместья. Хорошего вам дня!
   Вот странно, мы с Аллой несколько раз незаметно переходили на "ты", но потом, словно опомнившись, опять начинали вести себя отстраненно-вежливо. Видимо, ей так комфортнее общаться, Алла теряется, когда разговор теряет официальный тон. Ну а мне не сложно ей подыграть.
   Я оценила выбор спутника для меня: самому Садовнику не по чину и не по возрасту лазить со мной по кустам, да и кто, кроме подростка, знает все закоулки? Мы весь день бродили по саду и дому, поднимались и спускались по лестницам, я даже уговорила его отца пустить нас на чердак и заглянула на крышу. Устали неимоверно. Зато я истратила почти все кадры на фотоаппарате, и была точно уверена, что десяток из них довольно удачны. А вот в бумагах, которые мне показали, не оказалось ничего интересного - то были восстановленные современные копии, оригиналы, как меня уверили, сгорели в пожаре. Ну что ж, будем работать с тем, что есть! Я старательно скопировала и сфотографировала всё, что казалось хоть мало-мальски полезным или интересным. Ведь хозяйка разрешила!
   За окном уже стемнело когда я, немного пыльная, зашла в гостиную (всё-таки зря я полезла под старую лестницу на чердаке, ничего интересного, только испачкалась! Садовник одарил меня укоризненным взглядом, а Сергей весь остаток дня хихикал). Алла, как и вчера, полусидела-полулежала на диване, читая какую-то книгу. Недолго думая, я вывалила на неё все эмоции, скопившиеся за день. Она только смеялась и качала головой, когда я изливала восторги по поводу старинных деталей дома, чудом как уцелевших после пожаров и перестроек, а потом бурчала, что мой провожатый не разрешил мне даже ступить на крышу, я только выглянула из двери с фотоаппаратом. Подумаешь, крыша покатая да скользкая, журналистика требует если не жертв, то подвигов! Последнее я несколько приукрасила - мне просто нравится слушать смех хозяйки и видеть её искреннюю улыбку. Не похоже, что она часто это себе позволяет.
   Отсмеявшись, Алла посмотрела куда-то вверх, над моей головой, и улыбнулась, очень тепло. Такие улыбки дарят только самым близким. Я из любопытства обернулась и почти не удивилась, увидев вчерашнего пса на балкончике возле приоткрытой двери. Сегодня он уже не казался оборотнем или чем-то сверхъестественным - обычный крупный серый пёс. Вон даже за ухом почесал, как и положено собаке. А потом он качнул мордой (ха-ха, словно приветствие мне или пожелание хорошего вечера нам обеим!) и скрылся за дверью. Мы с хозяйкой еще немного поговорили, постепенно успокаиваясь и переходя на деловой тон общения.
   Алла первая подняла вопрос о легенде. Она устроилась на диване на фоне огня, и я опять не видела её лица.
   - Кира, если не ошибаюсь, вчера мы закончили на том, что Руфус и его юный друг, первый Садовник, вернулись в поместье. От себя добавлю, что ментальная связь оборотней и Садовников сохранилась при смене поколений. Кто-нибудь из сыновей Садовников ощущал привязанность к новому члену рода, и оставался верно служить ему, как того велело сердце и духовная связь молодых людей. Остальные дети садовников, как правило, уезжали "в большой мир".
   Я писала, смущаясь своего пыльного вида, и сожалея, что не додумалась сменить одежду к встрече. Алла, как и вчера, была одета просто-изысканно и разумно удобно. Но вчерашней живости рассказа не было. Она говорила, тяжело роняя слова, и мне было легко за ней писать, но ощущения говорили, что что-то идёт не так.
   - Вернёмся к Руфусу. Со временем сад привели в порядок, а позже наняли женщину, которая убирала и готовила в доме. Её старшая дочь стала женой Садовника. В те редкие дни, когда Руфус принимал облик человека, он уходил в деревню, или в гости к ближайшим соседям. Однажды, кажется, даже сам устраивал приём. Но не в этом суть. У Руфуса появился сын. Его мать отказалась жить в поместье или отдавать ребёнка. Она не знала, кем на самом деле был отец малыша, да и видела его в человеческом облике всего раз в жизни. Руф не хотел раскрывать свою тайну, но чувствовал зов крови и понимал, что ребёнок рано или поздно начнёт обращаться. В итоге малыша просто выкрали. Для его воспитания наняли нянек, преподавателей, гувернера - всё в лучших традициях тех времён. Но что-то пошло не так. Вы поймёте, что я имею ввиду, если я скажу, что вскоре после первого обращения парень просто загрыз своего отца.
   Я поёжилась. История этой семьи полны жутких моментов. И сегодня гостиная уже не казалась уютной. Обстановка давила, полумрак нагнетал мрачное настроение. Шторы были распахнуты, и за окнами угадывались силуэты деревьев, шатающихся на ветру - погода ухудшилась к вечеру. Камин трещал, награждая все предметы в комнате нервными тенями.
   - Мальчик получил кличку Зенбар. Юный оборотень не слушал никого - ни старого Садовника, ни его сына, который остался служить ему. Зенбар принялся бесчинствовать по округе. Пропадали жители ближайших деревень; те, кто видел, что произошло, рассказывали про огромного зверя, который напал из переулка. Люди вновь стали сторониться поместья, с ненавистью кидали внутрь палки и камни, проходя мимо. Их чувства были взаимны, и, впадая в неконтролируемое бешенство, Зенбар мчался в деревни - мстить. Тогда-то новый Садовник и поставил в поместье забор: в приступах бешенства оборотень бросался на прутья, калечился, но оставался за стенами, не понимая, что можно просто открыть дверь. В дни же, когда рассудок к нему возвращался, он становился спокойным и сдержанным, хотя продолжал ненавидеть своё бремя. Однажды он попросил Садовника принять на работу одинокую беременную женщину из деревни. В ребёнке текла кровь нашего рода... Интересно, что с появлением этой женщины Зенбар стал намного уравновешеннее и старался всё время быть возле неё. Когда малышу не было и года, оборотень почувствовал день обращения и решил рассказать женщине, чьего сына она выносила и кого родила. По-видимому, объяснение прошло не очень успешно. Вечером здание охватил огонь. Молодой Садовник кинулся спасать жильцов. Ребёнка он вынес, а когда вернулся за хозяином, нашёл его сидящим на полу посреди большой комнаты, с любимой женщиной на руках. Она была мертва... Зенбар поднял глаза на крик Садовника, и тот услышал его мысли: "Она пыталась меня убить. Сказала, что монстрам на земле не место. Так тому и быть! Я ухожу вместе с ней. Я не хотел её убивать, я лишь защищал малыша. Умоляю, пусть он знает, что здесь было. И пусть вырастет не таким, как я!". Зенбар сгинул в огне.
   После пожара здание отстроили в том виде, в котором оно находится по сей день. У Садовника был сын, ровесник юного оборотня. Дети воспитывались вместе с пелёнок и были не разлей вода. С раннего возраста им рассказывали всё, что было известно про Оборотней. Мальчики научились понимать друг друга еще до обращения, и мой юный предок попросил звать его Рино. Рино Первый был, пожалуй, самым смирным и добрым из всей моей родни. Его сын принял своё проклятие намного труднее, сбежал из дома, как и многие до него, и вернулся только после вести о смерти Рино. Он раскаялся в своём бегстве, взял имя отца и принялся активно налаживать контакты среди людей, пытался развеять миф об оборотнях. Ему это не удалось, как видите.
   Моему деду, Рино Третьему, повезло. Он застал отца живым, и воспитывался им и его Садовником. Послушав рассказы о предках, Рино больше всего стал бояться озвереть, потерять над собой контроль, как Зенбар. Однажды найдя у себя, как ему показалось, признаки озверения, оборотень ушёл в лес. Он собирался жить вдали от людей, как волк или бродячий пёс, чтобы не причинить никому вреда. Считайте, что это такая традиция у нас в роду - сбегать из дома и потом возвращаться с наследником на руках. Пожалуй, в этом даже есть смысл.
   Сейчас Алла говорила с усмешкой. Против огня я видела только её силуэт, движения рукой, когда она жестикулировала, и изредка холодный блеск глаз. Казалось, она утратила всю вчерашнюю теплоту и дружелюбие, и говорила как-то горько, с гордой непокорностью в голосе и жестах. Временами мне становилось страшно. Я уже перестала вести записи, не в силах совладать с собой. Диктофон сделает эту работу за меня. Я слушала, замирая при каждом её движении, при каждой новой интонации. Казалось, на отдельных моментах рассказа я забываю дышать. На меня наложили чары? Колдовство? Или я стала излишне впечатлительной?
   - Путешествия Рино Третьего закончились довольно быстро. В капкане посреди леса, возле одной из принадлежавших нам когда-то деревушек. Из западни его достала женщина... Она же его и выходила. И пришла вместе с ним в этот дом. Она была, пожалуй, второй женщиной, которая услышал эту историю. Ей дали время на раздумья, и спустя какое-то время она осознанно стала женой Рино. Первый законный брак с начала нашего рода.
   Алла хмыкнула и насмешливо повела плечом.
   - И на сегодняшний день это единственный официальный брак оборотня. Была пышная свадьба в день, когда Рино Третий обернулся человеком. И после их иногда видели, идущих под руку по саду. Видимо, судьба к нему благоволит, и он часто бывал человеком... Человеческое имя его сына и моего отца - Максим. Он умер совсем молодым и мне не довелось с ним пообщаться. Его мать не смогла пережить этой трагедии и ушла следом, оставив деда вдовцом... Кира, вы не против, если мы закончим на этом? Я сильно устала за день и сейчас хочу побыть одна. Я понимаю, что осталось совсем немного, и оставлять на завтра такие крохи - неуважение по отношению к вам, это же лишний день задержки, а у вас институт...
   Я уже складывала технику и бумаги.
   - Ничего, Алла, всё в порядке. До завтра, хороших вам снов.
   Казалось, из не прикрытых шторами окон, за которыми зло буйствует ветер, тянет холодом. На самом деле в доме всегда было тепло, Садовник заботится об этом. Но иллюзия оставалась. Сегодня вечером всё было так странно... Алла много говорила, но я запомнила лишь крохи. И надеюсь, что мой ответ и мои вопросы не показались хозяйке резкими.
   Я поднялась в комнату и только тут, сбросив вещи на стол, сообразила. Какая же я дура! Алле пришлось рассказывать про неприятные для неё вещи. По сути, я сую нос в дела её семьи. Кстати, она всё время говорит "род" и никогда "семья", когда рассказывает про оборотней. А сегодня речь шла про свадьбу, которой, судя по всему, у неё самой не было и не будет. Про отца, которого она никогда не видела. Наверное, это его портрет висит предпоследним в галерее. И ей пришлось говорить про Зенбара, который опозорил весь их род, и последствия его поступков они до сих пор разгребают... Стоп! А было ли это всё на самом деле? Определённо, нет. Не могло быть. Я облегчённо выдохнула и пошла умываться.
   Я иду по галерее портретов. Лица Садовников скрыты тенью, но я чувствую их взгляд на себе. А оборотни... Они следят за мной, поворачивают головы, и мне чудятся ухмылки и издёвки в каждом обращенном на меня взоре. Бегу, и не могу убежать. Тишина, которая прижимает к полу. Вдруг гулкий звук моих шагов отзывается эхом от близких стен и невероятно высокого потолка, который едва видно. Почему они молчат?! Только смотрят. Только провожают взглядом. Сколько их?! Бегу. Падаю. Встаю и снова устремляюсь вперёд. Коридор внезапно кончается, пол подо мной проваливается, я куда-то лечу...
   Я резко села на кровати. Сон. Снова сон. Надеюсь, завтра (или уже сегодня?) мы закончим и я наконец смогу уехать. Меня не радует перспектива увидеть очередной кошмар.
  
   Глава 4. День третий. Алла
  
   Утро прошло практически так же, как и вчерашнее. Я успела набросать заметки для отчета на кафедру, потом за мной пришёл Серёжа и проводил в столовую. За завтраком Алла была какой-то отстраненной. Мы с ней успели обсудить погоду и несколько столь же отвлеченных тем прежде, чем Садовник подошёл к хозяйке и что-то ей прошептал. Алла тут же встала и, как и вчера извинившись, ушла.
   У меня не было оговоренных планов на сегодня. Поместье я всё уже осмотрела, про легенду я могла говорила только с Аллой. Ладно, меня не звали, сама свалилась им как снег на голову, вот и не обязаны они меня развлекать. Пройдусь сегодня по городу, а то за ворота не выходила со времени приезда!
   Я переоделась, закинула рюкзак за спину (мне так привычнее, чем с сумкой) и, спускаясь по главной лестнице в холл, пыталась решить загадку. В комнате у меня явно убирали, но кто? Опять дети садовника подрабатывают? Или его жена? А может, всё-таки есть здесь наёмный персонал? Пока мучилась вопросами, вышла в сад. Ледяной ветер запутался в концах шарфа и волосах, едва я ступила за дверь. Даже с опавшими листьями, кусты и деревья здесь составляют продуманную композицию, но их вид навевает тоску. На заднем дворе много хвойных растений, они весело пушат иголки и ждут первый снег. А здесь - одни скелеты в память по ушедшему лету. Я подняла глаза от серого камня дорожки под ногами и уткнулась взглядом в черный колючий забор вокруг. Что и от чего он скрывает? Обитателей этого странного места от остального мира или мир от них?
   У калитки стоял Садовник и напряженно смотрел в переулок на той стороне дороги. Я не успела подойти и поздороваться, как между домов показался знакомый серый пёс и спешно потрусил в нашу сторону. Он оглянулся, и, поджав хвост, ускорился. Следом за ним с улюлюканьем и свистом из закоулка выскочила ватага парней лет двенадцати, они размахивали палками и грозили камнями. Я с возмущением дёрнулась вперёд, остановить мелких разбойников, но они сами замерли, увидев Садовника. Он открыл калитку и стоял уже за забором, встречая пса. Рино? Ну и пусть будет Рино. Я, может, когда-нибудь тоже так свою собаку назову.
   - Что вы себе позволяете! - рявкнул Садовник опешившим мальчишкам. После короткого шушуканья, самый наглый из них выдвинулся из толпы:
   - А вы чего тут делаете? Купили этот дом, что ли? Псина ваша?
   - Этот дом никогда не продавался, он всегда принадлежал истинным наследникам рода. Я здесь садовник и отвечаю за сад и всё остальное, что находится по ту сторону забора. Увижу, что кто-то здесь хулиганит - уши оборву, всем понятно?!
   - А чего тут никто не живёт? - не сдавались хулиганы. Ну-ну, выходит, хозяйка так тихо себя ведёт, что про неё никто и не знает?
   - Хозяин скоро вернётся. Заходи, Рино, - сказал мужчина псу, и тот благодарно завилял хвостом, проходя в калитку.
   - Это пёс хозяина. Прошу впредь не обижать, - строго сказал мужчина напоследок и зашёл внутрь.
   Щёлкнул замок калитки. Переговариваясь, подростки уходили прочь. Я с любопытством следила за Садовником, ожидая, чем закончится это происшествие, и потому не спешила подходить ближе.
   - Ну, что ты скажешь? - спросил Садовник в воздух, как только смолкли голоса и шаги за калиткой. Пёс стоял возле него.
   - Аррр, - раздраженно прорычал зверь.
   - Ну, ну, это всего лишь дети! - примиряющим тоном сказал Садовник.
   - Урррр, - проворчал пёс.
   - Вот вспомни, мы и сами такими были! - засмеялся мужчина.
   - Раррр, - рыкнул Рино и обиженно затрусил в дом.
   Садовник проводил его встревоженным взглядом и только тут увидел меня. Я уже бодро топала ему навстречу, делая вид, что не видела всей этой занимательной сценки.
   - Доброе утро, Кира.
   - Доброе утро! Скажите, я могу выйти прогуляться в город?
   - Да, конечно, - слегка удивлённо ответил Садовник. - Как вернётесь, позвоните в дверь, вот кнопка, видите? Я вам открою. Только не советую задерживаться допоздна.
   - Ну что вы, я всего на пару часов, а вечером у нас опять встреча с Аллой. Хорошего дня вам! - сказала я, уже выходя за калитку. Эх, надо всё-таки узнать, как зовут этого Садовника, а то неудобно как-то!
   Я зашла в переулок, из которого выскакивали мальчишки, и потопала в сторону центра города. Я всё еще надеялась поговорить с кем-то из местных и услышать народную версию легенды. А не получится, то просто погуляю и город посмотрю. И сувениры надо купить подружкам. Интересно, какие сувениры Ленка может привезти из дурдома?
   С легендой получилось то же, что и в первый день: люди от меня просто шарахались при малейшем намёке на оборотней, легенду или хозяев поместья. Упорно молчали и взрослые, и дети, и старики, и подростки. "Злые, злые это люди" - пробурчала одна пожилая леди. "Ну что ты, мам, это всё предрассудки!" - не согласилась её спутница и повела старушку прочь. Лохматый мальчишка в ответ на мои вопросы показал язык и убежал. И как на кафедре узнали про легенду-то?! Шпионов заслали? Или там работает кто-то из местных?
   А вот на любые другие вопросы жители отвечали очень охотно. Итогом прогулки стало то, что мне посоветовали, где лучше купить конфет ("свеженькие, прямо тут, на заводе, и делают!"), и указали на два симпатичных памятника в кустах. Я их сфотографировала и на этом повернула обратно в поместье.
   Дорогу назад нашла не сразу - свернула не в том переулке, и пришлось долго идти вдоль забора. Он стал вызывать во мне странные чувства. Не восхищение, а скорее... опаску? Как будто, если зайду внутрь, то так и останусь запертой навечно. Скорей бы уже закончить с этой практикой!
   Садовник открыл калитку через несколько минут после звонка. Я сразу прошла наверх, переодеться и принять душ. Потом готовила материалы для отчета в институт. Под пронизывающим ледяным ветром я очень замёрзла, и уже жалела, что сунулась в город. Настроение мне это не улучшило, и я хмурилась всё больше, сидя над бумагами, пока не подняла глаза на окно. Уже стемнело. Который час? Ой, Алла меня уже ждёт!
   Я бегом понеслась на первый этаж, удивляясь, что за мной никто не зашёл. Правы те мальчишки - дом выглядит нежилым. Нет обычной суеты, не видно людей. Я кроме Садовника, Серёжи и самой хозяйки никого не встречала. Разве это нормально для таких мест? Огромный сад, большой дом, несколько дополнительных зданий - трём людям не справиться. Если судить по состоянию поместья (везде чистота и ухоженность), то здесь работает большая команда. И я до сих пор никого из них не встретила!
   Я миновала галерею портретов, не останавливаясь. На миг замерла перед дверью в гостиную, переводя дыхание, и уже спокойно вошла внутрь. Как и всегда, здесь был приглушен свет. Трещали поленья в камине, слегка дрожали тени. Алла, сегодня в брюках и длинной тунике, стояла у дальней стены у окна.
   Луна с усмешкой улыбалась сквозь стекло. Она повисла половинкой серебряной монеты, почему-то вызывая в памяти образ загадочного Чеширского Кота. Хозяйка раздвинула шторы и, обняв себя руками, любовалась этим чудом. Интересно, о чём она думает? Я не решилась спросить. Просто подошла к Алле и встала рядом, вглядываясь в темноту за окном.
   -Кира, ваше появление выбило меня из колеи. Я привыкла жить затворницей, не мыслила о большом мире, а тут вы... Я ведь поступила в институт. И даже проучилась какое-то время. Но не смогла там остаться... Извините за вчерашнее. Я не хотела вас обидеть своим тоном. Перед нашей встречей вчера у меня состоялся неприятный разговор, поэтому я не могла сосредоточиться на нашем деле.
   Алла продолжала разглядывать смутно различимую сеть кратеров на далёком спутнике и даже не взглянула на меня. Не знаю, что на это можно ответить. Видимо, не хватает журналистского опыта. Хотя молчать и ждать, когда на тебя вывалят всю необходимую информацию в порыве откровения - тоже тактика, но и там надо незаметно регулировать, направлять в нужную сторону... Я просто промолчала, без всяких задних мыслей.
   - Знаете, решение задержать вас еще на один день принадлежит не мне. Это идея деда. Но я убеждаюсь, что он прав. Знаете... Мне очень нужна подруга. Которая сможет быть моей связью с миром за пределами этой клетки. Я там ничего и не знаю толком. Практически всю свою сознательную жизнь я провела, можно сказать, взаперти за колючим забором... Позвольте, я расскажу обо всём по порядку, надеюсь, вы сможете понять или даже простить меня.
   Слишком много извинений. Алла расстроена... Мне не трудно выслушать её, за этим я и приехала, и до сих пор здесь по той же причине. Если ей надо выплакаться и выговориться - что ж, пускай. Моё задание на этом закончится.
   Дверь под лестницей с шорохом распахнулась, и появился Садовник с псом. Мужчина - невиданное зрелище! - был в приподнятом настроении и улыбался.
   - Аллочка, вам нельзя волноваться, - произнёс он, ставя на столик поднос с чаем и пирожками. Видимо, хозяйка или же сам Садовник обратили внимание, что я не равнодушна к выпечке их повара. - Представляете, Кира, а ведь Алла была очень непоседливым ребёнком. Это сейчас она научилась быть сдержанной, стала вести себя степенно и гордо. На самом деле в ней такие страсти бушуют!
   Алла на это смущенно покраснела и с укором взглянула на мужчину. Однако, похоже, она хоть ненадолго отвлеклась от тяжелых мыслей. Вот и замечательно!
   Подойдя к столу, я отметила, что кружки сегодня три. Садовник остаётся на разговор?
   - Ну что ж, сочту это за комплимент, дядя, - сказала Алла.
   В этот момент я поняла, что меня пустили в узкий домашний круг. Пес лёг на ковре у диванов, хозяйка заняла своё привычное место, а Садовник пододвинул кресло и, устроившись сбоку от стола, между нами, принялся разливать чай и воодушевлённо что-то рассказывать. Это словно был другой человек, живой, энергичный, весёлый. Алла оттаяла, смеялась его шуткам, подмигивала мне и предлагала сладости к чаю. Я незаметно для себя забыла и про хмурую погоду, и про своё желание поскорее уехать отсюда. Уютная атмосфера семейного чаепития расслабляла, но не вгоняла в сон, а, наоборот, придавала энергию.
   Уже привычного монолога о далёких предках и их проклятье не случилось. Мы сидели, перескакивали с темы на тему, спорили, обсуждали, жестикулировали, потом вместе с Аллой зачем-то стали бросать в Садовника салфетками, на что он обиделся и сказал, что уже за полночь, и юным леди давно пора спать. И разогнал нас по комнатам. Итогом вечера стало то, что я окончательно поняла: Алла уже стала для меня близкой подругой. Во всяком случае, мы с ней чем-то похожи, и мне совсем не хочется, уехав отсюда, навсегда её забыть. Я наверняка приеду ещё к ней в гости, и не раз.
   В своей комнате наверху, собираясь спать, я вспоминала детали вечера. По ходу беседы я узнала историю самой хозяйки. Она до шести лет жила в крохотном городке далеко отсюда, воспитывалась бабушкой. Про отца совсем ничего не знала. Мать Аллы была совсем молодой, решила продолжать учебу и там познакомилась с парнем. Но чужой ребёнок мужчине был не нужен, и малышку оставили с бабушкой, навещая лишь по большим праздникам, да и то, если не было других дел и планов. Алла так и жила вдвоём с бабушкой, на крохотную пенсию, пока однажды у их подъезда не остановилась солидная машина. Из неё вышел "интересный" (по мнению соседей) и хорошо одетый мужчина с лохматым беспородным псом. Маленькая Алла в это время играла во дворе и почему-то сразу решила, что это за ней. Она подбежала к незнакомцам, пристально посмотрела на мужчину, улыбнулась ему, а потом повернулась к собаке и сказала: "здравствуй, деда".
   Садовник смеялся, вспоминая, в какой шок его и его спутника повергло такое заявление! Они надолго лишились дара речи. Алла только качала головой и иногда спорила о каких-нибудь событиях. Она вспомнила, как обняла собаку за шею, взяла всё еще молчавшего Садовника за руку и повела к себе домой. И, едва переступив порог, радостно заявила бабушке: "Это за мной". Та только охнула и всплеснула руками. Потом Садовник долго доказывал женщине, что он - дядя девочки, брат её отца, который погиб в автокатастрофе. Что по завещанию всё имущество должно перейти к ребёнку, обучение и воспитание будут полностью оплачены, и много еще аргументов пошло в ход. Потом мы почему-то стали говорить про преимущества и недостатки самообразования, про современных авторов научно-популярной литературы, зачем-то вспомнили анекдоты про книжных эльфов...
   Мои мысли прервал стук в дверь. Открыв, я увидела перед собой Садовника, который протягивал мой диктофон.
   - Кира, извините, что беспокою. Я нашёл это в большой гостиной, кажется, он ваш?
   - Да, спасибо огромное!
   - Больше не забывайте. Спокойной ночи.
   - Постараюсь. Спасибо, и вам.
   Садовник ушёл. Я подошла к столу у окна, на котором были в творческом беспорядке разложены бумаги. Странно, я ведь помню, что не брала диктофон сегодня, так как не надеялась на серьёзный разговор. Или брала, но просто не включала? Как бы то ни было, надо быть внимательней. Я наугад отмотала плёнку, нажала кнопку проигрывания, и из аппарата послышался чуть искаженный голос Аллы.
   - Я сама решила уехать, еще тогда, в шесть лет. Упёрлась и не хотела отпускать от себя Рино и дядю. Взрослые договорились, что на каникулах, - я тогда как раз пошла в первый класс, - я буду гостить на родине отца, а в учебное время жить по-прежнему с бабушкой. И когда исполнится восемнадцать, уже сама буду решать, где и с кем мне жить. Но случилось так, что бабушка не дожила до моего совершеннолетия - сердечный приступ. Она давно уже жаловалась на сердце...Я окончила школу уже здесь, в городе, будучи полноценной хозяйкой этого самого поместья. Дядя постепенно вводил меня в курс дела, помогая постигать тонкости управления - ведь рано или поздно мне придётся принимать все решения самостоятельно. Я долго колебалась, продолжать ли образование, или не тратить время понапрасну, раз всё равно работать по специальности мне не придётся. В итоге пришла к выводу, что даже для управления поместьем, и, как потом выяснилось, еще и принадлежащими моей семье заводами, необходимы знания, которых мне так не хватает. Я поступила на экономический факультет института N. Потом пришлось брать академический отпуск - нужно было моё вмешательство и постоянное присутствие в поместье. Совет директоров решил продать один из заводов, объясняя это низкой рентабельностью производства. А мне было жаль людей, которые могут в одночасье лишиться работы. Все эти игры управленцев тебе, Кира, наверное, покажутся скучными или странными. Но мы с дядей отстояли завод, я восстановилась в институте, а еще два года спустя снова пришлось брать академ - причину вы видите сами...
   Из ступора меня вывел стук в дверь. И что еще я могла забыть в гостиной, кроме диктофона, который не брала с собой, но который записал всё, до последнего звука?
  
   Глава 5. Прошлое, настоящее, будущее
  
   Я отключила аппарат и озадаченно смотрела на него. Это прозвучало сегодня вечером, где-то в середине наших посиделок. Стук в дверь повторился. Я открыла... и увидела Аллу, слегка встрёпанную, смущенную от того, что пришла ко мне так поздно - это же не скромно!
   Я с улыбкой впустила подругу в комнату. Мы сели рядышком на кровати, немного почирикали в продолжение сегодняшнего вечера. Я рассказала ей про странности техники - по мнению Аллы, это шуточки её дяди.
   - Кира, я ведь так и не рассказала, чем заканчивается история Оборотней. Ты меня прости, нелегко это - рассказывать про саму себя. Но ведь ты за этим ехала в такую даль...
   - Ал, ну о чем ты! Это твои тайны, я не хочу их из тебя тянуть или принуждать к чему-то. Жизнь - личное дело каждого. Поэтому, давай поставим точку во всяких сказках об оборотнях и просто будем подругами.
   - Вот именно - подругами! Поэтому я и хочу, чтобы ты знала...
   История, оказалось, совсем не закончилась. Наоборот, для Аллы она только началась, когда девушка сюда переехала после смерти бабушки. Её устроили в ближайшую школу, провожали до дверей и ежедневно встречали с занятий. Днём давались уроки по этикету, музыке, экономике, составлению бюджета... У девочки не осталось ни одной свободной минуты. Занятия увлекали её, и она не сильно переживала по этому поводу. И уже потом, много лет спустя, поняла, что делалось всё, чтобы удержать её за железной решеткой. Дядя объяснил, что они с дедом боялись спонтанных превращений и потому никуда не отпускали её одну (я только хмыкала на подобные заявления, ну не верится мне во все эти сказки, никак не верится!).После окончания школы Алла еще год находилась на домашнем обучении, под присмотром Садовника и его родни.
   Совсем другая жизнь пошла, когда девушка поступила в институт. Ей вот-вот должно было исполниться девятнадцать, студенческая жизнь захлёстывала с головой, ярким водоворотом красок кружась вокруг, маня и зовя за собой. Вот только у Аллы начались кошмары. В которых она неслась куда-то со всех лап, пугаясь собственных когтей и недоверчиво фыркая, глядя на путанную серую шерсть. Во сне она была волком. Или, возможно, странной беспородной серой собакой.
   Сколько это продолжалось - сказать сложно. Алла вдруг стала просыпаться совсем не в тех местах, где вечером засыпала. Но молчала, пока это происходило в пределах комнаты или здания общаги. Слишком уж велико было желание продолжить учебу, остаться на этом студенческом празднике жизни. Но теперь из-за постоянного волнения он проходил мимо неё. И Алла знала, что дядя, узнав о снах, заберёт её в поместье - с целью контролировать возможное превращение и оберегать, её и от неё. Да, так будет правильно, но вновь оказаться взаперти девушке не хотелось.
   Когда же однажды Алла обнаружила себя утром где-то далеко на окраине города, в совершенно неизвестном месте, рассказать всё-таки пришлось. Садовник сам приехал за Аллой, никому другому он не мог это поручить. Как и ожидалось, её в тот же вечер забрали из института. Предлогом послужили распри с Советом директоров одного из заводов. В деканате посчитали это веским аргументом (или просто дядя на них повлиял?), и без лишних вопросов оформили академический отпуск. Что интересно, чем ближе к поместью, тем легче становилось Алле, отпускал страх, и она обнаружила, что снова может нормально дышать, не беспокоясь, что на следующем выдохе услышит собственный рык. Она даже задремала в пути. Ведь рядом был Садовник, который всегда умело справляется с обязанностями хранителя их проклятого рода. Стало как-то спокойно и уютно на душе.
   В поместье сны приходили всё реже, и лишь однажды девушка обнаружила себя не в кровати, а где-то в саду. Да один раз проснулась в большой гостиной, но сказать, изначально она там засыпала или всё-таки поднялась вечером в комнату, так и не смогла.
   В итоге кошмары отпустили. Алла увлеклась делами доставшихся ей в наследство фирм. Трения с Советом директоров действительно были, и дядя позволил ей самой во всём разбираться. Она отстояла свою точку зрения в том споре и до сих пор этим гордится. Год спустя, после невероятных уговоров, ей снова разрешили пойти в институт. Её перевели в ближайший филиал, так, чтобы выходные девушка могла проводить дома; оформили перевод без потери года обучения. В учебные дни всё-таки приходилось жить в общаге, и девушка была несказанно рада вырваться из-за коварной паутины колючего забора.
   Радость была недолгой. Чем больше времени Алла проводила вдалеке от поместья, тем сильнее чувствовались старые признаки. Смена настроения без повода, вспышки гнева или, напротив, апатия... После посещения родового гнезда симптомы ненадолго отступали, чтобы к концу недели вернуться снова. Вернулись и сны. Редкие, они, казалось, набирали силу со временем, и девушка снова просыпалась в неожиданных местах. Она мечтала окончить институт, как положено, и училась контролировать себя и свои видения. Казалось, ей это удалось, пока в конце следующего учебного года Алла не пропала из института и города вообще. Просто однажды утром она не явилась на занятия, и подруги не обнаружили её в комнате, хотя все вещи были на месте. Дяде сообщили об этом спустя несколько дней, когда она так и не появилась. В поместье она тоже не вернулась. Спустя еще три дня появились слухи, что девушку видели где-то в районе леса за городом, а через неделю она окончательно нашлась, сама.
   - Я не знаю, где была всё это время, и как оказалась вне стен института. Просто открыла глаза и осознала, что бреду вдоль дороги, в джинсах и свитере, которых у меня никогда не было. Я махала рукой, пока не остановилась одна из проезжавших машин, и попросила подвезти. От тех дней, когда я пропадала, остались лишь смутные обрывки каких-то воспоминаний, неясные тени... Я много раз пыталась вспомнить хоть что-то, но мне это так и не удалось. Дядю такие объяснения не устроили, и больше за ворота меня не выпускали. Родовое гнездо стало личной клеткой, - с неожиданной ненавистью прошептала Алла,- а спустя некоторое время после своего исчезновения я поняла, что беременна.
   Мы некоторое время помолчали. Я - переваривая услышанное и бросая сочувствующие взгляды на подругу, она - глядя прямо перед собой и о чем-то думая.
   -Похоже, это тоже часть проклятья. Мы превращаемся, чтобы уйти как можно дальше от дома, и всегда возвращаемся с потомством. Проклятье не отпускает от этих стен, но и не даёт прерваться роду, - девушка вздохнула. - Только одному моему предку удалось создать семью... Видимо, мне не удастся стать похожим исключением.
   "Мы превращаемся"...
   Так странно слышать всё это от такой разумной и собранной Аллы. И никак не укладывалось в голове. А еще она никогда раньше не причисляла себя к оборотням. Она говорила "Род", "Оборотни", но никогда - "семья", "мы". Я обняла девушку за плечи. Возможно, мне получится стать частью твоей семьи, Алла. Частью твоей странной и одинокой жизни, твоей подругой.
   А еще у меня было стойкое ощущение, что она что-то недоговаривает, пряча это от окружающих и даже от самой себя. Что же такое сокровенное есть в твоей душе, бедняжка, в чём ты боишься признаться даже самой себе?
   - Скажи, Ал, а ты сразу поверила в сказки про "страшных предков" и "неконтролируемых оборотней"?
   - Не могу сказать точно. Я почему-то воспринимала все рассказы дяди как что-то само собой разумеющееся, строила рожи портретам предков, проходя по галерее, изредка дергала Рино за хвост, ради шутки и из вредности. Но, знаешь, мне было очень страшно первый раз во сне увидеть свои лапы и шкуру. Я испугалась, что обернулась на самом деле, и меня ждёт судьба кого-то из предшественников. Как всегда в таких случаях, память подкидывала не самые радужные варианты. Знаешь, о чём я тогда думала?
   - И о чём?
   - Где возьму подходящую пилочку для когтей, и что неудобно будет спать в бигуди. Придётся же цеплять их даже на лапы!
   Мы рассмеялись, и, думаю, долго бы еще обсуждали варианты причёсок для крупных серых собак, если бы дверь в мою комнату не открылась и к нам не заглянул Рино. На его морде было написано какое-то доброе стариковское осуждение, смешанное с пониманием. Мол, "что с этой молодёжи возьмёшь". Если, конечно, у собак на морде может быть что-то написано. Алла сразу встала.
   - Ой, уже поздно, я пойду. До завтра, и спокойной ночи, Кира!
   - И тебе спокойных снов! - улыбнулась я на прощание.
   Закрывая за подругой дверь, я посмотрела ей вслед. По коридору, рядом с девушкой, в сторону лестницы шел довольно крупный зверь с серой жесткой шерстью, что-то ворча и помахивая хвостом. Не понимаю я это пса.
   ***
   Утром мы с Аллой договорились, что будем писать друг дружке, и я обещала приезжать в гости. Заодно я спросила, нет ли какой-то общеизвестной версии легенды Рода Оборотней? Не могу же я рассказывать в институте преподавателям и студентам столь личные вещи, о которых узнала от Аллы... Оказалось, Садовник уже обеспокоился этим и принёс мне записанную кем-то из городских жителей легенду, которой пугают детишек. Ничего особого в этой истории не было: ведьма заколдовала злого дядю, и теперь он бессмертный, живёт в поместье за колючим забором и утаскивает к себе непослушных детей. Ну, или как-то так. М-да, теперь понятно, почему местная ребятня уже не боится играть близко к ограде, вон даже Рино от них досталось. Бедный пёс.
   До вокзала меня довезли на машине, помогли занести вещи в вагон. Оказалось, что у меня отдельное купе. С учетом того, что я вообще брала плацкарт... На мой недоумённый взгляд Садовник ответил, что Алла просила обо мне позаботиться. И не откажешься ведь уже! Ну ладно, пришлю ей какой-нибудь интересный сувенир из дома, зато доеду с комфортом. Едва поезд тронулся, я села к столику и начала первое письмо к такой милой и светлой Алле. Оно положило начало нашей долгой активной переписке, которая затянулась на годы и переросла в крепкую дружбу.
   Обещание заехать в гости пришлось исполнить даже раньше, чем я планировала. Я вернулась в институт, окунулась в привычную череду учебных и выходных дней, отчетов, докладов, общения, ежедневно со щемящей тоской думая об Алле и сочиняя ей очередное письмо. Пока как-то вечером, примерно полтора или два месяца спустя, меня не позвали вниз на вахту, к телефону.
   - Алло, Кира? Кира, это Алла! Приезжай как только сможешь, нужна твоя помощь!
   Я не сразу узнала голос подруги. На заднем фоне слышались странные звуки, шипение, возня. Потом - короткий лай и протяжный, громкий, неестественный вой. Звонок оборвался. А ведь голос Аллы звучал как-то хрипло...
   Я как пришибленная, на ватных ногах поднялась в комнату. Затворила за собой дверь, прислонилась к ней спиной и медленно сползла на пол. В голове не было ни одной мысли. Ленка, которая ко всему прочему еще и моя соседка по комнате, кинулась ко мне:
   - Кир, ты чего? Тебе плохо?! Что случилось?
   Её голос привёл меня в чувство, и я как ошпаренная заметалась по комнате, собирая вещи. Ленка только качала головой, не понимая, что же происходит, но так и не добилась от меня внятного ответа. А я ругала себя последними словами за бестолковость. Вот куда я, спрашивается, лезу?! Чем я вообще могу помочь? Там взрослые люди, тот же Садовник, такой уравновешенный, строгий, точный, уверенный в себе. И сильный. Если он не справился, что же я могу?! Если только выступить главным блюдом взбесившегося оборотня. Если оборотни, конечно, вообще есть. Ну не верю я во все эти сказки, и Рино для меня - обычный пёс, а Алла - немного растерянная девушка, начитавшаяся романов и всегда витающая в облаках. Но что еще могло так жутко выть в трубке? Ветер в проводах? Вот ни за что не поверю! Блин, у меня и денег-то нет толком, едва на билет туда-обратно наберется. М-да, и тут помочь не смогу. Тем более что у Аллы есть парочка собственных заводов! И о чём это я?
   Мысли плавно переключились с жуткого воя в трубке на саму Аллу. Она же моя подруга! Я не могу не поехать, когда ей нужна! И плевать мне на всякие страшилки! Ничего серьёзного произойти не могло, ведь она безвылазно сидит в поместье, за жутким колючим забором, о ней заботится семья Садовника и он сам, - уговаривала я себя. Он о ней позаботится. А шум в трубке - просто перебои на линии. Что же тогда могло... О Боги, она же беременна, ей волноваться нельзя! Алла, Алла...
   Я немного пришла в себя, только когда обнаружила, что стою у кассы на вокзале и пытаюсь понять, что же спрашивает женщина по ту сторону окошка. Переведя дыхание, я усилием воли собралась в кучку и смогла спокойно купить билет. Надо же, не ожидала, что ТАК буду за неё волноваться. За эту хрупкую девушку с длинными волосами и её кошмарными снами.
  
  
   Глава 6. Память
  
   Как доехала до городка толком не помню. Вроде бы обошлось без особых приключений. Когда я, оставив наспех собранную сумку в камере хранения на вокзале, с неизменным рюкзаком за плечами шла по городу, то даже не знала, что и думать. Столько всяких ужасов успела себе напредставлять за время пути, что уже просто устала от волнения. Лишь бы она была жива и здорова, а всё остальное - ерунда.
   Я приехала в городок рано утром и хотела взять такси у вокзала, но водитель, услышав место назначения, спешно захлопнул передо мной дверцу. Вторая попытка закончилась так же, и я, желая как можно скорее разобраться со всем этим, пошла через город пешком. На вокзале царило непонятное для такого маленького городка оживление, а люди на улицах были, напротив, чересчур притихшие. Как я поняла из обрывочных фраз, тот жуткий вой слышали все в округе. Что же это было?!
   У жителей сомнений не возникало - оборотень вернулся, и теперь непременно пойдёт убивать. Приезжие только ухмылялись в ответ на такие заявления, но тоже чувствовали себя неуютно и, поддавшись общей панике, пытались побыстрей завершить дела и уехать отсюда. А пока люди передвигались по улицам группами, переговаривались в полголоса и старались без надобности не выходить из дома. Одна я топала прямо в гости к жутким оборотням, на встречу с лучшей подругой. Завтрак подан, угу.
   Я ожидала увидеть на месте дома Аллы всё что угодно: пепелище (памятуя о милой традиции поместья гореть при любом удобном случае), разруху, следы борьбы. Но никак не то, что со времени моего отъезда ничего не изменится. И во дворе за забором, как и всегда, не было никого видно. Это меня успокоило и насторожило одновременно. Выйдя из переулка, я заметила какое-то шевеление в тени одного из домов, и на миг там показалась тёмная куртка. Как бы то ни было, её обладатель ушёл, и я моментально о нём забыла. В моей голове была только одна мысль - как там Алла?
   Садовник отворил калитку через минуту после звонка. Я по-прежнему не понимала, что случилось. Мужчина на мои вопросы только горестно вздохнул и успокоил, что ничего страшного не произошло, но сейчас Алла немного не в себе, заперлась в комнате и никого не пускает. Если я смогу её успокоить, они с Рино будут несказанно мне благодарны. Ну, собачья благодарность мне ни к чему, как и признательность Садовника. Но вот то, что творит Алла, это совсем нехорошо. Ладно, попробую разобраться!
   Но сразу увидеть Аллу мне не удалось. Я долго просидела у неё под дверью, но девушка мне так и не открыла. Часа через полтора Садовник уговорил меня пойти отдохнуть с дороги. Меня накормили горячим обедом и поселили в ту же комнату, что и в прошлый раз. Я немного подремала, - в дороге уснуть не смогла, - и ближе к вечеру решила сходить в город, забрать свою сумку из камеры хранения. Еще надо зайти на почту и отправить телеграмму в институт и родителям, чтобы не волновались.
   С телеграммой проблем не возникло. А на вокзале, забрав вещи, я увидела ту самую куртку, что мелькнула в проулке. Её обладателем оказался высокий стройный парень, встрёпанный и чересчур бледный. Толпа пассажиров с только что прибывшего поезда оттеснила меня к противоположной стене, где меня нашел Садовник. Он приехал на машине, чтобы забрать меня с вещами. Ну да, топать еще раз через весь город, да еще по темноте, мне не улыбалось. Оглянувшись, я отметила, что парень тоже куда-то ушел. Видимо, уехал на отходящем составе. Второй раз за день я практически моментально забыла о куртке и её обладателе.
   В поместье всё было без изменений. Алла не выходила, Серёжа, подметавший дорожку к дому, хмуро взглянул на нас и молча продолжил свою работу. Я опять постояла с уговорами под дверью подруги (в этот раз в комнате слышалось какое-то шевеление, но дверь так и не открылась), потом переоделась в уютные джинсы с водолазкой и спустилась в столовую на ужин. Было странно сидеть за длинным столом без Аллы. Серёжа составил мне компанию, но за едой мы оба молчали. Парень остался убрать со стола, отказавшись от помощи, а я собиралась подняться к себе, попутно раздумывая, что делать дальше и как выманить подругу из комнаты. Но делать ничего не пришлось: едва выйдя из столовой в холл, я увидела Аллу стоящей на лестнице. Я решила бы, что её выманил аромат невероятно вкусного ужина, если бы не её поза. Алла замерла на одной из верхних ступенек и с напряжением смотрела на входную дверь. Девушка была так бледна, что едва ли не сливалась со светлой стеной..
   - Алла?
   - Там что-то происходит! - хозяйка дома поспешно спустилась и быстрым шагом вышла на улицу. Я не успела её остановить и бросилась следом.
   Мы почти бежали по дорожкам в сторону забора. Алла была в просторном тёплом тёмно-синем домашнем платье с юбкой в пол. Не знаю, чем ей нравится такая длина, я бы уже сто раз споткнулась, но сама хозяйка без малейших неудобств спешила к воротам и калитке. На улице холодно, зима всё-таки, надеюсь, она не простудится. Хорошо уже то, что она вышла из комнаты.
   У ворот нервно переминался с лапы на лапу Рино и угрожающе скалился в сторону проулков. Садовник стоял рядом с ним, к нам спиной. Он громко что-то говорил, так, что его было прекрасно слышно на другой стороне улицы, но я уловила только конец фразы. И таких интонаций у всегда сдержанного Садовника я никогда не слышала!
   - Вас никто не приглашал, и вас некому тут ждать. Попрошу больше нас не беспокоить.
   Его голосом можно было дробить камень и забивать гвозди. Мурашки пробежали у меня по спине, я невольно вздрогнула и остановилась.
   Мне казалось, что он обращается к абсолютно безлюдным переулкам, ровно до той секунды, как из тени кирпичного дома на другой стороне улицы не донесся молодой сильный голос:
   - Я просто хочу с ней поговорить.
   Возле неровной стены стоял слегка встрёпанный, бледный парень в уже знакомой куртке. Несмотря на внешнюю нерешительность, его голосом можно было морозить лёд. Что ж, достойный соперник Садовнику! Знать бы только, что они не поделили.
   Алла рядом со мной коротко вскрикнула.
   В её лице я увидела нечто такое, что заставило броситься к ней. Но Алла вновь оказалась проворнее и, выйдя из секундного оцепенения, поспешила к Садовнику.
   - Что здесь происходит? Дядя? Рино? - она вопросительно и холодно смотрела на своих вечных тюремщиков, стоя в нескольких шагах от кованой колючей ограды.
   - Молодой человек жаждет с тобой пообщаться, но я не помню, чтобы ты говорила о подобных знакомых. Учитывая, кто его родственники, и обстоятельства...
   - К чёрту обстоятельства и прочую чушь! - взвилась Алла. Ого, да что ж тут произошло, что Рино с Садовником умудрились вывести её из себя? Я-то наивно полагала, что такое в принципе не возможно!
   - Мы с вами знакомы? - намного спокойнее, но всё же холодно спросила хозяйка поместья, оборачиваясь к нежданному гостю.
   - Алла, ты что же, совсем меня не помнишь? - с удивлением и какой-то странной интонацией спросил этот субъект. Алла нервно повела плечиком и ничего не ответила, занятая какими-то мыслями, и повернулась к Садовнику.
   - Дядя, я нам надо с тобой поговорить.
   - Иди в дом, - отрезал мужчина, не глядя на свою подопечную и не отводя взгляда от тени на той стороне улицы. Зря он это...
   - Не надо указывать, что мне делать! Это моя жизнь, и я сама могу за себя решать! - взорвалась девушка. Так вот, оказывается, в чём дело. Чрезмерная опека родных напомнила девушке о её позолоченной клетке. Я подошла ближе, намереваясь обнять подругу и мягко увести её в тепло. Но не успела...
   - Алла, я сказал, не здесь, иди в дом. Тебе нельзя простывать. Я подойду, как только решу все дела.
   Угу, более "удачного" способа успокоить обиженную беременную женщину просто невозможно. Кроме как показать, что все заняты делами, а она только мешает, и в командном тоне отправить вязать носочки. Неужели все мужчины такие тугодумы?!
   Алла не нашла, что ответить, и от обиды её плечи задрожали. Я подошла к подруге и, наконец, обняла ее. Надеясь, что больше она никуда не побежит, я тихонько позвала Аллу, пытаясь обратить на себя её внимание. Она подняла руки к лицу, чтобы поправить мешавшую прядь волос, и собственный голос показался мне похожим больше на писк:
   - Алла?!
   Я, не отрываясь, смотрела на ладони подруги. Алла непонимающе взглянула на меня, виновато улыбнулась, извиняясь за то, что мне пришлось стать свидетелем семейной ссоры, и с недоумением проследила мой взгляд. В следующее мгновение шелестящий зимний вечер взорвал женский визг. Секундой раньше по ту сторону забора от стены отделилась тень и бросилась в нашу сторону, но никто не обратил на это ни малейшего внимания.
   Все смотрели на лапы, серые крупные лапы, с длинной жесткой шерстью и самыми настоящими когтями, в которые превратились руки моей подруги. Я отшатнулась, выпустив её из рук, и села на столь удачно подвернувшуюся клумбу.
   Неожиданно за спиной Аллы возник потрёпанный парень в тёмной куртке. Он взял её за плечи и стал что-то говорить, спокойным уверенным голосом, успокаивая и утешая. Испуганный визг быстро оборвался. Похоже, превращения и обмороки отменяются. Только кто будет приводить в чувство меня саму?!
   - Маленькая, всё хорошо, всё в порядке. Подумаешь, лапки появились. Ты и с ними очень красивая, правда. Помнишь, когда ты гостила у меня, в те волшебные дни мы ходили на озеро. Там чудесные ёлки, пахнет лесом и свежей травой. Ты тогда очень радовалась, что нашла замечательные цветы для венков, но совсем не заметила репейник, который рос вокруг них, и я потом весь вечер выбирал колючки из твоих роскошных волос. Я думал, как же мне повезло тебя встретить, девушку с невероятной улыбкой и заливистым смехом. Девушку, от которой пахнет весенними цветами, лесом и озерной свежестью после купания. И ничего страшного, к этой девушке прилагаются серые ушки и смешной взъерошенный хвост.
   - Так ты мне не приснился? - убаюканная его голосом и почти успокоившаяся Алла стояла, закрыв глаза и прислонившись к парню. Она боялась пошевелиться, словно её нежданный спаситель мог загадочным образом исчезнуть, и, открыв глаза, она вновь окажется в одном из кошмаров. Но у Аллы вновь были обычные, человеческие руки с аккуратными ноготками. А я наконец смогла дышать и, неожиданно для самой себя, поверила в существование Оборотней.
   - Маленькая, ну как я мог тебе сниться? Ты сама, моё ненаглядное видение, исчезла, оставив меня одного. Знаешь, как я за тебя волновался! Где ты пропадала? Я искал тебя...
   - И ты не боишься? - приглушенно спросила хозяйка.
   - Чего, милая? Ушей и хвоста?
   Алла вздрогнула и наконец открыла глаза, неверяще взглянула на ладони, а потом как бы невзначай провела рукой по волосам и попыталась оглянуться, проверяя себя на наличие лишних частей тела. Парень глухо рассмеялся.
   - Малышка, ты не изменилась. Ты права, у меня, вероятно, было очень смешное выражение лица, когда я привёл домой добродушную и явно голодную собаку, а утром обнаружил вместо неё на коврике самую прелестную на свете девушку!
   Алла смутилась, все присутствующие незаметно перевели дух, и я слабо закопошилась на своей клумбе. Ноги не держат, руки не слушаются, но сидеть тут и пускать корни я не собираюсь, - холодно! Словно прочитав мои мысли, нежданный Аллин поклонник снял куртку и накинул на плечи девушки:
   - Малышка, да ты совсем замерзла! Давай-ка ты пойдёшь в тепло? Где сухо, нет ветра и горячие пирожки? - Алла хихикнула, видимо, это что-то из серии шуток, известных лишь ограниченному кругу лиц в силу совместно прожитых приключений. Поймав себя на подобном суждении, я совсем загрустила. Или я себе мозги отморозила, или Алла визгом выбила их остатки из моей несчастной головы.
   У подруги забурчало в животе, она рассмеялась, и, оглянувшись на своего "успокоителя", с улыбкой пошла к дому. Он же остался стоять, не шелохнувшись, только опустил руки, из которых совсем недавно с такой неохотой выпустил своё сокровище.
   - Прости, милая, но мне здесь не место.
   Алла остановилась, с удивлением и недоверием посмотрела на парня и открыла уже было рот, чтобы что-то спросить, но он предупреждающе поднял руку.
   - Не надо, малышка, не стоит. Ты не знаешь всего... Это была моя... Всё так сложно... Знаешь, мне полагается как минимум арест за незаконное проникновение на чужую территорию, - хмыкнул он, так и не сумев сказать, что собирался.
   Я, всё еще слабо копошась на клумбе и силясь с неё встать, посмотрела на забор. У этого парня явно способности к полётам! Иначе как объяснить, что он, не задумываясь, с грацией кошки перелез, да что там, - почти перелетел! - через это чудо извращенной инженерной мысли, возле которого даже просто стоять, не поранившись о шипы, невозможно.
   - Дело даже не в этом, молодой человек.
   Все повернулись к Садовнику, а тот в упор смотрел на парня.
   - Я не думаю, что потомкам Марьяны, проклявшей Род Оборотней, стоит находиться поблизости от этого места.
   - Дядя... - упавшим голосом прошептала Алла, и в её глазах вновь всполыхнуло отчаяние. Вот блин!!! Да о чем он только думает! Он что, ждёт, пока у неё окончательно съедет крыша и она обратится?!
   - Малышка, не переживай, я теперь знаю, что ты жива и здорова. И, надеюсь, вы с малышом будете счастливы. Я рад, что смог повидать тебя, - парень развернулся к Садовнику и едва заметно поклонился. - Я, Анатолий Фёдоров, потомок ведьмы-Марьяны не помню в каком поколении, готов понести заслуженное наказание за сломанные моей прабабкой и, возможно, мной самим жизни. И прошу назначить достойную кару.
   Рино пристально смотрел на парня с тех пор, как тот перелетел через забор. Пёс что-то проворчал Садовнику и тот, вздохнув и согласно кивнув, ответил за него:
   - В этой семье, не смотря на проклятье, есть правило: дети не могут нести ответственность за дела родителей. Я был не прав, не пуская вас, и прошу меня за это простить. Я лишь пытался охранять покой моей подопечной... А с собственными поступками и их последствиями, молодой человек, я думаю, вы и сами разберетесь.
   Рино развернулся и потрусил к дому, недовольно взглянув на Аллу и коротко ей тявкнув. Видимо, чтобы больше не мёрзла. Свалившийся на нас как снег на голову парень проводил пса задумчивым взглядом и поднял сияющие глаза на Аллу:
   - Как я понимаю, это было приглашение?
   Алла подхватила его под руку и не отпускала следующие три дня, что я у неё гостила, словно боясь, что он сбежит или исчезнет.
   Садовник наконец заметил мои потуги выбраться с клумбы и, охнув, просто поднял меня с земли за шкирку. Так как ноги меня плохо слушались, ему пришлось почти тащить меня в дом, и потом отпаивать валерьянкой и пустырником, пока я не пришла в себя.
   Чуть позже мы все сидели в гостиной, с любопытством поглядывали на нежданного гостя и мучили его и Аллу вопросами. Отцовство он, кстати, сразу признал, и с ходу предложил назвать ребенка Женей. Алла оказалась против, и они с Толей тут же поругались. М-да, бурная семейная жизнь их ждёт!
   От камина шло ровное тепло, мы все быстро согрелись, и допоздна пили чай с пирожками и слушали расказ парня, о том, как он возвращался домой с работы и увидел лохматую серую собаку, судя по виду совсем не агрессивную, голодную и напуганную. Как он привёл зверушку домой, отмыл, накормил, уложил на коврик и даже накрыл пледом - собака отчего-то вся дрожала. И как утром обнаружил у себя на пороге незнакомую девушку. Как перенес её в кровать и отпаивал горячим чаем, а она почти весь день упорно молчала. Первое, что сказала Алла, когда решилась заговорить - спросила, остались ли еще пирожки, которые вчера так вкусно пахли у него из сумки, и добавила, что ей очень нравится у него в доме, потому что сухо и нет ветра("Угу, женская логика, она такая!" - ухмылялась я про себя, слушая Анатолия). Гостья ничего о себе не рассказывала, пугаясь любых вопросов на эту тему, и боялась засыпать, объясняя, что не знает, где может проснуться. Три дня спустя девушка исчезла, он искал её, но обнаружить не смог.
   За время общения со странной незнакомкой, Анатолий вспомнил сказки, что ему рассказывала в детстве мама. О том, как обидели их прабабку-ведьму, и она прокляла всех потомков того... гхм... идиота, превратив их в собак беспородных. В сказку пришлось в спешном порядке поверить и отправиться выяснять, откуда родом была прабабка. Может, там подскажут, где искать оборотней? Архивы, семейные записи, рассказы родственников... Приезжая в очередное место, парень на успех не рассчитывал, а вышло, что он нашел свою ненаглядную. Алла всхлипывала, причитала, что думала, что ей всё только приснилось. А мне оставалось лишь наблюдать со стороны этот праздник жизни, и надеяться, что парень не обманет мою подругу.
   К слову, Толик так и не смог объяснить, как преодолел кружево забора:
   - Я так испугался за малышку, что не думал, что делаю. Просто казалось, что я должен быть рядом, прямо сейчас, ну и как то так вышло... Не могу объяснить.
   А утром при свете дня Садовник обнаружил коричневый клок на прутьях забора. И Анатолий со вздохом признал, что куртка восстановлению не подлежит.
   Уже на следующий день Толик сделал Алле предложение. Парочка спешно расписалась, поставив меня и старшего сына Садовника свидетелями. Не было ни гостей, ни подарков, ни поздравлений. Только счастье в глазах моей подруги и тёплая любовь во взгляде Толика.
   Я вернулась в институт спустя несколько дней. На вопросы друзей и преподавателей, отвечала, что ездила на свадьбу к подруге. Ведь так оно и было! Только Ленка, которая видела, в каком состоянии я уехала, с недоверием качала головой.
  
   Глава 7. Обретения и потери
  
   Луна невесомым пёрышком зависла на небосклоне, словно нарисованная тончайшей кистью художника. Столь же легка и возвышенна, и столь же хрупка была новая жизнь, зародившаяся в доме за ажурным забором.
   Свежий ветер едва касался моих волос, а беззаботно прозрачное небо подернулось ночной тенью. Я стояла у ворот и гадала, станет ли колючее кованое кружево клеткой для юного наследника рода Оборотней, или же у малыша будет шанс вырваться из неё?
   Наконец, Садовник открыл калитку. Я заметила, что он всегда сам встречает гостей. Лёгкий мороз щипал кожу, и под взглядами только-только появившихся звёзд гулко звучали шаги по серым плитам мощёных дорожек.
   Алла с Толей встретили меня в холле. Подруга вся так и светилась счастьем, её муж выглядел несколько смущенным. После дружеских приветствий, я задала традиционные в таких случаях вопросы о здоровье мамы и малыша. Ну, что с Аллой всё хорошо, я и так уже видела, а ребенок....
   - А что с ним будет? У него уже и нянька есть! Лучше родителей его чувствует и понимает. Что еще желать? - ухмыльнулся Толя, и с чувством отцовской гордости, затаившейся в глазах, поведал, сколько малыш весит, как быстро растет и что при малейшей возможности хватает его за волосы.
   - Крепко, жуть! Богатырем будет!
   Алла рассмеялась. Серёжа, который всё еще подрабатывал в доме, забрал у меня вещи и унёс наверх, в гостевую комнату, которая уже стала моей. Да и других гостей тут не особо много бывает. Никого, если говорить честно.
   Откуда-то из-за моей спины вынырнул взлохмаченный светловолосый мальчишка лет восьми.
   - Он спит крепко, всё хорошо, - мальчик обернулся ко мне. - Вы же тётя Кира? Тётя Алла предупреждала. Можете посмотреть, если тихонько, то он не проснется.
   Я недоуменно уставилась на паренька, а Толя лишь загадочно хмыкнул и кивнул на мальчика:
   - А вот и нянь.
   Алла тоже ничего пояснять не стала. Как я поняла, "нянь"говорил о малыше, и потому пошла вслед за ним. У этой семейки, как всегда, всё очень странно! Если спрошу, станет яснее? С оборотнями я не всегда в этом уверена. Кстати, Рино нигде не видно. Обычно он выходил меня поприветствовать. Вернее, я думала, что за этим.
   Меня отвлёк провожатый рассказом о том, как быстро малыш растет, что он уже различает родных, тянет ручки и улыбается. Хм, кажется, сегодня я уже это слышала. От папаши. А мальчик говорит об этом с не меньшим жаром. Я улыбнулась. Видимо, он и правду привязан к новому Оборотню. Может, он...?! Но такое невозможно, наследник рода только-только появился на свет...
   - Мы пришли, только не шумите. Дверь не скрипит и ковёр на полу, но всё равно надо тихонько.
   Поняла я уже, поняла, как ты беспокоишься за это создание, мальчик. Надеюсь, у тебя будет счастливая жизнь радом с ним. Если я не ошибаюсь и ты действительно...
   Я шагнула в дверь и застыла на пороге маленькой светлой комнаты, не замеченная тем, кто стоял у кроватки.
   Над колыбелью склонился седой мужчина, худой, в одежде будто с чужого плеча. Он распрямился, держа ребёнка на руках, как самое дорогое сокровище, и что-то ласково шептал. Никогда его раньше не видела, и Алла не предупредила. Откуда здесь быть посторонним?
   Я невольно пошевелилась, и незнакомец поднял на меня глаза. На стариковском лице блестели слёзы, глаза сияли любовью и теплом. Он улыбнулся, не разжимая губ, а потом посмотрел куда-то мне за спину и кивнул. Я оглянулась, и натолкнулась на сосредоточенное лицо мальчика, который серьезно смотрел на незнакомца. Это меня слегка напугало, но "нянь" не выглядел обеспокоенным, значит, ребенку ничего не грозит.
   Я хотела спросить у своего провожатого, что происходит. А потом решила сначала узнать у старика, кто он и как тут оказался. Вопрос застыл в воздухе, когда я повернулась. Малыш уже лежал в своей колыбели, я только успела заметить, как в дальнем конце комнаты закрылась дверь, на которую я сразу не обратила внимания. Постояв еще некоторое время в оцепенении и осмыслив увиденное, я медленно подошла к кроватке, неслышно ступая по мягкому ковру. Ребёнок спал и счастливо улыбался во сне. Я поправила одеялко. Знаешь ли, малыш, кто приходил сейчас к тебе, и вспомнишь ли когда-нибудь эту встречу?
   - Леди, нас ждут внизу, - шепотом напомнил мой провожатый.
   Уже в коридоре светловолосый паренек, задумчиво глядя перед собой, тихо произнес:
   - Я расскажу ему, когда вырастет.
   От этих простых слов комок грусти и горечи, стоявший в горле, куда-то пропал, и пришло тёплое чувство благодарности. У тебя хороший хранитель, Оборотень. Защищай его, когда вырастешь, и береги. Второго такого тебе не найти... Он добрый и понятливый мальчик.
   Мне подумалось, что я никогда не забуду ту бесконечную грусть, что покоилось на дне глаз пожилого мужчины, которого я никогда не видела в человеческом обличии. Вот, значит, как происходит прощание Оборотней...
   Когда мы вошли в гостиную, Алла над чем-то смеялась вместе с мужем, Садовник сидел в кресле, хмуро перебирая на коленях бумаги, а Сережа переставлял с тележки на столик посуду и тарелки с лёгкими закусками. Я вздохнула, отгоняя от себя ненужные мысли и натягивая на лицо улыбку. Очень не хотелось огорчать подругу. Пусть этот день будет светлым и радостным для неё, она заслужила. И я смеялась вместе со всеми, пила чай с пирожками и печеньем, подтрунивала над Сережей, у которого, оказывается, появилась подружка, а парень смущался и отнекивался.
   Несколько раз Алла ходила проведать сына. Леша, мальчуган, которого мне представили как "няньку", время от времени к чему-то прислушивался и один раз поднимался к малышу. Как пояснил Садовник, видя моё недоумение, Леша - его племянник, сын родного брата. Какое-то время он погостит здесь, парнишку уже устроили в школу. Родители звонят каждый вечер, спрашивают, как его успехи. В ответ на это мальчик поморщился - кому нравится говорить об учебе?
   Под конец посиделок пришел Рино. Он отряхнулся, взлохматив жёсткую шерсть, и устало потрусил к дивану. Подойдя ближе, он как всегда при встречах, внимательно на меня посмотрел, будто проверяя, всё ли в порядке, и качнул головой. И я впервые кивнула ему в ответ. Раньше всегда казалось странным отвечать собаке...
   - Нагулялся? - весело спросила Алла и ласково погладила его по голове.
   Пёс благодарно ткнулся носом в её ладошку и, тяжело запрыгнув на диван, улёгся рядом. Я поймала встревоженный взгляд Садовника, но он быстро взял себя в руки и, как и я, остаток вечера старался делать вид, что всё хорошо.
   В комнату меня провожал Леша. Мне было интересно, как он оказался в этом доме, и мальчуган радостно выдал кучу информации.
   Он увидел сон, что его зовёт Оборотень, сказал родителям, но они не поверили. А сны всё снились, и его тянуло сюда. Тогда он "сам всё решил и приехал". Однажды утром собрался в школу, но вместо этого сел на автобус и отправился к "тёте Алле". М-да, не завидую я его родителям... Пока я недоверчиво косилась на мальчугана, он строил рожицы, показывая, как ругался дядя Садовник, как удивилась тетя Алла и как смеялся дядя Толя. А потом он сказал то, от чего я застыла посреди коридора. Он УЖЕ чувствует малыша, знает, что он хочет и как себя чувствует. Но ведь...
   Мне объясняли когда-то, что связь Оборотня и Садовника появляется лишь когда начинаются превращения. Алла так и не обернулась в полной мере, и поэтому у неё нет Садовника, хотя дядя и познакомил её со всеми родственниками, о которых только знал. А малыш совсем недавно появился на свет!
   - Да, взрослые мне говорили. Они думают, что это потому, что тётя Алла почти обернулась, когда была беременная. Тогда мне первый раз и приснилось. Но он сам пока не оборачивается, - Леша пожал плечами. - Садовник говорит, он, может быть, будет как тетя Алла, совсем ненадолго оборачиваться, или совсем не будет, и остальные ему верят. Но я чувствую, что он другой. Не как тетя Алла, и не как дядя Рино. Просто другой. Мы с ним подружимся! У него уже зубки скоро начнут резаться, правда, здорово?
   Я заверила мальчугана, что это всё просто замечательно, порадовалась вместе с ним и пообещала привезти игрушку "точить зубки" в следующий раз. Он улыбался так, словно я лично ему пообещала мотоцикл. Не знаю, жалеть мне Лешу или радоваться за него, в его возрасте обычные дети прыгают по гаражам и носятся по двору с палками и велосипедами, а не сидят у кровати младенца. Но вот юному Оборотню однозначно повезло с нянькой!
   Я погостила всего три дня, и уехала навестить родителей. А по возвращению в институт обнаружила, что меня дожидается письмо. Едва взглянув на подпись и дату, я бросилась звонить Алле. Чуть хриплый от слез голос тихо звучал в трубке.
   - Они стали собираться в поездку, едва ты уехала. Всё как обычно, они часто так уезжали, на день-два, и дядя давно уже в шутку грозился уйти на пенсию и переехать поближе к племянникам. Но когда они не вернулись через неделю, я поняла, что всё было всерьез. А потом дядя позвонил... Знаешь, он с таким трудом переставлял лапы, когда шел к машине, наверное, я тогда уже поняла, что он не вернется. Он не обернулся взглянуть на меня на прощание... А я его даже не обняла. Даже за калитку не вышла. Стояла за забором и просто смотрела, как он уходит... а в тот день, когда дядя звонил, мне сон приснился. У меня опять были лапы, а вокруг лес, всё зелёное, я словно была в самом сердце лета. Очень красиво, и ручеек неподалеку. А на берегу сидел старик, с седыми непослушными волосами, в одежде, будто не его. Я молчала, потому что я была собакой. А он повернул голову и просто смотрел на меня. Он так прощался... Жаль, что малыш не увидит его... Я так скучаю по Рино...
   Я слушала всхлипывания подруги, и мне было безумно её жаль. Конверт я раскрыла только в комнате.
   Садовник писал, что уехал из поместья. Хотя он и собирался изредка навещать Аллу, но не мог гарантировать, что всё получится так, как он задумал. Серёжа, его сын, поступил в колледж, и не сможет больше помогать в доме. Да и пора уже парню вырваться из этой клетки, в чем я была полностью согласна с Садовником. Повариха осталась прежняя, "тётя Ира", как её все зовут. А вот уборщицу Алле придется поискать новую.
   По щекам текли слезы, и тихо шуршали занавески на раскрытом окне, пока я читала. Через несколько дней после моего отъезда Садовник сказал Алле, что они с Толей и без него прекрасно справляются, а ему хочется повидать родственников, да и на пенсию давно пора. Тем же вечером он вместе с Рино сел в такси, и уже через неделю они были в деревне, где родится первый Садовник, первый хранитель рода Оборотней. Деревенька превратилась в дачный поселок на окраине города, а река обмелела. Но лес сохранился, зеленый, буйный, пышный, от которого веяло свободой. "Он всегда мечтал здесь побывать".
   Дальше Садовник поехал один, и теперь собирался и вправду поселиться у родных, которые давно его звали, да долг не пускал. Так же Садовник писал, что Рино просил передать мне пожелания удачи и благодарность за то, что я приняла дружбу Аллы. Я всхлипнула. Это его надо благодарить за эту чудесную девушку... теперь уже посмертно. Утерев слезы, я села писать ответное письмо.
  
   Глава 8. Жизнь идёт дальше
  
   Я без стука открыла дверь и вошла в знакомый холл. Ничего не изменилось: лестница с ковровой дорожкой напротив входа, стеклянный столик по правую руку и вешалка-стойка для одежды слева. Сейчас она валяется на полу, а под грудой курток кто-то слабо и неуверенно копошится.
   Еще в прошлом году мне торжественно вручили ключи от всех замков. Но с калиткой не всегда могу справиться, сил отворить не хватает, поэтому приходится стоять, терпеливо дожидаясь, пока кто-нибудь выйдет и откроет её, либо самой как минимум полчаса копаться с замком и тугой дверью. Что быстрее - неизвестно, в этом доме не ждут гостей, поэтому не всегда слышат звонок в холле, приходится нажимать на кнопку до тех пор, пока кто-нибудь не будет пробегать мимо. Потом они еще будут долго и недоверчиво думать, кто же это пришел, и стоит ли вообще идти открывать. Иногда мне кажется, что всем просто лень топать через немаленький двор!
   Вот и сейчас я потратила кучу времени, чтобы оказаться по эту сторону забора. Но я могу с гордостью сказать, что все углы и закоулки поместья давно изучены, даже те, о которых Алла и её домочадцы и не подозревали. А всё благодаря одному мальчишке...
   - Макс! - крикнула я, ставя сумку на пол и доставая из неё внушительного размера собачью "косточку". Чего только не встретишь сейчас в магазинах! Например, такие вот игрушки из сушеного мяса - и зубы почесать можно, и вроде как витамины... - Ма-а-акс!
   Раздался лай, топот, грохот (никак опять вазу перевернул! Сколько раз просила Аллу убрать её из коридора!), и по лестнице скатилось серое лохматое нечто, размером с маленького теленка. Макс снес бы меня с ног, так же, как до этого вешалку и вазу, но я вовремя отступила в сторону. Опыт общения с этим неугомонным чудом у меня огромный! Щенок пробежал мимо, не рассчитав скорость, и едва успел затормозить перед стеной, чтобы не вписаться в неё мордочкой. Он обернулся на меня и взглянул с таким недоуменно-обиженно-радостным выражением, что я не удержалась от смеха. Щенок тут же опять ринулся на меня, но я предупреждающе подняла руку и помахала у него перед носом угощением. Ответом мне стал радостный "тяф" и активное помахивание хвостом. Ну вот как настоящий пёс, ей-богу! Я вручила угощение этому шкоднику, и он понесся куда-то в сторону портретной галереи, зажав добычу в зубах.
   - Вы его балуете! - рассмеялся Леша, который стоял, облокотившись на перила лестницы, и наблюдал за представлением.
   - Ну я же его тётя, как-никак! - улыбнулась я парнишке. Он сильно вырос, возмужал, и теперь уже не восьмилетний чересчур серьезный ребёнок, а весьма симпатичный подросток со светлой короткой шевелюрой, в потертых джинсах и мешковатой футболке с психоделическим рисунком. Парень вернул мне улыбку и отлепился от перил, чтобы отнести сумки наверх.
   - Кира, сколько раз я просила тебя так не делать! Ему скоро в школу идти, а он щенком бегает больше, чем человеком! Это нехорошая привычка! - раздался голос Аллы от столовой. От упрека в её голосе мне стало почти стыдно, и я принялась оправдываться.
   - Если не любимая тётя будет баловать малыша, то кто? Строгие родители, которые всерьез взялись за воспитание своего чада?
   На это Алла только выразительно подняла взгляд к потолку и, подойдя, тепло меня обняла.
   - Как я по тебе соскучилась! Спасибо, что приехала, ты нас с Толей очень выручаешь!
   - Разве я хоть раз отказывалась посидеть с ребятами? - улыбнулась я. - Я тоже рада тебя видеть!
   - А, Кира, добрый день. Рад, что ты смогла приехать, - вслед за Алой из столовой вышел её муж и покачал головой, увидев перевернутую вешалку. Я удивилась, когда из-под груды курток он выудил маленький пушистый мяукающий комочек. Прижимая его к груди одной рукой, он легко поднял вешалку на место.
   - Котёнок?!
   - Мальчишки откуда-то притащили! Обещали сами за ним присматривать, но, как видишь... - Алла развела руками.
   Я опять засмеялась. Да, вот уж не думала, что мой крестник решит завести себе питомца!
   Приведя себя с дороги в порядок, я спустилась в столовую. Когда Алла закончит дела, сама меня найдет, а я пока пообщаюсь с мальчишками. Максима мать отправила переодеваться, чтобы "прилично выглядеть перед тетей Кирой". Будто он забыл, как эта "тётя Кира" лазила с ним и его Садовником в саду и совершенно неприлично застряла пятой точкой кверху в каком-то тоннеле. И уж точно приличными нельзя назвать мои выражения в тот момент или в процессе вызволения из "пещеры". Ходов и лазов на территории поместья мы обнаружили много. Некоторые широкие и ведут из разных уголков сада в подвал дома - ну прямо настоящие тайные ходы! А некоторые больше похожи на кроличьи норы и ведут непонятно куда. Вот в таком безобразии я и умудрилась застрять тогда. Кстати, ни один из ходов не выходит за линию забора. Во всяком случае, ни мне, ни мальчишкам таких обнаружить не удалось. То ли чтобы никто не проник на территорию снаружи, то ли чтобы никто не сбежал.
   В столовой произошли изменения. Вместо несуразно узкого длинного стола поставили уютный овальный, с удобными стульями вокруг, и заменили цветы вазой с фруктами. Леша, опершись на край стола, уминал пирожки (наверняка немытыми руками!), но, увидев меня, живо переместился на стул. Я одобрительно кивнула на его маневр и прошла дальше, на кухню - разогреть себе обед (или ранний ужин, это смотря как посмотреть). Пока гремела тарелками, думала о своём крестнике.
   В первый раз он обернулся еще в колыбели, во сне, но совсем ненадолго, родители и его нянь даже не успели поволноваться. Второй раз прошел так же незаметно, малыш не понял, что случилось и почему вокруг него все так суетятся. А потом Макс обернулся в том возрасте, когда стал себя осознавать. И испугался. С визгом носился по второму этажу, а потом, поскуливая, забился под шкаф. Родители пытались его поймать, но только больше напугали. Уговорами успокоить его не удалось, а когда попытались выудить из-под шкафа, малыш стал совсем по-собачьи скалить зубы, рычать и огрызаться, тяпнул отца за палец. Когда Леша вернулся со школы, родители были в панике, они не понимали, почему их ребенок утратил разум, этого не должно было случиться! Нянь выслушал их, отогнал от шкафа, опустился на корточки и долго стоял, молча вглядываясь в темноту. Потом спокойным твердым голосом сказал: "Макс, прекращай, ты всех пугаешь. Вылезай, пойдем смотреть мультики. Я тебе желудь принес." Уверенный тон чересчур серьезного школьника заставил Максима поверить, что он может вылезти. И даже более того - что он может пойти с другом смотреть мультики и рассматривать желудь. Обратно он обернулся без проблем, и с того дня Леша учил его контролировать этот процесс. Теперь Максим мог добровольно стать собакой или человеком, но бегать по поместью предпочитал на четырех лапах - так веселее. Только одно условие Максим ввел сам - в любом облике звать его одним именем. Он больше всего боится забыть о том, что он человек. Как тогда, в первый раз, под шкафом.
   Вернувшись в столовую с тарелками, я застала забавную картину: Максим и Леша, оба на четвереньках, ползали вокруг стола, пытаясь поймать котенка. Как оказалось, Алла запретила ему появляться в столовой и кухне, а мальчишки не закрыли за собой дверь. Рыжий негодник тут же прошелся по столу и запустил лапы всюду, куда смог дотянуться. Вернее куда успел, пока его не засекли.
   Я села за стол, полюбовалась на потуги мальчишек, и помахала кусочком колбасы у пола. Тут же из-под скатерти высунулась рыжая лапка и попыталась подцепить лакомство когтем. Не вышло. Посомневавшись, стоит ли рисковать, котенок выскочил из своего укрытия. Я не стала жадничать и отдала шкоднику угощение. За это я удостоилась чести погладить рыжего хулигана. Он благодарно поурчал, и был схвачен коварно подкравшимся Лешей. Под громкое недовольное мяуканье, нарушитель был выдворен в коридор, после чего все чинно уселись вокруг стола. Макс, одетый в чистую рубашку и светлые брюки, сейчас уже слегка встрепанный и со следами недавних приключений на локтях и коленях. Леша, разукрашенный когтями, тоже помятый и в шерсти. Я оглядела ребят и хихикнула. Бравые рыцари, ничего не скажешь. Леша, который с возрастом утратил излишнюю серьезность, подмигнул мне и хлопнул по ладошке Макса, когда тот потянулся к пирожным - сначала серьезная еда. Макс надулся, а я сделала вид, что не вижу, как Леша под столом передает другу печенюшку. Пусть балуются, дети всё-таки. Как бы родители не требовали от них ответственности.
   В коридоре раздался шум. Леша отворил дверь, и мы успели заметить убегающего Толика, и несущуюся вслед за ним Аллу, с милыми лохматыми ушками на голове и смущенно выглядывающим из-под длинной юбки хвостом. Да уж, тихой их семейную жизнь не назовешь! Алла, стоит ей хоть немного разволноваться, обзаводится серыми ушами, а если совсем уж выходит из себя - то и хвостом. Её безумно повезло с мужем: раньше приходилось держать себя в руках, и постоянно тенью за спиной стоял страх обернуться. Толю же её неокончательные обороты нисколько не пугают, и она может быть рядом с ним сама собой - импульсивной, непоседливой, впечатлительной, яркой. И им определенно не скучно вдвоем. Все понимающе покачали головами, хмыкнули, и крикнули вслед хозяевам дома, чтобы приходили ужинать
   В столовую Алла пришла уже без "украшений", Толик на правах провинившегося ухаживал за ней за столом, ужин прошел в тихой семейной обстановке. А утром мы с мальчишками провожали их в путешествие. Алла давно мечтала побывать в горах, и муж решил исполнить её желание, подарив на день рождения путевку на горнолыжную базу. Было много споров, "за" и "против", но в итоге Алла всё-таки решилась. Мне предстояло побыть нянькой две недели.
   Я не очень переживала по этому поводу, мне не в первой. До этого подруга уезжала на несколько дней к дяде, или к деду на могилу, или на совещание совета директоров в другой город. Три дня или две недели - я не вижу особой разницы. И, если честно, Леша прекрасно справляется со своими обязанностями. Не смотря на то, что он внешне очень изменился, в душе остался прежним, и умеет моментально становиться собранным и решительным, когда это необходимо. У меня с мальчишками ни разу не было проблем. Сейчас у Леши каникулы, у Макса перерыв в воскресной школе, пусть развлекаются! Я не родители, мучить их дополнительными занятиями не буду. У ребят должно быть шумное детство!
   В последний момент, уже стоя у ворот в ожидании машины, Толя выудил из одной из сумок котенка и вручил его Максу. Алла вспомнила, что сами путевки остались в комнате на столе, и убежала за ними в дом. Наконец, приехало такси, хозяева поместья погрузили сумки, проверили документы, дали всем последние указания и, наконец, скрылись за поворотом. Уф, уехали! А сколько волновались по этому поводу, и не передать!
   Макс с Лешей, едва машина исчезла из вида, умчались в "штаб". Они приспособили дом бывшего Садовника под свои игры, и теперь часто там пропадают. Наверняка опять в приставку играть допоздна будут. Я ушла в дом и занялась текущими делами. Надо было закончить статью для одного журнала, а потом заняться домом и мальчиками.
   Сегодня воскресенье, у поварихи выходной, но заготовленные на кухне продукты радуют разнообразием, и главное - наличием, а значит, об этом можно не беспокоиться. Ничего не могу поделать, не люблю я готовить, а Алле это никогда не удавалось. Испробовав пару её "шедевров", Толик дал добро на кухарку, хотя до этого возмущался и требовал, чтобы "любимая жена сама ему готовила". Но в итоге Алла увлеклась, и уже её саму пришлось уговаривать, ибо долго на таком питании домочадцы не протянули бы. Повариха, тетя Ира, бывает здесь почти каждый день, а остальная прислуга приходит несколько раз в неделю из города, этого вполне хватает.
   Ровно три дня ничего не происходило. Мальчишки сами находили себе занятия, бегали по двору, лазили в "пещерах", Макс то и дело оборачивался, и по двору разносился его заливистый лай. Вазу в коридоре второго этажа они всё-таки перевернули. Не представляю, как она прожила так долго. С заговорщическим видом мы с ребятами убрали последствия их беготни, надеясь, что родители не вспомнят про разбитую деталь интерьера и нам не влетит. Мне - за то, что недосмотрела, а им - за то, что "прелестный образец современного искусства" разлетелся на осколки.
   Алла с Толиком каждый день звонили, делились впечатлениями, спрашивали, как дела. Про шалости друг друга мы с мальчиками ничего им не рассказывали. Ну подумаешь, я заказала на ужин пиццу вместо того, чтобы разогреть "нормальную еду", под неё так здорово смотреть втроем ужастики! Котенок бегал где-то по дому и жил собственной жизнью. Шестым чувством он всегда чуял, когда мы собирались перекусить (а в отсутствие родителей мы делали это в разное время, в разных комнатах и "чем попало") и оказывался рядом, чтобы получить законный кусочек за жалобный взгляд и опять убегал. Однажды он залез на шкаф в коридоре и не смог сам спуститься. Мы долго не могли понять, откуда же доносится жалобное мяуканье, а потом Леше пришлось бежать за лестницей и снимать негодника практически из-под потолка. Как он смог туда забраться, ума не приложу! И каждый день в условное время мы ждали вестей от Аллы с Толей.
   Потом звонки прекратились. Сначала мы не обратили на это внимания - может, вернулись в номер поздно и решили нас не будить. Или со светом у них перебои, Алла говорила, такое случается. На второй день я стала волноваться. Мальчиков я успокоила, наговорив всяких глупостей, и они умчались в "штаб". Только Леша, уходя, обернулся и очень серьезно и внимательно на меня посмотрел. Я отвела взгляд - ответить на самом деле было нечего. Поздно вечером того же дня, убедившись, что мальчишки ушли спать, я сидела в большой гостиной и смотрела телевизор. Я бесцельно переключала каналы, надеясь найти какой-нибудь интересный фильм. Музыка, глупое реалити-шоу, несмешной мультфильм и новости. Я зачем-то задержалась на последнем канале, и буквально через минуту от услышанного пришла в ужас. Я закричала, зовя мальчиков, и не веря своим ушам. Сошла лавина. В зоне туристического курорта в горах. Связь с турбазой потеряна.
   Я невидяще уставилась в окно. Яркие пятна деревьев - зеленых, бурых, желтых, оранжевых, - слишком реалистично, слишком объемно смотрятся на фоне серого неба, словно запорошенного дымом чадящих костров. Так, что начинаешь сомневаться, не спишь ли? 
   Болезненное, слишком острое ощущение реальности неприятно бьет по нервам. Хочется закричать, убежать, но про этом каждый миг врезается в память острым ножом. Вот прибежал Максим, встревоженный, но еще не понимающий, что происходит. Вот стремительно и уверенно вошел Леша, обнял Макса за плечи и увел. Вот звонит телефон, - это с горячей линии, уточняют, действительно ли Алла и Толик были на базе... Я неожиданно впадаю в истерику, что-то говорю, спорю, ругаюсь, отказываюсь понимать. Кажется, на том конце провода подошел психолог, уговаривает меня, что их могло и не завалить, они наверняка сидели в номере в гостинице, ведь за несколько часов было предупреждение о возможном сходе лавины и всех туристов попросили вернуться в отель. Я наконец слышу, что мне говорят. Надежда тёплым комом поднимается в груди, но верить в это глупо. Зная непоседливый и непокорный характер Аллы, зная, что Толик вечно потакает всем её капризам...  всё-таки я верю. Утираю слёзы кулаком, благодарю за утешение, и вновь трубку берет первый специалист. Им нужно уточнить детали...  Четко и максимально развернуто отвечаю на все вопросы, всё, что знаю и могу сказать... Это заняло всего пару минут. Меня поблагодарили, обещали сообщить, как только что-нибудь станет ясно, и отключились. Я кладу трубку на базу и в растерянности смотрю на телефон. Вскоре что-то заставляет обернуться. Макс и Леша стоят на пороге комнаты, бледные, серьезные, но держатся изо всех сил. Не то что я. Я приседаю на корточки и развожу руки в стороны, мальчишки кидаются ко мне.
   Не знаю, сколько времени мы так простояли, обнявшись. Но надо брать себя в руки, чем-то заниматься, показать ребятам, что я с ними, я их не брошу, что мы справимся, что всё будет в порядке... Надо... И я встаю с колен, отправляю мальчишек умываться, звоню поварихе и уборщице, чтобы предупредить о случившимся. Ира, повариха, обещает приехать прямо сейчас, приготовить нам всем успокоительный чай с мятой и пирожные, "лучшее средство от расстройств! Но вы не переживайте, не волнуйся, милочка, они вернуться живы-здоровёхоньки, вот увидишь!". Душевная женщина. Уборщица, Лизка, как её все зовут за глаза, спросила, нужна ли её помощь, и сообщила, что будет работать по обычному графику, если её не вызовут. Ну да, эту девушку держат за умение молчать и ничему не удивляться, а вовсе не за душевную теплоту. Кажется, Макс даже как-то прямо при ней обернулся, так она сделала вид, что ничего не видела. Но что же мне теперь делать? Вернее, что делать в первую очередь? 
   Тётя Ира приехала где-то через час. Тучная, по-домашнему уютная женщина усадила нас за стол ("нечего есть на ходу да где ни попадя", - ответила она на моё предложение накрыть в гостиной; с гигиеной питания у неё всегда было строго), налила всем по огромной кружке ароматного чая с травами. Кажется, мне она добавила что-то крепкое, но я была в таком состоянии, что отметила это чисто машинально и даже не чувствовала вкуса. 
   Время тянулось пресной жвачкой. Мы сидели, словно под колпаком. Всё, что за пределами этого дома - отдельно, а мы отдельно. Так ощущалось. Я отправляла мальчишек за хлебом, в дом быта забрать Аллины туфли из ремонта, за соком, отправить письмо на почту - во всём этом не было необходимости, просто я не хотела, чтобы они сидели взаперти. Леша понимал это, и каждый день "выгуливал" Максима во дворе. К слову, я с момента тех новостей ни разу не видела, чтобы он обернулся. Леша говорит, он невольно превращается по ночам и скулит. Бедный ребенок! Скорей бы это закончилось!
   Не представляю, что буду делать, когда у Леши закончатся каникулы! Он мне очень помогает. Не дает Максу слишком задумываться о случившемся, и всегда оказывается рядом, когда нужна поддержка мне. Он золото, без него я бы наверняка сломалась. Хотя что я говорю... Макс тогда останется совсем один, а я его не брошу. Отпуск, как закончится, продлю за свой счет, а там видно будет. Хоть бы они нашлись...
   Дни проходили серым болотом. Мы все кидались к телефону при каждом звонке, следили за новостями, отслеживали ситуацию в интернете. И неизменно оставались ни с чем.
   Вакуум разорвался внезапно, и как бы мы ни ждали хоть какой-нибудь информации, оказались не готовы.
   В опустевшем доме гулко раздался звонок телефона. Я подскочила из кресла, где как раз смотрела очередной выпуск новостей, и кинулась в коридор. Леша, кажется, спускался со второго этажа. Но Макс оказался первым, и я чуть не упала, услышав взорвавшее нагнетенную обстановку "ПАПА!!!"
   Через мгновение я была у аппарата и взяла вторую трубку, из холла. Толик разговаривал с сыном, сообщил бодрым голосом, что у них всё в порядке, и попросил посмотреть у него в кабинете, не лежит ли записная книжка на столе, там на девятой странице номер телефона... Максим бросил трубку и умчался на второй этаж. Вот здорово, родители живы, всё в порядке, а еще ему разрешили зайти в папин кабинет и даже взять его такой важный блокнот!
   - Он ушел? - устало спросил Толя
   - Да, умчался со всех ног. Как Алла?
   - В порядке, немного хромает на одну лапу, да шерсть вся спуталась, а так - такая же красавица, как и прежде.
   Ясно. Рядом люди, он не может нормально говорить. Но оба живы, это главное. Алла обернулась - это хуже. Она всегда так боялась этого! Теперь спасатели продолжат её искать, а Толе придется объяснять, откуда взялась собака. И изображать полного беспокойства мужа. Возможно, его и не отпустят домой, пока не закончатся поиски. Алле тогда будет очень тяжело... Но он умный, что-нибудь придумает!
   - У нас тоже всё в порядке. Макс сильно переживал, и я волновалась, рада, что всё скоро закончится. Какое счастье что вы живы! Леша нам очень помог, не знаю, что я бы без него делала. Ира нас тоже очень поддерживала. Боже, обошлось, какое счастье!
   - Да не волнуйся ты так, всё закончилось, скоро будем дома. И мальчиков успокой, - Толик, как всегда, знал что надо делать.
   Послышалось шуршание в трубке, и запыхавшийся голос Макса радостно возвестил: 
   - Па, я нашел, что смотреть?
   - Девятая страница, пятая сверху строчка, там телефон нашего юриста, дяди Сережи. Нашел?
   - Ага! Записывай...
   И Макс, который не так давно научился читать и писать, с гордостью продиктовал цифры отцу. Уверена, Толик и без того знает этот номер наизусть.
   Я не стала дальше слушать, повесила трубку и без сил опустилась на пол возле тумбочки с телефоном. Живы! Сразу стало как-то легче дышать, и я заметила пыль на вазе, стоящей у стены напротив меня. Мне было настолько не по себе до этого, что я даже не знаю, приходила ли Лизка хоть раз за это время. Надо бы выяснить. Послышался голос Макса, на весь дом зовущий Лешу. Наверное, Толик хочет с ним поговорить. Я поднялась с пола, и судорожно стала составлять список дел, которые надо успеть до возвращения хозяев дома. Все движения и даже мысли теперь давались легче, как будто скинула с себя непомерный мертвый груз. Живы! Ура!
   Звонить уборщице не пришлось, она явилась сама на следующее утро, и как ни в чем не бывало принялась за привычную ей рутину. Макс бегал по дому и всем мешался, но обернуться в присутствии постороннего не решался, хотя я видела, как ему этого хочется, и я задорно подмигивала ему, мол, как уйдет тётя, обязательно поиграем! И мальчик радостно убегал в другой конец дома по одному ему известным делам.
   Ире я сообщила радостную новость еще вчера, и утром она приехала, вся нагруженная пакетами. "Мы ведь не знаем, когда они вернутся, всё должно быть готово! В двенадцать жду вас всех в столовой, отметим радостное событие! Лиза, и ты приходи, - сказала она уборщице, когда та появилась в коридоре откуда-то из боковой двери. Та как-то неуверенно поотнекивалась, теребя край синего шейного платка, и пошла наверх. На полпути с ней столкнулся Леша, извинился и, не оборачиваясь, сбежал по ступеням вниз. Лиза подхватила ведро и швабру, которые стояли наверху у перил, и ушла в левый коридор. Я окликнула Лешу, но он как-то рассеяно на меня посмотрел и пошел в большую гостиную. Он был немного задумчивый в последние дни, видимо, сказалось напряжение. Перенервничал, как и все. 
   Через два дня после звонка, по дороге к поместью зашуршали колеса машины, раздался сигнал клаксона, и в холле прозвучал звонок. Я побежала отворять калитку, Леша поспешил за мной. Как и просил Толик, когда звонил накануне, Макса мы отправили с тетей Ирой в город, "помочь донести покупки и выбрать для мамы с папой конфеты". Едва я открыла, Толик вынес из машины что-то, завернутое в одеяло, и по-видимому живое. Мое сердце сжалось при виде кончика серого собачьего хвоста, торчащего из складок покрывал. Леша подхватил из багажника сумки, я расплатилась с водителем и поспешила вернуться в дом. 
   Где-то через час вернулся Макс, и радостно побежал навстречу отцу, спускавшемуся по лестнице. Толик успел переодеться с дороги и привести себя в порядок, поэтому выглядел почти хорошо, если не считать усталости и отголосков тревоги в его взгляде и в каждом его жесте. 
   Вечером спустилась в большую гостиную Алла, уже в человеческом виде, в длинном зеленом платье в пол и любимых балетках. Она была утомленной, но безмерно счастливой от того, что они сумели выбраться и она наконец видит сына. Они сидели на диване весь вечер в обнимку, о чем-то шептались и секретничали, смеялись, баловались или временами были серьезными. И постоянно бросали друг на дружку внимательные взгляды, словно боялись, что мать или сын могут внезапно исчезнуть. Только сейчас я поняла, насколько за эти дни повзрослел Максим. Может, у Оборотней такая судьба, рано прощаться с детством?
  
   Глава 9. Макс пропал
  
   Мы сидели в большой гостиной до рассвета. Ира ушла, едва накрыла на стол, "чтобы не мешать семье, как успокоитесь - так и расскажете, как всё было. А сейчас вот горячий чай, и курочка, и пирожки. Ну всё, я побежала, внуки ждут. Такие неугомонные! Ах, как я рада, что вы вернулись и всё обошлось, я так за вас рада!". 
    Максим крепко спал на диване, обняв колени матери. Алла перебирала его волосы, и тихо рассказывала, как они попали под обвал. Звериным чутьем она знала, что надвигается беда, стала раздражаться, обзавелась ушками и поджала хвост. В тот миг когда из смутного назойливого ощущения она осознала и поняла опасность, они ушли слишком далеко от базы и вернуться не могли. Они не успевали спастись. В панике Алла обернулась, и зверь стал метаться по округе, ища выход. Подруга всегда плохо себя контролировала в этом виде. Толик рванул за ней, не понимая толком её поведения, но в надежде успокоить, вернуть в нормальный вид и поговорить. Они свернули с наезженных спусков, и Толя совершенно не понимал, зачем они куда-то бегут, ругался, грозился посадить на поводок, когда поймает. В какой-то момент он отстал, но Алла оглянулась, стала подпрыгивать, отбегать дальше и оборачиваться. Зверь, убедившись, что за ним идут, вскоре остановился и стал ходить кругами вокруг одного места, поскуливая. Толик, решив, что загнал в угол и сейчас настигнет беглянку, осторожно стал подкрадываться со спины и даже схватил собаку. И наконец заметил то, что уже давно чувствовала супруга. Земля затряслась, раздался сухой грохот, сошла лавина. Их завалило. Он потерял сознание. Алла испугалась, что Толя не приходит в себя, стала скулить, тыкать его носом, облизывать, а когда не помогло - стала рыть проход наружу. Это было тяжело. Не привычная и совершенно не готовая к такому, она исцарапала себе все лапы, но зверь твердил - надо наверх, иначе смерть. И она копала. Валилась от усталость, её засыпало снегом, лапы тряслись от страха, что потолок обвалится и они окажутся погребены. И всё равно рыла, порой остервенело, порой - медленно и аккуратно, как того подсказывало чутье. Когда проход наружу был готов, Алла обнюхала супруга, и, не учуяв крови или иной опасности, легла рядом - греть. Воздуха им теперь хватит.
   Вскоре их нашли спасатели. Алле стоило немалых трудов остаться рядом с мужем в больнице. Когда Толик окончательно пришел в себя, ей стало полегче, но обернуться она так и не смогла. Ветеринару на осмотр она не далась, плохо ела, и угасала с каждым часом от истощения, страха за мужа, страха больше не увидеть сына, страха не обернуться назад... Толик вырвался из больница при первой возможности, теперь его очередь была спасти супругу, как она спасала его. На вопрос, как ему удалось всё уладить, Толик только махнул рукой - а, ерунда! - и принялся с аппетитом жевать пирожок.
   Алла поглядывала на мужа, пока пирожок не исчез, и затем первая схватила следующий из-под носа у потянувшегося за угощением Толи. Тот повозмущался шепотом, дабы не разбудить сына, и даже состроил обиженный вид, но в глазах искрился смех. Уф, раз они балуются, значит, всё в норме. Ну неужели они действительно здесь, оба, целые и невредимые, неужели всё закончилось, и больше не надо мучиться неизвестностью и бояться? Когда мы вот так сидим все вместе, в зале с камином, пьем остывающий чай и разговариваем на посторонние темы - обсуждаем погоду, курс акций, учебу Макса, - становится сложно поверить, что вообще что-то было. Всё закончилось. Живы. Дома. 
   Я задержалась у Аллы в этот раз надолго. Подруга ходила сама не своя, часто днями молчала, стоя у окна или сидя в кресле, и тени от камина бросали блики на её задумчивое лицо. Какие мысли занимали её ум, на тот момент нам было неизвестно. Только рядом с сыном она расцветала улыбкой, глаза блестели, и сама Алла оживала. Ровно до тех пор, пока Максим не уходил из комнаты, а она опять застывала. 
   Рукописи я отправляла на работу почтой. Меня ругали, что не являюсь лично, но гонорар выплатили, а я просто не могла уехать. Толик весь день пропадал на фирме или в разъездах по заводам - новость, что оба ключевых владельца компании пропали без вести, всполошило управление компаний и плохо сказалось на стоимости акций. Леша исправно посещал школу, сразу после уроков убегая домой - он занимался с Максом счетом, а потом они бегали по двору, и всё поместье озарял заливистый, полный энергии и жажды жизни лай. Алла в такие моменты любовалась ими через окно и улыбалась, а вечерами загоняла ребят в дом - утром Леше рано вставать в школу, да и холодно для слишком долгих прогулок. 
   Я забрала почту из ящика у калитки и поднималась по боковой, "черной" лестнице на второй этаж, когда на площадке столкнулась с уборщицей. Она стояла у окна, теребя шейный платок, и на лице было внимательное, напряженное выражение. Послышался отголосок собачьего лая. 
   - Лиза! - окликнула я девушку. Он вздрогнула, что-то пролепетала и отступила от окна. 
   - Извини, если напугала. Я думала, ты уже ушла. 
   - Я протирала лестницу и подоконник, только закончила. Где-то надо прибрать? 
   - Нет-нет, всё хорошо. Не буду тебя отвлекать. 
   Распрощавшись с Лизкой, я пошла в свою комнату и через минуту забыла про уборщицу - пришел ответ из редакции, надо написать рецензию на две статьи и внести правки в рукопись. 
   А вечером Алла позвала меня к себе. Издалека и как-то завуалировано намекала, что если вдруг с ней и Толиком в самом деле что-то случится, буду ли я присматривать за их малышом. Ну что за вопросы! Как я могу бросить Макса! И вообще, к чему такие разговоры? 
   Алла извинилась, покрывшись краской смущения. Мялась, на что-то намекала, а потом просто выставила меня из комнаты, сказав, что устала. Наверное, на моем лице было презабавное растерянное выражение в тот момент.  
   Почти весть следующий день я работала над заданием издательства. Наскоро перекусив прямо в комнате, я наконец решила сделать перерыв и повидаться с Аллой. Надеюсь, настроение у нее уже лучше! В поисках подруги я опять столкнулась с Лизкой. Поговорили о последних сплетнях, обсудили погоду, и она проболталась, что сегодня утром приходил юрист и только недавно ушел, страшно довольный, гонораром, видимо. Может, и ей добавят зарплату? Я машинально пообещала поговорить с Аллой, и отправилась в большую гостиную, где, по словам уборщицы, сейчас находилась подруга. Интересно, с каких это пор прислуга знает больше, чем я? Зачем Алле понадобился юрист? 
   - Ой, Кира, а я собиралась идти тебя искать! Звонили из магазина, помнишь, тот, в центре города, с милыми костюмчиками? У них сегодня скидки, съездишь со мной, хочу Максу пару новых рубашек купить?
   Алла вся светилась, словно избавилась от непомерного груза. А я обрадовалась такой перемене и не стала спрашивать ни о чем - когда она вот такая, настоящая, живая, кажется кощунственным отвлекать её серьезными, но совершенно не важными сейчас делами. Если бы было что-то серьезное, она бы сама мне сказала. А так - наверняка какая-то ерунда.
   День выдался веселым, мы с подругой тоже прикупили себе платья, и вечером устроили праздничный ужин - с цветами, свечами, нарядами и приятной музыкой. Я была счастлива вновь видеть смех в глазах подруги и её родных.
  
   Уезжала я с легким сердцем. Всё устаканилось, Алла с Толей поправились после своих приключений, Макс от них ни на шаг не отходит и начал строить планы на будущее, о профессии думает. Пока, правда, мечтает о доле спасателя или супер-героя, но у него еще есть время подумать. Лет так десять-пятнадцать. Меня он провожал с серьезным видом, в костюме и туфлях, совсем как взрослый. Им с отцом предстояло после моего отъезда на деловую встречу ехать, Леша будет их сопровождать, и оба мальчика очень гордятся тем, что их берут с собой. Они будут встречать участников конференции по развитию бизнеса, многие приедут с семьей и детьми. Распрощавшись у калитки со всем семейством, я откинулась на кожаную спинку сиденья, провожая взглядом уходящий вдаль забор. Вслед машине донесся громкий лай, и у отражения в окне заиграла улыбка - не удержался. Надо ему что-то делать с самоконтролем, права Алла.
  В родном издательстве меня ждал рабочий компьютер, куча неразобранной корреспонденции и выговор начальства за долгую отлучку. Это они больше для проформы, понимаю, основная работа-то сделана, хоть и дистанционно. Так что премия всё равно в конце месяца будет. Но осадок после такого общения остается. Вечером звонила Алле, пожаловаться на превратности судьбы и трудовые будни. Она меня выслушала, утешила и обрадовала сообщением, что они наняли Максу репетитора в городе, так, чтобы он занимался у учительницы на дому. Оказалось, сегодня в очередной раз Макс ждал Лешу, стоя у калитки. И опять тоска во взгляде, как у запертой за решеткой птицы. Алла предложила пойти Леше на встречу, но Макс отказался, заявив, что ему нельзя.
  - Как? Почему? - на свой вопрос подруга получила весьма исчерпывающий ответ:
  - Нельзя, я знаю. Мы когда в цирк ходили, меня пришлось уводить, иначе бы я обернулся и все узнали, кто я такой. А тогда у тебя, мам, будут неприятности, и папа расстроится. И в зоопарке я не смог ходить, как все дети.
  О да, это занимательная семейная история. О том, как Макс, едва зайдя в зоопарк, смылся от родителей, обернулся в каких-то кустах и попытался залезть в ближайшую клетку. Леша, смеясь, поймал его поперек живота у самой решетки, и весь день его по очереди носили на руках Толик с Лешей. Алла грустно улыбалась и качала головой - да, на четырех лапах исследовать мир интереснее, вокруг столько запахов, звуков. Но ведь он мальчик, а не пёс. Алла очень хотела, чтобы он пошел учиться в школу, где вокруг другие дети. Но пока он был к этому не готов. Про цирк всё еще проще - малыш продержался почти треть представления, это был настоящий подвиг. А потом его всё-таки пришлось увести. Он еле держался и обернулся, едва решил, что никто чужой не видит. И весь оставшийся день носился по двору, лая от возбуждения и обилия впечатлений. Успокоившись, он переживал, что и сам не увидел всё до конца, и родителям с Лешей не дал посмотреть. Алла пообещала сводить его в цирк еще раз, как только они опять приедут в город, и получила в ответ слово не оборачиваться до конца представления.
  Я сама много раз видела Макса у забора. Похоже, он сам себя загнал в эту ажурную клетку. Нельзя так, того гляди, начнет бояться выходить из поместья и станет шарахаться от людей. Мы уже говорили об этом с Аллой, и она, посовещавшись с Толей, стала отправлять Макса на короткие 'задания' в город. Под присмотром Леши, конечно. За хлебом или молоком в магазин, за журналами на почту, а теперь еще и к репетитору, готовиться к школе.
  Учительница живет на другом конце города, и Макс очень боится уходить так далеко от дома. Толик днем работает на фирме, поэтому Алла или Леша по очереди будут отводить Макса на занятия, и ждать в соседней комнате, пока закончится урок. Ну что ж, хорошее решение. А моему названному племяннику вдвойне полезно.
  В очередную рабочую пятницу я заглянула в магазин после работы - диета, конечно, хорошо и полезно, но не может же она состоять из одной водопроводной воды. Утром, заглянув в холодильник, я обнаружила, что именно на таком меню и придется сидеть, если сегодня же не куплю продукты. Признаюсь, заработалась и совсем забыла о насущном. Со мной такое иногда случается. И вот, топая с тяжелыми сумками, поздно вечером, я слышу за своей спиной зловещее:
  - Извините пожалуйста...
  Угу, сейчас попросят закурить, а потом стукнут сзади чем-нибудь по голове и отберут всё ценное. Я осторожно поставила мешающие сумки на землю - с такими не побегаешь. Так, электрошокер в офисе остался, а баллончик, кажется, в кармане куртки был. Ага, вот он, родимый! Итак, что там у меня спросить хотели?
  Грабитель моё замешательство, видимо, понял неверно, потому как уже более уверенно начал по второму кругу:
  - Извините пожалуйста, а вы не могли бы... меня понюхать?
  - А?!
  Я наконец обернулась и уткнулась взглядом в квадратный подбородок. Косая сажень в плечах, руки в карманах, 'дутая' куртка, полное отсутствие щетины и жутко смущенный взгляд. Да ему лет тринадцать от силы! Наверное, мой ошалелый взгляд придал пареньку бодрости, и он уже уверенно закончил:
  - Вы не могли бы понюхать, пахнет ли от меня алкоголем?
  Уф, напугал! Боится от родителей нагоняй получить, вот и пристает к ничего не подозревающим прохожим.
  - Нет, извини.
  - Ну пожалуйста! Понюхайте!
  - Не буду я никого нюхать! - нет, ну в самом деле, как он это себе представляет? Что я, стоя посреди улицы, буду обнюхивать совершенно незнакомого пацана? Вот еще.
  - Ну тетенька, пожалуйста!
  - Домой иди, сегодня праздники, родители небось сами подвыпили, если пара глотков - тебя не учуют. Иди, иди.
  Паренёк надулся и побрёл прочь. Я проводила взглядом понурившегося выпивоху, а он, обернувшись, показал мне язык. Ну, нахал! Через минуту из-за угла дома послышалось жалобное:
  - Тетенька...
  Нашел новую жертву. Сочувствую. Это что же, совсем скоро и Макс может так же, возвращаясь со школы или встречи с друзьями, приставать к прохожим? Ну и ну. Хорошо хоть сигаретку не пытался стрельнуть, а то бы я рассказала про последние исследования в области онкологии. Подобрав сумки, я отправилась домой и еще из-за двери услышала телефонный звонок. На том конце провода веселая Алла делилась успехами Макса: репетитор его хвалит, и с самоконтролем полный порядок. Слово за слово я пересказала вечернюю встречу. Подруга помолчала немного, спешно распрощалась и положила трубку. Похоже, сегодня Макса с Лешей ждет лекция о вреде вредных привычек!
  Ну вот, и снова отпуск. Правда, всего на неделю, съездить племяннику на День рождения. Февраль, снег и сугробы, а я опять еду к дому за колючим ажурным забором.
  Не придумав, что можно подарить, я посоветовалась с Лешей и теперь везла в сумке последнюю версию игры для приставки. И билеты на концерт для Толи с Аллой - надо же и родителей поздравить со столь знаменательным событием! Когда я приехала, Макс был еще у репетитора, поэтому никто прямо у порога инспектировать мои сумки не стал. Ну что же, есть шанс, что подарок так и останется сюрпризом до дня икс! Тетя Ира вышла ко мне поздороваться, старательно заперев дверь кухни - там прячется торт к завтрашнему дню. Следом за ней показался повзрослевший Мурзик, и принялся тереться вокруг моих ног. На угощение надеется, шкодник! Мне на него уже жаловались, что ловит воробьев во дворе и складывает на крыльцо. Мальчишкам это не мешает, а вот все дамы, от Лизки и тети Иры до Аллы, каждый раз пугаются. Сама Алла ушла встречать Макса от репетитора, Толик в офисе, а я - как будто и не уезжала.
  Праздник прошел на ура. Тетя Ира превзошла себя, всё было изумительно вкусно и красиво, Алла приготовила загадки и шарады, за каждый правильный ответ полагался приз. Я выиграла пару шоколадок, и тут же отдала их мальчишкам в страхе за фигуру. Потом играли в Крокодила командами, девушки против мужчин. Победила дружба: после того, как на попытку Леши изобразить сома Толя ответил 'русалка', Леша жестами показал усы, стала 'усатая русалка', мы от хохота уже не могли продолжать. Как стемнело, пускали салют на заднем дворе. По-моему, Толя скупил пол-магазина пиротехники, но было и вправду потрясающе. Мурзик, испугавшись громких звуков, спрятался куда-то, и ближайшие два дня не показывался нам на глаза.
  На следующий день все оказались внезапно заняты, и я сама повела Макса к репетитору. Эти индивидуальные занятия с легкой руки Леши стали называться 'воскресной школой'. Сидеть в классе с другими детьми Максим пока не готов, нехорошая привычка при малейшем волнении оборачиваться никуда не делать. А вот один на один со строгим учителем, да всего один час, он в силах за собой следить. За всё время занятий происшествий не было, и Алла с Лешей перестали дежурить в соседней комнате - чтобы Макс не надеялся на контроль со стороны взрослых. Учительница хвалит Макса, по её словам, он серьезно относится ко всем заданиям и очень старается. Макс попыток оборачиваться при ней не делает, поэтому пусть считает, что он уже взрослый и может сам, один сидеть на занятиях. Сложилось так, что отводит на урок его Алла, а забирает Леша, после школы. А сегодня мне выпала честь его проводить.
  Отведя Макса к преподавательнице и сдав его из рук в руки, я спокойно занялась своими делами. Зашла на почту, в интернет-кафе, потом купила конфет к чаю... Встречать моего крестника после занятий будет Леша, у него как раз к тому времени свои занятия закончатся. Я возвращалась уже в темноте, и очень удивилась, что в доме во всех окнах горит свет.
   Оказалось, Макс пропал.
   Как это произошло, я смогла понять не сразу. Пришлось долго отлавливать по всем этажам кого-нибудь из домашних. Толик обзванивал всех, до кого только мог дозвониться - знакомые в городе, полиция, скорая, опять полиция, - и на мои вопросы только отмахивался, мол, потом. Алла металась по дому раненным зверем. Садилась куда-нибудь и тут же опять вскакивала. Заламывала руки, причитала, хваталась за голову. Мне пришлось силой усадить её в кресло и напоить мятным чаем с пустырником, пока наконец услышала связные объяснения.
    Обычно с занятий Макс с Лешей возвращаются около четырех. Полпятого, если заходят куда-нибудь по пути - в магазин или парк. Поэтому сначала никто не волновался, подумаешь, погулять решили ребята, пока погода позволяет. Но когда в шесть Леша вернулся один, началась суматоха. Парень очень удивился: "Я же позвонил, предупредил, что задержусь на факультатив. Трубку Лизка взяла - разве она вам ничего не сказала?". Потом замер на секунду, прислушиваясь к чему-то, сказал, чтобы родители не волновались - с Максом всё будет в порядке.
   - Ты представляешь, он спокойно ушел к себе в комнату! Как он так может! Это ненормально! Откуда он может это знать! - Алла вновь залилась слезами.
   - А учительнице звонили? Что она сказала?
   Оказалось, да, звонили. Они отзанимались как обычно, потом Макс сидел ждал, пока его заберут, и рисовал что-то. Раздались гудки автомобиля, Макс выглянул в окно, помахал рукой, собрал вещи и ушел. Больше она ничего не знает и кто приехал - не видела. Переживает, извиняется, надеется что он просто увидел знакомых и скоро вернется, обещает впредь отпускать его только из рук в руки Леше или родителям.
   - А если он не вернется, Кира? Что я буду делать?!
   - Вернется он, обязательно вернется, он у тебя умный мальчик, всё будет хорошо.
   - А знаешь, Кир, - неожиданно всхлипывания стихли, и Алла уставилась куда-то перед собой невидящими глазами. - А ведь я её видела.
   - Кого?
   - Лизку. Она была в холле. Я спросила, кто звонил, потому что мне показалось, что слышала телефон. Она пожала плечами, сказала, что ошиблись номером, попрощалась и ушла. Это она. Это она похитила моего мальчика!!!
   Зашел Толя. Он как мог, утешил Аллу, сказал, что уже сообщил обо всем в полицию, и Лизку объявят в розыск. Но при этом, не смотря на спокойный голос, в глазах у него была сумасшедшинка, руки сжаты в кулаки. Алла заметила это и погладила его по руке. Толик вздохнул, сел на ручку кресла и обнял жену. Пока все ненадолго успокоились, я тихонько ретировалась из комнаты.
   Леша живет через стенку от Максима - так им казалось удобнее. Я постучала в дверь, и, получив разрешение войти, заглянула внутрь. Обычная подростковая комната, с плакатами рок-музыкантов по стенам, криво застеленной кроватью у стены, письменным столом с неровными кипами учебников у окна. Леша сидит в офисном кресле спиной к столу, и никак не вписывается в окружающую обстановку. Вытянутый как струна, прямая спина, учебник по физике в напряженных руках, серьезное лицо, никак не подходящее подростку. И колючий, серьезный взгляд потемневших глазах.
   - Он в безопасности, его никто не обижал, это я чувствую. Он как-то сумел удрать и теперь воспринимает всё как веселое приключение.
   - Лучше уж так, чем на всю жизнь остаться заикой и бояться любого шороха, - вздохнула я, присаживаясь на кровать. Грызла совесть, что сама не забрала племянника. Ведь мне было не сложно...
   - Не вините себя, рано или поздно это бы случилось. Думаю, Лизка собиралась выкрасть его прямо из дома, но здесь он всё время на глазах, под присмотром.
   - Почему так решил?
   - Давно за ней наблюдаю, - пожал плечами. Всего лишь подросток, а видит и знает больше, чем взрослые.
   Я вздохнула и уставилась на противоположную стену, на лицо какого-то гитариста с бурей на голове. Одна сейчас быть не могу, а спускаться к Алле с Толей - значит поддаться их безумству. Леша опять углубился в книгу, слишком серьезно и напряженно, чтобы можно было решить, что он читает.
   Не знаю, сколько мы так просидели в тишине. Леш вдруг вздохнул, захлопнул учебник и порывисто встал. Улыбнулся мне, протянул руку:
   - Ну что, пойдемте встречать беглеца?
   Он ни разу не перевернул страницу.
   Мы шли, громко топая и хлопая дверьми в окутавшей дом оцепенением тишине. Алла с мужем вышли а шум, оценили шальную улыбку Леши и его порывистые шаги, поспешили следом. Но направились мы не к калитке, а в глубь сада, прочь от дорожек и клумб, между ощетинившихся кустов, пока наконец не уткнулись в дощатый участок забора. Я удивилась - почему-то казалось, что кружевное безумие окружает дом со всех сторон.
   Леша осмотрел преграду, пальцы пробежались по неровной поверхности, ища что-то. Потом он присел на корточки у одной из досок и отодвинул её в сторону. Мы все застыли, ожидая чего-то. Меньше чем через минуту в щель просунулась лохматая голова, лизнула Лешу в нос, следом протиснулось всё остальное. Алла сдавленно ахнула, Толя обнял её крепче, с облегчением глядя на сына. А Макс, едва оказавшись дома, подпрыгнул, радостно на меня тявкнул и кинулся к родителям. Леша посмеивался, глядя на жаркую встречу, поднял на меня глаза и по-мальчишечьи подмигнул.
  
  
  
   Кажется, Макс радовался, что вокруг него все так суетятся. Он с хохотом рассказывал о своем приключении. От репетитора его почему-то долго не забирали, потом приехала тетя Лиза с двумя друзьями, на черной машине, спросила как прошли занятия, угостила молочным коктейлем. У него был необычный вкус, тетя Лиза сказала, что добавила туда сироп для вкуса, и расстроилась, что ему не нравится. Макс решил не обижать её, сказал что всё отлично и выпил всё до конца. В машине они ехали долго, а Макс после занятий устал и заснул.
   Проснулся он запертым в незнакомой комнате, на окнах решетки, за дверью слышны незнакомые мужские голоса. С перепугу обернулся и залез под кровать. Пришли похитители, двое мужчин. Увидели, что мальчишки нет, подняли панику, стали искать. Им и в голову не пришло, что в малюсенькую щель под кроватью мог забиться ребенок, вернее, щенок. Макс незаметно выбрался и стал бегать по квартире, искать выход. Один их похитителей увидел его и вышвырнул на улицу, удивляясь, как он мог попасть в дом. Макс тут же скрылся в кустах. Как раз в это время подъехала машина с запахом бензина, пластика и Лизки. Девушка зашла в дом, и через минуту Макс услышал её визги: 'Идиоты, я предупреждала, что он оборачивается, быстро все на улицу, и чтобы нашли щенка!'. Макс не стал ждать, когда его поймают, и побежал на Зов. Зов дома за колючим забором слышат все оборотни, где бы они не находились. Мальчик хихикал, рассказывая, как несколько раз совсем близко проходили похитители, размахивая колбасой, и звали его, ну прямо как собаку какую-то! А он все-таки человек, и не стал вылезать к ним, так и прятался, пока мужчины не ушли.
   Едва Макса увели наверх, Алла извинилась и ушла к себе в комнату. Я, полная новых, не самых радужных впечатлений и мыслей, последовала её примеру. Для чего затевалось похищение? Ради выкупа? Но Макс видел их лица, мог опознать. Да и по запаху оборотень определяет человека с легкостью, и по голосу... Значит, его не собирались отпускать. Что тогда? Забрали бы выкуп и избавились от жертвы? Слишком велик риск, трое не смогли бы 'чисто' провернуть такое. Значит, кроме них был кто-то еще, кто их прикрывал. Влиятельный, безрассудный настолько, чтобы связаться с самыми страшными людьми, которых я знаю. И наемники все были не из местных - те не пошли бы против Оборотней. Выводы неутешительные. Знал ли заказчик, с кем на самом деле связывается? Что похищает не просто сына богатеньких родителей, но и потомка мстительных Оборотней? Ищут ли они еще Макса, или смирились с поражением и сбежали из города? Почему они сразу не уехали, едва поймав ребенка? Миллионы вопросов, и ни одного ответа.
   Спать не тянуло совершенно. Промаявшись за полночь, решила проветриться, а заодно зайти на кухню за мятным чаем. От моей комнаты самый короткий путь как во двор, так и на кухню - по черной лестнице. Той самой, где когда-то я столкнулась с Лизкой. Она ведь тогда следила за Максом и его превращениями, а я не поняла... Свет от фонаря во дворе позволяет спускаться без страха скатиться вниз, пересчитывая ступени, поэтому я не стала включать лампу. Остановилась у памятного окна, приоткрыла створки, позволяя холодному воздуху играть с волосами. Леша молодец, быстро почуял неладное, подозревал её. А вот взрослые дружно прозевали опасность!
   Серый двор растворился в сумерках, круг от фонаря охватывает скромный клочок реальности, позволяя всему остальному миру тонуть во тьме. С легким скрипом под окном и чуть правее открылась дверь, и из кухни вышел Толя. Его лица мне не видно, но фигура выражает крайнее волнение, ожидание. Несколько минут он прислушивался к звукам ночи, а потом сел на ступени и тревожно замер.
   - Где же ты... - донес до меня порыв ветра едва слышные слова, полные, как мне показалось, отчаяния. Кого он ждет? В доме нет никого постороннего, калитку заперли вечером при мне. Неужели кого-то из домашних?
   Полная странного предчувствия, я прислушивалась к темноте. Почему-то казалось, что если Толик меня увидит, то уйдет, или деликатно попросит уйти меня. И я неслышной недвижимой тенью стояла в пролете холодной лестницы, ожидая развязки. Небо, по-видимому затянутое тучами, создавало впечатление захлопнувшейся крышки от коробки, внутри которой вдруг оказался знакомый мне мир. Время шло. Толя продолжал сидеть, то теребя что-то в руках, то ероша волосы. Я уже решила, что больше нет смысла стоять на сквозняке, когда Толик встрепенулся, и я краем глаза заметила неясное движение в саду. Несколько гулких ударов сердца мы оба вглядывались в ночь.
   - Я видел тебя, - спокойно сказал Толя окружающей сад темноте.
   В круг света медленно, грузно переставляя лапы, будто подпирая землю, вышла огромная серая собака. Морда в бурых пятнах, шерсть встопорщена, местами торчит клочьями. В зубах какая-то тряпка, и животное чуть скалит зубы, показывая, что не отдаст добычу.
   - Ну и зачем? - слышу усталый голос. Толя не встает, не пытается протянуть к собаке руки. Вообще почти не двигается, словно хочет показать, что в нем нет угрозы.
   Глухой рык заставил меня содрогнуться. Животное напряглось, не сводит взгляда с Толи.
   - Алла, послушай, я тебе не враг. Я всегда на твоей стороне и стороне нашего сына. Но это уже не в первый раз. И я за тебя боюсь. А если бы у них было оружие? От пуль шкура еще никого не спасала...
   Я вдруг осознаю, что собака держит в зубах шейный платок Лизки, и меня пробирает дрожь. Рык стал чуть тише, зверь переступил с лапы на лапу. Да она в крови! Её? Нет, не похоже. Неужели... загрызла? Не в первый раз?! Я в ужасе зажала рот рукой.
   - А зачем тряпку эту притащила?
   Рык опять усилился, Алла чуть согнула передние лапы. Нет, сейчас это не моя подруга, это зверь, дикий и неудержимый, каким-то страшным чудом обычно спящий в ней.
   - Я тебя не осуждаю, знаю, оборотни не прощают тех, кто обижает их близких. Но что подумает Макс, если увидит?
   Собака склонила голову на бок, задумалась, а потом прижала уши, медленно, очень медленно опустила трофей на землю и виновато завиляла хвостом.
   - Знаю. Пойдем, умоем тебя, пока никто не видел. Про тряпку не волнуйся, я сам завтра сожгу.
   Толик осторожно, не делая резких движений, встал со ступеней. Он приглашающе распахнул дверь и первый вошел внутрь. Алла потрусила следом. Я поспешила к себе в комнату - не хочу, чтобы хозяева знали, что я их видела. Интересно, я одна в этом доме была не в курсе ночных прогулок моей подруги? И что странно, при виде собаки все мои чувства вопили об угрозе, но я не чувствовала опасности для себя лично. Может, потому, что Алла-человек считает меня практически членом семьи?
   Организм не выдержал обилия впечатлений, и я провалилась в сон, едва голова коснулась подушки. Я видела жуткую тёмную тень, отдаленно напоминающую собаку. С тихим рыком, от которого стынет кровь, она медленно наступала, сверкая красными глазами. Бежать некуда, спастись невозможно, взгляд монстра напоминает бездну.
   Я проснулась от собственного крика. Лежа на кровати, разглядывала потолок, пока сердце пыталось успокоиться. Ну что же, давно меня не мучили кошмары. С самого первого посещения этого поместья. Никогда не поздно начать сначала, ведь так? Алла, знаю ли я тебя?
  
   Глава 10. Всё как у всех
  
   Я в задумчивости брела по коридору второго этажа. На завтрак я малодушно не стала спускаться. Сделала вид, что еще сплю, хотя на самом деле просто боялась, что что-то в моем поведении в отношении Аллы изменится и она догадается, что я видела. Видела, как она вернулась среди ночи в зверином облике, в чужой крови с платком Лизки в зубах. Страха перед Аллой у меня почему-то нет, есть только сомнения, смогу ли я вести себя с ней по-старому. Как нет уверенности, знаю ли я её так, как считала.
  - Тётя Кира!
  Чужой голос вырвал из раздумий. Невероятным образом я оказалась у комнаты Леши. Он, по-видимому, как раз собирался вернуться к себе, а тут я, перегородила ему дорогу. Но, возможно, он объяснит, что произошло и что я видела? Может просто кошмар приснился?
  - Заходите, - окинув меня внимательным, не по годам серьезным взглядом он распахнул передо мной дверь. Пришлось войти.
  - Тетя Кира, ты хотела что-то спросить?
  Вот так всегда, то "ты", то "вы". Говорят, это всё подростковые комплексы, и длится ровно до тех пор, пока разница в возрасте не перестает иметь значение.
  И как ему сказать? Твоя родная тетя Алла сегодня ночью кого-то загрызла, ты случайно не в курсе? Я слышала, это не первый случай?
  Леша занял компьютерный стул, я же по привычке села на кровать, да больше и некуда.
  - Скажи, Алла когда-нибудь превращается целиком здесь, в поместье? - решилась наконец спросить.
  - Это вы про ночные прогулки?
  Выходит, я одна не знала? И почему, интересно? Не доверяет, или боится напугать?
  - Сегодня я видела, как она возвращалась, - сознаюсь, глядя в пол.
  - Тетя Кира, тебе нечего бояться. Она сама, как и её зверь, готовы ценой собственной жизни защищать близких, свою семью. И ты входишь в число этих немногих людей. Обидели её сына, и зверь не мог не отомстить. Такова суть Оборотней. Инстинкт семьи, стаи заставляет их порой совершать не совсем понятные и безобидные поступки. Эти порывы не всегда возможно контролировать. Потом приходит раскаяние и угрызения совести. Что бы не произошло, ей сейчас сложно. Но она готова отдать жизнь за тебя, за всех нас. Последствий этой прогулки не будет, дядя Толя уберет все следы, никто не найдет концов. А тетя Алла очень огорчилась, что тебя не было за завтраком.
  И что это я, в самом деле? Мне она ничего плохого не делала, и я не знаю, как бы себя вела, посмей кто-нибудь (не дай Бог!) обидеть моего сына. У меня пока и ребенка-то нет, но зато есть лучшая подруга, которой я сейчас нужна.
  - Тетя Алла очень старается, чтобы бремя Оборотней не затрагивало её близких. Потому вы и не видели до сих пор её полных оборотов. Она мечтает, чтобы у её сына было всё, как у всех мальчишек его возраста - обычная школа, друзья, прогулки по городу в компании приятелей, крепкая семья, спортивные увлечения, кумиры, любимые музыкальные группы, путешествия. Она даже в летний лагерь собралась его записать на следующее лето. Она очень старается сделать близких счастливыми, хоть иногда эта ноша и оказывается непосильной. И ей очень повезло найти настоящую подругу.
  Угу, хороша подруга, чуть что - сразу в кусты. Или попой на клумбу.
  - Спасибо, Леша. Ты мне очень помог. Я пойду.
  - Конечно. Если какие-то вопросы, сразу спрашивайте, я же Садовник, - светло улыбнулся парень.
  Признаться, я и не подумала, что он как никто должен понимать души оборотней. Леша так не похож на предыдущего Садовника! Излишне серьезный и излишне безалаберный одновременно, если такое вообще возможно.
  
  Алла сидела в гостиной и рассеянно листала какую-то книгу. Мне она о происшествии не скажет, не хочет сваливать на других свой груз. Значит, будем стряхивать эти булыжники с плеч принудительно.
  - Алла, доброе утро! Я совсем соня, как с работы вырвалась, так организм решил выспаться впрок. Как думаешь, сработает?
  - Не знаю, - подруга неуверенно подняла на меня глаза, продолжая думать о чем-то, судя по выражению лица, не совсем приятном.
  - Красавица, слушай, у тебя нет знакомого портного? Рабочий костюм порвался, где-то локтем зацепила. Надо зашить.
  - Зачем портной? Может, лучше сразу новый взять? Шов заметно будет, а тебе нельзя выглядеть кое-как. В центре есть магазинчик, там модели - закачаешься! Подожди, я только кошелек у Толи возьму. Через десять минут внизу у лестницы!
  Ура, получилось! Костюм лишним не будет, а шоппинг - лучшее лекарство.
  Из магазина мы вернулись уже в темноте, уставшие физически но отдохнувшие морально. Кроме одежды, купили игрушки Максу, какой-то очень нужный провод для компа Леше и кучу сладостей всем. У дверей нас встречал хмурый Толик - во-первых, мы задержались до темноты, а во-вторых Мурзик где-то поставил метку, и найти откуда воняет или хотя бы самого виновника происшествия у него не получилось. Переглянувшись с Аллой, мы отдали Толику все пакеты, и, быстренько переодевшись, принялись за дело. Поиск кота поручили Максу (он как раз хвастался утром своим острым нюхом), а сами, вооружившись всевозможными средствами, устроили обход . Когда появится новая уборщица - неизвестно, а жить с таким амбре в доме ну никак нельзя! Причина расстройства Толи нашлась быстро, под лестницей в холле. Здесь хранятся швабры, ведра, у входа - всевозможные воски и натирания для мебели, крема для обуви, свеженачищенные ботинки Толика, которые почему-то так не понравились (или, напротив, приглянулись?) коту. Увидев это безобразие, Толя пообещал открутить лохматому и полосатому уши и хвост. Мальчишки, которые умудрились-таки где-то поймать Мурзика, быстренько выкинули кота во двор и сделали вид, что его не нашли. Я им почти поверила.
  
  В следующий раз я встретилась с подругой и её семьей накануне дня рождения самой Аллы. Макс с Лешей попросили помочь им с подарком, и в итоге мы решили приготовить один презент от нас троих. Кроме того, Леша накачал на плеер Аллы подборку её любимой музыки, Макс выучил поздравление в стихах, а еще нам предстояло завернуть приготовленный сюрприз в подарочную бумагу.
  Вечером, за день до знаменательной даты, мы втроем устроились у Леши в комнате. Ко мне, как и к Максу, Алла запросто могла зайти в самый неподходящий момент, а к Леше почему-то всегда стучалась. К тому же было просто удобно заниматься тем, что мы задумали прямо на полу посреди комнаты. Мы старательно трудились над подарком для Аллы, заворачивая его в шуршащую бумагу и оборачивая ленточками. В комнату просочился Мурзик и попытался принять посильное участие в столь интересном процессе. Скоро у нас закончились скрепки, мы запоздало спохватились, что лучше бы скрепить всё скотчем, и принялись скрепки вытаскивать. Кот отправил несколько железок под кровать, мы его попытались прогнать и навести хоть какое-то подобие порядка, чтобы самим не поскользнуться на раскиданных канцтоварах. Не помогло, Леша весело проехался по комнате на пятке и с глухим звуком приземлился у стены. Вернувшись к нам на четвереньках с новым мотком клейкой ленты, парень усердно принялся заново заворачивать свой угол. Еще минут пять Мурзик наблюдал за процессом издалека, потом принялся посильно помогать. Я изловила кота (поскользнувшись на старательно разложенной бумаге и заработав от негодника пару царапин), отлепила от него кусочки скотча, попыталась прогнать. Кот стал огрызаться - как же, такое веселье без него! Макс обернулся, с лаем погнался за котом, по пути они умудрились пробежать по бумаге и подарку. От когтей на видном месте порвалась обертка; с дружным вздохом, грустно переглянувшись, мы с Лешей принялись её заклеивать.
  Вернулся Макс с целым пучком цветных лент. Пока завязывали бант, кот неведомым мне образом опять оказался в комнате. Леша поймал негодника и снова выпроводил, Макс попутно отобрал у него кольцо от скотча. Больше клейкой ленты не оказалось. Кинулись искали её по всему дому, кот тем временем распутал бант и сам безнадежно увяз в лентах. Мы поухмылялись и оставили его выпутываться самого. Уф, наконец, справились! Царапины от когтей на руках и огрызки клейкой ленты на одежде, несомненно, добавили нам шарма. Я задорно подмигнула мальчишкам и предложила оставить подарок прямо здесь, у Леши в комнате. Тот согласился и задвинул наше творчество между шкафом и стеной. Чудесно! Теперь никто и не найдет раньше времени, и кот не достанет. Лишь бы Макс не проговорился!
  К обеду мы уже привели себя в порядок, спустились вниз, соблюдая строгую конспирацию, то есть по одному, и старательно друг на дружку не смотрели, дабы никто не уличил нас в сговоре. Но тайные перемигивания никто не отменял, да и неуместное веселье то и дело прорывалось наружу.
  - Как прошел день? - спросила Алла.
  Макс, сидящий ближе всех к ней, тут же затараторил:
  - А мы гуляли! Я еще один лаз нашел, за кустами у дальней ёлки. Потом математику учил, Леша заставил три раза переписывать! - пожаловался племяшка.
  Я украдкой погрозила ему пальцем, но тот не заметил.
  - А потом мы ленточки вязали, - непринужденно выдал нас Макс. Леша поперхнулся, а я улыбнулась подруге и с честным видом заявила:
  - Ага, это мы коту бантики делали. Смотри, как он исцарапал, пока играли! - продемонстрировала я руки.
  - Ой, что же ты йодом не помазала! - всплеснула руками Алла.
  - А я спиртом протерла, - нагло соврала я. И показала Максу кулак, он пристыжено надулся.
  Праздник прошел шумно и весело. На стих Макса Алла прослезилась, музыке от Леши искренне обрадовалась, а картину торжественно повесила в своей комнате. Я уезжала со спокойным сердцем. Оборотни заслужили свой кусочек счастья.
  
  Мимо меня важно процокала каблуками какая-то девица. Я лишь проводила удивленным взглядом это явление: посторонняя девушка в доме Аллы? На каблуках? В мини-юбке? Да куда только смотрит хозяйка?! Я, недолго думая, рванула вверх по лестнице. Алла сидела у себя в кабинете и перебирала какие-то бумаги. Как всегда, удивительный порядок в делах и доме и полный раздрай с самой собой.
  - А, так это Катя, моя подруга. Она осталась без работы, и я пригласила её к себе домоуправительницей.
  Подруга? Стоп, кажется, я сошла с ума.
  - Алл, ты чего? Не боишься, что мужа уведут?
  - Катька? Да ты что, Кира, о чем ты говоришь! Это порядочная девушка, и Толе я верю. Даже не пытайся нас с ней поссорить! Она говорила, что ты ревнуешь, но я сначала не поверила.
  М-да, похоже, я не с того края зашла.
  - Прости, конечно, я не знала. Просто удивилась, что в доме у замужнего мужчины цокает каблуками мини-юбка с декольте. Я, конечно, на свидания тоже так хожу, но к тебе приезжаю в джинсах. Кстати, видела, в ЦУМе распродажа прошлой коллекции джинс. Сходим?
  Алла моим словам вняла, и на следующий день Катька шлепала по дому во вьетнамках и джинсах. В обтяжку. И при любом удобном случае, стоило увидеть Толю на горизонте, тут же мило прогибалась, наклонялась, тянулась за чем-нибудь, выставляя себя в наиболее выгодном ракурсе. Толик уже боялся выходить из комнаты, и всё время, что проводил в доме, окапывался в кабинете. Там частенько сидела за соседним столом Алла, просто потому, что ей так хотелось, а мальчишки, проникнувшись осадным положением, приносили всё необходимое: булочки, чай, пачку бумаги из запасов в кладовке. Катьке в кабинеты и личные комнаты вход был воспрещен.
  Однако я не удивилась, обнаружив как-то её у себя в комнате.
  - Извините, вы что-то хотели? Катерина, кажется?
  - Ой, простите, зашла прибраться, я думала, что гостевые комнаты пустуют.
  - Эта комната закреплена за мной.
  - Вы часто здесь бываете?
  - Достаточно. Вы хотели убраться? Под кроватью, кажется, давно не подметали, и на шкафах я вчера заметила пыль. Еще мне понадобятся чистые полотенца и перестелить постель.
  Девушка заикнулась было, что позовет уборщицу, но я заметила, что они зашла в комнату именно чтобы убраться, с её собственных слов. А уборщица, наверное, где-то занята, раз самой домоуправительнице приходится ей помогать. И какая она ответственная, что сама обходит все комнаты и поправляет недочеты прислуги...
  Скрипя зубами, Катька через пару минут махала в комнате веником, поднимая пыль. Я не стала делать ей замечания. Чистые полотенца и постель принесла горничная, которая приходит из города три раза в неделю. Понятливо с ней переглянувшись, посочувствовала - не повезло с новой управляющей. Та только вздохнула, опасливо на меня взглянула, словно собираясь что-то сказать, но так и не решилась. Комнату с того дня я стала запирать на ключ.
  Так, с этим надо разобраться.
  Вечером Макс сам подошел ко мне, и сказал, что мамина подруга ему не нравится - слишком много командует и чересчур пытается папе понравится. Я согласилась. Свистнули из соседней комнаты Лешу, и он безропотно согласился с планом по выживанию мегеры из дома, хоть и покачал головой - не в правилах Садовников вмешиваться в решения Оборотней. Но против Катьки даже он согласен был пойти.
  Мы не стали сталкивать 'домомучительницу' с Толиком, как это часто делают в фильмах. Просто по мере сил добавляли ей работы, задавали каверзные 'неудобные' вопросы по поводу счетов за дом, покупке мебели, дизайну комнат, закупке продуктов и прочим пунктам перед Аллой, делали ей перед всеми замечания по поводу домашних дел (ах, ковер так плохо вытрясли; ах, за обедом опять не хватило печенья; ах, кончились канцтовары). Тетя Ира встала на нашу сторону, заявив, что никому не позволит лезть в дела кухни, тем более наглой девице, которая ничего не понимает и 'для экономии' предложила покупать муку подешевле и готовый хлеб. Да чтоб ей всю жизнь черствыми булками питаться и тем магазинным ужасом под названием 'хлеб' подавиться! Через пару недель Катя взвыла, а к конце недели и вовсе уволилась. Сказала Алле, что оказалась не готова к управлению столь большим поместьем, что это такая ответственность, и вообще, ей предложили место секретаря в офисе... Она съехала на следующее утро. Вечером мальчишки устроили в своём штабе дикие пляски, так, что дом Садовника ходил ходуном, а мы с тетей Ирой пили на кухне чай со свежим печеньем из первосортной муки и радовались маленькой победе. Не стоит пускать в свой дом приживал, тех, кто не стоит твоего доверия. Но и оставлять обиженную 'подругу' за спиной тоже не стоило, только мы не сразу это поняли.
  
  В доме царит бедлам, все носятся с чем-то в руках по этажам, создавая наглядную модель броуновского движения. Причина сумасшествия в любом другом доме показалась бы банальной - Максим, единственный сын хозяев поместья, идет в первый класс. Но вот для Оборотней такой отчаянно смелый шаг может обернуться разоблачением и полным уничтожением. Алла ни за что не позволит ученым ставить опыты над своим сыном, и сама под ножи и датчики никогда не ляжет. А Толя кому угодно перегрызет горло за свою семью, за жену и сына, хоть он сам и не является оборотнем. И с кем я только дружу?! Вот только ближе этой странной семейки у меня никого нет. И, боюсь, у них тоже кроме меня никого нет. Если только не считать потомков Садовника, да и они в последние века всё чаще относятся к своему наследию как к проклятию, а не дару дружбы и верности. На того же самого Лешу смотрят как на больного или изгоя, всячески стараясь уговорить бросить эту блажь и жить как нормальные люди, а его дядю, Садовника ныне покойного отца Аллы, считают просто сбрендившим стариком. Надо будет навестить беднягу, как бы родственнички его окончательно не заклевали.
  - Я нашел ботинки. Тетя Алла, а где его рюкзак? - Леша вынырнул откуда-то из кладовки. Мурзик тут же не преминул воспользоваться возможностью и кинулся ему под ноги, наперерез. Леша просто переступил через шкодника, проявив недюжинную ловкость и спокойствие.
  - У меня, только платочки положу, и будет готово. Ой, еще подставку для книг, и запасную ручку. Толя, где у нас ручки?! - Алла вышла почему-то из столовой, из-под пышно уложенных волос едва угадывались лохматые треугольные ушки; их кончики нервно подрагивают.
  - Ал, держи себя в руках, уже уши видно! Всё хорошо. Первый класс - еще не конец света! Он у нас справится. Правда, малыш? - Толя показался на лестнице второго этажа, держа на руках одетого в костюм сына. Макс с серьезным и сосредоточенным выражением лица важно кивнул и помахал ступнями в одних носках.
  Довели ребенка! Запугали! Родители, блин. Пора встрять.
  - Так, народ, заканчивайте мандражировать! Алла, давай рюкзак, я проверю, а ты бегом одевайся - до сих пор в домашнем платье.
  - Ой! - взвизгнула подруга и понеслась наверх, едва не сбив мужа. Я с трудом успела отобрать у неё ранец.
  - Макс, ты очень взрослый в этом костюме, прямо как папа, тебе очень идет. Леша, подстрахуешь его на переменах?
  - Конечно, мы же в одну смену учимся, я специально в параллельный класс перевелся, - подмигнул своему Оборотню юный Садовник, застегивая на нем ботинки. Племяшка вздохнул свободнее и почти улыбнулся. Конечно, намного спокойнее, когда можно в любой момент прибежать за помощью к своему неизменному няню, стражу и другу. Вот только злоупотреблять этой дружбой Макс не намерен. Как им повезло друг с другом!
  С улицы донесся звук клаксона такси.
  - Машины приехали! Алла, ты где? - рявкнул на весь дом Толик и помчался выуживать жену из спальни, опустив Макса на ступени. Тот сразу же пошел вниз, важно и степенно, пока Леша не сграбастал его в охапку и принялся щекотать.
  - Балбесы, костюм помнете, хоть дождитесь конца линейки! - я безрезультатно пыталась разнять драчунов. Ну дурдом чистой воды!
  
  Линейка прошла торжественно. Алла пустила слезу, глядя на сына в костюме и с огромным букетом в руках. Про цветы, кстати, я вспомнила в последний момент, пришлось заезжать по пути. Таксист понятливо хмыкнул и посоветовал пару цветочных, - мы выбрали тот, что был ближе. Ну что же, малышей уводят в классы, а родителей убедительно просят не срывать первый урок. На самом деле вовремя, у Толи сегодня еще два совещания, он на них едва успевает. Он никогда бы не пропустил такое событие в жизни сына, но и работу никто не отменял. Максу повезло, его определили (не без участия родителей, конечно) в класс к той учительнице, к которой он ходил на индивидуальные занятия. Она знает, как он старается заниматься, и что он несколько нелюдим, поможет избежать конфликтов в классе. В целом, линейка прошла замечательно, в том плане, что и Алла, и Макс удержались от трансформаций. Будем надеяться, что дальше всё пойдет так же хорошо! Ну а мы с Аллой идем в кафе, отмечать первое сентября её сына. Как я рада за племяшку!
  Тем же вечером на заднем дворе мы толпились у мангала, уминая горячие шашлыки. Изумительный аромат мяса витал среди деревьев, шипели капли рассола, падая на угли. Незаметно подкрадывались сумерки, окутывая нас приятной прохладой и вечерней свежестью. Какие-то пичуги пели прощальный гимн Солнцу, а мы были счастливы. Надолго ли? Увы, нет.
  Началось всё, как ни странно, вовсе не со школы и не по вине несдержанного Макса. Начала всё рассудительная Алла. Окрыленная примером сына, она стала чаще одна выходить за пределы ажурной клетки - в парикмахерскую, в продуктовый магазин, на распродажи одежды. Там-то это и случилось в первый раз. Толкотня, суета, какая-то тетка наступила на ногу, толкнула, пытаясь первой схватить симпатичную кофточку. Алла зарычала. Это вырвалось помимо воли, инстинктивно, зверь просто защищал себя. Женщина завизжала, а Алла рванула на улицу, бросив все вещи. Подростки показывали на неё пальцем: еще бы, у взрослой женщины - и такое эксцентричное украшение, меховые уши! Ой, да они еще и шевелятся, как настоящие! Кто-то заснял на телефон...
  Толик, как всегда, сумел всё уладить. Видео исчезло, едва попав в сеть, телефон парня ни с того ни с сего "накрылся", женщина получила моральную компенсацию за результат своей грубости и наглости и обещала молчать. И ведь молчала, только по большому секрету рассказала ближайшей подруге и мужу, те поделились на работе. А видео осталось на компьютерах у тех, кто каким-то чудом успел скачать новый ролик. Месяц Алла не выходила из дома. Смотрела на колючий забор и гадала, кого и от чего он защищает: внешний мир от обитателей поместья или самих Оборотней от злобы окружающего мира? Потом Толику надоело смотреть на эти терзания, и он уговорил Аллу пойти в кино ("ведь Макс так хотел посмотреть!"), потом зашли в кафе. Мир не рухнул, никто пальцем не показывал и в ужасе не разбегался, не кидался с вилами и факелами. Это уже в прошлом, далеком забытом прошлом, а сейчас мир намного лояльнее относится к тем, кто отличается от остальных. Алла поверила теплым словам и нежному взгляду мужа, и успокоилась.
  Как-то она забирала Макса со школы, и они зашли по пути в супермаркет. Пока Макс выбирал себе тетрадки, Алла на соседних полках просматривала диски с играми и фильмами. Может, что-нибудь понравится всем трем её мальчикам? Но на беду в тот же отдел забрели парни, посчитавшие хрупкую женщину легкой добычей. Пошлые комплименты, предложения "пойти, прокатиться", попытки полапать. Она одна бы с троими справилась, не в первой, но с ней Макс! А мальчишка, услышав возню, заглянул за стеллаж и, как истинный рыцарь, бросился защищать мать. Она же женщина! А он - мужчина! Сделал он это так, как умел, - обернувшись на бегу. Когда парни увидели выпрыгивающего из человеческой одежды щенка, у которого, кажется, еще пару секунд назад были руки и ноги, среагировали неадекватно: кто-то завизжал, кто-то удрал, бросив товарищей, один схватил Аллу и выставил её перед собой, как щит, а последний кинул в щенка тем, что попало под руку, и на беду попал. Визг малыша окончательно лишил Аллу контроля, и наружу вырвался Оборотень, детеныша которого обидели. Зверь защищал, он мстил, он был беспощаден.
  Уже дома Алла пришла в себя, не помня, что произошло. Макс странно на неё смотрел и почти всё время сидел в комнате, запершись. А вечером в новостях пустили сообщение, что в торговом центре собака разодрала троих парней. Насмерть. Четвертый из приятелей от увиденного лишился рассудка и утверждает, что это сделал мальчик-оборотень, с пострадавшим работают психологи. Стеллажи, передвинутые накануне, не позволяют разглядеть в полной мере что произошло, а плохое качество съемки не дает разглядеть лица, но специалисты по информационным технологиям пытаются устранить этот недостаток. Плохую съемку и недостаточную видимость ставят в вину проектировщику зала и службе безопасности.
  На видео камеры наблюдения видно, что в отделе сначала была женщина, потом к ней присоединились пострадавшие. Вот за стеллажи забегает ребенок, слышен крик, один из пострадавших, единственный оставшийся в живых, убегает прочь. Раздается визг, похожий на собачий, потом отголоски рыка, которые почти сразу теряются в нестройном хоре воплей ужаса. Через пару минут всё стихает, и можно заметить, как с другой стороны стеллажей выходит крупное животное, очертаниями напоминающее собаку или волка, с детенышем. Как они оказались в магазине и куда делась женщина и забежавший за стеллажи ребенок, остается загадкой. Следователи ведут их поиск, имена пропавших известны - на месте происшествия остались все вещи пропавших, включая одежду. Пролить свет на это обстоятельство полиция отказывается.
  Репортаж закончился, и Алла уже не слышала, о чем дальше говорил диктор. Её сковал ужас.
  Все вещи пропавших, включая одежду и документы, бесследно пропали из отделения полиции, вместе в их именами из баз данных, и и вообще любыми упоминаниями. Дело замяли, списав всё на несчастный случай и бешеную собаку. Женщина и ребенок? Какие женщина и ребенок? Они спокойно вышли из магазина, есть очевидцы, это всё происки журналюг, которые пытаются раздуть из мухи сенсацию. Какая мистика? Обычное происшествие, у нас тут чуть ли не каждый день происходит: город, видите ли, проклят Оборотнями... Да что вы говорите, мы дурим вам голову? Ну как хотите, это было просто моё мнение, - примерно в таком ключе велось всё дальнейшее обсуждение случившегося.
  Макс продолжал ходить в школу, а через пару дней, поговорив с Лешей и мамой, перестал её сторониться. Ведь она его защищала. Он бы тоже её спас!
  
  
  
  
Оценка: 7.00*3  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com О.Гринберга "Драконий выбор"(Любовное фэнтези) К.Фрес "В следующей жизни, когда я стану кошкой..."(Научная фантастика) А.Гришин "Вторая дорога. Путь офицера."(Боевое фэнтези) В.Старский ""Темная Академия" Трансформация 4"(ЛитРПГ) М.Атаманов "Искажающие реальность-4"(ЛитРПГ) Д.Сугралинов "Дисгардиум 2. Инициал Спящих"(ЛитРПГ) А.Кочеровский "Утопия 808"(Научная фантастика) А.Гришин "Вторая дорога. Выбор офицера."(Боевое фэнтези) М.Атаманов "Искажающие реальность"(Боевая фантастика) В.Крымова "Вредная ведьма для дракона"(Любовное фэнтези)
Хиты на ProdaMan.ru Недостойная. Анна Шнайдер��ЛЮБОВЬ ПО ОШИБКЕ ()(завершено). Любовь ВакинаИмператрица Ольга. Александр МихайловскийВолчий лог. Сезон 1. Две судьбы. Делия РоссиЧП или чертова попаданка - 2. Сапфир ЯсминаHigh voltage. Виолетта РоманПеснь Кобальта. Маргарита ДюжеваСеверный волк. Ольга БулгаковаПодари мне чешуйку. Гаврилова АннаНочь Излома. Ируна Белик
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
С.Лыжина "Драконий пир" И.Котова "Королевская кровь.Расколотый мир" В.Неклюдов "Спираль Фибоначчи.Пилигримы спирали" В.Красников "Скиф" Н.Шумак, Т.Чернецкая "Шоколадное настроение"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"