Кленарж Дмитрий: другие произведения.

Ученик ведьмы

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс 'Мир боевых искусств.Wuxia' Переводы на Amazon
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-20
Peклaмa
Оценка: 6.64*10  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Основной файл. Обновление от 25.08.16.

  Джойс (Байонетта-2) []
  
   Оглавление:
  Глава первая: Жребий брошен
  Глава вторая: Испорченный завтрак
  Глава третья: Путешествие в никуда
  Глава четвертая: Час волка
  Глава пятая: Ночь длинных ножей
  
  
  
  

Глава первая: Жребий брошен

I

  В книжках, которые читала мне няня, когда я был еще совсем маленьким, захватывающие приключения поджидали будущих волшебников уже на самом пороге магической академии. Древние тайны, могучие артефакты и вынашивающие коварные планы злодеи! Однако, когда пришла моя очередь, и мама с папой привели меня в первый класс первой ступени Академии святой Стефании, меня ожидали там лишь зубрежка и бесконечные нудные прописи, от которых сводило пальцы. Да задира из параллельного класса, с самого начала именно меня избравший в качестве мишени для своих насмешек. И никаких тебе чудес с приключениями.
  В книжках, которые в младшей школе я читал уже самостоятельно, рассказывалось об учениках второй ступени, делающих первые шаги в покорении магии, проверяющих на прочность свою дружбу и вновь сталкивающихся с уже повергнутыми ранее врагами. Моя средняя школа запомнилась мне лишь переломом ключицы на первом же занятии по левитации, когда я, не справившись с управлением ковром-самолетом, на полном ходу врезался в стену аудитории. Да еще задира из параллельного класса неожиданно оказался вовсе даже неплохим парнем и как-то незаметно из недруга превратился в лучшего друга и сотоварища по школьным проказам.
  В книжках, которые мы с моим новым приятелем читали в средней школе, повествовалось уже о совсем почти взрослых волшебниках, выпускниках магической академии. О новых схватках с упорно подымающим голову злом, о первой любви и последних испытаниях перед решительной битвой...
  В старшей школе книжек мы почти не читали - нам было не до того. Но первая любовь у нас все же была. И первый бокал вина. И побольше бокала и покрепче, чем просто вино. А потом был подпаленный в десятке мест потолок столичной таверны и перепуганные до смерти посетители и хозяин заведения. И свисток жандарма, преследующего нас по кривым улочкам Нижнего города. И утренняя головомойка в кабинете проректора по учебной части... Одним словом, было весело! Но целый пласт литературы, посвященный приключениям юных магов уже после завершения ими магической академии, как-то незаметно прошел мимо нас с Марти.
  Поэтому сейчас, стоя в самом центре огромного, большей частью погруженного в таинственный полумрак актового зала и краем уха слушая заунывно-торжественную речь директора, я впервые совершенно не представлял себе, что ждет меня впереди в соответствии с канонами книг моего детства. Сказка как-то внезапно закончилась, начиналось что-то новое и неведомое.
  Я незаметно переступил с ноги на ногу и покосился направо, туда, где с высокого амвона у подножия статуи святой Стефании уже битый час вещал надтреснутым старческим голосом наш директор, почтенный магистр Лотарио ди Крезо. Тот как раз сделал паузу, откашлялся, послюнявил палец и перевернул очередную страницу лежащей перед ним на пюпитре речи. Сделал глубокий вдох и...
  - О боже! Кто-нибудь, пристрелите его уже, - простонал стоявший рядом со мною Марти, едва заметно качнувшись, и я поспешил подпереть его плечом. - Я этого больше не вынесу...
  С другой стороны на меня облокотилась его сестра-близнец Мартина. И если от Марти ощутимо несло перегаром - напоминание о вчерашней выпускной вечеринке, для кого-то затянувшейся почти до самого утра, то Мартина, обхватив меня за локоть, воспользовалась случаем, чтобы слезть с высоченных каблуков, на которые она взгромоздилась ради сегодняшней церемонии. При этом, правда, девчонка разом оказалась макушкой где-то на уровне моего плеча, и окруженный с двух сторон коротышками Тревистон я превратился в хорошо различимую даже в этом полумраке светловолосую каланчу. Крутить головой стало уже как-то неловко, и мне пришлось вновь сосредоточить свой взгляд на противоположном конце зала, где на небольшом возвышении застыли двенадцать облаченных в одинаковые черные мантии с глубоко надвинутыми на лицо капюшонами фигур.
  Двенадцать Ищущих. Наставников, ищущих себе учеников. Двенадцать чародеев из Совета Ста Бессмертных, высшего совещательного органа Конгрегации Магов, что согласно древнему обычаю возьмут сегодня в ученики две дюжины лучших выпускников Академии святой Стефании. Через несколько минут, когда ди Крезо закончит свое наскучившее уже, наверное, даже моли, взирающей на него со старых шпалер на стенах, выступление, двенадцать магов запустят в воздух небольшие, размером с бильярдные, шары. Каждый от одного до четырех, в зависимости от того, сколько учеников он желает принять в этом году. Каждый своего уникального цвета. И наша, выпускников, задача будет - поймать один из этих шаров и вернуть его владельцу, узнав таким образом, к кому из могущественных волшебников судьба определила нас в обучение. Шаров всегда чуть больше, чем выпускников, так что у нас есть выбор, какой из них попытаться заграбастать. Хотя и известно, что легче всего в руку пойдет жребий того наставника, с которым тебе будет проще сойтись, и никогда не ляжет в ладонь шар того, с кем ты точно кашу не сваришь. Говорят, редко, но бывают случаи, что кому-то не удается и вовсе поймать ни одного шара. Впрочем, за все те одиннадцать лет, что я наблюдал за жеребьевкой как зритель, а не как участник, быть свидетелем подобного мне не доводилось ни разу. А вот как кто-то из чародеев остается без учеников, я видел аж дважды.
  Двенадцать Ищущих традиционно делятся на Объявленных - шестерых, имена которых известны заранее, и Необъявленных - шесть темных лошадок, среди коих могут скрываться как действительно выдающиеся маги, учиться у которых почтет за честь каждый, так и те, от кого любой школяр, знай он с кем имеет дело, предпочел бы держаться подальше. Но лица участвующих в жеребьевке чародеев скрыты под капюшонами, а цвет шаров заранее не известен... Если только твой отец не сенатор республики и не член попечительского совета школы, и у него нет доступа к кое-какой инсайдерской информации.
  Я с трудом удержался от соблазна оглянуться на трибуны, откуда сейчас за мною следили отец с мачехой и младшая сестренка. Вздохнул, покачал головою и незаметно пихнул локтем в бок вновь начавшего было заваливаться на меня Марти.
  Итак. В этом году шестеро Объявленных это: Роланд Сванте, шар - небесно-голубой с алой полоской, Вик из Рачестена, шар - желто-зеленый, Драган Ковач из Злажено, шар - бело-голубой с двумя черными полосами, Хейвар Штешенский, шар - черный, Лайош ди Ор, шар - бежевый с белым росчерком и, наконец, мастер И Чжень из империи Тай-Ши, шар - зеленый с синим и черной молнией.
  Из этой шестерки можно сразу отбросить Вика из Рачестена как слишком старого и давно вышедшего в тираж волшебника. К тому же, живущего в дикой промозглой глуши в старом замке со сварливыми привидениями. Лайош ди Ор как наоборот один из самых молодых членов Совета Ста, но и далеко не самый могущественный, может быть интересен, наверное, только нашим девчонкам - говорят, он писанный красавчик и дамский угодник. Ну, а с мастером Чженем после той роли, что сыграл мой старший брат в Танкайском инциденте два года тому назад, среднему отпрыску семьи Терранова лучше не связываться вовсе. Мстительные они там у себя за Жемчужным морем. Отец настоятельно советовал мне присмотреться к шарам, что будет запускать магистр из Штешена, вроде как даже приходящийся нам каким-то там дальним родственником. В крайнем случае, к одному из четырех жребиев Роланда Сванте, восходящей звезды магии и политики в Малых Королевствах. И, конечно же, ни в коем случае не играть в рулетку со жребиями Необъявленных.
  Звук гонга прокатился где-то по-над нашими головами. Марти встрепенулся и заозирался по сторонам.
  - Что? Он таки закончил? - словно не веря своему счастью, пробормотал старший Тревистон.
  - Ага, - я проводил глазами ди Крезо, который наконец-то закрыл свою речь, свернул ее трубочкой и, поддерживаемый под руки двумя старшеклассниками, неспешно спускался теперь с амвона. - Сейчас начнется главное. - Повернулся к Мартине. - Бежевый с белым, помнишь? Лайош ди Ор.
  Та пожала плечами, снова влезая в свои туфли и вырастая мне почти по кончик носа.
  - Даже не знаю. Я посмотрела на фотографии в последнем выпуске "Республиканского курьера", - с сомнением проворчала она. - Какой-то он... слишком слащавый...
  - Как хочешь, - хмыкнул я. - Было бы предложено.
  Мартина отпустила мой локоть, оправила на себе платье и, покосившись на меня, вдруг подмигнула:
  - А ты все-таки решил пойти против воли отца и положиться на удачу?
  Теперь уже пришла моя очередь пожимать плечами.
  - Скорее на древнюю магию. Не зря ведь жеребьевка по задумке первых магов должна была быть слепой. Поступить в ученики к какому-нибудь чародею по собственному выбору я и так могу. В чем тогда смысл жребия?
  Младшая из Тревистонов покачала головой, но ничего не сказала.
  В этот момент место Лотарио ди Крезо у подножия статуи святой занял проректор по учебной части мастер Гленнарт. Он воздел вверх ритуальный посох, вроде тех, какими пользовались волшебники в Темные века, когда и была основана наша академия, и что-то громко и торжественно провозгласил. Я, впрочем, все равно ничего не расслышал из-за нестройного гомона остальных учеников вокруг и шепота, покашливаний, шелеста платьев и вееров со стороны так же оживившихся зрительских трибун позади. Навершие посоха в руках проректора засияло белым пламенем, и в тот же миг над головами застывших напротив нас Ищущих взмыло десятка три разноцветных шаров.
  - Ну, начали! - выдохнул Марти, будто бы даже сразу начисто протрезвев, и первым сделал шаг вперед.
  Шары плыли по направлению к нам нестройным чуть колеблющимся облачком на высоте примерно в полтора-два человеческих роста. Едва заметно вращаясь и переливаясь всеми цветами радуги. Двадцать четыре ученика, тринадцать парней и одиннадцать девчонок, осторожно, чуть ли не на цыпочках двинулись им навстречу. Постепенно раздаваясь в стороны и словно бы охватывая парящие в воздухе жребии, окружая их. Не то чтобы те в самом деле были способны, уклоняясь от встречи с нами, упорхнуть куда-нибудь прочь с площадки в центре актового зала. Но, сколько помнили мы предыдущие подобные церемонии за время своего обучения в академии, все выпускники всегда поступали именно так. Будто охотники на облаве.
  Вверх потянулись первые руки, приманивая, подзывая к себе проплывающие мимо жребии. Поднял руку и я. Зацепился взглядом за первый попавшийся шар кислотно-оранжевого цвета и чуть пошевелил пальцами. Жребий замер в воздухе, слегка задрожал, продолжая вращаться вокруг своей оси, и вдруг медленно, но верно двинулся прямо в раскрытую ладонь. Я сомкнул пальцы и опустил руку. Шар, будто наткнувшись на невидимую стену, отскочил назад, столкнулся с желто-зеленым жребием Вика из Рачестена и, отлетев от него, юркнул куда-то еще выше, затерявшись среди прочих.
  Мимо, сопя курносым носиком и едва не сбив меня с ног, шмыгнула толстушка Бесс, преследующая какой-то упорно не желающий даваться ей в руку шар. Поодаль уже что-то в пол голоса рычал себе под нос Марти, подпрыгивая на месте в попытке дотянуться до выбранного им бело-голубого огонька. Радостно завизжала наша лучшая ученица Кристин, первой поймавшая шар жребия и теперь с гордостью демонстрирующая его нам. Голубой с красной полоской. Роланд Сванте! Хороший выбор. Тряхнув кудрями, она развернулась на каблуках и направилась к безмолвно взирающим на нас двенадцати фигурам в черном.
  Я снова вытянул над головою руку, заприметив угольно-черный шар, пытающийся прошмыгнуть мимо. Тот слегка замедлил свое движение, но не остановился полностью и даже попробовал было спрятаться за оказавшимся поблизости дымчато-серым. Я недовольно нахмурился и, сложив пальцы горстью, потянул его на себя сильнее. Кончики пальцев заныли, серый шар вдруг отлетел в сторону от удара, а в лицо мне прянула самая настоящая черная молния. Я едва успел сжать руку в кулак, встречая несущийся прямо на меня столь внезапно "передумавший" жребий. Но в самый последний момент, в долях дюйма от соприкосновения с моей ладонью, тот столь же резко изменил траекторию и исчез где-то меж стоящих вокруг меня учеников. Я облегченно выдохнул.
  Послышался новый победный вскрик, и следом за ним сразу же еще один. Сразу двое вытянувших свой жребий выпускников поспешили к своим будущим учителям.
  Любопытства ради я попытался притянуть к себе очутившийся было прямо надо мной зелено-синий с черной молнией шар мастера И Чженя, но тот, высокомерно проигнорировав меня, проплыл себе дальше, демонстрируя мне то один свой бок, то другой. Пока на нем не сомкнулись пухленькие пальчики Бесс.
  - Есть! - та аж подпрыгнула от восторга и, сияя начищенной медью, в цвет своих волос, побежала к фигурам в мантиях, рядом с которыми отиралось уже не менее десятка бывших школяров.
  Я негромко фыркнул и осмотрелся по сторонам. Марти как раз озадаченно чесал в затылке, провожая обиженным взглядом очередной сбежавший от него жребий. Зато Мартина с отчетливо написанным на лице сомнением рассматривала бежевый шар, смиренно лежавший у нее на ладони. А вокруг ее головы медленно нарезал круги еще один - черный. Быть может, даже тот самый, что только-что едва не засветил мне в лицо.
  Мое внимание неожиданно привлек изумрудно-зеленый, рассеченный на две неравные половинки синей полосой и с каким-то еще неразличимым пока рисунком шар, будто бы крадущийся за спиною у Мартины, скользя у самого пола. В какой-то момент он вовсе исчез под колыхнувшимся подолом пышного платья другой девушки позади нее, но тут же вновь оказался на виду, когда та сорвалась с места в погоне за другим жребием. Шар недовольно заметался на месте, мячиком отскочил от мраморных плит пола, и юркнул к младшей Тревистон, замерев возле ее лодыжки.
  - Это уже перебор, - рассмеялся я, протягивая в его сторону руку. - Мартина, почему они все тебя так любят?
  Та посмотрела на меня непонимающе, проследила за моим взглядом и удивленно уставилась на робко жмущегося к ее ноге незваного гостя. Шар мелко-мелко задрожал, сопротивляясь моим попыткам притянуть его, и еще сильнее прижался к обтянутой черным шелком чулка лодыжке. Мне показалось даже, что он негромко так возмущенно загудел. Мартина хмыкнула, подбросила на ладони бежевый шар мэтра Лайоша, поймала и, крепко стиснув его, сделала шаг назад. А в следующий миг коротким точным ударом туфельки отфутболила изумрудный шарик вперед и вверх.
  - Лови! - с улыбкой подмигнула она мне, шикнула, отгоняя прочь кружившийся рядом черный жребий, и решительно зашагала в сторону учителей.
  - Ну спасибо, - проворчал я, все еще смеясь и торопливо пробираясь сквозь уже изрядно поредевшие ряды учеников следом за странным шаром.
  Изумрудного хитреца я встретил уже почти что на другом конце площадки. Тот висел в воздухе рядышком с еще четырьмя явно оказавшимся на обочине жеребьевки шарами. Но стоило мне вытянуть в его сторону руку, как он тут же заторопился прочь. Я остановил его на пол пути и попытался притянуть к себе. Он заколебался, заметался из стороны в сторону, но все же, сдавшись, поплыл навстречу. Однако, когда мои пальцы уже готовы были сомкнуться на его блестящей гладкой поверхности, маленький мерзавец вдруг резко выкрутился и, чиркнув по рукаву куртки, исчез где-то у меня за спиною.
  - Ах ты ж!
  Я поспешно развернулся, краем глаза успев заметить, как тот вновь прячется под длинным в пол платьем одной из учениц. Прыгнул к ней, ловя его на вылете уже с другой стороны. Повел рукою в воздухе перед собой, сопровождая полет беглеца, постепенно замедляя его и закругляя траекторию так, чтобы она вновь закончилась в моей распахнутой ладони. На этот раз я не торопился, тщательно контролируя малейшее его движение, не давая возможности каким-нибудь новым внезапным финтом ускользнуть от меня. В нескольких дюймах от моей руки он и вовсе неподвижно застыл на месте, теперь уже издавая вполне отчетливое недоброе гудение. Ну никак ему не хотелось подчиняться моей воле! И все-таки я шагнул вперед, заключая его в ладонь.
  - Вот и все, да?
  Поднес руку с пойманным шаром к лицу и медленно разжал пальцы. Рисунок на нем оказался стилизованным изображением чайки с одним непропорционально длинным и надломленным посередине крылом. Я склонил голову на бок, с любопытством разглядывая свою добычу. Жребий, немного подумав, вновь невысоко взмыл над моей ладонью, но убегать больше не пытался. Вместо этого он выжидательно вращался вокруг своей оси, поблескивая изумрудными боками.
  Задев меня плечом, мимо с важным видом прошествовал Марти, гордо неся перед собой на вытянутой ладони бежевый с белой полосой шар. Я хихикнул, мысленно пожелал им с сестрою удачи и вновь посмотрел на жребий, доставшийся мне.
  - Ну что ж, - вздохнул я, - веди, малыш.
  Шар у меня на руке, словно услышав обращенные к нему слова, прекратил вдруг вращение и, подождав еще секунду, неспешно поплыл куда-то следом за Марти. Я приподнял ладонь чуть выше, так чтобы она почти касалась нижнего края шарика, и послушно двинулся за ним.
  "Отец сейчас, должно быть в ярости, если видит, какого цвета жребий я вытянул", - внезапно подумалось мне, когда мы приблизились к подиуму Ищущих. - "Впрочем, это уже не имеет значения. Это мой выбор, папа. Я - не мой брат".
  Определившиеся с выбором ранее ученики расступились, пропуская меня к ведущим наверх ступеням.
  Владельцем моего шара оказалась третья с левого края ничем не отличимая от прочих фигура в плаще. Очутившись напротив нее, тот вдруг остановился и, напоследок крутанувшись вокруг своей оси, смиренно лег в мою ладонь. Я протянул руку с зажатым в ней жребием стоящему передо мной магу и, немного робея, поинтересовался:
  - Это ваше... мастер?
  Фигура в черном вздрогнула, словно только сейчас заметив мое присутствие, тяжелый, полностью скрывающий лицо капюшон повернулся ко мне своим черным провалом в ничто. Я шумно сглотнул, и по спине против воли пробежал холодок. Из складок колыхнувшегося плаща показалась облаченная в черную кожаную перчатку рука, перехватила меня за запястье, больно стиснув длинными сильными пальцами. Капюшон Необъявленного качнулся вперед, и из заполняющей его тени медленно выплыло узкое, почти треугольное женское лицо с тонкими плотно сжатыми губами, одинокой родинкой слева чуть ниже уголка губ и строгим взглядом прищуренных голубых глаз из-за простых в неброской черной оправе очков.
  - Ты, должно быть, ошибся, мальчик, - вкрадчиво шепотом сообщила она, не отрывая от меня немигающего взгляда и медленно выкручивая руку с шаром. - Тебе нужен вовсе не этот жребий. Отпусти его. А сам попробуй поймать любой другой. Их ведь еще много осталось. Ты еще можешь успеть.
  - Никакой ошибки, леди, - упрямо наклонив голову, пробурчал я. - Это ваш шар. И я его поймал. Это было непросто, но раз я все-таки сумел это сделать, значит, так и должно было случиться. Руку-то отпустите, - попросил я.
  Она разжала пальцы, но полностью их с моего запястья так и не убрала. Некоторое время незнакомка, не шелохнувшись, молча рассматривала меня. Лишь ноздри ее прямого тонкого носика беззвучно раздувались, выдавая кипящие в ней эмоции. Наконец она выпрямилась, капюшон, словно подчиняясь неслышимой команде, сдвинулся чуть назад, так что я все еще мог видеть ее лицо, хоть на него и вновь набежала густая тень.
  - Так значит, ты все-таки настаиваешь? - процедила она, сверкнув на меня линзами очков.
  Я встряхнул затекшей рукою.
  - Не я, - с вызовом улыбнулся, - а жребий. - Я снова вытянул вперед руку с пойманным шаром. - Будем знакомы. Я - Рихард Терранова. Ваш новый ученик. А вы? Как мне называть вас?
  - Джойс, - холодно обронила волшебница, забирая у меня свой жребий. - Меня зовут Джойс. - Шар у нее в руке сухо хрустнул, превратившись в зеленое крошево, посыпавшееся сквозь пальцы, словно песок.
  Вот так все и началось.
  

II

  - Джойс? - переспросил отец, задумчиво хмурясь. - Хм. Не припомню такого имени в Совете.
  - Леонарда Джойс, - неожиданно встряла Бриджит, моя мачеха. - Ведьма из Башни Чайки. Это где-то в Малых Королевствах, кажется, в Дорстефолле. Но я думала, - Бриджит взмахнула веером, - что она не берет в ученики парней. Только девушек.
  Я широко усмехнулся:
  - Это - жребий, матушка. Ее мнения никто не спрашивал.
  Мы стояли в небольшой комнате с украшенными древними гобеленами стенами позади актового зала, где родственники традиционно прощались с отбывающими к месту дальнейшей учебы выпускниками. Отец недовольно хмурил брови, перебирая в руках неизменную трость. Мачеха исподволь косилась на него поверх раскрытого веера, время от времени трогая за рукав пальто кончиками пальчиков в белых кружевных перчатках. И только Грета, моя младшая сестренка, сновала вокруг маленьким непоседливым чертенком, восполняя нехватку движения после часа с лишним, проведенного неподвижно в зрительном зале.
  То сунет носик в вековые скопления пыли за помнящими, наверное, еще саму святую Стефанию гобеленами и затем громко чихает, вытирая раскрасневшийся нос рукавом дорогущего платья. То, заберется с ногами на диван у стены, пытаясь дотянуться до старого бронзового светильника в форме торчащей прямо из каменной кладки головы демона. То просто крутится под ногами у взрослых, прячась за юбкой матери, трогая пальчиком оплетку трости отца или пиная ножкой большую дорожную сумку у моих ног.
  - Ну, мне пора?
  Я улучил момент и поймал шмыгнувшую мимо Грету, положив руку ей на белокурую головку. Та наконец замерла на месте, серьезно так посмотрев на меня своими огромными зелеными глазищами, раз-другой хлопнула ресницами.
  - Да-да, конечно, - Бриджит шлепнула себя веером по ладони, закрывая его, и кивнула на сумку. - Я собрала тебе в дорогу все необходимое, Рихард. И немного денег, - она вновь покосилась на отца, - тоже. На первое время.
  - Спасибо, мам, - я улыбнулся ей. - Все будет хорошо, - выговорил я уже тверже, переводя взгляд на отца. - Я пришлю вам телеграмму, как только освоюсь на новом месте. Если там поблизости будет аппарат Стекинса, то, может быть, даже телефонирую.
  Отец свел ладони вместе на набалдашнике трости.
  - Хорошо, - сухо вымолвил он. - Удачи, Рихард. Надеюсь... ты знаешь, что делаешь.
  Я грустно усмехнулся, поцеловал мачеху в щеку и крепко пожал протянутую отцом руку. Еще раз потрепал Грету по макушке и, подхватывая с пола сумку и закидывая ремень на плечо, кивнул ей:
  - Бывай, мелочь.
  Та вскинула вверх выглядывающую из кружевных оборок рукава платья крохотную ладошку и помахала мне вслед:
  - Пыфай, пефтолочь!
  Свою новую учительницу я нашел уже в следующем зале. Зале Телепортации, где у ярко горящих белым пламенем арок порталов учителя поджидали своих новых учеников, чтобы отправиться по домам. Впрочем, четыре арки уже постепенно затухали, свидетельствуя о том, что этими порталами только-что воспользовались. А еще в одной как раз исчезала небольшая вереница учеников, замыкали которую брат и сестра Тревистон. Марти успел заметить меня, когда я только переступил порог зала, и помахал рукою. Я ответил ему и тут же поспешил посторониться, пропуская Бесс, волочившую за собой здоровенный чемодан на колесиках. Осмотрелся по сторонам, пытаясь понять, куда идти дальше? До меня только сейчас дошло, что я совершенно не представляю себе, как выглядит мисс Джойс без этой дурацкой ритуальной мантии с капюшоном...
  - Нет, ты все-таки издеваешься надо мною, Гленн! - донесся до моих ушей уже немного знакомый голос. - Признай это!
  - Джойс, это просто смешно, - отвечал ей другой, явно принадлежавший нашему проректору по учебной части. - Ты сама когда-то руководила жеребьевкой, ты знаешь, как все работает. Ну так скажи мне, как, по-твоему, я мог бы вмешаться в процесс и все это устроить?
  Я обернулся на звук голосов и направился к крайнему порталу в дальнем конце зала, возле которого друг напротив друга застыли двое. Лицом ко мне, играясь карманными часами на золотой цепочке, стоял уже так же успевший избавиться от старомодной мантии и нелепого магического посоха мастер Гленнарт. А вот спиною, уперев руки в бока и отставив в сторону одну ножку... Я остановился, не дойдя до них пары шагов, и принялся внимательно разглядывать свою наставницу.
  Высокая, даже без каблуков, должно быть, лишь чуть ниже меня ростом, с тонкой талией и широкими бедрами она была облачена в облегающий черный кожаный костюм и длинные, до колен, сапоги с множеством ремешков и металлических пряжек. Мрачность ее наряда оттеняли лишь белые кружева широкого отложного воротника да проглядывающая в разрезах пышных рукавов белая же блузка. Темные, почти черные волосы были коротко подстрижены и едва прикрывали сзади шею. Чуть хрипловатый низкий голос женщины приятно царапал слух.
  - То есть по-твоему, это все же случайность, да? - фыркнула стоящая спиною ко мне волшебница, встряхнув волосами и перенося вес с одной ноги на другую. Кожа ее охотничьего костюма при этом еле слышно скрипнула. - Ты знаешь, что я никогда не беру в ученики мальчишек. Никогда! Ты знаешь, что в силу некоторых обстоятельств я сейчас вообще не беру учеников. Но ты все-таки настаиваешь на том, чтобы в этом году я приняла участие в жеребьевке...
  - Это твоя обязанность как одного из членов Совета Ста, - проворчал Гленнарт. - Ты и так слишком долго ею пренебрегала.
  - К черту! - взмахом руки отмела его возражения Джойс. - Я соглашаюсь на все это только для того, чтобы ты наконец от меня отстал. Соглашаюсь запустить один единственный шар. При этом намереваюсь сделать все возможное для того, чтобы он не достался никому. Но его таки ловят! - она всплеснула руками. - И кто? Мальчишка!
  - Кхм, - негромко кашлянул я, сочтя необходимым все-таки обозначить свое присутствие, дабы избежать возможных неловкостей в дальнейшем.
  Мисс Джойс резко обернулась, сверкнув тяжелыми серьгами в виде виноградных гроздей с изумрудами вместо ягод.
  - Да, я знаю, что ты здесь стоишь, - коротко бросила она, посмотрев на меня поверх своих узких прямоугольных очков. Ее взгляд скользнул по мне с головы до ног и обратно, затем сместился к сумке на плече. - Ты готов?
  - Вот и отлично! - поспешил обрадоваться мастер Гленнарт, убирая часы в карманчик жилетки и одергивая свой атласный цвета морской волны сюртук. - Оставляю вас двоих наедине. Но поторопитесь, порталы не будут работать вечно. - И, уже протискиваясь между мною и мисс Джойс, негромко прошипел: - Ты не мог выбрать какой-нибудь другой шар, Терранова? От тебя вечно одни хлопоты!
  Я скосил взгляд, провожая торопливо удаляющегося проректора, криво усмехнулся и вновь посмотрел на свою новую учительницу.
  - Да, мэм. Мы можем отправляться.
  Та негромко вздохнула, как-то разом утрачивая излишне грозный вид, и кивнула мне, указывая на сияющий позади нее портал:
  - Иди за мной. Не отставай!
  И первой ступила в сотканную из живого белого пламени арку. Я поудобнее перехватил ремень дорожной сумки, оглянулся напоследок на уже почти совсем опустевший зал, вероятно, последнюю из аудиторий своей альма-матер, которую я вижу, и нырнул за нею следом.
  Мгновение непроглядной тьмы и ледяными пальцами сжимающего самое сердце холода спустя я оказался в просторном круглом помещении с уходящим на высоту в добрых ярдов десять сводчатым потолком. Вдоль сложенных из разноцветного бутового камня стен высились массивные книжные шкафы, полки которых буквально ломились от сотен и тысяч книг, фолиантов и свитков разной степени сохранности. Кое-где к ним были придвинуты деревянные стремянки, но даже они, как мысленно прикинул я, крутя по сторонам головой, позволяли добраться в лучшем случае до книг в нижней трети этих гигантов, не выше. В промежутках между шкафами, где стены разрезали узкие вертикальные бойницы окон, были разбросаны столики с цветочными вазами да застыли, опершись на старинные двуручные мечи, два полных комплекта рыцарских доспехов Темных веков. Точно по центру зала расположился приземистый круглый стол красного дерева, усыпанный как отдельными книгами так и целыми стопками, пачками чистых и исписанных листов бумаги и небольшой батареей чернильниц с разноцветными перьями. А вокруг него хаотично выстроились разнокалиберные кресла, стулья, пара табуретов и даже один стоящий совсем особняком пуфик.
  Но самое главное - через весь зал, огибая стол и петляя меж стульев и кресел, протекал, негромко журча, самый настоящий ручеек. Примерно два фута в ширину и дюймов десять, насколько я мог судить, в глубину. Мне показалось даже, что я разглядел в воде отблеск чешуек каких-то мелких юрких рыбешек.
  Я обернулся и, шагнув в сторону, заглянул за гаснущую арку портала, пытаясь понять, куда в конце концов девается проточная вода? И оказался на краю небольшого полукруглого бассейна, почти пруда, с плавно понижающимся ближе к дальней стене дном, где крутился небольшой, едва различимый среди колышущихся водорослей водоворот. С усыпанного разноцветным песком и мелкой галькой дна на меня, беззвучно открывая и закрывая пасть, взирал огромный зеркальный карп.
  - Его зовут Альберт, - прозвучал у меня над ухом голос мисс Джойс. - Ему больше трехсот лет и он обитает тут с момента постройки маяка.
  - Я думал, вы живете в Башне Чайки, а не в Башне Карпа, - попытался пошутить я, поворачиваясь к учительнице.
  Та, однако, не обратила на мои потуги никакого внимания.
  - Это - библиотека, - сообщила чародейка, обводя вокруг себя рукою. - Формально она находится на втором этаже башни, хотя по сути занимает пространство сразу двух-трех этажей. Внизу, на первом, большая столовая и приемная для гостей. Еще ниже - подвал, там располагаются кухня, бойлерная и так далее. Над библиотекой - два этажа с гостевыми комнатами, но они почти всегда пустуют. Пятый этаж занимают мои личные покои. - Мисс Джойс чуть сощурила глаза. - Без моего разрешения доступ туда тебе запрещен. Шестой и последний этаж полностью твой: спальня, еще одна небольшая библиотека, ученический класс. Выше только смотровая площадка и собственно маяк. Пойдем, я покажу тебе твои апартаменты. - Она взмахом руки велела мне следовать за собой. - У нас тут есть винтовая лестница, но быстрее и удобнее будет лифтом... Ах да, совсем забыла.
  Леонарда остановилась уже возле самого стола в центре библиотеки и, не оборачиваясь, вытянула в сторону руку, прищелкнув пальцами. Сверкнула крошечная изумрудная вспышка.
  - Я была уверена, что оно мне не понадобится, потому и оставила в своем кабинете, когда собиралась на церемонию, - проворчала она, протягивая мне на раскрытой ладони маленькое серебряное колечко с граненым зеленым камнем, на котором был вырезан знак чайки, такой же, как и на пойманном мною шаре жребия. - Это - кольцо ученика. Оно служит доказательством того, что ты состоишь у меня в обучении, позволяет мне всегда точно знать о твоем местонахождении... ну и еще дает некоторые возможности, - чародейка неопределенно покрутила пальцами в воздухе, - о которых ты узнаешь со временем.
  - Боюсь, оно мне будет мало, - немного растеряно пробормотал я, рассматривая кольцо.
  - Разумеется, - вздохнула мисс Джойс. - Ведь до тебя его носили только девушки. - Улыбнулась краешком губ. - Оно подстраивается под своего владельца, болван. Просто попробуй его надеть.
  Я поднес кольцо к указательному пальцу левой руки, и в самом деле - едва то коснулось кончика ногтя, как дужка и будто бы даже камень в оправе заметно раздались, увеличившись в размере, и кольцо свободно скользнуло по пальцу до упора. Хмыкнул, сжимая руку в кулак, проверяя, как оно сидит. Мисс Джойс удовлетворенно кивнула и направилась к виднеющемуся в противоположном конце зала дверному проему, от которого навстречу нам синхронно выступили две фигуры в черном и белом.
  Это были големы. Отливающие металлом неподвижные лица статуй, слегка замедленные, словно бы ломанные движения. Хотя "лица" гомункулов и не несли на себе явных признаков того или иного пола, но один из них был одет как типичный дворецкий, а второй - в черное с накрахмаленным белым передником платье и белый чепец горничной.
  - Это Карл и Кларисса, - представила их мне Леонарда. - Они отвечают здесь за хозяйство. Уборка, приготовление пищи, мелкий ремонт... безопасность, - добавила она, чуть подумав. - Кстати, пока на тебе кольцо ученика, ты вправе отдавать им приказы. Хотя, разумеется, моя воля и основные директивы по уходу за домом, заложенные в них изначально, будут иметь более высокий приоритет. Карл, Кларисса, познакомьтесь, - мисс Джойс кивнула големам и указала на меня, - это - Рихард Терранова, мой новый ученик. Теперь он будет жить здесь.
  Ничего не выражающие лица големов одновременно повернулись в мою сторону.
  - Очень приятно, мастер Терранова, - проскрипел Карл, наклонив голову в легком полупоклоне.
  - Добро пожаловать, мастер Терранова, - вторила ему Кларисса, голос которой, впрочем, в самом деле оказался чуть более женственным, чем у Карла, хотя и напоминал скорее дребезжащий голосок старушки, давно перешагнувшей за столетний рубеж.
  Я не удержался и поклонился им в ответ. Однако, что сказать, так и не нашелся. Големы были исключительно редкими и сложными в обращении игрушками. И единственный голем, которого я прежде видел не на картинке в учебнике или в разобранном виде в школьной лаборатории, был бессловесный и безымянный, называемый иногда просто Големом, с большой буквы, стальной великан, охраняющий главные врата Академии святой Стефании.
  Перейдя рассекающий библиотеку ручеек по узенькому мостику и миновав распахнутую львиную пасть в стене, из которой тот брал свое начало, мы вышли в коридор и свернули налево к дверям лифта. Мисс Джойс потянула вниз небольшой рычаг на панели рядом, послышалось равномерное глухое гудение, поднимающееся откуда-то снизу, и створки с тихим шипением раздались в стороны, пропуская нас в отделанную деревянными панелями с металлическими поручнями кабину. Внутри оказалась похожая панель с рычагом и семью делениями от единицы до шестерки и литерой "X" в самом низу, видимо, обозначающей подвальный этаж. Учительница вздернула рычаг к самому верхнему делению, и лифт, сомкнув двери и ощутимо дрогнув, начал подъем.
  - Лифт, я так понимаю, работает на пару? - поинтересовался я, на всякий случай держась одной рукой за поручень. - Вы что-то говорили про бойлер.
  - Да, отопление зимой и горячая вода - тоже он, - поведала Леонарда. - Склад угля у нас на улице с восточной стороны башни. Всем этим заведует Карл. Хотя, - она повернулась ко мне и улыбнулась, - тебе, возможно, придется иногда помогать ему при разгрузке.
  Она засмеялась и вышла в открывшиеся двери лифта. Скорчив ей в спину наигранно-недовольную мину, я так же покинул кабину. Осмотрелся вокруг. Все тот же разноцветный бутовый камень стен, горящие синим пламенем газовые лампы, пушистый ворс ковровой дорожки под ногами и несколько дверей справа и слева по убегающему вдаль узкому коридору.
  - Спальня и библиотека налево, - махнула рукою мисс Джойс. - К спальне так же примыкают ванна и уборная. Класс и лаборатория - направо. Дальше по коридору - лестница на крышу. - Она остановилась и, сложив руки за спиной, внимательно посмотрела на меня. - Рихард, - кажется, наставница впервые назвала меня по имени, - ты, конечно же, уже понял, что в мои сегодняшние планы твое тут появление изначально совсем не входило. - Чародейка усмехнулась, словно иронизируя над самой собою. - Так что, сейчас я должна буду срочно отлучиться по делам, и ты останешься в Башне один. С Карлом и Клариссой. Не стесняйся, - развела она руками, - обживайся пока в своих новых комнатах. Обед в три часа, ужин в семь в столовой внизу. Впрочем, наведаться на кухню или попросить Клариссу приготовить что-нибудь из легких закусок можно в любое время дня и ночи. Можешь изучить как следует башню и сад вокруг маяка. Только постарайся не сверзиться со смотровой площадки, - хмыкнула Леонарда. - Но в город тебе пока лучше не выходить.
  - Вот кстати, мисс Джойс, - оживился я, роняя с плеча сумку, - а как называется-то город? И вообще страна. - Я широко улыбнулся и развел руками, демонстрируя свое полнейшее неведение относительно того, куда меня занесла судьба.
  Та со смехом хлопнула себя по лбу.
  - Дорстефолл. Это городок в пяти милях от Ритеринга, столицы Великого герцогства Фарней, Малые Королевства, - сообщила она. - Снаружи у подножия башни плещутся воды Внешнего моря.
  - Ага, - я, прищурившись, вызвал перед мысленным взором карту этой части мира, - ну, с географией мы разобрались. Хотя бы проблем с языком и кухней у меня здесь не возникнет, уже хорошо.
  - Вот и отлично, - кивнула мисс Джойс. - Я вернусь уже ночью или ближе к завтрашнему утру. Тогда и побеседуем более обстоятельно. За завтраком, например.
  Она шагнула мимо меня к лифту, двери медленно закрылись за нею, лязгнул рычаг, и под рокот оказавшегося теперь где-то совсем рядом подъемного механизма, кабинка медленно поплыла вниз.
  - Значит, до завтрака, - проворчал я, наконец оставшись один.
  
  
  

Глава вторая: Испорченный завтрак

I

  Пожалуй, я все же поспешил, когда сказал, что все началось в день жеребьевки в Академии святой Стефании. На самом деле началось все только уже на следующее утро, когда я подстригал кусты в саду у маяка, служившего резиденцией моей новой учительницы.
  - Интересно, однако, начинается мое ученичество, - недовольно бурчал я себе под нос, орудуя огромными садовыми ножницами. - Не думал, что уход за садом тоже входит в мои обязанности. - Щелк, сухая веточка отлетела в сторону. - А ведь мне и разгрузку угля обещали, если подумать. - Щелк, еще одна. - Поздравляю, Рихард, с новым интересным жизненным опытом! - Щелк, щелк, щелк.
  Тогда-то и начали появляться первые гости.
  Первый.
  Со стороны дорожки, поднимающейся от лежащего внизу, у маленькой бухты городка, послышались скрип ступиц и шуршание колес по старому асфальту. Я опустил ножницы, утер тыльной стороной запястья пот со лба и, повернувшись на звук, увидел сосредоточенно карабкающегося в гору мальчишку лет пятнадцати на стареньком пыльном велосипеде. На голове у него сидела залихватски сдвинутая набок форменная фуражка, а через плечо была перекинута кожаная сумка, из которой торчали свернутые трубочкой разнокалиберные газеты. Одни совсем тонкие, другие - способные поспорить в толщине с иным поленом для камина.
  "Почтальон", - сообразил я.
  Завершив тяжелый подъем, парнишка облегченно откинулся в седле и, широко улыбаясь, покатил дальше, быстро набирая скорость. Проносясь мимо наших ворот, он дважды тренькнул звоночком на руле, выудил из сумки толстенную газету, не самую-самую толстую, но внушительную, и отточенным движением руки швырнул ее в мою сторону со словами:
  - Свежая пресса!
  Перетянутая для сохранения формы бечевкой газета, кувыркаясь, пролетела точно между прутьев ограды и ударила меня по лишь в последний момент подставленной ладони в матерчатой рабочей рукавице.
  - Эй! - возмущенно выкрикнул я ему вслед. - А если догоню?
  Но мальчишка уже подкатил к тому участку дороги, где та вновь резко уходила вниз, и со смехом исчез из виду. Только пыль из-под колес встала столбом да жалобно взвизгнула ступица заднего колеса. Ох, не долго ей осталось мучиться.
  - Мелкий засранец, - беззлобно проворчал я, подбирая газету с садовой дорожки, отряхивая и убирая ее в нагрудный карман на выданном мне вместе с ножницами и рукавицами брезентовом фартуке.
  Вторые.
  Неспешный перестук копыт заставил меня обернуться и вновь посмотреть в ту сторону, откуда-то только-что появился почтальон. На этот раз то была небольшая запряженная парой мулов повозка. Чуть раскачивающаяся из стороны в сторону и при наезде на малейшую неровность издающая подозрительное стеклянное дребезжание. На передке повозки с вожжами в руках сидел дородный мужчина в белоснежном переднике и с белым же колпаком на голове. Рядом с ним беззаботно болтала ногами в синих туфельках совсем еще девочка лет двенадцати-тринадцати в простом светлом платье с оборками и огромным цветком подсолнуха в волосах почти такого цвета, как и он сам.
  - Интересно утро начинается, - невольно передразнивая свою собственную недавнюю фразу, заметил я, пряча ножницы за спину и подходя поближе к калитке.
  - Доброго утречка! - с широкой улыбкой помахала мне рукою девочка, когда повозка замерла напротив, напоследок как следует звякнув неведомым содержимым.
  - Доброго, - не удержался от ответной улыбки и я, открывая калитку и выходя на подъездную асфальтовую дорожку.
  Мужчина в колпаке молча перегнулся назад через борт своей телеги и, достав оттуда открытый деревянный ящик, протянул его мне. Я выронил ножницы и поспешил принять его, тут же согнувшись под внезапной тяжестью и охнув от неожиданности:
  - Ух! Да что тут у вас?
  В ящике, куда я сунул свой нос, выпрямившись и перехватив его понадежнее, аккуратными рядами выстроились переложенные соломой разномастные бутылки, бутылочки и даже один пузатый кувшин.
  - Молоко, кефир, ряженка и сметана, - с важным видом сообщила мне девочка, болтая ногою в такт каждому своему слову. - Как обычно и заказывает мисс Джойс по утрам в понедельник.
  - И головка сыра, - гулким басом добавил великан, опуская в ящик сверху еще и здоровый тщательно обернутый в толстую бумагу округлый предмет.
  - Ёк! - жалобно пискнул я, сгибаясь пуще прежнего. - Так вы молочники!
  - Ага, - жизнерадостно кивнула девочка. - Я - Мари, - она ткнула себя ладошкой в грудь. - А это - Понтус, - Мари попробовала похлопать мужчину рядом по плечу, но смогла дотянуться ему лишь чуть выше локтя.
  - Приятно познакомиться, - улыбнулся я, положив подбородок на венчающий мою ношу кусок сыра. - Меня зовут Рихард.
  Мари часто-часто закивала, и подсолнух у нее в волосах немного сполз вниз.
  - Вы - новый ученик мисс Джойс, да? - догадалась она.
  - Не знаю. - Эта девчонка почему-то настраивала меня на несерьезный лад, и я, хитро прищурившись, неуверенно пожал плечами. - А вдруг я новый садовник?
  Мари засмеялась и отрицательно замотала головой, рассыпав золотистые, словно пшеница, волосы по плечам:
  - Нет, вы точно ученик!
  - Откуда ты знаешь? - продолжал настаивать на своем я. - Ты видела много учеников мисс Джойс? И все они подстригали утром в понедельник кусты в саду?
  - Нет, я помню только одну ученицу мисс Джойс, - Мари с важным видом поправила подсолнух у себя в волосах, - но она тоже начинала с того, что подстригала кусты. Только тогда была пятница и шел дождь.
  Я покосился на безоблачное ярко-голубое небо.
  - В таком случае, похоже, мне еще повезло.
  За моею спиной раздались тяжелые нечеловеческие шаги. Уже зная, что увижу перед собою либо Карла либо Клариссу, я обернулся к голему:
  - Тут это, молоко привезли.
  - Привет, Карл, - Мари как ни в чем ни бывало помахала рукой гомункулу. Непохоже, что бы она испытывала перед ним хотя бы тень страха. А вот выпусти такого на улицы Нижнего города...
  - Доброе утро, юная леди, - кажется, даже с какой-то едва уловимой теплотой в голосе отозвался тот, кивнув ей. - Все верно, мастер Терранова, - повернулся он уже ко мне. - Позвольте, я заберу это.
  - Да, конечно. - Я передал ящик ему с рук на руки, напоследок, впрочем, выудив оттуда одну бутылочку кефира. - А это мне, пожалуй. А то я еще даже не завтракал.
  Карл молча развернулся на месте и зашагал по направлению к башне.
  - Как? - ахнула Мари со своего места, всплеснув руками. - Вы не завтракали? А хотите... - она вытянула из телеги какой-то пестрый узелок, плюхнула его себе на колени и принялась разворачивать.
  - Не-не-не! - поспешно запротестовал я, хотя от узелка потянуло вдруг таким сдобным духом свежей, только-только с пылу с жару выпечки, что впору было слюнками захлебнуться. - У меня все равно нет с собою денег, мне нечем вам...
  Мари бросила на меня возмущенный взгляд.
  - Не говорите глупостей! - она насупила черные бровки. - Вот, - отломив кусок от обнаружившегося в свертке небольшого круглого каравая с румяной корочкой, девочка протянула его мне, - это вам. Запросто так и все тут! Потому что никто не должен оставаться без завтрака.
  Мой желудок громко и утробно заурчал, во всеуслышание заявляя, что полностью разделяет это мнение. Я вздохнул и все-таки принял хлеб.
  - Спасибо. Я обязательно отплачу вам, юная леди. За мною кафе и хорошая порция мороженого, - пообещал я с благодарной улыбкой.
  Девчонка вдруг вспыхнула трогательным румянцем и потупила глазки, торопливо заматывая остатки каравая назад в платок.
  - Скажете тоже, - буркнула она едва слышно.
  Моя улыбка невольно стала еще шире.
  - Нам пора, - спас ситуацию позабытый было всеми Понтус. Он щелкнул вожжами и уже почти задремавшие на солнцепеке мулы, встрепенувшись, потянули телегу дальше по дороге.
  - Всего доброго, - я помахал им вслед рукою.
  Подсолнух в золотистых волосах девушки качнулся, проплывая мимо меня, и в воздухе повис, медленно планируя в дорожную пыль, как бы случайно оброненный платочек. Я быстро сунул подаренную горбушку хлеба в зубы и освободившейся рукой подхватил его уже почти у самой земли. Ухмыльнулся, не разжимая зубов, и, выпрямившись, внимательнее осмотрел свой трофей. Шелк, кружева и аккуратно вышитые в уголке инициалы М. и К. А еще от него пахло корицей и сдобой. Я покачал головой, улыбаясь своим мыслям.
  Третий.
  Свист тормозов, хруст гравия под протекторами и лязг жесткой подвески за спиной. Хлопнула автомобильная дверца, послышались приближающиеся шаги. Я сокрушенно вздохнул, сунул платок Мари в карман брюк и, вытащив изо рта хлеб, обернулся на звук, чтобы взглянуть на очередного, уже третьего подряд за последние несколько минут, гостя.
  Это и в самом деле оказался автомобиль. "Граулер и Дюк" А2-33, модель пятнадцатого года, темно-синяя с хромированной решеткой радиатора и откидным кожаным верхом.
  "Я и не знал, что они поставлялись в Малые Королевства", - машинально отметил про себя я, прожевывая оставшиеся во рту крошки.
  От замершего у противоположной обочины дороги авто навстречу мне шел высокий, не смотря на белоснежный цивильный костюм с галстуком, явно военной выправки молодой мужчина с длинными черными волосами, схваченными на затылке в хвост. Он остановился, не дойдя всего пары шагов, и смерил меня внимательным оценивающим взглядом. Особо почему-то остановившись на бутылке кефира и горбушке хлеба у меня в руках.
  - Чем могу служить? - первым нарушил я несколько затянувшееся молчание, чувствуя, как рот заполняется слюною, намекая на то, что ему мало каких-то там жалких крошек, и он требует немедленного продолжения банкета. В любой момент к нему грозил вновь присоедениться еще и желудок.
  - Старший инспектор криминальной полиции Дорстефолла Михель э'Ри, - сухо отчеканил мой визави, склонив голову в коротком полупоклоне.
  - Рихард Терранова, - я ответил ему тем же, - ученик мисс Леонарды Джойс. Я так понимаю, инспектор, вам нужна именно она?
  - Совершенно верно, - кивнул тот. - Я могу видеть мисс Джойс?
  Я развел руками.
  - Мне очень жаль, инспектор, но она вернулась домой буквально пару часов тому назад. Злая, как черт, - скривился я. - Нет, как десять чертей. От нее аж искры сыпались. И не фигурально выражаясь, а на самом деле сыпались. Сказала, что намеревается проспать самое меньшее до обеда, и горе тому, кто посмеет потревожить ее покой хоть минутой раньше. Меня вот и вовсе выгнала на улицу, кусты подстригать, - я развел руками, демонстрируя гостю свой нелепый вид. - Нет, вы, конечно, можете попробовать рискнуть... - протянул я, с сомнением покосившись в сторону молчаливой громады маяка. - Но только, чур, сами, без меня!
  Михель тоже с некоторой опаской посмотрел на возвышающуюся над нами башню, и по его лицу я понял, что он не по-наслышке знал характер проживающей там чародейки. Во всяком случае, согласился он со мной неожиданно легко.
  - Хорошо, - разочарованно поджал губы инспектор. - Тогда будьте любезны, мистер Терранова, передать мисс Джойс, когда она проснется, что я хотел бы как можно скорее с ней увидеться. Пусть она навестит меня в участке, как только у нее появится свободная минутка. Уверен, ее заинтересует информация, которой я хотел бы с ней поделиться.
  - Непременно, инспектор, - пообещал ему я.
  - Благодарю. Честь имею, - и он вновь отрывисто поклонился.
  - Аналогично.
  Михель э'Ри направился назад к своей машине, а я, пятясь, начал отступать к калитке. Мне почему-то начало казаться, что если я немедленно не слиняю подальше из этой части сада, то все новые и новые гости продолжат сыпаться на мою голову как из рога изобилия, и я так никогда и не позавтракаю. А меж тем, я вырос в приличной семье и привык к основательным завтракам!
  Калитка с лязгом захлопнулась у меня перед носом как раз в тот момент, когда "Граулер и Дюк", подняв облако пыли, развернулся на дороге перед нашим садом и, взрыкнув мощным тридцатилошадным двигателем, рванул в сторону Дорстефолла. А я подобрал с земли ножницы и, не оглядываясь, поспешил в противоположном направлении.
  В конце концов я пристроился в укромном уголке у подножия маяка со стороны моря. Почти на самом краю обрыва, под которым с шумом разбивались о прибрежные скалы океанские волны. Проткнул пальцем запечатанное непромокаемой бумагой горлышко бутылки, сделал хороший такой глоток кефира и откусил добрый шмат еще хранящего тепло печи черного хлеба. Блаженно заурчал и, жмурясь как кот на солнцепеке, откинулся назад спиною на торчащий из земли обломанный каменный блок, оставшийся тут, наверное, еще со времен строительства башни. Лениво скользя взглядом по лишенному даже намека на облака бездонному голубому небу, уходящей к туманному горизонту свинцовой глади моря и одинокому паруснику, величественно рассекающему волны прямо по траверзу мыса, который и венчает Башня Чайки.
  - Ха-арра-ашо, - промурлыкал я, снова поднося к губам бутылку кефира.
  Развернутый к маяку борт корабля окрасился сизыми дымками. Я замер, так и не успев сделать глоток, и струйка кефира побежала по подбородку и дальше по шее, за воротник рубахи. По ушам ударил оглушительный грохот. В каких-то ярдах десяти надо мною и чуть впереди, немного не достав до края обрыва, разорвались черные клубы дыма пополам с вспышками пламени. Меня со всей дури приложило спиной и затылком об известняковую плиту, а бутылка кефира в руке просто лопнула, разлетевшись вдребезги и залив белым фартук садовника. Воздух между мною и черными смрадными облаками, рваными клочьями повисшими в небе на месте разрыва снарядов, задрожал и заискрился, обрисовывая контуры невидимой прежде магической стены. Именно она, похоже, и приняла на себя удар бортового залпа атаковавшего нас фрегата, не позволив снарядам достичь стен башни.
  - Какого черта? - простонал я, с трудом отдирая себя от булыжника, по которому меня только-что размазало. - Что здесь проис...
  Мой взгляд замер, наткнувшись на две стальные скругленные в передней части чушк, застывшие прямо у меня над головой на высоте примерно третьего-четвертого этажей. Не взорвавшись, как прочие, они будто бы завязли в мерцающем защитном барьере, но не остановились вовсе, а продолжали пусть медленно, но верно двигаться вперед, постепенно продавливая магическую стену и смещая ее все ближе и ближе к маяку.
  "Если бы тут был мой брат", - немного отрешенно подумал вдруг я, - "он сейчас, наверное, смог бы назвать даже точный калибр снарядов и модель артиллерийской системы, из которой они выпущены".
  Фрегат, тем временем, под слышимые даже с такого расстояния свисток боцмана и лающие команды офицеров завалился на бок, совершая разворот на месте и, вероятно, намереваясь встать к нам другим своим бортом, чтобы еще раз проверить на прочность защиту башни весом полного залпа. А пока он оказался повернут к нам кормой, и украшающую ее изысканную резьбу по дереву заволокло новыми клубами дыма - промежуточное свое слово сказали кормовые ретирадные орудия.
  - Да идите вы к... ! - выдохнул я, с низкого старта срываясь с места в сторону маяка.
  Магический барьер - это, конечно, прекрасно, но он, как расскажет вам любой школяр Академии святой Стефании старше шестого класса, защищает только от физических объектов, в данном случае - от самих снарядов и их осколков, образующихся при взрыве. Но не от взрывной волны! И разорвись хотя бы один из выпущенных неведомым рейдером снарядов не так высоко и чуть ближе ко мне, - а барьер, увы, уже сдвинулся на добрых два фута в сторону башни, - и моим барабанным перепонкам придет конец. Это в лучшем случае.
  Очередные взрывы сотрясли воздух где-то сзади и вверху. Ударная волна толкнула меня в спину, и я, едва не пробороздив носом землю, нырнул наконец под защиту прижавшегося к подножию маяка угольного склада. Остановился на секунду, перевести дух, и в два прыжка очутился на крыльце башни, рванул на себя дверь.
  
  

II

  Не успел я растрепанным воробьем влететь в холл маяка, как кольцо у меня на пальце резко сжалось, глубоко впившись в кожу, а в ушах зазвучал не терпящий возражений голос волшебницы:
  - На смотровую площадку. Поднимайся. Живо!
  - Что? - переспросил я, заполошно оглядываясь по сторонам. - Что происходит?
  - Живо! - Кольцо напоследок кольнуло меня несильным разрядом и вернулось к своему изначальному размеру.
  Выругавшись, я скинул с себя фартук и, на ходу оттирая рукав куртки от брызг кефира, поспешил к лифту. По пути меня едва не сбил внезапно появившийся из какой-то подсобки Карл со здоровенным, смахивающим на старинную аркебузу ружьем в руках. По калибру, впрочем, эта штука могла поспорить с небольшой пушкой. Не обращая на меня внимания, голем проследовал дальше по коридору, а я спиною вперед, не сводя с него испуганного взгляда, провалился в жадно распахнувшиеся двери лифта.
  Мисс Джойс уже ждала меня на самом верху башни на широкой смотровой площадке, идущей по периметру возвышающейся еще примерно на три десятка футов вышки собственно маяка. Слегка взъерошенная спросонок, но в неизменных своих очках, она торопливо заправляла блузку в темно-синие бриджи с широким наборным поясом. Заметив меня, махнула рукой и быстро спросила:
  - Ты хорошо управляешься с ковром-самолетом?
  - Если бы у меня не было высшего бала по основным предметам, как бы я оказался на вчерашней церемонии? - буркнул я, не совсем понимая, к чему она клонит.
  - Хорошо. Тогда поможешь мне с управлением, - кивнула Леонарда, беря прислоненную тут же к стенке полупрозрачную, словно бы стеклянную пластину размером дюймов десять на двадцать и едва ли в пол дюйма толщиной.
  - Может, вы для начала хотя бы объясните, что за чертовщина тут вообще творится? - попробовал было протестовать я.
  Но она и не думала слушать, вместо этого небрежным жестом швырнув такую хрупкую на вид пластину прямо на пол между нами. Та с тихим гудением зависла в полуфуте над поверхностью, мигнула огненно-алым по краям и раздвоилась. Раз - и вот уже над полом парит не одна, а две соединенные вместе абсолютно одинаковые пластинки. Новая вспышка, и теперь удвоились уже они обе, только площадка раздалась не вширь, а в длину. Вспышка. Еще одна. И еще.
  - Эй. Эй! Эй... - растерянно бормотал я, отступая от все увеличивающегося и увеличивающегося в размерах левитационного модуля, в просторечии по-старинке именуемого ковром-самолетом. Тот уже занимал едва ли не все пространство от поручней по краю смотровой площадки до вышки маяка в центре. - А это не перебор? Мы в школе летали самое больше на коврах формулы восемь на восемь. А здесь уже десять на двенадцать!
  - Справишься, - небрежно бросила мисс Джойс, ставя ножку в коротком шнурованном сапожке на крайнюю пластину.
  - Да ну? - недоверчиво покачал головою я.
  - Залезай и пристегивайся, - волшебница швырнула мне невесть откуда взявшуюся у нее в руках стандартную летную сбрую, легко запрыгнула на ковер-самолет и, пробежав по чуть проминающимся на стыках под ее весом пластинах, принялась устраиваться примерно посередине и чуть впереди.
  Снаружи раздались новые оглушительные взрывы. Я вздрогнул и, скрипнув зубами, последовал ее примеру - объяснять что-либо мне явно никто не собирался. Уселся немного позади волшебницы, встряхнул ремешками и начал сноровисто перевязываться ими, продевая концы креплений в хаотично разбросанные по поверхности пластин ковра-самолета отверстия, служащие так же и для облегчения веса всей конструкции. Металлические замочки привычно щелкали, внося хоть какой-то успокаивающий элемент в творящееся вокруг безумие.
  - Готов? - не оборачиваясь, поинтересовалась мисс Джойс, закончив возиться со своими ремнями. - Держись крепче.
  - Да... нет... пого... а-а-а, жабья кровь!
  Но ковер уже, мягко спружинив, прянул вверх и вбок. Перевалился через перила ограды смотровой площадки, угрожающе накренился... И рухнул в бездну, едва ли не вертикально вниз скользя вдоль восточной, скрытой от наблюдателей со стороны моря, стены башни.
  - Ух! - облегченно выдохнул я, когда мисс Джойс выровняла ковер примерно в двадцати футах от земли и, стремительно набирая скорость, понеслась строго на север вдоль дороги, держась в тени окружающих ее деревьев. - А... куда мы, собственно? - я облизал пересохшие губы и заозирался по сторонам.
  - Разобраться с теми, кто имеет наглость столь бесцеремонно нарушать сон уставшей женщины, - проворчала волшебница.
  - Но фрегат... - я озадаченно ткнул пальцем назад.
  Леонарда отрицательно помотала головой:
  - Он меня беспокоит в последнюю очередь. Щит маяка выдержит удары его орудий. В худшем случае, башня отделается небольшими повреждениями. И даже если они высадят десант, внутрь им без многочасового штурма не прорваться, а к тому времени здесь уже будет герцогская гвардия из Ритеринга.
  Дорога под нами ушла резко вниз и вправо, но ковер продолжил лететь прямо, приближаясь к береговой линии.
  - Кто меня действительно волнует, так это вот он, - мисс Джойс протянула мне через плечо материализовавшийся у нее в руках небольшой дамский бинокль и кивком головы указала на черную полоску, обозначившуюся на море на самом горизонте.
  Я поднес бинокль к глазам, подкрутил резкость и выдохнул пораженно.
  - Ах ты ж ё-о-о...
  С севера прямо на нас, пятная небо клубами черного дыма из двух скошенных назад труб, надвигалась громада самого настоящего броненосца. Угловатая, футуристической пирамидой громоздящаяся над палубой центральная надстройка. Развернутые прямо по курсу идущие уступом, одна позади и чуть выше другой, башни главного калибра. И пенные буруны волн, бессильно разбивающиеся о выпуклые, надежно защищенные многослойной катанной броней скулы носовой части самого грозного военного корабля современности.
  - Это что, серьезно? - не веря своим глазам, спросил я, опуская бинокль.
  - Более чем, - фыркнула чародейка, и ковер, миновав узкую полоску пляжа, помчался над морем, набирая высоту. - Башня скоро уже будет в пределах досягаемости его орудий, а они-то как раз способны за пару часов не оставить от маяка камня на камне. Фрегат должен был всего лишь отвлечь мое внимание и связать боем, покуда не подойдет настоящая кавалерия.
  - Безумие какое-то, - недоверчиво проворчал я, вновь поднося бинокль к глазам. - Я не могу разглядеть их флаг...
  Чародейка натянуто рассмеялась:
  - Кто же идет на рейдерство под национальным флагом? Уверена, они рассчитывают, сделав дело, еще и успеть улизнуть из территориальных вод Фарнэя безнаказанными.
  - И все-таки, кто это? - требовательно поинтересовался я. - Кто на вас... на нас напал?
  - Приготовься, - вместо ответа велела мне мисс Джойс. - Нас заметили.
  Носовые башни броненосца, который уже вполне можно было различить и без помощи бинокля, в самом деле пришли в движение. Стволы орудий главного калибра дрогнули и сдвинулись чуть левее, словно нащупывая нашу траекторию.
  - Они же не собираются по нам стрелять? - гаркнул я, пытаясь перекричать внезапно ударивший в лицо порыв несущего колючие мокрые брызги ветра. - Это все равно что целиться из винтовки в комара! Или все же... - я с ужасом смотрел на то, как орудия корабля продолжают начатое движение, следуя за нашим левитационным модулем, несущемся ему наперерез. - О, нет!
  Леонарда круто завалила ковер-самолет вбок, и в тот же миг жерла орудий броненосца полыхнули пламенем. Секундой позже на нас обрушился и неимоверный грохот. Я невольно зажал уши руками, выронив бинокль, а ковер уже несся в новом головокружительном пике к самой воде, оставляя громадину корабля далеко справа. Едва не задев крайними панелями модуля верхушки волн, выровнялся в нескольких ярдах над поверхностью и, заложив лихой вираж, развернулся броненосцу прямо в борт.
  - Будь готов взять на себя управление, когда я скажу, - скомандовала чародейка. Ее блузка под летящими со всех сторон брызгами мгновенно промокла насквозь, плотно облепив тело, и если б только она сейчас сидела ко мне не спиною, а лицом... - Какое-то время я буду полностью сосредоточена на другом.
  Я нервно сглотнул, с трудом отрывая взгляд от обозначившейся под намокшей тканью полоски бюстгальтера.
  - Понял!
  Со стороны приближающегося корабля послышались частые громкие хлопки. Заговорили вспомогательные и зенитные орудия - догадался я. Сердце ухнуло куда-то в район живота. Прежде мне доводилось только читать о подобных поединках на море, да слышать рассказы брата о столкновениях наших крейсеров с драконьими всадниками Железной Гвардии империи Тай-Ши. Но внезапно самому оказаться в самом пекле подобного? Да еще и не на борту огромного, закатанного в броню, до зубов вооруженного и оснащенного на всякий случай десятком спасательных шлюпок корабля, а на хрупкой, способной рассыпаться от одного единственного точного попадания конструкции ковра-самолета? Вы, должно быть, шутите! Я окончил магическую, а не военную, как мой брат, академию. И только вчера отгулял свой выпускной! Это Вольфганг Терранова у нас герой войны, а Рихард - книжный червь, любитель комфорта, сладкого сна, вкусной еды и красивых девушек. Я определенно не создан для подобных приключений!
  Мисс Джойс резко развела руки в стороны.
  - Держи! - выкрикнула она, и я на автомате повторил ее движение, перехватывая управление ковром.
  Боже! Какой же он тяжелый! Меня мгновенно прошиб пот, мышцы свело судорогой, словно я в самом деле пытался удержать на весу колоссальную тяжесть. А потом мир и будто бы само время вокруг нас замерли. Застыли, превратившись в неподвижную, словно отлитую из свинца поверхность, волны внизу. В воздухе прямо передо мной повисли брильянтами искрящиеся на солнце брызги воды. Остановил свой бег, встав как вкопанный в пенном кружеве, грозный корабль вдали. И только рвущиеся навстречу нам артиллерийские снаряды, которые вдруг оказалось возможным рассмотреть в мельчайших деталях, пусть и стократно замедлив свой полет, продолжали упрямо продираться вперед через сгустившийся подобно желе воздух.
  Замедление времени!
  Я немного подправил курс так же почти остановившегося, но не прекратившего движение вовсе ковра-самолета, чтобы избежать столкновения с небольшим продолговатым цилиндром, напоминающим пулю-переросток, и, проплывая мимо него, проводил едва не оборвавший наш полет снаряд испуганным взглядом.
  "Если бы здесь был Вольфганг", - вновь вспомнил о брате я, - "Он бы точно сказал, это снаряд из пушки или же пуля зенитного пулемета? А я вот даже и не..."
  Время вновь вернуло свой нормальный бег. Мисс Джойс опустила руки, и я почувствовал, как неимоверная тяжесть спала с моих плеч. В лицо швырнуло очередную пригоршню соленых брызг от вспучившего поверхность моря впереди и слева по нашему курсу разрыва. Остальные снаряды упали в воду где-то сзади или вовсе ушли за горизонт.
  - Приготовься! - повторила волшебница, вздергивая ковер-самолет резко вверх и еще больше разгоняя его. Ветер буквально свистел у меня в ушах.
  Снова заухали корабельные орудия. Теперь уже отчетливо слышен был и треск парочки пулеметов. Крайняя справа спереди панель ковра-самолета с дребезгом рассыпалась на мелкие осколки. А мисс Джойс вдруг перевернула его вверх ногами, рявкнула мне уже знакомое "Держи!", и мы вверх тормашками понеслись прямо над палубой встречающего нас из всех стволов броненосца.
  Зачем нужно было непременно переворачиваться вниз головой, я, честно говоря, так и не понял. И что именно делала чародейка, когда мы пролетали над кораблем, не видел - я был целиком сосредоточен на управлении ковром. И в первую очередь, решал нетривиальную задачу - пытался не перепутать верх с низом и удержать наше летательное средство строго параллельно палубе корабля, а не уронить ковер на него или наоборот круто взмыть в небо. И лишь когда под нами вновь оказалось море, а Леонарда вернула себе бразды управления ковром-самолетом и перевернула его назад, в спину мне ударил звук мощнейшего взрыва.
  Я затравленно оглянулся. Прямо по центру рейдера, у самого основания надстройки вставал огромный огненный столб в клубах аспидно-черного дыма. Что-то, похожее на сорванную орудийную башню, кувыркаясь летело за борт. Посыпалось в воду и несколько крошечных человеческих фигурок. Где-то на борту корабля истошно взвыла сирена.
  Волшебница зло и заразительно засмеялась, оглядываясь на меня. Мокрые волосы налипли на ее лицо, цеплялись за стекла и дужку очков, щеки раскраснелись.
  - Еще раз! - крикнула она, разворачивая ковер и по широкой дуге вновь заходя на резко сбавивший ход корабль, но на этот раз уже целясь на бак, на отвернувшиеся в противоположную сторону носовые орудийные башни.
  - Может, не стоит? - попытался урезонить ее я, но вряд был хотя бы просто услышан.
  Ковер-самолет стремительно мчался прямо на броненосец, прижавшись почти к самой воде и потому недостижимый пока для большинства стволов его артиллерии. Всего в полусотне ярдов от теперь уже не гордо взрезавшей, а лишь неспешно раздвигающей волны носовой части корабля он резко взмыл вверх, выровнялся и, накренившись так, что я вынужден был почти лечь на левый бок, пытаясь сохранить вертикальное положение тела, понесся над броненосцем вдоль всей палубы от носа и до кормы. Команды от мисс Джойс так и не последовало, но я и без нее с готовностью принял свалившуюся вдруг на мои плечи тяжесть. Стиснул зубы и, сжав кулаки, повел ковер вперед, подчиняясь лишь мягким толчкам вправо-влево, вверх или вниз, время от времени следующим откуда-то извне, когда волшебница, вероятно, краешком сознания отвлекаясь от основного своего занятия, чуть корректировала наш курс.
  На этот раз мы пролетели достаточно низко над кораблем, чтобы я мог различить даже отдельные лица моряков в неизвестной мне форме, мечущихся возле зенитных установок, суетливо снующих, раскатывая пожарные шланги, меж охваченных огнем конструкций или же просто задравших вверх головы и провожающих нас с мисс Джойс глазами. Правда, не всегда так уж безучастно - к кашляющему треску пулеметов присоединились одиночные хлопки винтовок и, наверное, даже пистолетов и револьверов. На расстоянии вытянутой руки от меня в одной из полупрозрачных панелей в самом деле появилось два лишних крошечных отверстия. Пулевых.
  Бум. Бум! Бадабум! Сопровождаемые чередой новых взрывов, расцветающих на палубе то тут то там, мы обогнули центральную надстройку корабля, вильнули меж двух его труб, одну из которых вдруг будто ножом срезало, и спикировали к увенчанной сразу тремя стволами кормовой башне главного калибра. Внутри башни что-то гулко ухнуло, звякнуло, обращенную к нам тяжеленную стальную дверцу в ее основании сорвало с петель, и наружу рванулись клубы едкого белесого дыма. Все три орудия, до того горделиво вскинутые вверх, с протяжным металлическим стоном уронили стволы на палубу. Выглядело это так, словно многоглавый дракон вдруг загрустил и печально повесил все свои головы.
  До меня вновь донесся смех Леонарды:
  - Отлично! Ну и хватит с них!
  Броненосец наконец остался далеко позади, и мы начали набирать высоту, отворачивая в сторону берега.
  - Все? - с надеждой в голосе выдохнул я, разминая затекшие плечи.
  - Нет, остался еще...
  Прямо по курсу ковра-самолета вспухло черное облачко, и мы, не успев изменить направление, влетели прямо в него. Чародейка коротко вскрикнула, нас окутала сияющая золотистая сфера, которая, однако, накрыла далеко не весь ковер, и несколько угловых его панелей мигом превратились в изрешеченные осколками лохмотья. Мисс Джойс качнулась в удерживающей ее сбруе, а я почувствовал, как вся тяжесть управления ковром-самолетом вновь обрушивается на меня.
  - Проклятье! - выругалась Леонарда, сжимая ладонями виски. - Я так и знала, что там на борту должен быть маг!
  Мы вырвались из рваных клубов дыма и увидели несущийся прямо на нас под всеми парусами давешний красавец-фрегат. Воздух вокруг расцветили новые разрывы снарядов зенитной артиллерии. Сфера мисс Джойс вспыхнула вновь, но, получив хлесткий удар осколками справа, испуганно сжалась, и сразу две или три боковые панели ковра-самолета с тихим звоном осыпались в море.
  - Уходи! Живо! К берегу! - отрывисто командовала чародейка, совершая какие-то пассы руками перед собою.
  Я послушно потянул наш летательный аппарат влево. Очередная вспышка впереди и снизу - нас ощутимо подбросило вверх, а защитная сфера чародейки просто лопнула, разлетевшись мириадами искр. Леонарда молча повалилась на бок, повиснув в удерживающих ее ремнях, целая секция панелей перед нею начала крошиться и разваливаться, а угрожающего вида трещина зазмеилась по еще целым, достав даже до крайних из креплений ремней безопасности мисс Джойс.
  - Осторожнее! - крикнул я, пытаясь дотянуться до нее, но натыкаясь на сопротивление собственной сбруи.
  Волшебница ничего не ответила, бессильно уткнувшись лицом в одну из боковых панелей. Мы начали быстро терять высоту.
  Я что-то невнятно зарычал, отщелкивая свои ремни один за другим и судорожно наматывая их на левую руку. Ковер заметно накренился вправо, едва не задевая поверхность воды, но я уже не обращал на это внимания, пытаясь свободной рукой дотянуться до безвольно болтающегося тела чародейки. Где-то в стороне мелькнула венчающая ослепительно-белую меловую скалу Башня Чайки. Мигнул как ни в чем ни бывало маяк на ее вершине, а следом замелькали крыши жмущегося к бухте у подножия башни городка. Мы все-таки врезались обломанным, будто обкусанным углом конструкции в волны. Я заорал, нас подбросило вверх, закрутило, завертело, панели начали разваливаться одна за другой, и ремням чародейки с одного конца в какой-то момент оказалось больше просто не за что крепиться. Она выскользнула из них и заскользила по гладкой поверхности модуля куда-то назад мимо меня. Я лишь в самый последний момент успел поймать ее за мелькнувшую совсем рядом лодыжку.
  Все это время я еще и тщетно пытался восстановить управление сошедшим с ума летательным аппаратом. Но распластавшийся на скользкой от брызг поверхности того немногого, что от него осталось, одной рукой держась за собственные ремни безопасности, а другой удерживая мисс Джойс, голова которой вовсе болталась в воздухе, и при этом со всевозрастающей скоростью вращаясь вместе со всей конструкцией вокруг своей оси, я уже не представлял себе хотя бы примерное наше положение в пространстве. Пока наш ковер не напоролся на здоровенный чугунный флюгер, отрезавший от него сразу едва ли не четверть, и не поехал куда-то вниз, со звоном бьющегося стекла и треском выдираемой из пазов черепицы скользя по наклонной крыше.
  - Твою ж ма-а-ать!
  Достигнув края, мы на миг неподвижно зависли в воздухе, а затем последовало новое короткое, но не менее головокружительное падение, и сильнейший удар вышиб из меня дух.
  В сознание меня привел уже голос мисс Джойс.
  - Можно узнать, - совершенно будничным, словно мы сидели где-нибудь в теплой уютной гостиной, голосом поинтересовалась она, - кто разрешил тебе трогать меня за ногу?
  - А? Что?
  Я с трудом отодрал голову от болезненно впивающихся в щеку осколков и осмотрелся. Мы лежали на какой-то крыше в окружении битой черепицы, псевдостекла панелей ковра-самолета и одного выдранного с корнем и согнутого пополам флюгера. Волшебница растянулась на спине напротив меня, приподнявшись на локтях, согнув в колене одну ногу и с любопытством рассматривая мои пальцы, все еще сжимающие лодыжку другой. Чуть повыше голенища короткого сапожка, но пониже штанины бриджей.
  - Это все, что вас сейчас беспокоит? - буркнул я, разжимая ладонь и роняя лицо назад в осколки. - С ума сойти!
  
  

III

  Четвертью часа позже я сидел на веранде старого уютного кафе с видом на море. Того самого, на крышу которого мы недавно так удачно приземлились. И, устало откинувшись на спинку плетеного стула, потягивал крепкий кофе, покуда мисс Джойс наверху улаживала с владелицей заведения вопрос с возмещением ущерба. Стоящая рядом девушка в белом переднике и чепчике официантки, с прижатым к груди пустым подносом смотрела на меня широко распахнутыми глазами.
  - Скажите, - наконец решилась она, - а правда, это здорово, быть учеником настоящей волшебницы?
  Я посмотрел на свой разодранный в падении с крыши рукав.
  - После сегодняшнего я уже не уверен, что могу ответить на ваш вопрос утвердительно, мисс, - пробурчал я, покосившись на нее поверх кофе.
  Впрочем, развить мысль мне не дали. Означенная волшебница, цокая каблуками, показалась со стороны лестницы. Мокрые волосы она наспех перехватила в пучок на затылке, а поверх ставшей почти совсем прозрачной блузки набросила позаимствованную, не иначе как у хозяев же кафе, теплую шерстяную накидку. Остановившись возле моего столика, Леонарда взяла вторую, приготовленную для нее чашку кофе и сделала жадный глоток.
  - Все в порядке, можно возвращаться в башню, - бросила она, глядя куда-то поверх моей головы и задумчиво щурясь.
  Я уже хотел было что-нибудь ответить ей, как вдруг из-за угла идущей со стороны центра города улочки послышался надвигающийся рев моторов. На набережную, распугивая немногочисленных прохожих, ворвались уже знакомый мне двухместный "Граулер и Дюк" с откидным верхом и натужно трусивший за ним следом старенький грузовичок "Ланц".
  - Ну, насчет "в порядке" вы явно немного поторопились, - меланхолично отметил я, отпивая кофе. - Взвизгнули тормоза. Я неодобрительно покачал головой: - Вот и не жалко ему тормозных колодок?
  Старший инспектор Михель э'Ри, уже сменивший костюм великосветского денди на ярко-алый с золотыми эполетами мундир, придерживая висевшую на боку саблю, торопливо бежал к веранде кафе, не сводя мечущего молнии взгляда с нас с Леонардой. За ним спешили горохом посыпавшиеся из грузовика жандармы, вооруженные карабинами.
  - Джойс! - требовательно окликнул чародейку инспектор.
  - Михель, - поморщилась та, - не сейчас. Мне нужно еще немного времени, и тогда я все...
  - Нет сейчас! - отрезал тот, останавливаясь на верхней ступеньке. Жандармы столпились у него за спиною.
  Мисс Джойс тяжело вздохнула и опустила чашку на столик.
  - Здесь и сейчас! - продолжал настаивать инспектор э'Ри. - Ты все мне об...
  С тихим хлопком волшебница растворилась в воздухе. Инспектор и его подчиненные молча уставились на то место, где она только-что стояла. Затем, не сговариваясь, все одновременно повернулись ко мне.
  - А чего вы на меня смотрите? - развел руками я. - Я так пока еще не умею.
  Новый хлопок раздался уже где-то сзади. Меня сграбастали за шкирку, и в следующий миг я обнаружил себя в столовой Башни Чайки. Вот только ни чашки кофе у меня в руке, ни стула подо мною больше не было. И я, неуклюже взмахнув руками, плюхнулся пятой точкой прямо на пол.
  - Ауч!
  - Извини, - сказала Леонарда, отпуская мой воротник, - совсем про тебя забыла.
  - Да ладно, бывает, - пожал я плечами. - Ох, ё... - потер ушибленный копчик. - Ну и, что дальше?
  - Кларисса сейчас накроет к завтраку, - мисс Джойс кивнула на обеденный стол, приглашая меня присаживаться. - Я поднимусь к себе, переодеться и кое-что приготовить, а ты пока подкрепись. День еще только начинается.
  Я отчаянно зажмурился и помотал башкою:
  - Да, а я уже хочу, чтобы он поскорее закончился.
  Тем не менее, встать с холодного каменного пола и пересесть за стол все же пришлось. Когда чародейка, переодевшись в новый черный с бордовым брючный костюм и приведя в порядок волосы, спустилась назад в столовую, я как раз заканчивал вторую чашку кофе и то ли четвертый то ли пятый тост с ореховым маслом, любезно поданные Клариссой. На стол передо мною лег маленький белый конверт, запечатанный красным сургучом с уже знакомой эмблемой чайки со сломанным крылом.
  - Это что? - спросил я.
  - Письмо, - констатировала очевидный факт волшебница, обходя меня и устраиваясь за столом напротив, пододвигая к себе кофе с молоком, белый хлеб и блюдце с ломтиками сыра. - Ты доставишь его в Ар-Хазор.
  - Куда-а-а?! - я аж поперхнулся ореховым маслом. - Но это в двух с лишним тысячах миль отсюда к югу! И вообще уже на берегу Внутренних морей.
  - Ага, - кивнула Леонарда, кладя кусочек сыра на хлеб и аккуратно надкусывая его с уголка. - Поэтому открыть тебе прямой портал туда я не могу - его слишком легко отследить и перехватить. А за башней, как теперь уже можно не сомневаться, следят сообщники тех, кто напал на нас сегодня утром. Иначе фрегат ни за что не сумел бы подойти так близко к маяку с дурными намерениями, не привлекая моего внимания. Им явно помогает чародей и не из последних.
  Она щелкнула пальцами, и из угла столовой выкатился огромный, не менее трех футов в диаметре, глобус на высокой резной подставке. Пальчики мисс Джойс коснулись его поверхности, поворачивая сферу так, чтобы под ними оказался перешеек между Внешним и Внутренними морями, занимаемый основной частью Малых Королевств.
  - Я переброшу тебя небольшим телепортом, своего рода крысиной норой, в Лэйр, неприметный городишко на другой стороне горного хребта, - она царапнула алым ноготком рисунок гор, обозначающий Идарийский хребет, что рассекает Малые Королевства с севера на юг, - уже в Саррской республике. Там ты сядешь на дилижанс и всего через день будешь в Сарре, - ее пальчик проследовал через карту к схематическому изображению крепости с венчающей ее короной, обозначающей столицу государства, - где возьмешь билет на Трансконтинентальный экспресс, который и доставит тебя в Ар-Хазор. - Она прочертила по глобусу широкую дугу, закончившуюся у значка крупного города на южном берегу Старого моря почти у самой полоски экватора. - Адрес, кому вручить письмо, я тебе дам.
  - Но... но... - растеряно забормотал я, - но я же только вчера приехал! И уже уезжаю? Я думал...
  Мисс Джойс откусила еще кусочек от бутерброда с сыром и запила его кофе.
  - Оставаться здесь для тебя сейчас слишком опасно. К тому же, для меня действительно очень важно, чтобы ты выполнил это мое поручение. В конце концов, ты ученик мне или нет? - она вопросительно приподняла одну идеально подведенную бровь. - В таком случае, делай то, что тебе говорят.
  Я насупился.
  - А чем будете заниматься вы?
  Она отставила кофе и снова потянулась к глобусу, стукнула по нему костяшками. Тот вдруг подернулся дымкой, засветился изнутри, и из белого марева, заволокшего поверхность сферы, начала выплывать, становясь все четче и увеличиваясь в размерах, живая картинка - словно бы взгляд сверху, глазами парящей над морем птицы. Я наклонился вперед, жадно всматриваясь в представшее моим глазам зрелище: завалившийся на бок, покрытый копотью и окутанный все еще сочащимися из него дымами броненосец замер, приткнувшись бортом к встающей прямо из моря зазубренной скале. От корабля к видневшемуся вдалеке берегу протянулась целая вереница шлюпок во главе с пыхтящем паровой трубой капитанским катером.
  - Они выбросились на отмель у мыса Карвер, - сообщила мисс Джойс, - и сейчас перевозят выживших на сушу, намереваясь, вероятно, закрепиться там. Фрегат не в состоянии принять на борт такое количество людей, и вместо этого он идет на север. - Она немного прокрутила картинку, словно в самом деле вращала глобус, покуда в поле нашего зрения не оказался спешащий куда-то знакомый уже парусник. - Чтобы встретить и задержать корабли флота герцога, которые должны появиться вскоре со стороны Ритеринга. - Леонарда вернула назад изображение терпящего бедствие броненосца. - Его задача, надо полагать, выиграть время для товарищей на берегу, покуда на выручку им не придет какое-то третье, более вместительное судно. Или же они сами не предпримут нечто, что поможет им спастись.
  - Например? - непонимающе нахмурился я.
  - Например, напасть на Дорстефолл и захватить заложников из числа жителей города, чтобы было чем торговаться за свою жизнь с герцогом, - пожала плечами чародейка.
  - Но в городе же должны быть войска? - с надеждой предположил я. - Или...
  Леонарда поправила очки на переносице.
  - Горстка полицейских, эскадрон конной жандармерии да два брига береговой охраны в порту. Но броненосец, даже насаженный на мель, как боров на шомпол, все еще остается настоящей плавучей батареей, и бриги не рискнут хотя бы просто приблизиться к нему или к месту высадки десанта. А на борту у него не менее пятисот человек экипажа и огромное количество оружия, в том числе автоматического. Первые же части армии из Ритеринга прибудут в лучшем случае часа через три. Этого времени нашим гостям вполне хватит, чтобы натворить бед. - Ее взгляд стал предельно серьезен. - Без меня у местных нет ни единого шанса, Рихард. Вот почему я даю тебе еще самое больше пятнадцать минут на то, чтобы подняться к себе и собраться в дорогу. Я буду ждать тебя в библиотеке, где и открою портал. А затем меня саму ждет малоприятная встреча с инспектором э'Ри и майором Шандо.
  Я вздохнул и через силу кивнул, соглашаясь.
  - Хорошо. Но все же, кто эти люди? Кто атаковал нас? Пираты?
  - Пираты? - засмеялась мисс Джойс. - Ты когда-нибудь слышал о пиратах, у которых был бы настоящий броненосец? - Она громко фыркнула и пригубила свой кофе. - Нет, это были фрегат "Самум" и линкор "Рахт Смертоносный" из Офтарского эмирата.
  - Офтарцы? - удивленно воскликнул я. - Из Заморья? Но как их занесло сюда? Что им было нужно?
  - А вот это уже, - Леонарда потянулась за новым ломтиком сыра, - совсем другая история. И слишком длинная для того, чтобы мы могли сейчас уделить ей время. - Она покосилась на часики у себя на запястье. - У тебя, кстати, осталось всего тринадцать минут. Если ты не поторопишься, я отправлю тебя в Лэйр, прямо как есть. Серьезно, Рихард, не шучу.
  Мисс Джойс мило улыбнулась и сомкнула зубки на бутерброде.
  
  

Глава третья: Путешествие в никуда

I

  Дилижанс, следующий по маршруту Ворчек-Кренвилл-Сарр, отправлялся в путь в четвертом часу дня от почтовой станции на окраине небольшого сонного городка, центра местной угольной промышленности. О последнем я узнал, благодаря адресованному гостям города рекламному щиту, висевшему прямо напротив летнего кафе, в котором обедал в ожидании экипажа. Закончив с блинчиками с медом и щедро залив их чаем, настоенным на каких-то местных травах, я еще успел заглянуть в обнаружившийся тут же за углом букинистический магазинчик, прикупить на дорогу книжку в мягкой обложке, и, швырнув мелкую монетку мальчишке-чистильщику, прошедшемуся щеткой по моим туфлям, запрыгнул в подъехавший к станции дилижанс.
  Хотя нет, не так. Сначала помог подняться по ступенькам в карету пожилой леди в строгом черном платье и старомодном пенсне. Затем, встретившись взглядом с враз погрустневшим при виде ее багажа субтильным парнишкой, помощником кучера, тяжело вздохнул и пособил ему закрепить чемоданы леди на закорках. И только после этого, пропустив вперед еще и полного лысоватого коротышку в котелке и с саквояжем, вскочил внутрь сам. Сидевший на козлах колоритный тип в дождевике с пышными бакенбардами, татуированными руками и трубкой в зубах щелкнул кнутом, и экипаж тронулся с места.
  - Дора Вайзель. - Пожилая леди в пенсне встретила меня благодарной улыбкой и протянутой для поцелуя ручкой.
  Я улыбнулся в ответ и, коснувшись губами самых кончиков пальцев в перчатках, так же представился:
  - Марти Тревистон. Очень приятно.
  Это было идеей моей учительницы. Она предупредила меня о нежелательности использования во время путешествия в Ар-Хазор своего настоящего имени и предложила назваться кем-нибудь другим. Кем-то, кого я хорошо знаю.
  - Никогда не выдумывай имен и биографий с потолка, - сказала она. - Иначе рискуешь в самый неподходящий момент запутаться в собственной лжи. Всегда бери имя человека, которого ты более-менее знаешь, и который совершенно точно не может оказаться там и тогда, куда и когда ты направляешься. Кого-то из своих знакомых, дальнего родственника, твоего парикмахера или бакалейщика из лавки в конце улицы, отпускающего тебе в кредит. Хотя, разумеется, не стоит брать имя человека, которому ты не хотел бы причинить ненужных неудобств, если собираешься совершить нечто не вполне законное. Например, ограбление банка или покушение на венценосную особу. Так что, с бакалейщиком все же будь осторожнее.
  Вот так я и стал на время Марти Тревистоном, сыном торговца пряностями из столицы Северной Септархии.
  - Родерик Дарни-Младший, - коротышка приподнял шляпу, заискивающе улыбнувшись. Пришлось пожать ему руку.
  Помимо нас троих, севших на станции в Лэйр, в дилижансе оказалось лишь еще двое пассажиров: представившийся Лоренцо молодой человек примерно моего возраста, судя по тщательно отглаженному мундиру - студент какого-то местного университета, да сладко дремавший в углу пастор в съехавшей на лицо круглой широкополой шляпе. Пастора, чтобы выяснить его имя, мы, понятное дело, будить не стали.
  Я закинул на верхнюю полку свою так толком со вчерашнего дня и не разобранную сумку, что собрала мне мачеха, и согласно кивнул, заметив краешек шахматной доски, торчащий из-под лежащего рядом с Лоренцо пальто, на который он молча указал мне глазами. Игра, кстати, помогла избавиться от начавшихся было расспросов со стороны мисс Вайзель. Та была вынуждена переключиться на Дарни-Младшего, так что следующие три часа мы краем уха слушали о тяготах работы в финансовом управлении угольного комбината и воспитании трех почти совсем уже взрослых дочерей. Впрочем, после первых двух подряд проигранных партий мой партнер немного приуныл, а через какое-то время, продув еще дважды, и вовсе потерял интерес к игре. К тому моменту, как мы прибыли на станцию в Кренвилл, я успел даже немного пролистать купленную мною в Лэйре книгу.
  - Остановка четверть часа, - хриплым прокуренным голосом поведал нам кучер, постучав по крыше кареты и, спрыгнув с козел, вразвалочку направился куда-то по своим кучерским делам.
  - Замечательно! - я в предвкушении размял ноги и выпрыгнул из дилижанса.
  Помог покинуть его мисс Вайзель, с интересом огляделся по сторонам. Мое внимание привлек лоток с прохладительными напитками, за которым стояла симпатичная полненькая девушка с русой косой. Купив у нее стакан ледяного лимонада, я затеял ни к чему не обязывающий флирт, краешком глаза поглядывая на венчающие здание почтовой станции старинные часы. Заодно смог понаблюдать за появлением на перроне новых пассажиров нашего дилижанса.
  Тоненькая, на фоне своего шкафоподобного спутника казавшаяся и вовсе игрушечной, платиновая блондинка в богато украшенном лентами пышном платье и кокетливо надвинутой на глаза шляпке с пером решительно вышагивала по площади перед станцией. В руках у нее покачивался раскрытый, не смотря на уже клонившийся к закату день, зонтик от солнца. За нею, неся в руках по чемодану, каждый размером с небольшой сундук, с сосредоточенным видом следовал здоровый, под семь футов ростом и в три меня шириною, тип. С квадратной челюстью, бычьими глазками и в дорогом, совершенно не вяжущемся с его внешностью вышибалы, костюме. Даже белоснежный платочек идеально-отглаженным уголком торчал из нагрудного кармана. Мальчишка помощник кучера аж позеленел при виде их багажа. Но тут же радостно расцвел, стоило громиле самому, играючи, закинуть оба чемодана на крышу экипажа. Блондинка сложила зонтик, будто бы невзначай окинула площадь вокруг быстрым взглядом, на мгновение задержавшись на мне, и с трепетной улыбкой вложила ладошку в огромную пятерню мужчины. Вспорхнула по ступенькам, исчезнув внутри. Едва и ее спутник поставил ногу сразу на верхнюю ступеньку, карета угрожающе накренилась на бок, а когда тот с трудом протиснулся в дверцу, она и вовсе просела в клиренсе сразу на добрый дюйм.
  Я фыркнул себе под нос. 'Дамочка из высшего света и ее телохранитель? Муж? 'Папик' из числа воротил Ночной гильдии? Занятно'.
  Следующими показались так же мужчина и женщина, явно семейная пара. Одинаково неприметно одетые в черное с серым, сухонькие, сгорбленные, хотя и явно еще не слишком старые. Женщина прижимала к груди молитвенник, а видимого багажа у них с собою вовсе не было. Наконец, со стороны видневшейся в отдалении пивной появился и наш кучер, на ходу набрасывая на голову капюшон дождевика и убирая руки в карманы. Трубку свою, как я успел заметить, он уже куда-то подевал.
  - Полагаете, дождь собирается? - полюбопытствовал я, когда он проходил мимо, и, прищурившись, посмотрел в чистое без единого облачка небо.
  - Ага, - буркнул тот, не оборачиваясь.
  Я пожал плечами и выкинул эту несуразность из головы. Напрасно, как оказалось позднее. Но это было уже позднее.
  Часы на крыше почты отсчитывали последние минуты до отправления дилижанса, и я, попрощавшись с так же принявшей сворачивать свой лоток продавщицей напитков, двинулся к экипажу. На ходу скользнул взглядом по развалу у газетного киоска, отметив про себя, что в Кренвилле либо вовсе нет вечерних газет, либо отсутствует телеграф, и местная пресса еще просто не в курсе о возмутительном инциденте с вторжением офирского флота в воды Великого герцогства Фараней сегодня утром. Но уж в Сарре-то, решил я, утренние газеты должны будут уже осведомлены о случившемся, и я наконец-то смогу получить хоть какие-то ответы на свои вопросы. Хотелось бы надеяться.
  Уже в дверях кареты меня окликнул женский голос:
  - Стойте! Постойте, пожалуйста! Это ведь дилижанс на Сарр?
  Я обернулся и увидел спешащую в нашу сторону через перрон даму лет тридцати в приталенном черном пальто и черной же фетровой шляпке с серебряной лентой по тулье, украшенной большим белым бантом.
  - Совершенно верно, мисс, - кивнул я.
  Женщина остановилась, переводя дыхание и приложив ладошку к груди.
  - Ох! Чуть не опоздала.
  - Мисс? - я протянул ей руку.
  - Благодарю, - устало улыбнулась та и, поправив выскользнувшие из-под шляпки светлые локоны, накрыла мою ладонь своей.
  Я помог ей запрыгнуть внутрь. Скамейка напротив уже была занята помимо Дарни-Младшего и Лоренцо громилой с его блондинкой, о чем-то без умолку болтавшей с сидящей напротив мисс Вайзель. Однако, стоило только еще одной даме появиться на пороге, как блондинка вдруг замолчала и легонько пихнула своего спутника в бок. Великан послушно сдвинулся на краешек скамейки, зажав испуганно выпучившего глаза Лоренцо в самый угол, а новая пассажирка опустилась на освободившееся место рядом с нашим бухгалтером угольной компании и отцом трех дочерей. Забрав у нее небольшую дорожную сумочку, я положил ее на полку для ручной клади и опустился на скамью напротив, рядом с женщиной с молитвенником.
  - Благодарю, - еще раз повторила дама с белым бантом. - Марта, - представилась она.
  Я широко улыбнулся в ответ.
  - Марти.
  Ее брови удивленно поползли вверх.
  - Нет, правда, - поспешил заверить ее я, не переставая улыбаться. - Марти Тревистон. Хотите, студенческий билет покажу?
  Никакого билета у меня с собой, разумеется, не было. Свое школьное удостоверение я сдал еще позавчера, перед выпускной пьянкой, но навести простейшую иллюзию мне не составило бы труда - этот трюк мы с настоящим Марти освоили еще в седьмом классе, когда наловчились проходить по фальшивым пропускам старшеклассников на запретные пока еще для нас представления в столичном варьете.
  - Не стоит, - засмеялась женщина напротив, прикрыв рот ладошкой - я вам верю... Марти.
  - А это мисс Розалия Бэнкс и ее супруг, - представила нам блондинку и великана Дора Вайзель.
  - Макс, его зовут Макс, - сверкнула ослепительной улыбкой Розалия. - Он у меня молчаливый, такой молчаливый! Вы не обращайте внимания! - залепетала она, всплеснув руками и едва не угодив болтающимся на запястье зонтиком в глаз несчастному Лоренцо. - Зато я...
  Словоохотливость мисс Бэнкс действительно с лихвой компенсировала угрюмое молчание ее супруга. Порою мне даже казалось, что я вовсе перестаю слышать стук колес и цокот копыт лошадей снаружи. Впрочем, я не особо прислушивался к ее трескотне - роль собеседников блондинки взяли на себя мисс Вайзель и, совершенно неожиданно, назвавшаяся проповедницей из Долгого Лога женщина с молитвенником. Мое же внимание оказалось целиком приковано к Марте. К ее аккуратно сложенным на коленях рукам, строгому, четко очерченному на фоне светлой обивки салона силуэту, мягко касающимся плеч в такт покачиванию дилижанса волосам и тонкой полоске губ. А еще белому банту на шляпке. Я вспоминал рассказы старшего брата, Вольфганга, о его путешествии по Малым Королевствам и некоторых приметах...
  Отвернувшись к окну, она делала вид, что не замечает моего изучающего взгляда. Однако, когда экипаж, миновав лесок, выехал на открытое пространство, и по стеклу скользнули красные отсветы полыхающего уже в пол неба заката, я заметил на ее губах едва различимую тень мечтательной улыбки. И то, как дрогнул, чуть сдвинувшись вперед и застыв совсем рядом с моей ногой, мысок ее черного замшевого сапожка. Дилижанс в очередной раз качнуло, и ножка Марты будто случайно потерлась о мою. Улыбка на губах женщины стала явственнее. Она чуть наклонила голову, пряча глаза за полями шляпки с глядящим прямо на меня белоснежным бантом.
  'Так Вольфганг все-таки не врал насчет своих амурных похождений?' - мелькнуло у меня в голове. Я украдкой покосился на остальных, но, как мне показалось, никто не обращал на нас с Мартой никакого внимания.
  Мы бы, кстати, не заметили даже и того, что карета в какой-то момент свернула не туда, если бы не внезапно проснувшийся пастор, сунувший нос в окно со своей стороны и озадаченно поинтересовавшийся:
  - А кто-нибудь знает, почему мы едем по дороге на Йерик, а не к мосту Дитриха Пятого?
  - Как? Вы разве не знаете? - подалась вперед проповедница из Долгого Лога. - Мост через Сарру три дня тому как закрыли на ремонт.
  - После того, как в него врезался потерявший управление пароход, - добавил ее муж. - Дилижансы теперь следуют в объезд через Йерик и паромную переправу.
  Пастор протяжно зевнул и почесал в затылке.
  - Странно. На станции в Ворчеке нас об этом не предупредили. Бардак, однако. Проповедница часто-часто закивала, соглашаясь со святым отцом.
  - Так значит, и ночевать нам придется не в таверне у моста... как там она называется... я запамятовала... - встряла не желающая мириться с тем, что не она находится в центре внимания, Розалия Бэнкс.
  - Тут неподалеку тоже есть старый постоялый двор, - успокоила ее проповедница. - Мы остановимся там, а утром продолжим путь в столицу.
  - Оу, а вы часто путешествуете здешними дорогами? - заинтересовалась мисс Бэнкс. - Вы так хорошо знаете окрестности...
  Я отвернулся от болтушек и встретился взглядом с Мартой. Она уже открыто улыбалась, глядя в окно на проплывающие мимо поля.
  

II

  Постоялый двор под незатейливым названием 'Приют' оказался откровенно запущенным ветхим строением, притулившимся в конце какого-то вконец разбитого проселка, ответвляющегося от тракта и на добрую милю убегающего прямо в непролазную лесную чащу. Уж и не знаю, кому пришло в голову строиться в таком месте? Да и мрачные диковатого вида хозяева заведения не производили впечатление людей, привычных к частым гостям. Лесовики, одно слово.
  - Какой ужас! - без обиняков выразила общее мнение относительно предложенного нам ужина Розалия Бэнкс, брезгливо отодвигая от себя глиняную плошку с гречневой кашей, приправленной шкварками и щедро сдобренной чесноком. - Макс, не ешь это! - она отобрала тарелку и у супруга. Тот проводил ее безучастным взглядом.
  - Надеюсь, у них тут хотя бы клопов нет? - жеманно поправила пенсне мисс Вайзель.
  - Или они хотя бы не кусаются, как бешеные собаки, - проворчал Лоренцо, брезгливо тыкая ложкой в кашу.
  - А по-моему, ничего, - хмыкнул с неожиданным аппетитом уплетающий за обе щеки гречку Дарни-Младший. - Совсем как готовила моя матушка, упокой Свет ее душу.
  Розалия Бэнкс воззрилась на него в немом ужасе. Казалось, даже перо у нее на шляпке распушилось, как хвост у испуганной кошки. Того и гляди, наша леди зашипит, зафыркает. Я ковырнул на пробу поверхность каши предложенной мне деревянной ложкой, отправил немного в рот и, прожевав, задумчиво констатировал:
  - Есть можно.
  К счастью, чай и пирог с брусникой, поданные недобро зыркающей на нас из-под кустистых бровей хозяйкой дома, оказались более чем сносными, и даже наши дамы по завершению ужина смогли отправиться в отведенные им комнаты не совсем уж голодными.
  - Мисс, - я предложил руку поднявшейся из-за стола Марте, - позвольте?
  Она улыбнулась уголками губ и, обхватив меня за локоть, направилась вместе со мною вверх по лестнице.
  - Ах, даже не знаю, - негромко, так что слышать ее мог, должно быть, только я, проговорила Марта, - смогу ли я сегодня уснуть? В таком-то месте. - Ее пальчики едва ощутимо сжались на моей руке.
  Я повернулся к женщине, надеясь увидеть ее лицо, но вместо этого уткнулся носом в ее белый бант, обращенный ко мне.
  - Сюда, сюда, вот сюда, - семенил впереди нас хозяин постоялого двора. - Для кучеров, служилых, значит, мы на первом этаже постелим, за кухонькой, значит. А для гостей дорогих вот, извольте, значит, комнатки. Одна. Другая. И еще, значит... - Он толкал идущие вдоль длинного коридора по правую и левую руки двери, а следующая за ним с лучиною хозяйка проходила внутрь и зажигала подвешенные на стенах масляные лампы.
  - Это черт знает что, - послышался где-то сзади капризный голосок мисс Бэнкс. - И за такие деньги! Возмутительно! Макс...
  Моя спутница остановилась возле одной из дверей почти в самом конце коридора и, повернувшись ко мне, слегка наклонила голову, в который раз пряча взгляд за полями своей шляпки.
  - Благодарю вас, мистер Тревистон, - сказала она. - Спокойной ночи.
  - Спокойной ночи, - кивнул я.
  Марта быстро развернулась на месте, колыхнув полами пальто, и юркнула в свою комнату. А я, бросив еще один взгляд назад вдоль по коридору, шагнул к дверям комнатки напротив, из которой как раз выходила хозяйка постоялого двора, прикрывая рукою трепещущий огонек лучины.
  - Доброй ночи, - я попытался быть любезен и с этой нелюдимой женщиной.
  Но та лишь, вновь странно покосившись на меня, поспешила прочь. Коридор погрузился во мрак и приглушенное неразборчивое шебуршание, доносящееся из-за закрытых дверей. Я отступил назад в комнату, прикрыл за собою дверь и огляделся.
  Стол, стул, кровать, узенький шкаф-шифоньер слева от входа и выходящее на маленький внутренний дворик окно. Пахло какими-то пряными травами. На столе стояли высокий узкий кувшин с водою, рядом - накрытый чистым полотенцем таз для умывания. Бесхитростно, скромно, но приемлемо. Хотя я, пожалуй, многое бы дал за то, чтобы увидеть выражение лица Розалии Бэнкс в тот момент, когда она вошла в свою комнату.
  Я вытащил сзади из-за пояса брюк револьвер, который вручила мне мисс Джойс перед самой отправкой в портал, и положил его на стол. Повесил куртку на спинку стула и, пройдя к окну, на всякий случай опустил раму вниз до характерного щелчка. После чего, не раздеваясь, плюхнулся на застеленную темным пледом кровать. Устало прикрыл глаза, закинув ноги на невысокую спинку.
  'Какая странная чехарда событий', - мысли лениво текли в голове. - 'Еще вчера утром я стоял в актовом зале Академии на берегу Ледяного моря, а уже вечером встречал закат на другом конце мира, сидя с чашкою кофе и булочками с корицей, что приготовила Кларисса, на смотровой площадке маяка на берегу Внешнего моря'. - Я невольно облизнулся, вспомнив вкус выпечки домашнего голема моей новой наставницы. - 'Сегодня утром я летал на ковре-самолете, сражаясь с офирским флотом, а вечер встречаю на забытом богом постоялом дворе в отрогах Идарийских гор в сотнях миль от Башни Чайки. А самое большее через неделю я и вовсе буду на Южном континенте! Там, где пока еще не был даже Вольфганг!' - Я усмехнулся куда-то в потолок. - 'Это какое-то безумие. Но я хотел бы сейчас перемолвиться парой словечек с Марти и похвастаться ему тем, что случилось со мною за эти два дня. Интересно, а как там у них с Мартиной дела обстоят?'
  Сон решительно не шел ко мне. Да я и не звал его. Я ждал. Сомневался. Я все еще не был до конца уверен в правдивости сплетен, которыми каждый раз по возвращению из Малых Королевств делился со мною шепотом на ушко старший брат, когда мачеха и отец точно не могли нас слышать. О том, по каким приметам, прогуливаясь по старым улочкам тамошних городов, в ложе театра или оперы, на городской ярмарке или в крупном универмаге, где между рядами с перчатками и шляпками фланируют леди из высшего света, можно безошибочно распознать жриц древнейшей в этом мире профессии. Ну или просто женщин, быть может, даже вовсе не нуждающихся в деньгах, но готовых к внезапному мимолетному приключению с понравившимся им мужчиной.
  Мне казалось, что знаки, которые я прочел во встреченной мною в пути женщине, были достаточно недвусмысленны. И все же я боялся ошибиться, и попасть в неловкое положение. Я лежал на постели, вновь и вновь мысленно возвращаясь к событиям последних дней, следя за тем, как медленно скользит по стене напротив перекошенный прямоугольник лунного света, льющийся прямо в мое окно, и не знал, как мне поступить. Сделать первый шаг? Выйти в коридор, постучать в ее дверь и под каким-нибудь благовидным предлогом попытаться оказаться за порогом ее комнаты, а там уж события как-нибудь сами примут определенный оборот? Или же выбросить все эти глупости и юношеские мечты из головы, перевернуться на бок, лицом к стене и попытаться таки заснуть? Ведь отправление дилижанса завтра рано утром.
  В коридоре тихо скрипнула дверь, раздались негромкие легкие шаги. Я резко сел на кровати, дыхание как-то вдруг резко перехватило. Шаги замерли возле моей двери. Некоторое время стояла вязкая, почти осязаемая тишина, я боялся даже пошевелиться, чтобы каким-нибудь неосторожным звуком не вспугнуть ее. Затем шаги зазвучали вновь, но теперь они уже неторопливо, словно в раздумье, удалялись прочь по коридору. Я быстро облизал губы и, еще мгновение поколебавшись, решился.
  Соскочив с кровати, осторожно, стараясь не скрипнуть какой-нибудь подлой половицей, я прошел к двери. Приоткрыл ее и выглянул наружу. Это в самом деле была Марта. Она сняла свое пальто и шляпку, оставшись в длинном темно-синем, почти черном в полумраке, платье с белоснежным, застегнутым под самый подбородок стоячим воротником, волосы были собраны в узелок на затылке. Она стояла на углу, в пол оборота ко мне, с улыбкой, блуждающей на губах.
  Я вышел из комнаты. Марта быстро вскинула палец к губам и, поманив меня за собою, скрылась за поворотом. Я оглянулся, чтобы убедиться, что коридор пуст, и, притворив дверь, скользнул за нею. Она ждала меня в закутке за углом, присев на подоконник большого, едва ли не во всю ширину коридора, окна с видом на замерший в ночи лес. Луна светила сейчас с другой стороны дома, так что за этим окном стояла почти непроглядная тьма, и я с трудом различал на ее фоне еще более темный силуэт женщины со светлым пятном на месте лица и воротника ее блузы.
  - Марта, - негромко позвал я.
  - Тссс.
  Она шагнула навстречу мне, положив ладони на грудь. Сжала пальчики, скомкав рубашку. Потянулась вверх навстречу моим губам. О, да! Эта женщина умела целоваться. Не то что наши девчонки, мои сверстницы. И любила. В отличие от профессионалок из Нижнего города. Ее ладошка нырнула в мои волосы, язык скользнул по зубам и проник внутрь. Я задохнулся, с шумом втянул носом воздух и, увлекаемый ею, двинулся вперед, покуда женщина, отступая, вновь не уперлась в подоконник. Она внезапно оторвалась от меня, потянула губами куда-то вбок, обожгла дыханием кожу на шее и, легонько прикусив ее зубами, вдруг резко повернулась лицом к окну. Зашуршало собираемое складками платье, и я увидел открывшиеся моему взору длинные стройные ноги в плотных теплых чулках и белоснежные, отчетливо различимые даже в темноте ягодицы над ними, перечеркнутые сверху вниз вдавившимися в кожу резинками от пояса и тоненькой полоской черных же трусиков. Женщина оперлась обеими руками о подоконник и замерла в ожидании.
  
  Марта []
  
  Я с трудом сглотнул скопившуюся во рту слюну. Медленно положил ладони на эти беззащитные белые половинки. Повел руками вниз к чулкам, поддев большие пальцы под резинки. Дыхание женщины передо мной несколько сбилось. Скользнул одной ладонью меж ягодиц, вжимаясь пальцами в черный треугольник ткани в самом низу. А другой, царапнув ее по бедру, нырнул под юбку спереди. Женщина наклонила голову ниже и требовательно толкнулась назад бедрами.
  Я более не стал заставлять себя ждать. Пальцы поднырнули под полоску трусиков, отодвигая ее в сторону, тихо защелкали пуговицы брюк. Женщина негромко выдохнула, когда я вошел в нее, стиснула пальчики на подоконнике. Я зарылся лицом в волосы у нее на затылке, нащупал пальцами затвердевший бугорок клитора, другими - ее приоткрытые губы. Вошел в них, заполняя ее одновременно с двух сторон. Чувствуя, как она сжимает меня колечками мышц внизу и зубками во рту. Толкнулся в ней. Быстрее. Глубже.
  Две смазанные, нечеткие тени молча двигались в унисон, поскрипывая старым растрескавшимся подоконником. Да время от времени раздавался приглушенный стук каблуков, когда женщина переступала с ноги на ногу, становясь поудобнее.
  А затем все вдруг кончилось. Она хрипло рассмеялась, прижавшись щекою к стеклу, раз, другой, содрогнувшись всем телом. А я мгновением позже так же застыл, изливаясь в нее. Никаких возражений или попыток остановить меня с ее стороны не последовало. Я благодарно протянул носом по тыльной стороне ее шеи, коснулся ее губами и наконец подался назад, высвобождаясь из женщины.
  Марта вновь обернулась ко мне, оправляя подол платья. Даже в полумраке, царящем вокруг, я видел ее ослепительную белозубую улыбку. Наклонился вперед к ее губам.
  - Умничка, - прошептала она уже в поцелуй.
  В ее руке что-то сверкнуло, и небольшой, но тяжелый предмет с тихим стуком лег на подоконник рядом. Разорвав поцелуй, Марта с негромким смешком ловко проскользнула мимо меня и устремилась назад по коридору, к своей комнате. Я торопливо застегнулся, подхватил с окна оставленную ею вещицу и дернулся было следом, но вдруг остановился. Задумчиво хмыкнул, покрутив в руках свой трофей, и шагнул назад к окну, к хоть какому-нибудь свету, чтобы повнимательнее его рассмотреть.
  Монета. Полновесная серебряная монета в десять талеров чеканки Северной Септархии - семимачтовый парусник с аверса и якорь на решке. Быть может, даже с того же монетного двора, которым заведует мой отец.
  Я едва не засмеялся в голос. Так вот оно в чем дело! Бант, чертов бант! Мы оба, глупые иностранцы, наслушавшиеся баек про Малые Королевства, обманулись друг в друге. Я принял ее за девицу легкого поведения. А она, должно быть, полагала, что надев этот дурацкий бант и всячески его демонстрируя, привлечет к себе внимание желающих подзаработать молодых людей. Но из нас двоих она первая успела предложить мне деньги в уплату за секс. Хотя и, надо признать, лишь ненамного опередив в этом меня самого.
  Улыбаясь от уха до уха, я обернулся к ней. Вытянул вперед руку с зажатой в ней монетой и собрался уже окликнуть ее, объяснить нелепость сложившейся ситуации и предложить вместе над нею посмеяться. Но в этот момент четко обрисовавшийся в конце коридора женский силуэт словно сдуло огромной бесформенной тенью, метнувшейся из-за угла. Раздался сдавленный писк, а затем только удаляющееся приглушенное мычание и глухой топот тяжелых ног. Я захлопнул рот, не успев вымолвить ни звука, и так и замер с протянутой рукою. А в проеме коридора, меж тем, появилась новая тень. Невысокая, ссутуленная, словно скрюченная. В нос мне ударил зловонный запах псины.
  Тень медленно повернулась в мою сторону, полыхнув двумя горящими алым глазами, и я непроизвольно сложил пальцы в знаке 'Развидь'. Простейшая, почти детская магия, к которой в Академии святой Стефании школяры прибегают уже едва ли не с младших классов, когда требуется, чтобы взгляд учителя, скользящий по классу в поисках того, кто пойдет сейчас отвечать у доски, прошел мимо тебя, не задерживаясь, словно ты вдруг превратился в пустое место. Разумеется, с преподающими в Академии профессиональными чародеями такой примитивный трюк никогда не срабатывает. Что не мешает старшеклассникам каждый год передавать его новичкам как величайшую тайну.
  Но в этот раз знак все же себя оправдал. Тень громко по-собачьи чихнула, отвернулась и, опустившись вдруг на четвереньки, устремилась дальше по коридору, где исчезла схваченная другой тварью Марта. По полу зацокали самые настоящие когти. Я медленно опустил руку, беззвучно переводя дыхание, и только теперь услышал, как тишина в доме постепенно наполняется посторонними, еще почти неразличимыми звуками. Шуршанием, шепотом, негромким постукиванием и скрипами.
  А потом ночь взрезал первый крик. Мужской. И почти сразу же присоединившийся к нему женский визг. Что-то где-то упало, стукнуло, послышался звон разбитого стекла, коридор за поворотом наполнился топотом. Но это был не звук человеческих ног, не выбегающие из своих комнат постояльцы. Глухо клацали об пол тяжеленные неубирающиеся когти. Заскрипела ведущая на первый этаж лестница.
  Первый выстрел заставил меня вздрогнуть, встрепенуться, сбрасывая ледяное оцепенение. За ним раздался второй, третий, и дальше они уже звучали почти несмолкающей канонадой. На ходу пытаясь слепить в ладонях что-то вроде огненного шара, я вывалился за угол, не столько полный решимости встретиться лицом к лицу с неведомой опасностью, сколько гонимый вперед собственным страхом. Но коридор встретил меня пустотой и распахнутыми настежь дверьми. Я прыгнул к своей комнате, заглянул внутрь. Стол и стул опрокинуты, кровать с разодранным в клочья пледом наполовину отодвинута от стены, а окно во внутренний дворик распахнуто настежь. И именно оттуда теперь доносятся несмолкающие звуки пальбы.
  Я торопливо обшарил взглядом пол возле перевернутого стола и, зацепившись краем глаза за тусклый отблеск металла, с радостным криком бросился к револьверу. Магия магией, но я еще не настолько хорошо ею владею, чтобы полагаться только лишь на чары, когда в моем распоряжении имеется более надежное и безотказное оружие. Я подхватил револьвер с пола, на всякий случай опасливо обернулся на дверь и боком-боком приблизился к окну. Впрочем, то, что я там увидел, заставило меня позабыть обо всем прочем.
  В центре дворика прямо на смятой, истоптанной клумбе с давно засохшими цветами стояла Розалия Бэнкс. Из одежды на ней были лишь наполовину расшнурованный корсет да белые трогательные панталоны. Растрепанные волосы цвета платины бились на ветру, а в разведенных в разные стороны руках леди играючи, словно пушинки, держала два массивных, поблескивающих вороненой сталью автоматических пистолета системы 'Воузер'. Те самые, что коробчатыми магазинами на двадцать патронов. Стволы обоих пистолетов дымились, а девушка, хищно оскалившись, переводила взгляд из стороны в сторону, будто в поисках новой цели. За спиной у нее молчаливой громадой высился Макс в расстегнутой на груди сорочке, штанах на подтяжках и с дробовиком в руках. А вокруг странной парочки застыли или все еще корчились в агонии с десяток скрюченных, покрытых свалявшейся серой шерстью тел, причудливо соединяющих в себе черты человека и то ли волка то ли огромной собаки. Еще парочка повисла в проемах окон, ведущих из помещений первого этажа во внутренний двор.
  - Роза... - позвал было девушку я, но позади меня вдруг что-то грохнуло, и моего носа вновь коснулся запах псины.
  Я, не раздумывая, с головою нырнул в окно. Выставив перед собою руки, приземлился на идущую скатом крышу какого-то сарайчика десятью футами ниже, выронил револьвер и, перекатившись через плечо, плюхнулся наземь на спину. В самый раз, чтобы полюбоваться, как из окна вдогонку за мной с низким утробным рыком сиганула стремительная серая тень.
  - Макс! - резанул по ушам звонкий голос мисс Бэркс.
  Грохнул дробовик. Невидимая рука подхватила летящую на меня тварь прямо в воздухе и со всей мочи шмякнула ее об стену сарая. Послышался хруст гнилых досок, жалобный взвизг, и наступила тишина.
  - Где твоя дама сердца, кавалер? - окликнула меня Розалия Бэнкс таким не вяжущимся с ее уже ставшим привычным мне тоном.
  - А? Что? - Я обернулся к ней, одновременно шаря глазами по сторонам в поисках своего револьвера. - Откуда вы...
  - Понятно, значит уволокли вместе со всеми. - Розалия отточенным жестом встряхнула разом обоими пистолетами, выщелкивая пустые обоймы. - Перезаряди, - велела она Максу.
  Тот встал между мною и Розалией, повернувшись ко мне спиною, и моя челюсть вновь отвисла от удивления. В спине у Макса была дверца. Обыкновенная такая дверца. Как в шкафчике. Двустворчатая. С аккуратно разрезанной и нашитой на нее рубашкой, так что глядя на него спереди, никому бы и в голову не пришло заподозрить неладное. Внутри же Макс был пустой. Точнее, не пустой, конечно же, а под завязку набитый всевозможным оружием. Винтовки, пистолеты, пистолеты-пулеметы, обоймы к ним и даже связка гранат, подвешенная сверху, словно сушеные яблоки на ниточке.
  Голем. Еще один голем. За последние два дня я встретил уже в три раза больше големов, чем за восемнадцать лет предыдущей жизни! Я начинаю бояться дожить до следующей недели.
  - Кто... кто вы такие? - пораженно выдохнул я. - И что, что, черт возьми, здесь происходит?! - повторил я недавний свой вопрос, что уже пытался сегодня ранее адресовать мисс Джойс, когда на нас вдруг напал явившийся с другого конца света офирский флот. Ну хоть кто-то же за этот безумный день должен мне на него ответить?
  Макс отошел в сторону, и Розалия Бэнкс вновь предстала передо мною. Полураздетая, но отнюдь не смешная или же сексуальная, а скорее пугающая. До чертиков пугающая.
  - А вот мы сейчас кое-кого и расспросим на этот счет. - Она вдруг совсем недобро усмехнулась и шагнула мимо меня к одному из разбросанных вокруг тел. - Этот, кажется, еще живой, только прикидывается мертвым. Я в него всего одну пулю всадила, и ту в плечо. Ты видел когда-нибудь волколаков? - неожиданно поинтересовалась она у меня.
  - Волколаков? - Я перевел растерянный взгляд с девушки на тушу у ее ног. - В анатомичке, если только...
  Девушка пнула ногою свернувшуюся калачиком тварь. Безмолвно выросший рядом с нею Макс сунул ствол дробовика оборотню прямо в морду.
  - Тогда полюбуйся вживую, - хмыкнула Розалия. - У тебя, кстати, есть серебро?
  - Нет, - покачал я головою.
  - Жаль. Ладно, обойдемся и честной сталью.
  Розалия поставила ножку на серую тушу и ничтоже сумняшеся задрала штанину панталон, обнажив перевязь с метательными ножами на левом бедре. Поддела один из них за колечко на рукояти, извлекая, и, присев возле не подающего признаков жизни полуволка-получеловека, со всей силы вонзила клинок ему в лапу.
  Оборотень взвыл. Задергался, заскулил, беспомощно засучил лапами, надежно прижатый к земле стволом дробовика и ногою возвышающегося над ним голема.
  - Слушай сюда, ты, дворняга-переросток, - громко, стараясь перекрыть скулеж волколака, обратилась к нему Розалия Бэнкс. - Сейчас ты у меня заговоришь. И, если хочешь уползти отсюда на брюхе, приволакивая лапу, но все же живой, то ты расскажешь мне все. Вообще все. Все, что знаешь или о чем хотя бы догадываешься. Иначе... - она провернула нож в ране, и тварь забилась сильнее. - Иначе я буду освежевывать тебя до утра. Долго и со вкусом. И можешь не сомневаться, песик, я не позволю тебе сдохнуть раньше, чем первые лучи солнца окрасят стены этой вашей вонючей конуры, куда вы нас заманили! - Она надавила на клинок, погружая его еще глубже в тело оборотня. - Говори!
  И волколак заговорил.
  
  

Глава четвертая: Час волка

I

  Волколак заговорил. То и дело срываясь на жалобный скулеж и с трудом выдавливая человеческие слова из волчьей пасти.
  Стая, большая, голов в тридцать, пришла с южных отрогов Идарийских гор, где после подавления в прошлом году восстания баронов в Ментинском принципате армия Священной Лиги старательно зачищала лесные убежища нелюди, на которую пытались опереться мятежные дворяне-полукровки. Стаю вел Седой, не самый старый, но самый бывалый и безжалостный из оборотней, тертый калач и, похоже, что в прошлом - один из ментинских рыцарей. К тому же, помимо дара ликантропии, обладавший еще и зачатками магических способностей. Седой, как все знали, хоть он и не распространялся об этом в деталях, состоял в знакомстве с каким-то местным чародеем. Который время от времени и подбрасывал обосновавшимся в этом медвежьем углу Малых Королевств волколакам непыльную работенку: там припугнуть вздумавших бастовать шахтеров, тут шугануть старателей-одиночек, намывающих золото в горных речках, спалить лесопилку, сбивающую цены какому-то крупному дельцу, поспособствовать тому, чтоб излишне принципиальный шериф захолустного городка "пропал без вести" в соседнем с собственным домом лесочке.
  Взамен он предупреждал Стаю об облавах, время от времени наводил на следующие в горы обозы с провизией, предназначенной горнякам, а пару раз и на почтовые дилижансы, перевозившие звонкую монету. Ну и, конечно же, подыскал для оборотней укромное логово - руины уже не одно столетие как покинутого людьми замка в теснинах над пробивающейся сквозь горы Саррой. А еще - этот вот заброшенный постоялый двор на почти позабытом даже местными жителями проселке, жмущемся к подножию скалы, на которой и высилась старая крепость. "Приют" волколаки использовали для встреч со скупщиками краденого из большого города (оборотень так и сказал - Большого Города, видимо, не зная наверняка, из Сарра те приезжали или из столицы какого другого Малого Королевства) и для заманивая доверчивых путников в ходе вольной охоты. Ну не все же им было полагаться на загадочного мага, покровителя Седого?
  Но в этот раз приказ пришел именно от него. Седой, взъерошенный, словно после только что полученной доброй взбучки, вывалился из своих покоев в замке вскоре после обеда. Пронзительным воем собрал в главном зале крепости Стаю и сообщил, что у них появилась срочная и очень важная работа! Нужно было во чтобы то ни стало до шести часов вечера попасть в Кренвилл и перехватить там, как они это уже делали, подменив возничего и, для пущей надежности, растворившись среди пассажиров, дневной дилижанс, идущий на Сарр. Усыпив бдительность людишек, увлечь их в "Приют" и здесь, ночью, когда те уснут, повязать всех. Живыми, непременно живыми! Всех. Доставить в замок и там уже ждать дальнейших указаний.
  В Кренвилл, напрямки через лес, в волчьем обличье и с узелками человеческой одежды в зубах отправились сам Седой, единственный, кто был способен не только в человека обращаться, но и до определенной степени копировать облик и голоса других людей, а так же Рваное Ухо и Косая. Остальные должны были приготовить теплый прием людям в "Приюте"...
  - Стоп, стоп, стоп! - прервал я, замахав руками, рассказ оборотня. - То есть, насчет возницы я уже понял, - мне захотелось отвесить самому себе увесистого пинка за то, что еще там, в Кренвилле, проигнорировал странности в поведении нашего "кучера", тем самым позволив всему этому вообще случиться. - Но эти, Рваное... и Косая... они, что, были среди нас, в салоне? - Я удивленно посмотрел на Розалию Бэнкс.
  - Проповедники из Долгого Лога, - смерив меня взглядом, в котором явственно читалось "Ты что, идиот?", пояснила та. - Как они там назвались? Мэгги и Питер... - скривилась недовольно, - не помню. Они были такие серые и неприметные.
  - О-ох, чччерт! - Я запустил пятерню в собственную шевелюру, взъерошил волосы, пытаясь примириться с мыслью о том, что ехал в одном дилижансе сразу с двумя замыслившими недоброе оборотнями.
  - Ну да, - пожала плечами Розалия, - все правильно. Должен же был кто-то подтвердить нам слова возничего, если бы мы спросили его, почему он везет нас не по той дороге? Эти песики, - она бросила презрительный взгляд на сжавшегося испуганным комком волколака, - не только нападать всем скопом и рвать в клочья горазды. Голова, когда надо, у них тоже варит. По крайней мере, у вожаков, вроде этого их Седого.
  - Так, а-а-а... - я развел руками, - зачем вообще кому-то там все это понадобилось? Зачем похищать пассажиров целого дилижанса? Не ограбить. Не убить. А именно похитить?
  Я постарался придать своему голосу и растерянному, немного испуганному выражению лица максимум убедительности. Хотя на самом-то деле уже после уточнения оборотня о том, что приказ их вожаку от неизвестного мага пришел сегодня днем после обеда, т.е., когда я был уже в Лэйре и купил билет до Сарра, и интересовал их строго определенный экспресс, сразу же расставил для меня все точки над всеми буквами. Расчет мисс Джойс на то, что ее "кротовью нору" не отследят и я смогу улизнуть из Башни Чайки незамеченным, не оправдался. Хуже того - провалился с треском! Отследили. С точностью до дилижанса. И сразу же бросились ловить. Вероятно, за мною наблюдали уже в Лэйре, на почтовой станции. А когда мы только-только выезжали из городка, троица оборотней уже неслась во весь опор к Кренвиллу нам наперехват. Просто пугающая оперативность! Хотя, если эти люди могут задействовать в рейдерском налете на чужое побережье целый линкор, что им какая-то там банда волколаков?
  - Тут-то как раз все понятно, - фыркнула Розалия, рывком выдергивая нож из бедра волколака. Тот пронзительно взвыл и беспомощно забился под неподъемной ступней Макса. - Магу этому, что завел себе личную свору человекособачек, - она сплюнула под ноги и обтерла клинок о шкуру оборотня, - на самом деле нужен только кто-то один, конкретный. И действительно живой. Остальные - для отвлечения внимания. После того, как чародей заполучит свою жертву, остальных, - подбросив нож одной рукой, она поймала его другой и сноровисто, не глядя, сунула в ножны на ноге, - кончат! - Одернула штанину панталон и, подбоченившись, посмотрела на меня, как-то странно сузив глаза. - Но для мира и, в первую очередь, для властей, все должно выглядеть именно как исчезновение, а не убийство - тогда их просто искать начнут на день-два позже, чем если на тракте найдут перевернутую карету и растерзанные трупы. И не одного человека, а сразу нескольких. Так как в этом случае полиции придется отрабатывать сразу с десяток версий, связанных с каждым из пропавших. Все это даст злодею хорошую фору.
  Я нервно облизал губы.
  - Вы так уверенно обо всем этом говорите, - буркнул я. - Так может быть, они за вами и приходили? - Ну хотелось, хотелось мне поверить, что я тут не при чем, и это не из-за меня Марте сейчас, быть может, грозит смерть!
  Розалия Бэнкс заразительно расхохоталась, запрокинув назад очаровательную светлую головку, так не вяжущуюся со всем ее нынешним обликом. Я немного обиженно насупился.
  - Не-е-ет, - протянула она, отсмеявшись. - У меня, конечно, полно врагов, но в этот раз я тут точно не при чем. Если бы кто-то целился в нас с Максом, - мисс Бэнкс криво усмехнулась, - то уж точно не пытался бы взять нас живыми. Они бы скорее просто взорвали дилижанс к чертям собачьим вместе со всеми пассажирами! Нет, мальчик, - вновь подозрительно прищурившись, покачала она головой, - мое присутствие стало для них неприятной неожиданностью. сорвавшей столь тщательно выстроенный план. - Обвела вокруг себя рукою. - Мы с Максом накрошили тут, наверное, половину Стаи. Держу пари, им впервые так серьезно прищемили хвост со времен бегства из Ментинополя. Так кто же на самом деле нужен якшающемуся с нелюдью чародею? Уж не ты ли, мальчик? - Я с шумом втянул в себя воздух, собираясь с мыслями. - Или, - вдруг широко улыбнулась мисс Бэнкс, - твоя подружка, как там ее, Марта? Она ни о чем странном не обмолвилась, когда вы... ну-у...
  Пожалуй, даже в неверном лунном свете, заливавшем этот уголок внутреннего двора таверны, можно было разглядеть, как я залился краской.
  - Не помню... нет... кажется, нет. - Я отвернулся смущенный.
  Розалия снова негромко засмеялась и, запустив пальчики за край сползшего уже опасно низко корсета, чуть поддернула его вверх.
  - Не важно, - наконец, проворчала она. - Сейчас главное - решить, что нам делать дальше? Предлагаю, - быстро оглянулась на окна второго этажа, где располагались наши комнаты, и вдруг шмыгнула носом, - убраться отсюда как можно скорее. Если они не прикончили или не увели с собою лошадей, то еще до рассвета мы будем в Кренвилле и поднимем на ноги жандармерию. А если и нет, то я готова пёхать отсюда хоть пешком, только бы убраться как можно дальше!
  - Погодите, - опешил я, - вы предлагаете просто сбежать?
  - Ну да, - Розалия недоуменно пожала плечами и посмотрела на меня как на человека, задающего на редкость идиотские вопросы.
  - Но остальные в это время могут погибнуть!
  - И что ты предлагаешь? - заломила тоненькую светлую бровку девушка. - Изобразить из себя героев и отправиться их спасать? Вдвоем?
  - Втроем, - я ткнул пальцем в Макса. - У вас есть голем. И целый арсенал оружия. Вы уже перебили за раз половину оборотней, неужели вы боитесь оставшихся?
  Розалия воздела очи горе.
  - Представь себе, да, мальчишка! Боюсь. Точнее, не хочу без нужды рисковать. Нам с Максом здорово повезло. Повезло, что я с самого начала была... настороже. Потому как и проповедники эти, и поворот не туда, и гостиница с их дикарями-хозяевами - все это мне здорово не нравилось. Повезло, что я не как обычно просто поставила Макса на ночь у двери своей комнаты, а дала ему дробовик, из которого он и завалил первого оборотня, что попытался сунуться к нам. Повезло, что я отодвинула кровать от окна, и сиганувший прямо через стекло волк врезался в шкаф, а не приземлился на загривок мне спящей. - Разгоряченная раскрасневшаяся девушка решительно наступала на меня с каждым словом, подбоченившись и вынуждая пятиться назад, покуда я не оказался прижат спиною к стене дома. - Повезло, что когда мы выпрыгнули во двор и эти твари начали выскакивать на нас гурьбою со всех сторон, нам только-только хватило патронов на то, чтобы прикончить их всех, да еще у Макса осталась пуля для того, что прыгнул в окно за тобою. Ты хоть заметил, болван, что у меня оба магазина были уже пусты к тому времени, а? - требовательно поинтересовалась она. - Если б остальные оборотни побросали пленников и вместо того, чтоб улепетывать с ними в лес, помогли своим товарищам, нам бы, вполне возможно, пришел конец! Уж мне-то точно. Об Макса они хотя бы зубы могут пообломать. А мне чем прикажешь от них отмахиваться? Ноготками зенки выцарапывать? - насмешливо фыркнула Розалия, продемонстрировав мне свой идеально-ровный маникюр. - Или думаешь, они куртуазно дали бы мне время на то, чтобы залезть в нутро Макса и поменять оружие?
  - И все-таки, - я упрямо наклонил голову вперед, словно ныряя в поток ее слов, обрушившихся на меня, - половину Стаи вы перестреляли. Теперь у них уже точно не будет такого численного перевеса.
  - Идиот, - вздохнула мисс Бэнкс, отвернувшись от меня и сокрушенно качая головой.
  - Но мы ведь не можем их просто бросить, - заискивающе пробормотал я, пытаясь заглянуть ей в лицо. - Пока мы доберемся до Кренвилла, пока жандармерия очухается и отправится по следу оборотней... они все могут быть к тому времени мертвы! Это все равно что, увидев тонущего человека, побежать за спасательным кругом в соседний город. А мы... у нас... у нас есть вы. Я не знаю, кто вы, - развел я руками, - но вы прекрасно обращаетесь с оружием. И у вас его много. И еще голем, который оборотням вообще не по зубам. А я... - я закусил губу, колеблясь, - я тоже кое-что могу!
  Розалия вновь громко фыркнула, повернулась ко мне.
  - Да? И что же?
  - Вот, - я вытянул вперед руку, зажигая на ней крошечный огонек, затем превращая его в язычок пламени и, наконец, взмахнув ладонью, полностью, одевая ее в огненную "перчатку". Повел пальцами перед лицом отнюдь не казавшейся особо удивленной девушки. - Я - волшебник. То есть, я еще только учусь, конечно же, и каких-то специальных боевых заклятий не знаю. Но я тоже могу на что-то сгодиться! - горячо заверил я ее.
  Мисс Бэнкс внимательно посмотрела на меня.
  - Ты точно не хочешь признаться мне в том, что вся эта каша заварилась именно из-за тебя, юный чародей? - наконец спросила она. - Что магу, нанявшему оборотней, нужна именно твоя шкура?
  Я погасил пламя вокруг ладони и часто-часто заморгал, заполошно перебирая в голове варианты ответов.
  - Не знаю, - наконец выдавил я из себя, закусывая губу. - Не уверен.
  Сомнение, тем паче, что я в самом деле оставлял небольшой шанс на то, что все это какое-то невероятное совпадение, показалось мне более предпочтительным, нежели откровенная ложь или же чистосердечное признание.
  - Как знаешь, - проворчала девушка. - Но если все это только из-за глупого желания предстать благородным рыцарем в глазах девчонки, с которой ты провел одну единственную ночь...
  Мои уши вспыхнули почище, чем если бы я взялся украшать их язычками пламени, как только что руку.
  - Нет! - поспешно выпалил я. - Я... я вовсе не храбрец. И не дурак. Я тоже боюсь, и будь я сейчас один, я бы не думал ни о чем другом, кроме спасения собственной жизни. Но вы... и Макс... - я переводил взгляд с голема на его хозяйку и обратно. - С вами у нас точно есть шанс управиться с этой Стаей! Точнее у вас есть шанс. Я же вижу, вы - люди бывалые, - грустно усмехнулся, - а вовсе не те, кем прикидывались с самого начала. А я готов помочь вам всем, чем смогу! И... и это ведь будет просто неправильно, бросить этих людей в беде, когда у нас есть возможность помочь им...
  - Это на самом деле было бы очень даже разумно, - буркнула Розалия, поворачиваясь ко мне спиною. - Но так уж и быть, черт с тобою. Корсет завяжи, пожалуйста.
  - А? - не сразу врубился я.
  - Корсет, - мисс Бэнкс сердито посмотрела на меня через плечо. - Он вот-вот совсем сползет.
  - А... да... - я смущенно кашлянул и шагнул к девушке, в полумраке с трудом находя завязки корсета. - А разве обычно вам не Макс помогает? - осторожно предположил я.
  Розалия фыркнула, повела голым плечиком:
  - Может мне тоже повязать белый бант, чтобы ты все-таки увидел во мне женщину и проявил хоть немного галантности? - Вздернула вверх носик и встряхнула волосами, каскадом обрушившимися на спину, мешая мне управиться со шнуровкой корсета. Пришлось убирать их в сторону, невольно при этом задев кончиками пальцев обнаженную кожу спины девушки. - Ох, сдается, ради меня ты не стал бы так, очертя голову, бросаться в погоню за вурдалаками, как ради этой серой мышки в черном платье, - хмыкнула она. - Или все-таки стал? - она бросила на меня испытующий взгляд поверх матово поблескивающего в лунном свете плеча.
  Я облизнул пересохшие губы и потуже стянул половинки корсета.
  

II

  Раненого оборотня, по некоторому размышлению, было решено запереть в подвале. Дожидаться утра и, хотелось бы верить, жандармов из Кренвилла. Макс, подхватив взвизгнувшего, словно щенок, волколака за шкирку, втащил его в общую залу на первом этаже, отыскал за стойкой люк в подпол и, не обращая внимания на жалобный скулеж пополам с человеческими причитаниями, швырнул туда. А для надежности придавил люк сверху, сдвинув с места задребезжавший посудой старый кухонный шкаф. Я предпочел не напоминать мисс Бэнкс о ее обещании волколаку отпустить того, если он ответит на наши вопросы. Плохо это или хорошо, но я не чувствовал себя связанным какими-либо моральными обязательствами перед этим преступником, вором и, несомненно, убийцей. Хоть сейчас он и напоминал скорее большую побитую собаку, потерявшую много крови.
  Розалия, оказавшись внутри, радостно вскрикнула и довольно зажмурилась, переступила с ноги на ногу, поджимая под себя испачканные землею из клумб пальчики. Мне вдруг стало нестерпимо стыдно - я только сейчас осознал, что все время наших с нею препирательств во дворе девушка была босиком. Ночью, пусть и летом, но на голой земле!
  По давешней широкой деревянной лестнице, минуя чей-то ночной колпак, оброненный, вероятно, когда его владельца тащили вниз по ступеням, мы поднялись на второй этаж. Остановились у распахнутой настежь двери комнаты Розалии. На самом ее пороге, сложившись вдвое и обхватив руками живот, скорчился мужчины в торчащем во все стороны клоками шерсти потрепанном тулупе и с волчьей мордой на человеческих плечах. В глубине на полу темной массой громоздилась туша еще одного оборотня, на этот раз полностью прошедшего трансформацию.
  - Дай мне минутку, чтобы переодеться, - попросила мисс Бэнкс, беззаботно перепрыгивая через покойника на пороге и направляясь к наполовину снесенному неудачным приземлением оборотня шифоньеру. - Макс, приберись тут, - небрежно повела она ладошкой.
  Голем молча убрал с дороги волкоголового и, шагнув внутрь, склонился над трупом второго волколака. Я едва успел увернуться, когда здоровая мохнатая туша весом, наверное, немногим меньше моего, вылетела в коридор и шмякнулась о противоположную стену.
  - Хорошо. Я тоже, сейчас...
  Дверь комнаты мисс Бэнкс захлопнулась перед самым моим носом. Я от неожиданности моргнул, оборвав себя на полуслове, поежился и немного неуверенно покосился дальше по коридору. По загривку пробежал легкий холодок. Проклятье! А оставаться одному в темном коридоре мне как-то совсем не улыбалось. Что, если кто-то из оборотней все еще в доме? Или они захотят вернуться? А мой револьвер остался где-то то ли на крыше то ли в развалинах сарая во внутреннем дворе.
  Я мгновение поколебался, размышляя, а не стоит ли постучать в дверь и попросить у Розалии один из ее пистолетов? Но тут же мысленно отвесил себе подзатыльник - клянчить оружие у женщины, расписавшись тем самым в том, что боишься пройти один какие-то двадцать шагов, отделяющие тебя от твоей комнаты? Это будет выглядеть слишком уж жалко.
  Я помотал головой, резко выдохнул, вскинул перед собою руки и старательно, как на экзамене, с которого, к слову, и прошло-то всего несколько дней, слепил маленький туго скрученный огненный шарик, еле слышно потрескивающий и озаряющий стены коридора красными сполохами. Держа его подвешенным в дюйме от раскрытой ладони правой руки, я двинулся к своей двери.
  Предосторожности, впрочем, оказались напрасными - комната встретила меня ничуть не изменившимся с прошлого раза разгромом, а серые тени оборотней так и не подумали выскакивать ни из-за угла ни из приоткрытых створок шкафа. Я все же прикрыл за собою дверь и даже подпер ее столом - в отличие от Розалии у меня не было голема-телохранителя, который прикрывал бы мне спину. Пристроил свой начинающий уже потихоньку затухать шарик на краешек столешницы и начал торопливо одеваться.
  Куртка, слетевшая со спинки опрокинутого волколаками, когда те искали меня, стула, валялась на полу. Я бросил ее на кровать и полез в шкаф за сумкой. Через минуту мой гардероб пополнился клетчатым джемпером, шарфом, что связала мне мачеха, и перчатками из тонкой коричневой кожи. Я натянул сверху куртку и, еще немного подумав, довершил преображение твидовой кепкой, отвернув для вящего тепла уши - первое возбуждение этой безумной ночи уже шло на спад и дуновение холодного ветра в открытое окно напомнило мне о том, что ночи здесь, в предгорьях, не смотря на время года, не столь уж и теплые.
  Подобрав почти погасший шарик, я покрутил его в ладонях, оживляя, отодвинул стол и выскользнул в коридор. Остановился, закусив губу, в сомнении. Но так как дверь в комнату Розалии Бэнкс все еще оставалась закрыта, все же сделал шаг в сторону и нырнул за поворот в закуток, в котором состоялось наше с Мартой ночное свидание. Поднял сгусток пламени в руке повыше, давая больше света, и склонился, тщательно обыскивая пол. Ну где, где же она?
  Монета, серебряная десятка, заговорщицки подмигнула мне ребристым боком от самой стены. Я бухнулся на одно колено, подхватил ее и жадно стиснул в ладони.
  В коридоре где-то позади скрипнули плохо смазанные петли, послышались тяжелые шаги.
  - Тревистон? - услышал я голос мисс Бэнкс. - Вы где? У вас все в порядке?
  - Да-да, я тут! - Я сунул монету в карман и, гася огненный шар, выскочил из-за угла. - Ух ты! - от удивления я аж присвистнул.
  Розалия облачилась в коротенькую кожаную курточку, перетянутую в талии и груди несколькими ремнями, словно корсетом, облегающие бриджи с накладными карманами и короткие замшевые сапожки. Волосы были стянуты в два тугих белых хвостика, задорно торчащих в стороны, а на голове у нее сверкали отполированными до блеска окулярами очки на ремешках, вроде тех, что носят авиаторы. Очки ночного видения. Я такие прежде видел только в синематографе, в фильмах о приключениях супер агента Бойда. Или в фотографиях из газетных репортажей о тренировках республиканских Сил Специальных Операций. Над ней в дверном проеме безмолвной горою возвышался Макс, переодевшийся в темно-серый охотничий костюм и надвинувший на лоб козырек огромной, едва ли не в три моих, кепки. С неизменным своим чудовищным дробовиком. Розалия же, помимо двух "Воузеров", пристроившихся теперь в угловатых, визуально делающих ее бедра заметно шире, кобурах по бокам, была вооружена двумя совершенно одинаковыми ружьями система Гастингса, которые она играючи держала в обеих руках.
  - Умеешь пользоваться? - она сходу швырнула одно из них мне.
  Я поймал увесистый карабин и с невольным уважением взвесил грозное оружие в ладонях.
  - Да, - кивнул, перехватил левой за цевье, а правой, просунув пальцы в спусковую скобу-рычаг, резко потянул вниз и снова на себя, передергивая затвор и загоняя патрон из подствольного магазина в патронник. Щелчок затвора оказался неожиданно приглушенным и мягким - ружье было отлично смазано. - Я всегда обыгрывал брата в стрельбе по тарелочкам, - с гордостью поведал я, поднимая взгляд на мисс Бэнкс.
  Та, однако, ответила мне скептически вздернутой вверх бровью. Я стушевался и поспешил уточнить:
  - И отец брал меня на охоту с пятнадцати лет. Я даже с седла стрелять умею. По лисам.
  - Сколько патронов в магазине? Прицельная дальность стрельбы? - требовательно спросила Розалия.
  Я бросил быстрый взгляд на карабин, проверяя, не ошибся ли в модели? Да нет, форма спусковой скобы, ребристая накладка на цевье, характерный изгиб приклада. М-46А, несомненно.
  - Шесть, один в стволе, - я посмотрел на два увесистых патронташа, обернутых вокруг ее талии, - сто двадцать ярдов.
  Мисс Бэнкс подцепила ноготками за донышко гильзы один патрон на поясе и, вытянув его на свет божий, щелчком отправила в мою сторону.
  - С какого расстояния попадешь по бегущей лисе?
  - Ярдов с сорока. - Поймав патрон, я сунул его в приемное окошко магазина, благодарно кивнул и перекинул ружье через плечо.
  - Ладно, сгодится, - наконец великодушно согласилась Розалия и, расстегнув один из своих патронташей, бросила его мне. - На твою магию все равно особой надежды нет, а так мне будет хоть немного поспокойнее. - Махнула рукой: - Идем.
  - А еще одних очков, - я кивнул на ее окуляры, - у вас, случаем, нет?
  - Случаем есть, - проворчала та, разворачиваясь к лестнице. - Как раз еще одни, запасные. Но я их тебе не дам. Еще, не ровен час, сломаешь или потеряешь. Пользуйся своей магией, парень.
  - Чары ночного зрения действуют всего несколько минут, - буркнул я, пристраиваясь сбоку и на шаг позади нее. Макс глухо топал следом.
  - Значит, будешь их постоянно обновлять, - пожала плечами мисс Бэнкс. - Заряд очков тоже не вечен.
  Оказавшись внизу, мы ненадолго остановились возле барной стойки, прислушавшись к звукам из подвала. И лишь уловив приглушенное подвывание пленного волколака, поспешили наружу.
  Кареты дилижанса во дворе не было. Как и лошадей в конюшне.
  - Поня-а-атно, - Розалия пнула прислоненные к стене вилы, - значит, придется пешком. Ненавижу!
  Уже на самом выходе из конюшни я внезапно остановился, заметив выглядывающие из одного из денников знакомые сбитые башмаки.
  - О, ччерт!
  Это был мальчишка помощник кучера, которому я помогал грузить багаж в Лэйре. Я вдруг вспомнил, как по прибытии на постоялый двор, когда мы высыпали из кареты и гурьбой устремились под крышу дома, так и не снявший капюшон дождевика кучер, как теперь я знаю, в действительности бывший подменившим его вожаком Стаи оборотней, куда-то повел начавшего вдруг упираться парнишку. Тот вроде даже оглядывался в нашу сторону, пытался что-то сказать, пытался привлечь к себе внимание... Но в этот момент я посмотрел на Марту, по ее лицу вновь скользнула теплая улыбка, и мальчишка напрочь вылетел у меня из головы.
  Рядом со мной возникла Розалия.
  - Логично, - сухо заключила она. - Живыми им нужны были только пассажиры, но не возницы.
  - Это моя вина, - скрипнул зубами я. - Я должен был заметить подмену еще там, в Кренвилле.
  - Вот только не надо мне тут сейчас раскисать не по делу, - скривилась девушка. - Сейчас это все равно уже ничего не изменит. Закончим начатое и тогда уж - на здоровье. Хоть в монахи каяться подавайся.
  Я дернул щекою.
  - Пошли, - Розалия потянула меня за рукав.
  - Мы так и оставим его? - я кивнул на тело.
  Мисс Бэнкс посмотрела на меня, как на выжившего из ума:
  - А что ты предлагаешь? Похоронить его? Ну тогда копай заодно и могилы на всех остальных, включая свою зазнобу с бантом. - Она постучала пальцем по циферблату хронометра на левом запястье: - У вурдалаков и так хорошая фора во времени, болван. Если мы потеряем его еще больше, то можно и вовсе никуда не рыпаться. А лучше сразу топать в Кренвилл, как я с самого начала и предлагала. Но ты сам же вызвался поиграть в войнушку.
  Я закрыл глаза и, плотно сжав веки, сделал глубокий вздох. Кивнул:
  - Да, вы правы. Прошу прощения. Нам надо поторопиться.
  - Так-то лучше. - Розалия Бэнкс похлопала меня по плечу и поманила за собой во двор. - Так, что там говорил наш песик? Дорога еще три мили идет прямо, забирая немного к югу, затем поворот направо и еще две с небольшим мили в гору, и там уже начинается тропа к замку. - Она вскинула к лицу руку с хронометром, клацнула защелка, и верхний циферблат уполз в сторону, обнаружив расположенный под ним компас. - Придется срезать через лес, если мы еще надеемся успеть кого-то спасти, - пробормотала девушка, щурясь и поворачивая компас так, чтобы поймать защитным стеклом отблеск луны. - Готов? - она обернулась на меня.
  - Готов.
  Розалия встряхнула рукою, возвращая хронометр на месте, опустила на глаза очки и что-то подкрутила на обоих окулярах. С тихим жужжанием раскрылись диафрагмы, и на меня глянули два горящих тусклым синим пламенем огонька на месте глаз девушки. Пониже них расцвела насмешливая улыбка.
  - Тогда айда! - скомандовала она, срываясь с места и устремляясь прочь со двора негостеприимной гостинцы.
  

III

  Розалия бежала легко. Перескакивая через выползающие из земли скрюченные коренья и бросающиеся под ноги стволы поваленных деревьев. Петляя в густом, особенно поначалу, пока мы не удалились от заброшенного большака, подлеске. Уворачиваясь от внезапно вырастающих прямо на пути и так и норовящих зацепить хотя бы веточкой за одежду лесных великанов. Два отчетливо различимых даже в этом кромешном мраке белых хвостика без устали мелькали впереди, указывая мне дорогу.
  На заклятие ночного взора я все же силы тратить не стал - глаза и так вскоре привыкли к темноте, а Розалия умело прокладывала маршрут, время от времени сверяясь с компасом. Заблудиться нам точно не грозило. Но вот умереть от одышки...
  - Кто... вы... все-таки... такие... - не спросил, но прохрипел я, согнувшись пополам и сплевывая тягучую слюну, во время уже третьего вынужденного привала минут эдак сорок спустя. Нет, я в хорошей форме! Но все-таки я закончил магическую, а не спортивную академию. Меня никто не готовил к марш-броскам через ночной лес!
  - А что... - дыша чуть чаще и глубже, чем обычно, ухмыльнулась мисс Бэнкс; все-таки и на ней эта гонка хоть как-то, но отразилась - она стояла, прислонившись спиною к широкому стволу старого ясеня, переводя дух, - сам еще не догадался?
  - Неа. - Я выпрямился и с завистью посмотрел на Макса. Вот уж у кого не было никаких проблем. Как, впрочем, и души, сердца, свободы воли.
  Розалия Бэнкс отцепила с пояса флягу и сделала небольшой глоток.
  - Вольные стрелки, - она перебросила флягу мне. - Охотимся за плохими парнями, за головы которых властями назначена хорошая награда.
  - Охотники за головами, значит, - удивленно покачал головою я, принюхиваясь к содержимому фляжки. - Первый раз вижу настоящих охотников, - опрокинул в рот порцию обжигающего горло виски и тут же, закашлявшись, уткнулся носом в рукав куртки. - Тем паче девушку, - просипел я уже через рукав. - Уфс! - Розалия фыркнула, возвращая себе фляжку. - Так, а вы здесь... - начал я.
  - Не из-за этой банды оборотней, нет, - договорила она за меня. - Иначе б тебе не пришлось меня уговаривать.
  - Но хотя бы имя-то у вас настоящее? - хмыкнул я.
  - Разумеется. - Розалия оттолкнулась лопатками от ствола, повела плечами. - Одно из. За мной!
  Скала, расколотая надвое пробивающимся прямо сквозь толщу базальта ручейком, встала на нашем пути внезапно. Я едва не налетел на остановившуюся как вкопанная, уткнувшись в компас, девушку.
  - Сюда, - галька скрипнула у нее под ногами, - левее. Придется прижаться ближе к дороге.
  - Ага, - только и нашелся что сказать я.
  И снова бешеный бег через лес. Прыжки через заросшие крапивой балки и захватывающие дух игры в "не набей себе шишек о нижние, самые толстые ветви деревьев". И не сказал бы, что у меня были хорошие шансы на выигрыш.
  - Твою ж мать... - мисс Бэнкс едва успела затормозить, ухватившись обеими руками за куст, растущий на самом краю исподтишка подкравшегося к нам глубокого, с обрывистыми склонами оврага.
  Одну ногу она все-таки успела занести над пропастью и теперь смешно прыгала на другой, пытаясь сдать назад. Но тот же куст, за который она держалась, упорно толкал ее в спину, пытаясь спихнуть в плещущийся внизу плотный почти осязаемый мрак. Вломившись в заросли сразу же за ней, я сграбастал Розалию за капюшон куртки и, не особо церемонясь, дернул на себя. А в следующий миг нас обоих обхватили могучие лапищи Макса, и мои ноги оказались в воздухе.
  - Спасибо, Макс, - облегченно выдохнула девушка, когда голем опустил нас обоих на землю на безопасном расстоянии от осыпающегося края оврага. - Спасибо, - кивнула она и мне.
  - Ага, - вновь вернул я свою коронную фразочку.
  Розалия отряхнула с куртки цепляющиеся за ремни и пряжки листья и снова шагнула вперед, к едва не поглотившей ее бездне. Заглянула вниз, затем вдруг подняла очки на лоб и закрутила регулирующие колесики окуляров. Зашипели диафрагмы, закрываясь и гася призрачные синие огоньки. Послышался резкий щелчок, и один из окуляров вновь начал раскрывать свое механическое веко, но в этот раз оттуда вырвался ослепительно-белый постепенно расширяющийся сноп света.
  - Смотри, - мисс Бэнкс еще что-то подкрутила, уменьшая яркость луча, и повела им перед собою, выхватывая из темноты дно оврага.
  Я встал рядом с нею, заглянул вниз. Выругался.
  Это был наш дилижанс. Опрокинутый на бок, с напрочь снесенными, должно быть, в падении с обрыва козлами, перекосившейся передней осью и распахнутой настежь одной дверцей.
  - Сбросили ненужный уже экипаж в укромное место, - в пол голоса, словно размышляя вслух, проговорила Розалия, поднимая взгляд и луч фонарика вверх и устремляя его на противоположный заросший бурьяном край оврага. - Значит, дорога и поворот к замку где-то совсем рядом. Интересно, - она вновь посветила вниз, повела лучом из стороны в сторону, - сколько их тут всего?
  - Ох ты ж жабья кровь! - невольно вырвалось у меня.
  Дилижанс лежал на уже частично заросших вьюнком и чертополохом обломках двух карет поменьше. Рядом, колесами кверху, валялся еще какой-то возок, почти полностью развалившаяся телега попроще, за ней - почтовая карета и снова какая-то телега. Из свежей осыпи торчал бок чего-то, что было трудно опознать, а дальше в темноте, как мне показалось, блеснули даже металлический бок автомобиля и радиаторная решетка.
  - И это все они успели наворотить меньше, чем за год, - обманчиво безразличным тоном заметила Розалия, гася фонарик и вновь переключая очки на ночного видения. - Милые песики.
  Я только молча скрипнул зубами в ответ.
  Чтобы обогнуть превращенный в кладбище экипажей овраг, пришлось взять еще левее. А, оказавшись, на другой стороне, мы почти сразу наткнулись на свежую колею, оставленную, надо понимать, нашим дилижансом и еще через сотню ярдов выведшую нас на дорогу. Старый тракт в этом месте шел по самому краю жмущегося к подножию каменистой осыпи леса. Мы осмотрелись, и я первый вытянул вперед руку, указывая на странные каменные клыки, будто обломанные зубы торчащие над скалистым гребнем в полумиле дальше к югу.
  - Башни, - пояснил я свою догадку, - разрушенные башни замка.
  Розалия согласно кивнула, но, взяв меня за локоть, перевела руку правее, на возвышающийся над кронами деревьев чуть ближе к нам одинокий утес. Не исключено даже, что тот самый, расколотый у основания бьющим из него источником, в который мы совсем недавно уперлись лбом.
  - Нам туда.
  Я удивленно посмотрел на нее:
  - Зачем?
  - Я не собираюсь атаковать логово волколаков в лоб, - поморщилась охотница за головами. - Эта скала даже немного выше замка, с нее можно попробовать заглянуть во внутренний двор, оценить обстановку...
  - Вы же сами говорили, что у нас мало времени, - нахмурился я.
  - Это не значит, что надо пороть горячку, - отрезала мисс Бэнкс и, не слушая больше моих возражений, поспешила вперед.
  Мимо меня, задев плечом, скользнул Макс. Совершенно беззвучно, не смотря на свои размеры. Мне не оставалось ничего другого, кроме как, недовольно ворча, броситься вдогонку.
  Подъем на утес и в самом деле обнаружился в лесу за ближайшим поворотом - узкая тропка, убегающая вправо от покосившегося обломка древнего дорожного указателя. И, судя по доносящемуся откуда-то снизу журчанию и плеску воды, это действительно была остановившая нас прежде скала. А еще здесь нашлась пропахшая псиной лежка на небольшом скальном выступе, обращенном к раскинувшейся внизу долине - сваленные в кучу еловые лапы, какие-то тряпки и даже ветхий наполовину выпотрошенный матрас. Розалия, осторожно крадучись, обошла ее по кругу, будто принюхиваясь.
  - Тут у них был наблюдательный пункт, - сообщила она, закончив осмотр.
  Я скинул ружье с плеча, стиснув его в руках.
  - А почему сейчас он пуст?
  Та пожала плечами:
  - Почем мне знать? Может, они и не держали здесь постоянного дозорного, а только время от времени. А может, после гибели половины Стаи сегодня ночью им уже не до таких мелочей. Иди сюда.
  Она с поистине кошачьей ловкостью вскарабкалась на самую вершину утеса и, вытянув из тубуса на поясе сзади тоненькую подзорную трубу с щелчком раздвинула ее, поднесла к глазам и направила на уже отчетливо проступающие в отдалении контуры древней крепости. С тоскою посмотрев ей вслед, я уже собрался было обдирать ладони и колени, как вдруг подошедший сзади голем подхватил меня под мышки и словно кутенка швырнул вверх. Я едва успел уцепиться за край площадки, которую облюбовала себе охотница за головами. Не отрываясь от подзорной трубы, та поймала меня за запястье и рывком втянула к себе.
  - Как я и думала, - проворчала она, не замечая даже того, как я судорожно вцепился в ее рукав. - Волчья сыть! На, держи, - протянула мне трубу. - Смотри!
  Я плюхнулся на голый камень рядом с нею и послушно посмотрел в указанном направлении.
  Ничего. Ничего особенного. Только серые в ночном сумраке мертвые нагромождения камней на месте того, что было когда-то величественным замком. С башнями, бастионами, обширным внутренним двором и величественным донжоном по центру, от которого ныне остался лишь угрожающе накренившийся огрызок. Над всем этим господствовала увенчанная зубчатой короной башня в восточном углу замка, единственная почти не пострадавшая от времени и неведомых врагов. И именно на площадке на ее вершине горел единственный на всю крепость огонек. Точнее, не огонек, а... Я подался всем телом вперед, впившись взглядом в кажущуюся крошечной с такого расстояния огненную арку.
  - Портал! - выдохнул я.
  Розалия прищелкнула пальцами:
  - Бинго! Что для нас в этом хорошего? - Она задумчиво склонила светлую головку к плечу. - Если портал все еще активен, значит, заложники скорее всего находятся в крепости и, возможно, даже еще живы. С другой стороны, - поджав губы, наклонила голову к другому плечу, - это означает, что маг, сотрудничающий с оборотнями, или кто-то из его подручных сейчас тоже в замке. И вот в свете этого мне как-то вдруг расхотелось туда лезть, - со вздохом заключила она.
  - Какого черта? - я ошарашенно воззрился на нее.
  - Я еще не сошла с ума. - Охотница за головами отобрала у меня подзорную трубу. - Одно дело - стая вурдалаков, пусть и с вожаком, владеющим какой-никакой магией. Но совсем другое - нарваться, помимо них, еще и на одного-двух настоящих чародеев! - Она встряхнула своими хвостиками и заскользила вниз по скале прямо в объятия Макса. - Пора кончать с этим дурацким представлением, - глухо проворчала она.
  - Вы... - Я прыгнул за нею, не особо разбираясь куда и как и, промахнувшись мимо пытавшегося поймать меня голема, больно ударился при приземлении коленом, зашипел сквозь зубы. - Вы что... что... что вы делаете? - я уставился на появившуюся у нее в руках короткую светящуюся палочку размером с сигару.
  Розалия с хрустом надломила ее и швырнула себе под ноги. Отступила на пару шагов, села, опершись спиною о камень.
  - Как что? - переспросила она, снимая с пояса уже знакомую флягу и откручивая крышку. - Вызываю кавалерию на помощь. Хочешь? Нет? Ну как знаешь.
  - Эй! - Я с трудом поднялся на ноги и, прихрамывая, приблизился к часто-часто мерцающей мертвенно-белым светом палочке на земле. - Это же магический маяк! Он используется для указания точки открытия портала. Откуда он у вас? - Я обернулся на охотницу. - И кого вы хотите сюда призвать?
  Позади меня полыхнуло белым.
  - Надо полагать, меня, - раздался над самым ухом странно знакомый голос, кольцо у меня на пальце, о котором я почти и не вспоминал сегодня с самого утра, резко сжалось.
  - Ёпт! - От неожиданности я качнулся вперед, ушибленное колено плеснуло болью, и я осел наземь рядом с довольно ухмыляющейся Розалией. Вцепившись обеими руками в ногу, тихонько взвыл и поднял взгляд на вышедшую из портала мисс Джойс.
  Волшебница посмотрела на меня, затем на Розалию и поинтересовалась:
  - Могу я узнать, почему так рано, Жози? Что вы двое делаете посреди ночи в лесу в горах? И, - ее взгляд вернулся ко мне, - что, в конце концов, у моего ученика с ногою?
  
  
  

Глава пятая: Ночь длинных ножей

I

  
  - Жози? - я удивленно уставился на мисс Розалию Бэнкс.
  - Излагаю вкратце, - та сладко потянулась всем телом, полностью, однако, проигнорировав меня. - Там, - взмах руки, указывающий на крепость, - в развалинах замка, логово шайки волколаков, терроризирующих окрестности. Песики, - как же она любит именовать оборотней этой презрительной кличкой! - работают на некоего чародея, который сегодня днем, немногим позже того, как ты связалась со мной, приказал им захватить и доставить к нему всех пассажиров дилижанса Ворчек-Сарр. Того самого, которым должен был следовать твой мальчишка. Совпадение? - Розалия отсалютовала мисс Джойс фляжкой и подмигнула. - На твое счастье, мы с ними сели ему на хвост одновременно, в Кренвилле. Песики сумели заманить нас в эту глушь, но, напав ночью, немного пообломали зубки об меня и Макса, - на ее губах расцвела самодовольная улыбка. - И все-таки у них в руках оказались пятеро заложников, в том числе зазноба твоего ученика.
  Мисс Джойс как-то странно посмотрела на меня при этих словах охотницы за головами.
  - Жози? - продолжал тем временем допытываться я.
  - Но самое главное, - Розалия-Жози рывком поднялась с земли, шагнула к Леонарде, - в крепости сейчас может находиться тот самый чародей, которого ты и хотела выманить финтом с мальчишкой. Кстати, что у него с ногой, не знаю. Извини, не заметила. - Она встала напротив Леонарды, широко расставив ноги и уперев руки в бока. - Решай быстрее - мы атакуем или... - развела руками. - Чародей может смыться в любой момент, а заложники вряд ли проживут многим дольше.
  - Так все-таки Жози. - Я выпрямился рядом с мисс Бэнкс или как там ее на самом деле. - А вы, - повернулся к Леонарде, - использовали меня как приманку! Письмо тоже было не настоящим?
  Волшебница, облаченная в уже знакомый мне по нашей первой встрече черный кожаный костюм, пожала плечами, от чего ее курточка еле слышно скрипнула.
  - Как ни странно, настоящим. Но давай отложим все вопросы на потом. - Она, прищурившись, посмотрела мимо меня в сторону замка.
  - Значит, Жози? - Не получив удовлетворения обуревающей меня злости от учительницы, я обернулся к платиновой блондинке охотнице за головами.
  Та лишь страдальчески закатила глаза:
  - Я же сказала - одно из, и все настоящие.
  - Жозефина? - хмыкнул я.
  - Лучше просто Жози, - со вздохом разрешила девушка. - Можно Джози.
  - Слишком похоже на Джойс, - я помотал головою. - Я буду вас путать.
  - Хочешь сказать, что нас можно перепутать? - блондинка аж встряхнула своими хвостиками от возмущения.
  - Может быть вы займетесь выяснением отношений в другое время и в другом месте? - прервала нас очнувшаяся от своих размышлений Леонарда. Она, похоже, наконец-то приняла решение и, отступив на пару футов назад, воздела перед собою руки. Кончики пальцев ее перчаток засветились алым и синим. - Сейчас мы "прыгнем" на ту башню...
  - Минуточку! - словно на уроке вскинул руку я.
  Мисс Джойс замерла, остановившись на незавершенном жесте. В воздухе повисла, медленно тая, светящаяся линия.
  - А мне с вами обязательно туда лезть?
  Теперь уже на меня одинаково удивленно воззрились обе женщины.
  - Ну-у, я имею в виду, - развел руками я, - вас же теперь трое: могущественная чародейка, охотница за головами и голем! Зачем вам там еще и я? Вы и без меня прекрасно справи...
  - Ну уж нет! - взвилась Розалия (ну никак не могу привыкнуть называть ее Жози или Жозефиной), гневно тыча в меня пальцем. - Ты меня во все это втянул! Я должна была просто прикрывать твою задницу, а не отправляться в спасательные экспедиции за твоими подружками. - В лице волшебницы в этот момент вновь что-то дрогнуло. - А теперь ты хочешь отсидеться в кустах, покуда мы с Лео будем драться со Стаей оборотней и каким-то чародеем? Лео! - она развернулась к мисс Джойс и решительно притопнула ножкой. - Мы с Максом никуда не пойдем, если этот, - ее палец почти уперся в кончик моего носа, - останется в партере! Разбирайся тогда уж со своими таинственными недоброжелателями сама, без нашей помощи!
  Я вспыхнул. Я вовсе не струсил, как, должно быть, показалось охотнице. Я лишь пытался рассуждать логически - ну в самом деле, зачем двум профессионалам в бою мешающийся под ногами профан? У них есть Макс. А я... какой от меня толк в сравнении с големом?
  - Все-все-все! - замахал я руками, тревожно косясь на огонек портала на башне вдали - не погас ли, пока мы тут перебрасываемся словами? - Черт с вами! Я иду. Буду делать все, что скажете.
  - Вы закончили? - ледяным тоном уточнила мисс Джойс, переводя взгляд с меня на Розалию.
  - Да! - выпалили мы в один голос.
  - Хорошо. - Она вновь подняла руки на уровень груди. - Тогда...
  - Но ведь нельзя открывать второй портал вблизи другого уже действующего, - внезапно опомнился я.
  Глаза чародейки полыхнули гневом.
  - Я и не собираюсь, - буркнула она, сжимая пальцы в кулак и словно рванув что-то невидимое на себя.
  Пространство вокруг меня самым натуральным образом сложилось в гармошку - скала, с которой мы наблюдали за логовом оборотней, лес и горы вокруг, усыпанное звездами ночное небо над головою и внезапно оказавшаяся совсем рядом громада замка. Только фигуры Леонарды, мгновенно подобравшейся, будто перед прыжком, блондинки и ее голема остались неизменными, лишь подернувшись легким туманом. А потом в ноги мне ударил каменный пол и я, потеряв равновесие и едва не выпустив из рук "Гастингс", покатился кубарем мимо сыплющего серебристыми искрами портала. Покуда не уперся в зубчатое ограждение крепостной башни.
  Мы были в замке, на той самой единственной уцелевшей башне.
  - Ох! - коротко, но емко прокомментировал я случившееся.
  "Прыжок по радуге" или "Шаг лепрекона" - так это называется в чародейском искусстве. В сказках, которые на Севере слышал каждый ребенок, именно этим способом волшебник и пройдоха Скарамант Три Пальца обманул злого лепрекона Барми, мгновенно переместившись на другой конец радуги и завладев его горшком с золотом. Разумеется, я тоже владею этим трюком - перемещению в пространстве на небольшие расстояния посредством искажения самого пространства, а не создания в нем проколов, обучают даже раньше, чем работе с порталами, намного более сложными и опасными, но зато позволяющими путешествовать практически без ограничений по всему миру. Вот только я могу прыгнуть таким образом, разве что, на сотню-другую футов, а от башни нас отделяла почти миля!
  Немного запоздало, но у меня внутри все похолодело. А что, если бы Шаг не сработал, и мы вывалились из многократно сжатого магией пространства где-то на пол пути? Прямо над лесом, над сами верхушками деревьев...
  - А это мы уберем, - деловито поведала мисс Джойс, останавливаясь напротив портала
  Она взмахнула рукою, словно бросая что-то, и маленькое слепящее солнышко, сорвавшись с кончиком ее пальцев, устремилось прямо в пылающую арку. Раздался оглушительный зон бьющегося стекла. Стоявшая ближе ко мне Розалия торопливо отвернулась, прикрывшись ладонью. Портал ярко вспыхнул, одна его сторона подломилась, и арка, как подрубленная, начала складываться на бок. Лопнула и вторая стена арки, свод рассыпался, а плясавшее только что в проеме портала бледное не обжигающее пламя с негромким хлопком погасло. Портал закрылся, и лишь в воздухе еще несколько мгновений висели постепенно исчезающие светлые росчерки, обозначающие его контуры. Да на внутренней стороне моих век бесформенной кляксой отпечаталась вспышка, которая будет преследовать меня еще с четверть часа, не меньше. Я заморгал, поднимаясь на ноги.
  Мисс Джойс встряхнула ладонями и обернулась к внутреннему двору замка.
  - Быстро, вниз! - распорядилась она. - Найдите и освободите заложников. А этим, - волшебница вытянула руку, ловя кончик ветвящейся молнии, беззвучно протянувшейся к ней откуда-то снизу, - я займусь сама.
  Зажатая в ее ладони молния забилась, будто пытаясь вырваться, сменила цвет на синий, затем розовый и, расколовшись на множество разноцветных кусочков, с тихим шипением лопнула. Чародейка запрыгнула на один из зубцов башни и, не оглядываясь, сделала еще один шаг вперед, ухнув в бездну. Только короткие темные волосы и изумрудные блестки сережек напоследок взметнулись над красным выщербленным непогодой и временем кирпичом.
  - Макс! - рявкнула Розалия, вскидывая ружье. - Рихард! - хмурый взгляд в мою сторону. - Пошли, - кивок головы в сторону темного проема у противоположного края башни, ведущего к внутренней лестнице.
  Из мрака как раз показалась здоровая волчья морда, оскалила клыки, низко зарычала. Но в руках голема гавкнул дробовик и та с коротким, почти сразу оборвавшимся взвизгом улетела назад в черноту.
  - Минус один, - с нехорошей улыбкой отметила мисс Бэнкс.
  Внизу во дворе, где исчезла мисс Джойс взвыл штормовой ветер, однако времени даже на то, чтоб хотя бы одним глазком подсмотреть, что там происходит, уже не оставалось. Я поудобнее перехватил винтовку и, почти не замечая боли в ушибленном колене, прыгнул следом за исчезнувшей в темноте Розалией.
  Труп застреленного Максом оборотня нашелся уже в нескольких шагах за порогом. Ножищи голема топали где-то парой пролетов ниже, а белые хвостики охотницы за головами только-только мелькнули справа, пропав за следующим поворотом. Я перескочил через растекающуюся вокруг здоровенной волчьей туши лужу крови, и ступеньки однообразной чехардой замелькали под ногами. Вновь послышался звук выстрела дробовика, а затем и более резкий, звонкий "голос" винтовки Розалии-Жози. Что-то где-то упало, загрохотало, будто по полу поехал тяжелый деревянный стол, раздался звон бьющейся посуды.
  Я едва не споткнулся о припавшую на одно колено на нижних ступенях мисс Бэнкс, что-то старательно выцеливающую в просторном круглом зале, которым и закончилась винтовая лестница. В самом центре зала среди опрокинутых столов и стульев вертелся, пытаясь стряхнуть вцепившегося ему в загривок волколака, Макс. Вокруг него, размахивая короткими мечами, метались две еще вполне человеческие фигуры. Четвертый оборотень, застывший на середине трансформации, распростерся рядом на полу.
  "Гастингс" Розалии кашлянул, лязгнул затвор, выбрасывая стреляную гильзу, один из вооруженных мачете волколаков споткнулся и упал. Второй на миг замешкался, и вот ствол дробовика уже смотрит ему прямо в морду. Шварк - бедолагу буквально размазало по стенке. А мгновением позже раздался и мой выстрел - я воспользовался тем, что Макс прекратил крутиться, как юла, и навскидку, почти не целясь, всадил пулю в тщетно пытающегося перегрызть ему горло оборотня.
  - Одного брать живым! - предупреждающе крикнула мисс Бэнкс.
  - Жабья доля! - выругался я, опуская ружье. - А раньше нельзя было сказать?
  Макс стряхнул со спины обмякшую тушку и, приподняв ее за шкирку, осмотрел, покачал головою и, словно тряпку, отшвырнул прочь. Я внутренне содрогнулся, проводив взглядом мелькнувшее в воздухе и исчезнувшее среди обломков мебели тело. Охота охотой, но убивать разумных существ мне еще не доводилось ни разу. Этот оборотень стал моим первым убитым врагом.
  Розалия вскочила с колена и проскользнула в зал мимо меня. Приблизилась к подстреленному ею волколаку, пинком ноги отбросила подальше его меч и на пробу ткнула стволом винтовки в бок. Оборотень дернулся и заскулил, пытаясь ползти прочь.
  - Питер! - улыбка охотницы выражала почти искреннюю радость. - Как я рада тебя видеть! И как хорошо, что ты еще не сдох, псина вонючая. - Улыбка не покидала ее губ, не смотря на тон сказанного.
  Я заглянул через плечо девушки и вздрогнул, встретившись взглядом с давешним нашим спутником по дилижансу. Маленьким серым человечком с неприметной внешностью, что вместе с "женою" присоединился к нам в Кренвилле.
  - А где же малышка Мэгги? - спросила Розалия Бэнкс, тыча стволом точно в окровавленный бок оборотня. - Где-нибудь тоже здесь, да? Может, та собачка, что пристрелил мой друг? - она кивком указала на меня.
  Я почувствовал, что мне становится дурно. Перед глазами вдруг встало лицо проповедницы. Сухое, неприятное, с маленькими злыми глазками и тонкими поджатыми губами. И все-таки мне было невыносимо противно от мысли, что я, быть может, только что убил эту женщину, пусть и в волчьей шкуре. Я оглянулся, ища глазами отброшенное Максом тело.
  - Что... вам нужно?... Кто вы... такие? - с трудом выдавил из себя Питер, пытаясь зажать рану в боку.
  - Пленники, - мгновенно посерьезнев, потребовала мисс Бэнкс. - Где вы их держите?
  - Подвал... два... этажа ниже... коридор... в конце дверь... - волколак закашлялся.
  Мое внимание привлекло какое-то шевеление под столом в дальнем углу залы. Я вскинул винтовку, целясь в неясный силуэт, шагнул вперед, палец плавно вжался в спусковой крючок.
  - Что там? - окликнул меня голос охотницы.
  - Не знаю, - пробормотал я, разрываясь между желанием, не глядя, спустить курок в темноту, и желанием понять, во что же именно я целюсь, и заслуживает ли оно того, чтобы его убивать? - Здесь... - Опустился на одно колено, заглядывая под стол. - Здесь щенок, - с удивлением закончил я, разглядывая забившегося в угол ощерившегося волчонка, - совсем еще маленький.
  - Так пристрели его, - равнодушно бросила Розалия, - и за спиной у меня грохнул выстрел.
  - Что? - Я обернулся, вставая с колен.
  В самый раз, чтобы стать свидетелем того, как охотница за головами поднимает винтовку от распластавшегося на полу тела Питера. У оборотня больше не было головы.
  - Зачем? - Я сам не был до конца уверен, к чему именно относится мой вопрос.
  - Затем, что это - волколак, - пожала плечами Розалия, передергивая затвор и делая шаг ко мне, подняла винтовку.
  - Нет! - Я перехватил ее "гастингс" за ствол и вздернул вверх. Звук выстрела кувалдой саданул мне по ушам, а с потолка посыпалась побелка.
  - Идиот! - рявкнула Розалия, выдергивая винтовку из моих рук. - Какого черта?
  - Он же еще щенок! - закричал я в ответ на нее. - Совсем маленький! Он ни в чем...
  И в этот момент я взвыл. Хорошо так, основательно. Розалия захохотала, тыча пальцем в меня, а я запрыгал по залу на одной ноге, матерясь и пытаясь стряхнуть с себя волчонка, вцепившегося мне чуть пониже колена. Нога, кстати, вновь была та же, что и парой минут раньше на скале.
  - Ах ты ж, сссу-у-у...
  - Доволен, засранец? - смеясь, поинтересовалась мисс Бэнкс. - Это тебе благодарность за спасение!
  - Иди ты...
  Я наконец нашел опору в лице несокрушимой глыбы Макса, вцепился свободной рукой в жилетку у него на груди и, как следует размахнувшись, все-таки сумел отшвырнуть от себя проклятого щенка. Тот, кувыркаясь, пролетел через половину зала, угодив точно в узкое окошко-бойницу напротив. Жалобно взвизгнул, попытался уцепиться когтями за край подоконника, но те лишь впустую проскрежетали по камню, и волчонок исчез где-то снаружи. Где уже вовсю сверкали безмолвные молнии.
  - А я предлагала, - все еще улыбаясь, покачала головой Розалия Бэнкс.
  Я зашипел, держась за изрядно пожеванную штанину, ощупывая ногу под ней. К счастью, толстая вельветовая ткань брюк оказалась не по зубам молочным еще клыкам мелкого негодяя. Я зло сплюнул и зашептал простенькие заклинания, снимающие боль.
  - Пусть это будет тебе уроком. - Охотница вальяжно вскинула винтовку на плечо и, кивнув голему, поспешила к выходу из залы. - Давай, быстрее. Марта ждет своего спасителя.
  
  

II

  
  Если в подвале башни, где содержались пленники, и была изначально оставлена какая-то охрана, то при первых же выстрелах наверху она, вероятно, благоразумно сделала ноги. Во всяком случае, дверь в конце коридора, ведущая в небольшой полукруглый зал с зарешеченными нишами по стенам, оказалась даже не заперта изнутри. Слева от входа застыл небольшой столик с колченогим табуретом, еле тлеющим огарком свечи, криво-косо приспособленным в центре треснувшей глиняной плошки, и опрокинутой бутылкой какой-то вонючей сивухи на самом краю. Содержимое бутылки мерзкой лужей растекалось возле ножки стола, протянув длинный язык в сторону ближайшей камеры.
  - Фу! Мерзость! - Я шарахнулся от залитого самогоном стола и едва не впечатался в спину Макса, первым вломившегося в помещение.
  От одной из решеток кто-то испугано шарахнулся назад в темноту. Прутья другой напротив обхватили белеющие во мраке пальцы, а следом выплыло и бледное, как у мертвеца, лицо. Возникшая у меня за спиною Розалия Бэнкс взяла со стола плошку со свечей и приподняла ее повыше.
  - Дора? Родерик? - позвала она, шагнув мимо меня. Я даже не сразу понял, что она называет имена наших спутников по дилижансу. - Лоренцо! Святой отец! - Мисс Бэнкс нагнулась к решетке, из-за которой на нас взирало лицо перепуганной пожилой женщины в одной ночной рубашке.
  - Р... роза? В... вы? - дрожащим голосом откликнулся призрак из камеры.
  Я вытянул вперед руку раскрытой ладонью вверх, резко сжал и разжал пальцы, запуская под потолок маленький огненный шарик, разом озаривший зал ровным красноватым светом.
  - Марта? - позвал я, озираясь, и шагнул в противоположную той, что выбрала Розалия, сторону.
  - Все в порядке, мисс Вайзель, - неожиданно мягким вкрадчивым голосом заговорила вдруг охотница за головами, опускаясь на одно колено перед решеткой, задувая свою свечу и накрывая ладонью дрогнувшие пальцы женщины на ржавых прутьях. - Мы здесь, чтобы помочь вам. Все закончилось, поверьте мне. Эти чудовища больше не смогут причинить вам зла. А сейчас отойдите, пожалуйста, от решетки - Макс вас выпустит.
  - Не... не... не может быть! - Дора Вайзель со всхлипом закрыла лицо руками и послушно отодвинулась вглубь каменного мешка. Роза повернулась к голему, кивком головы указав ему на решетку.
  Я остановился у камеры, возле которой заканчивался ручеек пролитого самогона и встретился взглядом с давешним моим партнером по шахматам.
  - Привет, Лоренцо, - натянуто улыбнулся я. - Это я, Ри... - я едва успел прикусить язык, - Марти. Марти Тревистон. Помнишь меня?
  Парень, даже к оборотням умудрившийся угодить в мундире своего университета (спит он в нем, что ли?), правда, без штанов, молча закивал головой в ответ. Глаза у него были просто безумные.
  - Мы пришли за вами, - я постарался скопировать успокаивающие интонации в голосе Розалии. - Я и мисс Бэнкс с Максом.
  Позади послышался звук с хрустом выдираемых из камня стальных петель. Я обернулся, чтобы посмотреть, как голем отставляет в сторону вывороченную из стены решетку камеры мисс Вайзель.
  "Да уж, универсальный ключ от любой двери. Даже, наверное, от банковского сейфа", - подумалось мне.
  - Мы вас отсюда вытащим, - заверил я Лоренцо. - Подожди немного, сейчас Макс подойдет... Слушай, а Марта, она... - я покосился на соседнюю решетку, - здесь?
  Лоренцо замотал головой, теперь уже отрицательно. Мое сердце камнем ухнуло в пятки, но юноша вытянул руку в сторону камеры через одну от его и прошептал севшим голосом:
  - Там.
  - Марти? - откликнулись из указанной ниши.
  Ворох грязной соломы в глубине камеры шевельнулся, обретая черты молодой женщины в темном платье с распущенными по плечам волосами.
  - Фу-ух. - Я облегченно выдохнул и поспешил на голос, краем глаза отметив за пропущенной решеткой подвешенный к потолку цепями скрюченный скелет. - Марта! С вами все в порядке?
  - Марти! - Та бросилась к прутьям решетки, ловя меня за руку и с неожиданной силой вцепилась в нее. - Какой ужас! Что происходит? Кто эти твари? Где мы? Что вы здесь делаете? - обрушила она на меня целый град вопросов.
  - Тихо, тихо, тихо! - поспешил успокоить ее я, повторяя жест мисс Бэнкс и накрывая ладошку Марты своей.
  За спиной у меня лязгнула очередная вырванная с мясом решетка чьей-то камеры, раздался надтреснутый голос пастора. Марта вздрогнула и бросила быстрый испуганный взгляд поверх моего плеча. В расширенных от пережитого ужаса зрачках ее плеснула смесь страха и удивления.
  - Все в порядке, не бойтесь! - Я ободряюще сжал ее пальчики. Еще бы! Вид Макса, голыми руками, вырывающего стальные прутья из стены, должен был производить неизгладимое впечатление. - Эта ужасная ночь скоро закончится! Сейчас, погодите...
  Я окинул взглядом ее решетку.
  "Да, подвиг Макса мне точно не повторить", - вздохнул я про себя. - "Что ж, тогда так..."
  Не отпуская ее руки, я поднес свободную к механизму замка и сложил пальцы щепотью. Чуть пошевелил ими, словно нащупывая что-то.
  - Марти, что вы делаете? - встревоженно спросила женщина, вплотную придвигаясь к решетке.
  - Ничего особенного, - проворчал я, закусывая губу, и крутанул пальцами по часовой стрелке. Замок сухо щелкнул, и дверца подалась вперед под весом прильнувшей к ней женщины, едва не стукнув меня по лбу. - Просто освобождаю вас, - улыбнулся я, распахивая дверь и помогая Марте подняться с пола. - Идемте, - потянул ее на себя.
  - Что... что это было? - на негнущихся ногах последовав за мной, она затравленно обернулась на свою камеру.
  - Как? - переспросил я. - Я забыл уточнить, что учусь на мага? Простите, бывает.
  - Молодец, все-таки выпендрился перед дамой, - хмыкнул у меня над ухом голос Розалии Бэнкс.
  Я подхватил Марту под локоть и, повернувшись к охотнице за головами, скорчил физиономию, как бы говорящую "Отвали!" Та криво усмехнулась и махнула рукой голему:
  - Макс, иди, вытащи из конуры нашего студентика, и пора уже выбираться отсюда.
  За спиной у нее жались друг к другу полуголые, явно выдернутые прямо из постелей Дора Вайзель, Родерик Дарни-Младший, наш пастор, имени которого я так до сих пор и не слышал, и двое незнакомых мне мужчин, судя по изможденному виду и грязным лохмотьям, проведшие в подземельях логова оборотней не пару часов, как наши товарищи, а по меньшей мере с неделю.
  - А это кто? - спросил я у Розалии.
  Та пожала плечами:
  - Говорят, что купцы из Сарра. Наши песики, вроде как, хотели получить за них выкуп. Интересно, - она покосилась на бедолаг, постукивая винтовкой себя по плечу, - могут ли их спасители рассчитывать на какой-нибудь процент от этой суммы?
  - Ну ты... - я аж задохнулся от возмущения.
  - А что такого? - девушка в ответ лишь развела руками.
  Истошно взвизгнув, вывалилась из стены последняя решетка. Лоренцо, кутаясь в свой куцый пиджачок, выскочил из камеры и засеменил к остальным бывшим пленникам.
  - Ну что, все в сборе? - подбоченившись, поинтересовалась охотница за головами? - Никого не забыли?
  - Питер и Мэгги, они... на самом деле они... - начала было мисс Вайзель, не сводя удивленного взгляда с невероятным образом преобразившейся с прошлого вечера Розы Бэнкс.
  - Знаю, - отмахнулась блондинка. - Они свое уже получили. Тогда за мной, на выход! - скомандовала она.
  Во главе нашей группы, впрочем, вновь встал Макс со своим дробовиком. За его широкой спиной, перекрывавшей едва ли не весь узкий коридор, ведущий к лестнице наверх, вышагивала Розалия. Следом гурьбою топали освобожденные нами узники подземной тюрьмы. А замыкали шествие мы с Мартой. Уже на пороге я обернулся, вытянул в сторону своего огонька под потолком сложенную "пистолетом" ладонь и "клацнул" большим пальцем, словно курком револьвера. Огненный шарик мигнул и погас, рассыпавшись мерцающим в наступившей тьме пеплом, медленно оседающим на пол. Пальчики Марты стиснули мое запястье.
  Первый этаж башни, который мы по пути в подвал миновали, не останавливаясь, был превращен оборотнями в своего рода склад. Награбленного, надо полагать. Ящики, мешки, какие-то наполовину выпотрошенные тюки, громоздящиеся друг на друга вдоль стен и бессистемно разбросанные по полу. Винтовая лестница на верхние этажи в одном конце полутемного зала, и хлипкие двустворчатые врата, надо полагать, во внутренний двор замка, в другом. Эти-то врата и взорвались, разлетевшись в щепки, ровно в тот миг, когда вся наша компания замерла в центре залы, размышляя, куда двинуться дальше?
  - Берегись! - взвизгнула Бэнкс.
  В пролом головою вперед влетела неясная фигура в развевающемся на ветру белом балахоне, в ореоле спутанных черных волос и со слепящим бликом на месте лица. Со всего маху врезавшись в Макса, в последний момент успевшего заслонить собою хозяйку, она с неожиданной легкостью отшвырнула его на жалобно крякнувшие ящики у дальней стены, но и сама мячиком отлетела в противоположную сторону. Роза дикой кошкой метнулась куда-то в темноту, сквернословя и на ходу лязгая затвором винтовки, а недавние пленники с испуганными криками бросились ничком на пол. Кто-то попытался уползти за опасно накренившийся штабель старых, уже изрядно тронутых сыростью картонных коробок, кто-то нырнул в ворох тюков с клеймом Саррской мануфактуры и начал зарываться в них с головой, а кто-то просто принялся громко молиться вслух.
  - Марта, назад! - Я дернул женщину за руку, увлекая ее в сторону коридора, из которого мы только-что появились, затолкал назад в спасительную темноту и, привалившись плечом к косяку, вскинул ружье перед собой, ища глазами опасность.
  Впрочем, та и сама поспешила найти меня. Отрикошетив от стены, она взмыла было вверх, под самый потолок, но только лишь для того, чтобы тут же свалиться оттуда в ворохе осыпающейся штукатурки. Из угла, в котором исчезла Бэнкс, грянули выстрелы. Фигура в белом вильнула в воздухе, совершая изящный пируэт и уклоняясь от пуль, вновь врезалась в стену и пыльным мешком свалилась прямо мне на голову.
  - Уфс! - выдохнул я, чувствуя, как пол внезапно встает вертикально и на скорости потерявшего управление локомотива впечатывается мне в спину. А затем еще и отвешивает каменной ладонью хлесткий, так что звезды перед глазами вспыхнули, подзатыльник. Воздух в мгновение ока покинул мои легкие, а винтовка, выскользнув из разжавшихся пальцев, улетела вовсе куда-то в неведомое. - О-о-ох... - прохрипел, ерзая под придавившей меня тяжестью, отчаянно щурясь и пытаясь унять зарницы, танцующие под веками.
  Запах. Это было первое, что я почувствовал, еще прежде чем сумел-таки собрать глаза в кучку и получше рассмотреть свалившегося на меня человека, или что это там было. Аромат женских духов. Что-то цветочное, в тонкостях я все равно никогда не разбирался, и с ноткой горького шоколада. И шелк мягких, пахнущих полевыми травами волос, касающийся моего лица.
  Я сфокусировал взгляд и с немым удивлением уставился в идеально-ровную зеркальную поверхность маски лежавшей на мне женщины. Да, теперь я уже мог не сомневаться в том, что это была именно женщина. Магичка. С такого расстояния я даже мог разглядеть в узких прорезях для глаз, единственной бреши ее непроницаемой маски, черную подводку на веках и длинные тщательно подкрученные вверх ресницы.
  Ярко-фиалковые глаза в прорезях маски растерянно моргнули, уставившись прямо на меня. Что-то хрустнуло. По моему отражению в зеркале маски пробежала изломанная трещинка, расколов ее наискосок, от примерно середины лба до правого уголка губ. Женщина за маской часто-часто заморгала. Отколовшийся кусочек дрогнул, трещина начала опасно расширяться...
  А в следующий миг ее локоть вонзился мне под ребра. Я взвыл. Магичка торопливо приподнялась, одной рукой закрывая лицо, а другой упершись мне в грудь. Пошатнувшись, поднялась на ноги и, то ли случайно то ли вполне намеренно вонзив каблук точно в мою левую ладонь, перепрыгнула через меня, устремившись к какой-то ей одной ведомой цели.
  - Да вашу ж мать! - Я резко сел, прижимая к груди адски саднящую ладонь. - Что за...
  В выломанном дверном проеме башни, меж тем, появилось новое действующее лицо. Парящая примерно в двух футах над землей в окружении коротко потрескивающих молний мисс Джойс. Волосы ее были слишком короткими, чтобы так же эффектно полоскаться на ветру, как у чародейки, первой снесшей дверь, зато очки угрожающе сверкали отсветами молний. Она величественно вплыла в зал, свысока обшаривая взглядом царящий внутри разгром.
  За спиной у меня раздался звонкий хлопок, и яркая вспышка отбросила на пол и стену рядом длинные мечущиеся тени. Я обернулся, охнув еще и от боли в ушибленных ребрах. Но только лишь для того, чтобы увидеть, как взметнувшийся белый балахон исчезает в пылающей арке портала. По-над моим плечом протянулась змеящаяся кроваво-красная молния, упершаяся точно в середину портала. Белесое пламя арки сменилось пурпурным, затем почернело и с оглушительным ревом схлопнулось внутрь себя, вновь погружая башню в благостный полумрак.
  - Ушел, - сухо заключила мисс Джойс, появляясь в воздухе справа от меня, останавливаясь и наконец медленно опускаясь вниз. Ее сапожки тихонько клацнули набойками, коснувшись каменных плит пола.
  - Ушла, - поправил ее я, шмыгнув носом. Леонарда вопросительно посмотрела на меня. - Это была женщина, магичка. - Я, кряхтя поднялся на ноги, все еще продолжая баюкать пострадавшую руку, и огляделся по сторонам в поисках винтовки.
  - Уверен? Он был в маске. - Волшебница повела плечами, скрипнув кожей охотничьего костюма.
  - У меня, конечно, плохой нюх, - буркнул я, наклоняясь и подбирая с пола кое-что, привлекшее мое внимание, - но уж женские-то духи от мужского одеколона отличить я могу. А еще она обронила это, - и я протянул Леонарде узкий треугольный осколок зеркальной маски.
  Мисс Джойс покрутила выпуклый кусочек зеркала в руках. Перевернула и, поднеся его поближе к лицу, мазнула пальцем по едва заметному смазанному отпечатку помады в самом низу, там, где осколок, должно быть, и в самом деле еще совсем недавно касался уголка губ незнакомки.
  - Фух! - Розалия Бэнкс, пнув ногою какую-то подвернувшуюся ей по пути коробку, приблизилась к нам. - Лео, ты там во дворе закончила?
  - Я - да, - чародейка повернулась к охотнице за головами. - Девять оборотней нейтрализованы. Двое, - она пошевелила пальчиками, заставляя осколок зеркала у нее в руке исчезнуть, провалившись в незримый магический кармашек, - насовсем. Жаль, вожак успел прыгнуть со стены и удрать в лес. Я ему немножко хвост подпалила, но не стала преследовать, предпочла попытаться поймать птичку покрупнее. Но и та, - быстрый взгляд в ту сторону, где только-что закрылся портал, - увы... А вы как? - Мисс Джойс оглянулась на потихоньку выползающих из своих укрытий бывших заложников. - Всех нашли? Все живы?
  - Порядок. - Роза вытащила из своей уже несколько взъерошенной шевелюры невесть как там очутившееся перо и озадаченно на него уставилась. - Народу даже немного прибавилось. Теперь вопрос в том, как их всех доставить в безопасное место?
  Волшебница кивнула и, развернувшись на каблуках, направилась к выходу.
  - Идемте во двор. Я свяжусь с полицией в Кренвилле и велю им прислать сюда наряд, чтобы забрать пострадавших. А нас с вами ждет Дорстефолл. Да и позавтракать я хотела бы уже дома.
  - Я так понимаю, мы с Максом тоже приглашены на этот завтрак? - Бэнкс щелчком отправила в полет перышко и посмотрела вслед Леонарде.
  - Да, у меня будет для тебя новое задание, Жози, - бросила в ответ та, не оборачиваясь.
  Мы с охотницей за головами переглянулись.
  - Кажется, тебе пора привыкать ко мне, мальчик, - ухмыльнулась Розалия Бэнкс.
  Вокруг моего локтя обвились чьи-то тонкие ладошки. Я обернулся и обнаружил прижавшуюся ко мне Марту. В ее взгляде все еще читались испуг и непонимание происходящего вокруг. Я ободряюще улыбнулся и накрыл ее руку своей.
  Охотница за головами насмешливо покосилась на нас и предупреждающе цокнула языком:
  - Осторожнее, мальчик. Не дразни Лео.
  Я непонимающе уставился на нее:
  - Вы о чем? - Удивленно вскинул брови и, медленно потянув вверх уголки губ, сильнее сжал пальчики Марты в своей ладони. - Не понимаю.
  
  

III

  
  На улице, тем временем, начала накрапывать мелкая противная морось. И все же после мрачного затхлого подземелья и набитого всяким хламом нутра донжона выщербленное непогодой и временем крыльцо башни казалось чертовски уютным местечком. Даже не смотря на уродливую черную проплешину на земле прямо напротив ступеней - все, что осталось от одного из волколаков, попытавшихся заступить дорогу Ведьме из Башни Чайки.
  Бывшие пленники Стаи жались друг к другу, пытаясь укрыться все вместе под одним огромным, явно рассчитанным на голема и его хозяйку, черным зонтом, что услужливо держал над ними Макс. Сама Розалия-Жозефина стояла рядом, запрокинув лицо к начинающему понемногу светлеть небу, довольно щурясь и с по-детски беззаботной улыбкой ловя губами редкие капли. Мы с Мартой опустились на крыльцо чуть в сторонке. Я стянул с себя куртку и накинул ее на плечи женщины. Она зябко поежилась, кинула на меня быстрый взгляд и благодарно кивнула.
  Мисс Джойс, не обращая внимания на дождь, вышагивала по центру двора. В руках она держала небольшую книжечку в коричневом кожаном переплете.
  - Кастер... Кинн... Клэрхоф... - бормотала себе под нос чародейка, листая страницы. - А! Вот. Кренвилл.
  Она остановилась, едва не запнувшись о не подающую признаков жизни тушу одного из оборотней. Повела указательным пальцев по странице записной книжки, беззвучно шевеля губами, и, словно подцепив что-то, взмахнула рукою перед собой. С кончиков ее ногтей сорвался веер разноцветных искр, складываясь прямо в воздухе в начертанные аккуратным округлым почерком буквы и цифры. Будто бы и в самом деле чей-то адрес. Город, улица, номер дома и, наверное, даже телефон. Буквы шатались как пьяные, дрожали и плясали, прячась друг за дружкой, опрокидываясь и даже вовсе становясь с ног на голову. Корчились и ломались, переплетаясь высвободившимися линиями. Раздавались в стороны, постепенно очерчивая нечто вроде перекосившегося окошка три на три фута, за которым плескалась серая муть.
  Леонарда коснулась серой пелены пальчиками, и та разом посветлела, открывая нашему взору загроможденный стеллажами и шкафчиками-картотеками кабинет под низким выбеленным потолком, заваленный какими-то бумагами стол и венчающий его новенький, матово поблескивающий металлическим боком Аппарат Стекинса. За столом, с раскрытым ртом взирая прямо на нас, восседал начинающий лысеть мужчина средних лет. С надкусанным пончиком в руке и еще тремя точно такими же в раскрытой картонной коробке на столе перед ним.
  - А... а... - Мужчина открывал и закрывал рот, как выброшенная на берег рыба. Только крошки сыпались ему на грудь.
  - Леонарда Джойс, магичка, высшая международная категория, регистрационный номер Браво-Семь-Четыре-Ноль-Эхо-Два-Два, - отчеканила волшебница, представившись. Она подбоченилась и повернулась так, чтобы ее было лучше видно в сложившееся из распавшихся букв и цифр волшебное окно. - Доложите немедленно старшему по званию дежурному офицеру участка, что с ним хотят поговорить. Я должна сообщить властям о преступной деятельности незарегистрированной Стаи оборотней, которую я и мои люди пресекли сегодня ночью в окрестностях Кренвилла, республика Сарр. - Выждала несколько мгновений, но так и не дождавшись реакции от собеседника, сокрушенно вздохнула, подалась всем телом вперед и, грозно сверкнув линзами очков, вдруг оглушительно гаркнула на него: - А ну, живо отодрал свою задницу от стула, болван! Лейтенанта мне сюда! Или я сейчас наложу на тебя такое заклятие, что до самой твоей смерти пончики будут казаться на вкус как коровьи лепешки! Понял? Шевелись!
  Я хмыкнул и покосился на Марту. Та тоже улыбалась. Устало и даже немного сонно. Неожиданно что-то вспомнив, я потянулся к нагрудному карману куртки, в которую она куталась, и извлек оттуда давешнюю монету. Ту самую, коей Марта наградила меня сегодня ночью в коридоре гостиницы после нашего небольшого романтического приключения. Не сумев побороть соблазн, чтобы не покрасоваться, пустил монетку волной по кончикам пальцев, в конце эффектным взмахом руки протянув ее женщине.
  - Прошу. Это ваше, леди.
  Та некоторое время смотрела на десятку, словно не узнавая ее. Затем в ее взгляде мелькнуло понимание. Что-то дрогнуло в лице, и она тихонько хихикнула. Потом чуть громче. И еще. Схватила мою руку с монетой и, прижав ее к груди, облегченно расхохоталась. Я тоже негромко засмеялся, уткнувшись лбом в лоб девушки напротив. Так мы какое-то время и просидели, склонившись над чертовой монеткой, скорее всего и в самом деле вышедшей с монетного двора, которым заведует мой же отец.
  - Так вы... тоже? - отсмеявшись наконец, покачала головой Марта. - Вы подумали... что я... - Она вновь прыснула.
  - Вы опередили меня самую малость.
  Марта со смехом спрятала лицо в ладонях.
  - Простите, Марти... у вас не найдется сигаретки?
  - Конечно.
  Я достал все из той же куртки пачку, выудил тонкую легкую сигару, не совсем, конечно, женский сорт, но и не что-то особо брутальное и горло дерущее, и протянул ее Марте, щелкнул зажигалкой. Та, не переставая вздрагивать от приступов смеха, склонилась над огоньком, а я, пытаясь отвлечься, окинул рассеянным взглядом двор замка поверх ее головы. И замер.
  - А это что такое?
  В закутке у основания башни, там, где от нее отходила осыпающаяся целыми каменными блоками крепостная стена, что-то сверкнуло и пропало. Зато шелохнулся чахлый кустик малины, отгораживающий его от внешнего мира.
  - Что такое? - стремительно подобралась Бэнкс, мигом стряхивая с себя напускную беззаботность. Оба "Ваузера", до того мирно покоящиеся в кобурах на поясе непостижимым образом материализовались у нее в руках.
  - Мм? - Марта уже с сигаретой в зубах непонимающе посмотрела на меня.
  - Не стрелять! - Я махнул рукою Розалии и, поднявшись с крыльца, шагнул к привлекшему мое внимание закутку. - Кажется, я знаю... - опустился на одно колено у вновь чуть дрогнувшего кустика и, вытянув вперед руку, осторожно раздвинул сухие колючие веточки, - кто это...
  Два светящихся в темноте глаза. Вздыбленная серая шерсть и оскаленные в беззвучном рыке клыки. Это был волчонок. Тот, что в башне укусил меня за ногу и был выброшен за это в окно. Он, оказывается, не разбился при падении, не попал под раздачу мисс Джойс, разбиравшейся с волколаками во дворе, и даже не сбежал куда-нибудь под шумок. А просто забился в укромный уголок, поджав маленький дрожащий хвост.
  - Проклятье, Рихард, - выдохнула Бэнкс, забывая о нашей конспирации, впрочем, и без того уже потерявшей какой-то смысл, - да просто пристрели ты его наконец.
  - И не подумаю, - отрицательно замотал я головою, не отрывая взгляда от щенка. - Я не живодер. Не слушай злую тетю, малыш, - я незаметно пошевелил пальцами, сплетая простенькие успокаивающие чары, - иди сюда. Не бойся.
  - Эй! Даже не думай! - предупреждающе крикнула мне в спину Розалия.
  - Иди, иди. - Я подцепил неуверенно убравшего клыки волчонка за переднюю лапу и потянул на себя.
  - Нет! Терранова! - Конспирация летела ко всем чертям. - Не смей этого делать!
  - Вот так, молодец. - Волчонок вяло сопротивлялся моим попыткам, вытащить его из малины.
  - Лео! Ну скажи хоть ты ему! - Охотница за головами в отчаянии обернулась на чародейку, ища у нее поддержку.
  - Никогда в жизни не видел маленьких оборотней, - проговорил я, взвешивая в руках тянувшего по меньшей мере на пол сотни фунтов щенка. - Его же все равно отдадут Конгрегации магов для изучения. А нам ведь, - и тоже посмотрел на волшебницу, наконец заинтересовавшуюся происходящим, - полагается трофей за уничтожении разбойничьей Стаи, не так ли, мисс Джойс? Так почему бы и не...
  Розалия-Жозефина Бэнкс в ужасе схватилась обеими руками за голову:
  - Не-е-ет! Только не это! Ненавижу собак!
  
  
  
   Продолжение следует...
Оценка: 6.64*10  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com А.Светлый "Сфера: эпоха империй"(ЛитРПГ) М.Юрий "Небесный Трон 3"(Уся (Wuxia)) Е.Вострова "Канцелярия счастья: Академия Ненависти и Интриг"(Антиутопия) В.Кретов "Легенда 3, Легион"(ЛитРПГ) В.Свободина "Эра андроидов"(Научная фантастика) М.Юрий "Небесный Трон 4"(Уся (Wuxia)) А.Григорьев "Биомусор 2"(Боевая фантастика) В.Чернованова "Попала! или Жена для тирана"(Любовное фэнтези) И.Иванова "Большие ожидания"(Научная фантастика) А.Завадская "Рейд на Селену"(Киберпанк)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Институт фавориток" Д.Смекалин "Счастливчик" И.Шевченко "Остров невиновных" С.Бакшеев "Отчаянный шаг"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"