Клочай C.П.: другие произведения.

Манико

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

🔔 Читайте новости без рекламы здесь
📕 Книги и стихи Surgebook на Android
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    (ЧЕРНОВИК) Жизнь довольно интересная и загадочная штука. Еще вчера ты был никому не нужным заурядным художником в небольшом курортном городке, а уже сегодня волею судьбы и небольшого обмана становишься известным архитектором, за которым бегает элита города. И все бы хорошо, но вот появившиеся видения далекого прошлого переплетающиеся с повседневной жизнью никак не дают расслабиться. Что это, похмельный бред ? или все же...

Прощай, и если навсегда - то навсегда прощай.
 Пускай бессчётные года пройдут, и невзначай 
Тебя увижу я сквозь сон, но тронется вокзал,
 Круговорот немых окон - как мутные глаза.


  
  
  1
  
   Восходящее солнце и трепетное чувство подгоняет семнадцатилетнюю Досиго, дочь вождя племени Потато, вперед по тропе. Она, стремительно совершает прыжки через кустарники, ветви, сквозь джунгли, на берег океана, в бухту'Пота-тау'. Иногда попадет под лучи восходящего солнца, пробивающие плотную толщу джунглей. Смуглый, стройный стан окутан косиши, кожаным полотнищем, исполняющим роль одежды местных женщин. Она на высоких ногах парит над землей. Смолянисто черные волосы развевает встречный ветер. Эта картина могла бы напомнить невольному зрителю несущегося в чаще хищного зверя, совершающего свой последний рывок в погоне за добычей. Досига стремится как можно быстрее попасть на берег и вероятно в последний раз увидеть юношу по имени Пабло. На протяжении шести месяцев он заставлял биться непонятным образом ее сердце и дрожать голос.
   Тропа вырывается из объятий деревьев на высокий обрыв, с вершины которого открывается, завораживающая своей красотой, панорама бухты.
  
  Бухта 'Пота-тау'. Туземцы называют ее тихой водой. Она расположилась в северной части острова Сан-Сальвадор. От грозного океана, шквала волн она отделена грядой рифов и только лишь в часы прилива корабли могут безопасно пройти их и попасть под защиту бухты 'Пота-тау'. Это малообъяснимое для окружающих явление происходит два раза в сутки, в полночь и полдень. На один час поднимается уровень океана и позволяет совершать маневр судам при заходе или выходе из акватории. На протяжении семи лет это место для своего пристанища облюбовали конкистадоры и за это время построили из подручного материала настоящий форпост на побережье. Постройки, мало напоминающие неприступную крепость, но со своим причалом. Над вратами, ведущими за частокол, возвышается флаг, указывающий на принадлежность данных земель Испанской короне, а одно из зданий внутри форпоста увенчано крестом. В последнюю экспедицию на одной из каравелл прибыла группа миссионеров во главе с пастырем Бенедиктом, дабы повернуть дикие народы Нового мира лицом к Богу, и обратить их в истинную веру.
  Периодически группы конкистадоров с миссионерами уходили вглубь джунглей исследовать новые территории, обращать в веру заблудших рабов божиих, и конечно же добывать золото своему королю, да и себе заодно. В ходе таких походов практически всегда разорялись селения туземцев, которые располагались на пути экспедиций, а местные жители попадали в рабство. На протяжении последних лет такой участи избегало лишь одно племя на побережье, Потато, на землях которого и располагалась бухта 'Пота-тау'.
  С момента первой высадки Испанцев на Новую землю, сложились условно-дружеские отношения между вождем племени и конкистадорами, что позволило избежать осквернения святынь племени и открытого грабежа селения, расположенного в семи километрах от бухты. Иногда, однако, происходили конфликты, в основном связанные с попытками вновь прибывших матросов проникнуть в святилище туземцев с одной лишь целью, хищения золотого изваяния, божества туземцев 'Манико' и золотого жезла вождя, символа власти на землях Потато. На этот безумный поступок могли пойти только совершенно выжившие из ума или сильно захмелевшие пришельцы. Каждый житель форпоста неоднократно слышал, да и сам по нескольку раз пересказывал страшные истории. Жуткие несчастья преследуют осмелившихся даже просто дотронуться к этим золотым, увесистым, и манящим к себе любого, кто хоть однажды на них взглянул, вещицам.
   Ритуальные предметы находятся во владении вождя племени, но только шаман племени, который согласно преданию, может безнаказанно прикасаться в определенное время суток к божеству, забирать 'Манико' и уносить его в святилище. С испанцами, прикасавшимися к золотому изваянию, происходили несчастные случаи, приводившие к смерти. Среди обитателей форпоста эти истории передавались с некоторым преувеличением, и наверное в связи с этим на протяжении двух лет никто не тревожил 'Манико'. Последние шесть месяцев, когда в форпосте появился пастырь, даже упоминание о золотом изваянии считалось богохульством и могло быть чревато последствиями для верующих.
  
   2
  
   Сейчас бухта защищает от разрушительного океанского шторма три испанских каравеллы 'Жози', 'Пинту' и 'Нинью', некоторые из которых еще помнят великий переход через Атлантику во главе с Христофором Колумбом.
  На кораблях была произведена починка такелажа, пополнен запас пресной воды и провизии, а также обновлена команда. Большая часть прежней команды в течении полугода принимали участие в экспедициях в джунгли. Всех манило за собой золото, и возможность разбогатеть, но не у всех это получалось. Большинство забрали джунгли, как говорят в племени Потато. Попросту они погибли от стрел туземцев, неизвестных досель болезней, клыков и когтей диких животных.
   Многие испанцы находили золото в экспедициях, но так как большинство сгинуло, капитанам судов пришлось доукомплектовывать команды в форпосте, непосредственно перед выходом в море и полагаясь только на свою интуицию.
  
  В подобных походах кто-то находил славу, а иные смерть. Так и произошло с высоким, смуглым и крепким юношей из предместья Барселоны, Пабло Писарро. Работая в порту грузчиком, он услышал от друга Рико, что в кабаке, на набережной вербуют матросов на суда Его Величества. Предстоит экспедиция к Новой земле. Друг был уверен, что это шанс по-настоящему проверить себя в большом плавании и наконец-то вырваться из нищеты. Разбогатеть и жениться на красавице.
  Пабло ранее дважды выходил в море на торговом судне матросом. Это были случайные заработки, короткие плавания, но он уже серьезно подумывал связать свою судьбу с мореплаванием.
  От хозяина винного погребка юноши узнали, что команда на стоящие в порту суда уже укомплектована, но они могут, если очень поспешат, проситься на работ прямо у борта. Юноши решили пробовать судьбу на разных судах экспедиции, и с азартом заключали пари о том, кто первым ступит на новую, неизведанную досель землю, будет лучшим мореплавателем. С криком, - 'Я буду первый', - Рико бросился к трапу флагманского корабля 'Жози', а Пабло перешел с бега на быстрый шаг и пошел к трапу следующего судна 'Пинта', но уже подойдя вплотную, почему то остановился. Немного постоял, и по непонятным даже для себя причинам, направился к следующему судну 'Нинья'. У трапа его встретил капитан Энри Корцезо, низкорослый, коренастый, седой старик, о котором матросы говорят,- 'Морской волк'. Пабло сразу задержал свой взгляд на глубоких морщинах, которыми морской соленый ветер избороздил лицо капитана. Вернул его к реальности пронзительный баритон кэпа.
  - Надумал? Подымайся на борт. Холера тебя! Нет? Пшел вон с глаз моих.
   Юноша уверенной поступью поднялся по скрипящим под огромным весом сходням на борт корабля, за ним проследовал постоянно ворчащий кэп. На палубе он придирчиво осмотрел гостя. По достоинству оценил его физическую форму. Особенно шокировал рост юнца. Пабло расправил плечи, выпрямил спину, и стал еще на голову выше. Недолго колеблясь, кэп определил вновь прибывшего матроса вторым рулевым, и уже после этого просипел боцману. - Поставь сынка на довольствие. Распорядись по камбузе не обижать в еде, так как именно в его руках теперь будет наше посудина, моя ласточка. В прямом смысле, холера вас...
   После этих слов Кэп долго и раскатисто хохотал. Если бы он тогда знал, насколько вещими окажутся его слова.
   Через несколько дней три каравеллы с Божьего благословения вышли в море.
  Переход был долгим и тяжелым, что и обусловило такой стремительный карьерный рост Пабло Писарро. Через месяц похода, во время шторма в Атлантике, погиб рулевой и Пабло стал у руля первым номером. По прошествии сорока дней с момента выхода в море неизвестная хворь забрала боцмана. Его предали морской пучине по всем морским законам. Приспустив паруса и флаг. После прочтения молитвы, капитан повернулся к Пабло и немного уставшим, но по-прежнему грозным голосом крикнул.
  - Боцман! Командуй. - И бросил в его руки символ боцманской власти на корабле, довольно таки причудливой формы, свисток. Над саваном усопшего сомкнулись волны океана, а Пабло еще несколько минут стоял в полном замешательстве, не ожидая такого повышения по служебной лестнице.
  Капитан громко прокашлялся.
   - Боцман, ставь паруса. Полный вперед. Курс держать на флагман. И так изрядно отстали от наших.
   Юноша много раз слышал подобные команды в исполнении усопшего предшественника, но самому ни разу не приходилось это делать, даже в мыслях. Свисток сфальшивил, но волевой, грозный голос дублировал команду капитана и матросы засуетились. Через несколько минут попутный порывистый ветер увлек корабль вперед, накренивши слегка его правым бортом.
  Поход с каждым днем становился все сложней. Многих членов команды и пассажиров забрала неизвестная хворь, но их морю уже предавали без особых почестей и на полном ходу. Каждый опасался, что он может стать следующим, заразившись от усопшего. Эта же мысль все чаще стала читаться в усталых глазах Кэпа Корцезо. Его голос сник, лицо осунулось и он большую часть времени проводил дремля в кресле на капитанском мостике, верхней кормовой палубе, у рулевого колеса.
  Очередной шторм Атлантики разбросал суда экспедиции, и на молодого боцмана Пабло Писарро обрушилась еще одна проблема, прокладка курса корабля. В познаниях лоции он не силен, и потому приходилось изощряться в дипломатии. Разговорить молчаливого последнее время кэпа становилось все сложнее, вытягивая с большим трудом из глубин его памяти знания обо всех тонкостях морского дела. С каждым днем усилия Пабло реже достигали цели. После первых глотков рома учитель погружается в глубокий сон, и попытки его растормошить тщетны.
  По прошествии недельного, одиночного плавания по палубе поползли разговоры среди членов команды и пассажиров. - Курс неверный. Мы заплутали и все непременно погибнем. Нужно как можно быстрее поворачивать домой.
  Пиком назревавшего бунта стала выловленная вахтенным матросом рукоять багра с грифом флагманского суднам 'Жози'. Из этого был сделан однозначный вывод.
  - Остальные суда экспедиции затонули. Мы одни в Атлантике, и идем неверным курсом. Нас ждет участь погибших кораблей. Необходимо немедленно менять курс и возвращаться к родным берегам.
  Возглавивший делегацию от возмущенной команды, судовой кок Жак Лоренсо, поднялся на капитанскую палубу и начал угрожать кэпу захватом судна. - Ты стал беспомощным, дряхлым старцем. По океану нас водит юнец, не отличающий правый борт от левого, зюй от веста.
  Корцезо сидел неподвижно в своем кресле, не реагируя на оскорбления. Это уже был не тот грозный морской волк, на службу к которому поступал Пабло, а разбитый болезнью старик в капитанской треуголке и в мятом плаще.
  Писарро еще некоторое время выслушивал оскорбления из уст парламентера в адрес кэпа и конечно же в свой адрес. Но когда Жак, оттолкнув рулевого, и с криком, - Право на борт,- начал сам поворачивать штурвал, Пабло схватил мятежника, поддернул его к себе. Резким движением перевернул вниз головой, ловко накинул на его левую ногу узел стропильного каната и выбросил последнего с верхней палубы за борт. Находящиеся на палубе матросы, словно по команде, замолкли, а Пабло абсолютно невозмутимо начал отдавать, ставшему на свое место к штурвалу рулевому, распоряжения относительно курса.
  Судно легло на прежний курс, и по прошествии некоторого времени, рулевой, косясь в сторону кормы, обратился к капитану.
  - Какие будут распоряжения по поводу ужина?
   По лицу боцмана пробежала едва заметная улыбка. Он повернулся к вахтенному и твердым голосом, без малейшего намека на иронию выкрикнул.
  - Прикажи коку немедленно подавать горячее. Что-то я продрог.
  После этих слов матросы бросились вытаскивать кока на палубу с морской пучины. Купание в холодных водах Атлантики произвело на Жака неизгладимое впечатление. Перед Пабло стоял совершенно другой человек. Без того маленький мужчина, стал еще ниже на целую голову, постоянно всхлипывая и дрожа от сильного переохлаждения каждой мышцей тела. Мокрая одежда и волосы уподобили его загнанной в угол и смертельно напуганной мыши. Большие черные глаза, немного навыкате, превратились в маленькие черные пуговки, глубоко спрятанные за ресницами. Можно было предположить, что они только что видели смерть. Свою смерть. Это был последний раз, когда Пабло видел глаза кока. После этого случая Жак обслуживал юного боцмана, как второго капитана на судне, но ни разу не поднял на него взгляд.
  День мятежных выступлений подошел к концу и Пабло с кружкой рома направился в своей каюте и склонился над картами. Он неожиданно выкрикнул и даже сам немного испугался своего голоса.
  - Пусть все сгинут в морской пучине, но я выживу и приведу свой корабль к берегам Нового Света.
  На какой-то миг перед его глазами промелькнула рукоять багра с грифом флагманского судна 'Жози'. Он услышал голос матроса, кричащего, что флагман затонул. Все воспоминания отошли на задний план, а перед ним встал образ его лучшего друга Рико, который восторженно выкрикивает, что он выиграл пари и первым достиг желанной земли. К Пабло пришло осознание того, что вместе с 'Жози' океан забрал его друга. Далеко за полночь он смог заглушить рвущееся наружу отчаяние и безысходность большим количеством рома. Лишь по прошествии двух суток Пабло приступил к исполнению своих обязанностей, обязанностей капитана.
  Долгие и однообразные дни одиночного плавания. Пабло Писарро, двигаясь прежним курсом, привел 'Нинью', с большей частью выжившей команды, к берегам Нового Света. Восторг и овации матросов и пассажиров судна не произвели никакого впечатления на капитана Корцезо. Он сидел в своем кресле на верхней палубе, закутанный в накидку, невзирая на припекающее полуденное солнце. В одной руке полупустой кухоль с остатком рома, а взор направлен далеко за горизонт.
  Пабло быстро совладал со своими эмоциями и стал вспоминать ранее рассказанные ему Корцезо истории о возможных неприятностях, которые подстерегают мореплавателей возле берегов Нового Света. Это и рифы прибрежной зоны, и непонятное движение воды, прилив и отлив. И то, что только при знании графика приливов можно прокладывать курс в прибрежной зоне. Таким знатоком был шкипер с затонувшего флагманского корабля.
  Не находя выхода из сложившейся ситуации и опасаясь потерять судно, Пабло принимает решение дрейфовать вдоль береговой линии, такой желанной всеми земли, пока он не разберется в приливах и отливах. Он даже удержался от спуска на воду шлюпки. Вид гряды рифов в паре миль от берега не позволял рисковать частью и так не многочисленной команды. Всем присутствующим было объявлено о поиске подходящего места для высадки на землю, а в голове только голос капитана.
   - Рифы береговой зоны не пропустят даже шлюпку, не говоря уже о корабле. Только прилив и никак иначе, а он происходит два раза в сутки.
  На второй день дрейфа смотрящий закричал, что видит возле берега какие то мачты, вероятно, это судно на рейде, а может и потерпевший крушение корабль, так как нас от этих мачт отделяет гряда рифов. После этих криков вся команда и пассажиры вывалились на палубу, и перебивая друг друга стали делиться впечатлениями от увиденного.
  Один из пассажиров кричит, что невдалеке от корабля, слева по борту он видит непонятное плавучее средство с четырьмя человеками на борту, которые упорно гребут жалкими подобиями весел и пытаются направить свою лодку к берегу, но их непонятным образом сносит в открытое море. Команды из уст Пабло начали опережать даже мысли в его голове.
   - Очистить палубу, лево на борт. Ставить фок и грот мачты. Абордаж левым бортом, - и только после этого он снизил голос и сказал,- Человек за бортом, - посмотрел на реакцию капитана, надеясь, что Корцезо возмутится наглости юнца, командующего его судном. Однако кэп безразлично смотрел вдаль.
  'Нинья' стремительно набирает скорость, разрезая волны. Кажется, что за двое суток дрейфа корабль застоялся как ретивый жеребец в стойле, а сейчас, по первой команде наездника, сорвался на галоп. На скорости в десять узлов судно, разрывая пополам огромные волны, несется прямиком на терпящих бедствие. В какой-то момент большая часть команды и праздных зевак, находившихся на палубе, решили, что каравелла накроет своей огромной массой это нечто, издали напоминающее лодку. Слаженные действия матросов и быстрое выполнение команд, поступавших с верхней палубы сотворили чудо. Лачуга с людьми выскользнула из-под каравеллы и прошла вплотную по левому борту. Абордажная команда зацепила крюками и баграми терпящих бедствие, и в считанные секунды люди оказались на палубе, а уже в следующее мгновение набегающая волна разбила утлое суденышко о борт корабля. На палубу подняли трёх мужчин и одну молодую девушку.
  Полуобнаженные тела спасенных людей закутали в накидки и препроводили на камбуз. Пабло обратил внимание на необычайно красивое лицо девушки, а еще его заинтересовали яркие узоры по всему телу и на лицах у мужчин.
  Почему морская вода не смыла рисунки на их телах? Эти мысли были мимолетны, и стоило ему повернуть голову от гостей в сторону моря, он сразу переключился на командование кораблем. Увеличивавшиеся волны заставили принять решение направить судно в открытое море и лишь к утру возвращаться назад. Это место, где развивались события по спасению терпящих бедствие, было отмечено на карте. Отойдя несколько миль от берега, судно легло в дрейф. Ожидания штормовой ночи не оправдались, и уже к 20.00 установился полный штиль. Пабло распорядился накрыть ужин в большой каюте, и туда же доставили спасенных людей.
   В дальнем углу, за столом в виде подковы, сидел вахтенный матрос. Все его одеяние абсолютно белое, как будто он готовился к параду с участием королевских особ. Постоянно ёрзая на стуле, он пытается оказывать всяческие знаки внимания одному из гостей, сидевших напротив него. Пабло от двери громко поприветствовал присутствующих. Матрос резко встал, а вместе с ним вскочили двое из гостей, высокие мужчины крепкого телосложения, на вид не более тридцати лет. С плеч у них соскочили матросские сюртуки. Взгляду открылись синие орнаменты на руках и груди мужчин, так как куски кожи прикрывали только некоторые участки их тел. Вслед за ними поднялся и еще один гость. Это коренастый, не по годам сложенный мужчина, на вид лет пятидесяти, но на голову ниже своих спутников. Приветствуя входящего, он даже не пошевелил головой, а лишь кулак правой руки прижал к области сердца и закрыл глаза на мгновение. Рисунок на лице и видимых участках тела сразил Пабло так, что он, забыв о приличии, начал рассматривать цветные узоры. Четвертый их спутник остался сидеть неподвижно, укрытый с головой сюртуком. Матрос поспешил представил гостям боцмана как человека, фактически командующего судном и умело спасшего их из морской пучины. Эти слова отвлекли Пабло от ярких и непонятных узоров. Он представился.
  - Боцман испанского фрегата 'Нинья' Пабло Писарро.
  Только лишь в этот момент он вспомнил, что одним из спасенных ими была стройная девушка.
  Матрос представил гостей. На борт 'Нинья' взяли вождя племени туземцев Потато, Лодобо, с его дочерью Досиго и двумя воинами.
  - Земли Потато простираются на сотни миль вдоль морского побережья. Это лучшие земли и племя защищает их на протяжении сотен лет, - матрос закончил говорить, а вождь одобрительно кивнул. После этого матрос повернулся лицом к Пабло и заявил, что у него вахта. Замешательство читалось на лице боцмана. Однако вождь протянув свою руку к Пабло и крепко сжав запястье его левой руки, на ломаном испанском сказал.
  - Говорите, и я вас пойму.
  Все расселись вокруг стола и кок подал ужин. Боцман собрался произнести приветственную речь, но слова застряли у него в гортани. Сидевшая напротив него Досиго, сбросила с себя накидку и взору открылись роскошные черные волосы, правильные черты лица и большие, голубые глаза. Из одежды на ней остался ее кожаный корсет, иначе это и не назовешь. Кусок кожи, туго опоясывающий стан девушки от бедер к груди. Непроизвольно у Пабло вырвалось. - Не может быть. - И он качнулся в сторону девушки. Вверх над столом взметнулась рука воина, и это вывело боцмана из ступора. Ему пришлось извиняться перед гостями, а ужин прошел в полном молчании. Кок, видавший ранее иноземцев и знавший их горячие нравы, к столу не подал столовых приборов, а все продукты были нарезаны мелкими кусками. Боцман, сообразив, что кок это сделал не просто так, стал руками брать со стола пищу, за ним последовали присутствующие. По окончании трапезы гости поведали Пабло, что на их земле расположено селение испанцев, и находится оно на берегу бухты 'Пота-тау', возле которой их и спасли. Зайти в бухту можно только в течении двух часов в полночь и полдень, во время прилива, на высокой воде, как сказал пожилой мужчина. Да кроме него никто из гостей больше не смел раскрыть рта.
  От мужчин, которых Пабло для себя определил как воинов, исходило какое-то напряжение, и он из любопытства решил проверить действительно ли он прав относительно молчаливых спутников вождя. С этой мыслью наклонился в сторону мужчин и выбросил правую руку за салфеткой, лежавшей на столе, перед Лодобо. Даже глаза Пабло не успели зафиксировать момент, когда в его предплечье впились две смуглые и сильные кисти спутников вождя, и только сильная боль пронзила все тело. Через мгновение вождь вскинул свою руку вверх, издал какой-то гортанный, сиплый окрик, и в этот же миг предплечье Пабло освободилось от оков, а кисть безжизненно рухнула на стол.
  Вождь принес извинение за своих воинов. Пабло кивнул в ответ, но под столом еще некоторое время разрабатывал больную руку. В голове промелькнула мысль. - Чтобы сделали эти воины, если бы их не остановил вождь?
  Он еще долго разговаривал с гостем, очень даже сносно понимая его ломаный испанский. Остальные присутствующие за столом по-прежнему молчали. Девушка поднялась со стула, при этом упала на пол матросская накидка, прикрывавшая все это время ее бедра. Она пошла осматривать каюту. Пабло украдкой бросил взгляд на нее, а потом перевел его на спутников вождя. Еще с большей силой заныло правое плече, Пабло непроизвольно отодвинул свою лавку подальше от гостей.
  Юноша обратил внимание, что мужчина рассматривает находящееся в верхнем правом углу крест с распятием. Жестом предложил подойти поближе. Индеец одобрительно кивнул на предложение и последовал за ним. Возле распятия Пабло начал рассказывать гостю, что это на кресте распят сын божий Иешуа, который принял мучения за грехи людские, а рядом в образах находятся лики святых. Лодобо осмотрел висевшие на стене иконы, вглядываясь внимательно в лица смотрящих на него изображений. Резко развернулся к распятию, протянул в его сторону указательный палец и закричал, Бакаку- Ба-ка-ку. Пабло в полном недоумении повернулся к нему и в этот момент за собой услышал нежный, мелодичный женский голос, что-то произнесшем на непонятном языке. Девушка словно осеклась и перешла на трудно разборчивый испанский, сбиваясь и постоянно произнося непонятные слова. Запинаясь, пытается перевести сказанное на испанский, нежный голос окутал Пабло какой то завесой и несколько секунд он вообще не мог сосредоточиться на содержании речи, льющейся из уст незнакомки. Только прикосновение ее ладони к руке вывело юношу из оцепенения, и он понемногу начал понимать, что гостья пытается ему объяснить.
   - У племени Потато с давних времен имеется враг, народ Бакаку, живущий далеко в джунглях, за горным хребтом. Хорошие воины и охотники, но с очень жестокими и не понятными обычаями. Поедают сердца своих стариков, соплеменников, они считают, что овладевают их мудростью, а поедая сердца воинов противника или погибших в бою, на охоте соплеменников, они получают их силу и отвагу. Ритуал происходит на святилище. Святой камень, над которым расположена каменная дыба, очень похож на это, распятие. Вероятнее всего это и вызвало гнев и возмущение вождя.
   Пабло все понял и немного успокоился. Досиго замолчала.
  - Мы отнюдь не людоеды и не поедаем себе подобных, - Слов не хватало, и юноша постоянно запинался, пытаясь прибегнуть к языку жестов. Как только он подымал перед собой руки и начинал жестикулировать, со стульев вставали два безмолвных спутника вождя.
   Чувствуя исходящую от них угрозу, Пабло сделав паузу в своем монологе, опустил руки по швам. Воины, как по команде, заняли свои места на стульях. Данная процедура происходила несколько раз. В итоге это даже немного развеселило его, и он не прерывая объяснения тонкостей вероисповедания вождю и его дочери, подымал руки перед собой, а потом демонстративно поворачивался к воинам и опускал их по швам. После третьего раза воины не стали присаживаться на стулья, а сделали несколько шагов и оказались за спиной вождя. Решив, что он смог гостям поведать многовековую историю Христианства, и всего вероисповедания, присел за стол.
  Уже спустя несколько дней, вспоминая свой рассказ, он выдохнул с облегчением от того, что его опус не слышал их духовный наставник Падрэ Бенедикт. Дикость и безграмотность, это самая мягкая оценка, а могло быть и худшее определение его повествованию.
   Вождь успокоился и продолжил повествование дочери о врагах.
  - Иногда они выходят из джунглей к большой воде, океану, и это всегда сопровождается столкновениями с племенами побережья. Похищают женщин и детей. В одной из таких стычек шесть лет назад погиб старший сын вождя, он был воином. Так как Бакаку всегда, или практически всегда свой трофей, живой или мертвый уносят с собой, то женщины племени не оплакали погибшего воина и не предали усопшее тело духу Манико, согласно вековым традициям. Его душа не находит успокоения и несет страдания мне как отцу.
   После этих слов вождь прижал ладошки своих рук к груди и опустил голову. За ним последовали остальные гости. В это же время лучина в лампе затрещала и начала дымить. Пабло посмотрел на присутствующих.
  - Уже слишком поздно. Завтра рано вставать. Матрос укажет место, где вы можете отдохнуть.
   Проводив гостей, он осмотрелся на судне. Проверив вахту. Заглянул в каюту капитана. Корцезо спал сидя в своем кресле, на столе бутылка рома и мерцает лампада. Пабло не стал тревожить его, закрыл дверь и удалился.
  
  
  
  
   3
  
   Утро на фрегате 'Нинья' команда встретила в полном замешательстве. Почему мы так долго стремились к земле, и вот когда он уже так близок, повернули опять в никуда. Споры между матросами, находившимися на палубе, разгорались все с новой силой. Выход капитана Энри Корцезы на палубу в столь ранний час больше удивил присутствующих, нежели остепенил в суждениях. Все привыкли за последнее время к тому, что он подымается на мостик только после завтрака. В след за кэпом на верхнюю палубу матрос поднял его кресло и плед. Все как обычно, только почему то на пять часов раньше, ведь сейчас только четыре утра. Через пятнадцать минут с грубой бранью на устах на мостик поднялся Пабло. Матросы как по команде, замолкли и смотрели вопрошающе на него. Он подошел к компасу, какое-то мгновение смотрел на него, а потом направил свой взор на пару минут в сторону линии горизонта. Утренняя дымка, облака и волны в несколько балов не позволяли что либо рассмотреть прямо по курсу.
   Команды с его уст сорвались грозно и безапелляционно. В голосе не осталось ни чего юношеского. В этот же момент судно ожило и загудело, словно пчелиный рой. Завертелось из стороны в сторону рулевое колесо, издавая странные звуки, Большой левый крен позволил не столь большим волнам взметнуться на палубу и окатить освежающим душем тех, кто еще находился там. Большая часть матросов уже уверенными движениями перемещались по паутине корабельных снастей вверх к парусам. На несколько минут судно выровнялось, мирно качаясь на волнах, раздались первые хлопки трепещущих под напором ветра полотнища. По палубе постоянно дублируются команды и доклады об их исполнении. На полных парусах, накренившись опять на левый борт, 'Нинья' начала набирать скорость, ложась на заданный курс.
  К семи часам утра, показавшееся из за туч солнце, позволило рассмотреть на горизонте, прямо по курсу, полоску земли. Матросы начали восторженно выкрикивать 'Земля', 'Земля' словно вчера они ее не видели, или не надеялись больше увидеть. Овации продолжались несколько минут и были прерваны очередной командой боцмана. Отлаженный механизм команды после нескольких минут отдыха продолжил свою нелегкую роботу.
  На палубу поднялись вчерашние гости. Пабло Писарро бросил взгляд на восседающего в кресле Энри Корцезо, повернулся к матросу и приказал проводить гостей на верхнюю, кормовую палубу. Высказав свое приветствие прибывшим, юноша протянул вождю подзорную трубу и жестом предложил посмотреть в сторону берега. Лодобо на ломаном испанском сказал, что уже видел подобный жезл, который крадет расстояния. С этими словами он начал прилаживать трубу к глазу, Пабло поправил его и помог навести резкость изображения на береговую линию. Вождь всмотрелся в горизонт и громко выкрикнул,- Потато, моя земля, а вон там и бухта тихой воды. Пабло, как будто дублируя чью то команду, выкрикнул так держать. Вождь Ладобо еще некоторое время смотрел в сторону берега, а потом начал что-то громко и быстро кричать на своем языке. Окружающие были в полном недоумении, не понимая, что хочет сказать гость. Кроме того, что он кричал, так еще несколько раз пытался освободить штурвал от стопорных лямок, веревок с петлями по обе стороны рулевого колеса, позволяющих стопорить штурвал во время движения судна, изменить курс 'Ниньи'.
   Дочь вождя подошла к Пабло и сказала, - Отец говорит, дальше плыть нельзя. Еще рано. Там рифы и смерть. - Переведя дыхание, она продолжила переводить выкрики отца, -Нужно смотреть на рифы, а в полдень, по высокой воде заходить в бухту. Иначе смерть.
   В десять утра Пабло сделал запись в бортовом журнале, - 17 апреля 1498 года. Фрегат 'Нинья' лег в дрейф в трех милях от береговой полосы бухты 'Пота-тау' в ожидании благоприятных условий прохода зоны рифов.
   Теперь даже невооруженным глазом было видно, как набегающие волны разбиваются о рифы перед входом в бухту. Пабло минут пятнадцать смотрел в сторону берега и неожиданно даже для себя закричал, ЕСТЬ. Подозвал нескольких матросов показал какой то участок на море и отдал им команду. После этого он подошел к капитану и громким голосом доложил, что фарватер есть, в ответ Корцезо кивнул головой. По его лицу кривой улыбкой пробежала радость от услышанного. Он прикрыл глаза и выдавил сиплым голосом, - Я моряк и не хочу гнить в земле. Не позволь меня жрать червякам. Моя душа должна остаться в морской пучине. - Раздался выдох из уст капитана со страшным свистом, это был последний вздох капитана испанского фрегата 'Нинья' Энри Корцезо.
   С прокладыванием курса на Пабло свалилась последняя воля его капитана, хотя в тот момент звучали предложения похоронить его на земле, если у них получится войти в бухту. Саван, капитанская фуражка, отпевание и речи тех немногих матросов, которые долгие годы бороздили морские просторы с усопшим. Рывок судна по направлению бухты и труп капитана Корцезо, под звон рынды, забрали волны в свои объятья. Поднявшийся уровень воды полностью закрыл коралловые рифы, и ориентиры движения были выбраны уже по суши. На самом малом ходу какой только можно было выбрать, судно двинулось в сторону бухты. Проходя гряду рифов ровно в полдень, все полностью полагались на своего молодого капитана и рулевого. Несколько раз судно качнулось в сторону, и послышался пронзительный скрежет. Днище шкреблось о кораллы, но это продолжалось несколько минут, а потом ощущением, словно от судна оторвался какой-то груз, и оно с легкостью двинулось по глади бухты в сторону причалов на противоположенном берегу. Команда, пассажиры, гости судна начали восторженно кричать, радуясь благополучному прибытию на землю Нового Света. Все обнимались, бросали в воздух предметы и кричали с восторгом, - Пабло Писарро наш капитан.
  Рулевой на последок проявил филигранную точность, развернул судно на ограниченном пространстве и пришвартовал к свободному пирсу. Матросы бросили трапп, а Пабло громко прокричал, - Всем спасибо, тысяча чертей и якорь в глотку. После некоторого замешательства, поблагодарив за спасение, на берег сошли индейцы, а потом уже за ними последовали все.
   Только там, когда спало напряжение и улеглись эмоции, Пабло рассмотрел находящиеся в бухте корабли, и понял, что все участники их экспедиции достигли желанного берега...
  
   4
  
   То время, когда в поселке первый раз появились конкистадоры Досига смутно помнит, и это скорее не воспоминания, а пересказанные истории отца. Матери своей она не знала, так как та умерла сразу же после рождения Досиги от большой кровопотери. Так вот что касается испанцев, то она их помнит как миролюбивых и радушных людей, но отец ей рассказывал, что первое время происходили между конкистадорами и туземцами конфликты. Иногда доходило до вооруженных столкновений. В основном причиной раздоров становились слезы бога 'Манико', которому поклонялись туземцы. Это золотые самородки разной величины, которые находили женщины племени, занимавшиеся скорняцкой работой, выделкой звериных шкур на порогах реки, несущей свои горные воды в океан.
   Эти времена ушли в историю, конкистадоры уходили за диким золотом далеко в глубь джунглей, а местные жители последнее время даже умудрялись тайком друг от друга и местного шамана слезы 'Манико' менять в форпосте на огненную воду, либо на клинки.
  Досига выросла и встретила свою шестнадцатую весну. Проживая в непосредственной близости от форпоста. Местные уже привыкли постоянно встречаться с чужими. Туземцем племени Потато довольно таки сносно научились понимать разговорный испанский, а некоторые, в основном дети, уверенно изъяснялись на языке чужих. Примерно два года назад в форпосте появился странный человек, одетый во все черное, на груди он носил крест, в руках всегда держал маленькую черную книгу с таким же крестом и разговаривал очень мелодично. Даже те индейцы, которые не понимали ни единого слова на испанском, очень любили его слушать. Этот чудной человек часто приходил в селение. Рассказывал всем о своем боге и учил малышей говорить на своем языке. Для детей племени его приход всегда превращался в праздник. Они окружали пастыря, так его называли чужие, на лобном месте, рассаживались на земле, образовывая круг. Слушали и повторяли за ним непонятные слова и звуки с криками и смехом. Иногда к ним присоединялись и взрослые соплеменники. На подобных занятиях всегда присутствовала дочь вождя.
  Досига научилась не замечать чужих до того рокового полнолуния, когда она напросилась с отцом и соплеменниками на большую воду для ловли рыбы.
  Каждый месяц, на полную луну, воины племени во главе с вождем уходили на несколько дней к океану для ловли рыбы на большой воде. В море выходили на небольших долбленных лодках, по три человека, два гребца и один ловец. Они бросал приманку на воду, а вслед за ней на это же место летела сеть в виде круга с грузами на краях. Диаметр сети иногда доходил до десяти метров, это зависело от силы ловца. От этого конечно на прямую зависело количество улова. В полнолуние на большой воде, вовремя прилива в море выходило примерно до шести лодок. Они проходили рифы и сразу же за ними расходились в стороны друг от друга. До рассвета выбирались места лова и прикармливали рыбу. С восходом солнца ловцы делали забросы и вытаскивали сеть с уловом, в работу включались гребцы и они выбирали рыбу. Ловля прекращалась к полудню и на приливе лодки возвращались в одну из бухт побережья.
   В тот далекий апрельский день, вернее в ночь, Досига уговорила своего отца взять ее с собой на рыбалку. После смерти старшего брата отец вообще мало в чем отказывал дочери, вот и тот раз он не устоял и одобрительно кивнул. В лодке вождя между двумя гребцами разместилась Досига, а на корме расположился вождь, он же ловец. При выходе из бухты, прямо по коралловой гряде их снесло влево, в сторону бухты 'Пота-тау'. Гребцы при всех своих усилиях долгое время не могли прорваться через рифы, набегающие волны возвращали лодку назад. Борьба с волнами длилась несколько часов, начался отлив и в некоторых местах начали показываться рифы над водой. Это означало, что каждый следующий удар волн может оказаться последним. Лодку может разбить о рифы. Гребцы на несколько секунд подняли весла, и взывая о помощи к 'Манико', налегли на весла еще с большим рвением. Лодка разрезала набегающую волну и вырвалась с притяжения коралловой гряды. К предполагаемому месту лова вышли на рассвете. На прикорм рыбы не было времени, да и шторм поднял со дна много планктона, что и явилось естественной приманкой. Вождь дал команду, ловим здесь. Гребцы и Досига по этой команде легли на дно лодки, а ловец поднялся во весь рост и над головой начал размахивать сетью. Грузы на окончании паутины разлетелись друг от друга и через несколько секунд сеть превратилась в большой постоянно вращающийся купол над головой ловца. Свист, издаваемый грузилами на сети, резко оборвался, это означало, что ловец сделал заброс. Гребцы и Досига заняли свои прежние положения в лодке и начали тянуть трос, уходящий глубоко в воду. Каждый последующий заброс был лучше предыдущего, и к десяти утра лодка была наполнена уловом. До начала прилива было еще много времени, и вождь принял решение плыть в соленую бухту, куда обычно возвращается племя, и миновать бухту 'Пота-тау'. Большой улов и лишний человек, по этой причине гребцы не справились с лодкой и их начало уносить в открытое море. Когда борьба со стихией казалось уже, была проиграна, непонятно откуда, разрезая штормовые волны, появилось огромное судно, и в следующий момент Досига, ее отец и два воина оказались на палубе испанской каравеллы. Она из далека увидала молодого, высокого и крепко слаженного юношу, в странных одеждах, громко кричащего на остальных присутствующих на этой большой лодке. Все безукоризненно выполняли его команды. В тот момент она решила, что он вождь своего племени.
  Следующие шесть месяцев девушка провела в сплошных мучениях, преодолевала расстояние между форпостом и селением с одной только целью, хотя бы издалека увидеть своего случайного знакомого и спасителя Пабло Писарро. Иногда на причале они сталкивались лицом к лицу, и стояли неподвижно. Не могли сказать друг другу ни чего внятного. Смуглое лицо Пабло покрывалось испариной, капитанский баритон превращался в юношеское блеяние, а она что - то шептала на своем языке. После таких встреч Досига и Пабло всю ночь не спали, их переполняло волнение. Он сидел на берегу, а она выходила на лобное место перед хижиной и оба разговаривали с луной. Делились с ночным светилом своими чувствами и ощущениями от очередной встречи.
  Это продолжалось месяц за месяцем, якобы случайные встречи на берегу и в селении туземцев, пока Пабло не осмелился и взял Досигу за руку во время очередного разговора. Это было больше чем объяснение в любви. А впрочем, это было и невозможно, так как слово 'Любовь' не переводилось на язык туземцев.
  
  
  Досига бежит по тропинке, ведущей в бухту'Пота-тау', обгоняя ветер. Сердце чуть ли не вырывается из груди, и ему просто тесно и не уютно от волнения. Пол часа назад она узнала от отца, что на обеденной большой воде испанские каравеллы выходят в море, повезут в Испанию золото. Эта новость как укус морского ежа, пронзила сознание молодой девушки и она поняла, что больше ни когда не увидит своего Пабло.
  Только бы успеть. Только бы успеть. ............
  
  
  
  
   ІІ
  
  
  
   - Куда ты там опаздываешь! С тобой стало невыносимо спать в одной постели. Хорош морду плющить. Открывай глаза и вали с моей кровати. - Рыжеволосая девушка столкнула ногами огромных размеров сонного юношу на пол.
  - Ты весь мокрый от пота. Андрей! Да ты случайно не болен? Смотри, мне болеть ни как нельзя, иначе я потеряю работу в разгар сезона. - Она перекатилась к краю постели и всмотрелась в неподвижное тело.
  - Андрей! Ты меня слышишь? Довольно притворяться. Иди на кухню, на раскладушку. Я должна выспаться, иначе завтра буду весь день как вареные раки.
  
  Андрей встал с пола, по медвежи ворча, и как под воздействием гипноза, выполняя все команды хозяйки квартиры, двинулся на кухню досыпать. До конца не понимая, почему его выгоняют ночь, полночь с нагретого места.
  - Стой. - Он остановился. под рукой оказалась подушка и простыня. Продолжил свое движение заданным маршрутом. Войдя на кухню, в темноте выверенным движением руки ухватил раскладушку, стоявшую возле стены. Привел ее в боевое положение. Подушка и наволочка упали на пол. Не обращая на это внимания, Андрей рухнул на раскладушку, издавая громкий скрежет пружин и грохот. Со словами, - Какая же ты Танька сволочь, - Он погрузился в сон.
  
  Только бы успеть. Только бы успеть. ............
  Тропинка в джунглях, яркое восходящее солнце пробивается через тропическую листву. На эту же листву ступают белесые ступни, смуглые, стройные ноги. О господи, как такое может быть, невзирая на строгие обычаи этих горцев, девушка бежит абсолютно голая, расставив руки в стороны. Рыжие волосы развиваются на ветру. Какие горцы, рыжие волос, так это же по джунглям бежит Танька - зараза.
  Удар. Еще один удар женской ножкой по основанию туловища, сквозь отвисший гамак раскладушки и Андрей проснулся. Противный визг Таньки, который она издает по утрам, но открыть глаза еще нельзя. Яркое солнце светит прямо в лицо. Несколько минут, и нормализовалось восприятие света, и звука, хотя со вторым можно было и повременить.
  - Я зараза, стерва, сука. Это я пытаюсь перечислить только оскорбления, которые я услышала в свой адрес за прошедшую ночь. Еще ты называл меня во сне какой то собачей кличкой. Теперь слушай меня служитель великого искусства. За последние пол года ты не принес и копейки в дом. Мой дом. Кормлю тебя я. А ты меня оскорблять?- Девушка сделала страшную гримасу.
  - Прихожу сегодня с работы и не вижу тебя и твою раскладушку. Да, и этот чемодан с красками.
  -Это не чемодан. Танюша! Это мольберт.
  - Да, я дремучая. А ты ночуешь на пляже. Единственная радость, что в этот раз тебе не придется платить за топчан. У тебя есть раскладушка.
  - Каждый может обидеть служителя искусства. Ты бы лучше приготовила и для меня кофе.
  Татьяна выбежала из комнаты в коридор, пытаясь на ходу сварганить себе какую-то прическу. От злости на сожителя у нее ни чего не получается с бегудями. В этот момент она обратила внимание как юноша, пытаясь собрать свой топчан, наклонился, и скажем не худшей частью своего тела повернулся к ней. Вид задницы врага воспринят как команда к действию. Таня сделала два быстрых шага и со всего размаху пытается нанести удар в намеченную цель, основание туловища, воспользовавшись сиюминутной слабостью Андрея. В этот момент раскладушка поддалась усилиям и он резко качнулся вправо. Таня уже не смогла остановиться и пнула босой ногой ножку кухонного стола, на котором паровал ее утренний кофе, а рядом лежал открытый кошелек. Сентиментальности не было придела, на внутренней стороне одной из половин кошелька красовалась фотография ее бывшего мужа, алкоголика, с которым они в разъезде семь лет. Именно так она охарактеризовала их взаимоотношения. На оформление развода всегда не хватает денег, да и нужды особой в этом нет.
  ...В то время как я пытался полностью осознать суть происходящего, из комнаты доносился перечень татарских слов в исполнении Татьяны. Слов, которые позднее вошли в русский лексикон как матерные, в общем, слова все не хорошие и детей просят их не повторять, но адресованы они были в конкретный адрес.
  ...Именно сейчас помолчать бы, а меня начало распирать острословием, и я сказал тихим и ласковым голосом, - Ты уже опаздываешь на работу, любимая. За кофе не переживай.
  Хозяйка на мгновение забыла про боль. Замолчала.
  - Сможешь его выпить по дороге. Большая часть ароматного напитка в твоем кошельке. - Еще некоторое время Таня говорила здравицы, но потом утихла.
  - Я ухожу. Ключи тебе не оставляю. Будешь уходить, дверь просто захлопни.
  Щелчок замка и квартиру окутала тишина, - Да уж, утро удалось. Как сказала бы соседка Соня, жиличка с нижнего этажа. Жизнь удалась. Все живы, а значит есть еще над чем работать.
  Не взирая на все неприятности, свалившиеся на мою голову, я без жертв проводил Татьяну на работу. Ну практически без жертв, и значит могу позволить себе немного поваляться в пастели.
   Битый час качался с бока на бок, так и не смог уснуть. В голове роились разные мысли, но там не было места словам Татьяны. Каждый раз все реальнее и реальнее становится один и тот же сон, и с каждым разом как кинофильм его прокручивают все дальше. В субботу, это было четыре дня назад, он прервался на рыбной ловле в океане на какой то лачуге, а этот раз зашло несколько дальше. А если учесть еще и стайерский забег Таньки, то это уже тянет на полнометражный фильм. Жаль, что нельзя этот ролик показать Татьяне. Что мог бы сделать с ее фигурой здоровый образ жизни.
  Это конечно все шутки, но с этим кино в голове нужно что то делать, не дожидаясь прихода очередных глюков.
  Пойду как я на кухню и угощусь хорошим кофе. Дорогой кофе, это бзик Татьяны и надо им воспользоваться без излишней экономии, раз я уже тут в гостях.
  Выкурил несколько сигарет под чашечку кофе и нахлынули воспоминания студенческой жизни. 1996 год, я Рагожин Андрей Викторович студент Ленинградской художественной академии.
  Во времена студенчества мы, под влиянием старших товарищей, отнесли себя к разряду свободных художников, не подвластных пространству и времени. Да и чудили мы по разному, в основном под воздействием алкоголя. Но однажды восточный сокурсник привез азиатской травы. Устроил из процесса курения целый ритуал, и мы раскурили одну папиросу. Наш друг Али-баба, иначе его на курсе ни кто и не называл, упал на кровать. Мы некоторое время смотрели на него в недоумении. Решили, что он маленький и щуплый, ему этого хватило, а мы втроем по росту близки к двум метрам и нам этого мало. После этих рассуждений вытащили из нагрудного кармана рубашки Али вторую папиросу и продолжили ритуал, как прилежные ученики.
  О нас после этого случая по общежитию ходили легенды. Мы практически ни чего не помнили. Но даже если и часть этих легенд правда, и за то спасибо случаю, что нас не отчислили из вуза.
  Это был первый раз, когда меня посетили красочные видения и я, со слов соседей по комнате, разговаривал на каком то, толи испанском толи итальянском языке. Не просто говорил, а читал стихи.
  Дурь за сутки выветрилась, а ведения меня преследовали еще месяц. Али-баба после этого случая еще несколько раз предлагал нашей компании свою дружбу, но наш друг Сибиряк Саня сказал, - Где же нам набраться столько желчи, дабы дружить с тобой. Али долго разгадывал Санин ребус, а наша компания, благодаря ему получила прививку от наркотиков.
   События сновидения происходили на море. Каждую ночь я становился участником одного и того же кораблекрушения, и не просто участником, а отдавал команды матросам и почему то испытывал вину за все произошедшее. Каждая ночь, только стоило закрыть глаза и погрузиться в сон, начиналась с пронизывающего ветра, летящих холодных капель дождя в лицо, раската грома. Набегающая огромная волна окатывает меня ледяной водой. Это происходило три или четыре ночи подряд, а потом приснилось продолжение, и каждую ночь ведение заходило все дальше. Я начал давать команды матросам, они рубили фок, грот. Утром же я не мог даже понять, что бы это могло означать. Все дошло до того, что я мог просто закрыть глаза и ведение начиналось днем. Наблюдавшие за мной друзья отметили, что я засыпал за считанные секунды и при этом погружался в глубокий сон. Они следили за мной примерно месяц, прежде чем я решился обратиться к врачам. Эскулапы поковырялись в моих мозгах и вынесли вердикт, нервное истощение на фоне непосильных вузовских нагрузок. Я ведь в доверительной беседе не стал лечащему врачу рассказывать про нашего несостоявшегося друга Али-Бабу.
  Несколько сеансов гипноза и чудодейственные таблетки сделали свое дело, у меня пропали сновидения. Я получил освобождение от летней практики и досрочно отправился в родной город, домой в Крым. Нет худа без добра, умозаключения великих психиатров легли на бумагу, тем самым оградили меня от армейской повинны. Таких не берут у нас в солдаты.
  Сделав несколько затяжек, я понес сигарету к пепельнице и в этот момент в голове пронеслись видения студенчества. О боже, у меня перед глазами отчетливо и по профессиональному контрастно стал образ девушки с тонущего корабля, и это была Досига.
  Прервала ведения пронзительная боль от того, что пальцы правой руки гасят сигарету.
  Андрей вскочил с табурета.
  - Все. Довольно. А то накличу беду своими ведениями. Нужно сделать виноватое лицо и брести на набережную. В кафе, где работает Таня и поскорее вымолить себе прощение, потому, что уж очень хочется кушать. Да и вообще, Татьяна очень хорошая девушка, просто ей в жизни не везло с любимым человеком, настоящим спутником жизни.
  - Пора. Мольберт оставлю здесь. Вдруг что-то пойдет не так, как я планирую, будет повод вернуться.
  
  
   2
  
  Выйдя из подъезда, Андрей сразу окунулся в суету улиц курортного городка, уютно расположившегося на берегу Черного моря. Южное побережье Крыма, каждый населенный пункт несет в себе частичку истории. Здесь мирно уживаются памятники разных эпох и столетий. Соседствуют между собой различные религии. Человек, не обделенный воображением, путешествуя по полуострову, без труда сможет представить на склонах крымских гор всадников в турецких одеждах, несущихся во весь опор. В скальных городах кипит жизнь и по горной дороге едет арб, груженная утварью.
  Еще в школьные годы я частенько проводил подобные путешествия в глубь веков при помощи своего воображения, и в подробностях мог потом пересказывать события давно минувших лет. Свободно я погружался, после прочтения исторических книг, в любую эпоху, но подобное у меня не получалось с периодом Великой Отечественной войны
  С раннего детства я рисовал все и везде. Самым любимым местом для меня была галерея Айвазовского, где я мог проводить целые часы, стоя неподвижно возле какой либо картины, погружаясь в морские баталии или борясь с морской стихией вместе с командой изрядно потрепанного корабля. Весь персонал знали меня в лицо и я получил привилегию бесплатного посещения. Если меня долго не было дома, а все мои друзья гуляли во дворе, мать сразу бежала за мною в галерею. Смотрители в летнюю жару выгоняли меня на улицу греться, дабы я не замерз, иногда отпаивали чаем и угощали ароматными домашними пирожками. Так и пролетело мое детство, вопрос с выбором профессии вообще не стоял, только необходимо было определиться с местом учебы.
  Толчок в плече вернул меня в реальное время. Я бегу по улице Галерейной, по направлению к набережной. Юноша в шортах и с голым торсом извинился передо мною. Я кивнул ему в ответ и вспомнил, что я шел в кафе 'Пиратский приют', в район музыкального фонтана. Там работает официанткой Татьяна.
  Войдя в кафе, сел за свободный столик возле входа на летнюю площадку. В зале работали две официантки, Таня и ее подружка Дана. Таня стояла возле барной стойки, а Дана принимала заказ возле дальнего столика. Татьяна бросила взгляд на меня, но не подошла. Через несколько минут к моему столику подбежала Дана, поздоровалась со мной. Я попросил ее принести мене бокал светлого пива. В глубине зала послышался голос Татьяны, - Дана, попроси юношу за заказ произвести расчет, а то мы таких знаем. Наверняка в кармане драных джинсов ветер. - Дана засияла улыбкой и ушла. Через некоторое время к столику с бокалом пива подошла Таня.
  - Прошу тебя простить меня никчемного художника, хотя не пойму в полной мере, за что я извиняюсь. Неужели за то, что ты, пытаясь меня ударить, сонного и беспомощного, промазала и зашибла ногу. Таня перебила Андрея, не дав ему возможность съязвить.
   - Я просто устала тебя содержать, тянуть наш быт на своих плечах. Ты мне не муж, да и любви у нас не вышло.
  - Но нам ведь хорошо, вместе весело...
  - Одной романтикой сыт не будешь. Ты великий художник, заниматься росписью дворцов культуры, это ниже твоего достоинства. Твоя мазня, ну извини картины, на алее не продаются. За две последних недели ты не продал ни одной из них.
  - Танечка, ты просто забыла, как недавно у меня немец купил пейзаж за четыреста европейских рублей.
  - Вот именно что не давно. Давно. И где эти рубли? Я за это уже и забыла. В общим Андрей либо ты делаешь, так как я говорю и остаешься на моей жилплощади, либо уходишь на все четыре стороны с моей жизни.
  - Я свободный художник. Под венец тебя не поведу.
  - Да не бойся ты. Я ведь не настолько жестокая женщина. А вот с некоторыми принципами тебе придется расстаться.
  Андрей поерзал в кресле. Сделал несколько глотков холодного пива из покрывшегося испариной стакана. Его одолевала неожиданно нахлынувшая жажда, толи от высокой температуры, в десять утра было уже тридцать градусов по Цельсии, толи от нехорошего предчувствия, услышанных слов Татьяны.
  - Завтра утром пойдешь к Карену и займешься дизайном в его нового дома. Я с ним уже четыре дня назад договорилась да все не знала как тебе это все сказать. Боялась тебя обидеть. Ты ведь у нас великий мастер. А тут неожиданно все само собой решилось, и ты молчишь, вижу по лицу, доволен. Благодарить меня не нужно. Впрочем, благодарность твоя будет такой. В два часа ночи, оттащив предварительно домой свою мазню. Ой, ну извини. Полотна, картины, и прейдешь встречать меня с работы. А я в течении дня придумаю тебе еще какое-нибудь наказание. Ты его услышишь как страшный вердикт, ночью.
  Андрей осушил бокал и поднял глаза на Татьяну. На ее лице читалась радость победы, и наслаждение поверженного у ног своих врага.
  - А если я все-таки откажусь. - Улыбка моментально слетела с лица Татьяны. - Шучу, шучу. Прости хозяйка раба твоего за неуместную шутку.
  Таня демонстративно вытащила с рабочего фартука второй экземпляр ключей от квартиры и положила их на стол перед Андреем. Он накрыл их ладонью правой руки, а в левой протянул деньги за выпитое пиво.
  - Пиво за счет заведения, - С этими словами Таня направилась к барной стойке. Андрей выдохнул, и вроде бы на сегодня все неприятности позади, можно теперь сходить и на пляж. Направившись к выходу из кафе, Андрей неожиданно для себя услышал голос Татьяны и остановился в оцепенении. Что еще от нее ожидать он уже и не предполагал.
  - Здравствуйте Карен Ашотович. Как хорошо, что вы сейчас заехали в кафе. Я сказала Андре о вашем предложении. Он конечно очень занятой человек, дизайнер с мировым именем, сейчас на разрыв. Но хорошему человеку он не мог отказать. Согласился посмотреть объем работы и выслушать ваши пожелания.
  От услышанного монолога Андрей расправил плечи. Стал в два раза шире в обхвате и выше на целую голову. Заглянув в стоявшее возле входа огромное зеркало, на мгновение даже не узнал себя.
  Значит я теперь Андре. Дизайнер с мировым именем. А ведь действительно я такой. Я мастер и дизайн... - это полная ерунда.
  Безукоризненно выполнены все капризы Татьяны. Время летит неумолимо.
  Новый день. Это не просто очередной день из жизни провинциального художника, а трудоустройство великого, не побоюсь этого громкого слова, мастера.
  В кафе я прибыл к назначенному моей тиранкой, моей госпожой времени, время наблюдал за суетящимися работниками заведения, вольготно перемещающимися по площадке клиентами, отдыхающими.
  Несколько минут хозяин кафе, этот чернявый и кругленький мужчинка со всей строгостью отчитывал бармена, а потом, пересекая зал, быстрым шагом подошел к Андрею, далеко вперед вытягивая перед собой правую руку для приветствия. По рукопожатию можно было предположить, что он приветствует как минимум налогового инспектора. Карен предложил гостю расположиться на одном из достарханов летней площадки.
  - Я много о вас слыша, от уважаемых людей города, как о мастере высшего класса в области дизайна.
  Кто же мог этому чебуреку наболтать про меня. Андрей расплылся в улыбке, слегка кивая головой.
  - Я очень рад, что в вашем плотном графике найдется время для работы над моим скромным жилищем.
  Наверное, этот сын гор решил, что Версаль и Лувр это тоже моя работа. А впрочем, какой Версаль. В голове его наверное одни бараны и то как пропустить партию просроченной курятины через шаурму города.
  - Мой домик в три этажа и большим подвалом расположен по пути в Новый Свет и мы можем его осмотреть в любое, удобное для вас время.
  Около часа Карен распинался перед Андреем о своем приобретении, жестикулировал руками пытаясь объяснить, как расположен дом. И то, что он как мастер не будет стеснен в средствах. Карен готов рассматривать все его прогрессивные идеи.
  После этой фразы Андрей поперхнулся куском мяса. Рядом, словно по волшебному мановению, появилась Татьяна и постучала по спине. Андрей прокашлялся. Карен красноречиво показал рукой, что бы их оставили вдвоем. Распорядился подать на стол еще одну бутылку коллекционного вина.
  Таня отошла к барной стойке и ей стало как то не по себе. Не слишком ли она приврала, когда рассказывала Карену о своем знакомом, дизайнере мировой величины.
  - Надо же было ляпнуть, что без Андре не проходят тусовки в Москве и Питере. Мастер просто нарасхват. Сейчас мой мастер облажается, или перепьет вина, что кстати, за ним ранее не замечалось. И тогда Карен выгонит меня с работы. Всем в городе известно, что он хорошо платит, но если выгонит, то работы не сыскать.
  Деловые переговоры продолжаются на протяжении пяти часов. Карен с Андреем неоднократно пожимали руки, а потом снова умащиваются на достархан и все начиналось с новым размахом. Андрей рассказывает благодарному слушателю какие то завораживающие истории, а тот слушал его в прямом смысле с открытым ртом. Иногда в этом открытом рту на некоторое время оказываются куски мяса. Лишь дослушав интересный эпизод, Карен продолжает жевать. В очередной раз поднявшись с восточного топчана, хозяин направился провожать гостя к выходу. У входа он развернул Андрея назад и сказал.
  - Я хочу показать тебе своих музыкантов. Как они играют. Ты будешь плакать.
  Андрею хватило выдержки отказаться от приглашения.
  - У меня вечером еще одна деловая встреча, а у нас уже четыре часа, - он бросил взгляд на свои часы. Мне необходимо принять душ и собраться с мыслями. Завтра в 13.00 мы встречаемся. Заберите меня от галереи Айвазовского. До встречи.
  После этой фразы у Татьяны, стоявшей не вдалеке и слышавшей разговор, все внутри похолодело. Но когда она увидала, как мужчины обнимаются, немного успокоилась.
  Андрей пошел в сторону галереи, а Карен остался стоять неподвижно. Через несколько минут он сказал свои мысли в слух.
  - Такой богатый и такой жадный. Ну нельзя же до таких дыр снашивать штаны. Э-э. Хорошо однако.
  От услышанного Таня повеселела и побежала к клиентам, расположившимся за ее столиком. Проходивший мимо начальник, остановился. Сделал несколько шагов назад. Вытащил правую руку с брючного кармана. Отделил от пачки денег одну стодолларовую купюру и засунул ее в нагрудный карман фартука Татьяны. Похлопал ее по бедру и со словами, - Э-э молодец, - пошел в кабинет.
  - Неожиданный сюрприз, и заслуга в этом...
  
  
   3
  
  Андрей не пришел встречать Татьяну, даже не выносил картины на алею, где обычно торгуют ремесленники и художники. Дождавшись конца смены, девушка пошла домой. Побежала. На душе не спокойно. Обычно это расстояние она проходит за двадцать минут быстрым шагом, а сейчас преодолела маршрут за пять минут. Уже поднявшись на третий этаж, она остановилась перед своей дверью и перевела дыхание. Открыть дверь своим ключом не получается, он не проворачивался. От отчаяния Таня слегка облокотилась на ручку. Дверь пошла вперед и с привычным скрипом отворилась. Она сразу направилась на кухню, именно там светилось окне с улицы. Пусто, на столе разбросана кипа каких то красочных журналов по архитектуре и дизайну, и полная пепельница бычков, окурков и мятой бумаги. Войдя в комнату и включив торшер, стоящий справа от дверного проема, Таня увидела лежащего на диване Андрея. Первая мысль была, выгнать его на улицу как паршивую собаку, даже не за то, что не пришел встретить, а за то, что ей пришлось так перенервничать. Через несколько секунд гнев отошел на задний план. Она посмотрела на него и поняла, что это может быть и не любовь. Какая-то привязанность. Переживает за этого обалдуя, словно за родное существо, и если когда-то придется расстаться, то это будет очень не простое и болезненное решение. Присев рядом на диван, хотела укрыть Андрея его простыней и обратила внимание, что его тело покрыто капельками пота, хотя сегодня вечер нельзя назвать жарким. Уже уходя на кухню, Таня замерла в дверях, прислушиваясь. Он что то шепчет на непонятном языке, и пытается кого то позвать.
  - Ну что же ты мой Зорге, вот я тебя и раскусила. Ты во сне заговорил на родном языке. Утро вечера мудреней, вот тогда и поговорим. - С этими словами Таня ушла прочь.
  
  
  
   III
  
  Выбежав из чащи на обрыв, перед которым открывалась вся бухта 'Пота-тау', Досига с облегчением выдохнула. Все корабли находятся в бухте, закованные в паутину канатов, да и тот, который ее интересовал больше всего, 'Нинья' на прежнем месте. В течении нескольких минут она покрыла расстояние от обрыва до форпоста конкистадоров. Беспрепятственно миновала ворота и охрану.
  За последние два месяца девушка примелькалась караульным, и все знали, что Досига идет к капитану Писарро. Пропускали ее беспрепятственно. Через мгновение она ступила на деревянный помост, подобие причала, к которому пришвартована 'Нинья'.
  
  
  Время, минувшее с момента захода в бухту этого корабля многое изменилось. Большая часть команды пропали в джунглях во время походов за золотом, некоторых забрали неведомые болезни, так что перед новым капитаном корабля, официально назначенным Пабло Писарро стояла непростая задача, сформировать команду из того отребья, которое находилось в форпосте. В матросы зачислялся любой желавший вернуться в Испанию и немного владеющий морскими премудростями. Впрочем, любой желающий, который уже считал себя довольно таки состоятельным испанцем, готовым вернуться на Родину.
  Шли последние приготовления к отплытию. Часть королевского груза, двадцать один сундук с золотыми самородками был погружен и сдан под охрану конкистадоров, солдат, которые и будут сопровождать его.
   По трапу то и дело заносили на корабль какие-то тюки, бочки и сундуки. Наверху, у траппа стоит матрос с боцманским свистком на шее, делает отметки в журнале и подает громким голосом команды, куда нести груз. К борту подошел Пабло, его сразу заметила Досига и без приглашения, быстро поднялась на корабль. В следующее мгновение она своими руками обвила шею капитана и прижалась головой к его груди. Матросы как по команде прекратили погрузку и замерли, кто, где стоял в этот момент. Один из зевак продолжает идти по трапу в низ, где столкнулся с замершим в полном ступоре матросом, подымающимся вверх по трапу. У себя на плечах тот держал бочку с пресной водой. Оба в результате столкновения, с ядреными словами на устах, схватились за бочку и полетели с криком в воду. Все переключили внимание на них, начали смеяться и кричать, а когда опять повернулись в сторону капитана, он и девушка исчезли с палубы, словно мираж.
   Вновь раздался крик боцмана и каждый матрос побежал своим маршрутом, как будто ни чего и не происходило.
  Пабло вошел в свою каюту с весящей на его шее девушкой, подпер собой входную дверь и они так неподвижно стояли некоторое время.
   Что он делает и что в этом случае необходимо делать. Через несколько минут Досига оторвала голову от его груди и на довольно таки терпимом испанском сказала, - Не оставляй меня. Я без тебя не буду жить. Я умру.
  К горлу Пабло подкатился ком и он не смог сказать ни слова. Хотел поцеловать ее в губы, в последний момент вспомнил, что она как то ему рассказывала про местные обычаи. Одним из таких обычаев есть большое оскорбление, поцелуй в губы взрослого туземца. В их племени целуют в губы только когда прощаются на всегда. В основном это происходит когда отдают девушку в другое племя для продолжения рода. В старом мире это назвали бы выдать замуж за приезжего. Он дотронулся кончиком своего носа к ее носу. Девушка улыбнулась и еще сильнее прижалась к нему.
  - Я тебя не оставлю ни когда. Ты будешь моею женой и поедешь со мною в Испанию.
  Через несколько часов в форпост прибыл вождь с воинами и шаманом. Весть о происходящем на пирсе долетела до туземцев. Его встретил комендант крепости, видимо уже принявший ответственное для себя решение.
  - Я намерен разрешить венчание одного из своих самых молодых капитанов с дочерью вождя. - После этих слов неожиданно для всех забили тамтамы. Обитатели крепости напряглись от полного непонимания происходящего. Ни кто не знал, что может произойти в следующий момент. Караульные приготовились к самому худшему. Вооруженному нападению.
  Досига взяла Пабло за руку и повела к своему отцу. Лодобо в окружении своих воинов. Непрерывный грохот барабанов заставил всех замереть, и только с поднятыми к небу руками и непонятными криками вокруг вождя бегает шаман. Увидев Досиго и Пабло, воины расступились и пропустили их в середину круга. Шаман замолчал, моментально стихли тамтамы. В следующий момент произошло то, что не многие из присутствующих испанцев смогли истолковать верно. Отец обнял свою дочь и поцеловал ее в губы, потом Лодобо повернулся к Пабло и толкнул в его объятья свою дочь.
  - Когда ты спас нас в океане, я тогда уже понял что, вынужден буду за наше спасение отдать тебе что то самое дорогое. В тот момент я не мог понять, что это будет. Теперь она твоя и такова воля 'Манико', - Шаман поднял над головой золотое изваяние божества, сделал им круговые движения над головами Досиго и Пабло.
  Испанцы расступились, и к молодоженам подошел пастырь. Он взял за руку Досиго и отвел ее к краю пирса. Прочитал молитву. Сделал несколько срезов ее волос и бросил в воду, после чего объявил, что на одну православную в мире стало больше. Обряд бракосочетания немного затянулся. Уже сигнальщик флагманского корабля командует отход каравелл 'Жози' 'Пинты'. Принимая последние поздравления и под грохот оваций, на борт 'Нинья' поднялся капитан с молодой женой. Досиго не смотря по сторонам, прошла в каюту капитана, а Пабло начал командовать отход судна. На борт поднялись последние матросы. Команда загудела как пчелиный улей. Все выполняют строго свои задачи, выбирая якоря и швартовые канаты. Некоторая часть матросов ринулись на мачты, выполняя команду боцмана по постановке парусов. Судно готовилось к своему последнему маневру в акватории бухты.
   По берегу обнявшись пошли вождь и шаман, а следом за ними воины. Возвращаются они в свой, только им ведомый мир, но ни кто ни разу не обернулся в сторону форпоста и уходящих в неизвестность кораблей.
  Истекали последние минуты. Корабли выстроились в походный порядок в ожидании полудня. Поднятый флаг на флагманском корабле был командой для Пабло, он откашлялся и подал команду ставить паруса. Один матрос выкрикнул, Домой, и вся команда подхватила его крик. Над бухтой пронеслось зарево от восторженных матросов, и под этот крик 'Нинья' двинулась вперед. Флагман в это время уже на малом ходу проходил коралловые врата гостеприимной бухты, чужой и настолько родной земли.
  - Полный вперед.......
  
  
  
   2
  
  - Что происходит? Может ты мне наконец объяснишь. Причем здесь полный вперед, и кем ты во сне командуешь.
  Андрей подхватился на постели и обхватил закрытые простыней колени. Так он просидел несколько минут, пока наконец то к нему вернулось понимание того, что он проснулся не в каюте, на корабле, и рядом с ним сидит отнюдь не Досига а Татьяна.
  Услышав голос Тани он вздрогнул, - Да, это точно не Досига.
  - Я сижу возле тебя в кресле два часа и пытаюсь понять, что с тобой происходит. У тебя наверное горячка. Ты всю ночь в бреду, говоришь на иностранном языке. Весь мокрый, в общем ты меня сильно напугал.
  - Таня, какой иностранный? Тебе это показалось. Я на русском с трудом, а английский символически, и то только со словарем.
  - Мой английский в отличии от твоего в полном порядке. Я владею языком Шекспира свободно, и могу отличить его от другого языка. Так что жду твоего объяснения.
  Андрей на несколько минут замолчал, как бы собираясь с мыслями, потом опустил ноги на пол.
  - Который час? Мы не проспали?
  - Я жду. Не уходи от ответа. Сейчас шесть тридцать. Теперь я хочу знать в какое дерьмо я вляпалась. Кто ты на самом деле?
  Андрей еще некоторое время помолчал, а потом расплылся в улыбке.
  - Вы обвиняете меня в шпионаже? - и, да,.. А ты завербованный мною агент?
  - Ну, я жду.
  Этот повелительный голос остановил лирические отступления Андрея, и он поведал ей историю своей студенческой жизни. Про восточного друга Али-Бабу и его волшебную траву. Про ведения о дальних странствиях, и о том, как долго он лечился от этого.
  - Вот тебе ответ на твой вопрос, почему я не служил в армии, Родина побоялась давать мне оружие, дабы я не объявил войну пиратам Карибского бассейна. Или где там еще находятся эти охотники за удачей? Я в географии полный профан.
  Последние слова Андрея звучали как то медленно и мелодично. Он замолчал. Пауза затянулась.
  Ожидая продолжения рассказа, Таня сидела неподвижно, лицом к окну. Тишина, шум листвы в раскрытом настежь окне. Она обернулась к рассказчику, и возмущению не было придела. Андрей сидит на диване с закрытыми глазами и спокойно посапывает.
  
  
  Восьмые сутки прошли с того момента, как караван кораблей покинул бухту 'Пота-тау'. Попутный ветер постоянно в напряжении держал паруса, слышалось легкое постанывание мачт. Они неслись на полном ходу, проложенным курсом, к родным берегам. Не взирая на полную загруженность, 'Нинья' гораздо быстроходное остальных и постоянно вырывается в перед каравана. Еще в форпосте комендант предупредил Пабло, что командующий экспедицией генерал Кольдесс, находящийся на флагмане, каравелле 'Жози', не любит когда ему какое то судно закрывает горизонт. Конфликтовать с таким человеком по пустякам чревато большими неприятностями по приходу в Испанию. Пабло усвоил это как молитвы к Святому Николаю и не пытался проверять их достоверность.
  Некоторые из матросом шептались, что командующий загрузил столько личной утвари, удивительно, что флагман вообще пережил ночной шторм балов в пять.
  Пабло немного приноровился к данным обстоятельствам и приказал на день убирать часть парусов, что позволяло немного уровнять скорость с флагманом.
  Команда в приподнятом настроении. Мы идем домой, и потому подобные команды капитана воспринимаются с юмором. Спасая судно, командующий начнет выбрасывать свои сундуки с золотом за борт, а тут и мы. Будем вылавливать добро.
  Досига за это время полностью освоилась на судне.....
  
  
  Жгучая боль левого плеча вернула Андрея к реальности. Безжалостно вырвала из объятий Морфея. Открыв глаза, он увидел рядом стоящую Таню. Она сжимает кисть правой руки, постоянно ее потирая. На глазах слезы. Андрей схватил ее за талию и притянул к себе, и только после этого понял, что она ударила его по плечу и при этом забила себе кисть правой руки.
  - Успокойся любимая. Это пройдет, нужно немного времени.
  - Что пройдет? Ты надо мной издеваешься. Я с тобой разговариваю, а ты наглым образом, спишь. Я не желаю более слушать эту бредятину про ведения. Не хочешь говорить правду, не говори. И вообще, у нас мало времени. У тебя сегодня встреча с Кареном и ты должен понимать, что после того как он вчера вылизывал твою задницу, а ты сегодня облажаешся, это будет означать отнюдь не финансовый наш крах. Я говорю наш, потому что нас будут ожидать участи разные, но по своей сути обе ужасные.
   - С этого момента прошу поподробнее, и сделай на меня чашечку кофе.
  Таня пошла на кухню, и доносящийся от туда голос был менее угрожающим, но картина, которую он обрисовал, вывела Андрея полностью из состояния сонливости. Кофе уже был лишним.
  - За то, что я его обманула по поводу твоей гениальности, а особенно твоей знаменитости, он продаст меня в самый вонючий бордель дальних пригородов Турецкой столицы.
  - Там тоже люди живут, и это какой ни какой, а жизненный опыт. Еще и денег заработаешь.
  - Ты зря смеешься. Меня будут вонючие и потные горцы за пару лир, а тебя рыбы и крабы.
  - Не хочу крабов. Я вообще к морепродуктам отношусь прохладно.
  - Главное что бы они к тебе были прохладны, потому что если ты завалишь работу, Каренчик не переживет такого позора. Он уже наверняка растрезвонил своим корешам, что для отделочных работ выписал одного из самых знаменитых мастеров своего дела. Дизайнера с мировым именем Андре. Или как ты там вчера по пьяни ему представился? В общем, что я могу тебе сказать по этому поводу Андре. Мой ноги.
  - Почему ноги? -У Андрея с лица сошла улыбка. Таким серьезным он уже давно не был.
  - Потому что когда тебе будут заливать ноги цементным раствором. Фильмы про мафию смотрел? Так вот, не успеешь помыть ноги. А главное когда будешь пускать пузыри, помни Андрюша, что и меня, бедную Танечку, из за тебя где то имеют вонючие и грязные горцы, если тебе от этого будет легче умирать.
  Андрей уже сидел за кухонным столом напротив Татьяны и тупо рассматривал журналы по дизайну и интерьеру.
  - Но вчера, это была шутка. Я смогу ему все объяснить.
  - Это тебя в шутку сделали двадцать семь лет назад, а вот это все жизнь и более чем серьезная. Допиваем кофе, а потом будем решать, как вылизать с этих фекалий.
  
  
   3
  
  
  Четверть часа пролетело как одно мгновение. Сколько за это время они вдвоем выкурили сигарет, не поймешь, но на кухне стояло зарево от табачного дыма. Заходя в комнату ни кто не открыл окно, по привычке, так как форточка держалась на одной петле и каждый раз угрожала сорваться вниз, с третьего этажа на голову какого-нибудь отдыхающего. Первой подняла голову и заговорила Таня.
  - Я буду говорить все, что я думаю по этому поводу, а потом ты выскажешь свои мысли. Если они у тебя есть.
  - Я внимательно слушаю. Босс!
  - Вначале мы должны обставить твою легенду таким образом, что бы ни один мандарин, - так она постоянно за глаза по понятной причине называла мужчин кавказкой национальности. Они всегда к Новогодним праздникам привозили на продажу мандарины. Ни одному мандарину не пришла в голову мысль, что ты просто маляр, а не всемирно известный мастер.
   - На счет маляра я могу...
   - Не время товарищ. Родина в опасности. Первым делом нужно заняться твоим имиджем. Нужны вливания, а то я вчера слышала суждения Карена по поводу твоих драных штанов, и дай бог, чтобы он сегодня не вспомнил вчерашнего пьяного бреда. После твоего ухода он сорвался по водочке, не смотря на то что вероисповедание ему запрещает употреблять спиртное. Зажигал до полуночи.
  - Господи, пошли ему полную амнезию на всю голову.
  - Я сомневаюсь, что ты настолько удачлив, и наш оппонент вчера ночью снес машиной оградительные столбики на горной дороге. А если мы сомневаемся, то необходимо немедленно действовать. Да, наверняка он помнил о вашей беседе, и о том, что именно я его отрекомендовала тебе. Помнил до последнего момента, и уходя из кафе далеко за полночь, он опять поблагодарил меня и засунул в кармашек моего фартука еще одну стодолларовую купюру. Это означает только одно, что он все время был при памяти.
  Таня вскочила с табурета и подошла к шкафчику над разделочным столом. Немного порывшись на полках, она развернулась к Андрею, держа в руках красную банку в белый горошек, в этой банке находилась какая то крупа. Открыв крышку, она изъяла оттуда три бумажки, по сто евро каждая.
  - Ты ведь говорила, что деньги за картину кончились, а сама их от меня спрятала.
  - Если бы не я, то мы были бы без копейки денег. Ты должен меня благодарить за бережливость.
  - Я тебе благодарен. Если бы не твой длинный язык, то мы сейчас не колотились бы а спокойно отдыхали. Не боялись кровной мести, или как это еще можно назвать.
  - Лежал бы и закисал от тоски, а так ты взбодрился. В глазах появилась жажда к жизни. Все, достаточно разговоров. Пора действовать. Одевайся. Через пять минут выходим.
  Они бежали залитой солнцем улицей, по направлению к рынку. Таня перечисляла, что им в первую очередь необходимо приобрести. Белый костюм, рубашку, шляпу и что-нибудь на ноги по фасону. Зайдя на городской рынок, долго бродили по рядам, но ни чего подходящего на глаза не попалось, хотя Андрей от усталости готов был скупиться в первой попавшейся торговой палатке. Одна из продавщиц обратила внимание на нарезающих круги между палатками молодых людей, тронула Татьяну за руку.
  - Что вы ищите? Может я смогу вам чем-то помочь?
  Таня изложила суть вопроса. Мужу предложили хорошую работу, а ему нечего одеть. Из гардероба одни драные джинсы и штиблеты непонятного размера. Нужно его одеть не дорого и стильно.
  Девушка оценивающе посмотрела на мужчину, рост ближе к двум метрам и несколько сажень в плечах. - На рынке вам могут предложить только пляжные комплекты. Что вы хотели, сезон. То, что вы ищете, вам смогут предложить только в салоне, и протянула визитку с указанием адреса магазина.
  Через пол часа они были по указанному адресу.
  - Не подумал бы тут искать магазин. Раньше в этом здании находилась библиотека.
  - Успокойся, сейчас штаны народу нужнее чем какая то макулатура. Ты сам вспомни, когда ты последний раз читал и что? Школьная литература не в счет.
  Андрей, озадаченный воспоминаниями, вошел за Татьяной в магазин и ощутил приятную прохладу. Их появление напрягло охранника. Можно было предположить, что он в любой момент может ухватить их за руки и в зашей вытолкать на улицу. К ним не замедлила подойти маленькая, хрупкая девочка с бейджиком на лацкане ворота красного пиджака, старший менеджер Алена. - Чем мы можем вам помочь? - строгим голоском спросила она, обращаясь вроде бы к кому то третьему, потому что смотрела в сторону.
  - Мы бы хотели посмотреть костюм на вот этого мужчину, - Первой сориентировалась Татьяна. Андрей крутит головой в полном недоумении. На вывеске было написано, мужской салон, на витринах стояли манекены, одетые в мужские костюмы, а войдя во внутрь, они обнаружили пустые залы. Безукоризненный дизайн, много света, кожаные кресла и диваны. Где же шматье?.
  - Что конкретно вас интересуют, и на какую сумму вы рассчитываете, - уже более мягким голосом спросила Алена.
  Не дожидаясь ответа Татьяны, Андрей взял инициативу в свои руки, - Мы сегодня имели неосторожность гулять пешком по жаре и сильно устали. Надеялись, что вы проявите свою фирменную вежливость и предложите в начале беседы путникам присесть и выпить прохладительных напитков. Я, например, с удовольствием выпил бы холодный чай с лимоном.
  Эта фраза погрузила весь персонал в глубокий психологический ступор. Охранник подскочил со своего кресла возле входной двери, то и дело поправляя ворот рубашки. Алена расплылась в голливудской улыбке, и приветливым, нежным голоском предложила парочке присесть на рядом стоящие кожаные кресла. Когда все удобно расположились, она снова обратилась, но теперь уже больше к Андрею, - И все-таки, чем мы можем вам помочь.
  - Я бы хотел обновить свой гардероб, и хочу приобрести белый летний костюм из последних коллекций. И тут Андрея понесло еще больше. - Нахожусь на отдыхе. Неожиданно приходится планировать деловую встречу. Понимаете ли, хотелось бы соответствовать. Это должно быть не вызывающе дорого, все-таки это курорт. Но и в таком виде показаться не могу. Надеюсь, вы меня понимаете, Аленушка.
  После этой фразы у менеджера загорелся румянец во все щеки. Она вскочила с кресла, извинилась и убежала за ширму. Через несколько минут к клиентам подошла девушка то же в красном костюме. На одной руке она держала поднос с двумя высокими стаканами напитка.
  - Извините, чая в настоящее время нет. Есть кола, но если прикажете, мы доставим. Только придется немного подождать.
  - Нет, нет, - ответил Андрей с каким то не свойственным ему пафосом, - Не стоит беспокойства, - и взял два стакана с подноса, а девушка ушла, продолжая извиняться.
  Не успели клиенты сделать и несколько глотков спасительной влаги, как к ним опять подошла Алена. Извинилась за задержку, и предложила посмотреть на предлагаемые модели из последних коллекций.
  Подойдя к примерочной кабине, Таня и Андрей увидели четыре костюма, размер и высказанные пожелания были учтены. Оставшись в примерочной один, Андрей осмотрел костюмы. Выбрал тот, который стоил примерно двести пятьдесят американских долларов. Выйдя из кабинки, поблагодарил Алену за профессионализм в работе. Показал на костюм, который он покупает, а так же попросил ее предложить к этому костюму ему белую соколку, и белые туфли или сандалии, подходящие к этой модели.
  Девочки засуетились, а Андрей остался с Таней, и она сквозь зубы спросила.
  - На какую сумму барин гуляете?
  - Пока влаживаемся в смету. Не переживай.
  В зал опять вошла Алена в сопровождении второй девушки, неся три коробки с обувью. Подойдя к клиентам, поставили коробки на подставку, и начала демонстрировать модели одну за другой. Таня предложила остановиться на одной из предложенных моделей. Андрей просипел, - Огласите полную сумму покупки. В руке Алены появился кассовый чек, на котором были расчеты в долларах США. Андрей сделал задумчивый вид, девушка не выдержала паузы и сказала, - Для вас мы готовы пересчитать по курсу национального банка в любой валюте.
  Этот фарс Андрея стоял не малого напряжения Татьяне. Она не видела, о какой сумме идет речь, и предположила самое плохое, что их сейчас будут гнать пенками с магазина.
  - Нет, нет, ожил Андрей, все в порядке. У меня просто европейские рубли, вот триста, - и протянул купюры продавцу. Та в свою очередь забрала денежные знаки и начала что то считать на калькуляторе. Таня посмотрела в глаза спутника, и все ей было понятно.
  - Девушки, если вы не возражаете, я у вас сразу и переоденусь, - поручив дружное согласие, Андрей удалился в примерочную. Через несколько минут он предстал перед публикой в совершенно новом обличье, это был респектабельный буржуй, прибывший на курорт. Выходя из кабинки, он попросил упаковать старые вещи в пакет, и этот пакет он демонстративно протянул Татьяне как оруженосцу.
  Получив сдачу в размере нескольких десятков долларов США, Андрей на мгновение застыл.
  - Девушки. Красавицы. А может у вас есть и достойный меня портфель, а то мое остался дома.
  Продавщицы как по команде воскликнули. Конечно, и только для вас есть портфель очень известной фирмы 'Стилс', Андрей не успел отказаться, понимая дороговизну подобных вещей, как Алена сказала, он стоит триста, но так как вы у нас уже постоянный клиент вам уступим за двести долларов.
  Андрей на мгновение замер, а потом повернулся к спутнице и сказал фразу, от которой у нее открылся рот.
  - Татьяна Васильевна произведите расчет. Я беру портфель не глядя.
  - Не нужно не глядя. Сейчас мы покажем, - и через мгновение в руках Андрея оказалось произведение скорняцкого искусства, портфель на который не возможно не обратить внимание. Он взял его за ручку, раскланялся с персоналом и направился на улицу, а Таня осталась в магазине, протянула двести долларов продавцу, выдохнула и пошла следом за Андреем.
  Персонал магазина припали к витрине, и споря, кто она ему, любовница или подчиненная, наблюдали за парочкой. Но их сразу поставило в тупик поведение неизвестной девушки, которая выйдя из магазина, демонстративно бросила вещи боса или любовника к урне и только после этого поспешила догонять его.
  
  
  
  
   4
  
  
  Выйдя на родную улицу Галерейную, они замедлили шаг, еще предостаточно времени, можно было собраться с мыслями. Таня предложила зайти в кафе 'Галатей', выпить по чашечке кофе и обсудить дальнейшие действия по спасению собственных шкур.
  - В таком прикиде ты можешь и сбежать, так что за тобой теперь нужно смотреть. Ты теперь моя главная инвестиция. Не подведи, я тебя очень прошу.
  - Нам необходимо купить пачку бумаги для черчения и много карандашей, раз уж я знаменитый дизайнер. Будем делать твоего мандарина на бабки. Я ему сделаю такие криативные эскизы, что не один местный мастер не воплотит их в жизнь. На этом круг и замкнется.
  За соседним столиком пил пиво мужчина во взгляде которого показалось Андрею что-то знакомое, но он не мог вспомнить, кто это такой. Несколько раз встречались взглядами, но результат был нулевой.
  Андрей попытался вспомнить багаж тех небольших академических знаний по дизайну. В художественной академии дизайн не считался искусством в том кругу, где он общался. Настоящий художник быстрее умрет с голоду, но ни когда не опустится до разукрашивания клубов и дворцов пионеров, - такое ходило мнение. Это Танька во всем виновата. Надо было еще прошлый раз уходить от нее, а то вот дождался, что она командует.
  - Это же мой одноклассник Артем Волошин, - Андрей стремительно встал и молча пересел за соседний столик, где мужик в довольно таки заношенной рубашке и шортах пил пиво.
  - Привет Андрей. Что ты так на меня смотришь? Я сильно изменился?
  - Волошин, ты меня узнал? А чего тогда не обзываешься? Зазнался.
  - Сидишь, такой весь франт с бабой, а я буду лезть к тебе. К тому же ты на меня посмотрел и не стал здороваться, значит тебе это неприятно. Вот я и молчу.
  - Рассказывай как ты, чем занимаешься и вообще как у тебя дела?
  Артем несколько минут седел молча, потягивая пивко. Потом его словно прорвало. - Что ты можешь понять в нашей жизни. Сидишь весь такой холеный, довольный жизнью. Один твой портфель стоит столько, сколько я, корячась на стройке, не заработаю и за год. Тебе разве интересно как это бродить по шабашкам. Где заплатят, а где только пообещают.
  Таня, слыша напряженную беседу одноклассников, решила спасать свою инвестицию, иначе обозленный на весь мир одноклассник, разгоряченный спиртным, мог пойти в атаку.
  Поднявшись, она подошла к соседнему столику и уважительно произнесла, - Андрей Викторович, извините пожалуйста, но я вынуждена вам напомнить что у вас встреча и вы опаздываете.
  Артем замолчал в полном недоумении, а Андрей кивнул и поднялся со стула.
  - Хорошо Татьяна, сейчас идем, - повернулся к Артему и сказал, - Разговор не закончен. Где и когда можем встретиться?
  - Каждый день в 21.00 после работы я захожу сюда пить пиво. Будет желание, приходи. Буду рад.
  Выйдя из кафе, они некоторое время шли молча, а потом Татьяну понесло на нервной почве.
  - Что это за рвань, побухать тебе стрелки набивает? А я еще дурра, Андрей Викторович, Андрей Викторович. Вот так прыщ на ровном месте. Не слишком ли ты вошел в роль начальника. Из за тебя еще хорошие шмотки выбросила в урну. Теперь дурик, дома в дранном халате ходить будешь.
  - А зачем ты мои шмотки выбросила? Специально.
  - Нет. Я должна была их тащить за тобой.
  Танька начала набирать обороты скандала, а Андрей ускорил шаг, что бы к разгару конфликта успеть войти в квартиру. Там она покричит минут пятнадцать и успокоится. Этого заряда ей хватит на целые сутки. Уже неоднократно проверено.
  Раздался скрип тормозов и рядом с ними остановился большой черный джип. Со стороны водителя открылась дверь и как по ступенькам на землю, держась за дверь, слез Карен. Не закрывая дверь, побежал парочке на встречу, протягивая вперед обе руки. Подбежав к Андрею, он начал здороваться и обнимать его как родного брата, которого не видел как минимум двадцать лет. Татьяна с Андреем от этой неожиданной встречи просто опешили.
  - Хорошо, что я тебя дорогой встретил. Сейчас сразу поедем смотреть дом, там уже все готово. Тофик там уже зарезал барашка и ждет команды жарить шашлык.
  - Карен Ашотович! Вы говорили, что он будет смотреть объем работы, а сейчас какие то шашлыки. Это опять затянется до глубокой ночи, - Попыталась осторожно возмутиться Татьяна. - Поймите меня тоже, приехал любимый человек, мало того, что вместо отпуска берется за халтуру, так я его уже второй день не могу получить в свои объятья. После ваших же смотрин объемов работы он будет еле теплый и пригодный в качестве, если только грелки.
  - Танюша, Танюша, - Засеменил вокруг ее Карен, - Не волнуйся. Твой друг посмотрит дом. Выпьет нашего вина, и я привезу его в твои объятья. Прижавшись вплотную к ее уху, он сказал, - А это тебе компенсация за разлуку с любимым, - и аккуратно засунул в кармашек на блузке плотный сверток. Развернулся к Андрею, взял его под локоть и повел к машине.
  Таня с трудом сдержала смех, потому что это была картина маслом. Круглый Карен метр пятьдесят вел под локоть Андрея, в народе говорят шкаф два метра ростом. Локоть, за который держался Карен, иногда ложился ему на плече, в общем кукриниксы отдыхают. Проводив взглядом удаляющийся автомобиль, Таня достала с кармашка сверток.
  - Даже так, - воскликнула она. Там было триста долларов США. - Даже проститутки на площади не стоят таких денег, как я сдаю своего мальчика. Это я удачно встретила Каренчика.
  
  
   5
  Полуденная жара и яркое июльское солнце остались за дверью этого огромного транспортного средства, в которое Карен запихнул Андрея. Машина резко тронулась с места и стремительно начала набирать скорость, невзирая на то, что они ехали по пешеходной зоне. Это поступательное движение вдавило пассажира в кресло, и он готов был выкрикнуть просьбу ехать помедленнее, но в этот момент посмотрел на Карена и начал мысленно считать до десяти. Так он обычно делал, когда его давил нежелательный смех. Картина была достойна внимания. Карен ерзает на водительском сидении, крепко сжимал рулевое колесо и с огромным усилием носками правой ноги дотягивается до педалей управления этим вездеходом. При каждой такой попытке он начинал прикусывать верхнюю губу, от чего его лицо постоянно перекашивалось в причудливых гримасах. Этого Шумахера нужно было бы заснять на видео и в Канны на фестиваль. Забрал бы всех Оскаров.
  Через несколько минут в салоне автомобиля установилась приятная прохлада, и в воздухе распространился аромат мандарина. Это был придел терпения. Андрей вместо счета мысленно произнес, мандарин, мандарин и в этот момент сорвался на громкий смех. Это даже был не смех, а просто истерический хохот. Из глаз в два ручья потекли слезы. Эта картина не оставила безучастным Карена и он так же, не понимая над чем они смеются, залился писклявым голосом. Это произошло когда авто выруливало на трассу. В последний момент сквозь слезы Карен увидел стоящего на дороге работника милиции, показывающего ему место, где необходимо остановиться. Машина прекратила катиться, а они продолжают хохотать, сдерживая себя, пытаясь успокоиться, вытереть слезы, ручьями бежавшими по щекам. В этот момент водительская дверь открылась, и возле нее оказался работник ДПС. Он приложил правую руку к козырьку фуражки, чем-то похожей на бейсболку и представился. Из всего сказанного Андрей только услышал два слова, Позубайло и какая-то кобра. Как по команде, еще с большей силой, они залились смехом. Это видимо не очень понравилось гаишнику. Он схватил за шиворот Карена и одним движением высмыкнул его из машины, но тот громко кряхтит от резких движений и продолжает смеяться.
  С пассажирской стороны раскрылась дверь и Андрея за ворот кто-то потянул наружу. Тело подалось вперед, а ноги и основание оставалось в салоне. Это был не желательный для милиционера результат.
   - Покиньте автомобиль! Покиньте салон машины! Вы арестованы! Нет, ты задержан!
  Андрей поправил пиджак, выставил свои отнюдь не маленькие ноги на дорогу, и когда выпрямился возле машины, предстал перед правоохранителем. Гаишник оказался вплотную к нему. Козырьком своей фуражки он уперся во вторую пуговицу пиджака Андрея, в правой руке он сжимает мобильный телефон и с закрытыми глазами, видно его минуту назад слепило солнце, кому-то докладывал о происшествии.
   - Задержали двоих. Видимо обнюхались какой то дури. Убитые насмерть. С ними невозможно говорить.
  Андрей уже немного успокоился и стоял неподвижно, слушая эмоциональный рассказ работника ДПС о происшествии, при этом рассматривая его головной убор с высоты птичьего полета. В следующий момент он услышал изменение в голосе гаишника и понял, что фраза руки на капот, уже относиться непосредственно к нему.
  Гаишник в какой то момент разговора по телефону открыл глаза, что бы определить место нахождения задержанного наркомана, и понял что он находится в тени какой то белой горы. От неожиданности выкрикнул первую привычную для себя фразу. Как ошпаренный отскочил на несколько шагов назад. Снова прищурился от яркого солнца и с испуга схватился за кобуру пистолета.
  Андрей повернулся спиной к гаишнику, положил руки на крышу машины и спросил, - По вашим законам смех наказуем, и у вас смеются только у б и тые наркоманы.
  Что значит у вас. Кто вы такой? Ваше имя?
  Андрей решил ответить сразу на последний вопрос.
  Андре и после этого из его уст полилась непонятная белиберда, с которой он сам ни чего не понял. Гаишник на некоторое время замер, а потом кивнул.
  Хорошо, испанец, комарад. И убежал за машину. Оттудова донесся разговор двух гаишников, - Да и на... этих испанцев, я своего уже расчехлил на двести баков и не намерен их возвращать. Следующий раз не будут смеяться в лицо представителям закона.
  - Да что они должны были плакать за версту, только тебя завидят.
  - Шо ты от меня хочешь? Махни им, хай едут, и побыстрее.
  Пассажирская дверь распахнулась и там показалось красное как помидор лицо Карена. - Давай Андре садись. Поехали, я уже заплатил за наше посмеяться.
  Не все из сказанного разгоряченным кавказцем Андрей понял, но получил подтверждение услышанного возле машины. Карена за его улыбку обилетили гаишники на двести баксов, а еще угрожали арестом как наркомана.
  После этого Карен немного помолчал, крутя в руке ключ зажигания и лихорадочно нажимая на педали носками туфель, а потом повернулся к пассажиру.
  - Андре. Ну скажи мене, а чего ты смеялся?
  - Не знаю, а ты чего?
  После этой фразы в машине опять раздался неудержимый смех, музыку практически было не слышно. Два взрослых мужика в припадке смеха просто кричали в полный голос. Машина тряслась под бьющимися в конвульсиях.
  Гаишники посмотрели друг на друга в недоумении.
  - Ну шо я тебе говорил. Убитые они напрочь, наркоманы проклятые. Надо было и твоего матадора на двести баков обилетить.
  - Да и я чувствую себя каким то ущербным. Людям ведь весело, а я целыми днями смотрю на твою... Ну в общем, что то в этой жизни не так.
  
  До самого въезда в курортный городок Судак они периодически поворачивались друг к другу, видели текущие по щекам слезы, и раздавался очередной всплеск истерического смеха.
  
  
  
   6
  
  
  Смотрины, а иначе это не назовешь, прошли на высоком дипломатическом уровне. Улица зашла в тупик, и Карен остановил машину возле ворот под самой горой. Машина издала несколько странных звуков, вроде бы как сигналила. Ворота распахнулись. Отворил их маленький, худенький, чернявый мужичек. - Это брат невестки моего племянника Лоло , в общем родственник. Я забрал его к себе с горного кишлака, пусть мир посмотрит.
  - А он выходит с твоего подворья?
  - Куда он пойдет? Язык не знает, и вообще у него и документов нет вообще от рождения. Он помогает мне по дому, а я отправляю его деньги родителям на родину.
  Въехали на подворье. Площадка примерно в восемь- десять соток у самого подножья горы, огороженная со всех сторон высоким забором и под самой горой возвышался двухэтажный дом, да и домом это назвать можно было очень условно. Коробка из бетонита покрытая крышей.
  Карен остановил машины возле постройки, - Вот мой замок, я его купил у одного партократа. Двести тысяч долларов отдал, детям моим будет.
  Не успел Андрей осмотреть предстоящий фронт работ, как к ним от навеса, там где расположился мангал, подбежали группа земляков Карена, и хозяин начал представлять своего лучшего друга, дизайнера с мировым именем, Андре.
  Каждый из присутствующих подходит к гостю, пожимает ему руку и пытается его обнять как то по родственному. Картина Гулливер в стране лилипутов маслом, не иначе. Один из присутствующих начал перечислять все блюда, приготовленные им из молодого барашка, при этом он показал на весящую на столбе свежее снятую баранью шкуру. Андрей попятился, - Хочу сегодня осмотреть объем работы, для этого и приехал. - За его спиной раздался голос Карена.
  - Не обижай хозяев своим отказом. Пойдем, посидим, выпьем по бокалу вина за начало великого дела.
  - Карен, а как же запрет на спиртное.
  - Мы сегодня будем пить вино, а завтра Лоло попросит Аллаха простить нас за это маленькое прегрешение. Ему делать нечего целый день, вот он и будет молиться за нас.
  С этими словами все расселись вокруг столика ломившегося от угощений. Один тост был слащавее предыдущего, и все они каким то образом касались гостя, великого маэстро. У Андрея все внутри сжималось. Он каждый раз представлял себе картину, как эти мандарины с кинжалами наперевес, муруют ему ноги в цемент. Каждый из присутствующих прорывается к телу обидчика для получения морального удовлетворения, а на заднем плане картины кричит Таня.
  - Да уж, это я здорово осмотрел объект и теперь с уверенностью могу сказать, что дело за малым. Сделать эскизы.
  Солнце давно спряталось за дальнюю гору, начало смеркаться. Лоло включил освещение, некоторые из присутствующих начали засыпать прямо возле стола. За твое здоровье Андре, последнее, что услышал гость, падая за спину сидевшего справа от него мандарина.
  
  
  
  Досига за это время полностью освоилась на судне. Часть носимых вещей матросы перекроили по ее фигуре, и она выглядела как настоящий юнга. Некоторых усилий коку стоило обучить капитанскую жену не вылавливать гущу из супа руками, но она иногда забывалась и пыталась наколоть вторые блюда на вилку при помощи руки. У присутствующих матросов это вызывало открытый смех. Капитан прекратил обедать с командой, теперь ему накрывали в его каюте. Кока это злило, и он постоянно кричал на матросов, - Из за вашего языка мене приходится таскать кастрюли по кубрикам.
  Каждый проведенный вместе день становился новым открытием для молодоженов, Пабло не представлял себе существования без своей принцессы. Некоторые обычаи племени Досига быстро забыла, или делала вид что забыла и при каждом удобном случае начинала целовать своего мужа, своего вождя, иногда она так его называла. А если сказать точнее, по поводу этого обычая, то в основном нарушение его происходило на обозрении у всей команды. Подымаясь утром она зачастую не находила своего мужа рядом с собой, одевалась и шла на его поиски. Как правило, находила его на верхней палубе, а это скажем таки не совсем укромное место на корабле. Не взирая на три десятка свидетелей, она обнимала Пабло и все эти ласки заканчивались долгими поцелуями, если в данный момент это не мешало судоходству. На них перестали обращать внимание, а когда было необходимо срочное вмешательство капитана, то боцман обрывал их громким покашливанием.
  Однажды после обеда Досига решила одеть свое одеяние, кожаный корсет, и вышла на верхнюю палубу.
   Суда двое суток дрейфовали в полном штиле, и как раз в этот момент поднялся боковой ветер, пошли команды ставить паруса, полный вперед. По скоростным качествам 'Нинья' в несколько раз превышал флагманское судно и все об этом знали, ровно как и о том, что обгонять по прямой его не в коем случае нельзя. Поставленных парусов было достаточно, что бы достичь флагмана, а вся команда включая боцмана и рулевого замерли в неподвижности, наблюдая, как капитан обнял свою жену и они застыли в долгом поцелуе. При этом так прижались, что кожаный корсет потянулся вверх и на обозрение всем открылись ее упругие, смуглые ягодицы. Даже матросы на реях, как только увидели поднимающуюся на верхнюю палубу Досиго, уже замерли в ожидании какого то чуда, и в этот раз они были вознаграждены, когда корсет медленно пополз вверх и ни кто его не остановил, а потом из упругого плена освободились ягодицы, произошло чудо в том плане, что ни один матрос не упал с такой высоты на палубу или за борт. В тот момент их падение ни кто бы и не замети. Прервали это зрелище громкие овации с флагманского корабля, так как 'Нинья' уже почти поравнялась с флагманом бортами, команда словно проснулась. Боцман отдал команду лево на бот и приказал убрать часть парусов.
  Пабло подхватил Досиго на руки и по крутым ступенькам сбежал вниз, в свою каюту, не обращая внимания на всех присутствующих. В этот день судно поступило под команду старшего помощника. Боцман распорядился даже коку не беспокоить капитана.
   До следующего утра ни кто не видел капитана Пабло Писарро. Только с восходом солнца он вышел из каюты, прошелся на камбуз, выпил крепкий чай и пошел на верхнюю палубу принимать команду судном.
   Дасига проснулась позднее и увидела на стене в каюте натянутую на шнурках шкуру, которая была до недавнего времени ее косиши, национальной одеждой. Привыкшая не задавать вопросов мужчине, и в частности мужу, она оделась в свою форму юнги, и не стала трогать косиши. Если муж пожелает, то расскажет, почему ее одежда весит на стене.
  Незаметно пролетел месяц, караван пересекал Атлантику, стремясь к родным берегам. Ночной шторм потрепал корабли но с рассветом, стало понятно что все выдержали шквал и находились в зоне видимости друг от друга. Только к обеду, постоянно маневрируя, суда вернулись в походный порядок.....
  Порядок. Порядок....
  
  
  
  
  - Будет порядок. Не переживай дорогой. Сейчас я отвезу тебя домой к твоей любимой Танюше. Вот зараза. Она сегодня выходная, Андре, скандала нам не избежать. Ну давай просыпайся, крепкий у тебя сон.
  Андрей поднял голову и осмотрелся по сторонам. Он лежит на чьей то ноге, в глаза светит яркий свет, но это не солнце, это свет софита. Значит еще ночь и завтра не наступило.
  - Мне нужен план дома и участка, пошли все измерять и записывать.
  - Андре успокойся, завтра Лоло все измерит и тебе привезут твои цифры.
  - Ты должен мене....
  - Да не переживай за гонорар. Карен ни кого деньгами не обидел.
  - Причем здесь деньги. Конечно, деньги тоже имеют значение, но сейчас ты должен мене рассказать, что бы ты хотел иметь в доме и на участке.
  - Все как у всех уважаемых людей. Ну ты ведь Андре знаешь как там в Европе.
  Карен слез с достархана и пошел к машине, Андрей поспешил за ним, но когда начал искать свои новые туфли возле этого гостеприимного строения, то не смог их найти. Он услышал, что завелась машина, плюнул на туфли, взял под мышку портфель и пошел к машине. Некоторое время они ехали молча, Карен всматривался заспанными глазами в ночную дорогу, а Андрей немного дремал. В один момент он вспомнил, как Карен носочками достает до педалей и решил опять на это посмотреть. В проблесковых огоньках какой то из подсветок приборов авто он увидел то, что его полностью разбудило.
  Карен, со своим тридцать восьмым размером влез в туфли Андрея, это сорок пятый размер и такими ластами жмет на педали. Иногда нога на педаль не попадает, а цепляется пустой носок туфля. Горец пытается надавить на педаль, иногда нога проскакивает под педаль и он начинает вытаскивать ее. Все это происходит молча и с серьезным выражением лица.
  Андрей вспрыснул, давясь от смеха.
  - Андре не начинай. Давай спокойно я довезу тебя домой, а то смеяться с тобой дорогого стоит денег.
  - Я конечно буду держаться, ты не обращай на меня внимания, а вот и Танюшин дом, дальше я сам дойду.
   Сквозь смех Андрей попросил проследить, что бы завтра обязательно принесли замеры. - И вообще Карен у тебя ноги не потеют.
  Карен насторожился, - Причем здесь мои ноги.
  - Так ни чего. Просто разувайся, или ты думаешь, что я пойду по улице в одних носках.
  Карен опустил голову под рулевое колесо и через несколько секунд опять начал биться в истерике.
  - И ты всю дорогу молчал?
  - Я просто очень хотел добраться к любимой домой, а если бы сказал тебе по пути следования, то мы так и стояли бы в районе Солнечной долины, ржали и ждали очередного гаишника без чувства юмора, но с неземной любовью к Американским президентам.
  - Ты прав, пора прощаться, но скажу тебе честно. Я так в жизни ни когда не смеялся. Прощаясь Карен положил Андрею в карман изрядно помятого пиджака какие то шуршащие бумажки, предположительно денежные знаки.
  - Это компенсация за потерянное время.
  Уже раздеваясь в прихожей, Андрей сосчитал поштучно купюры, их было пять достоинством в сто долларов каждая.
  В коридор выбрела сонная Таня, - Это я удачно тебя пристроила на работу. Бухаешь до утра, уже три часа ночи. Конечно и девочки были?
  - Ты не поверишь. Только мальчики, впрочем тоже было весело.
  - Фу, грязный извращенец. Иди спать. Утром поделишься новыми сексуальными познаниями.
  
  
   7
  
  
  
  Это уже становиться невыносимо. Каждый провал в сон, это возвращение в какую-то иную жизнь.
  - Что ты там бурчишь, не можешь уснуть. Переполняют впечатления от проведенного вечера?
   - Ты помнишь, я говорил, что меня преследуют ведения каких то реальных событий, произошедших с одним мореплавателем, капитаном Пабло Писарро. Каждый последующий сон, это не повторение, как это было в студенчестве, а продолжение истории. И это я переживаю как собственную жизнь. Вот и сегодня я уснул в машине и знаешь, что мне приснилось.
  - Ну, поведай мне на сон грядущий эту страшную историю.
  Андрей начал рассказ с того момента как Досига поднялась на верхнюю палубу в своей национальной одежде. Когда он дошел до момента, - Пабло подхватил свою жену на руки и понес в свою каюту. В этом месте Татьяна сжала его левое предплечье, и прижалась к нему щекой, а левую ногу обвила своими ногами.
  Описание суточного затворничества в каюте с описанием некоторых тонкостей проявления знаков внимания супругов, заставили Татьяну извиваться как змею, и дрожь во всем теле. Андрей остановил свой рассказ.
  - Тебе плохо. Что ты вся дрожишь.
  Таня сорвала с них простынь, и всегда степенная и размеренная в сексе, она как дикий зверь набросилась на Андрея, начала любовные игры предшествующие сексуальной близости, в точности повторяя рассказанные Андреем, ритуальные штуки туземцев далекой Америки. В какой-то момент он даже решил, что его сновидение стало явью, а когда сгребал ее волосы в охапку и овладевал ею. В какой-то момент в руке он видел не огненно рыжие, а вороненые, черные волосы. Страх перевоплощения Татьяны в Досиго начал душить и перекрывать подачу воздуха в огромные легкие.
  На некоторое время он отключился. Голос Татьяны вернул его к действительности.
  - Что с тобой? Ты дышишь? Андрей, господи, да да давай дыши. Вот тебе и половой гигант.
  - Перестань меня хлестать по щекам. Больно. Чуть не сбылась мечта идиота, умереть под красавицей.
  - Спасибо милый, - Татьяна прижалась всем телом к своему любимому. Солнце уже ярко осветило комнату.
  И пусть ты имел с этим мандарином вчера какую то проститутку, но ты подарил мне прекрасное утро. Даже солнечные лучи, сегодня другого цвета. Спасибо тебе любимый, даже не взирая на то, что ты теперь будешь спать, а я сейчас бегу на работаю.
  После этих слов она поцеловала Андрея в губы, и не заметила, как начала его опять целовать, опускаясь все ниже, увидав, что он начинает опять оживать, отпрянула в сторону и встала с кровати.
  - Это безумие, необходимо остановить иначе я не попаду на работу. И вообще, мы закроем глаза, а души наши нас покинут.
  Андрей вытер испарину на лбу.
  Я говорил ей эту фразу, или я схожу сума. Она повторяет слово в слово фразы Досиги. Да я наверное ей это говорил. Сейчас она пойдет на работу, а я засну и встречусь со своей красавицей, с которой я действительно хотел бы умереть. Это определенно сумасшествие.
  - Андрюша, я побежала на работу. Еда на печке, не скучай тут без меня.
  Что с нами происходит? За все время нашего совместного проживания она даже не предложила мне кружку чая, а здесь обед на печи. Мы определенно сходим сума.
  Оставшись один в квартире, Андрей лег на диван, закрыл глаза и громко произнес, - Здравствуй Досига, - Немного поворочался и провалился в глубокий сон.
  
  
  
  Андрей открыл глаза в полном недоумении, это сон или он в реальном мире. Да и кто может растолковать, где реальность, а где сон. - Что-то я вообще запутался с этими ведениями.
   Опять раздался противный треск входного звонка, - Это просто не выносимо. Значит, я проснулся и теперь нахожусь... Но почему у меня не было ведения? Я перестал видеть сны? Это не может быть. Должно быть объяснение этим видениям.
  Скрежет звонка заставил не раздумывая идти к входной двери.
  На пороге стоит какой то мальчишка, в руке он держал пакет. - Андре- это вы? Тогда это вам. - Он протянул пакет.
  - Я тебе должен за доставку.
  - За все заплачено. Не переживайте. - Он развернулся и побежал вниз по ступенькам.
  Андрей раскрыл пакет, листы бумаги с рисунками сделанными простым карандашом. Стало понятно, что это план усадьбы Карена, а по бокам жирным шрифтом выделены цифры, размеры.
  Пройдя на кухню, Андрей обнаружил на печи кастрюли с едой. На столе пачка ксероксной бумаги и карандаши.
  - Даже за это не забыла, молодец.
  Андрей погрузился в работу. В голове уже роились некоторые безумные идеи. Робота захватила с головой, множество эскизов, наброски. Мысли рождались непрерывным потоком, что не позволяло закончить чертеж участка. - Ну и ладно, это подождет, а идеи мимолетное явление.
  Он не помнил когда включал свет на кухне, что он пил или ел за весь день. По всей комнате бычки. Они везде, на столе, в раковине, на подоконнике, на табуретах и немного в пепельнице.
  Таня открыла входную дверь и опешила. С улицы она видела, свет на кухне, предположила, что любимый забыл его выключить. Но что бы в два часа ночи кипела работа, не ожидала. В этот момент рождалась очередной идея оформления фасадной части дома. На приветствия он просто кивнул, а сам что-то продолжал бубнить себе под нос. Таня запихнула ему пару котлет в рот, и он их съел, не обращая особого внимания на кормилицу. Тогда она поняла, что запихни она ему в рот сейчас что-то не съедобное, он пережевал бы и это и проглоти. Еще несколько минут понаблюдала за творческим процессом, уверенными движениями его руки. Терпение лопнуло, и она потащила маэстро в комнату.
  - Сейчас спать. Работать будешь завтра, - С этими словами она уложила его в постель. Прежде чем путы морфея окутали Андрея, он еще несколько минут размышлял над своими чертежами и только потом провалился в полный мрак.
  
  
  
  Досига выбежала на палубу в поисках своего супруга. На верхней палубе его не было. Она вся трусилась, и в состоянии нервного срыва ее испанский был абсолютно не понятен. Пытается что-то растолковать боцману, но тот только разводил руками. А после нескольких минут общения принял решение отправить ее на носовую надстройку судна, где в данный момент должен был находиться капитан. Увидав своего мужа, девушка немного успокоилась, но по-прежнему не могла внятно растолковать, в чем дело. Немалых усилий стоило Пабло успокоить ее, и лишь после этого он понял большую часть ею сказанного. Досига видела на судне божество, золотое изваяние 'Манико', килограмм десять чистого золота в образе человека со звериной, обезьяньей головой.
  - Ты ошиблась. Такое изваяние только одно и на нашем венчании оно находилось в руках шамана. После изгнания злых духов, он водил божеством над нашими головами, потом положил в свою торбу. Когда мы отходили от пирса, я видел как твой отец и шаман в обнимку шли по берегу.
  - Я видела божество в руке бородатого матроса, в его бороде сули, это косички. Он в кладовой, помещении возле камбуза, показывал его другому матросу, но его лицо я не рассмотрела. Он стоял ко мне спиной. Увидав меня, бородач спрятал 'Манико' за спину, и матросы молчали пока я не ушла. Я сразу поняла, на нашем корабле поселилась смерть. Ты ведь помнишь, что к нему может прикасаться только шаман.
  После этих слов ее всю затрясло, сквозь дрожащие зубы она продавила.
  - А что теперь будет с Потато. Они все погибнут без защиты 'Манико'.
  Невзирая на начинающийся шторм, Пабло взял с собой на капитанский мостик Досигу и она начала всматриваться в каждого матроса. Найти матроса по косичкам на бороде не представилось возможным. Матросы народ суеверный и до захода в порт не стригут бороды и потому косички заплетены у каждого второго.
  - Вон он там наверху. Это точно он, - на грот мачте матросы убирали паруса, - Тот с платком на шее, это точно он.
  Капитан подозвал боцмана и приказал немедленно доставить к нему матроса, указал пальцем кого конкретно.
  Раздался продолжительный свист боцманского свистка. Все на какое-то мгновение замерли. Боцман указал пальцем на матроса и показал ему спуститься в низ. Тот в свою очередь жестами показал на себя, и когда получил подтверждение, начал спуск. В этот момент сильным ветров оборвало рею, и она ударила его в голову. После полученного удара он улетел за борт корабля. Раздалась команда, - Человек за бортом. Находившиеся на палубе, бросились к правому борту, но в волнах не было видно пострадавшего. Досига с силой сжала руку мужа и прошептала, - 'Манико'.
  С невероятной скоростью начался шторм. Все вокруг резко потемнело, и каждый из присутствующих на палубе увидел сформировавшийся из облака брызг отчетливый образ лица шамана племени Потато в своем головном уборе, который сверху венчала непонятным образом забальзамированная голова обезьяны с широко раскрытыми глазами и диким оскалом желтых зубов.
  Облако с ужасающим образом несколько раз пронеслось над палубой, маневрирую между мачтами, над головами обезумевших матросов, застыло перед верхней палубой. На мгновение Паблол показалось, что шаман как то угрожающе улыбнулся и в этот же момент фантом, приведение или призрак обрушился огромным количеством воды на нижнюю палубу. Вода моментально ушла за борт, а стоявшие на месте ее падения два матроса и боцман с открытыми ртами, завороженные наблюдая за происходящим, рухнули под ее давлением. Боцман сразу встал на ноги, сознание происшедшего вернулось к нему несколько позже, а матросов, бывалых моряков повидавших в своей жизни не один шторм, приводили в сознание уже в кубрике.
  Боцман подошел к капитану, и слегка дрожащим голосом спросил, - Я конечно не жду каких либо объяснений, но не показалось ли вам, что это была голова шамана туземного племени.
  Пабло посмотрел на боцмана, потом на жену, лежащую возле правой ноги и крепко сжимающую сапог в своих объятьях. Эту паузу прервала очередная высокая волна, накрывшая их с головой.
  - Боцман, командуй дрейф, не все паруса убрали. Мы только что потеряли одного матроса и не понятно, что с теми в трюме. Рико, да не стой, делай свое дело, все разговоры потом. Наклонившись к Досиго он сквозь грохот шквала холодного ветра и воды прокричал ей прямо в лицо, - Спустись в каюту и жди меня, - помог ей подняться на ноги.
  Боцман подгоняет команду, отдавая им все новые и новые команды. Пабло присоединился к вахте рулевых, помогая удерживать курс на набегающие огромные волны. Корабль уже не выскакивает на гребень, а врезается носом в стену воды, и ледяной шквал несколько раз полностью накрывает корабль, но морским богам было угодно что бы 'Нинья' выстояла в этой схватке с Атлантикой. Вовремя убранные паруса сохранили весь такелаж в работоспособном состоянии, за исключением той реи, которая унесла жизнь матроса.
  Шторм закончился резко, и это стало очередным чудом. Даже бывалые матросы не могли припомнить, чего бы то ни было подобного. С очередной огромной волны судно попало на абсолютный штиль, неведомая сила зажгла солнце, и в считанные минуты исчезла дымка. Выкрик рулевого, неосознанная ежедневно выполняемая команда при появлении капитана на верхней палубе, - Полная видимость, по курсу полный штиль!!
  - Чего ты кричишь мене в ухо, я ведь стою с тобой рядом, - Сказал, немного сбиваясь в словах капитан. В глазах членов команды читался откровенный страх. Каждый готов был вопрошающе заорать. Что с нами происходит? Что это за чертовщина? Но все молчали и даже отворачивали взгляд друг от друга. Первым, как и положено по рангу, совладал с собой капитан. Он уже абсолютно властным и волевым голосом закричал, - Боцман, осмотреть судно и доложить о потерях, рулевой,- ставить корабль заданным курсом. Жду доклада в каюте. Кок!- ящик рома без закуски. Время обеда, я дождусь хотя бы бокал вина.
  Кэп!- довольно таки тихим голосом сказал вахтенный, - Задержитесь.
  Подобная команда отошедшего к лестнице капитана остановила как вкопанного.
  Матрос сделал пауза в ожидании того, пока капитан развернется, - На заданный курс лечь не можем, видно сегодня еще чертовщина продолжается, стрелка компаса вертится как флюгер в предштормовой ураган.
  Пабло подошел к компасу, обнял его руками и присутствующие на мостике стали свидетелями борьбы кэпа с нечистой. Стрелка начала снижать обороты, в конце концов еще несколько раз сделала пару оборотов и приняла обычное свое положение едва покачиваясь со стороны в сторону.
  - Сегодня и так произошло много необъяснимого, об этом команде знать не нужно.
  Вахтенный вытянулся по команде смирно и сказал, - Есть кэп.
  Пабло направился на нижнюю палубу, наблюдая как матросы, напоминающие полных новичком в морском деле, суетливо мечутся по палубы, да и не мудрено после пережитой такой чертовщины. Сейчас будет еще одна проблема, как это все занести в бортовой журнал, что бы по приходу домой над нами не смеялись даже портовые собаки.
  Делая шаг со ступеньки на палубу, капитан провалился в бездну.
  
  
  
  
   8
  
  
  Андрей приоткрыл глаза, пытаясь привыкнуть к яркому солнечному свету, заполнившему всю комнату. Окинув взглядом все вокруг себя, осознал, что он вернулся в реальное время измерение. Остановил свой взгляд на копне огненно рыжих волос, лежащих у него на левом плече.
  Таня всем телом прижимается к крепкому мужскому плечу, а ногами, на подобии тропической лианы, оплела его ногу. Чувствуя исходящий от нее жар, он попытался немного отодвинуться, предполагая, что она спит. Но это было совершенно не так. И первые попытки пошевелиться активизировали девушку.
  Не узнаю свою соседку по постели, как неоднократно она повторяла. Секс, ритуальная близость с мужчиной, только исключительно ради своего женского здоровья. Видимо, оно у нее резко пошатнулась, и последние несколько дней она бросилась его поправлять с моей помощью. Даже не мог предположить, что мои рассказы о сексуальных ритуалах людей далекого континента могут так поразить ее воображение. А вед правы сто раз, те кто говорит, что женские особи воспринимают любовь в первую очередь на слух. Хотя Татьяна по-прежнему не верит в мои ведения, а мой рассказ приняла за пересказ моих любовных похождений с какой то шалавой на попойке у Карена.
  Таня начала как змея медленно продвигаться вдоль его тела, при этом целовала попадавшиеся на ее пути части мужского тела. Достигнув лица, она неистово впилась своими губами в губы Андрея. Несколько минут пыталась добиться взаимности, но почувствовав, что ее любимый, теперь она только так его называет, не реагирует на ее ласки. Открыла глаза и с преданностью дворняжки начала заглядывать в глаза своего хозяина. Тихим, нежным голоском, да у нее даже голос изменился, она прошептала.
  - Любимый. Ты еще не отдохнул? Не буду тебя беспокоить, хотя то, что ты творил со мною с четырех утра должно было измотать скорее меня. Ты был каким то монстром. Чуть не порвал меня на лоскуты, как бобик тряпку.
  Произнося каждое слово, она все сильнее прижимается к своему повелителю и осыпает его поцелуями.
  - Твои выкрики слов на испанском. Теперь я уверенна, что это испанский. - После этих слов обвила его тело, положила голову на грудь и мирно засопела.
  На мне вечером было нижнее белье. Это точно, я помню. Внутри мерзкое ощущение, что мною попользовались, а меня забыли об этом спросить. Ну спросили, бы. Я ведь еще безотказен в этих делах. Но хотя бы из вежливости пригласили на этот пир секса. Я должен хоть что-нибудь помнить, ну хоть что-нибудь. Либо она меня разыграла по крупному, либо мне пора немедленно обратиться к хорошим специалистам по части головы. Чего доброго, превращусь в маньяка и буду бегать ногой по пляжу.
  С этими мыслями Андрей аккуратно освободился от объятий Татьяны и направился на кухню, где не заметно для себя, сделав пару глотков кофе, погрузился в чертежи, эскизы.
  За несколько дней, одержимый работой, он набил эскизами две старые толстые папки для бумаг, которые валялись в зале на антресолях. Полностью свыкшись со своим новым именем и имиджем, он начал отдавать приказания поступившим в его распоряжение двум воинам ислама, водителю Тимур, естественно с машиной, и уже знакомому и до противного исполнительному Лоло.
  Высокий темп работы и полная отдача проекту отодвинули на второй план ночные видения. Сон в несколько часов, конечно, сильно изматывал маэстро, но он иначе не мог. Когда творил, то не замечал абсолютно ни кого.
  
  Во второй половине дня, в воскресенье к входу в кафе 'Пиратский приют' вышагивает, вымотанный работой и даже немного похудевший, Андре, а за ним, на расстоянии трех шагов быстро перебирает ножками Тимур, сжимая в руках две толстые папки, тубус, а в правой руке еще и держит портфель босса.
   На краю одного из достарханов, расположившегося под тенью лапатистых ветвей смаковницы, в народе именуемой инжиром, Карен. Что-то бурчит себе под нос, не обращая внимания на снующих мимо него официанток. Заметил на входе Андре, расплылся в улыбке, и с распростертыми руками побежал ему на встречу. Наблюдающие со стороны с уверенностью могли сказать, что это встретились два брата, не видевшиеся полжизни, невзирая на разительную разницу в росте и цвете кожи.
  Они расселись вокруг столика. Тимур у ног Андре положил свою ношу и собрался уходить, как новый патрон приказал ему занять место за столом полевую руку от него. Он заискивающе посмотрел в глаза Карену, но занял указанное его боссом место.
   - Мой портфель давай сюда, а папки развязывай. Вытряхивай чертежи из этого, как ты его называешь, большого пинала. Будем показывать многоуважаемому Карену, что мы наработали за две недели.
  Карен поднял правую руку, подавая знак официантам о подаче блюд, но Андре остановил его.
  - Вначале дело, а потом трапеза, в смысле еда. Может нас не стоит кормить.
  После этих слов Тимур раскрыл первую папку с надписью, дом и начал раскладывать по столу эскизы комнат в нескольких проекциях. Там где были варианты, скреплено по несколько эскизов. За комнатами и санузлами пошла фасадная часть дома. Карен опустив голову, молча перебирал рисунки. Андре начал переживать, что у него что то нет получилось. Перебрав по несколько раз все эскизы, Карен поднял голову. У взрослого мужика было лицо счастливого ребенка, озаренного улыбкой.
  - Это мой дом? Я буду в таком доме, - И тут он перешел на свой язык, и что-то быстро рассказывал и громко смеялся.- Андре повернулся к Тимуру.
  - Если он от восторга не может говорить на русском, что мне конечно очень приятно, тогда ты давай быстро переводи.
  И Тимур начал запинаясь, переводить, - Карен хочет уже завтра это все строить. Ему все нравится и он уже хочет там жить. Он спрашивает, зачем так много туалетов?
  - Это ту-бед-рум для гостей и в его спальне. А много потому, что сделано несколько вариантом.
  Тимур застыл в недоумении потому, что и сам не все из сказанного понял, но в этот момент Карен вернулся к ломанному русскому. Первый шок от увиденного прошел.
  - Я и сам все понял. Неужели дом будет, как на картинке нарисовано?
  - Теперь это будет зависеть только от тебя Карен Ашотович, и твоих финансовых вливаний. Это будет стоить не малых денег.
  - Кто сказал, что у Карена нет денег? Только ты, уважаемый Андре, не брось мой дом на полпути. У меня тридцатого сентября семейный праздник. У меня круглая дата, пятьдесят пять лет. Хочу быть в доме.
  - Три месяца очень короткий срок и я даже не знаю, как это практически выполнить.
  Карен взял портфель Андре. Демонстративно его открыл, и забросил туда, выуженную из под стола, словно фокусник, упаковку стодолларовых банкнот.
  - Это тебе за это гениальное творение, но если ты это воплотишь в жизнь, я дам тебе еще две таких пачки. Ни кто не скажет, что Карен жадный и не помнит добро.
   - Я ведь дизайнер, а это художник, а не строитель. Для такого грандиозного проекта понадобиться много рабочих.
  - За рабочих не переживай, их будет много. Всю родню вызову. Послезавтра уже приедут одиннадцать человек. Ты дорогой, только ими командуй. В деньгах отказа знать не будешь.
  - Хорошо уважаемый. Я подумаю, а завтра дам ответ.
  - Жду твой хороший ответ завтра. - Карен немного поразмыслив опять поднял правую руку. - Пора и покушать. Да?
   - Карен Ашотович, а вторую папку ты смотреть не будешь или потом сам посмотришь.
  Тимур ловко собрал все эскизы дома, уложил их в свою папку и завязал шнуровкой. Потом открыл вторую, еще толще предыдущей, папку и начал подавать эскизы приусадебных построек.
  - Это что такое? - Держа в руках эскизы, с изумлением начал рассматривать рисунки.
  - Гостевой домик.
  - Мой гостевой домик? Да? Это..
  - Гараж на две машины.
  - Мой гараж? Хорошо, отлично!
  - Паркинг для машин, аллейки, газоны, бассейн, фонтаны, парная. А здесь я предлагаю у самой горы сделать подвесную лестницу для спуска к морю, чтобы не обходить через две улицы на пляж.
  Карен вскрикивал после каждого эскиза.
  - Я тебя люблю дорогой. Ты мой брат.
  В этот момент к ним с подносом, на котором был кувшин вина и высокие бокалы, подошла Татьяна.
  - А твоей любимой с сегодняшнего дня подымаю зарплату в два раза. Вообще, в этом кафе теперь будет новая должность, администратор. Таня - администратор. Еще дорогой хочу копию этого всего. Отошлю домой, пусть видят, как живет Карен.
  - Это плохая идея. До окончания строительства это делать нельзя. Примета такая.
   - Ну как скажешь. Как скажешь. Подавайте все на стол, - крикнул он в след уходящей Татьяне.
  Пир продлился до поздней ночи, и лишь с закрытием кафе Татьяна взвалила на плече Андре, взяла его портфель и они поплелись в сторону Галерейной. Возле фонтана их догнал Тимур и пригласил в машину, перед этим положив туда папки с эскизами.
  Они молча проехали пятнадцать минут, именно столько занял путь к их дому, и провожая Андре, Тимур спросил.
  - Во сколько завтра, босс?
  - Как обычно и не опаздывай.
  - Ну прям как директор. Лучше бы веселее перебирал ногами. Куда можно было столько пить?
  - В рот любимая, в рот.
  
   9
  
  Перед самым лицом дверь капитанской каюты. Что за проклятье. Как я сюда попал? Попробуй после этого не верить в чудеса и бабские страшилки, - успел подумать Андрей, прежде чем он полностью погрузился в сновидение.
  
   Распахнул дверь. В дальнем углу, возле стола, на полу сидит, поджав колени под себя, Досиго, вся мокрая и дрожащая всем телом от страха и от холода. Наверно все-таки больше от страха. Пабло рывком преодолел разделяющее их расстояние и заключил ее в свои объятья.
  - Это всего лишь видения. На самом деле этого ни чего не было. - От каждого сказанного слова веяло таким холодом и страхом, что дрожь охватила и его.
  Подняв хрупкую девушку одним движением на руки, и перенес на кровать. Снял, стащил с ее всю мокрую одежду, потом сам разделся догола и залез к ней под одеяло. Прижавшись всем телом к супругу, Досиго еще несколько минут дрожала, пока не согрелась. Произнеся страшную фразу, - 'Манико' на нашей лодке, мы все умрем, - она заснула. Пабло еще некоторое время лежал неподвижно, и лишь убедившись, что она спит, встал с постели. Подойдя к столу, открыл сундук. Извлек судовой журнал и сел за стол. Склонившись над раскрытым журналом и картой во весь стол, он схватился за голову руками.
  - Каким образом эту чехарду занести в журнал.
  В таком состоянии он провел несколько часов. Громкие шаги и скрип полов вернули его к реальности. Мелькнула чья то тень в приоткрытой двери, видно он ее не плотно закрыл. Потом послышались шаги в обратном направлении, и в приоткрытую дверь показалось лицо боцмана. Увиденная картина не находила своего объяснения, как и многое другое сегодня. Абсолютно голый капитан сидит за столом, склонившись над лоциями и бортовым журналом.
  - Проходи. Чего застыл в дверях? Опять что-то увидел?
  - Да я зайду позднее, если ты не в форме.
  В этот момент Пабло обратил внимание на свою наготу, и невозмутимо попросил друга подождать несколько минут за дверью. Поправив одеяло на спящей Досиго, он пригласил боцмана в каюту.
  - Скажи друг мой, есть ли у тебя какие-то объяснения всего происходившего, начиная с внезапно навалившегося на нас шторма, гибели матроса. Ты установил, кто это был?
  - Так вот...
  - Мне нужны его личные вещи, абсолютно все. Узнай, с кем он дружил, выпивал, в общем, с кем он мог общаться на корабле. Это очень важно. Через пол часа встречаемся в каюте у камбуза и я выслушаю твои предположения.
  Войдя в относительно большую, как для размеров корабля, каюту, капитан встретился с боцманом и старпомом. Боцман начал докладывать.
  - Курс взяли прежний, но в приделах видимости нет наших судов. Я распорядился поставить все паруса, конечно которые можно было ставить без ремонта. Народ находится в состоянии транса. Только разговоров о шторме и морском дьяволе, напавшем на судно.
  - Матросы это понятно, поговорят и успокоятся, а вот что прикажите писать в журнал.
  Из-за стола встал старпом, видавший виды моряк, прокашлялся. - Мы все это видели, и не важно как мы это назовем, оно имело место и это нужно отразить в журнале. Доберемся до берега, даст бог, там пусть разбираются, что правда, а что вымысел.
   - На этом и порешили. Теперь вопрос второй. Погибший матрос. Я не знаю еще каким образом он похитил 'Манико', золотое изваяние божества туземцев у шамана. Быстрее всего это произошло во время моей скоропалительной свадьбы на причале. Последний раз этого идола я видел именно там, в руках шамана. Повторяться не буду. Вы конечно помните какими страшными историями было окутано это божество, все прикоснувшиеся к нему умирали при загадочных и нелепых обстоятельствах. А теперь перейду к самому страшному. Досига видела 'Манико' в руках погибшего. Утром она мене его показала, и тот канул в пучине океана.
  - А я ломал голову, где я видел это чудище, носившееся сегодня над палубой. Точно, это был лик придурка, шамана с головой обезьяны вместо шляпы. Закончив эту фразу, боцман застыл, и посмотрел на кэпа.
  - Почему ты мене не сказал про идола перед тем как я пошел за вещами погибшего. Я мог взяться за его руками и сгинул бы вслед за этим воришкой.
  - Рико. Ты что, веришь в эту чертовщину? Дружище, где его вещи, давай их сюда. Я осмотрю их сам.
  Мешок матроса подобрал старпом и начал выкладывать пожитки погибшего на стол. В кармане набитого матросского бушлата он обнаружил сверток, но по форме он не мог быть искомым объектом, это было примерно три кило золотых слитков и какой то жемчуг. На самом дне лежали теплые штаны. Когда старпом их начал вытаскивать наружу, что-то тяжелое рухнуло на дно мешка и он, вырвавшись из рук, рухнуло с грохотом на пол. Мужчина поднял мешок, и не вытаскивая содержимое наружу, начал через ткань прощупывать его. По силуэту стало понятно, это 'Манико' , но то что произошло в следующий момент не ожидал ни кто. Старпом вытянул руки перед собой, в которых находился мешок с содержимым. Неожиданно пошел дым и мешок загорелся, это происходило так быстро, что старпом не успел даже выбросить его. Через считанные секунды мешок обгорел и упал на пол, а в руках его остался золотой идол, необычайно переливаясь при тусклом освещении помещения.
  - Вот он и нашел свою очередную жертву, произнес поникшим голосом старый матрос. Ну пусть так и будет.
  Он сел за стол и поставил улыбающегося дьявола рядом с собой.
   -Какой кошмар. Что теперь будет с нами....
  
 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com М.Атаманов "Искажающие Реальность-7"(ЛитРПГ) А.Завадская "Архи-Vr"(Киберпанк) Н.Любимка "Черный феникс. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) К.Федоров "Имперское наследство. Забытый осколок"(Боевая фантастика) В.Свободина "Эра андроидов"(Научная фантастика) Н.Любимка "Долг феникса. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) В.Чернованова "Попала, или Жена для тирана - 2"(Любовное фэнтези) А.Завадская "Рейд на Селену"(Киберпанк) М.Атаманов "Искажающие реальность-2"(ЛитРПГ) И.Головань "Десять тысяч стилей. Книга третья"(Уся (Wuxia))
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Колечко для наследницы", Т.Пикулина, С.Пикулина "Семь миров.Импульс", С.Лысак "Наследник Барбароссы"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"