# Накипело

Мефодий Громов

Автобиографический рассказ о наболевшем за много лет.

Накипело

Все изложенное ниже случилось на самом деле. Написать это меня сподвигло хамское, наплевательское отношение людей, не заботящихся о чужих проблемах.

Сибирская летняя ночь выдалась на редкость теплой. Одинокие порывы ветра заставляли деревья перешептываться, нарушая гармонию безмолвного парка. Вдохнув свежий воздух, сидевший на лавочке мужчина прислушался. Из-за поворота вынырнул спешащий силуэт и направился по неосвещенной дорожке, выругавшись:

- С***, ***ть....

На его счастье единственным источником света был тусклый фонарь посреди сквера и он не заметил затаившегося в сумраке наблюдателя. Усмехнувшись, мужчина принялся наблюдать за вывертом современности - кнопкотыком. Ростом под 180, длинноволосый парень с мышцами на руках словно три пальца обычного мужика в ширину. Еще и решил переписываться с кем-то в телефоне посреди темной улочки.

- Эй, фью! - неуклюже изобразил свист один из тружеников сигаретки с пивасиком и кнопкотыка с двух сторон загнали в клещи. Наблюдатель откинулся на скамейке в предвкушении забавного зрелища. Испуганно заметавшийся взгляд заметил мужчину во мгле, и жалобно впился в отсвечивающие желтым светом фонаря глаза. Но наблюдатель оставался равнодушным к молящему о помощи.

Довольно быстро отработав мобилку, деньги и куртку, пацаны несильно вмазали в грудь и живот, а потом пинками отправили запуганного парня идти домой. Забавляясь, они так и не заметили неподвижного наблюдателя на скамейке.

- Лады, братуха, до завтра.

- Давай, Кабан.

Распрощавшись, они разошлись в разные стороны и спустя минуту сквер снова наполнился шепотом листьев, гудящей старой лампочкой в фонаре, пением птиц и кузнечиками. Новолуние обещало долгую и темную ночь. Лишь звезды могли помочь одинокому путнику в ночи, если бы не смог над Новокузнецком, за которым о звездах можно было лишь мечтать. Крадущиеся шаги позади мужчина услышал давно и его не смогли застать врасплох.

- Эй, слышь...

Подкравшийся сзади гопник положил руку на плечо мужчины. В следующее мгновение он был переброшен через плечо, больно приложившись копчиком об асфальтовую дорожку. Его шея тут же оказалась в захвате и наклонившийся мужчина горячо зашептал в ухо:

- Я хорошо слышу. А если будешь рыпаться, Кабан, - обратился он к одному из нападавших на кнопкотыка, - шею сломаю.

Кабан попытался вырваться из захвата, но мужчина без церемоний сжал чуть сильнее и тот замер, понимая, что в следующее мгновение шея не выдержит. Еще некоторое время наблюдатель держал захват, а после немного ослабил. Кабан не пытался вырваться.

- Молодец, а теперь можешь идти отсюда.

Сорвавшийся с места парень отбежал на пару метров и остановился, потирая шею.

- Слы... Кхм... Хотел спросить... Почему ты не помог лоху?

Мужчина еще во время конфликта заметил скованность Кабана. Тот словно боролся с самим собой, сопротивлялся тому, что происходит. Все его существо вопило о сомнении, и от наблюдателя это не укрылось. Теперь же Кабан решил разобраться в самом себе с помощью затаившегося в тени наблюдателя.

- Он неудачник.

- Только поэтому?

- Да.

- Тебе нравится смотреть на избиение тех, кто слабее?

Мужчина ненадолго задумался. Воспользовавшись свободной минуткой, гопник осторожно приблизился к скамейке и замер, услышав ответ:

- Отчасти да. Вы ведь выбрали его в качестве жертвы только потому, что он слабее и не похож на вас?

- А х**и он как пидор патлы отрастил, мудак!

Услышав смешок, гопник рассердился, но пыл быстро угас, вспомнив недавний захват.

- Ты забавный, Кабан. Как-то раз ученые решили провести эксперимент. За каждый неправильный ответ в тесте подопытного били током случайно подобранные люди на улице. Первое время они жалели его...

Мужчина замолк.

- И?

- Не догадываешься, что было дальше? Через какое-то время они стали получать от этого удовольствие и обвинять подопытного, что именно он виноват в том, что они вынуждены так поступать. Ничего не напоминает?

Кабан молчал, не зная, как реагировать.

- Отвечая на твой последний вопрос. Мне не только нравится на это смотреть. Это мне напоминает одного юношу, с которым случилось нечто подобное.

Услышав тепло в голосе, Кабан сам не заметил, как присел на правый край скамейки.

- А теперь слушай внимательно...


...В наушниках молодого человека играла не осточертевшая музыка, а довольно интересная, по его мнению, книга под названием "Сага о халруджи". Он давно снял футболку и подтягивался на стадионе. Профессионально плаванием он перестал заниматься полтора года назад, но мышцы не забыли тренировки и легко приходили в старую форму. Тренироваться он любил не для какой-то цели, а просто потому, что ему нравилась боль после тренировки.

Парень Н, назовем его так, заканчивал 11 класс. В его жизни наблюдалось мало трудностей. Учился от балды, но в то же время хорошо. Не утруждался, сидя над учебниками дни напролет, но и не тупил в телефоне на задней парте. Просто посещал школу, так сказать, отмечался. Ни с кем не дружил, ни с кем не разговаривал, избегал девушек в силу юности и девственности. Ни к кому не лез, но своего не позволял брать. Отличался редкостной непрошибаемостью и твердолобием. Учительница, и по совместительству классная руководительница в шутку называла "бараном", ибо если Н упрется, то ни за что не сдвинется с места.

Окончил хорошо, с одной тройкой по биологии и подал документы в НФИ КемГУ на программиста. ЕГЭ сдал отвратительно, кое-как на тройки, в итоге 179 баллов. Но ему было все равно, сдал - и ладно. Да и тем более, чего расстраиваться, когда даже не готовился к сдаче экзаменов? Через 20 минут после начала каждого экзамена Н уже бодрой походкой шагал домой залипать в компьютер.

Компьютер он любил. А точнее любил играть и программировать. Так и просидел все знойное сибирское лето за зомбоящиком, занимаясь всякими глупостями. Кодил он тогда исключительно на школьном паскале. Гулять не любил, да и не с кем. Пить не пил, а расслабляться в клубах ему казалось странным. Музыка - дерьмо, люди - пьяные свиньи, запах - перегар и еще какое-то дерьмо. Мечтал служить в ВМФ, но получил белый билет по состоянию здоровья и долгое время костерил фортуну на все лады.

В школе же чувствовал себя забитым, ибо длинные волосы не способствовали нормальному выживанию среди гопоты. Н боялся драться до дрожи в коленях. И еще до конфликта у него начиналась тряска, за что он себя презирал и ненавидел. Избегая драк, Н тем не менее никогда не давал себя в обиду. Неоднократно его пытались развести на деньги, но даже если дело и доходило до рукоприкладства, Н был способен лишь на глухую оборону и яростный взгляд в сторону обидчиков. Не считая его за мужчину, класс относился к нему как к надоевшему нахлебнику, но тем не менее терпели, в упор не замечая его существования.

Но вот начался учебный год в институте и Н забросил игрушки и занялся исключительно программированием, математикой и другими науками. Как ни странно, за год не впутался ни в один конфликт. К концу года легко кодил на С#, C++, php, java. Отлично закончил год и вышел на каникулы. Начиналась безоблачная пора его жизни. Все линии его юности сходились в полноводную реку жизни и он был уверен в себе. Наконец, после своего 18-летия, Н стал мужчиной и окончательно поверил в себя, идя с поднятым подбородком и перспективным будущем. В группе он считался лучшим в программировании и решении математических задач и уже решил все задачи на второй курс по java. Не жизнь, а благодать!


Гопник молчал, а мужчина глотнул водички из бутылки и продолжил.


...День выдался пасмурным и довольно прохладным. Конец сентября, несмотря на свою знойную погоду, ознаменовался ливнем, от которого прохожие спешили скрыться по домам. Одиноко бредущая под зонтом девушка никуда не спешила. Ей снова придется звонить ревнивому мужу в Новосибирск и выслушивать от него очередные нотации по поводу того, что она одевается как шлюха, пока он в отъезде. Хотя на самом деле Юля всего лишь распустила волосы, надела майку без рукавов и обтягивающие штанишки, подчеркивающие красивые ноги спортсменки. На часах минутная стрелка приближалась к 18 00. Ускорившись, она заметила мокнущего под дождем парня. Кепка на голове давно промокла и ручейки влаги стекали по грустному лицу и ушам, но тот словно и не замечал этого. Широкие плечи выделялись даже под ветровкой, а грустный безучастный взгляд его был опущен в землю. Что-то в этом взгляде было не так - он словно смотрел в пустоту. Парень даже не заметил прошедшую мимо девушку. Зато она чем-то зацепилась за него взглядом. Остановившись, она вздохнула и подошла к нему:

- Привет, чего грустный, что-то случилось?

К девушке повернулся козырек и парень только через несколько секунд понял, о чем его спросили и махнул рукой:

- Все нормально.

Он даже не поднял взгляд, чтобы посмотреть ей в глаза, что показалось ей странным. Некоторое время она не знала, что сказать, но утешать, как и всегда делала это с мужем, не решалась. Что-то незримое останавливало ее. Она знала, что этого мужчину ни в коем случае нельзя жалеть.

- Может... Ты не против чашки горячего чая?

Покрутив в руках пустую бутылку из-под простой воды, он закинул ее в урну.

- Куда же я с подводной лодки денусь-то?

Он опустил козырек еще ниже, словно закрываясь от солнца, и они пошли вдоль дома. Молодой человек специально обошел девушку и встал справа от нее:

- Мне так комфортнее.

Будучи ниже на пол головы, Юля все пыталась заглянуть под козырек, в его глаза, но даже если это и удавалось на доли секунды, многого это ей не дало. Они выглядели бесчувственными, равнодушными и... пустыми.

Он настолько странно себя вел, что несколько раз спотыкался о камни, ступеньки, бордюры, а один раз пошел на светофор только когда окружающие зашагали по зебре, несмотря на горящий зеленым светофор.

Повесив сушиться одежду, она загнала его в ванную и отправила мыться. Пока он снимал верхнюю одежду, она заметила, как он словно бы прячется от света, но не придала этому особого значения. Когда же включился душ, Юля вдруг вспомнила про острую бритву мужа, которой очень просто перерезать вены, но потом махнула рукой - не был он похож на того, кто страдает от неразделенной любви. Быстро накрыв на стол, спортсменка привела себя в порядок и переоделась в чистое. После разговора с мужем настроение у Юли испортилось окончательно. Всего два года вместе, а выдумывает черте что! Словно к ней пристают одни только мужланы, способные пускать слюни на ее ладную фигурку.

Проходя мимо ванной, она удивилась, заметив выключенный свет. Заговорившись с мужем, не заметила, как он помылся? Вспомнив про бритву и неразделенную любовь, она дернула на себя ручку и вбежала, включая свет.

- Ай, черт, твою мать!..

Прикрыв ладонью глаза, он отвернулся от источника света.

- Ой, извини... Ты чего без... света... моешь...ся.

Взгляд ее медленно пробежал сверху вниз по его жилистому телу, остановившись там, где брюшной пресс теряет свое название. Облизнув пересохшие губы, Юля сглотнула.

- Свет.

- А?..

- Выключи свет, пожалуйста.

Все так же закрывая ладонью глаза, он стоял в метре от нее, даже не думая прикрывать причинные места. Юля не представляла, что происходило с ней в этот момент. Может, ей осточертел потолстевший потный муж, переставший следить за собой и страдающий одышкой во время секса? Может, ей надоело сидеть дома одной, а может, захотелось побыть плохой девочкой? Она не могла найти ответа. Свет погас, и он, убрав руку с глаз, шагнул к девушке.


- Постой-постой!!! А где окончание первой истории?

- Не спеши, Кабан. На все свои вопросы ты услышишь ответ в самом конце. Просто слушай.


Сибирская зима вселяла мертвенный холод в души людей. Бледное небо устало повисло над землей, и, казалось, вот-вот упадет на город. Борясь с нарастающей вьюгой, редкие прохожие торопились к остановке в надежде побыстрее занять место у печки в забитой маршрутке. К счастью, студентка Аня подошла вплотную к стене, защищавшей ее от пронизывающего ветра.

- Алло? Да, Мариш, я жду тебя на остановке. Что значит на какой? На Нике, конечно же! Хорошо, ага.

Убрав телефон, девушка поскорее натянула перчатки и спрятала руки в карманы. Пританцовывая, Аня оглядывалась по сторонам, выискивая подругу, как вдруг наткнулась взглядом на парня в оранжевой мешковатой куртке. Прокладывая путь длинными шагами, он подошел к пешеходному переходу и застыл на месте, глядя под ноги. Самое примечательное было то, что он, как в смешных историях Задорнова про полицейских, носил солнцезащитные очки зимой. Это бросалось в глаза словно одинокая грозовая тучка в ясном июльском небе - так же отталкивала взгляд и заставляла в брезгливости поджимать губы. Дальше его поведение удивило Аню - парень оголил уши и приставил к ним ладони на манер локатора, словно хотел переходить дорогу на слух. Аня автоматически вздрогнула, представив свои оголенные участки тела на морозе. Постояв так несколько секунд, он пошел вперед, забыв про правила дорожного движения для пешеходов - сперва посмотри налево, а потом направо. На его счастье, машин не было, иначе Анна наблюдала бы довольно забавную ругань водил. Оказалось, что парень шел в сторону остановки и его заметили все, одарив недоуменными, а кое-где и брезгливыми взглядами.

- Анька, приве-е-етик!

Напугавшаяся студентка подпрыгнула на месте, но быстро узнала подругу и они обнялись.

- О, смотри, Терминатор, блин.

- Ага, идиотам солнце и зимой мешает.

Похихикав, девчонки принялись презрительно озирать парня, удивившись еще и тому, что тот ходил без перчаток. Но тот словно и не замечал презрительных взглядов, словно прожигающих его насквозь. Лишь желваки редко поигрывали на лице.

Наконец, подъехал муниципальный автобус и подружки прыгнули в салон. К их несчастью, все места были заняты и пришлось встать недалеко от Терминатора, как окрестила идиота подруга. Автобус оказался не муниципальный и девчонкам пришлось раскошелиться на проезд. Проследив за взглядом подруги, Анна обернулась назад. Обняв поручень локтем, парень очень медленно отсчитывал мелочь, перекладывая из одной ладони в другую, перетирая монетки между пальцев и что-то приговаривая под нос. Он не смотрел на монеты, устремив взгляд в совсем другую сторону. Кондуктор, вредная тетка, почти достигшая двойного бальзаковского возраста, не любила ждать и принялась ворчать.

- Ну, и долго еще?

Парень не ответил, сосредоточенно считая мелочь.

- Очки сними, я с тобой говорю!

Остановившись, тот повернулся в ее сторону:

- Женщина, вы не настолько красивы, чтобы грубить мне.

Кондуктор зависла на пару секунд, переваривая странную фразу, а в этот момент Аня хихикнула. Смех подхватила подруга и еще несколько пассажиров, ставших невольными участниками бесплатного утреннего цирка. Подняв всем настроение, парень неожиданно спрятал мелочь и отвернулся к окну, лениво созерцая заледеневшее стекло. До последнего кондуктор кричала на парня, не заплатившего за проезд, а тот ее напрочь игнорировал. Так и доехал до главпочтамта близ КемГУ. Проходя по узкому коридору к двери, он несколько раз задевал пассажиров, шарахаясь от них словно только что увидел и поспешно извинялся. Самое интересное что тех, кто находился слева от него, он ловко огибал, а справа напрочь не замечал. Это не укрылось от зорких девчонок.

- Он что, пьяный? Хотя нет, перегаром не несет, может, курил что-нибудь?

Разговор пришлось отложить, так как Терминатор подошел к ним вплотную. Оказалось так, что девочки стояли справа от него и изредка стреляли глазками на очки, силясь рассмотреть в них глаза. Выйдя на остановке, решили понаблюдать. Достав из кармана старенький кнопочный телефон, вышедший из моды еще в молодости Аниной бабушки, тот принялся что-то в нем тыкать. При этом его не интересовал экран, он смотрел по сторонам, уверенно тыкая что-то на телефоне. После поднес к уху трубку и с кем-то негромко поговорил.

- Да-а-а уж, не телефон, а домашнее радио какое-то. Кто сейчас с такими ходит? Разве что твоя бабушка, Ань.

- Да ну тебя!

Спустя минуту прямиком к Терминатору подошел второй, на этот раз, обычный парень. Чуть пониже, с рюкзаком на плече. Подойдя почти вплотную, он протянул руку:

- Вань, привет.

Терминатор вздрогнул, словно только что заметил друга, хотя и смотрел в его сторону. Поздоровавшись, они вместе быстро удалились с остановки в сторону парка Гагарина.

- Анька, пойдем, на пару опаздываем! Линдин взбесится!

- Аг...ага...

Провожая взглядами двух парней, постепенно исчезающих в метели, девочки направились в четвертый корпус КемГУ на пару к преподавателю математического анализа, который очень не любил опоздания. Несмотря на то, что Аня не обмолвилась с ним ни словом, видела первый раз, и даже не знала причин, по которым он носил очки и так странно себя вел, она испытывала к нему брезгливость. Его внешность блатного отталкивала, ведь никому не нравится, когда при общении не видишь глаз собеседника. Вроде, мелочь, а столь существенная. Некоторое время Аню беспокоило странное чувство, засевшее где-то внутри, а она никак не могла разобраться в нем. Но ее отвлекла подруга и мысль исчезла, как исчезает утренний туман с восходом солнца.


- Что за бессвязный бред?.. Незаконченные истории от разных лиц?..

- Тебя никто не держит.

- Да нет, это я так... Продолжай...


...Гогоча над очередной "уматной" историей Вована, Макс и Леха вывалились из маршрутки на остановке Томск-1 и направились прямиком к вокзалу. 29 апреля, скоро бесконечная чехарда майских праздников и следовало бы поторопиться купить билеты до дома. Благо, братухи родились и выросли недалеко от Томска - в Мельниково и ехать до дома совсем недолго.

- Опа-опа, пацаны! Зацените, какая ляля!

Прямо по курсу в белых босоножках и юбке, в которой провода оголены по самую розетку, вышагивала миловидная девушка. На улице стемнело, но градусник упорно показывал выше 20. К сожалению, направлялась барышня в другую сторону от вокзала. Однако это не помешало братанам пройтись следом за ней еще пару десятков метров и посвистеть в след, отвешивая нескромные и довольно сомнительные комплименты. Наржавшись, те ввалились в вокзал и выругались, увидев огромную очередь. Но разочарование длилось недолго. Заметив в середине очереди двух своих знакомых, друзья, не стесняясь никого, во весь голос начали гоготать и здороваться с корешами.

- Здоров, пацаны! Че, тоже на хату в Мельниково?

- Но, епта, Ксюха заждалась, разомну хоть ей булки.

- Зачем разминать то, что и так каждый день мнут?

- Че ты сказал?!

Все дружно заржали и Леха в шутку пнул обидчика его девушки.

- Пацаны, смотри, тут кому-то ночью свет мешает.

Стоя в темном углу с двумя сумками, парень в кожаной куртке и темных очках не обращал ни на кого внимания.

- Но, блатной походу. Слышь, Мася, мобилку отработаем?

Тут Макс присмотрелся и указал братве на голову будущей жертвы. Все дружно заржали, увидев длинные светлые волосы, завязанные в хвост.

- Б***ть, он еще и п****к. Не, Мася, однозначно работаем. У тебя нож с собой? Проведем сеанс бесплатном стрижки.

Так, гогоча во весь голос и в открытую пялясь на паренька, пацаны продвигались к кассе, до которой оставалось всего четыре человека. Отвлекшись на секунду, братва не заметила, как к парню подошел здоровый мужик выше его на пол головы и громко спросил:

- Слышь, ты че, слепой? Че очки одел, а?

- Проблем захотел? - Н не стал выстраивать защиту, перейдя в атаку.

- Не-не, ты че!

Похоже, мужик был слегка навеселе, так как отстал сразу же, заняв свое место в очереди. Однако мужика не шатало и телом он владел словно трезвый. Братухи не сильно придали этой сцене значения, обсуждая Ксюху и ее здоровенные булки. Тем временем веселый купил билет и зашагал прямиком к парню, намереваясь высказать все, что у трезвого на уме.

- Слышь, ты свои очки сними, они тебе не идут. Рембо, б***ть! Х**и ты молчишь, п***р?! - Пробежавшись взглядом, он продолжил давать советы: - И патлы свои отрежь. А то я отрежу, б***ть, вырядился, н***й - в кожанке и черных очках. Рембо возомнил себя? Будь мы в другом месте, от*****л бы тебя как н***й делать.

Стоявшие в очереди исподлобья стреляли глазками, как бы стараясь не замечать разгорающегося конфликта. Но братаны только обрадовались веселью и во все глаза таращились на цирк уродов, перебрасываясь ехидными замечаниями. Парень же не проронил ни слова, что пацаны посчитали за слабость.

- ...Ты меня понял? Еще раз увижу тебя в очках, и...

Молниеносный удар локтем в левую скулу, похоже, не успел рассмотреть никто. Еще в полете к бетонному полу веселенький потерял сознание, а когда упал, самые глазастые смогли рассмотреть кровь, растекающуюся из-под головы. Поднялась небольшая паника среди женщин и кто-то уже побежал к охранникам, указывая на темный угол.

Братаны как один заулюлюкали, но на Н смотрели уже по-другому. Парень же как ни в чем не бывало встал обратно на свое место, так и не проронив ни слова.

- Фараоны, - скривился Леха.

- Руки за спину, лицом к стене, - подбежал самый резвый охранник.

Скривив губы, Н устало выполнил приказ, словно делать это ему было уже не впервой. Однако второй, клизмообразный охранник подозвал напарника:

- Он не поднимается.

- Что здесь случилось?

Пацаны, всем духом уже вставшие на сторону Н, разом начали:

- Да это он сам!

- Споткнулся! Сам он!

- Да вы посмотрите на него! Он бухой же!

- Да, да! Бухой он! Штын стоит какой!

Парня это развеселило и он посмеялся, хотя и не представлял, как собирается выпутываться из щекотливой ситуации.

- Да как он сам упал-то! Я видел, как эти двое разговаривали! - не унимался охранник. - О чем вы разговаривали?

- Я с ним не разговаривал.

- Так. Палыч, что с этим? Да че ты его поднимаешь! Он же без сознания! По щекам побей!

После того, как мужика перевернули на спину, женщины принялись отворачиваться. Перекошенная вывихнутая челюсть, кровь, сочащаяся из рассеченной об бетон правой брови могли вызвать тошноту даже у мужчин.

Между тем третий охранник взял под локоть Н и увел за собой, о чем-то тихо беседуя.

- Эй! Ты как, мужик?

Тот что-то промычал и снова отрубился.

- Твою мать! Палыч, вызывай ментов и скорую!

- Ага, давай только этого отведем на скамейку.

- Раз-два, подняли!

Пацаны первый раз видели, чтобы кто-то отправил в нокаут одним ударом, который никто из пятерых братух не заметил. И ведь мужик до сих пор не приходил в сознание. И кто отправил? Патлатый п***р! Купив билеты, пацаны вышли из здания вокзала и направились в сторону остановки в полном молчании, совершенно позабыв о недавних планах. Лишь Вован, немного отстав, достал из кармана нераскрытую пачку сигарет и познакомил ее с темным зевом урны.

- Вован, тормоз, че отстал?

- Да иду я, иду...


Близился рассвет. Сумрак постепенно редел, прокладывая путь свету. Горизонт уже окрасился в яркие тона и солнце вот-вот должно было залить животворящим светом собеседников на скамейке.

- А чего Н постоянно очки носит? Крутой что ли?

- Всему свое время.

- Ладно... А че с тем мужиком?

- Да ничего особенного. Отделался сломанной и вывихнутой челюстью, рассеченной бровью, сотрясением мозга и небольшим штрафом в полторы тысячи рублей.

- А за что штраф-то?

- За нетрезвое состояние в общественном месте.

- Мд-а... Ну поставлен удар у парня, ладно. Может даже и в качалку ходил. Но почему ты рассказываешь мне все это...

Неожиданно Кабана перебил собеседник:

- Хочешь услышать окончание первой истории?

- Это про того успешного пацана? Хочу.

- На чем мы там остановились...


Измученная тяготами жизни красивая женщина вытирала слезы, приподняв очки.

- ...Виталина Олеговна, неужели ничего нельзя сделать?.. Операция, или лечение? Пересадка?

- К сожалению, это невозможно. Мы можем лишь замедлить процесс. Купировать его, не дав разрастись.

- Ну давайте сделаем хоть что-нибудь...

Предложив дорогостоящее лечение заботливой матери пациента, Виталина зашла в кабинет, устало рухнув на стул. Случай был неординарным. Никто, даже самые опытнейшие доктора наук, смотревшие парня, не встречались с подобным. Павлухин даже назвал это синдромом "термоядерной реакции". Поступивший в конце августа 2012 года парень удивил всех. Сетчатка в его глазах была выедена, словно мороженое маленькой ложечкой. Причем центральный хориоретинит задел в большей степени правый глаз, перейдя с желтого пятна на большую часть периферии. Левый же глаз остался лишь с боковым, периферийным зрением. Хрусталик помутнел, роговица в страшных изменениях, а радужка сползала, словно золотистый тягучий мед из переполненного стакана.

С этих пор Ваня способен был отличать людей друг от друга по 4 признакам: по голосу, по звуку шагов, по походке и по запаху. Ему стала недоступна магия чужой мимики, а лицо, прическа и тем более глаза собеседника пропали. Так пропадают цветы с первыми хлопьями снега. Стало невероятно сложно понять, кто только что прошел мимо - мужчина или женщина. А знакомые, которых он не узнавал, сильно обижались на него и больше не здоровались. И это даже если они знали о его больных глазах. Ведь, по их мнению, он был виноват в том, что плохо видел. Забавно, неправда ли?

Но все было куда проще, чем кажется. Иван пришел к выводу, что бессмысленно говорить окружающим о его зрении. Все без исключения спустя ровно минуту разговора забывали о его глазах. Они спрашивали почему он всегда носит очки, а он начинал рассказывать о том, как потерял зрение. Спустя минуту они показывали ему картинку на телефоне и спрашивали его мнение, а он косился на них как на идиотов, которым нужно было только задать вопрос, но не слушать его ответ. Он не был слепым, но и не был зрячим в обычном понимании окружающих. Ваня представлял себя сомневающимся канатоходцем. Спереди пылал огонь зрячих, сзади чернело болото слепой пустоты, а под ногами пропасть людского непонимания. Именно этот факт и был камнем преткновения между ним и обычными людьми. Именно это и не были в состоянии понять люди. Они не понимали, как человек, который может самостоятельно ходить по улице, не видит, что написано на обычной бумажке. В свою очередь Иван не понимал, как можно быть настолько узко мыслящими и тупыми, когда все уже разжевано.

Всё здравомыслящее человечество смеялось над предрассудками людей, поверивших в конец света 2012 года. Не смеялся один Иван, для которого конец света стал ничем иным, как былью. Может, предсказатели пророчили это ему?

Судьба... Во всем была виновата чертова судьба. Она была глуха к мольбам и ее густой сумрак затмил белый свет полуслепых глаз. Иван ненавидел ее за это и сильно злился, когда в первые месяцы после потери зрения нечаянно тыкал вилкой себе в щеку и проносил еду мимо рта. Посмотреть на наручные часы и узнать время, прочитать сообщение на телефоне, увидеть номер маршрутки, посчитать мелочь, нарезать хлеб, пройти по тротуару, перейти дорогу... Все, о чем даже не задумываются зрячие предстало неприступной горой, забраться на которую оказалось не по силам. Теперь биологические часы заменили наручные, и практически со стопроцентной точностью тикали в голове. Кнопочный телефон использовался только для звонков, а сообщения приходилось просить прочитать близких. Номер маршрутки появлялся только после того, как Иван чуть ли не в упор подходил к остановившемуся автобусу. Вычурные узоры орла и решки на монетках довольно быстро забылись, но так же быстро пальцы научились отличать монеты друг от друга. Нож если и превратился в холодную змею, что жалит до крови, то ненадолго. Он сумел приручить ее. Тротуары и большие скопления людей стали настоящим испытанием и приходилось ориентироваться на движения, которые Ваня улавливал лучше всего. Если что-то движется, даже маленькое, он это легко замечал боковым зрением левого глаза, но если это "что-то" огромных размеров, но неподвижно - его не существует до столкновения с ним. Дорога же оказалась путем в один конец. Раньше посмотрел влево, вправо и переходи! Сейчас же приходилось прикладывать ладони к ушам, улавливать звуки двигателей и определять примерное расстояние. Люди, конечно же, крутили пальцем у виска при виде такого придурка, но жизнь дороже их глупого мнения.

В прошлом Ване было некогда смотреть на звезды, и он не знал о красоте черного покрывала ночи со сверкающими алмазами. Все изменилось. Звезды больше никогда не улыбнутся ему своим холодным светом. Больше он никогда не сможет познать эту отраду. Судьба... Во всем снова была виновата чертова судьба...

Но то, что у Ивана правый глаз больше не видел и осталось лишь боковое зрение левого глаза - еще не самое страшное. У паренька наблюдалась ярко выраженная светобоязнь в связи с отсутствием реакции зрачка на свет. Зрачки приобрели неправильную форму и выглядели инородными, словно некрасивые линзы. Атрофированные мышцы радужки отказывались работать, отчего Ваня испытывал невыносимую режущую боль в глазах даже от света обычной лампочки на потолке. Что уж говорить о летнем солнце? Находиться где-либо при свете и без очков стало невозможным. Выключать его во всех комнатах, плотно закрывать жалюзи и шторы превратилось в обыденность. Ходить круглыми годами в солнцезащитных очках и слышать смех за спиной вошло в привычку. Зиму же Иван возненавидел. Снег отражал свет и губил глаза еще больше, чем знойное летнее солнце. Неоднократно ему приходилось кулаками отстаивать право носить солнцезащитные очки, когда очередной придурок начинал приставать со своими тупыми вопросами. Почему он должен пресмыкаться перед всеми и объяснять каждому, почему он так выглядит? Почему он не мог просто пройти по улице зимой, поговорить с людьми, не испытав брезгливого взгляда в свою сторону? Почему к нему начинали относиться холодно только потому, что он спрятал глаза за черными протезами? Он бы и рад снять очки, но не мог. Ведь он не был в этом виноват. Однако людям не нужны были ответы на все эти вопросы. Всем было плевать. Они замкнулись в своем микромире, закрылись в футляре, не желая понять его. Они не желали хотя бы на секунду погрузиться в его мир запахов и звуков. А может, просто боялись?

Что уж говорить о том, как к этому относились посторонние люди, знакомые, друзья и подруги? Если даже близкие крутили пальцем у виска, возмущались вечной темноте в его комнате и часто забывали о недуге Ивана. Но он не держал на них зла. Он любил свою родню потому, что они не оставили его, а все остальное... Скажем так, он привык, что к нему относятся как к придурковатому блатному в солнцезащитных очках.

Операция же, направленная на избавление от светобоязни, лишь навредит. Да, светобоязнь исчезнет, словно никогда и не было, но купированная термоядерная реакция начнет атаковать глаза там, где еще не побывала и даже возможно перейдет на глазные нервы. Станет только хуже.

- И за что жизнь наказала такого молодого парня? - произнесла вслух миловидной внешности Афанасьева Виталина Олеговна. - Что ж, остается только обычное лечение и укольчики... - устало вздохнув, она нацелилась ручкой в список назначений пациента.

Август, год спустя.

Какая молодая девушка откажется от сладкого? Верно, почти никто из представительниц косметички и кружевных трусиков не откажет себе в удовольствии полакомиться вкусняшками. Ключевое слово здесь - "почти". Мария недаром десять месяцев изводила себя в тренажерном зале, отказывая себе во всем, балуя сладеньким свой подтянутый животик лишь один раз в неделю. Спустя суровую сибирскую зиму, девушка была готова к лету. Теперь постоянно ловить на себе взгляды мужчин в маршрутках, парках и улицах стало чем-то обыденным. А сколько похотливых предложений поступало в ее адрес просто не счесть. Присев на скамейку в парке Гагарина, Маша принялась дожидаться друзей. Сегодня решили собраться первый раз за месяц, что случалось очень редко - обычно собирались намного чаще. Наконец, спустя десяток минут к скамейке подбежали Ирка со Светкой и Виталька с каким-то парнем. Обнявшись с девчонками и поздоровавшись с Виталием, они познакомили Машу с Ванькой. Его черные очки отталкивали, а девушка представляла, как он похотливо рассматривает ее тело, пока она этого не видит. Ей не нравилось, когда люди прятали глаза за очками, особенно, если на улице не было знойного солнца, как и сейчас. Серые низкие тучи затянули небо и необходимости в очках для обычного человека не было никакой.

- Машка, знакомься, это Ванька, мы о нем тебе рассказывали.

Парень протянул руку для рукопожатия и лучезарно улыбнулся:

- Привет, красавица.

Недаром говорят - женщины любят ушами. И даже самой страшной и захудалой тетке приятно будет услышать что-либо подобное. Даже если это неправда. Маша цену себе знала и тоже протянула руку, хотя и сильно удивилась, когда вместо рукопожатия он поцеловал ее, как в старину. Так уже не делают, и это показалось ей забавным. Его горячие и сухие ладони не собирались отпускать ее руку.

- П-приятно п-познакомиться...

Раскрасневшись, девчонка начала запинаться, а друзья расхохотались.

- Не обращай внимания, Ванька всегда такой!

Посмеявшись, они впятером пошли на квартиру к Ире. Сегодня они решили отметить встречу и заодно совместить приятное с полезным. Конечно же, речь шла о выпивке.

...Многое изменилось за прошедший год. Раньше Ваня не знал, куда девать свободное время и тратил его на всяческие глупости. В былые времена он и не представлял, что обладал двумя бриллиантами - глазами. Причем эти драгоценные камни достались ему просто так, от материнской любви. Он не потратил на них ни секунды лишнего времени и ни копейки личных средств. Они просто были. Потеряв нормальное зрение, он осознал, чем обладал до этого. И то, что не ценил в полной мере. К сожалению, мы осознаем ценность чего-либо только с его утратой. В обычном случае человек учится на ошибках, но в этом ... исправить оплошность было невозможно. Однако нет худа без добра. Да, он потерял зрение. Но и приобрел кое-что. Ценность того, что появилось у него сложно измерить, но опровергнуть полезность просто невозможно - непрошибаемую уверенность в себе и своих силах. И, может к счастью, а может и к сожалению, у него появился комплекс неполноценности. Он не убегал от правды и признавал - он не такой, как все и больше никогда не станет нормальным. Именно эта мысль придавала ему силы тогда, когда он не мог что-либо сделать. Для него это был вызов, а зная свою твердолобость, молодой парень готов был расшибиться в лепешку, но сделать то, что пожелал.

Часто на него накатывалась невероятная тоска и депрессия, когда Ваня вспоминал о прошлом. В 8 классе он взял в руки карандаш и влюбился в рисование. Так и творил до болезни, работая над рисунками неделями напролет. А книги? С раннего детства отца заменял старший брат, на которого Ваня смотрел с восхищением и благоговением. Именно от брата он влюбился в книги и читал их всю свою жизнь. Разного покрова обложки, оплетающие любимый роман. То самое счастливое чувство, когда первый раз открываешь свежую книгу, и переплет похрустывает чарующими звуками будущих приключений. Эти шершавые, пахнущие библиотекой и древесиной страницы, на которых изложены целые судьбы героев, миров и вселенных... Все это в одночасье исчезло, даже не попрощавшись, как исчезает любимая женщина, не махнув на прощание платком. Вся жизнь рухнула в пропасть забытого прошлого, намереваясь остаться там и напоминать о себе лишь в редкие часы горьких воспоминаний и мокрой подушки.

Именно тогда он и понял, что терять больше уже нечего и как-то незаметно за год повзрослел и приобрел некий внутренний стержень. Можно даже назвать это Силой. Силой во всем. В нем сидела одна единственная мысль - доказать всем, что даже калека может быть духовно сильнее здоровых людей. Доказать всем, что упавший в бездну прямиком в липкие щупальца Иркаллы не обречен, а ему всего лишь предоставлен другой шанс показать себя. Доказать, что он может все, главное - захотеть этого. Доказать всем. А самое главное - себе.

Изменилось слишком много, чтобы близкие и одноклассники при встрече сказали "ты совсем не изменился". Если раньше он был забитым, то теперь душа его вышла наружу и из стеснительного парня он превратился в уверенного мужчину с необычным чувством юмора. Жестокое настоящее изменило его отношение ко всем аспектам его жизни без исключения. Но мы немного отвлеклись.

...Двухкомнатная квартира Иры, доставшаяся от бабушки, оказалась довольно просторной.

- Ого, Ирка, и ты нас не приглашала сюда? Здесь же замечательно!

- Ремонт делали на кухне.

И действительно, в квартире контрастировали довольно старенькая, но ухоженная рукой хозяйки мебель и современная кухня. Раскидав вещи, по некоему негласному правилу парни ушли в комнату с компьютером и гитарой, а девчонки принялись перешептываться в зале.

- Ну, Маш, как тебе Ванька?

Девушка безразлично пожала плечами:

- Нормальный.

- Нормальный!? Думаешь, никто не заметил твоих пунцовых ушей?

Мария снова немного зарделась и потупилась под ноги:

- У меня Леша есть...

- Ой, знаем мы твоего Лешу! Ни одной юбки не пропустит и пьет как запойный.

- У него работа тяжелая...

- Это консультантом в обувном-то?

- Неважно! Он вообще какой-то странный...

- Чего странного? Я же сказала, что запойный!

- Да я про Ваню этого! Ладно на улице, но в доме-то ему очки зачем?

Светка философски пожала плечами:

- Да ладно тебе, разные люди бывают. Главное то, какой он внутри, как общается.

- Ну, может быть...

Тем временем в дверь позвонили, и Ирка кинулась открывать, позвав Витальку. В зал ребята внесли четыре пиццы, а Света уже доставала из холодильника выпивку.

- Налетай, народ!!! За встречу!

Виталька поправил очки, поворачиваясь к новому знакомому Марии:

- А трезвенникам сегодня наливаем томатный сок! И не криви морду, Ванька, это чтоб не повадно было нас обижать больше!

Улыбнувшись, Ваня без удовольствия отхлебнул сок и поставил обратно. Маша сильно удивилась его поведению и повернулась с немым вопросом к подружкам.

- А он у нас не пьет. Да ведь, Ванька?

- Совсем-совсем не пьешь?

Маша, конечно, тоже не была любительницей выпить, но за встречу с друзьями разок в месяц даже она позволила себе расслабиться.

- Никогда в жизни не пил...

- О-о, везет же некоторым! Не знает, что такое похмелье! - перебила того на полуслове Светка и все дружно захохотали.

Навернув второй стакан пива, Мария немного расслабилась. Когда ребята веселились и на секунду упустили из виду Марию, кто-то прошептал ей в ухо:

- Твоя прекрасная фигура очаровала меня. Никто в этом мире не сравнится с тобой по красоте.

У меня есть Леша! - хотелось воскликнуть девушке, но... Но все было очень просто. Алексей выполнял для нее все, чего бы она не пожелала, а если ему что-то было нужно, он предпочитал спрашивать. "А можно ли мне? А может сделаем так?". Можно даже было назвать "отпрашивался". Сейчас же Иван мягко, но в то же время настойчиво приобнял ее и не спросил, хочет ли она пойти с ним. Она словно услышала приказ и тотчас встала, не понимая, что происходит. От нового знакомого веяло чем-то гипнотическим, притягивающим к себе, хоть и темные очки сильно мешали относиться к нему тепло. Закрыв за ними дверь на щеколду, он выключил свет и снял очки. В окно светил фонарь и в комнате стоял легкий сумрак. Наконец, она увидела его глаза. Правый напоминал стеклянный бесчувственный омут с большим темным зрачком вместо радужки. Левый смотрел мимо Маши, словно она находилась в другом месте. Но удивиться этому она не успела. Несмотря на то, что они знали друг друга совсем недолго, чем-то парень заворожил ее и Мария чувствовала себя в безопасности с ним. От него веяло невероятной уверенностью и что-то щелкнуло в голове Марии. Улыбнувшись, он приблизился к ней, одной рукой властно подтянув к себе за талию, а второй нежно проводя по щеке.

- С-стой, у меня есть парень...

- У меня тоже.

Изумившись, Маша посмотрела на него, увидела игривую улыбку и они вместе рассмеялись. Однако Иван не собирался убирать руки, все так же обнимая ее.

- Нет, я серьезно! У меня есть парень!..

Но Ваня ее не слушал. Приблизившись вплотную, просунул руки под блузку и принялся водить ими по ее телу, одновременно лаская шею. "Он делает со мной то, что хочет!" - пронеслась испуганная мысль. "И мне это... нравится...". Алексей даже спрашивал разрешения на секс, и если получал отказ, то сразу отставал, не делая более попыток. Марию же что-то постоянно гложило и, наконец, она поняла, что. Ей не нужен был тот, кто спрашивает разрешение. Маше нужен был тот, кто решает вопросы сам, не пуская что-то на самотек. Ей нужен тот, кто возьмет ее тогда, когда захочет. Ей нужен был мужчина, а не мальчик, отпрашивающийся погулять у мамочки.

Эти сильные властные руки двигались по ее спортивному телу там, где им хотелось. А слабые попытки защититься пресекались на корню. Властно подтянув к себе и впившись в ее губы, осознание того, что в следующую секунду мужчина возьмет ее силой, окончательно свело Марию с ума...


- Мда, начал с разврата и закончил им?

Пожав плечами, собеседник искренне улыбнулся:

- Я же мужчина.

- Значит получается, он носил очки из-за светобоязни и потому, что у него были больные глаза и он плохо видел?

- Так точно.

- Ничего себе... А по другим отрывкам и не скажешь... Просто какой-то придурок, который бьет морды тем, кому не по душе его очки... А что с ним стало?

- В 2014 познакомился с правилами одной азиатской игры под названием Го, ровно через год достиг 1 дана и сейчас упорно движется к цели стать профессионалом в ней.

- А, ну да, твердолобость, упорность, все такое. Ясно... Только у меня есть один вопрос... На кой черт ты мне все это рассказал?

Отсмеявшись в голос, мужчина положил локти на колени и ответил, глядя под ноги:

- Честно говоря, не знаю. Просто так. Может, ты тот, кто решил послушать. Может потому, что душа покоя не давала. Потому, что надоело, когда окружающие ничего не знают о человеке и начинают судить его за то, что он отличается чем-то от них не по своей воле. А скорее всего потому... - тут мужчина ненадолго задумался и закончил: - потому, что накипело.

Оба ненадолго замолчали. Солнце давно поднялось из-за горизонта и лизало холодным утренним языком двух молодых мужчин, устроившихся на скамейке. Кабан воровато оглянулся и повернулся в сторону собеседника, вовсю разглядывая его. Благо, тот закрыл глаза и о чем-то думал.

- Ладно, Кабан, - мужчина поднялся и надел темные солнцезащитные очки. - Мне пора идти. Приятно было поболтать.

Только сейчас до Кабана, сидевшего справа на скамейке, дошло, что во время беседы собеседник не смотрел на гопника, отсутствующим взором глядя под ноги или в другие стороны. Вспомнив, что у Ивана правый глаз не видел, Кабан, изумившись, перестал дышать, глядя в спину удаляющегося мужчины.

- Постой! Стой, мля! Ты тот самый Иван, о котором только что рассказывал?! Тебя же Ваней зовут?

Обернувшись через левое плечо, мужчина рассмеялся:

- Нет, Кабан. Меня зовут Мефодий. Прощай.

Не задерживаясь более ни секунды, мужчина пошел вперед, исчезнув в лучах восходящего солнца.


Мефодий Громов