Китра: другие произведения.

Мир, в котором меня не было (общий файл)

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Peклaмa:


Оценка: 5.39*11  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    ОБНОВЛЕНИЕ ОТ 26.11.17 Последнее, что ожидаешь узнать после пробуждения, что твой мир захвачен демонами, магия доступна лишь избранным, а золотая мечта каждого мага - обрести силу тварей Нижнего мира. Держаться бы тебе от всего этого подальше, но ты уже под присмотром Инквизитора, надо выяснить, кто посмел вернуть тебя обратно, а на горизонте маячит вездесущая любовь. (Продолжение Алтаря для Света.)


Пролог

  
   247г. - эпохи Ириады.
   798г. - по старому летоисчислению .
   Инквизитор
  
   Полночь.
   БОМ!
   Раз...
   Часы в центре города отбивают двенадцать. Звезды заполняют почерневшее небо в ожидании чего-то зловещего.
   БОМ!
   Два...
   Мужчина отрывает взгляд серых глаз от ночного города. Ему потребовалось почти целое столетие, чтобы завоевать его. Обитель Солнца и Академия магических искусств пали последними. Их адепты были сильны, сражались храбро и отчаянно, но когда из мира исчезла магия Света, у них не осталось ни шанса.
   БОМ!
   Три...
   Он не стал избавляться от Академии совсем. Дал ей другое название, изменил дисциплины, создал новые факультеты, внедрил свою идеологию. Ту, что будет полезна новой Империи. Империи, где отныне правят демоны. Где истинные маги не имеют доступа к настоящей власти, а всего лишь болтаются на вторых ролях, держа в руках иллюзию свободы. Где рабочий класс вынужден платить огромные деньги, чтобы прикоснуться к крохам магии, ибо лишены они прямого доступа к источникам силы. Где не помнят люди, что когда-то, много лет назад, магия была доступна каждому.
   БОМ!
   Четыре...
   Внимание демона привлекла картина. C четвертым ударом часов она замерцала, отражая серебристый свет луны. Он нашел ее совершенно случайно. Увидел в одном из музеев, прежде чем тот обратился в пыль. Раньше древняя живопись его не особо привлекала, как и другие атрибуты роскоши. Но эта картина чем-то заинтересовала. Возможно дело в том, что ее нарисовал один из самых эксцентричных художников доимперских времен, а возможно, в его музе, изображенной на холсте.
   БОМ!
   Пять...
   Темноволосая девушка сидела на склоне холма. Загадочная полуулыбка блуждала на ее лице, взгляд устремлен в безоблачное, синее небо. На горизонте загорались первые звезды, а луна тусклым ликом, освещала хрупкую фигуру, оставляя опасный отблеск в полуночно-сапфировых глазах. Девушка был не здесь. Она затерялась в бескрайних просторах иллюзорного мира, доступного только ей.
   Картина была нарисована с той аккуратностью и нежностью, на которую способен только любящий отец. Восхищение и тоска, пронизывали каждый плавный мазок кисти, каждый оттенок хранил в себе дуализм восприятия, его печальную красоту. Это странное сочетание завораживало, как и прочность заклинания, впитавшегося в картину и не позволяющего развалиться на части, иссохнуть и опасть краске, развалиться позолоченной раме. Конечно, за полторы тысячи лет - примерно такой возраст выставили эксперты - ее не раз реставрировали, но все же, устойчивость магических нитей поражала.
   БОМ!
   Шесть...
   Однажды он нашел это место. Высчитал по звездам, по положению луны, по линии горизонта. Скалистый берег, возвышающийся над морем, крик чаек, прохладный северный ветер. Когда-то здесь был маленький рыбацкий городок. Еще раньше, до возникновения человеческой Империи, когда эта часть суши и моря, принадлежали вольному королевству, сюда стекались юные художники, певцы, поэты, в поисках вдохновения. Где-то даже сохранились остатки разрушенного амфитеатра.
   БОМ!
   Семь...
   Зачем он туда поехал? Сам не понимал. Все занесло пылью, песком, грязью, поросло травой, сорняком, да бурьяном. Дома обветшали и разрушились. Люди покинули земли с неблагодатной почвой, что находились на самой границе Империи. На что рассчитывал демон?
   БОМ!
   Восемь...
   Мужчина нервно дернул плечом, отворачиваясь от картины. Поправив белоснежный шейный платок, он направился к столу. С минуты на минуту явится один из обращенных, с докладом об исходе операции. Слишком много сил было потрачено на ее подготовку и куш обещал стать поистине великим. За семью печатями хранилища, так долго разыскиваемого всеми разведывательными структурами Ириады, последние противники режима скрывали невероятной мощи артефакты. По иронии судьбы, так называемые демоноборцы, не имели возможности ими воспользоваться, более того, даже не представляли их истинной ценности.
   БОМ!
   Девять...
   Прогремел звучный стук, следом распахнулась дверь. На пороге стоял Асбер - один из лучших представителей своего поколения. Быстрее всех прошел обращение, почти полностью сохранив личность. Новое рождение сделало его вспыльчивым, грубоватым и горделивым, что свойственно всем молодым данарам, только-только осваивающим новые силы. Но главные качества, которые ценил в нем демон - это преданность своему господину и целеустремленность. Парень добьется многого, если усмирит собственную гордыню и научится сдерживать свои желания.
   БОМ!
   Десять..
   - Господин! - Асбер склонил голову в знак приветствия. Встрепанная прическа, помятый костюм, лихорадочно-блестящие глаза, говорили о том, что парень не тратил времени на приведение себя в порядок, а сразу рванул с докладом к демону. Похвально.
   БОМ!
   Одиннадцать...
   - Говори, - милостиво разрешил демон, видя, что данару не терпится начать доклад. Не зря же он нарушил почти половину правил этикета, ворвавшись в покои к высшему по статусу, в неподобающем виде. Должно быть операция прошла не просто успешно, и подопечный нашел что-то поистине интересное среди ценного барахла диссидентов.
   БОМ!
   Двенадцать...
   Асбер ловко, словно только и ждал этих слов, вытащил из-за пазухи потрепанную книжицу и протянул демону. Выцветшая обложка, потертые края, истрепавшийся переплет. Буквы полностью стерты, как с лицевой стороны, так и с корешка. Если это букинистическое изделие когда-то имело товарный вид, с тех пор миновало не меньше нескольких сотен лет. Впрочем, большинство Дневников-артефактов имели неприглядный вид.
   Демон принял из рук Асбера книжицу, поощряя того на пояснение своего жеста.
   БОМ!
   Тринадцать...
   Что?
   Демон скосил глаза на часы, продолжающие мерный счет улетающих секунд. Ничего подозрительного, никаких намеков на сбой или поломку. Он ослышался?
   Хм...
   Как будто не заметив легкой заминки господина, Асбер принялся излагать подробности операции. Он говорил коротко и четко. Только по фактам. Если господину будет угодно, он спросит его мнения по поводу того или иного события. И Асберу не терпелось ими поделиться, но к сожалению, пока демон не задаст прямого вопроса, говорить он не мог. Наконец, когда официальная часть доклада была закончена, данар позволил себе перевести дух. Теперь самое интересное. Если у господина и были какие-то слабости, то это интерес к диковинным и необычным вещам. А у Асбера была одна удивительна способность, выделяющая его на фоне остальных данаров, которая позволила оказаться среди обращенных в столь юном возрасте: он умел находить особенные вещи и знал того, кто мог оценить их по достоинству.
   - Что в нем необычного? - нахмурился мужчина.
   За время отчета он уже успел просканировать Дневник и получил очень слабый отклик. Тварь, заключенная в нем, должно быть слаба, раз информация о ней ускользала от каждого проверяющего заклинания. Значит, придется расшифровывать, чтобы выяснить силу заточенного в нем демона. Его особенности, привычки, слабости. А как еще понять, стоит ли новый знакомый ресурсов для его возвращения в Привычный мир? Если бы сохранилось имя, можно было найти кого-то из его сородичей и расспросить. А так, сплошная трата сил, которые в последствии могут не окупиться.
   - Он пустой, господин, - выпалил Асбер, все же не сумев сохранить сдержанность в голосе.
   Мужчина удивленно вздернул брови, но книжицу открыл. Пустой Дневник, что за чушь городит Асбер? С таким уровнем подготовки, которую тот прошел, должен уже знать о невозможности подобного. Надо будет его повторно отправить на обучение. Совсем распустился.
   Дневник был пуст. Девственно чистые страницы сияли такой неестественной белизной, что хотелось прикрыть глаза. Невероятный цвет для демона. Бумага высшего качества. Ирд за полдюжины. Если бы не сдерживающая магия, мужчина решил бы, что Дневник попросту недоделан. Что какой-то маг древности создал его, но в последнюю минуту упустил демона из своих сетей, оставшись с красивым, но пустым артефактом.
   Демон положил руку на страницу, повторно считывая информацию. Он тщательно просматривал структуру Дневника, пытаясь дотянуться до его обитателя. Кто-то должен был откликнуться, почувствовать дуновение свободы, призыв соплеменника, бесплатную силу. Но, нет. Заклинание ускользало далеко в Нижний мир, обрываясь где-то на самых глубоких уровнях. Все что он чувствовал - это разъедающую пустоту и жадное дыхание бездны. С таким демон никогда раньше не сталкивался. Всякое бывало, но что бы так? Совсем ничего? Что за тварь заточили так глубоко, что ни одно заклинание не в силах до нее дозваться?
   Мастера Света - те еще затейники. Правильно он поступил, что первым делом избавился от такой заразы, как магия Света. С корнем выкорчевал. Тщательно, скрупулезно, шага за шагом уничтожал все, что так или иначе с ней связано, лишь бы никто об этой дряни не вспомнил. И вот результат. По прошествии двух веков, любое упоминание о Свете в книгах, свитках, сказках и мифах, исчезло. Что касается самой магии... тут ему понадобилась помощь.
   Демон отмахнулся от непрошенных воспоминаний. Чего он вообще подумал о Свете? Ах, верно. Кто-то хорошенько прошелся по Дневнику, выметая каждый кусочек существования плененного демона в самую глубь бездны. Не рядовая личность была изгнана в Нижний мир. Вот бы понять кто? Как на зло, на ум не приходил ни один великий и опасный демон, что мог стоить таких затрат. Неужели кто-то из Древних? Нет, возраст у Дневника не тот. Две тысячи лет, плюс-минус пара сотен.
   Вытащив рубиновую булавку, демон произнес заклинание, после чего уколол палец. Багровая капля плюхнулась на безукоризненно белую, пропитанную морозным холодом и слабым запахом орхидей, страницу. И пропала. Растворилась на хрустящем снеге листа, пожранная всеядной магией.
   Похоже с этим артефактом придется повозится.
   Демон захлопнул книгу, убирая ее в дальний ящик дубового стола и повернулся к Асберу, про которого успел забыть. Все это время, пока мужчина занимался странностями Дневника, тот внимательно следил за действиями своего господина, боясь любым лишним шорохом или движением отвлечь того от дела.
   - Необычная вещица, - резюмировал демон. - Ты правильно сделал, что принес ее мне, а не передал в Канцелярию. Официально, до третьего числа ты на задании. Как раз успеешь разобраться с бумажками.
   Это означало, что у данара есть несколько свободных дней. С отчетами он справится за сутки и демон это знал, а значит давал ему позволение прогулять вступительные экзамены в Академию. Асбер уже третий год входил в комиссию отбора и, честно говоря, первый этап - безумно нудный и мучительный. Его называют отсевом. Когда среди тысяч бесполезных, глупых, шумных подростков со всей Империи, нужно отобрать те единицы, что хранят в себе зерна истинной магии. Лучше он это время проведет празднуя удачную операцию в компании прекрасных дам в одном из престижных салонов Старого города.
   - Спасибо, господин, - снова склонил голову Асбер, отчаянно скрывая свое ликование. Скорее бы завтра. Нетерпелось похвастаться своими успехами перед менее удачливыми коллегами. Мало того, что он хорошо показал себя при атаке на хранилище, так еще и заслужил молчаливую похвалу от господина, а вдобавок - несколько дней внепланового отдыха.
   - Ах, да. Что с семьями заговорщиков? Всех поймали?
   Асбер мысленно ругнулся. Забыл, совсем забыл!
   - Нет, господин. Нам известно о трех обозах. Первый был отвлекающим маневром от второго и третьего. Его уже остановили. Десять человек. Пять женщин, пять мужчин. Из них трое подростков не достигших совершеннолетия. Магов нет. Приглашенный мэтр Лобел лично проверял. Скорее всего, они все пустышки: дальние родственники или обычное "мясо". Допросы проведут сегодня же ночью, а утром состоится суд. Второй обоз скрылся. Третий обоз - несовершеннолетние и непроверенные подростки.
   - Откуда известно?
   - Их почти успели перехватить. Но, кто-то из них воспользовался Стихией Воздуха и открыл тропу в Новый город, где они и затерялись.
   - Кто-то из детей открыл тропу? - сегодня и впрямь день сюрпризов. Вернее ночь.
   - Других вариантов нет. - Подтвердил Асбер.
   - Немыслимо, - прокомментировал демон. Асбер с ним согласился. Подобные заклинания изучаются на последнем курсе. Их даже не включают в экзаменационную программу, поскольку воспользоваться ими мог только искусный маг. Уровень магистратуры. - Какие нынче феноменальные детки пошли. Если, конечно, это не какой-нибудь артефакт. Проверь-ка факультет Воздуха и вычисли мне этого гения. Даже если это действие артефакта, все равно хочу познакомиться с этим самородком.
   - Как скажете, господин, - Асбер кивнул, радуясь, что демон не стал заострять внимание на его оплошности.
   - И еще, Асбер, притащи мне кого-нибудь из первого обоза. Знаю я эти допросы. Если Канцелярия не рассчитывает получить ответы, то и задавать вопросы не будет. Завтра их всех просто казнят и я останусь без нормального отчета. От моего имени возьми. Они немного пошипят для проформы, но кого-нибудь отдадут. Выбирай непорченого. А еще лучше, отправляйся сейчас, пока бедолаг до пыточной не довезли.
   Все-таки ускользнуть не удалось. Вместо этого, на ночь глядя, придется тащиться обратно в дождливую погоду и ловить обоз с конвоем. Этак часов на шесть он погрязнет в разборках. Сам виноват, забыл о такой мелочи, как родственники. Поторопился. Поспешил. Теперь до утра по грязи шастать.
   - Как будет угодно, господин.
   - Свободен, - разрешил демон, решив, что с подопечного хватит.
   Данар попрощавшись покинул зал. Его ждала длинная и тяжелая ночь. У демона тоже намечались заботы. Он собирался поговорить со старшими коллегами. Кто-то из них должен был что-то знать о могущественной твари, столь жуткой и опасной, что даже ее имя было стерто из глубин Нижнего мира.
   Тем временем, где-то на дне, в самом нижнем ящичке стола, опутанного заклинаниями и защищенного могучим артефактом, у старой, потрепанной книжицы с невероятно белыми листами, тоже намечалась сложная ночка. Страницы мирно дремали под мощной вязью древнего заклинания. Все, кроме одной. Той, на которой мелкими прожилками оживал рисунок. Черточка за черточкой, расцветал бутон из бордовой крови демона. Еще слишком слабый, чтобы разрастись на весь Дневник, но достаточно настойчивый, чтобы занять центральную часть страницы. Раскидывая бархатистые лепестки, карминовый пион старательно разрастался, истекая кровавыми слезами, растекающимися шипастой паутиной стеблей и листьев.
  
  

***

  
  
   Я была тысячей маленьких разрозненных элементов. Тысячей тысяч. Миллионами миллионов. Меня не существовало. Я не могла мыслить. Не имела желаний. Я не способна была себя осознать. Я была везде и нигде. Есть и нет. А потом все изменилось. Стены рухнули. Оковы спали. У моего существования появилось название. Что-то темное и липкое, почти противоестественное, принялось собирать мои разрозненные кусочки. Оно цепляло их склизкими конечностями, соединяя вместе подобно пазлу. Обволакивало каждую частичку, становясь связующим веществом. Оно перебирало, скрепляло, склеивало, добавляло и рушило. У него не было имени. Оно в нем не нуждалось. Оно хотело стать цельным. Оно было мной.
   Я существовала.
   Марево тесно сплетенных иллюзий отхлынуло прочь, как волна во время отлива. Я жадно потянулась за глотком свежего воздуха, крупицей осознанности. И была жестко отброшена назад, в пучину дурманящих миражей. Боль обожгла хлесткой пощечиной, огнем пройдясь по каждой частичке меня. Что-то мешало вернуться. Острые блики света зубами дикого зверя вонзились в мое воплощение, терзая на части. Что-то пыталось низвергнуть меня обратно в пучину небытия. Чья-то воля не желала этого возвращения. Чья-то воля была моей.
   Я пробудилась.
   Завязалась борьба. Противоборствующие материи вступили в схватку. Впрочем, победитель был известен.
   Я вернулась.
   Какого демона, а?!
   Мне снилось много кошмаров. Одни были красочные и живописные, другие сливались в тянущуюся вереницу мрачных видений. Иногда я просыпалась в холодном поту, с криками, с бешено колотящимся сердцем и пугающей уверенностью, что в комнате есть посторонний. Иногда - открывала глаза и считала трещины на потолке. Все зависело от обстоятельств. Сны редко повторялись. И все же, они были кое в чем схожи. Каким бы ни был кошмар, сколь бы жутких монстров он не содержал, какие бы ошибки моих жизней он не демонстрировал в самой изощренной форме, было кое-что общее. Рано или поздно они заканчивались.
   В этот раз все пошло как-то не так.
   Я пыталась пошевелить руками и не могла. Веревка туго удерживала руки в одном положении за спиной. Я хотела встать и терпела поражение. Боль скопилась в пояснице и напряженных плечах. Ноги затекли в неудобном положении. Я надеялась попросить о помощи, но забилась в самый дальний угол крытой повозки и судорожно глотала слезы, боясь поднять взгляд. Я искала защиты, но чувствовала лишь леденящий холод ужаса.
   К демонам такие сны! Верните тот, где меня не существовало.
   Мельтешение звуков, образов, ощущений. Белая тишина, а за ней снова хоровод ощущений. И так по кругу. Пока не затошнит. Пока не появится желание взмолиться о пощаде. Пока не сработает рефлекс. Защитная реакция души, вышколенная за время постоянных скитаний. Когда вместо того чтобы дрейфовать по сумасшедшему течению, хватаешься за торчащий из воды камень.
   Я запустила цепочку реакций. От мысли к действию. Сосредоточилась на дыхании. Первым делом надо начинать с него. На равномерном, спокойном, умиротворяющем дыхании. Повторение одного и того же действия, способно снизить стресс. Например тот, который вызван незнанием собственного состояния. Но раз я могу дышать и думать о том, что дышу, значит я здесь.
   В теле.
   Что происходит?!
   Включаем память. Иии...
   Я связана. Мне страшно. Кажется, меня похитили.
   Такова реальность. Принимай - не подавись.
   Блеск!
   Я заерзала. Веревки натянулись. Я попробовала немного ослабить путы и тут же получила колючий разряд магии. Нервная судорога пробежала по телу. Дурацкая веревка оказалась под заклятьем.
   Рядом, почти в том же положении, находилось еще девять человек. Старше меня. Сильнее меня. Умнее меня. Напуганных так сильно, что в их страхе можно было утонуть. Никто из присутствующих - таких же пленников - на мое дергание внимания не обратил. Каждый был занят собственными страданиями, погрузившими их в какой-то панический ступор. Охранник же, тот, что стоял у повозки, и которого я могла видеть в просвете между зазорами спадающей ткани покрытия, лишь на мгновение бросил взгляд в мою сторону. В смысле, я предполагала, что он охранник. Со своего места я видела не так много. Лишь то, что позволяли магически подпитываемые осветители, парящие снаружи повозки. На улице царила ночь.
   Я прекратила попытки справиться с веревкой. Никогда не владела мастерством распутывания узлов. Ловкость рук - это что-то за гранью моих возможностей. Вместо этого я сосредоточилась на собственных ощущениях. Тело, словно чужое, продолжало сотрясаться в панической лихорадке, в противовес затуманенному разуму и вялотекущим мыслям. Приходилось с силой продираться сквозь застывшие образы воспоминаний и вычленять собственное сознание. Собирать по кусочкам. Выстраивать в целостную картину.
   "Где я?" и "Кто я?" - самые бесполезные вопросы. С первым уже разобралась. А второй отдавал пресным вкусом бессмысленности. Философы гадали над правильным ответом столько, сколько существовала сама жизнь. И если они не разобрались с этим вопросом за столько тысячелетий, то и я не буду к ним лезть со своими пятью минутами. У меня были здесь и сейчас. Как бы странно это не звучало, но я должна была разобраться с тем, какие ресурсы мне доступны. То есть, выяснить, как я себя чувствую.
   Самый первый вывод, который напрашивался сам собой, звучал так: я напугана. Совсем недавно кто-то или что-то так сильно меня напугал, что я едва могла пошевелиться. В замершем состоянии оказался весь мыслительный процесс. Застыть и замкнуться в себя - вот тот способ, который был выбран в качестве защиты. Действенный, да. Ничего не скажешь. Второй вывод понравился еще меньше.
   Оценив свое физическое и психологическое состояние, я перешла к магической части. Все люди обладают магическим потенциалом. Он называется Светом. Мы рождаемся с ним. Живем с ним. Умираем с ним. Становимся им. Манипулируя этой энергией мы способны в определенной степени влиять на окружающий мир. Все зависит от мастерства конкретного человека, его знаний, практики и скорости обучения. Свет разделен между людьми поровну. И все меняется, когда в дело вступает магия Стихий. Здесь уже нет никакого равноправия. Везунчики, которым, ко всему прочему, удалось обратить на себя внимание Стихий, имеют возможность черпать дополнительные силы из Воды, Воздуха, Земли и Огня. Они склонны к той или иной Стихии. И чем больше эта склонность, тем большим количеством магии они способны обладать и тем легче дается заклинания этой Стихии.
   Как только я об этом вспомнила, сразу потянулась к Свету. Сразу, но очень осторожно. Как будто не была уверена, что магия отзовется. Ниточка тянулась к самой душе, расползаясь кружевом по всему телу, подобно движению крови по венам. Дремавший кокон Света встрепенулся и я сразу ощутила прилив тепла. Оно пронеслось по телу мягкими волнами, ослабляя боль и смывая жесткий налет страха. Совсем чуть-чуть, буквально по поверхности, но этого оказалось достаточно, чтобы привести меня в чувства.
   Плохо. Очень плохо.
   Это не кошмар. Это хуже.
   Обычно Свет постоянно циркулирует по телу носителя, распределенный на поддержание долгоиграющих заклинаний. У практикующих магов он находится в пассивном состоянии, ожидая момента откликнуться на волевой импульс носителя. Люди, использующие магию для чего-то большего, чем зажечь осветитель или активировать чарму, вынуждены контролировать свой запас магии и не забывать его пополнять. В противном случае, меньшее, что их ждет - это переутомление и головные боли. Восстановить резерв можно простым отдыхом, медитаций или дополнительным источником магии. Детям, что не достигли полового созревания, подобные проблемы не грозили. Их магия спала, ожидая своего момента.
   Как и я.
   Что?
   Моя магия отозвалась странно. Она двигалась плавно, но неуверенно. Легко, но с опаской. Она несла в себе анестезирующий эффект, снимая слабую боль и утешая ту, что была слишком сильна. Подобно тому, когда человек впервые с ней сталкивается или после долгого отсутствия связи. А значит, или ею впервые пользуются в этом теле или она долго спала из-за какой-нибудь глупой магической болезни.
   Я опустила голову и посмотрела на свою грудь. Освещение так себе, но выяснить, что рубеж взросления пройден, смогла. Года два или три, как магия должна была пробудиться и расправив сеть светящихся нитей, в полной мере обосноваться в теле. Выходит, давно не пользовалась магией. Например, никогда.
   Блеск!
   Я умею пользоваться магией.
   Я чувствую ее в себе.
   Я использовала заклинания раньше.
   Я...
   Проклятье! Я снова пробудилась!
   Осознание нахлынуло так резко, что если бы я сейчас не сидела скорчившись на полу повозки, то обязательно упала. Вместо этого я неловко выгнулась и снова получила разряд болючего заклинания, обосновавшегося на стягивающих путах.
   Прикусила губу. Мысленно выругалась. Озлобилась. Потянула за веревку и случайно дернула одного из соседей. Веревка, по мимо того, что не давала рукам пошевелиться, связывала меня с двумя людьми. С теми, кто сидел слева и справа. И так дальше по цепочке. Этакая дружная компания любителей посидеть ночью в повозке. Новой тайное сообщество "Полуночные Вязальщики".
   Может такое быть? Может. Или меня похитили в рабство и везут куда-нибудь на продажу. Если в императорские наложницы, то переживу. Если на рудник колоть камни, то простите я пропущу эту поездку. Что? Рассматривать надо все варианты. Видит Свет, я пробуждалась и в более странных, неоднозначных ситуациях.
   А в этот раз не должна была.
   Толком рассмотреть охранника не получалось. Он стоял вполоборота. Накидка не имела отличительных знаков и полностью скрывала одежду. Одна рука лежала на поясе, как если бы придерживала ножны, вторая жестикулировала в такт разговора. Мужчина о чем-то тихо переговаривался с кем-то, кого скрывал край полотна. Самым разумным было проверить их на уровень магического потенциала, но я не стала. Мой собственный резерв был подозрительно полон. Почему подозрительно? Никто не похищает мага, предварительно не лишив его доступа к силам. Разве что нет какой-то уловки...
   Надо проверить.
   Закрыла глаза. Сосредоточилась. Потянулась к силе. Представила подходящее плетение, прошлась по нитям, выверяя правильность формулы и замкнула силой. Заклинание скользнуло по спине, прошлось по узлам на веревке, потянулась к соседям. Немного поколебалось добравшись до последнего человека. Шмыгнула на пол и поползла ощупывать углы и стены. К охранникам она благоразумно не лезла. Кем бы они ни были, должны иметь защиту от сканирования и ответное заклинание на пассивной подпитке.
   Прошло не меньше десяти минут, прежде чем заклинание вернулось ко мне обратно, доложив, что на повозке нет чар. Ни сдерживающих, ни защитных, ни атакующих. Никаких. Как будто здесь картошку везут, а не десяток пленников. Ладно. И вовсе не обидно. Возможно, я просто недооцениваю своих похитителей. Наверняка они более коварны, чем мне представляется. Заклинания - это не единственные возможные ловушки. Есть чармы и амулеты. Они могут не фонить, если их специально не выискивать.
   Что ж, пока не трогают, можно проверить все варианты.
  
  
  
   Глава 1
   Асбер
  
   Главная приемная Канцелярии, в отличии от холла, выглядела мрачно и безжизненно. При входе сразу становилось ясно, что вас здесь не любят и не ждут. Маленькие зарешеченные окошечки под самым потолком совсем не пропускали свет. Деревянный стенные панели, хоть и были отполированы до блеска и даже создавали некую атмосферу богатой обстановки, но имели столь темный отталкивающий оттенок, что невольно бросали в дрожь неподготовленных посетителей. Магических осветителей в приемной не было. Масляные лампы развешанные на стенах едва справлялись со своей задачей и горели через одну, издавая противные шкварчащие звуки. Вместо красивых, плюшевых диванов с резными подлокотниками - деревянные лавки. Вместо паркетного пола - мрамор.
   У Асбера еще в первый раз полностью отпало желание когда-либо возвращаться в приемную Канцелярии, но долг службе обязывал. Интересы Канцелярии, Академии и Инквизитора переплетались столь тесно, что ни один из поднятых вопросов не мог быть проигнорирован какой-либо из сторон. В ожидании, пока его высокоблагородие начальник канцелярии дел тайных, угодных Империи и способствующих ее внутреннему спокойствию, Асбер принялся мысленно составлять отчет своему господину.
   Когда дело касалось идеологических изменников, Канцелярия справлялась со своими делами очень быстро: без компромиссов и лишней волокиты. А значит, единственным способом перехватить кого-то из заговорщиков, это сразу направиться с запросом в приемную. К тому моменту, как данар сюда добрался, задержанных должны были оформить и отправить на допрос... куда-нибудь на нижние этажи Канцелярии. Туда Асбер без верительной грамоты не прорвется даже с боем.
   Дверь распахнулась.
   В приемную ворвался запыхавшийся мужчина с диким ошалелым взглядом, растрепанными волосами и перекосившейся на пузе форме. Данар тут же подскочил с места, признав в вошедшем старшего по званию.
   - Капитан! - отдал честь Асбер, пряча возникшую неприязнь. Теперь начальник отодвинет его очередь, чтобы принять более высокопоставленного гостя. Пускай вошедший был обычным магом человеческой крови, а сам Асбер стоял на ступеньку выше, занимая место между человеком-магом и демоном, его опыт был слишком незначительным. Пара лет - ничто по меркам бессмертных существ, для людей, впрочем, это тоже не являлось значительной цифрой. Он слишком молод и еще не успел зарекомендовать собственную полезность.
   - Отставить. - Разрешил капитан, быстро пробежавшись взглядом по его форме и останавливаясь на лице. - Кто таков? Что-то я на тебе знаков отличия не вижу.
   Верно. В тех местах, где он побывал этой ночью было не до знаков отличия. Асбер специально оделся попроще для тайной операции. Фактически он участвовал в качестве наблюдателя от Инквизитора и к оперативной работе привлечен не был, но это вовсе не означало, что он должен блистать в своем парадном костюме. Наоборот, его задача - стать еще более незаметным, чем все остальные участники ночного рейда.
   - Данар Асбер, следопыт Великого Инквизитора, - неохотно пояснил он. Его слова прозвучали, как оправдание. - Только прибыл с операции по поимке заговорщиков. Еще не успел привести себя в порядок.
   - А-аа, да, - капитан вновь пробежался взглядом по его одежде, подмечая засохшую грязь на обуви и плаще. - Только рано ты за бумажками пришел, не закончилась еще твоя операция. Чего удивляешься? Сбежали ваши заговорщики. Тьфу ты, наши заговорщики, теперь наши.
   Брови Асбера поползли вверх. Как сбежали? О чем это грузный капитан толкует? Белая горячка у него что ли? На солнышке вчера перегрелся и вот до сих пор отходит? Данару лично доложили, что один обоз задержан. Количество людей установлено. Осталось только выяснить их личности, доставить в Канцелярию и допросить. Куда там кто мог сбежать? Оперативная группа задержания состояла из двух данаров и трех магов. Они что, портал прокладывали и пока задержанных переправляли, не туда закинули? Такое могло быть. Такое, скажем так, уже бывало.
   - Не веришь? - правильно понял его мысли старый служивый.
   - Никак нет, - быстро отозвался Асбер. Он не не верил. Он очень надеялся, что не так понял слова капитана.
   - Тебя соглядатаем небось направили? Поторопился? Доложил об успешном окончании операции? - под неприятным взглядом капитана, данар внутренне съежился. Вот идиот! Опять поспешил! Вечно у него не хватает терпения. Если слова старшего по званию правдивы, то... О, нет, об этом даже думать не хотелось.
   - Сбежали заговорщики. Маг среди них оказался. Пока портал прокладывали, пока бумажки пытались на месте заполнить, чтобы сразу по домам разбежаться, так и прохлопали. А ты небось и проверки не дожидался, сразу рванул к Инквизитору?
   Ну вот, теперь его просто отчитывали. А ведь вся операция была их, Канцелярии, а он только выступал наблюдателем.
   - Чего встал? - внезапно разозлился капитан так, что вены на его лбу вздулись. - Бегом обратно! По лесам их еще ловят. Подсуетишься, в поимке поучаствуешь, глядишь скостят чего, коли к утру управитесь.
   - Так точно! - только и смог ответить данар, краем сознания понимая, что вовсе не обязан выполнять приказы старого капитана. Да тот, по ходу, собственную задницу прикрывает. Наверняка его подчиненные прохлопали поимку.
   Итак два обоза упустили, если еще и третий скроется, головы полетят одна за другой. И голова данара будет в их числе. Пусть от него не требовалось никаких действий, кроме наблюдать, от гнева Инквизитора это не спасет.
   Асбер вылетел из приемной с такой же скоростью, с какой в нее ворвался капитан. До него донесся лишь тихий шепот, услышанный только благодаря приобретенным силам из Нижнего мира.
   - Понабрали кого попало: ни ума ни стати. Словно слепая преданность может это компенсировать. "Мясо" же, сплошное "мясо".
   Эти слова злили, но крупиц истины лишены не были. Впрочем, о нанесенных оскорблениях Асбер подумает позже. После того как свяжется с группой, попросит организовать конечную точку портала, поучаствует добровольцем в поисково-задержательной группе и притащит господину заговорщика, которого выберет сам. И пусть только кто попробует возразить после его помощи. Речи не встанет о его компетенции. Более того, канцелярские крысы перестанут шептаться о его молодости и неопытности.
   Раньше Асбер считал, что злые язык перестанут его преследовать, как только он пройдя все испытания и проверки, станет данаром, Как бы не так! Те, кто не прошел посвящение Нижним миром, близко не представляли этот непрекращающийся кошмар. Как душу выворачивает наизнанку и расплетает на ниточки, чтобы пропитать в темной, удушливой энергии. Сколько требуется сил и воли, чтобы не позволить сознанию раствориться в мощных эманациях Нижнего мира, перемалывающего в своих жерновах любые проблески личности. Что статистика переживших изменения, удручающе сурова. Выживает только половина. Остальные бесследно пропадают в прожорливой пасти дома темных господ. И это сейчас шансы стали пятьдесят на пятьдесят, когда срок пребывания души в ином мире сократили до года. Время проведенное на той стороне определялось пробами и ошибками. Раньше трансформация длилась несколько десятилетий, пока демоны не поняли, что после первой сотни представленных кандидатов, выбрались только трое. Одного из которых пришлось сразу устранить из-за крайней степени помешательства.
   Те же, кто прошли испытание Нижним миром, смотрели на Асбера снисходительно, поскольку он попал в ту дюжину, которой выпал срок в один год. Так и выходило, что до окончательного посвящения в ряды данаров дошел только он и еще два парня. Единственная девушка в группе погибла. Женщинам почему-то тяжелее давалась подобная трансформация. Да и сами демоны не спешили приглашать их в свои ряды. Как ни крути, но данарийки отличались какой-то особой агрессивностью и стервозностью.
   Дежурный телепортационного зала Канцелярии спал сладким, спокойным сном, не подозревая, что у молодого данара твориться в голове маленький апокалипсис. Когда тот внесся в зал подобно урагану, сразу направившись в сторону панели с артефактами, мешать ему не стал. Только устало зевнул и потянулся за регистрационным журналом, проклиная молодежь, которая вместо того, что бы сидеть по кабакам, носится с бессмысленными поручениями по кабинетам.
   Что думает дежурный по поводу его визита, Асбера не волновало. Он вставлял переговорный кристалл в разъем и настраивался на связного оперативной группы. Ответ пришел не сразу. На той стороне как будто не были уверены, стоит ли отвечать на вызов наблюдателя. Впрочем, на месте связного, Асбер бы тоже колебался. Если капитан сказал правду, у ребят серьезные проблемы и отвлекаться на бесполезный разговор времени нет.
   Спустя несколько томительных минут, во время которых данар успел несколько раз проклясть (без импульса силы, естественно. Не хватало ему еще разборок с отделом внутренних расследований из-за нанесения вреда коллегам из Канцелярии) абонента, а на той стороне смогли убедиться в настойчивости вызывающего и тоже проклясть его пару раз (опять же безвредно. Никто не любит отдел внутренних расследований. Даже те, кто непосредственно в нем состоят), кристалл замигал зеленым и над панелью вырисовался серый контур связного.
   - Телепортационный зал Канцелярии? - удивленно спросил тот. К чести говорившего, голос почти не дрожал.
   - Это Асбер, - не стал терять времени данар, отвечая на глупые вопросы. - Наблюдатель. Что у вас?
   - Ад и Преисподняя у нас, - мрачно отозвались на той стороне. - Все как на седьмом уровне. Отчаянье, уныние и стены огня. На месте этого леса когда-то находился алтарь для кого-то из древних богов. Нити пролегали глубоко под землей и давно истончились. Ума не приложу, откуда маг заговорщиков о них узнал. Когда проверяли территорию, ни одно сканирование не брало. Даже на старых картах ничего нет. Этому алтарю лет семьсот, не меньше.
   - Какой алтарь? Какой огонь? - не понял Асбер. Чего эти оперативники там напились и надышались? - Что у вас происходит?
   - А, так ты не в курсе? - послышался смешок. - У нас происходит худший кошмар Канцелярии. Облажались мы. Крупно. Начали оформлять. Сразу на месте, чтобы распределить по отделам. Так не миновало и получаса с твоего ухода, как все пошло наперекосяк. Мы же при тебе их связывали? И мэтр при тебе проверял их на магию и артефакты. Ты свою подпись на бумагах поставил, подтверждая, что этапы проверки выполнены на должном уровне и ты лично подтверждаешь качество проделанной работы. - Тут сердце данара ухнуло вниз. Он действительно поставил свою подпись. Чистая формальность. Мэтр Лобел никогда не ошибался. А вот фигурировать в документах при поимки заговорщиком, было сродни выигрышу. Ты вроде сам ничего не делал, головой не рисковал, а твое имя будет стоять в отчете. Идиот! А оперативная группа вдвойне идиоты! - Вооот, - протянул связной, продолжая свою мысль. - Представь наше удивление, когда заговорщики, внезапно попрыгали из повозки в разные стороны, словно кролики! Кто-то из них снял магические путы, а потом поджог лес, устроив целый лабиринт из огня. Полыхает на десятки миль, у вас еще не видно?
   Артефакт, - понял данар. Он не перепроверял мэтра на артефакты. Так спешил отнести найденный Дневник господину, что доверился старому магу. А теперь у них.. лабиринт огня? У заговорщиков огневик такой силы? Нет-нет, связной что-то говорил про старые нити и древний алтарь. Значит, предполагаемому магу не обязательно быть сильным, но нужно быть очень-очень искусным. Сам данар до сих пор не умел пользоваться чужими - древними! - нитями, с той целью, чтобы пустить по ним разрушительную силу магии.
   - На десятки миль? - внезапно засомневался Асбер. Больно уж походило на оправдательный доклад начальству - Не преувеличиваешь?
   - Давай к нам, - предложил связной. - Ты же и так собирался? Конечную точку я тебе здесь обозначу и платформу выстрою, а дальше сам.
   Кристалл завибрировал сиреневым, принимая координаты. Асбер досчитал до десяти. Вытащил свой личный артефакт из панели и шагнул на каменную платформу. В самом ее центре был выщерблен круг диаметром четыре метра, поскольку зал Канцелярии обычно предполагал много гостей. Внутри круга полудрагоценными камнями, наполовину вошедшими в платформу, выложены магически знаки, корректирующие силу нитей и удерживающих их плетение в состоянии постоянной подпитки. Где-то там, на другой стороне, связной вычерчивал перемещающую пентаграмму на земле, которой следовало продержаться ровно одну телепортацию.
   Платформа под ногами налилась бардовым цветом. Данар почувствовал, как нити наполняются силой и тут же заблокировал собственное восприятие. Перенос из одной местности в другую сильно бил по всем магическим ощущениям. Это было подобно яркой вспышке, обжигающей, ослепляющей, оглушающей. Асбер еще не был настолько хорош в искусстве концентрации, поэтому, когда багровые нити устремились вверх к потолку, пронзая его тело мощнейшим потоком света, а после, той же волной обрушиваясь вниз, он упал на колени. Благо падать пришлось не на каменную плиту, а на рыхлую землю.
   В ноздри ударил запах гари. В ушах шумело от перегрузки, обрушавшейся на организм во время перехода. Воображение тут же дорисовало треск сучьев в пламени и алую зарю над столпами огня. Окрикнул чей-то голос. Данара дернули за плечо и начали поднимать с колен на ноги. Асбер неохотно открыл слезящиеся глаза, отталкивая нежданного помощника в сторону.
   - Давно не виделись, - невесело усмехнулся связной, когда данар утер рукавом глаза и принялся изучать обстановку. - Полтора часа как.
   У оврага, чуть в стороне от дороги, лежал перевернутый обоз. Одно колесо отлетело и теперь сиротливо лежало рядом в овраге. Вокруг тлела трава. Впереди, за лесной грядой, как-то лениво, почти неохотно, переливалось красное марево. Горело оно таким ярким и мерным светом, что казалось на улице стоит день. Да, такое из города будет трудно не заметить.
   - Какова приблизительная площадь пожара? - деловито поинтересовался Асбер. Не было у него времени на жалость к себе. Он должен минимизировать предстоящий ущерб. Ему бы выловить кого-нибудь из сбежавших и доставить господину. Без покровительства Инквизитора, после такого провала, только под трибунал. - Кого-нибудь вызвали на подмогу? Тут же сейчас все сгорит.
   - Не сгорит, - отмахнулся связной. - Пополыхает немного, да успокоится. Огонь хоть и магический, но нити совсем старые, дряхлые. Алтарь уже несколько сотен лет недействующий. Это даже не огонь толком, скорей игра света. Красиво полыхает, но едва ли опасен.
   - А что с травой? - данар взволновано прошелся по дороге, остановившись у черных прожилок.
   - Первая вспышка, - пояснил связной. - Для деревьев не опасно, а мелкий сор, да прошлогоднюю листву пожжет. Масштабных пожаров можно не опасаться.
   Так, лес и сохранность ближайших деревушек - не его проблема. Его проблема - сохранность собственной головы.
   Данар активировал заклинание. В поиске он был не силен, поэтому пользовался стандартным плетением без внесенных изменений. Шаблоны заклинаний вдалбливались в Академии на протяжении семи лет и еще четыре года в магистратуре, поэтому нити мгновенно сплелись в рисунок, наполняясь силой. Когда цепочка замкнулась, волна магии кольцом разошлась в разные стороны радиусом в полтора километра. Больше Асбер бы считать не смог. Опять же, он не поисковик. В густонаселенной местности этот радиус был бы в десяток раз меньше, а все импульсы исказились бы из-за большого количества заклинаний, артефактов, демонов, данаров, магов и людей на один квадратный метр.
   Оставив связного у разрушенного портала, Асбер выбрал ближайшую к нему точку и бросился в погоню. Подкорректировав зрение, он удачно лавировал между колючими зарослями и ветвистыми деревьями, выбирая короткие пути. Будь он настоящим демоном, настиг бы беглецов в считанные секунды. В нынешнем же состоянии, он не на много превосходил обычного мага в силе или скорости. Вот после отдыха... Дайте законные шесть часов сна и он свернет горы.
   Несколько раз ему приходилось обходить стены так называемого иллюзорного огня. Не было времени проверять, действительно ли он безвреден. Все-таки пробудилась древняя магия, а она запросто могла удивить какой-нибудь особо мерзкой гадостью. Инквизитор постоянно предупреждал о подобных вещах. Асбер лично не встречался со старой магией, помимо той, что хранили в себе Дневники, но проверять на своей шкуре не собирался.
   В один из таких вынужденных обходов, данар заметил на дереве клочки одежды одного из членов оперативной группы и следы драки. Останавливаться и тратить время на выяснение произошедшего он не стал. Не дети же они в конце концов. С кем должен столкнуться данар, чтоб не справиться? С демоном, либо с другим данаром. В крайнем случае, с очень сильным или хитрым магом.
   Асбер перескочил еще одну кочку на ходу сравнивая ориентиры с обстановкой. Пятнадцать минут назад где-то здесь был человек. Прокрутив заклинание еще раз, данар снова его активировал. Дождавшись обратного отклика, он обнаружил, что тот человек, что был изначально им замечен, до сих пор находится на том же месте. Буквально за следующим поворотом.
   Воспользовавшись приглушающим шаги заклинанием, Асбер направился в ту сторону, куда указал поисковик. Уже через полминуты он замер на месте, опасаясь спугнуть жертву.
   Ей было лет шестнадцать. Молочная кожа и россыпь веснушек. Еще не полностью сформировавшаяся девичья фигуру давала смутные обещания, что через пару лет будет на что посмотреть. Но даже в этом случае, достичь красоты и изящество городских красавиц ей не светило. В ней присутствовала какая-то слабая нотка таинственности, взывающая к чему-то древнему, пришедшему от предков. Это проявлялось в сполохах огня, создававших на спутанных рыжих волосах некий святящийся ореол. В повороте головы. В напряженных плечах. Изгибе талии. Слабое, мимолетное, ускользающее ощущение, как эхо темной магии.
   Миловидная - ее предел, не более того.
   Она не обратила внимание на подошедшего данара, хотя определенно заметила его появление. Девушка была занята тем, что перевязывала ступню обрывком материи, подозрительно напоминавшим подол платья. Вот и причина, почему она еще здесь, а не крадет лошадь из ближайшей деревни, чтобы укрыться от погони. Подвернуть ногу после такого удачного маневра таинственного мага Огня - редкостное невезение.
   Кажется, беглянка сама понимала редкостную паршивость собственного положения, поскольку не сделала ни малейшего движения, чтобы сбежать. Может даже надеялась, что примерное поведение облегчит ее участь. Ха, только не в руках Канцелярии и точно не благодаря Инквизитору. Тут еще надо разобраться, под чьей юрисдикцией опасней оказаться. Впрочем, для Асбера все давно ясно. У него пара минут, чтобы определить, подходит ли она для господина или ему мчаться дальше, за следующей жертвой. Спокойствие спокойствию рознь. Если позже выясниться, что беглянка успела тронуться умом из-за всего произошедшего, Инквизитор будет сильно недоволен.
   - Эй, - позвал данар девчонку, остановившись в двух шагах от нее. Только бы она не заорала. Он ненавидел, когда они кричат.
   - Эй? - раздраженно переспросила та, отложив перевязку. Резко выпрямила спину и повернулась к Асберу. Темно-карие радужки глаз выловили из темноты слабые отблески иллюзорного огня, напомнив данару о седьмом уровне Нижнего мира. Губы сжались в недовольную линию. - Эй? - повторила она, и на этот раз данар с удивлением различил в этом вопросе издевку. - А где же "уважаемая руми" и "разрешите оказать вам помощь"?
   На ней белая хлопчатая рубашка с рукавами-воланами и шнуровкой на груди, длинная расклешенная юбка темно-синего цвета с рваным асимметричным низом, несколько недорогих украшений на шее, запястьях и ступнях. Одежда не рабочего класса, но и на высший не тянула. Что-то среднее. Небогатый род, имеющий среди родни магов. Произношение внятное и четкое, хотя немного странное, на манер восточного акцента. У девчонки за плечами точно есть школа или домашнее образование. И хамству ни там ни там не учат. Если же она надеялась сойти за местную селянку, притворившись неучем, который не знает о том, что обращение "руми" относится только к представителям магическим искусств, то назвать ее иначе как жалкой, язык не поворачивался.
   - Оставь бессмысленную браваду, - усмехнулся он. - Я - данар Асбер, следопыт Великого Инквизитора. Я выводил на чистую воду гениальнейшие умы, раскрывал столь коварные планы и разоблачал столь запутанные интриги, что тебе и не снилось. - Тут он нагло врал. До настоящей дознавателской работы с допросами его еще не допускали, а мастерство в поиске людей проистекало вовсе не из великого умения обращаться с магией. Но девчонка этого знать не могла. Для нее подобные речи должны звучать грозно и устрашающе, вызывая трепет перед более высшим существом. - Сделай себе одолжение и не сопротивляйся. Твоя ситуация и без попытки побега достаточно шаткая, не усугубляй. Подумай о себе. Сколько тебе, шестнадцать? У тебя еще есть шанс на будущее.
   Он не стал говорить "на хорошее будущее". С покровительственным тоном лучше не перебарщивать. Откровенная ложь могла спугнуть.
   Беглянка окинула данара оценивающим взглядом. Прищурилась. Задумалась. Вздохнула. Развела в сторону руками и неохотно произнесла:
   - Прошу прощения, - чуть ли не пропела она, и в то же мгновение Асбер почувствовал, как по нему проползло сканирующее заклинание. Почти незаметное. Поверхностное. Рассчитанное на проверку официальных артефактов. - При вас нет отличительных знаков, ирум Асбер. А заплутавшей в лесу юной девушке не грех проявить осторожность. Вдруг, разбойники? - беглянка изобразила милую улыбку. Именно, что изобразила. Вроде и придраться не к чему, но посыл достаточно четкий. И все же она добавила: - Разве первым делом, как представитель законных структур, вы не должны были представиться?
   Асбер чертыхнулся в третий раз за этот разговор и, наверное, в сто сорок пятый за всю ночь. Мысленно, конечно. А ведь потом, на допросе, эта девица будет утверждать, что никогда ничего не слышала о заговорщиках. Мол, родители при ней не поднимали подобные темы и не вели крамольные разговоры об Империи, не критиковали ее правителей, не планировали актов агрессии.
   - Тайная операция, - пояснил временный наблюдатель, хотя был вовсе не обязан отчитываться перед языкастой малолеткой. - И правильно обращаться ко мне "данар Асбер". Ирум - это только к магам. Чему тебя учили?
   Девчонка снова нахмурилась, одними губами произнеся:
   - Данар. Что за...?
   Это заставило парня вспомнить, что за разговором он чуть не упустил самого главного. Девчонка его просканировала!
   - Давай сюда амулет, - не стал он миндальничать. Магия - не то к чему можно относиться безответственно. Вон, какой-то пироман чуть не устроил взамен леса и трех деревень пепелище. - Живо.
   - Амулет? - Девчонка вынырнула из задумчивости и попыталась сосредоточится на услышанном. - А, амулет. - Она приложила руку груди и закрыла глаза. На ее лице отобразилось недоумение. Асбер внимательно следил за ней, попутно проверяя работает ли его собственная защита. Две чармы закрепленные на лодыжке исправно поддерживали магические щиты.
   Беглянка покачала головой:
   - У меня ничего нет.
   Асбер разозлился. Нет, ну обязательно все усложнять! Будто у него есть на это время. Вот сейчас взорвет ее маленький амулетик и пусть винит в этом только себя. Очень эффективный метод, называется Пчела. Заклинание несется к ближайшему амулету, проникнет в него и уничтожит изнутри, оставив носителю несмертельный, но болезненный ожог.
   - Я предупреждал, - полудемон сложил руку в пассе и направил на девчонку. Импульс прошел мгновенно. Едва заклинание сорвалось с кончиков пальцев, беглянка вскрикнула. Данар хотел бросить какую-нибудь едкую фразочку, окончательно поставив девчонку на свое место, но время неожиданно замедлилось. Растянувшаяся предательская секунда, в которую он должен был увидеть испуганное бледное лицо, искажающееся в гримасе боли, проделала дыру в привычном мире вещей, перевернув все с ног на голову.
   Сначала он ощутил, как затрещали его щиты, обеспечиваемые чармами. Одновременно с этим, земля ушла из под ног, сменив перед глазами бледный лик беглянки на черные листья деревьев, скрывающие за собой столь же темный оттенок ночного, почти беззвездного неба. Мимолетное ощущение движения рядом с ребрами.
   Действуя по привычке (привитой еще в Академии), а не осознанно, данар активировал атакующее заклинание. Заготовленное плетение мгновенно наполнилось силой. Нити затрещали. Сгустился воздух. Запах гари смешался с запахом озона. Звук разбивающегося щита достиг данара в тот момент, как его голова соприкоснулась с землей. Он тут же попытался сгруппироваться и подняться на ноги, но неведомая сила придавила его сверху. Блеснуло лезвие, в котором Асбер с удивлением распознал собственный кинжал, который до недавнего времени оставался в ножнах, пристегнутый к поясу.
   Данар злобно зарычал, перехватывая руку с оружием у своего горла. Уже используя не магию, а силу собственного тела пропитанного темной энергией, он отшвырнул нападавшего в сторону. Удар должен был получиться сильным. Возможно переломать хребет. Только вместо звука падения тела, раздался щелчок. Не в этом мире, а на том пласте реальности, где формируются нити и сплетаются в заклинания. Он не стал тратить время, тут же перекатился на живот, и вскочил на ноги, отзеркалил враждебную магию. То есть, так по-хорошему должно было сработать заклинание. Отразить атаку обратно на противника, либо разлететься на части, если магия противника по силе гораздо превосходит магию данара. Например, если бы нападающим был сам Инквизитор. Эта же атака не отправилась обратно к исполнителю и не тронула защиту Асбера. Заклинание буквально разбилось о "зеркалку", взорвавшись ослепляющей вспышкой света.
   Полудемон вновь потянулся к магии... и не почувствовал ее. Он сейчас вообще ничего не чувствовал, кроме гложущего опустошения. Это было схоже с тем, как он проходил через стационарный портал в десятки, сотни, тысячи раз мощнее. Как будто изъян, затаившийся в телепортационной магии, набрался сил и сформировался в самостоятельное заклинание. Оставшийся щит даже не скрипнул, словно и вовсе не почувствовал опасной магии. Продолжал держаться, пропуская через себя удушающие потоки... света?
   Данара снова что-то толкнуло в грудь, и он повалился навзничь. Холод лизнул шею металлом. Клинок держали твердо, не пересекая черту между прикосновением и порезом. На солнечное сплетение легла ладонь. Аккуратно, без давления, но с намеком на возможность использования заклинания.
   Когда зрение прояснилось, полудемон с недоверием уставился на восседающую на нем беглянку. Она тяжело дышала, ни на мгновение не сводя с него пристального взгляда, столь же острого, как клинок у его горла. Ее губы и щеки раскраснелись, волосы окончательно выбились из прически, спадая волнистым каскадом на плечи.
   В любой бы другой ситуации подобное положение пришлось бы ему по вкусу. Ладно. Прямо сейчас он чувствовал некую двойственность своего состояния, где одна из его частей наслаждалась происходящим.
   - Не дергайся, - все тем же милым голосом предупредила девица, похлопав левой ладонью по его груди. - Одно движение и... в зависимости от того, правша я или левша, тебя ждет закономерный итог.
   Данар не смог удержаться от хриплого смешка.
   - Ты кто такая, пигалица? - он уже начал сомневаться, действительно ли девушка была в обозе с заговорщиками.
   - Эта пигалица вас завалила, - беззлобно огрызнулась та.
   - Может, у тебя еще и имя есть? - продолжал он, прикидывая, кем из тех трех несовершеннолетних подростков могла оказаться рыжеволосая девица. Насчет ее угроз он не волновался. Ни кинжал, ни заклинание девчонки, убить его не могли, как и нанести серьезный вред, но все же рисковать не хотелось. Сегодняшняя ночь была явно не на его стороне.
   - Может и есть, - согласилась она. - А может, вопросы здесь задаю я. Например... На вскидку. Первый, что приходит в голову... С каких пор на инквизицию работают демонические отродья?
   - А когда не работали? - данар тоже не стал обижаться на ее вопрос. Рыжая. Шестнадцать-семнадцать лет. Воинственная. Как же ее звали-то?
   Девица недоверчиво покачала головой, вновь сжимая губы в тонкую линию. На лице отобразилась мука пополам с отчаяньем, и Асбер вспомнил.
   - Эвелина, верно? - улыбнулся он, наблюдая, как в ее глазах расцветает растерянность. - Эвелина Фольмуд. Я угадал?
   - Нет, Асбер. - Послышался голос из-за деревьев, а вслед за ним на свет поляны вышел капитан из Канцелярии. - Ты, кажется, совсем обнаглел. У нас значит погоня, а ты с девкой на траве кувыркаешься.
  
  
  
  
  
   Глава 2
  
  
   - В двенадцатый раз говорю: назови имя и фамилию. Ближайших родственников. Род занятий.
   Допрос продолжался второй час и начинал походить на затянувшийся акт плохой комедии.
   - В двенадцатый раз повторяю: без официального опекуна, давать показания не буду.
   Парень что-то черканул на листе бумаги и засунул его в папку. Движение вышло резким, нервным. Наш разговор ни у чему не приводил, а после официального задержания и выяснения моего возраста и магических способностей, применять силу он не мог. Зато мог надеть на меня заглушающие манию наручники, чем и воспользовался. Так и сидели. Он - злой и недовольный, следопыт Инквизитора. Я - измученная, но не сломленная, адептка магии, задержанная по подозрению участия в заговоре против Империи.
   - Это не допрос, - сохраняя монотонность голоса, продолжил следопыт. Он едва тянул на две дюжины лет, хотя отчаянно старался казаться старше своего возраста. Рост выше среднего, телосложение крепкое, но не мускулистое. Черты его лица были чёткими и приятными, но какими-то искусственными. Слегка темноватый цвет кожи и правильные черты лица делали его похожим на жителя практически любой части Империи. Черные волосы неровными, но аккуратными локонами спускались до плеч, позволяя допустить, что не так давно они были уложены в прическу.
   Он был немного симпатичней обычного парня. Какие-то мелкие детали, что по отдельности вряд ли могли заинтересовать, вместе складывались в вполне привлекательного нечеловека. Да, Асбер, когда-то принадлежал к людскому роду, но больше не являлся одним из них. Внешне ничего не выдавало в нем демоническую сущность. Никаких заостренных ушей, торчащего хвоста, выпирающих рожек, сияющих алым глаз, пугающего до дрожи голоса. Но это только пока. Два-три столетия и парень станет полноценным полукровкой.
   - Это процесс установления личности. - Продолжил Асбер. - Мы хотим знать, тот ли ты человек, за которого себя выдаешь.
   Парень сумел произнести эту фразу без раздражения и улыбки. В двенадцатый раз. Я сумела изобразить все тоже удивление:
   - А за кого я себя выдаю?
   - Эвелин, - он постучал пальцем по столу и выразительно взглянул на стену с часами. Маленькая стрелка подбиралась к четвертому делению. Еще час и наступит рассвет. - Я знаю, мы не очень хорошо начали.
   Это он слабо выразился. До того, как на мне защелкнули наручники из бесмора, впихнули в телепортационный круг и закинули в комнату допросов, у нас с данаром произошла небольшая стычка. Он едва не переломал мне кости заклинанием, я стащила его клинок и успела пустить ему кровь. Теперь у меня кололо в груди при каждом вздохе, а он мог похвастаться небольшим порезом у себя на шее. Несколько капель бордовой крови - слишком насыщенного цвета, чтобы быть человеческой - до сих пор темнели на манжете некогда белой блузки.
   - Ты еще очень молода. Ты не обязана иди по тому пути, что выбрали твои родители. - Он пытался изобразить доброго дядюшку, пытающемуся спасти душу неразумного дитя. Но во-первых, не прошло и трех часов, как я отбивалась от его яростных атак, а после задыхалась от удушающего захвата. А во-вторых, не демоническом ублюдку учить меня праведной жизни! - Я даю тебе шанс. Помоги себе. Пойди на сотрудничество.
   - И мы сменим эту обшарпанную комнату Канцелярии на уютные застенки Инквизиции? - Я надеялась, что мой голос прозвучал достаточно саркастично.
   - Это лучшее, на что ты можешь рассчитывать... - последние слово он проглотил, но опыт подсказывал, что оно содержала в себе что-то похожее на "надоедливая пигалица" и "мелкая дрянь". - Ты - несовершеннолетняя. Твоя жизнь зависит от того органа, которому ты попадешь на попечительство. Твой отец, как и ближайшие родственники, в опале. Тебя некому забрать. С сегодняшнего дня ты под надзором Империи. Судить тебя за ошибки родителей не будут, но в зависимости от того, чье покровительство выберешь, решится твоя судьба. Останешься в Канцелярии - пропадешь безликой цифрой в одном из ритуалов. Пойдешь в Инквизицию - можешь рассчитывать на какое-никакое положение в обществе. Но для этого я должен подтвердить твою личность.
   Я фыркнула.
   - Могу поспорить, что мне нет разницы, в винтиках чьего механизма пропадать. - А вам - есть.
   Его лицо нисколько не изменилось. Только глаза. Малахитовые радужки с вкраплениями золота заблестели. Это было похоже на игру света: металлический отблеск появлялся на их поверхности на секунду и тут же исчезал. Это не делало его похожим на демона, но ясно давало понять что с парнем передо мной что-то в не так.
   - Ты не в том положении, чтобы торговаться. - Едва сдерживая себя от рычания, медленно проговорил он. О, да. Время его поджимало.
   - И все же, вам придется что-то предложить, - тщательно выверяя слова и интонацию, ответила я.
   Сосредоточиться было сложно. Следопыт сделал все, чтобы затруднить ясность мысли. Мне постоянно приходилось выравнивать каждый вздох. Соизмерять дыхание с собственным состоянием. Наручники за спиной эффективно сводили на нет любые попытки воспользоваться магией, как и желание сопротивляться. Не сравнить с заклинанием пут, что стягивали меня в повозке. Проклятый металл из которого создали этот изуверский блокиратор, лишал доступа к силам, мешал собраться с мыслями и держал в постоянной борьбе за удержание внутреннего баланса. Во мне поселилась голодная пустота: жадная, разрастающаяся, расползающаяся.
   В первый момент, когда на запястьях защелкнули наручники, меня чуть не вывернуло наизнанку. Равновесие тут же дало сбой и под звук смешков я повалилась на землю. К счастью, сворачивающаяся узлом черная бездна, рождающаяся на том месте, где должен проходить канал связи с источнику, в приоритете стала раньше, чем честолюбие. И я смолчала.
   Мне и раньше доводилось терять магические способности. По моим личным ощущениям, это было не так давно, но демонические создания на службе у возродившийся Инквизиции, маги Стихий, склоняющие головы перед отродьями Нижнего мира и ни одного мага Света на ближайший километр, вызывали подозрение, что между "мной вчера" и "мной сегодня" прошло, как минимум, несколько столетий, один Конец Света, Великий Огненный Шторм, и ряд чьих-то очень неправильных решений.
   В прошлый раз я лишилась магии из-за травмирующего события, при котором, кстати, тоже присутствовал демон. И если та пустота ощущалась вялотекущей депрессией и страхом будущего без магии, то сейчас я чувствовала, что из меня просто выдернули кусок плоти, залив рану быстродействующим ядом. Странные оковы влияли на магию, ослабляли физическое тело, подавляли силу воли, устраивали кашу из мыслей, пытались дотянутся до души. Такое воздействие сразу лишало всякого желания попытаться сбежать или вступать в битву. Проклятье! Я всем сердцем ненавидела чувствовать себя абсолютно беспомощной. В таком положении оставалось уповать только на милость пленителей.
   Дверь заскрипела и в допросную вошел мужчина. У него были грустные глаза и очень растерянный вид, будто он сам не понимал, как здесь оказался. Неровно стриженная борода и очки в роговой оправе, сильно старили человека, добавляя к возрасту лишние пятнадцать лет. Он что-то шепнул на ухо данару Асберу. Тот заметно помрачнел.
   - Останьтесь, мэтр Лобел, - придержал его следопыт за локоть. - Она сделала свой выбор.
   Маг покачал головой.
   Маг... Еще одна странность нового мира.
   Магами в этой эпохе называли всех людей, которые имели доступ к источникам Стихий. Наверное, именно эта информация поразила меня больше всех. Мир жил с одним единственным видом магии - природным, а им обладали далеко не все жители Империи. За другие страны я ручаться не могла. Мое очередное воплощение прискорбно мало уделяло внимание к географии, геополитике, страноведенью и международным отношениям. А если копнуть глубже, то выяснялось, что иностранные языки, история, философия, обществознание и любые другие направления, которые хоть сколько бы могли развить мировоззрение или критический взгляд, находились далеко за кругом ее интересов. Что касается естественных наук, вроде алхимии, астроминералогии или травоведения, тут меня ждал неприятный сюрприз. Девчонка не просто не понимала, что это такое, она боялась этих знаний, чураясь как от проказы. Когда я задалась вопросом, а что же мы тогда любим, если вся эта учеба не женское занятие, ответ меня порадовал. Правда. Иногда интересно ради разнообразия обнаружить в новом воплощении необычные пристрастия.
   Эвелин Фольмуд любила дамские романы. Зачитываясь ими днями и ночами. Неплохо рисовала, красиво декламировала стихи и даже могла сыграть несколько композиций на фортепиано. Девчонка грезила красивой жизнью о приемах, балах и прекрасном принце. В роли прекрасного принца выступал соседский парень. Его семья стояла выше по социальной лестнице, чем Фольмуд. Парень этот в школу не ходил, оставаясь на домашнем обучении с учителями, наставниками и мастерами. Поэтому, предмет своего воздыхания Эвелин видела только по выходным, когда семья возлюбленного приглашала ее отца на полуденный чай, а после, конную прогулку. Тогда у юной Эвелин появлялось несколько часов для того, чтобы глупо улыбаться, следя влюбленными глазами за светловолосым мальчишкой, бояться к нему подойти заговорить и, конечно же, мечтать.
   Я вырвалась из затягивающих воспоминаний и попыталась сосредоточиться на проблемах насущных. А их было больше, чем обычно. Начнем с того, что мир сошел с ума. Весь мир. Все дружно договорились тронуться умом и забыть почти пятисотлетнюю историю Империи, и существовавших до нее две с половиной тысячи лет Вольных Королевств. Они превозносили самых мерзких представителей Нижнего мира - демонов. Стремились стать на них похожими. Мечтали приобщиться к их культуре, жизни, величию. Соглашались на богомерзкие эксперименты.
   - Начнем сначала. - Произнес Асбер. - Имя и фамилия.
   Я фыркнула. Мэтр удивленно на меня посмотрел, а после повернулся к данару Асберу:
   - Но почему она отказывается от попечительства Академии?
   - Академии? - переспросила я. - Речь шла об Инквизиции и Канцелярии.
   Я ничего не знала ни об одной из этих организаций. Последствия пробуждения до сих пор мешали что-то толком вспомнить. Но даже само название звучало обнадеживающее. Кто бы мог подумать, что однажды я так скажу о высшем учебном заведении?
   Под хмурым взглядом данара мужчина умолк.
   - Я попросил вас остаться, чтобы вы проверили, не прячется ли за этой внешностью кто-нибудь другой, мэтр Лобел. А не для того, чтобы давать девочке беспочвенные надежды.
   - Отчего же беспочвенные?
   Следопыт открыл папку и протянул магу исписанный листок. Мэтр поправил очки и принялся читать документ. Прошло не меньше пяти минут, прежде чем он вернул бумагу данару и немного смущаясь, пояснил:
   - Действительно, моя подпись. И все же, дар у нее есть. Совсем слабенький, но есть. Не зря же на ней надет бесмор.
   - И как же вы его пропустили в первый раз, мэтр Лобел?
   Мужчина снова замялся.
   - Она совсем дитя. Ее дар аутогенный. В пробудившемся состоянии очень слаб, почти распознаваем. А в спящем... - Мэтр беспомощно развел руками.
   - Аутогенный? - не понял данар.
   - Самоинициированный, - пояснила я.
   - Именно, - кивнул маг, данар же стрельнул в меня злобным взглядом. - Стресс мог послужить своего рода катализатором. Катализатор - это...
   - Я знаю, что такое катализатор, - огрызнулся Асбер. Надо же, а с капитаном из леса он себя так не вел. - А вот то, что им может стать стресс, слышу впервые.
   Маг ответить не успел, ответила я:
   - Мэтр Лобел имел ввиду, что могло быть оказано магическое воздействие извне. Например, какое-то заклинание не входящие в список разрешенных при задержании подозреваемых. По очевидным причинам. Таким как, возможность преждевременное пробуждение дара.
   Ребра и грудь еще болели.
   - Тем не менее, этот документ, под которым вы подписались, не позволяет Академии претендовать на Эвелин. Я уже объяснил вам, мэтр, для чего вы здесь. Так что, будьте добры, - указал данар на меня.
   - Данар Асбер, да куда ей? - устало спросил мэтр, но все же подошел ко мне ближе. - Ни одно заклинание не удержится под бесмором.
   - А печать? - не унимался следопыт. - Проверьте ее на печати.
   Маг повиновался.
   Я закатила глаза.
   Сухие теплые пальцы приподняли мой подбородок и я ощутила легкое покалывание магии. Это было сродни глотку свежего воздуха. Жадная пустот внутри тут же хищно оскалилась, лизнув просочившийся поток силы. Рука мэтра напряглась. Он почувствовал это прикосновение. На секунду в светло-серых, выцветших глазах, рассеянность сменилась напряжением. Уже со следующим вдохом мужчина стоял в двух шагах от меня, растирая онемевшие пальцы.
   - Что случилось? - мигом встрепенулся данар.
   - Она страдает, - пояснил мужчина таким печальным голосом, что тронуло даже меня, хотя истине его слова не соответствовали. Мне, конечно, было неприятно. Как во время болезни, где температура подскакивает до сорока, а кости ломит от жутких спазмов. Но до настоящих страданий далековато. - Ее дар очень хрупок и едва светится. Не могу разобрать, что с ним не так.
   - Не так? - Передразнил данар мэтра. Мне стало почему-то очень обидно за уставшего мужчину в очках. - Так вы оправдываете свою некомпетентность? Операция полностью сорвана. Из-за действий этой девчонки сбежали девять подозреваемых в заговоре. Троих удалось поймать, но вряд ли они что-то знают. Двое данаров пострадали от неизвестной волшбы.
   - Недавно активировавшийся дар бывает несколько... - начал мямлить мэтр.
   - Стоп! - прервал данар. - Уже поздно. Я потратил впустую всю ночь. Так что давайте четко и внятно, для протокола. Подтвердите ее личность. - Данар Асбер достал из шкатулки письменные принадлежности
   - Погодите! - воскликнула я.
   - Что еще? - Данар откупорил крышечку чернильницы и промокнул в ней перо. - Я поставлю свою подпись и ты полностью перейдешь под крылышко Канцелярии.
   - У меня есть дар. Значит, меня может взять Академия? Магическая Академия, я правильно поняла?
   Следопыт облокотился локтем на стол и подпер кулаком подбородок. В правой руке он продолжал держать занесенное над бумагой перо.
   - Академия не может тебя взять, Эвелин. Она отказалась от тебя. А ты не можешь претендовать на место в Академии, оставаясь безымянным человеком.
   До меня начало доходить. Передо мной разыгрывали небольшой спектакль.
   - Вы с Канцелярией совсем не в ладах? Лучше в Академию, чем к ним?
   Данар сделал неопределенный жест рукой. По серебристому стержню пера заскользила чернильная капля.
   - Как полностью звучит мое имя на бумаге? - спросила я.
   Данар Асбер зачитал. Я поморщилась, но повторила. Парень уже принялся заносить мое новое имя на бумагу, как мэтр Лобел его остановил.
   - Эвелин, - впервые обратился он ко мне напрямую. - Если вы собираетесь к нам поступать, то лучше ограничиться более скромным именем.
   - А с этим что не так?
   То есть, я знала, что мне в нем не нравиться, но какое дело до него мэтру Лобелу?
   - Эвелин Китра Латер-Клоу из рода Фольмуд. - В его устах мое полное имя прозвучало еще более паршиво. Как вселенная смогла так извернуться, что второе имя моего воплощения такое же, как и то, под которым я ходила в прошлой жизни? - Мы не в силах скрыть ваше прошлое от остальных учеников, но могли бы защитить вашу родственницу.
   - Какую еще родственницу? - не поняла я. - Данар Асбер говорил, что от меня все отказались. Оу... И теперь я должна от них отказаться, так?
   Следопыт казался безучастным. Похоже его и правда не волновал этот вопрос. А вот для мэтра он имел огромное значение.
   - Наследница рода Фольмуд также будет проходить обучение в Академии. И ни нам, ни ее родителям, не хотелось, что бы ее доброе имя связывали с дочерью преступников. У девочки великое будущее.
   А-то, наследница рода, как-никак.
   В груди что-то сжалось и на секунду перехватило дыхание. В голове возник образ синеглазой девчонки, которая задорно улыбалась и звала за собой. Я предпочла списать это на последствие ночной пробежки и разыгравшееся воображение.
   - Полагаю, мне положены отступные? - уточнила я.
   Если моя честь под вопросом, родня пошла в отказ, а впереди ждет будущее с ненавистниками, от вознаграждения отказываться не стоит.
   - Вам оплатят обучение и будет назначена стипендия. При условии, что пройдете вступительные испытания.
   Блеск!
   Я кивнула, пытаясь выглядеть не очень радостной. Новые документы, подставное имя, бесплатное обучение в Академии и свобода от родни, - мой любимый коктейль после пробуждения.
   Мэтр Лобел обошел меня и за спиной сразу загромыхали оковы. Сладостное чувство свободной маги растеклось по телу. Я принялась растирать запястья. Данар Асбер что-то написал на бумаге, надавил пресс-папье и протянул мне. Следом передал перо и подвинул чернильницу.
   Не знаю, на что я надеялась, собираясь прочитать документ. Буквы совершенно не складывались в строки и выглядели блекло. Никаких вензелей. Голые, обрубленные палки, со странными завихрениями по центру. Я была слишком усталой, чтобы сосредоточиться на смысле того, что мне предстояло подписать. Но формулировку запомнила. На всякий случай.
   - Как ее зовут? - занеся перо над бумагой, замешкалась. Мэтр смерил меня недоуменным взглядом и хотя я уже пожалела о собственном вопросе, уточнила: - Наследницу.
   - Делианна Фольмуд, - вместо мага ответил данар. Его взгляд стал подозрительным. - Не помнишь?
   - Помню-помню, - я вычертила несколько слов на плотной бумаге, а ниже изобразила подпись. Пальцы едва слушались. - Проверяю. Мало ли, что еще за эту ночь изменилось в мире.
   Он усмехнулся.
   Последовали еще две копии на которых я точно также вычертила закорючки. Следом прошел инструктаж от мэтра Лобела.. Пока я внимательно вслушивалась в заведомо бесполезные слова мэтра, данар внимательно поглядывал на часы.
   - В чем дело? - напряглась я, перебивая мэтра на полуслове.
   - Закругляемся, - внезапно усмехнулся Асбер. - Пора собираться на вступительные экзамены.
   Сейчас?!
  

Глава 3

  
   Высшее учебное заведение по изучению, контролю и совершенствованию магических искусств. Это звучало гордо, это звучало престижно, это имело свой герб и дорогую бумагу с золотым тиснением. Вы могли хвастаться обучением в магическом ВУЗе, вы могли мечтать в него поступить, вы определенно слышали о нем много историй и легенд. Его заканчивали сливки элиты, чиновники на высоких постах, маги, чьими именами пестрили все газеты и кого считалось за честь пригласить на научную конференцию. Но если заглянуть чуточку глубже, содрать яркую мишуру и сдуть напыщенный блеск громких слов, вы обнаружите, что единственная правда из всего того что вы могли знать, звучит в названии самой Академии.
   Контроль.
   Если люди в Ириаде считались необходимым ресурсом, то маги - особо ценным сырьем, которое необходимо держать под тщательным контролем государства с самого детства. Это осуществлялось пропагандой лучшей жизни и привилегированностью избранных слоев. Выбиться в люди может каждый. Если у него, конечно, имеется дар. Талант приветствуется, ровно как стремление к достижению успеха и конечно же верность иерархии демонов.
   Верно, демонов. Вы не ослышались. А кто еще мог свергнуть Империю, насчитывающую почти шесть веков величественной истории? Пошатнуть все устройство мира и разрушить систему циркуляции магии?
   Я бездумно смотрела на длинный список будущих предметов, придаваясь скорбным рассуждениям. Люди вокруг ходили по залу, прокладывая свой маршрут от столика к столику, от информационного стенда к кабинетам, из кабинетов на регистрацию. Тысячи абитуриентов подавали заявления каждый год. Многие из них уже знали о том, которая из Стихий выбрала их в свои адепты. Другие только догадывались. Были и те, кого сюда отправила Канцелярии, высчитав определенную долю вероятности появления у этих детей дара. К четвертой категории поступающих относились те, кто не имел ни малейшей предрасположенности к магии, но был уверен, что комиссия что-нибудь да обнаружит в их крови, ауре, душе или где там эта магия прячется. Таких было большинство.
   Я была квинтэссенцией всех четырех типов. Я знала, что не являюсь избранницей Стихий, меня прислала сюда Канцелярия и я надеялась, что смогу выдать имеющиеся магические способности за что-нибудь стоящее.
   Меня толкнули.
   - Ох, извиняюсь!
   Девушка в красивом золотистом платьишке встревожено отскочила в сторону. Ленты цвета фуксии в двух длинных косах и с двумя роскошными бантами стукнулись друг о дружку.
   - Я только с регистрации! - ее глаза возбужденно блестели, а яркий румянец украшал пухленькие щечки. Девушка вытянула руку вперед и продемонстрировала красный браслет на запястье. - Безоговорочно прошла! Будущий маг Огня. А ты?
   Я с сомнение оглядела новоявленную особу. Светло-русые волосы, ладная фигурка, рост средний. Она напоминала одну из тех милых горожанок, что по утрам собирали цветы в маленьком миленьком садике на заднем дворе и расставляли в миниатюрных вазочках по всему дому. Зарывшись в глубины памяти я попыталась найти кого-то знакомого, соответствующего ее облику. Пустота. Эту девушку я не знала.
   Десятисекундное молчание нисколько не смутило адептку. С новой волной радостных эмоций она сообщила:
   - Ой, я не представилась. Араника Зелле. Желаю удачи при поступлении!
   О, мы незнакомы. Слава Свету!
   Правильно представиться мне удалось только со второго раза. Язык совершенно отказывался от непривычного псевдонима. Хах.
   - Желаю удачи в обучении, - с горем пополам выдавила я, после чего тут же спохватилась: - А разве решение о зачислении проходит так быстро? Мне говорили, что отбор идет в несколько этапов.
   Асбер так сказал. Запугивал что ли? У меня на руках всего несколько заполненных бланков. Все что я знала об Академии заключалось в этих документах или было подслушано в Канцелярии. Параллельная память молчала о подробностях поступления.
   - О, ты не из столицы? - На светлом лице отразилось неподдельное удивление. - Я же видела тебя в телепортационном зале вместе с мэтром Лобелом.
   Действительно. Меня так стремились поскорее вышвырнуть из Канцелярии, что сразу после допроса отправили к мэтру домой. Никаких проволочек, долгих очередей и огромной стопки бумаг. Данар Асбер чуть ли не силком выволок меня из комнаты-камеры и отправил вслед за магом. Особого человеколюбия за данаром я не заметила, как и внезапно вспыхнувшей добродетели. Какие бы интриги не плелись между Канцелярией и Инквизицией (или Академией?), почему-то последним было жизненно важно не позволить мне оказаться в казематах первых.
   В Иксми, - как называли Академию представители магического общества, - я отправилась не сразу. Сначала мне дали несколько часов на приведение себя в порядок и кратковременный сон. Все это происходило в личной резиденции мэтра Лобела, что, собственно, ни коим образом не снижало степень неловкости. Горячая вода, чистая одежда, расческа и сорокапятиминутный сон, вернули в меня немного жизни и позволили оценить всю степень усталости, что произошла со мной за последние сутки.
   В сундуках господина мага обнаружилось вполне приличное платье, которое с помощью трех служанок пришлось мне в пору. И даже смотрелось на мне не слишком убого, пробудись я в этом мире лет сорок назад. Это кстати подсказала не память моей предшественницы, а данар Асбер. Он припомнил, что в чем-то подобном его мать ходила в свой первый день поступления в Иксми. Я не смогла промолчать, и поинтересовалось, почему же вечером она решила оставить его в покоях метра Лобела. К счастью, спросила я это не прямо в лицо полудемона, а у своего собственного отражения, когда приводила свои рыжие лохмы в порядок. Возможно, это спасло мне жизнь.
   И, да. Я рыжая.
   Несколько десятков поколений, чистейшая родословная, сильная кровь, и все катится в Нижние миры из-за одного Стража Солнца за которого я вышла замуж (технически не я, а девушка, в чьем теле я уснула). Раз за разом я перерождалась в собственном роду, при этом сохраняя однотипную внешность: черноволосая, бледноликая, синеглазая, рост выше среднего и лунное безумие в придачу. А тут, здравствуйте! Отмываю я спутанные и слипшиеся от грязи волосы, и выясняю, что магия Геллиофрея дала сбой. Медные кудри (почему вы лохматитесь и не расчесываетесь?!), лицо в веснушках, и проклятые карие глаза. Этакая мужская версия человека, за которого я когда-то позволила выйти себе замуж.
   Блеск!
   - Спрашивала у него дорогу, - ответила я.
   - Оу-у-у, - немного разочарованно протянула Араника. - Мне показалось... А, неважно. - Она стрельнула глазками по сторонам, выискивая подходящий повод завершить беседу. Но конец разговора в мои намерения уже не входил.
   - Так что с испытаниями? - напомнила я.
   - Испытаниями? Ах, верно. Испытания проходят только те, чей дар недостаточно чист. Сильный дар определяют сразу.
   Нечистый дар в мире демонов - это плохо? Вы должно быть надо мной издеваетесь!
   Возможно, возмущение слишком ярко отразилось на моем лице, поскольку девушка решила пояснить.
   - Мы ведь не равны. Чей-то дар сильнее, чей-то слабее. У кого-то он раскрылся в полной мере, у кого-то нет. Испытания нужны, чтобы отличить слабого от незрелого. Определить, кто уже достиг своего предела, а кому требуются особые условия. Кто управляет одной Стихией, а кто способен приручить несколько.
   Звучало, как памфлет из брошюрки государственной пропаганды. Но звучало правдоподобно и уверенно.
   - Они должны знать, на что мы способны, - продолжала Араника, вдохновившись собственной речью. - Кто мы такие и чего можем достичь. Только здесь нас смогут оценить по достоинству. Я буду рада продолжению нашего общения, когда ты поступишь. Если ты конечно здесь ради учебы, а не из этих.
   Адепка кивнула в сторону щебечущей стайки девиц и скорчила неприязненное лицо. Чем ей не понравилась милая группка беззаботных абитуриенток, помимо того, что они создавали еще больше шума в зале, я поняла не сразу. Шуршащие порчей платья и высокие прически были явным перебором как для раннего утра, так и для поступления в Академию. Обычные охотницы за знатными мужьями. Такие отсеивались либо на третьем курсе, удачно выскочив замуж, либо с отличием заканчивали учебное заведение и выбирали лучшие места для стажировки, после которой опять же уходили под венец. В любом случае, они редко становились конкурентками на рабочие места, поэтому свою возможную ненависть в их отношении я решила приберечь для кого-нибудь поинтересней.
   - Я не из этих, - успокоила я новую знакомую. - Я из тех, у кого выбор между учебой и каторжными работами.
   Если в первый момент Араника показалась мне слегка надоедливой, но возможной кандидатурой на роль будущей подруги, то теперь эта мысль была отброшена очень далеко. Если я смогу пройти испытания, то меня ждет шесть лет учебы полной ненависти, косых взглядов и предвзятого отношения. А такое легче переносить заранее заручившись поддержкой и обеспечив надежные тылы. Руми Зелле на эту должность никак не тянула. Ничего личного, дорогая.
   - Что? - девушка вернула сове внимание обратно мне.
   - Ага. Посадить не смогли, я несовершеннолетняя. Так что, я здесь, вроде как, под академическим арестом. Это если пройду. Если нет, то под опеку и наверняка в шахты. Поэтом, будь уверена, за учебу я возьмусь серьезно. - Я цокнула языком и подмигнула.
   Возможно я слишком рано начала выстраивать себе ряды из будущих ненавистников и стоило бы подождать слухов, и как-то попытаться спрятать свое прошлое. Но, какого демона? Зачем оттягивать неизбежное? Того и гляди первый год испорчу скукой. Если не потороплюсь с выбором будущих врагов, кто попало достанется.
   - О? Ой! Да, конечно. - Девушка заметно побледнела и даже сделала шаг назад. - Ну, я пойду. Еще раз, удачи. - Она развернулась на каблучках и удерживая себя от бега, быстро зашагала к выходу.
   Мое настроение заметно подскочило вверх.
   Однажды я разберусь, почему подобные вещи меня так сильно радуют.
   Уставшая, невыспавшаяся, с больной ногой, в одежде с чужого плеча, кое-как уложенными волосами, без единой монетки в кармане (до поступления) и с очень мрачными перспективами, но я все еще могла позволить моральные издевательства над другими. Кто сказал, что удовольствия должны дорого стоить? Впрочем, вспышка радости мелькнула и пропала. Видимо, несколько жизней подряд в образе посланника Света накладывают на душу некоторый отпечаток совести. Уже через минуту я вновь погрузилась в тяжкие раздумья.
   Я пробудилась.
   Снова.
   Почти триста лет спустя.
   Давайте разберемся сразу. Я отличаюсь от других людей. Сильно. Очень сильно. Нет так, что у меня хвост под платьем, рога под копной волос, а великая пифия глаголила пророчество о моем пришествие на восьмой парад Планет. Я вполне себе человек. У меня нет особого дара к магическим искусствам. Стихии обошли мою кандидатуру стороной. Я не владела неизвестной миру магией, не обладала семейными реликвиями, не превращалась в свой тотем (и даже не имела такового). Я даже не пропавшая любимая племянница свергнутого Императора. Я проверяла, правда.
   Несколько раз.
   Больше, чем несколько раз.
   От других людей меня отличало то, что родилась я более тысячи лет назад. И сразу нет, я не бессмертная и тайну вечной молодости не знаю. Однажды я поучаствовала в эксперименте одного гениального ученого, Калеба Геллиофрея. С тех пор, умирая, я вновь возвращаюсь к жизни. В другом теле и в другом веке. Я пробуждаюсь в теле девушки из своего рода, достигшей полового созревания. Буквально в прошлой жизни, меня настигло озарение, что я вовсе не какой-то паразит-подселенец, павший проклятьем на семью Фольмуд. Я перерождаюсь точно так же, как и остальные (скорее всего, я же не Свет и Тьма, чтобы знать тонкости мироздания наверняка), но благодаря созданному Калебом артефакту, что зовется Дневником, ко мне возвращаются воспоминания о прошлых жизнях.
   Хах, все-таки у меня есть могущественная семейная реликвия.
   Кто я - та первая душа или же сгусток памяти, до сих пор остается под вопросом. Но в прошлой жизни я решила прервать порочный круг и избавится от тяжкого бремени. Я сделала для этого все возможное. И что же теперь? Я вновь в юном теле, но в какой-то исковерканной реальности, где миром правят демоны, а люди лишены доступа к той единственной магии, что могла их защитить. И да, я понятия не имею, где мой Дневник и почему пробудилась, хотя мое существование было буквально стерто со страниц жизни.
   Итак, я пробудилась, хотя и не должна была. Без Дневника и с кучей проблем параллельного существования. Пока во мне доминировала более сильная личность (я!), но очень скоро она и та, что была раньше. вступят в конфликт. И появится нечто новое. С эмоциями подростка, за родителями которого охотятся демоны, опытом двухсотлетнего мага (так себе мага, если честно), периодически промышляющего убийствами (это всего в одной жизни было), и озлобленностью посланника Света, которому не удалось красиво и окончательно обставить собственное самоубийство. Что я еще забыла? Ах да, где-то там была усталая женщина, что уничтожила любовь всей своей жизни и предпочла себя убить, лишь бы не влюбляться вновь.
   Удачи нам всем.
   Вот она, кто я.
   - Кто вы?
   - Что?
   - Я спросил, кто вы? - парень в очках, пробежался по списку с именами и вновь вернулся к первому листку.
   Я стояла в небольшой комнатке, где адепты старших курсов выдавали абитуриентом номерки и отправляли в одну из трех дверей у задней стены. Здесь присутствовало заметно больше волнения, чем в зале, где толпилось народ.
   - Китра Латер, - повторила я. - Ищите в самом конце приписку карандашом. Я уверена, что есть в списках.
   - Ну раз вы уверены, - протянул парень. На полноценное хамство его не хватило, поскольку весь его вид сообщал о том, что встал он не раньше чем полчаса назад, а лег примерно во столько же, во сколько я. - Нет здесь никакой Китры Латер.
   - Дай-ка сюда. - Я выдернула стопку листков и быстро перелистала их до конца. - Да вот же! - ткнула я пальцем в свое имя, выведенное корявым почерком на полях.
   - Это Китра Клоу.
   Проклятье! Триста лет назад я вышла замуж и теперь эта фамилия будет преследовать меня вечность.
   - Клоу, точно. Это я.
   Адепт одарил меня скептическим взглядом, но придираться не стал. Всучил к моему вороху бумажек еще несколько листков и указал на третью дверь.
   Сердечко заколотилось с удвоенной скоростью. Были за моими плечами Школы и Академии магии, но там я вовсе не переживала при поступлении. Я предпочитала платные, максимально платные факультеты, чтобы от меня было сложнее избавиться. Характер мой вовсе не золотой, и пускай я обожала читать книги, к учебе это никак не относилось. Я любила спать, есть и выпивать, а это никогда не вписывалось в основную программу любого учебного заведения. Теперь же, от моих способностей зависела моя жизнь. Если не поступлю - пропаду в Канцелярии. Тогда точно не смогу выяснить, где мой Дневник и какого демона я вновь пробудилась.
   За дверью оказался коридор. Пугающе длинный, почти бесконечный и темный, в лучших традициях подземных катакомб. Ничего не подозревая, двинулась вперед. Подвох заметила не сразу. Снова погрузившись в свои мысли и стараясь отрешиться от боли в ноге (да, она все еще болела), я минут пятнадцать ничего не замечала. Просто очень-очень-очень длинный коридор. Только когда мой шаг начал напоминать прихрамывание, я проявила любопытство и оглянулась назад. Мне было интересно, видна ли дверь в которую я вошла.
   Она была видна.
   Она была в десяти метрах от меня.
   Что за бред? Я развернулась полностью и в два счета преодолела это расстояние. Дернула за ручку. Если парень с регистрации надо мной шутить вздумал, то я тоже пару болезненных анекдотов знаю.
   Дверь не поддалась.
   Я усилила напор. Результат вышел тот же.
   - Эй? Это уже начало испытания?
   Ответа не последовало.. Очередь на регистрацию двигалась быстро, а значит, в эту дверь должны были уже войти. Коридор пустовал. Вряд ли мы удачно разминулись.
   Блеск!
   Я потопталась на месте. Отошла на те же десять метров и посмотрела на документы, которые мне дал парень. Один лист сверкал белоснежной чистотой, другой поделен на четыре равных квадраты.
   Дважды блеск!
   - А лимит по времени есть? - в никуда спросила я.
   Скорее всего, есть. Всегда есть.
   Я встала лицом к двери, спиной к коридору. Медленно начала движение назад. Дверь удалялась пропорционально моим шагам. Кажется, получилось. Хах! Знай наших! Пространственные заклинания всегда дают сбои.
   Мои шаги стали бодрее, я почти неслась назад, когда врезалась спиной в препятствие. Ну вот и конец!
   Я развернулась.
   Все та же дверь. Или нет?
   Я внимательно оглядела ручку, стены вокруг, расположение факелов на стенах и выщерблины на полу. Нет, та же. Я вернулась обратно. Браво, Китра, ты выяснила, что здесь работают не идиоты.
   На всякий случай я подергала ручку еще раз и даже немного поковырялась в замочной скважине шпилькой. Результат вышел тот же. А шпилька сломалась. В порыве злости я пнула дверь здоровой ногой. Аккуратно пнула, так, что бы потом не прихрамывать на обе.
   - Из всех дверей мне досталась та, что не умеет открываться! - возмутилась я.
   Дверь возмутилась в ответ. То есть, она вспыхнула огнем, полыхнув на меня жарким пламенем. Я взвизгнула и отскочила назад. Огонь потянулся следом.
   Гореть было нечему. Дверь не могла дать столько пищи огню, как, собственно, и стены. Но они горели. И воздух передо мной горел. Языки пламени поползли по полу, потолку и стенам. Огонь двигался медленной живой стеной. Я стояла на месте и смотрела, как неотвратимо приближается одна из опаснейших Стихий. Я застыла. Не могла бежать. Странное пространственное заклинание не позволило бы мне сдвинуться с места. Двигаться спиной назад - верный способ оказаться сразу в огне. Все что мне оставалось - это удерживать свое тело от панического бега и лихорадочно думать.
   Трижды блеск!
  
  

Глава 4

  
   Отношение с огнем у меня всегда складывалось своеобразно. С одной стороны, это одна из тех Стихий, что имела хоть что-то общее с моей собственной магией, с другой стороны, у нее имелись ко мне свои личные счеты. Это означало, что я могла складывать кое-какие заклинания с ее участием, как и то, что они потом запросто выходили из-под контроля. Три раза я себя чуть не сжигала заживо, и это только за прошлую жизнь. Не так давно открылся счет уже в этой жизни. Минувшей ночью!
   - В чем я перед тобой провинилась? - пробормотала я подбирающемуся к ногам пламени.
   Так, думай Китра. Огонь - часть испытания. Значит, причинить особого вреда не сможет. Наверное. Кто знает, что за законы в демоническом мире? Может на факультативах они тренируются в ритуальных жертвоприношениях? Ощущение жара казалось вполне реальным. Огонь явно магический, иначе не смог бы так спокойно ползти по коридору. Для такой свободы действия ему требуются нити силы. Много нитей. Ими должен быть опутан весь коридор. И огонь находится под чьим-то контролем. Не только для того для того, чтобы сохранить мою жизнь, но и чтобы удержать пламя от быстрого распространения.
   Я прижала ладонь к стене. Холодная. Жар исходил только от алых языков опасной Стихии. Она тянулась ко мне. Обжигала. Я попыталась сосредоточится на внутреннем магическом зрении. Крупная дрожь била тело, а внутренний голос утверждал, что оставаться на месте подобно самоубийству. Пульс подскочил к самому горлу, а рецепторы тела настолько обострились, что утверждали, будто я уже горю.
   Дисциплина ума и дисциплина тела - залог успеха любого мага, - пыталась напомнить я себе, вчитываясь в структуру нитей. Плетения не отличались особой сложностью. Еще восемь часов назад, я сама провернула нечто подобное со старым алтарем. Но обратить заклинание вспять - не тоже самое, что активировать его. Без большого бум-ба-бах создавать такое я не умела. А быть погребенной под камнями, кирпичами и балками не улыбалось. Как и сгореть заживо.
   Чтобы не допустить распространения пожара, люди копают минерализованные полосы. Выстраивают подобие барьера на пути движения огня. Что если не давать огню подпитки в виде нитей? Коль пламя идет по ним, всего лишь требуется оборвать путь. Как с пентаграммой. Сотри один символ и волшебство исчезнет. Круг не замкнется. Заклинание не сработает.
   Язычок пламени лизнул мой палец. Обжигающая боль запульсировала по фаланге. Насильно удерживая руку на месте я потянулась к структуре плетения, вшитой в сетну.
   Рвать нити - работа тонкая. Нельзя рубить магией, как топором. Так можно обрушить на себя всю стену и лишиться половины резерва в довесок. В юном теле резерв гибок как глина. Пока возраст и опыт не обожгут его в печи тренировок и нагрузок - лепи что хочешь. Но как только сосуд сформируется, назад не вернешь. Надо правильно формировать резерв. Хорошо, когда рядом есть мудрый наставник, а не стена огня.
   Я потянулась к Свету. Представив светящийся лучик (простейшее плетение) и закрепив его толикой силы, принялась обрывать нити. Высчитывая каждое движение, чтобы не повредить собственному источнику силы, я радовалась, что никто не закрепил эти нити специальной зашитой. Это старые нити, как на пятисотлетних алтарях, легко воспламенять одним взмахом. Новые же и крепкие, так легко не уничтожить.
   Разве для первого испытания это не через чур? Или так только мне кажется? Что если истинным носителям Стихий такие тесты пройти - раз плюнуть? А я тут изощряюсь с тонкими материями Света, который, между прочим, должна держать в секрете!
   Очертив квадрат, контуры которого проходили по стенам, потолку и полу, я методично разрезала плетение. Так быстро, как могла. Подгоняемая страхом и иллюзорной (надеюсь!) болью. Когда последняя нить пала, я пустила несколько импульсов по собственной руке, чтобы запустить процесс регенерации. Контроль над телом - это хорошо, но если постоянно игнорировать болезнь, она тебя таки добьет.
   - Фух! - вытерла я выступившую на лбу испарину.
   Когда открыла глаза, огонь отступал назад. Вот так! С одной Стихией покончено. С двумя, если считать пространственное искривление, присущее Земле. Помимо огня, коридор опутывало много нитей. Если так можно справиться со всеми Стихиями, то...
   Додумать мысль я не успела. Мощная сила сдавила меня со всех сторон и оторвала от пола. Я словно попала в невесомость. Невесомость, заполненную водой. Я сжала губы и запретила себе дышать. Волны укачивали ласково, как мать новорожденного. Вода не была холодной или горячей, она точно соответствовала температуру тела. Целую секунду я пребывала в искусственно созданном спокойствии.
   Все техники замедленного сердцебиения, способные даровать лишние минуты без воздуха, вылетели из головы вместе с неожиданным ударом. Меня резко швырнуло об одну стену, потом о другую. Возможно это были потолок с полом. Мир завертелся перед глазами не забывая отвешивать тумаки. Удары выходили сильными, но почти не причиняли боли. Она тут была ни к чему. Главная цель - дезориентация. Я едва успевала разобраться, куда меня несет и вовремя группироваться.
   Мне требовался воздух.
   Срочно.
   Прямо сейчас!
   Я не видела потолка. Верх, низ, право, лево, - смешалась все, завертелось в круговороте, с размахом впечатало в стенку. Я отчаянно нуждалась в кислороде. Легкие начали гореть. Когда в очередной раз поток подхватил меня и поволок для удара, я подтянула коленки к груди. Собрав последние силы, истощенные круговоротом и недостатком воздуха, я оттолкнулась ногами от поверхности в которую должна была врезаться. Рывок вышел неуклюжим. Смазанным. Без должной скорости, но я вырвалась! Вынырнула на покачивающуюся поверхность, чуть не ударившись макушкой о потолок. Места оказалось ровно столько, чтобы держать голову над водой.
   Я сделала жадный глоток воздуха. Но не получила его. Я пыталась заглотнуть немного жизни, но легкие казалось работали вхолостую. В этом воздухе не было кислорода! В последней попытке спастись я потянулась к Свету, но он ни чем не мог помочь. Темнота подступила быстрее, чем магия успела откликнуться.
   Все исчезло.
  
  
   Было тепло и уютно. Приятно пахло свежими специями. Кто-то гладил меня по волосам. Мерные движения успокаивали. Почти убаюкивали. Я чувствовала всепроникающие лучи света, исходящие откуда-то сверху. Я не задыхалась, не ощущала боли, сердце не выскакивало из груди, а тело не колотило в болезненных спазмах. Мне было по-настоящему хорошо. Такое случается с людьми люди у которых нет проблем с поступлением в Иксми, Стихиями, данарами и неправильным пробуждением. В общем, не со мной.
   Есть о чем задуматься, верно?
   Я заворочалась. Попробовала отмахнуться от незнакомых рук и попыталась привстать. Простые движения дались ценой головокружения, что вполне соответствовало моему обычному состоянию. После недолгого сопротивления голова вновь оказалась на чьих-то коленях. Прохладная ладонь легла мне на лоб и, вместо белого потолка, я увидела лицо молодого человека. Он начал наклоняться. В какой-то дурной момент мне показалось, что он собирается меня поцеловать. Но нет, он всего лишь прошептал мне на ухо:
   - Все хорошо, Эвелин. Тебе нечего бояться. Ты в безопасности.
   Какая еще Эвелин?
   Ах, да...
   - Угу. - Когда взгляд смог нормально сфокусироваться на лице дарителя света, у меня на губах невольно расплылась глупая улыбка.
   Эвелин, - личность возрастом в семнадцать годков, - знала этого парня. Несколько воспоминаний вспышками пронеслись перед глазами. Что-то из детства: о светлоликом мальчике. Добром и учтивом. Одним из немногих, кто не чурался смутной истории происхождения Эвелин. О его кристально-чистых, наравне со сталью высшей пробы, глаз. Перебираемых ветром пшеничных прядях, теплого, летнего оттенка, с привкусом свежеиспеченного домашнего яблочного пирога.
   Три года назад он покинул родное поместье, отправившись подтвердить свой статус мага. Поступил в Академию. С тех пор я-она ни разу его не видела. В последние недели перед отъездом он как-то изменился. Может тому стала пробудившаяся Стихия - магия влияет на характер людей сильнее, чем они думают. Так или иначе, но с момента отъезда будущего мага, мне не пришло от него ни единой весточки. Я смутно помнила прощание. Быстрое и скомканное. Следующие несколько лун я рыдала в подушку. На те несколько лет в разлуке легла густая, гнетущая тень отчаянья.
   А теперь он здесь. Вот так близко. Улыбается.
   - Дэн! - имя легко всплыло из глубин памяти. - Что тут делаешь?
   Сердце учащенно забилось. Лицо вспыхнуло краской. В этот раз улыбка дернулась в нервной судороге. Было что-то ужасно смущающие в том, что я лежу на диване, моя голова у него на коленях, а руки трогают мои волосы. И одновременно радостно. По-настоящему так. Без всяких "но" и лишних оговорок. Как будто это влюбленность. Та, что самая светлая, чистая, наивная, всепрощающая, с розовыми сердечками, бабочками и птичками. Первая.
   Проклятье, вот вляпалась!
   - Тише, - его голос мне нравился. Уверенный. Сильный. - Они не должны узнать, что мы знакомы.
   Дэн отклонился назад. Я силой вынудила себя подавить разочарованный вздох. Влюбленность влюбленностью, но Эвелин в любви еще не признавалась. Во-первых, это не моя любовь, а во-вторых, это очень тайная первая любовь и лучше держаться от нее подальше!
   Парень помог мне подняться и теперь я могла нормально осмотреться. Это был огромный зал. Нас окружали огромные колонны, между которыми расположились диванчики. Если мысленно поделить зал на четыре сектора, то каждый из них по обстановке попадал под воплощение одной из Стихий. Лианами, цветами, деревьями в кадках, расписными коврами на полу, мягкими подушечками с цветными кисточками на концах и самым настоящим живым газоном, радовала глаз часть отведенная Земле. На откуп Воде достались живописные фонтаны и... клянусь, это был самый настоящий водопад. Он спускался с потолка, словно напрямую шел из портала из какой-то другой местности, и разбивался громадными всплесками о пол, разливаясь своеобразной границей тонкого слоя воды. Излишки исчезали в неизвестности. Просто водопад посреди зала. Из ниоткуда в никуда.
   Вот так выглядит настоящая стихийная магия без атакующих и защитных заклинаний. Обычная дикая природа, разбившая себе небольшое угодье посреди Академии.
   Со стороны Воздуха доносились звуки колокольчиков - это игрались ловцы ветра.. Все находилось в постоянном движении. Раскачивалась качели - одни из тех, что сделаны в виде садовых диванчиков и увитых ажурным плетением белого металла. Разноцветные бумажные бабочки вздымали вверх яркой радугой и рассыпались блестящим звездопадом. На чем-то похожем на маленький заборчик из штакетника, стояли бумажные вертушки, вопреки всем законам природы, крутившиеся в разные стороны. Диваны находились на возвышении, а в центре части зала Воздуха проглядывала пентаграмма. Схожие символы мне доводилось видеть на левитационных платформах.
   Что касается территории Огня, она напоминала филиал одного из кругов Нижнего мира. Естественно, что здесь преобладали желто-красные оттенки. В некоторые колонны вмонтировали камины. В них во всю полыхал огонь, без какого-либо намека на дрова или иное топливо. Не нуждался он и в полых колоннах для вывода угарного газа, так что это было сделано скорее для красоты, чем по необходимости. Сама по себе Стихия Огня имела некоторые отличия от младшего брата - огня обыкновенного, рукотворного человеком. Она жила по другим законам.
   Под красными коврами проглядывал черный мрамор, что делало его схожим с поселением у извергающегося вулкана: красивая мебель на маленьких островках сгоревшей суши, а вокруг прожилки кипящей лавы. Общая атмосфера - за пять минут до полного краха. Праздник во время Конца Света.
   На одном из таких островков, среди мягких подушек, сидели мы с Дэном. У наших ног резвился живой огонь. Он не выходил за рамки своего плетения, заключенного в пентаграмму, и довольствовался стреляющим искрами черным углем. Судя по его поведению, Дэн ему нравился больше, чем я.
   - Это зал Восстановления сил, - пояснил Дэн. - Когда адептам требуется пополнить свой резерв, помедитировать или отдохнуть, они идут сюда. Во время экзаменов это место также является пунктом оказания первой медицинской помощи пострадавшим.
   Я уставилась на раскрасневшиеся угли костра. Потрескивали они весьма угрожающе. Никакого дружелюбия и желания помочь. Огонь знал, что никакой я не его адепт, а обычная обманщица.
   - Вот, выпей. - Он протянул мне кубок и помог сделать глоток. Вязкая жидкость сразу ударила в голову. Я недоверчиво прищурилась. Бордовый напиток был налит из узкого сосуда посередине стола. Они стояли везде на территории Огня.
   Я все-таки уточнила:
   - Вино?
   - Только для магов Огня. - Парень убрал кубок обратно не стол. - По Уставу Иксми вам разрешено употребление некоторых видов напитков, помогающих восстановить силы. Вино в их числе.
   Звучало дико, очень нездорово и невероятно безумно. Если бы не серьезное выражение лица Дэна, решила бы, что он надо мной так подшучивает. Хех, теперь ясно, почему все стремятся попасть в Академию. Было бы подобное в предыдущих учебных заведениях из моих прошлых жизней, я бы их любила больше. Лучшая мотивация для поступления и дальнейшего обучения.
   Это с одной стороны. А с другой, я могла оценить видимое и тайное влияние империи демонов. Поблажка только для огненных. Невидимое возвышение их над остальными. Огневики всегда считались лучшими среди боевых магов. Сильнейшие атакующие заклинания принадлежали их породе. Из них формировали военную элиту (за неимением последователей Солнца, которые исчезли вместе с магами Света). Вполне разумно отделить их от остальных стихийников. И не просто отправить их в отдельную школу. Империя придумала иной вариант. Проявлять к ним чуть больше симпатии, чтобы тем самым вызвать ненависть и справедливое возмущение у других представителей магии. Разделяй и властвуй.
   Итак, здравствуй дополнительная порция чьего-то недовольства. Впрочем, с бокалам вина я переживу это гораздо спокойней.
   - Как ты себя чувствуешь?
   - Л-луше, - совладать с голосом не получалось и он жалко подрагивал. Присутствие рядом "любви всей жизни" травмировало сильнее, чем жестокое испытание. - Что произошло? Я прошла тест? Меня приняли?
   Он пожал плечами. Теперь я могла видеть, как хорошо на нем сидит бледно-голубая ученическая мантия. Парень определенно знал, как правильно ее носить. Мне-то известно, что надо постараться, чтобы не выглядеть в униформе как чучело.
   - Поскольку ты в зоне Огня, полагаю ты прошла. Но с поздравлениями спешить не стану. Наверняка-то не знаю. Я здесь в качестве помощи для пострадавших, - Дэн взглядом указал на другую часть зала. - Нас несколько десятков. В основном, все старосты своих курсов. Тебе должен был помочь кто-то из огневиков, но-о-о... все внезапно оказались заняты чем-то более важным.
   Он многозначительно выделил последнее слово "внезапно", не оставив никаких сомнений, что присутствующих успели предупредить, что я - нежеланная персона в Академии. Это было немного странно, ведь меня в нее притащили почти насильно. Или в Иксми двоевластие или меня хотят морально подавить. Решу позже.
   Костер пытался дотянуться до моих ног и попробовать их на вкус. К счастью, пентаграмма хорошо сдерживала его желания.
   - Тогда ты тоже иди, - я попыталась произнеси эту фразу без излишней драмы, но гормоны бушевали на пару с эмоциями.
   Пламя огня призывно изогнулось и с новой силой ударилось о границу пентаграммы, в результате чего соскочило со своего плетение, ненадолго потеряв форму. Снова собралось в центре и вытянулось вверх. Кажется, Стихия и правда желала познакомиться.
   - Эвелин, - проклятье, как же красиво звучало это имя, когда он его произносил! - Я не уйду, пока не буду уверен, что ты сможешь подпитаться от своего источника.
   Благородство уровня Стража Солнца. Только не зря они все исчезли. Стражей не осталось. Это я знала не из памяти Эвелины - она вообще мало что знала о магии. Все просто. Если нет магии Света, то и магии Солнца и Луны тоже нет, как и многих прочих ответвлений.
   Я посмотрела на огонь, который стал казаться более дружелюбным, чем пять минут назад, потом на несколько шепчущихся неподалеку адептов, и решительно отодвинулась от Дэна в сторону.
   - Я справлюсь.
   Больше он спорить не стал. Улыбнулся своей приятной улыбкой и уже собрался уходить, но я остановила его в последнюю секунду. Адепт успел пройти несколько шагов и костер оказался между нами. Вверх подлетел и вспыхнул целый сноп искр, почти сразу рассыпаясь пеплом.
   - Дэн, - сказала я, радуясь, что это небольшое расстояние дает возможность взять себя в руки, - не называй меня Эвелин. Я поступила в Академию под своим вторым именем.
   - Вторым? - он был явно озадачен. Хотя чему удивляться? Откуда ему помнить полное имя девочки-подростка, которую едва знал? - Лина? - предположил адепт.
   - Китра. Китра Лате-э-э-энет, Клоу. Китра Клоу. Так сразу к этому и не привыкнешь, - нервно хихикнула я и тут же пожалела об этом. Что-то после сказанных слов изменилось. По дружелюбной атмосфере в которой мы должны были расстаться поползла трещина. Даже огонь на мгновение замер, уловив тонкую перемену настроений.
   Я испугалась. Что я сказала не так? Дело в имени? Фамилии? Прошло триста лет с тех пор, как я жила в последний раз. Кто меня может помнить? Кто меня может узнать в новой дурацкой внешности? Или дело в чем-то еще?
   - Китра Клоу? - повторил Дэн. Я попыталась уловить в его голосе подозрительную интонацию или угадать ту эмоцию, что мелькнула в его глазах, но была искажена красными отблесками огня. Ничего. Полная блокировка информации. Он отгородился от меня. Я теряла единственного возможного союзника.
   - Я что-то не так сказала?
   - Нет-нет. Просто такое странное имя. Никогда раньше не слышал. Пожалуй, я предпочел бы называть тебя Линой, - он как-то неловко усмехнулся.
   - Но ее зовут Китра.
   На этот голос обернулись мы оба. Данар Асбер подошел со стороны территории Воды. Темно-зеленая униформа младшего учителя Иксми смотрелась на нем странно. Костюм "тройка" простого кроя и однотонный плащ. В новой одежде следопыт больше не выглядел разбойником с большой дороги, но вот едкий привкус клубящейся тьмы никуда не делся. Чем бы ни занимался Асбер после расставания со мной, это был явно не сон.
   - Простите, я вас не узнаю. - Дэн выглядел так же удивленно, как и я. В его глазах не было ни малейшего понимания. Видимо, в этой форме Асбер присутствовал впервые. - Я адепт Воздуха, Кам...
   - Неважно, - перебил его данар. - Но раз уж вы адепт Воздуха, почему бы вам не отправиться в зону под началом вашей Стихии? - Голос Асбера был предельно сдержан, но чувствовалось, что он крайне раздражен. Еще бы, недосып мало кому идет на пользу. В отличии от меня, этого данара никто по головке не гладил.
   Дэн перевел взгляд с Асбера на меня, потом вернулся обратно, чуть нахмурился, но все-таки кивнул, прощаясь:
   - Клоу, данар.
   Я подняла руку, чтобы помахать в ответ, но парень развернулся и направился в сторону своей части зала.
   Он назвал меня по фамилии...
   Я молча провожала взглядом колыхающуюся голубую мантию.
   Что и как я испортила?!
   - Он солгал, - Асбер бесцеремонно плюхнулся рядом со мной на диванчик. Закинул ногу на ногу, откинулся на подушки и прикрыл глаза ладонью, пряча их от яркого света. Я недовольно фыркнула, но комментировать его действия не стала.
   - В чем солгал? - не то что бы я собиралась верить данару больше, чем парню, которого знало мое альтер-эго три года назад, но все же.
   - Во всем, что тебя касается. - Он говорил не отнимая руки от глаз. - Но вот твое новое имя. Тут он побил все рекорды.
   Под ложечкой нехорошо засосало.
   - Ты можешь распознавать, когда люди врут?
   Теперь он смотрел прямо на меня.
   - Каждое слово, - подтвердил Асбер.
   - Врешь.
   - Вру. И он тоже.
  
  

Глава 5

  
  
   Казалось бы, прожитые годы должны были отучить меня краснеть, смущаться и чувствовать себя неловко, но нет. Каждая новая жизнь вносила свой уникальный окрас в спектр эмоций. Мне еще предстояло приучить свое тело к новым реакциям.
   - Та-а-к, я прошла? - я пошевелила ранее подвернутой ногой. Связки побаливали. Я перетрудила стопу во время беготни в бесконечном коридоре. Благодаря мази, выданной мэтром Лобелом, через пару дней боль исчезнет совсем. Благодаря пульсирующей магии Света, что сейчас сконцентрировалась в очаге боли, нога станет здоровой к завтрашнему утру.
   - Есть другие предположения, почему ты здесь? - Без особого сарказма уточнил Асбер. Заложив руки за голову и откинувшись на подушки, он наблюдал за извивающимся кончиком огня. - Или ждала официального приветствия ректора и парада в свою честь.
   - Не ждала, - я подтянула к себе колени, обхватила их и тоже уставилась на огонь. Пополнить от него свой резерв у меня нет ни шанса, но сделать вид, что пытаюсь - обязана. - А вот от чего-то официального не отказалась бы.
   - Документы тебе на что?
   Я посмотрела на бумаги в своей руке. Все верно, я так и сжимала их с самого начала испытания. Они прошли землю, огонь, воду и воздух вместе со мной. Они должны были вымокнуть, порваться, помяться или сделать хоть что-нибудь из перечисленного, но документы продолжали выглядеть так, словно мне их только что выдали.
   Один из листков, который раньше пустовал, заполнился длинными столбиками цифр. Приглядевшись, разобрала несколько вычислительных формул. В конце стояла сноска, которая настоятельно рекомендовала никому не показывать расчеты. На втором листе стоял штамп "ПРИНЯТА". На расчерченных клетках выстроились графики, отображающие мою предрасположенность к Стихиям. Огонь держал достойную шестерку. Если эта оценка не из сотни, то я весьма неплоха. Земле досталась тройка. Вода получила один балл. Воздух ушел в минуса.
   Вот так определяют дар адепта? Это что, шутка такая?
   Кажется, я возмутилась вслух, потому что Асбер оторвался от увлекательного разглядывания костерка в пентаграмме.
   - Опять же, а ты на что рассчитывала?
   - Что бородатый дядечка подержит меня за ручки и мистическим образом почувствует во мне дар! В этом больше смысла, чем когда на тебя насылают Стихии, чтобы посмотреть, как ты с ними справишься. Выходит, кто половчее, тот и маг? А если сглупил в первую минуту, то отправляешься домой с позорным клеймом "пустышка"? Это невероятно необъективный тест, который абсолютно ничего не показывает!
   Конечно я была возмущена. Если тест на дар выглядит так, то вся история об избранности стихийников пустой пшик!
   Асбер выглядел озадаченным.
   - Тебе что, никто не рассказывал, как проходят испытания на принадлежность к Стихии?
   Я покачала головой. Когда-то я спрашивала у Калеба про дар, на что он ответил "Нет и не надейся". Этого хватило, чтобы не лезть к истинным магам с дальнейшими расспросами.
   - Если бы в тебе не текла магия, ты бы не смогла открыть дверь на которую указал адепт в приемной. Дальше ты по очереди столкнулась с каждой из Стихий. Те, что были к тебе благосклонны, позволили с собой справиться.
   Если с первым все стало понятно, - магия Света позволила мне открыть дверь, - то второе объяснение было воспринято мной с особой долей скептицизма.
   - У меня не было шансов против Воздуха. Ни у кого бы не было! Как его вообще пройти можно? Его реально кто-то проходил? - я перебирала в уме варианты, но фантазия пасовала. - Пространственные искажения Земли решаются легко, отсутствие воздуха решается никак.
   Голос Асбера звучал небрежно и несколько утомленно. Было похоже, что ему и раньше приходилось объяснять подобные вещи. Значит, для следопыта Инквизитора это вполне привычные обязанности. Это обнадеживало.
   - Ты поняла как справиться с испытанием только потому, что тебе пришла помощь от Стихии. Подсказка.
   - Уверена, что не слышала никаких голосов. Все решения я принимала сама, а не благодаря сверхъестественному озарению.
   Данар закатил глаза. Я начала задумываться о том, чтобы заткнуться. Вдруг я сейчас выдаю в себе неистинного мага.
   - Это только означает, что у тебя очень плохая, слабая связь с собственной Стихией. И явный конфликт с Воздухом. Он почему-то не оставил тебе ни шанса.
   Такой ответ меня не устраивал, но я понимающе кивнула. Видимо, нужно являться настоящим магом Стихии, чтобы постичь истину, что хотел втолковать Асбер. Никогда не подозревала, что стихийная магия так сильно отличается от обычной.
   - Отлично, я адепт Огня. - Проговорила я медленно, с желанием прочувствовать новый статус. Звучало жутковато. Огонь взял меня под свое покровительство, хотя мы никогда с ним не ладили. Вспомнить хоть сегодняшнюю ночь. Любое соприкосновение с магией Огня заканчивалось для меня и окружающих масштабным пожаром.
   По сути, маг Света может воспроизвести некоторые заклинания Стихий. Очень слабенькие. И угрохать на них огромное количество сил. И все это с наличием особой подготовки и использованием плетений. К примеру, я могу зажечь спичку. Для этого мне надо просчитать формулу заклинания, представить плетение, запустить по нему импульс магии и закрыть мысленный круг. А магу Огня достаточно просто захотеть, что бы спичка загорелась или же разозлиться. Тогда ближайший источник Огня сам откликнется на зов. Вот если разозлюсь я, ничего не произойдет. Свет не окутает меня сиянием, способным поразить противника. Даже не ослепит. Свет весьма скромная магия. На внезапные эмоциональные выплески не реагирует.
   - Что тебя удивляет, Китра? После ночного светопредставления, мало у кого остались сомнения в твоей Стихии.
   Угу, только это было действительно СВЕТОпредставление. С Огнем я не дружила. Но большую часть заклинаний света могла под него подделать.
   - А ты здесь зачем? - спохватилась я, что мы с Асбером вроде как не друзья. - Лично поздравить зашел?
   - Спрашиваешь! Следить за тобой. - Он оттянул край зеленой мантии и продемонстрировал мне. - За тем, как развиваются твои способности. Указать на путь истинный. Помочь справиться с ложным и ошибочным представлением мира, что сформировали в твоем сознании родители. Стать личным наставником в постижении науки демонологии и демоноведении.
   - Похоже на какое-то наказание, - не поверила я. - Причем не на мое. - Асбер вновь повернулся ко мне, чтобы смерить суровым взглядом. Я поспешила сменить тему. Данара лучше не злить, пока я точно не знаю, можно ли его убить также, как обычного человека. Все-таки он наполовину демон. Должны быть особые правила умерщвления данаров. - Так я - неблагополучный подросток?
   - Хуже. Потенциально опасный вербовщик с искаженными моральными ценностями.
   Да, это на меня похоже.
   - Зимой соберется комиссия по решению вопроса о социализации. Лучше бы тебе к тому моменту научиться правильно себя вести и успеть заручиться поддержкой.
   Настало моя очередь оценивать данара взглядом.
   - Твоей, например? - я правда постаралась произнести это без иронии.
   - Например, да.
   Наши взгляды скрестились. В зеленых глазах пролегла густая тень.
   - Зачем тебе это?
   - Я допустил ошибку. Мне ее исправлять.
   - Младший учитель - это понижение в должности?
   - Это почетная должность, - он помолчал, подбирая верные слова. - Для того, кто хочет застрять на тепленьком местечке подольше. Я в ней не нуждаюсь. Так что соберись, осознай всю бедственность положения дочери изменников и приложи усилия, чтобы заслужить мое доверие. Ты вроде достаточно умна, чтобы верно оценить ситуацию и принять правильное решение. Я не намерен застревать здесь с тобой на семь лет.
   - Что заставляет тебя думать, что я умная?
   Я не напрашивалась на еще один комплемент. Я понимала, что мне откровенно льстят, но все же хотелось знать, вкладывает ли он частичку правды в свои слова.
   - За весь разговор ты ни разу не спросила о своих родителях. О том, где они и все ли с ними в порядке. По тебе не скажешь, что ты хоть как-то встревожена их судьбой. Это хорошо. Ты вовремя сбросила их со счетов. Молодец.
   Мне как-то мгновенно поплохело. На плечи навалилась усталость. Искусственно созданная сфера эмоций, в которой я находилась, дала трещину. Чужие воспоминания хлесткой волной ударили по хрупкому костяку спокойствия. Я попыталась от них отмахнуться. Мне хватало собственной горькой памяти. Я вовсе не хотела знать, что с родней Эвелин. Должно быть ничего хорошего. Это проклятый мир демонов. Здесь ни с кем не все хорошо.
   Эти люди не в порядке. Мир болен и загибается. Присутствие Нижнего мира настолько ощутимо, что я задыхалась. Проваливалась в него. Тяжелая, вязкая энергия, пропитала стены, воздух, людей. Страшно лишний раз взглянуть на человека, и увидеть, как в нем ломается что-то очень хрупкое и невероятно важное. Понять, что это происходит с каждым человеком и, рано или поздно, доберется до всех.
   Я даже не сразу поняла, что не так. Адепты Иксми выглядели вполне обычно. Жизнерадостные, усталые, общительные, нелюдимые, суетящиеся. Такие же как везде. Одинаковые и одновременно разные. Не было присутствия страха, запуганности, гнетущей подавленности, что должны были стать основой при демоническом режиме. Студенты не ходили шеренгой с каменными лицами. Не заходились в слезах. Не жались к стеночке при виде данара. Наоборот, Асбер вызывал в них живейший интерес. И это пугало больше всего. Потому что с первого шага на порог Академии, я ощутила эманации темной магии. Той самой, что оставляет следы, после жертвоприношений. Регулярных и человеческих жертвоприношений.
   О, Свет, надеюсь, что я ошиблась.
   Демоны не приносят себе в жертву людей. Это делают сами люди, чтобы получить их милость. Молодость ценна. Она дает больше сил и возможностей. Адепты Стихий хорошо подходят как на эту роль, так и на роль палачей. Никто не должен закончить Академию с неугодными Империи демонов мыслями. Быть повязанным кровью и темной магией - лучшее доказательство лояльности. Круговая порука.
   Мое тело начала сотрясать мелкая дрожь. Вот что означала "умная" в понимании данара. Жестокая, хладнокровная, заботящаяся только о своем благополучии.
   - Я не спрашивала о родителях, потому что не ждала от тебя правды. - Злость клокочущей лавой вскипела в груди. Я резко вскочила на ноги. Языки огня отшатнулись в сторону. - Я знаю, что я здесь скорее в качестве заложницы, чем ученицы. Что ж, к трудностям мне не привыкать. Так что ищи иной способ вымолить снисхождение у своего хозяина. От меня ты помощи не дождешься!
   Я резко развернулась на каблуках и кляня свою несдержанность зашагала прочь.
   - Ты не пополнила свой резерв! - Крикнул мне вдогонку Асбер.
   - Зачем бы мне это делать? - злобно огрызнулась я. - Ненависти вполне хватает.
  
  
   Следующая наша встреча произошла только через пару дней, когда закончилось время приема абитуриентов. Списки составлены. Все студенты зачислены. Хорошей новостью стало то, что я могла поселиться в общежитие, а со дня на день получить первые откупные на свой счет (у меня появился счет!). С ценами на вещи предстояло разобраться долго и вдумчиво, но я понимала, что деньги за ближайшие полгода уйдут на покупку учебных принадлежностей и нарядов. У меня не было ничего своего! На складе выдали три формы: дневную, ночную (зачем?!) и ритуальную (о, Свет, пусть я ошибаюсь!). Другой одежды у меня не имелось. И вроде как во второй половине дня ходить в форме не принято.
   Большую часть времени в ожидании новых соседок, я провела злясь на данара. Это было самой предпочтительно эмоцией. Возвращаться к мыслям об устройстве мира демонов и тайнам Академии, сил не осталось. Я возвела высокую стену и отгородилась от навязчивого шепота Света. Был бы библиотечный билет, сидела бы в библиотеке. А так, просто злилась. Магия в таком состоянии совершенно не хотела восполняться. Для Света требовались часы медиации или состояние внутренней гармонии. Но куда там мне? Мысли о данаре почти сразу срывали все щиты и заслоны. Они раздражали подобно зуду. Свет извивался, скребся, раздирал меня изнутри, реагируя на воспоминания об Асбере.
   Если такой особенностью обладают все данары, то неудивительно, что люди внезапно потеряли Свет. Все бы отдала, чтобы избавиться от фантомной аллергии. Страшно представить, сколь разрушительной станет присутствие демона.
   О демонах ходили разные слухи. Оказалось, встретить их на улице непростое дело. Они предпочитали Нижний мир, лишь в особых случаях покидая его пределы. Наш мир был малопригоден для их жизни. Поэтому существовали данары - прекрасно адаптировавшиеся в обоих мирах. Демоны же, за редким исключением, столько времени в Привычном мире не проводили. Кроме редких исключений. К ним относился Инквизитор. Он, как я поняла, вообще сильно отличался от своих сородичей.
   Мой новый мир был странным. Мне повезло, попала в систему в первые же часы новой жизни. Дальше проще. Колесики крутятся, винтики вертятся. Система полностью поглотит мою жизнь, предоставив удобные для нее варианты моего существования. После Академии - работа, где часть заработка пойдет на погашение ученического кредита. Где-то между или чуть позже - замужество. По любви или по контракту, как повезет. Единственным исключением может стать узкая специальность, где женщине дается какая-никакая свобода. По сути, за полторы тысячи лет, как я впервые появилась на свет, положение женщины мало чем изменилось.
   Ах, да. Данары. Вот новое направление, что было предоставлено обществом. После окончание Академии маг мог подать прошение о своей инициации. Возможность пройти особое испытание длительностью в год. Когда ты добровольно отправляешься на один из кругов Нижнего мира и остаешься там. Где темная энергия пронзает каждую клеточку твоего тела, внедряется в нити магии, составляющие тонкое плетение внутренней сути, выворачивает хрупкую материю души наизнанку. Блеск!
   А вот она я. Возможно единственный носитель Света в совершенно чуждом времени. Я бы не делала из этого такую катастрофу, если бы точно не знала, что меня здесь быть не должно. Я стерла свое существование. Заклинание сработало, иначе я пробудилась бы гораздо раньше. Обычно между моими возвращение проходило не больше века, а тут минуло целых три столетия. Значит, какое-то время все шло нормально. Так почему я здесь? И где мой Дневник?
   Схема всегда была простой. Мое "альтер я" получала Дневник, следовало описанному в нем ритуалу и возвращало меня. Когда я очнулась в повозке, никакого Дневника не было. Сам Дневник теперь пустой. Он должен выглядеть, как обычная потрепанная книжка с чистыми страницами. Выходит, кто-то другой, кто знает, как работает Дневник, воспроизвел ритуал. Кто попало это сделать не мог. Во-первых, инструкция к нему не висит в каждой библиотеке на стенде с информацией. Во-вторых, кроме меня и того, кому я дала разрешение вносить правки, что-то изменить в Дневнике не мог. Я все-таки не демон, которого можно подчинить хорошим набором заклинаний и артефактом-привязкой. Разрешение имелось у моего бывшего супруга (о котором я ничего не должна помнить!), но я стерла себя из его Дневника (если и тут заклинание не дало сбой). Он просто не мог меня вернуть. Он не знает о моем существовании! Остается Калеб... Человек, который создал всю систему осознанных перерождений. У него не было моего разрешения, но он мог. Мог, если не все, то очень-очень многое.
   Дальше моя фантазия пасовала. Калеб представлял собой достаточно темную фигуру. Я знала и одновременно не знала его. Смутно помнила каким он был и не могла доверять этой памяти. Он совершал поразительные вещи. На его счету одинаковое количество потрясающих и ужасающих поступков. Калеб - ученый, чьи этические принципы достаточно размыты, а мораль способна отобразить все оттенки Нижнего мира. Лишь столь же великий гений мог оценить его по достоинству, но таких не существовало.
   С Калебом я не встречалась уже очень давно. Мог ли он заинтересоваться моей пропажей и насильно вернуть? Мог. Но почему не дал о себе весточки? Почему не сообщил, зачем ему это надо? Чего он хочет от меня? И что, демон меня побери, мне теперь делать?!
   Я уходила разрывая все связи. Я не собиралась возвращаться. Я не оставила себе ничего на следующую жизнь. Я отказалась от поиска подруги и позволила "альтер я" жизнь без тяжелых оков своей памяти и опыта!
   Да, я сбежала.
   Испугалась возможной жизни. Новой любви. Простого счастья. Бросила разбираться с этим кого-то другого, ту частичку себя с которой была незнакома и не хотела иметь ничего общего. Решила, что для старой меня нет никакого будущего. Ну и что? Это был мой выбор. А теперь его кто-то отобрал!
   И что мне с этим делать?
   Чужое время. Чужие порядки. Чуждый мир.
   Проклятье...
   Я откинулась на подушки и заворочалась под одеялом. Сон не шел. За окном давно сгустилась тьма. Загорелись уличные фонари. Свет в окнах напротив погас. Замок, который из себя представляла Академия, погрузился в объятья мрачной тишины. Комендантский час начинался в десять. В одиннадцать гасли огни в комнатах. В полночь Академия замолкала, словно попадала под действие сонного проклятья.
   Лунный свет пробивался сквозь щель в шторке, падал на одеяло и скользил дальше к двери. Он вырывал из тьмы красный протертый ковер и выщерблины в спинке кровати. Ночью комната выглядела пугающе. Тени казались живыми, со своими мыслями и желаниями. Должно быть разыгралось воображение, но в гробовой тишине спящего замка, я слышала, как они пытаются до меня добраться. Скребутся по полу, забираются по свисающему одеялу. Они менялись в длине и форме. Перешептывались, когда я закрывала глаза и переползали на другие предметы. Они двигались ко мне, пытаясь застать врасплох. Сгущались в черные фигуры, тянулись к кровати, ползли по стенам. Тени знали, что я здесь лишняя.
   Я пыталась почувствовать Свет, чтобы хоть как-то укрыться от тревожного чувства, порожденного истерзанным сознанием. Но магия не давала желаемого. Истощенная испытаниями, она совершенно не понимала, чего от нее хотят. Она не могла спрятать от дурных мыслей и разыгравшейся фантазии. Свет не защищал от внутренних демонов. А я не знала ни одного заклинания, способного спасти от одиночества, внутренней пустоты и самой себя.
   Впервые в жизни я чувствовала себя столь сильно одинокой. Ненужной. Последние адепты должны были заехать завтра. Большая часть учеников расселилась по комнатам. Лишь в своей я была единственным гостем. Я могла слышать, что происходит в соседних комнатах. Разговоры, смех, ругань. Вполне обыденные звуки для общежития, но я почему-то чувствовала зависть и с нетерпением ждала своих будущих соседок. Я оказалась в информационном вакууме. Я застряла в пузыре, где остановилось время, куда никто не мог попасть, а я не могла выбраться.
   Окружив кровать пологом из Света, я наблюдала за течением силы по сотканному плетению. Засыпала я в странном клубке из темноты, страхов и ощущения безнадежности.
  
   Глава 6
  
   Проснулась я от собственного крика.
   Простыни сбились. Подушка валялась на полу. Я сидела на крою кровати, крепко сжимая уголок одеяла. Пот тек градом. Сердце требовало немедленно выпустить его из груди, а пульс отчаянно фальшивил, отстукивая бешенный ритм. Атакующее заклинание образовалось раньше, чем я успела открыть глаза. Оно зависло в воздухе, готовое в любой момент поразить нападающего. Но в комнате было пусто.
   Меня напугал кошмар?
   Внезапно дверная ручка шевельнулась. Тихий, протяжный звук скрипа, пронесся по комнате и осел противным привкусом раздражения. Сердце вновь пустилось вскачь. Я опустила взгляд и увидела, что в полоске света под дверью шевельнулись две тени. Это уже не игра света и воображения. Там кто-то стоял.
   Я подобралась на постели. Руки по привычки пытались найти клинок под подушкой. Но подушка была на полу и клинок, который я стащила у данара, должно быть тоже. Я подманила светящийся шарик заклинания. Энергия, способная оставить ожог размером с кулак, зависла рядом в воздухе. Искать убежище времени не было.
   Я замерла.
   В замке заскрежетал ключ. Ручка повернулась. Полоска света поползла в сторону. Я напряглась. Нервы натянулись подобно струнам. Комок заклинания сжался пружиной, готовый атаковать в любой момент. Дверь резко распахнулась, с шумом ударившись о стенку. Я вскрикнула. Двое в проеме вскрикнули в ответ. Я не удержала концентрацию и шар метнулся в незваных гостей. Одно короткое мгновение спустя, когда заклинание преодолело половину пути и осветило лица двух удивленных девушек, я поняла свою ошибку. Это не нападающие, это мои будущие соседки и у них нет щитов для защиты! Шар их покалечит!
   Последствия мелькнули в голове столь ярко и четко, что следующее заклинание возникло почти самостоятельно. Маленький импульс, простенький, но очень быстрый и юркий. Вонзившись в кайму плетения, он перебил половину нитей и подбил шар, меняя его траекторию. Над головами девушек взорвался маленький фейерверк из блесток. Секунду спустя адептки упали на пол, закрывая глаза и прижимая к головам руки.
   И эти люди прошли испытания Стихиями? Нет, серьезно?
   Оседая на пол блестки превращались в белый пепел.
   - Добро пожаловать? - неуверенно предположила я. Пока девушки поднимались, подобрала свою подушку вместе с клинком с пола. Руку мазнул остаточный след магии. Белесые обрывки, которых вчера точно не было, окружали тонким слоем мою постель.
   Что за ерунда?
   Зажглись светильники.
   - Мы не знали, что здесь кто-то есть, - заговорила одна из девушек. Ее темно-русые волосы были заколоты на затылке. Две красные, вьющиеся пряди обрамляли кукольное личико. На лице застыла приветливая маска, которая совершенно не скрывала неприязненного взгляда шоколадно-ореховых глаз. Юбка темно-коричневого походного платья была вся в пыли, будто девушка вышла из экипажа, преодолевшего несколько дней пути. Она держала в руках саквояж, рядом стояла дорожная сумка. - Меня зовут Ал-Сона Ревье. А это Деллианна Фольмуд.
   Я перевела взгляд.
   На меня смотрела молодая алептка шестнадцати-семнадцати лет. Красивые черные волосы, в свете утренних солнечных лучей, блестели сочной синевой безоблачного летнего неба. Глубокие аметистовые глаза, подобно драгоценным камням, завораживали и приковывали взгляд сильнее, чем любая дурманящая магия. На бледном лице, очерченным высокими скулами, острым подбородком и высоким лбом, краснел легкий румянец, вызванный жаром взорвавшегося заклинания.
   Она была точной копией прошлой меня, но не была мной.
   Заметив пристальный взгляд, адептка сжала алые губы и опустила глаза в пол. Мне не было нужды представляться. Деллианна знала Эвелин. Лучшие подруги на протяжении десяти лет. Вместе росли, вместе играли. Заплетали друг другу косы. Бегали в лес. Эвелин первая, кто узнал о даре Огня Деллианны. Деллиана же разделила тайну первой влюбленности Эвелин. Теперь же, ради благополучия черноволосой адептки, я должна была молчать и держаться от нее подальше. Рациональная часть твердила, что это разумный выход. Эмоциональная часть разрывалась на части, едва сдерживая слезы.
   - Китра Клоу, - сглотнув комок в горле, представилась я. - Мне жаль. Ночь выдалась тяжелой. Я слегка перенервничала.
   - Надо было приехать раньше, - шепнула Ал-Сона.
   Кстати, ее я видела впервые..
   В комнате стоял четыре кровати. Я заняла ту, что у стены. Она находилась ближе всех к выходу. Ал-Сона указала Деллианне на дальнюю от меня постель, а сама заняла место рядом с ней. Таким образом между нами оказалась свободная койка.
   - Сильно вещи не разбирай. После завтрака выясним, не захочет ли с нами кто-нибудь поменяться. - В этот раз понижать голос Ал-Сона не стала.
   Я хотела ответить чем-то едким и грубым, но, как на зло, все колкие фразочки вылетели из головы. Поэтому я застелила постель, зашла в общий будуар, умылась, привела себя в порядок. Позубоскалила на свои рыжие, растрепанные волосы.
   Полная сил, хотя и потрепанная ночным кошмаром, в этот раз смогла вдоволь наглядеться своим новым обличием. В общем, меня все устраивало. Даже крохотные веснушки на носу и на руках. Светло-карие, почти янтарные глаза, выглядели непривычно. Слишком большие, широко распахнутые, под рядком пушистых ресниц, казались невероятно доверчивыми, почти детскими. Я намеренно свела брови, воззвав к глубинам привычного высокомерия и опыта прожитых лет. Попробовала злобный взгляд. Гневный. Результат оставался одним и тем же - смехотворным. И как мне запугивать людей?
   Собрать волосы в пучок вышло не сразу. Они путались, лезли в глаза, съезжали на бок, в общем, вели себя крайне неподобающе. Тут я сдаваться отказывалась, потому что, распущенные волосы и магия Огня - две самые несовместимые вещи в мире. Пригрозив, что отрежу их при первом же удобном случае, кое как заплела косу. Она вышла пышной и немного кривой, но переплетать я не стала.
   После долгих процедур, я вновь нацепила не свое платье и отправилась исследовать замок. С Деллианной разговаривать нельзя. Ал-Сона сама выразила явное нежелание продолжать общение. Оставались надежды на третью соседку, но что-то подсказывало, что и она не будет достаточно дружелюбной. Что ж, у меня еще оставался шанс найти себе друга в классе... или в потоке... или в Академии... или через шесть лет, после ее окончания.
   Ближе к полудню набрела на вход в одну из башен. Когда шагнула на лестницу, никто меня не окликнул. Охранных заклинаний либо не стояло, либо в дневное время суток они молчали. Крыша башни встретила меня звуками завывающего ветра и красивым панорамным видом города. Лучи солнца едва-едва пробивались сквозь облака, но тем не менее, я смогла почувствовать их ласковое присутствие на своем лице.
   Пусто.
   Странно, что такое спокойное и тихое место не пользовалось спросом у студентов. Магам Воздуха здесь должно казаться хорошо. Куда лучшее место для пополнения резерва, чем зал Восстановления сил.
   На гладком каменном полу виднелись красные мазки. Я поскребла носком туфельки по застывшим символам. Они занимали почти всю поверхность башни, выстроившись в странный ритуальный круг, казавшийся смутно знакомым. Переключившись на магический взгляд, я решила, что смогу узнать заклинание по плетению нитей силы. Не знаю, почему вообще заинтересовалась этими каракулями, наверное, хотела занять голову чем-то полезным.
   Магический взгляд больно резанул по сознанию. Я слишком резко перешла с одного пласта реальности на другой, за что и получила. Снова забыла, что "зрение" надо настраивать долго и кропотливо, тренируя изо дня в день. Новое тело нуждалось в новых тренировок и аккуратного обращения. Хуже не придумаешь! Каждый раз одно и тоже. И что с того, что вчера я спокойно могла наблюдать движение полога. Ха! Это всего лишь означает, что в темноте магический взгляд работает лучше.
   Где-то в этот момент меня озарила страшная догадка. Магический полог Света я не снимала. Сам он исчезнуть не мог. Соседки появились после моего пробуждения, значит они его не трогали. Он был снят, когда я спала. Кто-то был в моей комнате. Запертой на ключ комнате! Кто-то разорвал полог в клочья - вот откуда на полу белесые обрывки. А я даже не проснулась! Или проснулась?
   Я плюхнулась прямо посреди пентаграммы и начала вспоминать сон. Тягучий, жуткий кошмар, заставивший подскочить на рассвете. Я ведь не только проснулась, я активировала заклинание. Концентрация дала сбой, в результате чего я напала на новых соседок. Сны не должны так пугать и тем более не должны разрушать магические пологи Света. Кто-то совершил ментальную атаку пока я спала.
   Кто?
   Единственный способ понять - вспомнить сон. Что ж, времени у меня навалом.
   Я скрестила ноги. Воссоздала одно из согревающих заклинаний, чтобы не продрогнуть, пока буду погружаться в медитацию и закрыла глаза. Представила силу, текущую по нитям моего тела. Святящиеся дорожки, разветвляющиеся по кровеносным сосудам. Стук сердца. Равномерное дыхание. Тепло солнца, согревающего кожу. Я погружалась в себя, откидывая в сторону ненужные мысли. Очищалась от эмоций. Отбрасывала все лишнее. Я падала в глубокое ничто, где светил маленький огонек Света. Я возвращалась к своему сну.
  
   Шумные волны прибоя разбивались о камни. Где-то слышался крик чаек. Ветер несся по синей глади бушевавшей стихии. Холодные лучи полной луны покрывали бурлящее, штормовое море. Прозрачные и пенящиеся волы накатывали на песчаный берег, оставляя за собой гладкие дорожки. Над черным великолепием удаляющейся за линию горизонта воды, освещенной ночным светилом, возвышалась скала.
   Безликие звезды подмигивали яркими огоньками. Я брела босиком по узенькой тропинке из примятой травы, ведущей к самому краю обрыва. Шум моря успокаивал, укутывал мягкими, монотонными звуками. Я шла к гладкому камню, что расположился на самой вершине скалы. С него можно было наблюдать полную картину ночного великолепия, не боясь сорваться вниз. Ветер трепал подол легкого платья. Заколка спала с волос и осталась где-то у подножья. Я собиралась вернуться за ней на обратном пути.
   Этот сон был соткан из воспоминаний моего детства. Самого первого, единственного настоящего, в котором еще не появился Калеб. Среди блеклых клочков памяти и тусклых картинок прошлого, прятался крошечные кусочек яркого, собирательного момента. Я приходила на эту скалу сотни раз. Воссозданный из осколков времени мираж, приукрашенный фантазией, собрал идеалистический пейзаж. С невероятно огромной луной, мириадами звезд, романтически-черным небом и мерцающей гладью морем.
   В своих воспоминаниях я всегда была одна. Лишь несколько раз ко мне приходил отец. Но даже под зельем чистой памяти я не смогла бы воспроизвести его облик. С родителями у меня связаны совершенно другие события. Скала, ночь и морской прибой, - только для меня. И для неизвестного наблюдателя, что ждал наверху.
   В моем сне оказался посторонний. Вторженец.
   Что ж, я всегда была бескомпромиссна относительно ментальной собственности.
   - Это очень невежливо без приглашения приходить в чужие сны. - На правах хозяйки, заявила я.
   Высокая тень дрогнула и рассыпалась антрацитово-стеклянной крошкой. Передо мной стоял человек. Поправка, некто в личине человека. Хорошо замаскированный, скрытый, он прятал истинную сущность за плотным кругом опавших теней. Существо склонило голову, позволяя разглядеть свое лицо. Еще одна приятная, красивая маска, не имеющая ничего общего с истинным обличием. Зато теперь я стопроцентно уверилась, что это кто-то реальный, а не очередной розыгрыш сновидения. Пускай иллюзии и ментальная магия, близко не входят в список моих талантов, но кое-какие азы я знала.
   - Это не ваш сон, миледи, - заговорил вторженец. Густой баритон мягким бархатом прошелся по коже и растворился в ночном сумраке. Хотелось возразить и потребовать обращаться ко мне "руми", но в новом мире это звание я еще не заслужила. - Это иллюзия создана мной. Я вас сюда пригласил.
   - Тогда почему эта иллюзия состоит из обрывков моих воспоминаний? - Я убрала за уши, лезшие в глаза пряди волос и с удивлением обнаружила, что они черные. Видимо, вспомнив место из детства, я представила свое первое воплощение.
   - Море и скала являются проекцией настоящего места, - пояснил мужчина. - Возможно, вы бывали здесь когда-то.
   Я кивнула. Потом поразмышляю над странным совпадением. Существо продолжило:
   - Я рад, что вы приняли мое предложение и пришли на встречу. - Он смерил меня оценивающим взглядом. Его лицо не изменилось, но я уловила слабый оттенок недовольства. - И рад, что вы понимаете мой язык.
   - Кто вы? - я решила не медлить с вопросами.
   - Тот кто привел вас в этот мир. - Мужчина держал между нами расстояние, словно опасаясь нападения. Как будто собирался считаться с моими силами. Будем честными, меня очень редко воспринимали в качестве противника, даже после угроз и демонстрации силы. То что новый знакомый готовился в случае чего отразить удар, несколько напрягало.
   Он словно прочитал мои мысли:
   - Если мы заключим сделку о взаимном ненападении на время разговора, все пройдет куда проще.
   Сделки любят совершать купцы и демоны. Эх, надеюсь он собирается продать мне шмат ткани. Я очень нуждалась в новых нарядах.
   - Хорошо, - согласилась я. - Перемирие на весь период этого сна-иллюзии. И вы все еще не представились.
   Ну же, удача, встань на мою сторону. Продавец ткани, продавец ткани, продавец ткани!
   - Я помогаю таким как вы, преодолеть барьер между Нижним и Привычным миром. Избавиться от чар, которыми вас когда-то связали чародеи. Взамен лишь прошу соблюдать установленные правила человеческой Империи и возлагаю надежды на дальнейшее сотрудничество.
   И не слово, про ткани, да?
   Блеск! А этот приятель не в первый раз ведет подобный диалог.
   - У вас было несколько дней, чтобы оценить, как сильно изменился мир за время вашего заточения. Судя по тому, что я не слышал о грандиозных беспорядках на территории Империи, вы были достаточно разумны не вступая в конфликт с властями.
   Гладко стелет. Осторожно. По заранее написанному сценарию, отработанному на сотнях других... кого?
   - Вы приняли меня за демона? - ахнула я. - Вы думаете я - демон?
   Всего на мгновение я увидела замешательство в темных, бездонных глазах. Тени встрепенулись в воздухе, когда он сделал шаг по направлению ко мне. Я продолжала стоять на месте. Не потому что боялась, все-таки мы заключили сделку, а потому что хотела, чтобы он понял - я не имею никакого отношения демонской братии. Я не одна из числа мерзких тварей Нижнего мира. Гнилостная, смрадная энергия, никогда не касалось моей души. Я - человек. Я - носитель магии Света.
   - Я не мог ошибиться. - Мужчина прошептал заклинание. Одна из теней выползла из круга, а потом взметнулась вверх, оставив за собой легкий след черной дымки. Не прошло пяти секунд, как завертевшись в крошечном вихре, она рухнула к моим ногам, растекшись темным маревом. По босым ступням поползли мутные сгустки и я рефлекторно попробовала отогнать их ногой. Безрезультатно.
   - Что за дрянь? - возмутилась я, все еще не решаясь призвать магию Света. Объявить демону, что являешься возможно единственным представителем опасной для его расы волшбы, несколько неразумно даже для меня. - Это воспринимать как акт агрессии?
   Мужчина наблюдал за движением своевольной тени. А я за ним.
   - Вы пришли не из Нижнего мира. Вы не демон. - Хрипло сказал он. - Но Дневник определенно принадлежит вам.
   Дневник. Раньше последователи Света так удерживали демонов в Нижнем мире. Никто никогда не задавался вопросом, куда делись Дневники, после того как маги изловили всех монстров. Уничтожить такие артефакты невозможно, их где-то оставили на сохранность. Если демоны снова заполонили мир, значит кто-то нашел тайник. Один из тайников.
   Что если демонов не так уж много, как считается в обществе. Что если не все их сородичи выбрались в Привычный мир? Будут ли спасшиеся помогать тем, кто остался? Станут ли выслеживать тех, кто мог обладать знаниями о других тайниках? И заключительный вопрос: могли ли те самые хранители принять мой Дневник за Дневник демона и спрятать его вместе с другими?
   Сопоставить свое пробуждение и облаву на мятежников, оказалось просто. Удивляло, что я не догадалась об этом в первую же минуту.
   - Вы обнаружили Дневник пару дней назад у повстанцев? - я не столько спрашивала, сколько утверждала. - Потертый вид, да пустые страницы. Дневник не имел записей и не принадлежал демону. Как же вы смогли его активировать?
   Призвать демона с помощью Дневника мог каждый. Пробудить одного из подопытных Калеба - только получивший дозволение. И, видит Свет, я не знала, распространяются ли наши правила на самих демонов? Если люди не нуждаются в разрешении для призыва демона, то нужно ли разрешение демону, чтобы пробудить человека?
   Голова пошла кругом. Возможно из-за теней, возможно из-за того, что я пребывала в чужом сне, но сосредоточится становилось сложно. Радовало, что в сложившейся ситуации, демон был озадачен столь же сильно, как и я.
   - Ответ за ответ. - Предложил мужчина.
   Я чувствовала, как он пытается меня просканировать. Как считывает каждую деталь моей ауры, черточку лица, изгиб фигуры, движение глаз. Должно быть демон был удивлен происходящим больше, чем я, раз не вспомнил, что доверять увиденному во снах нельзя. - Иначе наше беседа зайдет в тупик.
   Ага, а перемирие у нас только на период разговора.
   - И расходимся миром? - настала моя очередь торговаться. Пусть демон уверует, что нуждается в ответах больше, чем я.
   - На этот раз, - согласился он, скрещивая перед собой руки. Его вид казался грозным и опасным. Могучая, черная фигура на фоне столь же черного неба.
   - Я первая. На правах гостьи.
   - Справедливо. - В его голосе вновь зазвучала сила потусторонней магии, от которой иллюзорный мир шел трещинами. Она напоминала, кто здесь хозяин и по чьей милости, все не превратилось в один из кругов Нижнего мира. - Спрашивайте.
   Я задала вопрос не сразу. У нас не было столько времени, чтобы перекидываться ничего не значащими вопросами, а где-то в середине подкинуть самый важный, единственный, что имеет смысл. Но и напрямую не спросишь, а не является ли этот демон моим бывшим супругом, которого я сначала заперла в Нижнем мире на пятьсот лет, а потом воспользовалась его Дневником и стерла все воспоминания о себе? Кажется, подобные вопросы входят в десятку тем, о которых не разговаривают с мужчинами на первом свидании.
   - Вы настоящий демон?
   Что-то промелькнуло в заполненных тьмой глазах. На лице обозначилась кривая, неприятная ухмылка.
   - Это ваш вопрос? - в его голосе прорезались неприязненные нотки. - Настоящий ли я демон? Вы не можете серьезно задавать его!
   - Могу. И задаю. Вы - настоящий демон? - я непроизвольно поежилась и попыталась незаметно отодвинуться в сторону. Договор договором, но если он в порыве эмоций шандарахнет по мне чем-то серьезным, извинения мне душу не согреют. А надеяться на ту особую связь, что была между мной и моим бывшим, было бы глупо. Во-первых, я могу ошибаться, что это он. Слишком невероятна возможность подобного совпадения. Во-вторых, если и он, то меня не помнит.
   - Настоящий? - повторила я вопрос. - Один из тех, кого породил Нижний мир или такой же, как данары, искусственно созданный?
   Его лицо не дрогнуло. Лишь тонкая сетка трещин на иллюзорной маске, мелькнула в свете мерцающих звезд и мгновенно пропала. Ветер подул сильнее. Волны как обезумевшие разбивались о скалы. Приближался шторм.
   - Я похож на данара? - его бровь изогнулась в удивлении. - Вы в курсе, что подобное заявление считается оскорблением в приличном обществе?
   Я проглотила едкий ответ про "покажите мне приличное общество в этом мире и я извинюсь", и продолжила гнуть свою линю.
   - Вы не ответили.
   - Я предложил его скорректировать, чтобы вы не тратили столь уникальную возможность на пустяки. - Где-то вдалеке мелькнула ломанная линия молнии. Сгустившиеся над морем тучи, озарила вспышка света. Следом прогремел гром. - Не многим выпадает шанс задать мне вопрос и получить ответ.
   Мне в самый раз сжаться в комочек, да спросить, где он прячет мой Дневник, но нет. Он не помнил меня. Он не знал, как управлять мной с помощью Дневника, иначе не пытался бы договориться. Он не мог отследить меня, иначе притащил бы к себе насильно. Мы в его сне и между нами заключен договор. Крепко сжав кулаки и упрямо приподняв подбородок, я заглянула мужчине в глаза. Там зияла пустота последнего круга Нижнего мира без единого проблеска души.
   - Вы - данар? Данар, который пробыл в Нижнем мире, не год и не десяток лет, а гораздо, гораздо дольше? Так долго, что стали неотличны от демона?
   По небу прокатился раскатистый звук грома. Сильный порыв ветра ударил меня в лицо. Несколько сухих травинок запутались в растрепанных волосах. Я покрепче обхватила себя руками. Пускай сон, но я чувствовала, как ноги начинают мерзнуть на вмиг похолодевшей земле.
   - Будь это так, как вы описали, - молвил мужчина, оставшийся безучастным к разбушевавшейся природе, - подобное состояние свело бы меня с ума. Я выгляжу сумасшедшим?
   - Это ваш вопрос ко мне? - уточнила я. Следовало догадаться, что прямого ответа не получу. Только погоду испортила. - Не хотите его переформулировать, чтобы не ставить меня в неловкое положение?
   Может это и не он? Может, я просто хочу так думать? Я в незнакомой эпохе, в окружении демонов, потерянная и несчастная. В такой момент любому захочется встретить кого-то знакомого, способного защитить. С таким настроем несложно обмануться. Возможно, я хотела видеть связь в совпадениях, притягивая правду за уши. Мы часто склонны видеть то, чего нет, выдумывая собственную версию реальности.
   Я не знала, чем мой бывший занялся после очередного исчезновения. Хотелось верить, что не тиранией над Привычным миром. Человеком он был опасным, но не злобным. С его демонической сущностью я общалась не дольше получаса. Тогда он помнил меня и его память позволила себя опознать. Она хранила мой образ.
   Но это тогда, а сейчас взывать мне было не к чему.
   - Быстро же вы сдались, - демон вскинул руку и тень, отирающаяся у моих ног, метнулась обратно в круг. Стягивающее чувство тревоги исчезло вслед за ней. Казалось даже, стало теплее. - Я надеялся на что-то более впечатляющее от одного из выкормышей Геллиофрея.
   Молния резанула по глазам яркой вспышкой.
  
  
   Я вскочила на ноги. Перед глазами мелькали цветные круги. Каменный пол ходил ходуном. Шаги превратились в шутовской пируэт и меня понесло в сторону. Впечатавшись плечом в стену, я тихонечко сползла вниз. Я все еще на крыше башни. Сквозь облака пробивались тусклые лучи солнца. Ветер играл уличным сором, волей случая занесенным на крышу. Несколько опавших листьев кружились в центре полустершейся пентаграммы. Теперь я видела, что она нарисована кровью.
   Я дрожала, но не от холода. Картины сна вспыхивали в голове ослепляющими шарами света, раз за разом разрывая в клочья границы самоконтроля. Мерзкое чувство присутствия демона, въедалось жуткой вонью в самые кости. Как будто меня искупали в грязи, а после в выгребной яме.
   Моя магия, потревоженная воспоминаниями, взбешенно лихорадила тело. Она бурлила, извивалась серпантином и в праведном гневе скалила зубы, требуя немедленно пойти на врага боем. Я никогда не чувствовала столь яростного прилива силы. Мне больше знакомо то чувство, когда магия иссякла и приходится выжимать последнее досуха. До комы, до постмагической депрессии. Или я раньше неправильно медитировала для восполнения резерва, или маги Света сражались с демонами не только во славу идеи и спокойствия горожан.
   Я обхватила колени и попыталась вновь взять себя под контроль. Сила Света - в гармонии. Подобные всплески хороши для быстрых дуэлей, а не для долгой жизни. Так недолго перегореть. Еще одну жизнь без магии я не осилю. Хватит. Второго Стража Солнца судьба просто так не подкинет. Вместо этого мне бы Дневник свой обратно выманить, пока злобный демон не догадается, как им правильно пользоваться. Или уже догадался? Откуда он знает о Калебе Геллиофрее? О его опытах. О таких, как я?
   Думай здраво. Рассуждай.
   Прошло около трехсот лет. Пускай я спала, но остальные мои собратья по Дневникам жили и здравствовали. Когда мир начал меняться, а демоны повыползали из Нижнего мира, кто-то из них мог попытаться дать отпор. Тот же Калеб, что являлся одним из величайших магов Света своего поколения, а возможно и всей истории мира, не позволил бы темным тварям жить среди людей. Он мог пойти на них войной.
   И проиграть.
   Проклятье! Мне действительно надо добраться до библиотеки и прочитать хотя бы версию победителей. Я уже устала мучиться вопросом, почему демоны заняли доминирующую роль в Привычном мире.
  
  
  

Глава 7

  
  
   Вязание магических нитей забавляло ровно до того момента, как преподаватель подошел к моей парте и ткнув пальцем в узелок, сказал:
   - Хлипко, неуклюже и бездарно. Распускай и по новой.
   Мэр Иншер взмахнул рукой и узор, который я целый час вырисовывала в воздухе светящимися нитями, рассыпался мелкой пылью. Кто-то среди студентов хихикнул. Я зыркнула взглядом в ту сторону, чтобы запомнить нового неприятеля. Мэтр помахал ладонью перед моим носом, разгоняя остатки волшбы и отправился дальше по аудитории, проверять выполнение заданий.
   Я немного поворчала, но возвращаться к расчетам не стала. Сотворить что-то приличное за оставшиеся тридцать минут, я не успевала. По раздающимся возмущениям, определила, что еще трое студентов лишились возможности получить плюсик. Мэтр Иншер предпочитал оценивать адептов на каждом занятии, начиная с первого, о чем он нам и заявил в самом начале. Сначала шла полуторачасовая лекция, потом практическое занятия, в качестве закрепления прослушанного. Именно так велись занятия по плетению и выстраиванию базовых заклинаний.
   Первый день учебы откровенно не радовал.
   До мэтра Иншера с нами возилась мэтресса Юдата. В расписании ее занятия стояли первыми каждый день. Она учила устанавливать связь со своей Стихией и пополнять внутренний резерв. Что-то вроде утренней зарядки, чтобы подготовить студентов к дальнейшим практическим предметам.
   Нас попросили закрыть глаза и вспомнить те первые чувства, что возникали при виде огня. Первый случай столкновения с огненной магией. Взаимодействие с ней. Самое яркое событие, что связывало с родной Стихией.
   Мэтресса назвала несколько студентов и попросил их рассказать о своих самых сильных впечатлениях. Одним из отвечающих оказалась Деллианна.
   - Я разозлилась, - сказала она. - Засмотрелась на птиц за окном и опрокинула чашку. Горячий шоколад разлился по скатерти и попал на мою новую юбку. Я собиралась надеть ее следующим днем на именины. Я смотрела на растекающееся пятно и меня переполняла ненависть. Так странно. - Девушка помолчала. - Обычно я не такая раздражительная. Но неожиданно в камине вспыхнул огонь. Летом мы его не топим и без того жарко. В нем не было ни углей, ни дров. А огонь загорелся.
   Мэтресса прервала Делианну. Последовало краткое пояснение произошедшего. То чувство, что впервые послужило пробуждению магии, на начальном этапе обучения, следует использовать в качестве катализатора для призвания силы. После этих слов, женщина выслушала еще нескольких адептов, и настала моя очередь.
   - Страх. - Я не колебалась с выбором эмоции. По легенде, Эвелин активировала свои силы в лесу, когда ее поймали с другими подозреваемыми в заговоре. Если обратиться к моим личным отношениям с Огнем - та же история. Вечный страх перед очень болезненной смертью. - И немного паники.
   Мэтресса поджала губы.
   - Боязнь собственной Стихии? Такое случается со слабыми личностями. Тренируй характер и скоро это пройдет.
   Я хотела возмутиться подобному к себе отношению, но вовремя вспомнила, что в этой жизни я не посланник Света, мне семнадцать и вообще, я угнетена своей жизнью. Так что плевать.
   Не услышав возражений, Мэтресса Юдата объявила первую часть лекции законченной и дала задание. Практикуем общение со Стихией. Налаживаем контакт.
   Если первые сорок пять минут я честно пыталась договориться с пламенем свечи, то следующие спала под видом медиации. Огонь со мной не разговаривал, что совсем не удивительно. Если ты не избранный им маг, то ничего не услышишь. Бесполезно. С дверью проще договориться, чем с Огненной Стихией. Я даже не знала, как в теории вести подобные диалоги. Пришлось подсматривать за остальными адептами. Вскоре появились подозрения, что половина из них пользовались моей же методикой. То есть, втихаря дрыхла.
   Адептов Огня на первом курсе я насчитала сорок три человека. Позже нас обещали разделить на четыре группы, в зависимости от силы дара и эффективности обращения с ним: таланты, успевающие, норма и отстающие. Вместе со мной, на факультете Огня, оказались давешние знакомые, а по совместительству, соседки: Ал-Сона Ревье, Деллианна Фольмуд и Араника Зелле.
   Первой так и не удалось поменяться с кем-то комнатами, поэтому утро было испорчено с самого пробуждения. В будуаре, где находился не только гардероб но и умывальня, Ал-Сона с Деллианной застряли на целый час. И если первые полчаса я пыталась продрать глаза и заставить себя подняться, то остальное время, буравила дверь взглядом. Я сразу понимала, что никакой дружбы между нами не светит, но неужели нельзя остановиться на нейтралитете?
   Араника - та девица, что встретилась мне перед поступлением, пару минут покружилась у будуара, постучала, подождала ровно пять секунд и подхватив плащ, оправилась искать понимания у соседок. Бедняжка, когда она впервые ступила в нашу комнату, я думала ее разобьет припадок. Она краснела, бледнела, дергано улыбалась и пыталась делать вид, что ничего не происходит.
   Араника, выслеживающая самых перспективных абитуриентов, выпросила (взяткой) у комендантши кровать в одной комнате с наследницей рода Фольмуд и будущей невестой какого-то многообещающего данара, Ал-Соной Ревье. И никто не стал ее отговаривать. Комендантша задрала цену повыше и с чистой совестью вручила ключ, от которого шарахались все остальные кандидаты. Слухи по Иксми разлетались быстро. Не прошло и дня, как все знали, что в этой комнате живет дочь диссидента, отступника и предателя.
   Мне ее было немного жаль. Араника не проявляла откровенной враждебности ко мне или подхалимажа к Деллианне или Ал-Соне. Она хотела провести шесть лет в хорошей, дружной компании. Разве можно ее винить? Если в течении года никто с курса не отчислится, ей грозило застрять с нашей компанией до конца учебы.
   - Какого Раскола! Адептка Клоу, что вы творите?
   Мэтр словно вырос из-под земли. Его ноздри встрепенулись подобно крыльям хищной птицы. Палец ткнул в очередную мою работу.
   - Что я творю? - озадаченно уставилась я на его палец, зависший у моего плетения. Оказывается, пока я витала в собственных мыслях, пальцы сами сплели заклинание. Над партой висело солнышко. Такое, как бывает на рисунках у детей. Кружок и с десяток палочек сторону. Дети рисовали его желтым цветом. Мое светилось.
   На моем лице невольно отобразилась улыбка.
   - Подобные плетения нестабильны, - загнусавил преподаватель. - Ради кого я распинался последние полтора часа?
   - Мэтр Иншер? - раздался с задней парты неуверенный голос. - Тут что-то...
   - Не перебивайте меня! - возмутился тот. - Показываю последний раз.
   Мужчина указал на угасающее солнышко, потерявшее магическую подпитку, и забормотал заклинание. Последовал щелчок пальцев. С одинаковым удивлением на лицах, мы с мэтром наблюдали, как с тихим шипением расползаются нити на моем заклинании. Я еще не поняла, чему именно удивляюсь, а мэтр застыл в секунде до озарения.
   - Мэтр Иншер! - тот же обеспокоенный голос.
   Одновременно с мужским возгласом до меня дошло, что солнышко исчезло, а вот шипение никуда не пропало. И шло оно не от моего заклинания.
   - Щиты! - воскликнул мэтр, выставляя руку перед собой.
   - Ложись! - параллельно ему раздался более ценный совет. Какие щиты в первый-то день? Нас такому не учили!
   Я скользнула под парту. Щиты щитами, а добротная парта из дуба, что простояла в классе не меньше двадцати лет, надежней, чем то хрупкое нечто, которое я могла создать. Из-за недосыпа, общего замедленного состояния и побаливающей лодыжки, вышло немного неуклюже, но быстрее, чем у мэтра, активировавшего защиту. Есть опыт, а есть молодость, когда даже в самом худшем состоянии тела, ты ловчее мага-учителя. Поэтому когда маленький огненный метеор врезался в щит мэтра Иншера и почему-то решил отрикошетить прямо на меня, я успела юркнуть под стол.
   На то место, где только что вырисовалось золотистое солнышко, шмякнулся огненный шар, растекаясь огненной лужицей. Посыпались мелкие искры. Несколько попали на мою форму. Другие я потушила в своих волосах, попутно вспоминая, почему в униформу адептов-стихийников как правило входят чепцы. Верно, не только для морального унижения студента.
   В классе раздались крики. Началась паника. Адепты вскакивали со своих мест, переворачивая стулья, запинаясь об их ножки, о собственные ботинки и о других таких же неуклюжих адептов. По кабинету метались огненные шары, отскакивая от стен, как мячики. Защищенные заклятьями от магических повреждений, они превратили помещение в ловушку. Один из шаров задел адепта, уронив того на пол, и вместо того, чтобы расплавить его плече вместе с одеждой, отскочил к стене. Я посмотрела на подол юбки, куда только что упали искры. Угольки истлели не причинив одежде вреда. Форма защищена от огненной магии!
   Мэтр скакал по кабинету, как ошалелый заяц, сгоняя адептов к двери.
   - Все на выход! - кричал он, отшвыривая одного за другим студентов к двери. - Чего попрятались?
   Из своего убежища я не так много могла видеть. По привычке своего старого "Я", отыскала взглядом Деллианну. Та заняла место в углу, отгородившись гранью магического щита. Он заметно подрагивал, но оборону держал хорошо. Рядом с ней стояла Ал-Сона, так же прикрытая щитом Деллианны. Она прижимала к себе их сумки, но в отличии от подруги, на класс не смотрела. Плотно закрыв глаза, девушку всем телом вжималась в стену.
   Дела Араники обстояли хуже. Находясь почти у самой двери, она как вкопанная застыла на месте. С розовощекого, румяного лица, исчезли все краски. Огромные, детские глаза, расширились в диком испуге. Девушка впала в опасный ступор. Мэтр не обращал на нее внимания, поскольку был занят теми адептами, что застряли в конце класса.
   - Араника! - позвала я.
   Один из адептов пронесся мимо девушки, чуть не сбив ее с ног. Я скрипнула зубами. Парень выскочил за дверь и даже не подумал прихватить онемевшую идиотку с собой.
   - Да сделай ты всего два шага назад! - рыкнула на не я. Меня не слышали. Очередной шар влип в стол и закапал лавой с другой стороны парты. Пришлось нырять обратно в укрытие. Форма, может и под защитой, но мое лицо и волосы - нет. Вот почему я не надела чепчик? Подумаешь, уродский.
   Затянув руку поглубже в рукав, потянулась к сумке с учебниками и конспектами, что осталась на соседнем стуле. Несколько капель лавы упали на манжеты и как-то лениво и неохотно шмякнулись на пол. Я сжала зубы и резко дернула сумку за лямку. Когда та оказалась у меня в руках, тут же принялась копаться в ее недрах. Где-то на дне должен был валяться скомканный чепчик.
   Нашла!
   Надела на голову, запихала под него кудри (клянусь, я их обрежу!), затянула веревочки. Сделала три вдоха и высчитав ту секунду, когда мой бег не будет пересекаться с траекторией метавшихся шаров, кинулась к Аранике.
   Первые три шага прошли на отлично. На последних двух подвела нога. В самый ответственный момент больная лодыжка решила о себе напомнить и подвернуться в очередной раз. Ахнув от внезапной боли, я начала терять равновесие.
   Видимо, падающие шестьдесят кило живой массы, Аранике показались более серьезной угрозой, чем свихнувшиеся огненные шары. Она, наконец, среагировала. Пытаясь подхватить меня и не дать расшибить голову о край парты, девушка кинулась на помощь. Ее тощая фигурка против скорости моего падения. И вот мы обе валимся на пол. Собственно, именно это спасло нас обеих от разорвавшегося прямо в воздухе шара. Интуитивно понимая, что помимо огня, полетят щепки от раскуроченных стульев и парт, я прикрыла голову руками.
  
  
   - И это только первый день, - проворчала я, убаюкивая раненную ладошку. Во время взрыва в нее вонзилось несколько щепок, чуть не пронзив насквозь и не переломав все кости.
   Я сидела в зале Восстановления. На соседнем диване, тихо посапывая, лежала Араника. От огненного шара она не пострадала. Ее добил пол. В прямом смысле. Неудачно падение привело к расквашенному носу и обильному кровотечению. Ничего серьезного. Всего лишь пара дней с распухшей картофелиной вместо носа и всеми цветами сходящего синяка. Не смертельно для жизни, но убийственно для самооценки.
   - Мэтра Иншера по знакомству наняли или с улицы подобрали? - Я все не могла уняться. Помимо нас с Араникой пострадали почти все адепты. - Он же не первый раз ведет занятия. Как мог такое допустить?
   Жаловалась я не в пустоту. У меня были слушатели. Целый одни. Пускай только на половину человек, но это лучше, чем сгусток огня на полешке. Еще одно такое занятие и вместо гармонии со Стихией, я обрету полноценную фобию. Меня два жертвоприношения не сломили, а какой-то проклятый огонь обыгрывает в сухую!
   - В начале года почти на каждом практическом занятии происходят подобные инциденты. - Асбер, как и сутки назад, сидел в зеленой ливрее Младшего учителя. Он слушал мои возмущения вполуха, перебирая в руках какие-то бумажки. - Ничего нового. Больше скажу, в этот раз, без смертельного исхода.
   Я поскребла пальцами по бинту, прикидывая, заметит ли данар, если пропустить немного Света в поврежденную руку. И если рисковать проявлением магии, то какое заклинание использовать: регенерирующее или обезболивающее?
   - Что ты имеешь ввиду? - выбор пал на восстановление тканей.
   - Что балл выше среднего за сегодняшний урок тебе обеспечен.
   Я оторвалась от бинта и посмотрела на Асбера. Два и два моментально сложились в четверку.
   - Это была не случайность. - Констатировала я. - Не спятившее заклинание одного из учеников, превратившееся в метеоритный дождь. Все подстроено. Но зачем?
   Асбер ответил не сразу. Черканул пару строчек на листе. Придирчиво перечитал написанное. Аккуратно сложил в картонную папочку.
   - А как еще проверять личные качества адептов?
   - Поговорить с ними! - Негодующе всплеснула здоровой рукой. - На практических занятиях! На тренировках. Дело даже не в этом! Швыряйтесь шарами сколько хотите, но не в первый же день! Под конец года, семестра, пройденной темы, но не за пять минут до звонка. Это даже с темой урока не было связано. Какие выводы вообще можно сделать, если никто толком ни одного заклинания связать не может?
   - Ну не скажи, - Асбер похлопал ладонью по своей папке. - Вот эта с косичками, - указал он на Арнику. - Очень старательная. Мэтр Иншер сказал, что ее плетение было самым прочным. Потенциал силы невероятен. Огромный резерв и состояние внутренних каналов такое, что могла бы без опасений манипулировать большим количеством энергии. В перспективе - сжигала бы села одним щелчком пальцев. А на практике? Застыла столбом, перегородив части адепов дорогу к выходу. Не смогла позаботиться о себе и подвергла опасности других. Оценка: неудовлетворительно.
   Вот оно как. В нас не просто собираются вдалбливать знания. Тут каждого разложат по кусочкам, вычленят необходимое и выкинут ненужное. Если смотреть непредвзято и откинуть моральную составляющую, то такая система выглядела более чем жизнеспособно. Рано или поздно, студент понимает, что не так важно, что он знает и как применяет. Главное выяснить, какой преподаватель и за что, ставит хорошую оценку. Для кого-то приходиться зубрить, где-то списывать, выменивать ответы у курсов постарше, выискивать графики плетений из древних манускриптов, просто красиво улыбаться и хлопать глазками. В конце концов, в дипломе будут стоять очень субъективные оценки, лишь отдаленно связанные с реальностью. Они будут отражать только внешнии показатели, те что на поверхности. Проверка же, о которой рассказал Асбер, даст более глубокий анализ. Раскроет еще один пласт потенциала адептов.
   Проклятье, мы действительно здесь не более чем ценные ресурсы! Оттого и проверяют так тщательно, чтобы знать, кто где лучше пригодится.
   Немного стало обидно. Почему демоны до такого додумались, а Империя, что существовала до их правления - нет?
   - Самая высшая оценка, конечно, у Томаса. - Меж тем продолжил Асбер. Что за странное имя, Томас? Иностранец что ли? - Находился в самой невыгодной позиции - в эпицентре взрыва. Сумел выбраться из класса невредимым и сразу же отправился за помощью. В отличии от остальных, которые либо остались ждать за дверью, либо отправились к лекарю. Тот парень, что крикнул "ложись", тоже заслужил несколько лишних балов. Спрятался под партой и не высовывался, пока не пришла подмога.
   - Ты следил за нами. - Открыла я еще одну простую истину. - Издалека, да? Через какое-то проецирующее заклинание.
   - И не только я. - Нисколечко не смущаясь, подтвердил следопыт Инквизитора. - Вы находитесь под контролем. За каждым вашим действием следят и каждое оценивают. Не всегда, конечно. Адептов много, а нас мало. Но у тебя, как у дочери мятежников, есть особая привилегия. Личный смотрящий. Я.
   - Спасибо. Помню. Ценю, - хмуро поблагодарила я.
   Асбер криво усмехнулся. Сдались ему мои благодарности. Единственная причина, почему он объяснял тайные правила Академии, состояла в том, что если я буду хорошо справляться, ему удастся побыстрее отделаться от утомительной работы Младшего учителя.
   - После четвертой-пятой травмоопасной "случайности", адепты начнут догадываться, что дело нечистое. Вот там такое начнется... У тебя есть фора в несколько занятий - не больше. В системе оценивания тебе не разобраться. Будешь пытаться залезть в голову к проверяющим - только запутаешься. Держись серединки. Не лезь вперед. Сохраняй спокойствие и оставайся самостоятельной. Это стабильный средний балл.
   Н-да. Говорил он исключительно по делу. А если у меня появляться желание сказать какую угодно ерунду, чтобы продолжить разговор, значит я действительно начинаю скучать по живому общению.
   Я вздохнула, - нет уж. Никаких поблажек.
   И тут контроль меня предал.
   Среди диванчиков, расположенных на территории огневиков, мой взгляд зацепился за небесно-голубую ливрею. Одежда факультета Огня представляла собой сочетание желто-красно-оранжевых цветов, Земле достался зеленый и коричневый, Вода - синий, аквамарин, а адепты Стихии Воздуха щеголяли в форме небесно-белых оттенков.
   Сначала я решила, что загляделась на воздушника из-за того, что он забрел на территорию огневиков. Потом поняла, что он крутится рядом с Деллианной (она пострадала во время взрыва. Самодельный щит не выдержал удара такой силы), помогая с лечением. И только когда парень на мгновение повернулся ко мне лицом, опознала в нем Дэна. Конечно же. Если Я-Эвелин знала его с детства, как и Делли (вот и прозвище вспомнилось!), то понятное дело, они тоже друг с дружкой знакомы. И вот им общаться между собой никто не помешает.
   Парень помогал смазывать ей мелкие ранки на лице. У меня в груди завертелся комочек раздражения. Делли почти не пострадала. Могла бы и своими силами управиться. Такие царапины за пару дней заживают. Боли не доставляют. А под макияжем совсем незаметны. В зале Восстановления есть люди, которые больше нуждаются в помощи, чем она. Неужели ей мало внимания? Она итак единственный адепт, который сумел выстроить щит! Должно быть, ее комиссия оценит на высший бал. Быстро среагировала, растянула щит на двоих, отделалась парочкой формальных ран.
   Я почувствовала в себе неуместный гнев и перевела взгляд на Дэна. Столь сильные негативные эмоции были сейчас излишними. Потому что, угадайте что? Лечением Свет занимается лучше всего, когда его носитель пребывает состоянии внутреннего спокойствия. А вид Дэна меня успокаивал. Если не обращать внимание, как мило он разговаривает с Делли. Как суетится вокруг нее. Как та сдержанно улыбается, совершенно не ценя проявленную заботу. Он ведь совершенно не обязан ей помогать! Какого демона она ведет себя так надменно?!
   Иии... Стоп! Так мы с места не сдвинемся. Смотри только на Дэна. Поройся в памяти Эвелин и найди парочку приятных воспоминаний. Что такого он сделал, что остатки прошлой личности вылавливают его фигуру в каждом уголке Академии?
   - Ты улыбаешься, - оповестил меня Асбер. Я почти не дернулась, но одарила данара таким ошарашенным взглядом, что он прочел меня, как надпись на парте. - Забыла, что я здесь? - Он наклонил голову, пытаясь разглядеть, на кого я променяла его внимание. - Я его помню. Тот назойливый парнишка, что подходил к тебе после испытаний. И чего его сюда так тянет? У воздушников что, совсем девушек нет в этом году?
   - Вовсе он не назойливый, - вступилась я. - Ни к кому не пристает, а пытается помочь. Просто не все это могут оценить.
   Проклятье, Асбер здесь только для того чтобы шпионить, вычислять мои желания и слабости, а потом докладывать начальству. Я не должна предоставлять ему информацию такого рода на блюдечке! Какого демона я творю?!
   Мое выражение лица снова выдало все мысли.
   - Да ладно, - отмахнулся данар. - Я знаю, что вы друзья детства. Только между тем мальчиком, что ты помнишь и этим адептом Воздуха, разница в пропасть. Он не такой милашка, каким был три года назад.
   Я посмотрела на Дэна. Вспомнила, как он успокаивал меня в первые мгновения после прохождения испытаний. Его заботливые руки, тихий, размеренный голос. Он подошел помочь, хотя знал, что нахождение рядом со мной может серьезно подпортить ему репутацию. Если этот человек и изменился, то только в лучшую сторону. Асбер наговаривает на Дэна, чтобы деморализовать меня. Ему выгодно мое чувство одиночества и неприкаянности. Так легче манипулировать. Втереться в доверие.
   - Не веришь? - Асбер взглянул на часы, потом на папку с документами. Неохотно поднялся с дивана и уже глядя на меня сверху вниз, сообщил. - Пожалуй позволю тебе самостоятельно разочароваться в собственных иллюзиях. До следующего раза.
   Развернулся и зашагал в сторону выхода. Осталась только я и Араника, которая отчаянно делала вид, что все еще спит.
  

Глава 8

   Инквизитор
  
   Мигрень - обычное дело для человека, что с утра до вечера занят государственной работой, и необычное для демона. Она мучила его второй день подряд. Когда часы пробили на башне шесть, а утренний туман растаял среди просыпающихся улочек города, пришло зудящее чувство. Оно распространялось подобно чумной заразе: неожиданно, быстро и без надежды на избавление. Небольшая горсточка разбитого стекла, что осталось от пузырьков с зельями, валялась на ковре безвкусной мозаикой. Рядом, почти у самого окна лежала раскрытая книга по лечебным заклинаниям. Ее листки примялись, а на новеньком переплете образовалась косая линия разрыва. Изначально инквизитор планировал выкинуть ее в окно, но в последний момент вспомнил, что экземпляр новый и подарен весьма уважаемым коллегой, с которым не следует портить отношение, путем выбрасывания результатов его трудов с пятиэтажной высоты в ров с водой. Поэтому, в последний момент, книга сменила траекторию полета и попала точнехонько в циферблат напольных часов. Они, конечно, не имели ничего общего с башенными часами, что надоедали каждые полчаса звонким боем, но легкое удовлетворение от причинного вреда, Инквизитор все-таки получил.
   Восстановить силы в Нижнем мире проще некуда. А работа с чужими снами не из легких. Та же псевдореальность потребует меньше затрат, чем втягивание чужого сознания к себе в сон. Встреться он с настоящим демоном, все получилось бы иначе. Они бы вместе поддерживали иллюзию, желая остаться на равных. Но бывшая пленница Дневника, тратить силы была не намерена, и все легло на плечи демона.
   Это не ошибка. Он столкнулся с последователем Калеба Геллиофрея. Вот бы еще понять, прямым или косвенным? Первых он никогда не встречал. Они были вроде призраков, ускользающих миражей. Пятерка людей, нашедших лазейку между жизнью и смертью. Обошедших законы Вселенной. Научились пробуждаться. Когда человек умирает, а душа покидает тело, она отправляется на круг перерождения и через какое-то время может вновь вернуться в Привычный мир. Подробностей этого процесса знали разве что Старые боги. И Калеб. Он зашел дальше всех. Он нашел способ возвращать душе память прошлых жизней. Воспользовался демоническими знаниями, взяв за основу концепцию строения Дневника, и провел эксперимент.
   Пятерка первых. Выживших. Вместе с возможностью пробуждения, они получили свой свод нерушимых правил. Иначе нельзя. Нижний мир и магия полностью состоят из правил. Это основа Мироздания.
   Первое. Дневник последователя (как и демона) нельзя уничтожить. Можно спрятать, зарыть в земле, закинуть в вулкан, выбросить в море, но не уничтожить.
   Второе. Дневник и последователь всегда тянутся друг к другу. Если украсть Дневник, то рано или поздно, обладатель окажется где-то рядом. Море вынесет Дневник на берег, спящий вулкан пробудится и извергнет лаву вместе с Дневником, произойдет землетрясение или паводок смоет верхний покров почвы. Стихии весьма враждебно воспринимают противоестественные артефакты, всеми силами стараясь вернуть находку людям.
   Третье. Как и демона, последователя можно контролировать с помощью Дневника. Относительно. Наличие артефакта позволяет вызвать демона и дает возможность заключить с ним разовую сделку или долгосрочный контракт. Демон - заложник своего Дневника. Последователь - раб. С помощью Дневника можно изменить память последователя, стереть его личность, разрушить и полностью воссоздать обратно по своему желанию.
   Четвертое. Самое обидное. Опять же, в отличии от демонического Дневника, только сам последователь и тот, кому дано разрешение, может совершать манипуляции с ним. А разрешение весьма необычное. Нельзя просто сказать "бери, пользуйся". Это немного иной уровень магии. Инквизитор перерыл все архивы Ордена Света, прежде чем выяснил, что законный брак может давать такое разрешение. О других способах демон узнать не смог. А Геллиофрей о них почему-то в своей биографии не написал.
   О Калебе среди демонской братии говорили только шепотом или вскользь. Большинство обитателей Нижнего мира, что в древние века выползали в Привычный мир, знавали его лично. На собственной шкуре. Им была изгнана и запечатана большая часть демонов. Канцелярия до сих пор всех разыскать не может!
   Сам же Инквизитор, если Калеба и встречал, то не помнил. В какой-то период своей жизни демон впал в странное состоянии апатии и надолго погрузился в сущность Нижнего мира. Проснулся лет триста назад. Обновленным, свежим, сильным, готовым к свершениям. Чем собственно и занялся. Только одна мыслишка не давала покоя. Кто же низверг его?
   Он знал, что это был адепт Света. Адептка, точнее сказать. Ее облик расплывался. Путался среди прочих мыслей и ускользал. Слишком давно это все было. Слишком странными казались те события. Инквизитор долго искал информацию, кто отправил его на покой, основательно попортив память. Доподлинно удалось выяснить лишь то, что адептка принадлежала к первым. К пятерке Пропавших.
   Не существует такого демона, что не хотел бы лично поквитаться со своим пленителем. Попадись Калеб в руки кому-то из демонов, это вполне могло вызвать небольшую гражданскую войну среди обитателей Нижнего мира.
  
   Мужчина поскреб пальцем корешок Дневника. За прошедшие дни с книжицей произошли очень странные изменения. Обложка осталась такой же потрепанной, а вот страницы внутри изменились. Исчезла белизна. Откуда-то появился текст. Мелкий, прыгающий почерк, практически выцветшими чернилами, заполнял большую часть Дневника.
   Не имея никаких намеков на угрызения совести, демон прочел Дневник. Те его части, где удалось разобрать слова и почерк. И, кто бы мог подумать, содержание полностью соответствовало дневнику обычной семнадцатилетней девчонке. Немного о поездках, немного о любви, цветах, красном вине. Постепенно красочные описания превращались в короткие, вызывающие опасения, заметки. О потерянном доверии, оружие, полной луне, безумии, способах убийства без магии, крови и почему-то о белых орхидеях.
  
   ***
   Асбер
  
   Кабинет Инквизитора был опутан очень странными пространственными заклинаниями. Конкретного расположения не существовало. В него можно было попасть через дверь на третьем этаже Канцелярии, в личном загородном поместье демона, через проход в Восточной башни в Академии. Ходили слухи о существовании еще нескольких входов, но лично их Асбер не видел, поэтому предпочитал не брать в расчет. Итак, входов было много, находились они по разным частям света, а вот кабинет оставался один. Бывало, что данар заходил к Инквизитору в Академии, а выходил уже в Канцелярии, но при этом, ни разу не чувствовал, что проходит через портал. Какое-то иное, неведомое людям заклинание, обеспечивало переход. Без задержек, без вспышек света, без неприятного ощущения чужеродной магии.
   Портал в Канцелярии тратил очень много энергии и поддерживался десятком дорогостоящих драгоценных камне. Работал он не постоянно, а только после активации. Проход в кабинет Инквизитора был открыт постоянно. Что тратило невероятное количество сил! Немыслимое расточительство! Больше никто из демонов не пользовался такими заклинаниями. Они бы не прочь, да силенок не хватает. Вызнать секреты своего коллеги, до сих пор, ни одному из них не удалось.
   Узнать, где находится материальное расположения кабинета, означало получить доступ ко всем тайным документам, могущественным артефактам и к Дневнику самого Инквизитора. Неудивительно, что демон так тщательно охранял секрет волшебной комнаты. Через двери-двойники можно попасть в кабинет, только если сам хозяин присутствует в нем. В остальное же время, открыть проход физически невозможно.
   Асбер был самым частым гостем Инквизитора. Первое время он пытался определить расположение кабинета (не ради тайн господина, скорее ради спортивного интереса) по виду открывающемуся из окон. Но вскоре понял бессмысленность своих потуг. Все три окна, расположенный на одной из стен, показывали совершенно разные места.
   В кабинете, помимо входной двери, через которую приходили все просители, было еще три. Одна вела к лестнице, спускающейся вниз. За второй располагалась опочивальня. Предназначалась она не для демона как такового, а для его возлюбленных (Асбер предпочитал использовать именно это слово). Что скрывалась за дверью номер три, он не знал и знать не хотел. Некоторые знания таят в себе опасность, и данар был уверен, что тайна третьей двери откроется ему только вместе с крышкой от гроба.
   - Иди сюда, - подозвал его Инквизитор. Асбер, который, как всегда замешкался перед входом, откинул прочь лишние мысли и направился к рабочему столу господина. - Садись.
   - Господин, - поклонился данар и опустился на стул, обитый красным бархатом. Инквизитор выглядел несколько растерянно. Не знай Асбер его так хорошо, не заметил бы, что темные волосы господина слегка растрепанны, белоснежная шелковая рубашка надета небрежно, а тени ведут себя несколько беспокойно. Могло показаться, что мужчина просто не выспался или его мучили дурные сны. Но что такого страшного могло присниться демону?!
   - Отчет мэтра я прочитал, - Инквизитор откинулся назад на спинку кресла, где небрежно висел его камзол, и скрестил руки на груди. - Твое мнение.
   - Отклонение от анализа, предоставленного аналитиками, не более трех процентов. Это хороший результат.
   Мужчина повернул голову к окну. Его взгляд замер на золотистом подхвате тяжелых портьер.
   - Что с беглянкой?
   - Она неплохо справляется, - Асбер был рад, что здесь не приходится идти против правды. Девчонка тянула на крепкий середнячок. Да, он надеялся, что она выдаст что-нибудь посильнее. Очень не хотелось верить, что происшествие в лесу - случайность, вызванная его собственным разгильдяйством. - В кризисной ситуации не паниковала. Сразу нырнула под стол. Быстро сообразила, что униформа защищена от огненной стихии. Чепчик на занятие не надевала, но таскала в сумке. Воспользовалась им почти сразу, как все началось.
   - И защитила адептку Зелле, - закончил за него Инквизитор. Данар внутренне передернулся. Интонация господина не предвещала ничего хорошего. - Спасла если не от смерти, так от очень серьезных травм. Рискуя собственной жизнью.
   - Это была обдуманная смелость, - осторожно проговорил он. - Китра прикрыла руками голову, когда произошел финальный взрыв. Не сделай она этого, та деревяшка пробила бы ей шею.
   - Китра Клоу, - протянул мужчина. Затем потянулся к верхнему ящику. Достал красную папку на которой значился текущий год и надпись "Огневики", вытащил из нее малоформатный портрет. При поступлении у адептов брали слепки ауры и снимали внешние показатели. Поэтому, к каждому личному делу прилагался портрет учащегося и анкета. У Инквизитора же, была своя собственная картотека. - Это она?
   Асбер взглянул на протянутый портрет и машинально ответил "да", прежде чем понял, что ошибся. Черноволосая красавица с сияющей улыбкой и синими, как морское дно, глазами, имела мало общего с Китрой Клоу. На самом деле, кроме очень дальнего родства, девушек не связывало ничего.
   - Это Деллиана Фольмуд. - Асбер вновь почувствовал себя неуютно. Словно он намеренно перечит Инквизитору. - Они с ней родня в каком-то там колене.
   - Они похожи? - мужчина нахмурился. Кажется, он сам был удивлен собственной ошибке. Вернувшись к папке, он начал перебирать остальные портреты.
   - Внешне - нет. Китра - рыжая, кудрявая. Нос в веснушках. Глаза карие. Лицо округлое. Если улыбается, то как-то глупо, а вовсе не так, - кивнул он, указывая на Фольмуд. - Ростом примерно одинаковые.
   Он бы и дальше мог перечислять их различия, но демон его прервал.
   - Сколько ей?
   - В конце осени исполнится восемнадцать. - Данар сразу понял, что речь идет не об адептке Клоу. Демон точно знал, что она несовершеннолетняя. Иначе бы запихнуть в Академию не получилось.
   - Как показала себя на первом испытании? - Демон потерял весь интерес к беглянке, отодвинув ее портрет в сторону, и полностью сосредоточился на новой жертве.
   - Неплохо, - вот теперь данар начал по настоящему нервничать. Ему не нравилось к чему все шло. - Создала щит. Не самый прочный. Сломался на финальном аккорде. Прикрыться руками или пригнуться, Деллианна не успела. Пострадал кожный покров лица. Не серьезно, на пару дней.
   - Откуда знает заклинание щита?
   - Прочитала в библиотеке накануне.
   Демон нахмурился.
   - С чего она решила, что оно ей понадобится? Кто-то слил информацию о проверке?
   - Нет, - Асбер порадовался, что может вернуться к своей подопечной. - Днем ранее она подверглась нападению адептки Клоу. Девчонка перепугалась и сгенерировала сгусток энергии. Никто не пострадал. Инцидент исчерпан. Но адептка Фольмуд сразу сделала правильные выводы. А Китра добавила себе в копилку еще несколько слухов о своей неуравновешенности и потенциальной опасности. От нее шарахаются, как от прокаженной.
   Асбер надеялся, что Инквизитор попросит его рассказать о заклинании, что в то утро использовала Китра, но нет. Часть про опальную адептку он даже не слушал. Он разглядывал портрет Деллианны Фольмуд - почти точную копию той девушки, что была запечатлена на полуночной картине, висевшей в его кабинете.
   Асбер мысленно выругался.
   Он ненавидел, когда демон выбирал себе пассий среди учащихся Академии. Еще больше ненавидел, когда знал их. Оттого и рвался на вольную. Уж лучше мотаться по всей Империи не зная продыху, чем опять оказаться в той ситуации.
   Он уже не помнит, зачем в тот день направился к Инквизитору. Наверняка что-то очень важное и срочное, иначе не зшел бы к господину без предупреждения. В те дни ему и в голову не приходило, что необычный кабинет, может быть чем-то большим, чем рабочее место. Например, частью личного поместья, которое спрятано от посторонних глаз.
   Инквизитор был не один. Красивая, стройная брюнетка, с тонкими чертами лица и плавными формами, запрокинув голову смотрела на своего кавалера. Демон осторожно придерживал ее за талию, силясь что-то разглядеть в сапфировых глазах. Асбер невольно залюбовался. После трансформации в Нижнем мире, многие его чувства претерпели изменения, но пассию демона он оценил. Очень даже оценил. Таким как она, оборачиваются вслед, их внимания добиваются цветами и подарками, вызывают ее поклонников на дуэли.
   Должно быть она пришла из Канцелярии. Старый город не мог похвастаться столь прекрасными представительницами прекрасного пола в дорогих нарядах. Девушка принадлежала столице. Императорскому двору. Изысканное платье. Манера держаться. Осанка. Взгляд. И при всех достоинствах, как приятный бонус, шла магия. Раньше Асбер таких видел только издалека.
   Выпускница Академии. Водник. Она училась на соседнем потоке. Пересекались на парных занятиях о противоборствующих Стихиях и на показательных ритуалах. Данар не помнил ее имени. И едва смог распознать в прекрасном создании ту вздорную девицу, что постоянно затапливала водой комнаты своих недоброжелателей, устраивала ловушки-фонтаны в неожиданных местах, срывала занятия на улице слепым дождем.
   Неожиданная встреча. Асбер только-только начал восстанавливать прежние связи. Год пребывания в Нижнем мире сильно сказался на прежних знакомствах. Выпускники разъехались по разным городам. Задержаться в столице удалось не всем. Асберу повезло. Черноволосой красавице, видимо, тоже. Привлечь внимание Инквизитора - дорогого стоит. Особенно в романтическом плане. Вкусы демонов весьма консервативны. Своих любовниц они подбирали тщательно, по одной им известной системе.
   - Асбер. - Прозвучал глубокий голос демона. Мужчина продолжал поглаживать синеокую адептку по изгибу талии, не отводя от нее глаз. Девушка тоже не проявила к присутствию данара особого интереса. - Что случилось?
   По коже парня поползли мурашки и он поспешил рассыпаться в извинениях, раскаяться в своем недостойном поведении, испросить дозволения оставить документы из Канцелярии и удалиться.
   - Останься, - простое слово пригвоздило Асбера к тому месту, где он стоял. Ноги задеревенели. По позвоночнику прошелся холодок Нижнего мира. Инквизитор отпустил свою спутницу и подошел к данару. Забрал документы из его онемевших рук и быстро пробежав глазами по содержимому, спросил: - У тебя есть возлюбленная?
   Следопыт почувствовал, что простым "да" не обойдешься.
   - Есть, - сказал он. - Училась курсом младше на факультете Земли. У нас не было возможности пожениться. Ее отец меня не признавал в качестве зятя. Но теперь он не сможет отказать.
   Асбер никогда не скрывал ради чего решил стать данаром.
   - Прошло полгода, - заметил демон. - Ты сделал ей предложение?
   Черноволосая пассия Инквизитора продолжала стоять там же. Вполоборота к Асберу. Восхитительный, темный ультрамарин глаз, застыл в хрусталиках радужки, лишенный всякой осмысленности.
   - Нет.
   - Почему?
   Не было времени? Пытался устроиться в столице? Хотел выслужиться перед Инквизитором, работая и день и ночь, без выходных? Вкладывал все силы в работу? Крутился белкой в колесе, лишь бы выхлопотать место потеплее? Нет. Ничего из перечисленного не являлась настоящей причиной.
   - Не знаю, - признался данар. Пересказать демону те же отговорки, что и будущей невесте, он не рискнул.
   Отложив документы в сторону, Инквизитор вновь вернулся к своей пассии.
   - Ты слышал про демоническую одержимость? Цикличность темной стороны? Асбер покачал головой. Демон обошел девушку полукругом. Встал у нее за спиной. Поддел черный локон. Пропустил через пальцы. Снова поддел прядь волос. Данар поймал себя на мысли, что заворожено следит за этим действием, не в силах оторваться. Мужчина продолжил:
   - Когда человек попадает в Нижний мир, тот начинает на него влиять. Пытается уничтожить, сломать, растворить в себе. Если этого не происходит и человек обладает очень сильной волей, мир начинает его перестраивать. Делает приемлемым. Меняет его структуру так, чтобы она вписывалась в правила и законы мира. Впрочем, о том, как на свет появляются данары тебе и самому известно. А что происходит, когда демон появляется в Привычном мире? Тоже самое. Только уже Привычный мир пытается изменить демона по своему усмотрению. Это конечно же невозможно. Демона в данара не обратишь. Но на уступки идти приходится.
   Инквизитор перестал играться с антрацитовым шелком волос, уложенных в прическу из тугих локонов. Обошел красавицу и встал напротив нее. Девушка-кукла оставалась неподвижной.
   - Романтики назовут эти уступки любовью, демоны - одержимостью, вынужденным проклятьем, ученые предпочтут слово "цикличность". Каждый из демонов, попадая в Привычный мир, обзаводится навязчивым образом. Недостижимым идеалом, который начинают искать. Иногда им... гм... нам кажется, что мы его находим.
   Демон положил руку на солнечное сплетение девушки. Она не вздрогнула. Она продолжала смотреть куда-то вверх.
   - У каждого из нас свои предпочтения, но мы всегда остаемся верны им. Даже легкое эхо цикличности дает нам силу, превосходящую результат любого жертвоприношения. - Мужчина сместил руку влево. - Главное знать, как его правильно закончить.
   Послышался хруст. Асбер не сразу понял, что это звук ломающихся ребер. Время остановилось. Застыло прощальной картинкой, навсегда впечатывая в память данара. Безмятежное лицо адептки Воды. Ее легкая улыбка. Несколько тонких морщинок у глаз. Стеклянный взгляд. Тугие локоны, что не потеряли формы, не растрепались, не взметнулись вверх, когда девушка медленно заскользила на пол.
   Демон придерживал красавицу до самого конца.
   Одной рукой за талию, другой ее сердце.
   Магия Нижнего мира всколыхнулась и густой темной энергией разошлась по кабинету. Пространство пошатнулось. Бесплатная сила теплой волной окутала данара. Перед глазами продолжал стоять красный, пульсирующий сгусток, оставляющий багряные следы на дорогом платье девушки, на мраморе пола, на обуви демона.
   Сердце. Он вырвал ей сердце. Она даже не вскрикнула.
   Внезапно все закончилось.
   Другой рукой, в которой не билась утраченная человеческая жизнь, Инквизитор смахнул со лба мешающую челку.
   - У данаров тоже бывают приступы цикличности. - Голос демона не изменился ни на йоту, будто бы ничего не произошло. Будто бы на полу не лежало бездыханное тело бывшей любовницы Инквизитора. - Имей ввиду, когда поедешь к своей возлюбленной. На курсах такому не учат. Но демоническая часть порой требует свое. - Мужчина задумчиво повертел сердце, словно прицениваясь. - Впрочем, если заинтересует такой источник сил, обращайся.
   Со своей девушкой Асбер расстался в тот же день. Посредством записки, длинною в две строчки.
  
  

Глава 9

  
   - Зато у нас есть вино, - попробовала приободрить себя я. За окном смеркалось По небу ползли дождевые тучи. Я пролистывала очередной учебник истории и едва удерживалась от уныния.
   Все было плохо. Кроме вина, конечно.
   Следующие несколько дней прошли в относительном спокойствии. Утренние медитации, завтрак, лекции, обед (спасибо, что все оплачено Канцелярией!), и еще одни лекции, где нас учили чертить круги, квадраты и завитушки (творческий урок, что ли?), свободное время, ужин, пара часов для себя и сон. В свободное время, я была готова деться куда угодно, чтобы лишний раз не задерживаться в своей комнате. Случайно не столкнуться с Делли или Ал-Соной. Я обследовала внутренний парк замка-Академии, несколько раз злоупотребляла угощениями в зале Восстановления огневиков, и наконец добралась до библиотеки.
   Один взгляд на Делли вызывал во мне такую противоречивую бурю эмоций, что хоть иди с башни прыгай. Это и море сожалений, и приятные, летние грезы, яркие картинки веселья, а потом горькое чувство утраты, непонимания и отчужденности. Я стремилась привести свои внутренние весы в равновесие и определиться с чувствами. Но толку? Я не могла ее ненавидеть, но и общаться с ней не могла. Хуже всего, что теперь я ревновала! Деллианну к Ал-Соне, а Дэна к Делли! Так вообще быть не должно.
   Вот чем плохи пробуждения в новых телах. От прошлых чувств убежать невозможно. Ты живешь с ними параллельно. Принимаешь их как свои, либо они сводят тебя с ума. Если с невозможной дружбой и с детской влюбленностью я могла смириться, то что делать с ревностью - не представляла. Жуткая, деструктивная эмоция, зародившаяся глубоко в душе не давала покоя. Если она даст корни, я могу не справиться.
   Казалось бы, живешь не в первый раз. Влипал в разнообразные ситуации. И в клане убийц побывал, и магию терял, подругу по все Империи искал, в жертву демону едва не принесся, а вот ведь зараза, споткнуться на такой ерунде, как ревность. Была бы такая возможность, закинула бы рюкзак за плечи и двинулась на край земли, где ни людей ни демонов. Но нет, сижу в библиотеке, делаю пометки о восхождении новой династии.
   Официальная история пугала. Она настолько не соответствовала реальным событиям, что в какой-то момент я забеспокоилась: а не попала ли я в альтернативную вселенную своего мира? Магии Света здесь не существовало. Никогда. История была вычищена до блеска. Никаких упоминаний о Стражах Солнца, об Обители, об Ордене, о храмах лунных жриц. Их не существовало. Несколько раз мелькала информация о дикарских культах, пытающихся исказить суть демонологии. Я не сразу догадалась, что имеется ввиду Ковен и его Сестры Крови. Это крохотное упоминание, посадило во мне семена надежды. Ковен категорически выступал против темной магии и демонов. Сбежавшие заговорщики могли иметь с ними определенную связь.
   Что касается Империи, то книги по истории утверждали, что до появления демонов, ее вовсе не существовало. Люди жили подобно варварам, не имея централизованной системы власти. Вели разрушительные войны, погрязли во вражде. Истребляли друг друга. Понятие культуры почти полностью отсутствовало. Если бы демоны вовремя не вмешались, человеческая раса грозила себя уничтожить. Под чутким руководством Канцлера, демоны смогли спасти остатки людей. Привести их к миру. Образумить. Создать сильную, мощную, настоящую Империю, не боящуюся врагов с других континентов. Именно демоны, во главе с Инквизитором, обучили людей магии в том виде, в которой она существовала на данный момент. Систематизировали и упорядочили знания. До вмешательства из Нижнего мира, люди пользовались магией как попало, при использовании калеча себя и других. Не имея нужных знаний, они опускались чуть ли не до уровня животных, полностью подчиняясь своей Стихии.
   Книг, старше трехсот лет, в библиотеке не обнаружилось. Я даже не стала выяснять почему. Наверняка из-за того, что люди живущие до власти демонов, не обладали навыком книгопечатанья или письма вообще. Мол, хотите чего из древнего, читайте наскальную живопись.
   Каждая новая строчка вгоняла меня в глухую депрессию. Первые полчаса я фыркала и возмущалась после каждой прочитанной фразы. Вторые полчаса - боролось с раздражением. Третьи - поражалась глупостью автора и удивлялась, какой дурак в это поверит. А потом резко, без предупреждения очень-очень сильно загрустила. Это мир здесь. Вокруг. И я в нем.
   - Привет! - на стол передо мной хлопнулась книга. Стул напротив занял Дэн. Форму Академии он сменил на камзол стального цвета с неприметной вышивкой на рукавах и снежно-белым воротником-стойкой. На пуговицах блестела монограмма "К.Г.". Конечно же. После занятий, адептам дозволялось надевать обычную одежду. Оставаться в учебной ливреи считалось плохим вкусом. А я до сих пор куталась в красный плащ огненного факультета.
   Настроение сразу рухнуло на пару пунктов. Горло сдавило. Внутри образовался ком.
   - Слишком рано для домашних заданий, - продолжил Дэн, когда я не ответила. - Обычно в библиотеки пусто первую половину семестра. Все предпочитают практику, занимаясь в зале Восстановления.
   Действительно. Кроме меня и Дэна, в читальном зале присутствовало человек десять.
   - Ты ведь не обиделась, что я к тебе не подошел? - продолжал Дэн. Теперь и он начал чувствовать себя неуютно. - Я видел, что тебе помогает Младший учитель. Ждал пока он уйдет, чтобы проверить, все ли с тобой в порядке, но не успел. Ты сразу ушла. - Пауза затягивалась. Я продолжала молчать. Искала свой дар речи. Бледнела, краснела, бездумно таращась на серебряные пуговицы адепта Воздуха. - Я тебя чем-то расстроил?
   - Нет, что ты, - сумела проблеять я. - Вовсе не расстроил! Я рада тебя видеть.
   Парень окинул взглядом мой набор учебников по демонологии и нахмурился.
   - Как ты здесь устроилась? Никто не достает?
   - Все отлично, - без особого энтузиазма ответила я. - Не считая... - Я изобразила рукой что-то непонятное, пытаясь объяснить свою полную растерянность. К счастью, Дэн понял меня по своему. Он понизил голос до шепота и наклонился ко мне чуть вперед.
   - Мне жаль, что с твоими родителями так получилось, - сказал он.
   - Мне тоже, - кивнула я. Точно, родители.
   - Поэтому тебя достает личный следопыт Инквизитора?
   Я во все глаза уставилась на парня. Откуда он знает про Асбера? Имею ли я право об этом рассказывать? И если не дам ответ, Дэн встанет и уйдет? Впрочем, адепт понял все сам.
   - Не отвечай, если это каким-то образом может тебе навредить, - его взгляд стал серьезным, а поза напряженной.
   В общем-то, мне никто ничего не запрещал. Главное условие - не афишировать родство с Делли. И я ответила:
   - Данар Асбер будет курировать меня на протяжении всего обучения. Он следит за мной, и совершенно не скрывает своих целей. - Немного помолчав, я решила, что Дэну следует знать кое-что еще. - Ты ему не понравился.
   Услышать, что полудемон точит на тебя зуб и не проявить беспокойство - это что-то на грани глупости и бесстрашия. Дэн не испугался. Бровью не повел. Принял информацию к сведению и кивнул в знак благодарности. Этот парень начинал набирать очки и в моих глазах.
   - Я слышал о твоем чудесном спасении Стихией Огня.
   К щекам подступил румянец.
   Почему я опять краснею?!
   - Не такое оно и чудесное, - пробормотала я, опуская взгляд вниз.
   - Чудесное, если ты смогла убедить данара отправить себя в Академию и более внимательно проверить на дар.
   - Все было не совсем так, - слова дались с трудом.
   Если Стихия Огня мне не доступна, то почему я чувствую, как внутри разгорается огонь? Как Свет становится настолько ярким и обжигающим, что кажется, сожжет изнутри. Каждая частика души с затаенным трепетом, как под гипнозом, следит за колыхающимся пламенем и не думает отодвигаться в сторону.
   - Я помню, что когда у меня обнаружился дар Воздуха, всех детей из моего окружения проверили на силу, - Дэн как будто специально понизил голос и наклонился вперед. - У тебя ничего не нашли.
   Он находился близко. Слишком близко. Еще миллиметр и парень мог бы почувствовать жар исходящий от моей кожи. Не помешала бы даже зачарованная форма.
   - Мой дар очень слабенький. Его сложно заметить.
   Я усилием воли заставила себя не поднимать глаза. Если он заглянет в них, если увидит ту бурю эмоций, что ураганом сметала все установки, я сгорю со стыда. То есть, Эвелин, а я за компанию. Смерть путем самосожжения. От накативших чувств. Блеск, Китра, блеск!
   - Я бы заметил.
   Вот и все. Тело предало меня в одно мгновение. Я подняла глаза. Медленно. Выглядывая из-под ресниц. Это были мои движения. Эвелин никогда раньше не флиртовала. Она пользовалась моей памятью. Я отчаянно пыталась затянуть это мгновение, задерживая взгляд то на трещинках стола, то на пуговице Дэна с монограммой. Но огонь, разбушевавшийся внутри, был далеко не на моей стороне.
   "Ветер раздувает угли, - успела подумать я, прежде чем произошли сразу три вещи одновременно."
   Первое, - наши глаза встретились. Его серые, с налетом изморози и тумана. Мои карие, со светлыми прожилками прожитых жизней. Контакт длился меньше секунды, меньше ее мельчайшей части, меньше любого возможного измерения времени. Потому что именно в этот момент произошла вещь вторая.
   Парень взял меня за руку. Положил свою ладонь поверх моей. Реакция вышла сильнее, чем если со всей дури долбануть заклинанием "Молния". Один раз я под него попадала. Так что поверьте, я знаю о чем говорю. Все мышцы разом сжимаются. Тело напрягается. Шум в голове стихает до кристальной тишины. А потом взрывается мириадами вспышек света. Эффект столь ошеломительный, что теряешься в прострации; дернувшись в сторону, застываешь в парализации. Впрочем, последние произошло не из-за прикосновения.
   Третье действие, что произошло и заставило меня выдернуть руку из-под ладони парня, и на скрипящем стуле отодвинутся обратно, - воспоминание. Монограмма "К.Г." обрела свой истинный смысл. Мозг пытался обратить мое внимание на несоответствие букв и имени адепта Воздуха с самого начала, но я с успехом игнорировала все сигналы.
   Внешность Дэна казалась мне знакомой. Но за все жизни я повидала так много людей, что почти перестала запоминать их лица. Люди из одной родословной очень часто имели схожие черты. До недавних пор я сама была ярким примером человека, что из жизни в жизнь, пробуждался в теле очень похожим на предыдущее. Эта привычка, не обращать внимание на подобные вещи, меня и подвела. Преграда пала. Я наконец разглядела человека, которого отчаянно прятала в памяти.
   Дэн - приятный, светловолосый парень, с задорной улыбкой и понимающими глазами, представлял собой чуть ли не точную копию моего... эм... то ли врага, то ли преследователя, павшего от проклятья демона (тут сразу не разберешь). Разница в десяток лет, роли не играла. Я помнила того мага, когда он расхаживал с внешностью тридцатилетнего. Убрать морщинки и надменное выражение, и вот он - мой приятель Дэн.
   Ах, да. Еще один момент. Помимо внешности, человека из прошлого и друга Эвелин из настоящего, объединяло их еще кое-что. Общее имя. Дэн - ласковое сокращение от имени Камден. Камден, мать его, Геригон! Последний человек, которого я видела перед тем как уснуть в предыдущем теле. Более того, он был одной из причин (не самой главной, но весомой), почему я предпочла больше не возвращаться.
   Мало того, что он убил несколько десятков адептов, угрожал моим друзьям, похищал и их и меня, Камден дважды пытался принести меня в жертву демону (моему бывшему мужу, на секундочку!). А когда дело не выгорело и результат вышел не тем, что ожидался, он решил подавить мою личность с помощью Дневника. Я уж молчу о тех случаях, когда силой навязывал свое общество, делая весьма непристойные намеки почти обрученной мне!
   И теперь здесь он.
   Вернее, один из его потомков. Его копия с его именем. Милый, добрый, обходительный и участливый. Самый-самый лучший парень во всем мире. Друг детства. Первая любовь.
   И я должна поверить, что это совпадение?!
   - Прости. - На красивом лице отобразилась легкая растерянность. Ничего схожего с моими чувствами-воспоминаниями. Для него это короткое соприкосновение руками ничего не значило. - Я позволил себе лишнее.
   Он оглянулся на тех редких посетителей, что безликими тенями сновали между стеллажей, а теперь с любопытством поглядывали в нашу сторону. Не дожидаясь ответа, Дэн встал из-за стола. Я не стала его останавливать.
   - Наверное, мне лучше уйти.
   Я кивнула.
   Когда парень скрылся за рядом книжных шкафов, я устало опустила локти на стол и вздохнула. Какого демона твориться в этой Светом покинутой Академии? В воздухе витают эманации темной энергии, присущей ритуалам жертвоприношений. Адептов пытаются ранить или покалечить на каждом занятии, данары расхаживают средь бела дня и суют свой нос куда не следует, среди студентов и друзей чужого прошлого, оказывается тип, с очень знакомым именем.
   Первый шок спал. Я могла мыслить логически.
   Дэн не мог быть лордом Геригоном. Я признавала это. Камден Геригон жил триста лет назад. Являясь достаточно сильным магом, он мог протянуть полторы сотни лет. Но дожить до сегодняшнего дня? Абсурд. Дэн - молодой парень, которого я-Эвелин помню с самого детства. Самое разумное объяснение, он - прямой потомок Камдена. Его правнук или пра-правнук или еще дальше. Отсюда схожая внешность, дар магии Воздуха и его полное имя. В некоторых семьях, ведущих свой род на протяжении веков, принято называть детей в честь ушедших родственников. Если я правильно помнила, ирум Камден обладал незаурядными способностями. В его силах было приумножить состояние семьи и сохранить определенную власть, даже в период восхождения демонов в эпоху Ириады.
   Моя паника - очередное проявление паранойи. Когда живешь не одну жизнь, и время от времени приходится спасаться, то от инквизиции, то от охотников за темными магами, то от демонопоклонников, немного здоровых опасений не повредит.
   Я отняла руки от лица и взглянула на тетрадку в которой делала пометки по истории Империи. На страницах чернели две строчки уныния о демонах, окруженные облачком из роя сердечек и бабочек. В уголках скопились завитушки, а на полях виднелась комбинация монограмм.
   "К.Г. + Э.Ф."
   Сегодня она выглядит так. Через месяц, инициалы "Э.Ф." сменяться на "К.К"
   Я вырвала страницу. Безжалостно смяла ее в комок и засунула в карман.
   У меня нет времени на глупую влюбленность. Где-то, за пределами досягаемости, находится демон, который знает о моем существовании и способен пробираться в мои сны. Я должна найти способ защитить свой разум от его вторжения. Изматывающие ночи, лишающие последних крох сил - мне ни к чему. Каждый следующий раз будет даваться демону с большей легкостью, мне же, наоборот, удержать оборону станет сложнее. Заклинание полога Света - временная мера. Долго с ней не продержаться.
   Сама я справиться не могла. Магия Света не имеет контрзаклятий против вторжения в разум. В области ментальной магии лучшими направлениями являются Воздух и Вода. Оба имеют неплохой запас заклинаний на этот счет. Воздух больше по информации, Вода ближе к эмоциям и желаниям. Мне подходила любая из этих Стихий. Что та, что другая, в одинаковой степени мне чужда.
   Я протянула руку к карману. Нащупала смятый листок. Крепко сжала его в ладони, чуть ли не скрипя зубами. Мысленно простонала ругательства. Опустила голову на стол и обуреваемая целой армадой противоречивых, но в целом, тоскливых чувств, пришла к выводу: пора заняться изучением магии Воды.
   Впрочем, возможность познакомиться с этой Стихией ближе, у меня появилась довольно скоро.
  
  
   Глава 10
  
  
  
   - Ложись!
   Я бросилась в укрытие. Отпрыгнула в сторону. Зашипела. Перекувыркнулась. Приземление пришлось на больную руку. Зафиксировавшись в устойчивой, коленопреклоненной позе, выставила ладонь перед собой. Заклинание щита замерцало серой пленкой. Мгновение спустя в него врезался магический шар. Брызги воды разлетелись в разные стороны, колючими иглами вонзаясь в землю. Под напором сильного заклинания, меня отшвырнуло назад на спину.
   Удар вышел не сильный. Упала я не на жесткую землю внутреннего двора Иксми, а приземлилась в месиво из воды, земли и травы. В противную, холодную, хлюпающую грязь. Подобные лужи из жижи, пятнами украшали почти все поле боя между адптами Огня и Воды. Официально, данный процесс избиения пятым курсом водников первого курса огневиков, назывался занятием по теории и практики противоборствующих Стихий. Он был направлен на понимание основ чужой магии и разумного взаимодействия с ней. В теории это были схемы и формулы, на практике же, формулировка "тренировка в игровой форме" превращалась в войну "каждый сам за себя".
   Вокруг творилась беспощадная куча мала. Красные и синие мантии сновали по двору, выискивая места для укрытия и атаки. Пахло серой и гарью. В воздухе летали заклинания. В основном они принадлежали адептам Воды, но иногда кое-кто из огневиков умудрялся давать сдачи.
   - Пригнись! - прокричали над самым ухом в тот самый момент, когда я приподнялась на локтях, готовая вскочить на ноги. Слишком поздно. Я рухнула обратно в лужу, в этот раз уже с головой. Надо мной проскочил один из парней. В нестройной, чуть полноватой фигуре, я опознала Ирвина - одного из более менее успешных адептов. Следом пролетел сгусток магии, с размаху вонзившийся в дерево позади. Раздался хруст. Фейерверк из щепок взметнулся в воздух, обдавая спину частицами листьев и веток.
   - Скрип-скрип, - донеслось позади.
   - Поберегись! - Донеслось следом.
   Сейчас дерево начнет падать, - дошло до меня. - Но в какую сторону?
   Я не успевала произвести расчеты скорости заклинания, силы, угла и места его попадания. Времени осталось только для действий. Я перекатилась по лужи в сторону, метя на сухой участок земли и оттуда уже подорвалась назад, нацеливаясь на кусты. Не доставало одного шага, как зеленые ветки передо мной вспыхнули ярким пламенем. Я ахнула. Огонь взорвался яркими искрами, воспламеняя зеленые ветви и тут же превращая их в угольки.
   - Извини!
   Я обернулась на голос. По лицу Араники скользили капельки пота. Она плела очередной огненный шар. Отказавшись от защитных заклинаний, девушка упорно делала ставку на атаку. На каждом занятии она старалась действовать. Дни, когда Аранику в ступор вводило любое нападение, почти прошли. С каждым разом адептка чувствовала себя все уверенней, хотя и продолжала раз за разом ошибаться. Например, как сейчас. Создать заклинание и направить его не туда - вполне в ее духе.
   Я не стала ничего отвечать. Мой резерв был истощен давным-давно.
   Прогудел рог, оповещая об окончании практического занятия. Огневиков объявили проигравшими и пригласили к дереву позора. Дальше предстоял разбор ошибок. Хвалили нас мало. Тактика обучения на этом занятии больше напоминала акт устрашения студентов. Мы становились в круг. Учитель выбирал одного из адептов и в пух и прах разносил его действия. После, слово передавалось выигравшей стороне. Следом за критическими и весьма обидными замечаниями, наступал наш черед. Если добровольцев не находилось, мэтр выбирал их сам.
   Сколько учеников подвергнется унизительному разгрому, зависело от желания преподавателя. Цифра варьировалась от трех до пяти, но иногда мэтр входил в раж и доставалось каждому. Получать злобные слова от адептов Воды было еще больше обидно. Они просто над нами измывались, пользуясь возникшим превосходством. Ну, а слышать критику от своих - от огненных, было совсем больно. И уже не имело значение, обоснованная она или нет. Если попал под разбор - рыдать тебе следующие три дня в подушку.
   К тому моменту, как начались занятия с водниками, ни разу не пострадавших среди адептов Огня первого курса, не осталось. Все щеголяли с бинтами, перевязками, ушибами и синяками разных мастей тяжести и давности. Я была не исключением. Рана на ладони сменилась ожогом по все длине руки, когда отскакивая от очередного взрывоопасного заклинания, я зацепилась рукавом за подоконник. Ткань разошлась по шву, а следом по коже прошелся огонь.
   Больше ни у кого не осталось сомнений, что случайные взрывы не такие случайные, какими хотели бы казаться. Адепты стали дерганными. Подозрительными. Каждый шорох, неловкое движение соседа, заставляли чуть ли не вскакивать с места. Атмосфера веселья, что царила первые дни, сменилась чем-то гнетущим. Еще не полностью. Остались в нашем классе юмористы, стреляющие бумажным шариками в затылок и иногда кричавшие "ложись" просто так. Но с каждым разом безобидные шутки чувствовалась все злее.
   Моя регенерация работала постоянно. Боль она не убирала, но раны затягивались быстрее. С щитами пришлось повозиться. Поставить их на постоянную подпитку магией, я не могла. Банально не хватало резерва. Для пассивного заклинания я выбрала "прозрачную паутинку". Ее приходилось обновлять после каждого магического всплеска, но оно того стоило. Паутинка реагировала на малейшее движение создаваемое магией. То есть, не на те заклинания, что точно также пассивно слонялись по Иксми или "висели" у других адептов, а на те, что вот-вот собирались активироваться. Так я имела возможность среагировать на атаку чуточку раньше.
   Когда все адепты привыкли к постоянным неожиданным проверкам способностей, и застать их врасплох стало труднее, нам ввели новый предмет. Теория и практика противоборствующих Стихий. Тут взвыли все. Равнодушных не осталось. Наша форма защищала нас только от Огня. От другой же магии приходилось спасаться самостоятельно. Вместо одной переменной, контролируемой преподавателем, появилось двенадцать (количество адептов Воды, добравшихся до пятого курса), каждая со своим характером, целью и манерой поведения.
   Адепты Воды уже столпились около беседки, огневики только начинали подтягиваться. Помощь пострадавшим до окончания разбора была запрещена.
   - Адептка Зелле! - Громко объявил преподаватель.
   Класс дружно выдохнул. Жертва была выбрана. Слезы на глазах Араники выступили раньше, чем она успела выйти в образованный студентами круг. Девушка хромала и неловко держалась за бок. Когда она остановилась у дерева, мэтр сказал:
   - Для начала, может вы сами перечислите собственные ошибки?
   Араника затравленно оглянулась по сторонам. Вцепилась руками в край формы, и принялась сбивчивым голосом перечислять созданные заклинания и улетевшие мимо целей огненные шары. Из толпы зазвучали едкие комментарии. Пока только шепотом.
   Я внимательно следила за водниками. Особенно за теми, кто помалкивал или был занят, тайком залечивая свои ранения. Таковых было немного. Водники редко получали ранения. Но если уж попадались под заклинания наших, страдали гораздо сильнее. Их униформа была зачарована подобно нашим: защищала от родной магии, и поддавалась чужой.
   Мое внимание привлекали несколько человек: брюнет в очках, устало облокотившийся о перила беседки, девиц восточной внешности и блондинка, делающая пометки в тетради. Я долго мялась, но не могла решиться подойти к кому-то из водников. Они меня пугали. Адепты везде ходили небольшими группками. По три-четыре человека. Лезть к недоброжелательной компании с просьбой о помощи - непростительная ошибка. Кроме насмешек и подколов, ничего не добьешься. С одиночками проще. Они всегда более настроены на конструктивный диалог.
   Предыдущие четыре занятия, пока в нас швыряли заклинания и всячески испытывали на скорость и ловкость, я старалась определить самую подходящую кандидатуру. Их было три. У каждого имелись свои достоинства и недостатки.
   После той ночи демон в моих снах не объявлялся. Вместо этого он насылал вязкие, гнетущие, изматывающие кошмары, после которых я просыпалась в поту. Сон стал короче на несколько часов, потому что обратно я засыпать не хотела. Из меня тянули жизненные соки, изматывали, пытались ослабить до такого состояния, чтобы я сдалась добровольно. С каждым разом демон все ближе подбирался к разбросанным кусочкам памяти, стараясь выяснить мое местоположение, имя, внешность, род занятий. Его посыл звучал весьма прозрачно: сдайся или я найду тебя сам. В первом случае возможны уступки, во втором, на милость победителя не уповай.
   Время работало против меня. Заклинания Воды, которыми я планировала изначально воспользоваться, оказались непригодными. Слишком многое было рассчитано на взаимосвязь со Стихией. Все изыскания, проведенные в библиотеке, напоминали блуждание в лабиринте без выхода. Я убеждала себя, что отчаиваться рано. Что от недосыпа еще никто не умирал, а демон не сможет вычленить из моего сознания чего-то стоящего. Я слишком мало пробыла в новом теле, чтобы привыкнуть к своей внешности и сжиться с историей Эвелин. Все что болтается в моей голове на поверхности, это события трехсотлетней давности. А с них толку нет.
   Мысль о том, чтобы попросить о помощи кого-то из преподавателей, я отмела сразу. Информация, что адепт ищет заклинание для защиты разума - сразу уйдет наверх. По той же причине я не стала обращаться к водникам. Готовое заклинание - это почти признание в намерении его использовать. Да и отплатить мне было нечем. Те деньги, что у меня имелись за молчание о родстве, ушли на вещи первой необходимости. Та же мелочевка, что осталась, вряд ли могла кого-то заинтересовать.
   В очередной беспощадный день, закончившийся несколькими синяками и ушибами, на меня снизошло озарение. Что если не использовать готовое плетение Воды, а создать свое собственное? Взять элементы из чужого направления и переделать на свой лад? Пускай выйдет не столь прочно и эффективно, но лучше так, чем совсем ничего. Я должна была хотя бы попробовать!
   Еще две бессонных недели и я создала первые наброски. Они вышли неуклюжими, с кучей оборванных нитей, уводящих силу в никуда. Колоссальный перерасход энергии! Но я справилась. Рассчитала заклинание подходящее для Света и способное дать небольшую защиту. Последней проблемой стала проверка. Перевести теоретическую схему на практику. Во тут я рисковать не хотела. Ментальные заклинания должны быть точными, без изъянов. Ладно если просто не сработает, а если нет? Лишняя завитушка может начисто спалить мозг.
   Я была прекрасным теоретиком. Но если я собиралась закончить Академию в здравом уме, трезвой памяти и крепкой психикой, без посторонней помощи не обойтись. Нужен был тот, кто сможет проверить мои выкладки и подтвердить, что в плетении нет огрехов. В этом плане было меньше рисков попасться, чем в том, где я иду за готовым, но разовым заклинанием. И стоить будет меньше. Оставалось определиться с достойным доверия водником.
   Бочком, стараясь не привлекать лишнего внимания, я сдвигалась влево. Меня всегда вызывали последней. В виде финального аккорда.
   - Куда это ты? - Асбер возник неожиданно. Он ухватил меня за предплечье и выдернул назад из толпы.
   - Поздороваться, - cказала я первое, что пришло в голову.
   Мэтр хмуро глянул в нашу сторону, но заметив зеленую ливрею младшего учителя, промолчал.
   - В таком виде? - поинтересовался Асбер, утащив меня метров на десять от группы.
   Я оглядела себя. С волос капала жижа. Измазанное лицо. На щеке ссадина. Грязь застыла на руках и шее. Засыхая, она обваливалась. Кожа покрылась красными пятнами и чесалась. Форма вышла из строя. К ней прилипли трава, листья, щепки и мусор: все то, что я насобирала, прокатившись по газону внутреннего двора. В туфлях хлюпала вода.
   Побитая, грязная и продрогшая - вот какой я была.
   - Тебе-то что? - Фыркнула я.
   Асбер появился впервые за целый месяц. Меня предоставили самой себе, лишив последнего общения. Класс продолжал меня сторониться. Переброситься парой слов удавалось лишь с Араникой, которая как я, большую часть времени проводила в зале Восстановления. Она лечила свои раны, я - пополняла резерв, который сгорал до критического минимума после каждого заклинания Огня. Дэн пропал. Иногда, краешком глаза, я ловила блеск голубой мантии рядом с Делли. Видела его светлую шевелюру в шумных коридорах Академии, но столкнуться лицом к лицу или поговорить, возможности не выпадало. Он был неуловим. Несколько раз я собиралась отправиться в ту часть общежития, где обитали воздушники, но останавливалась в последний момент. Что такого важного я могла сказать, кроме того, что хочу его увидеть?
   - Над чем ты работаешь? - не тратя время на объяснения, данар сразу перешел к делу.
   - О чем ты?
   Рука болела. Отбитый бок тоже давал о себе знать.
   - Не делай вид, что не понимаешь.
   Уже сделала!
   - Объяснись, - я скрестила перед собой руки, с вызовом уставившись на данара. Нет, я не злилась, что он пропадал где-то целый месяц не поставив меня в известность. Но мог же и предупредить, да?
   Он глянул на мэтра. Тот закончил разбор с Араникой и вызвал следующего адепта. Имени я его не знала. У девушки, тем временем, во всю текли слезы. Она отошла назад на столько, насколько позволено. Вытащив чудом спасшийся от грязи платок, девушка утирала злые слезы.
   - Неважно, - сказал Асбер. - Тебя кто-то обижает?
   - Нет, - незадумываясь ответила я. Даже если вокруг постоянно звучат злые шутки или во время занятий кто-то специально толкает под заклинание, жаловаться я не буду. До откровенной травли не доходило, а коли дойдет... Я тоже умею создавать неприятные сюрпризы.
   - В самом деле? - не поверил данар. Я кивнула. Он убедился в своих подозрениях еще сильнее. - Сама не нарывайся. Про водников - забудь.
   - Это прямой запрет? - уточнила я.
   Асбер скрипнул зубами, но ответил:
   - Нет. Вежливое предупреждение.
   - Чудненько!
   Гордо задрав подбородок, я развернулась и зашагала к адептам Воды. Далеко уйти не удалось.
   - Адептка Клоу! - прогремел голос мэтра. - Если вы закончили там, не соблаговолите ли присоединиться к нам?
   Я замерла. Парень, над которым проводилась экзекуция, покинул место разбора, и преподаватель недвусмысленно предлагал мне заполнить образовавшуюся там пустоту. А все мои платочки для рыданий, погибли в неравной борьбе с магией Воды.
   Ну, блеск!
  
  

Глава 11

  
  
  
   Она переплела волосы в косичку. В неровном свете затухающего ночника, их цвет напоминал густой, ароматный шоколад. Отблески пробегали по ухоженным прядям, застывая на алых локонах. Ал-Сона никогда не убирала их в прическу. Странно, но неестественные оттенки красного совершенно не портили уточненный абрис лица, лишь подчеркивая идеальность скул.
   Черный зрачок сжался в узкую линию, когда я приоткрыла дверь в комнату, чтобы незаметно прошмыгнуть к кровати. Ал-Сона держала книжку в мягком переплете, но ясный взгляд настороженных глаз, говорил о том, что за этот вечер не было прочитано ни строчки. Девушку что-то сильно волновало и вряд ли причиной стала неразделенная любовь очередной красавицы из дамского романа. Такой обеспокоенной я видела соседку впервые.
   Я прикрыла за собой дверь, радуясь, что та не стала выдавать меня жалобным скрипом и молча прошла к своей кровати. С Ал-Соной мы не здоровались. Она затаила неприязнь гораздо раньше, чем по Академии поползли слухи о моей связи с мятежниками. То ли дело в нашей первой встрече, где я направила на нее заклинание, то ли корень проблем лежал гораздо глубже.
   Итак, одна из трех моих соседок бодрствовала. Остальные комочки одеял, что принадлежали Делли и Араники, не шелохнулись. Девицы спали мертвым сном, плотно закутавшись в одеяла.
   Остановившись у тумбочки, я сгрудила на нее сумку и начала вытаскивать учебники, тетради и письменные принадлежности. Расправившись с замком, открыла ящичек и выудила три полных бутылки вина, припрятанные днями ранее. Выносить их из зала Восстановления строго запрещалось, но, к счастью, сумки никто не обыскивал. Кроме тех случаев, когда та начинала звенеть при ходьбе.
   Я запихнула контрабанду в сумку и с досадой обнаружила, что одна бутылка никак не входит. Две уже находились внутри, две добавились, а последняя немым укором осталась на тумбочке. Я смерила ее взглядом и представила, как крадусь с ней в руках, в недоброй тишине мрачных коридоров Академии, а за спиной дребезжат остальные бутылки. Зрелище выходило печальным и трагическим. С моим уровнем везения и предупреждением от Асбера о слежке, кто-то обязательно да попадется по пути.
   Проверка заклинания адептом Воды стоила пять бутылок вина. Поскольку огневикам дозволялось использовать его в восстановительных целях, а остальным нельзя употреблять даже за пределами Академии, у нашего факультета имелась некая валюта. Обзавестись ей оказалось труднее, чем я думала. План я прорабатывала почти неделю, после чего приступила к действию.
   В зале вино подавалось только в кувшинах, которые пересчитывались. В тихую не вынесешь. За тарой пришлось идти на кухню и прибегать к ухищрениям, чтобы вынести ее незаметно. Огневик, пришедший за пустой бутылкой просто обязан был вызвать подозрение. Попадаться же на первой стадии исполнения плана, я считала ниже своего достоинства. Мой любимый этап провала - последний.
   Я потратила уйму времени на составление графика учителей, мелькающих в зале Восстановления и людей, вызывающих подозрение. Под гриф "потенциальные доносчики" попадали все. Любой, увидевший, как я сливаю вино в бутылки, мог меня сдать. А любопытных всегда было много. Раньше я не злоупотребляла таким способом восстановления резервов, и, у пытливого ума, моя внезапная любовь к заветным кувшинам могла вызвать подозрения. Чтобы их избежать, я несколько раз подставлялась на занятиях, позволяя себя ранить. Обезболивающих здесь никто не раздавал и в таком свете я вполне могла проявить безопасное внимание к рубиновому напитку.
   Я осмотрела свою добычу. Повторила в уме путь на пятый этаж и уже собиралась тихонечко покинуть комнату, чтобы отнести бутылки в обговоренное место, как мой взгляд пересекся с глазами Ал-Соны. Все то время, что я воевала с вещами, девушка за мной наблюдала.
   Так, а это уже странно. Адептка Ревье предпочитала игнорировать мое существование. Она делала это настолько эффективно, что в ее присутствии я чувствовала себя астральной проекцией, что забыла свое тело дома. Само собой, что в какой-то момент я перестала брать ее в расчет. А, зря. Зря. Она только что видела, как я складываю в сумку контрабанду и запросто могла настучать главному.
   Блеск!
   Случайность превратилась в борьбу взглядов. Ее подозрительность против моей напряженности. Молчаливая дуэль без единого выпада. Это не один из тех случаев, когда встречаются два менталиста из рода стихийников Воздуха, где превосходство разума решает все. Магией здесь и не пахло. Более древний инстинкт, чисто женский, пробудился темных глазах Ал-Соны - битва за главенство, за территорию, за статус хозяйки.
   - Где ты была? - ее голос прозвучал спокойно и ровно. Девушка привыкла приказывать. Должно быть в ее семье много слуг, которым она с детских лет училась управлять. - Отбой был полчаса назад.
   Мой ответ замер между "Не твое дело" и "Тебе то что?". Вместо этого, я подхватила сумку, перекинула ее через плечо и взяла не влезшую бутылку, устраивая ее в руке так, чтобы мантия прикрывала обзор.
   - Стой! - Прозвучало как приказ. Девушка не шелохнулась, но ее острый взгляд, вонзился в меня не хуже ножа. - Куда это ты собралась на ночь глядя?
   Я собиралась сказать, что мои ночные гуляния ее ни коем образом не касаются, но тут меня поразила страшная догадка. Ни один из свертков одеял, в которых кутались Делли или Араника, не пошевелился. Совсем. Абсолютно невозможная ситуация. После тех испытаний на выживание, коими нас радовали на занятиях, спокойным сном не обладал никто. Мы вскакивали от каждого шороха, что переходило в цепную реакцию. Как когда кто-то просыпался от кошмара, остальные трое дергались от факта пробуждения первого. Даже Араника, что в первую неделю славилась беспробудным сном, за два месяца научилась реагировать на каждый подозрительный звук.
   Кроме меня и Ал-Соны, в комнате никого не было. Кровати пустовали. Трюк с одеялом был известен каждому с юных лет и до сих пор оставался эффективным. Не понятно, куда подевалась Делли. Со своей подружкой они были неразлучны, работая в паре на каждом занятии. Мастерство Ал-Соны было весьма спорным, но с Деллианной они сработались отменно. Даже как-то странно осознавать, что одна из девушек здесь, готовится ко сну, а другая куда-то пропала.
   Араника постоянно носилась среди старшекурсников или адептов иных Стихий. Девушка одновременно была везде и нигде конкретно. Если кто-то начинал ее искать, то выяснялось, что она находилась в каждом месте, где вы о ней спрашивали, но всего минуту назад ушла. Вы не могли ее найти, если Араника этого не хотела. И не могли спрятаться, если она вдруг возжелала с вами встретиться.
   А вот куда делась моя дальняя родственница? И как часто за последний месяц в свернутом комке на ее кровати была лишь пустота?
   - Ты идешь к Делли? - Настойчиво повторила Ал-Сона. - Ты знаешь, где она?
   - Что? - Я вновь глянула на пустующую кровать. У меня не было времени на бессмысленные разговоры. В полночь выпивка должна быть в указанном месте, иначе сделке конец. - Нет.
   Я развернулась, но покинуть комнату не успела. Ревье довольно резво вскочила со своего места и перегородила мне выход. Она уперла руки в бока с вызовом глядя на меня. Она сантиметров на десять не догоняла меня по росту, поэтому ей приходилось задирать голову. В таком положении тяжело оставаться угрожающей, если ты хрупкая, миниатюрная брюнетка, но адептки это как-то удавалось. Это при том, что она не стала демонстративно активировать заклинание одно из атакующих заклинаний.
   - Куда ты идешь?
   По моей спине пробежали мурашки. Я ощутила опасность. Что-то в ее позе, в интонациях, в слишком насыщенном цвете глаз, напоминающем неприступные горы, выражало угрозу. В том, что с легкостью оттолкну девушку в сторону и пройду к двери, я не сомневалась, как и в том, что с такой же легкостью она сломает мне запястье.
   - Я не знаю, где адептка Фольмуд. - Чуть резче, чем следовало, ответила я. - Это ты ее подруга. А куда направляюсь я - тебя не касается.
   - Касается, - гневно выдала она, - если речь идет о предательнице, которая нарушает комендантский час. Возможно мне стоит сообщить об этом твоему надзирателю? Или ты как раз к нему спешишь? Не удается баллы получить днем, так отрабатываешь ночью?
   Я не сразу поняла, о чем она говорит. Видит Свет, но раньше я не беспокоилась, что мои честь и достоинство кто-то посмеет оспорить. У меня не было ненавистников, которые шептались за спиной или выдавали ядовитые фразочки, продолжая улыбаться в лицо. Я не привыкла защищать себя на поле беспочвенных обвинений в распущенности и теперь не знала что сказать. Не знала, как должна себя чувствовать.
   А вот, Я-Эвелин знала. И чувствовала. Эта эмоция звалась гневом.
   - Завидуешь, что тебе такой возможности не перепало? - Весьма мерзким голосом отозвалась я.
   - Было бы чему завидовать, - отозвалась Ал-Сона. - Ты на плаву держишься только за счет подсказок Младшего учителя. Сама-то что из себя представляешь?
   Ох, как же мне хотелось высказаться о ее, Ал-Соны, собственной бесполезности. О том, как она выезжает на занятиях только благодаря силам и способностям Делли. Или пройтись по ее внешности и долгим часам, что она проводит в будуаре, приводя себя в порядок и задерживая нашу с Араникой очередь. Но смолчала. Пускай внутри клокочет гнев, но времени спорить не осталось.
   - На себя посмотри, - огрызнулась я, обходя девушку. Та посторонилась, позволяя мне протиснуться к двери. Я пыталась выудить из памяти Эвелин емкое оскорбление, чтобы достойно припечатать оппонентку. Те, что использовались в мою эпоху, нужного результат не произвели бы.
   Ал-Соне копаться в памяти не пришлось. Парочка злобных фраз прилетели мне вдогонку, когда я выскочила за дверь. Мысленно перебирая в голове достойный ответ на ее слова, я нырнула в соседний коридор к лестнице. Тем временем, маленький голосок в голове задавался вопросом: с чего вдруг Ал-Соне вздумалось затеять со мной ссору и где же на самом деле пропадает Деллианна?
   К несчастью, на этой маленькой стычке, моя ночь не закончилась.
   Я почти час кралась по Академии, замирая в тенях при каждом шорохе, пережидая опасность в нишах, следя за опасными участками замка, по которым шел обход. Несколько раз едва не попадалась на глаза младшим учителям. Чуть не столкнулась с таким же отчаянным адептом, что выбрался после отбоя. К счастью, он меня не заметил, покинув свое укрытие ровно за секунду до того, как собиралась я. Он проскользнул по краю золотистого свечения лампады и исчез в одной из ниш.
   Пятый этаж пустовал. Тишина стояла столь плотная, что казалось я в другом мире, где вымерло абсолютно все живое. Нужный коридор показался знакомым. Именно от него уходило ответвление к лестнице, что вела на крышу башенки, где я однажды занималась медитацией. Здесь не проходили занятия и большинство кабинетов были наглухо закрыты. Тем не менее, осветительные шары исправно левитировали, проливая достаточно света, чтобы не споткнуться и не свернуть шею. На удивление пахло свежестью и чистотой. Редкое свойство для заброшенных частей замков.
   Пройдя главные сложности и преодолев опасности, я стояла у своей цели. Огромные двойные двери возвышались до самого потолка, на подобии тех что могли бы вести в бальную залу или в покои Императора. Это могло меня заставить что-то заподозрить, если бы наши занятия по начертательным заклинаниям не проходили двумя этажами ниже, в зеркальной копии комнаты, в которую я собиралась войти. Но даже в этом случае я собиралась просканировать кабинет, прежде чем бесцеремонно вламываться в него.
   По договору с адептом в очках, Валтоном, которого первым встретила в зале Восстановления, мне следовало оставить пять бутылок вина в заброшенном кабинете на пятом этаже, за что утром, он вернет мою работу с внесенными поправками и корректировками. Все до ужаса просто, если не считать блондинистую адептку, перегородившую мне путь.
   - Стой, - тихо, но твердо, произнесла она. В тишине пустого коридора, ее голос прошелся шелестом опавших листьев.
   Блондинка вынырнула из-за угла так неожиданно, что я едва не выронила из рук ту бутылку, что держала в руках. Девушку в синей мантии я признала сразу. Она была одной из кандидатов, к кому я собиралась обратиться за помощью. Всегда держалась немного в сторонке от остальных. Вечно с книгой или тетрадкой в руках: что-то записывала, что-то читала. Но назвать ее книжным червем язык бы не повернулся даже у самого злобного завистника.
   Длинные, стройные ноги. Прямая, в чем-то величественная осанка, возвращали в эпоху прошлых лет, где герцогини и придворные дамы блистали на балах изяществом манер. Одежда без единого пятнышка или складки - почти невозможное достижение для вечных полевых условий Академии. Всегда убранные и гладко зачесанные волосы. Светлый оттенок не отдавал желтизной или серостью, он таил в себе истинный холодный тон вершин заснеженных гор и самой нижнего градуса температуры севера.
   Девушка всегда представала этакой зимней королевой в окружении своих вассалов. Именно эта холодность и ледяная неприступность отпугнули меня от ее кандидатуры. А теперь она с чего-то решила прервать мой поход. Положив ладонь на ручку двери в заброшенный кабинет, но так и не повернув ее, я в удивлении застыла.
   Чего ей от меня надо?
   - Эээ.. Ле-Рин? - с трудом припомнила я имя адептки. Ее фамилия вылетела из головы или я вовсе никогда его не слышала.
   Ее говорок принадлежал жителям севера, но где-то в глубине звучного голоска откликались нотки восточной полосы Империи. Двойное же имя, наоборот, кричало о западных традициях, где значение имели наставления старейшин рода, что проводили особый ритуал наречения ребенка, связанный с кровным родством и магией лунных жриц. Впрочем, последних открыто уже не существовало, так что имя адептки могло не значить ровным счетом ничего.
   - Не открывай дверь, - четко и твердо сказала она, при этом оставаясь на уровне шепота. Будь я чуточку впечатлительней, рванула бы прочь с глаз зимней королевы. - Ты не должна этого делать.
   -Что?
   - Не открывай.
   - Не понимаю, - нахмурилась я.
   Договаривалась я с Валтоном. Оставляю поклажу, а он ее забирает. Откуда здесь Ле-Рин? Может они вместе и он прислал ее? Попасть впросак не хотелось. Отдам ей сейчас вино, а Валтон завтра скажет, что мол, договор не исполнен. Я же и виновата окажусь. Устные договоры между магами несут в себе нечто большее, чем слова. Они подкреплены силой. Моя часть состоит в том, чтобы оставить бутылки в конкретном кабинете, а не передавать третьему лицу. Если Валтон решил внести какие-то изменения, ему следовало сообщить все лично.
   Ох, это с самого начала попахивало подставой.
   - Не заходи в ту дверь, - повторила девушка. - Ты никому ни чем не обязана.
   - Очень даже наоборот, - фыркнула я. - Тебе-то какое дело?
   - Я хочу удержать тебя от ужасной ошибки. Если бы ты хоть на мгновение понимала, чем все закончится, ты бы не стала туда заходить. Чего бы ты ни хотела, есть другой способ получить желаемое.
   Я закатила глаза.
   Да что всем внезапно стало дело до моих ночных прогулок? Два месяца никто пальцем не шевелил, а тут внезапно озаботились. Асбер вылез, Ал-Сона всполошилась и вот адептка Воды нарисовалась. Того и гляди сам Инквизитор явится поругать за нарушение правил Академии.
   - Не знаю, какие у тебя проблемы с Валтоном, но решай их с ним, а не со мной. - Я довела дверную ручку вниз до щелчка и уже собиралась распахнуть дверь, как услышала искреннее удивление Ле-Рин:
   - При чем тут Валтон?
   Девушка уставилась на бутылку, зажатую в моей руке, потом смерила взглядом мое одеяние, что-то сопоставляя в уме. Ее тонкие брови сдвинули к переносице, обозначив на светлом личике крохотные морщинки и крайнюю степень раздражения.
   - О, Стихии, ну и дуреха же ты! - Она шагнула ко мне ближе, и когда ее угол обзора сместился, Ле-Рин увидела, в каком положении находится моя ладонь. Ее глаза расширились: - Не смей отпускать! - Зашипела она, а я начала проникаться мыслью, что только что совершила ужасную ошибку. Да вот какую?
   - Почему? - Перешла я на шепот, с опаской поглядывая на свою руку.
   Если бы надо мной решили подшутить, то нацепить какое-нибудь мерзкое заклинание на ручку двери - прекрасная идея. Или смазать зудящим бальзамом или вызывающим чесотку зельем. Поставить краску-хлопушку, срабатывающую при нажатии или отпускании. Да что угодно! Целый простор для фантазии. Если с шумовыми эффектами - еще лучше. Вот уберу руку, а в лицо ударит струя краски под звуки фанфар. И ходить мне всю неделю с зеленым лицом и почесываться.
   - Ты знаешь, что там за заклинание? - Я продолжала говорить тихо. Магия могла сработать на тональность звука или тембр голоса.
   Прежде чем ответить, Ле-Рин предпочла отступить немного назад к спасительному проему смежного коридора. Нельзя сказать, что это как-то укрепило мой боевой дух. Скорее наоборот, моя ладонь, обхватившая ручку двери, начала потеть.
   - Это не заклинание. - Девушка не сводила взгляда с моей руки ни на секунду. Она глядела на нее так, словно вокруг нее обвилась ядовитая змея и вот-вот укусит. - Это дверь в покои демона.
   - Демона? - Переспросила я.
   Какого еще, мать его, демона?!
   Девушка ответила одними лишь губами. В безмолвной речи угадывалось слово "Инквизитор".
   Быть не может! Что ему делать в Академии? Ночью! Не живет же он здесь? Слишком маленький кабинетик скрывался за массивными, разукрашенными узорами и резьбой, дверями, уходящими под самый потолок...
   ..Проклятая пространственная магия!
   О, Свет, пусть это будет идиотский розыгрыш, в котором Ле-Рин просто подослали, чтобы испугать меня до смерти!
   Короткий взгляд в сторону светловолосой адептки, что держалась у самого края прохода в другой коридор, подтвердил, что девушка либо потрясающая актриса, зря решившая потратить семь лет жизни на Иксми, либо я действительно собиралась ворваться в комнаты великого Инквизитора, чьим следопытом являлся мой надсмотрщик Асбер. Я ничего не знала об этом демоне, но что-то подсказывало, что не существует такой твари из Нижнего мира, которая бы нормально отнеслась к тому, что к ней вламываются в дом посреди ночи.
   Нет, правда, почему кабинет Инквизитора находится в Академии, а я слышу об этом впервые?
   Нет, Китра, потом. Сначала убери к демонам свою руку от двери и уматывай из коридора, пока жива. А дальше предашься пространным рассуждениям о бытие мира.
   Воздав мысленную молитву Свету, где я просила, что бы Инквизитора не было за той стороной двери или что бы он был достаточно занят и не интересовался, почему ручка ходит ходуном, я медленно потянула ее, возвращая на законное место. Когда половина пути была пройдена, ручка остановилась. Мое сердце повторило этот маневр. В отчаянии я дернула ручку вверх. Та и не подумала слушаться! Вместо этого, она поползла вниз! Чувствуя, как металл уходит из рук, почти вырываясь из вспотевшей ладошки, я в панике обернулась на Ле-Рин.
   Коридор пустовал. Девушка растворилась во мгле коридоров, будто бы ее и не было. Учитывая, что даже дыхание вызывало эхо в пустующем коридоре, ее мастерству тихого шага оставалось только позавидовать.
   Тем временем, невидимая сила, что скрывалась за стеной, дожала ручку до конца и потащила дверь на себя вместе со мной. Я заскользила ногами по полу, в отчаянной попытке удержать массивную дверь, но куда там? Уже предвидя свое будущее в следующие пять секунд, я запоздало разжала ладонь.
   Злобная сила инерции потащила меня вперед. В глубь комнаты.
  
  
  

Глава 12

   Я летела вниз. Взмахнув руками, подобно птенцу, которого только что выкинули из гнезда, я попыталась восстановить равновесие. Но против меня обернулись все законы Привычного мира, создав благодатную почву для столкновения с полом. К счастью, в комнате присутствовал представитель мира иного, который выбивался из общей картины правил.
   Расставленные приоритеты плохо сказались на бутылке. Та выскочила и долю секунды, пока она падала на мягкий ковер, я пребывала в состоянии невесомости мыли. Время замедлилось, растянувшись из крохотной точки в скачкообразную линию траектории полета бутылки, когда та ударилась краем донышка и тут же отпружинила на несколько сантиметров вверх, завалилась на бок и покатилась в сторону письменного стола. Глухой стук о деревянную ножку оповестил, о целостности тары.
   Я могла бы оказаться плашмя на том же самом ковре, но, мужчина поймал меня на полпути вниз, вовремя перехватив поперек груди и остановив неуклюжий полет. Я вцепилась в его руку, как в спасательный круг. Навалилась всем телом и не собиралась отпускать. Тем более, что хозяин комнаты не испытывал никаких затруднений с удержанием моего веса. Он покрепче перехватил меня, когда я заерзала, потянувшись носочками к полу.
   Из ног, как на зло, исчезли все кости, оставив ватную, не поддающуюся контролю, набивку. Неуклюжие попытки нормально встать, терпели фиаско.
   Мужчина стоял лицом к открытой двери, я же, в свою очередь, висела на его руке, разглядывая место, в которое попала. В покоях царил легкий, успокаивающий полумрак, воссозданный игрой света свечей с настоящим, живым огнем. Длинные трубочки цветного воска возвышались на нефритовых ножках подсвечников, создавая иллюзию романтической, чем-то уютной атмосферы, которая совершенно не соответствовала действительности.
   В окружающей обстановке я чувствовала себя крохотной. Интерьер помещения давил своей тяжестью, из-за чего я не сразу заметила еще одну гостью покоев Инквизитора. За темным лакированным столиком, посреди зала, сидела Деллианна. Она выглядела обезоруживающе хрупкой и растерянной среди тяжелого, мрачновато-роскошного, гнетущего пространства.
   - Адептка Клоу, полагаю? - спросил мужчина.
   - Д-да, - подтвердила я.
   Тут же меня встряхнули. Бутылки в сумке через плечо, звякнули. Мистическим образом, я оказалась лицом к лицу с демоном, который продолжал придерживать меня, но на этот раз уже за талию.
   - Давно хотел с вами познакомиться.
   В его голосе не было злости, раздражение или упрека. В нем текло опустошающее безразличие, не несшее в себе ровным счетом ничего. Почему-то меня это приободрило. Я опасливо подняла глаза. Все еще чувствуя смущение и неловкость из-за нелепого стечения обстоятельств, встретилась с мужчиной взглядом.
   Кровь схлынула с лица в одно мгновение. С ног до головы пробрало хорошей порцией льда. По коже, потрескивая, пробежал холодок, оставляя наедине с бездушными глазами нижнемировского монстра. Пустые глаза, безучастно рассматривали меня, краешком сознания взвешивая все "за" и "против". Мужчины так не смотрят на женщину. Так мясник оценивает приволоченную тушку, проводя мысленные пунктиры и намечая места разделки.
   - Но вам не кажется, что время для визита было выбрано несколько неудачно?
   - И-извините.
   Мой испуг вызвал в нем легкое раздражение. Демону, привыкшему к постоянному преклонению, лизоблюдству и страху со стороны подчиненных, моя реакция пришлась не по нраву. Он едва заметно нахмурился, демонстрируя недовольство.
   - Вы боитесь меня? - спросил он, позволяя по-новому оценить красоту демонического голоса: правильная тональность, спокойный тембр, легкость нот, правильные, отмеренные паузы и четкие, выверенные слова. А там, в глубине, что недостижима для слуха простых смертных, звенела оглушающее Ничего. - Почему?
   Ответ был очевиден. Я ввалилась посреди ночи в комнату Великого Инквизитора-демона, с пятью бутылками контрабандного напитка и, кажется, испортила ему романтический ужин. Неужели мужчина считал, что после огненного представления во время побега мятежников, у меня совсем не осталось инстинкта самосохранения?
   Есть демоны и они - зло в чистом виде. Их основной источник подпитки сил - человеческие смерти. Чем демон сильнее, тем больше на его счету загубленных душ. А демон передо мной был очень, очень, очень силен. Я это знала. Я это чувствовала каждым кусочком моего тела, пропитанного Светом. Магия сжималась в болевых спазмах, вызывая отвращение к пришельцу из Нижнего мира. Как Стихии влияют на своих носителей, вызывая в них сильные эмоции, так Свет сейчас влиял на меня.
   Вот почему люди позволили демонам править Империей. Лишившись Света, они не могли чувствовать того, что я ощущала в полной мере. Всю эту потустороннюю мерзость, оседающую на коже липким, затягивающим туманом. Чужую волю, что незримо, но постоянно окружала человека. То, как сознание теряется в тенях, безропотно принимая желания демонов. Прямо как сейчас, когда Инквизитор не хотел показаться устрашающим, но его воля - влияние на меня - прошли мимо. Свет не позволил скрыться правде.
   Вот чему демон удивился. Вот что я должна исправить первым делом.
   - Это не страх, мой господин. - Через силу выдала я. Свет неистово бунтовал, разгневанно бушуя, внутри меня. Но что я могла поделать прямо сейчас? Воскликнуть "За Свети и добродетель" и кинуться на демона с заклинанием наперевес? Глупая и неоправданная смерть. Тем более, а вдруг я не умру сразу? - Это изумление. Я поражена вашим величием.
   Хорошо что мужчины так же падки на лесть, как и женщины. Хорошо, что все демоны немножко мужчины. Хорошо, что я умею притворяться, когда дело касается моего выживания.
   Демон повелся.
   Он улыбнулся. Такой ответ вписывался в его картину мира. Демон принимал женское восхищение, как данность и делал ему определенные уступки. Приятно знать, что в мире без Света, осталась еще сила, способная совладать темными тварями. И имя этой силе - женское коварство.
   - Юной адептке не стоит разбрасываться такими словами в присутствии демона. - Он чуть снизил тон, указывая на некое недовольство моими словами. Показное недовольство, хочу заметить! - Они могут быть неверно истолкованы.
   - Кем угодно, только не вами, мой господин. - Доверчиво глядя в глаза, обретшие цвет, ответила я.
   Ох, лишь бы не переиграть. И, Свет, почему за все жизни я не научилась искусству флирта?!
   Пока мы оба обмениваемся любезностями, мне не надо давать вразумительных объяснений своему нахождению здесь. Но скоро игра закончится, а я еще не придумала волшебные слова что надо сказать, чтобы сохранить лицо, достоинство и жизнь.
   - Вы продолжаете мне бессовестно льстить, а мы с вами еще даже не знакомы, - напомнил он.
   Я с ним согласилась. Более того, его рука на моей талии, начала меня напрягать. А после небольшого диалога я не знала, как правильно извернуться, чтобы не вызвать у демона приступ гнева. Это сейчас он спокоен и выглядит уравновешенным, но твари Нижнего мира не люди, а хищники. Они только того и ждут, что бы жертва дала слабину и тогда они сразу вцепятся ей в глотку. Будь передо мной любой другой мужчина, я бы вежливо намекнула о непристойности подобного жеста или пригрозила бы влепить заклинанием. С незнакомым демоном такое не пройдет. Значит... пора познакомиться?
   Я извернулась, сразу уходя вниз в глубокий реверанс.
   - Китра Клоу, адептка первого курса огненного факультета высшего учебного заведения по изучению, контролю и совершенствованию магических искусств Империи, мой господин.
   В плаще и с перекашивающий плечо сумкой, тяжело выглядеть изящно, но я хотя бы не завалилась на бок!
   - Это было излишне, - мужчина легонько склонился, подавая мне руку. Я заколебалась. Он был без перчаток, я тоже. Считайте меня мнительной, но соприкосновение носителя Света и носителя темной энергии Нижнего мира, не могло закончится хорошо. У магии своя химия. Свои законы. И демон меня побери, но взаимодействие двух противоборствующих структур, не пройдет незамечено.
   От опасного выбора, меня уберегла Деллианна.
   - Господин Эгелар, - позвала девушка.
   Демон резко обернулся. Он забыл, что в комнате присутствует кто-то третий. Не смотри я на него в упор, не заметила бы тень удивления, что на краткий миг задержалась у краешков бездонных глаз. Когда внимание мужчины вновь вернулось ко мне, я уже выпрямилась и вопрос о предложенной помощи, исчез сам собой. Я приняла невинный вид, он принял вид, что мне поверил.
   - Одно мгновение, - едва слышна прошептал он. Темноволосого демона ждала прекрасная спутница.
   Адептка мяла в руках ажурный платочек, робко поглядывая на демона из-под густых, черных ресниц. Синие, струящееся платье из легкого шелка, ниспадало вниз аккуратными складками, на которых поблескивали серебристые узоры. На тонкой кайме полукорсета, вырисовывались древние орнаменты, обозначившиеся драгоценной нитью. Изящные украшения на запястьях, добавляли утонченный образ адептки Огня. Если судить в общем и целом, то в виде или поведении Делли не было ни намека, что ее держат в покоях демона насильно или против собственной воли.
   Это удивляло больше всего.
   - Деллианна, - в голосе демона появилась мягкость. - Наш ужин так некстати прервали.
   Он остановился рядом с ней. Склонился. Нежно взяв ее ручку, запечатал галантный поцелуй на тыльной стороне ладони. Девушка доброжелательно склонила голову и тут, из-за шелка антрацитовых волос, небрежно откинуты в сторону, я поймала ее взгляд. Он опалял меня жгучей ненавистью. Не будь я уверена, что девушка не использовала магию, могла бы поклясться, что в глубине сапфировых радужек неистовал Огонь.
   Я сглотнула.
   Проклятье, это очень похоже на неприкрытую угрозу.
   Мое лицо запылало от гнева. Я думала это неловкость, но нет. У чувства имелось другое название. Что-то похожее на зависть, пополам с ревностью и возмущением. Как она смела на меня злиться? Делли забрала у меня все! Мою родословную, мою фамилию, мое имя, мою внешность, внимание парня, что мне нравился. Ей принадлежало все то, что когда-то (всегда!) было у меня и то, что должно было таковым стать. Как будто кто-то отобрал всю мою суть, передав ее глупой девчонке, что решила завести роман с демоном. И эта самая девчонка имела наглость что-то мне предъявлять! Ей и так принадлежала вся моя жизнь, чего ей еще надо?!
   Я сжала руки в кулаки и глубоко вдохнула, отгоняя злость. Посчитала до десяти и отвернулась. Пускай воркуют. Пускай демон отвлекается на свою пассию. А я вернусь к здравому рассудку, пока с языка не сорвалось что-то злобное и ядовитое.
   Я отвернулась, выискивая, куда бы деть глаза и заодно успокоить ум. Заново осмотрела обстановку. Огромный зал с высокими, во весь человеческий рост, окнами, рабочим столом у стены, роскошными и на вид очень удобными диванами, маленькими светильничками и Бархатной тканью, что заменяла обои и также была использована в обтяжке плафонов комнатных ламп, мало напоминал тот крохотный кабинет, где у нас проводили занятия. Особенно мало с ним ассоциировались тяжелые драпировки, металлические украшения, старинные настенными ковры и зеркала до потолка.
   Деревянная мебель была выполнена в стиле эпохи Нового Расцвета, когда Вольные Королевства только-только объединились в Империю. Я помнила, когда в моду только-только входила прямоугольная, массивная, низкая и темная мебель: черная, каштановая или выполненная из красного дерева. Долго удивлялась странному сочетанию громоздких столов, плавных, гнутых форм ножек стульев и мягких, широких, с низкой спинкой кресел. Девушке, проводившую большую часть в жизни в рыбацкой деревне, каменных стенах лаборатории, разъездах по постоялым дворам и маленьком домике на вершине холма, подобная роскошь казалось одновременно завораживающей и дикой.
   Пробежавшись по интерьеру, по зеркалам, рабочему столу, остановилась на единственной картине в комнате. Какие сюжеты инквизитор предпочитает размещать в своих покоях: изображение великой битвы, портрет монарха, восточная красавица, неразборчивая мазня или творение знаменитого художника современности?
   Деллианна, он предпочитает Деллианну.
   Неизведанная сила внутри меня дернула за рычажок и клокочущая, обжигающая ненависть в одно мгновение обратилась в ледяную пустыню. Понимание пришло раньше, чем я сообразила что произошло. Чувство злости пропало. Его задавило что-то более мощное и сильное, я просто не успевала понять что.
   Картина. Картину не раз реставрировали. Магия крепко держала цвет, но не краску. Мелкие трещинки молниями тянулись по краям. При открытых шторах, лунный свет падал точно на полотно, превращаясь в его своеобразное продолжение. Он выстилался сумеречной дорожкой перед ногами девушки, придавая ее легкому, струящемуся тонким хлопком платью, призрачную белизну. На заднем фоне - бушующее море в бликах серебра небесного светила и ночное безумие маленького городка.
   Папа... Ее нарисовал мой отец, незадолго как отдать меня Калебу Геллиофрею. Мне едва исполнилось шестнадцать. От той девушки ничего не осталось. Она - не более чем прекрасная иллюзия прошлого. Печать из краски, волокна и слоя древней магии. Грань времени на подобии застывшей в смоле бабочки: красивая и мертвая.
   Крохи щемящей нежности, выскользнувшие из-под строго, ржавого замка, болтающегося на прошлом, мгновенно рассеялись по обледенелой пустыне страха. Следом вернулась злость. Вскипающая лава негодования ворвалась в душу, разламывая барьеры самоконтроля.
   Откуда проклятая картина здесь взялась?! На кой сдалась инквизитору? И не этот ли эпизод с горой, морем и луной, фигурировал в моем сне с демоном, что пробудил мой Дневник?
  
   Блеск! Блеск! Блеск!
   Ослепнуть можно!
   Озарение вышло ужасным и до жути очевидным. Все разом встало на места, удивляя безукоризненной простотой. Догадки, предположения, обрывки информации и переделанная история, что запечатлелась в библиотечных книгах, выстроилась в стройный ряд. Лишившись памяти обо мне, мой бывший муж прекратил добровольное затворничество в Нижнем мире и отправился в Привычный. Нашел подходящее тело для воплощения и устроил небольшой переворот. С теми знаниями, что он имел как маг, как ученик Геллиофрея, как один из пятерки и как демон, заточенный на века, мужчина сумел перевернуть все с ног на голову и утроить свою Империю демонов.
   Муж меня больше не помнил, но какие-то частички о моем существовании сохранились. Отсюда и картина на стене. Возможно, интерес к Деллианне продиктован теми же обрывками памяти.
   Демон двигался вперед по островкам событий, что присутствовали в последнюю нашу встречу. В прошлой жизни из-за ритуала жертвоприношения, я лишилась магии Света. То есть, находилась в том самом состоянии, в котором сейчас пребывала почти вся Империя. Только в отличии от остальных людей, я ограничилась несколькими неделями, почти сразу перейдя на магию Крови. Местным жителям никто такой возможности не предоставил. Они продолжали существовать в неведении, продолжая восхвалять существ, что украли дар, принадлежавший им с рождения.
   Это почти не шокировало.
   Барьер тишины, превращающий разговор демона и Делли и в невнятное бормотание, прорезал переливчатый девичий смех. Адептка прикрывала рот ладошкой, но едва ли это помогало. Демон улыбался и это не было маской или частью игры. Он тщательно отслеживал крохотные изменения в поведении Делли, разбирая, раскладывая на отдельные элементы и внимательно их изучая. Ему нравился сам процесс и нравился результат.
   Делли прекрасно справлялась со своей партией. Лучше, чем получалось у меня. Сложно судить по одному краткому моменту, но, кажется, мужчина был в ее вкусе, а демон всерьез заинтересован в адептке. Что ж, это объясняло, почему он больше не появлялся в моих снах. У него существовали занятия поинтересней.
   Делли что-то прошептала демону, сделала прощальный книксен и направилась к двери. Мужчина проследил за ней взглядом. По комнате прошлось легкое колебание пространственной магии. Отвлекало оно меня ровно до того мгновения, как щелкнула ручка и за девушкой закралась дверь.
   Свечи вспыхнули. Ярче осветив комнату, они каким-то образом превратили романтический полумрак во что-то зловещее. Я попятилась. Вот обо мне и вспомнили.
   - Адептка ...Клоу. - Он сделал паузу перед фамилией. Будто за несколько минут, что длились почти вечность, подзабыл, кто я такая и откуда взялась. - Давно хотел с вами познакомиться. Примерно с тех пор, как Айсбер впервые упомянул о вас в отчете.
   Я промолчала. Правила этикета требовали ответить любезностью или встречным комплементом, но что бы я ни сказала, это прозвучало бы слишком неестественно. Молчание же, редко приносит вред. Если речь идет не о пытках, конечно.
   - Как вам наша Академия? - небрежно спросил он.
   Прямые вопросы требовали прямых, а главное правильных ответов.
   - Достойна восхищения, мой господин. - Выдавила я, опуская взгляд в пол. - До меня доходили слухи, что именно вы поспособствовали моему обучению здесь. Я очень признательна за это.
   Короткий взгляд на него и обратно в пол. Он злился? Был раздражен? Ему глубоко безразлично? Я не могла определить. Понимание его нового воплощения с изменившимся сознанием было для меня недоступно.
   - Скучаете по дому?
   Это проверка или дань вежливости? Моя внешность во сне отличалась от той, которой я обладала сейчас. Но если демон не дурак (а он не дурак!), сложить два и два, сопоставив момент активации Дневника и появление самоинициированного мага, для него не составляло труда.
   - Да. - Вымолвила я. - Особенно по родителям.
   - Конечно, - согласился демон, глядя куда-то мимо меня. - Печальное событие. Прискорбно, что ваш отец попал под дурное влияние мятежников. Он пытался с вами связаться?
   - Нет, господин.
   Надеюсь и не попробует.
   - Вы бы, конечно, сразу сообщили об этом?
   - Да, господин.
   Уф, если его волнует только это...
   - Хорошо, - мужчина продолжа смотреть мне за спину. Туда, где висела одна единственная картина. - Должно быть тяжело потерять столь близкую связь, учитывая ваше прошлое.
   - Не уверена, что поняла вас, господин.
   - Я о вашей матери. Сколько вам было, когда она умерла?
   Что? Моя мать мертва?
   Я не... Ох, Эвелин, ну что за сюрпризы? Влюбленность в первого попавшегося мальчишку - держи пожалуйста, не подавись, а важные факты утащила глубоко в себя и спрятала.
   - Я была очень юна, мой господин.
   Как же я люблю обтекаемые фразы! Они дают время подумать и надежду, что уточнения не последуют.
   Эх, не в этой жизни, дорогая, не в этой.
   - Лет пять, верно?
  
   ...Смутные образы и яркие, слишком четкие фрагменты. Ничего конкретного. Ничего важного. Черная прозрачная ткань на зеркале. Суета. Тягостная, напряженная тишина. Мужчина в официальном костюме, застывший у садовой качели. Слишком яркое солнце. Очень неправильный теплый день. Приходит учитель по музыке, но урок так и не начинается. Строгая мадам забывает сделать замечание, когда Эвелин тянется за сладостью и роняет конфетницу.
   Эвелин плачет. Не из-за рассыпанных конфет. Немного позже. Возможно, следующим днем.
   Слезы. Косы растрепаны и волосы лезут в глаза и рот. Эвелин не дома. Она убежала. Она сидит под старой корягой и утирает нос рукавом. Платье испачкано, но Эвелин не боится выговора от Строгой мадам. Если домой не возвращаться, то и бояться нечего.
   Темнеет. Соленые капли больше не жгут глаза. Приходит беспокойство. Эвелин смотрит по сторонам: она не помнит, по какой тропинке пришла. Да и нет никаких тропинок. Эвелин снова утыкается носом в коленки. Слезы накатывают новой волной. Теперь она потеряла и отца тоже. И Строгую мадам, и ненавистного учителя музыки, и Делли.
   - Эвелин? Тебя все ищут.
   Она поднимает голову. Перед ней мальчишка, один из тех, что водится со старшими ребятам, и в чью компанию Эвелин нельзя, потому что "она же маленькая и девчонка". Он очень взрослый. Ему почти одиннадцать. У него есть своя собственная лошадь и он сам умеет ее запрягать. У него светлые волосы, почти того же оттенка, что и колосья пшеницы, и он всегда улыбается. Эвелин сложно произносить его полное имя, поэтому она зовет его Дэн.
   Он протягивает ей руку...
   Он хочет помочь Эвелин вернуться домой...
  
   - Шесть, - поправила я. - Мамы не стало весной. Мне тогда уже исполнилось шесть.
   Демон кивнул.
   - Ваша история довольно необычна. Вносит некоторую пикантность к характеру. Я сделал правильный выбор, оставив вас здесь. Вы неплохо разбавляете местный контингент.
   - Простите?
   - Канцелярия во всю носом роет, чтобы узнать, где они ошиблись и как пропустили среди людей мага. А вы продолжаете подкидывать им пищу для размышлений. Прошу вас, не останавливайтесь. Не разочаровывайте меня.
   Он использовал меня как отвлекающий маневр? Если Инквизитор и Канцелярия работают по принципу сдержек и противовесов, то поведение демона обретает смысл. Приставил ко мне Асбера, вытащил из-под ареста, напустил тумана, короче, кинул наживку своим противникам, а сам в это время работает над чем-то другим.
   - Но... - продолжил демон, - как бы не была интересна ваша персона и сколько бы пользы я от нее не получал, имейте ввиду: еще раз обнаружу вас в своем кабинете, пеняйте на себя.
   Я шумно сглотнула.
   - Убьете?
   - Сердце вырву, - подтвердил демон.
   - Доходчиво, - признала я, и спохватившись добавила, - господин.
   - Господи Эгелар, - поправил он. - Свободна, адептка Клоу.
   Из кабинета я вылетела быстрее, чем когда-либо умудрялась уклоняться от смертоносных заклинаний. Я не беспокоилась о создаваемом шуме и не пряталась среди теней. Я неслась по коридорам не сбавляя темпа и шага. Плевать, что могу кого-то разбудить или встретить на пути дежурных. Плевать, что одна из бутылок с вином осталась у демона в покоях. И плевать, что я клюнула на жестокий обман водника.
   Все потом.
   Я хотела скорее оказаться в своей комнате и забраться под одеяло. Там тепло, спокойно и ни один демон не достанет. А уж тогда, подумаю, как после озвученной угрозы пробраться обратно в кабинет. И нет, я не идиотка, чтобы лезть на рожон. Я просто медленно соображаю и доходит с опозданием, что там, где-то на столе Инквизитора, среди документов, черновиков и письменных принадлежностей, лежал мой Дневник. Я его не видела, но я его почувствовала.
   До жилых комнат оставался всего один поворот, когда я запнулась и полетела кубарем на пол. Хруст и растекающаяся красная лужа возвестили меня о том, что одна из бутылок пришла в негодность.
   Что за дела? Два месяца тренировок, а я калечусь, запинаюсь о собственные ноги?
   Продолжая наблюдать, как из сумки просачивается вино, я начала подниматься на ноги. Вот тогда, нежданное препятствие, имя которой "ревнивая адептка", схватила меня за грудки, впечатывая в стену. Огненный шар, испускающий шипящие искры, завис рядом с моим лицом, озаряя пылающие яростью глаза Делли.
   - Ты что там устроила?!
  
  

Глава 13

   В легком платье из шелка, она выглядела нелепо и одновременно угрожающе, в полумраке пустынного коридора.
   - Да в чем проблема? - вцепилась я в руки адептки, пытаясь их от себя оторвать.
   За два месяца мы с Делли едва ли парочкой слов перекинулись. Казалось, она не помнила меня вообще. Будто не было никакого общего прошлого. Словно на ней лежит заклинание забвения, полностью стершего Эвелин из ее памяти.
   - Ты за мной шпионишь? - адептка прожигала меня свирепым взглядом, продолжая контролировать магические потоки огненного шара. - По чьей указке?
   Шар выплюнул очередной сноп искр и одна из них попала мне на щеку. Искорка истлела в ту же секунду, почти не опалив кожу. Я дернулась, но смолчала. Замершее в воздухе заклинание угрожающе потрескивало.
   Проклятье, Делли настроилась серьезно!
   - Я оказалась там случайно, - ответила я. - Откуда мне было знать, что ты у демона, если ты даже Ал-Соне ничего не сказала?
   Мои слова ее не убедили.
   - Оттуда, что ты за мной следила! - прошипела она не хуже змеи.
   Мы с ней были одного роста, но сейчас казалось, что она возвышается надо мной. Делли стояла так близко, что ее черные локоны касались моего лица. Кольцо на ее пальце, даже через ткань формы царапало мне шею.
   - Зачем мне это?
   Большая часть проблем возникает из-за недопонимания. Если мы сможем разобраться в чем дело...
   - Ты с самого первого дня в Иксми пытаешься испортить мне жизнь!
   ... или не сможем, потому что одна из нас истеричка.
   - Я?!
   Или обе..
   Праведный гнев придал мне сил, чтобы отцепить руки Делли и оттолкнуть ее. Девушка отступила, но огненный шар продолжал вертеться в радиусе моего лица.
   - Вечно рядом. Вечно с этим своим проклятым осуждением! Как же ты меня достала, Эвелин!
   - Во-первых, Китра, - я хотела поправить ее в рамках своего поучительного тона, но вышло обвиняюще, почти язвительно. В общем, как угодно, только не так как я хотела. - Во-вторых, я слова тебе дурного не сказала.
   - А и не надо, не надо! Достаточно того, как ведешь себя, когда я рядом. Как смотришь. - Злость сменилась презрением. - Будто среди нас ты одна святая, а мы и ноготка твоего не стоим.
   Я так себя веду? Я?!
   Она ткнула в меня пальцем:
   - Не смей никому говорить о том, что видела. Тебя это не касается. - Шар вспыхнул так ярко, что пришлось сощурить глаза. - И если на то пошло, - продолжила она, - имей ввиду, я видела, как ты на него смотрела. Я все видела, Эвелин. Не строй из себя недотрогу. Не надо этой показной брезгливости. Я слишком хорошо тебя знаю, что бы на это купиться.
   Мне стоило промолчать. Не существовало тех слов, что могли быть ею услышаны. Во всем мире не найти фраз, что способны убедить девушку в ошибочности выбранного мужчины, если она влюблена. То же касается и советчиков, вроде меня. Мне правда стоило заткнуться и не наживать очередную проблему, но я ответила:
   - Он - демон. Даже не данар. - Тут я шла против истины, но если судить о том, что я видела, человек, проведший пятьсот лет в Нижнем мире - скорее демон, чем кто-то еще. - Демоны не способны любить. Это заложено в их сути. Поэтому они рождены там, а мы здесь.
   - Да что ты можешь знать? - она скрестила руки. Шелк на рукавах мягким блеском переливался в свечении шара. - Тебе всю жизнь пичкали антидемонической пропагандой. Ты сама едва не оказалась за решеткой. Проявила бы хоть каплю уважения! Если бы не заступничество Эгелара, гнить бы тебе остаток жизни в тюрьме Канцелярии.
   - Я сама не в восторге, что была спасена демоном, - огрызнулась я, и поняла, что сказала лишнего. Вот прям совсем.
   Рот Делли приоткрылся в изумлении. Глаза расширились от страха. Она нервно глянула в глубь коридора, проверяя, не мог ли кто нас слышать. Тени молчаливо ютились по углам, а тусклый свет, едва заметно к проходу на лестницу. Если здесь кто и был, кроме нас, заметить его не было шанса.
   - Это все его влияние, да? - Прошептала Делли, прижимая ладошку к губам.
   Я не стала уточнять, кого "его".
   - Я говорю правду! - возмутилась я. - Это даже не точка зрения или мнение, это самая что ни на есть правда.
   Девушка попятилась:
   - О, Стихии, что же отец с тобой сотворил?
   - При чем тут он? Ты вступила в связь с нижнемировской тварью и радуешься этому, - сказала я, а потом поняла, как должно быть звучу безумно.
   Я судила по меркам общества, погибшего триста лет назад. Та империя, где каждый знал, что темная магия - это плохо, что демоны несут в себе истинное зло, что Нижний мир - это гнездо скверны, погребена под руинами революций и новым порядкам. Мои критерии безбожно устарели. В новом мире демоны не зло, а столпы на которых держится Империя. Если я хочу остаться незамеченной, если желаю стать часть безликой, безопасной толпы, я должна принять новое мнение, а не держаться гибельных идей отщепенцев. Даже если они правы.
   Да, истина звучит так. Раньше мне везло. Моя жизненная позиция в общем совпадала с идеологий государства или, по крайней мере, не противоречила. Я могла быть против каких-то моментов, но в целом, оставалась довольна выбранным путем. Слава Свету и его закостенелым старейшинам, которые вносили существенные поправки не чаще, чем раз в столетие. Что ж, Света больше нет. А первое правило пятерки перерожденных - приспосабливайся. Не временно притворяйся, а именно приспосабливайся. Меняйся.
   Блеск!
   - Зачем ты такое говоришь? - на глазах Делли выступили слезы. - Ты сошла с ума?
   Ох, надеюсь, что нет. Не в этот раз!
   - Ты правда так думаешь, Эвелин? - Она стиснула кулачки и огненный шар, что маячил рядом, в одно мгновение превратился в пепел. Спящие тени, вновь сгустились вокруг нас. - Я надеялась, что ты изменишься. Что после того, как поймешь, во что втянул тебя отец, наконец, прозреешь. Он лишил тебя будущего. Почти уничтожил мое! На всю родословную легла огромная печать позора, ты это еще не поняла? Повзрослей уже, Эвелин. Хотя, о чем я? Поступок отца забрал твое имя, Китра. Я ведь как думала будет: ты окажешься в Иксми, увидишь, что здесь все не так, как описывал отец, и одумаешься! Осознаешь, как сильно ошибалась и попробуешь все исправить. Тебе даже данара рядом поставили, чтобы было легче освоиться. А что ты вместо этого делаешь? Воруешь, следишь, плетешь какие-то интриги... - она покачала головой. - Я так в тебе разочарована. Я считала, что ты выше всего этого.
   На этих словах адептка развернулась, и направилась в нашу комнату. Стук каблучков, эхом разлетелся по коридору. Дверь открылась плавно, без скрипа. Зажегся свет. Я подождала несколько минут, прежде, чем пойти вслед за Делли.
   Вроде бы вины за мной не было. Я не нанималась оправдывать чужие ожидания, но почему-то чувствовала себя погано. Проклятье, надо достать Дневник и валить на край света.
  
  
  
   Утро выдалось обычным. Не хуже и не лучше остальных. Те же пары, та же еда, привычные успехи и неудачи. Плетения давались с трудом, практика со Стихией держалась на уровне подземных канализаций, а история Империи болталась где-то посередке. Начертательная магия являлась единственной отдушиной, где можно было под монотонный бубнеж преподавателя, бездумно водить линейкой по бумаге и рисовать каракули, именуемые символами.
   Я старательно вела линию от точки "Р" к точке "О", когда внутреннее чутье забило тревогу. К начертательной магии я быстро потеряла интерес, еще где-то на третьем занятии. В начале урока мы дружно повторяли четверостишья на неизвестном языке. Мы зубрили названия значков, их порядок, совместимость, расставляли их по пентаграммам. Изучали углы, градусы, длину линий. Строили схемы-основы. Все обозначения были для меня новыми. Сопоставить с тем, что я когда-то знала, не получалось. Оставалось гадать: или магия Огня разительно отличается от магии Света или мы создаем совершенно новые заклинания, о которых я прежде не слышала.
   Мы не наполняли пентаграммы магией. Никто не знал, почему и никто не понимал, зачем раз за разом вычерчивать одно и тоже. Преподаватель же говорил, что мы должны набить руку до такой степени, чтобы суметь воспроизвести все по памяти с закрытыми глазами, если нас разбудят посреди ночи. Что это за схемы и когда мы начнем применять их, оставалось загадкой. Преподаватель туманно отвечал, что без дозволения свыше, практике не бывать. Что за "дозволение свыше", маг также не распространялся.
   В дверь постучали.
   Когда преподаватель разрешил неизвестному войти, я приготовилась к плохим новостям. Опять же, день не предвещал ничего дурного. Намеков на вселенскую гадость мир не посылал и никаких видений не приходило, но я была абсолютно уверена, что произойдет что-то настолько паршивое, что после вчерашней ночи, добьет меня окончательно.
   Что-то изменилось.
   - Ночные занятия, - объявил вошедший. - Сегодня в одиннадцать вечера все собираются на восточной башне. Что с собой взять, подскажет мэтр. Не забываем про специальную униформу. Роли распишут на месте. Завтра до обеда лент не будет. Удачи.
   - А не рановато ли им? - удивился преподаватель. В вечно сонном и усталом голосе впервые прорезались живые нотки. Старик сдвинул очки и внимательней пригляделся к адепту, принесшему неожиданную весть. - Еще бы полгодика, зеленые совсем. Кто распорядился-то?
   - Известно кто, - вошедший протянул мэтру письмо. Тот открыл конверт и вытащил гербовый листок. Несколько раз прошелся по содержимому. Хмыкнул. Кивнул посыльному. Адепт тут же скрылся за дверью.
   Несколько десятков пар глаз уставились на преподавателя. О ночных занятиях слышали все, но что конкретно они означают, не знал никто. Старшие курсы отмалчивались. Даже Аранике не удалось никого разговорить, что девушка приняла очень близко к сердцу. Обычно ее жертвы сдавалась сразу.
   Я повернулась. Делли и Ал-Сона сидели через ряд. Любопытство читалось на их лицах также отчетливо, как и на лицах всех остальных. Они тоже ничего не знали. Что же за секретность такая?
   - Вот и ваш черед пришел, - скорее себе, чем нам, сообщил мэтр. Затем он продиктовал список схем, которые предстоит чертить вечером и в каком порядке. Мы уже знали их наизусть из-за неоднократного повторения, но мэтр настоял, чтобы мы повторили перед самым выходом и не стеснялись пользоваться тетрадями, когда дело дойдет до практики. Дальше он предупредил, что бы мы не смели устраивать никаких сюрпризов - дело предстоит серьезное. Посоветовал перед занятием поспать пару часиков и набраться сил, коли успеется. Возможно нас разобьют на группы, если так будет велено. Возможно нет, если повезет. Но повезет вряд ли, потому что ночные занятия через два месяца - это что угодно, только не везение. В общем, под конец речи мэтра, дрожь предвкушения новых знаний, превратилась просто в дрожь.
   - Ерунда какая-то, - высказался Ирвин, обращаясь к товарищу, когда мы выходили из класса. - Дело ведь не в плохой успеваемости?
   Ну да, ему точно волноваться не о чем. По всем предметам он держался выше среднего, а во всех практических занятиях занимал лучшие позиции. При этом он трясся перед каждым уроком и неустанно бормотал строчки заклинаний. Даже если он с треском провалит ночное занятие, на его средней оценке это не сильно скажется. Преподавателям он нравился и каждый отмечал способности.
   Не теряя времени, я направилась в зал Восстановления. У меня, как у Ирвина, кредита доверия не намечалось. Послабление в любом из предметов грозило опустить за линию успеваемости и грозило не допуском до экзаменов. Так что все планы мести Валтону, что направил меня ночью к Инквизитору, откладывались, как и слова благодарности Ле-Рин, пытавшейся предупредить об опасности. Не знаю, чего ради она старалась, но поступок я оценила и пожалела, что сразу не обратилась к ней.
   Я кинула сумку на софу и свалилась вслед за ней. По потолку ползли огненные струйки магии, разветвляющиеся у черных островков и тянущиеся к стенам. В отдалении слышался шум водопада и трели птиц. Из дальнего конца зала, где находилась территория Земли, пахло цветущей сиренью. Я комкала подушку и пыталась расслабиться, чтобы позволить магии Света себя восполнить.
   Огонь, извивающийся в пентаграмме рядом, уныло облизывал стенки печати. Он привык не ждать от меня подачек, а я привыкла представлять, что он живое, разумное существо, которое способно меня выслушать и отказаться от ехидных комментариев.
   - Дико не выспалась, - ныла я. - Все утро отмывала сумку. Она до сих пор в подтеках.
   Огонь качнулся в сторону, изображая понимание.
   - В обед солонку стащила. Надо будет пятна засыпать. Может еще удастся свести?
   Пламя нервно дернулось. Я поспешила его заверить:
   - Да верну я солонку. Зачем она мне?
   Огонь затрещал. Я возразила.
   - Нет у меня клептомании, с чего взял?
   Он извернулся, расслаиваясь на два язычка. Я фыркнула.
   - Это для дела. Нет заклинаний, чтобы очистить вино с ткани. Приходится по старинке.
   Побочный язычок исчез.
   - Ну, ладно, тут ты прав. Я не знаю заклинания всех Стихий. Может, среди них и есть. Но соль достать проще, чем одно из них.
   Огонь потянулся вверх, пытаясь достигнуть пика в высоту, а потом плюхнулся вниз, растекаясь по печати.
   - Да, с заклинанием Воды вышло скверно.
   Огонь не ответил. Вместо него, меня порадовал настоящий голос данара.
   - Умом тронулась? - вместо приветствия спросил Асбер.
   - Н-настраиваю связь со Стихией Огня, - заикаясь ответила я.
   Асбер глянул на пентаграмму. Огонь прильнул к полу, изображая тлеющий огонек.
   - Предатель, - фыркнула я.
   - Что? - не понял Асбер. - Я спрашиваю, чего тебе не сиделось в комнате да не спалось? На кой ты к инквизитору отправилась?
   - А-а, - поняла я.
   - Ага, - передразнил данар, наступая сапогом на пентаграмму и давя остатки затухающего огня. - Как ночь пережить собираешься?
   Я лежала на бархатной софе, крепко обнимая подушку с кисточками. Сумка умостилась под головой, а мантия униформы свисала на пол. Прическа после долгого учебного дня растрепалась и непослушные пряди лезли в лицо. В общем, мое состояние находилось на приемлемом уровне. Помереть за ночь не должна.
   Уперев руки в бока, данар возвышался надо мной. Сидений рядом не было, а освобождать место, убрав ноги с софы, я намеренья не имела.
   - У меня проблемы? - невинно уточнила я, сразу переходя на резкую интонацию. - А то я сама не догадалась.
   - Я не для этого на тебя время тратил, чтобы ты испортила все за одну ночь.
   Я, как могла, пожала плечами. Хвататься за волосы и паниковать поздно. Кроме как восстановить резерв магии, я себе ни чем помочь не могла.
   - Чего мне ждать от ночных занятий?
   То, что они проходят на крыше башни, где я обнаружила следы человеческой крови и остатки темно-магического ритуала, наводило на определенные мысли.
   - Мог бы рассказать, давно рассказал бы, - ответил данар.
   - Ты сам не знаешь всех подробностей?
   - Каждый раз все проходит по-разному. Нельзя предсказать результат.
   - Но можно его просчитать, - пробормотала я.
   Асбер сощурился:
   - Тебе что-то известно?
   - Я в информационной изоляции, - напомнила я. - Есть только ты и Стихия Огня, которая прекрасный слушатель, но ужасный собеседник.
   Почему Асберу запрещено говорить о ночных занятиях? Почему никому не говорят, как они будет проходить? Зачем делать из этого тайну?
   Я безуспешно попыталась считать ответы с лица данара. Озарения не произошла. Заклинания разума мне неподвластны. Я вздохнула:
   - Я могу как-то исправить свое положение?
   - Все не так просто.
   - Куда уж проще-то? - Закатила я глаза. - Либо да, либо нет.
   - Все очень индивидуально, - расплывчато пояснил он, и в этой формулировке отчетливо ощущался привкус лжи.
   - Вовсе нет, - возразила я. - Пришел приказ сверху. Наши роли уже расписаны, так?
   Его лицо сделалась каменным, но мне больше не требовалась искать там подсказку.
   - Серьезно? - восхитилась я. - Меня вот так просто принесут в жертву на втором месяце обучения, а я и сделать ничего не могу. То есть, все? Инквизитор решил, что эксперимент завершен? Можно со мной не мучиться? Блеск, дорогие мои! Что еще тут сказать?
   Не успела я закончить предложение, как данар выхватил из моих рук подушку и вздернул меня за шкирку. Я неуклюже задергала ногами, выискивая опору. С первой попытки наступила на сапог Асбера, со второй - на пол. Данар тряхнул меня за грудки. Послышался треск материи: лацканы потеряли прочность еще после вчерашней ночи.
   - Кто тебе сказал? - чуть ли не рыча, спросил данар.
   - Сказал что? - не поняла я, пытаясь вывернуться из хватки.
   Те редкие адепты Огня, что слонялись неподалеку, глядели в нашу сторону. Они привыкли, что Младший учитель частенько обменивается со мной парочкой фраз, но что он поднял на меня руку, видели впервые.
   - Сбавь тон, - предупредил он, медленно разжимая пальцы.
   Я отшатнулась.
   Да кто он такой, что бы мне указывать?!
   Как же достало, что каждый может вот так схватить, пригрозить, припугнуть! А мне в ответ ничего сделать нельзя. Ни магией воспользоваться, ни слово веской сказать. Сиди да помалкивай. Ну что за век, а? Со своими собственными демонами едва справляешься, так тебе еще чужих подкидывают. И в прямом и в переносном смысле.
   Я отряхнула кофточку. Поправила воротник. Выпрямила спину. Вскинула подбородок и пронзила Асбера взглядом лютой ненависти. Классической. Не той, что бывает у взрослых, которые вынуждены маскировать ее под негодование и прятать в приличном обществе. Нет. Той, что самая искренняя и самая надежная. Злость искренне обиженного подростка, что считает себя правым.
   - Хватит меня дергать, - сказала я. - Без тебя проблем хватает, а ты их еще больше добавляешь! И не скидывай вину на меня. Рассказал бы раньше про Инквизитора - я бы в ту дверь не полезла.
   - Я виноват? - возмутился данар. Выдержка подвела и его. А он ведь далеко не ребенок. Полудемон, прошедший Нижний мир. - Нечего шнырять после отбоя. Я же предупреждал о наблюдении. О шаткости твоего положения! Рот на замок и превратиться в тень - вот самое разумное для тебя поведение.
   Данар смерил меня взглядом, обошел и рухнул на диван. Углядев мою сумку рядом, повертел ее, отмечая неотстиранные следы вина, и небрежно швырнул ее на другой конец.
   Я продолжала удерживать непреклонность. Подобными выходками меня не сломить.
   - У меня осталось всего три часа, чтобы восстановить резерв и поспать. - Напомнила я, намекая, мол, мешаешь, свали.
   Данар ответил не сразу. Видимо решал, сказать гадость или ответить нормально. Шкурный интерес, в котором его судьба зависела от меня, победил.
   - Почему твой резерв так медленно восполняется?
   - Ничего не медленно, - фыркнула я, понимая к чему он ведет. Магия Света мгновенно не восполняется. Это долгий процесс.
   - Ты забыла, как это делать правильно? - предположил он.
   Я покачало головой.
   - Проблемы с каналами? С принятием магии?
   - Нет.
   Он перечислил еще несколько вариантов, но я продолжала все отрицать.
   - Со мной все в порядке! - не выдержала я. - А когда меня не трогают - чувствую себя вообще прекрасно.
   - Да, это я заметил, - согласился данар. - Магия восполняется активней, когда ты спокойна.
   Асбер хотел развить тему дальше, что могло закончится неприятными для меня выводами, но, к счастью, вовремя вспомнил, что он здесь не за этим.
   - Ладно, покажу тебя специалисту позже... - Сказал он. - Если доживешь. А если нет, то беспокоится о твоем резерве мне тем более нет смысла.
   Ночное занятие... Точно.
   - Я могу хоть что-то сделать? - сдалась я.
   - Молись, - ответил он. - Молись Стихиям, демонам, покровителям, кому угодно, у кого есть власть что-то изменить. Но если ты права и роли на занятии уже расписаны, а ты занимаешь центральное место, помочь тебе не в силах никто.
   Вот же ж... блеск!
  
  

Глава 14

  
   Мы вышли вчетвером. Впервые, за время совместного проживания, я, Делли, Ал-Сона и Араника, шли на занятия вместе. Мы не сказали друг другу ни слова. Араника заметно нервничала из-за чего постоянно теребила одну из кос. Она постоянно поправляла накидку-плащ и дергала капюшон, то накидывая его на голову, полностью закрывая лицо, то отдергивая назад. Девушка искрутилась вся, пока мы поднималась на башню. Ей хотелось с кем-то разделить беспокойство, но никто из нас не подходил на роль внимательного слушателя. Вместо этого, Ал-Сона, которая поднималась второй, развернулась и угрожающе на нее тцыкнула. Араника того и ждала.
   - Повторяла формулы, - с фальшивым смешком, заговорила адептка. - Решила, зачем спать? Лучше повторять формулы, правильно? Я бы все равно не уснула. Слишком волнительно. Ха-х. Я сидела и перечитывала лекции. Но в голову совсем ничего не шло. Я столько раз все повторила, что, кажется, забыла. Так бывает? Может стоило поспать? Говорят, информация усваивается лучше, если лечь спать. Или нет? Китра, вот где ты была?
   - Хватит трещать, - не выдержала Ал-Сона. Она выглядела встревоженной с самого утра. Похоже между ней и Делли состоялся небольшой разговор.
   Араника замолчала.
   Мы влились в нестройную вереницу огневиков нашего курса, что также направлялись в башню, и дальнейшие вопросы адептки потонули среди разговоров остальных учеников. Каждый был одет в длинный, черный балахон. Капюшоны с внутренней стороне имели красное покрытие, как указание на принадлежность к стихии Огня. Должно быть со стороны мы напоминали какую-то жуткую мессу, готовящуюся к жертвоприношению. Возможно, это предположение было недалеко от истины.
   В голове не укладывалось. Три десятка подростков идут тренироваться в ритуальной магии. Очень сомнительно, что нам предстоит обращаться к своей Стихии, а не к кровавой магии. Глупо тешить себя мыслью, что Империя демонов не практикует жертвоприношения. Но, неужели этому учат с первого курса?
   Я одернула себя. Хватит накручивать. С чего я думаю о худшем? Не будем же мы в самом деле убивать кого-то. Бред. Скорее всего в жертву пойдет курица или какой другой зверек. А мне дадут роль жреца - сама примерзкая позиция в ритуале. Когда темная энергия Нижнего мира проходит через тебя, чтобы добраться до истинной жертвы, и первый откат, что происходит, после прерывания жизни, уходит по телу. Пробивает каналы и используя человека вместо фильтра, утекает к демону. Жрец - это почетная роль. Но жрецы долго не живут. Когда в тебе оседает такое количество эманаций смерти, сложно не последовать вслед за жертвой.
   Я содрогнулась. Темная магия... Да меня Свет заживо сожрет, если я к ней прикоснусь! Проклятье, может свезет и останусь в толпе чтецов?
   Ступеньки, ведущие на крышу башни, заканчивались. Я впилась ногтями в ладони, чтобы побороть дрожь. Впереди, за открытой дверью, маячили огоньки: адепты, что пришли раньше, расставляли на каменных зубцах свечи. Ступенька за ступенькой я поднималась вверх. Бой часов отбивал одиннадцать.
   Ночная прохлада, прошлась по волосам легким ветерком. На улице стояла осень и погода для этого времени держалась на удивление теплой. С чистого, безоблачного неба, светила довольная собой луна. Крыша и звездное небо. Это могло бы звучать поэтично, не знай, к чему се должно привести.
   - Держи, - один из адептов всучил мне свечу и подтолкнул к прямоугольному зубцу. Руки тряслись и фитиль зажегся только с третьего раза. Когда огонек вспыхнул, я обернулась, вглядываясь в толпу студентов. Человека, давшего мне свечу, я не знала. Он был с другого факультета.
   Делли и Ал-Сону отнесло толпой в противоположную сторону. Араника растворилась среди черных капюшонов, и, как я не пыталась разглядеть пшеничные косички, не смогла. Подали знак. Адепты разошлись, образовывая круг. Последовало небольшое замешательство. Несколько опоздавших и перебежчиков, решивших сменить соседей, обменялись местами. Меня толкнули с боку. Подвинулась, освобождая место и тесня кого-то справа.
   Воцарилось минутное молчание. Из-за надвинутых капюшонов разглядеть кого-то становилось нереально. Единственное, что я поняла - присутствует не только наш факультет. Четыре лишних человека.
   - Итак, - возвестил мэтр Иншер, выходя вперед. В тишине ночных звезд его голос зазвучал холодно и зловеще. - Вижу, собрались все. Если вы были достаточно внимательны, то заметили, что вас чуть больше чем обычно. - Пошли переглядки. Студенты вели подсчет присутствующих. - Для проведения первого ритуала, Великий Инквизитор Империи Ириады... - мэтр сделал паузу, позволяя адептам произнести коротенькую молитву-восхваление демону. Шепот пробежался по кругу. Я в такт пошевелила губами. - ...лично отобрал вам помощников - адептов со старших курсов.
   - Почему среди них нет огневиков? - голос принадлежал Ирвину, самому внимательному пареньку.
   Мэтр Иншер чуть помявшись, ответил:
   - Не в моей компетенции обсуждать решение высшего руководства.
   Ага, - смекнула я. Сам не знает. Такое обстоятельство дел ему в новинку. Интересно, Инквизитор впервые лично отбирает адептов или в его выборе впервые отсутствуют огневики? Как-то все это странно. Мэтр Иншер удивлен не меньше нас. Неужели поведение демона настолько выбивается от привычного? И самое главное, он давно планировал этот ритуал или моя вчерашняя выходка как-то повлияла на принятие решения?
   Нет, глупости. С чего вдруг ради меня что-то менять? В жизни всегда есть место для совпадений, ведь правда?
   Мэтр зачитал список, сразу распределяя для нас задания. Народ вновь засуетился, разбредаясь по своим местам. Мне достался кусок мела, ерунда, именуемая часть важной схемы и место для чертежа. Вокруг повспыхивали огонечки - адепты, которым не хватало лунного света, воспользовались магией. Я сидела на корточках и делая вид, что принципиально не трачу полный резерв, чертила линии.
   Символы ровно ложились в пропаханные бороздочки. Не я первая, кто наносит темномагические знаки, оскверняющие саму сущность мира, и не я последняя. Я ожидала, что для меня это станет большим ударом. Не стало. Рука водила заученные знаки, губы повторяли заученные строки. После стольких лет служения Свету (пускай фальшивому, пускай используемым для прикрытия) внутри ничего не дрогнуло. Я как будто делала обычное домашние задание. Проведите линию из точки "А" в точку "В". Простая геометрия.
   Почему-то это простое бесчувствие меня взволновало. Я забеспокоилась. прислушалась к внутренней силе. Потянулась к Свету. Я хотела ощутить крохотную искорку родной магии. Под давлением тяжелых эманаций она съежилась в семечко. Адепты взывали к темной магии, сооружали для нее подспорье, наделяли своей силой. Гнет чужой воли, настроенной на Нижний мир, заглушал мою связь. Не с магией. Со Светом.
   Я злобно ругнулась в вычерченную часть пентаграммы. Встала, отошла в сторону и присоединилась к адептам чертящим сигилы для призыва Один из адептов посторонился, пропуская меня к зубцам. В темноте промелькнул синий цвет подкладки капюшона. Я вскинула голову, всего на секунду демонстрирую свое лицо.
  
  
   - Китра, - поприветствовала меня адептка Воды.
   - Ле-Рин, - я с удивлением узнала голос. Он отличался от обычных голосов девушек. В нем слышался отголосок магии Воды. Она текла стылым ручьем по ледяным кристаллам.
   Мог ли демон ее вчера заметить, когда я ввалилась к нему в кабинет? Поэтому она здесь? Или я накручиваю себя? Выбирая помощь среди водников, я тоже обратила на нее внимание. Ле-Рин превосходила своих сокурсников, хотя так сразу этого не заметить. Ее попытка меня предупредить, только добавляла плюсы ее образу.
   - Рада, что ты жива. - Девушка низко опустила голову, разглядывая нарисованный символ. Ребром ладони она стерла лишнюю черточку.
   - Взаимно.
   Нет, Ну а что еще тут ответить?
   - Кстати, кх-м, спасибо, - прошептала я, вычерчивая полукруг.
   - За что?
   - За то, что пыталась предупредить.
   Девушка не ответила, но я чувствовала, что она ждет продолжения.
   - Я не знала, что за той дверью.
   - В самом деле? - адептка повернулась. Из-под тесного слоя капюшона выскользнуло несколько прядей. В свете луны они, казалось, сверкали черненным серебром. - Выглядело иначе.
   - Меня разыграли, - не стала жаловаться я. Все-таки Валтон с ее факультета. До тех пор, пока не придумаю, как вытащить свой Дневник из кабинета демона, отношения с водниками лучше не портить. Мне все еще требовалась помощь. Но это вовсе не значит, что позже я не придумаю, как поквитаться с парнем.
   - Ты пришла без приглашения? - последовало искреннее удивление. - Ты смелее, чем кажешься.
   - Говорю же, что не знала, куда шла.
   - Кхм... Ты, вроде не в его вкусе... в отличии от своей соседки.
   - Что ты хочешь этим сказать? - не поняла я.
   - Только то, что ожидала увидеть в коридоре адептку Фольмуд, а не тебя.
   Ле-Рин закончила с работой и двинулась против часовой стрелки к следующему символу. Я подскочила с места, подхватывая складки мешковатого подола. Оставив сигил незавершенным, последовала за адепткой.
   - Так ты оказалась там не случайно? - тихо спросила, выбирая местечко подле нее. Мэтр расхаживал неподалеку, проверяя выполненную работу. Я поглубже надвинула капюшон, чтобы оказаться неузнанной. Мои чертежи он всегда критиковал с особой жестокостью.
   - А как там можно оказаться случайно? - фыркнула та, выводя на камне размашистые линии.
   - Например, как я.
   Девушка фыркнула. Мол, не сравнивай свои умственные способности с моими. Кто бы мог подумать, что сострадание и высокомерие так легко совмещаются в одном человеке.
   - Что ты делала у его двери? - имени бывшего, я не называла даже мысленно. Безликое "он" звучало безопасней. Это, конечно, беспочвенные слухи, что демон всегда слышит, когда произносят его имя, но в этом вопросе я лучше побуду суеверной. Меняющиеся законы магии уже несколько раз втаптывали мой опыт и знания в грязь. - Следила за Деллианной?
   - Так она все-таки заходила к нему?
   Мелок в моей руке скрипнул, переламываясь пополам.
   - Она была с Великим Инквизитором, когда ты зашла? - Ле-Рин наклонилась ко мне, подавая отскочивши кусочек. - Вот почему он позволил тебе уйти.
   - Я такого не говорила, - ровно ответила я, поражаясь, как легко адептка Воды меня "читает". Лицо скрывал капюшон, а нервный голос - шепот. Интерес Ле-Рин мне пришелся не по нраву. - Как это вообще может быть связано между собой?
   - Он максимально человечен в присутствии своих любовниц.
   - Она не... - начала протестовать я и тут же заткнулась.
   Стало дурно от этой мысли. То есть, я видела ужин и несколько мгновений флирта, но дальше в размышлениях не заходила. Фантазия занималась другими вещами. Предположение Ле-Рин - абсурд. В конце-конце, Делли - семнадцать! Восемнадцать через пару дней, если память Эвелин не врет. В любом случае, это не важно. Она же... Ей же... Но он же... Арр-р...! Проклятье!
   Я с силой отшвырнула кусочек мела, поданный адепткой Воды. Среди копошащихся студентов, акт мимолетной вспышки злости остался незамеченным.
   - Тебя не касается, как она проводит свое личное время, - голос отчаянно подводил. - Кто-то ходит на свидания и получает подарки, кто-то караулит под дверью и молча завидует. Твоя история выглядит еще менее лестно, чем ее.
   Рано я выдала Ле-Рин ярлык "хорошей девчонки". Адептка проследила взглядом за улетевшим кусочком мела. Встала с пола. Выпрямилась. Смерила меня холодным, изучающим взглядом. На секунду все вокруг замерло. Воздух застыл. Частички мира прекратили движение. Когда девушка ответила, ее голос прозвучал в разнобой с губами. Слова разносились эхом в моей голове.
   - Неважно, как я выгляжу для остальных. Важно, что в итоге, я смогу пережить очередную встречу Инквизитора с Делли, а она сама - нет.
   Ле-Рин подняла руку и как ни в чем не бывало, объявила:
   - Закончила! Кому нужна помощь? - Не дожидаясь ответа, она направилась к группке адептов. Я молча смотрела ей вслед.
   Что за странные угрозы-предупреждения и прорицания в духе чекнутых магов Воды прошлых эпох?
   - Адептка Клоу!
   Мэтр Иншер ткнул пальцем в недорисованный сигил. Я изобразила нечто схожее с удивлением. Маг не проникся. Плюхнувшись обратно на колени, я принялась за печать.
   Когда башня отбила третью четверть, приготовления были закончены. Знаки нарисованы, заговорены и размещены в нужных местах. Адепты разошлись по стеночкам, чтобы случайно ничего не стереть. Мэтр вышагивал по кругу, в третий раз перепроверяя результаты наших усилий. Подрагивающие пальцы и тихое бормотание, выдавали его волнение. Мы все переживали, но он нервничал больше, чем любой из присутствующих. Потому что он знал, что нас ждет дальше, а мы - нет.
   В центр самой большой пентаграмм положили бархатную подушечку. В воздухе стоял сладковатый запах роз. Разбросанные бутоны цветов, сливались с меловыми символами, выстилаясь мягкий ковер. Мы создали нечто прекрасное, обещающее в итоге обернуться чем-то жутким. Остатки темной магии, скопившейся по уголкам, застрявшей в бороздка на камнях, впитавшейся в воздух, плотоядно подрагивали в предвкушении чего-то особенного.
   Мэтр подал знак, мы скинули капюшоны. Я тут же начала выискивать среди адептов приглашенных старшекурсников. Кого же было мое удивление, когда я поняла, что знаю каждого из них. Более того, общалась лично. Ле-Рин, Дэн и Валтон. Четвертого опознала не сразу. Это был тот сонный парень, что выдал мне документы при поступлении. Я и вспомнила его только из-за очков. В Академии не так много людей с проблемами со зрением. Зеленый цвет капюшона указывал на его принадлежность к магам Земли. Противный холодок пробежал по спине. За пределами этой башни, если не считать преподавателей, не осталось людей, которых бы я знала. Адепт Воздуха, адепт Земли, двое от Воды и ни одного старшего огневика.
   Внутри боролись противоречивые чувства. Частичка меня радовалась Дэну. Единственному человеку во всем огромном мире, которому не наплевать. Который искренне пытался мне помочь с первого дня в Академии. Который волновался за меня больше, чем за себя. Чье присутствие вызывало подъем светлых чувств, веру во что-то прекрасное и хорошее. Что если сегодня он как-то пострадает из-за меня?
   В полумраке ночной башни угадывались лишь отдельные черты лица Дэна - он стоял слишком далеко. Но даже так я точно могла сказать, что пока я разглядываю его, он смотрит на Делли. Это простое действие вызывало во мне болезненную горечь. Даже не ревность, нет. Ревность исчезла в момент осознания собственного поражения. Когда рациональная часть, та, что заведовала опытом, провела оценку моих шансов и внесла неутешительный вердикт. Я проиграла прежде, чем успела вступить в битву. К счастью или нет, но помимо старой и разочарованной меня, существовала Эвелин, которая заведовала бесплотными надеждами, продолжа замирать трепетной ланью в присутствии Дэна.
   Словно почувствовав, что на него таращатся, адепт повернулся. Мелькнуло узнавание. Должно быть мне мерещилось, но на задумчивом лице появилась теплая, подбадривающая улыбка. Мол, не переживай, я здесь, с тобой, я не дам тебя в обиду. Каким-то мистическим образом это краткое мгновение придало мне сил. Я осталась спокойной даже когда дверь на крышу открылась и в темном проеме появился Младший учитель Асбер.
   Проклятье! Ну этот здесь точно не спроста!
   Вот уж чье присутствие несет в себе очередные проблемы и неприятности. Когда данар в хорошем расположении духа - не жди ничего хорошего, а когда он напряжен и нервозен, совсем дела плохи.
   Любопытные адепты разом повернулись к Асберу. По ряду прошелся шепоток. Мэтр поспешил представить вошедшего. Собственно, все огневики уже знали его, хотя им он ничего не преподавал. Адепты часто видели нас вместе. Его присутствие в той части зала Восстановления, что отводилась огненным, ни разу не осталось незамеченным.
   Мэтр Иншер принял у Абера свиток. Пробежался по нему глазами. Закрыл. Нахмурился. Открыл обратно. Внимательнее вгляделся в написанное. Мотнул головой. Седые брови поползли вверх. Складки на лбу залегли еще глубже. На озадаченном лице обозначилось недоумение. Маг повернулся к Асберу. Что-то переспросил. Данар отрицательно покачал головой. Мэтр не согласился и протянул свиток обратно. Асбер скорчил кислую мину. Открыл свиток. Прочитал. Прочитал еще раз. Вперился в него взглядом. Поднял голову и уже совершенно не скрывая недоверия, уставился на меня. Следом за ним это действие повторили все адепты. Я мысленно ругнулась. Ну что на этот раз?
   - Воля Инквизитора не всегда ясна, но от того не теряет своей мудрости и силы, - прокашлявшись сообщил мэтр сиплым голосом. - Во славу его величия!
   Маг изобразил в воздухе демонический знак восхваления высшего демона. Мы повторили вслед за ним. В воздухе заклубилась темная энергия.
   Мэтр начал называть имена указывая адептам, где занимать места. Кто-то тихо произнес:
   - Неужели и правда жертвоприношение?
   - Клетки с животными нет, - откликнулся Ирвин.
   - Зато людей много, - пробормотал Томас. - Есть из кого выбрать.
   Девушка с короткой стрижкой, которую звали то ли Цисси, то ли Лисси, жутко побледнела, будто собиралась падать в обморок. Возникший рядом Валтон, которому еще не назвали роль, похлопал ее по плечу.
   - Людей-то много, - сказал он, прекрасно понимая, что я стою рядом и все слышу, - Но из тех, кто может послужить Империи лишь своей смертью - только один.
   Его слова имели смысл, но возмутило меня совсем не это.
   - Да что я тебе такого сделала? - я попыталась перегородить ему дорогу. Не лучшее время, чтобы выяснять отношения, но другого может не настать.
   Парень не стал заморачиваться. Пихнул в плечо, сдвигая в сторону и прошел мимо.
   - Ублюдок, - резюмировала я.
   Вот это его задело. Он остановился. Плечи напряглись. Искры водной магии вспыхнули в его ладони. Валтон продолжал стоять ко мне спиной, но я чувствовала, как он борется с желанием повернуться и влепить в меня заклинанием. Я наблюдала как его дыхание замедляется, как утекает магия из его чар и тухнут голубые всполохи. Прошло не больше трех секунд, как он взял себя в руки.
   - Ты того не стоишь, - бросил он через плечо.
   - Инквизитор считает иначе, - не согласилась я, глядя на развернувшийся спектакль.
   Я собиралась добавить что-то еще, но возникшая из ниоткуда Араника, тряхнула меня за плечо.
   - А? - не поняла я.
   - Адептка Клоу! - рявкнул мэтр так, что заложило уши. - Сколько раз я должен вас приглашать в круг?
   Пока я встревала в чужие разговоры, почти все адепты заняли свои места. Образовался круг. Я находилась за его пределами, оставаясь случайным наблюдателем. Постамент из бархатной подушки и островки из огней. Снежная перина умирающих цветов. Обаятельный парень по имени Дэн. Белокурая Ле-Рин в центре опасного великолепия. И вот меня приглашают к пиршеству магии третьей. Только вот... - я посмотрела на мэтра, - кем?
  

Глава 15

  
   Я оказалась в ловушке.
   В волевой ловушке.
   Возможно, до того как я шагнула в круг, шанс сбежать еще был. Теоретически. Но когда миновала барьер - все пропало.
   Мысли о побеге, сопротивлении, о банальной неправильности происходящего видоизменялись. Трансформировались в нечто похожее на принятие и смирение. Ощущались органично, не вызывая внутреннего сопротивления. Новые чувства осторожно накладывались на старые, подминая их под себя. Без фанатизма и восторженного благоговения они воспринимались естественным продолжением собственных желаний.
   Круг имеет огромное значение в ритуальной магии. Он используется в качестве защиты заклинателя, как способ сбора, концентрации и удержания сакральной энергии. Круг - лучшая форма для магии, открывающей портал. Этакая отправная точка из одного места в другое. Также круг прекрасно подходит для ритуала жертвоприношения.
   Все внимание сконцентрировалось внутри круга. Была только я, Дэн и Ле-Рин. Другие двое адептов стояли снаружи, поддерживая и охраняя заклинание. Они не имели значения. Они находились там, за барьером, вместе с посторонними звуками и ветром. Цветы, что покоились на импровизированном алтаре, не поддавались закону Привычного мира, оставшегося с другой стороны. Свет луны и звезд, заливавших крышу башни, внутри круга рассеивался светящейся пыльцой.
   Я села на каменный пол. Ле-Рин положила руки мне на плечи и прошептала заклинание. С последним звуком слова исчез холод, что обычно так сильно волновал, когда в былые дни я принимала участие в ритуалах. Если в конце процесса тебя не убивают, в половине случаев остаешься с ангиной. Такая предусмотрительность с исчезнувшим неудобством пугала и одновременно вселяла надежду.
   Закрыла глаза, - всего на мгновение - а когда открыла вновь, луна сместилась в сторону. Сознание лениво отметило, что прошло не меньше получаса. Я лежала. Удушливый аромат роз сдавливал грудь. Тело задеревенело, а дыхание стало медленным и тихим, как при сне или медитации. Девушка рассыпала поверх меня белые полумесяцы лепестков, а парень читал наговор на ноже с черной рукояткой.
   Что-то шло не так и я не могла понять, что именно. Ритуал проходил полностью по всем правилам, что описывали книги. Верный день, удачное время, прилежные ученики. Исполнители действуют в слаженном тандеме, что удивительно для незнакомых людей, а жертва тихонечко лежит под дезориентирующим заклинанием. И все же, какая-то часть происходящего настораживала.
   Я хотела повернуться и оглядеться вокруг: что же меня не устаревает? Но шевелиться было нельзя. Магические жгуты, что опутывали тело, натянулись. Их можно было легко порвать, приложи немного усилий, но зачем? Они не удерживали, они напоминали, что следует оставаться на месте.
   Движение воздуха обозначило присутствие Ле-Рин. Девушка наклонилась к Дэну, оставляя рядом с ним деревянную чашу с темной жидкостью.
   Я попыталась расслабиться. Вновь закрыла глаза и сосредоточилась на шепоте Дэна. Его было приятно слушать. Паузы выверены до скрупулезности, а ударения придавали словам насыщенность и глубину. Он говорил тихо. Речь в его устах текла ритмично и плавно. Дэн хранил в себе талант великого жреца.
   Убаюканная голосом, я не сразу почувствовала прикосновение чужой руки к моему горлу. В предсмертном вдохе чувства самосохранения я потянулась в желании убрать давившую тяжесть. Заскрипело заклинание.
   - Успокойся, - сказала Дэн. Под подушечками его пальцев бился мой пульс. Тонкие линии паралича кутали меня с ног до головы, тянули назад. - Все будет хорошо.
   Я не закончила движение: рука безвольно упала на шершавую ткань, разметав в стороны холодные пятна белоснежных лепестков. Перед глазами замельтешила чернота. Перестало хватать воздуха. Я сделала резкий вдох только ради того, чтобы проверить, что все еще могу дышать. Прохладные пальцы Дэна напряглись и сразу же расслабились, легким поглаживанием вводя меня в транс. Другой рукой он рисовал на моем лице символы.
   "Ему гораздо тяжелее, чем мне, - отстраненно подумала я, смаргивая застлавшую глаза тьму и устремляя глаза на небесную звезду."
   Глупое же тело отказывалось подчинятся разуму и дернулось от следующего прикосновения. Ровная линия, что пересекла лоб, обзавелась кривым кругом и смазанным знаком. Несколько капель упали на щеку. Ритуал приближался к завершению.
   Магия, убаюканная совместным плетением десятков адептов, больно кольнула в солнечное сплетение. Я конвульсивно дернулась. Взгляд расфокусировался и звезда пропала. В пелене растекающейся ночи, голос Дэна прозвучал тягучей мелодией.
   - Посмотри на меня, Эвелин.
   Я повиновалась. Я хотела ему помочь. Я знала - то что он делает, важнее всего остального на свете. Только его слова, только его действия, только его желания, имели значение.
   - Не надо бояться.
   - Я не боюсь, - прозвучал мой мысленный ответ. Произнести его вслух было выше моих сил, но Дэн все понял. Его разочарование накатило на меня волной. Прошлось шлейфом сожаления и завершилось привкусом искреннего расстройства. Неудовольствие от неспособности обуздать собственное тело, рассыпалось пушинками блестящего снега на занемевших чувствах. Острая необходимость оправдаться вылилась в слова. В слова, что принадлежали Эвелин. - Тот кто боится - вовсе не я.
   Удивление. Непонимание. Раздражение. Вырванная из подсознания честность не пришлась парню по вкусу. Горькое отчаянье скрутилось в узелком. Я делала все только хуже!
   - Эвелин, ты говорила кому-нибудь о том, что видела?
   - Видела что? - Сожаление от невозможности ответить так, как ему бы хотелось. - Не понимаю о чем ты.
   Вслед за комком в горле в груди свернулась пустота.
   - Эвелин, я должен знать. - Еще один мазок украсил мое лицо. - Ты говорила кому-то о том, что происходило в поместье твоего отца?
   Образ усталого мужчины с короткой бородкой и грустной улыбкой вспыхнул и погас. Я занервничала - это не мой отец. Мой выглядел иначе. Как-то...
   - Я не помню.
   - Эвелин, это очень важно. - Завитушка на правой щеке - предпоследний символ перед завершением ритуала. - Ты ведь хочешь мне помочь?
   - Хочу, - подтвердила я.
   - Что ты сказала им об отце и о нас?
   - Нас?
   Так хотелось зацепиться за эти "нас", но время ускользало быстрее, чем того хотелось. По коже пробежал ночной ветерок. Я вновь почувствовала легкое дыхание холода, опостылей аромат роз и беспокойство. Чужая рука на шее все меньше приносила успокоения и все больше ощущалась тяжестью.
   - Обо мне и Деллианне.
   Ну, здравствуйте!
   - Ничего, я ничего не говорила. Ни о тебе, ни о ней, ни об отце, ни о ком. - Была бы воля - прокричала бы на всю округу. Но воли не было. - И ничего я не видела. О чем мне говорить?
   Он не поверил.
   - Зачем же ходила к демону?
   Я замедлила с ответом. Дэн легонько качнул головой и к гамме чувств присоединилось сожаление.
   - Все хорошо, Эвелин, - приятный голос, что успокаивал и убаюкивал, вмиг стал пустым и бесцветным. - Теперь все будет хорошо.
   Чаша отставлена в сторону.
   Холодный блеск металла сверкнул на фоне чернильного неба.
   Потребовалось меньше секунды, чтобы представить как бездушная сталь входит в грудь. Как кусочки красной ткани краями тонкой плоти, разрезанные точным ударом ножа. Как кровь расползается темными пятнами. Как сердце замирает в последнем ударе и замолкает пульс. Как стихает в ушах гул. Как магия стекает по каналам силы, растворяясь в на пути к Нижнему миру. Как жизнь уходит вслед за ней.
   Капля за каплей истончается душа, безразличными ударами песчинок, отмеряя последние мгновения до полного уничтожения. Потому что душа, принесенная в дар демону, обратно не возвращается. Не уходит в очередной круг перерождения, не остается неприкаянным призраком и не продолжает существование в солнечной обители. Она навечно застревает там - в Нижнем мире, обреченная питать силу темного хозяина.
   - Китра, Дэн, - поправила я. - Все-таки меня зовут Китра.
   Адепт занес руку с ножом над головой и линия света очертила дугой небосвод. Я невольно задержала дыхание. В следующую секунду тень перекрыла искусственное свечение. Движение Дэна сначала смазалось, а потом вовсе замерло. Голоса, что напивали слова ритуала замолкли. Вслед за ними затих и ветер. Единственный звук, что мне остался - биение пульса.
   Как после долгого пребывания под водой, сознание рвануло вверх за глотком воздуха. Оно почти болезненно скинуло магическое одурманивание. Вслед за растаявшими путами заклинания вернулась резкость. Я, наконец, уловила происходящее.
   Дэн собирался меня убить.
   Ритуальный нож замер в каких-то сантиметрах от моего сердца. Он застыл в руке адепта, не сумевшего преодолеть крохи расстояния, отделявшего ритуал от завершения. Поперек запястья парня легла рука Инквизитора. Демон без труда перехватил движение ножа в самый последний момент.
   - Достаточно, - его голос прозвучал раскатом грома. - Это пробный ритуал. Нет нужды его заканчивать.
   Высокая фигура возвышалась над нами, подобно центральной башне Обсерватории Солнца. Мантия окутывала демона с ног до головы, скрывая лицо за черной тенью. Нельзя было понять, куда направлен его взгляд, но я почему-то была уверена, что мужчина смотрит на Дэна, а тот, в свою очередь, смотрит на него в ответ. Безмолвный разговор, что произошел быстрее, чем интервал между двумя ударами моего сердца, отплясывающего зажигательный танец, повис в воздухе.
   - Да, господин Инквизитор. - Хватка демона на руке Дэна исчезла и парень встал на ноги. Не успел он отряхнуть с колен прилипшие лепестки роз, как Инквизитор растворился в толпе молчаливых адептав. Шлейф благоговения, сопровождающий демона повсюду, исчез вслед за ним. Тишина дала трещину.
   Кто-то что-то прошептал, кто-то что-то поднял, зашелестел конспекты. Поднялся легкий гомон, грозивший перерасти в нечто большое.
   Преподаватель хлопнул в ладоши, привлекая к себе внимание, и нервным голосом возвестил:
   - Занятие окончено. Собираем свои вещи и расходимся по комнатам. Предварительные оценки получите через неделю.
   - Только через неделю? - возмутился кто-то из толпы. Посыпалось еще с десяток вопросов, такие как: что будет входить в оценку, будет ли учитываться расположение, вносимый вклад и прочее.
   Когда гам начал разрастаться, мэтр Иншер снова хлопнул в ладоши.
   - Расходимся, я сказал! Ничего не оставляем. Старшие ученики, проследите чтобы не осталось непотушенных свечей, забытых конспектов и сумок! И чтобы я не слышал завтра о том, что адепты еще половину ночи скакали по академии. - Мэтр Иншер повернулся к адепту в зеленых одеждах, обращаясь уже лично к нему. - Проследите, чтобы завтра адепты убрали воск, что остался от свечей.
   Парень в очках кивнул и подал преподавателю бумаги. Так, что-то обсуждая, она направились к выходу. За ними потянулись остальные. Ле-Рин, направляющаяся к выходу среди первых, легонько толкнула Дэна плечом. Что-то в этом движении вышло неестественным, как будто она сделала это специально. Впрочем, этого толчка парень не заметил. После ухода демона он даже не шелохнулся, пока Ле-Рин, перед ним не извинилась, попутно толкнув еще раз.
   - Ох, да, - спохватился он, вспомнив обо мне. Его голос вновь обрел тона и краски нежных полевых цветов. Прекрасные светлые волосы растрепались от ветра. На лбу проступили капельки пота. На лице обозначались крупицы заботы. Парень вновь стал живым и причастным. - Позволь помогу.
   Я покачала головой. Мне было слишком плохо. Я не хотела ничьих прикосновений. Стряхнула с формы цветы и попыталась подняться самостоятельно. Это не так-то просто, после длительного ритуала, эманаций из Нижнего мира, десятков заклятий адептов, и одного персонального, незаконного и возмутительного проклятья от юного жреца.
   - Хорошая работа, - Валтон хлопнул по плечу Дэна. - Ты сделал правильный выбор, я в тебе не сомневался.
   Я встала. От резкого подъема затошнило. Я прикусила внутреннюю часть щеки и сжала руки в кулаки, вцепляясь ногтями в ладони. Главное, после неудавшегося жертвоприношение, это что? Правильно, держать лицо.
   - Эвелин? То есть.. кхм... - Дэн закашлялся и поспешил исправиться. В итоге мое имя прозвучало как Кхм-кхитра. И на том спасибо.
   - Что он имел ввиду?
   - Прости?
   - Валтон сказал, что ты сделал правильный выбор. Что он имел ввиду?
   Дэн едва заметно напрягся.
   - Не было никакого выбора. Выбор - фикция. Это проверка.
   - Проверка чего? - не поняла я. - Кого? На что?
   Я едва держала равновесие, но уйти не узнав ответа, не могла. Вокруг явно происходила какая-то заварушка. Демон мутил воду, Дэн - мои мысли. Не остался в стороне и данар. Он появился рядом так же неожиданно, как делал всякий раз. Совсем недавно Асбер помогал ученикам с атрибутикой, указывал на недочеты в символах и критиковал нестройность голосов во вступлении, и вот он рядом - влезает в чужой разговор.
   - Адепт Геригон не обязан был заканчивать ритуал твоей смертью. - Охотно пояснил данар. Он вообще очень охотно пояснял всякие гадости. - Пробные ритуалы оставляют такое право за жрецом.
   Я не поняла. То есть, поняла, но как-то не все.
   - Как это?
   Мысли ворочались вяло и неохотно, как будто на улице солнцепек и клонит в дрему. Подождите, я ведь жива, да. Значит, Дэн не закончил ритуал. Он заносил руку, он целился мне в грудь, но в самый последний момент - я уверена! - лезвие сменило угол и должно было уйти в сторону.
   Так ведь?
   Тогда зачем вмешался демон.
   Я схватилась за голову, пытаясь унять неприятные ощущения. Внутри все превратилось в маленькие шарики и теперь они лопались один за другим, причиняя невероятную боль. Не только в моей голове, это сдавило грудь и цепляясь лезвиями ползло вверх к горлу, чтобы застрять там жгучим комом. В глазах защипало от слез. Детское, прекрасное чувство доверия испытываемое к молодому человеку было обмануто, растоптано, разорвано в клочья и выброшено с Восточной башни.
   - Принесение жертвы - это выбор. - Асбер посмотрел куда-то выше моего плеча. - Ну кто так тушит сечи? Эй! - крикнул он. - Их нельзя задувать! Это гневит Стихию. Возьмите колпачок и гасите как следует. - Потом он выругался парой непечатных слов и направился к зубцам башни. - Адептка Ревье, верно? - донесло до нас ветром. - А потом вы удивляетесь, откуда в вашей ауре трещины и пробоины!
   - Ты хотел закончить ритуал жертвоприношением? - я обратилась к Дэну. На самом деле, я не хотела знать ответ. Не то что бы я имела право его требовать.
   - Все не так. - Прозвучало холодно и немного раздраженно.
   - А как? - теперь я была жалкой.
   - Я объясню, но чуть позже, - адепт поднял с пола мою сумку и протянул мне. - Нельзя задерживаться после ночных занятий. Хорошенько выспись, а завтра поговорим.
   Я плотно сжала губы, чтобы не сказать лишних слов. Робкая надежда, что все имеет безобидное объяснение, была принудительно подавлена силой воли. Я выхватила сумку у парня и кивнула, мол, посмотрим.
   От человека меня спас демон. О, Свет, а не устарела ли моя мораль о месте людях и монстрах в этом мире?
  
  

Глава 16

  
   Я болтала ногами в воздухе над раскрытой черной бездной. Ветер спутывал волосы и трепал одежду.
   "- Не сиди на холодном, - прошептал в голове голосок матери."
   Когда адепты разбредались по комнатам, я шла с ними. Потом подотстала. У двери в комнату поняла, что стою одна посреди совершенно пустого коридора. Пялюсь на деревянную панель и не могу заставить себя повернуть ручку. Силы моментально исчезали в тот момент, когда я решала, что "все, хватит, пора спать" и тянулась к двери.
   Заходить в спальню не хотелось. Совершенно. Абсолютно. Это чувство взвинчивалось вверх, достигая полного смыслового апогея. Одна мысль о том, что я захожу в комнату, где Араника без умолку трещит о ритуале, Ал-Сона сдержанно хмыкает и выражает сожаления, что демон так не вовремя остановил Дэна, а Делли мечтательно вздыхает, втирая ночной крем в кожу, чтобы ее бледные ручки оставались такими же нежными и ухоженными, вгоняло в оцепенение.
   Я в красках представляла, что скажет каждая из девушек. Перебирала достойные ответы, пока не поняла, что не хочу. Не хочу слушать колкости Ал-Соны, притворную вежливость Делли и боязливое молчание Араники. Не хочу видеть никого из них ни сейчас, никогда. Не хочу что бы наступало завтра. Не хочу ложиться спать, чтобы утром проснуться и опять быть здесь. Вообще не хочу быть.
   Я развернулась и пошла обратно на Восточную башню - в то место, где в последнюю очередь стали бы искать блудливого адепта.
   Прокралась по лестнице. Осторожно прикрыла дверь. Обошла маленькую прямоугольную постройку и направилась к краю. Забралась в расселину между зубцами. Поворочалась. Подтянула к себе ноги, повернулась и, наконец, почувствовала себя лучше. Здесь, даже если обойдут пристройку, меня никто не обнаружит. Тени и каменные заслонки скрывали от посторонних глаз, а темная магия, пропитавшая насквозь каждый сантиметр пространства, запросто укроет ауру.
   Я смотрела в даль ночного неба на россыпь алмазных звездочек. На тот единственный свет в этом мире, что не был опорочен демонической энергией и людьми. Я смотрела и ни о чем не думала. Только о ветре, далеком свете и бесконечности. Свежий воздух наполнял легкие, кружил голову. Блаженная пустота разбавляла горечь сладкими иллюзиями. Это не делало меня счастливой, это давало лучший результат - ничего. Полное, всеобъемлющее ничто вместо мыслей, чувств и души.
   Что-то хлопнуло.
   - Ты медлил!
   Я подскочила на месте, едва не свалившись с парапета.
   - Тиши ты.
   Коварный ветер, играющий с лепестками, доносил до меня голоса. Говорили двое: парень и девушка.
   - Ты. Медлил. - Повторил юный, девичий голос четко и раздельно, но на пару тонов тише.
   - Тебе показалась. Тебе всегда что-то кажется. То магия какая-то неправильная, то всплески энергии из Нижнего мира, то вот я, самолично решаю развалить собственный план. - Если лед в голосе девушки обжигал, то у парня, наоборот, замораживал насмерть.
   Из прекрасной пустоты неприсутствия, меня выплюнуло обратно на жесткие камни парапета. Следом пришла обреченность вперемешку с неловкостью. Несмотря на то, что я первая заняла крышу, со стороны могло показаться, что подслушиваю. Мол, специально затаилась в укромном уголке, чтобы наблюдать за парочками и узнавать их интимные секреты. Кто ж знал, что башню используют для тайных встреч? Кто знал, что находятся люди, которые как и я ищут уединения? Впрочем, ссора мало напоминала разговор возлюбленных.
   - А чего удивляться? - напирала адептка.
   Она показалась из-за постройки. Мантия Воды, под освещением небесных светил, переливалась антрацитом. Девушка прятала лицо под капюшоном.
   - Прости, что?
   - Ты начал сдавать позиции.
   Пробраться незамеченной к выходу невозможно. Проклятье! Как будто мне проблем недостаточно.
   - Я не... - он оборвал себя, выждал несколько секунд и продолжил: - Не говори о том, в чем ничего не смыслишь. И не лезь в мои дела. Мы распредели обязанности. Как я исполняю свои - тебя не касается.
   Девушка крутанулась на месте, явно раздосадованная таким ответом. Ее движение вышло резким, но какими-то правильными. Словно она повторяла элементы из ритуала или танца.
   - Ты с ней разговаривал. Зачем?
   - Сама как думаешь?
   Девушка не ответила.
   - Хотел знать, что она рассказала Канцелярии.
   - И?
   - Ничего.
   - Не может быть правдой. Ее бы не выпустили. Если только...
   - Если только она не заключила сделку с демоном, - закончил за нее адепт.
   Та-а-ак... А о ком это они?
   Девушка фыркнула:
   - Мне следовало самой взяться за дело.
   - Не доверяешь? - прозвучало как провокация.
   Ох, не нравится мне это. Лучше бы они оказались парочкой влюбленных. Пару поцелуев я перенесу, а вот битва магов - явный перебор для одного дня.
   - Доверять тебе?! - она вновь повысила голос. - Ни в одной из жизней не совершу подобной ошибки!
   - Агрессивная мизандристка не хочет слушать мужчину - поражен до глубины души. - Парень вышел из-за перекрытия и встал напротив адптки. Светлый плащ - очевидно факультет Воздуха. Девушка напряглась. Ее приятель, также скрытый капюшоном, не выглядел угрожающе, но мне стало неуютно. - В твоих интересах не дергать меня каждый раз, когда у тебя начинается паранойя, Ле-Рин.
   Ле-Рин - мужененавистница? Еще один кусочек информации, который совершенно ни к чему.
   Я подавила вздох. Неужели так сложно вести разговоры в другом месте и в другое время суток? Разве я многого прошу? Всего пару часов, когда меня никто не трогает, не тыркает, не пытается поразить проклятьем и не втравливает в свои разборки.
   - Не надо мне угрожать, - Ле-Рин натянулась струной. От нее не шло угрожающей ауры магии Воды, но что-то в ее позе отозвалось тревожным звоночком в моей голове. - Я тебя не боюсь.
   Парень хмыкнул.
   - Раньше боялась, - исправилась она. - Больше нет. Ты мне противен, я тебя презираю. Но боюсь ли? Пф...
   С кем, демон меня побери, она так разговаривает? - крохотный интерес возник помимо воли. Тени и капюшон мешали разглядеть парня, а демонически эманации башни - прочитать ауру.
   - А меня и не надо бояться, - ответил неизвестный. - А знаешь, что надо? Выполнять поручения, которые я даю. Где сейчас Делли?
   Ну да, Делли. Хоть что-то в этом мире не вращается вокруг нее?!
   - За ней присматривает сестра. - Ле-Рин стянула капюшон, подставляя лицо лунном свету. - И не закатывай глаза. Она верна мне.
   Серебристые лучи окутали сиянием ее волосы, что бледным пятном выделялись во тьме. Ее фигура, цвет волос и экспрессивности слов, пробуждали воспоминания о ком-то знакомом. Так же было и с Дэном, когда я осознала, что он чуть ли не точный двойник молодого Камдена Геригона из моей прошлой жизни.
   - Она мне не нравится.
   - Тебе никто не нравится, - парировала адептка. - Даже Делли. Ты вынуждаешь себя быть с ней рядом - я отчетливо это вижу. Понимаю, тяжело, когда она столь пуста и слаба. Эта ноша становится непосильной, когда видишь или разговариваешь с ней. Иногда мне кажется, что она притворяется... Давно пробудилась, но не хочет в этом признаваться. Повисает странная пауза, в которой должен прозвучать ее патетический фатализм или издевательское замечание, мол, кладешь руну относительно круга не с тридцати восьми процентной поправкой, а с тридцати семи с половиной, что на заклинание, конечно, не повлияет, но через сотню лет не будет соответствовать эстетическим представлениям жаб из северных стран империи. А потом все исчезает. Делли молчит. И кроме нас ей некому помочь. А значит, пока она не очнулась и вновь не стала прежней, мы должны быть. Пускай это сложно или опасно, но ее надо вернуть.
   - Я знаю. Я помню. - Адепт скрестил руки и опустил голову, о чем-то размышляя. - Я не меньше тебя хочу этого.
   Вот бы обо мне кто-то так заботился, - позавидовала я. - В самом деле, откуда у Делли столько поклонников-почитателей?! Чем она заслужила преданность Ал-Соны, любовь Дэна, демона-воздыхателя, помощницу Ле-Рин и этого тайного преследователя? Не сдалась Делли вся эта помощь. Она же ни кого ни во что не ставит! Она же... Вообще-то она не плохой человек и учится хорошо, но чем я ее хуже?! Почему у меня нет ни парня, ни подруги? Мне не нужен весь тот скоп народа, что вознамерился усыпать розами путь Делли. Дайте мне просто хоть что-то!
   О, Свет! - я посмотрела на луну. - Что-нибудь, ради чего хотелось бы бороться и жить!
   Девушка покачала головой:
   - Ты целился ей в сердца. В самом начале ты собирался закончить жертвоприношение ее смертью, но последний момент - я видела, направил лезвие в другую сторону. Демону не было нужды ее спасать. Он вмешался ради показного великодушия. И он видел твои движения. Остальные не заметили, но не он! Ты подставил себя - нас всех -под угрозу. Неужели так сложно было ее убить? Одна смерть решила бы кучу проблем.
   Я не могла поверить тому, что слышала. Я перестала вообще понимать, что происходит. Дэн, Ле-Рин, ритуал, демон, Делли. Как они связаны?
   - С каких пор ты решаешь проблемы убийствами? - спросил он.
   - С каких пор ты решаешь их как-то иначе? - ответила Ле-Рин.
   Дэн ответил так тихо, что, возможно, я сама придумала себе эти слова.
   - Я знал ее.
   - Не говори мне об этом суррагате памяти. Меня от моей-то тошнит. Признай, что специально тянул время и закончим на этом.
   - Чего ради? Зачем мне рисковать ради нее. Нас с Эвелин ничего не связывает. Она глупая, пресная и инфантильная.
   Где-то на этих словах меня накрыло.
   Дэн говорил обо мне.
   - Она меня не интересует. В своей Стихии - полный ноль. Одна сплошная помеха. Я был с ней рядом только ради того, чтобы знать, зачем к ней приставили данара и какую информацию она ему передает. Как же это не вовремя, - Дэн сделал несколько нервных шагов по направлению к двери, почти скрываясь за пристройкой. - Ведь не было у нее никакого дара. Я специально проверял. Но будем честны, то что она показывает на занятиях, вряд ли можно назвать Силой. Глотатель огня с ярмарки демонстрирует большее мастерство со Стихией, чем она. Как будто она оперирует не Огнем, а...
   Его слова прервала я. Своим вскриком, когда в каменный зубец рядом с моей щекой вонзился нож.
   - Какого демона! - ахнула я.
   Жгучая боль резанула по коже. Меня ранили! А не схватись вовремя за каменный выступ, еще бы и вниз слетела.
   Обычно я не столь резва в заклинаниях. Видит Свет, это подтверждают практические занятия с водниками, где я постоянно огребала. Деревья, кусты, лужи, трава, где меня только не сбивали напором воды и не протаскивали по земле. Неудивительно. Атакующие заклинания - моя самая слабая сторона. Не учили в Свете нападать на людей, а на занятиях Академии я банально не успевала в кого-то метнуть шаром. Совсем другое дело, когда речь заходит о стали.
   Блеск металла застыл прямо перед глазами.
   Метательный нож в первую очередь является оружием. И как всякое оружие он обязан быть совершенным. Обоюдоострый, гладкий, скользящий, - он не имел гарды, чтобы не нарушать балансировку. На мой вкус, слишком короткий. Такой тяжелее контролировать при броске. Это могло стать причиной, почему напавший совсем чуть-чуть промахнулся.
   Все это промелькнула в голове за долю секунды. Этой же доли хватило, чтобы вытащить нож и метнуть обратно. Я не взвешивала его, чтобы проверить баланс. Больше шансов приходилась на то, что он либо смещен к лезвию, либо расположен по центру. Сработал рефлекс души. Именно души, поскольку Эвелин не умела обращаться с оружием, а я, в настоящей жизни, данный навык не оттачивала.
   В голове громко звенел колокол, предупреждая об опасности. На меня напали! Меня хотят убить. Опять! И как бы плохо и тоскливо не было минуту назад, я должна побороться за свою жизнь. Хотя бы теперь. Сколько можно в меня кидаться заклинаниями и ножами, скручивать в узелок, оскорблять, унижать и разбивать сердце? Нет уж, хватит.
   Ключевыми факторами при метании ножа являются расстояние до цели и вращение клинка, но и тогда попадание не гарантируется. Нужна техника. В своей я уверена не была. Запястье не разработано для метания ножей, только для заклинаний. А они, совсем не имели веса и не нуждались в такой точности.
   Я соскочила с проема между зубцов, одновременно выпуская нож. Он скользнул по большому пальцу по направлению к цели (тому месту, откуда прилетел изначально). Но нападавший на месте не стоял. Алая тень неслась на меня подобно выпущенной стреле. Не уклоняясь, она отбила нож его братом-близнецом. Левой рукой! Сталь отлетела в недосягаемую зону.
   Вот же ж как?!
   Все происходило стремительно. Правой рукой девушка сформировала заклинание. Что-то простенькое - начало первого курса, не выше. На фоне того, как она обращалась с ножом и строила стратегию, огненный шар казался смехотворным. Но, - великая бездна Нижнего мира! - эффективным. Сконцентрированная в ядро, испускающее оранжево-красные всполохи, она не представляла изящное плетение, но запросто могло покалечить. Практически сырая магия.
   Нападавшая не пожалела вкаченной в заклинание силы.
   Она прыгнула вперед. Замахнулась. Свет огня озарил перекошенное злобой лицо Ал-Соны.
   Что за дурной день!
   Шар оторвался от сдерживающего поля ее пальцев. Я заслонилась рукой, прикрывая голову. Будто это поможет!
   Образ того, как огонь плавит одежду, въедается в кожу, обугливает плоть и кости, четко предстал перед внутренним взором. Я буквально ощущала запах паленого мяса и жженых, человеческих волос. Чувствовала ту боль, что расползется по руке, мучая на всех пластах реальности. Видела, как часть заклинания проходит насквозь и прожигает капюшон, оставляя на лице белесые волдыри.
   - Блеск! Вот дрянь! - сказали мы одновременно, когда огненные языки сползли по моему рукаву, не причинив никакого вреда.
   Одежда!
   Форма адепта Огня защищает от своей собственной магии. А девушка использовала именно ее. Легкая заминка сигнализировала о том, что Ал-Сона тоже это поняла. Ее заклинания не причинят мне вреда, пока я в форме - ах, как же здорово, что я не успела переодеться!
   Тут бы и могло все закончится кошачьей дракой с выцарапыванием глаз и выдергивание волос, но у адептки был близнец первого ножа. Не тот, который метают, а тот которым бьют в ближнем бою. Ал-Сона замахнулась.
   - Совсем сума сошла?! - воскликнула я, отскакивая назад.
   - Предателям слова не давали.
   Я перехватила ее запястье и тут же получила кулаком в висок. Удар вышел сильным. Благо успела немного уйти с траектории и рука ушла по касательной. Но сбой в восприятии вышел отменный. Зрение прошлось рябью. Не дожидаясь его восстановления, я выбросила ногу вперед, целясь по коленке. Адептка вскрикнула. Дальше: локтем по запястью, чтобы выбить нож. Маневр не достиг цели - я получила коленкой в живот. Согнулась пополам. Адептка отшвырнула меня назад в проем между зубцами, и я во второй раз чуть не улетела с башни.
   Упала я туда, где совсем недавно сидела. Что-то хрустнуло и спину пронзила боль. Мысленно прокляв всю родословную Ал-Соны, я подтянула ноги к себе. Ухватилась за зубцы и ударила, целясь пятками в корпус девчонки. Удар пришелся в бок. Небольшие каблучки туфель врезались ей в ребро. Она застонала и свалилась на пол. Что-то прошипела, очевидно насылая чуму уже на мой род, перекувыркнулась и снова оказалась на ногах.
   Это какой-то мухлеж! Аристократки из воспитанных семей не должны так себя вести. Сломался ноготок - иди плачь в уголке и строчи слезливые истории в дневнике, а не изображай из себя Сестру Крови на тропе войны. Почему она дерется лучше меня? И почему ее физическая форма лучше моей?!
   По ее руке стекала кровь. Моя! В белках сиял праведный гнев. А изломанные светом черты лица, обрамленные красными прядями, придавали звериный лик.
   Я попыталась подняться, но спину заломило. Боль острым лезвием танцевала по позвонкам. Из груди вышибло весь воздух. Пришлось послать несколько импульсов Света в легкие, чтобы восстановить дыхание.
   Облокотилась на руки и приподняла голову. Увиденное не порадовало. Дэн и Ле-Рин стояли неподалеку. Они подошли к нам ближе, когда началась потасовка, но не вмешивались. Вообще! Ни вразумительных слов для Ал-Соны, ни заклинания в помощь, ни учителя позвать. НИ-ЧЕ-ГО!
   Адептка Огня нисколько не стеснялась публики. Она играючи подбросила нож. Оскалилась. Качнула бедрами и сделала шаг в перед.
   Ей бы в цирке с такими талантами выступать. Чего в Академию-то поперлась?
   - Сестра, - остановила ее Ле-Рин, - подожди.
   Ал-Сона замерла. Застыла безмолвной статуей, как под заклинанием. Взгляд остановился, остекленел.
   Я посмотрела на одну девушку, потом на другую. Они сестры? Ле-Рин была светленькой и белой кожей, Ал-Сона же, наоборот, обладала яркой внешностью южанки с восточными корнями: смуглая кожа, темные волосы и карие глаза. Фамилии адептки я не помнила, но была уверена, что не Ревье. Такую бы деталь я не упустила. Может, они сводные?
   - Пусть сначала расскажет, что передала Инквизитору и как давно на него работает.
   - Вам всем что, луна в глаза ударила?! - нашла в себе силы прохрипеть я.
   - Говори, иначе... - адептка Воды не закончила. Она качнула головой в сторону сестры.
   - Ле-Рин, - обратилась я к ней с мольбой. - Какое преступление я совершила против тебя, чтобы так со мной обращаться? Дэн, - позвала я парня. - Наше прошлое для тебя совсем ничего не значит? И Ал-Сона... - я пыталась произнести без пренебрежения и другими словами, но не успела себя заткнуть. Что поделать, не было таких чувств к которым я могла бы взывать в Ал-Соне. - Нож? Ты знаешь, что смещенный к лезвию центр тяжести не гарантирует стопроцентной меткости? Это вымысел, детка. Не бери оружие в бой, если не умеешь им пользоваться. Передай своему учителю, мое глубочайшее "фе".
   Не та фраза, которой можно успокоить противника. Зато длинная и эмоционально отвлекающая. Самое то, чтобы посмотреть, насколько Ал-Сона слушается Ле-Рин. Та, кстати, и бровью не повела. Оскорбление прошло мимо.
   А еще, пока я толкала речь, Свет действовал. Скользил по каналам, перекрывая болевые ощущения. Еще чуть-чуть и соображу план по спасению. Надо только потянуть время, чтобы пораскинуть мозгами. Вот, например, на Ал-Соне такая же форма как и на мне - защищающая от магии Огня. Поможет ли она против Света? Сильно сомневаюсь. А знаю ли я атакующие заклинания, которые могут поразить с той же силой, что и Стихия Огня? Да-да, тоже сильно сомневаюсь.
   - Во-первых, ее учила я. - Спокойно отозвалась адептка Воды. Она больше не напоминала ту милую девушку, что остановила меня у кабинета демона и помогала с начертанием символов для ритуала. Эта девушка была другой. Сквозь маску участия прорезалась жесткость клинка и безжалостность хищника. - Во-вторых, твое преступление - не против меня, а против человеческого рода.
   Она подошла к Ал-Соне, вытащила из ее рук клинок и повернулась ко мне.
   - Тебе не следовало спасаться, Эвелин. Не следовало приезжать в Академию, селиться рядом с Делли и продавать информацию Инквизитору. Все что от тебя требовалось - это тихонечко сгнить в подвалах Канцелярии в назидание своему отцу.
   - Моему отцу?
   Кажется, Дэн спрашивал о нем. И Асбер тоже. Но я совсем ничего не помнила, даже его имени.
   - Он сбежал. Предал нас. И в тот момент когда он это сделал, твоя жизнь утратила всякую ценность. Ты же сама от него ушла недалеко. Решила продать то, что еще не успел отец.
   - Сопротивление! - внезапно озарило меня. Ле-Рин фыркнула.
   Ну конечно же! Мой отец - преступник. Он с мятежниками что-то замышлял против демонов. Если семья Эвелин дружила с семьей Дэна, то неудивительно, что их сын тоже в их рядах. А Ал-Сона и Ле-Рин, дети других сподвижников антидемонического режима, которых не раскрыли. Поскольку у них дар, родители были вынуждены отправить в Академию. Они, как и я, в некотором роде, действуют под прикрытием. Возможно, у каждого из них здесь своя миссия.
   Естественно, что мое неожиданное спасение их насторожило. Особенно, если оно произошло сразу после побега отца. И если сложить мое странное поведение и общение с Асбером, неудивительно, что ребята озлобились.
   - А причем тут Делли? - спросила я. Вот уж что точно никак не связывалось. Они говорили о ней так, будто она под каким-то проклятьем забвения, которое не позволяет их вспомнить. Может демон что-то сотворил с ее памятью?
   - А вот это, - Ле-Рин приблизилась ко мне вплотную, перехватывая нож за рукоять, - уже не твое дело.
   - Действительно, - согласилась я и со всей дури шибанула по нам заклинанием Света.
  

Глава 17

  
   Как прорваться через оцепление из трех адептов магии разных Стихий, если защищен только от Огня? Не забываем, что у одного есть нож, другой - внезапно орудует техникой рукопашного боя лучше, чем маникюрной пилочкой, а физические способности третьего неизвестны, но поскольку он парень, то явно превосходят мои.
   Их задача не выпустить меня отсюда живой. Ал-Сона достаточно четко продемонстрировала это намерение. Ле-Рин его поддерживала. Единственной надеждой оставался Дэн. Даже после всего что он наговорил, я не могла поверить, что он всерьез набросится на меня. Помогать, конечно, не станет, но, может, хоть в сторонке постоит или не станет использовать агрессивную атаку? Его магия - мой самый серьезный противник.
   Огонь Ал-Сона практически безопасен, если она не влепит им мне прямо в лицо. А с превосходящими силами водников наш факультет тренировался постоянно. Худо-бедно, но избегать их заклинаний я научилась. Да и технику Ле-Рин запомнила. Кое-чего противопоставить-то смогу. Это перед преподавателями особо заклинаниями не помашешь. Любая импровизация и сдам себя с потрохами. А вот использовать магию против тех, кто вряд ли побегут жаловаться Канцелярии и Инквизитору, это я с удовольствием.
   Ослепить противника Светом - это первое. Тут ночь на моей стороне. Второе - свалить с того места, где только что стояла. Из-за удара о каменный выступ, они не должны ожидать от меня особой прыти. Переключится на другое зрение, чтобы отслеживать формирование заклинаний и уберечься от собственной магии.
   Когда вспышка Света разорвалась в воздухе ярким сиянием, разойдясь огненными всполохами, каждый отреагировал по-своему. Ал-Сона прикрыла рукой лицо, предполагая атаку огня. Ле-Рин выставила щит. Неожиданно сильный и мощный. Нас такому не учили. Но, она также ожидала заклинания Огня, поэтому рассчитывала формулу на физическую атаку. За что и поплатилась. Девушка вскрикнула, прижимая одну ладонь к глазам. Кинжал из второй руки она не выпустила, наоборот, выставила перед собой на случай нападения.
   Ага, щас! Сражаться я с вами буду, конечно. Мне бы к двери пробиться, да сбежать по пролету. Дальше они меня преследовать не посмеют. Наверное... Башня совсем рядом с покоями Инквизитора, а его беспокоить не захотел бы никто.
   Я пригнулась, уходя от удара Ал-Соны, очухавшейся быстрее всех. Дернулась влево. Перехватила ее руку и тут же получила подсечку. Все еще удерживая девушку, повалилась вниз. Боль пронзила голову, когда я с высоты своего роста врезалась затылком в пол. Не вырубилась. Пассивное заклинание Света, что я пустила по спине, активно орудовало во всем теле. Оно мгновенно реагировало на нанесенные повреждения.
   Ал-Сона мешкала. Вывернулась из хватки и головой врезала мне в лоб. Я вскрикнула. Адептка уже метила пальцами в сонную артерию на шее. Вот этого я допустить не могла. Еще одно заклинание Света она перебила, прижав мою ладонь к полу в замке из пальцев. Нити, что должны были сплести очередную атакующую сферу, развевались обрывками.
   Это что за ерунда? Она прервала мое заклинание, перерезав формирующие нити? Это уже не Стихия Огня. Та бы просто сожгла и обуглила их. А тут - нет. Определенно подрезали. Я уперлась коленом девушке в грудь, не позволяя дотянуться до моей шее и переключила магическое зрение.
   Что-то на подобии мелких лезвий проявились на ее запястье. Их создала магия не относящаяся к Стихиям. Это была магия Крови. Более того, заклинание было создано из моей собственной, еще не засохшей крови. Наглость неслыханная!
   Магия Крови - это древний вид магии, передающийся из поколения в поколения от матери к дочери в очень тайном и закрытом клане. Когда-то он входил в состав Ковена, а еще раньше, существовал тайным городом, затерявшимся в горах. Сестры Крови - адепты этой Силы, занимались уничтожением магов. Кто-то считал, что они занимались наемничеством или контрактами на убийство, кто-то склонялся к тому, что опасные девицы представляли культ, охотящийся исключительно на тех, кто практиковал темную магию и демонопоклонничество. Очевидно в последнем они были не так хороши, раз демоны захватили мир за какую-то сотню лет.
   Если силу Стихии ты черпаешь конкретно из того источника, чей дар имеешь, то магия Крови принадлежала человеку. Для основы заклинания требовалась твоя собственная кровь. Иногда использовалась кровь животных, но это большая редкость. А вот завладеть кровью противника - практически победа. Получив такую, Сестра могла лишить мага магии, обесточить его заклинания и с легкостью прорваться через щит.
   Именно это и проделала Ал-Сона с моей кровью. Перерезала нити шара Света, задушив его в зародыше. Те же лезвия мешали формированию нового заклинания. Что тут сказать? Магия Крови потрясная штука! Но с какого перепугу ей владеет Ал-Сона?!
   - А где мои белые и красные орхидеи? - прорычала я, замахиваясь кулаком. - Разве Сестрам Крови не положено в знак предупреждения высылать орхидеи? ГДЕ. МОИ. ЦВЕТЫ?!
   С последним словом я залепила девчонке кулаком в бок, в то место, куда недавно попала каблуком. Ал-Сона охнула, но хватку не разжала.
   - Какие еще орхидеи? - презрительно скривилась она. - Это вымысел исторических романов.
   Адептка щелкнула пальцами. Образовавшимся огненным шаром она намерилась выжечь мне лицо.
   - Позор! - воскликнула я.
   Левой рукой я хуже управляла магией. Стихию Огня так вообще не могла удержать. Но ради сохранения лица в прямом и переносном смысле, почему бы не отбросить стеснительность и страх провала? Я не знала, умеет ли Ал-Сона одновременно удерживать Огонь и Кровь, но предполагала худшее.
   Лезвие Света - это даже не оружие. Скорее скальпель, что предназначен, для вскрытия трупа. Особого вреда им не нанесешь. Но мне много и не надо. Я резко перевернулась набок. Шар врезался мне в висок, прикрытый капюшоном Краем глаза я отметила каплю огня, что повисает на крае материи, готовая сорваться на мой кончик носа. Тем временем, я воткнула лезвие Света в руку Ал-Соны, которой она меня удерживала. Лезвие вошло гладко, легко вспоров униформу. Тут дело не в боли или повреждении, а в крови. Как и любой другой магии, ей требовался баланс.
   Девушка заметила мой маневр не сразу. Боль наступила с опозданием. Из-под рукава во всю лилась ее кровь, расползаясь по каменной плитке. Похоже, я попала в вену.
   - Чем ты тут колешься?
   Мое заклинание рассыпалось блестящими осколками, которые ребром ладони я вбила ей в сгиб локтя. Адептка взвизгнула. Ее рука подломилась. И вот бы мне радоваться, что смогла повалить псевдо-Сестру, но тут, как только я сделала попытку подняться, в спину ударил поток ледяной воды. Пожалуй, не циркулируй Свет по телу, вместе с ударом об пол, добавился бы паралич.
   Меня протащило по полу, оцарапав лицо и ладони. От силы удара могло бы проломить грудную клетку и череп, но я вовремя выставила перед собой руки, взывая к магии. На пальцах правой руки нити не восстановились и вышел перекос. Меня перекувырнуло, перекрутило и бросило о пристройку. Удар вышел огромной силы. Наверняка он должен был размозжить меня в кровавое пятно.
   Эта магия высшей категории! Адептка не может иметь такой уровень сосредоточенности. Проклятье! Что за заговор всех уникумов Академии против меня?
   Я сжалась в комочек. Тело ломило, как при лихорадке. Казалось, если пошевелю хоть одним мускулом, то рассыплюсь на мириады кусочков. Свет внутри бурлил, как выкипающая кастрюлька с супом. Он работал во всю мощь, но даже так, я чувствовала стылое дыхание заклинания. Вокруг расползались ледяные лужицы. По униформе ползли ломанные дорожки инея. Несколько локонов, что попали под магию, окрасились сединой. Передние же пряди покрылись белой корочкой и обломились посередине, создавая подобие кривой челки.
   - Напутала с плетением? - спросил Дэн. - Она еще дышит.
   Ох, милый-милый Дэн. Я видела как ты среагировал на мое заклинание Света. Никак. Даже не прищурился. Учитывая, что никакого магического щита ты не колдовал, приходиться предполагать, что ты воспользовался вторым зрением, как и я. А во время моей драки с Ле-Рин и пальцем не пошевелил. Глазом не моргнул! Стоял и смотрел. Без каменной маски на лице, без сочувствия, без ничего. Парень, ты либо совсем бездушная тварь, либо я начинаю подозревать, что ты кто-то из моих давних знакомых. А может, и то и другое.
   Ну так, Камден Геригон, кто такой ты и кто твоя подружка?
   - Это не на долго, - отозвалась Ле-Рин. - Сестра, приведи себя в порядок и счисти информацию об этом событии, - приказала она Ал-Соне. - Не хочу проколоться на забытом обрывке силы.
   Девушка медленно, даже как-то лениво, приближалась ко мне. Я изо всех сил пыталась встать, пошевелиться, дернуться, да сделать хоть что-то! Но заклинание этого не позволяло. Оно было не из тех, что врезалось и растаяло. Оно хранило в себе силу, чтобы держаться дольше пары секунд и имело дополнительный эффект. Нити продолжали жить, борясь с моей иммунной системой из Света.
   Мне всего то и надо: пройти два метра и я у двери. А там - ладно уж, - кубарем по лестнице и кто-нибудь да услышит. Думай Китра, думай. Тебе-то и надо, что потянуть немного времени, пока Свет справиться с дурной магией. А дальше... Что дальше-то? Ле-Рин воспользовалась сильным проклятьем и даже не вспотела. Резерв-то о-го-го!
   - Все еще будешь утверждать, что невинна? - Ле-Рин остановилась в одном шаге от меня. - Тебя определенно тренировали. Асбер?
   - Да пошла ты, - прохрипела я. Чувствительность возвращалась, но как-то неохотно.
   Девушка злобно сощурилась:
   - Про орхидеи - это он рассказал?
   - В брошюрке прочитала, - фыркнула я, - когда решала, куда поступать. Очевидно, реклама о ботанических садах врет.
   Опершись на израненную ладонь, я заставила себя отлипнуть от пола. Разговаривать в камень, это как-то неудобно. Прислонившись к стене, но уже в сидячем положении, заглянула девушке в глаза. В прекрасный оттенок тающего льда без капли милосердия.
   - Храбришься? Хозяин слишком далеко, чтобы помочь твоей прогнившей душонке.
   Я болезненно скривилась:
   - Беспокоишься о моей душе? А скольких неугодных ты убила ради своей цели? Нет, даже нет. Во скольких жертвоприношениях участвовала, находясь под прикрытием? На какие ужасные вещи твоя великая мораль позволила закрыть глаза?
   Дэн, оставшийся где-то позади, хохотнул. Девушка зыркнула на него гневным взглядом.
   - Да, ладно, - отмахнулся он.
   Адептка фыркнула, повернулась и резко схватив меня за ворот потащила вверх.
   Вот это сила! Без пассивной помощи Воды не обошлось.
   Одежда заскрипела. Я закашлялась. Ноги кое-как держались на твердой поверхности. Все благодаря стене, которую я так удачно подпирала.
   - Больше, чем ты можешь себе представить, - прошипела она мне в лицо. - Больше, чем может тебе присниться в кошмарах. Я была на стольких темных ритуалах, сколько тебе за целую жизнь, живи ты сотню лет, не посетить. И я пойду дальше, лишь бы стереть гниль, подобную тебе и твоим покровителям, с лица Привычного мира.
   - Мило, - ответила я, сместив ладони с ее руки на плечи. - Но а вот я, была всего на трех демонических ритуалах, включая этот. И каждый божий раз в роли жертвы, а не исполнителя. Знаешь, что это значит?
   - Что я пришла вовремя, чтобы очистить твою душу? - слова прозвучали едко.
   - Нет, - из-за хрипоты поучительного тона не выходило, но я надеялась получить эффект другим способом. - Это значит, что существуй какое-то заклинание, направленное на уничтожение демонов или подобных им тварей, какая-нибудь магия, чьей целью является искоренение темных эманаций Нижнего мира, и используй его кто-то из присутствующих здесь прямо сейчас, пострадала бы не я.
   Мои ладони легли ей на виски и в то же мгновение, всего на секунду, я перенаправила энергию Света. Как известно, чем темнее ночь, тем ярче свет. Видят Старые боги, тьмы здесь было полно. Можно смело сжигать всю Империю, не ошибешься. Но я решила ограничится одним единственным человеком.
  

Глава 18

  
  
  
   В голове звучал истошный вопль Ле-Рин. Его эхо преследовало, пока я бежала вниз по крутой лестнице башни. Я перескакивала через ступеньки. Почти как в детстве, когда соревнуешься, кто сможет перепрыгнуть самое большое количество ступенек, не упав и не подвернув ногу. Никогда не выигрывала. Но тогда от победы не зависела моя жизнь.
   Ле-Рин не боеспособна. Изгнание темной энергии сродни пытки. За раз Светом не убирается. Это долгий, планомерный, целенаправленный процесс очищения. Он болезнен и должен проводится под присмотром Мастера Света. Без искреннего раскаяния и добровольного принятия не обойтись. Неудивительно, что Сестры Крови предпочитают умерщвление своей жертвы. Они-то не садисты. Они за гуманизм.
   Поток Света, что прошел через адептку Воды, по силе сравним с ударом молнии. Пару минут Ле-Рин не сможет шевелиться. Будут проблемы с дыханием и концентрацией магии. Плюс сильный удар по эмоциональному плану. В былые века любой маг запросто экранировал такое заклинание или, как минимум, вдвое смягчил бы последствие. Но раз в этом мире магии Света не существует, то и контрзаклятье никто не применит. А одни-единственный разряд не поставит под угрозу жизнь Ле-Рин. Не стану же я убивать глупую адептку. Все-таки она борется за правое дело. Теоретически. Но в следующий раз, девчонка дважды подумает, прежде чем разглагольствовать о лицемерии.
   Ал-Сона бросится помогать Ле-Рин. Итак, двое выведены из игры. Но что же Дэн? Как поступит он? Очевидно, что ни я, ни Эвелин, ничего про красавчика-то не знали. Парень себе на уме и с замашками социопата.
   Куда бежать? К себе в комнату? А толку? Через пять минут придет Ал-Сона и закончит начатое. Кто ей помешает? Явно не Араника и Делли. Эти двое вообще могут быть такими же тайными шпионами. Деллианна точно как-то связана с ними. Не зря же меня готовы принести в жертву только ради ее благополучия. А Араника? Слова не скажет, если за мою смерть проголосует большинство.
   В комнату нельзя, а больше некуда. Не пойду же я в самом деле докладывать Канцелярии о мятежниках. Или пойду? Разве так я не заслужила бы доверие демонов? Ох, а сколько бы стоило сдать псевдосестру с ее магией Крови? Из Дэна и Ле-Рин вышли бы отличные заложники для их семей, да и сами по себе они отличный кладезь информации. За них всех можно выторговать отличную награду, восстановить свое доброе имя и проложить путь наверх.
   Проклятье, нет же!
   Первое правило Калеба - не выделяйся. Путешествуй, изучай, зарабатывай, но только не выделяйся, Китра. Не будь первой, не будь лучшей. И главное: ни за что и никогда не лезь в политику. Свержение власти демонов, как и ее удержание - это политика. А что остается? Одновременно держать оборону против демонов и мятежников? Я маг Света, а не волшебница. Чудес творить не умею.
   На последнем пролете я запнулась, и едва не улетела вперед.
   Ой, да идите вы все со своими демонами! Век бы вас таких хороших и замечательных не видела. Все что мне надо - мой Дневник. Который в кабинете Инквизитора. Который за поворотом в конце коридора. Куда Дэн, что опомнился от крика Ле-Рин и теперь бежит вниз по лестнице, сокращая расстояние, за мной не сунется.
   Еретичная мысль.
   Заминка.
   Глубоко за полночь. Не торчит же Инквизитор сутками в кабинете? А если торчит, то есть у меня одно заклинание Света, что задержит его на пару минут. Заберу Дневник и свалю из этого мракобесия на далекий зеленый островок у восточного побережья.
   Должно быть это луна.
   Я у громоздкой двери в покои демона. Сама не поняла, как сюда завернула. Две секунды. Совсем рядом, на ходу, Дэн плетет заклинание, чтобы оттолкнуть меня магией в сторону и не дать войти. Но он не успеет. Если дверь не заперта, ему меня не остановить
   Я собрала в руке пучок Света. Выкачала все, что циркулировало по телу. Сжала в кулаке. Пусть будет больно - не страшно. При первой же возможности воспользуюсь магией. На вторую попытку демон шансов не даст.
   Одна секунда.
   Боль нестерпимо жгла щеку, ладони и коленки. Сжимала позвонки и отыгрывала в голове басы концертной программы.
   Сейчас или будет поздно.
   Взметнулись нити силы. Затылком ощутила, как заклинание Воздуха несется по коридору. И ударяет в открывшуюся дверь. Я в покоях Инквизитора. И не я одна.
   Девушка была в ночной униформе. Прислонившись к столу, она о чем-то оживленно рассказывала, но была прервана моим появлением.
   Делли?! Девочка, ты что, живешь здесь? Откуда ты берешься в его кабинете каждый раз? Я же точно помню, что ложишься и просыпаешься ты в нашей комнате! К слову, взгляд Деллианны на меня, нес такой же посыл.
   Она загораживала демона. Атакуй я его прямо сейчас, девчонка бросилась бы наперерез заклинанию. А на второй заряд меня не хватит. Поэтому я сжала заклинание в ладони, подавляя бурлящую магию. Та недовольно зашуршала и вернулась обратно в пассивное состояния. Когда Свет внутри успокоился, расползшись по очагам боли, стало ощутимей легче.
   Плащ, в котором демон появился на ритуале, небрежно висел на спинке стула. Мужчина был в привычном костюме, но на этот раз, в алых тонах.
   - Адептка Клоу? - мужчина держал в руках полураскрытую книгу. Между страниц была заложена металлическая закладка с золотистой ниточкой-косичкой.
   В самом деле? Почти рассвет, а вы книжки читаете? У вас совсем фантазии нет, чем ночью заниматься? И опять же, оценивающий взгляд демона на меня, нес тот же самый посыл.
   - Господин... - пересохшими от крови губами, произнесла я.
   - Эгелар, - напомнил он.
   - Инквизитор, - повторила я.
   Называть его по имени прерогатива Деллианны - не моя.
   - Я бы сказал, что удивлен вашему визиту, но это была бы неправда. Что с вами произошло?
   Половина лица в крови, волосы болтаются обломанными сосульками, униформа порвана и в выцветших пятнах, на руках кровоточащие раны, коленка разбита. Что со мной?
   - Удачно упала с лестницы.
   - Удачно?
   - Ну я же еще жива.
   Казалось он повторно оценивает мой внешний вид, но нет, демон сканировал внутренние повреждения.
   - А выглядите так, будто радиевые адепты решили завершить жертвоприношение.
   - Мне такое часто говорят, - согласилась я и тут же поправилась, вспомнив, что не стоит хамить. - Дело в том, что я часто хожу во сне. Это наследственное. Лунатизмом зовется. Иногда вот не вписываюсь в повороты или лестничные пролеты. И вот такое получается, - развела руки в сторону, демонстрируя беспомощность и болезненно скривилась. Ах, какие же огромные будут на спине гематомы, если переживу эту ночь.
   - Деллианна мне не рассказывала о вашем недуге, - он улыбнулся, поворачиваясь к девушке, как бы вопрошая: в чем же дело, милая, мы ведь делимся друг с другом каждой мелочью.
   Весь вид Делли говорил о том, что о малопонятной болезни девушка слышит впервые, но как ни странно, ответила она не это.
   - Простите, господин Эгелар, - она повернула голову к возлюбленному. Ее голос можно было намазывать на хлеб или добавлять в чай, так сладко и нежно он прозвучал. - Запамятовала.
   - Не страшно, дорогая, - он захлопнул книгу и отложил на край стола. Кинул взгляд в окно. Луна улыбалась ему приветливо и радушно, как старому другу. - Сегодня моя очередь рассказывать увлекательные истории. Итак, - мужчина направился в мою сторону. Минул тонкую полоску света на ковре, Делли, и на один короткий удар сердца задержался возле меня, чтобы пройти мимо. Остановившись между мной и дверью, демон произнес, обращаясь вглубь коридора. - Молодой человек, если такое обращение к вам будет уместно. Не сочтете ли за любезность присоединиться к нашему обществу?
   Я не сразу поняла, к кому он обращается. Но уже через секунду на пороге появился Дэн. На фоне статного и величественного демона он смотрелся по-детски юным и невинным. Будто не было того инцидента на крыши. Обычный парень, что на полголовы ниже демона и моложе на целую вечность. Он не выглядел неуверенным или напуганным. Скорее, немного смущенным оттого, что пойман на "горячем".
   Метаморфозы этой ночью происходят с людьми поразительные! Как будто мы все - оборотни-перевертыши с парочкой запасных личин. Делли покрывает мою ложь, рубаха-парень превращается в циничного убийцу и обратно, вздорная соседка - Сестра Крови, демон - радушный хозяин, да и я недалеко ушла от всех.
   - Господин Инквизитор, - поздоровался парень. - Делли. Эвелин. Я случайно...
   - Нет, не продолжай, - остановил демон, закрывая за Дэном дверь. Щелчок замка зловеще щелкнул. - Адептка Клоу, прошу присядьте. До вас время дойдет.
   Он указала на кресло рядом с рабочим столом. Столом, где лежит мой Дневник! Кто я такая чтобы спорить с Великим Инквизитором?
   Я направилась куда указали. К мягкому, уютному креслу. Погрузилась в него не без удовольствия. О, Свет, я могла бы в нем спать! Для меня отныне все, что не каменный пол или стена - отлично место для отдыха.
   - На чем я остановился? - демон прошел в глубь комнаты, замерев у серебристой полоски луны. - Верно. Я рассказывал историю. Начнем с действующих лиц. Деллианна, позволь представить тебе Камдена Геригона - главного героя нашего романа.
   - Но мы знакомы, - на лице девушки появилась озадаченность. - Мы росли вместе.
   - Нет-нет, - мягко возразил он. - Ты росла с милым и отзывчивым мальчиком Дэном, который так приглянулся твоей дальней кузине, - взмах рукой в мою сторону. Я, как по команде залилась краской. - С этим же человеком знакомишься впервые.
   Делли недоуменно нахмурила лоб. Бедняжка совсем не представляла, о чем говорит демон.
   - Я не понимаю, - она беспомощно посмотрела на Дэна.
   - Помнишь, я рассказывал тебе о последователях Калеба, дорогая? О Пробудившихся. О тех людях, что презрели законы Привычного и Нижнего мира и сохранили память. О тех, что каждое столетие, подобно нам, демонам, поглощают души своих потомков, чтобы обосноваться в их телах. Что получили свои силы благодаря бесчисленным смертям и зверским экспериментам над своими соотечественниками. О прямых и косвенных последователях могущественного и неуловимого Калеба Геллиофрея.
   Адептка слабо кивнула. Демон ленивой походкой, как бы растягивая удовольствие, подошел к Дэну. Тот стойко изображал непонимание, даже когда, Инквизитор в дружеском жесте положил руку ему на плечо.
   Жаль мне не предложили бокал вина, я бы красочно подавилась им в этот самый момент. Какие еще косвенные последователи? И что за чушь про пожирание душ потомков?
   - Камден Геригон был в начале этого пути, - неспешно продолжал демон. - К сожалению, не из пятерки Первых. Но кое с кем из них, он был знаком, верно? - Инквизитор заглянул в глаза Дэну, считывая реакцию. Серые радужки несли в себе меньше эмоций, чем глыба тысячелетнего льда. - О ней чуть позже. Камден - ничего что так фамильярно? Все-таки мы были почти друзьями. - Парень вздрогнул. Такая реакция демона устроила. - Так вот, мой давний приятель и почти ученик, был первым из косвенных последователей. Можно сказать, что он стал основателем этого течения. Из выкладок Калеба Камден воссоздал тот самый ритуал. Но не совсем удачно, не так ли? Последователи гибли как мухи и выжал, наверное, каждый десятый? Пятнадцатый?
   - Дэн? - робко вопросила Делли. - Это правда?
   На нее было жалко смотреть. Лицо, как белое полотно. Глаза распахнуты в испуге. Нервная улыбка дрожала на губах - дитя Огня все еще надеялась, что это глупая шутка возлюбленного.
   - Дэн? - с ноткой ребячества переспросил демон. - Моя прекрасная спутница ждет.
   Не знаю, чего я ждала, но явно не того, что парень ответит на любопытный взгляд демона. Холодно, но с вызовом, с самоубийственным высокомерием, он ответил:
   - Да, Делли, это правда. Я - Камден Геригон. И впервые родился тогда, когда ни демонов, ни этой проклятой и забытой Светом Империи не существовало.
   Девушка тихонька вскрикнула. Демон довольно ухмыльнулся. А я сжалась в кресле, мечтая исчезнуть.
   Будь у меня больше смелости, встала бы и заявив "Дорогие мои, я лишняя на этом празднике жизни", свалила бы в закат. Но без Дневника остается сидеть, да помалкивать. И ждать своей очереди.
   Блеск.
   К чести Делли, в обморок она падать не собиралась.
   - Как давно ты... - она запнулась, еще сильнее побледнела, но все же спросила. - Как давно ты не Дэн?
   - Года четыре или пять. Незадолго до отъезда в Академию. Пробуждение связано с первым сильным проявлением магического дара.
   - А Дэн? - девушка обхватила себя руками и вцепилась ногтями в предплечья. Стало ее безумно жалко юную адептку, что столкнулась с миром еще более ужасным, чем демонический. Хотела бы я подобрать слова утешения, но информация о Камдене была важнее. Слишком невероятно, почти безумно и вероятно, фатально. Триста лет спустя я вновь встретилась с человеком, которого здесь быть не должно. Такое стечение обстоятельств не могло быть случайным. Совпадения так не работают!
   - Он, как бы, является частью меня, - тут уверенность его подвела.
   Камден сломал код Калеба и повторил его эксперимент. Но зная старого конспиролога Геллиофрея, я могла с уверенностью сказать, что все его тайны не раскрылись магу Воздуха. Обмолвка про пожирание Пробудившимися душ, чьи тела они занимают, наводила на нехорошие подозрения. Демон мог врать или ошибаться, но Камден знал точный ответ. Это поняла и Делли. Все-таки девчонка не была глупа.
   - Святые Стихии! - воскликнула она, прижимая ладошки к лицу. Инквизитор вытащил из кружевного рукава белоснежный шелковый платок и протянул девушке. Та благодарно приняла подарок.
   - Я вынужден продолжить, моя дорогая. - Демон отступил к столу. - Возможно, тебе лучше присесть. - Девушка взглянула на короткий диванчик между двух настольных светильников и отрицательно покачала головой. - Как пожелаешь.
   Заговорил Дэн. Смысла изображать любезность он больше не видел.
   - Чем я себя раскрыл? - обратился он к демону.
   - Ничем, - отмахнулся тот. - Ты справлялся прекрасно. Но о тебе и твоей отоморженной подружке я знал с самого начала.
   - Когда мы пробудились пять лет назад?
   - Нет же. С самого-самого начала. Как встретились впервые. Мы же делили одно тело, Камден. Я был в твоей голове, парень. Неужели ты рассчитывал меня одурачить? Я знаю тебя лучше, чем кто-либо в мире. Я следил за твоими прошлыми воплощениями. За твоим окружением. За этой смехотворной историей с заговорщиками.
   Это был проигрыш. Разрушительный и грандиозный. Полагаю, Камден так же, как и я, однажды очнулся в мире, где власть принадлежит не людям. Где демоны у власти и диктуют закон. Ясное дело, зазнавшемуся аристократу, привыкшему стоять у самого престола и зависеть от нижнемировских тварей, не понравилось. Но в отличии от меня, решившей тихонечко отсидеться и смириться с реалиями нового мира, он сдаваться не собирался. То ли гордость, то ли глупость, не поймешь. Как можно сражаться против целого мира? И зачем?
   - Зачем? - Камден отказывался признавать поражение. Не из того он теста, чтобы впадать в уныние из полного, катастрофического провала. Проклятье, я бы на его месте уже договаривалась о капитуляции. Даже стыдно как-то за себя. - Если ты знал, почему не задавил все в зародыше? Меньше было бы проблем.
   - Каких проблем? - он постучал пальцами по краю столешницы. На красивых, ухоженных пальцах, блестело два перстня. Красный рубин и черный опал. - От вашего милого сборища, для меня одна лишь польза. И Канцелярии не даете расслабляться, и мне настроение поднимаете.
   Меня прошиб пот. То ли от истинной жути, что таилась за словами демона, то ли от полученных травм. Зачем Инквизитор оставил меня в кабинете? Закончит с Камденом и примется за мое разоблачение?
   - Впрочем, оставим политику, - демон оглянулся на меня. Нахмурился, будто что-то вспоминая и перевел взгляд обратно на Делли. - Незачем заставлять скучать леди от наших разговоров о политике. Перейдем к вопросу о том, зачем же колдуну из прошлого преследовать юную красавицу из рода Фольмуд.
   В глазах девушки вспыхнул ужас напополам с отвращением, когда медленно, но уверенно, обратила взгляд на адепта Воздуха. Могло показаться игрой теней, но эта мимолетная реакция, казалось причинила парню боль.
   Я боялась вздохнуть. Демон искусно создал атмосферу, где даже мне - фигуре не очень заинтересованной - стало любопытно, в чем же секрет Деллиане Фольмуд. Что Инквизитор, мой старый знакомый лорд Геригон и вся мятежная братия, нашли в обычной адептке Огня.
   Инквизитор подошел к противоположной стороне стола, где я сидела. Подхватил свой плащ со спинки стула, и неспешно подойдя к креслу, накинул его на мои плечи. В то же мгновение пропал озноб. Шуршащая ткань, мягко укутала меня с ног до головы, напоминая о чем-то теплом и приятным.
   - Очаровательные руми, - вздохнул демон, поправив сползший край плаща. Встал между Делли и Камденом, облокотившись о край стола. - Все великие драмы так или иначе связаны с ними.
   И Великий Инквизитор Ириады начал свой рассказ. Его речь текла легко, подобно жучащему ручейку, бегущему по разноцветным камушкам. Он говорил красиво и изыскано. Для меня - уставшей и измученной, но получивший долгожданное тепло и подобие безопасности, его устрашающая история звучала подобно пугающей сказке, которую строгие нянюшки рассказывают непослушным детям на ночь.
   Итак, жил был демон. Все у него было хорошо и замечательно. Соседи сильно не доставали, спать не мешали. Пока один юный (для бессмертных тварей все, кто не пересек трехсотлетний рубеж, зеленые сопляки) маг, не нашел его Дневник и не решил вызвать демона в Привычный мир. Кстати, да, - знакомьтесь - Камден Геригон, тот самый маг. Но история вовсе не о нем, а о наглой, коварной и беспринципной адептке Света. Что такое магия Света? Дорогая Деллианна, все вопросы позже. Продолжаем. Эта коварная руми обвела вокруг пальца нашего Камдена и забрала у него мой Дневник. Как же она это сделала? Надо заметить, что юный лорд Геригон был очень силен и могущественен для того, кто проживал первую жизнь. И даже моя поддержка не уберегла его от коварства хитрой адептки. Она оказалось изощренным противником. Понимая, что силы неравны, девушка воспользовалась самым опасным оружием, бьющим без промаха и оставляющим болезненные, саднящие, кровоточащие раны, не только на теле, но на душе и сердце. Речь вовсе не о долгосрочном яде. Это оружие куда более опасное и разрушающее. Прекрасная руми воспользовалась обычным женским очарованием, вскружившим голову опытному, но беззащитному магу. От любви противоядия нет. Камден Геригон отдал адептке Света Дневник, не получив ровным счетом ничего взамен. Или получил? Определенно, нет. Замуж она вышла за другого. А среди детей не было ни одного светлоглазого блондина.
   "Как и синеглазых брюнетов, - мысленно добавила я, вспоминая о своих рыжих кудрях и карих глазах."
   К чему это отступление? Ах да, эта адептка была одной из Пятерки Пробудившихся. Из самых первых, самых изворотливых и опасных последователей. Она воспользовалась запрещенной магией и изгнала демона обратно в Нижний мир. Украла его воспоминания и стерла память о себе, чтобы избежать заслуженного наказания. И тот самый демон, никогда бы не нашел ее вновь, если бы воровка не совершила одну ужасную ошибку. Она оставила память о Камдене Геригоне. Людская жизнь недолговечна. Девушка не предполагала, что маг окажется достаточно изворотлив и хитер, чтобы восстановить технологию, по которой был сотворен ее собственный Дневник.
   Что? Ах, да. У Пробудившихся имеются свои Дневники, что схожи с демоническими. И так вышло, что удачливый парень Камден, в попытках покорить сердце холодной красавицы, нашел и ее Дневник тоже.
   - Ты собирался переписать его в свою пользу? - прервал себя демон и обратился напрямую к адепту Воздуха. - Обдумывал, как с помощью формул и магии, победить безответную любовь?
   Камден не ответил.
   - Мне просто интересно, на что ты рассчитывал, продолжая ее поиски? - продолжал давить Инквизитор. Он вовсю наслаждался этим мгновением превосходства. Он провоцировал парня на какие-то, одному демону известные, действия. Но тут вмешалась Делли.
   - А причем же тут я? - спросила девушка, шагнув ближе к демону.
   Она стояла напротив него. Слишком близко, чтобы это могло быть безопасным. Искреннее и невинное дитя Огня абсолютно недоумевало о своей роли. Мне же хотелось уткнуться и застонать в подушку. До меня, наконец, дошли вся ирония и безумие сложившихся событий.
   Мужчина притянул девушка к себе, заключая в объятья. Она не сопротивлялась. Не чувствовала подвоха. Демон погладил ее по голове и прошептал:
   - Я искал ее. Искал ту, что опозорила и низвергла в Нижний мир. Ту, кто забрал часть моих воспоминаний, вынуждая мучиться от миллионов вопросов о себе и своей жизни. И когда, благодаря Камдену, что так любезно собрал всю информацию о той, что уничтожила и его жизнь тоже, я узнал настоящее имя девушки, я был потрясен. Она не обычная адептка Света. Она - Пробудившаяся. А значит, она не умерла окончательно. Однажды она вернется. Может, через сотню лет, может, через тысячу, но вернется. Она не станет тенью, что будет вечно преследовать меня по закоулкам памяти. - Демон аккуратно за подбородок, повернул лицо девушки в сторону картины. - Смотри, моя дорогая. Эта девушка на картине - одна из Пяти. Она почти твоя копия. Но не такая точная, как та, что расправилась со мной триста лет назад.
   - Я не понимаю. - Дрожащим голосом ответила адептка, убирая его руку от своего лица. - Что вы имеете ввиду.
   - Настоящее имя той, кто была знакома с лордом Геригоном, Деллианна Фольмуд. Твоя очень-очень далекая родственница, чью внешность ты унаследовала. И, - демон поднес руку к ее груди, туда, где билось ее сердце, - чья душа теперь живет в тебе.
  
  
  

Глава 19

  
  
   Сама не помню, как оказалась на ногах. В один момент - чуть ли не дремала в кресле, убаюканная глубоким и насыщенным голосом демона, а в другой - уже оттесняю Делли в сторону. Плащ демона остался на мне. Он была огромен и волочился по полу на добрых полметра. Можно, конечно, пафосно откинуть его на ковер, но обычные человеческие потребности в виде тепла, никуда не делись. Шок и кровопотеря - это вам не шутки.
   Демон легко выпустил девушку из объятий. Делли дрожала. Она как никогда нуждалась в защите, но больше не знала, где ее искать. Оба мужчины, что для нее много значили, выглядели в ее глазах лжецами и манипуляторами. Камден было попытался предложить ей помощь, но девушка посмотрела не него с таким ужасом, что тот был вынужден отступить.
   - Прекратите, - сказала я. Трудно выглядеть угрожающей, утопая в плаще с чужого плеча. Еще труднее смотреть на Инквизитора демонов сверху вниз, если он на голову выше и может уничтожить одним взглядом. - Зачем вы пугаете ее? Зачем вываливаете на нее это все? Очевидно же, что она понятия не имеет, о чем вы говорите.
   - Это правда, - всхлипнула девушка, сжимая в руках платок Инквизитора. - Я - это я, а не кто-то другой. Я ничего не делала из того, что вы перечислили, мой господин! Я всегда была вам верна и никогда не имела дело с заговорщиками, - покосилась она на Камдена. Видимо, Делли была единственной, кто мог здраво смотреть на происходящее, потому что, сразу после этого, адептка обратилась ко мне. - Погоди, а ты как со всем этим связана?
   - Она шпионка Канцелярии. Ее подослали мятежники, - одновременно произнесли Камден и демон.
   - Несчастная жертва политических интриг! - внесла я коррективы. - Я тот самый человек, который больше всех пострадал от ваших закулисных игр. - Вытащила руку из плаща. Продемонстрировала окровавленную ладонь. Указала на разбитое лицо. - Раз и навсегда: я ничего не знаю о своем отце и мятежниках. И я ничего не докладываю демонам, Канцелярии и Инквизитору, - грозно глянула на Камдена. - Хватит постоянно пытаться меня убить!
   Повисла тишина. Демон нарушил ее первым. Странно, но не был раздосадован моей выходкой, нарушавшей его изобличительную речь. Он оставался спокоен. Он - хозяин положения. Соберись мы все втроем напасть на него, мужчина одержал бы победу. Поэтому он и не применял ни к одному из нас силы. Незачем. Он предпочитал одерживать победу другим способом.
   - Почему вы здесь, адептка Клоу? - спросил демон. - Чего добиваетесь? В прошлый раз я выразился четко, когда говорил, что именно произойдет, если вы снова окажетесь в моем кабинете без приглашения.
   Я замерла, оглушенная воспоминанием.
   Сердце, он обещал вырвать мне сердце!
   - Не уходи от темы, Эгелар. - Скрестив руки, Камден зло взирал на демона. - Зачем ты устроил это представление? Чего добиваешься?
   Мужчина что-то ответил. Я не слушала. Прикидывала варианты, где я, Делли, ну и, может быть, Камден, выбираемся отсюда живыми и невредимыми. Меньше всего шансов представлялось у меня. Если только я не раскроюсь. Если не скажу, что я - та самая девушка из прошлого. Тогда, демон мог бы меня пощадить. Чего ради? Информация. Не зря же он ищет всю нашу пятерку? Чего-то от нас хочет. Ради этих тайн, он мог бы и жизнь сохранить. Но если я признаюсь, какой резон ему оставлять Делли в живых?
   Я посмотрела на девушку. На блестящие аметисты глаз, что заливали слезы. На темные пряди волос, небрежно рассыпанные по плечам. Я глянула на нее и увидела свое отражение. Маленькую беззащитную девчонку, попавшую в ситуацию, которую не заслужила в свои юные восемнадцать лет. Она была достойна большего, чем симпатия демона и предательство друга.
   - Решил помочь по старой дружбе. - Ответил демон. Глаза Камдену сузились. Ну, да, знаем мы эту дружбу, где один пытается сожрать душу другому. - И, конечно же, сдержать одно обещание.
   Мужчина не смотрел на меня, но я поняла к кому относились эти слова. Прозвучала явная угроза. Смысла ее Камден не оценил - он-то был не в курсе нашей прошлой встречи с демоном, но в его руке тут же возник импульс силы, грозящий превратиться в настоящее заклинание. Адепт Воздуха тут же оказался перед Делли, загораживая ее от Инквизитора. Но тот не ничего не предпринимал. И это показушное спокойствие радушного хозяина порядком нервировала.
   Проклятье! Лучше бы он бушевал и сносил проклятьями стены в попытках нас уничтожить. Это тянущееся напряжение, что грозило закончиться жуткой трагедией, длилось уже слишком долго. У меня так скоро сдадут нервы.
   - Я не нуждаюсь в твой защите! - девушка стукнула парня в плечо.
   - Постой, - он попытался ухватить ее за руку, но она оказалась ловчее. Извернулась от захвата и едко процедила в ответ:
   - Не смей ко мне прикасаться. Ты мне противен! Видеть тебя не желаю!
   Демону не требовалось использовать проклятье против Камдена Геригона. Слова девушки ранили сильнее, чем любая возможная пытка. С физической-то болью маг Воздуха умел справляться, а сталкивался ли он когда-то с сердечной? Может быть. Но если он делил память и сознание парнишки Дэна, так же как я чувства Эвелин, эти обвинения должны были его практически убивать. И все же он пытался до нее достучаться.
   - Когда ты все вспомнишь... Когда пробудишься, Делли, ты не будешь воспринимать все так остро.
   Девушка дернулась как от удара.
   - Не приближайся, - злобно прошипела она, отходя к демону. Тот протянул ей руку и девушка благодарно приняла такую форму поддержки. - Я ничего этого не знала, - пролепетала она. - Я не чувствую постороннего присутствия.
   - Это и странно. Дневник-то активирован.
   - Что? - удивился Камден. - Когда?
   - В тот день, как в конце лета была перехвачена повозка с мятежниками в лесу, - пояснил демон. - Что наводит на две мысли. - Он перехватил подбородок Делли, заглядывая ей в глаза. Она не сопротивлялась. - Либо с этим Пробуждением что-то не так, либо кто-то очень-очень искусно притворяется. Да так, что смог обмануть всех наблюдателей, друзей, родственников и даже меня. Скажи-ка Камден, - демон продолжал выискивать чужое присутствие во взгляде Делли, - она настолько была хороша?
   Нет, не настолько, - должен был в этот момент понять маг Воздуха, а я должна была вмешаться.
   - Я говорил, что собираюсь помочь, - напомнил Инквизитор. - И помощь будет состоять не в том, что сегодня я тебя не убью. И не в том, что дам время и возможность решить, на правильной ли ты стороне. - Он опустил подбородок адептки и выражение его лица стало ласковым, почти отеческим. - Я напугал тебя, дорогая?
   Она легонько кивнула. Ее злость пропала. Рядом с возлюбленным адептка присмирела. Должно быть от переизбытка чувств и скачущих эмоций, она чувствовала себя вымотанной.
   - Прости, я не хотел, - демон покачал головой. Девушка смотрела только на него. - Это было жестоко по отношению к тебе, но иначе я не мог.
   - Я понимаю. Твоя работа обязывает... - она не закончила, словно голос пропал и она потеряла дар речи.
   - Это меня не оправдывает. - Он опустил руку ей на плечо и легонько погладил большим пальцем шею. Девушка ухватилась за его запястье и наклонила голову, прильнув к ладони. - Ты любишь меня, Деллианна?
   - Я люблю тебя, Эгелар.
   Почему-то в этот момент, я решила, что все обойдется.
   И ошиблась так, как не ошибалась никогда прежде.
   - Это хорошо.
   Что произошло дальше, я поняла не сразу. Странный хруст. Чмокающий звук. Коротки вскрик Делли. Ее расширенные, удивленные глаза. Камден рванул вперед, но не успел даже сойти с места. Он замер под проклятьем демона. Меня никто не останавливал, но я почему-то не двигалась. Провалилась в безвременье, затерявшись в вопросах. На что Камден так среагировал? Почему демон медленно опускает девушку на пол? Почему на ее лице застыла такое выражение? Почему я вижу кровь?
   Две секунды. Ровно столько мне потребовалось, чтобы осознать, что произошло нечто ужасное.
   - Нет! - закричала я.
   Импульс, почти настоящего, почти живого огня, сорвался с пальцев раньше, чем я успела подумать. Он вспыхнул пламенем, приобретая форму сферы. Я не прицеливалась. Демон был в пяти шагах. Просто отпустить заклинание и все зальется алым заревом всепоглощающего, дикого огня. Запылает ярким светом праведного возмездия.
   Я представила себе это очень живо. Как заклинание врезается в демона. Взрывается. Как мужчина отлетает назад. Как брызги огня разлетаются по комнате. Падают метеоритным дождем на портьеры, стол, кресла, диваны, картины, ковер. Как молниеносно охватывают все помещение, жадно впиваясь во все предметы. И все охватывает пламенем.
   Сердце защемило уколом восторженного чувства. И чего это я невзлюбила магию Огня, если она меня так восхищает?
   Но я сражалась не с магом и не с демонопоклонником. Я вышла против настоящего обитателя Нижнего мира. Более опытного в отстаивании собственной территории, чем любой представитель человеческой расы. Реакция была молниеносной. Демон не стал выстраивать щит, он легонько качнул пальцем и траектория моего заклинания изменилась на сто восемьдесят градусов.
   Я успела пригнуться раньше, чем огненный шар набрав обороты, полетел в мою сторону. Проскочив мимо, он врезался в окно, пробивая плотный балдахин ночных штор, деревянные рамы и заколдованное стекло. Во мраке предрассветного неба, где продолжал царить мрак, вспышка света растворилась умирающей звездой.
   Но огонь не закончил свое представление. Гардина с грохотом сорвалась вниз, задев краем книжную полку и светильник. Посыпались книги. Масло растеклось по ковру. Фитиль с огнем отлетел к подоконнику.
   Я кинулась вперед.
   - А ну-ка не мешайся, - пригрозил мне демон.
   Следом меня окутало сковывающее проклятье. Я попыталась дернуться, призвать к Свету, заорать, да хоть что-нибудь! Но тиски тьмы плотно сжимали в своих объятиях. Я негодовала. Гнев почти сжигал меня изнутри, но я не имела возможности его выплеснуть. Возможно, он мог сжечь заживо. Возможно, так и произошло бы, но стоя вот так, в пол оборота, почти напротив демона, я наконец увидела, что произошло.
   Одной рукой он придерживал Делли, словно она упала в обморок. Другая почти по локоть была в ее грудной клетке. Демон посмотрел на меня и в голове вновь вспыхнули его слова.
   Я вырву тебе сердце.
   Нет, вовсе нет. Он сказал не так. Это испуганное сознание дописала эти слова. Сердце вырву, - вот что он произнес. А кому? Тут он не уточнял.
   Он потянул руку назад. Медленно вытаскивая из ее груди. Вновь захрустели кости. Чавкающий звук отрывающихся артерий. Кровь с новой силой хлынула на ковер. Мне стало дурно, но я не могла отвернуться и закрыть глаза. Я была парализована проклятьем, точно также, как и Камден.
   Показался кровавый комок. Еще бьющийся. Еще наполненный жизнью.
   Демон сидел на полу на корточках. Девушка лежала рядом. Драгоценные камни аметистовых глаз потухли. В них навечно застыло непонимание. А на губах замерла робкая улыбка. В последний момент жизни, адептка любовалась своим убийцей. Ждала его снисхождения.
   Он не отпускал ее до последнего. Впитывал каждую каплю оброненной эмоции, промелькнувшей мысли. Ни одна дрогнувшая мышца на лице не скрылась от него. Он получал какое-то эстетическое удовольствие, следя за тем, как его бывшую возлюбленную покидает жизнь.
   Оставшиеся целыми окна, затрещали, как и все стеклянные предметы в комнате. Через разбитое окно хлынул поток нижнемировской энергии. Плотной волной прошел по комнате, попутно вытягивая магию из огня, расползавшегося по маслянистой луже. Только сейчас я почувствовала запах гари. Магическое оцепенение затрещало под ударом демонической силы. Я ухватилась за нее. Как учили в клане Сестер Крови. Перехватила часть атаки, перенаправив ее энергию на взлом, сковавшего меня заклинания. Выброс был столь силен, что крохотной нити хватило, чтобы взломать плетение демона.
   Из меня вышибло весь дух, попутно чуть ли не ломая ребра и не кроша кости. Цена темной энергии для неподготовленных. Оковы хрустнули. Я пошатнулась и упала на колени рядом с Делли. Плащ соскользнул с меня еще раньше, поэтому ткань на коленях сразу пропиталась кровью. Кожу мазнули черные локоны девушки. Мягкие и блестящие, как у дорогой куклы.
   Темный поток кружил над адепткой, высасывая досуха остатки жизни. Ей уже было не помочь. Можно вылечить разбитое сердце, но что делать с сердцем вырванным? От Делли остался лишь отголосок светлой души, которую я не знала, как защитить от демонического вихря. Ритуал жертвоприношения завершен. Девушка добровольно отдала Инквизитору и душу и тело. Даже звание Мастера не дало бы права побороться за нее.
   Я боялась посмотреть туда, где в груди адептки зияла дыра. Смотреть на проломанные ребра и кровь, въедающуюся тьмой в легкую ткань красной униформы. Я сжимала пальцы в кулаки, пачкая их в ее крови. Смешивая ее со своей. И не понимала, почему у Делли такое спокойное лицо. Почему она безмятежно лежит вот здесь на полу, а боль чувствую я. Почему ее смерть для меня чем-то отличается от тех других, коих я достаточно насмотрелась во всех жизнях.
   - Делли, - зачем-то позвала. Дрожащими пальцами убирала прядь спутавшихся волосы с побледневшего лица. Еще теплого. Красная полоса последовала за моей рукой. Я хотела было оттереть ее краем рукава, но и он был запачкан. Я нервно искала на себе хоть какой-то кусок ткани, что еще не пропитался ее смертью, и не находила.
   - Надо же, - вздохнул демон. Все это время он находился с другой стороны от адептки. Я забыла о нем. - Я ожидал чего-то большего от Пробудившейся.
   Мы переглянулись, и что-то было у него в глазах такое, что не прочесть и не понять. Та черта, которую он пересек, сойдя с дорожки человеческого и погрузившись в Нижний мир. Грань, которое навсегда отделила его от меня. Глядя в темные, скрытые мраком глаза, я видела монстра - смертоносного и безжалостного, полностью принявшего демоническую сущность. Он не страдал по своей душе, не сожалел. Он наслаждался этой новой жизнью и собирался в нее же втянуть Камдена.
  
   Я посмотрела на провал в грудной клетке, потом подняла глаза на лицо Инквизитора. Он не испытывал отвращения. Он поглаживал сердце, и руки его задевали мои. Я отодвинулась, и мы переглянулись поверх Делли. Ее тела.
   - Она любила вас. - Сказала я чуть не плача. - Она же любила вас!
   - Они все любили.
   - Все?
   Меня пробрала дрожь отвращения. Ввспомнились слухи и сплетни, что я слышала от Араники. Слова Асбера, что мне повезло с внешностью и я не синеглазая брюнетка. Шепотки по Академии. Разговоры о бывших девушках Инквизитора. Их было много. Десятки? Сотни? Скольких он сменил за последние триста лет? Сколько из них вот лежали на ковре с распахнутыми глазами и застывшей улыбкой?
   Вопросы отобразились на моем лице столь явственно, что демону не составило их прочесть.
   - Не столь много, как тебе представляется. Подходящий типаж найти сложно. - Он искренне вздохнул. - Она был почти идеальна. Ты только послушай.
   Мужчина схватил меня за руку, притягивая к себе. Я зажмурилась. Что-то скользкое, липкое и пульсирующее коснулось моей ладони. Сердце. Теплое. Почему оно еще теплое?
   Он накрыл моей рукой ее бьющееся сердце. Должно быть он поддерживал его жизнь магией.
   - Чувствуешь? - с живым любопытством спросил мужчина.
   Он держал руку на весу. На ней - сердце Делли. Сверху моя рука, а поверх нее, снова его ладонь. Я пыталась отдернуться, но хватка была слишком крепкой.
   - Ты - чудовище. Монстр. - Отчетливо произнесла я. По моим щекам бежали соленые дорожки. Когда я заплакала? - Все ваша братия - монстры. Которых нужно давить, как насекомых. - Выплюнула я. Впрочем, в последнем я была не права. Насекомых давить не надо. Они-то ни в чем не виноваты.
   - Не переживай, - нисколько не обиделся демон. Он перевернул наши руки, как песочные часы. Теперь сердце лежало на моей ладони. - Скоро привыкнешь.
   И убрал руки. Сердце качнулось и я протянула вторую руку, чтобы его удержать. Почему-то отпускать было страшно. А возвращать демону - сродни кощунству. Сложив ладони чашечкой и распределив вес, я положила их на колени.
   - И знаешь, - добавил он, вставая с колен, - было весело. Забегай еще.
   На полу. В луже крови. Рядом с телом соседки. Все еще застывшим под проклятьем Камденом. В огромном кабинете, где в запертом ящике лежал забытый всеми Дневник. Вот она я. Вот она моя жизнь. С чужим сердцем в руках, которое продолжало биться.
  

Глава 20

   Не помню как оказалась в своей комнате. Не помню, что вообще выходила из кабинета Инквизитора. Огромный провал в памяти. Как шла по коридорам. Как добралась до спальни. Как вошла. Как оказалась на маленьком стульчике в ванной комнате, больше походящей на купальню. Обычно на этот стульчик мы ставили бадью, чтобы стирать вещи. Сейчас она стояла рядом с моими ногами, наполненная мыльной пеной и ромашками. Я была босиком. Мраморный холод ненагретого пола ванной тянул по ногам, пробирая до самых колен. Башмаки валялись около двери в будуар.
   Я проследила дорожку из кровавых следов, оставленных на белых плитах. Она тянулась от дверного проема ко мне. К моим рукам, сложенным лодочкой. О, Свет! Где сердце? Куда я дела сердце Делли?
   Меня замутило. Фантомное чувство чего-то влажного, скользкого и живого в моих руках, всколыхнулось в памяти. Я дернула пальцами, ощущая будто сердце до сих пор бьется в ладонях, резонируя с ритмом моего пульса. Тошнота подкатила к горлу. Наверное, меня бы все-таки вырвало, если бы краем глаза я не уловила движение позади. Выхватив следом блеск лезвия, я резка развернулась, уходя с линии предполагаемого удара. Выбросила ногу вперед, делая подсечку и перехватывая нападающего за запястье.
   - Китра! - воскликнула Араника, падая на мраморный пол. - Это же я, стой!
   В бежевой в мелкий цветочек ночной рубашке, едва прикрывающей щиколотки, и халатиком, перевязанным шелковым пояском на талии, девушка выглядела слабой и беззащитной, если бы не зажатые в руке ножницы. Проклятье, неужели Араника очередная шпионка мятежников или еще кого-нибудь там?
   - Что за дела? - прошипела я, прикидывая, какое заклинание использовать. - На кого ты работаешь?
   Светлые глаза вспыхнули непониманием и легкой паникой.
   - Китра, это же я - Араника! Ты меня не узнаешь?
   Я замешкалась, продолжая сжимать хрупкое запястье девушки. Добавь я немного сил из Света и могла бы переломить ей руку.
   - Ножницы, - хрипло выдавила я. В голове царила отупляющая пустота, так что слова довались с трудом.
   - Срезать одежу. - Как само собой разумеющее, пояснила соседка. - На тебе столько крови.
   Я разжала пальцы и потянулась к воротнику. Расстегнула пуговицу. Опустила голову, рассматривая себя и одновременно прислушиваясь к внутренним ощущениям. Я была в ранах и ссадинах. Несколько серьезных ушибов на спине. Ребра, как я полагала в начале, не сломаны, но повреждены. Дела мои не очень, но посторонняя помощь лекаря не потребуется. Вот еще. Внутренних кровотечений нет, закрытых переломов тоже, и на том, спасибо.
   Но кровь... я словно искупалась в бассейне наполненной ею.
   - В основном, это не моя кровь, - с сомнением, произнесла я.
   В глазах Араники светился вопрос. Но основывался он не на любопытстве. Девушка боялась услышать ответ, в котором фигурировал кто-то из ее знакомых. Что ж, успокоить мне ее было нечем. Я покачала головой и девушка на секунду прикрыла глаза.
   - Тебе надо ее смыть. - Она встала с пола и принялась помогать мне. Бадью с водой и тряпкой притащила она. Возможно, и в ванную я попала благодаря ей.
   - Как я здесь оказалась?
   Араника срезала рукав и потянула материал, чтобы снять. Я поморщилась. Предплечье опухло. Через пару часов оно превратиться в один огромны, жуткий синяк. Девушка намочила тряпку и передала мне. Я принюхалась. На воду не было наложено никаких заклинаний, кроме согревающих чар. Пахло только лекарственными травами.
   - Календула, - ответила адептка, заметив, мое напряжение. - Обеззараживает.
   - Да, точно, - с трудом вспомнила я азы составления зелий.
   - Тебе надо принять что-то крововосстанавливающие. У нас только вино.
   - Потом, - отмахнулась я, надеясь, что не переоцениваю оставшиеся силы. - Говорю же, кровь не моя.
   Последовал еще один рукав. Потом пришла очередь блузки. Кусочки ткани безжалостно отправлялись на пол. Вода в бадье из мыльной превратилась в розоватую. Когда все закончится, она окрасится в кроваво-красный цвет.
   - Я была одна, - внезапно начала Араника, прервав молчание из всплесков воды и чиканья ножниц. - Мне казалось, что мы все вместе спускались по лестнице. Делли шла впереди, Ал-Сона отставала, где-то слышался твой голос. Я шла с толпой и не могла догнать Делли. Толпа несла вперед и не давала остановиться, чтобы дождаться тебя с Ал-Соной. А когда народ рассеялся по спальням, я оказалась одна. Совсем. Сначала я обрадовалась, что пришла первой. Можно занять ванную и все такое, но потом, когда никто из вас не появился, я заволновалась. Потом решила, что вы остались помогать с уборкой. Но прошел один час, потом другой... - Она замолчала. Глянула в сторону выхода. - Когда начало светать, я услышала шаги в коридоре. Они замолкли около нашей двери. Но никто не входил и не стучал. Я так сильно напугалась! Я же не закрывала дверь на защелку - ждала, что рано или поздно вы вернетесь. Тогда я решила проверить сама.
   - За дверью была я?
   - Да.
   Я вздохнула. Не только из-за вопроса, который собиралась задать следующим, но и из-за того, что поняла, что придется мыть волосы. От них пахло чем-то сладковато металлическим и они спутались кровью. На этот раз моей. Я точно помнила, как Ал-Сона врезала мне по лицу.
   - У меня было что-нибудь в руках? - Упавшим голосом спросила я. На что надеялась: что оставила сердце в комнате Инквизитора или что потеряла по дороге?
   Оглянулась по сторонам. На вешалке висел чистый халат, и я предположила, что он мой. А если нет, разберусь с этим когда-нибудь позже. Ал-Сона мне должна за то нападение, а Делли... ей он уже ни к чему.
   Адептка опустила глаза, через чур тщательно отжимая тряпку в воду. Розовые струйки бежали по золотистому загару кожи. Она попыталась улыбнуться, но улыбка вышла дерганной и кривой.
   - Ой, не переживай. С сердцем все в порядке. Я положила его в шкатулку со стазисным заклинанием, - наигранно-непринужденно ответила Араника. - Чтобы не пропало, когда захочешь им воспользоваться.
   Адептка не поднимала взгляда, пока я шла за халатом. Она продолжала говорить, счищая остатки в углубление пола предназначенного для водостока.
   - Я как-то смотрела цены, - щебетала она. - Не подумай, я не собиралась совершать ритуалы высшего уровня без диплома и лицензии. Смотрела на будущее, когда буду открывать свое дело. Сердца дорого стоят. Особенно те, что бьются. Для этого требуется очень мощное заклинание. На него способны только демоны и некоторые данары.
   Она помолчала, набираясь смелости. Я, тем временем, пыталась распутать волосы и не ударить девчонку, что помогала мне. Видит Свет, она не понимала, что несет.
   - Это тебе Младший учитель подарил? - Араника отодвинула бадью к краю и протянула пушистое полотенце. Я посмотрела на него, подумала о том, что если сейчас не заплету косу, то не расчешу волосы уже никогда, и закрутила полотенце на голове на подобии чалмы.
   - Асбер? - уточнила, прогоняя прочь воспоминания об истинном дарителе.
   На удивление, мысли о данаре были самыми спокойными за весь день. Вот уж кто честно говорил о своих намерениях и ничего не скрывал. Иногда казалось, что ему безумно скучно возиться со мной.
   - Вроде того, - хмыкнула я.
   В этот раз девушка улыбнулась искренне, а лицо заметно расслабилось.
   - Он вроде милый.
   У меня дернулся глаз.
   Да что же творится в ее безумной головке? Не думала же она изначально, что я сама пошла шататься по Академии после полуночи, чтобы вырвать у кого-нибудь сердце? Или она решила, что вот такая вот я вернулась после свидания? Избитая, в крови, но счастливая, потому что с чужим сердцем?
   Меня опять начало мутить. Если подобные подарки - норма для нынешнего общества, то пожалуй я не хочу, чтобы за мной ухаживали. А о заклинаниях и зельях, которые творят с ингредиентом в виде живого человеческого сердца, знать не хочу. Не моего ума дела. Мне, для начала, просто выжить.
   Я подняла взгляд и поняла, что девушка ждет от ответа. Я прокрутила в голове разговор, припоминая последний вопрос.
   - Ну да, - согласилась я, направляясь к двери. - Милый. По сравнению с остальными, так просто душка. Кстати, да... спасибо за помощь. - Слова благодарности выдавились с трудом. - Я бы сама не справилась.
   - Не за что, - последовала за мной в будуар Араника. - Сестра мне разное рассказывала. Она закончила нашу Академию пару лет назад.
   - Здорово, - механически ответила я, открывая смежную дверь и застывая в недоумении.
   На кровати Делли расположилась Ле-Рин, успевшая переодеться в легкое платье и собрать заново прическу. Ее вид источал доброжелательность гостьи. Она рассматривала деревянную шкатулку, в которой, как я предположила, и находилось сердце Делли. Адептка Воды прикидывала, влезет ли туда мое. Ал-Сона подпирала стену у входа. Она, в отличии от своей подруги-наставницы, выглядела нервно и угрюмо. Очевидно ей достался нагоняй за проваленную миссию. Она-то своей униформы не поменяла, но на ее руку, в том месте куда я воткнула лезвие, была наложена повязка.
   Камден не с ними? Что ж, надеюсь он жив.
   - Ой, - удивилась Араника, проскальзывая вперед мимо меня. - Я не слышала, как вы вошли. А где Делли?
   Ал-Сона хмуро глянула на нее из под алой пряди и сквозь силу произнесла:
   - Араника, на пару минут.
   Девушка открыла дверь, приглашая пройти в коридор.
   - Это не подождет? - адептка с косичками глянула в окно, где по горизонту расползалась заря.
   - Ты не спала всю ночь, пара минут ничего не изменит.
   Я фыркнула, потому что хотела свалиться на постель и умереть, а не стоять посреди комнаты и не знать за что хвататься, чтобы себя обезопасить. Ле-Рин в кабинете Инквизитора не было, она-то не знает, что я не имею отношения к демонам.
   Араника прикусила губу. Недоверчиво оглядела нашу компанию, задержав взгляд на мне, спрашивая, все ли будет в порядке. Я кивнула. Адептка недовольно дернула губой и вышла вслед за темноволосой соседкой.
   Я демонстративно направилась к своей кровати. Села. Вытащила из-под подушки кинжал, некогда изъятый у Асбера, положила его себе на колени. Так я чувствовала себя гораздо комфортней.
   - Надеюсь, это визит вежливости, на котором я услышу извинения.
   По Ле-Рин ползли первые рассветные лучи, играя бликами на светлых, почти серебристых волосах. Нас разделяли кровать Ал-Соны, противоборствующие Стихии, принятые стороны, целая бездна недопонимания и философский вопрос "что же с этой идиоткой делать?".
   В голубых глазах блестел северный лед. Адептка Воды посмотрела на оружие, прошлась по моей ауре, считывая внешние и внутренние повреждения, проверила резерв сил. Она заново оценивала мою боевую готовность. Девушка хмыкнула, сцепила пальцы на коленях, демонстрируя, что не собирается применять заклинания, и, наконец, соизволила заговорить.
   - Не спросишь, где Дэн?
   Я содрогнулась. Первым делом вспомнилось не противостояние мага и демона, а Делли. Пальцы невольно сжали рукоятку кинжала. Холод металла придал немного уверенности. Делли нет, но Камден еще жив. Демон не собирался его убивать, если я правильно поняла тот настрой. Он хотел преподнести ему урок. Показать свое безграничное превосходство над искусством мага. Что адепт Воздуха не сможет защитить девушку, что поклялся найти и спасти. Что в любой момент у него могут забрать самое дорогое в жизни и он ничего не сможет с этим поделать. Инквизитор загонял его в ловушку подобную той, что когда-то выстраивал для меня сам Камден.
   Я хорошо помнила то паршивое чувство слабости и беспомощности. Оно бы стало еще более невыносимым, если бы магу тогда пришло в голову убить на моих глазах кого-то из близких. Но до этого уровня он не опустился. Шантажировал, угрожал, использовал магию, но родных не трогал. А если брать в расчет слова демона, то не стал и мстить, после того, как я провернула заклинание с Дневником. Он оставил мою заснувшую душу и Стража Солнца в покое, не мешая семейному счастью.
   И все же Камден был самовлюбленным эгоистом и жутким мерзавцем. Еще при первой встрече на нем лежал с десяток загубленных душ. А сколько их теперь, после проведенных ритуалов по воссозданию эксперимента Геллиофрея? Не стоит забывать, что он собирался воспользоваться Дневником, чтобы оставить меня себе в качестве победного трофея над демоном!
   Эта мысль породила злость. Минуло триста лет, а эти двое все еще предпочитают демонстрировать свое превосходство друг над другом с помощью меня.
   - Какое мне до него дело? - вышло едко.
   Девушка хмыкнула.
   Знает ли она, кем является ее коллега на самом деле? А может она сама часть большого заговора Пробудившихся под предводительством Камдена Геригона? Магия, которую она использовала против меня - не из списка академической программы. Дар появляется у магов ближе к совершеннолетию и тут же их забирают на обучение в Академию. То заклинание, что она воспроизвела, требует большой практики и хорошего контроля над резервом сил. Втихаря его под лестницей не натренируешь. А еще она командовала псевдосестрой Крови.
   - Он в порядке, если тебе интересно. - Она повернула голову в сторону шкатулки и нахмурилась. Адептка вынесла мне смертельный приговор за мнимое предательство. Что ж, за смерть Делли меня должно было ждать что-то пострашнее. - Дэн рассказал, что произошло.
   Значит, она одна из косвенных потомков Калеба. Меня до сих пор знобило от увиденного, а девчонке хоть бы хны. Вот бы узнать ее полное имя. Это что-то бы да дало. Обычно мы рождаемся в своем роду, принося черты своей внешности и характера в новое тело. Ле-Рин мне кого-то напоминала. Очень смутно, почти мимолетно, но ее образ крутился в голове.
   - И что же по его версии произошло? - я удивленно вздернула бровь, в тайне надеясь, что девушка не начнет говорить о Делли.
   О, Свет, если бы я среагировала чуточку раньше... Если бы призналась демону... В этой шкатулке билось бы мое сердце, но это хотя бы было справедливо.
   О моих внутренних страданиях Ле-Рин ничего не знала, но била в самую точку.
   - Инквизитор забрал душу не той девушки.
   Гравировка на кинжале больно впилась в руку.
   Спокойно, Китра, от чувства вины пострадаешь потом, когда проснешься. Разберись со злобной мятежницей.
   Я вздохнула и как можно мягче произнесла:
   - Мне жаль, что все так вышло с Деллианной. Я не желала ей смерти.
   Девушка и глазом не моргнула, отчего зародились подозрения, а были ли они вообще знакомы? Если Ле-Рин одна из людей Камдена, ее интересовала не Делли, а предполагаемая Пробудившаяся. То есть, я, которая, как они теперь считают, мертва.
   Ле-Рин медленно поднялась с постели Деллианна. Я встала вслед за ней.
   - Ты слышала его разговор с демоном, - констатировала она, лишая свой голос последней интонации. - Инквизитор позволил тебе уйти живой. С чего бы это?
   Я шумно сглотнула. Ну, вот, не хватало еще одной потенциально нечестной битвы! Адептка-то в форме, а я в обычном халате и жуть какая уставшая.
   Девушка миновала кровать Ал-Соны и я почувствовала себя загнанной в угол. Она перегородила выход из спальни.
   - Я устала повторять эраз за разом. Я не шпион. Я очень неудачливая адептка Огня.
   - Камден считает иначе, - тихо произнесла она. - Но я ему не верю.
   Я удобнее перехватила кинжал. В другой руке уже закипала энергия Света. Точнее остатки на которые я могла рассчитывать, не тревожа излечивающую циркуляцию магии.
   - Полегче, - предупредила я, заметив у блондинки проблеск всколыхнувшейся энергии. Что она там прячет в рукаве? Холодное оружие или боевой амулет? - Я тебя одолела там на крыше и не постесняюсь повторить.
   - А сможешь ли?
   Она замерла в трех шагах от меня, перебирая в руке несколько металлических шариков. Они напоминали симбиоз амулета Сестер Крови и чарм магов из моей прошлой жизни. О, демон меня побери! Камден, откуда ты повытаскивал этих ошалелых воительниц?
   - Полшестого утра, - дала я нам последнюю надежду на мирное разрешение конфликта. - Я сохраню разговор у Инквизитора в тайне, забуду нашу с тычку на крыше. Просто скажи чего ты хочешь и закончим на этом.
   Она склонила голову на бок, будто прислушиваясь к чьему-то голосу и сощурила глаза.
   - Она была такой? - обратилась Ле-Рин к себе, продолжая рассматривать меня безумным взглядом. - Возможно-возможно. Что-то в этом есть, - она сделала шаг назад и я подумала, что она отступает. - Но я должна быть уверена.
   Фраза не была окончена, как девчонка размахнулась и кинула в меня металлические шарики. Я в ответ отпустила заклинание Света. Чем оно мне могло помочь? Понятия не имею. Что за заклинание заточено в шариках? Да кто бы знал. Но что бы это ни было, использовать взрывоопасные заклинания в ограниченном пространстве - крайнее безрассудство. Но когда это кого-то останавливало, верно?
   Я бросилась на постель, уповая на то, что перекувыркнусь через нее и окажусь вне досягаемости заклинания. Упав на пол выставила щит. Шарики коснулись твердой поверхности и из бело дыма вырвались черные веревки-змеи. Они взвились к потолку и рванули вниз, вслед за мной. Я метнулась по кровать Араники. Жгуты не отставали. Они с легкостью пробили защитное заклинание, ориентированное на сырую энергию. Схватив за лодыжку, потащили обратно на свет.
   Заклинание в амулетах не имело ничего общего со стихийной магией. Оно держалось на древних, первобытных основах, зародившихся вместе с человечеством. С самым первым криком младенца. Оно, как и Свет, проистекало из глубин человеческой жизни и смерти.
   Магия крови.
   Не на такое я рассчитывала!
   Понимая, что черные твари сильнее, взмахнула клинком, перерезая одну из пут. Магия Крови отлично сочеталась с каленой сталью. Веревка взвилась вверх и распалась серой пылью. Остались еще две. Одна обвивала ногу, другая потянулась за раненным запястьем. Я рванула их на себя, но проклятая магия на это никак не отреагировала. Взмахнув оружием я снова попыталась резануть по извивающейся черноте, но та, словно обретя разум, сдвинулась в сторону уходя от удара.
   - Паршивка! - возмутилась я проворству волшбы.
   Барахтаясь на спине, я чувствовала себя глупым котенком воюющим с клубком и безжалостно проигрывающим. Фыркнув, прицелилась еще раз. Болезненный пинок Ле-Рин по руке, выбил оружие из хватки, отправляя его под кровать Араники.
   - И ты тоже, - обратилась я к адептке, когда жгуты подкинули меня вверх, перебрасываясь на правую руку и спеленав ноги. Небольшой кульбит в воздухе пошатнул вестибулярный аппарат, добавляя к ночным травмам головную боль. А ведь только-только перестало тошнить!
   В порыве отчаянья я кусанула один с жгутов, за что он в отместку обмотался вокруг шеи. Пока не сдавливая, но предупреждая. Второй потянулся вниз, переплетаясь с ножками кровати. Мня дернуло обратно на постель. Оказавшись спутанной черными нитями с ног до головы, я злобно уставилась на Ле-Рин.
   - Ну чего еще от меня надо?
   Она подошла ближе и нахмурила брови. На молодом личике образовались морщинки. Хлопнула дверь. Может Араника вернулась нас вразумить?
   Я подгребла пальцами один из жгутов и ухватилась за него. Магия Крови в этой жизни еще не пробуждалась во мне, но я знала, как она работает. Я прикинула возможность того, что заклинание может рассыпаться, если по нему пустить достаточно магии Света. Есть у меня столько в наличии или нет?
   - Это и правда не похоже на магию Огня, - льдинками прозвенел голосок без единого намека на усталость.
   Девушка потянулась пальцами к моему лбу и я задрожала, вспоминая одно из заклинаний прошлого. Оно могло вытащить из воспоминания из головы, а заодно выжечь мозги вместе с нервной системой.
   - Хватит, Леда, - перехватил парень руку адептки. - Я же сказал, что это она.
  
  

Глава 21

   Леда. Он назвал ее Ледой.
   Я помнила светловолосую девушку. Слишком серьезную для своего возраста. Казалось, она была взрослее меня, прожившей почти с десяток жизней. Она обладала невероятной энергетикой, достойной зависти силы духа, и четкой целью, к которой шла несмотря ни на что. Она пережила нападение демонопоклонников, продержалась три луны на обучении в клане Крови и помогла мне с поиском моего Дневника и Дневника моего бывшего супруга. Когда я уходила, я оставалась спокойной за ее будущее. У девушки было все, чтобы выжить: ум, знания, навыки Сестры Крови, верный друг, благословение на брак с молодым магом, ради которого она прошла испытания свой силы, и, разрешение на продолжение обучения.
   Леда Винтер - триста лет назад она носила это имя. Она стала для меня первым человеком, которого я могла бы назвать другом за очень-очень долгое время. И она люто ненавидела Камдена Геригона, подвергшего ее этим испытаниям. Как, та девушка, что с упорством барана отстаивала честность и справедливость, превратилась в Ле-Рин? В озлобленную мятежницу, пытавшуюся убить меня и выступающую на стороне бывшего мучителя?
   - Это лишнее, - Камден потрогал натянутую веревку и изобразил извиняющуюся улыбку.
   Он не сменил ночную форму, но она по-прежнему выглядела словно с иголочки. Чистая, выглаженная, без единой морщинки и капельки крови. Да и сам по себе он смотрелся неплохо. Единственное, что выдавало в нем тяжелую ночь - это слегка растрепавшаяся прическа, которая нисколько не портила его внешний вид.
   - Это вы здесь лишние, - фыркнула я, пропуская по заклинанию Крови поток из силы Света. Не Огонь, конечно, но сжечь слабосформированные нити может. Парень отдернул руку. Черный жгут вспыхнул пеплом, осыпаясь на мой халат и бежевое покрывало. Я переползла к спинке кровати, чтобы держать адептов в поле зрения, и находиться от них подальше. Подтянув к себе ноги, скрестила их и облокотилась на смятую подушку. В воздухе пахло жженой кожей и лекарственной ромашкой.
   - Видишь? - чему-то обрадовался маг, поворачиваясь к своей напарнице. Девушка скрестила руки, подозрительно рассматривая витающие остатки пепла.
   - Китра, ты помнишь меня? - Камден сел на краешек кровати и повернулся ко мне. Он впервые назвал меня этим именем, действительно веря, что оно принадлежит мне. - Инквизитор сказал, что твой Дневник активирован. Но я до конца не уверен, что ты помнишь с прошлого раза.
   Все-таки что-то есть в том, когда встречаются двое Пробудившихся. Некая связь, тянущаяся через поколения. Что-то далекое и родное, на подсознательном уровне вызывающее необоснованное доверие. Это как в чужом государстве встретить земляка из родной деревушки. Вас в сущности ничего не связывает кроме воспоминаний об одних и тех же местах и названий, но от ощущения "своего человека" не избавиться.
   И все же, это был тот самый Камден Геригон, который сначала пытался меня убить, потом угрожал, шантажировал, а после собирался использовать против меня Дневник.
   - Так не пойдет, - вмешалась Ле-Рин в тот самый момент, когда я хотела послать адепта Воздуха куда подальше. - Ты слишком хочешь в нее верить. А мне нужны факты, а не надежда. Назови свое истинное имя, - потребовала Ле-Рин, обратившись уже ком не.
   В ее ладони заблестел зеленый камень - еще один амулет. Один из тех, что отличает правду от лжи.
   - Ты знаешь мое истинное имя, - ответила я, переводя взгляд с нее на Камдена и обратно. Вместе эти двое смотрелись довольно гармонично.
   Цвет камня остался неизменным.
   - Это не ответ на мой вопрос, - раздраженно заявила девушка.
   - Нет, - возразила я, - ответ.
   Камень продолжал мерцать, адептка - злиться.
   - Мне нужно знать твое настоящее имя.
   - Нет, не нужно, - камень все еще отливал зеленым. Поняв, что такой вопрос может затянуться до утра, я добавила: - С моими ответами все в порядке. Это ты задаешь неправильны вопросы. Твой камушек их попросту не тянет. Он где-то на уровне односложных ответов - не большое. Слышала когда-нибудь о градации допросных амулетов?
   - Святые Стихии! - выдохнула адептка, прикладывая ладонь к губам. Ле-Рин отодвинулась к соседней кровати и неверяще уставилась на меня. Но вряд ли ее восхитили мои глубокие познания об изданных пособиях по регулировке и созданию чар истины. - Это в самом деле она.
   Парень вздернул брови. Мол, я же говорил.
   О, Свет, - подумала я, отодвигаясь от просачивающихся сквозь шторку лучей солнца, - это проклятое жертвоприношение все никак не закончится.
   Я вытащила из под спины подушку, выставила ее перед собой и обняла руками. Начнем с защитных жестов, а там посмотрим. Камден с левой стороны, Леда с правой. И не понятно, что и от кого ждать.
   - Китра? - Ле-Рин заискивающе заглянула мне в глаза. И что-то в этом жесте напомнило Леду, с такой же осторожностью не доверяющую моему новому образу. В прошлый раз она обняла меня и расплакалась. В этот - осталась напряженной и неуверенной. Возможно дело в том, что она не так давно размазывала меня по стеночке магией Воды.
   - Китра, - отнекиваться не имело смысла и я согласилась.
   - В девичестве..? - подсказала Ле-Рин.
   - Я все еще в девичестве! - взмахнула я руками, указывая на свой восемнадцатилетний облик. - А в девичестве в прошлой жизни - Латер. Китра Латер. И это худший способ проверить, кто же я такая. Надо же спрашивать, что-то, что знали только мы.
   Чем больше я поправляла адептку, тем больше она оттаивала. Словно вздорный характер был самой точной идентификаций моей личности. Интересно, Камден помнит меня такой же?
   Адепт продолжал улыбаться и эта улыбка разительно отличалась от той, что одаривал меня Дэн раньше. В этой было больше красок и переливов, а не однотонный привкус приятного парня.
   - Например? - предложил адепт Воздуха.
   Что-то во всем этом было не так. Он слишком беззаботный. Она - отстраненная и будто пустая. А я до сих пор чувствовала в своих руках конвульсии сердца и металлический вкус крови во рту. Я что, единственная, кто хоть сколько-то переживает из-за произошедшего с Делли?
   - Например, - я задумалась, подбирая что-нибудь, что было только мной и Ледой или мной и Камденом. - Например... Ладно, это сложно. А, нет. Как звали Отражение, что напало на нас с лордом Геригоном, когда Ковен вынес нам приговор?
   На лице девушки обозначилось недоумение. Она озадачено повернулась к магу Воздуха.
   - Я этого не помню.
   - Потому что ее никак не звали, - пожал он плечами. - Китра сама дала ей имя после нападения. - Парень не отрывал от меня глаз. И хотела бы я отнести этот взгляд на счет своей неземной красоты, но было в этом что-то другое. Он изучал мою внешность, пытаясь понять, как же это возможно. Почему предыдущие воплощения, которые он смог изучить благодаря воспоминаниям моего мужа (будь же он трижды проклят! Однажды я выясню, что именно он внушил Камдену за то время, пока, как он считает, прибывал в роли его учителя), больше напоминали Деллианну Фольмуд, чем меня. Где-то в его наблюдениях читался скрытый вопрос, можно ли до меня дотронуться и проверить, в действительности ли это я. Но он не решался. Пока что.
   - Ты назвала ее Лианой, потому что мы находились в ботаническом саду и это первое растение, что попалась тебе на глаза.
   Я зарделась.
   Он помнит.
   Он помнит почему.
   Он еще тогда понял, почему.
   Мои мысли слишком прозрачны...
   - Нет, - недоумение продолжало блуждать по лицу адептки. - Я вообще этого не помню.
   - В это время ты находилась в плену у клана Крови, - пояснила я. Вопрос действительно вышел нечестным. - Я рассказала тебе об этом приключении позже. Нестрашно, что ты не помнишь. События пересказанные с чужих слов запоминаются хуже.
   Девушка качнула головой и серебристый локон скользнул ей на глаза. Ле-Рин скинула туфельки и забралась с ногами на постель Ал-Соны.
   - Что еще за клан Крови? - очень серьезно спросила она.
   Камден потер костяшкой пальца кончик носа.
   - Н-да. Небольшие побочные эффекты с памятью.
   Девушка послала ему гневный взгляд.
   - Насколько небольшие? - уточнила я, помня свои проблемы с Дневником. Стиралось слишком многое.
   - Ничего непоправимого, - отмахнулся Камден. Лицо Ле-Рин показывало совершенно другой ответ. - После тебя мне не удалось найти никого из Пробудившихся. Пришлось работать с тем, что имелось. И при создании косвенных потомков Калеба, возникли некоторые проблемы. Особенно с твоей подружкой.
   - Ясно, - кивнула я, после чего сразу потребовала: - А теперь, когда мы во всем разобрались, убирайтесь.
   - Китра? - парень выглядел обеспокоенным из-за моей резкой смены настроения
   - Я сказала, убирайтесь из мой комнаты немедленно!
   Они переглянулись. Между Ледой и Камденом проскользнул короткий диалог. Нет, не так. Это произошло между Ле-Рин и Дэном. Леда и Камден никогда бы не смогли прийти к такому уровню взаимодействия.
   - Я понимаю, - заговорил парень. Он хотел меня успокоить, полагая, что так сказывается стресс. Камден протянул руку, собираясь положить ее на мою ладонь, как будто что-то подобное могло выглядеть естественно в нашем исполнении. Но я отдернулась в сторону уходя от прикосновения. Последовал разочарованный вздох. - Ты удивлена и напугана. Должно быть ты не предполагала, что встреча произойдет таким образом.
   Я вцепилась в подушку, чувствуя как начинаю закипать.
   - Камден, я не предполагала, что она вообще произойдет. Мне жаль, - адресовала я Леде, что с напускным любопытством слушала нашу беседу, - но вы для меня умерли. Я с вами попрощалась и отпустила из своего сердца. Особенно тебя, - это уже прозвучало для Камдена. С чего он вообще меня помнит? Я, к примеру, забыла всех своих знакомых из первой жизни, кроме нашей пятерки и смутных образов родителей. - Ничего личного. Обычный регламент Пробудившихся. Если вспоминать и страдать по каждому человеку, что умер сто лет назад, надолго в здравом рассудке не останешься.
   - Так было раньше, Китра, - он испытывал странное удовольствие, произнося мое имя. - Я помню твое недоверие и нежелание продолжать наше знакомство. Но пройдя по тому же пути, что и ты, я понял почему получил отказ. В чем смысл привязываться к тому, кто может умереть в любой момент? От болезни, от несчастного случая, от рук убийцы. К чему эти люди-однодневки, что уходят из жизни и больше не возвращаются? Я рад... кхм... - Он замешкался, несколько смущенный присутствием Леды. Этот монолог был обдуман и отрепетирован заранее, но посторонних он не включал. - Я рад, что ты решила дать нам с тобой шанс.
   Меня дико клонило в сон и только постоянно скачущий адреналин не давал вырубиться.
   - Какой еще шанс?! - не выдержала я, метнув в парня подушку. Забыть половину жизни для Пробудившегося - это норма. Но, Камден всегда представлял себя в виде особого исключения, оттого, наверное, в его голове, поперек всяких правил, возникли воспоминания событий, что никогда не происходили. - Каким еще "нам с тобой"?! О чем ты?
   Адепт без особого труда поймал подушку - расстояние-то между нами не больше метра, что катастрофически расстраивало нас обоих, но по разным причинам, - повертел ее, и отбросил назад. Теперь у меня не осталось даже крохотной иллюзорности защиты.
   - Ты оставила мне свой Дневник, Китра. - Благосклонно напомнил он. - И Дневник своего... демона, - красиво обошел он словосочетание "бывший супруг". - Если не для того, чтобы я разобрался с формулой перерождения, то ради чего же?
   - Эээ... ради собственного выживания? - мой голос сочился ядом. Этот наглец забыл, как припер меня к стенке? Или что его собственная душа находилась на грани распада из-за влияния демонической сущности моего благоверного?
   - Постой-ка, - маг внезапно нахмурился, - ты же ничего не записала в свой Дневник. Что последние о нас ты помнишь?
   - Что нет никаких "нас", - бескомпромиссно ответила я.
   Камден улыбнулся. Проклятье, этот человек всегда слышал совсем не то, что я ему говорила. Триста лет нисколечко его не изменили.
   - О! - его брови сошлись "домиком". - Что ж, это многое объясняет. Сейчас совсем не время, но чуть позже, я обязательно напомню то, что ты упустила.
   Это окончательно меня взбесило. Я - обычный человек, если не считать особенностей памяти перерожденный души. У меня нет особых способностей. Я не более вынослива, способно или магически одарена, чем любой другой адепт Академии. Более того, в отличии от них, на мне лежит груз прожитых лет, проблем и чувства вины. А значит, что после двадцати четырех часового бодрствования, состоящего из спасения собственной жизни и хождению по краю, все чего я хочу - это спать, а не выбираться из очередной логической ловушки спятившего мага.
   - Упустила? - вскочила я на ноги, возвышаясь над Камденеом. - Единственное, что я опустила и о чем сожалею, это что не сдала тебя в свое время властям! Я не знаю, как ты меня нашел и почему принял Делли за меня. Более того, мне глубоко плевать, зачем ты меня искал. Что бы ты себе не напридумывал - наша история закончилась триста лет назад. Между Пробудившимися нет никакой мистической связи, что объединяла бы для общей цели. Общая магия не делает нас друзьями, родственниками или союзниками. Леда была моей подругой. А тебя я знать не хотела как тогда, так и сейчас.
   Это было грубо? Это было правдой!
   Камден поднялся с постели. Ле-Рин повторила его движение. Парень был ненамного выше меня. Ненамного сильнее физически. Но дар к магии Воздуха никуда не делся, как и мастерство. Сила просыпалась в нем, закручиваясь кольцами нарастающего урагана. Он дал мне это почувствовать. Напомнил насколько легко может контролировать свою магию и как далеко готов пойти ради достижения поставленной цели.
   - Ты устала, - проговорил он, с легкостью подавляя мою злость одним только ощущением его силы. - И хочешь спать. Не стоило мне вываливать на тебя все сразу. Я собирался навестить тебя позже, но моя непреклонная коллега имеет чуть меньше терпения, чем хотелось бы. Я был вынужден вмешаться, - он развел руками, признавая допущенную оплошность. Знала я такие уступки, что предназначены лишь для усыпления бдительности. - Продолжим беседу, когда восстановишь силы и придешь в себя.
   - Весьма благодарна за такое проявление сочувствия, - буркнула я, мысленно благодаря Свет, что наконец-то могу спокойно вырубиться. - Но у меня нет ни малейшего желания ничего продолжать. Твое предложение не вызывает во мне интерес.
   Он повел плечами, стряхивая раздражение от моей ослиной упертости. Кажется, его перерождение стерло из его воспоминаний некоторые мои черты характера. Хотела бы я увидеть, какой же он меня запомнил.
   - Ты изменишь свое решение, Китра.
   - Выход там, - напомнила я, осматривая беспорядок. Мало того, что одежда пришла в непригодность, постель придется перестилать, так еще осадочные частички магии, парят повсюду. И кто все будет убирать?
   Леда направилась к двери, Камден последовал за ней. У самого выхода она неожиданно обернулась. Что-то темное промелькнуло в светлых, опустевших глазах.
   - Один вопрос. - Сказала она, игнорируя попытки мага открыть перед ней дверь. Девушка предупреждающе положила ладонь на ручку, не давая Камдену проявить изысканность своих манер. - Тебе правда взволновала смерть Деллианны Фольмуд?
   - Взволновала? - Я откинула покрывало в сторону, ставя на заметку, что нужно придумать, как его очистить и схватилась за подушку. - Не то слово. Я... - глянула на шкатулку, на пустую кровать, на оставленную сумку с инициалами "Д.Ф.". Юная адептка, которой едва исполнилось восемнадцать, погибла от рук любимого мужчины, просто потому, что обладала внешностью меня прошлой. - Я не знаю как объяснить, но если выражаться простым языком, то да, ее утрата меня огорчает.
   - Почему? Почему ты похоронила меня и Камдена со спокойной душой, но переживаешь о той, кого едва знала. Той, кто ненавидела тебя. Кто едва не стала причиной твоей собственной смертью.
   Делли не ненавидела меня. Возможно, ее даже угнетало, что мы оказались по разные баррикады.
   - Считай это уходом от реальности или лицемерием, - устало заявила я, взбив подушку и кинув ее на законное место в изголовье, - но меня не волнуют те, кто умер, после того как я покинула очередное тело. Меня в тот момент нет. Я этого не вижу. Я больше не проживаю с ними в один промежуток времени. Они остаются запечатленной краской на холсте. А вот те люди, что находятся рядом. Те, кто делят со мной жизнь прямо сейчас, и кому я могу помочь, они всегда для меня что-то значат.
   "Особенно те, кто умер из-за моей трусости", - мысленно добавила я, обыскивая комнату взглядом. Куда улетел мой кинжал?
   - Классическая философия Света, - фыркнул Камден, застигнутый врасплох между Ледой и дверью. Фраза была наполнена оттенками его прежней сущности. - Неудивительно, что ваша магия в конце концов выродилась.
   - Выродилась? - наклоняясь, чтобы достать из-под кровати выбитый из рук кинжал. - Ты знаешь, что с ней произошло?
   Камден склонил голову набок. Искорки победы отразились в серых радужках.
   - О, так тебе все-таки интересно?
   Леда закатила глаза. Маг Воздуха напрягся. Девушку метнула взгляд к выходу и тут же отступила от двери. Теперь и я услышала, что из коридора доносится странный шум. Камден щелкнул пальцами и невидимая завеса, что заглушала наш разговор от посторонних ушей, а также понижала слышимость звуков, что происходили за ее пределами, пала. Голубоватые искорки соскользнули вниз, растворяясь в воздухе. Это вам не магия Крови, чтобы валяться по комнате серыми хлопьями.
   - Дурное пламя! - донесся мужской голос. За ним возня и девичий крик.
   Не дожидаясь продолжения, Камден распахнул дверь.
   К коридоре стоял взбешенный Асбер. Волосы вздыблены во все стороны, словно он как и я не спал эту ночь, а вел борьбу не на жизнь а насмерть со свирепым медведем. Парень был одет в привычный темно-зеленый костюм, напоминавший болото, поросшее мхом. На плечах - дорожный плащ, словно данар собирался отправиться куда-то. В левой руке холщовая сумка, а на правой повисла Ал-Сона, явно исчерпавшая свой запас сил против полудемона.
   Судя по всему, адептка не пускала Асбера в комнату из-за и чего разразился скандал. Заметив знак от Леды, девушка отпустила Младшего учителя и по совместительству следопыта Инквизитора. Данар словно этого и не заметил. Он разглядывал нашу разношерстную компанию, примечая остатки неизвестного заклинания, активированную шкатулку со стазисом и свое потерянное оружие в моих руках.
   - Проклятье, девчонка! В какие еще неприятности ты успела влипнуть?!
   Я попыталась незаметно засунуть блестящий кинжал в рукав халата. Данар только ошалело вытаращил глаза на эту жалкую, но очень наглую попытку скрыть его имущество.
   - О, нет, - предостерегающе поднял он ладонь, - молчи. Ничего не хочу слышать. Не сейчас. У тебя пять минут, чтобы одеться, - Асбер кинул на мою постель сумку. - И живо за мной. А вы, - обвел он пальцем остальных адептов, - мигом исчезли с моих глаз, пока я не запомнил ваши лица.
  

Глава 22

   "Асбер"
  
   У него выдалась тяжелая ночка. Если честно, то в последние месяцы все его ночи стали таковыми. Днем его донимали адепты и учителя, искренне непонимающие, зачем запустили данара в их ряды. Самому же Асберу приходилось успевать за учебной программой, проверкой домашних заданий и наблюдением за несносной адепткой. А ночью он разбирался с поручениями Инквизитора, урывая часы сна лишь под самый рассвет.
   Ночь ритуальной магии должна была стать для него своеобразным выходным. Девчонку либо принесли бы в жертву и он избавился бы от половины обязанностей, либо милосердие Инквизитора (а вернее, иные планы, предвосхищающие возможность получить энергию чужой жизни) даровало Китре парочку спокойных лун. Демонстративное проявление благосклонности в виде отказа принять ее душу во славу своего величия, давало девчонке хорошее подспорье для того чтобы выбраться из той ямы, в которую она себя закопала. При условии, что девчонка сумеет и захочет этим воспользоваться.
   Асбер устало потер виски.
   Канцелярия - чтоб ей провалиться вместе со всеми ее обитателями! Они знали, что Инквизитор сегодня будет занят ритуалом, а после своей синеглазой цикличности. Если Асбер выучил его привычки и распорядок дня за какой-то год, то сородичи демона знали их на зубок. Темная энергия жертвоприношения для демонов сродни легкому опьянению. Даже то, что ритуал был прерван в самом конце, неплохо так поднял Инквизитору настроение. Конечно же он предпочтет работе общество симпатичной одержимости.
   Итак, его вызвала Канцелярия. Ровно в тот момент, когда голова коснулась подушки и побежали первые мысли о планах на завтрашний день.
   Срочно! Еще два часа назад!
   И никого не волнует, что он устал и хочет спать. Неженка, лентяй и лодырь. Да, для демонов и данаров - два часа ночи - слишком ранний час для сна. С рассвета и до полудня - вот подходящее время для тех у кого нормированный рабочий день, а не галдящая толпа адептов с утра до вечера. Эти бы и демона умотали, не то что молодого данара.
   Его промурыжили около четырех часов. Ладно бы по делу. Нет, ему досталась тысяча и один вопрос, повторяемые раз за разом в прямом и обратном порядке. Их не интересовал Инквизитор, что в общем странно. Канцелярия давно под него капала. Но что можно сделать могущественному демону, способному уложить взмахом руки с десяток сородичей, а если дать немного времени, так и половину Империи! Не зря же господин является одним из тройки избранных, что умеют работать с демоническими Дневниками.
   Асбера допрашивали о Эвелин Китре Латер-Клоу из рода Фольмуд. В обход Инквизитора. В обход Академии. Вроде как противники идеологии не являются их прямыми обязанностями, а значит и беспокоить не следует. И если Асберу уж очень сильно хочется, может предоставить своему господину отчет позже. О, да. Он еще как предоставит! Во всех красках и не стесняясь в выражениях.
   - Поторапливайся, - прорычал Асбер, подталкивая девчонку к двери телепортационного зала. Мелкая пигалица имела наглость выглядеть уставшей и недовольной, словно это ее, а не данара мучил начальник канцелярских дел тайных и людям невиданных, ибо не готовы уразуметь знаний истинных. Вот она проблема нового поколения адептов - слабые, бесхребетные, инфантильные и неспособные радоваться тому, что вообще живы. В его время... Нет, Асбер еще не старик, чтобы придаваться подобным воспоминаниям. Сам еще не так давно носил униформу. Но они были сильными, целеустремленными и выносливыми. Не боялись тяжелой и трудной работы. А как это поколение собирается выживать? Хотя бы один с курса пройдет испытание Нижним миром? Возродится ли кто-то данаром? Ой вряд ли. Что ни говори, но в его время...
   - Аккуратней, - буркнула Китра, кутаясь в темно-бардовый плащ, как в одеяло. Он ей был великоват и тащился по полу. Асбер не настолько разбирался в женских шмотках, чтобы с первого раза попасть в размер. А если бы и разбирался, делать ему больше нечего, как рыться в поисках подходящих тряпок. Одежда, что изготавливалась для прохождения Серого Барьера, не имела никакого отношения к последним веяниям моды. Что выдали на складе специальных и узконаправленных заклятий, то и модно.
   - Неужто девичьи посиделки так сильно утомляют? - раздраженно ответил данар, сверяясь с координатами. Тут путать ничего нельзя. В случаи ошибки, тебя не на другой край света занесет, а по земле тонким слоем размажет. - Или виной девичьи страдания разбитого сердечка по блондинчику? Или блондинки? Ты еще только на первом курсе. Двое - не перебор?
   Каменная платформа засветилась. Девчонка вздрогнула.
   - Перебор, - неохотно согласилась она, пропуская мимо ушей скабрезность.
   Асбер вытащил кристалл и указал на портал. Девчонка сообразила не сразу. Пришлось снова подтолкнуть.
   - Больно же! - зашипела она, шагая в круг. - Чуточку нежнее, а? У меня болит все, что может болеть. А что болеть не может - тянет, ноет и колет.
   - Потрясающе! - Восхитился он. - Я таскаюсь по катакомбам Канцелярии, а ты тем временем налаживаешь личную жизнь.
   - Хочешь, поменяемся?
   Он собирался ответить, но свет платформы сменился на бардовый и нити силы затянули их в водоворот материи Привычного мира. Когда пыльца рассеялась, а вычурные стены телепортационного зала Академии сменились на деревянные панели местного муниципалитета, Асбер с удивлением обнаружил, что в этот раз остался на ногах. Это было приятным сюрпризом, поскольку им на встречу неспешной походкой приближался сопровождающий.
   Девчонка сидела на полу, сбитая мощной магией. Когда она неловка повернула голову, разминая шею, данар заметил на виске, под выбившейся из косы рыже прядки, кровоподтек. Во время ритуала его не было. Она на обратном пути собирала все косяки или посиделки не задались?
   - Ты помнишь, что должна рассказывать мне обо всем, что с тобой происходит?
   Она медленно кивнула, словно находилась под сомнамбулическом заклинании, шагнула в круг.
   - Прелестно, - подвел итог Асбер, вздергивая ее на ноги. - Обязательно все выслушаю, а пока - заткнись.
   К ним шел данар Мелинот - пренеприятная личность, в довесок переполненная чувством собственного превосходства. Он принадлежал той линии данаров, что создавалась благодаря десятилетнему существованию в Нижнем мире. У Асбера был только год. И хотя они оба имели одинаковый статус, негласно, Мелинот считался лучший кандидатурой. Тем не менее, Асбер был личным следопытом Инквизитора, а Мелинот лишь младшим помощником начальника отдела идеологических несоответствий. Этот маленький нюанс в различии их опытности и занимаемом положении зародил конфликт при первой же встрече.
   Его темно-каштановы кудри были стрижены коротко. На подбородке обозначилась еле заметная щетина, что могло означать, как новое веяние моды среди данаров, как и то, что у Мелинота со всей этой суетой не хватило времени, чтобы глянуть на себя в зеркало. Асбер очень сильно надеялся на второй вариант, но довольное лицо и свежий, отдохнувший вид младшего помощника говорило об обратном.
   Чтоб ему всю жизнь провести на седьмом пласту Нижнего мира! Как же давно Асбер не был в столице. Не по делам и не по работе. А так, чтобы прогуляться по цветастым улочкам, что так прекрасны в конце осени, когда драгоценные листья золота еще не присыпали первые крошек надвигающихся заморозков. Зайти в дорогой салон, потрать полдня, выбирая красивую безделушку, чтобы поставить ее дома на полку и тут же забыть. Пообщаться с коллегами на отвлеченные темы. Услышать последние сплетни о карнавале Первого дня зимы.
   - Асбер, - поприветствовал его Мелинот. Складки мантии теплого землянистого цвета, всколыхнулись над полом, когда младший помощник остановился напротив него.
   - Данар Асбер, - напомнил Младший учитель.
   Мелинот был его старше лет на пятнадцать, но из-за долго нахождения на другой стороне Привычного мира и темной энергии, они выглядели ровесниками.
   - Мы же свои люди, - беззаботно отмахнулся он, обращая внимание на застывшую адептку Огня. - Она живая?
   Мелинот щелкнул пальцами перед ее глазами и девушка ошарашено заморгала, оглядываясь по сторонам.
   - Она под заклятьем? - удивился он, когда Китра попыталась сфокусировать взгляд на внешнем раздражителе. - Вроде, нет. Асбер, ты нас собираешься представить? Столько слухов расползлось из-за этой таинственной особы. А ты, как назло, носу не кажешь из своей Академии. Неужели сроднился с формой учителя и отыскал истинное призвание? Стоило ли тогда год бездельничать в Нижнем мире?
   - Данар Мелинот - младший помощник начальника Канцелярии, - ядовито пояснил он, обращаясь адептке, которая едва ли соображала, чего от нее хотят и с чего вдруг ей что-то говорят. - Это как мальчик на побегушках, но при состоятельном хозяине. Власти чуть, но на порог хорошего дома пускают.
   - Совсем забыл о твоем неподражаемом чувстве юмора, - мужчина, выглядящий, как молодой парень, осклабился. - Однажды оно будет стоить тебе положения и карьеры. Чем же я заслужил столь лестный отзыв? Боишься, что понравлюсь этой сладкой крошке больше, чем ты?
   - Ей вино уже нравится больше, чем я. А еще у нее мой кинжал, - Асбер оглядел закутанную фигуру, пытаясь определить, куда она его запрятала. Напряженный взгляд девушки подсказывал, что добровольно она вернет его данару только вонзив прямиком в сердце. - И да, у маленькой сподвижницы огненной Стихии нет глупых предрассудков по поводу использования холодного оружия на живых данарах. Вот и все, что тебе нужно знать о Китре Клоу.
   - Приятно познакомиться, - девчонка хмуро глянула на сопровождающего. Протягивать руку для рукопожатия или приседать в реверансе, она посчитала ниже своего достоинства. - И если у тебя нет тарталеток с ягодным муссом и мармеладом, не используй словосочетание "сладкая крошка". Это вводит в заблуждение.
   А людей с фамильным кинжалом и десятком родовых заклятий на нем, не стоит вводить в заблуждение, - мысленно докончил эту фразу Асбер. И Мелинот, судя по всему тоже. Он рассмеялся.
   - Угрозы, сладости, вино и оружие - мой господин будет в восторге!
   Асбер вспомнил начальника Мелинота. Поежился. И решил, что во чтобы то ни стало, отберет у девчонки кинжал, пока они не добрались до поместья Фольмуд. А то ведь и себя покалечит и Асбера под трибунал подведет.
   - Хватит болтовни, - ухватил он Китру за руку, чтоб не отставала. - Карета готова? Путь то не длинный, а это маленькое чудовище после ночного ритуала. Характер у нее отвратный, а убивать или калечить ее нельзя.
   - Да че я маленькая-то все время? - недовольно встрепенулась адептка. - Мелкая. Девчонка. Мне не десять лет. Я взрослая.
   - Оно и видно.
   - Времени у нас и в самом деле немного, - согласился Мелинот, приглашая следовать за ним. - Четыре часа пути - не меньше. А дело серьезное. Следственная группа и все, кого направили на это дело будут в опасно-дурном расположении духа. Серый Барьер распространился километров на двадцать и на столько же искажает телепортационные перемещения. Нам с тобой не привыкать, а демонов это порядком взбесит.
   Необычное предостережение. Асбер, конечно, все это знал, но неожиданное откровение Мелинота наводило на дурные мысли. Похоже младший помощник чего-то опасался. Про характер его начальника говорили разное. Бывает вспыльчив, бывает зол, бывает в припадке ярости разорвет на части подозреваемого. Но такое можно о любом демоне сказать. У всех у них есть та особая сторона, с которой лучше не встречаться лично. Но большую часть времени они уравновешены и спокойны. Это у них называется хорошими манерами. Чрезмерные вспышки гнева при подчиненных или в общественном месте - дурной тон. Так тебя на званные вечера перестанут приглашать. А это меньше информации, связей и удар по репутации.
   Своего господина Асбер никогда не видел рассерженным. Тот скорее казался задумчивым и даже немного несобранным. Он предпочитал увлекаться женской красотой, а не крушить нарушителей спокойствия направо и налево.
   - Самое лучшее, что удалось найти в этой глуши. - Представил Мелинот обтрепанную карету с покосившейся ступенькой.
   - Бесподобно, - едко прокомментировал Асбер. Он-то надеялся вздремнуть хоть часок, но если эта развалюха будет скрипеть, трещать и подпрыгивать на каждом ухабе, в поместье Фольмуд он доберется выжатой досуха тряпкой.
   Оставив себе одну подушку, остальные Данар перекинул на сторону Китры. Вот уж кто дважды успел заснуть стоя и с открытыми глазами. Ее и пушка не поднимет, не то что трясущийся экипаж. Тайная магия адептов Академии - засыпать в любом месте и в любом виде. После получения диплома этот дар исчезает.
   Впрочем, - подумал Асбер, устраиваясь на жесткой лавке, по недоразумению именуемой мягким каретным диванчиком, и чувствуя, как накатывает усталость, - знания - есть знания. А навык никуда не денешь.
   Экипаж только тронулся, а девчонка уже скинула туфли и свернулась калачиком, игнорируя присутствие двух данаров. Никаких возмущений по поводу нарушения этикета и попирания норм морали. Такая покорность зарождала в голове Асбера очень жуткие подозрения, но спрашивать о них при конкуренте он не решался. Вот еще!
   Первая половина пути прошла относительно спокойно и парень даже понадеялся, что также пройдет и остальная, но его компаньону неожиданно надоело следить за однообразными просторами пестрого леса из дубов, кленов и ясеней. Откинувшись на сиденье и поставив одну ногу на лавку, Мелинот небрежно заметил:
   - Моему господину нравятся рыженькие.
   - Закатай губу, - Асбер закинул ногу на ногу. - Девчонка - адептка Огня и до конца обучения принадлежит Академии.
   - И Инквизитору? Брось, все знают, что ему по вкусу жгучие брюнетки. А девушке надо заботиться о будущем, которое ей так сильно подпортил отец.
   - Она до него не доживет.
   - В самом деле? - вздернул брови Мелинот. - Брось, ничего серьезного с ней не сделают. Прочтет письмо. Ответит на вопросы. Помучается пару тройку дней кошмарами. И гуляй дальше. Канцелярия к ней равнодушна и возмущается только по привычке. Я видел ее показатели. В рамках нормы. А если честно все расскажет моему господину, то пару пятнышек с ее биографии он сотрет. Говорю же, к рыженьки неравнодушен.
   - Хорошая попытка. - Усмехнулся Асбер, поняв, что дыхание Китры несколько сбилось. - Решил выслужиться и подобрать товар еще до бала? Не советую. Он вздорная и злобная. И если твой господин не смазливый блондинчик и не вино столетней выдержки, ни одного ласкового слова он от не услышит. Поверь моему опыту.
   - Сам виноват, - забурчало создание из-под плаща. - А куда вы собственно меня везете?
   Неужто проснулась?
   Рыжая головка вынырнула из-под накидки и уставилась в окно. Послышалось несколько болезненных стонов и парочка ругательств на незнакомом языке. Девушка наконец села, неосторожно толкнув ногой данара, и обвела взглядом присутствующих.
   - Так, - устало потирая глаза, сказала она, - во-первых, что происходит? Во-вторых, без боя не сдамся. А в-третьих, я - не кусок мяса, чтобы меня так обсуждать. И я не вздорная! Стыдно должно вам быть, так говорить о девушки в ее присутствии. Ни манер, ни такта.
   Еще и выспалась, - позавидовал Асбер.
   - Не узнаешь просторы родных владений?
   - Дома? - девушка вновь уставилась в окно, с болезненным любопытством вглядываясь в листву утреннего леса.
   - Ты не рассказал ей о письме? - Мелинот пододвинулся к окну, задевая Китру коленями. Адептка не обратила внимания.
   Асбер нахмурился. Ну спасибо тебе, коллега. Теперь она до конца поездки не успокоится. Но девчонка будто и не слышала. Она крепко сжимала древесную перекладину окна, а взгляд ее застыл. Китра погрузилась глубоко в свои воспоминания.
   За оставшуюся часть пути адептка не произнесла ни слова. Мелинот еще несколько раз пытался вывести ее на разговор, но та не реагировала. Ее семья сбегала из этих мест второпях. Отец отправил дочку в отвлекающей повозке с бесполезными людьми, а сам направился другим путем. Девчонка выжила чудом, избежав лап Канцелярии. В ту ночь Асбер впервые с ней и познакомился. А за свое своевременное вмешательства получил по почкам и самолюбию.
   Карета остановилась.
   - Вот и добрались. - Возвестил Мелинот, выбираясь первым. Он помог адептке спуститься и та приняла его помощь, отстраненно поблагодарив.
   Их подвезли к главному входу. Вокруг стояла глухая тишина, несмотря на сновавших повсюду оперативников. Асбер заметил парочку данаров из отдела по снятию проклятий и запутанных заклинаний. У дверей их остановил парень из охраны, с которым следопыт Инквизитора пересекался раньше по долгу службы. Он внимательно прочел предоставленные Мелинотом документы, что лишний раз подтвердило - начальник на месте, и он рвет и мечет.
   Ад и Преисподняя, - проклял все на свете Асбер, мимолетно оценивая привлекательность спутницы, - надеюсь Лиару и правда нравятся рыженькие, иначе им не поздоровится.
   - Гостиная, - указали данару направление.
   Асбер с тоской проводил общую комнату, в которой исчез Мелинот. Судя по всему, там развернули небольшой штаб. Оттуда пахло кофе и свежей выпечкой, что напомнила следопыту о бессонной ночи и пропущенном ужине-завтраке.
   Голос, прозвучавший из-за распахнутых дверей светлой комнаты был больше похож на свирепый рык.
   - Ты не торопился, Асбер.
   Чернявый мужчина с зачесанными назад вьющимися волосами расположился в удобном кресле главы семейства. Недовольство сквозило в каждой частичке его тела. Он подпирал кулаком подбородок, постукивая обратным кончиком карандаша по деревянному подлокотнику. Блокнот, с расчетами формул заклинаний, был небрежно брошен у настольной лампы. На кофейном столике в самом центре гостиной лежало письмо. То самое, ради которого его с Китрой вытащили за тридевять земель от Академии.
   - Господин Лиар, рад встречи, - не моргнув глазом соврал данар, ступая на скрипучий паркет. - Позвольте представить - Китра Клоу. Моя подопечная и адептка Стихии Огня из... - Ему пришлось обернуться, чтобы обратиться к девчонке. Она застыла на пороге, мгновенно бледнея. - Чего опять?
   - Это настоящий демон.
   - Да-да, как и Инквизитор. - Прошептал он. - Чего вдруг занервничала? К нему на днях в кабинет вломиться не постеснялась. Откуда сейчас взялся суеверный трепет перед начальством?
   - На днях? - переспросила она. - Поездка не связана с сегодняшней ночью?
   - А что было ночью? - Асбер сообразил не сразу. - Ты опять поперлась к Инквизитору?! Сразу после ритуала? Мозгов совсем нет?
   Данар припомнил те странные ощущения, что возникли, когда он прорвался в комнату Китры. Он-то решил, что это связанно с черноволосой пассией господина. Дыхание Нижнего мира витало вокруг шкатулки с работающим стазисным заклинанием, неоднозначно намекая на свое содержимое. Инквизитор был необычайно щедр, когда дело касалось адептки Фольмуд. Подобные подарки от темных господ стоят дороже, чем золотые кольца и ожерелья с драгоценными камнями. Да и значат гораздо больше, чем под силу понять смертному.
   Было бы логично предположить, что рано или поздно в такой шкатулке окажется сердце Китры. Но она жива. А Фольмуд, по его расчетам, должна была протянуть еще полгода, а то и больше. Очень уж эта девица пришлась по вкусу придирчивому ценителю искусства прошлого тысячелетия. Так кого же из адептов не стало этой ночью? Инквизитор бы не стал использовать кого попало.
   И да, Асберу в очередной раз влетит за ночную выходку подопечной. Будто бы он мог что-то с этим поделать. Провались в Нижний мир это инфернальное сборище параноиков с их письмами и мятежниками!
   - Проблемы?
   В одно мгновение смуглолицый демон оказался рядом с данаром. Запоздало всколыхнулись шторки. Лиар небрежно отодвинул Асбера в сторону, разглядывая окаменевшую от ужаса Китру. Подавляющая энергетика Нижнего мира, обволокла его подобно мыльному пузырю.
   - Это и есть драгоценное творение Алефа Латер-Клоу? - его жесткое лицо смягчилось, а на лбу пролегли складки озадаченности. - В вас есть что-то знакомое, - он протянул ладонь, собираясь потрогать один из выбившихся рыжих локонов, но пыльцы ухватили воздух. Адептка отшатнулась назад. - Но вряд ли мы встречались раньше.
   Китра вела себя вполне нормально для обычного человека, никогда не сталкивающегося с демоном и его темной аурой. Но слишком странно для самой себя.
   - Разве отличительная черта родословной Фольмуд - не девицы с морским стеклом глаз, асбестовой кожей и вуалью шелка, что чернее ночи?
   Демоны любили перегибать не только со своими цикличностями.
   - Латер-Клоу - это побочная ветвь, что началась с какой-то отреченной и фанатика древнего культа.
   - Да-да, - словно что-то вспоминая, пробормотал Лиар. - Я вижу в ней отблески зенитного Солнца. Их становится все меньше и меньше. Они тускнеют и блекнут. В период моей молодости они сияли ярче звезд. Нынче такого не встретишь. Суррогат, да примеси.
   Лиар отошел от Китры и задумчиво уставился в окно, откуда пробивались яркие солнечные лучи. Для осенних деньков погода стояла просто отличная.
   Демоны живут долго. Очень долго. И иногда они возвращаются в те далекие дни, что называли Сумрачным пластом. Важная веха человечества, когда был создан первый Дневник и первый демон ступил на землю Привычного мира.
   - Это оно и есть? - Асбер попытался вернуть демона в реальность. Дорога была нелегкой. И если эксперимент с Китрой не сработает и Барьер не снимется - возвращаться им тем же путем. - То самое письмо, из-за которого поднялась шумиха?
   - Шумиха? - вырываясь из воспоминаний, поинтересовался Лиар. - Ирум Латер-Клоу поставил немыслимой силы барьер, через который мы пытались пробиться почти два часа! Искажающий радиус столь высок, что демону, обнаружившему нарушение, не удалось телепортироваться сразу к границе. А на изучение заклятий, наложенных на письмо, ушли еще сутки. До сих пор никто не может внятно объяснить, что за клубок нитей, сплелся в его сути. Пока я лично не занялся расшифровкой, пострадало пять магов и один данар, что пытались вскрыть заклятье силой.
   Асбер не смог скрыть удивление.
   - Но Алеф не был данаром. Он - обычный маг средней руки. Как он мог создать такое?
   - Эксперты еще работают, но в отделе начали шептаться. - Начальник обошел Младшего учителя Академии и встал у окна, что расположилось напротив двери в библиотеку. По паркету поползла бледная тень, цепляя верхушкой столешницу. - В отчете этого значиться не будет, но когда пойдешь докладывать Инквизитору, упомяни, что мы предполагаем худшее.
   - Коллективную волшбу?
   Демон фыркнул.
   - Не могу взять в голову, отчего Инквизитор прибрал тебя под свое крыло?
   - Я был лучше на курсе и легче всех остальных прошел адаптацию, - осторожно заметил следопыт, боясь разозлить смуглолицего демона еще сильнее.
   - Быть самым сильным из слабых - не значит быть сильным.
   Асбер поджал губы, но ничего не ответил.
   - Речь о Пробудившихся, - небрежно бросил господин Лиар, но в его словах звучала нотка тревоги.
   Данар мысленно выругался. Меньше всего он хотел иметь дело с тем, что хоть как-то связано с мистическими существами о которых упоминал Инквизитор. Присев на корточки возле низкого столика, он принялся рассматривать запечатанное в обычный белый конверт письмо. В углу обозначилась монограмма с размашистыми вензелями. В центре пролегала всего одна строчка "Моей долгожданной дочери".
   - Долгожданной? - скорее для себя, чем для Лиара, прочитал следопыт. - Почему не любимой? Кто зовет дочку долгожданной? - он перешел на второе зрение, чтобы разглядеть сплетенные в узелок нити. После третьей попытки, красочные цвета перестали резать глаза, став более-менее читаемыми. - Заклинание настроено на единственного получателя - его кровную родственницу. Никому другому письмо не открыть и не прочесть. Но зачем? Зачем маг сделал абсолютно все, чтобы привлечь внимание Канцелярии и завязал его на единственной дочери?
   - А как ему еще с ней связаться? - тень демона накрыло письмо и Асбер с удивлением отметил, как сжались тонкие нити плетения. - Зачем ставить Серый Барьер, зная, что тот заинтересует Канцелярию? Затем, чтобы обеспечивать ее присутствие. Зачем это надо? Я предполагаю, чтобы гарантировать, что дочку доставят в родной дом и она прочтет письмо. Алеф не видел и не общался с единственным ребенком больше двух месяцев. Какой-никакой, но он все же отец.
   - Если Алефу Латер-Клоу хватило интеллекта создать подобные заклинания, то он должен понимать, что все написанное в письме вытрясут из девчонки в ту же секунду, как она закончит его читать.
   Демон внимательно посмотрел на Асбера. Темные зрачки расширились, полностью съедая карюю радужку глаз.
   - Наша аналитическая группа считает так же. Но если речь идет о Пробудившихся, мы не можем рисковать. Итак, солнечное дитя, - обратился он к Китре, - прочти письмо и... - На смуглом лице отобразилось удивление.
   Асбер обернулся, - чего там адептка учудила? Как оказалась, ничего. Ее не было в комнате. Озадаченность, равная его собственной, проявилась в напряженной позе демона. Куда эта идиотка делась? Она же только что стояла здесь! Неужели сбежала посреди следствия из дома окруженного десятком профессиональных магов. И что, никто не поднял тревогу?
   Следующей пришла другая мысль. Китра просто исчезла, ни данар, ни демон этого не заметили! В открытом проеме двери не было никого.
   - Без паники, я здесь.
   Асбер обернулся. Девчонка подпирала дверной косяк библиотечной комнаты. И прежде, чем он успел заволноваться, что Китра стащила из коллекции своего отца книгу с какими-нибудь запрещенными заклинаниями, адептка вытащила из-под плаща руку. В ней девушка удерживала фарфоровую чашечку, над которой поднималась манящая дымка свежесваренного кофе. Рыжая бестия больше не выглядела загнанной ланью или трусливым мышонком. Каких-то пять минут, и девчонка вновь приняла обличие надоедливой адептки.
   - Зашла через библиотеку. Там есть ход через общую комнату. Так ближе, чем идти через коридор. Это я помню. Я все-таки здесь жила. Или живу? Дом конфисковали или у меня есть на него права?
   Лиар охотно пояснил:
   - По окончанию Академии, вы можете подать документы в Канцелярию на возвращение своего имущества. Я обязательно с ними ознакомлюсь.
   - Благодарю за любезность, - девчонка сделала глоток обжигающего напитка и слегка поморщилась. - Где же он хранил коньяк? - тихо пробормотала она, но и Асбер и демон ее услышали.
   - Где ты достала кофе?
   - На господина Лиара работают очень любезные люди, - пояснила она, изобразив демону насквозь фальшивую улыбку. - А поскольку мы все занятые, и кого-то ждет работа, а кому-то скоро менять повязки, может, вернемся к делу?
   Она бодрым шагом направилась к столику. А Асбер подумал, что врала она про коньяк отца. Очевидно же, что девчонка его уже нашла.
   Демон посторонился, пропуская адептку. Она села на колени перед столиком, проигнорировав диван и кресло. Сделав еще глоток, поставила чашку. Низенький столик доставал девчонки до груди. Прежде чем взять письмо в руки, она внимательно оглядела его, перейдя на второе зрение. Случайно убиться заклинанием ее не прельщало.
   - Итак? - спросила она, проведя ладонью над конвертом, словно считывая таким образом информацию. - Это письмо моего отца. Я открываю его. Достаю содержимое и передаю вам. Такова моя роль?
   - Мы предполагаем, что вам придется прочитать письмо вслух. - Обходительно пояснил начальник Мелинота. - Приглашенный эксперт утверждал, что нам либо будет не видно то, что написано в письме, либо текст окажется нечитаемым. А сразу после прочтения, текст исчезнет навсегда.
   Ага, - догадался Асбер. - Если она сразу будет читать письмо вслух, то у нее не будет времени, чтобы подкорректировать написанное. Вот и хорошо. Меньше искушения соврать начальнику, чтобы прикрыть отца.
   - И больше никаких обязательств? - уточнила Китра, разглядывая узор на белом фарфоре. - Барьер падет и мы телепортом вернемся в Академию?
   Демон присел рядом с адепткой, безжалостно сминая костюм. Девушка подавила дрожь, но отодвигаться не стала. Лишь передвинула чашечку с кофе ближе к себе.
   - Асбер не сможет настроить отсюда портал, даже если Серый Барьер падет.
   - Значит, - проводя пальцем по ободку тонкого фарфора, уточнила она, - вы будете столь любезны, что откроете нам портал прямиком в Академию? - Асбер чуть не подавился собственным языком от прозвучавшей наглости. Впрочем, на этом девчонка не закончила. - И, наверное, предусматривается какое-то освобождение от занятий на ближайшую парочку дней? Эта поездка жутко меня измотала.
   Асбер закашлялся.
   Девушка одарила его колючим взглядом.
   - Как же вы экзамены-то сдадите, если не будете посещать лекции? - включился в игру демон.
   - Вы правы, - согласилась она, просияв лиару настоящей улыбкой. - Сразу зачтенные экзамены мне нравятся больше, чем отсрочка от них.
   Демон поправил складки на костюме, указал данару на оставленный у светильника блокнот.
   - Академия и Канцелярия - несколько разные организации. - Осторожно начал демон. Асбер передал Лиару блокнот и тот перелистнул страницы в начало. - Закрыть всю сессию... Не повредит ли это вашим отношениям с учителями и господином Эгеларом.
   Ага, - подумал данар. - Было бы чему вредить.
   - Три экзамена на мое усмотрение. - После обдумывания предложила девчонка. - Освобождение от занятий до конца недели и портал в Академию. И оставьте беспокойства об учителях и Инквизиторе мне.
  
  
  
  
  
   Глава 23
  
   Я сделала глубокий вдох и обрадовалась, что снова могу дышать. Следом за открытием феноменальных способностей своих легких, я подивилась тому, что лежу на мягком диванчике. Ощущения приятной свежести сбивали. Вокруг летали истлевающие нити заклинания. Одного из тех, что применяли при дворе, когда руми падала в обморок. Изящная замена нюхательной соли, позволяющая продемонстрировать уровень мастерства владения магией.
   Почему я лежу, а надо мной два демона на повышенных тонах выясняют отношения?
   - До окончания учебы, она принадлежит попечительскому совету!
   Первый демон был взбешен. А я?
   Я была в будуаре.
   Нет, слишком давно.
   - Попечительский совет - один из органов Канцелярии, - второй голос пытался звучать спокойно, но в нем сквозила неуверенность и четкое понимание своей неправоты. Его поймали на "горячем", а он продолжал держать лицо. А я?
   В комнате? Ложилась спать. А где я взяла диван?
   Нет. Это было утром, а солнце-то в зените.
   - Автономный орган! Не имеющий отчетности ни перед кем, кроме ректора Академии.
   Ну, я хотя бы в Академии. Так ведь?
   Нет, попрощайся с этой мыслью. Сосредоточься на главном. На кофе. У тебя был кофе. Вкусовые рецепторы не лгут. Настоящий, крепкий, ароматный и с щепоткой жгучего перца. Кофе!
   Я повернула голову. На столике, почти у самого носа, стояла опустевшая чашечка. На дне скопилась гуща, на которой с легкостью можно было предсказать мое разочарование.
   - Она важный свидетель по вопросу касающемуся безопасности Империи. Нашей с тобой безопасности. Или тебе кажется, что это недостаточное основание для применения пункта о работе в экстренной ситуации?
   Письмо. Тупое письмо меня вырубило! Я не успела прочитать даже строчки, как странное заклинание окутало меня с ног до головы. Так и знала, что золотистые искорки не привиделись. Золотое плетение Геллиофрея! Чтоб ему в Нижнем мире гореть вместе с экспертами господина Лиара. Опасности нет, сонастройка на крови, прямая наследница, никаких осечек, вред исключен. Тьфу на вас, господа!
   Начальник канцелярских дел тайных стоял по другую сторону столика и напоказ изображал учтивость к персоне Великого Инквизитора, непонятно когда заявившегося в гостиную дома Фольмуд.
   А где Асбер? Скинул на диван и свалил?
   - Если дело оказалось столь важным, следовало позвать меня, а не действовать через моего следопыта! - Эгелар злость не изображал. Она была самым искренним и честным чувством, что находило отклик в его темной, насытившейся ауре.
   - Этикет Нижнего мира, коллега. Тот самый, что ты привык нарушать. Отвлекать принимающую сторону в день жертвоприношения во славу его имени - высшее оскорбление. И это единственная причина, по которой я был вынужден связаться с твоим помощником.
   Инквизитор скрестил руки на груди, скрывая нежелание признаваться собрату.
   - Пробное жертвоприношение, как часть образовательного процесса. Пустышка. Адепты отрабатывали ритуальные элементы.
   - Жертвы не было? - брови смуглолицего демона поднялись вверх и застыли в удивлении. - Откуда же... - он обвел фигуру мужчны, намекая на обильный приток энергии Нижнего мира и тут же выругался: - Везучий гад!
   Лицо Инквизитора вытянулось в изумлении. Господин Лиар понял, что сказал лишнего.
   - Спокойней. - Поднял руку с растопыренной ладонью, признавая, что переборщил. - Всего лишь восхищен уровнем твоего мастерства. Твои пассии ведь каждый раз знают на что идут и, все равно, идут. Добровольно! - покачал он головой. - Два притока за год... Вот что значит, найти свое место.
   - Дело не в месте, - возразил Инквизитор, кидая взгляд в мою сторону, - а в личном обаянии.
   Я поморщилась, подавляя дрожь. Мозг упорно подсовывал воспоминания того, как демон вырывает сердце Делли. Его окровавленные руки. Металлический вкус на губах. Сокращение мышц и мерный стук.
   Господин Лиар проследил за взглядом собрата.
   - Живучая, - деловито констатировал он. - Что за нее хочешь?
   Я подобралась на диване, нервно сжав складки плаща. Дело принимало не совсем приятный поворот.
   - Я знаю, Канцелярии нравится заблуждаться на мой счет, но адепты - собственность Академии, не моя. Жди Первого дня зимы, как и все остальные. Здесь все на равных условиях.
   - Кроме тебя.
   - Кроме меня.
   В воздухе повисло напряженное молчание. Нарушил его Инквизитор.
   - Отчет должен быть к полуночи у меня на столе.
   Лиар поморщился.
   - Ты чуть не убил ее. - Напомнил Инквизитор.
   - Я разберусь с экспертом.
   Смуглолицый демон поднял с кресла блокнот и направился к двери. Но прежде чем покинуть комнату, обратился ко мне.
   - Внимательно рассмотрите мою заявку. Торг приемлем по любому пункту.
   Я не успела спросить, о какой заявке идет речь, а господин Лиар уже скрылся в дверном проеме.
   - Мелинот! - пронесся по коридору его низкий баритон.
   В порыве недовольства, я прикусила кончик большего пальца. Пропал мой портал до Академии. Как и освобождение от экзаменов. Надо было обговорить компенсацию на случай непредвиденных обстоятельств.
   - За вами глаз да глаз, адептка Клоу.
   Я подняла голову и встретилась с темными глазами Инквизитора. В гостиной остались только мы вдвоем. Проклятый Асбер не спешил возвращаться, чтобы разобраться в ситуации.
   - Господин, - губа дернулась в слабом подобии на улыбку. Как подобает вести себя с тем, с кем провела минувшую ночь и разделила мгновения чужой смерти? - Как вы здесь оказались?
   - Портал, - коротко пояснил он, присаживаясь в кресло напротив. Нас разделял крохотный кофейный столик и опустевшая фарфоровая кружка. - Барьер пал.
   Закинув ногу на ногу, демон немигающим взглядом уставился на меня. Читать его было бессмысленно. Он полностью закрылся.
   - Я потеряла сознание в тот же момент, как взяла письмо. Что произошло?
   Впервые за долгое время я видела его при свете дня. Без ночной черноты и колыхающихся теней. И все же, даже в залитой солнцем комнате, он умудрился найти самое темное место, где сгущалась темнота. Или его присутствие делало место самым темным из всех?
   - Лиар считает, что в письме запечаталось особое плетение. Заклинание предполагало вашу смерть, но дало осечку. Рабочая версия: Алеф решил избавиться от дочки, что не разделяет его взглядов.
   Я моргнула.
   Отец пытался меня убить? В воспоминаниях Эвелин он был приятным человеком. Я помнила ее любовь к нему. С какой нежностью она относилась к своему отцу. Как он о ней заботился после смерти любимой жены. Как делал все для блага дочери. Он был образованным человеком. С особой точкой зрения, что всегда восхищала Эвелин. Такой человек не мог решиться на убийство. А если бы решился, осечки не произошло бы.
   - Как вы себя чувствуете, зная это? - заинтересовался демон. Будто бы мое эмоциональное состояние для него что-то значило. Будто являлось чем-то настолько важным, что переплевывало сорвавшуюся операцию, проводимую Канцелярией. Столько сил, магических ресурсов, истрачено на дело оказавшееся пшиком. - Вы злитесь? Расстроены? Потеряны?
   Я пожала плечами. Делать мне больше нечего, как расписываться в чувствах.
   - За минувшие сутки я слишком много раз прощалась с жизнью. Видимо успела потерять вкус. Простите, господин Инквизитор.
   Он улыбнулся, будто я сделала ему комплемент.
   - Не спросите о той маленькой сценке, что произошла ночью на ваших глазах?
   - Не спросите, что было написано в письме? - в тон ему повторила я, будто бы это было разумным решением.
   - Не было никакого письма, - отмахнулся Инквизитор. - Обычный конверт, в котором пряталось заклинание. Я видел такое раньше. Канцелярия сэкономила бы кучу времени, если бы сразу обратилась ко мне. Но они боятся привлекать меня к таким делам.
   Что ж, если он нынче столь благодушен...
   - Каким делам?
   Мужчина ответил не сразу.
   - Есть подозрения, что ваш отец был одним из косвенных Пробудившихся. Вы знаете, кто это такие?
   - Я была в комнате, - напомнила я. - Когда вы разговаривали с Дэном. Кое-что да поняла. И, если быть честной, кое-что знала раньше. Из книг, конечно же.
   Следующий неловкий вопрос прервал запыхавшийся Асбер. Он вылетел из коридора с такой скоростью, словно за ним гналась свора диких собак.
   - Закончил? - уточнил Инквизитор.
   Данар кивнул.
   - Тогда возвращаемся. Что ж, благодарю за приятную беседу. - Обратился ко мне демон, поднимаясь с кресла. Я вскочила вслед за ним, не дожидаясь, когда он предложит помощь. И на тот случай, вдруг Инквизитор решит улизнуть через портал, оставив меня здесь. - Зная вас, могу предположить, что последней она не станет.
   Мужчина произнес заклинание. Я встала слева от него, наблюдая за движением нитей.
   - Что вы, - тихо произнесла я, любуясь магическими манипуляциями. - Я больше не посмею вас тревожить, господин. Это было в последний раз.
   По воздуху поползла пространственная линия.
   Демон повернулся. Склонил голову. Тонкий аромат орхидей блуждал по его коже. А от меня пахло лекарственной ромашкой, дорожной пылью и потом.
   - Ничего из ваших действий не способно меня потревожить, - почти беззвучно ответил он. - Вы слишком далеки от моего идеала.
   - Верно, - отозвалась я, теряясь в темноте его ауры. - Ваша цикличность...
   Портал появился с тихим жужжанием. Тонкая полоска вытянулась и раздулась, образовывая прямоугольник под два метра высотой. Не став ждать команды, я влетела в портал первой.
   Ломанные нити заклинания пробежались по коже щекоткой. Свет, что так долго успокаивал боль и нервную систему, рванул вверх по каналам силы. Он цеплялся за остатки смертельного заклинания, что остались на моей ауре. Я прикрыла глаза. По темноте пошли трещины, разбиваясь на золотистые буквы. Перед внутреннем взором выстроились ровные строчки письма.
   Блеск! - успела подумать я, прежде чем они поползли по моему сознанию.
  
   Китра, мой долгожданный ребенок. Ты наверное удивлена, почему я обращаюсь к тебе по второму имени. Прости старика, но первое я забыл.
   Это я, Калеб Геллиофрей. И это мое прощальное письмо.
   Если ты его читаешь, значит с тобой все хорошо. Ты адаптировалась, впрочем, как и всегда. Я выбрал роль твоего отца не случайно. В той или иной степени, я таковым и являюсь или, по крайней мере, ощущаю себя. Я знал, что Канцелярия проиграет любопытству и изыщет возможность, доставить тебя в родовое поместье. Прости за доставленные неудобства, но другого способа связаться с тобой и не сравнять полгорода с землей, я не нашел.
   Нас было пятеро и каждый сумел адаптироваться к миру. Кроме тебя, мой упертый ребенок. Я наблюдал за каждым из вас, в силу своих возможностей. Как любящий отец, я не смел указывать вам что и как делать, но все же, как мог, я пытался направить вас на верный путь. Сегодня я вынужден обратиться к тебе напрямую, ибо скоро я буду вынужден оставить Привычный мир и отправиться в опасное путешествия. Впервые я не уверен, вернулись ли обратно и вернусь ли таким, как прежде. Но обо все по порядку.
   Из всех нас, ты единственная, кто продолжала двигаться по прямой до и никогда не сходила с тропы. Маленькая, неизменная константа во времени. Каждый из твоих друзей выбрал свой собственный путь и только ты идешь данному мною маршруту. Такая вера похвальна, но не способствует выживанию. Ты так хорошо научилась приспосабливаться, что перестала воспринимать мир во всем его великолепии. Но жук, прячущийся под камнем, не в силах оценить красоты природы с высот птичьего полета.
   Ты всегда крепко держалась за Эрин и Эгелара. Я полагал, что ты теряла себя на фоне подруги, что всегда имела цель и двигалась к ней, не взирая на преграды. Или же тебя затмевал муж, своей могучей силой и притягательной энергетикой. После их утраты я позволил себе надеяться, я почти поверил, что это что-то изменит. Как же сильно я ошибался! Огромное разочарование накрыло меня, когда я понял, что ты тратишь драгоценные жизни на поиск пропавшей подруги. Ты даже убедила себя, что Эрин пропала, а не ушла добровольно, нарушив одно из установленных мною правил.
   Я оказался бессилен против твоей костной упертости. Я опустил руки. Я был готов признать поражение. Но счастливый случай изменил все. Как же я был глуп, пытаясь вывести тебя из равновесия! Я выбивал у тебя почву из-под ног, а ты находила новую. А всего то и надо было, что позволить тебе столкнуться с настоящей реальностью.
   Когда Стихия показывает свою истинную мощь? Когда сталкивается со своим противоборствующим собратом. Вода против Огня. Воздух против Земли. Свет против Тьмы. Любовь против ненависти. Консерватизм против прогресса.
   Ты с беспощадной грациозностью обошла все ловушки, чтобы в итоге споткнуться на ровном месте. Ты слишком привыкла к тьме Эгелара, чтобы сражаться с ней. Ты слишком закостенела душой, чтобы изведать страсть Стража Солнца. Но ты не смогла пройти мимо мага, решившего разрушить те законы, по которым ты привыкла жить.
   Ты пробудила его, а он пробудил тебя.
   Я благодарен тебе за новый элемент в моей коллекции. Я уже могу видеть его влияние на каждого из нашей пятерки. И впервые я могу сказать, что спокоен за твое будущее.
   А теперь о главном.
   Империи рушатся и на их руинах воздвигаются новые. Редкие виды животных вымирают, а другие занимают их места. Идеология, вера, мораль меняются, искажаются, в зависимости от целей общества. Ты все это видела сама. Прочувствовала на себе каждый поворотный виток становления человечества.
   Ничто не вечно. Все имеет свое начало и свой конец. Мы не исключение. Человеческая душа не исключение. И, к сожалению, не стала исключением магия. Твоя магия, мой непослушный ребенок
   Я долго исследовал причины исчезновения Света. Я с самого начала видел знамения. Свет угасал. Некогда великая магия, защищающая нас от происков тварей, порожденных Нижним миром, скатилась до бытовых заклинаний. Ее начали воспринимать как должное. Что-то, что не имеет смысла развивать или улучшать. Ее перестали изучать. Обрезали и упростили, чтобы с ложечки скармливать амбициозным адептам.
   Это сложно заметить в рамках двух-трех поколений, но когда твой возраст складывается в тысячелетие, все становится очевидно. Уровень владения Светом падал. Люди стали забывать о его могуществе. А сам Храм Света, где почтение к своей магии должно было возведено в абсолют, превратился в бездушный механизм бюрократии. И как любой системе, что стала себя изживать, ей пришел конец.
   Свет тускнел.
   Казалось бы, пришествие демонов, должно было изменить ситуацию. Поднять человеческую силу и волю на войну с захватчиками. Но было слишком поздно. Безверие, невежество и страх, прочно заняли человеческие сердца. Пробудились былые обиды между адептами. Стихии вновь восстали против Света, но в этот раз на их стороне была темная сила Нижнего мира, а у Света ничего, кроме былого величия, десятка преданных фанатиков, сотни томов устаревших законов.
   Свет погас.
   Демонам не пришлось вступать в кровопролитные бои и нести потери. Им даже не пришлось стирать память воинствующей стороне. Достаточно украсть, сжечь, стереть и написать новую историю Империи. Лучшей Империи. Империи возможностей. Людская память коротка. А у магов еще короче, когда дело касается бесплатной силы.
   Ты спросишь меня, а что же с моим Светом, Калеб, почему он не пропал? Может, это ключ к спасению? Может, не все потеряно?
   Мне жаль, любимое дитя. Но твой Свет - всего лишь реликт, пережиток прошлого, как и ты сама. Он выжил лишь благодаря случайности. Застрял на страницах Дневника вместе с тобой. Пойманный солнечный зайчик. Последний трепещущий лучик. Его затухание неизбежно, но только тебе решать: исчезнет ли он навсегда или преобразуется во что-то новое. Прогресс или упадок, третьего не дано, мой консервативный ребенок.
   В мир не терпит пустот. И вслед за Светом должно прийти нечто новое, молодое, сильное, неизведанное. Ты не ослышалась. Я предрекаю рождение. Возможно, не в этом столетии и даже не в следующим. Но семена посеяны и однажды дадут ростки. Я собираюсь стоять у истоков. Я хочу первым держать это юное дитя. Первым познать его мощь.
   Я ухожу. И последнее наставление, что я собираюсь тебе дать, будет самым искреннем из всех, что ты когда-либо от меня слышала. Не стой на месте, Китра. Не позволяй былым ошибкам удерживать тебя. Старые методы больше не работают. Свет не вернет былую силу не воссияет на пьедестале победителя. Ему не одолеть тварей нижнего мира.
   Иди в ногу со временем или воспари над миром и его условностями, приняв грядущее. Другого выхода нет.
   Твой отец, создатель и вечный хранитель, Калеб Геллиофрей.
  
  

Глава 24

  
   Я взболтнула кувшин и с сожалением отметила, что вина осталось всего на один бокал. Когда я успела все выпить?
   Посмотрела на Камдена. Нет, он отказался сразу. Работу (домашнее задание?) и алкоголь он предпочитал разделять. Я же хотела хотя бы пару часов не думать о спасении собственной жизни и судьбе Империи Ириады. Вино отлично с этим справлялось, притупляя чувство ответственности и самосохранения.
   - До сих пор не могу поверить, что был лично знаком с Калебом. Алеф представлял из себя интересного собеседника и внимательного слушателя. Никогда бы не подумал, что он тот самый маг, что жил полторы тысячи лет назад. Демоны до сих пор поминают его недобрым словом. Сильно же он им шкуру потрепал.
   На плотный слой бумаги ложились аккуратные символы. Чернила пропитались сохраняющим заклинанием, и оттого переливались персиковыми оттенками. Когда буквы подсохнут, а магия закрепиться, письмена приобретут прожилки охры.
   - Когда последний раз ты его видела?
   Я сделала глоток из глиняного кубка. В этот раз я ничего не утаскивала из зала Восстановления. Я демонстративно вынесла его у всех на виду и никто не посмел выразить мне свое возмущение.
   - Еще до объединения королевств. Лет восемьсот назад. Но он утверждает, что следил за мной и остальными на протяжении всех жизней. Думаю, мы с ним даже общались.
   Я перестала чувствовать вкус вина. Пропала его горечь и вяжущее послевкусие. Обычная водички из-за которой магия приятно грела каналы силы.
   - И ты не поняла что это он? - Камден пододвинул черновик и быстро набросал карандашом несколько схем. Он никогда не писал сразу в тетрадь. Ни одно слово, буква, цифра или символ, не оказывались на бумаге, прежде чем не были обдуманы десяток раз. Никаких случайностей. Никаких ошибок.
   - Калеба невозможно найти, опознать или вычислить, если он сам того не хочет. Он мог быть твоим лучшим другом в прошлой жизни, а ты бы никогда этого не узнал.
   Камден хмыкнул, то ли соглашаясь, то ли выставляя мою теорию абсурдом.
   Поверх формулы, пошла прямая линия графика. Я посмотрела на затянувшееся облаками осеннее небо и, переборов себя, спросила:
   - Какая эта жизнь по счету?
   С того момента, как я окончательно пришла в себя, смыв дорожную пыль, сменив одежду, выспавшись и набив желудок до отвала, в голову скопом полезли вопросы. Отведя себе несколько дней на восстановление, я почти привела свои мысли в порядок. Тут-то и проснулось треклятое любопытство. Если не считать мужа-демона, никого из своей пятерки Пробудившихся я не видела уже очень давно. Я совершенно забыла, каково это не контролировать каждое слово, не лгать каждым взглядом и ударом сердца, а быть среди тех, кто понимает проблему очередного перерождения.
   - С какой ведется счет? - он прикусил кончик карандаша; в полученном уравнении что-то не складывалось.
   - Жизнь, в которой ты пробудился впервые - первая. Та, в которой участвовал в ритуале для начала цикла перерождений с сохранением памяти, отмечалась Калебом как нулевая.
   Мы сидели на крыше башни, где по мелким трещинка в полу метались обрывки темной энергии. Прислонившись спиной к каменным зубцам, я наблюдала за текущими по небу клубочками сахарной ваты. Это простое и бездумное занятие, неплохо так восстанавливало резерв Света.
   - Тогда третья. - Задумчиво произнес Камден. - А у тебя?
   Он второй час возился с тетрадкой и все никак не мог поставить завершающий штрих. Башня была единственным местом, где отсутствовала какая-либо возможность слежки. Но адепты, даже те, что каким-то чудом знали об этой тайне, всячески избегали сюда приходить. То ли дело в суеверном страхе перед местом, где проводятся жертвоприношения, то ли в оставшихся эманациях, что облепляли со всех сторон и давили на психику. От негативных последствий ритуала, я пряталась за щитом Света, Камден за своей гордостью.
   - Седьмая или восьмая, - припомнила я. - Нет, постой, сейчас вспомню. В первой мы разбирались с финансовой стороной вопроса. Так как до конца Калеб не был уверен, что все получится, а мы не особо понимали в чем участвуем, никакой подготовки для следующей жизни не продумывалось. Поэтому, в первое пробуждение мы озаботились такими вещами, как право наследования и материальное подспорье для дальнейшего. Обсуждали список правил. Учились создавать свои истории. Самая хлопотная жизнь. Неудивительно, что я не дожила до тридцати.
   - Неудивительно? - Камден, наконец, отвлекся от тетрадки.
   - Лунное безумие. - Пояснила я, почти без содрогания в голосе. - Не было ни лекарств, ни методик. Постоянно забывала где я и кто я. Почти не помнила мужа и не узнавала Эрин.
   - Муж? - вновь повторил маг. В этот раз он не смог утаить удивления. - У тебя есть муж Пробудившийся?
   Ах, моя любимая часть, когда двое последователей Калеба сопоставляют воспоминания.
   - Официально мы поженились во второй жизни, - я показала адепту два загнутых пальца. - Мы отправились в путешествие. Все вместе. Я, муж, Эрин, Калеб и... - запнулась я, ненадолго задумавшись, а не слишком ли много рассказываю? - ... и тот последний. Его звали, конечно, не так. Настоящего имени не помню. Что-то такое кошачье. Вроде Барса или Рыси. Калеб звал его Котом. Наш последний злился на такое прозвище, но возражать было бессмысленно. Неважно. Та жизнь мне нравилась. Мы побывали во всех королевствах, посмотрели много новых мест, а я побывала на берегу океана. Я никогда не видела столько воды, - я наклонила кубок. Он опустел почти наполовину, а я до сих пор чувствовала себя отвратительно резвой. - Третья жизнь была замечательной. Мы поселились на берегу океана. Морской воздух и соленая вода благотворны влияли на мое состояние. Муж отлучался редко. Эрин гостила у нас по полгода. У меня был маленький садик. Но... - я посмотрела на загнутый палец, на облака, на зубцы башни, за которыми открывалось бескрайнее небо, - ...болезнь никуда не делась. Произошел срыв. Резкое обострение. И больше рядом со скалами, обрывами, водоемами, мы не селились. Я скучала по океану... Когда пробудилась в четвертой жизни.
   Я вылила в кубок последние остатки вина.
   - У меня не забрали море, небо, горы и подругу. И если к пятой жизни мне вернули сад, то Эрин так и осталась числиться среди пропавших. Ее Дневник пропал, ее парень разводил руками. У меня остался муж и срезанный бутоны орхидей по выходным. К пятой жизни у меня хватило смелости самостоятельно принять первое решение. Неплохо для человека от которого ты ждешь решения, как спасти мир от демонов? В той жизни я отправилась к Сестрам Крови за силой, а получила нечто большее. Решимость, чтобы уйти от мужа.
   - Пять жизней, - внезапно заговорил Камден, что с такой упорной молчаливостью слушал мой рассказ. Он даже забыл про свои записи. - Вы были женаты дольше чем я живу. - Протянул маг. - Почему ты решила от него уйти?
   - Я думала он виноват в том, что Эрин не проснулась. Она ему не нравилась. Он считал, что она плохо на меня влияет. Что после встреч с ней, я становлюсь неуправляемой: забываюсь в иллюзиях, путаюсь в воспоминаниях. Что она что-то такое мне говорит, что провоцирует приступы.
   Камден приподнял брови, мол, объяснись.
   - Не знаю я. Не помню. А что помню, в том не уверена. Слушай, я была очень сильно не в себе. В общем, прожив какое-то время с Сестрами Крови, я позвала оставшихся из нашей пятерки и попросила их помочь избавиться от моего супруга. Я сейчас себя не оправдываю. Может, луна и затмила мой взор, но решение было принято в минуты прозрения. Я хотела не развода, я желала мести. Как ни странно, но Калеб и тот последний, согласились помочь. К несчастью для всех нас, я все еще его любила и из возможных вариантов выбрала не самый лучший.
   Я снова замолчала. Камден больше не задавал вопросов. Он вместе со мной смотрел на облака. Возможно, он тоже надеялся, что небо заберет его скорбь и сожаления.
   - А в шестой жизни я пила. - Чуть более радостно, чем стоило бы, возвестила я. - Поэтому про нее ничего не расскажу. Завязала-то я в седьмой, - Камден кивнул на опустевший кувшин, а я заглянула на дно опустевшего кубка. - Вроде бы, завязала. - Засомневалась я. - А с тобой встретилась в восьмой. Значит, мне девять, - вздохнула я. - Мне стукнуло девять жизней. Почти как кошке.
   Камден надеялся, что я смогу помочь им борьбе с демонами. Его маленькому кругу из Пробудившихся и выжившему и ушедшему в подполье клану Ковена, и десятку недовольных жизнью магов.
   - А это что? - кивнула я на тетрадку. - Слишком сложно для третьего курса. И слишком опасно для твоего Дневника.
   - Заклинания, - он протянул мне заметки. - Записываю то, что удается вспомнить. Раньше не видел смысла. Литературу по вышей магии Воздуха можно было отыскать в любой библиотеке. Главное иметь большой резерв и искусно владеть нитями. Теперь же, ничего сложнее среднечка в Академии не обучают. Здесь, - указал он на листок, - составляю формулы. Оказалось, не так просто перевести заклинание обратно в цифры. Смешно, да? Из практика превращаюсь в теоретика. Еще чуть-чуть и сам пойду в преподаватели. Новое поколение ни на йоту не смыслит в сущности своей Стихии.
   Я пробежалась по страницам. Почерк Камдена не пестрил вензелями. Тонкие, ровные линии оставляли за собой лишь сухой текст. Палочки, кругляшки, да точки. Никаких украшений.
   Я не хранила формул плетений. Я не была достаточна искусна в Свете. А теперь, я еще и единственный человек, который мог бы им воспользоваться.
   - Я не знаю заклинаний для уничтожения демонов, - в ровных строчках спряталась ошибка. - А если бы и знала, что бы это дало? Ну убила бы одного, может двоих. Десяток, если бы весь оставшийся Свет решил встать на мою сторону. А дальше что? Их тут сколько? Тысячи? Сотни тысяч? Сколько выйдут на поверхность, если потребуется?
   Ответ мага вогнал меня в ступор.
   - Нам не надо их убивать. - Усмехнулся Камден. - Ты что же думала, мы собирались превратить тебя в истребителя демонов? Из тебя очень посредственный убийца, Китра. Тебе от вида чужой крови становится дурно. Нет, геноцид не в наших интересах.
   В голове вертелась тысяча вопросов, но я придержала их.
   - Задумывалась, почему вернулась именно сейчас?
   - Мой Дневник попал к демону и он случайно активировал его, приняв за одного из своих.
   - Твой Дневник хранился у меня. - Напомнил Камден. Я почему-то покраснела. Факт нахождения настолько личной вещи в руках мага, сильно смущал. - Думаешь я поместил бы его вместе с демоническими, что хранились в подвалах Обители? Алеф украл его - вот почему сопротивление ополчилось на твоего отца. Украл и поместил в библиотеку, которую собирались перевозить в более безопасное место. А потом сдал маршрут перевозки Инквизитору, за что получил клеймо предателя. Что еще мы могли подумать? Но теперь, когда известно, что Алеф - это Калеб, ситуация принимает иной оборот.
   Я вернулась не благодаря счастливому случаю. Калебу зачем-то потребовалось мое присутствие здесь и сейчас. Вот, что имеет ввиду Камден.
   - Какой?
   - У нас есть план, - заявил он, ревниво поглядывая на исправления, вносимые в его записи. Рядом с уверенным почерком мага, встал нестройный столбец из моих цифр. Тетрадка вернулась в руки Камдена. Он с подозрением посмотрел на новые записи. Ему не нравилось, что в его работу вмешались, но любопытство брало верх. - Для удачной реализации не хватало всего несколько кусочков. Теперь они есть. - Камден помахал тетрадкой. - Что это?
   - Коэффициент Света, - пояснила я. - Стихия - мощная магия. Она работает с большей проходимостью потоков и обладает меньшей гибкостью. Свет же более пластичен и способен оказать поддержку любого заклинания. Его силу не замечаешь, пока она не будет утеряна. Раньше у тебя было и то и то. Теперь только Воздух. Оттого и ошибки. Ты обращал внимание только на свою Стихию, принимая Свет, как само собой разумеющееся.
   - Исчезающий вид магии. - Камден засунул тетрадь в сумку и посмотрел на меня. Холодная сталь сменилась матовой дымкой. За безмятежным спокойствием прятался прочный стержень. - Какая интересная теория. Я видел, как уходи Свет, но никогда бы не подумал, что появится нечто новое.
   Вот почему я сменила гнев на милость и предложила магу встретиться на башне после занятий. Камден являлся магом в изначальном понимании слова. Он был достаточно умен, чтобы согласиться рассмотреть любую версию, прежде чем заявить, что она невозможна. Камден излучал уверенность каждым жестом. Он не сомневался в своих поступках и не сожалел о решениях. Я же, спотыкалась на каждом выборе, мусоля их по триста раз на дню. Неудивительно, что он собрал за своей спиной последователей. Неудивительно, что в тайном уголке души я мечтала обладать такой же решительностью.
   Калебу стоило отправить письмо ему, а не мне. Маг Воздуха лучше остальных подходил для работы в кризисных ситуациях.
   - Как по-твоему, что это может быть? - спросила я, понимая, что время встречи подходит к концу. Закат прятался за уплывающими облаками, пурпурными нитями расползаясь по небосводу.
   Калеб дал точное описание моему мышлению. Слишком оно закостенелое, неспособное выбраться за рамки учений, полученных в далеком прошлом. Камден же обладал живым умом исследователя.
   Маг ответил не сразу.
   - Есть очень много вещей, в которых люди абсолютно беспомощны. Магия может зародиться где угодно. Жизнь и смерть: воскрешать мертвых, управлять неживыми. Здесь много простора для фантазии. Нельзя забывать про силу чувств и эмоций. Они могли бы иметь свое магическое выражение. Слышал я о культах, где маги пытались перенять силу и повадки животных. Калеб изучал разнообразные течения и изменения структуры мира долгое время. Не проси меня решить эту задачку за пять минут.
   Зашуршал одежда. Маг встал, расправляя плащ и сглаживая складки на брюках.
   - А если серьезно, - внезапно продолжил он, возвышаясь надо мной. - Новая магия должна покрывать Свет. Прежде, чем делать какие-либо выводу, нужно хорошенько все обдумать. Если Калеб нашел должным упомянуть о новой магии, есть о чем задуматься.
   Где-то вдалеке прогремела гром и мы обо вздрогнули. С запада, набухая чернильными красками, приближалась грозовая туча. Конец осени выпадал на сезон дождей. В следующий раз на крыше развернется косой ливень и мы не сможем встретиться. А других безопасных мест не существует. Если за мной пристально следит Канцелярия и данар Асбер, то Камден под присмотром Инквизитора.
   Попробуй тут сотворить достойный Империи заговор.
   Коварное вино ударило в голову, когда я захотела подняться. К счастью, после бокала вина, я совсем не гордая. А после трех - самый дружелюбный и понимающий человек во всем мире.
   - Поможешь? - заискивающе попросила я, протягивая руку.
   Наградой стало удивление на лице Камдена. Так ясно его эмоции не читались даже когда я выхватила мага в перерыве между лекциями и всучила записку о встрече.
   Он смотрел на мою руку так, будто та в любой момент могла превратиться в змею или сотворить смертельное заклинание.
   - Бутылка вина - ключ к твоей благосклонности? - все еще опасаясь подвоха, он перехватил мою ладонь и потянул на себя. - А я-то дурак, предлагал богатство, власть, руку и сердце.
   - Я не пьяна, - возразила я, хотя он этого не утверждал.
   Где-то там циркулировал Свет, что снижал уровень алкоголя в крови. Как ни крути, вино все тот же яд.
   - Что случилось? - он продолжал удерживать меня за руку, хотя я больше не нуждалась в помощи. - Помимо письма, что еще произошло в поместье Фольмуд? Ле-Рин говорит - ты вернулась с Эгеларом. Он что-то тебе сделал?
   Я опустила голову и волосы упали на глаза, прикрывая от настойчивого взгляда мага. Как я могла объяснить, что случилось? Как объяснить, что с весточкой от Калеба, я вспомнила все то, что делало меня счастливой на протяжении долгих лет. Что Калеб намекнул, будто бы Эрин жива и ушла от нас по доброй воле. Что внутри всколыхнулось давно забытое чувство, которое я вытравливала из души несколько жизней подряд. Вычищала каждую клеточку, прожигая огнем, поливая ядом и посыпая солью. Чтобы навсегда, чтобы еще тысячу лет ничего там не проросло.
   Как я могла передать все те чувства, при этом не выставив себя идиоткой? Мир захвачен демонами, а я думаю о глупостях. Уж лучше казаться грубиянкой, чем инфантильной. Он же меня перестанет воспринимать серьезно, если поймет, как сильно меня подкосил тот день. Что я держалась ровно до того момента, как демон, что убил мою соседку, родственницу и предполагаемую возлюбленную Камдена, спросил, не желаю ли я составить ему компанию в вечер выходного дня.
   Как же смешно выглядел Асбер, что стал невольным свидетелем предложения Инквизитора. Как же жалко смотрелась я, потерявшая дар речи. Есть же на свете женщины, что уходят от мужей и говорят твердое "нет", когда те хотят вернуть их и обещают измениться. Мне никто ничего не обещал, но отчего-то между умом и сердцем развернулась яростная борьба, где иллюзии почти взяли верх. Пожалуй, не вертись в голове строчки из письма Камдена, я бы совершила непоправимую ошибку. Вместо этого, я мотнула головой, и впихнув онемевшему от моего отказа Асберу плащ, рванула в ближайшую дверь.
   Следующие пару дней, я пряталась как трусливый кролик. К счастью, у меня было достаточно ран, которым стоило уделить внимание, и письмо от Калеба, что перевернуло жизнь с ног на голову. А потом я добралась до зала Восстановления и пошла искать единственного человека, что доводил меня до истерики и бешенства.
   Хорошее решение, Китра. Просто отличное. Спасаясь от одного мужчины, бросилась к другому. Ну как можно быть такой дурой?
   - Ничего, - тихо ответила я. Мозг бешено крутил колесики, выискивая слова, чтобы отвлечь Камдена от темы про бывшего. - Ах, да. Извини, что наорала. Та ночь выдалась трудной и я была несколько не в себе.
   Маг не поверил. В его глазах зажглись те самые огоньки, что вспыхивали, когда Камден понимал, что ухватился за край истины. Его голос вмиг стал серьезным, лишаясь тех крох сочувствия, в которых я нуждалась.
   - Ты ничего не сказала про Инквизитора, - медленно проговорил он, сжимая мою ладонь, чтобы я не посмела сбежать. - Еще тогда, в одну из наших встреч, когда я пытался выяснить, что связывает тебя и демона, ты называла его своим проклятьем. Что между вами?
   Я не сдержала смешка. Утерев свободной рукой выступившую истеричную слезинку, уставилась на Камдена. Слава Свету, хоть изредка он не блещет умом.
   - Он мой бывший муж, - я на поверку дернула ладонь, но хватка оказалась крепкой. - Я говорила. Говорила же?
   - Может тебе и девять жизней, но тело-то восемнадцатилетней, - фыркнул он, намекая, что вина испито больше, чем позволяет физиология юного тела. - Ты рассказывала про первого мужа.
   - Ну так... - пожала я плечами. - Он один-то и был.
   Это же как два и два, так ведь?
   Нет, не так. В прошлом я боялась раскрыть тайну пробудившихся, оттого потакала любой безумной теории Камдена. Правду знала Леда, но, видимо, он решила не делиться тем фактом, что господин Инквизитор когда-то был человеком и одним из пятерки первых.
   - Ты все время рассказывала об Эгеларе? - Озадаченность смешалась с недоверием. - Не путаешь? Как ты могла быть с ним, если он жил в Нижнем мире? Как оказалась в браке с демоном. Калеб использовал в опытах...
   - Ой, да не был он никаким демоном! - Перебила я, пока парень не углубился в дальнейшие размышления. - И сейчас не демон. Я заперла его в Нижнем мире, точно так же, как демоны проделывают это с магами, чтобы превратить их в данаров. Только он остался там не на год, а на пятьсот лет. Так что, никакой он не демон, а очень-очень сильный данар. А в прошлый раз я ему еще и память подправила. Но, видимо, перестаралась, и он забыл, что был одним из нашей пятерки.
   Я выдохнула. Маг выругался.
   - Ты меня с ума сведешь, - пожаловался он, отпуская руку. - Ты хоть представляешь, сколько лет я мучил себя вопросом, откуда у демона столь откровенные воспоминания о тебе.
   В прошлой жизни Камден пытался меня убить и чтобы как-то сгладить боевой настрой мага, направленный на бывшую супругу, демон околдовал остатками своих чувств ко мне. Именно это и создало в Камдене уверенность, будто я могу для него что-то значить. Я не верила, что муж мог поделиться чем-то откровенным или непристойным, но незнание порядком нервировало.
   - Чего? Ты оставил их у себя? - ахнула я, с ужасом понимая очевидное. - Ты сохранил их в своем Дневнике!
   Мы виделись с Камденом раза четыре или пять. Наше совместно проведенное время умещалось в рамках двенадцати часов. И, скажем так, оно не содержало в себе элементов бурного романа. Следовало сразу догадаться, что маг не смог бы сохранить ко мне интерес на протяжении трех жизней, имея в запасе только те события. Никакие чувства столько не живут, не считая одержимости. Он создал мой образ и питал его воспоминаниями демона.
   По телу пробежал холодок и я прикрыла глаза. Проклятье, я не хочу опять иметь дело с чужой одержимостью.
   - Что тебя не устраивает? - не понял резкой смены настроения маг.
   Я озвучила свои мысли Камдену.
   На светлом лице расцвела снисходительная улыбка.
   - Китра, я раскрыл тайну Дневников великого Калеба Геллиофрея и повторил его опыт, а ты до сих пор не берешь меня в расчет, - Камден оказался совсем близко. Обхватив мою талию рукой, он притянул меня ближе к себе. Я уперлась ладонями в грудь, подыскивая эпитеты для выражения протеста, но так ничего и не сказала. Проблема состояла в том, что никакого протеста не было. Обычное прикосновение заглушило нотки грусти и то легкое наваждение, что осталось после общения с Инквизитором. Так горечь лекарства смягчается после ложки меда, а тучи уползают с неба, прогнанные легким ветерком. - Я прекрасно понимаю, как сработала та магия и какие последствия она имела. Я не раб своих иллюзий, я их хозяин. Не думай, что за прошедшие жизни я не сопротивлялся такому выбору. У меня было много времени, чтобы все хорошенько обдумать. - Он подцепил пальцами мой подбородок и заставил посмотреть себе в глаза. - В свою очередь, у тебя был прекрасный шанс прочувствовать все, не опираясь на логику и ненужные умозаключения.
   Он говорил, а я мурыжила магию Света, заставляя по десятому кругу проверять себя на посторонние заклинания. На внедренцев, на подселенцев, на искажателей и прочие плетения, что давили волю к сопротивлению. Я могла вырваться из странного полуобъятия, могла, но не хотела. По телу разливалось приятное тепло и оно не имело ничего общего с магией Света или же вином.
   - Я помню как ты смотрела на меня, когда считала Дэном. - Продолжал он. - Как ловила каждый взгляд, жадно выискивая мою фигуру в толпе.
   - Не проецируй детскую влюбленность Эвелин в Дэна, на нас с тобой. - Это бы звучало убедительней, не получай я удовольствие от того, что Камден продолжает прижимать меня к себе. Проклятое тело озабоченного подростка меня нагло предавало. Да что с ним не так? Глазела на парня издалека и не жаловалась, чего вдруг завредничала и возжелала большего?
   Маг склонил голову и я оказалась через чур близко к его губам.
   - Это ты меня позвала.
   Я искала в голове достойный ответ и не находила. Все мысли в миг собрались в кучу, сконцентрировавшись вокруг одной. Она неслась по цепочке причинно-следственной связи, стремясь к закономерному итогу.
   Я в объятьях Камдена. Он прижимает меня к себе. Я разглядываю кристаллики дымчатых глаз, едва держась на плаву. От него идет сильная, сбивающая с ног энергетика, отчего я сжимаю пальцы, безжалостно сминая ткань на его форме. Я чувствую себя хорошо. Лучше, чем когда-либо еще. Возможно, мне даже это нравится. И это настолько не похоже на меня, что кажется, будто кто-то другой занял мое тело, чтобы насладиться забытыми нотками удовольствия от близости с кем-то.
   Не то чтобы я сильно против.
   Он склонился ниже, и я ощутила чужое дыхание на своих губах.
   Он меня поцелует, - мелькнула мысль, и в ней было больше предвкушения, чем паники. Мозг лениво сделал пометку, что подобную наглость нельзя оставлять безнаказанной, а значит после, мага ожидает пощечина.
   - Надо запомнить, что вино делает тебя более сговорчивой, - его голос прозвучал тихо. "Какого демона он медлит?" - успела сформулировать я, прежде чем парень убрал руку от моего лица, зарываясь пальцами в мои волосы. В груди перехватил воздух, как после удара. Камден притянул меня ближе, хотя казалось бы - куда? И мягко уложив голову себе на плечо, заключил в полноценные объятия. - Ты такой приятный собеседник. Жаль я не привык пользоваться женской уязвимостью.
   Я онемела от возмущения.
   Это сейчас что такое было?! Он прокинул меня с поцелуем? Нет, ну ублюдком был, ублюдком и остался!
   - С завтрашнего дня бросаю пить, - пробурчала ему в плечо, скрывая недовольство. - Много-то на себя не бери, герой-любовник.
   - От тебя исходит жар сильнее, чем от печки, - смешок прозвучал у самого уха. - А сердце чуть ли не вырывается из груди.
   - Должно быть, заболеваю.
   - Как досадно, - покачал он головой. - А я было подумал, что позволил себе лишнего.
   - Ой, да заткнись ты.
  
  
  

Глава 25

   - Что-то не так? - Араника на мгновение отвлеклась от дел и озаботилась поинтересоваться моим состоянием. Она с самого утра копалась в огромном сундуке. Вокруг нее образовалось гнездо из платьев, юбок, атласных лент и разноцветных бантов. Стопка журналов взгромоздилась на тумбочке, разбухшая от обилия закладок.
   - Откуда такие мысли?
   - Ты час сидишь на постели и следишь за точкой на стене. - Араника перехватила губами шпильку, затянула из ленты узелок, сделала еще два оборота и закрепила украшением. На моих глазах малахитовая лента превратилась в чудесный бант, прямо как на картинке, что лежала перед адепткой на куче одежды. - Как спустила ноги на пол, так и застыла.
   Я подобрала ноги обратно на кровать. Форма, взамен той, что пришла в негодность, придет вечером. До тех пор я обходилась повседневной одеждой: брючным костюмом и бордовым платьем. Всем оно была хороша, кроме того, что не защищала от магии Огня. А я в последние дни оседлала волну очередной паранойи, и радости свободного выбора одежды не разделяла.
   - Чувствую себя хорошо. - Тягостно вздохнула я, не надеясь, что меня поймут.
   - И?
   - А не должна.
   Повернула ладони тыльной стороной вниз. Ровные линии и гладкая белая кожа: ни шрамов, ни царапин. До сих пор болело плечо, вот и вся печаль. Голова слишком легкая, мысли слишком ясные, а на душе пугающе хорошо. Не спокойно, а именно хорошо. Подозрительно радостно.
   - Ты сделала что-то, чего не должна была делать? - заговорчески подмигнула адептка, продолжая манипуляции с журналами и тканями.
   Я оценила игривость тона и беззаботность позы девушки. Нет, она не могла знать о нашем маленьком сборе Пробудившихся.
   - Что ты имеешь ввиду? - стараясь не меняться в лице, поинтересовалась я. Араника та еще балаболка, чего она могла наслушаться или растрезвонить остальным?
   - Брось, - мордашка златовласой адептки засияла от удовольствия. - Я видела как ты пробиралась к башне, - чуть ли не пропела девушка. - А пять минут спустя туда же направился блондинчик. Я его помню. Он помогал тебе в первый день в Академии и во время ритуала. Ой ты чего с лица-то спала? - У Араники выпал из рук журнал: должно быть я и правда побледнела. - Я никому не рассказывала, я же понимаю. Хотя, лично мое мнение, причин скрываться не вижу. Иметь несколько поклонников - не предосудительно.
   Я едва сдержала ругательства. Вот умеет девчонка довести до инфаркта. Талант от рождения, ни больше ни меньше.
   - Это не то, что ты подумала, - возмутилась я. Потом немного подумала. - А нет, именно то.
   Тайный роман звучал лучше, чем заговор против власти.
   Глаза девушки вспыхнули разоблачительным огнем, а улыбка расползлась по лицу.
   - Расскажи все! - потребовала она, сминая в руках зеленый шелк юбки.
   - Всего не было, - развела руками я, вспоминая вечер. - Мы болтали и... - в недоумении я тцокнула языком: что же мы такого сделали? Было так паршиво на душе, что хоть на луну вой. А сегодня, как по мановению волшебных чар, я физически ощущаю, как крохотный шарик света внутри, разрастается, испуская лучи. Странно, что я еще не свечусь. - ... И все, Араника.
   Мы стояли долго. Положив голову ему на плечо, я вдыхала сладкие минуты спокойствия. Было поздно. На землю опустилась вечерняя прохлада, а ветерок гонял по крыше мелкий, уличный сор. Мы молчали, но тишина не вызывала неловкости, наоборот, в ней было что-то волшебное, будто кто-то просыпал на нас концентрированный в пыльцу Свет.
   Ну не могут простые объятия приводить человека в хорошее расположение духа на целый день! Точно не меня и точно не с Камденом Геригоном.
   - Боишься сглазить? - понимающе кивнула Араника. - Так ты имей ввиду, что рано на первом курсе делать окончательный выбор, а обзаводиться постоянными воздыхателями - самое то. - Девушка вытащила один из журналов с симпатичной розовой каймой по бокам и кинула мне. - Страница четырнадцать. Советы успешной руми - постоянная колонка. Лучший расклад - пять постоянных ухажеров и не больше десяти-двенадцати периодических воздыхателей.
   Я открыла журнал.
   Гладкие страницы пестрели цветными картинками, вкладышами и трехмерными изображениями, нанесенными особым магическим способов. Красивый шрифт бежал ровной строкой, окаймленный извилистыми узорами. Журнал стоил дороже, чем мое платье выходного дня. А у Араники их была стопка, при том, что девушка одевалась достаточно просто и никогда не щеголяла дорогими украшениями.
   - Эм... спасибо, - поблагодарила я, не зная куда отвести взгляд. В мое время журналы с подобным содержанием продавали на том же черном рынке, где и смертельные чары. - Я обязательно прочитаю. А к чему этот осенний разбор гардероба? Праздник какой намечается?
   Я-то думала, что пошутила. Араника же выпучила на меня глаза.
   - Пришли анкеты! Брось, ты не могла об этом не знать или хотя бы не слышать. Всю последнюю неделю адепты только и гудят о том, кто куда записывается и что наденет на Первый день зимы.
   А, вот почему нельзя прогуливать занятия и прятаться по углам Академии от людей и соседок. Сразу появляются какие-то анкеты и неучтенные праздники. Если Первый день зимы мелькал в сознании Эвелин, как грандиозный праздник со сверкающими ледяными скульптурами, балами и миниатюрными сладостями в вазочках. Об анкетах, заявлениях и любых документах, девушка ничего не слышала. Бумажки вспоминались ей скучными листами и пустой тратой хорошей бумаги на всякую ерунду.
   - Только не говори, что еще ничего не заполнила! - ужаснулась адептка. - Сегодня последний день сдачи. Тебе же ничего не подберут или определят на оставшиеся вакансии. Целый год потеряешь!
   Я немного приободрилась. Паника была ближе моему обычному состоянию, чем цветочное настроение, преследовавшее меня все утро.
   - Где взять анкету?
   Девушка изобразила крайнюю степень негодования и потянулась к моей тумбочке. Выдвинула верхний ящик и вытащила содержимое. Под нос упал свиток, перевязанный алой нитью. Поверх скрученной бумаги стояла восковая печать.
   О-па!
   Я провела ладонью по шершавой поверхности, опознавая признаки темной магии. Послание какое-то время находилось в Нижнем мире.
   - Заклятье не кусается? - на всякий случай уточнила я, развязывая бантик. Нить соскользнула и скрученный край письма развернулся мне на колени. Следом упал пустой лист бланка. - И если ты напомнишь суть всего мероприятия, я твоя вечная должница.
   Девушка закатила глаза, поражаясь тому, какая я невежда, и пустилась в объяснения.
   Каждый год адепты заполняют анкеты на выбор будущей профессии. Канцелярия формирует отчетности, где указывает список вакансий, требуемых на ближайшие пять лет. Таким образом, ученик имеет возможность пойти по тому направлению, которое в будущем позволит ему попасть на выбранную должность. На первом курсе мы изучаем общий материал своей Стихии, дальше же появятся факультативы, которые мы будем выбирать в зависимости от поставленных целей.
   Первый день зимы - ежегодный бал. Почти все сферы жизни людей распределены между демонами. Именно они стоят на главных руководящих постах. Тем не менее, всем нужны хорошие кадры и добровольное сотрудничество. На балу адептам предоставляется возможность познакомиться с возможными работодателями. Происходит этакая вербовка с обеих сторон. На последующих курсах связь укрепляется и будущий работник сужает круг поисков. На последнем курсе адепт определяется с выбором и подписывает заключительный контракт, определяющий его судьбу до конца жизни.
   Пять лет на принятие верного решения.
   К чести демонов, они выработали неплохой подход для распределения магических кадров. Каждый год подразумевал стажировку у одного или нескольких демонов, чтобы понять, нравится ли тебе работа и сам начальник. Это позволяло заранее выяснить, что ждет будущего работника. Магии осталось слишком мало, чтобы бездарно ее расходовать.
   - А что выбрала ты?
   Бегая по заковыристым строчкам, я пыталась угадать предпочтения Араники, Ал-Соны, Ле-Риин и Дэна. Последние двое могли потрудиться и предупредить о такой ерунде, как решение на всю оставшуюся жизнь. Разве это не входит в наш маленький уговор об обоюдном информировании? Я им, значит, про новую магию и Калеба, а они словечком обмолвиться об анкете не могут!
   - Хочу свою лавочку с амулетами, - зарделась адептка. - Есть у моей семьи небольшая собственность в столице. Сестра ей заниматься не хочет, а у родителей нет достаточной квалификация. Все держится на бабушке. Доход небольшой, но так и бабушка давненько арсенал не обновляла. По старым схемам вяжет. Местные ее любят и по привычке к ней заходят. У нее силенок много, но что толку, если амулеты устаревшие? А я плетения люблю. Со мной лавочка преобразится и заполучит новых клиентов.
   - Достойно, - хмыкнула я. Судя по анкете, можно было выбрать как направленность, так и конкретное место для работы. - Что значит "спутница"? Следующим пунктом идет брак. Разве спутница жизни - это не жена? И что не так с браком? Если за пять лет не появится претендента на руку и сердце, куда меня денут?
   А куда надо идти, чтобы познать все тайны магии и найти ее новый виток? Демон Лиар в моем поместье намекал на наше возможное сотрудничество. С Инквизитором он не в ладах и должность у него не последняя, раз занимается делами мятежников. Он мог бы что-то знать об изменениях в магических сферах. Пойти к нему - отличный способ держать подальше от бывшего. Да вот только эти странные цикличности демонов, о которых упоминал Асбер, сбивают с толку.
   - Не все хотят портить молодость детьми и браком. - Пояснила адептка. - И не все могут продолжить род мужа. Блистать на балах, посещать салоны, получать дорогие подарки, пользоваться привилегиями, - разве грех хотеть подобной жизни? Молодость дается раз.
   - Спутница - это вроде содержанки или эскорта?
   - Не упрощай! - с жаром возмутилась Араника. Она же лавочку хотела содержать, чего так реагирует? Кем там ее старшая сестра решила стать? - Их на дополнительных курсах будут учить этикету, верховой езде, искусству составления икебаны и многим другим интересным вещам. Не сравнивай их с гулящими девками!
   - Даже не думала, - честно призналась я. Можно подумать, в мое время не было ничего подобного.
   - В первую очередь, в спутницах ценят индивидуальность и умение создавать вокруг себя неповторимую атмосферу. - Чуть с меньшим пылом, продолжила девушка. - Они балансируют на грани. Ведь по большей части, они сопровождают демонов или данаров.
   - Демоны и данары не вступают в брак?
   Араника уставилась на меня так, словно я сморозила несусветную чушь.
   - Зачем? - не поняла она. - Зачем демону вступать в брак с кем-то?
   - Законное потомство?
   - Не слышала ни об одном рожденном демоне.
   - Ладно от людей или данаров - разные виды, как ни как. Но род же они свой продолжают.
   Араника замолчала. Настолько в физиалогию демонов она не углублялась.
   - У магически одаренного человека и данара могут быть дети, - задумчиво произнесла она. - А вот между обычным человеком и данаром брак запрещен. Между магом и человеком - нежелателен. Вот зачем указывать в анкете свое согласие на брак. Тебе подберут нескольких кандидатов, с которыми появится максимальный шанс зачать ребенка с магическими способностями. Заранее одобренный брак Канцелярии - это хорошее подспорье для адепта в карьере. Но, если для девушки - это основное направление, то у парня нет возможности ее выбрать. Они не могут вступить в брак сразу после окончания Академии, только обручиться.
   Что ж, договорные браки - основа благосостояния на любом этапе становления общества. Но не решение моей проблемы. Рождение детей - табу для Пробудившихся, которое я разок нарушила и оказалась в побочном роду, да еще с чуждой мне внешностью. У нас с мужем никогда не было детей. Не оттого, что не хотели или не имели возможности. Очень даже хотели. Но наш ребенок не стал бы Пробудившимся. Он бы умер как и все остальные люди. Моя психика попросту этого не перенесла бы. А второй ключевой загвоздкой становилось мое новое перерождение. Моя душа двинулась бы по спирали жизни ребенка, что давало высокую вероятность родиться в следующей жизни, нам с мужем, родственникам.
   Не лучшее развитие отношений двух возлюбленных.
   Так и вышло, что я никогда не знала радости материнства. Жизнь Китры Латер, что вышла замуж за Стража Солнца, осталась недоступной. У посланницы Света были и дети и семья, но я этого не помнила, и не жалела, что не помню.
   Я убрала руку от пункта "брак". Присоединюсь ли к мятежникам или освоюсь среди демонов, рождение ребенка под запретом.
   - Мне понадобится наряд, - закалючила я. - Можно воспользоваться твоим каталогом?
  
  
   До бала оставалось несколько недель. Я не могла сдержать мандраж. В голове мелькали картинки огромных и величественных залов, множества восковых свечей в хрустальных люстрах, сияния света в разноцветных витражах. Тихие смешки, перешептывания, несмелые разговоры, обмены любезностями, изысканные манеры и безукоризненное следование этикету. Вихри кружащихся пар, блеск украшений, смена партнеров и музыка, музыка, музыка!
   Звуки клавикордов, цоканье башмачков и замысловатые пируэты. Где-то вдалеке звучал строгий голос наставницы и ритмичное постукивание сухой трости по паркету. Раз-два-три, раз-два-три, раз-два-три. Мелькали колонны, цветная лепнина, медные стенные подсвечники, расписные стены. Сотни зеркал ловили фигуры, движения, лица, струящиеся лини платьев, взметающихся в воздух лент. Заклинания парили по воздуху, то разлетаясь в стороны, унося за собой хвост из переливчатых звезд, то сталкиваясь в золотистом фейерверке блесток.
   Может мои мысли о личной жизни давно подчинены жесткому расчету, а сердце черствее прошлогоднего хлеба, но с каждым упоминанием о бале, душа трепетала в такт осеннего вальса. Звучали забытые мелодии, а воображение рисовало платье для танцев. Я так давно не позволяла себе красивых нарядов и украшений!
   Я вновь оказалась в читальном зале библиотеки. Эвелин не ходила на балы. Все ее познания ограничивались разговорами старших и историями, почерпнутыми из старых дамских романов, утащенных у пожилой гувернантки. К счастью, девчонка брала уроки танцев и несколько раз посещала приемы главного рода Фольмуд. Пара часов тренировки и я восстановлю движения из ее памяти.
   Выбрать платье и фасон, соответствующий мероприятию и сезону, помог журнал Араники и сама адептка. Оформленный в спешке и за двойную плату, заказ отправился в дом мод. Доставят его перед самым торжеством и если что-то не сойдется по размеру, подшивать придется вручную.
   Распорядитель торжества назначал танцевальные пары, что открывают бал. Тасовал списки так, чтобы все адепты успели познакомиться с представителями своих будущих работодателей (не все демоны являлись лично, многие отправляли вместо себя данаров). Он вел костяк мероприятия. Свободные окна мы могли занимать на свое усмотрение. Араника уже распределила каждую минуту бала, каждый перерыв, разговор и каждую партию у ломберных столов. В ее бальной книжечке числилось две дюжины партнеров и она не собиралась останавливаться.
   Все мои близкие знакомства сводились к Камдену и Асберу. С первым я могла обсудить последние продвижения в области новой магии, а вторым предстояло коварно воспользоваться в своих низменных целям. Я слишком любила балы и торжественные церемонии. Я клятвенно пообещала, что не уйду с площадки, даже если сотру в кровь каждый палец на ноге.
   Башенка из книг возвышалась над моей головой, когда между библиотечными полками, перешептыванием адептом и шуршанием страниц, пронеслась тяжелая поступь мужских сапог. В проеме света появилась знакомая фигура Младшего учителя.
   - И что это должно значить? - Асбер кинул перед моим носом анкету.
   - Что "это"?
   Подул сквозняк и растопыренная ладонь молодого мужчины пригвоздила несчастный листок к столешнице. Я оценила мощную руку данара и то, как от его удара заскрипел громоздкий стол.
   - Моя анкета, полагаю, - я попыталась подцепить ее край и вытащить, но Асбер не убирал руку. Он свирепо проколупывал взглядом дырку в моем черепе. - Разве она не передается сразу в Канцелярию?
   - Ты бы этого хотела, да?
   - Да. - Согласилась я с меньшей уверенностью. - Я правильно все заполнила. Я сверялась с Араникой.
   - О, так ты еще додумалась кому-то ее показать?! - тело данара угрожающе нависло надо мной. - А что же объявление в столовой не сделала? К чему мелочиться?
   - Почему злишься? Я в кой-то веки сделала обдуманный и разумный выбор.
   Данар убрал руку и подтолкнул листок ко мне.
   - Обдуманный? Разумный? Ты указала Лиара и еще несколько отделов Канцелярии.
   - И?
   - Ты указала только их.
   - Араника поступила также!
   - Ты - не Араника. Аранике хватило бы ума и такта не отказывать Инквизитору!
   - Ах, вот оно что! - я ткнула пальцем в бумагу и протащив ее по столу, подтолкнула данару обратно. - Не помню, чтобы возбранялось желание прожить чуточку подольше. Не хочу чтобы мою сердце стало подарком для очередной синеглазой цикличности.
   - Тогда допиши имя господина, - процедил сквозь зубы Асбер, возвращая анкету мне под нос. - Ты не можешь проигнорировать его в очередной раз, тем более, предпочтя Инквизитору его конкурента. Подобного он не потерпит!
   Те редкие адепты, что случайно забредали в дальнюю часть библиотеки, постепенно стягивались вокруг. Пустой зал обзавелся новыми читателями, через чур внимательно изучающими запылившиеся полки десятилетиями нетронутых книг. Асбер сбавил тон.
   - Впереди еще пять лет. - Прошипел он подобно змее. - Ты их не протянешь, если продолжишь так себя вести. Канцелярия где-то там, далеко. Им ты нужна дипломированным специалистом. Здесь же - вотчина Инквизитора. Он решает, когда пройдет следующее жертвоприношение, и кто сыграет в нем главные роли. От него зависит все, что происходит в Академии.
   Я смерила Асбера взглядом, скрестила перед собой руки и, прежде чем откинуться на спинку стула, подула на край листа, отправляя его в полет, аккурат к ладони данара. Он со злостью схватил документ, небрежно сжимая пальцами.
   - Откуда такая зажатость? Поздно переживать за свою честь.
   - Во-первых, не поздно, - взмахнула я указательным пальцем. - Во-вторых, я переживаю за свои внутренние органы. За один конкретный, что качает кровь по телу.
   - Ты не его тип, - раздраженно напомнил данар. - Сколько можно повторять? Ты не подойдешь для его обычного ритуала.
   Ой спасибо, ой утешил.
   - Тогда чего он от меня хочет?
   - Мне он не докладывает. Но что бы он не хотел, дай ему это. - Столкнувшись с моим возмущенным взглядом, данар закатил глаза. - Может ему нужна небольшая компания на вечер. Красивая кукла на фоне. Безмолвный слушатель. Или еще что. Ну так улыбнись, поддержи беседу, построй глазки, В общем, сделай все то, что вы, девицы, обычно делаете, чтобы угодить мужчине. Или...
   - Или?
   - Или внеси его в свою анкету и удели проклятый танец одному из самых могущественных и мстительных демонов Империи. Хочешь к Лиару - иди, но прояви хоть каплю смекалки. Коли не собираешься давать Инквизитору шанс, дай хотя бы его иллюзию. Святые Стихии, Китра, ну почему я вынужден учить тебя женским хитростям?!
   Асбер силой впихнул мне в руку листок.
   - Время до полуночи. - Сказал он, одергивая форму и поправляя двубортный воротник. - Прими правильное решение.
  
  

Глава 26

  
   Бал.
   Новая магия.
   Я просыпалась утром и бредила этой мыслью. Я засыпала и грезила кружащимися бальными парами. Я как будто разделилась на две половинки: одна, беззаботная, поселилась в мечтах о красивом платье, шуршании блестящей парчи, жатого шифона и струящегося шелка; другая сосредоточилась на строении Привычного мира и концепции возникновения магии.
   Утром, в назначенный день торжества, я чувствовала, что разорвусь на части. Я не продвинулась ни на шаг в раскрытии тайны новой магии. Единственное, до чего додумался мой скудный разум, - и то, с подсказки Камдена, - что искать ее источник нужно в Нижнем мире. Пока оба мира были разделены барьером Света, не давая демонам свободного хода по нашей земле, сформировались все виды магии, что моги иметь место быть. Когда же Свет исчез, барьер рухнул. Демоническая энергия получила доступ в Привычный мир напрямую.
   Никто раньше не исследовал Нижний мир. Что там творится, знали только сами демоны, и этих тайн они не раскрывали. Где-то там вполне могла обитать другая магия, что застряла между тяжелыми пластами темной энергии. Магия, что не доступна демонам, но невероятно полезная против них самих. Вот, куда отправился Калеб. Вот, почему он прощался со мной. Самый разыскиваемый и ненавистный человек в Нижнем мире, пешочком отправляется в пасть к зверю. Ничем хорошим это кончится не могло. Калеб не был уверен в своем успехе, оттого и прислал письмо.
   Асбер не помнил своего пребывания в Нижнем мире. Тот год, что он находился в состоянии перевоплощения из человека в данара, слился в невнятную череду образов и картинок. "Мало приятного" - так он описал воспоминания о Нижнем мире, когда я в очередной раз пристала с вопросом.
   Как-то меня приносили в жертву. По-настоящему, а не в учебных целях. Я помнила короткий обрывок из того периода. Моя душа двигалась по узенькой, проселочной дороге, припорошенной снегом и окруженной стеной застрявших в насте деревьев. Маленький кусочек мира был отгорожен от остальных территорий демонов, чтобы остальные не смогли покусится на законную добычу. Он состоял из восприятия реальности того существа, которому я полагалась в жертву. Как по-настоящему выглядит Нижний мир - я не знала.
   Раньше живым существам в нем было не место. Из-за барьера, оно не являлось настоящим, материальным миром. А сейчас, вполне могло стать таковым. Комната Инквизитора - лучшее тому подтверждение.
   - Тебе нужна помощь? - полюбопытствовала Араника.
   Ее выбор пал на платье из узорного шелка. Теплый мятный оттенок, на удивление хорошо подходил ярко-солнечной, вечно улыбающейся девушке. Белые кружевные вставки шли по бокам корсета, переходя к верху в ажурный воротник. К коротким рукавам прилагались длинные перчатки, а неглубокий вырез дополняла узкая полоска золота.
   Адептка щеголяла в нижней юбке и собиралась сначала соорудить прическу и лишь следующим пунктом добавить макияж и натянуть платье. С каждым из пунктов ей обещала подсобить Ал-Сона.
   - Мне уже пообещали помощь, - я с интересом разглядывала ее наряд, полагая, что для себя, пожалуй, выбрала слишком темный цвет. Этикет не ограничивал в выборе нарядов, но и здравым смыслом пользоваться не запрещал.
   - Как скажешь, - пожала плечами адептка, собирая с тумбочки шпильки и прочую мелочь, так важную для создания приличного каскада из локонов.
   Девушка покинула комнату, оставив меня один на один с предстоящими сборами. Я перебралась в будуар. На крошечном бархатном пуфике, полуголая, перед большим зеркалом, я казалась себе слишком маленькой и неуклюжей. Несмотря на то, что каждый божий день, я скручивала волосы в косу, они оставались пышными и непослушными, топорщась в стороны при любом удобном случае. Когда всю сознательную жизнь имеешь короткие гладкие волосы, встречаясь с нуждой уложить кудрявое непотребство, невольно впадаешь в ужас. Их невозможно привести в порядок!
   В дверь легонько постучали и в комнату плавно скользнула фигурка Ле-Рин. Моя самооценка жалобно застонала, пробуждая только что уснувшие сомнения. Я не смогу держаться так же хорошо, как она. Нет такой одежды, чтобы хотя бы близко подползти к уровню адептки Воды. Она еще не закончила собственный туалет, оставив украшения и перчатки до выхода в свет, но от нее уже глаз не оторвать! Блестяще-небесный наряд, струился по хрупкому, но смертельно опасному телу. Глядя на девушку, первым делом выстраивался образ водопада из льда и хрусталя.
   Прочь сомнения! - подбодрила себя я. - Неважно, что на тебе, важно, как себя подаешь. Ты это умеешь. Столько лет практики из лжи и недомолвок. Ну не блистала ты раньше на балах, научишься в процессе. Магия Света - игра на публику. А ты ее адепт, хоть и глубоко законспирированный.
   - За два часа с ними не справишься, - засомневалась девушка, вставая позади меня. Я посмотрела на нее через отражение в зеркале. Она заметила мой взгляд и позволила показаться слабой улыбке. - Нам предстоит долгая работа.
   - Это хорошо. У меня скопилось много вопросов.
  
  
   Один танец с Инквизитором меня не убьет, - уговаривала я себя, ступая в главный коридор.
   Первый курс открывал бал. Адепты четырех Стихий выходили под праздничные звуки оркестра и сразу же пускались в танец. Последними шли будущие выпускники, также как и мы, заранее разбитые на пары. Бал проходил в Академии. Высокопоставленные гости собрались на возвышенных площадках, размещенных по двум сторонам залы у стен. Там же находились игральные столы, диваны, фуршет.
   Араника сменила блокнот на персиковый агенд, прикрепленный к пояску платья. Еще до того как в бальную залу открылись двери, девушка заполнила первую страницу. Адептку сопровождал Ирвин, прячущий за каменной маской безразличия, ужас перед выходом на публику. Он был не одинок в своих чаяниях. Большинство первокурсников едва сдерживали волнения: страх, предвкушение, досада, надежда, смущение. Эмоции ощущались плотной волной, перекрывавшей любую ауру.
   Мне в партнеры достался темноволосы парень, долговязый и тощий как жердь. Обычно он сидел на задней парте, почти ни с кем не поддерживая разговоры. Форма смотрелась на нем неряшливо, будто на палку нацепили мешок. Она одновременно была ему и велика и коротка. Имени я его не помнила. А распорядитель, что выстраивал нас в пары, не удосужился назвать наши имена. Впрочем, судя по кислой улыбке великана, он о репутации моей персоны был прекрасно осведомлен.
   А кто нет?
   Зазвучала музыка и адепты, что стояли ближе всех к двери, двинулись вперед. Подобрав рукой пышную юбку, чтобы не споткнуться, я последовала за своим партнером. В глаза ударил свет. Музыка взорвалась оглушительным аккордом. Аплодисменты прокатились по залу. Гости выстраивались для танца-шествия, мы же неслись вперед. Мимо хрустальных напольных торшеров по паркету из редчайшего зеленого дуба. Голоса первых взорвались восторженными восклицаниями.
   К торжеству зал украсили лентами, ледяными скульптурами и пространственными заклинаниями, на подобии тех, что разделяли зал Восстановления. Магия танцевала в такт музыке, то проявляясь в извивающихся лианах, отгораживающих малые гостиные, то расцветая на полу бархатными лилиями. В воздухе порхали пестрые бабочки, одаривая гостей блестящей пыльцой. Зал искрился от обилия красок шустрых заклинаний. Искусственный свет разбивался о мириады хрусталиков, разлетаясь радужными лучами.
   Меня закружили в танце и я позабыла, о важных делах, растворяясь в чарующей музыке. Очнулась я к тому моменту, когда кавалер поинтересовался, куда меня отвести. Скрипки стихли, а музыканты зашуршали нотами. Я поискала глазами Камдена. В толпе адептов, данаров и демоном, с легкостью отыскалась фигура моего знакомого. Он вел девушку к лестнице, элегантно поддерживая ее за локоток.
   - Пожалуй я пропущу следующий танец, - выныривать из сладкой эйфории красок и звуков, совершенно не хотелось, но и случайно оказаться в паре с нежеланным кавалером, я не грезила. Инквизитору был отдан танец перед ужином - не то что бы, я это решала, - до тех пор, я могла позволить немного свободы.
   Поднявшись по короткой лестницы, я оказалась на возвышенность. Мой кавалер унесся со следующей адепткой, а я, выслушав положенную этикетом фразу, нерешительно замерла у ажурных перил.
   - Китра.
   - Камден.
   В двух шагах от меня, адепт Воздуха облокотился на деревянный поручень, складывая руки в замок. Его костюм цвета слоновой кости выгодно подчеркивал светлые волосы с пшеничными переливами, и удачно скрывал холодные блики стальных глаз. За вальсирующими парами он наблюдал с отстраненным любопытством, уделяя больше внимания активным заклинаниям.
   Он думает я не спрошу?
   А я спрошу!
   Я хорошо выгляжу. В кой-то веке, при помощи двух адепток, собрала вьющееся безобразие в приличную прическу. Полсотни шпилек и семь косметических заклинаний, впивались в голову, лишь бы удерживать рыжие локоны в небрежном пучке. Несколько прядей спадало на оголенные плечи и шею, не только для придания создания образа легкой романтичной натуры. Любая дополнительная шпилька, грозила мне смертью от десятка мелких колотых ран.
   Я нацепила жутко неудобное платье, с бантиками, ажурными сеточками и полудрагоценными камушками. Одно резкое движение могло превратить наряд в сущий кошмар. Невероятное количество сил уходила на то, чтобы двигаться с должной грацией и при этом выглядеть непринужденно. А сколько уходило моральных сил, чтобы отбросить тиски застарелого страха? Мол, начнется заварушка, а в платье далеко не убежишь, не уклонишься от летящего заклинания, а чтобы самой организовать атаку - сначала сбрось перчатки, что до самых предплечий и лишь тогда призывать силу.
   - Где мой комплимент?
   - Прошу прощения, - Камден изобразил легкое удивление, больше подходящее Дэну, чем ему, и встал в пол оборота к перилам. - Я не был уверен, что мне позволено на тебя смотреть.
   - Когда тебя это останавливало?
   - И в самом деле. - Во взгляде адепта мелькнул хитрый прищур. Намеренно медленно, он прошелся взглядом по моей фигуре, задержавшись на открытой шее, но стоически пройдя декольте. Вот что значит опыт трех жизней! - Выглядишь великолепно, - без улыбки ответил он, внезапно помрачнев. - Тебя сожрут заживо.
   - Я - взрослая девочка.
   - Сколько тебе было, когда Калеб провел на тебе эксперимент, - понизил он голос до шепота, - лет шестнадцать? Кажется, ты в это возрасте и застряла. Ты никогда по-настоящему не общалась с демонами. Им голову не задуришь красивыми фразами и обтекаемыми формулировками.
   - С Инквизитором все прошло успешно, - не согласилась я.
   - Успешно?
   - Я жива, значит - успешно.
   - Китра - он твой бывший и не совсем демон, как выяснилось.
   - Он не помнит, что он мой бывший. Я могу справиться с одним демоном. Господин Лиар - не самый приятный собеседник, но мыслит здраво.
   - Я видел, как ведет себя Инквизитор с тобой. И поверь мне, его отношение к тебе отличается от того, как он общается с другими в схожих ситуациях.
   - И как же?
   Я-то особого внимания с его стороны не заметила. Даже мое жертвоприношение и последующее спасение, оказались проверкой для Камдена. Тот спектакль он устраивал для него, а не для меня. Визит в поместье Фольмуд, где он вытащил меня из рук Лиара, был поводом в очередной раз утереть нос Канцелярии и восстановить свою честь. Не мог Инквизитор позволить, чтоб у него утащили помощника и адептку, вот и явился лично.
   - Он игнорирует тебя.
   - Ну, да. - Фыркнула я, прислушиваясь, как по паркету стучат бальные башмачки. Всего лишь середина танца. Пары переходят к седьмой фигуре. - Не обращать на человека внимание - первый признак особого к нему отношения. Это в правилах этикета какого века значится? Тем более, он приглашал меня на встречу.
   - Не думаю, что он особо понимал зачем, - внезапно улыбнулся Камден, заставляя свой взгляд вернуться к моему лицу. - Рубиново-бордовое платье - как тебе в голову такое пришло?
   - Адепткам дозволено выбирать не только нежные цвета, но и оттенки, символизирующие их принадлежность к определенной Стихии.
   - Вот и остановилась бы на золотистом.
   - Золотистый - цвет Солнца, - поправила я. - Раз уж на то пошло, Свет - это айвори. Тут и так каждый считает, что я на полшага в могиле, не хочу потакать им и примерять образ агнца на закланье. Я - не легкая добыча, которую можно сломать в два счета.
   Я сжала ладони в кулаки, чувствуя, как внутри пробуждается решимость вперемешку с гневом. Подобные ощущения просыпались, когда я искренне пыталась призвать магию Огня, вместо Света.
   Камден ловко перехватил мою руку, разжимая кулак и поднося ладонь к губам. Я застыла от шока, вмиг теряя связь с надвигающимся раздражением.
   - Я пытался представить, как ты будешь смотреться не в дорожном костюме, не закутанная в бесформенный плащ и не в форме адептки Огня, но моя фантазия оказалась бессильна. Я видел свадьбу Китры Латер с Имиром Клоу, но не смог убедить себя, что она это ты. Не смог запомнить то, что казалось лишь фарсом.
   - С чего мы перешли на высокопарные речи? - шумно сглотнула я, сбитая с толку неожиданной реакцией.
   - Обычные слова не способны описать мои чувства, а низкий лексикон тебя недостоин. - Он неохотно отпустил мою руку, и отстраненно заметил. - Теперь я понимаю, почему муж неохотно выводил тебя в свет. Мне ненавистна одна мысль, что кто-то кроме меня лицезреет тебя в том виде, что позволено демонстрировать лишь законному супругу.
   Да, Камден был убийцей, демонопоклонником, Пробудившимся, ставил эксперименты с жертвоприношениями и периодически покушался на мою жизнь, но больше всего он пугал меня именно в такие моменты.
   - Вот я и получила свои комплименты. - Натужно улыбнулась я, надеясь перевести все в шутку. Некоторые адепты, что предпочли танцам яства, заинтересованно поглядывали в нашу сторону. Среди них я заметила Валтона и Мелинота, что внимательно следил за нашей парой.
   - Танец заканчивается, - нейтрально констатировал он, возвращаясь в привычное состояние. - Какой обещан мне?
   - Уведи меня с ужина. - Попросила я. - К тому моменту я попробую вытащить из Лиара причину его интереса. Но если Инквизитор будет поблизости, лучше держись подальше. Не хочу давать ему лишний повод разговаривать со мной.
   - Я не видел сегодня Эгелара. Разве он не открывает бал? - Камден внимательно посмотрел на танцующие пары. - Думал, он уведет тебя сразу, как освободишься от партнера.
   Я поискала Инквизитора, но нигде не находила. Не знаю как, но я чувствовала, что его нет в Академии. Спросить о нем я могла только Асбера, но он выполнял роль кавалера для выпускницы с факультета Земли. А мой следующий танец принадлежит начальнику Мелинота.
   Дирижер взмахнул палочкой для заключительного аккорда и музыка стихла. Партнеры повели своих дам по местам.
   - Не нравится мне это. О, а вот и Канцелярия подоспела. Будь умницей, - шепнул Камден. - Если что, делай вид, что подвернула ногу.
   - Я всегда само очарование, - буркнула я. - И ноги я себе ломать не буду.
   Из толпы вынырнул господин Лиар.
   - Совсем не так я запомнил вас в поместье Фольмуд. Вы выглядите очаровательно в алых оттенках, - легонько поклонился он.
   Я дернулась, выискивая фигуру Камдена, который только что стоял рядом. Но его и след простыл. Вот же ловкий гад!
   - Ох, благодарю, - я присела в шутливом книксене. Лиар - мой гипотетический наниматель и информатор. А если он еще хорошо умеет вести, то причин себя калечить у меня не появится. - Платье и правда лучше смотрится на моей фигуре, чем старый, потрепанный балахон.
   - Сияющие глаза, нежная перламутровая кожа, неподражаемое чувство юмора и задорная улыбка. Вы лучитесь светом, дорогая.
   Комплементы от демона? Это я смогу пережить.
   Он предложил мне руку, приглашая на танец. Поглощенная радостной атмосферой и взбудораженная звонкой музыкой оркестра, я протянула ладонь. Мужчина был в перчатках, но это легкое соприкосновение рук, вызвало во мне дрожь. К сожалению, вовсе не в романтическом смысле.
   Музыка резко затихла, уходя отголосками на задний план. Легкость, что наполняла тело, обрело стокилограммовый вес и придавила к паркету. Марево иллюзий, в которых я бабочкой скакала по танцполу, одухотворенная красотой зала и великолепными трелями скрипок, арфы и клавесина, притягательными ароматами духов, сладостей и благовоний, в миг рассеялись.
   Передо мной стояло порождение мрака. Злобный демон, с аурой, чернее, чем самый страшный кошмар. А я - носитель Света, его полная противоположность, чей смысл существования - противостоять гнусным тварям бездны. И мне нужно с ним танцевать. Если разумом я с собой договорилась, то о маленькой частички себя, что никак не связана с логикой, подзабыла.
   Самообман - прекрасная, обоюдоострая вещь, жаль подходит только для разумных существ. Магию не убедишь, что конкретно вот этот представитель Нижнего мира, не злобная тварь, что в любой момент вцепится в глотку и раздерет на части, а вполне интеллигентный мужчина, что хочет покружить девушку в вальсе. Магия вопила об опасности, раздирая плоть изнутри, а я растягивала губы в фальшивой улыбке.
   - Рад, что вы внесли меня в свой список. - Продолжил демон. - В противном случае, мне пришлось бы пробиваться к вам с боем.
   - Вы просили о встрече. С моей стороны, было бы глупо отказываться от такого предложения. Учитывая мою ситуацию.
   - Мудрое решение.
   Мужчина повел меня к центру зала, где остальные пары заканчивали движения первой фигуры. Его близость отгоняла прочь праздничную мишуру, что очаровала меня в первые минуты. Предчувствуя опасность, восприятие обострилось. Темная энергия, витающая по залу, опаляла кожу не хуже огня. Обилие демонов и данаров, взвинчивало скребущийся по каналам силы Свет до предела. Вместо приятных и ухоженных господ, я видела свору хищных тварей, готовых в любой момент сорваться с цепи набросится на меня.
   - Я вас пугаю? - Лиар протянул мне руку и я с заминкой приняла ее. - Мне хотелось поговорить с вами в непринужденной обстановке. В вашей естественной среде.
   Демоны - не моя естественная среда, - пронеслось внутреннее недовольство.
   - А чем не подошло поместье Фольмуд? Место, где я провела юность и детство. - В голосе зазвучала нервозность, но я надеялась, что мужчина спишет ее на волнение перед высокопоставленной особой.
   - Я читал ваше досье, Эвелин Китра Латер-Клоу из рода Фольмуд. - Полное имя резануло не хуже наждаки по открытой ране. - Изучал, как вы справляетесь с жизнью в Академии.
   - И как же?
   - Лучше, чем можно было предположить. Лучше многих.
   - В самом деле?
   Я-то помнила свои успехи не в таких радужных красках. Один урок, где прорабатывали манипуляции с огнем, выжимал меня досуха. А это мы еще свечки жжем, да простенькие конструкции шаров лепим. Вот дойдет до чего-то масштабного, где потребуются настоящие силы, там я и слягу.
   - Я говорю о психологической подоплеке. О постоянном давлении и стрессе, с которым адепты сталкиваются каждый день. Но у них есть друзья, поддержка родственников, снисходительность учителей. Что из этого есть у вас? Что позволяет вам, просыпаться каждый и идти на занятия, зная, что ваше прошлое полностью разрушено, в настоящем нет ничего, а будущее зависит от тех, кто уничтожил вашу семью?
   - Халявное вино в зале Восстановления, - мрачно ответила я, опускаясь до низкой речи. Я - девушка с хорошим воспитанием, но в свое время и по злачным местам пройтись успела.
   Демон оскалился в жуткой ухмылке и я отвела взгляд, тут же ловя в отражении зеркал нашу пару. Высокий статный демон в элегантном костюме и хрупкая девушка с большими испуганными глазами. Я смотрелась в его руках слишком слабой и беспомощной, отчего внутри просыпалось обжигающее возмущение. Моя сущность сопротивлялась. Красота и изящество безжалостно ассоциировались с уязвимостью и беззащитностью.
   Девушка в зеркале выглядела какой угодно, но только не сильной. Такой не противостоять демону. Такая и мухе не даст отпор.
   Жертва.
   Хищники не охотятся на себе подобных. Они выбирают хворых, отбившихся от стаи. Тех, кто проявляет слабость и не имеет сил бороться.
   Я не такая.
   - Зачем вы хотели встретиться со мной?
   - У меня есть предложение, которое может вас заинтересовать.
   - К чему Канцелярии хлопоты со мной? Я не блистаю в учебе и могу иметь склонность к инакомыслию.
   - Предложение исходит не от Канцелярии и не от моего отдела, а лично от меня.
   Я настороженно зыркнула на демона, припоминая оброненные слова Мелинота о рыженьких и склонностях его начальника.
   - Не волнуйтесь, никто из них не причинит вам вреда. Они заняты своими делами и не станут обращать внимание на маленькую искорку Света.
   Мне показалась или... ?. Я подняла глаза, чтобы подтвердить ошибку и столкнулась взглядом с демоном.
  

Глава 27

   - Мои силы в магии Огня довольно посредственны, - со слабой улыбкой ответила я, внутренне холодея.
   Демон повернулся вместе со мной, мелькнули размытые лица обеспокоенного Камдена и серьезной Ле-Рин, неожиданно оказавшихся рядом в паре. Они гармонично смотрелись вместе, рождая во мне странное чувства раздражения.
   Они сражаются против демонов на протяжении нескольких жизней. Они и должны выглядеть слаженной командой. Без хорошего сплава доверия, и речи не может идти о сотрудничестве.
   - Китра, - позвал меня демон, заметив, что я отвлеклась. - А в чем вы хороши?
   Обычный вопрос для будущего нанимателя? Вполне. Душим панику и вспоминаем свои показатели на уроках
   - Я неплохо проявляю себя в теоретических предметах. Учителя утверждают, что мой резерв сил формируется правильно, без каких-либо отклонений.
   - Что говорит о прекрасном уровне владения силой, - продолжил демон, ведя меня под музыку. - Приятно знать, что трагедия в семье, проблемы с учебой и потрясения с последним ритуалом, никак не повлияли на хрупкую систему каналов силы и резерва. Редко кто может похвастаться подобным успехом.
   Вроде комплимент, но отчего-то бросило в дрожь. Демон наклонился ко мне, а я не шевельнулась, оцепенев.
   - Живая энергия Стихий своевольна, агрессивна и необузданна. - Прошептал Лиар рядом с ухом. - Она так легко деформируется, особенно у нынешнего поколения, лишенного вспомогательного баланса.
   Я подавила желание отстраниться от демона и вырвать руку из его ладони.
   - Не понимаю о чем вы, - в моем голосе прорезалась хрипотца и я снова изобразила улыбку. Я маленькая, глупенькая и ужасно слабая адептка Огня, зачем со мной говорить о всяких премудростях магии? - Мы еще не изучали строение внутренних каналов. Только основные правила использования заклинаний.
   - Вас и не научат, - хмыкнул он, отстраняясь обратно. В сторонке, на возвышенности, за нашими движениями следил Асбер. Лиар заметил его настороженный взгляд и проигнорировав его, оттеснил нас обратно к центру зала. - Вы знакомы с историей Привычного мира? Алеф Латер-Клоу когда-нибудь делился своим планами на жизнь с дочерью?
   Я оказалась не настолько глупа, чтобы копаться в память Эвелин при демоне.
   - С той самой дочерью, что не так давно пытался убить зачарованным письмом? - уточнила я. - Увы. До меня доходили лишь отголоски, иначе я не смогла бы так удачно войти в элиту общества - любимую Академию, - произнесла почти без сарказма. - Он - предатель рода человеческого. Не знаю, был ли Алеф когда-то по-настоящему моим отцом. Вы считали, что он один из Пробудившихся?
   Демон кивнул.
   - Информация подтвердилась? - смогла спросить я, продолжая двигаться под музыку не сбиваясь с такта. - Мой отец - один из них?
   - Мы предполагаем худшее. - Ответил мужчина, не сводя с меня глаз.
   - Куда еще хуже? Предатель и Пробудившийся, - я покачала головой, выказывая досаду и горечь.
   - Что вы знаете о Пробудившихся?
   - Только то, что известно из учебной программы Академии. - Я помедлила, вспоминая слова, произнесенные в кабинете. - И пару непонятных слов от господина Инквизитора.
   - Феномен Перерожденных существует довольно давно по человеческим меркам и абсолютно нов для Нижнего мира. Большая часть демонов, что тысячелетия назад ступала на поверхность Привычного мира - лично знакома с Геллиофреем. Не самым приятным образом, должен заметить. - Глаза Лиара сузились: мужчина был в числе тех избранных счастливцев. - Память у демонов лучше, чем у людей. А чувства сильнее и хранятся дольше. Пройдет еще десяток тысяч лет, а ненависть к этому человеку не утихнет.
   Умеет Калеб заводить знакомства, - с досадой подумала я. - Ему бы в лесные дебри, да в отшельники, а он в самое пекло намылился. В Нижний мир за новой магией. Знал бы Лиар...
   - Я думала Калеб Геллиоофрей - историческая личность. О нем давно ничего не слышно.
   - Верно. Мы можем наблюдать лишь следы, что он оставляет за собой. Видеть, где он прикасался к истории, искажая и меняя на свой вкус. Он как тень, как отголосок Привычного мира. Он незрим для демонического или же людского глаза. Его косвенные последователи, коих нам доводилось выловить с десяток за последнюю сотню лет - ни разу лично с ним не встречались.
   Десяток? Скольких Камден наштамповал в своей лаборатории? Отчего-то я была уверена, что он, как и Калеб, ограничился одной пятеркой. Если перевести результаты в количество затраченных чужих жизней, выходила жуткая цифра, никак не вяжущаяся с новой личностью Камдена Геригона.
   - Чем так плохи Пробудившиеся? - выпалила я неожиданно для себя самой. - К Геллиофрею у вас личные счеты, но в чем вина остальных? Зачем их убивать?
   - Убивать? - демон выглядел по-настоящему удивленным. - Вы о почившей Деллианне Фольмуд? - произнес он так, будто она тихо и мирно скончалась от какой-то хвори в своей постели. - Смерть вашей родственницы - инициатива Эгелара. Его взгляды отличаются от общепринятых в демоническом мире. Снискав почет и уважение среди магов и данаров, для нас он остался чужаком. Вам не следует уповать на его милость. Он молод и несдержан по нашим меркам.
   Мое отражение мелькнуло в глазах демона и утонуло в непроглядной тьме черных зрачков. Я забыла, что за обликом статного мужчины прячется злобная, древняя тварь. Он был рожден десятки тысячелетий назад. Задолго до того, как я познакомилась с Калебом. Задолго до существования королевства в котором я родилась впервые. Возможно, он старее, чем само человечество. Чем магия Стихий. Чем Свет.
   Прогремели трубы.
   Реприза.
   Разворот.
   Подавляя дрожь, я вынырнула из водоворота обрекающей на смерть темноты, возвращаясь в шумный зал.
   - Пробудившиеся несут в себе огромную опасность для общества. Их мораль устарела. Их принципы нежизнеспособны. Они живут по старым, варварским законам, и не способны принять что-то новое, лучшее. Они заложники своей эпохи. Я бы хотел сказать, что они бесполезны для Империи, но к сожалению, это не так. Они хуже. Их существование разлагает саму суть общества, ввергая нас обратно в те времена, где главным достижением человечества были палка и камень. Они почти уничтожили Привычный мир, не позволяя ему развиваться.
   Я смотрела на Лиара выпученными глазами и не знала, что возразить. Быть не может, что такие как я, настолько опасны. Но слова демона звучали проникновенно, проникая в глубь души разъедая сомнениями. Я сдалась:
   - Их же немного. Как такое ничтожное количество людей, пусть даже особенных, может разрушить Империю?
   - Они действуют на неокрепшие умы общества. Они закладываю разрушительные идеи. Несут ложные посулы в массы. Они действуют незаметно. Они носители древних, погребенных в забвении страшных тайн, способных разорвать материю Привычного мира по щелчку пальцев. Если бы мы вовремя не вмешались, не вышли на свет к человеческой расе, Пробудившиеся разорвали бы на части ваш слой реальности.
   Какая чушь! - успела возмутиться я. А потом мои руки одеревенели, а сознание моргнуло, на мгновение окунаясь во мрак. Я почти видела все то, что говорит Лиар. Почти чувствовала тянущийся за собой шлейф чужих смертей и губительного влияния на мир.
   Я оставила мужа в Нижнем мире, погубив его душу. Забрала память, обрекла на цикличность, а он решил отомстить всему миру и пробить дорогу демонам в Привычный мир. Я оставила Камдену свой Дневник и дала ему подсказку, как продолжить дело Геллиофрея. В том, что человечество встало под эгиду демонов - моя вина.
   Может Лиар не так уж и неправ? Я запустила новую волну Пробудившихся. Муж возглавил армию демонов. Кто знает, может Эрин когда-то давно перепутала в зелье лаванду с жасмином, отчего Свет обиделся, махнул всем ручкой и исчез в бескрайних просторах вселенной.
   - Вы поражены, - отметил мужчина.
   - Поражена, - согласилась я. - Но вы так и не ответили на мой вопрос.
   - Что ж, вы - его дочь. Полагаю, вы имеете право знать всю правду. - Это были заготовленные слова. Он специально вверг мои чувства в хаос, чтобы спровоцировать на реакцию. Я шумно сглотнула и спросила:
   - Не томите же.
   - Есть вероятность, что Алеф Латер-Клоу - не обычный Пробудившийся, а прямой последователь Геллиофрея, а может быть, и он сам.
   Я нарочно сбилась с шага, путаясь в ногах и юбке. Едва не зацепила соседнюю пару, но была спасена от полного провала, уверенным движением рук кавалера.
   - Вот же ж! - вцепилась я в плечо демона, давая себе несколько секунд прийти в чувства. - Как такое возможно? Мой родной отец... - я замолчала, не сумев подобрать ответа. Иногда тишина выразительней любых фальшивых слов. Она позволяет собеседнику самому додумать ответ. Шок изобразить тяжелее и его я заменила на искреннее непонимание.
   Это не обычное собеседование. Это нечто большее. Он пытается подтвердить какие-то свои догадки. Знать бы какие!
   Я должна выбрать тактику. Снова. Придерживаться одной линии поведения и не менять ее. Либо я продолжаю играть непонятливую дурочку и иду в отрицание, а значит меня можно не брать в расчет, либо я борец и с моим мнением надо считаться. С Инквизитором выбор пал на первый вариант, но с господином Лиаром подобная игра может оказаться опасной.
   - Зачем вы мне это говорите? - Демон попытался ответить, я тут же его перебила. - Что с того, что я его дочь? Ничего вы мне за это не должны. К чему этот разговор? Чего вы добиваетесь?
   - Я хочу понять, кто передо мной. - Спокойно ответил смуглолицый. - Вы согласились встретиться со мной. Почему?
   - Демонам не отказывают. - Буркнула я.
   - Я слышал о вас иное.
   - И что же?
   - Инквизитор, - пояснил Лиар.
   Он имел ввиду случай после возвращения из поместья Фольмуд.
   - Я была не в себе и жутко сожалею о случившемся. Сегодня я принесу господину Инквизитору свои извинения.
   Громыхнули барабаны: танец подходил к концу. Я собралась с силами и сказала:
   - Я невольная жертва обстоятельств, не более. Что же вы хотите во мне понять?
   - Вы меня заинтересовали.
   - Чем же?
   - Вы обаяли Эгелара.
   - Вы мне льстите.
   - Нет. - По маске учтивости и элегантности пробежала трещина. Он сильнее обхватил ладонь, заглядывая мне в глаза. Темная ауру поползла по коже, сминая слабую ментальную защиту. - Каждый из нас немного сходит с ума по своим маленьким, прекрасным цикличностям, и никогда по тем кто не имеет ничего с ними общего. Особенно, Эгелар.
   Внутри все оборвалось, но внешне осталось на месте. Прическа, макияж, наряд, - то, что позволяет девушке быть той, кем она хочет. В моем случае, сохранить лицо при плохой игре. Пускай в прикупе выпала мелочевка, блефовать я училась дольше, чем магии Огня.
   - Может, причина его заинтересованности Алеф, а не я?
   - Он не заинтересован в вас, - холодно отрезал мужчина. - Он именно что очарован.
   Моментально вспотел загривок. В неосознанной панике я рванула руку -- но пальцы демона сжались сильнее, до боли. Я заставила себя подавить дрожь - еще тридцать секунд и он будет вынужден меня отпустить - и сухо поинтересовалась:
   - С каких пор нравиться Инквизитору - запрещено законом?
   Со всеми ли претендентками демоны производили допрос? Я глянула на порхающие в танце пары. На лицах улыбки. Или все вокруг прекрасные актеры, соблюдающие этикет от точки до точки, или Лиар выходит за рамки обычного разговора.
   - Не законом, здравым смыслом, - усмехнулся он. И где-то я была с ним согласна. - Есть еще кое-что о вашем отце, что я должен рассказать.
   - Неужели вы что-то упустили? - напряженно спросила я под заключительный аккорд вальса. Пытка подошла к концу.
   - Ни в коем разе. Я никогда ничего не упускаю. Но не все могу сказать открыто. - Он скосил глаза в сторону, где пары замерли под последнюю ноту музыки. Среди них я отметила нескольких демонов, что с любопытством поглядывали в нашу сторону. -Конкуренция, как никак. А вы, насколько я заметил, никого не отметили в анкете, помимо меня и Эгелара. Последнего, полагаю, из вежливости.
   Я неопределенно повела плечом. Мол, думай как тебе угодно.
   - И все же, вам следует кое-что знать.
   - Не томите же меня.
   Сверху донеслись аплодисменты. Кавалеры поклонились. Демон предложил мне руку, чтобы сопроводить к диванчику. Я порадовалась, что этикет бала предусматривал перчатки. Вспотевшие ладошки были ни к чему.
   - Боюсь в этом зале нет такого места, где я мог говорить открыто, - смуглолицый демон подвел меня к диванчику. Подобрав юбку, чтобы не помять, я присела на мягкий плюш. - Могу лишь намекнуть, что дело касается наследия Геллиофрея и настоящего местопребывания Алефа Латер-Клоу.
   - Вы отследили место нахождения отца?! - я чуть ли не вскочила с места. По коже пробежали мурашки.
   - Тш-ш, - мужчина приложил палец к губам, предупреждая о молчании. - Слишком много посторонних ушей. А эта информация находится под грифом "секретно".
   Засосало под ложечкой.
   Нежели они схватили Калеба? Мог ли господин Лиар обхитрить старого алхимика и заманить того в ловушку?
   - Хоть намекните, - жалобно попросила я, надеясь что демон не учует моего страха.
   Демон смерил меня заинтересованным взглядом. Я понадеялась, что выгляжу достаточно милой и безобидной, чтобы не вызвать подозрения у грозного начальника Мелинота. Когда я уже потеряла надежду, мужчина оперся рукой о подлокотник и наклонился. Его волосы мазнули по моей щеке, а дыхание остановилось у самого уха.
   - Мы обнаружили его Дневник, - едва слышно произнес он, сразу отстраняясь назад.
   - Что? - ослабевшим голосом, переспросила я, но мужчина не слушал. Довольный произведенным эффектом, он еще раз поклонился, и подхватив мою безвольную ладошку, запечатал на ней поцелуй.
   - Я пришел сюда только ради вас. С моими делами успешно справляется Мелинот. - Широко улыбнулся Лиар, отчего мне захотелось вжаться в диван и сделать себе выволочку, что посмела его задержать. - Благодарю вас за чудесный вечер. Надеюсь на дальнейшее сотрудничество.
   Он развернулся, чтобы уйти. Не успел мужчина ступить двух шагов, как я вскочила с дивана и бросилась вслед за ним. У подножья лестницы, перехватила за локоть, забывая все правила этикета. Должно быть со стороны я смотрелась ужасно смешно и нелепо, но мне было не до глупых правил. Если Дневник Калеба у демонов, все его тайны будут вскоре раскрыты Лиаром. А большинство тайн великого мага Света - это я и остальные члены нашей пятерки.
   - Постойте, - взмолилась я. - Вы уже догадались, как его расшифровать?
   Демон ответил снисходительной улыбкой.
   - Да-да, вы не можете мне сказать здесь, но, - я завертела головой по залу, пытаясь найти решение, - я должна знать, если Калеб и Алеф это одно и то же лицо. - Врать на ходу было сложно, но как еще объяснить причину, почему меня так волнуют тайны Дневника? - Здесь есть башня, - продолжала я. - Остались еще места в Академии, где адептов не отследить не услышать. Там огромная пентаграмм, пропитанная темной магией. Она искажает все отслеживающие заклинания. А грань между мирами так тонка, что глушит любую прослушку.
   Я лихорадочно шептала слова, почти не вслушиваясь в их смысл. Я удерживала взгляд демона, продолжая прикасаться к его руке. Я надеялась завладеть его вниманием в достаточной степени, чтобы он захотел уделить мне еще несколько минут драгоценного времени. Но, кажется, Лиар был только рад задержаться еще ненадолго.
   - Разве вы не обещали танец Эгелару? Было бы невежливо отвлекать внимание его партнерши.
   - Верно, - спохватилась я. - Но тот танец назначен перед ужином. А я не посмею занять у вас времени больше, чем полчаса.
   Мужчина хмыкнул и повернулся в сторону зала.
   - А как же ваша нянька? Он не устроит переполох? - Смуглолицый демон вздернул вверх брови, указывая взглядом на Асбера. Парень неподалеку сопровождал адептку Земли. Он как-то упоминал, что учился на этом факультете. Академию данар закончил несколько лет назад, а значит, мог знать младшее поколение адептов. - Ваш питомец слишком верен хозяину и наш с вам уход может его через чур взбудоражить.
   Ну да, Асбер сразу бросится докладывать Инквизитору.
   - Вы пойдете первым, как и собирались, - предложила я. - А через пять минут, я незаметно ускользну следом за вами. Оставлю ложный след, будто бы отдыхаю в одной из гостиных и, таким образом, выиграю еще минут двадцать.
   - А вы любитель авантюр, - одобрительно покачал демон головой. - Впрочем, я понимаю ваше стремление знать правду. Он ваш отец и вы имеете право знать о том, что с ним происходит.
   Он согласен, поняла я. Слава Свету, он согласен!
   - Пять минут, - кивнул он, осторожно высвобождая руку из моих ладоней. Я и забыла, что вцепилась в его костюм подобно бешенному зверю.
   Грянул оркестр.
   Мужчина направился к балкону, скрываясь в толпе. Я смотрела ему в спину и размышляла.
   Всего-то и требовалось: подняться по лестнице, обойти по кругу зал, зайти в малую гостиную и закрыв шторку, выйти через заднюю дверь. Полчаса не хватятся, что из комнатки никто не выходил. А если кто заглянет? Ну, после бала репутация честной девушки начнет хромать на обе ноги. Но разве это большая цена за предлагаемую информацию? Тем более, можно ли подпортить то, чего нет?
   Беспокоило лишь некоторая неоднозначность в поведении Лиара. Казалось, он искренне беспокоится о моих чувствах. Но демонам нет дела до чужих распавшихся семей и оставшихся в неведение детях. Неужели Лиар не такой и среди темных тварей Нижнего мира есть неплохие ребята? С другой стороны, что я вообще о демонах знаю, кроме страшных сказок из детства и нудных лекциях Калеба? Ни с кем лично я не знакома, а Инквизитор не считается.
   Я ошибалась?
   Мир не так плох?
   А если дело не в этом? Если это как-то связано с цикличностью Лиара? Но не станет же он принуждать меня к чему-то силой? Мы в самом сердце Академии. У Делли и Инквизитора все начиналось полюбовно. Вряд ли он ее заставлял. Новый порядок устроен так, что демонам не приходиться брать что-то силой, все и так плывет им в руки.
   Я вздохнула.
   Инквизитор в бальной зале не появился. Был крохотный шанс, что он не узнает о маленькой эскападе и не станет искать меня до назначенной встречи. Проследив, что Асбер приглашает адептку на танец, я продемонстрировала, как целенаправленно двигаюсь к фуршетному столу. Обилие заклинаний и складки атласных драпировок, скрывали маршрут. Минув парочку огневиков, что от скуки чертили на полу пентаграммы, заставляя огонь извиваться в такт музыки, я прошмыгнула по балкону к коридорчикам.
   За игральными столами молодые люди и далеко не молодые демоны разыгрывали партии. Среди мужской части Академии, обнаружилась Араника. Заметив меня, девушка жутко покраснела, но не перестала улыбаться собеседникам. Я припомнила, что девушка активно восхищалась нарядами, но ни разу не упоминала о своих успехах в танцах. На тех нескольких уроках, что дали нам перед самым балом, адептка оставалась в сторонке.
   Высчитав нужный проем, я скользнула за шторку. К задней двери. Промчалась по коридору, чувствуя как улетают драгоценные минуты. А несколько пролетов спустя, застыла посреди безмолвия Восточной башни.
   Не успела я найти фигуру демона на пустынной площадке, как в глазах потух свет. Слабые осколки разорванного в клочья щита, запечатлели в голове последний обрывок информации: меня только что атаковали темномагическим заклинанием.
   Поправка: демоническим.

Глава 28

  
  
   Вы испытывали когда-нибудь чувство, будто миллионы маленьких существ пожирают вас изнутри в тот самый момент, когда вы тонете в жбане с кислотой? Вас выворачивает наизнанку в жутком позыве исторгнуть наружу внутренние органы. Боль неописуемая, но вы не в силах закричать. Не можете позвать на помощь. Не можете сделать ничего, чтобы спасти собственную жизнь, или хотя бы уменьшить боль.
   Я задыхалась.
   В глубине стиснутого судорогой ужаса живота зародился полный животной паники вопль, но я не позволила ему вырваться. На самом деле я не тонула, а плотоядные твари не разъедали мое тело. Жизнь предстала в своем самом банальном воплощении: я находилась в чертогах Нижнего мира.
   Я медленно выравнивала дыхание, приводя пульс в норму. Тяжелая энергия атаковала организм, вынуждая его обороняться. Остатки затухающего Света ринулись в бой, но потерпели поражение. Магия растеклась по телу. Не в силах обеспечить защиту, Свет бил панику, медленно отравляя меня изнутри.
   Чужеродный мир был недружелюбен. Он давил на меня своей силой, вынуждая принять свою энергию, но пропасть между нами была непреодолима. Я лежала на полу и не находила сил подняться. Я видела свои руки перед собой, но не могла пошевелить и пальцем. С некоторой досадой отметила, что одна перчатка отсутствует, а на второй оторвалась оборка. Темная магия прошлась параличом по каналам силы, блокируя любую попытку пошевелиться.
   Меня не убили, - четко осознала я, разглядывая черный пол с серебристыми прожилками. - И не принесли в жертву демону. Я жива. Но застряла на очень глубоком уровне Нижнего мира.
   В первый раз, когда мне довелось посетить Нижний мир, я ощущала себя совершенно по-другому. Я была лишена воли и не могла сойти с дорожки, ведущей к смерти. Фактически, мне дозволялось все действия, кроме тех, что могли сорвать процесс поглощения души демоном. Второй раз я соприкоснулась с темным миром, когда пробуждала магию Крови. Тогда я чувствовала некоторое давления слоев. Я соприкоснулась с самой поверхностью, теперь же меня утянуло на самое дно
   - Спокойно, - в звенящей пустоте голос прозвучал подобно весеннему грому. - Сейчас станет легче.
   Мужчина наклонился защелкивая на моих руках браслеты. Я конвульсивно дернулась, когда давление прекратилось, отступая назад пенящейся волной. На смену тяжести и рвотным позывам, пришла пустота и одиночество. Руки неловко заскользили по полированному полу. Я попыталась подняться. Звякнул металл. Я растерянно глянула вниз. На запястьях чернели тонкие полоски бесмора.
   Мой Свет заблокировали: вот откуда облегчение. Когда магия перестала сопротивляться пространству, сотворенному из демонической магии, боль ушла. Я подняла голову, встречаясь взглядом с Лиаром.
   Мужчина был все в той же парадной одежде.
   - Полагаю, часть Дневника вы расшифровали, - спокойно сказала я, прокручивая в голове панические мысли.
   Я - человек. В бесморе - я обычный человек без магии.
   Демоны прекрасно себя чувствуют на нижних слоях реальности. Данары - не стремятся туда возвращаться. Магам приходится тяжело. А люди? Сколько продержится человек, не нанеся душе непоправимый урон?
   - Нет никакого Дневника, - демон отступил назад. - Вы купились на старую, как Нижний мир, уловку.
   Он обманул меня. Он с самого начала подозревал, что со мной что-то не так и кинул наживку, на которую Переродившийся не мог не клюнуть. Очень тупой Переродившийся.
   Я знала, что умом не блещу, но не думала, что настолько!
   - Глупо получилось, - я поднялась с пола на колени и облокотилась спиной о стену. Вставать на ноги не спешила - организм, лишенный доступа к магии нуждался в небольшой передышке. Все это время я поддерживала себя с помощью Света и не могла сразу вспомнить все раны, что не успела долечить. - Неужели было так сложно обойтись обычным ордером на арест, не прибегая к столь драматичным эффектам?
   Я неуверенно потрогала затылок. Шишки не обнаружилось. Вроде на землю я не падала, иначе голова раскалывалась бы жутко. И все же, остатки заклинания, свалившего меня с ног и выкинувшего из сознания, эхом чувствовались по всему телу.
   - Как я уже упоминал, наш разговор не имеет ничего общего с делами Канцелярии, - он стянул белые перчатки и бросил их на край круглого столик. - Им необязательно знать, что здесь происходит. Как и Инквизитору. Эта встреча личного характера.
   Занятая борьбой с темными эманациями, а позже, с бесмром, я не проанализировала свое местоположение. Когда демон обратил на это внимание, я поняла, что же с этим помещением не так. Комната в темных тонах меньше всего походила на застенки Канцелярии в которых мне довелось побывать почти сразу после пробуждения. Имей она свой аналог в Нижнем мире, вряд ли в ее подвалах нашлось бы место для позолоченных светильников, потертых временем фресок, обитых шелком кресел и тянувшихся вдоль стен шкафов. Это место напоминало алхимический кабинет, только без лабораторного стола, огромных стеклянных колб и жаровни.
   - Где я? - приложив ладони к стенке, я почувствовала болезненное тепло. Не надо быть магом, чтобы уловить умирающие биение прогнивших, изломанных из-за перекачки тяжелых энергий, нитей.
   Удерживая демона в поле зрения, я поднялась на подрагивающих ногах. Шатало меня, как одинокую осинку в поле. Это в обуви-то на плоской подошве и без каблуков, между прочим.
   - Моя скромная резиденция, - он небрежно скинул камзол на кресло, оставшись в черной атласной рубашке. - В Нижнем мире, разумеется. Но, вы это уже поняли.
   В бесморе, но не связана и не в цепях. Не так много я понимаю.
   Бал может продолжаться до самого утра. Меня хватятся не раньше чем через полчаса, когда настанет время танца с Инквизитором. Но если он не появится? Если по каким-то причинам не сможет посетить торжество? То что? Меня кто-нибудь будет искать? И что станут делать, если не найдут? Ни Асбер ни Камден не могут покинуть Академию. Да и полезет ли кто-нибудь за мной в Нижний мир?
   - Я покинула Академию. Закон не на моей стороне, верно? - уточнила я, отметая интересы Асбера в сторону. Он - моя официальная поддержка. Хотя вряд ли данаром можно пригрозить демону.
   - Не на вашей, - подтвердил Лиар, расстегивая манжеты и закатывая рукава. Одежду с короткими рукавами я предпочитала в те дни, когда собиралась использовать серьезные заклинания. Так больше свободы для маневров и меньше угрозы для одежды. Проклятье... - Академия не несет ответственности за адепта, самовольно покинувшего ее территорию. В прошлый раз за вас отвечал следопыт Инквизитора и во время расследования. В этот раз у вас таких гарантий нет.
   - С каких пор похищение считается актом доброй воли похищенного? - уточнила я, попутно разглядывая место своего нахождения.
   Дальняя часть комнаты была заполнена темнотой, полностью скрадывая утопающую во мраке обстановку. На стенах ни окон ни дверей, будто мы в какой-то шахте. Я прошлась взглядом по потолочной мозаике, но люка или отверстия не обнаружила. Или дверь проявлялась только перед магическим взором, или сюда можно попасть только порталом, или выход был поглощен первородной мглой, сгустившейся в конце комнаты. Почему-то последний вариант нравился мне меньше остальных.
   - Вы сами решили покинуть бальный зал, - напомнил демон, растирая ладони. - Я вас ни к чему не принуждал. Вы не брали с меня никаких обязательств, а я ничего не обещал. Стоит ли удивляться, что все закончилось именно так?
   Он произнес это спокойно: без пафоса и самодовольства. Маленькое представление в его исполнении не доставляло ему особого интереса. Очередная рутина в списке его дел. Это сбивало с толку. Если все сложности связанные с разоблачением не доставляют ему удовольствия, то к чему проблемы с Канцелярией? Зачем идти в обход нее?
   - И что дальше? - я посмотрела на браслеты бесмора. Одного было достаточно, чтобы обесточить меня, но он зачем-то надел оба. Они не имели замка или защелки, и больше напоминали обычную женскую бижутерию. На пробу я крутанула ободок, пытаясь стащить с ладони. Ничего не вышло: браслет сидел крепко. - Какая вам с меня польза?
   Я не успела отреагировать, когда атакующее заклинание врезалось мне в корпус и свалило обратно на пол. Я выставила перед собой руки, чтобы смягчить удар. Оглушенная в первую секунду, я с опозданием почувствовала как в грудную клетку ворвалось десяток крючков. Воображение живо дорисовало картину, как металлические загогулины впиваются ржавыми концами в плоть. Пробивают ребра, путаясь в кровеносных сосудах. А потом начинаю тянуть в разные стороны, оголяя, выворачивая наизнанку белые кости. Я слышала их треск: ребра ломались, мышцы разрывались пополам. Боль отозвалась мириадой огненных солнц, прожигающих кожу изнутри.
   Руки подкосились и я упала.
   Я должна была истекать кровью. Я должна была чувствовать тепло. Я должна была умереть от шока. Но я лежала. Сознание сковалось страхом, тело болью. И лишь слабый голосок шептал еретичные слова.
   Встать и бежать.
   Куда? Как?!
   - Где Калеб? - голос демона отозвался в голове грохотом грома, перебивая стук сердца.
   Оно бьется, - с удивлением поняла я.
   Тяжелая рука ухватила меня за воротник и потащила вверх. Я хотела держать голову ровно, смотреть ему в глаза, когда за последним ударом сердца придет последний вздох, но вместо этого скосила глаза вниз. Органы не вываливались из моей груди, а изломанные ребра не разрывали плоть изнутри.
   Я в бесморе!
   Он блокирует магию текущую по каналам сила, а значит, и все заклинания, что направлены на эту область. Выворачивающие наизнанку заклятья как раз принадлежат этой сфере.
   - Была бы я здесь, если бы знала? - прохрипела я.
   Боль в сознании. Иллюзии раздробленного, искореженного тела - лишь в моей голове. Вот бы еще понимание этого как-то освобождало от ощущений!
   Мужчина сжал пальцы на моем горле. Я вцепилась в его руку, пытаясь разжать хватку, но с тем же успехом я могла пытаться сдвинуть гору.
   - Что ты знаешь о его местоположении? - его голос ничуть не изменился.
   А я задыхалась.
   Вот уж что точно происходило не у меня в голове, а на самом деле!
   - Была бы я здесь, если бы что-то знала? - повторила я, жалея что не стянула бальные перчатки. Шелк скользил по его кожи мягкими прикосновениями, а мне хотелось раздирать ее ногтями до самого мяса.
   - Он оставил тебе письмо, - тряхнул меня мужчина, выбивая из горла жалобный вскрик. - И не говори ту чушь, что я написал в отчетах. Калеб не пытался тебя убить. Я подкинул эту теорию лишь для того, чтобы отбрехаться от остальной Канцелярии.
   - Я ничего не знаю.
   - Милая, это может продолжаться бесконечно долго, - участливо посоветовал он.
   Я бы возразила, если бы в этот момент не боролась за новый вдох.
   В глазах темнело.
   В последнее мгновение я изо всех сил лягнула мужчину ногой в живот, но что может человек против демона? Он этого даже не заметил. Брезгливо отдернув руку, мужчина обернулся назад. В его позе произошла перемена и я отчего-то пожалела, что не успела задохнуться.
   Я жадно глотнула порцию воздуха.
   Ноги подкосились.
   Я думала, что так и сползу вниз, но Лиар перехватил меня за шкирку и швырнул в кресло. Я беспомощно ухватилась за подлокотники, чтобы не свалиться на пол.
   - Ладно, сиди спокойно, - приказал демон, отворачиваясь к стенным шкафам. - Есть ведь способы и поинтересней.
   Я склонилась над столиком с трудом удерживая внутри собственную душу.
   Магия иллюзии пропала, но мне до сих пор казалось, что кишки вот-вот плюхнуться на колени.
   - Душа, оставившая тело в Нижнем мире, не способна выбраться на волю. Ты не переродишься в новом теле, - Лиар перебирал на полках инкрустированные полудрагоценными камнями шкатулки. Я же собирала себя по крохотным кусочкам. Вспоминала основы самодисциплины и разгоняла оставшиеся крохи боли. А давившая безнадежность, вызванная бесмором, медленно перерастала в апатию. - Настоятельно советую не выводить меня из себя.
   А может, - подумала я, - дело и не в бесморе. Может, моя ситуация не имеет выхода? Закончились веселые деньки на свободе. У меня нет идей, как выбраться из Нижнего мира или победить демона. Ни сил, ни ума. За мной никто не придет. Кого я пытаюсь обмануть? На что рассчитываю?
   Узоры на деревянной столешницы складывались в древние символы. Когда демон неожиданно поставил перед моим носом шкатулку, я отпрянула назад, вжимаясь в спинку. Еще несколько шкатулок опустилось на стол. Я продолжала цепляться за ручки кресла все то время, что Лиар носил свои драгоценности. Когда вся поверхность стола казалась заставлена, демон приподнял ближайшую крышечку.
   В шкатулке лежал оранжевый хрусталик. Я наклонилась вперед. Цвет оказался не столь чистым и насыщенным, как привиделся с первого взгляда. По отточенным граням ползли белые блики. Они кружились в крошечных вихрях, смешиваясь с пепельной дымкой. Теплые цвета радуги мельтешили по кругу, сливаясь к центру в крошечную синеву.
   Как будто заметив мое внимание, цвета сжались изгибами и полыхнули злобным, плотоядным взрывом. Я резко отпрянула назад, хотя понимала, что заточенная Стихия Огня не выберется за тонкие грани беспощадной прозрачности.
   - Что это за артефакт? - ужаснулась я. - Как вы смогли сковать искру?
   Это был не огонь, не заклинание и не плетение. Даже не сырая сила. Это было именно что живая искра магии! Та самая, благодаря которой у людей появляется связь со Стихией.
   - Где вы ее взяли? - сменила я вопрос, когда поняла, что сковать искру не сложно. Не сложнее, чем заставить сердце биться в каком-нибудь стазисном заклятье. Но сердца на дороге не валяются и на деревьях не растут. Собственно, как и искры. Они рождаются вместе с человеком. Они питают его магией.
   - Они не вечны, - пожаловался демон, указывая кончиком мизинца на острую грань. - С каждым столетием их цвет тускнеет. Появляются примеси.
   Он поднял хрусталик с бархатного ложа и зажал между пальцами. Я напряженно следила за запертой Стихией. Держать ее отдельно от человека казалась варварством на грани с кощунством. Чем-то настолько мерзким и отталкивающим, на фоне чего меркло жертвоприношение.
   Почему магия до сих пор не обозлилась на демона и не стерла с лица Привычного мира? Это же не единственная искра. На столе стояло еще десять шкатулок, и вряд ли в них хранились украшения покойной тетушки.
   - Если вовремя не принять меры, - продолжил Лиар, позволяя осмыслить его поступок, - магия потеряет свой неповторимый вкус.
   Грани хрустнули под его пальцами, осыпаясь стеклянной стружкой. Отзвук оборванного вскрика прокатился по моим перепонкам. Красный дымок взметнулся вверх и демон прикрыл глаза, вдыхая носом тлеющую силу. Лицо мужчины смягчилось, разгладились морщинки у глаз. Демон приоткрыл глаза, давая возможность увидеть, как по карим радужкам - близнецам моих собственных - поползла магическая дымка. Насыщенный ореховый цвет плавился бордовым огнем.
   - Угадаешь остальные? - поинтересовался Лиар, указывая на шкатулки. Я помотала головой. Я не хотела знать, что прячется за остальными крышечками. - Вода, Воздух, Земля, неужели неинтересно, что еще? - произнося название великих Стихий, он открывал соответствующую шкатулку. Три многогранника блестели ярче, чем бриллиант лучшей огранки.
   Я обхватила себя руками, затравленно разглядывая содержимое шкафов. Их заставили не книгами и не алхимическими приборами. На полках лежали шкатулки. Сотни, может быть, тысячи. Мрак в конце комнаты скрывал истинную длину помещения.
   Мужчина щелкнул очередным затвором и свет потек наружу мягким шлейфом. Я вытянулась в струнку, во все глаза уставившись на запертую магию. Волны мерцающего серебра ползли по прозрачным стенкам. Сначала я решила, что передо мной Свет, но приглядевшись споткнулась об ошибку. Лучи слишком холодные. Этот Свет не грел, он остужал. Он лежал ровной дорожкой, отражаясь молочной линией в чужих глазах. Он нес в себе маленькое пугающее проклятье, сгустившееся капелькой яда на зеркальном лезвии.
  
   - Лунная магия? - потрясенно выдохнула я. Мне хотелось прикоснуться к ней. Жгучее желание на задворках сознания, мелькнуло манящим предложением: схватить кристалл и осушить его до дна так же, как это сделал демон. К счастью, браслеты бесмора держали мои прихоти в узде. Зачарованный металл попросту не позволил бы ощутить наслаждение чужой магии. Но, на всякий случай, я отстранилась назад, формируя на лице маску презрения.
   - Сейчас почти не достанешь, - пожаловался демон. - Каких-то три сотни лет назад можно было достать сразу дюжину на любом углу, а теперь... - Он покачал головой. - Только штучно на аукционах. О чистоте предлагаемых искр - я умолчу.
   Я не поняла, говорит ли он о силе доминирующего дара или о его использовании согласно канонам, но уточнять не стала. Прорываясь сквозь тяжелую вуаль бесмора, я лихорадочно соображала: возможно ли кристальную искру внедрить в обычного человека или хотя бы мага? Если бы я не осталась единственным носителем Света, если бы нас было больше? Кто-то по-настоящему сильный как Калеб, воинственный как Леда, предприимчивый как Камден. Нам не потребовалось бы долгих поисков тайной магии. Мы бы победили бы демонов так.
   Если бы был кто-то... Кто-то, кто не я.
   - Магия Крови, - демон открывал шкатулки, демонстрируя новые игрушки. - Ее и раньше было сложно найти. Слишком специфичный товар. К счастью, эта сила никогда не угаснет, а адепты хоть и таятся в наших тенях, но упорно продолжают свое существование. Вы же слышали о магии Крови?
   Я кивнула подобно болванчику. Леда продолжила дело Ковена. Она набирала своих учениц и передавала им знания Алого Кодекса. Должно быть существовали и другие Сестры о которых мне неизвестно.
   - Это магия Холода, - указал Лиар на следующую шкатулку. - Официально такой не существует. Фактически - это слияние магии Воды и Ветра. Удачная мутация, я бы сказал. Наткнулся на нее случайно.
   Я прикрыла глаза, отворачиваясь от грязноватого отблеска измученной искры. Что мне за дело до болезненной искры? Подобная магия могла быть порождена только деформированными каналами силы. Грязная, искалеченная, вывернутая наизнанку энергия, не вызывала во мне ничего кроме отторжения и брезгливости.
   - Демонстрация вашей коллекции не заставит меня вспомнить то, чего я не знаю.
   Мой блеф звучал жалко, но... Но что?
   Мысли поползли в стороны. Сердце ухнуло вниз. Я хваталась за подлокотник кресла и едва фокусировала взгляд. Что-то происходило и я не могла определить что. А значит, не знала, какую реакцию будет правильно продемонстрировать. В голове царил сумбур, а внутри хаос. Мне захотелось встать и бросится к выходу, но я не могла оторвать ног от пола.
   О, Свет, ну почему я такая слабая?
   Меня же чему-то учили. Я же как-то раньше жила?
   - У меня много способов заставить вас говорить. - Голос Лиар заставил меня вскинуть голову и уставиться в черные зрачки твари. Легкий укол ненависти заново собрал сознание воедино, концентрируясь в точке своей неприязни. Демон. Жуткий, мерзкий демон. Он причина эмоционального сумбура. - К сожалению, большинство из них слишком разрушительны для хрупкого девичьего организма. Любое магическое вмешательство деформирует резерв силы и влияет на состояние искры. Будь вы немного постарше... Лет на пять-десять. Когда магия вполне сформирована и не столь гибка для изменений, я бы не тратил время. Но, увы. Я не столь искусен в этих вопросах, как Эгелар. То чего многим приходится добиваться хитростью и упорством, он получает играючи. Не оставляйте насилие единственным способом общения с вами.
   - Отчего же? У вас очень хорошо получается. - Я скрестила руки на коленях, чтобы стащить перчатку. Может я не могу расстегнуть браслет, но что если его стянуть через ладонь?
   - Я вытащу из тебя правду, даже если мне придется высасывать ее обрывки из твоего гниющего тела. - Демон оказался неожиданно близко. Его тон в одно мгновение сменился с учтивого на злобный. Сквозь черноту темных глаз пробивались огоньки плохо сдерживаемой ярости.
   Я было открыла рот, чтобы ляпнуть очередную строчку из запасов низкосортной бравады, но тут же сцепила зубы. Лиар со всей силой замахнулся рукой. Я вжалась в спинку кресла, запоздало понимая, что если не успеваю уклониться, то надо заставить себя хотя бы расслабить мышцы. Но не успела.
   Грохот прогремел на всю комнату. Драгоценные шкатулки разлетались по полу. Мужчина одним движением снес жемчужины любимой коллекции. Затрещало дерево. Драгоценные коробочки с глухим стуком врезались в черный камень. Замочки и заклятья держались крепко, удерживая содержимое, но я не могла подавить ужас, глядя скачущие искры. Я представляла, как хрусталь бьется о бархат, как сила бунтует внутри клетки, не имея возможности ничего предпринять. Как она сжимается и вскипает в негодовании от собственного бессилия.
   Точно как я в оковах бесмора. В плену у демона. В Нижнем мире. В самой темной эпохе Империи.
   - Единственная причина, почему я с тобой говорю, - он медленно сжал кулак, разглядывая валяющиеся шкатулки, разбросанные ненужными игрушками вздорного ребенка, - почему вообще веду диалог, вместо того чтобы вытравить нужную информацию особо жестким заклятьем - это твой дар. Твоя солнечная искорка.
   Если бы могла, вжалась бы в кресло еще сильнее. Меньше всего мне хотелось перечить демону в данный момент, но что еще оставалось?
   Я в нервном жесте вцепилась в браслет, из-под которого стянула перчатку. Пульс бил как сумасшедший, выбивая соло где-то в районе шеи.
   - Я не понимаю, - промямлила я, ожидая очередной вспышки ярости.
   - Магия Солнца, - рыкнул он, возвышаясь надо мной огромной махиной. - Я не хочу повредить твою искру. Она нужна мне целой.
   - Но, во мне нет его лучей, - мой голос затрепетал. - Я не лгу, - честно призналась я и тут же вскрикнула, когда демон вцепился в мои волосы. Шпильки врезались в кожу. Его пальцы больно сжались на загривке, оттягивая мою голову назад.
   - Я могу опознать адепта Солнца, когда встречаю его. Рыжие кудри, мелкие веснушки, темные, почти демонические глаза с тонкой радужкой расцветающей зари. - Зло прошипел он.
   Мне не требовалась магия, чтобы почувствовать как крохи заклинаний трепещут в кончиках его пальцев, едва сдерживаемые его волей. Как тяжело ему сдержаться, чтобы не пропустить по моему телу жгучую смесь разрушающей силы. Я лишь плотнее сжала зубы, чтобы не заскулить от боли. Он выгнул мою шею под таким углом, что лишние полмиллиметра могли закончить мою жизнь раньше, чем демоническое проклятье.
   - Маленькая, солнечная ведьма! Я вижу его в тебе! Он яркий и чистый. Он подобен затвердевшей смоле. Капле медового янтаря. - Мужчина больно потянул меня за волосы, вынуждая встать на ноги. Столик отлетел в сторону. Я бешено крутила браслет бесмора, собираясь стащить его с руки хоть вместе с кожей. - Твой так называемый дар Огня - не более чем концентрация магии Солнца. Давно, еще на заре времен, когда вы только начали изучать свои силы, когда магия снизошла к вам с небес, я давил подобных тебе, как мелких рыжих тараканов. Я сбился со счета, собирая ваши души. Я почти свел на нет вашу популяцию солнцепоклоннику. Я бы пресек ваше существование в зародыше, если бы не Калеб!
   Алые огни Нижнего мира сжигали его радужку. Ноздри демона раздулись и сквозь человеческую оболочку начал проступать его истинный вид. Бардовая, почти черная кожа, бугрящаяся мышцами и карминовыми венами. Искаженные, удлиненные пальца царапали когтями. Мужчина стал как будто на полметра выше, а на мощной шее проявились жесткие кудри антрацитовой шерсти. Тень, что сгущалась на другой стороне комнаты, замерцала всполохами, придавая себе форму будто бы крыльев. Она тянулась к демону, подобно живому существу.
   - Так тебе нужен Калеб или маги Солнца? - спросила я, еще больше зля монстра. - Кажется, у демонов страдает понятие о причины и следствия.
   Образ Лиара тек тающим мороженым в жаркое лето. Он плавился миражем в пустыне и растекался лужицей. Я хотела отвернуться, боясь что психика попросту не выдержит настоящего лика зла и я закончу жизнь пускающим слюни овощем. Но его хватка была сильна, не позволяя не то что вырваться, а хотя бы пошевелиться, не причинив себе боли.
   - Злобная, рыжая ведьма, - повторил он, глядя на меня, но видя кого-то другого. Неудачливую адептку Солнца, что однажды перешла дорогу демону. Чей лик затерялся в глубокой древности, но навсегда запечатлелся в памяти Лиара, как когда-то мой прежний образ остался у бывшего мужа. Личная цикличность темношерстного демона. - Твой род веками поддерживал золотую искру и негасимый огонь борьбы, - демон заметил, как я изо всех сил кручу браслет бесмора не жалея собственной плоти. - Вечные сражения. Всегда на страже высших идеалов.
   - Вы меня с кем-то путаете, - сквозь зубы выдохнула я, продолжая извиваться в его хватке. - Я не из вашей пьесы о нескончаемой войне.
   Но не демон меня словно не слышал.
   - В чем твой смысл сейчас, когда Империя пала? Твой вид уничтожен. Ты одна. Ты последняя. - Лиар окончательно потерял нотки респектабельного мужчины. Его слова складывались в речь, но звучали потусторонним рыком демонической твари. - Пытаешься снять его? А чем это поможет, солнечный воин?
   Его свободная рука-лапа обвилась вокруг моего запястья. Стальные когти проявились на коже, счесанной в кровь бесмором. Браслет захрустел под демонической силой. Металлическое крошево посыпалось на пол.
   - Я не воин! - прокричала я. Запястье жгло так, словно его засунули в жаровню и окунули в вулканическую лаву. Я смотрела в лицо, что почти превратилась в звериную морду и с парализующим ужасом понимала к чему все идет. Мужчина перехватил другую руку и вновь послышался хруст браслета. Но я не почувствовала облегчения. Я билась в истерике. Мои каналы силы сжимались и сужались, как кровеносные сосуды, и это не могло не нести в себе боли. - Я не тот человек, что когда-то разрушил вашу жизнь.
   Демон зарычал, отцепляясь от моих волос и поднимая меня в воздух. Я подумала, что вот сейчас он оторвет мне руку и никакая магия этого не исправит. Лиар отшвырнул меня к стене и я рухнула на каменный пол. Черные плиты возникли перед глазами, напоминая где я.
   - Сражайся, маленький воин. - Пророкотала черная тварь и тьма комнаты взвилась стаей хищных птиц. - Сражайся, солнечный лучик, как сражались твои предки и пади в бою, как пали они.
  
  

Глава 29

  
   Внешность демона задрожала как второсортная иллюзия. Скулы заострились, тяжелая челюсть выдвинулась вперед, крылья носа раздулись. Волосы превратились в гриву, а панцирная чешуя поползла по телу, заменяя одежду. Не успев среагировать на трансформацию, брюки пошли по швам. Под темно-синей, почти иссиня-черной кожей, забугрились мышцы. На мощной стопе, сменившей ботинки, прорезались когти, острые как у беркута и смертоносные как у гепарда.
   Он дал мне несколько секунд форы, прежде чем рвануть вперед. Я увернулась и удар прошел по касательной. Звериная лапа мелькнула перед глазами.. Реакция выдавала заклинания, сформированные последними месяцами обучения. Для того чтобы вызвать что-то убойное из глубин памяти прошлой жизни, не хватало времени.
   Немного обжигающей волшбы, пущенной по верхнему покрову, лишь позабавило демона. Он всерьез не рассматривал меня как соперника. Он игрался. Я же не имела возможности перейти в нападение, полностью уйдя в защиту. Проклятое платье путалось под ногами и я трижды прокляла бал и свою баранью тупость.
   В глазах замелькали звезды, когда я неловко оступилась и перекувыркнулась через спинку кресла. Упав я задела шкаф и сверху, после предупреждающего дребезжания, свалился тяжелый подсвечник. Не дожидаясь, пока он долетит до меня и проломит черепушку, я перехватила его на лету и перенаправив силу, врезала им по оскаленной морде, целящейся мне в шею. Плетение, сформировавшееся лишь на половину, добавило должного ускорения и прибавило силу.
   Глухой удар.
   Тьма встрепенулась и жадный сгусток лучами разошелся по комнате.
   Тварь отшатнулась.
   - Твои предшественники были сообразительней, - фыркнуло существо. - А заклинания изощренней.
   - Это какие? - Тяжело дыша я нащупала рукой полку. Несколько импульсов метнулись по нитям дерева. В Нижнем мире почти все имеет магическую составляющую. А демон пусть говорит. Пусть болтает сколько влезет. Каждую потраченную им секунду я оберну в вою пользу. - Жалящее копье? Небесный лук? Карающий меч?
   Его зрачки по-звериному сузились. Морда заинтересовано склонилась на бок. Демон постепенно терял сходство с человеческим обликом.
   - Ты умеешь ими пользоваться?
   - Нет, - щелкнув пальцем по шкафу, я активировала заклинание. - Я же не маг Солнца.
   Существо зарычало и бросилось на меня.
   За последние пару жизней я отлично развлекалась тем, что жгла старые формирующие нити. Лучше всего давались алтари и жертвенники. Прогнившие, опустошенные нити становились отличным топливом для утерянной в веках волшбы. Почему-то никому раньше в голову не приходило использовать магию таким образом. Может благодаря всеобщему миру, где уничтожить чужое место поклонения являлось святотатством и поводом для того, чтобы взобраться на баррикады.
   Шкаф был опутан десятком заклинаний, защищающих от вторжения. Были и те, что гнездились внутри старинных полок. Моих познаний хватало, чтобы расплести парочку и в открытую нить добавить враждующий узор. Тот самый, что подточит часть материальной конструкции, мгновенно выжигая основу.
   Я бросилась на пол, перекатываясь подальше от стены. Демон успел выставить ногу, в последнее мгновения удерживая себя от того, чтобы врезаться в шкаф. Какое-то режущее заклятье прошлось у меня по щеке. По коже, вопреки защите, потекла струйка крови. Я ошеломленно потрогала место ранения. чем он меня задел? Я не могла прохлопать магическую атаку. Я их буквально всем нутром чувствую!
   Демон обернулся, чтобы прорычать очередную тираду, а в то время огромный, дубовый шкаф, кренился набок: заклинание вступило в силу. Лиар дернулся вперед. Одна из шкатулок саданула его по плечу, а падающий шкаф пришелся на спину. Существо выгнулось в громком вое и тут же огрело меня заклинанием.
   Мой щит наполнился силой. Структура заклинания посыпалась крошевом, когда лезвия магии впились в образующие узлы. Заклинание пошло затяжками и разорвалось, как мыльный пузырь. Меня отбросило назад.
   Я болезненно приземлилась на пятую точку, благо что ворох складок платья смягчил падение. На фоне же остальных ран и царапин, оно показалась совершенно незначительным. Не успела я порадоваться, что обошлась малой кровью, как невидимая сила нанесла новый удар -- словно чья-то исполинская нога с размаху врезала мне в живот. Удар швырнул меня назад, прямо через перевернутый столик, где недавно лежали шкатулки. Я неловко перекувыркнулась и плюхнулась на пол.
   - И это все на что ты способен, маленький воин? - грозный рык сменился бархатным голосом.
   Я чувствовала себя тряпичной куклой, что швыряют из стороны в сторону. Вроде бы ничего страшного и кости не хрустят, но с такими темпами совсем скоро я разойдусь по швам.
   - Почему до некоторых демонов так туго доходит? - поинтересовалась я, стараясь не глядеть на демона. Окружающая его аура пугала больше чем звериный облик монстра. Обессиленная и лишенная надежды, я с трудом поддерживала в себе боевой дух.
   За несколько минут мы разгромили большую часть комнаты, но Лиар продолжал провоцировать меня на что-то мощное. Он будто специально добивался, чтобы я воспользовалась магией Солнца. И я бы ей воспользовалась! Если бы помнила плетения чего-то посущественней, чем заклинание, что придает коже неотразимое сияние и блеск придворной фрейлины.
   - Неужели израсходовала весь запал? - Монстр замер посреди зала. Темная тварь не привыкла разговаривать в подобном облике.
   Откинув меня к шкатулкам, демон хотел повеселиться, наблюдая за катастрофическими изменениями, что произойдут со мной, если ухвачусь за один из таких подарков. Будто я жажду обрести немного силы! Просчитался, приятель. Я бы не стала иметь дело со Стихиями или другой неизвестной волшбой. Стойкого неприятия Огня вполне хватало, чтобы представить свою участь, соприкоснись я с чем-то подобным без благословения источника. С магией же Крови не справиться без церемониального ритуала. Лунная мертва без жертвы для храма. Солнечная редко дается в руки женщинам. Об остальных "особых" кристаллах коллекция я не знала ничего.
   Я заскрипела зубами. Перед глазами плыло, а голова трещала как проклятая. Я на пределе. Фокус с ослеплением не сработает. Нет такого количества секунд, минут или часов, что позволили бы сбежать от демона. Я в Нижнем мире и этим все сказано. Бежать некуда.
   - Я не маг Солнца, - сплевывая кровь, ответила я. Демон презрительно фыркнул. На звериной морде это выглядело комично.
   - Я надеялся на что-то более впечатляющее, - произнес монстр, приближаясь с каждым словом. - Неужели я все-таки ошибся? Но да, ты не маг Солнца. Те сражались яростно и отважно.
   Где-то в дальнем уголке памяти души мелькнул образ Стража Солнца. Окажись на моем месте или месте тех погибших магов, о которых шла речь, он бы не сдался. Зная, что шансов на спасение нет, он бился бы до последнего.
   И пал.
   - Так чего же ты ко мне привязался? - ощерилась я. - Отпустил бы домой.
   - У тебя нет дома, глупая девчонка. У тебя ничего нет. Даже это тело принадлежит не тебе. - Когти монстра впились в пол, превращая мрамор в черное крошево. Темное существо в предвкушении повело ухом. - А раз тебе больше нечего мне показать, маленькая нарушительница, пора нам заканчивать.
   В сотую долю секунды он преодолел разделяющие нас метры, набрасываясь в прыжке.
   Сейчас он свалит меня на пол и разорвет горло! - взвизгнула паническая мысль и тут же была перебита другой: "Но я ведь этого и жду!"
   Собрав волю в кулак, я мгновенно опустошила ценные резервы. В тот самый момент, когда демон отталкивался от пола, чтобы вонзить смертоносные зубы в мою плоть, я дала магии долгожданную свободу. Она так давно металась по каналам силы, не находя выхода, что почти забыла какого это.
   Пассивный режим сменился активным.
   В момент прыжка, я припала на колени и выставила руку вперед. Существо не видело подвоха. Оно не боялось моих заклинаний. А зря. Я ведь не маг Солнца.
   Смертоносная волшба скопилась на кончиках пальцев.
   Магия ворвалось в солнечное сплетение твари. В полумраке комнаты, разрывая тени в клочья, рванул заряд ярчайшей звезды. Прокатилась взрывная волна, раскидывая на своем пути мебель и изгоняя полувековую тьму. По чернильному полу поползла серебристая сеточка, словно кто-то посмел испортить его наждачной. Затрепетал воздух и я снова смогла нормально дышать. Будто остальное время я находилась на вершине горы или в герметичном пространстве.
   - Получай, тварь. - Осклабилась я. - Получай лучшее, что сохранилось от Света.
   Откат прошелся по венам раскаленным до бела металлом. Магия, слишком сильная и мощная для каналов силы, вырвалась наружу. Она ломала хрупкие стенки, метя обратно во внутренний резерв, чтобы выжечь дотла.
   Меня скрутило в болевом приступе, выворачивающей наизнанку волшбы. Для того, кто не тренировал столь увесистые заклинания, все могло закончиться плачевно. Может, уже закончилось?
   Я со свистом втянула воздух, замирая, чтобы подправить резкий расход резерва. Прижала к себе руку, убаюкивая в объятьях. С трудом разжав веки, посмотрела туда, где только что находился демон и остолбенела.
   Он никуда не делся. Не исчез, не растворился, не растаял сумрачной дымкой! Его отбросило в начало комнаты и выглядел он живее всех живых.
   Демон замер. Остолбенел, словно его поместили в стазис. Но на этом все. Взлохмаченный и ошарашенный, он опасливо вглядывался в пространство перед собой. Мое удивление стало отражением его собственного.
   - Маленькое отродье Калеба осквернило наш мир Светом? - не поверил демон. Его шерсть обуглилась, а на подпаленных кончиках волосков можно было разглядеть тлеющие огоньки. - Что ты такое? Нет-нет-нет, - помотал он головой. - Как ты его сохранила?
   Он оставался стоять на месте и уже за это я была благодарна заклинанию, но... что за дела?
   - Я же тебя изгнала! - воскликнула я, вонзаясь в собственную руку ногтями. Будто она была виновата, что магия сплоховала. - П-почему заклинание не сработало? Я все сделала правильно. Я знаю!
   - Изгнала? - мотнул головой демон, стряхивая остатки искр. - Куда изгнала?
   Я непонимающе моргнула. Продолжая сидеть на полу я во все глаза пялилась на темнокожее существо и перебирала в голове нити проклятья. Где я допустила ошибку?
   - Не сломай мозг, - посоветовал Лиар. - Все в порядке с плетением и с уровнем силы. Я-то на собственной шкуре знаю. Калеб пользовался таким же.
   - Если заклинание сработало... Проклятье! Гребаный Нижний мир! - выругалась я.
   Маги Света изгоняли демонов из Привычного мира в мир Нижний. Из-за существующей завесы между мирами, после изгнания, демоны не имели возможности вернуться, пока их не призовут снова. Вот слово "изгнать" и приравнялось к словам "убить", "одолеть", "повергнуть". В конечном счете, эта маленькая небрежность в памяти и древних переводах привела меня к тому, что я попыталась изгнать демона из Нижнего мира в Нижний мир!
   Блеск!
   - Верно подмечено, - промурлыкал демон. Его глаза полностью превратились в звериные, а внешность обрела весь набор демонических черт. Магия Света стерла последнюю иллюзию его человечности. - Ты принесла на наши земли свою ядовитую магию. Теперь ты просто так отсюда не выберешься, забытый эксперимент Геллиофрея.
   - А до этого был какой-то выбор? - не поверила я.
   - Обычно, моим солнечным крохам я предлагаю быструю смерть - не так сильно калечит искру.
   - Быструю? - не удержала я от скептицизма. Рука наливалась кровью, постепенно опухая. Голова гудела, как проклятая. Тело ломило так, будто меня сбросили с утеса, а поверх тот самый утес свалили на меня же.
   - И легкую, - подтвердил он, вызывая во мне короткий, истерический смешок. - Итак, продолжаем?
   Я снова выругалась.
   Не давая времени собраться, монстр прыгнул и я со злостью зарядила ему ногой в морду. Он издал жуткий, рокочущий звук от которого буквально сотряслись стены. Я упала на спину. Темные глаза сверкнули янтарем. А волоски на моих руках встали дыбом.
   Не помня себя от страха, я выудила заклинание, коим не так давно пользовалась против Леды. Два Лезвия Света материализовались в ладонях, будто бы там всегда и были. Легкие клинки легли как влитые. Но чтобы найти немного концентрации и силы на заклинание, пришлось пожертвовать плечом. Вовремя не уклонившись от монцтруозной лапы, я влетела в стену, врезаясь той самой рукой, что изгоняла демона. Я подавилась собственным криком. Один клинок выпал и так и не успев быть использованным, растворился в воздухе не долетев до пола. Вторым я замахнулась и попала в демона еще до того, как он пересек половину комнаты, через которую меня швырнул.
   Лезвие, подчиняясь законам магии, вошло точнехонько ему в грудь.
   Лиар замер. Он, наконец, остановился, внезапно давая мне передышку. Я почти не соображала, что происходит. Боль выжигала руку изнутри, а все остальное тело трясло. Я прижималась к стене, как к родной матери. Если отпущу ее - упаду. Развалюсь кучкой мяса, мышц и костей.
   Почему он остановился?
   Демон медленно встал на ноги (задние лапы?) и провел когтистой лапой по грудине. Осколок Света уже растворился, потеряв со мной связь. Лиар отнял ладонь и я увидела, как что-то черное и склизкое, стекает по его коже. Он нахмурился, словно не понимая, что только что увидел, и оскалил клыки. Его взгляд прошиб меня полным отсутствием сознания, что раньше яркими бликами острого ума, играло в темных радужках.
   Лиар пропал.
   То есть он был здесь, прямо передо мной, но что-то, позволяющее ему мыслить человеческими понятиями - ушло. А то что осталось, было за гранью моего понимание.
   Демон всего лишь моргнул и повел головой в сторону, но этот простой жест что-то надорвал в пространстве. Темнота ощетинилась иглами и все они в одно мгновение вонзились в меня. Тьма закрыла мне взор, как луна закрывает солнце в затмение. Она впивалась в кожу, глаза, уши, вливалась в рот. В голове не осталось ничего, кроме страха и боли.
   Мне надо было двигаться. Сделать хоть что-то. Я должна была бороться. Мне нельзя умирать в Нижнем мире. Только не здесь!
   И я взывала к Свету, однако, откуда ему взяться вовремя затмения? Страх сковал руки и ноги, мышцы обратились в кисель, а мысли -- в белый шум. Я пыталась дотянуться до лица и отодрать от себя тьму, но не могла заставить себя шевелиться.
   Я умирала в тишине. Без единого движения. Без сопротивления. Сидя на коленях, привалившись к стене и утопая в сумраке.
   А потом я как будто исчезла.
   Это не походило на смерть, но имело знакомые очертания.
   Я буду твоим Светом, - прозвучали стертые из памяти слова. И в темноте засияли звезды.
   Ты существуешь, - напомнила одна из них. .
   Ты пробудилась, - откликнулась вторая.
   Ты вернулась, - вторил им хор голосов.
   Ты есть, - сотрясались мириады их сестер.
   Ты здесь! - объявила Вселенная
   А потом кто-то резко содрал черную вуаль вместе с тьмой и яркими огнями вытолкнул обратно в реальность.
   Я жадно, с хрипом втянула воздух во все глаза таращась на неожиданного гостя господина Лиара. Мой пульс отплясывал зажигательный танец, а боль нещадно резала на куски, злобно удерживая в своем уме, но Инквизитора я узнала.
   Он стоял посреди места нашего побоища и, кажется, не очень понимал, что здесь произошло.
   - Подави свою дичь, - бросил он собрату.
   Чернильное существо рявкнуло. Мотнуло косматой мордой и истинная форма демона замерцала дымкой.
   Меня замутило с новой силой и я прикрыла глаза. Должно быть это продлилось дольше, чем я планировала, потому что открыв их, увидела, что Лиар стоит в привычной одежде. Он неуклюже прижимал ладонь к сердцу, сам не понимая почему.
   - Как ты нашел мой дом?
   Предложение он выговорил не сразу. Тональность голоса менялась и прыгала, будто оно заклинание, лишенное подпитки. Эти заминки и скачки вызвали на лице незваного гостя плохо скрываемое презрение.
   - Как мальчишка после первой трансформации, - покачал головой Инквизитор. - В Канцелярии знают, что твои основы хуже, чем у опытного данара?
   Он пытался задеть Лиара, но слова пролетали мимо. Смуглолицый демон его не слышал. Где бы я ни побывала пару минут назад, Лиара это тоже коснулось.
   - Как ты здесь оказался? - повторил он.
   - С такой иллюминацией? В Нижнем мире, должно быть, не осталось места, куда не добрались отголоски проклятой магии. Не удивлюсь, если через пять минут здесь окажется каждый демон Канцелярии. А как будут рады консервативные параноики и Шархим? Уже которую неделю ходят слухи, что Геллиофрей собственной персоной незаметно расхаживает среди нас.
   Лиар поморщился немного приходя в себя. Знакомые имена задели нужные струны.
   - Трусливые идиоты! - воскликнул демон. - Он бы никогда не сунулся на наши земли.
   Инквизитор пожал плечами. Его не сильно интересовал маг Света прошлого.
   - А чего же ты явился? - правильно интерпретировав его жест, спросил Лиар.
   - Дама обещала мне танец. - Безразлично, без капли заинтересованности, будто в действительности он присутствовал здесь только ради этикета.
   - Дама занята, - чуть скривившись, ответил Лиар, сжимая ладонь у груди. - Она предпочла нечто более увлекательное в моей маленькой, тесной компании.
   Инквизитор бросил на меня короткий, холодный взгляд. Отметил порез на щеке, изорванное платье, сброшенные перчатки, как я прижимаю раненную руку к груди, постыдную надежду, что появилась помимо воли, и ту ненависть, что я испытывала к самой себе за это чувство.
  
  

­­Глава 30

   Магия, заточенная в крохотные комочки, подмигивала озорными огоньками, освещая подол плаща Инквизитора. В воздухе гудела скопившаяся сила, высвобожденная из заклинаний. Комната растекалась акварельными пятнами на непросохшем холсте. Я дрожала от перегрузки каналов и ощетинившейся ауры нежданного заступника.
   - Вернулся к первобытному облику, Лиар? Неужели одна неспокойная адептка довела тебя до боевого облачения.
   - Оно хотя бы у меня есть. - Существо выпрямилось во весь рост, возвращая одежде привычный вид. Демоническая магия легко слетала с его пальцев, отчего становилось не ясно, зачем он перевоплощался в монстра с когтями, клыками и непробиваемым хитином. - Твое изначально состояние никто из ныне живущих не видел.
   Лиар ошибался. Кое-кто видел первоначальную сущность Инквизитора. Хотя правильно было бы использовать другое слово. Не изначальная, а приобретенная. Не природа рождения, а влияние окружения. Он родился человеком, жил магом, умер Пробудившимся и продолжил существовать данаром. Он обрел демоническую личину, когда утратил последнюю связь с Привычным миром. Когда его перестало что-то связывать с людьми. Врата Нижнего мира окончательно приняли новоиспеченного демона в свои объятья и даровали опасный лик.
   Я помнила не внешность, я помнила раздробленные молотом ощущения. Что-то вязкое, склизкое, вымораживающее насквозь, пропитанное злостью, гневом и недоверием. Реакцию хищника, затаившегося перед прыжком, дыхание голодной, изнывающей от скуки и нетерпения тьмы. Обжигающая холодом пустота и заскорузлое, погребенное в веках, одиночество.
   Я зыркнула на Лиара. Руки сводило судорогой. Кожу на спине стягивало, а внутренности скручивало в узел. Что-то в глубине души тянуло, скреблось и разрывалось на куски мелкими ржавыми крюками, воссозданными из крамольных мыслей и неверных решений. Я не хотела шевелиться, не хотела думать и понимать, что происходит. И только панический страх, что я могу навечно застрять в чернильном мраке, вынуждал концентрироваться на речи демонов и попутно выискивать ходы к спасению.
   - Мне нет нужды возвращаться к корням, чтобы справиться с мелкой неурядицей, - Инквизитор неспешно прошел рядом со мной, останавливаясь напротив коллеги. - Или с любой другой проблемой Нижнего мира.
   Лиар напрягся. Мимолетное рябь прошлась по смуглому лицу. Я понимала его сомнения. Стоило ли возвращаться в человеческое тело или следовало напасть сразу и списать на охотничий азарт? Этим двоим никогда не приходилось схлестываться силой. И пускай холеный выскочка был молод и предпочитал людское общество демоническому, Лиар не видел его реальной мощи. Демоны пренебрежительны к людям и данарам, а от своих сородичей ждали только подвоха и предпочитали не конфликтовать.
   - Это угроза?
   - Нет, - Инквизитор наклонился ко мне, кладя руку на плечо и заглядывая в расширенные от ужаса и боли зрачки. Шершавая ткань перчатки, мазнула по оголенной коже. Я нервно дернулась, но не от прикосновения. Мой разум агонизировал: что ты делаешь?! Зачем отводишь от него взгляд? Лиару ничего не стоит напасть исподтишка. Это же не гребанная дуэль в академии! - Если признаешь свою вину и принесешь извинения, за то, что забрал не принадлежащую тебе вещь. Закон о браконьерстве суров в таких случаях, но я готов закрыть глаза на этот пункт, раз уж дело коснулось твоей цикличности. С кем не бывает? Встать можешь? - последнее он адресовал мне. - Есть травмы магического характера нечитаемые сканирующим заклинанием?
   Все болело. До жути хотелось разрыдаться от беспомощности. Сжаться в комочек, чтобы могущественные мира сего решили все проблемы за меня. Смириться с ролью жертвы и постоять в стороночке. Но, нет, нельзя. Время для нытья и жалоб прошло. Ты среди хищников и должна соответствовать.
   Да что я против них могу?
   Хотя бы встань!
   Стараясь не опираться на раненную руку, я поднялась. Пол качался, как дряхлое суденышко во время шторма и удержаться на своих двух казалось выше человеческих сил, но я стояла. Платье свисало лохмотьями профессиональной попрошайки, а волосы сбились в гнездо. Отчего-то за прическу обида жгла сильнее всего. Раны затянутся, а вот заклинаний против секущихся концов и колтунов не существовало.
   - Я в порядке.
   Ответ вызвал смешок у Лиара. Инквизитор же обошелся от комментариев. Он отстегнул от рукава запонку и кинул мне.
   - Тогда убирайся отсюда, - коротко приказал демон.
   Я перехватила украшение, но прежде чем успела спросить, зачем оно мне сдалось, Лиар встрял в разговор.
   - Ты превышаешь свои полномочия, - образ темнокожего демона снова поплыл. - Она никуда не уйдет, пока я не разрешу.
   - То есть, никогда не уйдет. - Уточнил гость. - Этот вариант мне не подходит.
   - Как говорится, проблема не моей территории, Эгелар. Уходи или я засчитаю твой визит за вторжение. Последствия тебе известны.
   - Дуэль? - спросил Инквизитор с иронией. Будто речь шла о чем-то веселом, а не о манипуляциях смертоносной, демонической энергией. - Со мной?
   - Ты получил статус Инквизитора за работу с архивами и за лояльность к Привычному миру. От тебя откупились. Мало кому из наших нравится работа там, - он поднял глаза вверх, как будто подразумевая, что Нижний мир действительно находится под Привычным, а не на другом слое реальности. - Ты молод и неопытен. Работа с бумажками и теоретическими заклинаниями не даст реального опыта. Тебе меня не превзойти. Предлагаю в последний раз - только потому, что найти на твою должность нового претендента быстро не получится - отступись.
   Инквизитор по-детски закатил глаза и с выражением лица "как же я устал по два раза повторять" взмахнул рукой. Стена, позади смуглокожего демона пошла трещинами. С задержкой в долю секунды, Лиара отшвырнуло назад. Обои вздулись волдырями и из-под толщи бумажной ткани полезли шипы. Вонзившись в кожу с противным хлюпаньем, они зашипели как от кислоты.
   Я прикрыла лицо рукой, но волны удушливой магии все равно откатом прошлись по моему телу. Кашляя, я отступила назад, чтобы удержаться на двух ногах. Собственный щит скомкано и неловко изобразил слой брони, но на этом все и закончилось.
   - Мой ответ достаточно ясен? - все так же вежливо, поинтересовался гость.
   - Предельно, - с легкостью освобождаясь от заклинания, ответил Лиар.
   - Адептка, - плетения магии взорвались в пятнами сложных узоров. - Это Ключ в мой дом. Жди там и не высовывайся. Попадешь внутрь - ты в безопасности. Попадешься кому-то на глаза - пеняй на себя.
   - Дом? - переспросила я, ощущая как обволакивающа, омерзительная и до скрежета в черепушке знакомая магия, искажает пространство вокруг. - Постой, я...
   - Дом, - перебил меня демон. - Невысокий с заборчиком. Единственный с сугробами и снегом.
   - И голубыми ставнями, - почти про себя прошептала я, смутно припоминая события прошлой жизни, но демон услышал. Его лицо исказилось. За одну мысль до озарения в Инквизитора попал разряд энергии, а меня окончательно закрутило межпространственной магией.
   Вокруг все поплыло. Предметы увеличились до нереальных размеров. Пропорции смешались, навалившись спутавшимися планами экспозиций. Тени исчезли, разлетаясь в стороны стаей испуганных ворон. Отголоски реальности превратились в наброски двух демонов, застывших посреди вихря чернильной магии Нижнего мира. Заклинание поглотило меня, утаскивая в водоворот нитей.
   Одну долгую, бесконечную, не имеющую границ минуту, я пребывала в плотной, стягивающей тьме. Я не чувствовала, как ноют кости, кровоточит рана, остаточные лоскуты демонического проклятья выжигают плоть. Меня не существовало. Потом пространство пошатнулось и начало раздуваться перед неминуемым, неумолимым громким чихом.
   Меня выплюнуло на дорогу.
   Перекувыркнувшись через себя, выставила вперед руки, чтобы смягчит падение. Удар пришелся на здоровое плечо, но я все равно вскрикнула от боли. Проехавшись обнаженной кожей по каменной дороге, я врезалась в каменный бордюр.
   - Ах ты ж!
   Сквозь грязные, рваные края раны, сочилась кровь вперемешку с сукровицей. Я зашипела заклинания. Еще заражения крови мне ко всему прочему нехватало! Остатки Света жалобно застонали, напоминая, что они как бы заняты делом и уже не дают свалиться от болевого шока, а тут я со своими мелкими царапинами.
   Меня только что вышвырнули через какой-то странный портал в гущу скоплений демонических путей Нижнего мира! На безымянный перекресток, где каждая дорога вела к владениям местных жителей. К демонам, само собой.
   - Блеск! Блеск! Блеск! - разозлилась я, злобно сжимая запонку Инквизитора. - Не мешайся. Жди меня. Тоже мне, спаситель! - Я схватилась за голову, не в силах разобраться в клубке эмоций. - Да что ж я каждый раз на одни и те же грабли? Когда поумнею-то.
   Я обхватила себя руками, пытаясь взять под контроль.
   Если за столько жизней не повзрослела и мудрости не набралась, то, наверное, все, ждать просветления не стоит. Не всем, значит, дано.
   Я разжала ладонь. На брошенной запонке, твердой рукой мастера был выгравирован цветок. В мелких, ажурных линиях творца легко угадывалась орхидея. Она насмешливо подмигивала мне в израненном свете демонического мира.
   Идти туда, куда велел Инквизитор или попробовать выбраться самой?
   По сжираемому жаром телу пробежал морозец. Я шаркнула ногой и уставилась туда, откуда ветер принес льдистую прохладу. Может, это был отголосок снежных земель Инквизитора, а может, меня знобило так сильно, что я перестала ориентироваться.
   Выбирая между гордостью, ведущей к неизбежному заточению в Нижнем мире, и уступкам перед совестью, что всего лишь ножом пройдется по самолюбию и откинет страхам из прошлого, я остановилась на последнем. Если иметь дело, так со врагом знакомым. Инквизитор внушал чуточку больше доверия, чем ююбой другой монстр в хитине.
   Это если он победит Лиара...
   А победит ли?
   Я отмахнулась от мысли. Рано беспокоиться за грозного Инквизитора. Себе бы помочь, а там посмотрим. Мой Дневник до сих пор спрятан у главного демона Академии. Ели успею сориентироваться, глупый поступок этого вечера хоть как-то себя окупит.
   Хромая на одну ногу, я двинулась вперед.
   Темная улица блистала тишиной, олицетворяя все кошмары разом. Черные, сгорбленные деревья, светились мягким антрацитом, выжигающим кусочки души. Густая тень перекошенных, нежилых домов казалась живой и плотоядной. Страж здесь не был невидимой субстанцией. Я могла им дышать. Он оседал на коже и пощипывал ментолом на кончике языка. Иногда становилось трудно дышать от освежающего вкуса адреналина, шедшего рука об руку с губительным чувством.
   Улицы пустовали. Демоны не настолько безумны, чтобы спокойно разгуливать по собственному миру. Они обитали на своих угодьях и только там могли позволить себе расслабиться. Я же шла по ничейной территории. Теми тропами, что местные жители предпочитали обходить стороной. Настойчивый голосок в голове панически нашептывал, что опасность не просто подстерегает за каждым углом, она является самой сутью перекошенного пространства, истерзанного десятками умов, в чьих жилах уже давно течет не кровь, а нечто иное.
   Бесконечное петляние улиц искажалось с каждым мгновением моего присутствия. Пережеванное тяжелой энергией мира, оно стонало под гнетом своих хозяев и сжималось от слабых эманаций, исходящих остатками от моих заклинаний. Мои страдания эхом отдавались в сути существования бесконечной улицы. Скомканные линии из дорог и и домишек, сменялись одна за другой, пока я шла по узкому пути тянущегося инея.
   Треск тканей реальности заставил меня сбавить ход. Скучковавшееся пространство вздыбилось и затаилось в ожидании. Тысячи нитей взвыли от напряжения: кто-то безжалостной поступью прорывал себе путь. Пульс подскочил к горлу. Плотность окутавшего страха достигла предела, но вместо того, чтобы превратиться в оцепеневший столб, я сжала зубы и приготовилась к драке. Пусть не Свет, но пара заклинаний из арсенала Огня еще имелись.
   Пространство раскрыло истекающую мраком пасть.
   Ну, давай же!
   Сияющий ореол света взорвался яркими искрами, практически стирая несколько ближайших домов. Волна магии хлынула в мою сторону. Я выставила бесполезный костяк щита и приготовилась к тому, что очередная порция боли вырубит меня навсегда. Заклинание накатило мощным потоком энергии... и окатив с головы до ног, мягко просочилось к резерву моих сил.
   Это... это Свет?
   Я недоверчиво уставилась на человеческую фигуру.
   Должно быть, мерещится. Откуда здесь маг Света? Настоящий маг, а не как я - полудохлая адептка забытых историей заклинаний.
   Свечение стало мягче, раскрывая черты незнакомца.
   Или нет?
   - Отец? - жалобно вопросила я, запутанная памятью собственного сознания.
   На посеревшей, опавшей листве вечно мертвых деревьев, стоял Калеб Геллиофрей. Собственной, мать его, персоной.
   Отеческая улыбка озарила едва тронутое загаром лицо. Возрастные морщинки скопились в уголках лучистых глаз. Среди каштановых волос только-только пробивались лучики небесного серебра.
   Сердце сжалось в надрыве, а глаза защипало от подступивших слез.
   Я перекинула запонку Инквизитора из одной руки в другую. Освободив рабочую ладонь, сложила печать для плетения. Прежде, чем Калеб сделал второй шаг, заклинание спящего Огня с силой врезалось в его грудь, пошатнув на месте. На дамастовой ткани расписного жилета расцвел бутон выжженных нитей.
   - Китра! - воскликнул он, стряхивая лепестки жадных искр. В карих газах - потемневших зеркалах моих собственных, вспыхнуло наигранное удивление. - Как не стыдно? Где твои манеры?
   - Манеры?! - неприкрытый надрыв фальцетом откликнулся в моем голосе. Воздуха перестало хватать. Слезы пережали горло. Я ни на секунду не сомневалась, что передо мной стоит именно Калеб. Это он. Не очередная ловушка от демона и не игра подсознания. Калеб - это Калеб. Человек, на которого я никогда не жалела бранных слов. - Как смеешь ты говорить мне о манерах?
   Я подступила ближе и не сдерживая силы, влепила ему пощечину. Он не уклонился. Даже не моргнул. Следовало бы врезать кулаком, но стало жалко ободранные костяшки пальцев.
   - Где ты был? Где ты все это время был?!
   - Китра, - повторил он.
   Я отшатнулась, желая то ли убежать, то ли ударить его по-настоящему.
   Голова закружилась. Тошнота подкатила к горлу. Ноги подкосились и я, совсем не почувствовав боли, упала на колени.
   Обида, злость, вина, смешались в ядовитый коктейль из чувств.
   - Китра, - позвал он.
   Заклинание Света полилось из сильных, мозолистых рук. Белые лучи потекли по моей коже и я заговорила. Рвано. Не связно.
   - Вы позволили мне это сделать. Знали, что я больна. Что не в себе. Ты - знал! И все равно, позволил. - Я путалась в мыслях. - А потом пропал. Вы пропали. Все пропали! Бросили одну. В проклятом, огромном мире, в котором я не умела жить сама! Эрин! Ты! Он! Вы все! Я была растеряна! - захлебываясь слезами, прокричала я. - Сломлена. В ужасе! Я была... была... Я не хотела быть!
   Я закрыла лицо ладонями, сжимаясь в комочек. Уткнувшись лбом в колени, зарыдала навзрыд. Когда сапоги Калеба зашаркали по мелким камушкам, а теплые руки обняли, я перешла на тихие всхлипывания.
   Что происходит?
   Калеб сидел рядом на коленях, осторожно укачивая меня. Я хваталась за лацканы потрепанного костюма, отчаянно вжимаясь в плотную ткань, подпаленную огненной Стихией. Чужой Свет пульсировал энергией, успокаивая душу.
   Я уничтожила себя. Уничтожила меньше, чем за минуту.
   - Я не бросал тебя. Я не бросал никого из вас. Я всегда был рядом.
   Обида ворочалась внутри раненным зверем.
   - Не был! - возразила я, куда менее уверенно. - Я бы знала.
   Ментор убрал с моего лица слипшиеся пряди волос, заправляя их за ухо.
   - Я не хотел мешать тебе строить собственную жизнь, поэтому не раскрывал себя. В нужный момент я был рядом.
   - В самом деле? - Я вытерла рукой слезы, размазывая остатки макияжа. Наконец оторвалась от груди Калеба, чтобы посмотреть в лживые глаза. - Был рядом в нужный момент, Калеб? А как же прошлый раз?! - взвилась я, отталкивая от себя мужчину. - Я потеряла магию. Свет покинул меня. Ты говорил - это невозможно! Я считала, что это невозможно. А он пропал! Я попала на алтарь жертвоприношения демону и спаслась чудом. Чудом был бывший муж, а вовсе не ты. А еще этот маг Воздуха, - я начала было жаловаться на Камдена, но прервалась на полуслове. Запоздалый испуг пробежался по позвоночнику: это же я раскрыла существование Пробудившихся и преподнесла на блюдечке схемы плетений для перерождения. Неуверенно покосившись на демонолога, я закончила: - Возможно, я тебя предала. В тот момент ты тоже был рядом, а?
   - Был, - подтвердил он, одобрительно сжав мою руку. - Я знаю обо всем, что произошло. Я был в Старом городе. Так же, как и ты, и вы все: Эрин, Эгелар, Генетт и ты.
   Генетт? Так вот как зовут нашего пятого!
   Что за идиотское имя? Это же какое-то животное. Людей так не называют.
   Я почувствовала озноб. Голова вскипела от интенсивной работы мысли.
   Где это они все были? В смысле, как так? Муж, да, буквально ворвался в мою жизнь, а Калеб и Эрин? И этот...
   - Генетт, - увидев мой растерянный взгляд, подсказал Калеб. - Я знаю, ты его вечно забываешь. Что даже немного забавно. Он-то, как раз, отчаянно пытался с тобой связаться, но ты не дала парню ни малейшего шанса.
   Кому я там чего не дала?
   - Кто? - спросила я, перебирая всех знакомых из Старого города. Догадки складывались одна хуже другой. - Под чьим именем ты скрывался?
   Я не сдержала гримасу легкого отвращения, представив Калеба на месте Стража Солнца. О, нет-нет-нет! Мерзость! Он бы так со мной не поступил. Уйди видение, уйди! А если под личиной Имира Клоу прятался наш пятый?
   - Калеб, - заныла я.
   Он покачал головой.
   - Все же просто. Мы очень редко отступаем от своих привычных ролей, Китра. Ты каждый раз возвращаешься к старому имени. Генетт придерживается кошачьей сути и мнит себя ищейкой. Эрин бунтует против всего, а я... я всегда тот, кто заботится о вашем благополучии. Хотя, когда вы разбредаетесь по миру, это становится довольно сложно. Иногда приходилось дергать ниточки, чтобы собрать вас вместе. Вернуть Эгелара оказалось почти непосильной задачей.
   Меня посетила неприятная догадка.
   Калеб не злился и не обвинял. Зачем? Зачем, если он сам контролировал все то, что произошло. Вот же бестолковая! Не догадалась, что просто так у Камдена не могли появиться выкладки демонолога и Дневник. Калеб любил вкладываться в долгосрочные перспективы.
   - Спрашивай, - любезно предложил маг Света, пройдясь взглядом по темноте обезображенных улиц. - Немного времени у нас есть. А потом мне придется приступить к своим непосредственным обязанностям.
   Вопросов было много. Важных для меня - едва ли пара штук. Прошлая жизнь осталась в прошлом. Не так важно, за чьим обличьем стоял Калеб. Дверцу под названием "Эрин" я давно оставила зарытой, и ломиться в нее опять было бы большим шагом назад.
   Я сморгнула последние капли слез, неосторожно задержавшихся на кончиках ресниц, и спросила:
   - Страж Солнца, Имир Клоу. Он был частью плана?
   Калеб кивнул. Мне почти не сделалось больно.
   - Не так, как ты думаешь. Я хотел вернуть Эгелара. Когда понял, как Нижний мир действует на души людей, я приложил все усилия, чтобы связаться с ним и уговорить пойти со мной. Но, ты же его знаешь. Затаил обиду.
   - При чем здесь Страж?
   - При всем, Китра. Смотри шире. Вспомни, чему я тебя учил. Принимать помощь Эгелар отказался. Единственное, что оставалось - вынудить его самого захотеть вернуться в Привычный мир и предоставить для этого возможность. Сложность возникла с тем, чтобы найти подходящее тело для его вздорной души. Раньше граница между мирами была крепка. Это сейчас вы можете скакать между мирами не оставляя тел. Тогда же демоны не беспокоились о вопросах доставки душ в сосудах. Кто угодно для этой цели не подошел бы. Слишком много факторов должно было совпасть: магия Стихий, мышление, родство, характер и еще целая прорва мелких деталей. Камден оказался даром небес.
   Я фыркнула, совершенно не разделяя мнение бывшего учителя. Калеб вскинул бровь, призывая меня к молчанию, и продолжил.
   - Я не был уверен, как он к тебе относится, после стольких лет. Фиаско с жертвоприношением дало пищу для размышлений. Я положился на Стража, как на человека, что будет способен вынудить Эгелара вернуться. Я надеялся на ревность, но получил ее не с той стороны, с которой ожидал. Эгелар и Камден перемудрили в своих играх за власть и оба оказались в ловушке.
   Я резко посерьезнела. Захотелось еще разок впечатать в Калеба заклинанием или врезать с размаха. История Камдена мне была известна, но то что первоначальной наживкой служил Имир - самый честный и искренний человек, которого я когда-либо знала, оказалось неприятным сюрпризом.
   - Не надо думать обо мне плохо. Страж не был моим человеком, - попытался успокоить меня маг. - Ты ему нравилась. Он любил тебя. Я лишь немного подкорректировал события, чтобы то, что произошло, случилось ровно так и тогда: не раньше не позже. Все-таки я отдавал своего ребенка.
   - Я не твоя дочь, - напомнила я. - И я не хочу знать, как ты попал в мою родословную. Да, именно ты в мою, а не я в твою. В прошлой же жизни, человек, что оберегал меня магией, не имел ничего общего с моей семьей. Он был в возрасте, донимал какими-то правилами, устроил свадьбу по всем канонам Света и Солнца... проклятье!
   - Мастер Эстеф, - подтвердил он, делая шутливый поклон. - Единственный и неповторимый маг Света в самом сердце средоточия сил и знаний.
   - Блеск, - хмуро прокомментировала я, выцарапывая шпильки из волос и откидывая их в сторону. Других слов не нашлось. Мне бы полагалось больше эмоций, но сил на них не осталось. Разговор истощил меня. Весь Нижний мир потихоньку подъедал частички моей сути.
   Именная запонка обожгла ладонь. Я спохватилась.
   - Мне надо найти дом Инквизитора, пока он не вернулся. Там мой Дневник.
   Калеб помог мне подняться. Теплая магия Света, лившаяся из рук мага, мягко обволакивала. Она сливалась с моими собственными, истерзанными и изувеченными каналами, нить за нитью, восстанавливая плетения и забирая боль. Вот что значит, работа мастера.
   - Как ты оказалась в Нижнем мире? - он отряхнул от пыли штаны и бросил укоризненный взгляд на бардовые капли, оставшиеся на рукавах. - Я же предупредил не соваться к демонам.
   - Ты сказал, что вскоре появится новая магия. И родится она здесь, - я сделала широкий жест рукой, указывая на переплетенные ночью антрацитовые деревья, скопившуюся пыль людского отчаянья и воздух, пропитанный муками страданий.
   - Ты отправилась на поиски магии? - удивление сквозило в каждой букве его вопроса. Мне почти захотелось соврать. Почти. Но он распознал бы ложь в одно мгновение.
   Неспешно отрывая клочки одежды, висевшие грязными сосульками, я пересказала мужчине позорную историю с Лиарам. Калеб не засмеялся. Даже не стал закатывать глаза и напоминать, сколько жизней я живу на этом свете, чтобы попадаться на уловки демона. Легкая полуулыбка мелькнула на небритом лице.
   - Мое неразумное дитя, - протянул он, - это приятно, что ты за меня беспокоишься, но совершенно бессмысленно.
   - От меня больше проблем, чем пользы. Я помню, Калеб. - Я не стала обижаться. Он прав. - Как ты узнал, что я здесь?
   - Сложно не почувствовать магию Света в мире, где нет ни единой живой искры. - Я для себя отметила, что присутствие Калеба не ощутила. - Проложить путь к тебе - труднее. Если бы ты не вышла на тропу, пожалуй я не смог бы до тебя добраться. Магия демонов, что опутывает их жилища и территорию, для меня в новинку, - карие глаза блеснули предвкушением. Мысль, что он сможет покопаться в строении склизкой материи, рождали в нем неподдельный энтузиазм.
   - Ты пришел помочь? - вмиг посерьезнела я. Столько жизней игнорировал, пропустил (организовал!) пару тройку жертвоприношений, и вдруг явился! - С чего бы?
   Я подалась назад, заново оценивая ситуацию.
   - Предупредить. Я пришел залатать грань, Китра. Я не смог найти то, что помогло бы уничтожить демонов. Свет изгоняет их из Привычного мира в Нижний, но не убивает. Я могу вернуть все. Сделать как прежде. Но это не возвратит Свет, не возродит его силу.
   Великий, всепроникающий Свет! Я ни на секунду не засомневалась, что он так может.
   - Что ты хочешь этим сказать?
   - Ты должна как можно быстрее покинуть Нижний мир. Я закрываю его. Заклинание уже вступило в действие. Как только завершит работу, дорога домой закроется. Те, кто останется наверху - останутся там навсегда. Те же, кто находятся здесь... В общем, я пришел, потому что мне нужна помощь. Я был уверен, что справлюсь один, но ошибся. Я должен следить за заклинанием и подпитывать его силой изнутри. Наверху еще остались демоны. Их не так много. К счастью, они достаточно консервативны, чтобы не любить долгих пребываний на поверхности. И все же, даже десяток подземных тварей может успеть среагировать и помешать смене власти.
   - Ты что, решил устроить революцию? Сейчас? Для таких вещей мало одного мага Света и желания. Нужна поддержка общественности, соответствующий настрой и... Твою ж налево, Калеб!
   Мятежники. Камден. Леда. У него все это было. Все, чтобы устроить переворот власти.
   - Я уже подал им знак. Основная часть демонов, что в Привычном мире, собралась на балу. Верхушка Канцелярии отсутствует. Остались не самые сообразительные одиночки. Они не сразу поймут, в чем дело. Другие же, кто рассредоточен по Ириаде - не важны. Они не успеют опомниться. Их слишком мало. И за ними следят мои люди. Восстание уже началось. Я планировал присутствовать, - он развел руки в стороны, - но, как видишь, не могу. У них нет магии, что способна низвергнуть демонов, а у тебя есть.
   Я не сдержала истерический смешок.
   - Я? Против демонов? Посмотри на меня! - я всплеснула руками, демонстрируя свой побитый, убогий вид. - Я с Лиаром-то не справилась, что мне делать с целой дюжиной?
   - Не то чтобы у тебя действительно был выбор...
   Я не стала ждать окончания фразы.
   - Данары, - привела я очередной бесполезный аргумент. - Помнишь о них? Я без понятия, как на них отреагирует магия. Данаров в Привычном мире больше, чем пара сотен.
   - Это задача Камдена и остальных. Оставь это им. Они знают, что делать. Изгони демонов, Китра. Это то, ради чего тебе была когда-то дарована магия: сражаться с порождениями мрака и отродьями тьмы. Последняя миссия Света. - Он перевел дыхание и продолжил. - Я немного восстановил твой резерв, но заполнить магией ты должна его сама.
   - Постой! Ты заново отгораживаешь Нижний мир от Привычного. А как же он? - Я неопределенно махнула рукой, но пояснять не требовалось: Калеб понял, о ком шла речь. - Что же, опять оставим его запертым в Нижнем мире на вечность?
   Великий экспериментатор и планировщик неопределенно и очень по-человечески пожал плечами.
   - Эгелар комфортно чувствует себя демоном.
   - Только потому, что не помнит, что был человеком, - я уперла руки в боки, укоризненно глядя на бывшего учителя. Видения того, как монстр, существование которого ложилось виной на мою совесть, раз за разом убивает черноволосых девушек, не давало покоя. Нижний мир, жертвоприношения, цикличность - все это часть моей ошибки и с течением времени она расширялась и расширялась, повергая меня в собственноручно вырытую яму.
   - Хочешь отобрать его последнюю иллюзию?
   - Он не должен жить так, - уверенно сказала я. - У него должен быть выбор.
   - Как и у каждого из нас. - Согласился маг, указывая вверх, туда, где в синих разводах проглядывало безлунное небо. - Заклинание скоро вступит в силу. Мне надо возвращаться на исходную точку. Я могу переправить тебя в Привычный мир прямо сейчас.
   Я отшатнулась назад, не позволяя ухватить себя за руку и насильно выдернуть из Нижнего мира.
   - Я должна забрать Дневник, - с заминкой пояснила я.
   На самом деле я не знала, где он находится. В рабочем кабинете Инквизитора в академии или в доме. Мне следовало обшарить оба места, пока запонка-ключ в моих руках, но, видимо, хватит времени только на одно. И да, я надеялась, что за это время вернется Инквизитор, и я что-нибудь придумаю.
   - Ты умеешь прокладывать путь сквозь миры? - заинтересовался обладатель роли моего отца, задумчиво почесывая подбородок.
   - Нет, - призналась я. - Но знаю несколько тайных дорожек. То есть, одну знаю наверняка.
   Калеб изобразил пальцами пасс: светлая сила потекла по пространству, формируясь в плетение.
   - Не время и не место учить тебя здравому смыслу, мой неуемный ребенок. Нет, - остановил он меня, когда я захотела возразить, - вы всегда остаетесь моими творениями, сколько бы ни миновало лет и жизней. Не задерживайся надолго. Полчаса - это предел, через который не прорваться, Китра. Делай, что считаешь нужным и не жалей о последствиях.
   Он, прощаясь, махнул рукой, растворяясь среди тонущих во мраке деревьев.
   - А разве ты не застрянешь вместе со всеми этими тварями? - мой голос запоздало отразился от домов пустой улицы, падая и умирая на покрытой копотью брусчатке. Я говорила в пустоту. Кроме спящих беспробудных сном теней, слушать было не кому.
   Я разжала ладонь, напоминая себе о главном событии вечера. Запонка неуверенно блеснула в затухающем свете. Я скрипнула зубами, заставляя непослушное тело двигаться дальше.
  
  
  
   Глава 31
  
  
  
  
   Я переступила черту. Реальность пошатнулась, пропуская в чужие владения. Запонка кольнула палец, открывая дорожку к чертогам Инквизитора. Одинокий домик с зимним садом утопал в снежных барханах. Ветер швырнул в меня горсть колючих снежинок. Предчувствуя морозное дыхание пространства, я обхватила себя руками. Тратиться на заклинания не стала. Сосредоточившись на цели, я шла по ледяному настилу. Ночь ожидалась длинной.
   Скрипнули петли.
   Я изо всех сил старалась не вглядываться в белизну сугробов. Не стоило мне знать, что из этого снег, а что прах и пыль перетертых костей.
   Дверь распахнулась, приглашая пройти к домашнему очагу. Очень хотелось броситься к горящему камину, скинуть прохудившиеся тряпичные туфли, погреть замерзшие пальцы. В прошлый раз холод предзнаменовывал уходящие минуты моей жизни. Сегодня же, он отсчитывал последние минуты людей, что остались в Привычном мире.
   Надо поторапливаться. К демонам тепло, огонь и камин! Согреюсь в движении.
   Я бросилась обыскивать скудный интерьер Инквизитор. Сою территорию демоны охраняли ревностно и на дополнительные заклинания внутри жилища не тратились. Двери были не заперты, а комнаты все так же не обжиты. Пустая прихожая, более-менее уютная малая гостиная, идеально чисты столовая и кухня, несколько залов и холодная спальная, где давненько отсутствовало человеческое тепло.
   Обшарив первый этаж, я осталась в легком недоумении. То, что маленький домик снаружи, оказался внутри больше и имел лестницу на второй этаж, меня не сильно удивило. Непонятным казалось то, что если проследить движение Инквизитора от парадного и черного входа, то оно вело к лестнице. Гостей демон не жаловал и друзьями не обзавелся.
   В подвале я наткнулась на бесконечные склянки зелий. Ингредиенты тщательно расставлены по полочкам. Травы висят под потолком. На полках шкатулки со стазисными заклинаниями и прочие безделушки быстрого действия. Здесь, конечно, ощущалось больше жизни. То ли из-за частого использования, то ли из-за равномерных перестуков застывших в чарах чужих сердец.
   Если Дневника нет на втором этаже, то, что мне делать? Возвращаться в Привычный мир? Пока я переворачиваю все вверх дном, в академии Камден возглавляет восстание - вот уж отлучилась на полчасика с бальных танцев! Ни на минуту оставить никого нельзя. Не перерождалась триста лет - империю захватили демоны. Странно, что пока я сплю, мир остается на месте. Глядишь, так однажды проснусь, а вокруг ничего и нет. Самоуничтожилась вселенная без моего внимания.
   Поговорить с Инквизитором начистоту? Если я предупрежу о закрытии Нижнего мира, что он сделает? Пойдет наверх и что? Поверит, если я скажу, что он один из нас? Потребует доказательств? Разозлиться? Проигнорирует? Созовет демонов на войну? В последней попытке отомстить человечеству, ринется в бой, крушить мятежников? Сотрет половину Империи в пыль? Вырвет сердце и оставит в шкатулке новой подружке на память. Что?
   Этими и еще сотней тысяч других вопросов, я мучила себя, перерывая книжные шкафы верхнего коридора. Поисковые заклинания отскакивали от предметов и друг от друга. В демоническом мире они действовали как слепые котята, на ощупь выискивая цель.
   Это безнадежно. Я зря трачу время.
   Заклинание запищало. Я резко отпрыгнула от шкафа, пытаясь понять, какой из поисковиков наткнулся на что-то стоящее. Вдоль коридора тянулось с десяток дверей, которые я еще не проверила. Красная, пульсирующая нить извивалась в предвкушении победы. Она подавала сигналы, обрываясь у самой дальней двери. Заклинание столкнулось с чем-то, что не смогло опознать. Такую реакцию магия выдавала на сложные артефакты.
   Я бросилась в конец коридора.
   Проклятье!
   Дверь отварилась, а мой рот распахнулся в глубоком удивлении.
   Это же кабинет Инквизитора.
   Я захлопнула за собой дверь и бросилась к ящикам письменного стола. Именно там он оставил Дневник в прошлый раз и, похоже, не спешил ничего меня. Письма и бумаги летели в стороны, пока я хлопала дверцами. Он здесь, точно здесь!
   Быстрее!
   Еще!
   Чернильница на пол. Перья туда же.
   Книги - простите. Учебники -ненавижу вас.
   Я властвовала над хаосам, в поисках цели.
   Когда последняя преграда была сметена, я вцепилась в потрепанный томик Дневника. Наконец. Наконец-то.
   Тяжелые шаги за дверью.
   Я вскочила на ноги.
   Уже? Он вернулся?
   Я бросила Дневник на стол в тот самый момент, как дверь распахнулась.
   - Адептка, - глухо обронил вошедший.
   Я подбирала очередную ложь, когда мужчина пошатнулся и упал на ковер. Хрипло застонав, он перевернулся на бок и замер. Сквозь изодранную ткань, вплавленную в кожу, виднелась смолянисто-черная слизь. Восточные узоры золота и кармина обагрил сочный оттенок демонической крови.
   Он ранен?.
   - Господин Инквизитор?
   Бессмысленный взгляд вяло пополз по комнате, выискивая источник звука. Он прошел мимо меня насквозь, словно я не существовала, и остановился где-то за моим плечом. Я пялилась на открытую, разрастающуюся рану, не зная, что предпринять. Свет лечил людей, причинял вред данарам и изгонял демонов. Ничего из моего арсенала не предполагало заживления ран тварей Нижнего мира.
   Я подошла ближе.
   - Господин Инквизитор?
   - Он мертв, - криво усмехнулся Инквизитор в болезненном спазме. - Я - идиот, но он мертв.
   Лиар мертв? Поделом ему.
   Я села на корточки, пытаясь понять, почему Инквизитор себя до сих пор не исцелил. Тащится в таком виде по Нижнему миру - не лучшее решение. Может, в родных стенах лечебные заклинания даются легче? Или беспокоился, что я переверну его дом вверх дном?
   - Позвольте, посмотрю.
   Я потянула за рваные края одежды. Черная слизь неприятно булькнула. Мужчина сдавленно вскрикнул, тут же добела сжимая губы. Я продолжила расстегивать рваную рубашку.
   - Выглядит плохо, - неожиданно призналась я.
   Режущий удар пришелся печень, остатком заклинания перекинувшись на солнечное плетение. Подлые чары пришлись по физической и ментальной оболочке. Рана почти не кровоточила, хотя для человека она стала бы смертельной. Главный враг пожирал его кровяную и нервную системы.
   Мое платье было грязное и рваное, точно так же, как одежда Инквизитора. Я бросилась к шторке. Потянула за портьеру. Та поддалась не сразу. С металлическим шелестом, ткань опала мне на руки. Я рванула края, отхватывая приличный лоскут. Скомкав в тряпку, я вернулась к лежащему демону. Он рассматривал пустоту, в которой намеревался пребывать до скончания вечности.
   Я прижала ткань к ране. Мужчина мотнул головой, пытаясь отпихнуть меня в сторону. Попытка провалилась.
   Белое от боли лицо исказилось.
   - Не прикасайся, - потребовал он, с трудом фокусируя взгляд. - Уходи.
   - Рана выглядит серьезной, - неуверенно возразила я. - Могу я чем-то помочь?
   Пожалуй, я могла бы уйти вместе с Дневником. В таком состоянии Инквизитор ничего бы не заметил. Он дышал-то едва.
   Губы, окрасившиеся в серый пепел, с трудом разомкнулись. Каждое новое слово давалось демону тяжелее предыдущего.
   - Не можешь. Не ты и ни кто другой. Мне не помочь. Убирайся.
   Всю грудь хранителя академии испещряли ядовитые линии неизвестного заклинания. Черная слизь расползалась по белой коже, гипнотизируя извивающимися щупальцами.
   - У вас бред, - решительно заявила я. - Должно быть Лиар отравил заклинание или что-то в этом роде.
   - Глупая адептка, - внезапно усмехнулся хозяин дома. - Глупая-глупая-глупая. Это не Лиар, Лиара я убил.
   Точно бредит!
   - У вас в подвале целая лаборатория зелий. Что использовал против вас Лиар? Просто скажите, я что-нибудь подберу.
   - Это не Лиар. - Тяжело задышав, ответил он. Чернильная дрянь хлюпнула. Под вздувшимися пузыриками, магия продолжала разъедать кожу и каналы силы. Рана разрасталась. Инквизитор не исцелялся. - Это законы Нижнего мира. Демонов изгоняют... изгоняют потому, что их смерть чревата для убийцы. - Он закашлялся. Белые губы окрасились кровью. - Наказание - проклятье смерти.
   - С-с-свет, - зашипела я, сжимая импровизированную повязку. - Как же тебе тогда пришло в голову его убить?
   - Не знаю.
   - Идиот. Какой же ты идиот! За же... Зачем ты...
   Он отвел взгляд в сторону и, в этот раз, я проследила за ним. Черные, как смоль глаза, остановились на старой, не раз реставрированной картине с шумом волн, светом луны, запахом соленого моря и замершей на уступе девушкой.
   - Не знаю.
   Он медленно прикрыл глаза, не в силах удерживать навалившиеся тяжестью веки.
   - Нет, нет, нет! Не делай так, - потребовала я.
   Его дыхание медленно сходило на нет. Меня охватила дрожь.
   Я легонько ударила его по щеке, надеясь привести в чувства. Густые ресницы задрожали, но глаза не открылись.
   Я почувствовала соленую влагу на губах. Я не поняла, когда начала плакать.
   Он умирает. Он действительно умирает.
   - Инквизитор!
   Он вздрогнул. Мелкие тени бросились прочь. Из горла вырвался хрип. Черные отметины, разливавшиеся от солнечного сплетения, тянулись к шее.
   - Холодно, - внезапно пожаловался он, нехотя приоткрывая глаза. - Почему?
   Я склонила голову, пряча в растрепанных волосах сырые дорожки слез.
   - Магия покидает тебя, но тебе нельзя умирать. Не здесь. Ты должен встать. - Я ухватила его за предплечье и потянула на себя. Если он умрет в Нижнем мире, он застрянет здесь навсегда. - Ты слишком тяжелый. Я не дотащу.
   Я оглянулась на дверь. Она манила собственной недосягаемостью.
   Бесполезно. Тяжелый. И совершенно не хочет посодействовать! Может позвать кого-то на помощь? Не успею. Но и оставлять нельзя.
   Я отпустила его руку.
   - Нет, - снова заговорил он, перехватывая меня за запястье. Выражение глаз источало болезненную муку. Но дело было вовсе не в чернильной дряни. Демон не понимал, почему лежал здесь и умирал. Ради чего отдал жизнь. - Почему я пришел за тобой?
   - Потому что помнишь, - безжизненно отозвалась я.
   - Помню что?
  
   * * *
   Слабый магический огонек бился в силках стеклянной клетки. Неизвестный маг заточил крохотную стихию в старый, покосившийся фонарь у заросшего камышами, затянувшегося тиной пруда. Пламя шкварчало, извергало черный дым и снопы искр. Я дрожала в крохотном круге света, потерянно глядя в заполненную мраком улицу.
   Отец решил от меня избавиться. Я видела, как мать собрала мои вещи в сундуки и приказала слугам спустить их вниз через черный ход, чтобы я не заметила. Последние пару дней она ходила с красными глазами, прячась по комнатам и скрывая слезы. Она говорила, что это аллергия на цветочную пыльцу. Она врала.
   Мать сказала, что будет любить меня всегда. Что я не виновата. Отец же не перекинулся со мной ни словечком. Большую часть времени он запирался в мастерской и до рассвета трудился над картиной. "Не могу подобрать правильный оттенок синего" - говорил он, когда я стучалась дверь. От тоже врал. Он мог заставить сиять луной любой цвет, но он не хотел.
   Я жалась к столбу. К крохотным лучам умирающего заклинания. Оно совсем не грело и холод летней ночи скользил по оголенной коже рук. Я вздрагивала от каждого шороха и молила Свет продержаться еще немного.
   Я смутно помнила, почему сбежала из дома. Почему не взяла верхней одежды, зная, что на краю западных земель лето не отличается теплой погодой. Я без оглядки неслась в ночь по знакомым тропинкам, через сады и аллеи, вслед за ветром, пока не застряла на крохотном участке света.
   Тени поймали меня.
   Окружили.
   Заперли.
   Я не могла выбраться за край света. Они бы тут же сожрали меня до косточек или утащили к тварям Нижнего мира.
   И я стояла.
   Мерзла.
   И ждала.
   Поднялся ветер. Затрещали ветви старых деревьев. Камыш низко-низко пригнулся к воде. Свет запрыгал, затанцевали тени. Темнота выплюнулаа сумрачную фигуру.
   В блеклых красках улицы, человек выделялся тонкой полоской света призрачного ореола.
   Мама пугала меня жителями иного мира, что выходили после захода солнца и утаскивали непослушных детей в королевство черных деревьев и мертвой тишины. Но я уже не была ребенком. Мне совсем чуть-чуть осталось до совершеннолетия. А взрослые не боятся сказок и не верят в страшных монстров под кроватью.
   Я с вызовом посмотрела на незнакомца.
   Мне нечего бояться пока я в круге света. Пусть сам боится меня!
   Он оказался моложе, чем я представляла. Лет двадцать пять - не больше.
   Человек.
   Гордая осанка, уверенная походка, легкость движений. Маг Стихий во плоти. Выросшая в рыбацкой деревне, но в прославившейся семье талантливого художника и поэтессы, мне приходилось иногда видеть высокопоставленных людей. Те, кто рожден в знатных семьях и впитывает манеры родителей с грудным молоком, отличны от случайных любимчиков фортуны. Их повадки естественны, безукоризненны, без заминок и лишних жестов.
   Молодой человек носил отличия мастера Воздуха. Не скрытно, а напоказ. Демонстрируя всему миру, что он посвятил свою жизнь сомнительному искусству. И все же, нарочитый изгой воспитание и манеры получил не вместе с тайными знаниями. Он принадлежал к знати, но отчего-то скрывал связь с высшим обществом.
   Изгнан?
   Отрекся?
   Стыдится?
   Он балансировал на тонкой грани между фамильной холодностью манер, вынуждающих к подчеркнутой вежливости и любопытством живого ума истинного мага. Два мира разрывали его сущность на части так же, как сон и явь делили пополам меня.
   - Вы позволите? - он кивнул на круг света. Он спрашивал разрешения пересечь разделяющую нас черту.
   - Если я скажу "нет", это что-то изменит?
   Он развел руки в стороны.
   - Я останусь стоять здесь.
   Я кивнула.
   - Вы человек?
   - Могут быть сомнения?
   Я дернула плечом:
   - Вы не ответили.
   - Вы знаете ответ.
   Верно.
   - Вы маг Воздуха?
   Он указал на нашивку.
   - Вы маг Воздуха? - повторила я.
   Он недовольно вздохнул, но ответил:
   - Отчасти.
   - От какой части?
   - От части меня.
   - А с другой частью что?
   Он помедлил с ответом. Три секунды молчания выбили из меня дух. Мною завладела паника.
   Свет, что же я творю? Я не должна с ним разговаривать. Не должна разговаривать так. Я обидела его. Несомненно, обидела. Следовало молчать. Все равно из моего рта льются бессмысленные, бестолковые, глупые речи. С чего я решила, что ему интересно меня слушать. Что он хочет мне отвечать. Глупая-глупая-глупая! Поэтому родители от тебя избавляются. Поэтому твои вещи грузят в экипаж. Поэтому тебя отправят далеко-далеко, где невидно моря, а облака столь низкие и густые, что скрывают крупицы живого света, и в любую, самую ветреную, самую спокойную погоду небо спрятано от глаз.
   Он развернется и уйдет. Я останусь одна, ненужная как старый фонарь у заброшенного пруда.
   Я вздернула подбородок, чтобы запомнить лицо молодого мужчины. Пусть уходит.
   Но он стоял.
   Бледные губы разомкнулись и тяжелые слова упали камнями.
   - Другая часть не принимает меня.
   - А у меня наоборот.
   Ветер занес несколько опавших листьев в круг умирающего света. Удручающе зашелестели деревья. По коже поползли мурашки. Стало как-то зябко. Молодой человек щелкнул застежкой. Дорожная мантия затрепетала от пронесшегося сквозняка, но упорхнуть из рук незнакомца не успела. Небрежным жестом он накинул мне на плече плащ. Тяжелая материя покачнула мое равновесие, и я удивленно ойкнула.
   Незнакомец потянулся было помочь, но руки замерли и сразу же опустились по швам. Мы не были знакомы. Не были представлены. Между нами не было никакой степени родства. Я не находилась в смертельной опасности. Я не давала прямого разрешения или повода в себе усомниться.
   - Наоборот - это как?
   - Часть меня есть, - я подняла голову и указала на расплывшуюся в тумане луну, - а части нет.
   - Не знаю, как выглядит та часть, что отсутствует, но ту, что я вижу - прекрасна. Хотел бы я иметь хотя бы крупицу вашего совершенства.
   Я вспыхнула. Накативший жар прогнал мурашки. Я почувствовала, как полыхают кончики ушей. На поверку вскинула руку, чтобы проверить, не источают ли они настоящее пламя.
   - Вы мне льстите, - спохватилась я. Вежливость приобретенная возымела власть над магической сутью. Воспитание стелет дорогу мягкой ложью, а Стихии режут правдой. - Не надо. Я и так живу в иллюзиях, незачем добавлять им живости красками.
   - Простите, - его лицо резко побледнело. - Должно быть, вы неверно меня поняли. Моя вина, я не представился. Ваш отец писал мне. Мы как-то встречались на одном из приемов общего знакомого. Там он рассказал о вашей деликатной проблеме. Я, в свою очередь, тоже открылся. Мне стало известно об одном целителе, что способен излечить любую магическую хворь. Свое состояние я не считаю болезнью, но и здоровьем это не назовешь. Я признался вашему отцу, что собираюсь навестить мага, что столь смело заявил о своих силах.
   - Вы собираетесь отвезти меня в дом скорби?
   - Нет! - мысль об этом показалась магу отвратительной. Похоже, он еще не был готов принять свое отличие от других. - Это не дом скорби и не монастырь. Калеб Геллиофрей - известный демонолог. Поговаривают, он брал знания из Нижнего мира. Тайны, что ему открылись, неизвестны ни одному живому существу Привычного мира. Если кто и может справиться с постигшим вас и меня недугом - это он.
   - Так вы здесь, чтобы сопроводить меня к этому... эм... магу?
   - И оберегать.
   Я скрестила руки на груди и нахмурилась. Родители не давали мне ни шагу свободы. Вечно под присмотром. Каких усилий стоило сбежать этим вечером. Каким обман обернулся уход. И вот, теперь, не поскупились, чтобы заручится поддержкой мага. И не какого-то там прохиндея, а молодого с настоящей силой. Вежливого, учтивого, искреннего, а не одного из маразматиков Света с лоснящимися волосами, пухлыми рожами и пузом до колен, от которых разит кислым вином и приторно-сладковатыми травами
   - Экипаж заправлен, вещи погружены. Не хотелось бы мешать вашему прощанию с этим достойнейшим фонарем из всех других фонарей, но путь предстоит неблизкий. Нам бы поторопиться.
   Мои плечи сотряслись от хохота.
   - Я не... вы думаете?.. Фонарь... - я отчаянно прикрывала рот ладонью, но смех просачивался сквозь пальцы и, подхватываемый ветерком и пылью, уносился вглубь заросшей аллеи. - Вы называете фонарь достойным?
   Он рассмеялся в ответ.
   - Если вы столько времени посветили ему, то он определенно может считаться достойнейшим из достойных.
   Я посмотрела на затухающий огонек и металлические завитушки, тянувшиеся к нему.
   - Может быть, - согласилась я. - Он мой спаситель.
   - Я и не сомневался. Пойдемте, я провожу вас до экипажа.
   - Я... Мне жаль, но я не могу.
   Его улыбка замерла и исчезла.
   Теперь поймет. Поймет что я неправильная. Что со мной что-то не так. Увидет искаженность. Грязную ауру. Проклятый свет обратной стороны луны. Червоточину скверны. Все то, о чем говорили выписанные родителями лекари.
   - Я чем-то...
   - Нет! - и спокойнее: - Нет. Дело не в вас. Дело в нем, - я указала на темнеющую дорожку, теряющуюся в прожорливой пасти мрака. - Он поглотит нас. Он заманил нас сюда и теперь мы в западне.
   Он рассмеется мне в лицо, - подумала я. - Они все смеются. А потом пропадают.
   Но маг был предельно серьезен.
   - Что же делать? - спросил он.
   - Нужен свет.
   Молодой мужчина посмотрел на закоптевшее стекло усталого перекошенного фонаря.
   - Как-то поможет, если я воспользуюсь магией Стихий?
   - Вы маг Воздуха. Это не то. Но не волнуйтесь, они охотятся только на меня. Вам не причинят вреда! Вы идите, воспользуйтесь Светом, вы же можете. Храмовник говорил, что магия живет во всех нас.
   А лекари, что именно она меня убивает.
   - Они?
   - Они, - подтвердила я, кивая на ползущие тени.
   - Знаете, раз мне они не опасны, может я бы поделился с вами своим Светом?
   - Поделились Светом?
   - Я им немного побуду, пока опасность не минует.
   - Но она не минует!
   - Так и я пока никуда не тороплюсь.
   Я задумалась. В его словах был смысл. Собственный Свет меня убивал, но его... его мог бы спасти. Только вот...
   - Я так не могу.
   - Отчего же?
   - Это серьезный дар. Его нельзя принять просто так. Я должна дать что-то взамен. - Я посмотрела на свои руки. Похлопала по платью, безуспешно ища карманы. Но у меня ничего нет.
   - Душа.
   По коже пробежался озноб. Наш разговор напоминал сделку.
   - Что?
   - Я буду вашим Светом, а вы - моей душой. Так мы и выберемся. Вдвоем. А потом поменяемся обратно.
   - Звучит честно, - согласилась я. - Кроме одного маленького момента.
   - Какого же?
   - Я до сих пор не услышала вашего имени.
   - Эгелар.
  
   * * *
  
   - Эгелар, ты понимаешь, о чем я говорю? Помнишь, кто я такая?
   В черных, смоляных глазах появился багровая дымка осмысленности. Мужчина как будто впервые увидел меня за все время, что я была в Академии. Губы, украшенные алыми мазками крови, дрогнули. В последнем вдохе господина Инквизитора империи Ириады, прозвучало уверенное "нет".
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
   191
  
  
  
  

Оценка: 5.39*11  Ваша оценка:

РЕКЛАМА: популярное на Lit-Era.com  
  М.Боталова "Академия Невест" (Любовное фэнтези) | | С.Суббота "Белоснежка, 7 рыцарей и хромой дракон" (Юмор) | | Д.Вознесенская "Игры Стихий. Перекресток миров." (Любовное фэнтези) | | Я.Ольга "Допрыгалась" (Юмористическое фэнтези) | | Д.Вознесенская "Право Ангела." (Любовное фэнтези) | | Р.Ехидна "Мама из другого мира" (Попаданцы в другие миры) | | В.Радостная "Еще немного волшебства, пожалуйста!" (Юмористическое фэнтези) | | С.Суббота "Ведьма и Вожак" (Юмористическая фантастика) | | В.Старский ""Темный Мир" Трансформация 2" (Боевая фантастика) | | Д.Коуст "Маркиза де Ляполь" (Любовное фэнтези) | |
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Атрион. Влюблен и опасен" Е.Шепельский "Пропаданец" Е.Сафонова "Риджийский гамбит. Интегрировать свет" В.Карелова "Академия Истины" С.Бакшеев "Композитор" А.Медведева "Как не везет попаданкам!" Н.Сапункова "Невеста без места" И.Котова "Королевская кровь. Медвежье солнце"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"