# Полигон

Денис, Левин Лазарев

Иногда ад - внутри нас. И найти из него выход нелегко. Но можно. Если надеяться, что впереди - не новый ад.

ПОЛИГОН


1

"Однажды человек, перед лицом вечности ощутивший бесцельность своего существования, задумал повернуть время вспять. Трижды произнесенное отречение в конце концов дало свои результаты: замкнув круг, разорвавшийся при рождении, он обрел покой, но слишком поздно. Ни к чему не прилагаемая, его сила носилась над горами, бесплотная как само время.

Огонь вражды, терзавший его существо, усыпал склоны гор яркими цветами, душа стекала нескончаемым потоком талых ледников. В душе его стерлось все, кроме тяги к самоосуществлению. Только она осталась неуязвимой для стрел Безразличного Мудреца, ибо непрерывно меняла свои формы. Но он и сам не смог постичь ее и оставил как недосягаемое и неуничтожимое эго.

Ветер вершин успел насыпать пустыни песчинок из гранита существовавших когда-то миров, а вселенная шла к упадку, когда дух, оставшийся от человека, освободился от сущности и сделался подобным хаосу, который породил Полигон".

Сценарист захлопнул папку с листками выцветшей бумаги и, спустив очки на остренький нос, поднял глаза на Н.

- Теперь вы представляете, где находитесь. Где мы все находимся благодаря вам, - поправил сам себя Сценарист. - Я-то человек маленький, мое дело - следить за ростом деревьев и вести летопись. А вот вы что здесь делаете?

Н. не ответил. Больше всего на свете ему хотелось самому знать ответ на этот вопрос.


2

Опасность наступала медленно и вновь отступала. Крошево пузырей раскачивало фундамент здания, где находился Н. Простое перемещение шариков на доске давало шанс на спасение погибающего мира, которого еще не было здесь, когда он появился.

Пузыри пошли гуще, дверь распахнулась, и в проеме он заметил людей с оружием, поблескивающем в руках. Фигуры их были перевернуты, и казалось, что они стоят на головах. У каждого на шлеме светилась контрольная лампочка. За ними толпились скауты, толкающие большой ящик, обитый стальными листами. От ящика валил пар, по бокам к нему крепились механические захваты. Время от времени они опускались в булькающую влагу, и она шипела от осторожных прикосновений раскаленных механизмов.

Полузатопленный коридор качнулся еще несколько раз и остановился в тот момент, когда он наклонился, чтобы пожать руку своему отражению.

- А вот руки-то я тебе подавать не стану, - проговорило отражение со знакомой ему гримасой и отвернулось.

Фундамент качнулся в другую сторону. "Этот момент определенно упущен", подумал Н. Ему было неловко в этом жарко натопленном помещении со следами влаги на высоких стенах. Н. потянул за цепочку и вынул из кармана часы. Стрелки показывали два, хотя он прекрасно знал, что это не так. Мир уже давно утомлял его своей жестокой путаницей, все время стремясь к изменениям и, более того, - к собственной противоположности. Часы натолкнули Н. на остатки памяти. Для начала следовало понять, где он и что с ним.


3

Это было продолговатое лжеобразование, примостившееся в углу его воспоминания о первом дне, когда он вошел в Полигон, - то, что связывало его с кристаллическими уродцами, которыми он по неопытности пренебрег в свое время. Теперь он ясно видел дверь с ярко-желтой надписью "Выход".

Он поспешил нажать ручку. Увы, как и следовало ожидать, дверь была надежно заперта.

Хлюпающий звук, похожий на чей-то смех, насторожил его. Так же смеялись эти кристаллические уродцы, когда он посоветовал им не соваться в его дела.

Но это был не смех. Это был звук опускающегося потолка. Выход из коридора перегораживала стальная решетка. Как завороженный, он смотрел на неотвратимое наползание пресса. В голове билась единственная глупая мысль о том, что его нельзя приспособить для выжимки сукновальной глины.

Неожиданно потолок замер; стена стала совсем тонкой и звонко лопнула. На него обрушились запахи осеннего леса. Теперь он стоял на глинистом пригорке в роще из замшелых вязов. Неподалеку разевался ковш брошенного экскаватора. Подняв голову, Н. увидел огромный песчаный карьер со статуей сфинкса на вершине. Изъеденное проказой лицо сфинкса обшаривало мрачный ландшафт слепыми каменными глазами. Из-под пьедестала сфинкса били ключи. Н. шагнул вперед, несмотря на предостерегающий голос, слабо трепыхнувшийся в нем.

Уродцы - ему хотелось думать, что это они, - деловито суетились позади, а потом их не стало. Он и сам почти исчез, поскольку не был хорошо сориентирован в этом квадрате. Вся поверхность Полигона была разбита на безмолвные квадраты, и Н. одновременно находился в шести из них, причем второй и четвертый находились так невообразимо далеко, что ему становилось страшно.

В шестом квадрате, там, откуда он пришел, вилась бледно-серая дорога с маленькой бензоколонкой шагах в ста от карьера, рядом с которым он сейчас стоял. Вокруг была степь, засыпанная блестящим лиловым песком. На бензоколонке часы пробили два. Н. взглянул на стрелки и не увидел их - время здесь было остановлено давным-давно.

Это был еще один провал. Маленькие уродцы, похохотав, ушли в песок, оставив его наедине с часами и бензоколонкой. С этого квадрата он начал и в него вернулся через много ходов.


4

"Проклятье. Сам черт не разберет правил этой игры. Какой кретин составлял этот лабиринт, и где та комната "Джокер", которая в нем должна была быть по инструкции?", злобно думал он, шаркая по асфальту обратно к бензоколонке.

Дорога странно изгибалась, и когда он, казалось, был уже совсем у цели, бензоколонка мягко проплыла мимо, оставив слабый запах горючего в неподвижном воздухе. Выругавшись, Н. повернул назад и вновь вынужден был беспомощно наблюдать, как его красный "фордик", одиноко стоящий у кирпичного домика, дрожит и искажается, а дорожная разметка ведет совершенно в обратную сторону.

Он попытался вызвать в себе изображение инструкции по продвижению на Полигоне - бумаги, случайно попавшей ему в руки в тот день, когда начался весь этот кошмар.

Н. остановил машину недалеко от въезда на территорию форта, зашел на стоянку - туда, где стояла проклятая бензоколонка, попросил заправиться. Обрюзглый толстяк в кителе с ободранными погонами вставил в бензобак шланг. Н. попросил его заодно проверить масло и протереть стекла, а сам пошел в сортир. Над единственным унитазом на стене скотчем был прикреплен лист бумаги. Н. прочитал текст, похожий на показавшуюся бредом инструкцию. Она гласила:


ПАМЯТКА:

╧1. Не включай механизмы без старшего

╧2. Не используй энергорезервы сети Полигона

╧3. Не плюй в Колодец

НЕ РЕКОМЕНДУЕТСЯ:

1. Поворачивать и самовольно менять маршрут

2. Заниматься формовкой вручную

3. Пользоваться неисправным полевым усилителем

4. Входить на Полигон с мороженым и с напитками, содержащими лед, а также проносить предметы, имеющие температуру ниже О?С

5. Искать выход

В случае каких-либо проблем немедленно воспользоваться лучевой огранкой, снять поле, вызвать старшего, а самому переместиться по ветке ╧14 в комнату "Джокер" и ожидать подкрепления.

Желаем удачи!


Усмехнувшись, Н. закурил, оторвал бумагу со стенки и, сложив, затолкал в карман рубашки - на память. Возможно, он это сделал зря, поскольку, выйдя из кабинки, оказавшейся капсулой нуль-транспортировки, понял, что попал в совершенно другое окружающее пространство с лужей расплавленного металла вместо автомобиля и с фальшивой бензоколонкой, на скорую руку сколоченной из раскрашенного гипсокартона. Не успел ошеломленный Н. выскочить наружу, как наступило Первое Искривление.

Небо поблекло и утратило форму, облака ссыпались с него куда-то за горизонт. Сильный ветер смахнул траву и кучу мусора, затем вырвал забор. Н. было не по себе - он не чувствовал ни единого дуновения. Сигарета в его пальцах по-прежнему тлела, но дыма больше не было. Он обернулся и в глубоком оцепенении успел заметить как здание форта, мимо которого он проехал десять минут тому назад, плавно ушло в землю с тяжелым металлическим звуком.

В тот же момент ветер кончился. Земля была подметена до пылинки. Прямо от его ног начиналась узкий пунктир со стрелочками, указывающими в сторону холмов. Сзади полоски не было.

Н. судорожно сглотнул и двинулся вперед.


5

Ему пришло в голову снова прочитать инструкцию. Может быть, в ней кроется способ вернуться? Н. развернул помятый листок. Напрасно он смотрел на него с обеих сторон и даже на просчет. Текста не было. Н. снова полез в карман, решив, что он достал не ту бумажку, и наткнулся на какие-то маленькие острые штучки. Вытряхнув несколько на ладонь, он с удивлением понял, что это буквы, ссыпавшиеся с листка.

Прочитать инструкцию не было никакой возможности. Теперь он мучительно пытался вспомнить содержавшиеся в ней указания. В чем они заключались? Не искать выход. Не использовать ничего холодного.

В случае разблокировки поля - вот оно! - в этом случае наступает спасительный "Джокер"! Надо попытаться разблокировать поле... Но еще раньше следует понять, в чем же суть!

- А суть в песке, что станет нам могилой, - нараспев продекламировал голос толстяка с заправки. Он плавно приближался к Н., неторопливо помахивая детским кнутиком.

"Я должен найти закономерности, согласно которым происходит изменение реальности Полигона".

- Лечь! - скомандовал заправщик, взмахнув кнутиком.

"На Полигоне не должно быть смерти", решил Н., не шевелясь.

Заправщик подошел к нему вплотную и легонько хлестнул.

- Я сказал: лечь, гадкий мальчик, - мягко повторил он. - Ты что, здесь недавно?

- Я?

- Слушай, те, кто были до тебя, не отличались такой слоновьей тупостью, и теперь наверняка прохлаждаются в "Джокере". А тебя я перегоню на горючее, - и он скорчил зверскую физиономию.

Н. смотрел на его рыжие бакенбарды, на неопрятный комбинезон, и чувствовал, как волна негодования заливает его лицо. Он попытался сделать шаг к бензоколонщику, но произошло мимолетное мигание, и в следующий момент заправщик смотрел на него уже сверху, а сам Н. лежал на спине, беспомощно раскинув руки.

В голове у него мелькнуло: "воспользоваться лучевой огранкой". Нет, не то. Ветка ╧14? Он не знал, где она проходит. Вызвать старшего?

- Послушайте, вы не знаете, где тут старший? - заискивающе спросил он у заправщика.

Тот не ответил. Он был занят тем, что обрывал лепестки ромашки и ронял их на лежащего Н., что-то бормоча.

- Я говорю, может быть вы - старший?

- А-а? Да, я, конечно, - сказал толстяк и подмигнул.

Он вытер пот со щек и помог Н. подняться.

- Слушай старого Макса, сынок, и у тебя ни в чем не будет проблем, - медленно проговорил заправщик. - А теперь пойдем выпьем пивка... Я тебя еще пару раз мордой в грязь кину для порядка... Ты уж не обижайся, работа у нас такая. А теперь слушай: я расскажу тебе все про Полигон. Все, что сам знаю. Запомни, - он наклонился к Н., и в этот момент от него заметно пахнуло перегаром, - запомни: Полигон начинается и кончается сортиром.

Они остановились около аккуратной кабинки нуль-транспортировки. Макс дружелюбно пригласил Н. внутрь и со значением начал:

- Самое главное, парень, - это где ты хранишь свою артиллерию. Старина Макс всегда хранил ее вот тут, под полотенцем.

Н. нащупал под полотенцем коробочки со шприцами.

- Тут копы никогда не догадаются посмотреть. А если и догадаются - не велика беда. Вот здесь, на верхней полочке, у Макса снаряды, жевательная резинка и, под настроение, золото Акапулько, Кстати, не хочешь ли шарик на пробу?

Но Н. не ответил. Он уже проскользнул в уборную, заперся и теперь лихорадочно пытался спустить воду. Ручку заело, разъяренный Макс ломился в дверь, и в конце концов тонкая фанера не выдержала.

Дверь слетела с петель, и одновременно хлынула вода. Н. увидел, как ноги заправщика стали жидкими и брызнули на пол из штанин, ботинок, подхваченный потоком, закрутился в мутной пене. Глаза Макса расширились на пол-лица и теперь смотрели на Н. со станной смесью любопытства и вежливой заинтересованности.

Н. бросился прочь из кабинки. На бегу он задел доску с шариками, тронул их, и фундамент качнулся. У двери появилась первая темная фигура с автоматической винтовкой наперевес. Ноги ее упирались в верхний косяк.

Фундамент дрожал как маленький парусник, подхваченный штормом. Н. захлопнул разбитую дверь. Вода шла все более мощным потоком, а вырванная с корнем рукоятка беспомощно повисла. Шарики раскатились.

Произошло непоправимое. Кабина нуль-транспортировки была испорчена и, видимо, Н. суждено было остаться здесь навсегда.


6

С того момента стены вокруг Н. многократно проваливались, воздух становился липким и скручивался неприятными жгутами.

Через несколько минут Н. почувствовал, что пошла третья волна.

Маленький люк на обочине заросшей чертополохом тропинки со звяканьем откинулся. Из люка в побитой молью мантии и сидящей набекрень жестяной короне вылез Король - сморщенный лукавый старичок с мышеловкой в руке. Рядом с ним, словно прямо из воздуха, образовались четыре здоровенных гвардейца. Один из них засунул ладони за широкий пояс и с неудовольствием посмотрел на Н.

- Вам шах, мой милый друг, - сказал Король и ухмыльнулся в седую бородку.

- А вам мат, - ответил Н., которому изрядно надоел весь этот цирк, и плюнул Королю в лицо.

Раздался звук раздираемого холста, корона провалилась куда-то внутрь Короля, а оглушительный залп из четырех мушкетных стволов, по счастью, не достиг цели.

Однако Н. был настороже. Похоже, что это место совсем не было спокойным садиком с розочками и соловьями. И прохождение Полигона не ограничивалось психологическими тестами. Теперь он окончательно потерял ориентацию, забыв про выход, комнату "Джокер" и руководство старшего, которым растекшийся по сортиру Макс однозначно не являлся.


7

Н. спустился с осыпающегося склона и побрел руслом высохшего ручья, с тревогой поглядывая на солнце, уже коснувшееся вершин холмов. Скоро почва под его ногами полностью покрылась песком, все более мелким. Солнце опять поднялось в середину неба и как будто усилило мощность.

"Пора кончать с этим Н., - услышал он внутренний голос, - все равно ему никогда не выйти из Полигона".

Стая вертолетов, выросшая из пятна над горизонтом, расщепилась на три ударные группы, заходя на него с трех сторон. Н. не останавливался, делая вид, что ему нет до них дела и готовясь умереть безразлично.

Вертолеты приземлились вокруг Н., так и не открыв огонь. Грязные, будто только что снятые с болот десантники, матерясь окружили Н. и начали требовать вернуть деньги за какие-то билеты.

И тут случилось невероятное. Сначала Н. показалось, что солдаты провалились в песок. Но через несколько секунд до него дошло, что это он сам поднялся на едва видимую плоскость, проходящую на уровне глаз десантников, бесновавшихся внизу.

Они что-то орали, растягивая небритые, лоснящиеся от маскировочной краски рожи, но Н. не слышал ни звука; потом они дали по нему несколько очередей. Пули заискрили у него под ногами, но ни одна не поднялась выше. Один из стрелявших ойкнул и опрокинулся на спину, оскалив зубы.

Стрельба прекратилась. Десантники подхватили раненого и бросились по вертолетам. Лопасти завертелись, и тут же из-под оснований роторов посыпались ослепительные искры. Машины, так и не оторвавшись от земли, неуклюже осели в пыль и замерли там, слабо покачиваясь. Обломки винтов нелепо торчали на фоне яркого неба. Никто не вышел из вертолетов, никто не выглянул из люков. Казалось, там никого уже нет.

Потом в песке показалась воронка, и появившиеся из нее клыки невероятных размеров вонзились в теплый металл, прогрызая его насквозь.


8

"Как же мне жить дальше?", стал думать Н. "Искать выход действительно бесполезно. Все разумные поступки натыкаются на стену чудовищной бессмыслицы, все правильное оказывается ерундой на этом проклятом, извращающем природу вещей Полигоне... Все он у меня отнял, даже имя, вот только жизнь пока оставил".

Н. сел на песок, пару раз всхлипнул:

- Чертова дыра! Зачем я тебе нужен? Забери меня отсюда!

"Нет, смерти просить не буду, - несколько поостыв, трезво помыслил Н. - В конце концов, чем мне здесь плохо? Во-первых, мне здесь интересно. Во-вторых, у меня здесь нет необходимости в еде, сне и других естественных потребностях. Уже за одно это многие мои знакомые сочли бы меня счастливцем. В-третьих..."

Он поднялся, хотя это и было бессмысленно. Здесь было безразлично; мертвый ты или живой, сидишь или бредешь куда-то. Все правильные шаги вели к очередным иллюзиям, все грандиозные ошибки складывались в некую сверхсистему, в которой он, Н., должен был карабкаться с неведомой ему целью подобно дождевому червю, выползшему умирать на автобан.

Ему показалось, что ветер посвежел, словно соленой водой повеяло. Н. оглянулся и увидел, что идет по берегу океана. Огромные волны медленно накатывались на пляж, покрытый хрустящими слюдяными чешуйками. Какая-то тень мелькнула над ним. Пара птиц с желтыми клювами пересекла зенит, лениво помахивая крыльями.

"В конце концов, я найду принцип и выйду из Полигона, - подумал Н. - Это неизбежно, как крах империализма".

Вдруг он вздрогнул. До него донесся слабый звук рога. Прятаться было поздно, да и ни к чему - к этому времени он уже почти что поверил в собственную неуязвимость.

Из-за дюны выскочила белая лошадь, выплевывающая клубы тумана в лицо Н. В седле сидела молодая женщина в кислотной футболке и коротких джинсовых шортах, невозмутимо печатавшая что-то на портативной пишущей машинке.

Закончив, она с треском вырвала листок и протянула его Н.

- Чертовы комары! - хрипло бросила она, звонко хлопнув себя по голому бедру.

Через мгновение все исчезло - в воздухе остался запах лошадиного пота, а в руках у Н. - бумага с вензелем Управляющего, столь же бессмысленная, как показалось Н., как и погибшая инструкция.

"Вот так все трансформировалось, - подумал Н. с давно забытой грустью, - впрочем, о чем это я? Надо идти к Управляющему и требовать, стучать кулаком по столу... Надо показать ему, что я не просто удобный статист, пассивный созерцатель предлагаемых мне обстоятельств, а что я - неудобный, с гонорком. Может, тогда ему самому захочется выставить меня отсюда, и "Джокер" мне обеспечен..."

С этими мыслями Н. пошел вслед исчезнувшей всаднице.


9

Управляющий был высок и усат. Никакого стола у него не имелось - он сидел в кресле посреди лужайки, положив ноги на пенек, и курил сигару.

Заметив Н., он удивленно поднял брови.

- Прошу вас, садитесь, - он сдвинул ноги и указал на пенек с видимым сожалением, - не хотите ли сигару?

- Премного обязан. Я к вам по личному делу. Понимаете, я...

- Понимаю, все понимаю, - Управляющий огорченно развел реками, - но сделать ничего не могу. Вы уж сами, а?

- Сам я, похоже, все только порчу и запутываю, - признался Н.

- Да что вы, батенька! Какая ж это путаница? Мне доводилось обслуживать многоквартирные дома, так там люди годами искали выход, - и все впустую! А вы тут всего второй день, и уже раскисли! Нехорошо.

Управляющий пожевал сигару и нахмурился.

- Вы вот что. Ступайте на четырнадцатую ветку - там в пять вечера идет дрезина до отражателя. В девять будете на месте, у кассы. Войдете в комнату, там часы такие на стенке, ходики. Сбоку - ручка. Повернете три раза в сторону против завода, я уж точно не помню, но вы сориентируетесь. Ну а там и до "Джокера" рукой подать. Окей?

Он отшвырнул окурок и крепко сжал Н. в объятьях.

- Ну и ладненько. Тогда - счастливо! На выходе встретимся - отдадите мне наработку.

Н. повернулся и зашагал прочь. Управляющий перекрестил его в спину и украдкой смахнул слезу со щеки.


10

Выйдя от Управляющего, Н. хотел честно поискать железнодорожные пути с дрезиной, но почти сразу увидел платформу и на ней - маленький домик железнодорожной кассы. Внутри никого не было. В комнате с часами Н. последовал совету Управляющего - повернул три раза и постучал так, чтоб отозвалось. Часы выразительно прокуковали. Н. обдало холодной струйкой. Одновременно с этим раскрылась небольшая дверца, похожая на вход в чулан, на которую Н. поначалу не обратил внимания.

Н. заглянул внутрь и от зрелища у него дух перехватило: у стойки бара толкались возбужденные рабочие, бармен деловито разливал пиво по стаканам. Над стойкой мигала ядовитая неоновая надпись "Джокер".

- Ой, касатик мой! - крикнула ему грудастая кельнерша с длинной русой косой. - Я ж все ночей не сплю, все думаю, доведется ль свидеться, али нет, а ты - вот он!

Рабочие заржали. Н. с силой захлопнул дверцу "Джокера" и прислонился к стене.

"Вот он, "Джокер, - судорожно соображал он, - вот он какой, желанный, заветный, стоит шагнуть - и ты в нем".

Из бара доносились громкая брань, трескучая музыка и звяканье бутылок. Пахло дымом и чем-то жареным. Поколебавшись, Н. снова распахнул дверь и вошел.

Едва он переступил порог, как все стихло. Дым рассеялся, посетители растворились в воздухе, а официантка, успев тоскливо взглянуть на Н., тоже исчезла.

Теперь это была большая темная комната со столом посередине и рядом маленьких окон у потолка, сквозь которые пробивался красноватый свет. На столе валялись полупустые банки тушенки, вилки и маленький кнутик. Н. ничего не понимал, к тому же у него начала болеть голова. Похабное слово из трех букв, выложенное блестящими камушками, горело на мраморе столешницы.

И вдруг Н. озарило.

Ведь он не воспользовался веткой ╧14! А значит - комната с часами, "Джокер" и, может быть, он сам - не настоящие, а двойники единственно реального Полигона. И видимо, теперь придется вернуться и предпринять вторую попытку, конечно, если еще удастся отсюда выбраться.

Н. не мог понять, каким образом ему пришлось так наивно прохлопать четырнадцатую ветку. Ведь до спасения было так близко - и Управляющего он встретил, а ведь это редчайшая возможность - встретить Управляющего. Особенно сильный прилив желчи у Н. вызвало воспоминание о том, что его предшественники уже прохлаждаются в "Джокере". Вот оно как. Значит, он, Н. - ущербный вариант? А если так, то почему ему не платят компенсацию? Совсем обнаглели господа военные!


11

Н. почувствовал, что он испытывает потребность в общении. Пора кому-то пожаловаться, а то и начистить морду. Сбросив тушенку на пол, он рванул дверь уборной и... остолбенел.

Прямо перед собой он увидел грязного, оборванного человечишку, тщетно пытающегося застегнуть штаны. Кого-то он ему напоминал и казался пародией на кого-то...

- Послушайте, вы здесь старший? - пищащим голосом спросил человечишко.

- Лечь! - не помня себя, заорал Н. и взмахнул кнутиком.

Только тут он осознал, что в руках у него кнутик, который он зачем-то взял со стола в баре, а на плечах - старый офицерский мундир с оторванными погонами. "Боже, что я делаю..." - пронеслось в голове у Н.

- Я сказал: лечь, противный мальчишка, - повторил он, видя, что человечек его не понимает. - Ты что, здесь недавно?

Он начал чувствовать, как тело его покрывается испариной, а голова отделяется от тела и начинает взлетать к потолку. На его счастье, совсем рядом прозвенел колокольчик, и Н. выпрямился. Кнутик все еще был у него в руке, а незнакомец лежал на спине, хлопая глазами и тяжело дыша.

Н. смотрел на него во все глаза.

- Слушай, сынок, - сказал Н. умоляюще, - пойдем поищем сортир, а? Где-то там старый Макс всегда хранил свою артиллерию. Нам не мешает подзарядиться.

Он помог человечку подняться, и они побрели из домика, оба - полные скрытой радости. Н. - оттого, что сценарий дал сбой и удалось избежать личностно-временной ямы, а его спутник - оттого, что обрел старшего, на которого можно было в случае чего свалить причину собственной гибели.

Но долго скрывать правду Н. не мог.

- Один из нас должен умереть, - сказал он сурово, не успели они пройти нескольких шагов. - Один из нас не настоящий. Нехорошо получится, если лже-Н. выберется из Полигона, а подлинный останется там погребенным.

- Это не так, - возразил второй Н. - События развиваются вопреки написанному сценарию. Полигон, порождающий двойников, должен саморазрушиться.

- Откуда ты знаешь?

- Я узнал это в комнате летописца. Там произошло замыкание в сети, и содержимое накопителей проинтерферировало со сверткой...

- Хватит трепаться! Веди меня в эту чертову комнату. Там и разберемся с накопителями.

Пришли они, когда уже совсем стемнело. Полигон отличался живописными закатами, и они долго стояли у входа, глядя в переливающееся небо.

- Ну это, что ли, твоя комната? Что-то не похоже, - буркнул Н. в раздражении.

- Наверное, эта. Других все равно здесь нет, - ответил двойник.

Некоторое время оба Н. размышляли о признаках комнат, анализировали местность и решали, является ли комнатой то, что они видят перед собой или нет.

Это были три палки черного цвета, составленные в виде буквы "П" метра в три высотой. За палками шел кафельный пол, на котором там и сям были расставлены кабинки, точь в точь такие, как на бензоколонке. Двери у них были выломаны.

Прямо напротив входа висело круглое зеркало, на котором красовалась торопливо сделанная маркером надпись: "Полигон. Вход ╧2". Кто-то другой приписал под зеркалом аккуратными печатными буковками: "Не прислоняться" и поставил смайлик.

Один из Н. почесал голову:

- Выходит, мы уже не на Полигоне. Ведь не может быть, чтобы вход был ложным: Полигон-то - единственный.

- Не все так просто, - бормотал второй, - все весьма запутанно, чрезвычайно усложнено...

Вдруг он оборвал фразу, круто повернулся и бросился бежать - в сторону, противоположную входу.

- Стой, дурак! Пропадешь! - заорал Н., но двойник был уже далеко и вскоре сумерки поглотили его.

Спасение самоубийц не входило в обязанности Н. - это было бессмысленно, да и опасно. Он присел на корточки и принялся рассматривать вход ╧2. Нужно было дождаться темноты, чтобы ни одна местная тварь не могла понять, чем он намерен заниматься.


12

Несколько минут Н. шел ленивым прогулочным шагом, поддавая пыль носками ботинок. Попробую двигаться в одном направлении, решил он. Авось приду куда-нибудь. Пока здесь ничего не происходит, надо спешить менять свои координаты.

Он вступил в живописный перелесок, на тропинку, извивавшуюся среди деревьев. Пленительно пели птицы. На тенистой поляне стоял сруб старого колодца. Н. подошел и заглянул вниз. Бревна сруба уходили ао тьму. Страшно хотелось плюнуть вниз, но теперь он хорошо помнил инструкцию. Н. отмотал цепь, к которой было приделано мятое алюминиевое ведро, подождал, пока оно наполнится и начал неторопливо вертеть ручку. Вода из колодца казалась приятной на вкус. Н. долго пил ее широкими глотками, наслаждаясь тем, что она совершенно не утоляет жажду.

- Воистину идеальная вода! - воскликнул Н.

- Ты похвалил Полигон? - раздался из недр глухой голос. - Несчастный... Ты заслужил страшную кару - узнать механику Полигона.

- На понт берешь, шеф? - спокойно спросил Н.

- И не думаю, - спокойно ответили из-под земли. - Все просто как день.

- Для начала сказал бы, кто ты такой, - заметил Н.

- Сдвинь камень у ручья, тогда увидишь.

Н. сдвинул камень, и из-под него вылез Скелет в истлевшем пиджаке, испачканном землей. Он подковылял к Н. и защелкал плохо держащейся челюстью прямо ему в лицо.

- Все элементарно. Существует Градиент, от которого лучами расходятся ветки. На конце ветки ╧14 находатея "Джокер", и если тебе кто-то сказал, что это выход, и ты поверил, то ты - наивный осел.

Действительно, подумал Н., те, в баре, похоже, до выхода и не добрались. А он-то обрадовался неизвестно чему!

- Где же выход? - спросил он.

- Здесь, - Скелет указал под камень, - сюда мы входим и выходим, когда грядущее темно... Ты видел второй вход?

- Да.

- Значит помнишь - там висит зеркало.

- Помню.

- Это отражатель. С его помощью, если хватает полевого напряжения, можно перемещаться по любой из тринадцати веток. А теперь кто-то сжег предохранители, и всем приходится пользоваться веткой ╧14, аварийной. По ней ходит дрезина, такой паровичок. Видел, наверное?

- Нет, - честно признался К., - я как-то все это проскочил.

Скелет вылупился на него всей пустотой своих глазниц.

- Как проскочил??

- Ну, не знаю. Я почти сразу, как вышел от Управляющего, попал в "Джокер".

Скелет долго не мог опомниться. Потом он схватил Н. за ворот рубашки и начал остервенело трясти.

- Говори! Говори все как есть! Ты же уже вышел! Какого черта ты вернулся?

Он застонал и рассыпался грудой костей, а потом умоляюще заныл:

- Ну? Ну пожалуйста скажи мне, что тебе стоит, это ведь так важно! Ты выберешься из этой дыры, а я, может, еще погуляю...

Он долго клянчил и просил, но Н. его уже не слушал. Странная догадка постепенно сформировалась у него в голове.

В инструкции ясно написано - не искать выход. Видимо, это - единственный дельный совет, а все остальное дописали мерзкие бюрократы, создатели Полигона. Не искать выход. И ты будешь свободен!

Но что будет, если он не станет его искать, а будет попросту знать, где и как нужно выходить? Тогда он останется здесь навсегда и будет биться как муха о стекло, не понимая причины своих неудач.

Это было парадоксом Полигона, секретом всех промахов Н., и его двойников - заправщика Макса, старенького Короля, вальяжного Управляющего, Скелета, всех этих десантников и пьяниц в баре, и наконец, самого Н., весьма точная копия которого едва не заменила его самого. Всеми этими людьми был он сам и, расставаясь с ними, он отрывал кусочек своего "я", бросая его на неприветливую поверхность Полигона. Самое главное было то, что он уже почти вышел, но не заметил этого и вернулся по собственной глупости. Когда это могло случиться?

Но тут он заставил себя оборвать свои никчемные воспоминания. Все его предшественники проиграли, потому что искали, нашли, запомнили, рассказали или показали другим... А он еще не проиграл.

Не успел.


13

Н. со стоном выдернул ноги из топи, бегом преодолел гиблое пространство заболоченной равнины.

"Бежать... Это идея. Когда бежишь - меньше мыслей. А это к лучшему. Может, еще проще будет тюкнуть себя по голове камнем?" - он осмотрелся в поисках камня. Поблизости ничего подходящего, как назло, не валялось. Когда же он дошел до пригорка с россыпью булыжников, желание саморасправы миновало его.

"Я ничего, ничего не могу совершить на этом Полигоне, он рушит все мои планы... Это - огромная, невообразимо большая воронка, по которой возможно только одно движение - вглубь, со все возрастающим ускорением, и в конце - ничто, вечность, распад... Если я хочу выбраться, - нет, если я не хочу умереть здесь, - я должен забыть про выход из Полигона, про то, что я его ищу, про то, что есть такой выход. Забыть, что есть самые мысли о выходе, сама возможность выхода. Самое..."

Он пошел медленнее, задышал глубже.

"Черт возьми, я дышу, - подумал Н., - значит вокруг меня сгущается воздух. Как странно. Раньше я не обращал на него внимания. Может быть, это - предвестие выхода?"

Мощный порыв ветра едва не опрокинул его. Проклятье!

Н. обреченно опустился на киснущий под мелким дождиком нечернозем. Размывшаяся от слизящейся влаги почва, чавкая, медленно всасывала его ботинки, неторопливо и смачно, как бы подтверждая слова Скелета о том, что выход из Полигона находится только там - в прохладной и тесной глубине, по соседству с грудами костей и черепов впереди идущих.

Словно отвечая его мыслям, горизонт снова начал загибаться вверх, оставляя его как бы в центре стягивающейся пуповины.

"И в землю зарываться не надо, - обреченно подумал Н., - тут тебя само накроет".

Воронка вертелась быстрее и быстрее. Н. остановился. Не имеет смысла идти и спешить перед лицом силы, заключенной в этом Полигоне. Силы, не знающей логических границ...

Из Полигона нет выхода. Теперь он понял: он навсегда останется здесь. Он станет частью этого Полигона. Он уже его часть, его вечный обитатель. Он чувствовал, как Полигон медленно втекает в него, заполняя каждую клеточку тела, ставшего ненужным. Миллионы неясных связей, таинственных загадок вдруг выпрямились, приобрели четкие границы; очертания всей системы Полигона поражали своей грандиозностью, но они все больше упрощались, сжимаясь в микроскопическую точку где-то в самом Н.

Он ощутил далекую тоску по полям, не пройденным им, по существам, закрытым от Знания Полигона. А эта структура, ставшая живой для Н., сильнее и сильнее впитывалась в него, сжигая все ненужное, лишнее, что годами приносилось извне и что сейчас казалось столь незначительным и наивным.

Его мозг вспыхнул, и Полигон исчез в глубине Н.


14

Н. стоял у бензоколонки, и рыжий толстяк, все еще державший заправочный пистолет в руке, нетерпеливо сказал:

- Ваша заправка - десять двадцать. Что-то не так?

Н. посмотрел на него, но ничего не ответил. Что-то в его лице заставило заправщика отступить на шаг и снова спросить, уже с испугом:

- Что с вами? Эй, Джерк, - крикнул он молодому человеку, который возился с деталями под навесом, - принеси-ка водички.

- Спасибо, - сказал Н., слыша свой голос как будто со стороны, - со мной все в порядке.

Он протянул заправщику деньги и равнодушно смотрел, как тот отсчитывает сдачу. Казалось, он хочет о чем-то спросить, но не решается. Так же молча он влез в машину и посмотрел вперед. Яркое небо, песок, кирпичный домик бензоколонки, он сам...

Но Полигона больше нет.


15

Когда красный "форд" скрылся из виду, хозяин подошел к Джерку.

- Странный парень, - сказал он, вытирая вспотевший лоб.

- А что?

- Да задумчивый какой-то. И взгляд у него... Бр-р-р. И рожа как будто не людская, не как у нас.

- Скажешь тоже, босс. Заплатил ведь.

- Заплатить-то заплатил...

- Ну и все.

Джерк снова занялся своим делом, а заправщик долго еще не мог успокоиться и что-то ворчал насчет ненормальных, которых слишком много развелось в последнее время.

Джерк работал молча, время от времени поглядывая на часы, лежавшие рядом. Ровно в восемь, когда солнце уже коснулось холмов, он подошел к черному старинному телефону и несколько раз прокрутил рычажок.

- Девушка, мне нужен форт. Хорошо, подожду...

Он долго ждал, переминаясь с ноги на ногу и пожевывая травинку. Наконец, пробормотав: "Черт, они там все сдохли, что ли?", он уже собрался бросить трубку. Наконец с той стороны провода ему ответили.

- Блиц-советник? Это М. У нас сегодня новенький вышел... Нет, серьезно... Да, значит все в порядке, процесс идет... И я вас тоже... Он? Как всегда - среднего роста, волосы темные, одет в бежевую рубашку и серые брюки. На красном "форде". Да вы не ошибетесь, тут уже три дня ни души не было. Я думаю, он скоро остановится на отдых - вид у него невыспавшийся.

Он посмеялся вместе с тем, кто был с другого конца провода.

- Да нет, вроде пока все... Отбой.

Джерк повесил трубку, залез в карман бежевой рубашки, достал сложенный вчетверо листок и подумал: "Пойти повесить на место, что ли? А ладно, успеется!"

Он вышел за дверь и долго смотрел на первую звезду, повисшую в еще не по-вечернему светлом небе.