# Магистр-2. Первая после бога

Алекс Маратович Киреев

(ДАН) - Слушай, а кто эта блондинка с пышными формами и с лошадиным лицом? Нет-нет, я не настаиваю, если я задала неловкий вопрос, можешь на него не отвечать. Я не обижусь.

Боль от ошейника на мгновение усилилась. Намек был очевиден, а я не принадлежал к расплодившемуся в последнее время племени мазохистов.

- Бывшая.

- Бывшая?! И что ты в ней нашел? Богатые родители? Родственница начальника? Или чья-то надоевшая любовница сильных мира сего, пожалованная тебе с барского плеча?

- Я и сам постоянно задаю себе этот вопрос. Родители у нее и вправду богатые, но не настолько, чтобы это меня хоть сколько-нибудь волновало.

- Субалтерн, знаешь, я не могу понять твою логику. Посмотри на меня внимательно, - и Леонисия отложила в сторону комп. - Хороша ведь чертовка! По моему, ты без всякого 'Укротителя' должен плюнуть на все свои комплексы, переступить через ложную гордыню, упасть передо мной на колени и беспрекословно выполнять все мои приказы. Неужели тебе их когда-либо отдавали женщины подобные мне?

- Ох, мне сейчас не до логики. Больно... Не могли бы вы хотя бы немного уменьшить...

- Не сомневаюсь. Что же касается уменьшить... Давай я тебя лучше займу разговором. Говорят, это здорово помогает. Кстати, а жена пыталась тебя подавлять? У нее властное лицо.

- Еще как! - воспоминания о наших ежедневных ссорах не то, чтобы совсем отвлекли меня от боли, но на несколько секунд сделали ее не такой страшной.

- У нее тоже было нечто вроде асторийского 'Укротителя'.

- Нет, но у нее было средство не менее эффективное.

- Интересно, я никогда не слышала о каких-либо земных ноу-хау в этой области.

- Их и не было. Она обходилась обычными скандалами. Правда, такими, что, вероятно, я бы предпочел терпеть боль от вашего ошейника.

- Да, неужели?! - и я снова схватился за шею.

- Нет, госпожа... Нет... Я говорил о среднем уровне боли... О-о-о...

- Так это и есть средний уровень. А вот если увеличить его...

Что же, и этот раунд был полностью за моей мучительницей. И мне оставалось только признать это: - Госпожа, умоляю вас, не надо ничего увеличивать. Я все понял. Пожалуйста, уберите боль.

- И что же ты понял?

- Понял, что вы управляете этой штукой, понял, что надо исполнять ваши приказы.

- И это все? - разочарованно спросила Леонисия.

- А еще я прошу прощения за свое неподобающее поведение и грубые слова. Это боль виновата.

- Боль, боль... Не ищи оправданий. Если бы ты не проявил непослушания, то никакой боли бы не было. Согласен?

- Согласен, вы правы, госпожа. Простите меня, умоляю.


(ЛЕО). Террор физический я, скрупулезно следуя правилам воспитания трудных подростков, сочетала с террором моральным. Дан внимал моим наставлениям, продолжая корчиться от боли, а его речь становилась все больше похожей на речь настоящего мужчины... Асторийского мужчины! Когда же он срывающимся голосом сообщил, что готов стать моим рабом я едва сдержала победный клич. 'Молодец, Лео, ты подавила первый и самый опасный бунт. (Как ненавидела я инструкторов академии, постоянно акцентирующих внимание курсанток на теме первого бунта. Уж что-что, но я никогда не думала, что это когда-нибудь пригодится мне на практике.) А все остальное - дело техники, да и за финишами дело не станет." И в предвкушении 'продолжения банкета' я приказала усмиренному мятежнику отправиться в душ, а сама продолжила изучение его компьютера.


(ДАН) - Верится с трудом. Но у меня доброе сердце, и я дам тебе шанс исправиться. Хотя бы по той простой причине, что научить тебя, как следует слушаться асторийских женщин, было некому. Но вот, если ты и после этого моего маленького урока продолжишь бунтовать...

- Нет-нет, что вы. Спасибо! Я буду самым исполнительным субалтерном...

- Ты ничего не понял, и я не прощаю тебя, - и асторийка вновь дотронулась до браслета.

- Госпожа, умоляю, больно!!! За что вы наказываете меня?! Что я сделал неправильно?!

- Мне надо, чтобы ты был не только субалтерном. Это наши официальные отношения по службе. Мне надо, чтобы ты стал... Впрочем, догадайся сам, кем я желаю, чтобы ты стал.

- Госпожа, не сомневайтесь, я стану для вас кем вы скажите: служителем, рабом... - гуляя вечерами по Межгалактической паутине я не раз натыкался на сайты, знакомство с которыми помогло мне найти ответ, удовлетворивший мою мучительницу.

- Ну, раз понял, то давай вернемся к началу бунта. Поднимайся и надевай комбинезон как положено.

Увы, боль поломала меня. Или, по крайней мере, надломила. Приказы асторийки уже не казались унизительными, а все, что она делала со мной, воспринималось почти как должное. Еще не веря, что боль исчезла, я попытался подняться, но закружившаяся голова и трясущиеся ноги подвели меня, позволили сделать это только с третьей попытки.

- Нет, давай сделаем иначе. Отправляйся в душ и приведи себя в порядок. А то ты сейчас больше похож на тряпку, а не на сильного мужчину, который напишет для меня книгу, и которого я возвеличу до самого высокого мужского ранга. Ранга моего служителя. А приручать наполненную болью 'заготовку' мне не интересно. Пятнадцати минут тебе хватит?

- Спасибо, госпожа Леонисия, хватит, - я не верил своему счастью. 'Душ, душ, скорее смыть с себя этот ужас...' Стараясь не упасть, я снял комбинезон.

- Ну, тогда иди..., нет, погоди. Ты хотел угостить меня шампанским?

- Да, госпожа. - Так в чем же дело? Налей мне пока бокал. Видишь, слабая женщина не может противиться твоим желаниям. И, надеюсь, тебе не придет в голову вздорная мысль кинуть в меня бутылку?


(ДАН) Прохладные струи душа и отсутствие новых импульсов от той ужасной штуковины, которую Леонисия совершенно справедливо называла 'Укротителем' позволили мне немного придти в себя. Впрочем, совсем немного, ибо боль еще давала о себе знать. Возможно именно из-за этой боли никакие идеи, на тему как избавиться и от ошейника, и от свалившегося на меня с небес магистра не приходили мне в голову. Так что в комнату я вернулся с одной лишь нехитрой мыслью: сделать все возможное, чтобы избежать новых приступов боли. Что же касается приказа магистра, согласно которому на мне не должно было быть никакой одежды, то я постарался одновременно и соблюсти, и обойти его, обернув вокруг бедер махровое полотенце.

Леонисия с иронией посмотрела на меня: - Я смотрю, водные процедуры пошли тебе на пользу. Я права?

- Да, вы правы, госпожа магистр, - мне оставалось только согласиться с измучившей меня 'Укротителем' девушкой.

- Субалтерн, отдаю тебе должное - ты меня заинтриговал.

Я ничего не ответил, ожидая очередного подвоха. И не ошибся:

- Что молчишь? Не хочешь спросить чем?

- Хочу, но не решаюсь.

- Что так?

- Вдруг вам мой вопрос не понравится, и вы опять включите Укротитель.

- Ну, не надо делать из меня садистку. Я никого не наказываю просто так.

- Я понял, госпожа. Разрешите спросить, чем я мог заинтриговать вас.

- Подумай.

- Не приложу ума, госпожа магистр, - ответил я после короткого размышления.

- Ладно, приду тебе на помощь. Дан, скажи мне, пожалуйста, что в твоем теле такого необычного, что это надо скрывать от меня? Язвы, раны, лишаи, татуировки? Не интригуй - сними свое глупое полотенце. Только сделай это очень плавно...

- Нет, госпожа магистр, ничего из перечисленного вами на моем теле нет.

- Ну, тогда выполни мой приказ. Но, повторяю, сделай это очень плавно, - Леонисия дотронулась до браслета.

- Нет, госпожа, умоляю, только не это!!! - я мгновенно сорвал себя импровизированную набедренную повязку.

- Это, по-твоему, плавно?

- Простите меня, госпожа магистр. Я боялся, что вы опять включите "Укротитель".

- Правильно боялся, - новый приступ боли пронзил мое тело.

- А-а-а!

- Я же сказала 'медленно'. Оденься и повтори.

Я поднял с пола полотенце и вновь обмотал его вокруг бедер. А затем медленно-медленно снял его.

Одержав очередную победу, асторийка самодовольно улыбнулась, и, словно покупательница на невольничьем рынке, начала внимательно разглядывать мое тело. 'Минута, вторая, пятая... Черт, что во мне такого интересного? Или она думает, что андрологи Астории и Земли сговорились, заявив о полной идентичности строения тел населения двух планет?' Впрочем, задавая эти вопросы я обманывал сам себя. В действительности я прекрасно понимал и смысл действия Леонисии, и смысл ее молчания. Красноречивее любых слов они говорили мне: 'Ты мой раб и твое тело - моя собственность'.


(ЛЕО) Теперь, после одержанной победы, мне оставалось лишь привести Дана в нормальное состояние - после знакомства с 'Укротителем' бедняга находился на грани обморока. Ну, насчет обморока я, возможно, несколько сгущаю краски, но то, что землянин утратил координацию движений - несомненно... Впрочем, душ, в который я направила моего подопечного, наверняка поможет ему придти в норму. Если же нет... Ладно, что-нибудь придумаю...

Вместо отведенных пятнадцати Дан уложился в двенадцать минут. Мне с трудом удалось не рассмеяться при виде волосатого мужчины с отвислым животиком и тонкими ногами 'одетого' в одно лишь обмотанное вокруг бедер белое полотенце. 'Глупышка, мой маленький глупый землянин. Кого ты пытаешься провести?' Сразу вспомнилось наше любимое асторийское развлечение - мучан или, говоря по-земному, стриптиз. 'А собственно, почему бы и нет?! Сейчас ты у меня разденешься. Медленно, очень медленно...'

- Сними полотенце. Только очень плавно, - приказала я.

В ожидании очередного приступа мужского самолюбия, я осторожно положила палец на сенсор 'Укротителя', однако моя предосторожность оказалась излишней - мой раб безропотно выполнил приказание. Правда, ни о какой плавности речь не шла. Сначала он чуть промедлил, а затем, как будто бы сломав в себе что-то, резким движением снял полотенце.

- Я же сказала, 'плавно'.

- Простите, госпожа магистр, но я боялся, что вы решите, будто я медлю, и опять включите эту штуку.

Нет, и в самом деле водные процедуры пошли Дану на пользу, вернув ему способность трезво оценивать ситуацию.

- Она, что, так напугала тебя? Привыкай: вы с этой штукой теперь друзья надолго. По крайней мере, до того судьбоносного момента в твоей жизни, когда выполнение моих приказов станет главной целью твоего существования. Надеюсь ты догадался, что эта, как ты говоришь, 'штука' незамедлительно реагирует на твое малейшее непослушание? - и я на мгновение включила "Укротитель". - Поэтому, подними полотенце с пола, снова обмотайся им, и выполни мое распоряжение в точности.

Первую часть приказа Дан выполнил очень быстро. Вторую - чуть медленнее, но в любом случае позитивные сдвиги в его поведении были налицо. Но куда больше мне понравилась реакция детородного органа землянина. "Ого, ребята, да из вас будет толк." (Я уже говорила, что еще до очного знакомства с 'коллегой' видела его фотографии. В том числе и сделанные в тот момент, когда он 'позировал' замаскированным жучкам, будучи совершенно голым. Тогда увиденное зрелище не вдохновило, а разочаровало меня. Но сейчас... Сейчас все было совсем по-другому, и при взгляде на этого далеко не богатырского сложения волосатого мужчину, родившееся еще в редакции желание овладеть им еще больше усилилось. Подлила масло в огонь и безропотность, с которой Дан стал выполнять мои приказы, но, в первую очередь, мгновенно отреагировавший на мои слова фаллос.)


(ДАН) Внезапно я почувствовал, что мой член начинает затвердевать и увеличиваться. 'Только этого еще не хватало!'

- О, что я вижу! Какая приятная неожиданность! Дан, ты только посмотри, а ведь ему нравится, когда я на него смотрю. Мальчик, да ты гораздо умнее своего хозяина - сразу признал во мне свою госпожу. Впрочем, я оговорилась - не хозяина, а бывшего хозяина. Ведь теперь твоя хозяйка я. Строгая, но заботливая и умеющая ценить покорность, хозяйка. И сегодня вечером я вознагражу тебя за сообразительность.

'Да, что она делает? Я же сейчас от ее рассуждений кончу!'

- Или я могу не откладывать до вечера и сделать это сейчас. Скажи, пожалуйста, ты хочешь этого?

Я начал глубоко дышать, стараясь сбить накатившую волну. А Леонисия продолжила свои вербальные издевательства:

- Передай своему бывшему хозяину, что я в первую очередь требую от него полной покорности. Пусть берет пример с тебя. А еще мне нужно, чтобы он прекратил ершиться и начал, как там у вас на Земле говорят, ага, сотрудничать со мной. Честно, говоря, совершенно идиотская фраза. Сотрудничать... Выполнять мои приказы... Ну, да ладно, продолжим. В то же время мне нужна его ясная, незамутненная какими-либо стрессами, или, что еще хуже, болью от наказаний, голова. Поэтому, будь любезен, втолкуй Дану, что если он не перестанет воспринимать мои самые безобидные и легко выполнимые приказы, так болезненно, то быстро станет ни на что негодным неврастеником. Передашь?!

'Законченная садистка или женщина, о которой я всегда мечтал? А, может, просто великолепная манипуляторша?' В тот момент я еще не мог определиться с ответом на эти вопросы, а Леонисия ни на секунду не умолкала. Слова магистра были наполнены едва ли не материнской заботой, но воспоминания о боли и мысль о том, что еще совсем недавно мы на равных вели непринужденный диалог в моей редакции, мешали мне полностью сосредоточиться на смысле ее наставлений. Не способствовали этому и качающиеся в полутора-двух метрах от моих глаз изумительные ноги асторийской красавицы. (Странно, но после знакомства с 'Укротителем' они еще больше нравились мне.). Тем не менее вкрадчивый, хорошо поставленный голос Леонисии все равно проникал в глубины моего сознания.

- Дан, с твоим альтер эго я уже пообщалась. А теперь давай подробно поговорим с тобой о сегодняшнем дне. Во-первых, не бойся - я на тебя не злюсь, а, если и злюсь, то не очень сильно. Подойди ближе. Еще ближе. Остановись и положи руки на затылок. Молодец. Теперь о твоем бунте. Я не вижу в нем ничего страшного. Вполне обычная, вполне объяснимая реакция.


(ЛЕО) - Но мне удалось взять себя в руки: 'Лео, никуда теперь он от тебя не денется. Не волнуйся, и не торопись. Вспомни, наставления преподавателей...' - и, следуя веками отработанной методике, я начала закреплять достигнутый успех. Впрочем, этот процесс также может доставить удовольствие. Особенно, если подходить к нему творчески, как я. Не скрою, стриптиз всегда заводил меня. И пусть на Астории я часто ходила смотреть на выступления профессиональных стриптизеров, либо любовалась ничуть не уступавшим им в мастерстве Бучем, но в 'стриптизе' в исполнении Дана была своя изюминка. И называлась она "первый раз в первый класс".

- Положи руки на затылок, и подойди чуть ближе, раб, твоя госпожа хочет рассмотреть свое имущество, - как и учили преподаватели, я вдалбливала в сознание Дана ключевые для наших дальнейших отношений слова: 'раб', 'госпожа', 'имущество'. Но не только. Щелкая его по носу, я сознательно провоцировала посмевшего дерзить мне раба на новую попытку мятежа, в надежде, что это даст мне повод опять включить 'Укротитель'. Увы, к моему глубокому разочарованию Дан так и не дал мне ни малейшего повода включить этот великолепный старинный прибор. Полученный урок явно пошел землянину на пользу, и он безропотно выполнил и этот, и другие мои приказы. Лишь поникшая голова и красная краска на бледной коже лица, свидетельствовали, что буря в его душе продолжается с прежней силой.

Эти проявления эмоций (особенно залившая его лицо краска смущения) очаровали меня. Ведь наши служители не знают, что такое стыд. С генетически заложенным и закрепленным тренировками рвением они готовы выполнить любой приказ своей госпожи. Вне зависимости от его формы и содержания. "Интересно, когда Дан свыкнется со своим новым положением, он перестанет стыдиться? Или, вернее, отучу ли я его от этого? Да и надо ли мне это (он так мило краснеет)? Неужели мне нужен еще один лишенный эмоций раб с бесстрастным выражением лица?" Вопросы, вопросы... В том, что отучу, сомнений не было (как выяснилось сегодня, во мне дремал недюжинный педагогический талант, да и ученик оказался, ее раз спасибо нашим аналитикам, достаточно пластичным), а вот во всем остальном я была далеко не уверена.

Ладно, - главное сделано. А с тем, какой Дан мне нужен, разберусь позже. Никуда землянин теперь от меня не денется, и у меня будет масса времени, чтобы определиться, и вылепить из него то, что я пожелаю. А пока пусть себе краснеет - ведь других достоинств я у Дана не обнаружила.


(ДАН) - Асторийская космическая педагогика утверждает, что через подобные бунты проходят почти все 'заготовки'. Скажу даже больше: она делает акцент на, что бунт в начале обучения является залогом качественного служения в будущем, и, надеюсь, твое дальнейшее поведение подтвердит эти выводы. Но предостерегаю тебя от повторения. Нет, я-то легко справлюсь с ситуацией. Надеюсь, ты теперь в этом не сомневаешься?

- О, никоим образом, госпожа магистр.

- А вот твоя психика следующего сеанса боли может не выдержать. Поэтому забудь о любых проявлениях непослушания. Ведь могут возникнуть ситуации, когда я, возможно, и захочу пощадить тебя, но связанная правилами обращения со строптивыми подчиненными, не смогу этого сделать. Уяснил?

- Да, госпожа. Но, честно говоря, я боюсь сорваться. Очень тяжело перестроиться...

- Понимаю, и хочу с тобой об этом поговорить подробнее. В твоем сознании может закрепиться совершенно ошибочная установка, будто бы я через череду унижений ломаю тебя, и, в свою очередь, сама одновременно утверждаюсь за твой счет. В действительности все обстоит совершенно иначе. Помнишь мои слова о том, что ты до сих пор не нашел свое место в жизни и не разгадал истинный смысл своего предназначения?

- Да, госпожа Леонисия.

- Так вот запомни: я сейчас помогаю тебе в твоих поисках. Под моим заботливым руководством ты превратишься в по-настоящему сильного мужчину, не испытывающего ни малейших сомнений, что его место - у моих ног, а смысл жизни - в служении мне. Следовательно, я тебя не 'ломаю', а помогаю избавиться от, мешающих обрести подлинное счастье земных табу. Признайся, ты ведь еще в редакции мечтал обнять и поцеловать мои ноги?

- Да, госпожа, - я не стал скрывать свои эмоции. Что же, надо признать за инопланетянкой и талант психолога и талант воспитателя. Так быстро 'обстругать' меня... Впрочем, судя по всему, процесс моего 'воспитания' только начинался, поскольку после окончания нового раунда 'знакомства' Леонисия не торопясь перебралась на диван, и уже оттуда продолжила воспитательный процесс, словно экстрасенс, вдалбливая в меня жесткие установки. Зачарованный ее красотой и все еще находясь в шоке от того, что она со мной делала, я внимал наставлениям инопланетянки:

- Ничего необычного, унизительного, предосудительного в том, что с тобой в данный момент происходит, нет. Это самая обычная, самая заурядная картинка из твоей будущей жизни... И, признайся, тебе же на самом деле нравится быть у меня в подчинении. Не так ли?

Так, - укротитель отучил меня спорить и я счел за лучшее согласиться


(ЛЕО) "Метр семьдесят... ('Лео, это ты уже хватила, будь объективной, - скорее метр семьдесят пять, однако в любом случае не густо'). Отнюдь не богатырские плечи. Длинноватые худые руки, и такие же ноги, покрытые густой растительностью... (Наши мужчины всегда идеально депилированы.) Еще более волосатая отнюдь не широкая грудь, глядя на которую мне сразу же вспомнился могучий торс Буча. Животик, правда, не чрезмерный, а просто свидетельствующий о любви хорошо поесть, и о нежелании заниматься прессом. Ниже живота... Но, не надо о грустном..."

Странно, но к концу осмотра мое желание овладеть Даном только усилилось. Да-да, чем больше я всматривалась в это невероятно далекое от асторийских стандартов мужской красоты и дрожащее то ли от холода, то ли от нервного напряжения тело, тем больше мне хотелось обладать им. А когда я представила, как стоящий на коленях Дан надевает на меня пояс с 'тараном', как я развожу в стороны его маленькие аккуратные ягодицы... 'Прямо здесь, или потерпеть до своей каюты?''- лихорадочно размышляла я, и, не придя к определенному решению, перешла к лекционной работе.

Импровизации всегда удавались мне. Не стала исключением и короткая установочная лекция, которую пришлось выслушать, стоящему на коленях землянину. Впрочем, скажу честно, это был весьма относительный экспромт: общий смысл, некоторые фразы и даже интонации были взяты мной у все той же героини Грейс Гарбо. Вот бы удивились мои знакомые, увидев меня в роли 'нравоучилки'. Особенно Зено, всегда выговаривающая мне за взбалмошность, непрактичность, непредсказуемость. И многое-многое другое из подобного ряда моих слабостей, совершенно неподобающих для асторийской женщины.

Для начала я окончательно запутала Дана, предложив ему поупражняться в логике:

- Давай построим логическую цепочку: а) ты дал мне клятву, и, следовательно, являешься после нее моей полной собственностью, б) твое тело - это, таким образом, - МОЕ тело, в) мое тело всегда выполняет команды моего мозга. Контрдоводов нет?

- Нет, госпожа, - согласился Дан. По всему было видно, что он явно ошарашен не только знакомством с Укротителем, но и моими нетривиальными логическими посылками.

- Поэтому забудь о мнимых обидах, забудь про свое 'я'. Его больше нет, оно полностью растворилось в 'я' твоей госпожи. Понятно?

- Понятно, госпожа.

- А теперь дословно повтори все то, что я тебе сейчас сказала.

На этот раз Дан не стал ерничать, а практически слово в слово повторил мои наставления.

- Молодец! - Впервые после разрыва с Зено я почувствовала себя счастливой. Хотелось либо уснуть, либо просто полежать, закрыв глаза и мурлыча, как кошка.


(ДАН) - Я почувствовала это еще там в редакции. По тому, как ты смотрел на меня. За короткое время пребывания на Земле я не раз ловила на себе похотливые мужские взгляды. А в твоем взгляде похоти не было - лишь одно восхищение. Да и твой поцелуй во время клятвы сказал о мне многом. Поэтому мы прямо сейчас избавим твое сознание от одного из запретов. Налей мне еще шампанского и сядь на пол у моих ног. Но только ближе. Взяв новый бокал, Леонисия сбросила туфли, и, упершись босыми ступнями в мои плечи, продолжила психологический тренинг:

- И в чем же ты видишь унижение? В полном подчинении мне? Но разве я не достойна того, чтобы мне подчинялись и душой и телом? Еще раз внимательно посмотри на меня, - Леонисия развернула плечи и чуть откинулась назад, - Разве я не прекрасна? Да большинство мужчин, без разницы, асторийцев или землян, отдали бы на свете, чтобы оказаться сейчас на твоем месте? По-моему, ты должен не бунтовать, а благодарить судьбу и за встречу со мной, и за то, что я решила заняться твоим воспитанием. И будь честен перед самим собой, тебе ведь нравиться быть у меня в подчинении?

- Да, госпожа Леонисия, - на всякий случай как можно быстрее ответил я, а сам принялся искать ответ, так сказать, 'для внутреннего потребления'.

'Нравится ли мне быть в подчинении у женщины? Еще несколько часов назад я бы презрительно рассмеялся в ответ на подобный вопрос. Но Леонисия... Да, отдаю должное инопланетянке - за время нашего короткого общения ей удалось очень многое. Пусть и не совсем, мягко говоря, дозволенными методами, но в какие времена судили победителей?! Тем более, победителей, ограниченных во времени, за которое они должны достичь свою победу.

Собственно, я сам виноват в том, что Леонисии пришлось пустить в ход этот ужасный 'Укротитель'. Прояви я с самого начала покорность, и, возможно, наши отношения так бы не вышли за грань эротической игры 'начальница-подчиненный'. Я бы целовал ее прекрасные ноги, да, и чего греха таить, наверное, я без особых колебаний исполнил бы и другие ее желания, не выходящие за рамки 'легкой доминации'. А, возможно, и не только легкой - игры, что азартные, что ролевые, всегда нравились мне...

Дан, не обманывай сам себя. Асторийка вовсе не планирует заниматься с тобой какими-либо играми, для прекращения которой достаточно лишь подать партнеру условный знак или, как в детстве, сказать 'чур, я не играю'. Тебе предстоит полный 'реал', полное, а не всамделишное подчинение. И не только тела. Но, прежде всего, и души...'

Надо ли говорить как подобная перспектива страшила меня... И возбуждала...

В итоге ни к какому определенному выводу я так и не пришел. Вдобавок моему мыслительному процессу мешала не только чуть затухшая, но все еще достаточно сильная боль от Укротителя. Гораздо больше ему мешали стоящие на моих плечах и практически обнимающие мое лицо ноги сексапильные ноги госпожи магистра и приковавшие мой взор ажурные черные стринги, за тонкой тканью которых находились, выполненные природой в форме цветка розы широкие яшмовые ворота.

- О, я смотрю, что тебе нравятся не только ноги твоей начальницы и госпожи, - мой взгляд не остался без внимания.

Я почувствовал, как покраснел, и вместо ответа опустил глаза в пол. Однако ножка Леонисии тут же подняла мой подбородок на прежний уровень.

- Смотри, любуйся, восхищайся, и помни, что центр твоей Вселенной теперь находится именно там, - асторийка вколачивала в мою голову свои установки с неумолимостью опытного психолога: - А сейчас я постараюсь избавить тебя от второго табу. И для этого мне надо познакомиться с твоим языком. Не литературным, разумеется...


(ЛЕО) ...А, если бы еще Дан поцеловал мои ягодицы, или полизал своим нежным язычком мои пятки... Впрочем, интуиция подсказывала мне, что расслабляться рано, и я продолжала урок, намертво вбивая в сознание мужчины одну простую мысль. О том, что с сегодняшнего дня он моя полная собственность. Вдохновленная языком и губами Дана, я рождала одну за другой заумные сентенции и несуществующие правила, наслаждаясь видом покорного коленопреклоненного землянина, и втайне потешаясь над его доверчивостью.

- А теперь максимально широко расставь руки и направь на меня ладони. Скажи, что ты сейчас ощущаешь?

- Какое-то странное чувство... - ответил Дан.

- Словно с тебя сняли мешающие жить тяжелые оковы?

- Или защитные доспехи. Хотя, возможно, вы правы, и это были в действительности оковы, - покорность Дана опять начала заводить меня. - Но как вы угадали?

- Оковы, оковы, не сомневайся. Тяжелые цепи правил, приличий, различных 'красиво - не красиво', 'положено - не положено', 'а вдруг кто-то узнает'. И именно сейчас, с моей помощью, ты заново рождаешься на свет. Приходишь в мир, где нет никаких запретов, а есть только двое - я, твоя госпожа, и ты, мой служитель, мой раб.

- Спасибо, госпожа. Мне тяжело разобраться в своих чувствах...

- И не надо. Разберешься в них позже. У тебя для этого будет много времени. Очень много... Скажу только: то, что с тобой в данный момент происходит, подробно описано во всех наших наставлениях по Гармонии, и, таким образом, прекрасно мне известно.

И все же "учительствовала" я недолго. Вид смиренно стоящего на коленях обнаженного Дана, его частые односложные 'да, госпожа', а также, согревающий мои ноги 'скромно' опущенный взгляд... 'Какая уж тут лекционная работа, практика, Лео, практика', - и, наплевав на все наставления Зенонии, я принялась удовлетворять свои желания. 'Нет, дорогая подруга, я, в отличие от тебя, сдерживаться не умею, не хочу, и не буду. Если бы ты хоть немного понимала меня...'

Для начала я, как и подобает хорошей хозяйке, решила наградить, переставшего бунтовать мужчинку, за послушание. Пусть знает, что в руках госпожи не только кнут, но и пряник, которым она будет щедро награждать своего раба, да и уменьшить шок от знакомства с 'Укротителем' будет совсем не лишне. Я почувствовала, как Дан вздрогнул и напрягся, едва мои ноги оказались у него на плечах. Он снова покраснел, а затем на его лице бегущей строкой побежали эмоции: от возмущения очередным унижением до желания поцеловать божественные ножки его госпожи. Вмешиваться я не стала: пусть разбирается со своими чувствами сам. В крайнем случае, если его выбор не устроит меня, всегда можно будет изменить это решение с помощью все того же 'Укротителя'.


(ДАН) Затем правая ступня Леонисии оказалась за моим затылком и слегка надавила на него. Что же, надо отдать должное прямоте асторийки - магистр недвусмысленно показывала, каких именно действий она ожидает от меня. Сопротивляться, учитывая не совсем приятные свойства 'Укротителя', было бессмысленно и бесполезно, и я стал медленно приближаться к 'центру Вселенной', стараясь максимально отсрочить момент встречи с ним. В лучших традициях старинного англо-саксонского военного искусства мое продвижение к конечной цели началось с. обходного маневра, задачей которого было оказаться как можно дальше от конечной цели.

Я поцеловал смугловатую голень, затем, дрожа от охватившего меня возбуждения, сделал это еще несколько раз, и продолжил свое отступление. Щиколотка, стопа, - я никуда не спешил, покрывая их поцелуями и, по-собачьи, лаская языком. Наконец, я достиг наиболее удаленной от 'Центра Вселенной' точки - мизинца левой ноги. Едва я коснулся его губами, как случилось чудо... Да-да, уважаемые скептики, самое настоящее чудо. Сразу же забылись и боль от 'Укротителя', и унизительные издевательства Леонисии, да, собственно, чего мелочиться, - вся моя прошлая жизнь показалась мне малозначительной по сравнению с одним-единственным пальчиком моей госпожи. А ведь таких художественно отпедикюренных пальчиков (рисунки на них не повторялись) было ровно десять, и ни один из них не остался без моего поцелуя.

Уважаемые скептики. Словом 'чудо' метаморфозу в моем сознании, охарактеризовала не экзальтированная дамочка, уже давно перешагнувшая бальзаковский возраст, ни старшеклассница докризисной эпохи, ни восторженный юноша, а повидавший виды умеренно циничный журналист, он же - не верящий ни во что, кроме сухих цифр котировок и результатов игр, профессиональный гэмблер. Поэтому, на мой взгляд, сомневаться в его словах нет никаких оснований. Впрочем, верить или не верить - это ваше право, а я продолжу свой рассказ.

Впрочем, судя по ее реакции, Леонисия отнюдь не возражала против такой неторопливости. Ее пальцы, будто подушечки когтей у мурлыкающей кошки, то сжимались, то разжимались, а кожа, поначалу такая прохладная, становилась все горячее и горячее. О том, что мои старания, как минимум, не неприятны инопланетянке, подтвердил и мимолетный взгляд, который мне удалось украдкой бросить на ее лицо: закрытые густыми черными ресницами глаза, раскрасневшиеся щеки, довольная умиротворенная улыбка...

Но когда я решил пойти на 'второй заход' и снова вернуться к пальчикам, то пятки асторийки немедленно оказались у меня на затылке и недвусмысленно направили мою голову в направлении 'центра'.

Пришлось немного продвинуться вперед, затем еще и еще, и в итоге мои плечи стали пьедесталом уже не для ступней, а для источающих жар тяжелых бедер 'восточной' красавицы. В такой позе я без всякого 'Укротителя' был в полной власти Леонисии, а она, с силой вцепившись мне в волосы руками, все ближе и ближе приближала мое лицо к 'центру Вселенной'.


(ЛЕО) - Давай лучше закрепим достигнутые тобой успехи, - и мои пальчики коснулись губ Дана. 'Интересно, будет понаблюдать за Даном и Бучем, когда я прикажу им одновременно ублажать мои ножки!'

Впрочем, прибегать к "Укротителю" мне не пришлось - присущая всем мужчинам (что асторийским, что земным - в том плане между ними нет никакой разницы), но до поры до времени тщательно скрываемая рабская сущность Дана взяла верх над его желанием сохранить лицо. Я почувствовала, как мой, еще недавно норовистый 'жеребчик' обмяк, как будто под только что объездившей его всадницей, и, удовлетворенно отметив очередную победу, принялась развивать достигнутый успех.

- Я еще в редакции заметила, что ты без ума от моих бесподобных ног. Я не ошиблась?

- Нет, госпожа, вы не ошиблись, - ответил Дан, оторвав на мгновение губы от моих пальцев.

- Это радует меня.

Словно в замедленной съемке, я задрала свое мини, широко расставила ноги и, поласкав пальцами с каждой секундой, становящиеся все более влажными стринги, голосом спустившейся с небес богини изрекла: - Что же, возможность целовать их будет твоей наградой за верность и послушание. Но есть и другая награда - высшая награда, которой женщина может отметить мужчину, и заслужить ее станет смыслом всей твоей дальнейшей жизни. А пока в качестве аванса разрешаю тебе смотреть, любоваться и мечтать о ней...

Глаза Дана расширились, он мгновенно потерял интерес к моим ногам (какие эти земные мужчины непостоянные!) и, как зачарованный, уставился в мою промежность.

- Впрочем, цени мою доброту, иногда я буду награждать тебя авансом, - моя правая нога оказалась за затылком Дана, а пальчики левой у его губ.- Вот как, например, сейчас...

Странно, но 'Укротитель' опять не понадобился. Более того, мне показалось, что землянин только и ждал этого невысказанного, но недвусмысленного приказа. А когда его губы коснулись моего мизинца, и начали медленно, очень и очень медленно продвигаться вверх, я совершенно уверилась в этом. 'Какая же ты умница, Лео. Недаром говорят, что, если женщина талантлива, то она талантлива во всем - и даже Зено не смогла бы так быстро приручить Дана. Да, дорогая, ножки у тебя, конечно, тоже ничего, но с моими им никак не сравниться...

Единственное, что до сих пор остается для меня загадкой, не хотел ли Дан сам попасть в мои сети? Во всяком случае, ни мой личный раб, ни рабы моих подруг и знакомых, которые попадали мне в руки 'по обмену', никогда с такой страстью и нежностью не целовали моих ног.


(ДАН) Помню только, что меня наполняли противоречивые чувства: восторг от прикосновения к изумительному телу инопланетянки, желание доставить ей удовольствие и боязнь окончательно упасть в собственных глазах. А еще я был одурманен ее духами, источающим эротические флюиды телом, легкой нехваткой кислорода в охваченном пожаром обоюдной страсти треугольнике бедра - 'центр вселенной'. Словом, каша в голове была несусветная, и, поэтому я еще некоторое время не решался перейти непосредственно к исполнению приказа Леонисии, все затягивая и затягивая прелюдию поцелуями уже давно возбужденных бедер. А затем случилось то, что и должно было случиться. Леонисия грубо дернула меня за волосы, окончательно положив конец моей стратегии непрямых действий. И...

И снова случилось чудо. Мысли, доселе сумбурные и противоречивые, вдруг выстроились в стройную походную колонну, и вместе с примкнувшими к ним мужскими комплексами мгновенно покинули мою голову. Да, теперь мне было глубоко плевать и на гордость, и на... Собственно, на все на свете, кроме прекрасной инопланетянки, и, находящегося прямо перед моими глазами, ее божественного 'центра Вселенной'.

Однако, возможно, я преувеличиваю. Но и теперь, спустя много-много лет, при воспоминании об этом одном из ярчайших моментов моей жизни, меня охватывает эйфория. Как бы там ни было, ничто из моих дальнейших 'исследований' не показалось мне хоть сколько-нибудь предосудительным. Ни первый скромный 'ознакомительный' поцелуй через пропитанную женскими соками полупрозрачную черную ткань, ни безуспешные попытки отодвинуть ее в сторону губами и языком, ни оральные ласки нежных женских губок после того, как немного приподнявшись, Леонисия сама опустила стринги. И даже густая полупрозрачная жидкость, оказавшаяся у меня на губах в финале первой части моих 'исследований', не вызвала никаких отрицательных эмоций. Впрочем, буду объективным, и положительных.

Тем не менее, наслаждение я испытал. Но это было наслаждение не физиологическое, а, в первую очередь, эмоциональное. Наслаждение от того, что я сумел доставить удовольствие женщине. Женщине, всего лишь за несколько часов знакомства полностью пленившей и поработившей меня! 'Астория... Сколько подобных моментов ждет меня на этой замечательной планете!', - я по-прежнему сидел на полу, служа подставкой для божественных ног, а волнующие воображение картинки, одна за другой проносились в мозгу. Однако долго анализировать собственные ощущения и мечтать о будущем мне не пришлось. Выпив большими глотками, очередной бокал шампанского Леонисия вновь вцепилась в мои волосы, и на этот раз ни о каком 'стратегическом маневрировании' не могло быть и речи...

Это было прекрасно! Боль от 'Укротителя', предубеждения и сомнения ушли в небытие, и теперь меня беспокоили лишь две мысли: успеем ли мы к отлету космолета, и будет ли продолжать Леонисия знакомиться с моими 'литературными талантами' на его борту.


(ЛЕО) Вполне вероятно, что со временем этот судьбоносный момент даже будет отображен на каком-то монументе, олицетворяющем вхождение Земли 'на веки' в Асторийскую империю, и, если скульптор не сильно отступит от реализма, женщина будет очень похожа на автора этих строк. А пока... Пока время для рукотворных памятников еще не наступило и до воссоединения асторийцев и землян еще очень и очень далеко. И мне первое время придется довольствоваться лишь продвижением по службе, моральным удовлетворением от достигнутого успеха, и, конечно же, становящимся все более и более умелым от постоянных тренировок, языком Дана.

Впрочем, буду справедлива, землянин оказался 'очень ничего' и без всякого тренировочного процесса. Правда, техника его хромала на обе ноги, но с каким же жаром Дан принялся за дело. Конечно, поначалу он немного стеснялся, сосредоточив все свое внимание на моих бесподобных ступнях и не решаясь подняться выше, однако я помогла ему преодолеть возникший в его сознании барьер, а затем... Затем впервые после разрыва с Зено я потеряла голову: Удивительно! Неожиданно! Какой потенциал!

А вот контроль над головой Дана я не теряла ни на минуту. И даже после того, как язык субалтерна довел меня до первого из запланированных на сегодня многочисленных оргазмов, я продолжала удерживать ее между своих пылающих жаром бедер. 'Интересно, как он прореагирует на золотой дождь?' - эта шальная мысль пришла мне на ум, после того, как умничка Дан, не дожидаясь каких-либо дополнительных команд, неторопливо и тщательно ликвидировал языком все последствия моего оргазма. 'Лео, да ему же нравятся твои соки! Наверняка понравится и дождик!'

Однако, помня о том, что на карте стоит судьба всего проекта, я все же решила не рисковать. 'Не форсируй события, Лео, напьется он еще твоего дождя, напьется...', - и, наградила Дана нежным поглаживанием по волосам. Увы, на них последствия моего оргазма землянин не мог ликвидировать при всем своем желании. Я дотронулась, испачканной рукой до рта Дана, и отдала короткую команду: - Лижи!

И опять, что удивительно, ни слова возражений, как будто у меня на пальцах были не женские выделения, а вкусное мороженое. 'Лео, неужели, и в самом деле ты уже победила?! Нет, нет, не расслабляться рано. Надо обязательно закрепить успех... Но это чуть позже, а пока..."

- Молодец! - оценила я его старательность спустя пятнадцать минут. - А теперь отнеси меня на диван!

Через минуту выяснилось, что это был весьма неосторожный приказ. Дан поднялся с колен, и я увидела, как дрожат его ноги, а когда худощавые трясущиеся руки коснулись моего тела, стало понятно: до дивана мы не доберемся.


(ДАН) А затем... Затем, после того, как я по приказу магистра тщательно вылизал начальственную вагину и окрестности, Леонисия продолжила мое воспитание. Надо сказать, что построенные инопланетянкой логические цепочки могли бы вызвать зависть у многих земных софистов. С непринужденной легкостью она закрепляла в моем сознании мысль о том, что отныне я со всеми потрохами принадлежу ей.

- ... Контрдоводов нет? - закончила свою короткую лекцию магистр.

- Нет, госпожа, - ни сил, ни желания возражать у не было.

- А теперь дословно повтори все то, что я тебе сейчас сказала.

Следует ли говорить, что на этот раз я обошелся без каких-либо шуток?!

- Отлично, - похвалила меня командир. - А теперь давай закрепим достигнутые тобой успехи и пальчики ног Леонисии коснулись моих губ. Увы, столь желанного продолжения не последовало - в этот момент, оживший комп инопланетянки, бесстрастным металлическим голосом объявил, что старт асторийского космолета состоится на час ранее запланированного.

- Ладно, продолжим в моей каюте. Давай собирайся и поехали. Бери только самое для тебя ценное, а всем остальным тебя обеспечит твое асторийское командование. В моем лице, естественно.

'Ценное... Что же на самом деле является для меня ценным? Ну, комп, разумеется, однако Леонисия, похоже, не собирается мне его отдавать... Бритвенные принадлежности... Хм, смешно...', - однако асторийка облегчила мне выбор: - Знаешь, я передумала. Не бери с собой ничего.


Космопорт находился в тридцати километрах к югу от города. И вновь я сидел на низком сидении среднего ряда, но только теперь ноги инопланетянки по-хозяйски расположились на моих плечах.

- Госпожа, можно задать Вам вопрос.

- Можешь даже не один. Я в хорошем настроении. Ты, несмотря на то, что у себя в редакции изо всех сил хотел предстать передо мной неким прожженным покорителем женских сердец, на деле оказался весьма милым и сообразительным молодым мужчиной. Собственно, я от тебя ничего другого не ожидала: разве можно не слушаться такую женщину, как я, и не признать во мне высшее существо. Кстати, надеюсь, что в своей литературной работе ты будешь столь же старателен, как у себя на квартире. Молодец, для первого раза ты все делал на хорошем уровне. Конечно, до асторийских мужчин тебе очень и очень далеко, но ведь они обучались искусству быть покорными и доставлять женщине наслаждение с самого детства.

Надо ли говорить, что похвалы Леонисии с неумолимой точностью били по остаткам моего самолюбия, а она продолжала наносить удары все снова и снова:

- Я положительно оценила и твои способности к обучению, и на глазах растущее желание повиноваться мне - твоей несравненной госпоже. Но не переживай: под моим строгим и заботливым руководством ты быстро разовьешь свой потенциал. И, быть может, я даже возьму тебя в постоянные служители. А пока вношу тебе три, нет два, хватит с тебя, положительных балла, - и асторийка сделала какую-то отметку в компе. - Да, так что ты хотел спросить?

- В чем заключается обучение, и сколько оно продолжается?


(ЛЕО) - Отставить, субалтерн! - моему рыку могла бы позавидовать не только Зенония, но и любая центуресса из академии. Испуганный им землянин тут же убрал руки за спину, и, как подкошенный, снова рухнул на колени. На мгновение во мне проснулось чувство жалости: 'Лео, ты совсем замордовала бедного Дана. Притормози... Да, да, конечно же приторможу. Но только позже, когда критическая точка в воспитательном процессе будет пройдена. А пока... Пока нельзя было сбавлять темп и в то же время, как учила Зено, во избежание возможных осложнений следовало соблюдать максимальную осторожность'.

Все оказалось гораздо проще, чем я предполагала. И, если бы не ранний старт... Впрочем, какое это теперь имеет значение? Мой норовистый жеребчик уже перестал брыкаться, и, как должное, воспринимает лежащие на его плечах мои изумительные ноги. Ну, а то, что Дан только и ждет, чтобы я снова наградила его высшей наградой, понятно и без слов - достаточно посмотреть на эти горящие глаза, намертво прикованные к моей девочке. Ладно, так и быть, когда мы окажемся в моей каюте, выдам ему еще один аванс. Или, быть может, даже не один. А пока я решила, что еще немного воспитательной работы не помешает...

Для начала я похвалила Дана за старательность, попутно в очередной раз указав ему на место у моих непревзойденных ног. А затем... Затем, как и положено, в отношениях с самцами, мгновенно превратилась в отъявленную стерву, наградив его массой штрафных баллов, чтобы потом спустя всего одну минуту превратить все в шутку.

Ну, дальше я вошла в роль, поочередно изображая, то злую, то добрую госпожу. Для начала я напомнила Дану о пари. Ну, а потом вновь перешла к нравоучениям. Уверена, что моей дрессуре позавидовала бы и Зенония. Объявить без всяких вокруг да около Дану, что отныне он мой раб... Нет, даже она до такого бы не додумалась! Впрочем, моя рациональная подруга никогда не умела блефовать. 'Черт, этот испуганный и в то же время вопрошающий взгляд... Как он заводит... Скорей бы добраться до 'Гарпии, а там...'

Зенония... Черт меня дернул вспомнить о ней. Одна мысль о том, что между нами все кончено, испортила всю радость от одержанной победы, вызвав желание немедленно отыграться на Дане.

Впрочем, на этом процесс закрепления пройденного прервался. Бесстрастным металлическим голосом мой комп объявил, что старт 'Гарпии' состоится на час ранее запланированного. 'Черт, а так хорошо все складывалось! И Дан уже почти ручной, и я этот час могла бы провести с пользой для своего разгулявшегося либидо. Ладно, любимая и единственная, не расстраивайся. Тем жарче будет сегодняшняя ночь...'

(ДАН) - Согласно пункту..., - и я неожиданно оказался обладателем нового штрафного балла. - Субалтерн, назовите причину наказания.

- Наверное, не совсем корректно с Вашей точки зрения сформулировал вопрос или затронул запрещенную тему.

- Еще один штрафной балл, согласно... Ладно, расслабься, я пошутила. Может же девушка пошутить? Обучение продолжается всю жизнь, а в чем оно заключается... Во всем. В каждом женском слове, взгляде, поступке. Что же касается твоего обучения, то я начала его еще в редакции. Разве ты не понял? Спрашивай еще, а то скоро начнутся пропускные пункты космопорта и нам будет не до разговоров.

- А почему мы так спешили, когда ехали ко мне домой? Дорога отличная, времени в запасе было много...

- Ладно, не развивай тему, я поняла. Помнишь, когда началась наша беседа?

- В 14.00, как и планировалось.

- А когда ты мне заявил, что ни одной женщине тебя не подчинить.

Вместо ответа я непроизвольно покраснел.

- Один штрафной балл. Без всяких шуток.

- Примерно в 15.00, госпожа магистр.

- В 15.02, я засекла. А через, сколько времени ты стоял передо мной на коленях?

- Примерно через два часа... Госпожа, - успел я продолжить фразу.

- Через 1.48, в 16.50. Когда ты там умничал в офисе, я загадала, что поставлю тебя на колени максимум в 17.00. Да, запись этой сцены для проверки на подлинность предоставить? Вдруг подумаешь, что ее смонтировали асторийские техники. Или все же поверишь на слово?

- Но я думал, что это всего лишь игра или ритуал. Да и клятва казалась мне лишь пустой формальностью. А что, разве не так?

- Конечно, нет. Все формальности кажутся незначащими лишь на первый взгляд. На самом деле в каждой из них скрыт потаенный смысл. Особенно на Астории. Во время клятвы они были нами соблюдены с абсолютной точностью, и, поэтому, ты теперь находишься в моей полной собственности. Причем не только как подчиненный мне младший офицер, но и как... Точной земной аналогии не существует, но тебе будет лучше и проще считать себя моим рабом.

- Рабом?! Но земные законы...

- О них можешь забыть. Да и из законов Астории тебя будут касаться лишь воинские уставы. Вне армии - ты мой раб, единственный закон для которого слово хозяйки. Чем раньше поймешь это, тем лучше для тебя. Впрочем, судя по твоему поведению в последний час, особых хлопот у меня с тобой не будет - я почувствовала, что ты искренен в своем нарастающем желании служить мне.

И еще, не устану повторять: не вынуждай меня наказывать тебя. Мне не нужна твоя затуманенная болью голова, хотя своими предостережениями я, быть может, лишаю себя одного из самых больших удовольствий - удовольствия наказывать провинившегося раба.

Эти слова Леонисии не на шутку испугали меня. Если она, не таясь, запросто говорит о моем столь бесправном будущем здесь, на моей планете, когда я еще могу многое изменить (странно, но Леонисия уверена в том, что никуда я от нее не денусь), то, что ожидает меня, когда я зайду на борт космолета и окажусь на территории Астории? Да и вряд ли другие обитательницы этой планеты будут намного мягче моего магистра. Скорее, наоборот, - на межпланетные контакты посылают наиболее гибких и толерантных.

Попытаться бежать? Остаться на Земле, вновь ощутить себя свободным человеком, ездить на рыбалку, посещать игорные клубы, встречаться с земными женщинами...

Встречаться с земными женщинами?! После знакомства с Леонисией?! Да один поцелуй ее ноги перевесил...

- Малыш, да ты не бойся. Я ведь не монстр какой-то, - словно прочитала мои мысли Леонисия. Затем она медленно откинулась на спинку сидение, в очередной раз предоставляя мне возможность полюбоваться собой. - Но, могу быть и монстром и даже страшнее монстра. Если, конечно, буду не в настроении. Впрочем, говорят, и ваши земные женщины во время скандала способны на многое?

Здесь она случайно... Хотя какое там, к черту, случайно - у этого компа с изумительным дизайном... Асторийка наверняка нащупала мое слабое место и, словно угадав мои мысли о бегстве, в зародыше пресекла их, даже не прибегая к помощи 'Укротителя'.

- У нас, на Астории, скандалов и выяснения отношений между женщинами и мужчинами не бывает. Все уже выяснено за многие сотни лет до нашего появления на свет, и новым поколениям не нужно попусту тратить драгоценную нервную энергию на выяснение кто прав, а кто виноват, в одних и тех же неизменно повторяющихся жизненных ситуациях.


(ЛЕО) Я приказала Дану собираться, разрешив взять с собой только самое необходимое, но тут же поняла, что допустила психологическую ошибку. Благо ничто не мешало мне исправить ее: - Знаешь, я передумала. Не бери с собой ничего.

Свои нравоучения я продолжила в машине. Увы, мой преподавательский запал падал с каждой минутой, и я поймала себя на повторении. Впрочем, похоже, что Дан ничего не заметил, да и ехать нам осталось всего-ничего...

К счастью, землянин, сам того не подозревая, пришел мне на выручку, неосторожно спросив про 'земное командование'. 'Неужели между нами уже установилась та незримая связь, когда раб интуитивно угадывает желания своей госпожи?! Нет, Лео, не фантазируй - это просто случайность'. Что же, случайность - случайностью, но уж использовала я ее по полной программе, первым делом взяв в руки так полюбившийся мне 'Укротитель'.

Субалтерн заранее сжался, ожидая нового приступа боли, но в этот момент мне неожиданно стало жалко его, и я нажала сенсор 'стоп'. Злость прошла, сменившись... Нет, не раскаяньем. Еще чего не хватало! А каким-то новым незнакомым мне чувством. Бедненький Дан...

- Ладно, тебе повезло, что я отходчивая и долго зла в себе не держу. Сразу все выплескиваю в гневе, а потом я опять добрая. Только впредь следи за своими словами, а, главное, мыслями. Поцелуй мою ножку, и продолжим инструктаж.

- Для начала я хочу задать тебе простой вопрос: сколько будет 7х16. Не торопись, подумай, возможно, вопрос только кажется простым. Правильный ответ на него развеет мои сомнения как относительно твоей лояльности, так и даст мне возможность убедиться, что ты умеешь владеть собой, сохраняя ясную голову даже после Укротителя. Способность быстро и точно мылить не менее важное качество, чем послушание.

Последовала пауза. Правда, к чести Дана, совсем небольшая: - Столько, сколько Вы скажете, моя прекрасная госпожа.

'Молодец!' - мысленно поаплодировала я. 'Почти без подсказки обойти поставленную ловушку... Какая прекрасная 'заготовка' - скорей бы уже оказаться в своей каюте и заняться ей более предметно!'

Мне даже захотелось сделать Дану что-нибудь приятное. И для начала я похвалила его:

- А ты все-таки молодец. Сохранить ясную голову после 'Укротителя' может далеко не каждый. И я, чтобы там ни говорили мои сомневающиеся в успехе проекта завистницы, сделаю из тебя отличного служителя. Возможно, даже самого лучшего в асторийской истории, - и я с нежностью погладила его волосы.


(ДАН) Так, занятые неторопливой беседой, мы все ближе и ближе приближались к космопорту. Внезапно я поймал себя на мысли, что надолго, а быть может, и навсегда, прощаюсь с Землей. И эйфория от неожиданного знакомства со столь неординарной женщиной немедленно сменилась легкой грустью...

- А когда мое командование вернет меня обратно? - непроизвольно озвучил я крутящийся в мозгу вопрос.

- Какое такое твое командование?! - насторожилась Леонисия.

- Ну, мое земное командование...

- О, Космос, ты так ничего и не понял, - внезапно от благодушия Леонисии не осталось ни следа. - И кому мы доверяем писать книгу?! Трачу свое время и силы, чтобы 'обстругать' тебя, а ты, оказывается, только делаешь вид, что хоть что-то усвоил. По-моему, яснее очевидного, что отныне твое командование - это я, а твоя родная планета - земля под моими ногами...

Гроза обещала быть нешуточной, а Леонисия закипала все больше и больше, отбросив в сторону свою ставшую для меня уже привычной легкую иронию. 'Опять 'Укротитель'... О, нет, только не это!' Пытаясь успокоить разбушевавшуюся асторийку, я начал поочередно целовать ее щиколотки, время от времени повторяя 'Простите, госпожа, простите'. Увы, в этот момент 'Укротитель' снова ожил. Я сжался, поняв, что мои извинения не приняты, и меня ожидает новый сеанс боли'.

- Ладно, на первый раз прощаю, - неожиданно сказала Леонисия. Цени, что твоя госпожа отходчивая. Да и грех на тебя сердиться - ты ведь на самом деле просто вне себя от счастья, что стал именно моей собственностью. Вот и говоришь всякие глупости. Так ведь?

- Вы правы, госпожа, сказал я, не отрывая глаз от коврового покрытия, и моля бога, чтобы Леонисия не включила этот ужасный Укротитель. И мои молитвы были услышаны:

- Поцелуй мою ножку, и продолжим инструктаж, - это были одни из лучших слов, когда-либо услышанных мной. Я незамедлительно выполнил приказ, а магистр продолжила:

- Итак, объясняю еще раз: между нами существуют две линии отношений. Первую из них, мне показалось, ты усвоил в моей квартире. Я не ошибаюсь?

- Да, госпожа, я Ваш раб...

- Хорошо, дальше можешь не продолжать. Согласно второй, ты - первый землянин, который по контракту вступил в дружественные вооруженные силы Астории, и направлен в мое, опять-таки, полное распоряжение. Ясно?

- Да, госпожа, - и я не преминул воспользоваться возможностью еще несколько раз поцеловать ее изумительные ноги.

- Субалтерн, не пытайся развеять мое представление о тебе как об умном человеке. Впрочем, понимаю, быстро перестроиться действительно тяжело, и на первых порах я буду снисходительна. По мере возможностей, конечно, - и забытый было 'Укротитель', вновь дал знать о себе нестерпимой болью. Правда продолжалась она всего лишь несколько десятков секунд, после чего Леонисия вновь вернулась к своим нравоучениям.

Этот инструктаж начался с хитро расставленной ловушки, и лишь предостережения Леонисии о том, что ответ на простой детский вопрос может таить в себе подводные камни, помогла мне не попасть в нее. Наградой мне было нежное поглаживание по голове и...

- Галл, - обратилась асторийка к не проронившему за всю дорогу ни единого слова водителю, - Сверни к тому озерцу.

Мы проехали несколько сот метров по ровной грунтовой дороге, после чего Леонисия приказала своему водителю остановиться. Мы вышли из машины.

- Тебе здесь нравится?

- Симпатичное озерцо, но в окрестностях, совсем недалеко отсюда, есть места и лучше. Можно я вам их покажу?

- Как-нибудь в следующий раз. А пока я дам тебе возможность попрощаться с Землей. Что и говорить, красивая у вас планета...Смотри, любуйся..

'Попрощаться... А ведь и в самом деле, я могу никогда не вернутся сюда...'

Мысль об этом до этого не приходила мне в голову. Я сел на траву, но Леонисия не дала мне заняться самокопанием.

- Не грусти, пусть на Астории природа не такая красивая, но на ней у тебя появится возможность служить мне. Признайся, одна только возможность целовать мои прекрасные ноги стоит всех земных красот. Не так ли, - и ее туфелька коснулась неожиданно ожившего Укротителя.

Превозмогая боль, я принялся целовать ноги Леонисии, и это были, наверное, одни из самых страстных и искренних поцелуев в моей жизни. Вероятно, и асторийка не осталась равнодушна к ним, поскольку боль так же внезапно превратилась, и я, не спрашивая разрешения, прижался к прекрасным коленям.

- На Астории природа не хуже. Но она - другая. И все другое. Поэтому походи по травке, полюбуйся на предзакатную озерную гладь, ну, что там еще делают в подобных ситуациях герои ваших книжек о покорителях космоса...

- Госпожа, если Вы так добры к своему покорному рабу, то можно я сохраню о Земле другое воспоминание?

- Какое, говори.

- Нет, я не решаюсь, Вы разгневаетесь...

- Раз начал, говори, я приказываю!

- Я хочу, о, простите, нижайше прошу, чтобы мое последнее воспоминание о родной планете было другим.

- И каким же? - прищурившись, посмотрела она на меня.

- О том, как я, стоя коленями на земной траве, обнимал и целовал Ваши прекрасные ноги и...

- Что же, ноги можешь поцеловать. А вот на 'и' уже нет времени. Но не расстраивайся: сегодня я подарю тебе незабываемую 'ночь посвящения', в которой будет, уж поверь мне, много этих самых 'и'. Как и во всей твоей дальнейшей жизни...


* * *


..16 год. 19 мая. 20.30. Время по Гринвичу. Каюта магистра Леонисии на борту линейного космолета асторийского флота "Гарпия" (ДАН)

326 год эры Гармонии. 35.14. 11.30. Время среднеасторийское. Мое уютное гнездышко на борту 'Гарпии' (ЛЕО).

'Какое у него отзывчивое тело! Я ощущаю, как после каждого моего прикосновение по нему пробегает волна. Будто бы играю на каком-то старинном струнном инструменте. Чувство власти - упоительное чувство. И в данном случае оно возбуждает обоих. Уверена на сто процентом, что сейчас землянин мгновенно выполнит любой мой приказ без всякого 'Укротителя'. (Кстати, а вода не повредит его?!) Впрочем, вы же не забыли, что я - образцово-показательная кошка. Кошка, поймавшая добычу и с упоением играющая с ней?'

- Взор можешь не отводить, я тебя не стесняюсь. Глупо стесняться своего раба, не правда ли?! Но и пялиться не смей. Любуйся благоговейно и благодари судьбу за то, что она дала тебе счастье стать рабом одной из прекраснейших женщин Астории. Будь достоин своей удачи. А это у тебя откуда? - я не только продолжала вбивать в голову Дана мысль о том, что он мой раб, но одновременно нс дотошностью хирурга изучала его тело, время от времени задавая очередной вопрос по поводу тех или иных шрамов. Нет-нет, не подумайте обо мне дурно - вовсе не жалость двигала мной. Просто, чередуя нежные ласки

ласки со строгими наставлениями, я узнавала те моменты из жизни Дана, о которых не догадывалась наша аналитическая служба - игры играми, а воспитательный процесс - святое.

- Упал с качелей... Укусила собака... Расцарапал укус комара... - я методично заставляла Дана подробно рассказывать об обстоятельствах, при которых он, в основном это было еще в детстве, получал те или иные шрамы. Удивительно, но эта нехитрая процедура... Как бы точнее подобрать слова. Короче, выворачивала наизнанку его душу. А тело... Тело Дана и так полностью принадлежало мне. Время от времени мои пальчики оказывались вблизи анального отверстия субалтерна: 'Милый, свою порцию боли ты уже сегодня получил. А теперь я буду с тобой очень нежной! Интересно, ты представляешь, что ожидает тебя после душа?'

Странно, но в этот момент мне опять показалось, что Дану все больше и больше нравится то, что я с ним делаю. Ну, не нравится - это я уже хватила. Просто землянин понял, что ничего изменить он не в состоянии, а, значит, ему остается только одно - убедить себя в этом.

Закончив купать Дана, я тщательно вытерла свое новое имущество, уделив особое внимание изучению его эротических зон. "О, котик, ты такой отзывчивый. Чувствую, еще немного и ты замурчишь, не хуже моего кота. Хм, совершенно непонятно, кто из нас сегодня получит больше удовольствия. Ладно, не буду мелочной."


(ДАН) Теплые струйки душа ласкают мое тело, а нежные пальцы магистра второго ранга не забывают и об измочаленной за сегодняшний день душе. Мои руки вытянуты по швам, чтобы не мешать стоящей за открытой дверью душевой кабины Леонисии прикасаться к телу ее подчиненного... 'Ласкает? Изучает? Впрочем, какая разница - мне ведь так хорошо...'

А Леонисия нарочито не торопится... То ли сама наслаждается обретенной властью, то ли дает мне возможность постепенно привыкнуть к мысли о том, что теперь я полностью завишу от ее доброй или злой воли. Госпожа магистр сейчас на удивление нежна, оставив за порогом ванной комнаты не только пульт от 'Укротителя', но и прежнюю жесткость. Словно дрессировщица, подчинившая тигра, и теперь ласкающая его, как обычного котенка. Впрочем, какой я теперь, к черту, тигр. Скорее прошедший начальный курс дрессировки подросток-щенок, научившийся выполнять простейшие команды своей хозяйки.

А вот Леонисия сейчас действительно напоминает тигрицу. Но только не ту, которая издевалась надо мной в моей квартире, а мягкую, добрую, расслабленную... Одним словом, сытую и уверенную в том, что ее новая жертва никуда не убежит. А, значит, можно пока не ломать ей позвоночник ударом могучей лапы, а просто поиграть...

Эти игры начались, едва мы оказались в ее каюте. Сев в кресло, инопланетянка взглядом указала мне на свои туфельки:

- Сними.

Я опустился на колени и выполнил приказание.

- Теперь принеси мне халат из ванны.

Переодевшись в него, инопланетная красавица явила моему взгляду природный алмаз, ограненный регулярными тренировками у лучших мастеров фитнесс-дизайна.

О том, насколько тяжело прекрасному полу поддерживать в своем теле тонкую грань между нежной женственностью, спортивной подтянутостью и рельефностью мускулатуры, мне не раз говорил коллега из спортивного отдела. (Его рубрика 'Фитнесс будущего' была одной из самых популярных в нашем издании.) И никакими специальными препаратами делу было не помочь - только ежедневными тренировками и соответствующим режимом питания.

А затем был душ - самый лучший душ в мое жизни. И, если в моей квартире и по дороге в космопорт, Леонисия целенаправленно уничтожала мое 'я', разбивая его на как можно большее число маленьких, не способных сопротивляться ее воле осколков, то сейчас в душевой кабине, она собирала эти осколки в единое целое, создавая согласно своему авторскому замыслу совершенно нового - полностью послушного себе человека. Каждое очередное прикосновение, одновременно и по-сестрински заботливое, и по-хозяйски властное, склеивало разбитое ранее. И в самом деле было полное ощущение, что я рождаюсь заново. Прежним осталось только тело, но и оно уже не принадлежало мне, с вожделением ожидая очередного прикосновения нежных рук. А душа... Душа, как я понял, попала в рабство еще в тот момент, когда мои губы впервые дотронулись до божественной ножки магистра.


(ЛЕО) Затем мы вышли из ванны, я села на диван, и приказала землянину стать на колени.

- Подползи ко мне. Нет, ближе, ближе... А затем... Затем я продолжила свои экспромты.

- Ничего необычного, унизительного, предосудительного в том, что с тобой в данный

момент происходит, нет. Это самая обычная, самая заурядная картинка из твоей будущей жизни. Ты понял меня?

- Да, госпожа магистр.

- Ты знаешь, что ожидает тебя этой ночью, субалтерн?

- Да! - ответ Дана и в самом деле убедил меня в том, что на сегодняшнюю ночь помощь 'Укротителя' мне не понадобится. 'Какая хорошая покорная мышка! И куда только подевался этот еще недавно самоуверенный землянин? И все же еще немного поиздеваюсь ...'

- И что же? - с напускной строгостью спросила я. - Или ты телепат? Откуда ты можешь знать о том, о чем еще не знаю я сама?

- Не гневайтесь, госпожа. Предугадать это легко и просто.

'Ого, а самоуверенность я из тебя не выбила! Впрочем, для времени для твоего воспитания у меня теперь предостаточно' .

- Хорошо, я слушаю, Но только, если хоть в мелочах ошибешься...

- Не ошибусь, госпожа магистр. Вы сделаете со мной все, что пожелаете, моя владычица. И в эту ночь, и в последующие ночи и дни.

Хм, надо признать, что тут Дан попал в яблочко. Более того, после этих слов меня охватило желание начать осуществлять свое 'что пожелаю' немедленно. И тут... 'О. Великий Космос, сколько же эта стерва будет портить мою жизнь? И как ей удается находить для этого самые неподходящие моменты?'

Впрочем, в данном случае ответ вопрос 'как' предельно ясен - увлеченная Даном, я забыла о том, что капитан в любой момент может видеть и слышать все, что происходит на корабле. Что же касается всего остального... Увы, за полгода прошедшие после нашей ссоры в отношения между нами ничего не изменилось - Зено опять подавила меня. 'Зено, Зено... Как же я тобой восхищаюсь, и как же я на тебя злюсь! Ну, почему ты такая? 'Краб', одним словом...'

(ДАН) Словом, если в моей квартире Леонисия целенаправленно уничтожала мое 'я', разбивая его на как можно большее число маленьких, не способных сопротивляться ее воле осколков, то сейчас в душевой кабине, она собирала их в единое целое, создавая согласно своему авторскому замыслу совершенно нового - полностью послушного себе человека. Каждое новое прикосновение, одновременно и по-сестрински заботливое, и по-хозяйски властное, склеивало разбитое днем. И в самом деле было полное ощущение, что я рождаюсь заново. Прежним осталось только тело, но и оно уже не принадлежало мне, с вожделением ожидая очередного прикосновения Леонисии. А душа... Душа, как я понял, попала в рабство еще в тот момент, когда мои губы впервые дотронулись до божественной ножки магистра.

- Ты знаешь, что ожидает тебя этой ночью, субалтерн?

- Да, - твердо сказал я, уже без малейшего страха глядя в глаза 'тигрицы'.

- И что же? - в голосе Леонисии вдруг появились резкие ноты, - Или ты провидец? Откуда ты можешь знать о том, о чем еще не знаю я сама?

- Не гневайтесь, госпожа. Предугадать это легко и просто.

- Хорошо, я слушаю. Но только, если хоть в мелочах ошибешься...

- Не ошибусь, госпожа магистр. Вы сделаете со мной все, что пожелаете, моя владычица - сказал я проникновенным голосом, по-прежнему не отводя взгляд. - И в эту ночь, и в последующие ночи и дни.

- Хм... Похоже, что ты и в самом деле угадал...

Увы, как тут же выяснилось, я не угадал. Впрочем, чему удивляться - за сегодняшний день со мной уже случилось столь много необычного, что очередной резкий поворот в моей жизни не следовало воспринимать как нечто необычное, а лишь как подтверждение старинной поговорки 'человек предполагает'...

Увлеченные водными процедурами мы не заметили, как зажегся экран монитора, с которого на нас смотрела капитан корабля:

- Леонисия, дорогая, добрый вечер. Не хочу отрывать тебя от столь приятного занятия, смотрела бы и смотрела, но служба... Я желаю лично познакомиться с нашим объектом. Мне еще надо немного поработать, а через 40 минут за землянином зайдет мой адъютант. Ты ведь не возражаешь?

- Вообще-то, я категорически против. Не против вашего знакомства, естественно, а против того, чтобы передавать порученного мне землянина кому-либо. Так что, если вас это устроит, капитан, чуть позже мы зайдем к вам вместе. И, пожалуйста, не подумайте, что я оспариваю ваши полномочия.

Стараясь не попадаться в поле зрения камеры, я слушал пикировку двух асториек.

- Ага, капитан, после Вас напишешь. Потом буду его неделю приводить в чувство.

- Не бойся, не бойся. Я ведь не только в курсе придуманного тобой плана, но и прямо заинтересована в его успехе. Так что ничего страшного не будет. Если, конечно, субалтерн будет должным образом себя вести, - и взгляд капитана дал мне понять, что моя попытка найти укромный уголок не удалась.

- А вдруг он что-то сделает не так. Я планировала постепенно...

- Ладно, твоя мягкотелость всем известна, поэтому, если хочешь поговорить о ней, то пригласи на кофе или, что еще лучше, приходи ко мне домой. Не забыла? - мне показалось, что капитан намекнула не только на адрес. А пока, извини, меня вызывает Астория. Лучше не трать время и проинструктируй нашего подопечного... на тему 'Капитан космолета и его полномочия'. Заодно и свои знания освежишь.


(ЛЕО) Увлеченная играми с Даном, я совсем забыла, что капитан может просматривать и прослушивать все помещения космического корабля. И уж совсем не ожидала, что Зено, вопреки нашим договоренностям, захочет отобрать у меня землянина.

- Милочка, не забывайся, и не принимай мою вежливость по отношению к старой подруге и представительнице славного рода за действительную просьбу о согласии.

- Но у меня инструкции от высшего командования...

- У меня тоже. Новые инструкции от нашего общего командования. С сегодняшнего дня куратором землянина и непосредственным руководителем всего проекта являюсь я. А если сомневаешься в моих словах, свяжись с Герой. Она тебе все подробно объяснит.

- Но она не могла...

- Могла, могла. Ты же знаешь, что наша Гера может практически все. Да, и, чтобы между нами не было недоразумений во время полета, на всякий случай, напоминаю тебе первый параграф корабельного устава Космического флота, согласно которому на борту космолета высшее командование - это капитан. В том числе и для тебя тоже.

- Но...

- Никаких 'но'. Магистр второго ранга, подтвердите, что поняли мой приказ.

- Согласно полученному от капитана космического корабля "Гарпия" приказу...

- Хватит, Лео, хватит. Прекрати. Извини, что была с тобой резка, но давай спишем это на простую усталость после тяжелого дня. Еще раз извини. А то я тебя знаю - еще обидишься. Да и не съем я его, не бойся. И для тебя же лучше - на одно новое впечатление у нашего подопечного будет больше. Вдруг общение со мной так вдохновит землянина, что он уже утром напишет первый репортаж, где главной героиней буду я. Всегда втайне мечтала о нечто подобном...

- Слушаюсь, капитан. После инструктажа землянина я передам его вашему адъютанту, - в очередной раз я выкинула белый флаг. 'Мне когда-нибудь удастся стать первым номером в наших отношениях?!'


(ДАН) Хотя я прекрасно понимал, что, вероятно, все помещения корабля, в том числе и душевая Леонисии не только прослушиваются, но и просматриваются во всех ракурсах капитаном корабля (во всяком случае такими системами слежения оборудованы наши земные звездолеты), но все же я инстинктивно попытался убраться подальше от монитора - страх, проникший в мою душу после первой встречи с капитаном усилился в разы. И в то же время я с невольным злорадством наблюдал за Леонисией - сейчас она оказалась в моей шкуре, начав дословно и повторять полученный приказ.

- Слушаюсь, капитан, - сказала Леонисия отключающемуся экрану.

- Госпожа, на вас лица нет. Неужели капитан такая страшная. Вам что-нибудь из бара принести?

- Хм, страшная... Мне налей две трети бокала вашего земного пойла, а сам выпей как можно больше аквы и прими пару таблеток восстановителя. Там в аптеке... Силы тебе этой ночью понадобятся.

- Что, буду допущен к телу? - спошлил я, борясь с овладевающим мной безотчетным страхом.

- Будешь, будешь, уж в этом не сомневайся. Правда, не сразу, а после предварительной перековки.

- Наподобие вашей?

- Ну, что ты - я была с тобой еще очень нежной. А вот Зенония в отличие от меня 'обстругивает' доставшиеся ей заготовки быстро и жестко. Причем не только таких новичков, как ты, но и матерых десантников. 'Краб', одним словом...

- А почему 'Краб'?

- Так ее зовут во всем Космофлоте. Еще в академии наш капитан напросилась на практику в десантные части. И за какой-то семестр приобрела там репутацию законченной садистки. Собственно, после этого наша дружба как-то сама собой угасла. Да за одно только пропущенное тобой 'госпожа' мне придется черт знает сколько восстанавливать тебя. И я далеко не уверена, что это у меня получиться...

- Что же мне делать..., госпожа?

- Все. Все, что она скажет. Потом я попытаюсь подлечить твою психику, но пока постарайся, хотя бы, сохранить в целости тело. Еще раз повторяю: безропотно выполняй все ее приказы. Без сомнений, колебаний, промедлений. Изображай максимальную покорность. А лучше будь искренен - не дай Бог, она почувствует хоть малейшую фальшь.

- А, если она будет спрашивать о вас, госпожа магистр.

- Хм, если будет спрашивать... Знаешь, перескажи все, как было, ничего не утаивай. Можешь даже с мельчайшими подробностями. Зенония отнюдь не солдафон и способности управлять людьми, проникая в их сознание, у нее на высоте. Иначе кто бы ее назначил командиром корабля. Вдобавок я все равно передаю ей запись нашего знакомства.

Тут вновь зажегся монитор, и на экране появилось миловидное женское лицо:

- Магистр L770608, лейтенант N1765 находится у входа в вашу каюту.

- Ну, пусть Удача не покинет тебя, и помни магическое слово 'госпожа', - напутствовала меня Леонисия, и, уж чего-чего, а этого я от нее совсем не ожидал, обвила мою шею рукой и страстно поцеловала в пересохшие от нервного напряжения губы.


* * *


- Это что, новое земное приветствие? - с неподдельным удивлением спросила капитан. Что вы себе позволяете?

- Госпожа капитан, магистр второго ранга проинструктировала меня...

- Все, тогда понятно, дальше можете не продолжать. Поднимайтесь и садитесь в любое из кресел напротив меня. Великий Космос, сколько же крови выпила из меня эта девчонка! Вот... Черт, даже слов не подберу.

- Но...

- Слушайте, субалтерн, да сядьте вы, наконец, в кресло. В конце концов, где же ваша пресловутая мужская логика? Если не боитесь, то почему остаетесь на коленях? А, если я вызываю такой страх, то почему не выполняете приказ?

- Будет исполнено, госпожа капитан.

Я встал с пола, но мои ноги предательски тряслись.

- О, Космос, совсем девочка заигралась. Садитесь скорее в и подробно расскажите, чем она вас так запугала. Впрочем, нет, погодите, - и, увидев, что я опять начал опускаться на колени, быстро добавила: - Да не в том смысле, не бойтесь. Пожалуйста, возьмите в холодильнике сок или минералку, после Восстановителя которым Лео напичкала Вас ни спиртного, ни кофе пить нельзя, а мне... Откройте бутылку 'Космической' и налейте грамм 50. Ваша водка - великолепный напиток! Только ради нее стоило заключать союз с землянами и спасать их от квангов.

Да, чудеса продолжаются. Этот подчеркнуто демонстративный переход от показной грубости Леонисии к межпланетному этикету, удивление и возмущение (показное или все-таки реальное?! ) ее инструкциями... Впрочем, методика хорошего и доброго следователя стара как мир... Тем не менее, навеянный Леонисией страх перед асторийками немного отступил, и я принес сидящей с ногами на массивном диване тридцати (?), сорока (?!) пятидесяти (??!!) летней медноволосой женщине небольшой поднос с рюмкой неожиданно понравившегося ей земного напитка.

- Госпожа, - и я снова начал опускаться на колени, стараясь сохранить равновесие.

- Нет, я кого-нибудь из вас убью. А то и обоих вместе. Это что же между вами произошло? Давайте мне поднос, а то сейчас разольете, поднимайтесь и толком рассказывайте. Кстати, вы голодны?

- Нет, спасибо, - чуть замявшись, ответил я, поставив поднос рядом с капитаном.

- Боитесь, что заставлю слизывать какую-то кашицу со своих ступней, как на этих скабрезных картинках в ваших дурацких комиксах? - гримаса отвращение на лице Зенонии казалась вполне искренней.

-Что со ступней - не боюсь, а вот каш с детства не люблю, - попытался нащупать границы, за к которые нельзя переступать, я.

- Хорошо, что сказали. Буду теперь знать чем вас пугать. На ваше счастье, каши у меня в каюте в настоящий момент нет. Ладно, рассказывайте. Хотя - нет, я не верю, что вы не голодны. Но в любом случае чертовски голодна я. Поэтому идите на кухню, достаньте из холодильника всю еду, которая там есть и приготовьте нам что-нибудь на ужин. А я, прежде чем выслушать ваш рассказ, просмотрю представленную Леонисией контрольную запись. Нет-нет, никаких "слушаюсь, госпожа", и прочих тому подобных глупостей - займитесь скорее делом...


(ЗЕНО) "Ну, что же... Моя подруга, как всегда, в своем репертуаре. Всего за несколько часов знакомства так "обстругать" землянина. Блестяще! Нет, Лео, хочешь ты того или нет, но мы все равно будем вместе. Чего бы только это мне не стоило. Бедный субалтерн... Ладно, попытаюсь максимально сгладить ситуацию, а то у землянина будет... Интересно, а что у него будет?! Психологический шок, нервный стресс или просто он расценит случившееся, как эротическую игру?! Но, черт, побери, как же ей это удалось?!" - и, сгорая от нетерпения, я принялась изучать видеоматериал.

К моменту возвращения землянина картина происшедшего между ним и Лео была для меня полностью ясной. 'Би дитаны мэдэ бай', - повторяла я про себя, стараясь не захлебнуться от смеха. "Чертовка, моя любимая чертовка!" Лишь огромным усилием воли мне удалось сохранить серьезное выражение на лице. "Или не удалось?"- судя по тому удивленному взгляду, которым Дан посмотрел на меня, второе предположение было куда ближе к истине. В любом случае через минуту я не выдержала, и рассмеялась.

- Так, 'би дитаны мэдэ бай', говорите?

- Да, а что, что-то не так? - недоуменно спросила жертва коварства Лео.

- Нет-нет, все нормально. Давайте сюда бутерброды, - и в тот момент новый приступ смеха напал на меня.


(ДАН) - И одноразовую посуду, пожалуйста, не забудьте. Да, и, заметьте, я вовсе не пытаюсь сделать из Вас кухонного раба - видите, какой я специалист по вашей низкопробной эро-порно литературе. Просто сегодня принимала "Гарпию" под свое командование, а у меня железное правило в таких случаях делать полную инспекцию. Ноги до сих пор ватные...

И никаких "слушаюсь", опередила она меня. Идите, занимайтесь едой, а я, прежде чем расспрашивать вас, просмотрю представленную Леонисией контрольную запись.

Вернувшись с бутербродами в каюту, я застал капитана изрядно помолодевшей. Во всяком случае, на ее лице уже не было выражения ответственного за все и за всех человека. А в глазах бегали веселые чертики:

- Так, "би дитаны мэдэ бай", говорите? - с трудом сдерживала смех тридцатилетняя женщина. (Да-да, после того, как с лица Зенонии слетела маска строго капитана, озабоченного поддержанием дисциплины своей команды, она изрядно помолодела. По крайней мере в моих глазах.) "Неужели все ужасы, рассказанные про нее Леонисией правда?

- Да, а что, что-то не так? Я неправильно произнес клятву?

- Нет-нет, все, не переживайте, все нормально, - было ясно, что капитану все труднее и труднее оставаться серьезной.

- Тогда, госпожа капитан, можно задать вам вопрос?

- Слушаю. И перестаньте где надо и где не надо вставлять это ваше "госпожа капитан". Наслушалась за день... Зовите меня просто Зенония, или, если вам уж так хочется быть официальным, обращайтесь ко мне "капитан".

- Капитан, если Вы столь милостиво отнеслись ко мне, то, пожалуйста, скажите, что точно означает это "би дитаны мэдэ бай", и почему эта фраза так веселит Вас? Каков дословный перевод данной клятвы

- Что означает... Ну, вопрос очень сложный, - здесь Зенония сосредоточенно посмотрела в пол, как будто выискивая точную формулировку. - В академической среде и среди юристов существуют разногласия по поводу дословного перевода этого 'би дитаны'.

Мысль о том, что в этих разногласиях может заключаться спасительная для меня лазейка, позволяющая признать клятву, данную мной Леонисии, недействительной, тут же юркнула мне в голову.

- И какие же есть варианты?

- О, их несколько. Все точно не помню. Давайте лучше съедим бутерброды, а уже за тем продолжим беседу.

- И все же, пожалуйста...

- А может не стоит - излишний формализм в отношениях с женщинами, на мой взгляд, неуместен. Даже на Земле. Если же говорить об Астории, то он неуместен втройне. Клятва произнесена, все расставлено по полочкам, вы чего-то там обязуетесь, она принимает... Дальнейшие отношения ясны и понятны. Наслаждайтесь ее красотой и отсутствием необходимости принимать самостоятельные решения. Уверяю, в глубине своей еще во многом детской души Лео очень добрая и со временем станет для вас отличной хозяйкой. Да и вы, я вижу, от нее без ума - достаточно посмотреть, с какой готовностью вы падали перед ней на колени, и с каким жаром целовали ее ноги. Они ведь прекрасны, не так ли?

(ЗЕНО) "Странные все-таки создания эти земные мужчины. И несчастные... Нервничают по мелочам, суетятся, пытаются изобразить из себя невесть что - от эпического героя до несчастного, требующего сочувствия хомячка. Уверена, что большинство из них в глубине души мечтает о Богине. Но стоит ей появиться, как тут же на свет извлекается это глупое мужское "я"... Словом, сплошные комплексы. Великий Космос, как же тяжело приходится землянкам... Впрочем, жалеть их не стоит - женщины Земли сами виноваты в том, что едва ли не во всем потакают своим самцам..."

(ДАН) - И все же, госпожа...

- Нет, я никак не пойму причину вашей настойчивости. Но, если вы настаиваете... Ладно, извольте. Все варианты не помню, но профессора с кафедры дворовой лингвистики настаивают, что правильный перевод звучит так: 'не позволяй никому вешать тебе лапшу на уши', - и капитан внимательно посмотрела на меня.

Когда смысл услышанного начал доходить до меня, малодушная мысль о том, что лучше бы хитроумный розыгрыш Леонисии оказался правдой, а я у нее в самом беспросветном, тяжелом и унизительном рабстве, мгновенно перечеркнула радость от неожиданно вернувшейся свободы. Будущий писатель, знаток и архитектор человеческих душ, автор нашумевшего бестселлера... А на деле форменный идиот, за обе щеки скушавший импровизацию дрянной девчонки. Представляю, как она сейчас хихикает в своей каюте...

Из состояния полной прострации меня вывел голос Зенонии: - Извините за резкость в начале нашей встречи, Дан, и считайте, что Я ЛИЧНО, хотя, понятное дело неофициально, прошу у вас прощения от имени нашего командования и всех асториек. Я не предполагала, что Лео может зайти в своих фантазиях так далеко. Разыграла она вас конечно, красиво, но уж давайте простим ее - характер у девочки еще тот. А пока примемся за бутерброды...

Удивительная вещь - человеческая психика. По, крайней мере, моя уж точно. Еще несколько минут назад я пытался найти лазейку в этой 'старинной клятве', которая позволила бы мне избежать рабства, а сейчас, когда не только "клятва", но и все остальное оказались лишь плодом буйной фантазии Леонисии, я, как это ни странно, испытывал, скорее, не радость, а разочарование. Что же, капитан не оставляли места для иллюзий. Да, это был всего лишь розыгрыш, жестокий и в то же время блистательный по замыслу и исполнению. Розыгрыш, на который способна только женщина. Асторийская женщина...

- Разыграла?! А все эти правила, баллы, наказания, значит, вообще не существуют? Леонисия и их выдумала? А то, что я субалтерн асторийского космофлота - это тоже не соответствует действительности?!

- И да, и нет.

- Как так?

- Настоящая ложь, ложь с большой буквы - это ложь, прежде всего самому себе, и состоит она из правды, полуправды и, собственно, самой лжи. Лжи, так сказать, в чистом виде. Впрочем, это очень сложная тема для столь позднего вечера. Да и к тому же у нас обоих был очень трудный день. Я, например, сегодня готовила "Гарпию" к взлету, а у меня железное правило в таких случаях делать полную инспекцию корабля. Ноги до сих пор ватные...

Ну, а кто-то набрался очень много новых впечатлений, которые, я уверена, запомнятся ему на всю жизнь. Не краснейте, не краснейте! Вполне возможно, что сегодняшний, нет, уже вчерашний день вы запомните как самый лучший в вашей жизни. Побывали под каблуком Леонисии... Вам несказанно повезло - об этом мечтает любой асториец.

- Но...

- Все, хватит, сначала - бутерброды, а затем, если у меня будет настроение, продолжим.

Мы съели бутерброды, после чего я продолжил распросы.

- Но ведь 'Укротитель' же мне не почудился? - Или я, как вы говорите, очарованный Леонисией, сошел с ума?! - и я непроизвольно дотронулся до шеи.

- Не волнуйтесь, с ума вы не сошли. 'Укротитель' был на самом деле. Правда, с ним вышла неувязка. И все из-за Леонисии, которая... Впрочем, это еще более сложная тема. Сейчас же меня интересует другое: не сломал ли он Вас? Если это так, то Вы будете возвращены на Землю, без официальных извинений, естественно, но с достойной материальной компенсацией.

- Сломал?! Наверное, нет. Было больно, очень больно, но не более того.

- Это хорошо, очень хорошо. И для всего проекта, и лично для вас. Что же касается Укротителя, то он уже очень давно является не более чем музейным экспонатом... Стоп, стоп, она разве не сняла его? И он был надет на вас во время старта?

- Да, как видите. А в чем дело?

- Ну и дура! - не удержалась капитан. - Безответственная эгоистичная дура! Какой была, такой осталась. Ладно, на эту тему ей предстоит нелицеприятный разговор со мной, а может и с более высоким командованием.

- А в чем, собственно, она провинилась? Ну, да, поначалу мне и в самом деле было больно, но потом она не включала его,- я непроизвольно встал на защиту своей мучительницы.

- О, видите, вы ее уже защищаете. Нет, вам и в самом деле очень повезло.

- Я не защищаю, а пытаюсь понять причины вашего неудовольствия.

- У этих раритетов очень ненадежная электроника, и во время старта она часто выходила из строя. И тогда 'Укротители' могли либо просто выключиться, либо, наоборот, наградить носящего их таким болевым шоком, что он либо умирал, либо лишался рассудка. Так что считайте, что Вам крупно повезло.

- Да, веселенькая перспектива. Но чем вы сейчас заменяете эти милые приборы?

- Ничем. Вначале мы кардинально поменяли концепцию 'Укротителей', и они вместо боли стали доставлять чувство радости, а затем вообще отказались от них.

- И как же вы тогда держите мужчин в покорности?

- Да, не держим мы их в покорности. Что вы еще себе придумали. Так я и знала, что из-за выкрутасов Лео вы все неправильно поймете.

- То есть, как я понимаю, из ваших слов можно сделать вывод, что Леонисия все выдумала и ничего из сказанного ей не существует? - с надеждой переспросил я.

- Существует, и почти все, - отрезвил меня ответ капитана, - кроме, пожалуй, произнесенной вами клятвы. Впрочем, нет, я не точно выразилась. Клятва существует. Нет только какой-либо ее определенной формы не, да и произносится она мужчинами не языком, а сердцем.

- То есть, вы признаете, что на Астории царит матриархат? Впрочем, к этому выводу я пришел самостоятельно, основываясь на тех материалах, с которыми я успел познакомиться перед встречей с Леонисией, а также на коротком, но очень показательном знакомстве с ней.

- Не матриархат. На нашей планете царит гармония.

- Гармония... Вы называете гармонией полное подавление мужчин женщинами? Выглядит, как феминистская издевка над нашим полом. Назовите вашу 'гармонию' честно и откровенно - гендлерное рабство. Или, чуть более политкорректно, фемдом.

- Да, полноте. Ваш фемдом и наша Гармония, заметьте, это официальный термин, записанный в первой статье Уложения о праве на счастье, аналога земной конституции, не имеют между собой практически ничего общего. Более того, во многом они полные антиподы.

- Но разве на Астории мужчины не подчиняются женщинам, и не находятся у них в рабстве?

- Нет, не подчиняются. Если, разумеется, женщины не являются их прямыми начальниками на работе. Но это, как вы прекрасно понимаете, совсем другая линия отношений. И уж тем более не находятся в рабстве, по крайней мере, в том смысле, какое вкладываете в это понятие вы.

- Тогда как объяснить все эти агрессивные попытки Леонисии превратить меня в своего...


(ЗЕНО) - В раба, чего уж там, договаривайте, - я решила сразу расставить точки над i. -Вам просто повезло, что я давно и хорошо знаю Лео, и предусмотрительно забрала вас от нее. Лео - по сути еще ребенок.

- Ребенок?! - удивился землянин.

- Да, ребенок, в котором причудливо сочетается властная женщина и ищущая сильного покровителя девочка. Не знаю, хорошо это или плохо, но она так и не наигралась в своем затянувшемся детстве. А тут еще к ней в руки попали материалы по этой вашей земной гадости под названием фемдом... Вот ее фантазия, и без того буйная, разыгралась по полной. Словом, скажите мне большое 'спасибо'. Если бы не моя предусмотрительность, то я даже не представляю, чем могла бы для вас закончиться сегодняшняя ночь. Встречали бы новый день на холодном полу с завязанными за спиной руками, исполосованной, уж простите, задницей, украшенной какой-нибудь пластиковой гадостью в анальном отверстии, так и не поняв, в чем же на самом деле заключается гармония в отношениях двух полов. Что же касается вашей прежней личности, то от нее остались бы одни воспоминания, а затем... Ладно, оставим эту тему. Расскажите, что вы знаете о целях своей командировки.

- Что знаю?! Очень мало. Меня срочно вызвал начальник, затем я познакомился с Леонисией, магистром Леонисией, затем...

Затем землянин, временами краснея, пересказал мне историю своего 'знакомства' с Лео.

- Это мне известно. Перейдите к сути: что сказал вам ваш начальник?

- Дословно повторить не берусь, но суть задания заключалась примерно в следующем. Поскольку вы пришли нам на помощь и теперь наши планеты рука об руку, если такое выражение применимо, учитывая космические расстояния, сражаются с общим врагом, то мне поручено написать серию репортажей об Астории. Экономике, политическом устройстве... Затем магистр Леонисия добавила новую вводную, заявив, что в моих репортажах появится главная героиня. И этой героиней будет она. Кстати, магистр хотела, чтобы уже завтра я представил ей текст о...

- Не подбирайте слова. 'Как мило он краснеет!'

- Хм, о нашей с ней встрече, и о том... Словом, я должен был написать о том как прошел мой первый день в... качестве асторийского субалтерна.

- Понятно, - перебила я землянина, - значит, никаких других вводных не было.

- Если не считать указания Леонисии о том, что вместо репортажей будет книга, а главной ее героиней - она. Но, я так понимаю, на ее слова можно теперь не обращать внимания... Да, а мой статус субалтерна асторийских Космических сил - тоже часть розыгрыша?


(ДАН) - В раба, чего уж там, договаривайте. Нет, все увиденные вами приказы подлинные, и в данный момент вы: а) являетесь субалтерном Асторийского космофлота, б) выполняете специальное задание в рамках проекта ВГ, в) подчиняетесь только командиру группы, то есть мне. Все понятно?

- Так точно, госпожа капитан, - уроки Леонисии быстро всплыли в памяти, и я начал вставать с кресла.

- Да, сидите, сидите. Когда мы наедине, нет никакой необходимости изображать курсанта первого курса. А вот на людях чинопочитание будет не только вполне уместно. Но и необходимо. Впрочем, с Уставом космофлота ознакомитесь самостоятельно, а непонятные места я объясню. Да, и забудьте о всяких, как бы это помягче назвать... ритуала Леонисии. На данный момент наши взаимоотношения носят исключительно служебный характер. Уяснили.

- С одной стороны да, с другой - каждая ваша вводная рождает новые вопросы. Например, как мне к вам обращаться, когда мы наедине, как...

- Не продолжайте. Я понимаю ваши затруднения. Думаю, нейтральное капитан будет вполне уместно. Что же касается всего остального, то уверена вы сами нащупаете правильную линию поведения. И забудьте о всяких "разрешите задать вопрос". Задавать мне вопросы и получать на них ответы - ваша прямая обязанность.

- Обязанность?!

- Да, обязанность. Вы должны получить, как можно более полное представление о Гармонии.

- Тогда, капитан, вопрос первый. Существует ли система штрафных баллов, о которой мне рассказала Леонисия.

- Да, прочтете позже об этом в Уставе. Не будем сейчас тратить на это время.

- Но, если я невольно совершу ошибку...

- AZ1628, если бы я преследовала цель засадить вас в штрафной блок, то давно бы сделала это. Для этого мне не нужны ни ваши ошибки, ни какие-либо другие поводы. Вы разве забыли, что во всех галактиках слово капитана на корабле закон?

- Нет, не забыл.

- Впрочем, в штрафном блоке еще побываете, и, заметьте, не в качестве корреспондента, - наша история не знает ни одного военнослужащего, который хотя бы раз не отметился там.

- И вы...

- Да, не сомневайтесь - я в нем тоже побывала.


(ЗЕНО) 'Леонисия... Воспоминания о моем первом и единственном пребывании в штрафном блоке, когда я взяла на себя вину за... Ладно, сейчас не время вспоминать прошлое - надо смотреть вперед и для начала разъяснить Дану смысл его задания. В общих чертах, разумеется. А все остальное он поймет в процессе своего воспитания.'

- Нет, это не розыгрыш.

-- Тогда скажите мне, пожалуйста, в чем заключается подлинный смысл моего задания? Что такое проект ВГ? Какова его цель?

'Ага, мой доверчивый субалтерн, а ты увлекся. Что же, тем легче будет с тобой работать.'

- Ну, не все так сразу. Но для начала скажите мне: вам нравилось все то, что делала с вами эта чертовка?

Дан не ответил, а на его лице выступили красные пятна.

- Но, разве у меня был выбор? Этот чертов ошейник...

- Субалтерн, я вас спрашиваю не о возможности выбора. Его за Вас сделала Леонисия с помощью 'Укротителя'. Меня интересует совсем другое. А именно: понравилось ли Вам все то, что вслед за этим последовало. Принимать женщину, как высшее божество, ощущать себя ее полной собственностью, чувствовать, что от ваших ласк она переполняется желанием...

- Скорее...

- Не торопитесь отвечать. Разберитесь в себе. Это очень важно для осуществления задуманного плана. Кроме того, помимо этих высоких материй мне необходимо оценить ваше психологическое состояние после знакомства с 'Укротителем'. Не сломал ли он вас? Если, увы, это так, то Вы будете возвращены на Землю, без официальных извинений, естественно, но с достойной материальной компенсацией. Десяти минут вам хватит, чтобы собраться мыслями, разобраться в своих чувствах и хотя бы вчерне сформулировать свое отношение к случившемуся с вами за сегодняшний день?

И в самом деле, бурные и необычные события сегодняшнего, вернее уже вчерашнего дня, не оставляли мне ни мгновения для оценки столь резко изменившейся ситуации и, чего уж там скрывать, любимого мной самоанализа. Поэтому, любезно предоставленную капитаном возможность покопаться в собственном сознании, упускать было нельзя...