# Последняя Схватка. Роман

Александр Васильевич Князев

Тайное сообщество стремиться управлять всем миром. Для достижения полного контроля над людьми и государствами они готовы на всё. Исполняя старый план, разработанный несколько столетий назад, они стремятся к полному уничтожению мирного, трудоспособного населения

Александр Князев


Последняя Схватка


Музыка внезапно стихла. И тут же послышались веселые выкрики посетителей. Не прошло и секунды, как зазвучал новый трек, и находившиеся в клубе молодые люди, оживленно воскликнув, принялись вновь отплясывать в такт ритмичным ударам.

"Осталось совсем немного", - отметил про себя Сергей, в ужасе ожидая начала массового безумия. Он крепко сжимал в боковом кармане куртки пистолет, из которого собирался застрелиться после того, как прозвучит сигнал.

Новый трек проиграл около минуты. Не больше. И эта минута показалась Сергею самой долгой в его жизни. Песня оборвалась, на полуслове. Такое обычно бывает, когда возникают какие-либо проблемы с компакт-диском и проигрыватель либо совсем останавливает песню, либо перескакивает сразу на другой трек.

"Вот оно! Началось!" - Сергей почувствовал, как нервы натянулись, словно гитарные струны, готовые в любой момент лопнуть от перенапряжения.

Публика недовольно воскликнула, а недоумевающий администратор поспешил к аппаратуре, чтобы устранить неполадку. Он подошел к пульту и принялся нажимать на какие-то кнопки.

Никакого результата это не дало, поэтому он развернулся и быстрым шагом направился к выходу из основного зала очевидно для того, чтобы позвать ди-джея, который почему-то отсутствовал на своем рабочем месте весь вечер.

Дверь за ним закрылась, а зал, проводив его недоумевающим взглядом, недовольно воскликнул.

- Замечательно! - послышались возмущенные возгласы.

- И куда он?

- Спать пошел, - усмехнулся кто-то из толпы.

Неожиданно из массивных колонок послышался странный звук. Он был такой высокий и тонкий, что многие из посетителей с отвращением сморщили лица и принялись качать головами. Этот странный звук больше всего походил на мышиный писк. Он длился всего несколько секунд. Потом резко оборвался.

И - музыка снова заиграла. Но вдруг совсем неожиданно ударил яркий белый свет, словно из какого-то мощного прожектора. Вокруг стало так светло, что все находившиеся в основном зале посетители прикрыли глаза руками и недовольно закричали. Но свет погас так же неожиданно, как и зажегся. Музыка уже играла. Но люди стояли на своих местах, застыв, словно восковые фигуры, и уже никто не собирался танцевать.

Внезапно где-то в коридорах клуба раздался грохот. Грохнуло так, словно кто-то с размаху захлопнул огромную входную дверь. И еще в воздухе появился какой-то странный запах жженой резины или пластмассы. Обычно так пахнет горящая электропроводка, при воспламенении старых ветхих проводов или соединительных коробок.

Снова в коридорах клуба раздался грохот. Музыка стихла. В ту же секунду Сергей бросился к Маше, сидевшей рядом с ним за барной стойкой и схватил ее за плечи.

Он заметил, что на голове у нее были беспроводные накладные наушники закрытого типа те, что полностью закрывают ушные раковины, ограждая от всех посторонних звуков их обладателя. Девушка тут же смахнула их с головы и попыталась оттолкнуть незнакомого парня от себя.

Сергей ударил ее по рукам. Испуганно вскрикнув, она спрыгнула со стула и попыталась проскочить под его рукой. Понимая, что она единственный человек в клубе, на которого не подействовал сигнал, он удержал ее на месте, крепко схватив за талию.

- Не двигайся! - приказал он, оттолкнув ее назад, к стойке.

Она с трудом удержалась на ногах, пытаясь вырваться из рук Сергея. Он продолжал удерживать ее в этом месте, чувствуя, как волна неудержимой ярости и ненависти накрывает его с головой.

Все вокруг изменилось. Изменился мир вокруг него.

Он чувствовал, как дикое отвращение ко всем присутствующим здесь людям проникает в каждую клетку его организма, и понимал, что не сможет долго сдерживать себя.

А в зале тем временем началось что-то невероятное. Молодые люди и девушки, находившиеся там, внезапно схватились за головы и все вместе, одновременно рухнули на пол. Маша даже вздрогнула от такого сильного грохота. Их лица искажались болезненными гримасами, глаза сверкали безумием. Они бились в конвульсиях, бессознательно размахивая ногами и руками в разные стороны. Все это выглядело так неестественно и ужасно, что казалось, происходило вовсе не в реальности, а в каком-то страшном, бредовом сне.

Продолжая удерживать ее возле стойки, Сергей оглянулся назад. Он увидел как, посетители, оказавшиеся на полу, сотрясались в судорогах и издавали болезненные стоны.

Кто-то из парней наступил какой-то девушке на руку. Тут же раздался яростный воинствующий возглас. Где-то в стороне еще кто-то обругал своего обидчика и накинулся на него с гневными воплями. К ним добавилось еще несколько недовольных голосов. Кажется, назревала драка.

То же самое происходило и за столиками, стоявшими напротив барной стойки. Сметая все со столов, молодые люди с обезумевшими глазами, выскакивали со своих мест, и набрасывались друг на друга, в исступлении выкрикивая злобные ругательства.

Высокая стройная девушка так резко встряхнула головой, что задела одного крупного парня, сотрясающегося в конвульсиях за соседним столиком. Тот повернулся к ней, крепко схватил ее за плечи и оттолкнул в сторону. Упав на пол, она сбила с ног трех разгневанных девиц, которые тут же отозвались грозными ругательствами в ее адрес. Сверкнув горящими яростью глазами, они набросились на нее все вместе.

Некоторые из посетителей оказались под столами и теперь катались по полу, схватившись обеими руками за головы. Они издавали болезненные стоны и дергали ногами так, словно пытались отбиться от кого-то невидимого. Один из них так сильно махнул ногой, что въехал одному парню прямо в челюсть. В ответ получил сильный удар в живот. Тут же несколько столов вместе с закусками и напитками опрокинулись на пол.

Сидевшие в VIP-ложе посетители, неестественно откинулись назад на спинки своих диванов и кресел, словно на них обрушился необыкновенно сильный порыв ветра.

Послышались болезненные выкрики.

Они, как и другие молодые люди в этом ночном клубе, испытывали те же самые чувства и эмоции что и остальные. Они держались за головы, хватались друг за друга, метались в разные стороны, падали на пол, так же непроизвольно взмахивали ногами и руками, как будто пытаясь отогнать от себя, что-то страшное и неведомое им.

Внезапно высокий крепкий парень в порыве неописуемой ярости принялся избивать щупленького паренька в белой футболке, который случайно ударил его локтем в живот. Тут же к ним подключились еще два молодых человека.

Все это время Сергей с большим трудом пытался устоять на ногах, чтобы не упасть на пол и не выпустить девушку из рук. Он боролся с собой, пытаясь удержать в себе усиливающееся с каждой секундой небывалое чувство ярости и гнева. Его широко распахнутые глаза, казалось, вот-вот выпрыгнут из орбит, а искаженное болезненной гримасой лицо, просто лопнет от напряжения.

Внезапно Маша ударила его в бок, и Сергей выпустил ее из рук. Она попыталась отскочить от него в сторону, но он тут же схватил ее за плечи и подтащил к себе.

- Стой! - закричал он, крепко сжимая ее за руки. - Слушай меня внимательно! Ты должна выбраться отсюда! Поняла?

- Да, да! - испуганно закивала головой девушка. - Отпусти меня!

Тем временем один из парней высокого роста и крепкого телосложения схватил рядом стоявшего паренька за голову обеими руками и одним резким и сильным рывком сломал ему шею. Паренек тут же подкосился и закатил глаза. Тогда здоровяк поднял его мертвое тело над головой и бросил его туда, где между столиками метались взбесившиеся посетители.

Началось всеобщее безумие. Ни один из присутствующих в клубе не стоял на месте.

Какой-то крепкий парень спортивного телосложения, схватив тучного и невысокого молодого человека за волосы, пытался разбить ему голову о барную стойку. В нескольких метрах от него худощавый паренек с лысой головой опрокинул на пол одну из пробегавших мимо девушек и принялся молотить кулаками по ее лицу.

Кто-то с обезумевшими глазами тут же сбил его с ног и откинул на стол. Парень скатился на пол и перевернулся на спину. Не прошло и секунды, как чей-то громоздкий ботинок принялся нещадно молотить по нему, нанося один удар за другим.

Странным казалось и то, что охранники, позабыв о своих служебных обязанностях, принялись избивать друг друга у выхода из основного зала. Всего их было трое. Один из них, коротко выстриженный и высокорослый здоровяк, набросился на своего товарища и, оттолкнув его в угол, принялся нещадно молотить его по лицу своими огромными кулаками.

Тут же к ним подбежал третий и ударил здоровяка рукояткой травматического пистолета по затылку. Издав протяжный стон, здоровяк опрокинулся на спину и отключился.

После чего его напарник тут же вскочил на ноги и, выхватив из кармана своих брюк нож со складным лезвием, угрожающе двинулся на своего "спасителя". Тот в мгновение ока приставил дуло травматического пистолета к его лбу и несколько раз нажал на спусковой крючок. Раздалось несколько глухих хлопков, и парень с рассеченным лбом, потеряв сознание, рухнул на пол.

Внезапно в зале раздался какой-то странный треск.

Что-то тяжелое с грохотом упало на пол.

- Послушай меня! - прокричал Сергей. - Ты должна выбраться отсюда и всё рассказать! Ты сделаешь это?!

- Да! - прокричала в ответ Маша. - Что я должна рассказать?

- Всё это не просто так!

- Я не понимаю!

- Сейчас объясню...

В другой половине зала обезумевшая публика также занималась самоуничтожением. Невысокого роста парень в белом легком свитере, схватил за голову, отлетевшего к нему молодого человека в порванной желтой футболке, и принялся бить его коленом в лицо. Из разбитого носа тут же хлынула кровь.

Парень в желтой футболке схватился за его длинные взъерошенные волосы и изо всех сил дернул на себя. Услышав, как противник издал болезненный и разгневанный вопль, он попытался выпрямиться, чтобы ударить его в голову, но тут же получил удар в живот.

Издав яростный неистовый крик, более походивший на рев какого-то дикого животного, он отступил на два шага назад. Но как только противник приблизился нему, он схватил обидчика за шею одной рукой и резко дернул его на себя. Раздался неприятный хруст шейных позвонков и паренек в белом свитере, не издав ни малейшего звука, повалился на пол.

По нему тут же пронеслось несколько пар ботинок.

Где-то послышался звон разбитого стекла.

Парень в белом свитере обернулся на этот звук.

И в ту же секунду из толпы выскочил молодой человек с окровавленным лицом и вонзил разбитую бутылку ему в живот. Парень в белом свитере медленно опустил голову вниз, схватился обеими руками за стеклянный осколок, глубоко засевший у него в животе, и повалился на пол.

Чуть в стороне две девушки, схватив друг друга за волосы, метались из стороны в сторону, опрокидывая столы и стулья на пол. Одна из них, та, что была одета в розовую майку и светлые джинсы ударила свою соперницу с длинными вьющимися волосами в живот и толкнула на высокую блондинку, стоявшую к ним спиной.

В ответ на это блондинка схватила со стола полную бутылку коньяка и обрушила ее на голову этой девушке. Бутылка тут же разлетелась вдребезги, выплеснув свое содержимое ей на волосы.

Из носа выступили две струйки крови, и девушка с красивыми вьющимися волосами, закатив глаза, упала на пол. На этом обезумевшая девица не остановилась. Держа в руке отколовшееся горлышко бутылки, она двинулась на девушку в розовой майке. Та в свою очередь, схватила в руки стул, который был, опрокинут кем-то из посетителей, и со всего размаху, ударила им блондинку.

Соперница, выронив горлышко бутылки из рук, упал на пол, и забилась в конвульсиях. После чего девушка в розовой майке принялась с остервенением топтать ее своими острыми и длинными каблуками.

- Это не простая случайность! - прокричал Сергей, справившись с очередным приступом ярости. - Все что здесь происходит. Это не простая случайность.

- А что это?! - в недоумении выкрикнула Маша.

- Все это спланировано!

- Кем?

- Я не знаю. Но на тебя это не подействовало.

- Почему?

- Потому что ты не услышала!

- А что я должна была услышать?

- Сигнал!

- Какой еще сигнал?

- Это долго объяснять. И ты все равно ничего не поймешь! - кричал Сергей. - Ты должна выбраться отсюда!

То же самое происходило и в ложе для более состоятельных посетителей. Там также ломали друг другу шеи, выкручивали головы, вырывали волосы, ломали руки, ноги, бросали друг друга в разные стороны.

Сергей тем временем пытался объяснить Маше, что она должна будет сделать, когда выберется отсюда. Девушка смотрела на всеобщее безумие с широко раскрытыми глазами и отказывалась верить в происходящее. От алкогольного опьянения не осталось и следа. Теперь она была во власти ужаса и страха пробиравшего ее до самых кончиков волос.

Она невольно уводила взгляд в сторону буйствовавших посетителей, которые продолжали безжалостно убивать друг друга, и не могла поверить, что все это происходит в реальности.

Она много раз видела драки в барах, она видела, как небольшие стычки перерастали в массовые разборки, в которых люди получали лишь незначительные травмы. В основном это были рассечения, сломанные носы, синяки под глазами. И не более того.

Но то, что происходило сейчас в клубе, никак не укладывалось у нее в сознании. Это было похоже на какую-то страшную сцену из фильма ужасов, которую невозможно было остановить, просто выключив телевизор. Не было никакого телевизора. И это не было сном. Все это происходило в реальности, и все это происходило у нее на глазах. Здесь и сейчас.

Чтобы привести девушку в чувства, Сергей ударил ее по щеке. Она встряхнула головой и посмотрела на него. Глаза его наливались злобой. Он с трудом сдерживал в себе ярость, вырывающуюся наружу. Маша заморгала ресницами и издала жалобный стон.

- Ты меня слышишь?! - закричал он в полный голос. - Не смотри на них, слушай меня! Слышишь?! Запомни, что я сейчас тебе буду говорить!

Он с трудом перекрикивал воцарившийся в зале шум, от грохота мебели, звона стекла и безумного рева взбесившихся посетителей, которые просто разрывали друг друга на части, под звуки стремительной и быстрой музыки. Ему приходилось кричать во все горло. А Маша все никак не могла понять, почему вдруг люди так озверели, и откуда взялась эта необычайная жестокость и ненависть.

- Ты меня слышишь?! - закричал Сергей ей в лицо.

- Да-да! - отозвалась она, содрогаясь всем телом от пронизывающего ее ужаса.

Внезапно какой-то парень в черном свитере, со следами крови на лбу, схватил со стола бутылку и бросил ее в их сторону. Сергей вовремя успел увернуться, уводя от удара и Машу. Бутылка со звоном врезалась в стеклянную полку и разбила зеркальную витрину. Тут же мелкие осколки брызнули в лицо Сергея. Девушка испуганно вскрикнула и отскочила в сторону.

Сергей остановил ее.

После этого все тот же парень в черном свитере схватил еще одну непочатую бутылку со стола, широко размахнулся, но бросить ее он не успел. Какой-то огромный внезапно вынырнувший из толпы высокий и смуглый здоровяк в кожаной куртке схватил его обеими руками и отбросил на диджейский пульт. Парень в черном свитере, своим телом смахнул со стола аппаратуру, и упал на пол, зацепив при этом несколько проводов.

Тут же раздался электрический треск. Там под столом что-то сильно заискрило. Вспыхнул огонь, который за какие-то считанные секунды перепрыгнул на гобеленовые шторы, которыми были задернуты окна. Плотные шторы вспыхнули как пропитанные горючей жидкостью факелы. По ним огонь перекинулся на потолок из белой декоративной плитки.

Парень в черном свитере попытался встать на ноги, но у него ничего не получилось. Тогда он схватился за объятую огнем штору и попробовал подняться. Штора сорвалась с карниза и полностью накрыла его огненным колпаком. Огонь тут же перешел на пол и двинулся дальше.

Вспыхнули осветительные приборы.

Посыпались искры.

Парень в черном свитере все же сумел выбраться из-под горящей шторы и весь охваченный пламенем бросился в толпу, поджигая других посетителей клуба, которые набрасывались на него, совершенно не думая об опасности.

Не прошло и пары секунд, как какой-то здоровяк, издав оглушительный рев, выбросил его из толпы. Парень свалился между двух опрокинутых столиков и затих.

Пожар распространялся с неимоверной скоростью.

- Что они делают? - воскликнула девушка, испуганно крутя головой в разные стороны. - Почему никто не тушит огонь?! Что вообще здесь происходит?!

- Не смотри туда! - Сергей дернул Машу за руку и сильно встряхнул ее за плечи. - Слушай, что я сейчас буду тебе говорить! Это очень важно! Ты должна отсюда выбраться. Слышишь меня?!

- Да, я должна отсюда выбраться, - быстро повторила она, кивая головой и показывая тем самым, что понимает его и запоминает каждое его слово. - И ты тоже должен отсюда выбраться! Ты же не останешься здесь? Ты пойдешь со мной?

- Нет! Я не могу!

- Почему?

- Потому что так надо!

- Но если ты останешься здесь - ты погибнешь.

- Неважно! Уже слишком поздно... Я не могу выбраться наружу.

- Я не понимаю тебя! Ты что хочешь умереть здесь? - в крайнем недоумении прокричала девушка. - Почему ты не хочешь выбраться вместе со мной? И что значит, слишком поздно?

- Для меня уже слишком поздно! Меня уже не спасешь, так же как и всех остальных, кто здесь находится, - проговорил Сергей, чувствуя, как в голове появляется неудержимое желание задушить эту глупую и отвратительную девчонку, которая своим видом начинала напоминать ему какого-то мерзкого зверька.

Сдерживать внутри себя усиливающуюся с каждой секундой ненависть он уже не мог. Он с огромным удовольствием задушил бы эту малолетнюю суку с дурацкими наушниками, висящими на ее длинной и тонкой шее. А потом набросился бы на того безобразного парня с тупым искривленным лицом, который пытался задушить свою подругу, и свернул бы шеи им обоим, потому что эти наглые и безобразные твари этого заслуживали.

- Эй, что с тобой?! - испуганный крик Маши заставил его очнуться и на время отбросить эти безумные и бредовые мысли. Сергей понимал, что так долго сдерживаться он не сможет и вскоре набросится на первого попавшего ему под руку посетителя, если только не застрелиться прежде сам из пистолета, заранее принесенного с собой в этот клуб.

Маша дернула его за руку:

- Почему ты так смотришь на меня? С тобой все в порядке?

Сергей встряхнул головой:

- Нет, со мной не все в порядке!

- В чем дело?

- Я больше не могу...

- Чего не можешь?!

- Не могу сдерживать себя! - зло прокричал он.

- Отпусти меня! - испуганно вскрикнула девушка.

- Подожди! Это еще не все! - с большим трудом он удержал ее возле себя. - Дослушай до конца. Мне очень трудно говорить...

Внезапно из-за приоткрытой двери показалось встревоженное лицо администратора. Он смотрел на все происходящее испуганным недоумевающим взглядом. Его никто не замечал. Застыв в дверном проеме и крепко сжав дверную ручку, он с ужасом смотрел, на распространяющийся по всему клубу огонь.

Сергей заметил его лицо. Он прочитал его взгляд. И все понял. Но разбираться сейчас было некогда. Быть может, он просто ошибся, и этот парень, всего лишь случайная жертва этих загадочных людей со странными татуировками на руках. А, может, и нет. Но теперь это уже не важно. Неважно для него. Потому что он уже не тот человек, что был раньше.

- Значит так! - закричал он девушке на ухо. - Когда выберешься отсюда, найдешь дом номер 18, по улице Новой. Это за городом. Такое двухэтажное здание с красной крышей и высоким забором. Там живет моя жена и дочь. Если они до завтрашнего вечера не появятся дома, тогда ты идешь в прокуратуру и все им рассказываешь. Ясно?!

- Что рассказываю?!

- Рассказываешь все, что здесь произошло!

- Да, и запомни, это не несчастный случай. Это спланированная акция. Понимаешь, меня?!

- Нет!

- Неважно. Просто скажешь, что это хорошо спланированная и заранее подготовленная акция, и что на этом они не остановятся. Они будут продолжать. Что они предпримут на следующий раз, я не знаю, но знаю точно - будут гибнуть люди. И еще кое-что. Если жена и дочь вернуться домой живыми, ты никуда не идешь и никому ничего не рассказываешь. Ясно?!

- Да!

- Если они будут живы, ты никуда не идешь и никому ничего не рассказываешь, - повторил он, крепко сжимая ее за руки. - В противном случае они погибнут. Понятно?!

- Да. Я поняла, - закивала головой девушка, заплакав от боли, пронзившей ее хрупкие плечи, в которые Сергей впился своими крепкими, дрожащими пальцами. - Я все сделаю так, как ты сказал. Можешь, мне поверить. Только отпусти меня. Ты отпустишь меня? Пожалуйста. Отпусти, мне больно!

Сергей некоторое время держал ее за руки и пристально вглядывался ей в глаза. Она все это время молчала. Он тоже. Наконец, он решил ее отпустить. Выждав момент, когда путь от них до выхода из основного зала освободится от избивающих друг друга молодых людей и девушек, он оттолкнул ее от себя и сел на стул, стоявший возле барной стойки.

- Беги! - крикнул он ей вслед. - И будь осторожна.

Маша бросилась к выходу.

Но внезапно длинный каблук от ее туфли зацепился за распростертую на полу руку одного из поверженных молодых парней. Не сумев устоять на ногах, Маша упала на пол рядом с мертвым телом какой-то темноволосой девушки.


* * *


Увидев ее мертвенно-бледное и окровавленное лицо, Маша испуганно вскрикнула и, тут же вскочив на ноги, побежала к выходу. Сергей поднял голову. Пока на нее никто не нападал. Она старалась пробегать мимо дерущихся парней и девушек так, чтобы не задеть кого-нибудь из них и не упасть снова на пол.

Внезапно ее хрупкая фигурка промелькнула в толпе последний раз и скрылась за спинами двух здоровых парней, которые нещадно молотили друг друга своими огромными кулаками.

Больше Сергей ее не видел.

Он достал из кармана пистолет, снял его с предохранителя и поднес к лицу. Некоторое время он смотрел на него, о чем-то думая. Но вдруг где-то в стороне послышался грохот мебели. Сергей повернул голову в ту сторону и увидел, как высокий парень в красной футболке, схватив деревянный стул из общей кучи опрокинутой мебели, несется прямо на него на огромной скорости.

С другой стороны послышался звон разбитого стекла. Бросив быстрый взгляд в ту сторону, он заметил, как еще один озверевший паренек в синих потертых джинсах направляется прямо на него с "розочкой" от разбитой бутылки. Сергей не стал стрелять ни в того ни в другого. Хотя и было такое желание.

Он просто приставил пистолет к своему подбородку и спустил курок. Прогремел оглушительный выстрел, грохот от которого разлетелся по всему клубу. На зеркальную витрину брызнула кровь и серая мозговая жидкость. Его тело непроизвольно откинулось назад и свалилось за барную стойку, опрокинув несколько бутылок с коньяком, стоявших на стеклянной полке.

Бегущие на него молодые люди никак не отреагировали на это. Сверкая безумными глазами, они наскочили друг на друга и принялись "выяснять отношения" между собой, позабыв о мужчине который застрелился за барной стойкой несколько секунд назад.

Один из них ударил своего противника деревянным стулом по голове. Тот отшатнулся в сторону, но остался стоять на ногах. Сжимая в руке отколовшееся от пивной бутылки горлышко, он набросился на своего соперника и вонзил зубчатый осколок ему в живот. Парень взвыл он нестерпимой боли и выронил из рук деревянный стул. После чего противник сбил его с ног и принялся молотить его ботинками по голове.

Закончив с ним, он вытянулся во весь рост и повернулся в сторону администратора, который стоял за полуоткрытой дверью. Их взгляды встретились, и администратор понял, что следующей жертвой этого безумца может стать он сам.

Парень бросился в его сторону.

Администратор тут же захлопнул за собой дверь и направился к запасному выходу.

А клуб тем временем полыхал в огне.

Огромное помещение основного зала наполнялось темным густым и едким дымом. Люди начинали задыхаться. Многие из них, теряя сознания, падали на пол.

Парень в синих потертых джинсах добежал до двери, за которой секунду назад скрылся администратор, схватился за ручку трясущейся рукой и принялся дергать ее изо всех сил. Дверь была закрыта изнутри, и тогда он начал молотить по ней ногами. Он рано или поздно проломил бы ее, если бы не здоровяк, который налетел на него с оторванной от стола деревянной ножкой.

Сначала он ударил его по ногам.

Потом, повалив на пол, принялся наносить удары по голове.

После нескольких сильных ударов парень в синих джинсах отключился.

Пожар в клубе усиливался, захватывая с каждой секундой метр за метром. Люди задыхались. Падали на пол, хватались за грудь. Многие из них уже не могли драться.

Маша тем временем бежала к выходу из основного зала. Он представлял собой высокую задернутую плотными шторами арку, которая выходила прямо в коридор. Она видела, как там, в коридоре, где почти еще не было дыма и можно было дышать, молодые люди продолжали убивать друг друга.

Почувствовав запах гари, Маша вытащила из кармана носовой платок и приложила его к носу, чтобы угарный газ не попадал в легкие. Она слышала, как позади нее трещит огонь. Не оглядываясь назад, она перепрыгнула через мертвое тело какого-то толстого парня и побежала дальше.

Внезапно на ее пути возникла разъяренная молодая девушка с растрепанными рыжими волосами и окровавленным бледным лицом. Она была высокого роста и крепкого телосложения. Маша попробовала обойти ее с левой стороны, но не получилось. Сверкая безумными глазами, рыжая девица широко расставила руки и перегородила ей дорогу.

- Куда?! - зарычала она.

Маша резко остановилась.

Рыжая девушка угрожающе двинулась на нее.

Внезапно в коридоре загрохотало так, словно кто-то пытался выбить входную дверь.

Рыжая отвлеклась на этот шум, а Маша, воспользовавшись моментом, проскочила мимо нее. Но та все же успела схватить ее за рукав блузки и дернула на себя. Маша попыталась вырваться, но рыжая дернула ее за рукав с такой силой, что девушка отшатнулась назад и упала на пол.

Выронив платок, она ударилась головой об опрокинутый стол. Тут же затылок пронзила острая нестерпимая боль, от которой потемнело в глазах.

Рыжая девушка в тот же миг набросилась на нее и села на живот.

Маша попыталась ее скинуть, но не получилось. Девица принялась нещадно молотить кулаками по ее лицу. Девушка пыталась увернуться, но некоторые удары всё же достигали своей цели. Она выставляла перед собой руки, сама пыталась ударить ее, но все ее попытки оказались тщетными.

Прижав свою жертву к полу крепким тяжелым телом, рыжая девица, сидя на ее животе, продолжала наносить один удар за другим. Ее кровь и слюна стекали Маше на лицо. Глаза сверкали свирепым безумием. Из груди вырывались сдавленные хрипы.

Маша подобрала под себя ноги и попыталась перевернуться на бок. Не получилось. Рыжая девица в ответ схватила ее за шею обеими руками и принялась душить.

Маша начала задыхаться. Она бы так и задохнулась, если бы не парень, проносившийся мимо них с разбитой бутылкой. Кто-то из толпы попытался его схватить, он отпрянул в сторону и наскочил на рыжую девушку. Она слетела на пол и упала на живот.

Парень, не обращая на них никакого внимания, понесся дальше.

Маша набрала в легкие задымленный воздух и закашлялась.

Бросив испуганный взгляд на рыжую девицу, растянувшуюся на полу, она побежала к выходу из основного зала, стараясь как можно меньше вдыхать отравленный воздух. Платок она не успела подобрать, поэтому прикрывала нос рукавом своей блузки.

Преодолев еще несколько метров, она оказалась в самом начале длинного и узкого коридора, где двое молодых и крепких парней вцепились друг в друга мертвой хваткой. Маша быстро и бесшумно проскочила мимо них. Как ни странно, но они не обратили на нее никакого внимания. Также незаметно она проскользнула мимо двух дерущихся девиц в ярких вечерних платьях.

В конце коридора Маша заметила массивную черную дверь, возле которой парень с рассеченной щекой дрался с девушкой в короткой юбке. Он схватил ее за волосы и откинул в сторону. Не успев выставить перед собой руки, она ударилась головой о твердую стену и, потеряв сознание, рухнула на пол.

Парень повернулся к Маше. Она остановилась и в ужасе попятилась назад. Широко расставив руки, он двинулся на нее. Коридор был слишком узким, поэтому проскользнуть мимо него не представлялось возможным. Тогда она оглянулась вокруг и заметила на полу, оторванную от стола деревянную ножку. Схватив ее, Маша приготовилась к нападению.

Парень приближался.

Девушка застыла в ожидании.

Друг от друга их отделяло всего несколько шагов.

И как только он приблизился к ней на расстояние одного метра, она размахнулась и ударила его по голове. Удар получился достаточно сильным. Деревянная ножка рассекла висок и выскочила из рук у девушки. Из раны тут же брызнула кровь.

Запрокинув голову, парень пошатнулся, отошел к стене и упал на пол. Перепрыгнув через его ноги, девушка бросилась к двери и схватилась за ручку.

Дверь оказалась закрытой.

Тем временем, истекающий кровью парень с рассеченной губой и разбитым лбом все же пришел в себя. Он с трудом поднялся на ноги и медленно направился в ее сторону. На ходу он подобрал с пола ту самую деревянную ножку, которой Маша его ударила, и занес ее над головой, намереваясь нанести ответный удар.

Маша еще сильней дернула за ручку, но дверь не сдвинулась ни на миллиметр.

Парень приближался.

Девушка принялась из последних сил дергать дверь, ухватившись за металлическую ручку обеими руками. Никаких результатов это не принесло. Она поняла, что дверь была закрыта снаружи.

Услышав позади себя учащенное дыхание, Маша почувствовала, как на ее голову обрушилось что-то тяжелое и твердое. От удара закружилась голова, потемнело в глазах.

Она отступила назад, медленно сползла на колени и, потеряв сознание, упала на пол. Девушка так и не узнала, кто же запер входную дверь с наружной стороны клуба. А коридор тем временем начинал заполняться темным и едким дымом.


* * *


Роды были тяжелыми.

Молодая роженица, лежавшая на кровати Рахманова, кричала на всю палату и несколько раз теряла сознание от невыносимой боли, которую она никогда раньше не испытывала. Но вскоре младенец появился на свет, и ее мучениям пришел конец. Бледная перепуганная акушерка Вера, держа окровавленного новорожденного на руках, не могла оторвать от него взгляд полный ужаса и смятения.

Она не отдала его матери. Это могло очень сильно напугать и без того ослабевшую женщину.

Она смотрела на малыша и не верила своим глазам, перед которыми шевелилось нечто страшное и отвратительное. Ей даже показалось, что оно улыбнулось ей и подмигнуло одним глазом. Она встряхнула головой, чтобы выйти из оцепенения, на секунду зажмурила глаза, потом снова их открыла в надежде увидеть нормального обычного младенца, но ничего такого не произошло. Все было по-прежнему. И выглядел он также страшно.

- Господи, что же это? - Акушерка повернулась к сестре и показала то, что шевелилось у нее в руках. В ответ сестра лишь в ужасе покачала головой и тяжело вздохнула. Стараясь не показывать ребенка матери, возле которой крутился врач-гинеколог, акушерка быстро запеленала его и отдала сестре, которая, кивнув головой в знак согласия, тут же направилась к выходу из родильного зала.

- В одиннадцатую его! - проговорила она дрожащим голосом. Конечно, для нее это не было неожиданностью. Она видела это при проведении ультразвукового исследования плода матери еще за месяц до родов, но все равно ничего не могла с собой поделать.

Тогда она надеялась, что это какая-то ошибка, или может быть неисправность оборудования и ребенок родиться нормальным и здоровым, но никакой ошибки не было. Ребенок родился ужасным и отвратительным. Как и те остальные, которые находились в одиннадцатой палате и от которых отказались их матери.

- Хорошо, - отозвалась медсестра, осторожно держа в руках белый сверток с новорожденным младенцем. - В одиннадцатую.

- Покажите мне его, - попросила мать.

- Сейчас нельзя! - строго и даже как-то испуганно отозвалась акушерка. - Сейчас, отдыхайте.

Медсестра вышла из палаты.

Вера последовала за ней. Осторожно закрыв за собой дверь, она вышла в коридор, прошлась до лестничной площадки и спустилась к открытому окну, чтобы покурить. Но достать сигарету из пачки ей так и не удалось. Сильно тряслись руки, поэтому она решила оставить эту затею, хотя возможно несколько глубоких затяжек привели бы ее в чувства.

Перед глазами всплыл этот ужасный образ ребенка, который несколько секунд назад улыбался ей и подмигивал одним глазом. Ноги стали ватными, в глазах потемнело. Вне себя от страха она добрела до стула и села на него, прислонившись к спинке негнущейся скованной спиной. Постаралась унять дрожь во всем теле. Задумалась. А может, ей это просто показалось, может, он вовсе и не улыбался ей и не подмигивал одним глазом?

"Ведь он же еще совсем младенец и не может этого делать" - подумала она, пряча свои дрожащие руки в карманы халата. - "Если только..."

"Если только - ЧТО?!" - услышала она чей-то чужой голос у себя в голове. - "Ну-ну смелей! Продолжай, если уж начала!"

"Да нет, это глупо, надо гнать такие мысли куда подальше".

"А чего ты боишься?" - с насмешкой произнес он.

"Они до добра не доведут, я это знаю. Я не хочу думать об этом".

"Ты можешь не думать об этом, но ведь проблема-то никуда не исчезнет".

- Это не мое дело! - закричала Вера. И тут же заткнула ладонью рот, опасаясь, что кто-нибудь мог услышать ее крик, обращенный к невидимому собеседнику.

"Не надо так кричать. Криком тут не поможешь", - прозвучал голос в ее голове.

- Все! Хватит! - акушерка изо всех сил стукнула себя ладонью по щеке. - Хватит, перестань! С меня достаточно. Я устала от всего этого! Надо просто успокоиться.

"И это не поможет. Но ты ведь прекрасно знаешь, что может помочь, не правда ли?"

Чужой голос в ее голове не хотел сдаваться. С каждым днем он становился все сильней и сильней, и Вере порой казалось, что звучит он вовсе не у нее в голове, а в реальном мире и где-то рядом с ней. Этот навязчивый голос появился с того дня, когда в их роддоме начали рождаться эти странные младенцы.

Хотя назвать ИХ младенцами язык не поворачивался. Но ведь надо же было как-то это объяснить. Здравый разум не мог найти этому какое-нибудь простое и рациональное объяснение, и тогда появился этот голос, который очень просто и понятно объяснил: это дети дьявола. Сначала она отказывалась в это верить, но после того как увидела улыбку на губах новорожденного, и хитрый блеск в его глазах начала задумываться над тем, что твердил ей каждый день этот неугомонный голос в ее больной голове.

Наглотавшись транквилизаторов, она ушла в ординаторскую, где бесшумно работал телевизор. Там некоторое время она сидела у окна, бессмысленно смотрела на пустынную ночную городскую улицу, после чего прилегла на кушетку и заснула крепким тяжелым сном.

Проснулась она уже глубокой ночью, от скрипа открываемой двери, когда в ординаторскую зашел дежурный врач Федоров Петр Васильевич. Вера встала с кушетки, протерла заспанные глаза и поздоровалась с доктором.

- А Верочка, это вы? - проговорил Федоров несколько смущенно, увидев ее в таком нездоровом виде. - Что-то вы неважно выглядите. С вами все в порядке?

- Да, - сухо отозвалась женщина.

- Лицо у вас какое-то бледное.

- Да ничего, все в порядке. Не надо было мне спать под вечер.

- Можете остаться здесь и выспаться.

- Да нет, спасибо, - поблагодарила его Вера и направилась к выходу. - Я пойду к себе.

Она вышла за дверь, и устало зевнула.

Пройдя по длинному светлому коридору несколько палат, она на некоторое время остановилась возле двери с номером "11" и прислушалась. Дежурная медсестра, которая сидела в конце коридора за небольшим столиком возле кушетки, заметив ее, приподнялась и тревожно проговорила:

- Что с вами Вера Сергеевна? Дети плачут?

- А?! - женщина испуганно вздрогнула, и, отстранившись от двери с номером "11", повернула к ней голову и посмотрела на нее с таким видом, словно ее уличили в чем-то нехорошем или даже аморальном. - Да нет, не плачут. Я просто послушала. Все хорошо.

Убрав руки в карманы своего белого халата, Вера двинулась дальше по коридору, прошла мимо стола, за которым стояла дежурная медсестра, ничего не сказав ей, и даже не повернув головы в ее сторону. Медсестра, увидев ее каменно-бледное лицо, хотела спросить, все ли с ней в порядке, но не успела - акушерка исчезла за дверью дежурной палаты, прежде чем та смогла открыть рот.

Медсестра села обратно за стол и покачав головой, открыла книгу.

У себя в дежурной палате, где обычно проводили ночь акушерки, Вера попробовала уснуть. Но не получилось. Все тот же неугомонный и пронзительный голос внутри нее не давал сомкнуть глаз. Голова просто раскалывалась на части от такого наплыва нездоровых и страшных мыслей.

"Что же делать?" - твердила она себе. - "Что же делать?

"Ты сама прекрасно знаешь!" - не унимался голос.

"Нет, я не могу!"

"Иди и сделай это! Ты же видишь, что происходит?!"

"Это не правда!".

"А что тогда, правда?! Это уже пятнадцатый ребенок, отмеченный ИМ! Какими они станут, когда вырастут, как ты думаешь?!"

Вера внезапно вскочила с кушетки.

"Правильно!" - возрадовался голос. - "До тебя, наконец-то, дошло. Нельзя терять ни минуты. Ты должна сделать то, что нужно. Господь отблагодарит тебя за все страдания! Не сомневайся!".

Она направилась к двери.

"Иди и сделай это!" - прокричал голос ей в след. - "Иди и сделай...

И Вера вышла в коридор.


* * *

На деревянных ногах она двинулась прямо по коридору к палате с номером 11. Дежурная медсестра, оторвав взгляд от книги, посмотрела на нее и ужаснулась. В этот момент Вера была похожа на приведение. Вся скованная, сгорбленная, с бледным неживым лицом, пошатывающейся походкой и трясущимися изогнутыми руками она была похожа на старую больную старуху.

- Вам плохо, Вера Сергеевна? - встревожено проговорила медсестра, вскакивая из-за стола.

Акушерка ничего, не сказав и даже не посмотрев в ее сторону, прошла мимо нее, и ускорила шаг. Медсестра двинулась следом за ней. На ходу она окликнула ее еще несколько раз, но женщина так и не остановилась, никак не реагируя на ее слова.

Медсестра шла за ней и прислушивалась. До нее доносилось едва слышимое бормотание, но она могла бы поклясться, что этот голос не принадлежал акушерке. Что же с ней такое случилось, что она заговорила не своим голосом?

Вера подошла к двери с номером 11 и дернула за ручку. Дверь оказалась запертой на ключ. Она уже хотела повернуться назад и идти обратно к себе, чтобы поспать, но негодующий голос у нее в голове снова разразился властными призывами.

- Что с вами, Вера Сергеевна? - услышала она позади себя голос медсестры и резко обернулась.

- Почему дверь закрыта? - проговорила она с некоторой долей негодования. Но это был не ее голос, скрипучий и низкий, он вырывался из ее рта, но ей не принадлежал. Так разговаривают раздраженные и злые старики, но никак не женщины.

- Я всегда закрываю дверь, - виновато произнесла сестра, взволнованно гладя на нее. - Вам плохо? Что-то случилось?

- Мне хорошо, и ничего не случилось! - зло бросила Вера, сверкая безумными глазами. - Где ключ? Он у вас? Дайте мне его сюда!

- Зачем?!

- Я сказала, дайте!!!

- Простите, не могу.

- Тогда открой эту чертову дверь! - сквозь зубы процедила Вера, чувствуя, как голова ее начинает гудеть и раздуваться от переполнявшей ее злобы.

- Давайте, я позову доктора, мне кажется, вам нужна помощь, - с этими словами медсестра повернулась и двинулась в конец коридора, направляясь в ординаторскую за доктором Федоровым.

- Стоять!!! - Вера издала такой яростный и леденящий душу вопль, что девушка непроизвольно вздрогнула и остановилась. Она повернулась к ней и побледнела.

- Не надо никого звать, - проговорила Вера подозрительно спокойно и натянуто улыбнулась. - Все в порядке. Мне не нужна помощь и я превосходно себя чувствую. Просто хотела посмотреть на детей. Вот и все.

Она отошла от двери с номером 11, и спокойно зашагала обратно к себе в кабинет. Вскоре она исчезла за дверью и в коридоре вновь воцарилась тишина.

Медсестра, чувствуя, как в груди бешено колотиться испуганное сердце, некоторое время стояла на одном месте, потом вернулась к себе за столик. Но сесть за него она так и не успела.

Дверь дежурной палаты распахнулась, и Вера Сергеевна снова вышла в коридор. На этот раз в руках у нее был длинный кухонный нож. Глаза сверкали злобой и ненавистью. Движения были решительными и уверенными. Сжав нож в правой руке, она двинулась в сторону медсестры.

Девушка в ужасе и недоумении попятилась назад.

- Что...что вы делаете? - заикаясь, проговорила она, продолжая пятиться назад, в конец коридора. - Зачем вам нож? Что вы собираетесь делать? Что с вами?

- Разве ты ничего не понимаешь? Их надо уничтожить!!! Уничтожить всех до одного. Это дети дьявола!

Акушерка надвигалась на нее, продолжая твердить одни и те же слова. Напуганная до смерти девушка пятилась назад.

Внезапно она оступилась и упала на спину.

Вера бросилась в ее сторону.

Медсестра тут же вскочила на ноги и громко закричав, побежала к выходу из коридора.

Акушерка все же догнала ее и размаху вонзила нож в спину.

Девушка, издав болезненный вопль, упала на живот.

На отчаянный крик раненой медсестры в коридор из ординаторской выскочил доктор Федоров. Вера, тем временем, продолжая сжимать окровавленный нож в правой руке, склонилась над своей жертвой и принялась обыскивать карманы ее халата в поисках ключа от палаты с номером 11.

- Что здесь происходит? Вера Сергеевна это вы? О, нет! - Василий Петрович немедля подбежал к раненой медсестре, которая болезненно стонала на полу с кровоточащей раной на спине. - Что случилось?! Откуда у нее кровь?! Вера Сергеевна, помогите мне!

Доктор склонился над раненой девушкой, поэтому не мог видеть, чем была занята акушерка. А она в это время убрала связку ключей в карман халата и занесла над головой руку с ножом, чтобы ударить им доктора.

- Вера?! Что же вы стоите?!

Василий Петрович поднял голову, и обезумевшая акушерка тут же набросилась на него. Лезвие ножа промелькнуло в нескольких сантиметрах от его лица. Федоров вовремя успел отпрыгнуть в сторону. Но женщина попыталась ударить его снова.

- Остановись! Что ты делаешь?! - прокричал он.

Вера с размаху попыталась нанести удар.

Доктор подставил согнутую в локте руку, блокировал удар и выбил нож из ее руки. Ножик упал на пол, возле ног доктора. Скрутив обезумевшую женщину, он откинул нож в сторону носком ботинка и завел ее руки за спину.

Вера вдруг ослабла и начала плакать.

Федоров почувствовал, что она больше не опасна, выпустил ее из своих рук и отошел назад. Женщина медленно опустилась на пол и принялась рыдать, закрыв лицо руками.

- Что случилось, Вера?! Что с тобой?

Она не слышала его слов. Она слышала только голос. Этот неугомонный требовательный голос в своей голове. Вскочив на ноги, она бросилась в конец коридора, направляясь к выходу из здания. Доктор не побежал за ней следом, он склонился над раненной медсестрой и принялся осматривать рану.

- Что случилось Ира, что здесь произошло? - тревожно проговорил он, доставая из кармана своего халата мобильный телефон.

- Она...она хотела открыть дверь и убить их, - с трудом ответила девушка, превозмогая дикую боль у себя в спине. Она потеряла сознание, прежде чем доктор задал еще один вопрос.


* * *


После того как машина скорой помощи увезла раненную медсестру в реанимационное отделение, в роддом прибыла оперативная группа во главе с дежурным следователем из полиции. Доктор встретил их у входных дверей и провел в коридор, к тому месту, где все и произошло. Криминалист вместе со следователем сразу приступили к осмотру места происшествия. Доктор находился здесь же, отвечал на вопросы следователя. Он рассказал ему все что видел и даже выдвинул некоторые предположения.

Двое оперативников выслушав его рассказ, отправились на поиски акушерки, которая исчезла еще до того, как Федоров вызвал скорую помощь. Следователь укорил его за то, что тот сразу не рассказал ему о ней при встрече, потому, что теперь ее найти и задержать будет не так-то просто.

- Вы понимаете, что она преступница? Ваша сотрудница попыталась убить медсестру и скрылась с места преступления! А теперь разгуливает по улицам! Ее следует задержать и провести экспертное обследование на предмет вменяемости.

- Да я понимаю, - тяжело вздохнув, произнес доктор. - Но мне кажется, она никуда не убежала. Она где-то здесь. Она не будет скрываться.

- Будем на это надеяться, - недовольно бросил следователь.

- А ведь я знал, что это рано или поздно произойдет. Я чувствовал. Я замечал, что с Верой, что-то происходит. Она находилась в этом состоянии уже несколько месяцев и вот не выдержала.

- В состоянии невменяемости вы хотите сказать.

- Ну, в общем...да. Ее психическое здоровье пошатнулось, после того как у нас начали рождаться дети с отклонениями, и вот что из этого вышло.

- С какими отклонениями? - следователь насторожился.

- Они рождались не совсем здоровые.

- Может, поясните?

- Дети были обезображены.

- В смысле?

- Они имели разные физические недостатки. Матери от них отказывались, и мы помещали детей в палату номер 11, куда и хотела проникнуть Вера.

- Зачем?

- Что бы убить их, я полагаю.

- С чего вдруг такие выводы?

- По словам Ирины, нашей медсестры, она сказала, что их надо уничтожить и что они дети дьявола. Это было перед тем, как она напала на нее.

- Дети дьявола? - усмехнулся следователь.

- Да. Она так и сказала.

- Что ж выходит это дети свели ее с ума?

- Сложно сказать, - доктор пожал плечами. - Я не знаю.

- Я могу взглянуть на них?

- Если это так важно...

- Это очень важно!

Внезапно в коридор вбежали запыхавшиеся оперативники.

- Игорь Петрович, - выпалил один из них, - можешь закрывать дело. Мы нашли акушерку.

- Почему закрывать? - в недоумении проговорил доктор.

- В связи со смертью субъекта преступления, - с некоторой долей иронии произнес довольный оперативник. - Она повесилась в котельной, там мы ее и нашли. Сняли. Но уже поздно.

Следователь, до этого сидевший за столом с хмурым видом и заполнявший протокол осмотра места происшествия вскочил на ноги и довольно ухмыльнулся.

- Ну, пойдем, покажете, - проговорил он, не веря в такую удачу, и они ушли, оставив недоумевающего доктора одного. Он не хотел идти в котельную и смотреть на труп своей коллеги, он ушел к себе в ординаторскую и, открыв бутылку коньяка, подаренную ему родителями одного из новорожденных, отпил прямо из горлышка, чтобы поскорей снять нервное напряжение.

После того как увезли труп акушерки, повесившейся на водопроводной трубе, следователь Иванов вернулся обратно в коридор и после недолгих поисков нашел доктора Федорова у себя в ординаторской в нетрезвом виде.

Бутылка коньяка исчезла со стола, но запах спиртного по-прежнему витал в помещении. Следователь укоризненно посмотрел на Федорова, но ничего не сказал. Он понимал, что ночь у него выдалась тяжелая, и неожиданная смерть его коллеги по работе неблагоприятно отразилась на его душевном состоянии.

- Так и есть, - проговорил Иванов, отодвигая себе стул и присаживаясь напротив доктора. - Поняла, что натворила и удавилась. Не выдержала груза ответственности.

Доктор промолчал.

Иванов ободряюще похлопал его по плечу.

- Если бы не вы, все могло закончиться куда хуже.

Федоров лишь тяжело вздохнул. Следователь продолжил.

- Доктор, а что дети?

- Какие дети? - Василий Петрович в недоумении посмотрел на него красными печальными глазами.

- Вы рассказали мне о детях в одиннадцатой палате, с какими-то физическими недостатками. Именно в эту палату хотела пробраться ваша акушерка. Не так ли?

- Ах, да, дети... - доктор поднял взгляд и кивнул головой. - Вы по-прежнему хотите на них взглянуть?

- Конечно.

- Тогда наденьте халат и бахилы, - Василий Петрович указал на вешалку, где висели два белых медицинских халата, а под ней в картонной коробке лежали одноразовые полиэтиленовые бахилы. - Пойдемте.

После того как следователь облачился в медицинскую одежду, они вышли из кабинета и направились смотреть на детей. Доктор провел его по коридору, достал из кармана связку ключей и отворил палату с номером 11. Пройдя внутрь, он пропустил следователя вперед, давая ему, возможность рассмотреть то, что там находилось.

- Только не шумите! - строго проговорил Федоров. - Они могут проснуться.

- Я понял, - прошептал следователь и кивнул головой. - А если все же проснуться то, что тогда?

- Проходите!

Иванов вошел в палату.

После чего доктор закрыл за ним дверь и остался стоять у порога.

В прозрачных пластиковых камерах, предназначенных, для вынашивания детей, родившихся ранее положенного срока, лежали новорожденные младенцы. Обычно в такие камеры, где поддерживается необходимая температура, и куда поступает искусственное питание, помещают семимесячных детей, нуждающихся в особом уходе.

Следователь устремил свой внимательный взор на камеры.

С расстояния в пять-шесть метров дети, лежавшие в них, показались ему совершенно нормальными, но когда он подошел ближе, то увидел то, что даже его, взрослого крепкого мужика, повидавшего на своем веку много всего страшного и невероятного, просто повергло в шок. Он стоял как парализованный и смотрел на них не в силах отвести взгляд.

Доктор подошел к нему с боку и остановился.

- Довольно печальное зрелище, - вздохнул Федоров. - Я не могу долго смотреть на это.

Следователь почувствовал запах спиртного у него изо рта, но не обернулся и ничего не сказал. Сейчас он и сам не отказался бы от стакана водки.

- Теперь вы понимаете? - тихо проговорил доктор, - как трудно сохранить рассудок, когда приходиться видеть, как появляются на свет такие вот дети?

В небольших пластиковых камерах под прозрачным стеклом лежали дети с врожденными физическими патологиями тела. Всего их было пятнадцать. Пятнадцать уродливых малышей. У одного из них было две головы, у второго голова росла из груди, у третьего голова вообще имела форму искривленного фрукта, больше всего похожего на яблоко. У кого-то вместо ног росли еще одни руки. А у кого-то кроме двух ног росла еще одна, третья нога.

Были здесь и сросшиеся близнецы, у которых на двоих было всего две руки, две ноги и голова, состоявшая из двух половин. Дети с лицами стариков, а то и вообще без лиц. Дети с длинными как у обезьян руками. Дети, тела которых были покрыты черным и густым волосяным покровом. Были здесь и такие, которые вообще не были похожи на человеческих детей - какие-то страшные, не встречающиеся в природе существа, не имеющие частей тела.

- Пойдемте! - Василий Петрович вывел потрясенного Иванова из палаты, осторожно закрыл за собой дверь и убрал связку ключей в карман своего халата. Следователь долго не мог заговорить, но когда он вышел из оцепенения, заговорил уже совсем другим, сухим дрожащим голосом, в котором доктор Федоров уловил еле заметные нотки страха.

- Уродцы в Кунсткамере по сравнению с ними просто ангелы.

Доктор Федоров лишь пожал плечами и тяжело вздохнул. Он никогда не был в Кунсткамере и не видел там выставленных на всеобщее обозрение обезображенных младенцев, которых следователь назвал уродцами.

- Но почему их так много? - проговорил Иванов, проглатывая застывший в горле ком.

- Я не знаю, но в других роддомах города происходит примерно то же самое. Небывалый всплеск рождаемости детей с врожденными патологиями. Никто не может объяснить, почему это происходит. На прошлой неделе я был на семинаре, посвященном этой проблеме. И что же вы думаете? Они пришли к тому, что это, так сказать, результат нездорового образа жизни их родителей в момент зачатия или после него: алкоголь, курение, наркотики и т.д., ну, в общем, сами понимаете. Естественно нашим властям всегда проще скинуть вину на простых людей, чем взять ответственность на себя. Так же как и с лесными пожарами. Как всегда человеческий фактор. А то, что никто за лесом не следит, никто не роет пожарных рвов, только вырубают, да за границу вывозят. Один лесник на весь район! А техника?! Где техника? Я когда в Сибири работал, это еще в 90-е было. Так вот там каждый день с вертолета производили осмотр секторов. А теперь что? Теперь только нефть выкачивают. Вот и вся экономика! Человек теперь государству не нужен. Нужен только обслуживающий персонал.

- Так что там, на семинаре? - прервал следователь его тираду.

- На каком семинаре?

- По поводу этих детей.

- Пришли к выводу, что это последствия образа жизни молодого поколения.

- А вы что?

- А я не согласен, - отрицательно покачал головой доктор. - Я был знаком со многими матерями этих детей, почти все эти женщины в момент зачатия и после него, не прикасались, ни к алкоголю, ни к табаку и тем более к наркотикам. До зачатия, да - признавались, что пробовали, но это было давно.

- В чем же тогда причина?

- Если бы я только мог знать...

- И что совсем никаких догадок?

- Нет, некоторые мысли у меня все же имеются.

- Со мной поделитесь, или это тайна?

- Да какая это тайна?! - усмехнулся Федоров. - Нет никакой тайны. Я думаю, это не простая случайность. Вот и всё. И дело тут не в образе жизни молодого поколения. Хотя и это тоже очень важно. Просто кому-то это очень нужно. Вот, что я думаю.

- И кому же это нужно?

- Понятия не имею.

Доктор Федоров призадумался. Некоторое время они провели в молчании. После чего следователь проговорил каким-то странным тоном, в котором доктор смог почувствовать некоторую долю отвращения.

- Почему вы держите их в этих камерах?

- Для поддержания жизнедеятельности их неокрепших организмов, - спокойно ответил Федоров, прекрасно понимая смысл заданного вопроса.

- А вы уверены, что это правильно? Почему бы просто не избавиться от них? Ведь в будущем они не принесут никакой пользы ни государства, ни обществу.

Доктор ничуть не смутился. Он отвернулся к окну и задумчиво проговорил:

- А от инвалидов мы тоже должны избавиться?

- Вы меня неправильно...

- А от тяжело больных? А от пенсионеров?

- Я не...

- Давайте избавимся от всех слабых, немощных и ненужных.

- Зачем же так...

Иванов смущенно молчал, не зная, что и сказать.

Не обращая на него никакого внимания, Федоров продолжил:

- Я считаю, что мы с вами люди полноценные, здоровые, а главное способные трезво мыслить и рассуждать, в отличие от животных и бездушных тварей, не имеем право, даже думать об этом. Вот если вы, не дай бог, попадете в аварию и потеряете обе ноги, сломаете позвоночник, обезобразите свое лицо и станете абсолютно бесполезным во всех отношениях человеком, как для государства, так и для общества. Что тогда? Прикажете от вас избавиться?

- Я?.. Обе ноги?.. Избавиться?..

- Простите меня, - вздохнул доктор Федоров. - Не сдержался.

- Всё в порядке, - покачал головой Иванов.

Вдвоем они направились в ординаторскую.

Больше следователь не задавал никаких вопросов.


* * *


Ничто не предвещало беды, когда завуч средней общеобразовательной школы Тимофеева Инна Аркадьевна вошла в школьную столовую, которая к этому времени уже была заполнена учащимися из самых разных классов. Многие из них сидели за столами, другие стояли в очереди с пластиковыми подносами в руках и шумно переговаривались между собой.

Она направилась к учительским столам, где уже сидели две женщины среднего возраста и с серьезным видом обсуждали что-то важное. Это были учителя химии и математики. Пожелав им приятного аппетита, она подошла к высокому столу, на котором лежали чистые вымытые подносы, и, взяв один из них, направилась к стойке, предназначенной для выдачи еды только учителям.

Увидев завуча, повариха Жанна поздоровалась с ней, натянуто улыбнулась и, открыв алюминиевую кастрюлю, где хранилось теплое картофельное пюре, запустила туда большую сверкающую поварешку. Инна Аркадьевна заметила, что повариха была слишком бледная и слегка пошатывалась. Ее молодая помощница, которая по обыкновению подменяла ее, когда это было необходимо, вообще отсутствовала на своем рабочем месте.

- Жанночка, в чем дело, ты заболела? - поинтересовалась она, в недоумении глядя на бледную женщину, накладывающую еду в фаянсовую тарелку.

- Да нет, просто от плиты голова немного болит с утра, а так все нормально, - устало проговорила та, поправив белый поварской колпак и вытерев со лба липкий холодный пот.

- Почему ты одна?

- Ольга ушла, сказала, что плохо себя чувствует. Я ее отпустила. Лица на ней не было. Мне с начала тоже плохо было, потом когда таблетку выпила, вроде легче стало. Наверное, это все из-за перемены погоды, Ничего, скоро пройдет.

- Ну, ты смотри - не болей.

- Нет, нет, мне нельзя...

Тимофеева достала из морозильной витрины блюдце с салатом Оливье, поставила его на поднос и, поблагодарив Жанну, направилась в сторону учительских столов. На ходу она бросила короткий взгляд на сидящих за своими столами учеников, которые вероятно пришли сюда раньше других.

Выглядели они как-то странно и необычно. Сначала она не могла понять, что именно показалось ей странным и чем эти ученики так отличались остальных. Но когда пригляделась внимательнее, то заметила, что они были слишком бледные и сидели на своих местах, не производя вообще никаких движений. Только изредка покачивались из стороны в сторону.

Какое-то тревожное чувство закралось ей в душу.

Не отрывая взгляда от этой группы странных учеников, Тимофеева села за учительский стол и поставила перед собой поднос с едой. Наблюдая за ними, она все никак не могла понять, в чем же дело?

Мимо проскочил учитель физкультуры, Владимиров Юрий Кузьмич. Весело поприветствовав своих коллег, он направился к столу с чистыми подносами. Тимофеева отвела недоумевающий взгляд от учеников и посмотрела на еду в своих тарелках. Взяв ложку в руку, она решила приступить к принятию пищи, но отобедать сегодня ей так и не удалось.

В ту же секунду где-то в стороне раздался, какой-то странный грохот и звон посуды. Он исходил от того места, от которого несколько секунд назад отошла Тимофеева. Она, как и многие другие посетители столовой, которые услышали этот странный шум, резко повернула голову в ту сторону и увидела, как испуганный Владимиров бросился к стойке, на которой без сознания лежала повариха.

Она лежала на животе, лицом вниз.

Кастрюля с едой была опрокинута.


* * *


Откинув пустой поднос в сторону, физрук ловко перепрыгнул через стойку и попытался привести в чувства находившуюся в обморочном состоянии женщину. Ее грузное тело, выскользнуло из его рук, сползло вниз и упало на пол.

- Что с ней? - тут же раздался испуганный возглас учительницы математики, которая сидела рядом с Тимофеевой.

- Не знаю, мне кажется, она упала в обморок, - не отрывая взгляда от стойки, взволнованно проговорила та, откладывая, пустую ложку в сторону. - Когда я подошла к ней, она сказала, что у нее болит голова и что она плохо себя чувствует. Что-то здесь не так!

- Почему?

- Посмотрите, что происходит...

Инна Аркадьевна не договорила. Внезапно в другой стороне, где сидели школьники, раздался такой грохот, словно что-то упало на пол. Послышались испуганные девичьи возгласы.

Две учительницы разом повернули головы в ту сторону.

Там в самой середине зала, между двух столов лежало тело молодого парня старшеклассника, который, по всей видимости, потерял сознание, когда пытался встать из-за стола и упал на холодный кафель, возле ног испуганных учеников, опрокинув при этом несколько стульев.

- Вот! - дрожащим голосом изрекла Тимофеева, испуганно выкатив глаза из орбит. - И с ним то же самое!

- Что с ним?! - взвизгнула нервным голосом учительница химии.

Тимофеева повернулась к учительнице по математике и испуганно посмотрела на нее.

- Вы ели? - взволнованно проговорила она.

- Что? - не поняла та.

- Вы ели?

- Что ели?

- Вы уже ели эту еду?

Женщина в недоумении посмотрела на свою тарелку и перевела тревожный взгляд на Тимофееву. В ответ та кивнула головой.

- Еда отравлена!

- О господи! Что же теперь делать?!

Внезапно в другой части столовой раздался уже знакомый грохот падающих на пол человеческих тел и послышались испуганные и недоумевающие возгласы. Там еще двое парней уже лежали на полу. Тимофеева заметила, как еще три девочки упали на пол вслед за ними. В другом конце помещения несколько ребят выскочив из-за столов и болезненно морщась, схватились за животы и начали содрогаться в рвотных судорогах.

Инна Аркадьевна, наконец-таки, пришла в себя и поняла, что должна что-то предпринять, так как дети к этому времени уже начали падать на пол один за другим.

Учитель физкультуры, оставив обездвиженное тело поварихи, бросился на помощь ученикам. Тимофеева вскочила со стула и вдруг почувствовала, как чья-то рука схватила ее за плечо. Это была учительница математики, которая таким образом пыталась удержаться на ногах. Другой свободной рукой она схватилась за свою шею и захрипела от удушья. Закатив глаза, она попыталась что-то сказать, но не смогла. Колени ее подкосились, и она упала на пол возле ног Тимофеевой, которая так и не смогла ее удержать.

Испуганная учительница химии, которая сидела неподалеку от них, вдруг вскочила из-за стола и неестественно подняла голову вверху. Из ее груди вырвался сдавленный хрип. Она закатила глаза, зашаталась. Пытаясь руками найти опору, она зацепилась за край скатерти и, опрокинув все предметы, которые до этого стояли на столе, упала на пол рядом с учительницей математики.

Опрокинутый стакан откатился в сторону.

Скатерть свалилась на пол.

Застыв на одном месте, словно парализованная, Инна Аркадьевна в ужасе смотрела на безжизненные тела своих коллег и долго не могла оторвать от них взгляд. Выйти из оцепенения ей помог грохот в центре зала.

- Эй, ну что вы стоите?! - закричал физрук, когда она повернула голову в его сторону. - Вызывайте скорую. Я побегу в медпункт за фельдшером.

Тимофеева кивнула головой.

Выпустив из рук безжизненное тело одного из парней-старшеклассников, учитель физкультуры Владимиров вскочил на ноги и быстро выбежал из столовой. Инна Аркадьевна дрожащей рукой извлекла из кармана мобильный телефон, но правильный номер набрала не сразу, так как от волнения не смогла его вспомнить.

Сначала она набрала 03, но ничего не услышала. Она набрала еще раз, но телефон сбросил звонок. В ужасе она снова набрала эти две цифры, но в трубке что звякнуло, и опять воцарилась таинственная тишина.

Тимофеева долго ждала, когда ей ответят, но трубка почему-то молчала. Посмотрев на дисплей, она увидела надпись на английском языке please call 112. Она попыталась вспомнить, что же означают эти слова, но в таком шоковом состоянии, она вряд ли смогла бы вспомнить иностранный язык. Но тут голову пронзила спасительная мысль, что с мобильного нужно звонить по номеру 112 и дрожащими пальцами набрала номер.

Услышав голос, она быстро заговорила в трубку, но поняла, что ее не слушают.

"...- в случае пожара нажмите 1, - продолжал спокойный голос робота.

- А зачем пожар? - заикаясь, проговорила Инна Аркадьевна и заплакала. - Мне нужно скорую...

От нервного напряжения она случайно скинула звонок, поднесла телефон к лицу и посмотрела на дисплей тупым взглядом. Уже прошло больше минуты, а она все еще никому не сообщила о происшествии. А это означало, что на помощь им никто не спешил. От этой мысли ей стало совсем страшно. А этот панический страх сковал ее еще сильнее. Возможно в спокойной ситуации, она смогла бы вызвать помощь гораздо быстрее, но сейчас, мозг словно отключился, и поэтому у нее ничего не получалось.

- Что тебе надо?! - зло закричала она на телефон. - Какого черта тебе надо?!

Только с третьего раза ей удалось дозвониться до диспетчера скорой помощи. Оказывается, нужно было прослушать сообщение до конца, а потом набрать цифру 3 и только после этого дурацкая система соединила ее с ближайшим диспетчером скорой помощи.

Тем временем ученики, которые минуту назад стояли в очереди за едой, побросав подносы, бросились на помощь тем, кому было совсем плохо. Они, включая и завуча и учителя физкультуры, не успели отведать отравленную пищу, поэтому с ними все было в порядке. А вот с другими было совсем плохо.

Вскоре прибежал фельдшер.

- Я уже вызвала скорую! - прокричала Тимофеева, когда он увидел, что творилось в столовой.

- А что толку?! - зло выкрикнул парень в белом халате. - Вы сказали им сколько пострадавших?

- Нет...

- Сколько машин приедет?

- Я не...

- Нужен транспорт! Всех нужно доставить в больницу!

Фельдшер быстро сообразил, что на одной машине скорой помощи такое количество отравленных учеников, находящихся в тяжелом состоянии, в больницу сразу не перевезешь. Да и одна бригада скорой помощи тут не справится.

- Где сейчас школьный автобус?!

- Его забрали!

- Кто забрал?

- Администрация района попросила...

- Еще есть транспорт?!

- Я не...

* * *


Не дождавшись ответа, он принялся оказывать первую помощь лежавшим на полу ученикам. Делал искусственное дыхание, массаж сердца тому, кому это было необходимо. Перебегал от одного к другому. Проверял пульс. По его бледному и нервному лицу было видно, что дела обстояли хуже некуда.

Тимофеева, понимая безвыходность и критичность всей ситуации, выскочила из столовой и столкнулась с физруком у самого входа. Не останавливаясь, она побежала дальше.

- Вы куда?! - прокричал он ей вслед.

Она что-то выкрикнула ему в ответ, но он так и не понял что именно. Пробежав вниз по лестнице, Инна Аркадьевна спустилась в просторный холл и бросилась в сторону кабинета директора школы. Когда она ворвалась к нему, вся бледная и до смерти напуганная он тут же вскочил с кресла и устремил на нее взволнованный и недоумевающий взгляд.

- В чем дело? Что с вами?

Дрожащим и нервным голосом она рассказала ему, что произошло в столовой. И что надо как можно быстрее перевезти более трехсот отравленных учеников в больницу. Директор, сохраняя самообладание, сел за стол и задумался.

- Нужен транспорт! - в отчаянии проговорила Тимофеева, упав в кресло и опустив голову на руки.

- Я понимаю, - тяжело вздыхая, проговорил мужчина, и, сняв телефонную трубку с аппарата, набрал короткий номер. В трубке послышался женский голос диспетчера из службы вызова такси.

Директор слегка взволнованным, но уверенным голосом, объяснил ей ситуацию и попросил направить к школе все свободные машины. Девушка ответила, что конечно попытается чем-нибудь помочь, но сделать то, что он просит, будет не так-то просто. Она начала объяснять ему, почему это так сложно, но директор не дал ей договорить.

- Я заплачу! - решительно проговорил он. - Я оплачу все расходы. Все расходы, которые понесет ваша фирма. В этом можете не сомневаться. Я даю вам слово.

- Ну, хорошо. Ждите.

На этом разговор закончился.

Директор даже не успел сказать спасибо.

Не прошло и пяти минут, как к парадному входу школы подкатила довольно потрепанная иномарка. Вскоре приехала и машина скорой помощи. Отравленных учеников начали выносить из здания. Увидев их безжизненные тела, водитель такси вытащил мобильный телефон и обзвонил всех своих товарищей. Вскоре у главного входа было уже больше десятка автомобилей, и они всё прибывали и прибывали. Таксисты помогали здоровым ученикам выносить отравленных, и никто из них в это время даже и не думал о расходах на бензин, упущенной выгоде и других мелочах.

Доктор из реанимационной бригады распоряжался, куда именно следует везти пострадавших. Машины уезжали, приезжали новые. Школьный фельдшер и учитель физкультуры, не успев погрузить бездыханное тело одного ученика в машину, бежали обратно в столовую, чтобы вынести другого.

Директор школы тоже помогал выносить своих подопечных. В тот момент он не мог даже и подозревать, что вся ответственность за массовое отравление детей в этой школе целиком и полностью ляжет на его плечи, после того как его необоснованно обвинят в несоблюдении санитарных норм и правил в школьной столовой.

* * *


Олег разлегся на диване перед телевизором и, отыскав нужный канал, прибавил громкость. На экране появился человек с микрофоном в руке, известный шоумен, и телеведущий одной очень популярной передачи. Камера снимала его крупным планом. Он заговорил быстрым и отточенным голосом, в котором чувствовалась наигранная экспрессия и поддельная тревога:

- Страна содрогнулась от тех ужасных событий, которые унесли и исковеркали множество жизней ни в чем неповинных людей. Что это? Преступная халатность, несчастный случай или чей-то тайный умысел? Виновные найдены и наказаны. Но виновны ли они в действительности? Многие считают, что нет. Но если это так, то кто тогда виновен? Кто смог сотворить такое и остаться на свободе? Как всегда мнения разделились...

В студии возникла пауза.

Он обвел всех присутствующих решительным взглядом.

Зал молчал, он продолжил:

- И сегодня, в прямом эфире мы и попытаемся это выяснить. Кто виноват в гибели молодых людей в ночном клубе Петербурга? Кто виноват в отравлении детей в трех Московских школах? Кто виноват в небывалом всплеске рождаемости детей инвалидов с физиологическими патологиями? Существует ли связь между этими событиями или же это простое совпадение, как пытаются убедить нас власти? Мы попытаемся сегодня во всем этом разобраться. Тема нашей сегодняшней передачи - Необъявленная война. И сейчас вы поймете почему?

Внезапно его голос прервался.

Он стоял на одном месте и молчал, как будто прислушивался к чему-то или к кому-то. Длилось это не долго, поэтому почти никто в студии не заметил странной паузы в его монологе. Не прошло и пяти секунд, как он снова заговорил в микрофон, но теперь его голос был по-настоящему взволнован.

- Да... хорошо... Мы прервемся на рекламную паузу, после которой гости в студии помогут нам во всем разобраться и ответить на все вопросы. Не переключайтесь, оставайтесь с нами.

На экране возникла знакомая всем телезрителям заставка с ярким музыкальным сопровождением, после чего начался первый рекламный ролик. Олег временно перешел на другой канал, а ведущий в студии вышел за кулисы.

В его наушнике звучал взволнованный голос режиссера теле-трансляции:

- ... боюсь это серьезно. Может быть, стоит ответить?

- Ну, хорошо, - проговорил шоумен в скрытый микрофон и прижал наушник к уху. - Давай соединяй, только быстро!

Сначала послышалось характерное потрескивание, после чего твердый и холодный голос произнес:

- Здравствуйте, господин Маклаков, я надеюсь, вы меня узнали.

Ведущий вздрогнул от неожиданности, а лицо его заметно побледнело. Хорошо, что здесь его никто не видел, потому что этот неприятный голос очень сильно напугал его, отчего он на некоторое время потерял дар речи.

- Д-да... - заикающимся голосом ответил шоумен. - Узнал... Но как вы нашли?..

- Это не важно. Мы найдем кого угодно и где угодно. Я просто хочу напомнить вам, что ваша жизнь в ваших руках и только от вас зависит ваше будущее. Поэтому сейчас вы должны все сделать правильно. Если вы или люди в студии скажут то, что не должно дойти до общественности, вам придется отвечать за допущенные ошибки. Вы понимаете, о чем я?

- Да. Конечно! Понимаю! Все понимаю!

- Вот и хорошо. А теперь возвращайтесь в студию и делайте то, что должны делать. Мы проследим...

На этом голос оборвался.

Олег вернулся на предыдущий канал как раз в то время когда закончился последний рекламный ролик. Ведущий вернулся в студию, поблагодарив телезрителей за то, что не переключались и, быстро повторив то, что было сказано в самом начале, он подошел ближе к участникам, приглашенным на передачу.

- Разрешите мне представить гостей в нашей студии. Историк, публицист и писатель, Ефремов Алексей Викторович. Депутат Государственной думы, Киренский Николай Михайлович. Настоятель Свято-Михайловского Храма, протоирей отец Всеволод. Актриса театра и кино, заслуженная артистка России, Анна Мариинская. А также директор межрегиональной общественной организации "Спаси свою страну" Вячеслав Горский.

Находившиеся в студии участники телепередачи по очереди вставали со своих мест и кланялись под аплодисменты зрителей, когда звучали их имена и фамилии.

Олег, не отрываясь от экрана, внимательно вглядывался в лица этих людей. Одно из них показалось ему знакомым.

Ведущий продолжил:

- Первое слово я хочу предоставить, публицисту, историку и писателю Ефремову Алексею Викторовичу. Алексей Викторович, все мы знаем, что вы автор книги-исследования, которая наделала много шума в нашей стране и даже за ее пределами. Почему именно Необъявленная война? Что натолкнуло вас на эту мысль? И что в вашей книге реальность, а что художественный вымысел?

Пожилой мужчина в очках и в старом свитере встал со своего места и, не глядя в сторону ведущего, возмущенно проговорил:

- Я прошу прощения, но я не занимаюсь художественной литературой. Все о чем я пишу это проверенные факты. Если вы думаете, что я писатель фантаст, то вы глубоко ошибаетесь. Если вы не верите в то, что я пишу - это ваше право. И, пожалуйста, называйте вещи своими именами.

- Хорошо-хорошо, - закивал головой ведущий. - Мы никого не хотели обижать. Естественно все мы знаем вас и уверены в том, что когда-нибудь ваши произведения станут такими же великими, как произведения Шекспира.

Аудитория отозвалась общим смехом.

- Так, давайте соблюдать тишину, - обратился он к залу. - Прошу вас, Алексей Викторович, продолжайте!

- Дело в том, что я давно занимаясь исследованием проблемы так называемого скрытого терроризма. Дело в том, что это никакой не миф и не художественный вымысел, как полагают многие. Это настоящая скрытая война. Существуют некие силы, о которых мы даже не догадываемся, которые имеют своей целью уничтожение России. Стереть ее с лица земли. Уничтожить народ и его культуру навсегда. Дело в том, что на протяжении всей истории многие исторические личности предпринимали разные попытки для достижения этой цели. Кто-то делал это открыто, как например, Гитлер, кто-то делал это тихо и незаметно. И как раз этим враг и опасен. Мы не знаем его в лицо, мы даже не подозреваем о его существовании. Мы не знаем, на что он способен.

Все внимательно слушали его.

Пожилой писатель историк поправил очки и продолжил:

- Когда были рассекречены некоторые архивы спецслужб КГБ, мне в руки попал документ называемый протоколом Доминианских мудрецов, датированный еще 1901 годом. Мне не удалось сделать копию. Документ странным образом исчез из дела, но я переписал его текст. Там подробно описывается план поэтапного уничтожения России. Кто такие Доминианцы? Единовластители. Так это переводится. Доминианский орден созданный в Испании еще в 1678 году опальными рыцарями, которые спаслись от инквизиции, и ушли, так сказать, в подполье для продолжения своей священной, как они считают миссии, действует и поныне. Именно тогда в 1678 году они поклялись уничтожить все мировые монархии. И как вы все знаете, к началу 20-го века им удалось это сделать.

Зрители внимательно слушали историка.

Даже ведущий, который слышал это уже несколько раз, не отрывая взора, смотрел на него.

Ефремов продолжал свой рассказ:

- Доминианский Орден имеет разветвленную и многоступенчатую систему Доминианских лож по всему миру. Их цель захват власти, сосредоточение ее в одних руках. Создание единого мирового господства. Естественно Россия как Великая мировая держава является для них прямым врагом или соперником. Поэтому ее следует уничтожить. В исследованном мною документе - протоколе Доминианских мудрецов излагается подробный план и рекомендации как это сделать. В первую очередь надо сделать, так что бы смертность превышала рождаемость. А начать надо с уничтожения детей, молодежи, матерей, поскольку они - это будущее нашей Родины. Лишив всего этого нашу страну, они лишат нас будущего.

- И вы считаете, что последние события - это результат деятельности Доминианских лож в России?

Голос ведущего прозвучал как-то скептически.

- Конечно...

- Это параноидальный бред!!! - выкрикнул с места депутат.

- У вас свое мнение?

- Конечно! Да возможно у России много врагов. Но мне почему-то кажется, что молодые люди убивают себя сами. И не надо винить в этом каких-то вымышленных Доминианцев. Может, их специально придумала советская карательная система для уничтожения враждебно-настроенных элементов. А теперь этот псевдо-ученый историк, пытается напугать нас какими-то тайными силами!

Писатель ничуть не смутился:

- А вы в курсе, что многие деятели культуры науки и искусства, а также и некоторые известные политики, чиновники и государственные деятели состоят в тайных Доминианских ложах. Хотите, приведу пример, ну вот хотя бы взять...

Ведущий спешно убрал от него микрофон.

И направился к другому приглашенному участнику.

- Давайте не будем сейчас заниматься обвинениями в адрес конкретных людей, потому что это нам ничего не даст. Отец Всеволод, ваше мнение по поводу недавних событий.

- Я согласен с Алексеем Викторовичем. Да я знаю о существовании Доминианских лож. Доминианцы поклоняются сатане. Сатана направляет их. Они призывают бесов для свершения своих ужасных замыслов. Это колдуны, язычники, выходцы из Шамбалы, что в горах Тибета. Им известны многие секреты сверхчеловеческих способностей, и даже бессмертия. Но спасет нас вера в бога. Ищите спасение в боге. И спасетесь.

Публика одобрительно зааплодировала.

Человек с микрофоном опять подошел к писателю.

- А может быть действительно не стоит поднимать панику. А просто сходить в церковь помолиться за свое спасение, за спасение своей страны, как вы думаете? - поинтересовался у него ведущий.

- Я не согласен с отцом Сергием, - спокойно и уверенно проговорил писатель-историк, переглядываясь со своими оппонентами. - Доминианцы это реальные люди с реальными целями и реальными планами. Здесь нет никакой фантастики и магии. Это...

Актриса не дала ему договорить.

- Простите меня, пожалуйста, но мне кажется, что в стране есть проблемы куда важнее, чем ваш Орден Доминианцев. Взять хотя бы наркоманию или алкоголизм. Вы посмотрите, что твориться у нас в стране, где каждый третий подросток наркоман, а каждый второй алкоголик. И куда смотрит власть?

Депутат тут же вскочил с места:

- Политика в области борьбы с наркомафией у нас находиться на самом высоком уровне. Проблема в том что, рядовые исполнители закона, призванные защищать наших граждан, не достаточно занимаются этой проблемой, жалуясь на мизерную зарплату, которую им и так необоснованно завысили!

Зал зааплодировал!

Актриса немного смутилась.

В ответ на слова депутата писатель Ефремов ответил со знанием дела:

- Государство не занимается крупными дилерами и производителями. Вы, наверное, слышали о палочной системе? Так вот правоохранительные органы сажают только наркоманов и мелких сбытчиков, для галочки и для того чтобы отчитаться перед высшим руководством страны. Крупные же дилеры и производители остаются на свободе, и если их и сажают, то это только потому, что они сами сдают друг друга.

Зрители и на этот раз зааплодировали.

- Вы правы, - продолжил Ефремов, обращаясь к актрисе. - Наркотики это огромная проблема, с которой тоже нужно бороться. Но начинать надо именно с Доминианцев, потому что именно они хотят посадить всю молодежь нашей страны на иглу, с которой она уже никогда не слезет. Нашу молодежь, наших детей целенаправленно уничтожают. Нам объявлена война. Нас хотят стереть с лица земли.

- Все это неправда! - В спор неожиданно вступил директор межрегиональной общественной организации "Спаси свою страну" Вячеслав Горский, мужчина средних лет в строгом сером костюме и галстуке. - Все это напоминает сюжет фантастического романа. Бред сумасшедшего, вот что это такое!

- Знаете в чем сила дьявола? - Историк повернулся в его сторону и испытующе посмотрел на него. - В том, что люди не верят в его существование. Единство избранных, стремящихся к мировому господству, это не бред. Это реальные люди. Кто они? Американцы? Сотрудники ЦРУ? А может быть владельцы международных корпораций? Или исламские террористы? Неизвестно. Но, тем не менее, эта сила существует. Никогда не знаешь, когда они нанесут удар. И каков он будет.

Горский молчал.

Историк-писатель Ефремов повернулся к зрителям и после короткой паузы продолжил:

- Да, наши дети в опасности. У ЭТИХ людей есть цель - уничтожить поколение молодых. Наркотики и вся эта гадость в виде энергетических напитков, курительных смесей - все это направлено на уничтожение нашей нации. В нашей стране идет необъявленная, скрытая война, в которой гибнут наши дети.

Депутат Киренский снова вскочил со своего места:

- Какая еще война?! Какие еще дети?! Вы просто больной человек и несете какую-то ерунду! Нашим детям в нашей стране совершенно ничто не угрожает.

- Тогда почему, все ваши дети учатся за границей?

Депутат не ожидал такого неприятного для него вопроса, поэтому тут же замолчал и сел на место.

Слово взял Горский, директор общественной организации, которая занималась спасением своей страны.

На этот раз он говорил спокойно и уверенно.

- Да, возможно, во всем этом есть некоторая доля правды. - Он окинул зрителей чутким взором и, сделав наигранную паузу, продолжил: - Наши дети действительно в опасности, наша нация в опасности, но в этом виноваты мы сами, а не какие-то там Доминианцы. Мы сами так воспитываем своих детей, что они вместо спортивных залов бегут в свои клубы, принимают там наркотики и употребляют спиртное. Наше общество больно, и вылечить его можем только мы сами.

Зал одобрительно воспринял его слова.

Горский продолжил:

- Вот этот человек, - он указал рукой на историка, - только обвиняет государство, какую-то третью силу, да и вообще несет полный бред. Неужели вы прислушаетесь к нему, к больному человеку? Поверьте мне, государство также заинтересовано в том, чтобы народ его процветал и развивался. А этот человек, он просто не совсем понимает что говорит.

Он кивнул в сторону Ефремова.

Прозвучали аплодисменты.

Депутат, не вставая с места, поддержал его.

- Это действительно так, - возбужденно проговорил он, - государство не заинтересовано в нездоровом и разлагающемся обществе. Поверьте мне, государство защищает своих граждан. Их безопасность - это и безопасность государства тоже.

Писатель усмехнулся:

- Государство занято лишь своей безопасностью, - все также спокойно и уверенно проговорил он. - На безопасность своих граждан им наплевать. Уж, поверьте мне.

Актриса скептически покачала головой:

- Но оно же занимается борьбой с угрозами. С терроризмом, например.

- Выкачиванием нефти и газа и продажей всего этого за границу вот чем оно занимается. У них одна цель набить свои карманы, и что бы им никто при этом не мешал. Для этого и созданы правоохранительные органы. А то, что смертность высокая так это им только на руку, не надо на пенсии тратиться. Власти сейчас нужен только нефтедобывающий и обслуживающий ее персонал. Все остальные - это ненужный груз. Мне достаточно лишь взглянуть на то, как они относятся к пенсионерам. Вот вы! - он указал пальцем на актрису. - Вы смогли бы прожить на пять тысяч в месяц?

- Я?

- Да я вас спрашиваю. Сколько стоят ваши сапоги? Да-да вот эти, которые сейчас на вас.

- Я много работаю и поэтому могу...

- Вот! - воскликнул Ефремов. - Много работать. Сейчас многие жалуются на отсутствие общей национальной идеи в стране. А она на самом деле есть. Просто не все это видят. А звучит она так: УЧИСЬ, - РАБОТАЙ, - СДОХНИ. Выжать из человека ВСЁ, все соки и выкинуть на свалку, вот как это выглядит со стороны. Вот такая политика сейчас у государства.

Закончив, писатель встал с места.

- Вы, извините меня, - обратился он ко всей аудитории, а также и к человеку с микрофоном. - Мы сидим здесь, как стадо баранов и спорим о существовании Доминианцев, а они, тем временем готовятся нанести следующий удар. И для меня совершенно очевидно, что он будет не последним.

Участники передачи еще долго спорили, ругались, высказывали в адрес друг друга неприятные слова, но так ни в чем и не разобрались. Олег ничего другого и не ожидал. В конце историк-писатель подвел итог:

- Вы не верите мне, считаете, что все это бред, но будьте уверены, на этом они не успокоятся. Если этих людей не остановить, страна просто утонет в крови. Как это было в 17-ом. Медленно, но верно они приведут ее к гибели, если все мы вместе не встанем на ее защиту. Доминианцы нанесут еще много скрытых ударов, которые по сравнению с тем, что уже произошло, покажутся вам безобидными шалостями. Они не заставят себя долго ждать. Поверьте мне. А самое страшное, что никого это не интересует, никто не занимается этой проблемой.

Началась реклама.

- Ну почему же никто не занимается? - глядя на экран, Олег усмехнулся и выключил телевизор. - Очень даже занимаются. Просто этого никто не видит.

* * *


На следующий день бывший сотрудник ФСКН, а ныне один из учредителей негосударственного фонда помощи и реабилитации для наркоманов, Олег Громов встал рано утром и отправился в офис своей мифической организации.

Высокое здание бизнес центра из стекла и бетона возвышалось в самом центре столицы. Там на двадцать восьмом этаже как раз и находился фонд помощи и реабилитации для наркоманов. На самом же деле, в реальности никакого фонда не существовало. Это было всего лишь прикрытие.

Олег добрался на лифте до нужного этажа. И оказался в просторном холле с огромными окнами и высоким потолком. Пройдя немного по длинному коридору, он остановился у двери с кодовым замком и принялся нажимать на кнопки с цифрами.

Переступив порог офиса, он тут же столкнулся лицом к лицу с Василием Петровичем Кононовым, отставным полковником ФСБ, директором фиктивного Фонда помощи наркоманам. Полковник фактически являлся, руководителем, всей этой тайной организации, которую он создал на свои собственные средства, собрав вокруг себя надежных и преданных ему людей, к которым он относился не как к подчиненным, а как к младшим братьям или сыновьям.

Одним из таких младших братьев был и Олег Громов, в надежности и порядочности которого Кононов убедился, во время совместной операции проводимой двумя спецслужбами - ФСБ и ФСКН России. Это было задолго до того, как они ушли из органов и занялись тем, чем они занимались и по сей день - борьбой с Доминианским Орденом.

Между ними завязались дружеские отношения. Кононов внимательно присматривался к нему, а когда Олег ушел из ФСКН, полковник пригласил парня к себе, сделав его одним из соучредителей созданного им фонда. Именно тогда Олег узнал, что Василий Кононов, будучи сотрудником КГБ, еще в то время когда страной правила Партия, работал в секретном отделе "G", который занимался борьбой с сектами, со скрытым терроризмом, а также с Орденом Доминианцев в Советском Союзе.

После событий августа 1991 года деятельность отдела "G" была свернута, а накопившиеся материалы за долгие годы работы были уничтожены, трофейные документы, принадлежавшие Доминианскому Ордену, были вывезены за границу с разрешения одного высокопоставленного чиновника из Министерства иностранных дел. После чего полковник вышел в отставку, но на этом его борьба с Орденом Доминианцев не закончилась.

Проблема массового распространения наркотиков в стране, набиравшая обороты после падения железного занавеса, не обошла его семью стороной. Единственная его шестнадцатилетняя дочь, после употребления "розовых" таблеток, которые свободно распространялись в одном из ночных клубах города, пришла вечером домой и выбросилась с одиннадцатого этажа. Она умерла еще до того, как ее привезли в больницу.

Это был тяжелый удар.

Он разыскал продавца этих "чудесных" таблеток. Сделать это оказалось не так и сложно, как он предполагал. Охранник в баре сказал, что позовет его, и ушел. Вскоре перед ним появился симпатичный паренек с помутневшими глазами и с сигаретой во рту.

- Чего тебе папаша? Прижало тебя? - презрительно бросил он, выпустив ему в лицо густое облако из сигаретного дыма. - Если ты пришел за "белым", то у меня, его нет. Я этим не занимаюсь. Иди в другое место.

Нахлынувшее чувство мести и животная ярость затмили рассудок полковника. Он ударил его в лицо. При этом попал кулаком в горящую сигарету, которая тут же вспыхнула снопом красных искр и обожгла ему руку. Боли он не почувствовал.

- Ты чего мужик?! - злобно выкрикнул сбытчик. - Тебе совсем голову снесло!

Полковник нанес второй удар.

Изо рта парня вылетело несколько окровавленных зубов.

- Наркоман проклятый! - Его крик, должно быть, слышно было даже на улице. А в баре, несомненно, его слышали все, включая и охранника. - Ты чего творишь, сука?! Да я тебя!..

Следующим ударом он свалил парня с ног. Тот, как ни странно обладал отменной реакцией, и сдаваться так сразу не собирался. Не прошло и доли секунды, как он вскочил с пола и выхватил из внутреннего кармана своей кожаной куртки складной ножик. Из металлической рукоятки выстрелило заточенное с обоих краев длинное лезвие.

Кононов заметил в его правой руке что-то сверкающее и блестящее, но не придал этому значение, так как рассудок его затмевала нарастающая и неудержимая ярость, которая делала его уязвимым для противника. Он набросился на него и принялся душить. Парень оказался проворным и воткнул лезвие в живот полковнику, не задев жизненно важных органов.

Василий Петрович выпустил его шею из своих рук и отскочил назад. Предчувствуя свою победу, наркоман, грозно рыча и скалясь, двинулся на полковника. Кононов не обращал внимания на боль и на кровь, которая вытекла из его живота на пол.

Парень приготовился нанести второй удар.

Он размахнулся.

Но тут вдруг произошло то, чего он никак не мог ожидать от взрослого, если не сказать пожилого или даже старого деда, которому давно перевалило за пятьдесят.

Кононов в мгновение ока слегка подпрыгнул, и ударил его ногой. Он выбил нож из рук сбытчика.

После чего ударил второй левой ногой с разворота.

Парень видел такие приемы только в кино. Второй удар пришелся ему по лицу. Ботинок полковника угодил ему в область уха.

Следующим ударом Кононов выбил ему челюсть.

Наркоману показалось, что его ударили кувалдой. Он свалился на пол и потряс головой, пытаясь прийти в себя после такого сокрушительного удара. Кононов заметил, как он полез во внутренний карман своей куртки, для того чтобы вытащить оттуда какой-то предмет. И он знал, что это будет.

В правой руке у сбытчика мелькнула рукоятка пистолета.

Полковник опередил его. Он выхватил свой табельный пистолет и выстрелил первым. Пуля попала в грудь парню. Пистолет выпал из его руки и откатился далеко в сторону. Полковник подбежал к нему. Наркоман умирал.

На шум выстрела в коридор выскочили два охранника в костюмах, и еще три бритых парня в кожаных куртках. Полковник боковым зрением заметил, что те трое полезли во внутренние карманы своих курток, и тут же направил на них пистолет.

- Стоять всем! - прокричал он и вытащил красное удостоверение, сотрудника ФСБ. Трое бритоголовых громил опустили руки, охранники застыли на месте. - Давайте ребята расходитесь. Я здесь сам разберусь. Вызывайте скорую.

Все они вышли. А Кононов склонился над умирающим парнем. Он заметил, что рукав его куртки задрался, открывая его взору знакомую татуировку Ордена Доминианцев, символика которой говорила о том, что тот является обладателем звания Мастера Доминианской ложи. Место далеко не последнее, но далеко и не главное.

Полковник принялся в буквальном смысле вытряхивать из него всю информацию. Все что он знал. А знал он достаточно много, поскольку был посвящен во многие тайны Доминианцев.

Умирая в мучениях, парень сбытчик поведал полковнику о тайном протоколе Ордена Доминианских Мудрецов, где приводился план подробного уничтожения России, начиная с молодежи. Погрузив страну в наркоманию, алкоголизм, разврат и болезни они добьются своей цели. Они сотрут ее с лица земли, уничтожат ее народ. И установят новый мировой порядок. Мировое господство избранных. А еще он добавил что, такие как он, не смогут остановить их (Доминианцев) в своем великом деле, и рано или поздно они придут к своей цели и добьются того, к чему стремятся.

Выдавив из себя это зловещее пророчество, парень умер.

После этого из-за большой потери крови Кононов потерял сознание. Его спасли. Но не успел он выписаться из больницы, как тут же на него завели дело, следователь под чью-то диктовку набросал обвинительный акт, прокурор, не задумываясь, его утвердил, а судья с непроницаемым лицом, вынес обвинительный приговор, предусматривающий лишение свободы сроком на пять лет.

Сторона обвинения нашла множество свидетелей, которые утверждали, что Кононов пришел в бар пьяный вел себя вызывающее, размахивал пистолетом. А когда покойный вежливо попросил его удалиться, то подсудимый, обругав его нецензурной бранью, наставил на него пистолет и нажал на курок.

Наказание было условным, и Кононов понимал почему. Это было предупреждение о том, что он встал не на ту сторону. Не помогли даже связи и знакомства с влиятельными людьми в правоохранительных органах. Все они разом отвернулись от него, как будто получили одну и ту же команду.

Возможно, так все и было.

Он хорошо помнил тот день, когда по окончании последнего судебного разбирательства возвращался домой пешком усталый и разбитый. Он шел по улицам оживленного города как во сне и не замечал ничего и никого вокруг себя. Где-то поблизости пробиваясь сквозь шум города, играла музыка, звучала песня Люмена "Государство". Он не знал этой группы и раньше никогда не слышал, но слова этой песни надолго врезались ему в память.

- "Здесь типа демократия, на самом деле царство. Я так люблю свою страну", - выкрикивал вокалист из динамиков, остановившегося рядом автомобиля, - "И ненавижу государство! Государство! Государство! Я ненавижу..."

Он шел дальше и все тот же голос кричал ему вслед:

- "Они проводят невнятные реформы. Меняют гаишникам название и форму. Кидают стариков через одно место. Каждый день проверяя, из какого же мы теста!

Полковник двигался дальше, но голос не отставал от него:

- "...мы пешки в играх мы не люди, нет. Плати налоги и живи спокойно. Им похеру на то живешь ли ты достойно. Твое право - заткнуться и молчать. Ты еще не понял? Гони бабки твою мать!"

Больше всего Полковнику запомнилась фраза "...каждый день, проверяя, из какого же мы теста".

- Из какого же мы теста, - повторял Кононов, входя в подъезд своего дома. Эта фраза из его уст звучала как вопрос, обращенный к самому себе. - Из какого же мы теста?

Вслед за дочерью ушла и тяжело больная жена.

И тогда он решил, если не удалось спасти своих, значит, он будет спасать других.

Открыв свой бизнес по оказанию охранных услуг, и скопив достаточно средств, которые были необходимы для продолжения борьбы с Орденом Доминианцев, полковник собрал вокруг себя верных и преданных ему людей, объединенных одной идеей и целью - защитить страну и народ от опасного и жестокого противника. Для себя он уже твердо решил, что будет защищать интересы простых граждан, а не государства. Государство защитит себя само, а вот простые люди не смогут защитить себя поодиночке, когда им противостоит тайный и опасный противник. Громов (как и остальные сотрудники фиктивного Фонда помощи для наркоманов) целиком и полностью разделял взгляды Кононова.

- Проходи Олег, - проговорил полковник, приглашая его в свой кабинет, где обычно проводились совещания. - Все уже в сборе. Ждем только тебя. Опаздываешь.

- Так я это...

- Ладно-ладно, проходи.

Вдвоем они вошли в помещение с круглым столом посередине, за которым уже сидело двое молодых мужчин. Михаил Тихонов, который занимался изучением, наблюдением и анализом всей информации, связанной с Доминианцами. А также Алексей Сергеев, который вместе с Громовым занимался оперативно-розыскной и боевой деятельностью. Вдвоем они составляли своего рода, боевой отдел их тайной организации.

Поприветствовав коллег кивком головы, Олег занял свое место, а полковник Кононов подошел к окну. Выждав некоторую паузу, он подошел к столу сел в кресло и обвел всех присутствующих решительным и серьезным взглядом.

- Итак, господа было нанесено три удара. Три террористических акта. Все они без сомнения были подготовлены и спланированы Доминианцами. Правосудие нашло других виновных (которых, в общем-то, и не надо было искать), и на этом все и закончилось. Впрочем, как и следовало ожидать. Все мы знаем, как сейчас работают органы и правосудие. Комментировать и жаловаться на эту систему, я думаю, не имеет никакого смысла. Рыба, как известно, начинает гнить с головы. Меня больше интересует другой вопрос. С чего будем начинать мы? У кого какие мнения?

- Мы будем начинать с начала.

- Громов, твои шутки совсем не к месту. Нужны серьезные предложения.

- Я предложил.

Полковник задумчиво нахмурил лоб.

Слово взял Михаил Тихонов, их аналитик, который, когда-то работал в уголовном розыске и неплохо разбирался в истории Доминиканского Ордена:

- Ходят слухи, что Доминианцы сотрудничают с масонами, - проговорил он, неуверенно пожимая плечами. - С тайными масонскими ложами у нас в России. Все эти разговоры о мировом правительстве, о сосредоточении власти в одних руках, похожая символика, и эти тайные ритуалы посвящения - все это наталкивает на определенные подозрения. Как вы думаете, не могут ли Доминианцы сотрудничать с "Вольными каменщиками"?

Полковник ответил уверенно и довольно резко:

- Мне плевать с кем они сотрудничают. С масонами, ваххабитами натовскими диверсантами, американцами или инопланетянами. Но я знаю точно, что цель у них одна. Установление мирового господства. А для этого им нужно уничтожить Россию, стереть ее с лица земли. Они могут скрываться под разными названиями и именами. Масоны, ваххабиты, борцы за независимость, зеленые, демократы, коммунисты, исламские террористы, оппозиционеры или патриоты Как угодно. Мы с вами знаем, как опасны эти люди. Они проникли во все сферы общества. И в государство и на телевидение, они везде. Они прячутся, скрываются, выжидают, что бы нанести невидимый удар. И они его нанесут, поверьте мне. Массовое отравление детей. Кровавая драка в баре. Рождение детей-мутантов - это еще не все, на что они способны.

- Да, на этом они не остановятся, - кивнул головой Тихонов в знак согласия. - Следующий удар они нанесут совсем скоро. Что это будет на этот раз, я даже представить боюсь.

- Ну, предположить-то можно, - усмехнулся Олег - Зальют какую-нибудь гадость в водопровод и люди начнут медленно умирать от страшных кожаных заболеваний, неподдающихся лечению. Или покажут по телевизору ролик с использованием технологии двадцать пятого кадра и люди начнут выпрыгивать из окон, вешаться, травиться, бросаться под машины или убивать друг друга. Эти ребята довольно изобретательны.

- Именно поэтому, мы должны их остановить, а потом и уничтожить всех до одного, - подытожил полковник. - Значит так, если у вас нет конкретных предложений, тогда я предлагаю следующее.

Он обвел взглядом Тихонова и Сергеева.

- Вы ребята будете работать в паре. И останетесь в Москве. Отравление детей в школе и рождение детей-мутантов, это события одной цепи. Надо искать связь между ними. Интуиция подсказывает мне, что связь эта существует. Пока не могу понять в чем, но уверен, что она есть. Директор и повар не виноват, это очевидно. Значит, копать надо глубже. Выясните, каким образом отравленные продукты попали в школу. Что касается роддома: опросите всех матерей, у которых рождались дети с физиологическими патологиями. Между ними должно быть что-то общее. Я уверен в этом. Что-то такое, о чем они сами даже могут не догадываться. Может быть, какое-то событие в прошлом. Или еще что-то. Вы поняли, меня?

Тихонов и Сергеев, одновременно кивнули головами.

Полковник посмотрел на Громова, потом на остальных.

- Что касается ночного клуба, в Питере, - проговорил он, обращаясь ко всем присутствующим, - суд уже состоялся. Виновным признали, арт-директора, который в тот день вообще был в другом месте, а также самого владельца клуба, который, по мнению суда не должен был эксплуатировать это помещение, хотя и имел на руках всевозможные разрешения от пожарных инспекторов и других надзорных контор, собирающих дань с предпринимателей.

- А что инспекторы? - презрительно проговорил Тихонов. - Хоть один из них оказался за решеткой?

- Нет.

- И ни один не был наказан?

- Нет.

- Значит, мало дани собрали.

- Да нет, просто инспекторы были щедрыми и всегда делились со своими вышестоящими коллегами, - усмехнулся Громов.

- Вероятно так, - совершенно серьезно проговорил полковник, и повернулся к Громову. - Следствие по этому делу закончено. Поэтому ты, Олег, отправишься в Петербург. Встретишься там с моим старым приятелем, действующим сотрудником ФСБ майором Куликовым, который по моей просьбе согласился оказать нам некоторую помощь. Как я понял по его словам, он, кажется, что-то выяснил, но по телефону рассказывать не захотел. Сообщил лишь только то, что нашел одного парня, который работал администратором в том самом клубе. Он единственный, кто остался в живых.

- Значит, он был там, когда все это произошло?

- Вероятно так.

- Тогда он единственный свидетель в этом деле.

- Не думаю.

- Почему?

- Потому, что он все еще жив. Тебе не кажется это странным?

- Да, действительно, почему ОНИ не убрали его сразу?.. С ним надо поработать.

- Вот и поговоришь с ним. Поедешь на поезде. Куликов встретит тебя на вокзале и все расскажет. Дальше будешь действовать по обстановке. Понял?

- Так точно.

- Да и еще кое-что, - Кононов встал из-за стола и подошел к сейфу, стоявшему в углу комнаты. Набрав код и открыв дверцу, он вытащил оттуда пистолет с глушителем, несколько запасных магазинов к нему и наплечную кобуру. Подойдя к Громову, он положил все это на стол и проговорил: - Возьмешь это. Я уверен, тебе оно понадобится. Только будь осторожен.

- Как всегда.

- И держи меня в курсе всех событий.

- Так точно.

После чего полковник вытащил из внутреннего кармана своего пиджака какую-то пластиковую карточку и красные корочки, протянул все это Олегу. Тот взял документы и усмехнулся, прочитав то, что там было написано.

- Главное не перепутай их, когда будешь представляться, - предостерег его Кононов и сел за стол. - По одной версии, ты столичный журналист, занимающийся расследованием этой трагедии по поручению главного редактора одной никому не известной газеты. По второй - сотрудник МВД в отпуске, приехал к друзьям. Кстати там, в удостоверении, есть и разрешение на ношение табельного оружия. Но лишний раз, лучше не светись с ним. И постарайся без лишней стрельбы, когда это возможно. Если тебя начнут пробивать по ксиве, у тебя появятся проблемы. Понял?

Кивнув головой, Громов убрал карточку и удостоверение к себе во внутренний карман своей куртки и застегнул молнию.

Полковник, обведя всех присутствующих решительным, слегка суровым взглядом, проговорил:

- Ну, что ж, на этом пока все. Работаем парни.

И в этот же вечер Олег уже стоял на вокзале с перекинутой через левое плечо спортивной сумкой, в которой было все самое необходимое для поездки, включая и пистолет с глушителем, и запасные магазины к нему.


* * *


До Северной Столицы Олег доехал без каких-либо серьезных происшествий. Всю ночь он проспал на верхней полке своего купе, лишь изредка просыпаясь, когда его соседи выходили в коридор, возвращались и опять ложились спать.

Подозрений они у него не вызывали, поэтому всю дорогу он был спокоен, но спал довольно чутко и не расслаблялся. За полчаса до прибытия поезда он достал с полки сумку, накинул ее на плечо и, стараясь не привлекать внимание своих соседей по купе, отправился с ней в туалет. Включив кран над раковиной, и сняв куртку, Олег быстро нацепил наплечную кобуру. Достал из сумки пистолет, щелкнул затвором, загнав патрон в патронник, поставил пистолет на предохранитель и снова одел куртку. После этого спокойно вернулся обратно в купе и сел возле окна.

Поезд прибыл в 9 часов утра.

Сонные пассажиры с сумками и другой ручной кладью принялись выходить из вагонов. Из своего купе Громов вышел последним. Оказавшись в тамбуре, он заметил в окне человека в сером плаще, одиноко стоявшего на платформе, прямо у выхода из вагона. Это был Куликов. Он знал, в каком вагоне поедет Олег, и теперь ждал когда тот выйдет на перрон. Лицо его было взволнованным. Он постоянно озирался по сторонам и заметно нервничал.

Громов поспешил к выходу. Получив из рук проводницы свой билет, и накинув на плечо спортивную сумку, он выскочил из вагона и протянул ему руку.

- Здравствуйте, я так понимаю вы...

- Доброе утро! - быстро проговорил майор, не дав ему продолжить, и тут же схватил его за плечо. - Пойдемте быстрей. Нам надо уходить отсюда.

- Зачем?

- Идемте! Скорей! Нет времени для разговоров.

Он бросился в сторону. Громов последовал за ним.

Продолжая держать его за руку, Куликов быстро вел его по платформе, отталкивая пассажиров, которые попадались ему на пути. Олег бежал следом и ничего не понимал.

- Я все-таки не понимаю к чему так спешить, может быть, объясните, в чем дело? - Олегу приходилось кричать ему в спину. - И куда мы так торопимся?!

Куликов молчал.

Олег чувствовал, как сильно напряжена рука этого странного человека и понимал, что он чем-то напуган. Они продолжали бежать по платформе, расталкивая пассажиров, которые отпускали неприятные, а иногда и довольно жесткие фразы в их адрес.

Куликов не обращал на них никакого внимания.

Извиняться приходилось Олегу.

- Полковник Кононов сказал, что вы, что-то выяснили, - снова прокричал он ему в спину. - Он сказал, что вы нашли одного парня администратора...

- Не сейчас!

- Почему?!

- Поговорим об этом позже! В безопасном месте.

- А что здесь опасно?!

- Да.

- Не понимаю...

- То, что я узнал очень важно! - проговорил майор, не обращая внимания на его слова. - Парня я нашел в клубе, там сейчас идет ремонт, и он постоянно находиться там. Я выяснил у него одну очень важную вещь. Но об это позже. Вам непременно надо будет с ним встретиться. Мне кажется, он что-то скрывает.

- Что именно?

- Я не знаю. Следователь, который вел это дело, похоже, ни о чем не догадывается. Или не хочет замечать очевидных фактов. Но сейчас нет времени об этом рассказывать, пойдемте, возьмем такси, я отвезу вас в гостиницу, там и поговорим.

- Почему мы так спешим? Вы чего-то опасаетесь!

- Да! За мной следят! - продолжая бежать по платформе, майор Куликов тревожно осматривался по сторонам. Олег тоже огляделся вокруг, но не заметил ничего подозрительного.

- Следят? - в недоумении проговорил он.

- Да!

- Кто?

- Я не знаю. Но в этом нет никаких сомнений. Этих людей я видел у клуба вчера вечером. А сегодня они ходили за мной по всему вокзалу. Перед тем как вы вышли из вагона, я увидел одного из них в толпе. И он был вооружен.

- Как вы догадались?

- Они не стали проходить через металлодетектор. Прошли к платформам где-то в другом месте.

- Вы думаете, они хотят вас убить?

- Думаю - да. Мне стала известна важная информация. Они не хотят, чтобы я передал ее кому-то еще.

- Что это за люди?

- Я не знаю. Я не видел их лица.

- Зачем же им за вами следить?

- Потому, что я влез, куда не следует.

- Но они ведь знают, кто вы такой.

- В этом деле я - никто. Я просто согласился помочь Василию и воспользовался своим служебным положением, чего никак не имел право делать. Поэтому и обратиться за помощью к своему руководству я не могу. Теперь вы понимаете, в каком я положении?!

Олег вдруг остановился. Освободил руку, которую сжимал Куликов и сбросил свою спортивную сумку на перрон. Майор дернулся назад и повернулся в его сторону. Они остановились как раз напротив автомата по продаже горячих напитков, в верхней части которого был вмонтирован большой сенсорный дисплей.

- В чем дело? - сердито проговорил Куликов, не переставая тревожно озираться по сторонам.

- Я никуда не пойду, пока вы не объясните мне, в чем дело! - Громов смотрел прямо ему в глаза и даже и не думал страгиваться с места. Майор сделал шаг к нему навстречу.

На жидкокристаллическом дисплее автомата в это время сверкала разноцветная реклама. Голова Олега находилась как раз напротив этого дисплея. Куликов сделал еще один шаг в его сторону.

- Вы, не понимаете... - он оттолкнул Олега назад и нагнулся вниз, для того чтобы подобрать его сумку. - Эти люди очень опасны. Я не знал, что может так случиться...

- Вы о Доминианцах?

- Нет, конечно. Доминианцы это миф.

- Что вы сказали?! - Громов устремил на него взгляд полный недоумения. - Как это миф? Я думал, Василий Петрович рассказывал вам о протоколе...

- Тихо! - майор зло посмотрел на него и прикоснулся указательным пальцем к своему уху.

Олег в недоумении усмехнулся:

- Что еще такое?

Куликов схватил его спортивную сумку и поднялся. Теперь его голова находилась прямо напротив дисплея. В ту же секунду прозвучал странный звук похожий на треск разрываемой по швам одежды. Олег сначала не понял, что это было. Он быстро осмотрелся по сторонам. Ничего подозрительного не заметил.

Нет, это был не грохот от выстрела. Что-то другое. Скорее хлопок. С таким звуком пуля, выпущенная из пистолета с глушителем, пробивает человеческое тело.

Олег ожидал, что сейчас Куликов, что-нибудь скажет и потащит его дальше. Но ни одного слова он от него не услышал. Громов повернулся в его сторону и в ужасе застыл на месте.


* * *


Майор оседал вниз с крохотной дыркой в груди, из которой медленно вытекала кровь. Олег попытался подхватить его тело, но не успел. Куликов упал на пол, а из груди его вырвался предсмертный, сдавленный хрип. Олег склонился над ним.

- Найди ее, - чуть слышно произнес он, содрогаясь в предсмертных конвульсиях.

- Что?! Кого найти?!

- Найди ее, - повторил майор, и губы его застыли.

- Кого "ее"?! - Олег уже перешел на крик, люди испуганно оборачивались в их сторону.

- Жену, - произнес Куликов слабым голосом так, что Олег с трудом смог разобрать это слово. - И дочку...

- Жену? Какую жену? Вы о ком? Какую еще дочку?

Майор не ответил.

Раздался хлопок. А на лбу у него появилась дырка.

Дыхание его остановилось, а окровавленная голова упала на бок.

В ту же секунду прозвучал еще один звук. Но уже совсем не такой как в первый раз.

На этот раз пуля попала в сверкающий дисплей, и тот с треском и шумом разлетелся на мелкие осколки, которые, звеня и сверкая, рассыпались по платформе. А некоторые из них попали на волосы Олегу, который чудом остался в живых.

Проходящие мимо пассажиры, заметив, как разлетелся жидкокристаллический дисплей, обратили внимание и на майора Куликова, который истекал кровью лежа на платформе. Тут же раздались испуганные женские возгласы. Люди врассыпную бросились бежать подальше от этого места.

Боковым зрением Олег заметил, как кто-то бежит прямо на него. Он резко повернул голову в ту сторону и увидел бегущего к нему человека в черном пальто. Рука инстинктивно выдернула пистолет из наплечной кобуры. Громов навел на бегущего человека пистолет и уже был готов нажать на курок, как вдруг мужчина в пальто испуганно замахал руками.

- Стойте! Стойте! Я врач! Не стреляйте! Пожалуйста!

Олег опустил руку, продолжая крепко сжимать рукоятку пистолета. Облегченно выдохнул. Быстро и внимательно осмотрелся по сторонам. И увидел того, кто стрелял в них.

Человек в светлых джинсах и в черном балахоне с накинутым на голову капюшоном, который надежно скрывал его лицо, прятался за круглой колонной в самом безлюдном месте вокзала. Он держал в руке пистолет с глушителем и смотрел прямо на Громова.

Вот почему не было слышно выстрела.

С такого расстояния Олег не смог разглядеть его внешность. Мешал капюшон. И, кроме того, глаза его были скрыты за большими солнцезащитными очками. Но зато он увидел, как этот парень целиться в него, намереваясь выстрелить еще раз.

Прежде чем противник нажал на спуск, Олег дернулся в сторону, прицелился и выстрелил в него. Его пистолет с глушителем издал хлопок, который тут же утонул в общем шуме вокзального гула.

Пуля попала в кафельную плиту. Осколки брызнули в лицо незнакомца. И в тот же миг он нажал на спусковой крючок. Рядом с тем местом, где сидел Олег, раздался пронзительный крик. Он повернулся в ту сторону и увидел, как на перрон упала грузная пожилая женщина. Пуля попала ей в живот.

По-видимому, парень в черных очках не ожидал, что Олег начнет стрелять. Спрятав свой пистолет за пояс, он быстро выбежал из своего укрытия, преодолел расстояние в несколько метров и тут же исчез за углом зала ожидания.

Тем временем доктор подбежал к телу Куликова.

- Что с ним?! - прокричал он.

- Ему уже не поможешь! - Олег бросил прискорбный взгляд на мертвое тело майора, который так и не успел ему ничего толком рассказать. - Помогите женщине!

Доктор смерил его недоверчивым взглядом.

- Надо вызвать полицию!

- Я сам из полиции.

Олег показал ему красное удостоверение и вскочил на ноги.

- Помогите ей! Я должен догнать его.

Спрятав пистолет в наплечную кобуру, и перекинув через плечо спортивную сумку, Громов бросился в сторону зала ожидания, оставив доктора наедине с раненной женщиной, которая непрестанно издавала болезненные крики.

Но не успел он преодолеть и четверти того расстояния, которое отделяло его от того самого места, где прятался незнакомец, стрелявший в майора Куликова, как на пути его выросла фигура полицейского. Полицейский ударил его в грудь двумя кулаками, отчего Громов отшатнулся назад и чуть не упал на перрон.

- Стоять! - злобным голосом взревел сотрудник. - Куда это ты собрался?!

- Послушай я свой! - раздраженно выкрикнул Олег, показывая ему поддельное удостоверение. - Мне надо догнать того, кто стрелял. Отойди! Не мешай!

Он двинулся в обход, но полицейский снова ударил его в грудь, не давая пройти вперед.

- Сейчас поедем в отдел, и проверим, какой ты "свой".

- Может не стоит?! Я же сказал...

Громов еще раз попытался обойти здоровяка в форме, но тот снова ударил его в грудь и попытался вывернуть руку за спину. Не получилось. Олег без особого труда освободил ее и ударил его в подбородок.

Второй удар он нанес в область солнечного сплетения, после чего полицейский, болезненно выдохнул и согнулся, опустив голову вниз. Олег подскочил к нему и, схватив за волосы, изо всех сил ударил коленом в лицо.

Поверженный сотрудник упал на перрон, а из разбитого носа брызнула кровь. Кто-то из пассажиров, проходя мимо, увидел эту картину и закричал во все горло:

- Ах, ты сволочь! Посмотрите, что он сделал!

- Он убил полицейского! Остановите его! - истошно вопила какая-то напуганная женщина, но Олег уже бежал в сторону зала ожидания и никто не пытался его остановить.

Столкновение с местным служителем закона не предвещало в будущем ничего хорошего. Теперь за ним будет гоняться вся питерская полиция вместе с другими силовыми ведомствами, а значит, проблем теперь будет вдвое больше. Мало того, что его обвинят в нападении на сотрудника полиции так еще и убийство майора ФСБ повесят. В этом можно было не сомневаться.

Пробегая мимо газетных киосков, Олег чуть не врезался в широкоплечего толстого мужчину с двумя огромными чемоданами, которые он с трудом тащил в обеих руках. Обогнув его с левой стороны, он вбежал в широкий дверной проем и оказался в небольшом зале, в углу которого стояли два охранника. Они были так увлечены просмотром какого-то смешного ролика по мобильному телефону, что не обратили на Громова никакого внимания.

Олег пересек первый зал и оказался возле распахнутых дверей зала ожидания. Здесь было многолюдно. Люди сидели в креслах, стояли возле чемоданов в очереди рядом с кассами, поглядывая то на часы, то на расписание. Некоторые из них стояли у окон.

Громов быстро осмотрелся вокруг. Но помещение, в котором он оказался, было настолько велико, а людей в нем было так много, что он не смог сразу увидеть того, за кем он гнался. Тогда он присмотрелся внимательней. И заметил, что в конце зала что-то происходило. Тот самый парень в светлых джинсах, который стрелял в майора, и пытался убить Громова, пробегал мимо окошка справочной, расталкивая людей в разные стороны.

Не теряя времени, Олег бросился в его сторону. Пробежал мимо двух женщин, о чем-то беседовавших между собой. Перепрыгнул через гору чемоданов, неожиданно возникших на его пути, и едва не врезался в спину охранника в черной униформе, который неторопливо прогуливался по вокзалу, поглядывая то в одну, то в другую сторону.

Обогнув его с правой стороны, Олег побежал дальше.

- Осторожней! - услышал он позади себя недовольный голос. И тут же столкнулся с худощавым взрослым парнем с кожаной папкой в руках. Папка выпала из его рук и на пол рассыпались какие-то документы. Отпустив в адрес Олега неприятные ругательства, он нагнулся и принялся собирать выпавшие из папки бумаги.

- Эй, я же сказал тебе осторожней! - раздалось второй грозное предупреждение охранника. Олег на ходу повернулся к нему и, сделав извиняющий жест рукой, постучал указательным пальцем по своим часам, показывая тем самым, что он очень торопиться. В ответ охранник лишь грозно покачал головой. Громов повернулся и бросился дальше. И тут же чуть не наскочил на сгорбленную старушку, которая медленно ковыляла к свободным креслам. С трудом ему удалось избежать столкновения.

Пожилая женщина даже не заметила его.

Как только она осталась позади, Олег поднял голову и заметил, как убегающий от него парень в балахоне и в джинсах, исчез за дверью с синей табличкой, на которой белыми буквами было написано "Служебное помещение. Посторонним вход воспрещен".

Олега от этой двери отделяло метров двадцать-двадцать пять.

Внезапно на его пути возникла женщина с тележкой, которую она катила позади себя. Заметив несущегося на нее Олега, она испугалась и остановилась как вкопанная. Уходя от столкновения, Олег бросился в сторону и ловко перепрыгнул через тележку. Женщина так и осталась стоять на одном месте с бледным лицом и трясущимися руками.

Наконец Громов добрался до двери служебного помещения.

Он обернулся назад и осмотрелся вокруг, что бы убедиться, не наблюдает ли за ним кто-нибудь из работников вокзала. Особенно он опасался охранников и полицейских, которые бы ему только помешали. Ничего такого он не заметил, поэтому, не раздумывая, схватился за дверную ручку, распахнул дверь и вбежал в темное мрачное помещение, в котором несколько секунд назад скрылся убийца майора Куликова.


* * *


Олегу приходилось двигаться практически на ощупь. Он шел вперед, постоянно прикасаясь левой рукой к стене, и внимательно вглядываясь в темноту. Здесь ничего не возможно было разглядеть. Но постепенно глаза его освоились, и он начал различать некоторые контуры помещения, которое представляло собой длинный коридор с высоким потолком и узкими стенами. В самом конце коридора Олег заметил какое-то движение. И пригнулся к полу.

Тут же раздался хлопок.

Пуля пролетела мимо и с грохотом вонзилась в кафельную плитку на стене, всего в нескольких сантиметрах от головы Олега. Он заметил как силуэт того парня, который только что стрелял в него, исчез где-то в середине коридора. При этом ему показалось, что тот словно провалился сквозь землю и исчез где-то в полу.

Тут же раздался топот ног, бегущих по металлической лестнице. Он спускался вниз. Олег бросился в конец коридора и увидел прямо перед собой лестницу, которая спускалась в подвальное помещение такое же темное и мрачное как сам коридор. И снова раздался хлопок пистолета с глушителем.

Громов во время успел отпрянуть от проема в полу. Выпущенная в него пуля с треском вошла в потолок, отколов при этом несколько кусков сухой штукатурки, один из которых упал ему на голову.

Олег притаился, потирая ушибленное место.

Парень спустился в подвал. Шаги его стихли.

Тогда Олег осторожно заглянул в проем.

Никакого движения он там не заметил. Ни на лестнице, ни в подвале. Выждав пару секунд, он подошел к проему, нагнулся и принялся медленно спускаться вниз, вытянув перед собой руку с пистолетом. Осторожно и бесшумно он ставил одну ногу на ступеньку, потом опускал вторую. При этом не переставал вглядываться в полумрак подвального помещения.

Наконец его голова скрылась в проеме.

Он двигался медленно, стараясь не производить резких движений. И прислушивался к каждому шороху, каждому скрипу, к любому подозрительному звуку. Внезапно все стихло. Вероятно, парень в балахоне притаился где-то рядом.

И вдруг Олег различил как будто какое-то движение внизу, по правую руку от себя. Тут же послышался шорох. И раздался еще один хлопок. Пуля со звоном ударилась в железную арматуру и выбила сноп ярких искр. В их свете Олег увидел фигуру того, кто стрелял. Он прятался за деревянными ящиками в нескольких метрах от того места, где заканчивалась лестница.

Он выстрелил в незнакомца. И услышал, как пуля с треском вошла в один из ящиков. Болезненных стонов и криков он не услышал, значит, выстрел оказался неудачным. Олег понял, что оставаться на лестнице больше нельзя. Так как парень видел его и вторым выстрелом непременно попадет в цель.

Громов перемахнул через металлические перила и спрыгнул на пол. Поднявшись с корточек, он двинулся назад, продолжая вглядываться в темноту. Внезапно нога его наткнулась на какое-то препятствие, и он полетел вниз, падая на спину.

Он упал на деревянный ящик и скатился на пол. Оставаясь лежать на спине, он замер в ожидании. Казалось, пули сейчас полетят в него нескончаемым градом. Но никаких хлопков он не услышал. Вероятно, парень в балахоне не заметил, как он перекатился через деревянный ящик и упал на пол.

Стараясь не производить лишнего шума, Гром перевернулся на живот и поднялся на колени.

Прислушался.

Вокруг была тишина.

В следующую секунду, где-то вверху, над его головой, раздался щелчок закрываемой двери. Кто-то вошел в коридор и двинулся дальше. Его шаги приближались к проему, где была лестница. "Кто бы это мог быть? Охранник? Или сообщник этого парня?" Олегу оставалось только догадываться.


* * *


Ящик, за которым он прятался, представлял собой неплохое укрытие от глаз неприятеля, но от пули, которая без сомнения пробила бы его тонкие деревянные стенки, он бы не спас. Поэтому Олег решил перейти к нападению, пока этого не сделали его враги.

Шаги неизвестного человека, тем временем приблизились к лестнице. Но спускаться вниз он не торопился. На некоторое время он затих, и Олегу даже показалось, что он ушел, но это было не так. Он услышал его тяжелое и взволнованное дыхание наверху. По всей видимости, тот всматривался в темноту, и все никак не решался спуститься вниз.

Олег не стал дожидаться, пока он это сделает, и выскочил из своего укрытия. Нацелив свой пистолет на ящики, за которыми, вероятно, все еще прятался парень в балахоне, он бросился в тут сторону. В два прыжка преодолел расстояние, отделявшее его от ящиков, и бросился на пол. Упав на бок, он резко вытянул вперед правую руку с пистолетом и несколько раз нажал на курок.

Прозвучала три хлопка.

Первых две пули попали в деревянную обшивку ящика. Последняя пуля попала в бетонный бол и выбила яркий сноп искр. В свете, которых Олег увидел, что в убежище, где несколько мгновений назад прятался стрелок в балахоне, никого не было. Он покинул его еще до того, как Олег перешел в нападение, и теперь прятался где-то здесь в подвале. Таился где-то в темноте и ждал удобного случая.

Внезапно по металлической лестнице загрохотали ноги того, кто сидел все это время там на верху. Олег услышал, как незнакомец спрыгнул на бетонный пол и притаился возле лестницы. В следующую секунду он услышал два хлопка. И две выпущенные пули с треском пробили обшивку ящика в нескольких сантиметрах от его головы. Деревянные щепки брызнули ему в лицо.

Громов дернулся в сторону.

Теперь все стало понятно. Это был не охранник. Скорее всего, это был сообщник того парня в балахоне. Охранник не стал бы стрелять из пистолета с глушителем по человеку, не предупредив его об этом. К тому же вряд ли охранником выдают огнестрельное оружие, да еще и с глушителями. А то, что это был выстрел не из травматического пистолета, Олег был уверен на сто процентов.

В тот же миг, когда последняя пуля пробила ящик насквозь, Громов вскочил на ноги и бросился в сторону. Сделав несколько длинных прыжков, он упал на пол и тихо откатился в темноту. Оглянулся. В полумраке он услышал шорох того, кто стоял у лестницы. Теперь он сменил свое местоположение и находился где-то у ящиков. А может быть и ближе. А может и вовсе в другом месте.

Олег не мог точно сказать. Он не знал где находиться и тот первый его противник, который так загадочно исчез из своего укрытия. Он чувствовал себя довольно неуютно. И знал: стоит ему только выдать себя неосторожным резким движением, которое будет заметно в полумраке этого подвала, как в него тут же начнут стрелять эти двое неизвестных парней. Поэтому он лежал и не шевелился.

Но надо было что-то делать. Лежать здесь на полу в кромешной тьме не имело никакого смысла. К тому же это было и не безопасно. Он осторожно перекатился на живот и поднялся на корточки.

Затих. Прислушался.

Ничего не услышал. Только тревожное биение своего сердца.

Медленно двинулся дальше. Впереди он заметил очертания стены, вдоль которой стояли какие-то громоздкие предметы, похожие на металлические шкафы. Они стояли не вплотную, а через некоторое расстояние друг от друга, образуя, таким образом, некое подобие ниш, где можно было спрятаться.

Олег привстал и осторожно пополз в их сторону. Он двигался медленно, практически прижимаясь к полу. Оказавшись почти рядом с ними, он смог определить, что это были за шкафы. Это были автоматы по продаже горячих напитков, высокие и громоздкие, они доживали в этом подвале свои последние дни.

Олег заметил, что вдоль стены их было пять штук.

Осторожно встав на ноги, он направился к самому ближайшему из них. Он шел медленно, постоянно вслушиваясь в темноту и оглядываясь по сторонам.

Не успел он подойти к стене, как вдруг где-то позади него раздался хлопок. Пуля со звоном вошла в самый дальний автомат, из которого тут же посыпались осколки из стекла и пластмассы. Олег бросился в нишу и упал на пол.

Раздался еще один хлопок. На этот раз пуля прозвенела где-то рядом с ним, попав в нишу между двумя шкафами-автоматами. Громов затаился в своем укрытии, ожидая следующего выстрела. Но его не последовало.

В подвале вновь воцарилась полная тишина.

Сидя в темноте и облокотившись о металлический корпус автомата, он внимательно вглядывался в темноту, стараясь разглядеть хоть какое-то движение в подвале. Прислушивался, затаив дыхание, но ничего не слышал.

Его враги притаились во мраке помещения, дожидаясь того момента, когда он выдаст себя резким заметным движением. Где они сейчас находились, ему оставалось только догадываться.

Тот второй, что спустился в подвал после него, скорее всего, был где-то у ящиков, может быть, прятался за ними. Первый парень, тот, что был в балахоне и в черных очках, за которым он гнался по вокзалу, вероятно, находился где-то немного дальше. А может быть, уже искал выход из этого подвального помещения. Олег решил пойти на отчаянный шаг.


* * *

Продолжая прятаться за шкафом-автоматом, он осторожно снял с плеча спортивную сумку, привстал на ноги и взялся за лямку свободной, левой рукой. Выждав некоторое время, Громов направил дуло пистолета в ту сторону, где, по его мнению, прятался сообщник парня в черном балахоне.

Прислушался.

И - бросив сумку в сторону соседнего автомата, пригнулся к самому полу. Она ударилась об угол, издала характерный шум и упала рядом со шкафом. Тут же раздался хлопок. Пуля, выпущенная незнакомцем, с грохотом пробила металлическую основу автомата. А Олег увидел небольшую вспышку в темноте, как раз в том месте, куда он целился.

Несколько раз он нажал на курок. Раздалось три глухих хлопка, и кто-то издал болезненный стон. Олег быстро выскочил из своего укрытия и прыгнул в соседнюю нишу, между двумя другими автоматами. Сел на пол, прислонился спиной к стене и прислушался.

В той стороне, куда он выстрелил, послышались неровные шаги, потом раздался какой-то грохот и треск. После этого воцарилась тишина. Вероятно, это раненый противник отбежал в сторону и упал на деревянные ящики. По крайней мере, так думал Олег. В подвале было тихо.

Он осторожно вышел из своего укрытия, подобрал сумку с пола и, перекинув ее через голову, бросился к самому последнему автомату. Спрятался за ним. Затаив дыхание, внимательно прислушался. В подвале по-прежнему царила безмятежная тишина, и это обстоятельство было довольно странным, поскольку раненный парень непременно должен был издавать хоть какие-то звуки: стоны или шорохи. Но он почему-то молчал и вообще не подавал никаких признаков жизни. Может быть, он был уже мертв. Олег решил, что, возможно, все так и есть и не стоит отвлекаться на него сейчас.

Он выглянул из своего укрытия и всмотрелся в темноту. Вскоре он смог разглядеть, что дальше подвальное помещение расширялось, а вдоль его стен тянулись старые водопроводные трубы, которые выходили из прямоугольных проемов в стене. Чуть дальше Олег увидел очертания лестницы, которая, как ему показалась, поднималась наверх. Но возможно это был всего лишь обман зрения. В темноте могло привидеться всякое.

Внезапно в одном из проемов он уловил какое-то странное, едва заметное движение. Но стрелять не стал, чтобы не выдать своего местонахождения. Пусть противник думает, что он находится где-то между первым и третьим автоматом. Снова рядом с трубой что-то промелькнуло. Вероятно, это был тот самый парень в балахоне, который стрелял в майора Куликова. Несомненно, он был куда осторожнее, чем его сообщник.

Должно быть, он спрятался за теми большими трубами в одном из проемов и намеревался добраться до лестницы, чтобы поскорей покинуть этот подвал. Но неужели он смог бы оставить своего товарища здесь умирать? Возможно ли такое у Доминианцев? Вряд ли. Они слишком преданы друг другу и редко нарушают свою клятву, даже если их жизни угрожает опасность. Скорее всего, он решил выбраться из подвала, чтобы проникнуть сюда с другой стороны и помочь раненому товарищу.

Сделав такой вывод, Олег медленно двинулся в его сторону. Он знал, что где-то там за его спиной в темноте лежит мертвый или тяжелораненый сообщник того парня, которого он видел в проеме между трубами.

Он почувствовал, как неприятный холодок пробежал по его спине. А если тот парень, в которого он стрелял, вовсе не мертв, а лишь притворяется и ждет удобного случая, когда можно будет наброситься сзади? Или просто расстрелять Олега, когда тот допустит какую-нибудь ошибку и выдаст свое местонахождение? Возможно ли такое? Вполне. Но возвращаться назад было уже поздно.

Всматриваясь в темноту, которая окружала его со всех сторон, Олег, не смотря на опасность такого отчаянного поступка, двигался все дальше и дальше. Он шел вперед, бесшумно крадясь по бетонному полу, постоянно оглядываясь назад. Вскоре он остановился и в недоумении почувствовал, что не может идти дальше.

Это было неприятное ощущение.

Просто в один прекрасный момент, когда он поднял правую ногу, продвинул ее вперед, чтобы сделать короткий шаг, и уже собирался поставить ее на пол, вдруг почувствовал, что пола больше нет. Он не нашел опоры. В глубоком изумлении он так и застыл на одном месте с поднятой ногой, продолжая держать ее на весу. В какой-то момент ему показалось, что он оказался над пропастью в кромешной тьме, и стоит ему только сделать один шаг вперед, как он сорвется вниз. На самом деле никакой пропасти не было.

Он бесшумно отступил назад и медленно склонился к полу. Встал на колени возле того места, где бетонный пол словно обрывался и протянул вперед правую руку, нащупал выступ. Осторожно опустил ее вниз и наткнулся пальцами на твердую поверхность. Это была ступень, довольно высокая и неровная.

Протянув руку еще ниже, он нащупал еще одну и понял, что перед ним находиться небольшая бетонная лестница из трех, может быть четырех высоких ступеней, с которых легко можно свалиться, если спускаться очень быстро, да еще и в такой непроглядной темноте.

Олег оглянулся назад и снова прислушался. Там все было тихо, и он не заметил никаких движений. Тогда он решительно повернулся к лестнице и начал осторожно спускаться вниз. Сначала он медленно склонился к полу, нащупал пальцами твердый выступ ступени, осторожно поставил правую ногу на прямую поверхность. Остановился, подождал некоторое время. После чего, также осторожно переставил на ступень и левую ногу.

Не успел он сделать следующий шаг, как вдруг в темноте, за его спиной раздался какой-то странный шум. Словно что-то тяжелое протащили по бетонному полу и бросили. В одно мгновение он повернул голову в ту сторону, но кроме темноты ничего не увидел.


* * *


Прошло несколько секунд.

Больше никаких звуков не было. В помещении опять воцарилась безмолвная тишина. Что это могло быть? Ему оставалось только догадываться. Возможно, это был раненный сообщник того парня в балахоне. Вероятно, он пришел в себя и, пытаясь подняться на ноги, прополз некоторое расстояние и снова отключился. Вполне могло быть и такое, но почему-то сомнение и тревога не покидали Олега. Он чувствовал, что опасность где-то рядом. Но не мог определить, где именно.

Понимая, что иного пути у него нет, Громов продолжил спускаться вниз. Он двигался медленно, стараясь не производить никаких громких шорохов и звуков. Даже дыхание задержал - только бы не выдать себя.

Вскоре он преодолел последнюю ступень и оказался на ровной прямой поверхности холодного бетонного пола. Немного приподнялся и медленно двинулся к ближайшей стене, из которой выходили громадные водопроводные трубы, обтянутые желтым утеплителем и закрытые кое-где металлической обшивкой из тонкого алюминия. Как только его ладонь уперлась в твердую и влажную поверхность бетонной стены, Олег остановился и напряг зрение.

Расстояние от того места, где он сейчас находился и до первого проема в стене, очертания которого были уже хорошо различимы, составляло около трех метров. Он осторожно двинулся к нему.

По мере его продвижения вглубь этого помещения, контуры и линии широкого и длинного коридора, высоких стен, металлических труб, и прямоугольных проемов, становились все более отчетливыми и видимыми. Здесь уже было гораздо светлее, и это обстоятельство было не в его пользу, поскольку, движения его фигуры в любой момент могли заметить затаившиеся где-нибудь в темноте противники и расстрелять его без промедления.

Чем дальше он шел, тем светлее становилось вокруг. Вскоре он увидел изогнутые очертания винтовой металлической лестницы, которая поднималась куда-то вверх. Оттуда, из прямоугольного отверстия в потолке, исходил слабый дневной свет, который как раз и освещал самую узкую часть этого подвального помещения.

Пройдя еще несколько шагов вдоль стены, Олег поднял голову вверх и остановился возле темного проема в стене. Внезапно до него донесся слабый шум вокзала. Значит, выход был где-то рядом.

И в то же мгновение он краем глаза уловил едва заметное движение в той самой нише, возле которой он остановился. В одно мгновение Громов отскочил от проема и тут же раздался хлопок из пистолета. Пуля просвистела в нескольких миллиметрах от его плеча и с характерным треском вонзилась в бетонную стену прямо за его спиной. Ему не удалось определить, из какого именно места стрелял парень в балахоне.

Сразу же раздался второй хлопок. На этот раз пуля чиркнула по металлической обшивке водопроводной трубы, и, выбив сноп ярких искр, срикошетила в пол. Понимая, что дальнейшее промедление может оказаться для него смертельным, Олег бросился в нишу и налету выставил вперед правую ногу.

Удар достиг своей цели.

Раздался чей-то болезненный выдох и грохот упавшего на бетон тела. По шороху одежды и грохоту ботинок Громов определил, что тот вскочил на ноги и отпрянул куда-то в сторону.

Он направил пистолет в темноту и решил выстрелить на звук, но не успел нажать на курок. Вынырнувшая из темноты нога выбила оружие из его рук, а после этого был нанесен еще один сокрушительный удар. Твердый ботинок противника врезался в его челюсть, и Олег, не сумев устоять на ногах, рухнул на пол.

Тут же послышался грохот тяжелых ботинок по бетонному полу. Парень в балахоне пробежал мимо Олега, и спрятался где-то неподалеку от него.

Он не спешил покидать свое укрытие.

Громов знал, что он попытается напасть снова.

Перевернувшись на живот, Олег почувствовал, что в грудь ему уперлось что-то твердое. Это был его собственный пистолет, который он выронил при падении. В мгновение ока он слегка приподнялся, схватил пистолет за рукоятку и перевернулся на спину.

И сделал это, как выяснилось, своевременно.

В этот момент противник выстрелил в него, выскочив из ниши в открытое подвальное помещение. Пуля вонзилась в бетон как раз в том месте, где секунду назад лежал Громов. В полумраке подвала Олег увидел знакомый силуэт.

Парень быстро попятился за угол.

И прежде чем спрятаться за стеной, он выстрелил еще раз. К счастью пуля не достигла своей цели, но Олег почувствовал, как она врезалась в бетон рядом с его рукой.

В то же мгновение он прицелился и выстрели по фигуре противника несколько раз. И, кажется, все выпущенные пули не пролетели мимо. Содрогаясь под градом свинца, тело парня отлетело в сторону. Он упал на пол, издав при этом болезненный стон, прижал к груди левую руку и затих.

Кажется, с ним было покончено.

Еще несколько секунд Олег лежал на холодном полу и смотрел на его тело. Когда сердце успокоилось, а дыхание восстановилось, Громов поднялся на ноги и ощупал ушибленную челюсть. Боль была невыносимой, словно его ударили не ногой, а огромным железным молотом, в ушах по-прежнему шумело.

Недовольно прорычав, он поправил куртку и двинулся к свету.

Он уже готов был выйти из ниши, как вдруг поверженный противник, словно воскреснув из мертвых, вскочил с пола и принялся стрелять по нему из пистолета.

Громов отпрянул в сторону и спрятался за трубой. Он был просто ошеломлен, таким поворотом событий и не мог поверить во все происходящее. Ведь он же явственно видел, как вздрагивало его тело после каждого выстрела, и как потом оно упало на пол, застыв у стены без каких-либо признаков жизни. Громов был уверен на сто процентов, что убил его.

"Воскресший" парень в балахоне продолжал стрелять в темноту, притаившись за углом ниши, в которой прятался Олег. Плотно прижимаясь к холодной и твердой стене спиной, Громов скрывался за металлической трубой и стрелял в ответ. В нише было темно, поэтому в него не так-то легко было попасть.

Вылетела последняя пуля, и последовали холостые щелчки бойка. Олег надавил на кнопку в рукоятки пистолета, пустой магазин со звоном упал на пол.

В его сумке было еще два заряженных магазина, но лезть сейчас за ними, было бы не совсем разумно. К счастью еще один, находился у него во внутреннем кармане куртке. Он тут же вытащил его, вогнал в пистолет и передернул затвор.


* * *


К этому времени выстрелы противника стихли. Вероятно, у него тоже закончились патроны. И на некоторое время он исчез за углом. В подвале снова стало тихо. Но вдруг Олег услышал чей-то испуганный и сдавленный болью голос.

- Вот черт! Это ты?! Что с тобой?! Где ты был?

- Я жив, все в порядке. Оставь его. Потом разберемся.

Второй голос был совсем другим. Звучал он строже и уверенней.

- Он попал в тебя?

- Да, зацепил. С тобой как?

- Весь в дырках!

Олег осторожно выглянул из-за трубы и вгляделся в полумрак. В туже секунду из-за угла выскочила фигура с пистолетом в руке, и на Громова обрушился целый град пуль. Он успел отпрянуть обратно в укрытие и прижался к стене.

Выбивая яркие снопы искр, пули защелкали по бетонным стенам и по металлической обшивке водопроводной трубы, за которой он успел заблаговременно спрятаться. В последний момент Олег все же успел разглядеть в полумраке того, кто выскочил из-за угла. Это был не парень в балахоне.

Фигура незнакомца была выше того на голову, и он был гораздо более крупного телосложения, чем его сообщник. На какое-то мгновение стрельба прекратилась. Воспользовавшись паузой, Громов выскочил из укрытия и принялся стрелять в ту сторону, где секунду назад находился высокорослый парень. Его там уже не было.

Выстрелив еще несколько раз, он отпрянул назад и приготовился к ответному выпаду. Но его не последовало. Тогда он прислушался и услышал, как две пары ног загрохотали по бетонному полу. Противники удалялись от этого места, и бежали они к винтовой лестнице. Олег понял это сразу. Секунду спустя их ботинки застучали по металлическим ступеням.

И тогда Громов выскочил из-за трубы и подбежал к самому краю стены. Он осторожно выглянул из-за угла и внимательно всмотрелся в полумрак нижнего подвального помещения. В ту же секунду раздалось несколько глухих хлопков со стороны винтовой лестнице.

Выпущенные в него пули защелкали по бетонной стене. Он вовремя успел отпрянуть назад, так как следующая очередь свинца не оставила бы его в живых. Незнакомцы поднимались по винтовой лестнице вверх и отстреливались сразу из двух пистолетов, не давая ему выйти из ниши.

- Эй, ты! - услышал он крик здоровяка, который вместе со своим товарищем поднимался все выше и выше. Обращался он, судя по всему к Олегу. - Сегодня тебе повезло. Можешь поставить свечку в церкви, но вряд ли тебе это поможет. Ты влез туда, куда не следовало влезать. Обратной дороги нет. Если ты будешь продолжать, то отправишься на тот свет, следом за своим дружком из ФСБ, майором Куликовым.

- Будь уверен, мы выследим тебя, так же как и его, где бы ты ни прятался, и где бы ни находился! - раздался злой голос второго парня. - Так что мой тебе совет: уезжай отсюда, запрись у себя в квартире и никуда не вылезай и может быть тогда, ты еще проживешь месяца полтора, но не больше. Да, и главному своему передай, что бы он заказывал себе цинковый ящик. Скоро он ему понадобиться!

- Да и всей вашей веселой компании!

На этом голоса оборвались. Шаги стихли, и раздался металлический грохот захлопнувшейся двери, который эхом прокатился по всему подвальному помещению. Они ушли. Олег все еще стоял в нише и думал, о том, что они будут делать дальше. Уедут отсюда, или останутся где-то здесь?

Скорее всего, они останутся на территории вокзала и попытаются выследить его, а потом когда, выдастся удобный случай, устранят, так же как и майора Куликова. Поэтому сейчас ему нужно быть более внимательным на выходе с вокзала. Оторваться от слежки он сумеет, главное - вовремя ее обнаружить, и не подставить голову под пули.

Он вышел из ниши и осторожно двинулся в сторону винтовой лестницы, очертания которой он уже хорошо различал в полумраке подвала. Глаза привыкли к полной темноте еще тогда, когда он попал в нишу, поэтому теперь он мог видеть многое. И лестницу и ступени и даже старые шкафы-автоматы, которые послужили ему неплохим укрытием.

Постоянно оглядываясь по сторонам и чутко прислушиваясь звукам, Олег не спеша, двигался вперед, и вскоре нога его ступила на первую ступень винтовой металлической лестницы. Он посмотрел вверх и, не заметив там ничего подозрительного, начал подниматься к выходу.

Вскоре он оказался у железной двери с широким застекленным оконцем прямоугольной формы, через которое в подвал и проникал слабый луч света. Окошко было врезано в дверь на высоте двух метров. Именно поэтому заглянуть в него не представлялось никакой возможности.

Олег взялся за ручку и осторожно отворил дверь. Образовавшаяся между дверью и дверным проемом щель давала возможность рассмотреть все, что за ней происходило. Перед глазами его предстал широкий светлый коридор, отделанный декоративной блестящей плиткой и нескончаемый поток пассажиров, спешащих к выходу из вокзала.

Громов внимательно присмотрелся к пробегающим мимо него людям, но никого подозрительного не заметил. Так же внимательно осмотрел весь коридор от начала до самого выхода. Все пассажиры спешили выйти из вокзала, не было никого, кто бы просто стоял на одном месте без дела.

Тогда он осторожно распахнул дверь, быстро выскочил наружу и незаметно вклинился в толпу. Никто не обратил на Громова никакого внимания. Все были заняты только собой и своими мыслями. Окруженный со всех сторон плотным потоком пассажиров, он выскочил из коридора и оказался перед широкой каменной лестницей. Посмотрев по сторонам, Олег быстро сбежал по ступенькам вниз и завернул за угол. Впереди показались высокие распахнутые двери, а за ними уже можно было разглядеть оживленную городскую улицу.

Олег выскочил наружу и, продолжая оглядываться по сторонам, поспешил в ту сторону, где стояло несколько машин такси. Он не стал выбирать первую попавшуюся, подбежал к самой неприметной, которая пряталась за двумя другими машинами, распахнул заднюю дверцу и влетел в салон.

Таксист в недоумении повернул голову в его сторону. Не успел он открыть рот, как Олег тут же выкрикнул:

- Давай отсюда быстро! Плачу за двоих.

- Понял, - кивнул мужчина с легким кавказским акцентом и завел двигатель.

За всё время передвижения по городу, ему несколько раз приходилось менять машины, переходить с одной улицы на другую, ехать в автобусах, в трамваях, трястись в маршрутках, снова ловить таксистов. Все это делалось для того, чтобы избавить себя от предполагаемой слежки. Хотя Олег и не заметил признаков того, что за ним кто-то следил, но для большей осторожности решил, все же запутать следы. К гостинице он подъехал уже во второй половине дня.


* * *


Миновав раздвигающиеся автоматические двери из толстого стекла, Олег оказался в просторном и хорошо освещенном холле с кожаными диванами и креслами, пышными растениями в декоративных кадках, которые стояли у высоких окон. В кресле отдыхал охранник, читал газету и устало зевал, а на диване сидела молодая женщина с двумя большими чемоданами и отрешенно смотрела в окно. Появление усталого и взволнованного Олега в холе гостиницы не вызвало у них никакой реакции и они вообще не проявили никакого интереса к его персоне.

Прежде чем пройти в середину зала, он окинул их оценивающим взглядом и двинулся дальше. За небольшой стойкой в конце зала стоял портье, крупный мужчина средних лет с небольшими усиками и морщинистым лбом. Он встретил Громова радушной улыбкой и поинтересовался, какой номер он желает снять. После того, как Олег выбрал не самый дорогой, но и не самый дешевый, портье оформил его и выдал ему связку ключей с табличкой.

- Это на шестом этаже. Вам помочь с вещами?

- Нет, спасибо, я сам справлюсь, можете, не беспокоится. К тому же у меня, их не так много, - Олег махнул рукой, покосился на свой небольшой рюкзак, который висел у него на плече и усмехнулся. - Вы лучше скажите мне вот что. У вас здесь есть место, где можно хорошо пообедать?

- Да. Вот, пожалуйста, - администратор указал рукой на высокие деревянные двери с позолоченными ручками и с небольшими прямоугольными оконцами из цветного стекла. - Там у нас ресторан. Можете пойти туда и заказать все, что вам пожелается.

- Вот и отлично. Да и еще кое-что. У меня к вам будет личная просьба.

Олег придвинулся к нему поближе и уперся грудью в стойку. Поманил его указательным пальцем показывая, что хочет сказать ему что-то важное и личное

Портье тоже склонил голову. Громов почти прошептал:

- Если меня будут искать, спрашивать обо мне по телефону, или кто-то придет и попросит позвать, то меня здесь нет. Ясно? Вы вообще не знаете, кто я такой и никогда раньше меня не видели! Так всем и отвечайте.

Не дожидаясь ответа, Олег достал купюру из внутреннего кармана своей куртки и осторожно положил ее на стойку. Портье только кивнул головой, и бумажка затерялась где-то во внутренних карманах его красной жилетки.

- Если кто-то будет мной интересоваться, немедленно сообщите мне об этом, вот телефон. - Олег достал визитку с номером мобильного телефона и передал ее портье. Администратор, не глядя на визитку, убрал ее в карман и натянуто улыбнулся.

- Да и если вдруг решите, что я преступник, и захотите вызвать полицию, то позвоните по этому же номеру, я приеду и во всем разберусь. - Продемонстрировав ему, удостоверение сотрудника МВД, Громов по-дружески улыбнулся, похлопал его по плечу и направился к лифту.


* * *


Когда Олег оказался у себя в номере, он первым делом позвонил Кононову. Нехорошая новость о том, что майор Куликов погиб на вокзале, когда встречал его с поезда, крайне взволновала и расстроила полковника.

- Что он успел тебе сказать?

- Он?.. - Олег принялся вспоминать подробности того короткого разговора на вокзале. - Он сказал, что выяснил что-то очень важное, но сейчас (в смысле, тогда, на вокзале) не может все рассказать, потому что на это нет времени. Он знал, что за ним следят, он... он как будто чувствовал...

Громов на некоторое время задумался, Кононов не стал торопить его, подождал, когда Олег придет в себя.

- Сказал, что нашел того парня, администратора из ночного клуба, и что тот утаивает какую-то информацию, поэтому мне непременно надо с ним встретиться. Да и еще кое-что... очень странно...

- Что странно?

Олег снова погрузился в свои мысли.

После недолгой паузы продолжил:

- Перед самой смертью он успел сказать мне, что я должен найти ее.

- Кого "ее"?

- Жену.

- Какую жену? Ты можешь повторить дословно?

- "Найди ее", он повторил два раза, "найди жену и дочку".

- Вот как?!

- Наверно, он хотел, что бы я нашел его жену и дочь и сообщил им о его смерти. Может быть, им тоже угрожает опасность, и их, возможно, также попытаются убить. Василий Петрович, может, обеспечим им охрану, своими силами, а? Нельзя же так просто...

- Нет, нет, нет, здесь что-то другое, - прервал его Кононов и задумчиво промычал в трубку. Теперь настала очередь Олега ждать, когда полковник соберется с мыслями. - Понимаешь, у него нет жены и дочери, и никогда не было. В этом я уверен на все сто процентов, я его хорошо знал. Нет у него жены, вот что странно. И детей тоже никогда не было.

- О ком же он тогда говорил? И чью жену я должен найти?

- Вот это как раз самое интересное. Жену и дочь? - голос полковника в трубке затих, слышалось только его тяжелое дыхание и постукивание пальцев по деревянной поверхности стола. - Значит так, нет смысла ломать голову, все равно ничего не добьемся. Найди этого администратора и выжми из него все, что он знает, а дальше уже будешь действовать по обстановке? Понял?

- Так точно.

В конце разговора он тяжело вздохнул и посоветовал Громову быть осторожным и более внимательным, пожелал удачи. На этом и распрощались.

После этого Олег осмотрел все комнаты в номере, выглянул в большое окно, находившееся в гостиной, и вышел из номера, закрыв дверь на ключ. Спустился на лифте вниз. К этому времени вестибюль был уж пуст. Исчез и охранник и женщина с чемоданами, остался лишь один портье. Олег весело подмигнул ему и проследовал в ресторан, в котором находилось несколько мужчин и одна женщина.

Все они сидели порознь и были заняты лишь поглощением пищи. Один молодой парень в деловом костюме на секунду поднял глаза, без особого интереса посмотрел на Громова и снова вернулся к своей тарелке с борщом.

- Проходите, присаживайтесь, - услышал Олег мягкий женский голос официантки у себя за спиной. - Что будете заказывать? Сейчас я принесу вам меню.

- Спасибо.

Отобедав в ресторане, Олег вернулся в номер, закрыл дверь на замок и вставил в замочную скважину изогнутую канцелярскую скрепку из толстой проволоки, чтобы никто не смог открыть дверь запасным ключом или отмычкой. Скинув куртку, он прошел в спальню и присел на кровать. После бокала красного вина нервное напряжение спало, а глаза начинали закрываться сами по себе. Не снимая одежды, он лег на застеленную кровать, устало зевнул и вскоре заснул крепким здоровым сном.

Отоспав почти целые сутки, он проснулся во второй половине дня, когда весеннее солнце уже высоко висело над крышами домов, бросая в окна свои теплые и яркие лучи. Приведя себя в порядок и, быстро позавтракав, он сразу же отправился на поиски администратора того самого ночного клуба, в котором разыгралась кровавая трагедия, унесшая сотни жизней ни в чем неповинных молодых людей.


* * *


Громов не стал подъезжать к самому зданию, попросил таксиста высадить его на другой стороне улицы, возле небольшого ювелирного магазинчика с большими светящимися окнами.

- Да. Вот здесь остановите. Ага, спасибо.

Он протянул сложенную бумажку таксисту и вылез из машины, которая тут же развернулась и уехала в обратном направлении. Олег внимательным взглядом осмотрел окрестности и направился через проезжую часть к тому месту, где находился клуб.

К его удивлению входная дверь была не заперта. Открыв ее, Громов услышал жужжание мощной электрической дрели и грохоты нескольких молотков, доносившиеся откуда-то из глубины здания. Через секунду к этим звукам прибавился визг пилы по металлу. Ремонтные работы шли полным ходом.

Почувствовав неприятный запах продуктов горения, который до сих пор витал в этом помещении, словно напоминая о произошедшей здесь трагедии, Олег не спеша, двинулся по коридору в сторону основного зала. Он обратил внимание, что на потолке все еще оставались черные следы копоти и сажи, но вот пол и стены были отмыты и отчищены.

Молодые строители в синих, испачканных бетонной пылью комбинезонах, встретили его холодными недовольными взглядами. А один из них, высокий и широкоплечий здоровяк, отложив дрель в сторону, встал на ноги, вытянулся в полный рост и враждебно двинулся на Олега.

- Ты кто такой?! - его звонкий и задиристый голос прозвучал угрожающее, а пальцы на правой руке сжались в огромный грязный кулак. - Чего здесь ходишь?!!

Двое других строителей поднялись следом за ним

Громов приготовился к удару, остановился.

- Я из управляющей компании ищу администратора клуба, - спокойно проговорил он, не обращая внимания на его грозный вид и черные сверкающие глаза.

Отойдя назад, строитель как-то подозрительно быстро сменил гнев на милость и уже совсем другим, спокойным и довольно миролюбивым голосом проговорил:

- А! Так он там. В своем кабинете сидит.

Он указал рукой в сторону основного зала. Там где раньше стояла барная стойка.

- В кабинете?

- Да. Ну, там, у них комната. За углом повернешь направо, там будет дверь с табличкой "служебное помещение".

- Понял, спасибо.

Осторожно ступая по грязному полу, Олег пересек основной зал и, повернув за угол, оказался возле новой металлической двери, которую очевидно, поставили взамен той деревянной, что сгорела при пожаре. На ней висела выгоревшая табличка с упомянутой надписью.

Он постучал три раза и, не дожидаясь ответа, вошел в комнату.

Темноволосый парень с бледным лицом и широкими выпуклыми скулами, сидевший до этого за небольшим письменным столом, похожим на школьную парту, тут же вскочил со стула и, сверкнув своими узкими недобрыми глазками, попятился назад.

Олег остановил его резким жестом, вытянув вперед обе руки, и распрямил ладони.

- Все хорошо. Не волнуйтесь. Это вы администратор. Вас, кажется, Кирилл зовут?

- Кто вы? - Голос администратор был резким и взволнованным. Глаза оставались серьезными и враждебными. - Я сейчас позову...

- Не надо никого звать.

Олег пытался говорить мягко и спокойно, желая показать тем самым, что пришел он с миром и не сделает ему ничего плохого. - Вы присядьте. Я просто хочу с вами поговорить.

Парень посмотрел на дверь, подумав видимо о том, что неплохо было бы позвать на помощь ребят-строителей, но, увидев дружественный и доброжелательный взгляд Олега, решил все-таки этого не делать и уселся обратно за стол.

- О чем поговорить? Кто вы вообще такой?!

- Я корреспондент. Из одного небольшого издания. Вот. - Он показал фальшивые документы и, убрав их в карман, осмотрел комнату в поисках стула. Стульев нигде не было, и присесть было некуда.

- Ну и что вам надо?!

- Я хочу поговорить о том, что здесь произошло...

- А я не хочу! - сердито отрезал администратор.

- Это очень важно... - Олег с серьезным видом посмотрел на него, но парень отвел недовольный взгляд и снова посмотрел на дверь, за которой слышалось жужжание электрической дрели.

- Я уже все рассказал следователю, я не собираюсь с вами трепаться.

- Я же не следователь!

- Да пошел ты! - администратор вспыхнул и снова вскочил со стула. - Убирайся отсюда!!!

Олега это задело, но он все еще пытался держать себя в руках.

- Ну, зачем же так резко? Я с вами по-хорошему.

- Ты не слышал?! Убирайся!!!

- Из-за тебя человек погиб! - в голосе Олега прозвучали нотки злобы и раздражения.

- Мне плевать на это, понял?! - Парень заводился все больше и больше. - Я же сказал тебе, чтобы ты катился отсюда. Я разве непонятно сказал? Давай убирайся. Мне работать надо.

- К тебе приходил майор из ФСБ? Куликов его фамилия! - Стараясь не обращать внимания на его тон, Олег все же задал ему интересовавший его вопрос. - Такой высокий мужчина в черном плаще. Просто скажи, приходил или нет?

- Никто ко мне не приходил! Не знаю я никакого майора!

- Так вот его убили. А следующим можешь быть ты!

- Что?!

- Убили его, говорю!

Олег заметил, как правая рука парня потянулась в нижний ящик письменного стола.

- Убирайся! - процедил он. - Или я...

Олег заметил краешек рукоятки пистолета в руке администратора. Но тот не успел его достать. Громов выхватил свой из наплечной кобуры и резким движением руки наставил пистолет на него, щелкнув предохранителем.

- Стоять! Не двигаться! Положи ствол на место.

- Эй, ты чего?!

Парень в ужасе смотрел на дуло, направленное на него. Глаза его выкатились из орбит, а лицо стало белым как простыня.

- Положи на стол!

- Что?

- Пистолет свой положи на стол, говорю.

Не сводя глаз с Олега, он медленно вытащил свой пистолет и положил его на стол. Олег быстро схватил его и, убрав со стола, спрятал за поясом своих брюк за спиной.

- Теперь сядь на место.

Администратор послушно сел. Олег продолжал держать его на прицеле.

- Теперь давай поговорим. Ты помнишь мой первый вопрос?

- К-какой? - заикаясь, прохрипел Кирилл.

- Про майора из ФСБ. Он был у тебя?

- Да.

- Его убили, ты знал об этом?

- Нет, не знал.

- А может, ты знаешь, кто к этому причастен?

- Не знаю. Не знаю я ничего, - умоляющим тоном взмолился администратор. - Я всего лишь один раз видел его. Не убивайте меня!

- Я не буду тебя убивать, если ты расскажешь мне все что знаешь.

- Я все расскажу.

- И только правду?

- Да, конечно. Я немного знаю. Я все расскажу.

Олегу показалось, что рука его снова поползла куда-то в сторону.

- Руки держи на столе! - приказал он и пригрозил ему пистолетом. Администратор вздрогнул, сложил руки на столе, словно послушный ученик и в страхе посмотрел на Олега.

- Итак, о чем вы с ним говорили?

- С кем?

- Твою мать, у тебя, что провалы в памяти?! - Не выдержав, выругался Громов, продолжая держать его на мушке. - С майором из ФСБ. Куликов его фамилия. Помнишь о таком?

- Да-да, помню. Мы говорили...

Голос администратора прервался, потому что в это время резко отворилась дверь и в комнату ворвались строители. Их было трое. Олег повернул голову в их сторону, и в ту же секунду администратор ударил его по руке. Пистолет упал на стол и скатился на пол. После этого последовал удар в лицо.

Олег отшатнулся от стола, а администратор крикнул во все горло:

- Держите его!!!

Троей рослых и здоровых мужиков набросились на Олега. Тот, что вбежал первым, размахнулся и, сжав ладонь в кулак, попытался нанести удар в лицо.

Олег вовремя успел поставить блок.

Отбил руку и ударил его в челюсть.

Строитель пошатнулся и отскочил назад. Двое других попытались окружить Громова, обходя его с обеих сторон. Заметив это, он отскочил назад, но было уже поздно. Огромный кулак летел ему навстречу. Он не успел блокировать его, но все же успел уклониться. Удар получился слабым и скользящим.

Строитель попытался ударить его еще раз. Повернувшись к нему, Громов выставил перед собой левую руку, блокировал удар. Схватил его за запястье, отвел руку в сторону и ударил противника коленом в живот.

Тот болезненно выдохнул и рухнул на пол.

Вторым ударом ноги Олег вырубил его окончательно. В это время, обходивший с другой стороны строитель набросился на него сзади и, обхватив его за шею одной рукой, принялся душить.


* * *


Почувствовав недостаток воздуха в легких, Громов ударил его локтем в живот. Издав болезненный стон, тот на секунду ослабил хватку и отстранился от Олега. Воспользовавшись этим, Громов ударил его локтем в подбородок, резко развернулся и нанес сокрушительный удар ногой.

Парень отлетел к противоположной стене.

Строитель, который первым ворвался в комнату, предпринял вторую попытку нападения, и попытался снова ударить Олега. Первый удар был блокирован. Громов заметил, как испуганный администратор торопливо полез под стол, что бы достать оттуда пистолет, выбитый из рук Олега.

Строитель снова нанес удар. Громов схватил его кулак, выкрутил запястье так, что у парня захрустели кости, резко завел его руку за спину и ударил по ногам. Противник, потеряв равновесие, откатился к стене и ударился головой в своего поверженного товарища. В следующую секунду Олег ударил ногой по столу, за которым находился администратор, пытающийся поднять с пола пистолет.

Парень взвыл от нестерпимой боли и отлетел к стулу. Опрокинув его, он упал на пол.

Тем временем третий строитель, который находился ближе всего к Олегу, с большим трудом встал на ноги и испуганно отпрянул назад, когда увидел, что Громов двигается в его сторону.

- Эй, не надо! - простонал он и отпрянул к стене, возле которой лежали два других его товарища, издавая болезненные стоны и потирая ушибленные места. Уже не думая больше о нападении, они медленно пытались подняться на ноги.

Громов выхватил из-за пояса пистолет, отобранный у администратора, и направил его на поверженную троицу.

- Сядьте спиной к стене и сидите там! Если кто еще раз попытается наброситься на меня, в ход пойдет вот эта штука.

Он потряс пистолетом перед лицами строителей. Они послушно отползли назад и прижались спинами к грязной бетонной стене. Смиренно сложив руки на коленях, они прижались друг к другу и подняли головы.

- Вот и хорошо. Так и сидите, - усмехнулся Олег и повернулся к администратору. Тот, приложив к разбитой голове ладонь, болезненно морщился, испуганно смотрел на него и пытался подняться с пола. Громов убрал в карман его пистолет, поднял с пола свой и подошел к нему. Увидев его решительный взгляд, администратор испуганно сжался и застыл на месте.

- Пожалуйста, - простонал он, выкатив свои испуганные глаза.

- Вставай!

Схватив администратора за плечи, Громов вывел его из-за стола и оттолкнул в сторону. Придвинув к себе стул ногой, он поставил его на ножки и сел возле стола. Продолжая сжимать пистолет в руке, он поправил потрепанную в бою куртку и грозно посмотрел на Кирилла.

- Итак, начнем заново.

Наставив на администратора пистолет, он уверенным и спокойным голосом повторил свой вопрос:

- О чем ты разговаривал с майором Куликовым?

- Я...я... - Кирилл опустил голову, прикусил нижнюю губу и исподлобья посмотрел на Олега. - Я... рассказал...я...

- Ну, давай, соберись! Или у тебя опять провал в памяти! Может, если я прострелю тебе колено, ты вспомнишь?

Громов наставил пистолет на ногу администратора. Тот в ужасе замахал руками.

- Нет, не надо! Я все помню! Не надо! Не стреляйте.

- Давай говори!

- Я видел его всего лишь один раз, - быстро затарахтел Администратор. - Это правда. Он приходил сюда на прошлой неделе и задавал мне вопросы. Я рассказал ему все, что мне было известно, а потом он ушел. Больше я его не видел, и он ко мне не приходил. Я говорю правду, честное слово, вы должны мне поверить!

- И кто его убил?

- Я не знаю!

- Ну, как же? Ты должен знать!

- Я не знаю, клянусь богом. Не знаю! Я просто рассказал ему все, что произошло в ту ночь, когда погибли... все они..., ну вы понимаете. Рассказал все, что видел.

- Да? Тогда расскажи теперь все мне. И только правду. Я тоже кое-что знаю, так что если будешь мне лгать, я пойму, и тогда мне придется сделать тебе больно. И всю оставшуюся жизнь ты проведешь в инвалидной коляске, которую будет таскать твоя жена, если, конечно, она у тебя есть.

- Хорошо, я все расскажу. Что вас интересует?

- Меня интересует ВСЁ. Начинай сначала и давай по порядку.

Администратор громко сглотнул, облизал засохшие губы.

- Это был обыкновенный день, то есть ночь, простите. Как всегда было много посетителей. Люди танцевали, развлекались, сидели за столами: в общем, все было как обычно, обстановка была спокойная, пока не началась эта драка.

- Так хорошо. Дальше.

- Но... знаете, это не было похоже на обычную потасовку. Иногда у нас случались небольшие стычки, но это было нечто другое.

- Я представляю, - вздохнул Олег, вспоминая рассказ Кононова и кадры из программы новостей, где мелькали спасатели, которые выносили обгоревшие и изувеченные тела мертвых молодых людей. - И что же это было?

- Люди словно взбесились. Они набрасывались друг на друга, душили, резали, выкручивали головы. Они как будто все разом сошли с ума. - Кирилл говорил быстро, иногда запинался, его широко распахнутые от страха глаза испуганно бегали по сторонам.

- Обезумели, - утвердительно кивнул головой Олег.

- Да. Это были уже не люди. Безумцы. Животные, движимые только одним инстинктом - убивать.

- Ты помнишь, когда это началось?

- Да в 11:32.

- Вот как?! - Олег в изумлении ударил кулаком по столу и загадочно посмотрел на Администратора. - Именно в 11:32? Не в 11:33, не в 11:31. Не в половине одиннадцатого? Не около двенадцати? А именно в 11:32?! Откуда такая точность?! - Последние слова Олег почти выкрикнул. - Ты что смотрел на часы и ждал, когда это произойдет?!

- Нет, нет! Просто это время я видел на дисплее, - испуганно пролепетал администратор.

- На каком дисплее?!

- Перед тем, как все это началось, возникли какие-то неполадки с диском, и перестала играть музыка. Я подошел к аппаратуре, чтобы посмотреть, в чем там дело и увидел на дисплее время 11:32. Я попытался устранить неполадку сам, но у меня ничего не вышло и я...

- Так стоп!!! - Олег снова хлопнул ладонью по столу, отчего строители, сидевшие у стены одновременно вздрогнули. - Значит, заело диск, говоришь?

- Да. Музыка прервалась.

- Так вот оно что!

Он на некоторое время задумался. Кирилл, часто дыша и нервно потирая руки, в недоумении смотрел на него. Притихшие строители, кажется, тоже заинтересовались его словами и ждали теперь когда, он, наконец, заговорит и выскажет то, что пришло ему в голову

- А что за диск был?

- Да обычный, mp3, ну там были... - и вдруг администратор осекся. - Диск? Вы хотите сказать все дело?..

- Я пока еще ничего не хочу сказать, давай продолжай.

Собравшись с мыслями, Кирилл продолжил:

- После этого я пошел за нашим ди-джеем, Виктором, который находился в другой комнате. Там я его не обнаружил. По-видимому, он куда-то ушел. А когда я вернулся и открыл дверь в основной зал, там уже происходило что-то невероятное.

- То есть это началось в то время, когда ты отсутствовал?

- Да, видимо, так. Я открыл дверь и увидел, как люди набрасываются друг на друга. Это было ужасно. Я не рискнул выходить наружу и остался у двери.

Олег опять погрузился в свои мысли.

- Интересно, куда же пропал ваш ди-джей?

Администратор покачал головой и беспомощно пожал плечами.

- Для меня это так и осталось загадкой.

- Почему?

- Дело в том, что он погиб.

- Погиб?! - Олег в недоумении склонил голову и испытующе посмотрел на парня. - Как погиб? От чего?

- От передозировки героина. Таково заключение эксперта. Его нашли мертвым у себя в квартире, со шприцем в руке. Но мне что-то не вериться в это. - Кирилл в задумчивости опустил взгляд и прикусил нижнюю губу. - Он находился еще не на той стадии, когда случаются такие вещи. Понимаете? Так баловался раз в неделю, не чаще. Это все как-то очень странно...

- Вот значит, как, - задумчиво протянул Олег и недовольно тряхнул головой. - Итак, ты не стал выходить в зал, остался у двери и наблюдал за происходящим со стороны. Так?

- Так.

- Может быть ты увидел что-то подозрительное, из ряда вон выходящее, не считая конечно общей обстановки в зале? Было ли, что-то такое, что привлекло твое внимание?

- Я думаю, да.

- И что же?

- У барной стойки стоял парень, а рядом с ним находилась девушка. Он что-то кричал ей на ухо, но я не смог разобрать ни слова. Дело в том, что эти двое - единственные посетители клуба, кто вел себя иначе. Не так.

- Что значит, "не так"?

- Не так как все. Их как будто не затронуло всеобщее безумие.

- А почему?

- Я не знаю, - Кирилл задумчиво пожал плечами.

- Ты их знал? Встречался с ними раньше?

- Нет. Никогда раньше не видел.

- А как они выглядели? Можешь описать? - Олег внимательно посмотрел в глаза администратору.

- Парень уже довольно взрослый, лет тридцати-тридцати пяти, в кожаной куртке со светлыми волосами и бледным лицом. Девушка младше его, брюнетка была испугана...

Кирилл остановился и задумался, вспоминая подробности того ужасного вечера. Олег терпеливо ждал продолжения рассказа.

- А, да! - внезапно воскликнул администратор, как будто вспомнил что-то важное. - У нее на шее висели такие большие наушники, которые полностью закрывают уши, когда их одеваешь.

Громов кивнул головой.

- Теперь все понятно.

- Я извиняясь...

- Все сходится: и остановка музыки и ди-джей мертвый, и девчонка в наушниках. Скорее всего, они были на ней в тот момент, когда все это началось, поэтому-то на нее и не подействовали волны.

- Какие волны?

- Неслышимые.

- Это как?

- Ультразвуковые волны.

- Ультразвуковые?

- Да именно так. Не слышимые человеком упругие волны, частоты которых превышают 20 килогерц.

- И с помощью этого можно убить?

- С помощью этого, можно отправить приказ в мозг человека убивать всех, кого он встретит на своем пути.

- Невероятно! Разве такое возможно?

- Еще как возможно. Приказ был записан на диске, в этом я уверен на все сто процентов. Теперь все ясно. Так, а что тот парень, который находился в это время рядом с ней?

- После того как он прокричал ей что-то на ухо, она бросилась к выходу, а он остался один. Я увидел, как двое здоровых парней побежали в его сторону. И прежде чем они набросились на него, он выхватил пистолет и выстрелил себе в голову. Потом один из этих двух здоровяком заметил меня и бросился в мою сторону. Я...

Олег поднял руку и администратор остановился.

- Постой-ка. Ты говоришь, выстрелил в себя?

- Да.

- То есть это единственный человек, который покончил с собой в этом клубе?

- Ну, выходит, так.

- Сдается мне, он знал, что это произойдет. Поэтому и пустил себе пулю в лоб. Ты раньше видел его в клубе?

- Нет, никогда.

- А ты рассказывал, кому-нибудь еще об этом?

- Только следователю. И он, кажется, что-то там проверял, насчет этого парня и девушки. Несколько раз меня спрашивал...

Олег впал в раздумье.

- Возможно, он кое-что о нем выяснил.

Кирилл пожал плечами.

- Может и так, но я об этом ничего не знаю.

- Насколько мне известно, никто так и не выбрался из клуба? - эти слова Олега прозвучали больше как утверждение, нежели чем вопрос.

- Ну, если не считать меня. И... и Виктора.

- Значит, девчонка погибла? - Громов тяжело вздохнул и снова в недовольстве встряхнул головой. - Что ж, очень жаль. Интересно было бы узнать, чего он ей наговорил, перед тем как выпустить себе мозги. И ди-джей твой не просто так на тот свет ушел. Грохнули его. В этом сомнений нет.

- Вот поэтому я вас так и встретил. Вы уж извините.

- Все в порядке, - Громов махнул рукой, показывая этим жестом, что не держит зла на администратора. - Я все понимаю, меня тоже пытались убить. Тебя не пытались?

- Нет, но ко мне приходили двое в черных очках. Они никак не представились. Какие-то они были подозрительные. Я заплатил ребятам, - Кирилл кивнул в сторону строителей, которые все еще сидели у стены. - За личную охрану, так сказать, пока я тут работаю.

- Вот как! - Олег снова ударил по столу ладонью. - Значит, эти товарищи были у тебя. И о чем ты с ними разговаривал?

- Они спрашивали меня о том, что здесь произошло. Я им почти ничего не сказал. Потом они ушли, и больше я их не видел. А что вы думаете, они и меня попытаются убить.

- Думаю, нет. Если бы они хотели тебя убить, то уже бы давно сделали это. Хотя... охрану бы тебе лучше сменить.


* * *


Закрыв за собой дверь клуба, и оказавшись на улице, он внимательно осмотрелся по сторонам и, не заметив ничего подозрительного, вышел на тротуар.

Они разошлись с миром, и даже пожали друг другу руки, но Олега все равно не покидало, какое-то неприятно чувство недоверия к этому человеку. Говорил он, по все видимости, правду, и слова звучали довольно убедительно, но вот глаза его не внушали Громову особого доверия. Было в них что-то подозрительное, что-то скрытое, что-то такое, что не давало Олегу покоя.

Не успел он преодолеть и двух метров, как вдруг заметил какое-то движение сбоку от себя. Резко повернув голову в ту сторону, он увидел, как на приличном от него расстоянии, чья-то незнакомая фигура, отделившись от ровного ряда машин, быстро двигалась в сторону боковой стены здания клуба.

Внезапно незнакомец остановился. Секунду-другую он смотрел на Олега, потом вдруг резко повернулся и побежал дальше. Хотя на улице были и другие люди, но посмотрел он именно в его сторону, и именно на него. В этом Громов был уверен на все сто процентов.

Не раздумывая, он бросился за ним вдогонку. На какое-то время спина незнакомца, мелькавшая среди припаркованных у края дороги машин, скрылась за длинным фургоном грузовика, но вскоре снова появилась на тротуаре.

- Эй, стой! - крикнул убегающему незнакомцу Громов, перепрыгивая через капот машины, которая преградила ему путь. Незнакомый парень обернулся на крик, на какое-то время даже замедлил скорость, но потом снова рванул вперед и, оказавшись на соседней улице, скрылся за углом здания.

Не прошло и трех секунд, как Олег поравнялся с грузовиком, обогнул его со стороны тротуара и повернул за угол. Перед ним предстала узкая пустынная улочка, на которой едва смогли бы уместиться два легковых автомобиля. По правую руку от него, громоздились старые кирпичные дома, которые вплотную стояли друг к другу. Слева протянулся высокий забор из прямоугольных бетонных плит, с высеченными на них ромбами и треугольниками.

В конце улицы Олег увидел убегающего человека и бросился за ним с быстротой молнии. Но вскоре незнакомый парень, не сбавляя скорости, ушел в правую сторону и исчез где-то между домами. Когда Олег подбежал ближе к этому месту, он заметил невысокую арку, которая открывала вход во дворы старых сплоченных домов.

Он поравнялся с аркой. Как вдруг разум его поразила ясная и отчетливая мысль о допущенной ошибке. Все это было подстроено. Парень не убегал от него, он заманивал Олега в какую-то ловушку. И как только Громов понял это, из арки выскочила черная машина с тонированными стеклами и заляпанными дорожной грязью и пылью номерным знаками.

Грозно взревев двигателем, автомобиль понесся на него словно взбесившийся бык. Громов в одно мгновение развернулся и со всех ног бросился в обратную сторону.

Он бежал не оглядываясь, бросал короткие взгляды в обе стороны, ища спасительный выход из этого узкого и тесного пространства. Но его нигде не было. С одной стороны плотной стеной громоздились кирпичные дома, с другой тянулся сплошной бетонный забор. Оставалось только одно - бежать вперед и надеяться на лучшее. Но он понимал, что до конца улицы добежать ему не удастся. Черная иномарка настигала его, с каждой секундой сокращая и без того короткое расстояние. Невидимый водитель давил на газ, а двигатель с ревом набирал обороты.

Он повернул голову и увидел, что бампер иномарки находиться всего в шести метрах от него и при этом стремительно приближается. Внезапно боковое стекло на передней дверце быстро опустилось вниз, а из салона показалась рука с пистолетом. И тогда Олег решился на отчаянный шаг.

Он бросился к бетонному ограждению, и, сделав еще несколько длинных прыжков, взмыл вверх и зацепился руками за край забора. В ту же секунду раздались оглушительные выстрелы.

Громов вовремя успел поджать ноги, и машина пронеслась мимо него, но тут же затормозила. Пули начали барабанить по бетонным плитам рядом с Олегом.

Он подтянулся вверх, перемахнул через забор и спрыгнул на площадку, покрытую свежим асфальтом. На асфальт были нанесены яркие белые полосы, прямоугольной формы. Он быстро огляделся вокруг и понял, что оказался на охраняемой территории платной автостоянки. Машины здесь стояли ровно, каждая в своем прямоугольнике. Их было немного, поэтому большая часть территории пустовала. В противоположной стороне Громов заметил небольшую кирпичную сторожку. Пока там все было тихо.

Тем временем за забором взревел двигатель, иномарка дала задний ход, и тут же завизжали тормозные диски. Машина резко остановилась. Хлопнули дверцы и на улице послышались голоса.

- Ну, где он?!

- Перепрыгнул через забор. Вот здесь. Я сам видел.

- Давайте за ним! - приказал недовольный голос, и Олег услышал, как кто-то карабкается по бетонной плите. Не теряя времени, он бросился вдоль забора добежал до угла и повернул на право. В это время один из преследователей перелез через забор, спрыгнул вниз и, оглядевшись по сторонам, заметил фигуру Олега.

- Вон он! - закричал парень и направил на него пистолет.


* * *


В следующую секунду раздался выстрел.

- Давайте все сюда! Я его вижу.

Вскоре к нему присоединился и второй преследователь, спрыгнувший на площадку следом за ним, потом третий. Теперь они стреляли втроем.

Пригнувшись, Олег побежал вдоль ровного ряда машин и увидел, как из домика сторожа выскочил здоровяк в черной униформе и с пистолетом в руке. Это был охранник. Громова он не заметил, зато увидел трех вооруженных мужчин, стрелявших из пистолетов куда-то в сторону.

Охранник выстрелил в воздух и что-то прокричал. Преследователи, не долго думая, направили на него пистолеты и расстреляли его так быстро, что он не успел даже сделать шаг назад. Мертвое тело рухнуло на асфальт лицом вниз.

Они отвернулись от него и снова занялись Громовым, который, тем временем, отбежал на довольно большое расстояние и успел достать из наплечной кобуры свой пистолет. Пули снова загрохотали по бетонному забору и по автомобилям, выбивая яркие снопы искр и разбивая вдребезги боковые и задние стекла.

- Давайте за ним! - приказал незнакомец, и троица бросилась за Олегом, диагонально пересекая стоянку и пробираясь мимо сверкающих на солнце автомобилей. Часто меняя магазины, они не прекращали стрелять из пистолетов. Иногда их фигуры скрывались за высокими внедорожниками или грузовиками и тогда выстрелы прекращались.

Когда один из парней перепрыгивал через капот машины, а двое других пропали из виду, Громов на секунду остановился, прицелился и выстрелил в незнакомца.

Выстрел оказался удачным.

Тот схватился за грудь и рухнул на асфальт.

Олег бросился дальше. Двое преследователей показались из-за небольшого белого микроавтобуса. Увидев своего мертвого товарища, лежащего на асфальте лицом вниз, они злобно выругались и на некоторое время остановились. Опомнившись, один из преследователей бросился к нему.

- Я посмотрю, что случилось. Может, он еще жив, - прокричал мужчина в темных очках, кивнув головой в сторону мертвого тела своего друга. - Ты давай за ним. Он не должен уйти.

- От меня он не уйдет. Можешь не сомневаться.

Парень бросился дальше и увидел, как фигура Громова выскочила из-за зеленого микроавтобуса и замелькала среди легковых машин. Продолжая бежать вперед, он принялся стрелять по Олегу, который, услышав, как застрекотали пули по бетонным плитам и по машинам, тут же пригнул голову и исчез за высоким фургоном длинного грузовика.

Незнакомец в черных очках потрогал пульс своего сослуживца и, убедившись в том, что тот мертв, быстро вскочил на ноги и побежал в сторону Громова. Увидев мелькающую спину Олега, он выстрелил в него несколько раз.

Пули пролетели мимо. Мужчина в темных очках, ускорив темп, поравнялся со своим товарищем, который откинул пустой магазин и вставил новый.

- Что с ним?

- Он мертв. Эта сволочь неплохо стреляет. Прямо в сердце. Будь осторожен.

Громов бежал вдоль бетонной стены к небольшому грузовику, который стоял близко к забору и мог бы послужить неплохим укрытием от преследователей. Как только он оказался за его длинным и высоким фургоном, выстрелы прекратились, и на некоторое время он оказался в безопасности. Теперь можно было перелезать через забор.

Он оглянулся, убедился в том, что преследователи не могли его увидеть, и подпрыгнул вверх. Зацепившись за край бетонной плиты, он подтянулся и закинул на забор одну ногу. Как раз в это время двое мужчин, изменив свой первоначальный маршрут, повернули в другую сторону и бросились к стене, через которую в это время перелезал Олег. Таким образом, они обогнули грузовик, который надежно скрывал его, и оказались возле бетонного забора. Теперь Громов находился в зоне их видимости.

Они увидели, как он карабкается на стену и в следующую секунду направили на него пистолеты. Прогрохотали выстрелы. Олег вовремя успел перелезть через край и убрать ногу с того места, куда в следующую секунду врезалась пуля. Она отколола небольшой кусок бетона, который упал на асфальт и рассыпался не мелкие осколки.

Прозвучало еще несколько выстрелов, но теперь Олег уже был в безопасности. Он скатился с забора и приземлился во дворе, в котором не было ни души, даже машины отсутствовали. Оглядевшись по сторонам, он заметил небольшой узкий проезд между домами и, не раздумывая, бросился к нему. Пробежав вдоль забора несколько метров и выскочив на улицу, он заметил автобусную остановку и приближающийся к ней маршрутный автобус.

Тем временем преследователи подбежали к забору в том месте, где он перелез на другую сторону, и остановились в недоумении. Молодой парень, посмотрев наверх, принялся карабкаться на бетонную плиту, но высокий мужчина в темных очках остановил его.

- Остановись!

- Почему? - в негодовании взревел парень. - Я достану его! Он убил одного из братьев. Мы обязаны отомстить!

Мужчина в темных очках взял его за плечо и удержал на месте.

- Стрелять на оживленной улице мы не будем. Это не слишком разумно. К тому же мы рано или поздно все равно достанем его. Не беспокойся, за смерть ученика нашего он ответит перед нами и перед всей ложей. Магистр приготовит для него кое-что пострашнее смерти. Пойдем к машине.

- Нужно забрать тело.

- Конечно. Пойдем, я помогу.

Они поспешили обратно.

А Громов, тем временем, спрятал пистолет в наплечную кобуру, забежал в автобус и уселся на свободное кресло у окна, стараясь не привлекать к себе внимания других пассажиров. Двери захлопнулись, и автобус стронулся с места.


* * *


На прием к следователю он попал только через два дня после того случая. Встретится с ним раньше, не представлялось возможным, по причине того, что господин Иванов был очень занят проведением следственных действий с раннего утра и до поздней ночи. Хотя по закону это было запрещено.

Войдя в здание прокуратуры, Громов без труда нашел кабинет следователя, проводившего расследование массовой гибели молодых людей в ночном клубе. Олег поднялся на второй этаж и подошел к двери, на которой висела табличка с именем, фамилий и отчеством следователя Иванова. Он постучал в дверь.

- Да-да, входите, - услышал Олег тонкий, почти писклявый голос следователя и толкнул дверь. Войдя в кабинет, он увидел маленького человечка с короткой стрижкой, узкими черными глазами и бледным недовольным лицом.

Следователь бросил на него короткий усталый взгляд и отвернулся. Теперь он стоял к нему спиной и занимался тем, что менял портрет премьер-министра на портрет президента.

- Зря стараетесь, - усмехнулся Олег ему в спину.

- Это почему?

- Я бы на вашем месте повесил бы сразу два портрета. И каждые четыре года только бы пыль вытирал. А нет теперь уже не четыре, а шесть. Ведь обещал же не менять конституцию. И все равно поменял.

- Вы считаете шесть лет это много?

- Я считаю, прошлых двенадцати было достаточно.

- Но, как мы уже убедились, народ так не считает.

- Да с этим ничего не поделаешь. У нас демократическое государство. Свободные, честные выборы. Мы должны уважать мнения большинства.

- А что разве не так?

- Нет, почему, всё так, всё так.

Закончив свое важное дело, следователь повернулся к нему.

Олег представился, а Иванов молча указал на стул, показывая тем самым, что разрешает ему присесть рядом с ним. Весь его вид выражал недовольство и презрение, говоря о том, что он не желает общаться с заезжим журналистом, который сует нос не в свое дело.

- Я пришел к вам по одному важному... - начал, было, Олег, но тут же был прерван следователем. Его скрипучий и женоподобный голос надменно возвестил:

- Я знаю, зачем вы пришли!

- Да? И зачем же?

- Чтобы мешать, мне работать и задавать глупые вопросы.

- Я вообще-то хотел выяснить...

- А зачем вам это?!

- Для статьи.

- Хотите написать статью? Пишите, только я здесь причем? - он нервно усмехнулся и выстрелил в Олега еще одним презрительным взглядом. - Хотите сделать из этого дела сенсацию?

- Нет, - спокойно возразил громов, отрицательно покачав головой. - Просто хочу во всем разобраться.

- Следствие уже во всем разобралась, - коротко отрезал Иванов и, открыв самый верхний ящик в столе, вытащил оттуда толстую папку с документами. - Виновные найдены и наказаны, следствие закончено. В чем вы еще хотите разобраться.

- В том, кто виновен на самом деле.

- Я же сказал, что виновные найдены...

- Да? А вы их сами искали, или они пришли к вам по повестке?!

- Не понимаю, к чему вы клоните, но следствие уже закончено...

- Что-то слишком быстро для такого громкого дела? - усмехнулся Громов, испытующе посмотрев на следователя Иванова. - Не прошло и месяца, а виновные уже сидят за решеткой.

- Следственная группа рассмотрела все версии и сработала достаточно быстро. Это что плохо?

Олег улыбнулся и на некоторое время призадумался:

- Я вот что хочу у вас спросить, вы работали по всем версиям или только по тем, по которым было приказано работать?

- Не понимаю, о чем вы говорите, но мы проверили все факты, имевшиеся в деле? - посмотрев на Олега усталыми глазами, Иванов пожал плечами и открыл папку с бумагами. - Суд рассмотрел все материалы и вынес справедливый приговор.

- Да? А суд принял во внимание тот факт, что среди мертвых тел был найден труп мужчины средних лет, который застрелил себя сам без чьей либо помощи?

Вот тут Иванов вздрогнул, бросил исподлобья встревоженный взгляд и сразу же опустил глаза. Олег заметил это, но следователь быстро взял себя в руки, принял прежний невозмутимо-усталый вид и дежурным голосом проговорил:

- Мы не нашли в этом ничего странного.

Олег возмутился.

- Все посетители клуба обезумели одновременно, принялись убивать друг друга с такой жестокостью, что даже представить себе страшно. И только он один из них выстрелил в себя. И вы не заметили ничего странного?

- А что тут странного? - Иванов в недоумении пожал плечами и тупо посмотрел на Громова. - Началась потасовка. Молодые люди набросились друг на друга, как это обычно бывает. Обычная драка. Потом начался пожар. Большинство из них задохнулось, остальные умерли от ожогов или, проще говоря, сгорели заживо. Хозяин клуба находится теперь в местах не столь отдаленных. Срок у него большой. Что вам еще надо? Посадить весь персонал клуба?

- Да нет, хотя бы тряхнуть пожарников, которые за взятки разрешали работать клубу, с такими грубейшими нарушениями. Как насчет инспекторов? Вы их допрашивали?

- Проверка показала, что действия сотрудников Госпожарнадзора абсолютно законны.

- А бездействия?

Иванов промолчал.

- Бездействия тоже законны? - повторил вопрос Олег. - Или носить погоны это уже считается великим делом.

В общем-то, Громова нисколько не удивляло такое поведение следователя. Он старался держать себя в руках, говорить спокойно, мягко, не срываться на крик, потому что только так можно было от него чего-то добиться.

- Послушайте, я тоже понимаю, что система правоохранительных органов в нашей стране, мягко говоря, далека от совершенства, поэтому давайте не будем...

- Давайте не будем, - Олег одобрительно кивнул головой.

Иванов выразительно вздохнул и посмотрел в окно.

- Вы ведь знаете, что президент и премьер министр делают все возможное, чтобы искоренить коррупцию и оптимизировать работу государственных органов.

- По телевизору?

- Что, простите?

- По телевизору делают все возможное? Ну, за исключением некоторых малоизвестных каналов.

- Я не понимаю...

Внезапно в кармане зазвонил мобильный телефон. Следователь Иванов кивнул головой и принялся изучать документы лежавшие у него на столе, показывая этим, что не будет "против", если Олег ответит на звонок у него в кабинете.

Громов извинился, достал трубку и приложил ее к уху. Звонил портье из гостиницы. Он был чем-то сильно напуган, голос его дрожал от страха. Олег заметил это и плотнее прижал телефон к уху. От волнения администратор даже не мог произнести слово "Здравствуйте", постоянно заикался, учащенно дышал и откашливался.

- Что с вами?! - в недоумении проговорил Олег в телефон, наблюдая за следователем, который склонился над столом и погрузился в изучение своих бумаг.

- Здравствуйте, извините, это я, - заикаясь, пролепетал администратор гостиницы. - Это я.

- Я это понял, - проговорил Олег, почувствовав глубокую тревогу в голосе портье. - В чем дело? С вами что-то случилось?

- Нет. Я хотел сказать другое... Дело в том, что... возможно, да. Но не со мной... и не то чтобы случилось. В общем, я не знаю...

- Возьмите себя в руки и успокойтесь! Что с вами произошло?

Иванов на секунду оторвался от папки с документами, бросил на Олега равнодушный взгляд и снова опустил глаза. То, что говорил портье, он не слышал, но заметил, как лицо Громова стало серьезным и немного встревоженным, но не придал этому большого значения, так как проблемы других людей волновали его в самую последнюю очередь.

- Со мной всё в порядке, - администратор на какое-то время замялся. От волнения он никак не мог найти подходящие слова и понятно выразить свою мысль, в трубке слышалось его взволнованное дыхание и нервное покашливание. - Я не знаю. Но мне кажется, вы должны знать...

- Говорите, что произошло!

- Не знаю, тот ли это случай. Помните, вы просили меня сообщить, если вас будут спрашивать или искать?

- Меня кто-то искал?

- Нет, никто не искал. Но... это тоже вас касается, - снова раздалось взволнованное сопение администратора. - Дело в том, что наша уборщица убирала коридор на пятом этаже. Это было полчаса назад. Поднявшись по лестнице на шестой этаж, она заметила, как двое незнакомых мужчин прошлись по коридору и скрылись из виду. Ее они не видели. Они очень странно выглядели, и она пошла за ними, но так их и не нашла. Когда она возвращалась обратно и проходила мимо вашего номера, то заметила, что дверь слегка приоткрыта, а в номере слышны какие-то шорохи, как будто там находятся люди. Она спустилась вниз и сообщила об этом мне. Я поднялся наверх и проверил номер. Дверь к этому времени была закрыта, но самое главное - из гостиницы так никто и не вышел. Понимаете?

- Хотите сказать, они остались в моем номере? - Олег призадумался. - Я черный ход у вас есть?

- У нас есть пожарная лестница, выход на нее имеется на каждом этаже, но двери эти закрыты, а ключи от них находятся у меня. Я все же не могу понять, как они вообще проникли в здание?

- Значит, как-то проникли, - Олег недовольно вздохнул. Все-таки они выследили его. Как он не старался избавиться от слежки, они все равно нашли место его временного пребывания.

- Их было только двое?

- Я думаю, нет, - закашливаясь, проговорил администратор.

- В каком смысле?

- После того, как я спустился вниз, чтобы позвонить вам, наш охранник сообщил мне, что полчаса назад видел четырех мужчин у черного хода. Он пошел за ними, но так никого и не нашел. Они словно испарились. Так он сказал.

- Испарились?

- Да, словно призраки.

- Призраков не бывает.

- Я знаю...

- Значит, как минимум четверо?

- Да. Вы знаете, я думаю, может, стоит позвонить в полицию?

- Не надо никуда звонить! - коротко отрезал Олег. - Никуда не звоните ясно.

- Но может быть...

- Никаких "может быть"! Не надо никуда звонить!

- Но я ведь должен, как-то среагировать...

- Послушайте меня, - Громов начинал сердиться. - Не надо ничего предпринимать, ведите себя так, как будто ничего не произошло.

- Может, все-таки вызвать полицию?

- Не надо никого вызывать. Я сам во всем разберусь. Ждите меня. Оставайтесь на своем месте и следите за всем, что покажется вам подозрительным. Я скоро приеду.

- Хорошо, - неуверенно проговорил администратор, и в трубке опять послышались тяжелые вздохи и нервное покашливание. Олег не стал дожидаться, когда тот заговорит снова, и, отключив телефон, убрал его в карман. Задумался.

Они нашли его! Они проникли в номер и теперь поджидали его там, очевидно, для того, чтобы убить прямо в номере, когда он меньше всего будет этого ожидать. Когда он расслабится и не будет готов к нападению.

- Играете в шпионские игры? - усмехнулся следователь, отрывая его от своих мыслей.

- Да. А вы не играете? - Олег с притворным изумлением посмотрел на Иванова.

- Мне некогда. Тем более это не входит в мою компетенцию. Этим, как правило, занимаются оперативники.

- Ах да, я и забыл, - Громов картинно ударил себя по лбу и решил все же перейти к делу. - Вы меня извините, что отвлекаю вас от важных государственных дел, но мне все же хотелось кое-что выяснить?

- А я думал, вы уже все выяснили, - ехидно усмехнулся Иванов.

- Да нет, еще не все. Я хочу спросить вас о том человеке, который застрелился в клубе. Вы ведь знаете, что он застрелился, так как все трупы были отправлены на судебно-медицинскую экспертизу. Правильно? Так что вы должны знать причины смерти всех, кто находился в этом клубе в ту ночь.

- Ну, допустим, - следователь склонил голову на бок. - И что?!

- Вы ведь устанавливали личности всех погибших?

- Устанавливали, - равнодушно подтвердил Иванов, тупо смотря на Громова, словно не понимая, к чему он клонит.

- Значит, вы знаете кто он?

- Знаем.

- И кто же?

- А почему я вообще должен вам это говорить?

- Следствие закончено, приговор вынесен. Какие могут быть тайны?

- Я не об этом.

- А о чем?

Олег в недоумении посмотрел на Иванова.

Следователь холодным и спокойным голосом проговорил:

- Вы же понимаете, что такая важная информация просто так не может передаваться из рук в руки.

- Ну, конечно! - радостно воскликнул Олег, снова ударив себя ладонью по лбу. - Как же я сразу-то...

На лице следователя Иванова заиграла едва заметная улыбка.

Он поднял взгляд.

Громов полез во внутренний карман своей куртки, достал оттуда сложенную вдвое купюру и, положив ее на стол следователя, закрыл папкой для бумаг.

- Я все правильно сделал? - проговорил он, поднимая вопросительный взгляд.

- Я думаю, да.

- Ну что ж теперь очередь за вами.

- Значит, вас интересует Яковлев Сергей Викторович?

- Не знаю, как его зовут, но если вы о человеке, который вынес себе мозги в этом клубе, то - да.

- Что вас конкретно интересует?

- Что это был за человек? Кем он работал, чем занимался?

- А какое это имеет значение? Ваша газета проводит свое независимое расследование, правильно я понял? Вы что хотите найти в этой истории других виновных.

- Может и хотим.

Иванов посмотрел на Громова как на ребенка.

- Зря тратите время.

- Да? - Олег зло усмехнулся. - Вы хотя бы знаете, что там, в действительности произошло?

- Пожар.

- А до этого?

- Драка. Обычная драка.

- Не совсем обычная...

- Как это не совсем?

Громов внезапно замолчал.

Не хотел он рассказывать ему то, до чего додумался сам. Знает ли следователь, что на компакт-диске был записан сигнал, который каким-то образом воздействовал на сознание молодых людей, поубивавших друг друга в этом клубе? Догадался ли он об этом? Может, и не догадался. Скорее всего, он ничего об этом не знает. И пусть лучше остается в неведении.

- Неважно, - отмахнулся Громов. - Так что вы знаете о погибшем Яковлеве, который застрелился в клубе в ту ночь?

- Мужчина средних лет, местный, у него осталась жена и дочка. Имел свой бизнес. Он был частным предпринимателем. Вот почти и все что мы о нем знаем.

- Предприниматель? А чем он занимался?

- Продажей компакт-дисков. У него было два или три небольших магазина в городе. Кстати, примерно за месяц до этого случая он продал все магазины, а деньги перевел на счет своей жены. В общем-то, в этом нет ничего удивительного. Скорее всего, он готовился к самоубийству, поэтому и решил заранее распорядиться своим наследством.

- Как правило, самоубийцы убивают себя на эмоциях. Но нормальный человек не может просто так готовиться к самоубийству. Значит, у него в жизни произошло что-то такое, что не оставляло ему другого выхода. Что-то заставило его сделать это. А может быть кто-то. Вы не работали в этом направлении?

- Какой смысл? И как это вообще относится к делу?

- Невероятно. Вы что же разве не понимаете?

- Так, давайте вы не будете учить меня вести следствие? Хорошо?

Олег изменился в лице, он опустил взгляд и задумался. Не ожидал он такого поворота событий. Застрелившийся парень, занимался продажей компакт-дисков. Музыкальных дисков. Что это? Совпадение? Возможно. Но очень уж подозрительное совпадение. К тому же за месяц до этого случая в клубе, он продал весь свой бизнес, а деньги перевел на счет жены. Как будто уже тогда знал, что умрет, и позаботился о наследстве.

Иванов молчал, изучая документы. Олег напряженно думал.

- А да, чуть не забыл, - проговорил следователь, оторвавшись от чтения своих бумаг. - За два дня до этого трагического случая в клубе он подал заявление о пропаже своей жены и пятилетней дочери, но потом сразу забрал его и извинился, сказал, что они просто уехали к родственникам.

- Ну а потом? Что было потом? Они нашлись?

- Да, приехали. Вернулись домой.

"Жена и дочь погибшего Яковлева?". - Олег вспомнил встречу на вокзале. - "Не это ли имел в виду майор Куликов, когда перед смертью просил разыскать жену и дочь? Возможно".

"Следователь ни о чем не догадывается, ты должен найти жену и дочку!" - кажется, такими были его последние слова". Олег тогда еще подумал, что он имел в виду СВОЮ жену и дочь, но как стало известно позже, из телефонного разговора с полковником Кононовым, у него никогда не было ни жены, ни дочери.

- А откуда вы все это знаете? - Громов в недоумении прищурился и с неподдельным интересом посмотрел на следователя. - Вы с ними встречались, вы их видели?

- Лично я - нет. Не было такой необходимости. А вот опера из уголовного розыска опрашивали вдову покойного. Но ничего подозрительного они так и не обнаружили.

- Не обнаружили?! - Олег не выдержал и засмеялся. - У вас есть ее адрес?

Следователь тоже усмехнулся и, написав в своем блокноте адрес, оторвал страницу и передал ее Громову. Олег прочитал то, что там было написано, свернул листок и убрал его в карман.

- Говорю же, зря время потеряете.

Олег ничего не ответил ему на это. Сухо попрощавшись, он вышел за дверь и спустился вниз, на улицу. Но идти к вдове погибшего Яковлева он пока не собирался. Его ждали в гостинице непрошеные гости. Нужно было разобраться сначала с ними. Он решил отправиться прямо туда и набрал номер телефона, с которого звонил ему испуганный администратор.


* * *


Когда Олег подъехал к гостинице, на улице уже начинало смеркаться. Он не торопился вылезать из такси. Щедро расплатившись с водителем, он попросил его постоять здесь, на бесплатной автостоянке возле выхода и подождать несколько минут. Водитель выключил мотор и, напевая что-то себе под нос, открыл толстый журнал с автомобилем на обложке. Олег же принялся внимательно рассматривать улицу через тонированные стекла старой иномарки.

Несмотря на поздний вечер, на улице было много людей и много машин. На скамейках возле входа сидело четыре человека. На одной из них молодая супружеская пара рассматривала снимки на дисплее цифровой фотокамеры и громко смеялась, на другой сидел мужчина средних лет с кейсом в руке и разговаривал по мобильному телефону, а рядом с ним, на этой же скамейке сидела пожилая женщина довольно скромно одетая.

Кроме того, люди переходили улицу по пешеходному переходу, проходили по тротуару мимо входа в гостиницу. Иногда автоматические раздвижные двери из прочного стекла раздвигались, и кто-то входил в здание. Или выходил из него. На стоянке тоже было много машин, но почти все они были с тонированными стеклами, поэтому понять сидит ли в них кто-нибудь или нет, было невозможно. В целом Олег не заметил ничего подозрительного, не считая бедно одетой старушки, которая крутила головой в разные стороны и бросала любопытные взгляды на прохожих и проезжающие мимо машины.

Но вскоре она поднялась и ушла, ушел и парень с кейсом. Тогда Олег, поблагодарив водителя за ожидание, вылез из машины и захлопнул дверцу.

Такси исчезло.

Проследовав мимо машин, стоявших на бесплатной стоянке, Громов подошел к окну и заглянул в холл. Внутри, кроме администратора и незнакомого мужчины стоявшего у стойки, никого не было. Тогда он осторожно вошел в здание.

Увидев его, администратор испуганно вздрогнул и выронил из рук брелок с ключом от номера. Он упала за стойку, на ту сторону, где стоял мужчина средних лет в клетчатом пальто и с большим черным чемоданом в руке. Он нагнулся, поднял ключ с пола и положил его себе в карман. Портье принялся извиняться.

- Ничего страшного, - проговорил человек в клетчатом пальто и, махнув рукой, направился к лифту.

Оглядевшись вокруг, Громов подбежал к администратору и почему-то заговорил шепотом.

- Где они? Вы их видели?

Портье тоже перешел на шепот.

- Нет. Я их не видел. Они не проходили.

- Нам надо где-то поговорить.

- Пойдемте.

Администратор быстро вышел из-за стойки и, кивнув головой в сторону лестницы, повел его за собой. Громов двинулся следом за ним, постоянно озираясь назад и тревожно поглядывая по сторонам. В холле в этот момент никого не было.

Открыв своим ключом, дверь под лестницей, ведущей на верхние этажи гостиницы, портье завел его в небольшое помещение с письменным столиком и потертым диваном, который стоял у противоположной стены. На тумбочке, стоявшей в углу, Олег заметил телевизор. Стол был завален журналами, газетами и книгами в мягких обложках.

Портье выглянул наружу, с опаской осмотрелся по сторонам, потом захлопнул дверь и зачем-то закрыл ее на ключ. Олег присел на кушетку, администратор расположился на стуле, положив одну руку на письменный стол.

- Ну, вот теперь мы в безопасности, - проговорил он и перевел взволнованный взгляд с закрытой двери на Олега. - Что вы намереваетесь предпринять?

- По дороге сюда у меня созрел план, но мне нужна ваша помощь.

- Помощь?

Администратор нервно сглотнул.

- Да, мне нужно кое-что узнать.

- Что именно?

- У себя в номере я видел дымовой датчик.

Олег посмотрел на потолок, но здесь его не было.

- Это система пожаротушения.

- Она работает?

- Конечно. И это одна из наиболее высококачественных систем.

- Вы знаете, как она работает?

- Конечно. А что вы задумали? - в голосе и без того взволнованного администратора послышались нотки тревоги и нарастающего страха. - Наша гостиница...

- Да не беспокойтесь вы! - Олег ободряюще похлопал его по плечу и добродушно улыбнулся. - Я не собираюсь устраивать здесь пожар. Просто объясните мне, как работает ваша первоклассная система пожаротушения.

- В комнате охранника есть компьютер, и все датчики в номерах связаны с ним. Если, не дай бог, произойдет возгорание, система покажет на каком этаже, и в каком номере загорелся огонь. Более того, мы сможем узнать в каком месте пожар сильнее, а в каком всего лишь происходит задымление. Таким образом, прибывшей пожарной команде будет легче определить, где находить очаг и локализовать огонь, прежде чем он распространится по всему зданию. Но я допускаю это только в том случае, если автоматическим противопожарным спринклерам не удастся погасить пламя до их прибытия.

- Распрыскиватели под потолком?

- Да.

- А они работают?

- Конечно. Кроме того, система автоматически включает только те спринклеры, которые находятся в зоне возгорания, концентрируя на них всю свою мощь.

- Тогда у меня возникает вопрос. А если кто-то, задумав пошутить, поднесет дымящуюся сигарету к датчику и включиться пожарная сигнализация. Возможно ли потом, когда станет известно, что тревога ложная, отключить спринклеры?

- Да, конечно. Компьютерная программа позволяет сделать это.

- А включить?

- Простите...

- Вы можете сами включить пожарную сигнализацию? Даже если нет никакого пожара, можно ли с помощью вашей программы включить спринклеры в том месте, в котором я захочу?

- Д-да... - как-то неуверенно произнес администратор, поднимая голову вверх и устремляя взгляд в потолок. - Только я не понимаю, для чего вам?..

- Мы вытравим их из моего номера! - весело воскликнул Олег и ударил его по плечу. - Они побегут оттуда и выскочат в коридор. А я их буду ждать уже там, в нише, где стоит кадка с деревом. Она расположена как раз напротив моей двери.

- Идея, довольно, неудачная, - администратор скептически покрутил головой. - Может, нам лучше вызвать полицию? Я понимаю, что вы тоже полицейский, но вы один, а их двое или трое...

Олег взял его за руку.

- Тебя как зовут?

- Владимир. А что?

- Послушай, Владимир, ты смотрел когда-нибудь голливудские боевики про крутых полицейских?

- Да.

- Значит, ты должен знать, что крутой мент всегда действует один и обходиться без подкрепления?

- Ну, да...

- Тогда веди меня в комнату охранника и показывай, как работает ваша чудо система.


* * *


- Да, интересная у вас здесь система, - усмехнулся Олег, откидываясь на спинку кресла.

- А тут все просто, - проговорил охранник, отрываясь от монитора. - Я быстро разобрался.

- Дорого, наверно, стоит?

- Не знаю, - пожал он плечами. - Но думаю, что дорого.

В комнату вошел портье.

- Я обзвонил всех жильцов с шестого этажа, - доложил он, присаживаясь рядом, - Все они освободили свои номера и спустились вниз. Одни ушли в ресторан, другие ожидают в холле. Так что кроме тех незнакомцев, которые спрятались в вашем номере, в коридор больше никто не выйдет. Лифт я тоже отключил.

- Ну, вот и отлично! Когда все будет готово, я скину гудок на ваш мобильный телефон, и вы включите сигнализацию. - Громов серьезно посмотрел на администратора и перевел взгляд на охранника, который сидел за компьютером. - А когда они выйдут, я снова позвоню, и вы тут же ее отключите, что бы избежать всеобщей паники. Понятно?

Охранник и портье послушно кивнули головами.

- Ну, что ж, пора начинать.

Олег поднялся со стула и направился к двери.

- Удачи вам, - произнес вслед администратор, провожая его взволнованным взглядом. - Будьте осторожны.

- Постараюсь.

Громов вышел в холл, осмотрелся по сторонам, и никого не заметив, двинулся к лестнице. Взбежав на шестой этаж, где находился его номер, он остановился на лестничной площадке, отдышался и, бесшумно открыв дверь, переступил через порог.

Здесь было тихо.

Свет был предусмотрительно выключен администратором, и в коридоре царил полумрак, в котором все же можно было рассмотреть очертания стен и дверей. Олег заранее просчитал, что дверь его номера будет пятая со стороны лестницы.

Бесшумно закрыв за собой дверь, он вытащил из наплечной кобуры пистолет и осторожно двинулся в сторону своего номера, напрягая слух и чутко прислушиваясь в тишину, в которую погрузился весь шестой этаж.

Переходя от двери к двери, вскоре он добрался до небольшой ниши в стене и спрятался за пышным густым деревом, которое стояло в деревянной бочке на невысоком столике. Теперь он находился в идеальном укрытии, как раз напротив своей двери.

Прислушался.

В номере было тихо. Не было ни разговоров, ни шорохов, ни звуков, ничего такого, что могло бы свидетельствовать о нахождении там посторонних. Громов достал мобильный телефон из кармана. "Ну что ж, настало время, сделать первый звонок администратору".

Не прошло и двух-трех секунд, как в здании пронзительно зазвенела пожарная сигнализация. Звон был весьма шумным и раздражительным, но сквозь него Олег все же сумел расслышать громкое и пронзительное шипение за дверью своего номера. Это работали противопожарные спринклеры, которые с неимоверной силой выстреливали мощными и упругими струями. Звук был каким-то странным и непривычным. Казалось там за дверью, в его номере идет сильный проливной дождь, оказавшись под которым, можно промокнуть до нитки в считанные секунды.

Ждать пришлось недолго. Стоя за своим укрытием, Олег услышал какой-то странный нарастающий грохот. Вероятно, это были удары чьих-то быстрых и тяжелых шагов, насквозь промокшего человека. Шаги стихли у порога, и послышался металлический скрежет в дверном замке.

Дверь отворилась.

Между ней и дверным проемом образовалась щель, из которой вылезла мокрая голова незнакомца. Он быстро осмотрелся по сторонам: посмотрел в один конец коридора, потом в другой и, никого не заметив, переступил через порог.

И тогда Громов дал второй гудок. Чавкая промокшими ботинками, высокий мужчина в мокрой кожаной куртке вышел в коридор и аккуратно захлопнул за собой дверь. Он вышел один, и это было довольно странно. Громов ожидал увидеть как минимум двух визитеров. Но из номера вышел только один. Где же находятся остальные? Тут же стихла пожарная сигнализация.

Олег приготовился.

Незнакомец почему-то посмотрел на потолок, потом перевел взгляд на дверь, за которой уже все стихло, но решил все же не возвращаться в номер. Он повернулся к двери лицом и принялся ковырять отмычкой в замочной скважине, бурча что-то злобное себе под нос и сплевывая воду, стекавшую с лица прямо в рот. Вероятно он хотел закрыть дверь, чтобы не оставлять после себя следов, которые указывали бы на то, что в номере кто-то был.

Он стоял к Олегу спиной и не мог его видеть. Это был самый подходящий момент.

Громов вытянулся во весь рост и, выскочив из своего укрытия, бросился в его сторону. Этот маневр выдался довольно неудачным. Когда он выбегал из ниши, то задел рукой ветку пышного дерева, от чего бочка, стоявшая на невысоком столике, сдвинулась с места и издала при этом характерный скрежет, который донесся до незнакомого человека в кожаной куртке

Но Громов уже летел на него с неимоверной скоростью.

Незнакомец дернулся и повернул голову в его сторону.

Олег в ту же секунду подскочил к нему.

Мужчина в кожаной куртке, продолжая стоять к нему спиной, потянулся за пистолетом, который находился у него за поясом у живота. Но Громов опередил его. В тоже мгновение он уткнул дуло своего пистолета ему в затылок.

- Тихо, не суетись! - шепотом проговорил он, почувствовав, как внутри бешено клокочет сердце, быстрые удары которого отдавались у него в голове. - Убери руку и стой спокойно!

Незнакомец послушно убрал руку и застыл на месте. От неожиданности и волнения его тело напряглось, а мокрая голова слегка задергалась, скорее всего, уже от ярости и недовольства. Вероятно, он не ожидал такого поворота событий, но теперь, кажется, понимал, что пожарная сигнализация заработала вовсе не из-за пожара. К тому же он был мокрый с головы до ног, и это злило его еще больше.

Олег отобрал у него пистолет и засунул его себе за пояс.

- Так-то лучше. Теперь открой дверь, и мы аккуратно войдем в номер и поговорим.

- Ловко вы меня прижали! - прозвучал злобный сдавленный голос. - Ловко...

- Что не ожидал? Ты один здесь?

- Не знаю, - усмехнулся человек в кожаной куртке, продолжая стоять на одном месте. - Может и один...

- Сдается мне, что не один. - Олег толкнул его к двери. - Давай открывай, я повторять не люблю!

Незнакомец толкнул ногой дверь, которую он так и не успел закрыть на замок и переступил через порог. Олег неотступно двигался следом за ним, уткнув дуло пистолета ему в голову, которая все также было напряжена.

Здесь было светлей, чем в коридоре. Свет от уличных фонарей проникал в гостиную через широкое окно, которое не было задернуто шторами.

- Теперь иди к выключателю! - приказал Громов, когда оказался в гостиной вместе с ним. - И давай быстрее. Руки держи за спиной. Если попытаешься хотя бы дернуться, то твоя голова тут же превратиться в расколотый арбуз, так что иди и включи свет.

- И что будем делать дальше? - прозвучал надменный и язвительный голос, в интонации которого Олег не почувствовал ни капли страха или волнения, словно этот человек был бессмертным и приставленный к его голове пистолет был для него всего лишь безобидной детской игрушкой и не представлял никакой опасности.

Громову, конечно, было неприятно это осознавать. Но возможно это было обманчивое впечатление, а незнакомец лишь хотел казаться таким неустрашимым.

- Хочу поговорить с тобой!

- О чем будем говорить?

- О жизни!

- А может лучше о боге?

- О боге ты поговоришь на том свете с самим богом, если, конечно, он тебя примет.

- Это не возможно.

- А мы как раз сейчас это и выясним.

- Собираешься убить меня?

- Не хочу, но придется, если ты не расскажешь мне, кто ты такой, где твои товарищи, и кто вас направил?

- А может, мы сами пришли?

- Сами? Значит, ты здесь не один. Ясно. - Олег завел свободную руку за спину, чтобы закрыть за собой дверь, но не смог этого сделать. В следующую секунду на него обрушилось что-то тяжелое и твердое, а из глаз посыпались искры.

Удар был сильным, но сознание Громов не потерял и сумел устоять на ногах.

- Выбей ствол! - услышал он крик за спиной.

В следующий момент человек в кожаной куртке, которого он все еще держал на прицеле, попытался обернуться и ударить его по руке. Не получилось.

- Стоять!

Громов ударил его рукояткой по голове. Издав болезненный вопль, неприятель отскочил в сторону и упал на колени.

- Эй, ты!

Не дожидаясь, когда его боевой товарищ, находящийся за спиной, нанесет второй удар, Олег не оборачиваясь, ударил его ногой. Ботинок уткнулся во что-то мягкое.

Он не видел, куда пришелся удар, но услышал болезненный выдох того, кто находился позади него и тут же обернулся.

Парень в темном балахоне, с накинутым на голову капюшоном, схватился рукой за живот и согнулся в поясе. Лицо его было искажено болезненной гримасой. В руке у него Олег заметил увесистый крупнокалиберный пистолет, дуло которого пока еще смотрело вниз на пол. Продолжая кряхтеть от боли, парень с капюшоном на голове пятился назад и не сводил глаз с Олега, который находился на расстоянии двух метров от него.

- Ну, вот и все, это конец! - злобно бросил тот и вскинул руку с пистолетом. - Я же сказал мы тебя достанем!


* * *


Прогрохотал выстрел. Но прежде чем неприятель нажал на курок, Олег успел ударить его по руке ногой. Пуля, к счастью, пролетела мимо и разбила широкое окно в гостиной.

Стекло тут же треснуло и разлетелось на мелкие осколки, которые со звоном посыпались на пол в том месте, где он не был застелен ковром. Вторым ударом ноги Громов выбил у него пистолет из рук, и увесистый "Кольт" с грохотом упал на пол.

Парень в балахоне потянулся за ним, но схватить его так и не успел. Олег ударил его в живот и противник, вылетев в коридор, с ужасным грохотом ударился о стену. Свесив голову, он опустился на пол и затих.

- Насчет конца не знаю. Но то, что достали вы меня, это точно! - сердито бросил Олег и ударом ноги отправил пистолет парня в самый дальний угол гостиной, туда, где стоял высокий шкаф рядом с журнальным столиком.

Не успел Громов повернуться назад, как чья-то цепкая рука схватили его за плечо, и потянула назад. После чего последовал сильный удар в область поясницы, и дикая нестерпимая боль тут же пронзила весь правый бок.

Сдавило дыхание.

В глазах потемнело. Последовал еще один сильный удар, от которого Олег пошатнулся, но все же устоял на ногах, сумев сохранить равновесие и не упасть.

Не дожидаясь, когда противник ударит снова, Громов резко развернулся назад, обхватил левой рукой руку нападавшего, заломил ее и ударил его в подбородок. Мужчина в кожаной куртке непроизвольно вскрикнул от боли.

В следующую секунду Громов нанес сокрушительный удар в челюсть.

После этого неприятель издал болезненный стон и отшатнулся назад. Не устояв на ногах, он упал на одно колено и замотал головой, так, как будто только что пробудился от крепкого сна и пытался прийти в себя.

Рука его в это время нырнула во внутренний карман куртки, для того чтобы достать оттуда какой-то предмет. Не прошло и секунды, как он вскочил на ноги и двинулся на Олега.

Громов едва смог заметить, как в руке у него что-то засверкало. Неприятель вскинул руку, в которой был зажат небольшой хромированный пистолет и нажал на курок.

Ничего не произошло. Выстрела не последовало.

Противник догадался, что забыл снять его с предохранителя, но было уже поздно.

Как раз в то мгновение, когда его палец повернул рычажок в боевое положение, Олег нанес удар ногой и выбил ствол из его рук. Раздался неприятный хруст ломающихся пальцев.

Незнакомец зарычал от боли и схватился за сломанную кисть. Он увидел, как пистолет, подпрыгивая и переворачиваясь, с грохотом откатился к двери и, ударившись о стену, закатился под диван. Теперь он был полностью обезоружен.

Олег двинулся вперед.

Противник стоял как раз напротив разбитого окна, через которое ворвался порыв сильного холодного ветра. Второй удар ноги пришелся ему в грудь. Он был настолько сильным, что неприятель согнулся в поясе, а рот его самопроизвольно открылся и из него вырвался протяжный стон. От удара он перелетел через подоконник и сорвался вниз. Он даже не успел закричать, а может, просто не смог. До Олега донесся лишь глухой стук ударившегося об асфальт тела.

Несколько секунд он стоял, словно в оцепенении и прислушивался к звукам, доносившимся с улицы. Слишком быстро все произошло, мысли его не поспевали за ходом событий.

Там внизу, у подножия высокого здания было подозрительно тихо и спокойно: ни отчаянных криков, ни взволнованных разговоров, ничего этого не было, лишь далекий и монотонный гул ночного города, усиливающийся только с порывами ветра.

Громов подбежал к разбитому окну, рукавом стряхнул с подоконника острые осколки стекла, выглянул наружу. Увиденное потрясло его до глубины души.


* * *

Перед взором предстала закрытая автостоянка, огороженная со всех сторон высокой металлической сеткой. В свете красных и синих фонарей, на асфальте между ровными рядами машин он заметил какое-то движение. Упавший с шестого этажа парень, шевелился и пытался встать. Вне всяких сомнений это был он.

Луч, исходивший от фонаря, который возвышался над сетчатым забором, достаточно хорошо освещал его живое, перекошенное от боли лицо, которое Олег узнал бы, даже если бы на стоянке горел всего лишь один фонарь. Он медленно встал на ноги и, пошатываясь, побрел к воротам. Это было просто невероятно.

Внезапно в номере, за его спиной раздался какой-то странный шорох. Не успел Громов оторваться от подоконника, как тут же в гостиной захлопнулась входная дверь, и послышались чьи-то быстрые и решительные шаги, которые стремительно приближались в его сторону.

Олег вздрогнул от неожиданности и резко обернулся назад. Перед ним возник парень в темном балахоне и вид у него был бодрый и решительный.

Он не успел увернуться от удара. Кулак незнакомца со всего размаха врезался в его лицо. Олег пошатнулся.

Он просто отказывался верить своим глазам. Ведь после того как обездвиженное тело упало на пол, он решил, что поверженный противник отключился надолго и проблем с ним больше не будет. Но как видно, ошибся. Парень в балахоне пришел в себя очень быстро. Подозрительно быстро.

Понятно было только одно: противники оказались на редкость выносливыми и жизнеспособными, и это вводило Олега в глубокое недоумение.

Внезапно просвистел второй удар.

Он отшатнулся назад, ударившись спиной о выступ подоконника.

- Я думал ты уже труп! - вырвалось у Громова.

- Я с тобой еще не закончил! - усмехнулся парень.

Олег отпрянул от разбитого окна и попытался ударить неприятеля в горло, но удар получился слабым и скользящим. Кроме того, он не успел выставить вперед правую ногу, отчего оступился и чуть не упал на пол возле ног противника.

Незнакомец отбил его руку и ударил Олега в подбородок. Удар был настолько сильным, что Громову показалось, будто это был не удар вовсе, а выстрел из ружья или даже пушки. Голова загудела, и он начал терять равновесие, качнулся в сторону.

- А сейчас я научу тебя летать! - победоносно выкрикнул парень в темном балахоне и изо всех сил впечатал свой ботинок ему в живот.

Из груди вырвался сдавленный болезненный стон.

Олег невольно отскочил к окну, туловище его перегнулось через край подоконника, а голова оказалась на улице. Перед глазами возник массивный карниз и край черного неба.

Ноги потеряли опору и поднялись над полом. Он почувствовал, как острые осколки, оставшиеся в оконной раме впиваются ему в спину. Беспомощно взмахнув руками, он попытался схватиться за выступ подоконника, чтобы не вывалиться из окна, но так и не смог этого сделать.

Ситуация была критическая.

В любую секунду он мог вывалиться наружу и упасть вниз.

Парень в темном балахоне подскочил к нему и на секунду остановился. Он подошел к нему близко. Очень близко. Ему достаточно было нанести еще один удар, чтобы выбить его из оконного проема и покончить с ним раз и навсегда. И он уже был готов это сделать, но Громов, к счастью, опередил его.

Приложив невероятные усилия, он рванулся к нему, схватил его за плечи и подался вперед. Ноги коснулись пола, спина соскочила с подоконника, теперь он снова был в гостиной, и это обстоятельство предало ему уверенности. Не прошло и доли секунды, как Громов обрушил на него свой огромный кулак, который рассек нижнюю губу и лишил его нескольких зубов.

Не теряя времени, Громов, оттолкнулся от подоконника и, прыгнув в сторону неприятеля, нанес еще один быстрый и мощный удар по лицу. Незнакомец не смог увернуться от него и отскочил в сторону. Все еще сохраняя равновесие, он пятился назад, прижимая ладонь к окровавленному рту.

Олег продолжил наступление.

Он бросился на него и ударил ногой в грудь. Парень болезненно взвыл и отлетел к высокому шкафу, стоявшему вдоль стены рядом с диваном и журнальным столиком. Его спина ударилась о деревянную дверцу и шкаф начал раскачиваться.

В полумраке гостиной Олег не заметил этого и подбежал к нему слишком близко, попытался ударить парня ногой, но противник смог все-таки увернуться от удара и отскочить в сторону. Нога угодила в шкаф, отчего тот начал раскачиваться еще сильнее.

Заметив это, нападавший ударил Громова коленом в живот и, отскочив на безопасное расстояние, толкнул огромный двухстворчатый шкаф на него. Олег не смог увернуться от удара. Острая боль пронзила всю брюшную полость. Он застыл на месте, схватившись рукой за живот, и опустился на колени.

Громадный шкаф с диким грохотом упал на него и придавил к полу, не давая даже пошевелиться. Теперь болело все тело. Сдавило грудь. Стало тяжело дышать. В голове снова загудело, и он почувствовал, что сейчас потеряет сознание. Противник подошел к нему и поднял ногу над его лицом. Перед глазами у Громова возникла рифленая подошва его огромного ботинка.

Он повернул голову. И увидел пистолет, лежавший на полу.


* * *


Это был единственный шанс.

Громов рванулся в его сторону.

Неприятель тоже заметил свой "Кольт", но подобрать с пола его так и не успел. Свободная рука Олега, которая не была придавлена шкафом, дотянулась до него быстрей. Он сделал еще один рывок, схватился за рукоятку и вскинул руку.

Не дав ему выстрелить, противник нанес удар ногой и выбил пистолет из его руки. Он с грохотом отлетел к двери, и остался лежать у порога.

Тогда Громов попытался оттолкнуть шкаф от себя. Приложив неимоверные усилия, он все же сумел сдвинуть этот нелегкий груз в сторону и освободить левую руку и часть туловища. Дышать стало легче.

Парень в балахоне решил отступить назад и бросился к двери, возле которой лежал пистолет...

Тем временем Громов окончательно освободился из-под шкафа и, превозмогая боль во всем теле, поднялся на ноги. В тот же момент неожиданно распахнулась входная дверь, и на пороге появился силуэт знакомого охранника. Его широкая фигура полностью закрыла дверной проем.

- Держите его! - крикнул Громов и, слегка пошатываясь, двинулся к двери. Он не видел лица охранника, видел лишь его фигуру, застывшую на пороге, и заметил, что в ней было что-то подозрительное.

Охранник стоял на одном месте, не производя никаких движений. Он застыл в дверном проеме словно статуя, руки его не двигались, голова тоже была неподвижна. Сначала Громов решил, что он растерялся и не может сдвинуться с места из-за страха.

Но, приглядевшись, понял, что дело тут вовсе не в страхе. Парень в балахоне подбежал к двери, но охранник почему-то отступил в сторону, освобождая тем самым ему путь к бегству.

Олег не мог поверить своим глазам.

Пробегая мимо охранника застывшего у двери, парень в балахоне бросил короткий взгляд в его сторону и выскочил в коридор. Осмотревшись по сторонам, он побежал в сторону лифта. Охранник даже не посмотрел в его сторону. Его взгляд был направлен на Громова.

- Эй, в чем дело?! - в недоумении воскликнул Олег и бросился к выключателю на стене. - Почему вы не остановили его? Это же один из них, его надо задержать!

Ответа не последовало.


* * *


Мужчина в униформе стоял на одном месте и молчал, правая рука его была заведена за спину. Синий свет от уличных фонарей проникал в гостиную через разбитое окно и освещал его застывшее каменное лицо. Никаких эмоций. Лишь пустой бессмысленный взгляд, который теперь был направлен не на Олега, а куда-то в центр комнаты.

Включив свет, Громов внимательно осмотрел его. Вне всяких сомнений это был он. Тот самый охранник, который двадцать минут назад, сидя за компьютером, рассказывал ему, как работает противопожарная сигнализация в этом отеле.

- Эй, что с тобой? Я к тебе обращаюсь. Ты так и будешь стоять на одном месте?

Эти слова прозвучали для человека в униформе словно вызов. Повернув голову в сторону Олега, он вытащил из-за спины правую руку и Громов заметил в ней какой-то предмет.

Охранник двинулся на Олега, сжимая в правой руке нож с длинным сверкающим лезвием.

Через разбитое окно в гостиную донеслось завывание полицейской сирены. Хлопнули дверцы подъехавшего к отелю автомобиля и раздались недовольные мужские голоса. Кто-то все-таки вызвал полицию. Но Олега сейчас это мало интересовало. Больше всего его мучил вопрос, что же случилось с охранником, который так разительно изменился?

А между тем он угрожающе двигался в его сторону, выставив перед собой руку, в которой был зажат нож. Пребывая в крайнем недоумении, Громов попятился назад.

- Что ты делаешь?! - выкрикнул он, переводя изумленный взгляд с лезвия ножа на каменное лицо охранника. - Это же я! Ты что не узнал меня?! Зачем тебе нож?

Продолжая хранить молчание, охранник, словно запрограммированный робот, двигался в его сторону. Голоса на улице стихли. Должно быть, прибывшие сотрудники полиции уже ворвались в отель, и теперь спешат на шестой этаж.

- Опусти руку, - спокойно проговорил Громов, смотря ему прямо в глаза. - Отдай мне его. Я не знаю, что с тобой произошло, и что тебе сказали, но лучше остановись пока не поздно.

Бессмысленный взгляд пугал его. В ярком матовом свете гостиных ламп, Олег увидел его стеклянные и неподвижные глаза, которые не выражали ни ярости, ни беспокойства, не выражали вообще ничего. Они были пусты.

- Ты слышишь меня?! Очнись! - голос Олега стал жестким и предупреждающим. - Выброси нож, а иначе мне придется тебя убить! А я не хочу этого делать. Слышишь?

Эти слова никак не подействовали на человека в униформе. Да и был ли он теперь человеком? Возможно, уже нет. Олег отступил назад еще на пару шагов, оглянулся на разбитое окно. Дальше отступать было некуда.

Внезапно охранник остановился и как-то странно приподнял голову вверх. Со стороны казалось, будто он раздумывает о том, что же делать дальше? На самом деле, это был всего лишь отвлекающий маневр, с помощью которого он надеялся неожиданно напасть на объект, который следовало устранить.

Громов не сводил с него глаз, он смотрел на руку, в которой поблескивало лезвие. И ждал. Секунды летели незаметно.

С улицы донеслись испуганные крики.

Громов на секунду повернул голову и посмотрел на окно.

В тот же миг охранник занес руку над головой и набросился на Олега. Тот успел вовремя поставить блок и отбил руку с ножом.

Тогда существо в форме охранника нанесло второй удар.

Но лезвие проткнуло только воздух.

Олег успел увернуться от удара, схватил его за предплечье, вывернул руку так, что захрустели кости, и толкнул в сторону. Теперь нож охранника оказался у него в руке. Но человека в униформе это ничуть не смутило и не испугало. Он снова набросился на Громова, пытаясь вцепиться своими длинными пальцами ему в горло и задушить его.

Олег почувствовал, как холодные пальцы сомкнулись на шее.

Тогда он ударил его в живот, чуть выше пояса и нанес еще один удар правой рукой.

Руки оторвались от шеи и сползли вниз.

После такого мощного и тяжелого удара, охранник скорчился от боли, а ноги его подкосились, но не прошло и доли секунды, как он пришел в себя и снова попытался наброситься на Громова.

И тогда Олег воткнул длинное лезвие ему в живот.

По-другому поступить он не мог. Промедление могло стоить ему жизни, поэтому он решил не рисковать и сделал, то, что должен был сделать. Другого выхода у него не было.

Охранник закатил глаза. Из груди вырвался сдавленный хриплый стон, а тело начало ослабевать.

Тем временем незнакомец в темном балахоне, которому так и не удалось вызвать заблокированный лифт, пробежал по коридору мимо открытой двери, направляясь в сторону лестницы. Он даже не заглянул в гостиную, как будто знал, что там происходит.

Выпустив из рук безжизненное тело охранника, Олег подобрал с пола пистолет, засунул его за пояс брюк и, выскочив в коридор, бросился за ним. Убегавший от Громова незнакомец, к тому времени уже завернул за угол и сбежал вниз по лестнице. Преодолев лестничный марш между пятым и шестым этажом, хватаясь за скользкие перила обеими руками и, перепрыгивая сразу через три ступеньки, он спрыгнул на лестничную площадку пятого этажа.

Здесь парень наткнулся на металлическую, выкрашенную в белый цвет дверь, с синей табличкой посередине, которая извещала о том, что в данное помещение посторонним вход воспрещен. Дверь была закрыта на ключ. И тогда он побежал вниз.

Спустился на четвертый этаж.

А Олег, тем временем, достиг только лестничной площадки шестого этажа. Он увидел, как внизу мелькает фигура парня в темном балахоне, и услышал, как стучат его ботинки по бетонным ступням лестницы. Он уже находился где-то в районе третьего этажа и на какое-то время исчез из виду.

Хватаясь обеими руками за деревянные перила и используя их в качестве опоры, Громов рванул следом за ним. Одним прыжком он перескочил сразу через пять ступеней. Так он преодолел довольно большое расстояние за считанные секунды. Иногда казалось, что он летит вниз по лестнице, не касаясь ногами ступеней.

Когда парень в балахоне спрыгнул на лестничную площадку первого этажа, Громов уже смог добрался до лестничного марша между вторым и первым этажом. Поверну направо, он увидел, как беглец распахнул двухстворчатые двери и выбежал в холл.

Неожиданно на его пути возникла полная широкая женщина средних лет с бледным одутловатым лицом, взволнованная, но не лишенная способности говорить.

- И вы тоже куда-то спешите? - испуганно проговорила она, отступая в сторону и пропуская Олега вперед. - Все куда-то бегут и бандиты и полиция. Интересно, вы из тех или из этих?

- Я сам по себе! - усмехнулся Олег, пробегая мимо женщины.

Она удивленно посмотрела ему в след и, в недоумении покачав головой, принялась подниматься вверх.


* * *


Тем временем Громов ворвался в холл, в котором было пусто.

Не успел он добраться до стойки регистрации, как вдруг дверь, ведущая в комнату охранника, осторожно отворилась, а между ней и дверным проемом показалось испуганное и бледное лицо администратора.

- Куда он побежал? - прокричал Олег на ходу.

- Туда! - портье указал большим пальцем в сторону автоматических раздвижных дверей. - Приехала полиция, они только что поднялись наверх. Мне пришлось включить лифт.

- Ничего не рассказывайте им! - прокричал Громов и бросился к выходу. - Позвоните мне, когда они уйдут!

- Но ведь они тоже из полиции...

Олегу пришлось на секунду обернуться.

- Это вы вызывали полицию?!

- Нет.

- Кто-нибудь другой вызывал?

- Нет.

- Эти люди могут быть вовсе не из полиции. Будьте осторожны с ними! Ничего им не рассказывайте! Ясно?!

- Хорошо! - бросил портье ему вслед и, исчезнув в дверном проеме, захлопнул за собой дверь. Мчавшийся к выходу Громов, пересек холл и оказался перед застекленными створками дверей, которые медленно разъехались в разные стороны и выпустили его наружу. Он с нетерпением выскочил на улицу и осмотрелся.

У выхода он увидел патрульный автомобиль служителей закона, прибывших по вызову неизвестного человека. Внутри, как ему показалось, никого не было. Громов сбежал вниз со ступенек, оказался на тротуаре и внимательно осмотрелся по сторонам в поисках беглеца, который несколько секунд назад покинул холл и выскочил на улицу. Несомненно, он находился где-то рядом. Далеко он не мог уйти.

И Олег увидел его.

Парень бежал по тротуару, мимо металлического сетчатого ограждения платной автостоянки. А чуть дальше виднелась фигура его товарища, который не так давно упал с шестого этажа на эту самую автостоянку и после этого сумел встать на ноги и передвигаться без посторонней помощи.

Он перебрался с тротуара на проезжую часть, и теперь бежал по дороге в сторону дворовой арки, которая находилась на противоположной стороне улицы.

Он постоянно оглядывался назад, дожидаясь, когда товарищ догонит его, чтобы им вместе уйти от погони и раствориться во мраке старых дворов и узких улочек ночного города. А может, где-то неподалеку их ждала машина.

- Все в порядке?! - выкрикнул высокий мужчина в кожаной куртке, оборачиваясь на ходу в сторону парня в темном балахоне. Олег, конечно, этого не слышал, до него долетали лишь некоторые обрывки фраз. Расстояние между Громовым и убегавшими от него парнями было слишком велико. Да и к тому же дул сильный прерывистый ветер.

- Всё нормально, - проговорил парень в балахоне, догоняя своего товарища. - Не стоит волноваться из-за меня.

- Они приехали!

- Ну и пусть! Разве они не с нами?

- С нами. Но не все. Могут возникнуть проблемы.

- Проблемы будут у него!

- Это верно. Но мы не должны привлекать внимание и нам надо покинуть это место.

Он кивнул в сторону Олега и усмехнулся.

- Ему не долго осталось. Не беспокойся.

- И что будет дальше?

- Возможно, им займутся другие. Он попал в список, и приговор ему уже вынесен. А ты ведь знаешь, что происходит с теми, кто попадает в список?

- Я бы хотел сам сделать это. Или посмотреть.

Без малейшего промедления Громов бросился в их сторону. Он побежал по узкому тротуару, мимо машин плотно припаркованных у края проезжей части, неотрывно следя за мелькавшими в полумраке фигурами двух убегавших мужчин.

На улице было безлюдно и тихо. Но, внезапно, нарушив ночную тишину, по дороге быстро пронеслась темная иномарка и завернула за угол здания гостиницы. Продолжая погоню, Громов проводил ее недоверчивым взглядом, а когда повернул голову обратно, то увидел, как двое убегавших незнакомцев скрылись за дворовой аркой.

Последовав за ними, Олег оказался во дворе многоэтажного дома, и заметил, как один из парней с необыкновенной ловкостью и быстротой перелез через кирпичный забор и скрылся из виду. Второй же оказался не таким быстрым и ловким. Прыгая на одном месте, он смог зацепиться за перекладину только с третьей попытки.

Он подтянулся и лег на живот.

- Стоять! - Олег на секунду остановился и выстрелил в воздух, но противника это не остановило и даже не испугало. Увидев, что предупреждающий выстрел совсем не подействовал на беглеца, он бросился в его сторону.

Подбежав к ограждению, он успел схватить его за ногу, но парень в темном балахоне, изловчившись, ударил его в грудь второй свободной ногой и Громов отшатнулся назад, выпустив из рук его ботинок. Он с трудом устоял на ногах и чуть не упал на землю.

Неприятель, спрыгнув с перекладины, оказался по другую сторону забора и, осмотревшись по сторонам, бросился в сторону небольшого старого дома, из подъезда которого как раз в это время выходила молодая женщина. Оправившись от удара, Олег быстро перелез через ограждение и спрыгнул вниз. Осмотрелся.

Он увидел только одного беглеца.

А его товарища, который перелез через забор первым, нигде не было.

И это насторожило его.

Заметив, как парень в темном балахоне бежит в сторону женщины, которая двигалась от подъезда в сторону парка, Громов тот час же бросился за ним следом.

Услышав топот ног и частое дыхание, женщина испуганно обернулась назад и, увидев стремительно надвигающегося на нее незнакомца, испуганно вскрикнула и застыла на месте.

- Что вам надо? - закричала она, увидев его сверкающий и решительный взгляд. От страха, который тут же сковал ее, она не смогла даже пошевелиться.

В ту же секунду парень в темном балахоне набросился на нее, одной рукой схватил за голову, прижал к себе и приставил к ее открытой шее длинное сверкающее лезвие. Она издала пронзительный крик, но он встряхнул ее и угрожающе прохрипел:

- Тихо! Не шуми! Если хочешь жить, заткни свой рот.

- Отпустите меня! - взмолилась она, пытаясь вырваться. - Что вам надо? Возьмите деньги, возьмите кошелек он в левом кармане, только не трогайте меня!

- Мне не нужны деньги, - продолжая прижимать ее к себе, он повернулся в сторону Олега, который бежал к ним со всех ног. - Ты нужна мне только в качестве живого щита, поняла? Так что стой спокойно и не дергайся. Если будешь плохо себя вести, то мне придется отрезать тебе голову. Я надеюсь, ты понимаешь, о чем я? Понимаешь или нет?!

Она в страхе кивнула головой.

Громов подскочил к ним, остановился, вскинул руку с пистолетом и прицелился.


* * *


- Нет!!! - пронзительно закричала женщина. - Не стреляйте. Он убьет меня. Прошу вас.

У него была возможность выстрелить парню в голову, но голова девушки была очень близко к цели, к тому же, она все время дергала ею в разные стороны, поэтому Олег решил подождать.

Он медленно двинулся в их сторону.

При свете уличного фонаря, Олег увидел, как лезвие прижалось к ее шее, и на бледной коже появилась небольшая ранка, из которой начала капать кровь. Громов отступил на шаг назад, но руку с пистолетом не опустил, продолжая целиться в голову парня в темном балахоне.

- Давай-ка ты отпустишь ее, и мы спокойно поговорим, - обратился он к нему, кивнув головой в сторону заложницы, которая, обливаясь слезами, пыталась что-то выкрикнуть, но вместо этого из горла вырывались лишь прерывистые стоны. - Мы поговорим один на один, без свидетелей. А потом разойдемся. Как тебе такое предложение?

- Да пошел ты! - презрительно усмехнувшись, выкрикнул парень в балахоне. - Не хочу я с тобой говорить. Бросай пистолет, пока я не отрезал ей голову!

Олег продолжал целиться в него.

- Бросай! Я повторять не буду! - Он надавил на шею острым лезвием, и рядом с первой ранкой появилась еще одна, но уже длиннее и глубже чем первая. Кровь тонкой струйкой побежала вниз и ее белый воротник начал окрашиваться в красный цвет. Девушка жалобно застонала и с мольбой во взгляде посмотрела на Громова.

Тот среагировал моментально. Быстро оценив обстановку, он выбрал другую цель, прицелился и выстрелил в локоть. Пуля попала как раз в ту руку, в которой противник держал нож. Он закричал от боли и, выронив нож, выпустил заложницу из рук.

Олег бросился к нему.

Парень, продолжая кричать и материться, толкнул девушку на Громова и бросился убегать. Громов столкнулся с ней, и они оба едва не упали на асфальт. Он схватил ее и осмотрел шею.

- Ну, как вы?! С вами все в порядке?

Она закивала головой, пытаясь сказать ему, что все нормально, но от страха, который полностью завладел ею, слова так и застыли у нее в горле. Раны на ее шее кровоточили, но были не слишком глубокими. Убедившись в этом, Олег достал из кармана чистый носовой платок, сложил его вдвое и прижал к ее шее.

- Вот держите и вызовите скорую! Я должен идти.

Она с благодарностью кивнула головой, прижала руку к платку и побежала обратно к подъезду. Проводив ее недоверчивым взглядом, Громов бросился за парнем в балахоне, который уже пересек улицу и теперь бежал в сторону небольшого парка, сразу за которым находился высокий многоэтажный дом.

Беглец отдалился от Олега на достаточно большое расстояние, но Громов все же решил, что сможет догнать его, если хорошо постарается. К тому же противник был ранен. Потерял много крови, и его силы были на исходе.

Олег перебежал через проезжую часть, пересек тротуар и направился в парк, в котором было темно и безлюдно. Фигура парня в балахоне мелькала среди деревьев и скамеек, иногда исчезала из виду, потом снова появлялась в полумраке ночного парка. После ранения в руку он стремительно терял силы и не мог бежать так быстро как это делал Громов. Поэтому Олег теперь нисколько не сомневался, что догонит его, прежде чем тот добежит до многоэтажного дома.

Но в этом он немного ошибся.

Перепрыгнув через длинную невысокую скамейку, преградившую ему путь, Громов ударился ногой о металлический каркас и упал на колени. Но, успев выставить перед собой обе руки, он быстро вскочил на ноги и продолжил погоню.

Ему приходилось бежать по скользким клумбам, прорываться сквозь густой кустарник, перепрыгивать через препятствия, неожиданно появляющиеся на его пути. Расстояние между ним и его преследователем с каждой секундой неумолимо сокращалось и теперь оно составляло всего несколько метров.

Держась за простреленную руку, парень выскочил из парка и побежал в сторону дома прямо по детской площадке, минуя небольшие скамейки и столики. Олег последовал за ним. Беглец завернул за угол и, проскочив мимо патрульной машины, из которой тут же вылез полицейский, нырнул в густой высокий кустарник, и пропал из виду.

Сотрудник не побежал за ним.

Он даже не посмотрел в его сторону.

В следующий момент Олег выскочил из-за угла и столкнулся с высоким человеком в форме капитана полиции, который неожиданно достал пистолет из кобуры и наставил его на Громова. Он попытался обойти его сбоку, но ничего не вышло.

- Стоять, - спокойно проговорил капитан, передернув затвор своего табельно пистолета, который был направлен на Олега. - Оружие отдай мне, и руки за голову.

- Откуда вы здесь взялись? - в недоумении проговорил Громов.

В этот момент из машины быстро вылез второй мужчина, толстый, небольшого роста, в форме сержанта полиции. Подбежав к Громову, он отобрал у него пистолет, засунул его за пояс и встал рядом с товарищем.

Олег посмотрел на них и усмехнулся.

- Послушайте, парни, вы меня явно не за того приняли. Я свой.

- Заткнись! - злобно рявкнул сотрудник в звании сержанта, живот которого явно не умещался в полицейском кителе и был похож на огромный арбуз, засунутый в узкий мешок. - Не открывай свой рот, пока тебя не спросят! Ясно?!

- Зачем, так глотку-то драть, я прекрасно слышу.

- Я же сказал, тебе ясно или нет?!

- Да ясно мне, ясно, только не кричи под ухом. Голова от тебя болит.

- Отставить разговоры! - вмешался капитан.

- Может, хотя бы пистолет уберете? - Олег посмотрел на дуло, которое все еще было направлено на него. - А то как-то неприятно стоять под прицелом. Всякое же может произойти. Сам знаешь, как это бывает. Рука дернется и что, потом в рапорте напишешь? Да убери ты пистолет! Одним делом ведь занимаемся.

- Я сказал, заткнись, ублюдок! Ты не понял?! Ты плохо слышишь? Сергеич, может ему уши прочистить? Как думаешь?

- Принести дубинку?

- Пока не надо. Посмотрим, как вести себя будет.

- Сдается мне, с вами разговора не получиться! - недовольно проговорил Громов, с раздражением посмотрев на толстого сержанта, и перевел взгляд на высокого капитана, который продолжал внимательно разглядывать его своими маленькими черными глазками, сжимая в руке табельный ПМ.

- У меня в кармане удостоверение. Прикажи ему, чтобы достал и убедился.

- Посмотри! - кивнул головой капитан.

Толстый сержант раздраженно дернул головой и нехотя подошел к Громову, который заметил, что тот едва сдерживается, чтобы не ударить его. Пухлая рука небрежно залезла в карман кожаной куртки, и извлекла оттуда красные корочки.

- Так-так что тут у нас? - с явным презрением и насмешкой проговорил толстый сержант, раскрывая поддельное удостоверение. - Капитан Меньшов, уголовный розыск. Так... района...так... города... Москвы. О, Москва?! - он усмехнулся и закрыл удостоверение. - Сам нарисовал или дружки помогли?

- Это настоящее.

- Мы это проверим. Не беспокойся. Обязательно проверим, - кивнул головой высокий капитан, забрав удостоверение из рук своего сослуживца, и засунул его себе в карман. - А пока капитан Мешков, или как тебя там, руки за спину и в машину.

- Капитан Меньшов меня зовут, выродок.

- Что?! - возмутился служитель закона, сверля его недобрым взглядом.

- Я сказал, капитан Меньшов.

- А потом?

- Что, "потом"?

- Ты еще что-то сказал.

- Ничего не сказал. Тебе наверно послышалось.

- Да? Послышалось? Ты точно в этом уверен? - Капитан посмотрел на толстого коротышку в форме сержанта полиции и кивнул на Олега. - Давай надевай наручники на этого умника и сажай его в машину. В отделении научим его правильно разговаривать с сотрудниками. И заодно уши прочистим!

Сослуживец послушно подбежал к Громову, схватил его за руки и завел их за спину. Олег не сопротивлялся. Пока не сопротивлялся. Браслеты тут же защелкнулись на запястьях и сержант, схватив его за рукав кожаной куртки, тяжело пыхтя и отдуваясь, потащил к патрульной машине.

- Постой! - проговорил капитан и подошел к ним. - Это чтобы больше мне ничего не слышалось.

И в следующий миг он изо всех сил ударил Громова в живот. Удар получился сильным и жестким. Но он все же устоял на ногах.

- Это у вас так принято проводить задержание? - сдавлено проговорил Олег, приглушенно кашляя и жадно глотая воздух. - Может, хоть скажете, в чем я обвиняясь? Меня в чем-то подозревают? Или это у вас меры такие по профилактике преступлений?

- Так, только не надо принимать нас за дураков. У нас есть свидетели, которые видели, как ты напал на женщину с ножом и пытался ее ограбить и изнасиловать. И потерпевшая утверждает, что это был именно ты.

- Правда?!- злорадно усмехнулся Громов, глубоко вздыхая, чтобы восстановить дыхание. - Интересно было бы на нее взглянуть. А еще хотелось бы посмотреть на ваших свидетелей, которые так быстро дали показания.

- Давай в машину, умник!

Убрав пистолет в кобуру, капитан схватил его за шею и вместе с сержантом потащил к патрульной "Ниве".


* * *


- Может, руки-то уберешь свои? - зло процедил Олег.

- Ты как разговариваешь со мной, тварь?! - Капитан сжал свои цепкие пальцы на его шее и, высокомерно склонив к нему голову, издевательски проговорил: - Знаешь, что я могу с тобой сделать за оскорбление сотрудника полиции?

- Защекотать меня до смерти? - съязвил Громов.

- Шути-шути, а то потом не до шуток будет. Посмотрим, кто из нас будет громче смеяться, когда у тебя в заднице окажется бутылка из-под шампанского.

- А так вы у себя тоже практикуете бутылочное правосудие? - усмехнулся Олег.

- Заткнулся бы ты лучше!

- А то что? Мои слова будут использованы против меня в суде?

- Если ты еще доживешь до него.

- Я-то доживу, у меня навыки есть, выживания, а кто-то другой, окажись он на моем месте, может и не доживет, - утвердительно кивнул Олег. - А знаешь почему? Потому что государство, законы которого ты охраняешь, насквозь прогнило и настолько смешалось с бандитами, что уже не разобрать, где бандиты, а где власть. Бандиты пришли во власть. А власть стала бандитской. А ты яркий пример этой системы.

- Что-то не сильно ты уважаешь власть?

- А ты мне скажи, как можно уважать власть в этом бандитском государстве, которое управляется кучкой зажиревших олигархов и лжецом-президентом?

- Ну, это твое дело, уважать или не уважать президента, мое дело ловить таких как ты и сажать их за решетку.

- Сдается мне, такие вот продажные твари вроде тебя, ловят одних бомжей да проституток или собирают дань с гастарбайтеров, или притоны крышуют. К вам уже люди на улице подходить боятся. Вы стали хуже бандитов, ей богу. Служители закона, мать вашу! У одного из живота скоро жир попрет. А у второго нервы как у психа законченного. Того и гляди начнет палить по всем подряд без разбора. Не понимаю, зачем набрали инвалидов в органы?

- Что?!

- Я сказал, руки убери, гнида!

Сержант размахнулся, чтобы ударить его в затылок:

- Ну, всё, гад...

Договорить он не успел.

Громов ударил его ботинком в колено, мгновенно развернулся и нанес сокрушительный удар ногой по голове, отчего тот упал на землю и отключился. В следующую секунду Олег ударил капитана в подбородок. Сотрудник, корчась от боли, отпрянул в сторону. Олег ударил его в живот и тот упал на землю рядом с машиной.

Рука его потянулась за пистолетом.

Он попытался вытащить его из кобуры, но Громов, не дожидаясь пока он это сделает, подбежал к нему и ударил его по руке.

- Прежде чем стрелять из пистолета, - презрительно усмехнулся он, - научись хотя бы его вытаскивать!

Капитан болезненно взвыл и попытался подняться, но твердый ботинок Олега угодил ему в лицо, отчего служитель закона, издав приглушенный стон, растянулся на сырой траве и закатил глаза.

В следующий миг Громов подбежал к лежавшему без сознания сержанту, повернулся к нему спиной, присел и попытался вытащить из кармана его кителя ключи от наручников. Сделать это было не так-то просто, ведь руки его были заведены за спину и скованы браслетами. Но через некоторое время ему все же удалось извлечь их из кармана и отстегнуть наручники.

Откинув их в сторону, он посмотрел на капитана, который все также пребывал в бессознательном состоянии, достал свой пистолет из-за пояса сержантских брюк и, осмотревшись по сторонам, спешно покинул это место.


* * *


- Полиция уже уехала, - раздался в трубке взволнованный голос портье, после того как Олег набрал его номер, и спросил, как обстоят дела в гостинице. - Из посторонних в здании никого больше не осталось. По крайней мере, я никого не заметил. Сергея Владимировича увезли в морг. Он был мертв. Они нашли его труп в гостиной вашего номера, и решили, что это вы убили его. Но я в это не верю, потому что вы не могли этого сделать.

Олег вспомнил охранника, который пытался задушить его в гостиничном номере, пребывая в каком-то гипнотическом трансе, но решил пока не задавать никаких вопросов по этому поводу. К тому же администратору придется долго объяснять, почему он убил охранника, и что с ним произошло до этого. Сам-то Олег догадывался, что именно вызвало такую резкую перемену в его поведении. Но вот как объяснить это портье? И поверит ли он?

- Значит, я могу вернуться?

- Да, только не подходите к центральному входу. Я встречу вас на улице и проведу через черный ход.

- К чему такая осторожность?

- Мне кажется, они следят за зданием.

- И как мы поступим?

- Давайте встретимся за автостоянкой. Я предупрежу второго охранника, и буду ждать вас там.

Через некоторое время администратор, как и обещал, встретил его на улице, в условленном месте и провел через черный ход в здание гостиницы.

Вдвоем они быстро прошли по узкому слабоосвещенному коридору, пересекли пустой вестибюль, миновали стойку администратора и оказались в небольшой комнате под лестницей. Администратор тут же захлопнул за собой дверь, закрыл ее на ключ, отдышался и повернулся к нему.

И только сейчас при достаточно хорошем освещении Громов заметил, какое у него было бледное испуганное лицо и взволнованный усталый взгляд. Тяжело вздохнув, портье опустился на стул и, смахнув со лба пот, опустил голову. Олег присел на диван.

- Давно они уехали? - проговорил он, когда администратор пришел в себя и перестал трястись.

- Полчаса назад. Перевернули вверх дном всю гостиницу. Тщательно обыскали и ваш номер. Я не хотел их пускать и потребовал разрешение суда на обыск, но они пригрозили мне, что подкинут наркотики ко мне в машину или найдут детское порно у меня в доме или разберутся со мной другим способом и даже показали каким.

- А, понятно, - кивнул Громов. - Бутылочное правосудие.

- Да. А один даже наставил на меня пистолет. Эта так называемая полиция стала хуже бандитов. Я жил при Советском Союзе, я жил в девяностые, но такого беспредела не могу вспомнить. Раньше, еще когда мы жили при коммунизме, я мог ехать на своей машине куда угодно и не боялся, что меня остановят люди в погонах, и будут вымогать деньги. Раньше, когда я видел их на дороге, я чувствовал себя спокойно, я знал, что они могут мне помочь, если что-то случится. Теперь же мне приходится брать с собой деньги специально, чтобы откупиться от них.

- Да, вы правы. Те, кто должен следить за соблюдением законов, чаще всего их и нарушают. Теперь они защищают не граждан, а власть и олигархов. За разгоны мирных митингов, за избиение граждан президент одаряет их квартирами и премиями. Тогда как бандитам, которые зверствовали на Кубани, дают штрафы и отпускают. Разрешите мирным гражданам носить оружие, и нам не понадобится никакая полиция.

- А я считаю, что нельзя разрешать ношение огнестрельного оружия. Что будет, если оно попадет в руки криминальных элементов?

- Поверьте мне, у этих людей оно всегда было, есть и будет. Во все времена. А вот у законопослушной женщины, которая ночью спешит домой и попадает в руки насильников, его нет. А теперь представьте, что такая вот беззащитная женщина, пройдя курсы по самообороне, достает пистолет и стреляет туда, откуда исходит зло. Я думаю, после этого они уже вряд ли когда повторят что-то подобное. А другие в следующий раз хорошо подумают, прежде чем напасть. Многие говорят, что у нас народ до этого еще не дорос. Чушь! Вся проблема заключается в коррумпированности власти. Вы ведь знаете, как у нас получают права, те, кто даже машину-то водить толком не умеет. Купить права, купить медицинскую справку, купить разрешение, купить должность, купить следователя, купить судью - всё это не проблема. Только деньги в конвертик не забудь положить. Вот такая у нас сейчас система. И президент ее активно поощряет. Потому что все кругом повязаны. С самого верха и до самого низа. И другого способа управлять страной, у него просто нет. Вот и остается только по купленным каналам показывать пойманных за руку нерадивых чиновников, которые из-за своей скупости не поделились, с кем нужно было. Вот такая она вертикаль власти.

Портье лишь тяжело вздохнул и отвел взгляд в сторону.

Олег вспомнил о своем рюкзаке, в котором остались документы, оружие и некоторые другие предметы.

- Что с моими вещами? Они забрали рюкзак?

- Я заблаговременно спрятал его в туалете. В таком месте, в котором они никогда бы не нашли его.

- Они спрашивали, как я выгляжу?

- Да, но я дал ложные сведения. Сказал, что вы невысокий полный мужчина с усами и бородой и хромаете на левую ногу.

- Спасибо, конечно, но вряд ли они в это поверят.

- Да, но это единственное чем я мог вам помочь.

- Стало быть, вы остались на моей стороне. Почему вы мне помогаете, ведь давно уже поняли, что я никакой не полицейский и не имею к органам правопорядка совершено никакого отношения? Так ведь? - Олег испытующе посмотрел на него. - Больших гонораров я вам не обещал. В чем дело?

Портье немного помялся.

- Просто мне кажется, вы из тех людей, которые не способны делать зло?

- Это еще почему?

- Потому что я хорошо знаю людей.

- Знаете людей?

- Да.

- Насквозь их видите?

- Можно сказать и так.

- Тогда скажите мне, каким человеком был ваш охранник, с которым вы проработали бок о бок не один день и не два, и, я думаю, хорошо знали его? Какого черта он сначала помогал мне, а потом попытался убить меня?

- Так это все-таки вы убили его?!

- Мне пришлось это сделать! - Олег виновато отвел глаза. - Потому что, если бы я этого не сделал, он отправил бы меня на тот свет, не задумываясь ни на секунду.

- Мне трудно в это поверить.

- Мне тоже было трудно и все-таки я хочу знать: ЧТО С НИМ ПРОИЗОШЛО?!

- Я не знаю.

- Он куда-нибудь отлучался, прежде чем подняться ко мне в номер?

- Нет, но я заметил кое-что другое. Когда я выглянул в холл, то увидел, как он стоял рядом со стойкой и разговаривал с кем-то по телефону.

- По телефону? То есть по-городскому?

- Да.

- Что он говорил?

- Понимаете, он не говорил, он только слушал. Просто стоял и слушал, приложив трубку к уху. И молчал.

- Понятно, - кивнул Громов. - Значит, они применили ультразвук, что бы убрать меня.

- Что, простите?

- Ультразвук, - повторил Олег и встал с дивана. - Давайте поднимемся ко мне в номер, и я заберу свои вещи, а потом я расскажу вам, что это такое и как это работает.

- Конечно, - администратор вскочил со своего места, приоткрыл дверь, и осторожно высунув голову, внимательно осмотрел холл. - Никого нет. Пойдемте.

Они спешно поднялись наверх, проследовали в номер Олега.

- Ультразвуковой сигнал. Он снял трубку и получил приказ.

- Приказ? Но он подчиняется только мне и старшему менеджеру.

- Они внушили ему, что у него есть еще один работодатель.

- Они? Кто такие "они"?

- Это долго объяснять.

Портье включил свет и закрыл дверь на ключ.

Громов зашел в ванную, чтобы умыть лицо и привести себя в порядок, а администратор направился в спальню за рюкзаком, который был спрятан в надежном месте от сотрудников полиции, производивших здесь обыск.

Но не успел он поставить стул к стене, чтобы дотянуться до скрытой решетки вентиляционного канала, как вдруг за его спиной зазвонил телефон. Ничего, не подозревая, администратор подошел к небольшому столику, на котором стоял телефонный аппарат, снял трубку и прижал ее к уху.

- Слушаю, - быстро проговорил он, и в трубке раздалось сухое потрескивание, после которого последовал странный и неприятный звук, который впивался острыми металлическими иглами прямо в мозг. Оторвать трубку от уха портье уже не смог.


* * *


Закончив умываться, Олег снял с вешалки чистое полотенце и, вытерев им лицо, откинул его в сторону. Подойдя к зеркалу, он оперся обеими руками о стену и осмотрел свое отражение. В этот момент ему показалось, что где-то рядом раздался звук похожий на трель телефона, но, прислушавшись, он все же решил, что звуки эти доносятся, скорее всего, с улицы через разбитое окно.

Нахмурив лоб, он отошел от зеркала и повернулся к вешалке, на которой висела его куртка. Теперь он стоял спиной к двери, которая тем временем начала медленно и бесшумно открываться.

Не замечая того, что происходит у него за спиной, Громов протянул руку к куртке, а портье, тем временем, бесшумно переступил через порог, держа в руке массивную бронзовую статуэтку, которую он, вероятно, подобрал в гостиной. Его безумные глаза светились жгучей яростью, а голова как-то неестественно подергивалась. Изменения в его внешнем облике повергли бы в недоумение кого угодно, но только не Олега. А он в данный момент ничего не подозревал и не видел его.

Обработанный ультразвуком администратор, медленно и осторожно, словно кошка, крадущаяся в темноте за своей добычей, двигался в его сторону. Стащив с вешалки куртку, Громов повернулся к зеркалу. Перед глазами промелькнуло отражение знакомой красной жилетки, и злобный пылающий яростью взгляд, и еще он успел заметить занесенную над его головой руку, в которой администратор сжимал что-то тяжелое и увесистое.

Он попытался уйти от удара, но было уже поздно.

Тяжелый и твердый предмет обрушился ему на голову. Громов отлетел к ванной и упал на живот, не успев выставить перед собой руки. Превозмогая острую и нестерпимую боль, от которой раскалывалась голова, он встал на четвереньки и попытался подняться на ноги, но так и не смог этого сделать. Портье ударил его ногой в живот, и Олег рухнул на пол, издав при этом приглушенный и болезненный стон.

В глазах потемнело.

- Эй, стой! - закричал он, задыхаясь от боли. - Что с тобой? Что ты делаешь? Остановись!

Но существо в костюме администратора не слышало его, потому что рассудок затмевала одна единственная команда, один верный и твердый приказ, который это существо не могло не исполнить. И Громов теперь начинал понимать это. В голове промелькнула мысль о том звуке, который был похож на телефонный звонок, и на который он не обратил должного внимания. А зря. Теперь это могло стоить ему жизни.

- Не делай этого! - закричал Олег, пытаясь отползти в сторону и достать пистолет из наплечной кобуры. - Послушай меня! Остановись! Это не ты! Ты ведь никогда бы на это не пошел. Ты никогда раньше не убивал людей. И ты не хочешь этого делать. Я знаю, тебя заставили! Ты делаешь это не по своей воле. Остановись! Все! хватит! Слышишь меня?!

Но обезумевший администратор даже и не думал останавливаться. Он сделал шаг в сторону Громова, дождался, когда тот снова встанет на четвереньки, и изо всех сил ударил его ботинком в живот. Не успев вытащить пистолет, Олег упал на бок и перевернулся на спину, а портье издал какой-то странный булькающий звук и растянул губы в довольной ухмылке.

Увидев это, Громов не поверил своим глазам.

Он почувствовал, что сейчас потеряет сознание.

Продолжая сжимать в руке бронзовую статуэтку, администратор сделал шаг в его сторону и занес над его головой ногу, намереваясь ботинком размозжить ему череп. Олег отчетливо увидел перед своим лицом пыльную и стертую подошву с массивным каблуком. Этот удар мог оказаться для него последним.

В тот же момент он перевернулся на бок, и, ударив его по ноге, откатился в сторону. Выронив из рук статуэтку, портье потерял равновесие, подкосился и упал на пол рядом с ванной.

Превозмогая дикую боль в животе и в голове, Олег все-таки вскочил на ноги и, подбежал к администратору, который издавал яростные гортанные звуки, походившие на рычание дикого зверя, и осторожно склонился над ним. Он пытался встать, ухватившись рукой за водопроводную трубу. Олег схватил его за волосы и несколько раз ударил головой о край ванны.

Этого было достаточно.


* * *


Теперь поверженный администратор с окровавленным лицом и разбитым лбом сидел в гостиной, на стуле, к которому Олег привязал его, пока тот находился в бессознательном состоянии. Громов сидел напротив и держал его на прицеле.

Он наблюдал за тем, как безумец извивается, словно придавленная змея, рычит диким голосом и дергается из стороны в сторону, пытаясь освободиться от веревок. Похоже, дуло направленного на него пистолета, не очень-то и пугало его. Больше всего его заботило то, что он не смог выполнить приказ, не сделал то, что должен был, не выполнил задание, и теперь уже никогда не выполнит, а это могло означать только одно. Он потерял себя. Он потерял всё. В его существовании теперь не было никакого смысла.

Олег, в свою очередь, думал о том, что происходит у него в голове. Всматриваясь в его сверкающие глаза, которые застилала пустая безрассудная ярость, он все никак не мог понять, как можно за такое короткое время сделать из нормального человека, бездушное дикое существо, лишенное всяких человеческих чувств и способное лишь убивать?

Портье продолжал извиваться и рычать. А Олег, тяжело вздыхая, смотрел на него и не замечал, что веревка, которой он связал ему ноги, начинает постепенно ослабевать.

- Знал бы ты как сейчас тяжело мне, - проговорил Громов, смотря на его стенания. - Знаю, что должен тебя убить, но не могу. А вот ты бы, если смог, не задумываясь, отправил бы меня на тот свет. Правда? Конечно, правда. Но ведь это уже не ты.

Из горла безумца вырвались какие-то невнятные булькающие и хрипящие стоны.

- Что? Я не расслышал...

Снова раздались эти противные звуки.

- А говоришь, так оно и есть? Вот отвести бы тебя к нам, да закрыть в подвале у Кононова, пригласить психиатров и специалистов, чтобы покопались у тебя в голове. Как ты думаешь, смогут они починить тебя?

И снова портье ответил на своем непонятном языке.

- Нет? Вот и я думаю, что нет. Так и что мне с тобой делать?

На этот раз безумец выкатил глаза и завыл как собака.

- Пристрелить тебя, говоришь? Нет. Убивать тебя я не стану. Рука не поднимется. Оставлю тебя здесь, а потом позвоню куда надо. Они приедут и тебя заберут.

Олег встал с дивана и направился за своим рюкзаком. Он не заметил, как администратор освободился от веревки и встал на ноги, вместе со стулом, привязанным к спине.

- Да. Так и сделаю. Позвоню, и тебя заберут, - проговорил Громов, накинув на плечо рюкзак, и повернулся в его сторону. Он никак не ожидал увидеть то, что предстало перед его глазами.

Сгорбленный администратор со стулом на спине подбежал к разбитому окну и прыгнул на подоконник, который был весь усыпан мелкими осколками от разбитого стекла. Олег успел сделать всего два прыжка в его сторону, но было уже поздно. Портье выпрыгнул в разбитое окно, не издав при этом ни малейшего звука.


* * *


После того, что произошло этим вечером, Олегу пришлось сменить гостиницу и поселиться подальше от центра города, в тихом спокойном малонаселенном районе. Проведя бессонную и тревожную ночь в дешевом номере с одной кроватью и журнальным столиком, он встал рано утром и отправился к вдове погибшего Яковлева.

Как оказалось, она жила далеко загородом, в коттеджном поселке, куда Олег добрался только через два с половиной часа, после того как вышел из гостиницы. Добрался без происшествий.

Двухэтажный кирпичный дом наполовину скрывался за высоким металлическим забором, выкрашенным в красный цвет. Со стороны двухстворчатых ворот и калитки был виден только второй этаж и дощатый фронтон, ограниченный двускатной крышей из ярко-красного шифера.

Олег нажал на кнопку домофона, который был вмонтирован в калитку. Наверно, где-то в глубине дома раздался звонок, но он его не услышал. Он не услышал вообще ничего. Там за забором царила безмятежная и подозрительно спокойная тишина. Он решил подождать и простоял возле калитки где-то около пяти минут.

Никто не открывал.


* * *


И как раз в эти минуты, руки незнакомого человека, знающего свое дело спешно устанавливали бомбу с электронным таймером в темном подвале этого шикарного дома. Пальцы нажимали на кнопки и раздавались характерные звуки. Находившийся в полумраке подвала человек был хорошо знаком с ее механизмом, работал спокойно и уверенно. Вскоре все было закончено, бомба была спрятана в надежном месте, в котором ее никто и никогда бы не обнаружил.


* * *


Когда Олег уже собрался уходить, в динамике домофона раздался короткий треск, и он услышал тихий и равнодушный голос женщины:

- Кто это?

- Здравствуйте, я... - он внезапно осекся, не зная, что и ответить на этот вопрос. Столько времени стоял у калитки, ждал, когда кто-нибудь отзовется на его звонок, но совершенно не думал о том, как ему представиться и с чего начать разговор! - Я извиняюсь...

- Вы ошиблись... Ничего страшного... - она уже была готова повестить трубку, как он вдруг быстро и уверенно заговорил:

- Нет, я не ошибся. Я из полиции, и я хотел бы с вами поговорить.

- Из полиции?.. - в трубке повисло молчание.

Потом он услышал какой-то щелчок за воротами, и всё тот же усталый женский голос произнес:

- Проходите.

Он неуверенно открыл калитку и вошел во двор. Прямо перед ним предстала ровная прямая дорожка, из декоративной бетонной плитки, по которой он не спеша, проследовал до самой входной двери. Дверь была закрыта изнутри, и он обернулся назад, чтобы лучше ознакомиться с тем местом, в котором оказался.

Осматривая двор, Олег заметил, что все вокруг было чистым и ухоженным и деревья и клумбы и эта дорожка, по которой он шел к дому. Все сияло чистотой, и везде был порядок, и почему-то это показалось ему особенно странным и подозрительным. Он пока не мог понять почему, но чувствовал, что рано или поздно догадается, что именно вызвало в нем эти подозрения.

Внезапно за спиной раздался скрежет дверного замка, Громов повернулся к двери, которая медленно отворилась и на пороге появилась молодая женщина в белом домашнем халате, с бледным осунувшимся лицом и усталыми влажными глазами. Не сложно было догадаться, что перед ним стояла вдова погибшего Яковлева.

- О чем вы хотите со мной поговорить? - чуть слышно произнесла она, вытерев слезы и поправив спутанные волосы.

Он открыл, было, рот, чтобы поздороваться, но слова так и застыли у него в горле. Быть может потому, что перед ним предстала необычайно красивая женщина, или потому что он увидел, как сильно она была подавлена и разбита горем, которое обрушилось на нее после смерти близкого человека. Олег не знал.

Он все так же продолжал стоять и смотреть в ее большие черные и мокрые от слез глаза и не мог ничего с собой поделать. Наконец, она прервала молчание и тихо произнесла:

- Пойдемте в дом.


* * *


Вдова провела его в роскошную и богато обставленную гостиную и указала на кресло, которое стояло у открытого окна рядом с журнальным столиком. Сама она расположилась на мягком диване, и, заложив под себя ноги, прикрыла полой халата обнаженные колени, от которых Олег все никак не мог отвести взгляд.

- Я вас раньше не видела, - с интересом проговорила хозяйка дома, заметив, как он смотрит на нее. - Вы из другого отдела?

- Я приехал из Москвы, вот мое удостоверение. - Громов раскрыл перед ней корочки и убрал их обратно во внутренний карман куртки, прежде чем она успела что-либо прочитать.

- Странно, почему вы приехали опять опрашивать меня? - произнесла она содрогнувшимся голосом. - Ведь дело уже закрыто и приговор давно вынесен. Меня уже столько раз допрашивали...

- Вы плохо себя чувствуете? Давайте я зайду в следующий раз.

Олег встал, чтобы пойти к двери, но она остановила его, вскочив с дивана и схватив его за руку.

- Нет. Постойте! Не обращайте на меня внимания. Со мной все в порядке. Просто сегодня я весь день плачу и сама не знаю почему. Быть может потому, что перебирала наши старые вещи, фотографии... и снова все это вспомнилось.

- Да-да я понимаю...

- Со мной все хорошо. Я хорошо себя чувствую. Можете задавать вопросы, если вас что-то интересует.

- У меня немного вопросов.

- Тем более. Тогда садитесь и спрашивайте. И не бойтесь. Я давно смирилась с его потерей.

Ну, насчет этого она, конечно, солгала, подумал Олег и уселся обратно в кресло, после чего и вдова вернулась на свое место.

- Меня вот что интересует, Анна Сергеевна.... За два дня до гибели ваш муж подал заявление в полицию о вашей пропаже. Но потом сразу же забрал его и извинился. Сказал, что это было недоразумение, и что вы со своей дочерью уехали к родственникам. Что вы можете об этом сказать?

Яковлева отвела взгляд в сторону, словно пытаясь вспомнить события тех роковых дней.

- Действительно, произошло недоразумение, а все по моей вине, - она на некоторое время замолчала, вытерла мокрым платком слезы и, тяжело вздохнув, продолжила: - Мы с дочерью собирались съездить к сестре на выходные. В тот день мы опаздывали на поезд, а Сергея не было дома, поэтому я написала записку о том, что мы уезжаем, и оставила ее на входной двери. Вероятно, ветер сорвал ее и когда он пришел домой, он не обнаружил ни нас, ни записки. Естественно он испугался и пошел в полицию, ну а позже все выяснилось, и он забрал заявление. Вот собственно и все.

Олег в задумчивости покачал головой и опустил взгляд вниз. Он некоторое время рассматривал носы своих ботинок, потом после недолгой паузы проговорил:

- Значит, вы просто ездили к родственникам?

- Да.

- Недоразумение...

- Да. А в чем дело?

- Мне это кажется странным, а вам - нет?

- Не знаю... - равнодушно произнесла она.

- Нет, пожалуй, я сформулирую этот вопрос по-иному. Вам самой не показалось это странным?

- Что именно?

- Вам не показалось странным, что после того, как вы уехали, он сразу пошел в полицию?

- Я же сказала, он был напуган!

- Да-да, я помню. И все-таки он сразу пошел в полицию. Сразу же после того как вы уехали!

- Не сразу! На следующий день.

- Тем более. Почему он не позвонил вашей сестре, если знал, что вы собираетесь ее навестить?

- Я не знаю. Почему?.. почему вы задаете мне эти вопросы? - внезапно ее голос задрожал и Олег понял, что она сейчас расплачется. - Он боялся за нас. У него было много врагов. Ему часто угрожали. Он... он... я не знаю...

- Ну, хорошо. Извините, - проговорил Громов, виновато потупив взгляд. - Извините меня. Я не хотел вас обидеть.

Теперь он укорял себя за то, что так разошелся и забыл, что перед ним убитая горем женщина, и что она все еще очень сильно страдает по погибшему мужу. Ведь прошло всего несколько недель. А он полез к ней с этими неоднозначными вопросами, словно подозревая ее в чем-то.

Теперь ему было очень жалко ее, и он сильно злился на себя, за свою настойчивость и бесцеремонность. Громов смотрел на нее и чувствовал, насколько сейчас она беззащитна и слаба, ему хотелось присесть к ней и крепко обнять ее, успокоить.

- Вы извините меня, мне не хотелось причинять вам боль, - он снова встал и посмотрел на дверь. - Я лучше зайду в другой раз. Еще раз извините. Я...я пойду.

- Нет! - твердо и уверенно проговорила она, остановив его жестом руки. - Присядьте, пожалуйста. Вы ни в чем не виноваты. Это я почему-то сорвалась. Мне ведь все равно придется с этим мириться и как-то жить дальше. Поэтому останьтесь, прошу вас.

Громов уселся обратно в кресло и замолчал.

Боясь продолжить, он ждал, когда она заговорит сама.

- Так ужасно. Целый месяц нам не отдавали тело. И только после окончания следствия нам удалось его похоронить, - тяжело вздохнув, она посмотрела в открытое окно. - На похоронах было столько людей. Многих я видела впервые. Знаете, я ведь так и не попрощалась с ним. Дочке стало плохо и нам пришлось уехать.

- А где сейчас ваша дочь?

- Я отправила ее к своей сестре, в Псков.

- Отправили одну? Пятилетнюю девочку?

- Нет. Что вы?! Я хотела сказать, что сестра, узнав о трагедии, сразу же приехала к нам и забрала Дашу с собой.

- Но вы ведь сказали, что на похоронах ей стало плохо и вам пришлось поехать домой.

Это вырвалось как-то само собой. Громов мысленно обругал себя за свою неосторожность. Он ожидал, что сейчас она опять начнет плакать и ему придется покинуть этот дом, но вопреки его ожиданиям вдова погибшего Яковлева уверенно и твердо проговорила:

- Все правильно. Она забрала девочку с собой сразу после похорон.

- Понятно, - кивнул Олег и на некоторое время задумался, переводя дух. - Вы сказали, что у него было много врагов. Как вы думаете, то, что с ним произошло, могло быть связано с его деятельностью? Может, какие-то конкуренты?

- Нет. Я думаю, нет. Враги у него были. Но здесь произошел несчастный случай.

- Несчастный случай? - Громов был крайне удивлен таким ответом вдовы, у которой муж умер при таких странных обстоятельствах. - Но вы ведь знаете, как он погиб?

- Да он застрелился, - кивнула она. - Из своего пистолета. А что бы сделали вы, если бы узнали, что вам предстоит сгореть заживо?

- Но он даже не пытался выбраться...

- Откуда вы знаете, может, и пытался? - с некоторой обидой в голосе проговорила девушка. - А когда понял, что все это бесполезно, тогда и нажал на курок. У него не было выхода. Мой муж не из тех, кто просто так сдается.

- А зачем он вообще пошел в этот клуб?

- Мне он сказал, что хочет встретиться с одним человеком, и что это будет деловая встреча.

- С каким человеком? - Громов едва не сорвался на крик.

- Он не сказал. Но я догадываюсь, кто это был.

- И кто же?!

- На днях... - она снова тяжело вздохнула, - За несколько дней до его смерти к нему приходил этот человек. Они сидели на кухне и долго о чем-то разговаривали. Я слышала лишь некоторые обрывки фраз. Но это был деловой разговор, я в этом уверена. Они договорились о сотрудничестве, и Сергей сказал, что приедет к нему в клуб. А когда этот человек ушел, я спросила его, кто это был? Он ответил, что это был какой-то Кирилл - администратор из одного ночного клуба, и что он предложил ему выгодную сделку.

- Вы уверены в этом? - на этот раз голос задрожал у Громова. - Как он выглядел? Этот Кирилл?

Девушка призадумалась.

- Точно не помню. Он был высокого роста. На вид ему было лет двадцать пять, тридцать. Темные волосы. Бледное лицо с широкими выпуклыми скулами. Одет он был просто. На нем, кажется, были синие джинсы и...

- Спасибо. Этого вполне достаточно.

- Вы его знаете? - в недоумении произнесла она.

Олег не услышал ее, он был погружен в свои мысли. Этого он никак не мог ожидать, но теперь начинал понимать, почему этот администратор клуба, Кирилл вызвал в нем тогда такие неприятные чувства. Получается, он лгал ему, когда говорил, что не знает того человека, который выстрелил себе в голову. Оказывается, знал. И даже более того, сотрудничал с ним. Интересно, что же это было за сотрудничество такое, после которого предприниматель вынес себе мозги?

Громов вскочил на ноги.

- Что с вами? - взволнованно проговорила девушка, с изумлением смотря на него.

- Со мной? Со мной все в порядке. Вы извините меня, но мне надо идти. Это очень срочно! - Олег вытащил из кармана визитку и протянул ее молодой вдове. - Вот мой телефон. Если что-то узнаете, или вам понадобиться помощь, звоните мне. Хорошо?

- Обязательно.

Он выскочил на улицу с такой быстротой, словно из дома за ним гнался целый рой разъяренных пчел. Посмотрев ему в след, женщина закрыла входную дверь и, вытерев слезы влажным платком, едва заметно улыбнулась. Она, кажется, совсем не была удивлена таким странным поведением, которое было вызвано упоминанием имени администратора ночного клуба. Сняв халат, она отправилась в душ, захватив с собой мобильный телефон.


* * *


Оказавшись на улице, Олег помчался к автобусной остановке. Там стояла всего одна машина такси, в которую он тот час же запрыгнул, и, захлопнув за собой дверь, взволнованно прокричал:

- Поехали! Давай быстрей!

- Куда именно вам надо? - спокойно проговорил таксист, даже не посмотрев в его сторону.

- Куда-куда?! В клуб давай, куда же еще?! В клуб поехали!

Водитель запустил двигатель, но с места так и не стронулся.

- Почему мы все еще стоим? - с нетерпением проговорил Олег.

- Понимаете, молодой человек, в нашем городе несколько сотен клубов, а может и тысяч и все они находятся в разных местах, и поэтому пока вы не назовете мне адрес, я не смогу вас отвести в тот самый клуб, в который вам так не терпится попасть.

Громов назвал адрес, и машина выехала на проезжую часть.

- А нельзя ли ехать как-то быстрее! - недовольно бросил он, нервно ерзая на заднем сиденье, и тихо добавил: - Пока этот тип все еще там, я должен прижать его к стенке и выбить из него все, что он знает.

Таксист, все же услышав эти слова, с волнением посмотрел на него в зеркало заднего вида.

- Может в таком состоянии, вам лучше не ехать в этот клуб, а остаться дома?

- Я сам знаю, что мне делать в таком состоянии! - рявкнул Олег и отвернулся к окну. - Прибавь-ка лучше газу, парень. Я заплачу в двойне и если понадобиться смог оплатить и все штрафы.

Не сказав ни слова, таксист надавил на педаль акселератора, и машина понеслась к центру города.

Сейчас Громову хотелось только одного: как можно быстрее добраться до клуба и вытрясти из администратора все, что он знает. А знает он куда больше, чем кто-либо другой, оставшийся в живых. Иначе, зачем ему утаивать то обстоятельство, что он был знаком с погибшим Яковлевым, и встречался с ним в его квартире за два дня до того, как в клубе произошел пожар?

Быть может он - это единственная зацепка в этом загадочном деле, или виновник, который также замешан во всём случившемся. Этого никак нельзя исключать. Он может состоять в Доминианском ордене и быть одним из исполнителей этого преступления. Олег допускал и такой вариант. Как же он сразу не догадался осмотреть его руки на наличие татуировок с их символикой?


* * *


Резко затормозив, машина такси остановилась прямо у дверей клуба.

Кинув на пассажирское сиденье рядом с водителем несколько крупных купюр, Олег поблагодарил таксиста и, открыв дверь, выскочил на улицу. Водитель, сосчитав деньги, довольно усмехнулся и, проводив его недоумевающим взглядом, стронулся с места.

Громов подбежал к входу в клуб и дернул за ручку. Дверь отворилась, и он вошел в темный коридор, остановился, успокоился. Что-то подсказывало ему, что дальше нужно было действовать спокойно, обдуманно и не торопиться, поэтому он медленно и осторожно двинулся вперед, чутко прислушиваясь к каждому звуку.

Из глубины зала в коридор попадал крохотный луч света, который едва освещал грязные, почерневшие от копоти стены. Аккуратно двигаясь по грязному, усыпанному цементной крошкой полу, громов достиг конца коридора и осторожно выглянул наружу. Теперь он мог определить, что свет этот тянулся из прохода в виде арки в дальне углу основного зала, но не это привлекло его внимание. Что-то неподвижное на полу вызвало в нем неприятные ощущения.

Он подошел ближе и в полумраке смог различить, чьи-то безжизненные тела, которые лежали на досках в неестественных позах рядом друг с другом. Это были трупы рабочих. В этом Олег убедился, когда, опустившись на одно колено, склонился над одним из них и проверил пульс. Пульса не было и все признаки жизни отсутствовали. Тела их еще были теплыми, и Громов понял, что убиты они, были совсем недавно, быть может, несколько минут назад. В том, что их смерти были насильственными, Громов нисколько не сомневался. Кто-то смог убить сразу трех крепких парней и этот кто-то все еще находился здесь.

Он приподнялся и с опаской осмотрелся по сторонам.

Это странное и тревожное затишье начинало действовать ему на нервы, он чувствовал, как по спине пробежал неприятный холодок, а сердце участило свой ритм.

Вытащив пистолет из наплечной кобуры, Олег беззвучно передернул затвор, и, постояв некоторое время в темноте, осторожно двинулся дальше. Вслушиваясь в подозрительное безмолвие, царившее вокруг, он медленно приблизился к знакомой двери, ведущей в ту самую комнату, в которой он первый раз обнаружил администратора за старым письменным столом.

Внезапно за спиной раздался какой-то шорох.

Олег тут же обернулся назад, но в полумраке клуба он так ничего и не увидел. Сжимая пистолет в вытянутой руке, он стоял некоторое время без движения и напряженно всматривался в темноту, ожидая того момента, когда звук повториться снова.

Простояв на одном месте несколько секунд и ничего больше не услышав, он повернулся назад и схватился за дверную ручку. За дверью было тихо, но, кажется, горел свет. Тогда Громов, отойдя в сторону, аккуратно потянул ее на себя, и дверь тихо отворилась.

Луч света, вырвавшийся из комнаты, упал на мертвые тела рабочих, лежавших в нескольких метрах от этого места. Олег приготовился к тому, что сейчас, кто-то начнет стрелять, или закричит во все горло. Кто-то попытается выскочить наружу, чтобы напасть на него. Но ничего этого не произошло, и в клубе по-прежнему было тихо.

И тогда он ворвался в комнату и быстро осмотрелся вокруг. То, что он увидел там, потрясло его куда больше чем трупы рабочих в зале. На короткой грязной веревке, подвешенной к крюку на потолке, рядом со светильником висел тот самый администратор клуба, Кирилл.

Оставив за собой открытую дверь, Громов вытащил нож, тот час же подбежал к нему, одной рукой обхватил его за ноги, приподнял, а второй свободной рукой перерезал веревку. Подхватив безжизненное тело на руки, он положил его на пол рядом письменным столом и посмотрел на его вздутое лицо. Оно было синее, язык вывалился наружу, тело давно остыло и окоченело. Администратор был мертв, уже несколько часов, что было довольно странным, если учесть, что рабочих в зале убили совсем недавно.

Олег высвободил его голову из петли, отбросил кусок веревки в сторону и внимательно осмотрел след оставленный петлей на бледно-синей коже, потом приподнялся на ноги и задумался. На первый взгляд смерть могла показаться ненасильственной, если бы не форма странгуляционной борозды на его шеи.

В том, что смерть наступила от механической асфиксии или, попросту говоря, от недостатка воздуха в легких, в этом Громов нисколько не сомневался. Но вот вторая горизонтальна полоска странгуляционной борозды, говорила о том, что его сначала кто-то задушил, подойдя сзади, а потом подвесил на веревке на этот крюк, когда Кирилл уже был мертв или находился в бессознательном состоянии.

Но как же случилось так, что его убили первым, а потом убили рабочих? Выходит, когда убийца находился в этой комнате, рабочие были все еще живы и занимались своим делом в основном зале или курили где-то в дальней комнате. Потом когда этот человек убил администратора, он разделался и сними. А может они услышали предсмертные крики Кирилла, побежали ему на помощь и сами отправились на тот свет вместе с ним.

Но тогда этот неизвестный человек, должен был быть очень проворным, чтобы сначала задушить одного, после чего подвесить его на веревке, чтобы все выглядело как самоубийство, а потом убрать сразу троих крепких парней, которые выскочили в тот самый момент, когда он выходил из комнаты. Но почему он оставил их тела на полу, а не попытался спрятать их?

Может быть потому, что Олег спугнул его, когда вошел в коридор, и он затаился где-то в глубине здания. А может, он был не один. Ему кто-то помогал, потому что один он не смог бы все это проделать. Версий здесь было более чем достаточно, и поэтому первым делом Громов решил осмотреть клуб. Интуиция подсказывала ему, что люди, которые разделались с администратором и с рабочими-строителями находились все еще здесь.

В одежде Кирилла он нашел небольшой карманный фонарик и пистолет, которым он так и не успел воспользоваться. "А может, он знал этих людей?", - подумал Олег, проверяя пистолет. - "Ведь он даже не попытался его использовать, не попытался снять его с предохранителя. Тут может быть только два варианта: он либо знал этих людей, либо попросту не успел".

И тут Олегу вспомнилась одна мысль, которая посетила его в машине такси, когда он ехал в этот клуб. Надо было проверить его руки на наличие татуировок. Он бросился к трупу, и, приподняв рукава рубашки, повернул его руки ладонями вверх.

- Как же я сразу об этом не подумал? - тихо проговорил он, рассматривая каждый сантиметр его руки.

Запястья были чистыми, но вот на левом плече Громов обнаружил то, что искал. Татуировка в виде треугольника, внутри которого находился открытый глаз и несколько точек вокруг него - всевидящее око мирового господства.

- А вот и картинки! - усмехнулся он, присматриваясь к татуировке и высчитывая количество точек вокруг глаза в пирамиде.

С недовольным видом Громов покачал головой и брезгливо бросил его руки на пол. Теперь у него появились ответы на некоторые вопросы. Выходит, этот паренек состоял в Доминианской ложе и, вне всякого сомнения, был замешен в том, что произошло в клубе в ту роковую ночь, именно поэтому он солгал о своем знакомстве с предпринимателем Яковлевым. Да и вообще неизвестно, что в его рассказе было правдой, а что ложью.

Но Олега больше всего заботило не это. Он не мог понять, почему Доминианцы убрали своего товарища, своего брата, адепта, который состоял в их ордене и даже имел звание Посвященного 13-степени? Об этом свидетельствовала татуировка на его плече. Что это? Месть за предательство или уничтожение ненужных свидетелей, или чистка своих рядов?

Последний раз, взглянув на тело Кирилла и потушив свет в комнате, Громов включил его карманный фонарик, крепко сжал пистолет и осторожно вышел из комнаты в основной зал. Бросив тревожный взгляд в сторону мертвых рабочих, он двинулся прямо к арке, от которой тянулся слабый луч света. Он заметил его еще тогда, когда брел по коридору в сторону зала несколько минут назад. Кстати и шорох доносился именно с той стороны. Поэтому Громов и решил первым делом проверить именно то место.

Оглядываясь по сторонам, он пересек основной зал и медленно подошел к арке. Дальше тянулся длинный и мрачный коридор, в конце которого Громов заметил одну единственную дверь, зеленая краска на которой покрылась пузырьками и трещинами, а кое-где и совсем отвалилась.

Освещая фонариком темные места, Олег прошел по коридору, где на потолке висела покрытая толстым слоем пыли тусклая лампочка без плафона. Это был единственный источник света в этом здании, если не считать карманного фонарика в руке Олега.

Стараясь ступать как можно тише, он осторожно подошел к двери и остановился. Оглянулся назад, направил луч фонарика в противоположный конец коридора, чтобы удостовериться, что там никого нет, и повернулся обратно. Прислушался. За дверью было тихо.

Но прежде чем отворить ее, он нагнулся и заглянул в замочную скважину. Там было темно. Ничего не было видно. Тогда он взялся за ручку и толкнул дверь от себя, отскочил в сторону и приготовился к обороне, но обороняться было не от кого. В здании по-прежнему царила тишина. Это предало Олегу уверенности, и он смело выглянул из-за угла, держа фонарик и пистолет в сцепке обеих рук.

Луч осветил металлические столы, стоявшие в середине помещения, большие электрические плиты, скользнул по холодильникам в дальнем углу комнаты. Высветил во мраке ящики для посуды и подвешенные над круглым столом сверкающие сковородки, которые отбрасывали блики на стены, покрытые белым рифленым кафелем. Это была кухня.

Ничего подозрительного Громов здесь не заметил. Поэтому, забыв об осторожности, он смело переступил через порог кухни и, оказавшись в темноте, принялся искать выключатель. Он хотел включить свет, чтобы тщательно проверить все помещение и убедиться в том, что здесь никого нет.

Сначала он осветил фонариком ближайшую к нему стену и увидел выключатель, после чего ему пришлось засунуть пистолет за пояс, чтобы освободить руку и тогда он нажал на кнопку. На потолке замерцали лампы дневного света, издавая при этом характерные звуки, и через секунду кухня наполнилась ярким слепящим светом.

- Ну вот, - довольно проговорил Громов, убрав фонарик во внутренний карман куртки, и повернулся к центру комнаты, чтобы внимательно осмотреть все, что в ней находилось. - Теперь намного лучше. Свет не помешает.

Он не заметил как в нескольких метрах от того места, где он стоял, промелькнуло что-то черное и в ту же секунду скрылось за высоким металлическим ящиком в углу комнаты.

В следующий момент распахнутая дверь за его спиной, начала медленно двигаться, а из темноты показался черный ботинок того, кто прятался за дверью.


* * *

Рассматривая кухню, Олег совсем позабыл об осторожности, но внезапно за его спиной раздался какой-то звук, похожий на скрип двери. Рефлекторно он занес руку за пояс, чтобы вытащить пистолет, но так и не успел этого сделать.

Он даже не успел обернуться.

В следующий миг человек в темной толстовке, выскочил из-за двери и ударил его сковородкой по голове. Громов все же успел подставить руку, поэтому удар получился скользящим и неточным, что и спасло ему жизнь.

Сразу же последовал второй удар, после которого Олег отлетел к центу и опрокинулся на электрическую плиту. В тот же момент из-за ящика, стоявшего в углу комнаты, выскочил и второй противник, одетый в черную кожаную куртку.

В руке у него был зажат пистолет.

Следуя примеру своего напарника, парень в темной толстовке, отбросил в сторону бесполезную сковородку, и тоже вытащил пистолет из-за пояса. Увидев это, Громов пригнул голову и скатился с электрической плиты прямо на пол.

Сделал он это как раз вовремя.

Потому что в следующий миг раздались выстрелы.

Пули со звоном начали барабанить по металлу, выбивая яркие снопы искр, рассекали в крошки кафельные плитки на противоположной стене. Прикрывая глаза рукой, Олег прижался к жарочной плите, за которой успел спрятаться и, вытащив пистолет из-за пояса, на секунду выглянул из-за угла.

Тут же раздался выстрел.

Пуля, пролетев в нескольких сантиметрах от его головы, попала в высокий холодильник, выбив при этом огромный пучок искр. Громов бросился обратно в укрытие, обругав себя за свою неосторожность. Но теперь он имел представление, в каких местах находились его противники.

Тот, что выскочил из-за двери и ударил его сковородкой по голове, стоял сейчас, возле шкафчика у стены. Этот шкафчик из тонкого металла предназначался для хранения одежды поваров и их помощников. Второй нападавший, который был одет в кожаную куртку, проявляя осторожность, прятался за металлическим столом в нескольких метрах о своего неразумного товарища.

- Эй, Громов, ну вот ты и попался! Мы ждали тебя, мы ждали, когда ты придешь сюда! И ты нашел свою смерть, капитан! - раздался знакомый голос, который эхом отозвался от кафельных стен и металлических предметов на кухне. - Бежать больше некуда. Я же предупреждал, что мы рано или поздно достанем тебя. Это конец, слышишь. Дальше последует только твоя бессмысленная смерть, и ты умрешь здесь, в этом чертовом клубе. А потом мы доберемся до полковника, и отправим его за тобой, а ты встретишь его на том свете с распростертыми объятиями.

- Не думаю, - злобно процедил Громов, сидя за плитой. - Лично у меня другие планы.

- Мне даже жалко тебя, попался как последний дурак!

- Вот мы сейчас и посмотрим, кто из нас дурак!

Сняв пистолет с предохранителя, Олег снова выскочил из-за плиты и выстрелил в парня в темном балахоне. Пуля попала ему в левую руку, он громко и болезненно вскрикнул, спрятался за шкафчиком и выстрелил в ответ, но голова Олега уже исчезла за надежным массивным укрытием.

Последовало еще несколько выстрелов.

- Тварь! Он задел меня!

- Эй, капитан! - раздался крик второго, нападавшего. - Послушай, что я тебе скажу. У тебя есть два пути. Либо ты тихо и безболезненно умираешь здесь, либо смерть твоя затянется надолго. А хочешь, мы сделаем с тобой, тоже, что сделали с охранником и портье в отеле. Хочешь стать идеальной машиной для убийств?

- Ты лучше ответь мне на один вопрос, - прокричал Громов из своего укрытия. - Зачем вы убрали администратора клуба? Ведь он же был одним из вас. Я знаю, я видел татуировки на его плече.

- На этот вопрос он сам тебе ответить, когда ты встретишься с ним на том свете, - усмехнулся парень в кожаной куртке. - И это произойдет совсем скоро. Будь уверен.

Олег подобрал с пола картонную коробку, которая упала вместе с ним, когда он свалился с плиты и задел ногой высокий шкаф для посуды. Он уже знал, что с ней сделает.

- А как вы догадались, что я вернусь в клуб и как раз именно в это время?

- А мы умеем читать чужие мысли.

- Да? Ну, тогда попробуй прочитать, что я буду делать сейчас?

С этими словами он отбросил коробку в сторону, чтобы отвлечь от себя внимание. Услышав выстрелы, он выскочил из-за плиты и разрядил почти всю обойму в бельевой ящик, за которым прятался парень в темном балахоне.

В следующую секунду Громов исчез за своим укрытием, увидев в последний момент как, на пол упало окровавленное тело противника. Второй нападавший, заметив все, что произошло, принялся в ярости стрелять по тому месту, где секунду назад промелькнула голова Олега.

- Ну, что прочитали мои мысли? - злорадно усмехнулся Громов.

- Заткнись, тварь! - услышал он отчаянный голос полный ненависти и злобы. - Мы все равно достанем тебя!

- Я думаю, теперь твоему товарищу не до этого, - выкрикнул Олег, услышав болезненные стоны раненного противника. - А я-то уж начинал подозревать, что вы бессмертные, неуязвимые. Видимо ваши ученые пока не научились создавать эликсир бессмертия.

- Да, зато они научились создавать кое-что другое. Такое, что тебе и не снилось.

- Скрещивать людей с обезьянами?

В ответ на это прогремел еще один выстрел и с полки, на которой стояла сверкающая посуда, на пол со звоном упала широкая алюминиевая кастрюля. Не высовывая головы из укрытия, Олег несколько раз выстрелил наугад в то место, где, по его мнению, мог находиться парень в кожаной куртке.

После чего он выглянул из-за плиты и посмотрел в проход между столами. Тело раненного противника куда-то исчезло, а на полу после него остался лишь кровавый след, который широкой полосой протянулся по белому кафелю и скрылся за дальней плитой. Вероятно, второй нападавший оттащил его в безопасное место и сам спрятался где-то за шкафами.

А может, он и не прятался. Скорее всего, решил наступать.

Подождав несколько секунд, Громов выглянул с другой стороны и увидел, как в проходе между столами промелькнула кожаная куртка противника. Тогда он нажал на курок, и она исчезла где-то между первым и вторым столом. Неприятель на некоторое время затаился в укрытии, но после нескольких секунд ожидания снова бросился в обход.

Быстро перебегая от одного стола к другому, он намеревался обойти плиту, за которой прятался Олег с противоположной стороны. Сжав рукоятку пистолета обеими руками, Громов попытался поймать его в прицел, но в следующую секунду раздался выстрел, и ему пришлось броситься обратно в укрытие. Пуля с грохотом врезалась в металлический каркас плиты.

Тогда Олег быстро перебежал к другому краю и выглянул из-за укрытия. Момент был что надо. Фигура крадущегося неприятеля, который пока еще его не видел, предстала перед ним как на ладони. Не теряя времени, Олег наставил на него пистолет и несколько раз нажал на курок, но вместо выстрелов прозвучали лишь холостые щелчки, которые услышал парень в черной куртке и поднял голову.

В тот же миг он начал стрелять в ответ, и Громов едва успел укрыться от пуль, которые чуть было, не отправили его на тот свет. Сидя в укрытии, он поменял пустой магазин на полный и, пригнувшись к полу, перебежал на другой край.

Противник приближался к нему, перебегая от одного стола к другому, и Олег начинал понимать, что место, которое он использовал в качестве укрытия, было не таким уж и безопасным, как могло показаться на первый взгляд. Надо было куда-то уходить. Где-то прятаться. Но таких мест, которые могли бы защитить его от пуль, поблизости не наблюдалось.

Осмотревшись вокруг, он решил на некоторое время укрыться за деревянным шкафом, который стоял сразу за холодильниками в дальнем конце комнаты. Оставаясь за плитой, он высунул руку с пистолетом и выстрелил несколько раз наугад.

Пистолет нападавшего выстрелил три раза и затих.

Услышав холостые металлические щелчки, Олег догадался, что и у него закончились патроны, тогда он выскочил из-за плиты и бросился в сторону холодильников. Парень в черной кожаной куртке, стоя у стола, в это время перезаряжал пистолет.

Увидев бегущего к холодильникам Громова, он спрятался за столом, и тем самым спас себе жизнь, потому что в следующую секунду Олег выстрелил в него несколько раз, но промахнулся. Пока неприятель менял обоймы, Громов добежал до холодильников и спрятался за деревянным шкафом. Высокие громадные холодильники наполовину закрывали шкаф и защищали его от пуль. Но эта защита была ненадежной.

Олег быстро осмотрел то место, в котором оказался и вдруг в нескольких метрах от себя увидел небольшую деревянную дверь, ведущую, по всей видимости, в кладовую. Ползком он подобрался к ней и, не вставая с пола, схватился за ручку, осторожно потянул на себя, и она бесшумно отворилась. Так же тихо он забрался в кладовую и, стараясь не шуметь, закрыл дверь за собой. Сидя в темноте, Громов заметил, что в дверь была вмонтирована небольшая металлическая решетка, через которую можно было видеть все, что происходило на кухне.

Это было неплохое укрытие. Но всё же небезопасное.

Тем временем, парень в кожаной куртке быстро пробежал вдоль столов и оказался возле электрической плиты, за которой минуту назад прятался Олег. Взор его был направлен на деревянный шкаф, стоявший рядом с холодильниками. Он думал, что преследуемый им человек скрывается именно там, поэтому он направился к холодильникам.

Громов отчетливо слышал его шаги. Он ждал.

Сжимая пистолет в обеих руках, неприятель подошел к последнему третьему холодильнику, за которым стоял тот самый деревянный шкаф и, предвкушая скорую победу, злорадно ухмыльнулся.

- Ну, вот и всё капитан! - прокричал он и, выскочив из-за холодильника, принялся расстреливать то место, где, по его мнению, должен был прятаться Олег. Но никого там не увидев, он перевел взгляд на шкаф и решил, что капитан прячется в шкафу. Пистолет снова загрохотал в его руках, а на пол полетели деревянные щепки. Разрядив почти всю обойму, он прислушался, и, подойдя к шкафу, отворил изрешеченные дверцы. Не найдя капитана и там, неприятель зло выругался и повернулся к двери в кладовую.

- Вот ты где! - довольно усмехнулся он и, забыв об осторожности, подошел к ней и взялся за ручку. Момент был что надо. Не дожидаясь, когда противник сам распахнет дверь, Громов изо всех сил ударил по ней ногой. Удар выдался на славу.

Слетев с петель, хрупкая дверь врезалась в голову парня, и раскололось надвое. От такого сокрушительного удара, его тело отлетело в сторону, он врезался в деревянный стеллаж с посудой, и, опрокинув его, сам упал на пол.

Олег выскочил наружу.

Противник, оставаясь в сознании, увидел его и направил на него пистолет. Но нажать на курок он не успел. Громов выстрелил в него несколько раз и пули одна за другой вошли в его грудь. Парень, издав болезненный стон, растянулся на полу посреди посуды, и тогда Олег с облегчением вздохнул.

Теперь он решил заняться вторым нападавшим и, повернувшись к нему спиной, направился в сторону шкафчиков, предназначенных для хранения одежды.

Внезапно позади он услышал звон и обернулся.

Расстрелянный противник, в грудь которого была выпущена почти вся обойма, медленно вставал на ноги и направлял пистолет на него. Это было немыслимо.

Застыв на одном месте, Олег успел заметить, что на его одежде, в тех местах, куда попали пули, совсем не было крови, и тогда он понял, в чем дело. Не дожидаясь, когда противник нажмет на курок, Громов выстрели ему в голову. Парень в кожаной куртке, не издав ни малейшего звука, откинулся на пол и его безжизненное тело застыло теперь уже навсегда.


* * *


Найти второго нападавшего не составило большого труда.

Олег выследил его по кровавому следу, который тянулся по белому кафельному полу от шкафчиков для одежды в сторону массивной электрической плиты. Подойдя к ней, Громов заметил, что его согнутые в коленях ноги, торчали из-за угла.

- Послушай, я не стану тебя убивать, - проговорил он, медленно двигаясь в его сторону. - Мне нужно, чтобы ты ответил на некоторые мои вопросы.

- Катись ты к черту со своими вопросами! - услышал он сдавленный и хриплый голос. - Катись к черту, понял?!

- Я хочу просто поговорить! - спокойно произнес Олег, продолжая двигаться вперед. - Зачем вы убили администратора? Кто еще работает с вами?

- Кто работает с нами?! - из-за плиты раздался нервный смех. - На нас работает очень много людей. Ты даже представить себе не можешь. А с некоторыми из них ты даже знаком.

- С кем?

- Ну, например, со мной, - усмехнулся парень сквозь болезненные стоны. - Остальные дадут о себе знать чуть позже. Тебе осталось недолго. Смерть настигнет тебя очень скоро, я знаю, это произойдет сегодня. И ты даже не успеешь ничего сделать. Ты думаешь нас только двое? Нас тысячи. Сотни тысяч. По всему свету. Мы везде.

- Вы что китайцы?

- Эту войну вы проиграли, капитан. Ну, или почти проиграли.

- А ведь нам ее никто не объявлял.

- Такие у нас методы. А на войне все средства хороши.

- Послушай, отдай мне оружие и выходи. Я же понимаю, что ты простой исполнитель. Я хочу с тобой просто поговорить.

- А я не хочу с тобой говорить! - процедил парень. - Ты думаешь, я боюсь боли? Нисколько. Ты можешь вводить иголки под мои ногти, можешь опускать меня в кипяток. Можешь отрезать мне пальцы, но я все равно ничего не скажу.

- А можешь отрезать тебе яйца?

- Попробуй. Только у тебя ничего не получиться. Слава нашим ученым. Это их заслуга.

- Что ваши ученые уже отрезали тебе яйца?

- Нет. Но с тобой они точно это сделают, когда ты окажешься в их руках.

- Я скорее застрелюсь. А что ты не чувствуешь боли?

- Никакой боли, только усталость.

- Почему же ты не выйдешь и не убьешь меня?

- Просто ты сделал из меня решето, а в таком виде очень сложно ходить и убивать.

- Хватит шуток, давай выходи!

- Ты этого хочешь?

- Жду с нетерпением...

На некоторое время противник затих. Он как будто набирал силы для последнего броска.

Громову не понравилась эта тишина.

Внезапно из-за плиты показалась его рука, в которой был зажат пистолет. Отпрянув в сторону, Олег упал на пол и перекатился на спину. В следующую секунду раздались выстрелы. После чего парень в темной толстовке с невероятной быстротой выскочил из своего укрытия и наставил пистолет на Олега, который лежал на полу в нескольких метрах от него.

Громов выстрелил первым.

Держа пистолет в обеих руках, поднятых вверх, он уже знал, куда будет стрелять. С невероятной точностью пуля попала прямо в голову. Противник даже не успел нажать на курок, он отлетел назад и, упав на спину, перевернулся на бок. Все. Этот бой был окончен.

Поднявшись на ноги, и стряхнув с себя пыль, Олег смело подошел к безжизненному телу и, перевернув его на спину, склонился над ним. Подняв простреленную в нескольких местах толстовку, он увидел бронежилет, в котором застряли пули, выпущенные из его пистолета. Кроме этого он увидел одно ранение в области ключицы и две дырки в самом низу брюшной полости, в том месте, которое не было прикрыто бронежилетом.

Через некоторое время после того, что произошло, Громов окончательно успокоился, передохнул и решил обыскать трупы, а потом стащить их в кладовую и спрятать их там, среди пустых коробок. То, что он нашел в их одежде, повергло его в шок.


* * *


В кухне рядом с выключателем висел обычный стационарный телефон. Олег снял трубку и, набрав номер полковника Кононова, выглянул в темный коридор. Там никого не было. Некоторое время в трубке слышались только длинные гудки, а когда они прервались, знакомый голос в недоумении проговорил:

- Да, я слушаю.

- Это я, Василий Петрович.

- Что это за номер такой странный? - в недоумении протянул полковник. Голос у него был взволнованный, и как показалось Громову, даже немного расстроенный. - Олег это ты?

- Да. Я звоню с городского телефона.

- Так-так. Ну и как у тебя дела? Все в порядке?

- В общем, я тут кое-что обнаружил. Кое-что странное.

- Ну-ну, давай рассказывай. Не тяни!

- Совсем недавно, минут пятнадцать назад я отправил на тот свет двух доминианских рыцарей, а еще одного я вытащил из петли, в которой он оказался по воле своих собратьев. Он не повесился сам, слышите, его повесили свои.

- Вот как? Это интересно!

- Слушайте дальше, это еще не все. Я осмотрел трупы, обыскал их одежду и то, что я нашел, меня очень сильно удивило. Эти двое парней, которые убили майора Куликова и гонялись за мной по всему Питеру, оказались сотрудниками полиции!

- Вот это новость! - полковник удивился не меньше Олега. - А откуда такая информация?

- Я столкнулся с ними в клубе. Я и сейчас нахожусь здесь. Они убили того администратора, Кирилла, который был членом Доминианского Ордена, а потом попытались убить и меня. Не получилось. Сейчас вот осмотрел их трупы, и теперь многое прояснилось. Под одеждой у них я обнаружил бронежилеты и понял, почему не умер тот парень в балахоне, когда я разредил в него чуть ли не всю обойму в подвале вокзала. У другого адепта, который вывалился из окна в гостинице, я обнаружил множественные ссадины и гематомы. А на руку был наложен гипс. Видимо полет с шестого этажа все же не прошел для него бесследно. И еще: я нашел у них в карманах какие-то странные ампулы с красной жидкостью. Скорее всего, это какой-то стимулятор, с помощью которого, они поддерживали свои жизненные силы.

- Да-да, возможно... - задумчиво протянул полковник.

Олег еще раз осмотрел удостоверения, вытащенные из карманов погибших, и положил их перед собой на столе.


* * *


Тем временем к зданию клуба подъехала патрульная "десятка", из которой, не спеша, вылезли двое мужчин форме сотрудников полиции и направились к входной двери.


* * *


Громов продолжал рассказ:

- И как вы думаете, откуда эти двое?

- Ну и откуда?

- Из Москвы.

- Московская полиция? - в крайнем недоумении проговорил Полковник. - Интересно, что они делали в Питере?

- Не знаю. Может, они с самого начала следили за мной.

- Ты можешь продиктовать мне имена и фамилии этих людей, звания и номера удостоверений. Позже я проверю, действительно ли они сотрудники или удостоверения липовые.

- Конечно.


* * *


Полицейские вошли в коридор и направились в основной зал.


* * *


Олег продиктовал.

- Вот это новость! - голос Кононова выражал крайнее изумление и вместе с тем и некоторую радость.

- В чем дело?

- Федоров и Яковлев?

- Да. А что?

- Так-так. Год рождения Федорова - 1982, Яковлева - 1983?

- Да. Правильно.

- Кажется, мы на верном пути! - взволнованный голос полковника, прозвучал воодушевленно.

- А в чем дело? Вы знаете кто это такие?

- Мне кажется, я догадываюсь.

- Так расскажите.

- Нет времени. У нас тут произошло большое несчастье.

- Какое еще несчастье? - Олег начал волноваться. По огорченному голосу Кононова он понял, что несчастье действительно произошло большое. - Что случилось?

- Алексей...

- Что с ним?! Его убили?!

- Нет. Но то, что с ним произошло куда хуже смерти.

- Я не понимаю...

- В общем... как бы это сказать. Он заболел.

- Заболел? Чем?

Некоторое время полковник провел в задумчивости, потом неуверенно проговорил:

- Он пытался меня убить.

- Убить?! Лешка?

В ответ Кононов лишь глубоко вздохнул.

- Я не понимаю, чем он мог заболеть...

- Алексей теперь не тот, что был раньше. Он стал другим. Они с Сергеем проникли в одно место. Лешку схватили, потом он каким-то образом выбрался. Но вернулся он уже не тем человеком, каким был раньше. Я бы сказал даже что вернулся он совсем не человеком. Мне очень жаль, наверное, это я виноват.

- Я понял, это ультразвук, - мрачно проговорил Олег, вспомнив портье из гостиницы, и снова выглянул в коридор. Ему вдруг показалось, что он услышал какие-то голоса, которые будто бы доносились из основного зала. Понизив голос, он продолжил:

- Где он сейчас?

- Когда он накинулся на меня, нам пришлось связать его и вывести за город. Я не стал обращаться за помощью. Сейчас он находиться у меня на даче, под усиленным контролем так сказать. Короче, мы держим его в наручниках, прикованным к стене.

- Вы с ним разговаривали?

- Он не желает со мной разговаривать, - полковник горько усмехнулся. - Называет меня слугой сатаны.

- Значит, он может разговаривать?

- Разговаривать-то он может. Если только это можно назвать разговором. Больше похоже на бред сумасшедшего.

- А вы не пытались выяснить, что с ним произошло, где он находился и как выбрался?

- Пытались.

- И что?

- Говорит, что был в каком-то небесном саду, разговаривал с богом и бог ему на все открыл глаза. А вернулся он на землю, потому, что бог дал ему второй шанс и приказал убить посланников дьявола. К коим он причисляет и меня и Сергея. О тебе он ничего не говорил. Не знаю, может, тебе и удастся из него что-нибудь вытащить, потому что у нас уже вся надежда пропала.

- А что Сергей?

- С ним, слава богу, все в порядке, - облегченно вздохнул полковник. - Он выбрался и достал кое-какие документы. Именно в них мне встретились фамилии этих двух, которые гонялись за тобой. Яковлев и Федоров. Так?

- Так. А что за документы? Куда они с Сергеем проникли?

- Приедешь, я тебе все объясню. Это надолго.

- Вы разобрались с теми случаями отправления школьников и выяснили причины рождения детей-мутантов?

- В какой-то степени да. Но это долгий разговор. Поговорим об этом, когда приедешь. Нам предстоит одно важное дело.

- Какое дело?

- Нет времени, Олег. Всё, мне пора, извини.

Полковник повесил трубку, а Олег теперь точно услышал приглушенные мужские голоса и чьи-то быстрые шаги, звуки которых доносились из основного зала.


* * *

Убрав удостоверения в карман, он вытащил из-за пояса пистолет и осторожно выглянул в проход. В самом конце коридора в полумраке он увидел, фигуру человека, который двигался в его сторону. Следом за ним, шел кто-то еще. Громов отпрянул назад, но один из патрульных все-таки заметил его.

- Эй, кто там?! - прокричал он, доставая пистолет и ускоряя шаг.

- В чем дело? - в тревоге спросил его сослуживец, и направился следом. - Ты кого-то увидел?

- Да. Кажется, там, в конце коридора, кто-то был.

- Кто?

- Я откуда знаю! Достань пушку!

Теперь они осторожно двигались вдоль стен, держа пистолеты на вытянутых руках. Не теряя времени даром, Олег вытащил карманный фонарик, выключил в кухне свет и бросился в сторону двери, которая вела в кладовую.

- Эй, ты видел! - проговорил один из патрульных, обращаясь к своему напарнику. - Он выключил свет!

- А может, он сам погас?

- Да не говори ты ерунды! Как он сам мог погаснуть?!

Быстро пробежав между столами и электрическими плитами, Громов оказался возле двери, и, распахнув ее, бросился в кладовую, в которой кроме него находились еще и трупы двух Доминианцев. Тот полицейский, что шел впереди своего сослуживца, громко прокричал, обращаясь к нему:

- Эй, не знаю, как тебя там зовут, но лучше бы тебе выйти оттуда!

- Мы из полиции, слышишь, давай выходи! - поддержал его напарник, который осторожно двигался следом.

Положив фонарик на полку, Олег решил спрятаться за картонными коробками, и принялся забрасывать ими дверь кладовой. Отчистив небольшой проход, он увидел очертания еще одной двери, которая была заперта на висячий замок. Что ж выбора у него не было.

Он подобрал фонарик, сжал крепче пистолет в вытянутых руках и выстрелил в замок. Посыпались искры. Ногой Громов сбил его с петель и резким движением распахнул дверь. В нос ударил резкий запах гнили и сырости. Он увидел перед собой узкий и мрачный коридор, где на сыром полу лежали какие-то грязные мешки, старые гниющие доски и еще много разного мусора.

Патрульные услышали выстрел как раз в тот момент, когда выходили из коридора на кухню. Они тут же бросились в разные стороны, и спрятались за столами, испуганно поглядывая в сторону двери, ведущей в кладовую.

- Эй, что это было? - испуганно прошептал один из них, обращаясь к своему товарищу.

- Он в нас стреляет!

- Стреляет? Он попал в тебя?

- Нет. А в тебя?

- Да нет вроде.

- Это хорошо. Сидим пока здесь.

- Эй ты, козел! Я тебя достану, урод!

- Да не ори ты, придурок! Он так узнает, где мы находимся!

- Да я не ору!

- Заткнись!

Пробежав по темному коридору, Олег уперся в деревянную дверь, из-за которой сюда доносились звуки с улицы, а сквозь щели проступал дневной свет. На двери также висел замок, но в него Громов не стал стрелять.

Он ударил по двери ногой. Она затрещала, но осталась на своем месте. Тогда он ударил еще раз. В этот момент полицейские, выскочившие из своих укрытий, уже неслись в сторону кладовой с пистолетами в руках.

Олег нанес последний удар. И старая деревянная дверь, издав неприятный треск, сорвалась с петель и вылетела наружу. Он выскочил на улицу и увидел перед собой высокий бетонный забор, вдоль которого пролегала узкая истоптанная тропинка, скрывающаяся за углом соседнего здания. А чуть дальше был виден небольшой парк и часть оживленной городской улицы.

Полицейские тем временем ворвались в кладовую и наткнулись на трупы двух парней, которые лежали посреди картонных коробок. Громов услышал их испуганные крики и, не теряя времени, побежал вдоль забора в сторону парка.

- Он завалил еще двоих! - прокричал один из патрульных, пробираясь сквозь завалы коробок.

- Кто они?

- Я не знаю! Давай за ним! Потом разберемся!

- Вот сука! Он ведь и нас мог положить!

Подсвечивая себе зажигалками, они добрались до двери, на которой болтался, простреленный Олегом замок и осторожно отворив ее, вышли из кладовой. Когда они преодолели темный и грязный коридор и выскочили на улицу, Громов уже скрылся в парке и бежал теперь в сторону проезжей части.

Преследователи в растерянности остановились перед бетонным забором и принялись вертеть головами в разные стороны в поисках беглеца, который в это время сломя голову бежал в сторону автобусной останови. Там стояло несколько машин такси. Подбежав к самой ближайшей из них, и распахну заднюю дверцу, Громов влетел в салон и скомандовал:

- Поехали!


* * *


Сидя в машине таксиста, которая увозила его с этого места, он решил, что поедет в гостиницу, но когда вдруг позвонила вдова погибшего Яковлева, ему пришлось поменять свои планы. Она была до смерти напугана и умоляла его приехать к ней домой.

- Послушайте, Анна Сергеевна, вы можете объяснить, что там у вас произошло?

- Мне, кажется, они следят за мной! - с трудом проговорила она сквозь слезы.

- Кто за вами следит?

- Я не знаю!

- С чего вы взяли, что за вами следят?

- Я видела их! Они были у меня дома!

- Когда это было?

- Я не знаю. Они перевернули всех вверх дном. Они что-то искали.

- С вами все в порядке? Может быть, они уже ушли!

- Нет! Нет! Они все еще здесь! - закричала она в истерике. - Я видела одного из них. Мне кажется, они хотят убить меня. Когда я шла к дому, то за мной ехала машина, с темными стеклами и сегодня весь вечер вокруг дома ходили какие-то люди. Она и сейчас стоит здесь, я вижу ее из окна. Вы бы не могли приехать. Пожалуйста. Мне очень страшно.

- Хорошо, я приеду. Закройте все окна и двери, выключите свет. Не кому не открывайте. Откроете дверь только мне.

- Как я узнаю, что это будете вы?

- Я отправлю вам сообщение на мобильный телефон. Продиктуйте номер.

Она с трудом назвала номер, Олег записал его и повторил цифры вслух.

- Правильно?

- Да.

- Так теперь слушайте меня внимательно. Возможно, они попытаются вас убить, не проникая в дом. Для этого они попробуют использовать телефон или мобильный или домашний. Поэтому вам нельзя брать трубку и говорить по телефону. Вы меня поняли?

- Я не понимаю, как они смогут убить меня по телефону?!

- Это долго объяснять, но они это могут.

Вдова вновь разразилась истеричными рыданиями.

- Почему мне нельзя говорить?! А если мне позвонит сестра или я захочу вызвать полицию?!

- Не отвечайте на телефонные звонки, слышите? - закричал Олег, пытаясь убедить ее. - Кто бы ни позвонил - не отвечайте! Полицию вызывать, не имеет никакого смысла. Вся полиция уже давно срослась с этими бандитами. А бандиты с полицией. И никто вам не поможет! Если вы хотите сохранить свою жизнь, не звоните никуда и не отвечайте на звонки!

- Почему?

- Это очень опасно, я же говорю!

- Но я не понимаю, как это может?..

- Это долго объяснять! Если они позвонят вам и включат сигнал, то вас ждет та же участь, что и людей в том клубе, где погиб ваш муж. Понимаете? Если зазвонить телефон ни в коем случае не берите трубку. Ответите только на мое сообщение.

- Хорошо, я не буду. Только приезжайте поскорей, мне очень страшно.

- Я приеду.

На этом разговор закончился. Вдова погибшего Яковлева отключила телефон и положила его рядом с собой. Она сидела на диване и вытирала слезы белым сухим платком. Встав с дивана и выглянув в окно, она увидела, как темная иномарка, стоявшая возле ее дома, стронулась с места и исчезла за поворотом улицы.

Внезапно раздался звонок мобильного телефона. Вздрогнув, она инстинктивно схватила его дрожащей рукой и посмотрела на дисплей. На дисплее высветилась надпись "номер не определен". Звонил явно не Олег. Но женщина все же поднесла его к уху и нажала на кнопку вызова:

- Да, - проговорила она и снова выглянула в окно.


..Окончание романа требования по загрузки..

..Ознакомиться с произведениями..


https://www.litres.ru/aleksandr-knyazev-10426955/gorod-smerti/

https://andronum.com/product/knyazev-aleksandr-gorod-smerti/

http://www.ozon.ru/context/detail/id/139189384/


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.


.