Колосов Александр Геральдович: другие произведения.

Мистификсация

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс "Мир боевых искусств. Wuxia" Переводы на Amazon!
Конкурсы романов на Author.Today
Конкурс Наследница на ПродаМан

Устали от серых будней?
[Создай аудиокнигу за 15 минут]
Диктор озвучит книги за 42 рубля
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Трём молодым придуркам было скучно, и они организовали "ОСА" - общество сторонников Ахурамазды. Но мистификация незаметно перешла в мистификСацию...


   Мистификсация
  
   Да, прикол удался на славу! И что характерно, совсем не в том смысле, который намечался.
   Сидели мы как-то втроём: Андрюха, Тимоха и я. Делать было абсолютно нечего. Скукота - день пасмурный, в карманах практически не шуршит, по "ящику" очередная "мыльная опера"... Сначала пробовали анекдоты травить, да разве нынче анекдоты?! Слёзы одни! И тут Андрюху чёрт за язык потянул:
   - У нас в администрации, - говорит вдруг Андрюха, - начальник комитета по управлению муниципальным имуществом окончил курсы экстрасенсорики. Сглазят кого-нибудь, он только посмотрит - и всё!
   - Добивает сразу? - хохотнул Тимоха.
   Он у нас вообще язва, на язык лучше не попадайся. Приколист. Удивительно, как он со своим гонором милицейское училище умудрился окончить и переаттестацию пройти. Сейчас лейтенантом службу несёт, уголовников ловит. Не очень, правда, удачно, но и не хуже других. Он мистики на дух не переносит. То есть, не переносил, конечно.
   А вот Андрюха к этому делу был слегка неравнодушен. Верить не верил, но поговорить любил. Хочется ведь тайнинки какой-нибудь в противовес мурлу объективного мира. Да что я вам нового скажу? Не хуже меня, небось, знаете! Андрюха человек почти серьёзный: окончил финансовый техникум, мамулька его в районную администрацию протолкнула, сейчас в бухгалтерии штаны протирает.
   Вот такая компания у нас подобралась. Не компания, а гремучая смесь: опер, бухгалтер и библиотекарь. Конечно, опасность это сочетание могло представлять в одном единственном направлении, только в результате скучнейшего воскресенья и Андрюшкиного увлечения трёпом о запредельности, мы на это направление полным ходом и нарвались.
   - Ты у нас с детства мешком из-за угла хлопнутый, - говорит Андрон Тимохе. - С тех пор тебе, что в лоб, что по лбу! У нашего экономиста в квартире полтергейст завёлся. Что только ни делали - всё без толку.... То стол по ночам в гостиной стучит, то двери скрипят. Одним словом - бардак. А Кирилл Борисыч всего разок и сходил-то. Всё, как рукой, сняло!
   - Этот ваш экономист, он, случаем, не в панельном доме живёт? - спрашивает Тимоха, а сам хохочет, как помешанный. - Да, небось, ещё инспекция на носу. Так - нет? Прошла инспекция, и полтергейста - как не бывало!
   Ну, Андрюха видит такое дело и рассказывает уже мне одному:
   - Он знаешь, как ауру определяет? Другие тужатся, глаза прикрывают, руками размахивают. А он только посмотрит - и готово. Причём не выпендривается, не напускает таинственности, а если скажет, что увидел, то, знаешь, так, как что-то само собой разумеющееся. Ну, увидел... ну, сказал...
   - Бред! - смотрю, Тимоха уже заводиться начал. - Скажи человеку, что на небе семь тысяч одиннадцать звёзд, он тебе на слово поверит. А увидит, что на скамейке табличка "окрашено", обязательно пальцем ткнёт. Это так естественно верить тому, что проверить не можешь, что всякий, кому не лень, пользуется. И дурят же вашего брата! Сам на днях едва не купился. Стояли на митинге, за порядком следили, ну и наслушались всякого. Про агентов влияния, про сионистов, про всемирный заговор. Хорошо, начальник у нас подкованный, всё разъяснил.
   - Что именно? - спрашиваю.
   - Ну, что заговорами многого не добьёшься. Возьми декабристов. Чего добились? Пороховой заговор в Англии. Общество "Башмака". Да что тебе говорить - ты сам библиотекарь.
   - Твой начальник, - говорю, - с мафией вовек не управится. Он у вас если и подкован на чём, так это на головной мозг. На оба полушария сразу. Декабристы, допустим, дали здорового ляпа. А Пиночет? А Кастро? Пороховой заговор не удался - хорошо. А разве убийство Генриха IV не задвинуло Францию на вторые роли? А Кеннеди за здорово живёшь ухлопали? Про "Башмак" твоему полицмейстеру лучше бы вообще не заикаться - его нищие создавали. Якобинцы были куда богаче - и вон чем закончилось! Конечно, пока экономическая ситуация в стране стабильна, заговоры обречены на провал. Но ведь экономика функционирует по определённым правилам. Нарушь правила, даже не все, а одно - другое, и жизнь страны со скоростью электровоза полетит в тупик. Хорошо, если не навстречу другой электричке, - я спорить не люблю, если не заводить; заведёшь - не расхлебаешь.
   - Ты, - говорит мне Тимоха, - известный идеалист. А я материалист.
   - Не лезь со своими оперативными извилинами в философию, Тим, - отвечаю ему. - Всё равно ведь ни в жизнь не допрёшь, что нет никого материалистичней идеалиста и идеалистичней материалиста.
   - Это как?
   - Да вот так. Идеалист смотрит на табурет и понимает, что его кто-то сделал. Вывод - никто не сделает - ничего не будет. Куда ж ещё материалистичней?
   - Ну?
   - Естественный и очень даже материалистичный вывод-дубль: всё, что существует, кем-то создано. И этот кто-то называется Творец. Бог. А из чего исходит материалист, как не из случайности? "Всё сделалось само собой", - твердит он. Во-первых, при этом он противоречит факту существования табурета. И, во-вторых, "случайность", "само собой" - это признание бессмысленности мира. С точки зрения современной науки, то, что бессмысленно, не существует. Таким образом, утверждая объективность реального мира, материалисты переходят на позиции субъективного идеализма. В то же время, идеалисты опираются на объективную реальность, называя её по-своему и персонифицируя в личности Создателя. Впрочем, нынешние богословы, подобно атеистам, отказывают Богу в персонификации, что ещё больше сближает их позиции. Хотя если посмотреть конкретней...
   - Подлец, ты, Сашка! - безнадёжно отозвался Тимоха, махнув рукой. - Вечно ты словами балуешься, как жонглёр мячиками. Хорошо хоть в юриспруденцию не ударился, с твоими способностями ты бы всех честных людей по тюрьмам рассовал, а бандюги бы на свободе разгуливали.
   В карманах у нас было практически пусто, поэтому сидели мы не в баре, как обычно, а в скверике напротив. Сегодня всё было не так, и это выбивало нас из всегдашней пустопорожней болтовни. Следовало как-то восстановить равновесие. Поэтому и только поэтому мы и клюнули на провокацию разозлившегося Тима.
   - Вместо того, чтобы попусту языком молотить, предлагаю поставить эксперимент, - сказал Тим. - Организуем заговор.
   Какой именно? - полюбопытствовал я.
   Уж очень хотелось размяться, но ведь не слезть же в такие дела с зажмуренными глазами. Да и не верилось, что всё это всерьёз. Как оказалось в дальнейшем, никому не верилось.
   - Какой? - задумался, было, Тимоха, но его извилины, приспособленные для решения конкретных задач, явно не спешили разродиться идеологической концепцией.
   - Да какая разница! - выплюнул он наконец. - Был бы заговор, а для чего да зачем - дело шестнадцатое!
   К сожалению Андрон снова встрял. Промолчал бы, глядишь, и мимо бы сквозануло. Да разве он станет молчать?! Жди!
   - Дело в том, что выбор идеологии подразумевает и кадровый состав участников заговора, - ляпнул этот придурок, даже не подозревая какую зацепку он кидает моторному Тиму.
   Тот сразу сориентировался, будьте покойны!
   - А чего тут думать?! - прямо завизжал наш крутой опер. - Один кандидат у нас уже имеется, от него танец и поведём. Этот, как его? Кирилл Борисыч? Он какой раскраски? Чёрной или белой? Белой?! Ну, значица, так: чёрные маги на пути к полной победе. И единственно кто им может помешать, это мы!
   - Ты или Андрюшка? - попробовал уточнить я, но было уже поздно.
   - Не я, не ты и не Андрон, а наше тайное Белое Братство, - заявляет расходившийся Тим. - Кто ещё может укоротить грязные лапы чернокнижников, занесённые над доверчивым человечеством, если не маги белой ориентации?!
   - Не пойдёт, - говорю. - Доказывай потом, что мы с Белыми Братьями ничего общего не имеем. Если уж выбирать название, то с подтекстом. К примеру, "белый Конь" - "Арьяшпа". Они там все на Зараостре помешаны, так что многие сразу смекнут, что где-то существует и "Чёрный Конь". Обозначим противостояние пожёстче, сразу на двух уровнях.
   - Вот это клёво! - радуется Андрюха, но тут же начинает киснуть прямо на глазах. - Только Кирилла вы не проведёте. Боюсь, что аура у таких, как вы, охламонов, практически нулевая. А, может, и с минусом.
   - То есть? - насторожился Тим, он ведь в этих делах лопух лопухом.
   - Руководителю заговора надо хотя бы основы знать, - приятно порой Тимоху носом в грязь пихнуть, чтоб не зазнавался пинкертон районного масштаба. - Аура - это духовный объём человеческой личности. Андрон опасается, что у нас с тобой духовные тела не превышают объёмов тел физических, и ихний начальничек за версту самозванцев разнюхает.
   - Ну и пускай! - гогочет Тим. - За этим и начали, чтобы проверить - не морочит ли он мозги сослуживцам.
   Я же говорю: никто на эту затею всерьёз не рассчитывал. Лишь бы приколоться...
   В общем, составили план, Тимоха оперативную составляющую разработал. Руководителем "местной организации" двумя голосами против моего был назначен я, Тимоха был зачислен в "резерв главного командования", Андрюху же естественно порешили скрыть до лучших времён.
   Ну, перекочевали к телефонной будке. Звоню, а внутри всё трясётся - то ли от страха, то ли от сарказма; тут не самоанализа. Трубку снимет какая-то мадам, прошу Кирилла Борисыча.
   - Алло! Кто это? - слышится самодовольный вальяжный баритон.
   - Долгих лет жизни, брат, - отвечаю, а сам задыхаюсь, да убедительно так - сам бы поверил; ещё бы не задыхаться, когда чувства наружу прут. - Ты меня не знаешь, мы никогда не встречались. Подожди минуту, прежде чем связь обрывать, долго не задержу. Фамилию твою называть не будем, мало ли что...
   - Да что вам угодно, уважаемый?! - недовольно бухтит из трубки.
   - У меня к тебе поручение от Дюра, - говорю быстро.
   - От какого Дюра? Вы кто?
   - Моё имя Сан. Брат Сан. Я не знаю, к кому здесь обратиться, из наших здесь никого нет. Шёл на ощупь, заметил ауру твою. Цвет обнадёживающий, наш цвет, - вот, хотите, верьте, хотите - нет, а чувствую как затаился мой собеседник; тоже, видно, дыхалку спёрло. - Я не имею права требовать помощи, брат, - продолжаю гнуть свою линию. - Поможешь - спасибо. Нет - Ахурамазда тебе судия.
   - Если вы насчёт материальной помощи, то...
   - В данный момент материальная помощь меня не интересует, брат, - объясняю этому недотёпе, а у самого даже слёзы от натуги выступают. Приятели мои и вовсе вповалку лежат. - У меня дома дел по горло, а Дюр требует моего присутствия здесь. Есть опасения насчёт того, что у вас гнездо может свернуться.
   - Гнездо?
   - Ну да. Я конечно с этим гнездом бы и сам разобрался, да времени нет. Представляешь ведь каково оно, если окажется, что опасения так опасениями и остались. С другой стороны, а вдруг и вправду гнездо проморгаем? Представляешь?
   - Не очень...
   - Так ты что, брат, вообще посторонний? Если так, то извини, пожалуйста. Понимаешь, аура твоя меня с панталыку сбила. Слышал прот такие случаи, конечно, а встречаюсь впервые. Уж очень признаки характерны - и цвет и объём.... Если вы действительно не из наших, то я вам просто удивляюсь. Господи, что же делать-то?! Постойте, постойте! Сейчас кругом прорва экстрасенсорных курсов функционирует. Может, вы хоть курсы какие-нибудь окончили, а? Уж больно не хочется времени даром терять, поймите меня правильно.
   - Да, диплом у меня есть, - доносится из трубки.
   Недотёпа явно польщён тем, что у него незаурядная аура. Это хорошо.
   - А что такое "гнездо" вам, надеюсь, известно? М-да-а, это осложняет дело. А! Была не была! В конце вашей улицы кажется дом сносят Жду вас там с десяти до половины одиннадцатого - больше не могу. Да не пугайтесь вы! Неужели вы могли предположить, что я неподготовленного человека на "гнездо" пошлю? С ним я сам разберусь. Прихватите с собой приятеля какого-нибудь, если темноты и мошенников опасаетесь, пусть на улице покараулит. И ещё на контакт возьмите с собой маску, что ли, и кусочек серебра, если кольца нет - всё-таки прикрытие. Это чтобы "Тёмная Лошадь" не пронюхала. Конакт ведь засечь проще простого, если не остеречься. А с этими ублюдками ухо востро держать надо. Жду!
   Ну, мы похохотали ещё с полчасика да и отправились к Андрону на хауз к встрече готовиться. Вырезали маску из старой кожаной кепки, резинку продёрнули, подогнали по морде моей бессовестной. Потом слегка перекусили, позаимствовали мешок, в котором Андроновы предки обычно картошку хранят.
   Перекочевали к Тимохе, взяли два бенгальских огня, связали вместе.... Андрон хотел связку из трёх приготовить, едва отговорили. Главное в розыгрыше - не переиграть! Зачем человека излишне запугивать? Ещё сбежит, а то и рехнётся, чего доброго - гоняйся за ним потом.
   Развалины дома, где было назначено наше магическое рандеву, из моего окна просматривалось просто превосходно. Тимоха быстро составил диспозицию встречи, произвели парочку репетиций, поужинали слегка и под прикрытием сумерек двинули на охоту. Кошки сопротивлялись отчаянно, визжа и царапаясь, как ненормальные - видимо, предчувствовали свою горькую долю...
   Ровно в двадцать два по местному времени я незаметно проскользнул на второй этаж и надвинул маску на скулы. Запах кожи приятно и волнующе коснулся раздувающихся в возбуждении ноздрей. Мне вообще нравится этот запах. Толстый свитер под старым отцовским плащом, сливающимся с темнотой, не грел ни грамма. А, может, просто нервишки пошаливали - меня всегда знобит, если волнуюсь. "ладно, - думаю, - может оно и к лучшему".
   Но в таких делах, скажу я вам, к лучшему никогда не сбывается!
   Слышу - шаги на улице, говорок.... Помаячил Тиму белым платком из окошка - "Приготовиться", и скорее к лестнице.
   - Есть здесь кто? - доносится снизу.
   - Джа, - отвечаю. - Поднимайтесь быстрей!
   Бог его знает, почему мне это "джа" на язык прилепилось" ведь договаривались лишнего не нагнетать.... Кирилл Борисыч оказался мужчиной довольно крупным, судя по осанке, ещё не старым. Он явно трусил, хотя старался выглядеть беспечным и свободомыслящим.
   "Погоди у меня! - думаю. - Я тебе покажу, как сослуживцам мозги морочить!" Жму ему ладонь из всех сил, чувствую - на пальце кольцо. Я, как библиотекарь и библиофил, просто обязан знать: если серебро на правой руке - значит к защите. Псле того, как я нащупал кольцо, он мог втирать мне очки до скончания лет, но и тогда не сумел бы внушить, что во всю эту мистическую белиберду он совершенно не верит. Попался, дружок!
   - Начнём, говорю я ему. - "Тёмная лошадь" вьёт "гнёзда" повсюду. Существует опасность появления этого притона и в вашем городе.
   - Вы обещали объяснить... - начинает ерепениться Кирилл Борисыч, пытаясь говорить в полный голос, ног голосовые связки что-то неважно ему повинуются, издавая настолько зловещие звуки, что пугают его самого и заставляют умолкнуть на середине фразы.
   Недосказанные слова повисают во тьме развалин призрачным, но физически ощутимым обрывком липкой мерзопакостной паутины. Даже я вдруг почувствовал себя как-то не очень уютно. Жаль, что внимания не обратил, постарался подавить невольную дрожь. Андрон бы понял. Но с самого начала нашей нелепой затеи мы только и делали, что скрывали опасения, хорохорились да выпендривались друг перед другом, придурки!
   Вот и тут, вместо того, чтобы закруглить беседу под благовидным предлогом да смыться по-шустрому, я принялся втолковывать этому простофиле, что "гнездо" своеобразный пункт питания для магов, по каким-либо причинам, истощившим свои запасы энергии. "Гнездо", как правило, сворачивается не менее чем двумя специалистами, достаточно опытными для совершения весьма сложного ритуала.
   - Дюр, - мой непосредственный руководитель, путешествуя в астрале, ощутил угрозу, нависшую над вашим городом. "Гнездо" устроено так, что стягивает в своё кольцо массу жизненной энергии с определённой площади. Понимаете?
   Простофиля кивает, стараясь сохранять хладнокровие и даже некоторую самоуверенность. Ну, погоди, родимый!
   - Вы, конечно, знаете, что такое энергетический вампир, - продолжаю я "навешивание лапши". - Так вот, "гнездо" тот же вампир, но безликий, механический, и действует со страшной силой. От него никаким колечком не уберечься. Очень немногие способны ему противостоять. Подпитку же получают лишь те, кому известен особый пароль-заклинание. Нам он, естественно, не известнее, да наша "Арьяшпа" никогда и не опустится до вампиризма, даже если энергия заимствована не нами. Понимаете? "Белая Лошадь" на то и белая, чтобы противиться методам, применяемым "Тёмным Конём". В этом, конечно же, наша слабость. Именно поэтому мы боремся с последствиями деятельности чёрных магов, вместо того, чтобы опережать врага, навязывать ему сражения на выгодных для нас условиях. Но примите во внимание, что наши цели диаметрально противоположны задаче, поставленной перед "Дасуашпой". Перенимая вражеские приёмы, невольно уподобляешься ему самому. И это правило неизбежно, как Вечный Разум. Понимаете?
   Простофиля кивнул снова. Не человек, а какой-то китайский болванчик! Меня так и подмывало расхохотаться ему прямо в лицо и закончить свой монолог чем-нибудь, вроде: "К ак завещал великий Ленин!" Лучше бы я тогда откликнулся на этот игривый импульс. Но куда там! Если меня занесло, никакой ГИБДД не остановит....
   - Момент свёртывания "гнезда" наиболее благоприятствует схватке с магами из "Дасуашпы". Ритуал настолько энергоёмок, что они заметно слабеют. Если мне удастся застать их за этим занятием, целый регион вздохнёт с облегчением. Теперь, надеюсь, вы поняли, почему я забросил все дела у себя и примчался в ваш городишко? Но есть маленькая, однако ужасно подлая закавыка.... Такое уже бывало: создадут видимость свёртки, наследят в астрале, приманят нашего брата, а "гнездо" совьют на участке, снятом с контроля.... Что это?! - я прыгнул к окну.
   - Коты встретились, - просипел мой несдающийся визави.
   Ещё бы им не встретиться, когда у Андрона в мешке их семь штук! Я медленно с истинно театральной торжественностью отёр чело рукавов, продолжая вглядываться в тёмные просторы загромождённого мусором пустыря.
   - Что-то мне не по себе, - говорю. - Похоже, ищут. Только не волнуйтесь, Кирилл Борисович, вслепую шарят, отобьёмся!
   Смотрю, заёрзал наш экстрасенс, затанцевал, как жеребец на старте. А я продолжаю себе, будто не замечаю его мандража - затем и звали, чтоб постращать:
   - Вот почему мне помощь ваша нужна, Кирилл Борисович. Присмотрите за городом.
   - Каким же образом я могу...
   - Надеюсь, вы не единственный экстрасенс здесь у вас. Предупредите знакомых, чтобы сообщили , если где-нибудь в неподходящем месте вдруг почувствуют сильный запах хлорки. Это первый признак свивания "гнезда". Только строго настрого запретите им приближаться к источнику запаха. Когда стемнеет, пусть отведут вас на место. Если обнаружите светящийся круг, немедленно уходите и дайте знать мне.
   - Но как?
   - Очень просто. Наберите на телефоне пять девяток подряд, и скажите одно слово: "уже". Этого вполне достаточно. Спокойно! Спокойно! Держись у меня за спиной, брат!
   Андрон, невидимый в темноте, развязав горловину мешка, со всей дури саданул по нему доской; кошки с дикими воплями прыснули во все стороны. Я вскинул руки на уровень лица и забормотал первое, что пришло в голову - совершенно бессвязный набор известных мне латинских слов. Через пять расчётных секунд пустырь озарился вспышкой бенгальских огней, подожжённых Тимохой.
   - Есть! - выкрикнул я с торжеством. - Есть! Я вам покажу, как за "Арьяшпой" шпионить! Уходим, Кирилл Борисович, да прошу не забыть о моей нижайшей просьбе.
   Я вышел первым, вежливо приветствовал кирилловского "телохранителя" полупоклоном и быстро ушёл во дворы, прикрытые ранними осенними сумерками.
   Ух, и поострили ж мы над легковерным Андроном! Ух, и попередразнивали его восторги эстрасенсорным гением Борисыча! Распоясавшийся Тимоха вообще настоятельно рекомендовал ему исполнять все указания "могущественного мага Сана". Андрон мастерски отбрехивался, снимая с себя всяческие подозрения в преклонении перед Борисычем, и постепенно додумался-таки до того, чтобы заявить, будто просто хотелось повеселиться, посмотреть на наши умственные возможности.
   Впрочем, пикировка скоро закончилась - нас ожидали великие дела. Во-первых, следовало обеспечить наличие обещанного "гнезда", во-вторых, навести на него кого-нибудь из единомышленников Кирилла Борисыча. Благо, в кадрах районной администрации мы имели своего "штирлица", не так, чтобы уж очень смышлёного, но в достаточной мере ушастого. Тим расколол его моментально.
   - А где он картошку сажает? - подхватился наш сыщик, узнав, что экономист - счастливый обладатель квартиры с полтергейстами - в субботу намерен собрать урожай со своего загородного участка. - Узнай! И в какое время - разнюхай!
   Положительно, с того момента, как возникла идея заговора, у нашей компании появилась масса первостатейных хлопот, доставлявших настоящее, можно сказать, чувственное наслаждение. Мы с таким жаром принялись за нашу прикольную затею, что забросили все прочие развлечения. Дошло до того, что сообщение Наденьки об отбытии драгоценных её предков в ночь на субботу к зятю на крестины первого внука, вызвало во мне волну острой жалости к бедной моей подруге. Я посоветовал ей обратиться к андроновской Любаше, чтоб не так страшно было ночевать в трёхкомнатной квартире. Боюсь, она этого мне не простит никогда! Но что же делать, если в субботу к шести утра я обязан чувствовать себя свежее самого свежего из огурцов! Время и обстоятельства поджимали - мы должны были успеть до первого снега, если хотели чего-то добиться.
   "Форд" Стеблова - такова оказалась фамилия экономиста - вырулил на дорогу в четверть седьмого. Что ж, он оказался, по крайней мере, пунктуален, это внушало надежду. Мы с Тимом пристроились ему в хвост. Для выслеживания людей, вроде Стеблова, нет ничего удобней мотоцикла с его неизбежными шлемами и очками. Чтобы всё выглядело с максимальной достоверностью, мы обзавелись и парой лопат, черенки которых с лёгким намёком высовывались из коляски на добрый метр. А ещё мы везли компактный аккумулятор с надёжно заизолированной гирляндой лампочек от карманных фонариков. Ну, и, конечно же, хорошенькую бутыль ядрёного хлорного раствора, снабжённую тщательно притёртой крышкой. Не больно-то приятно такое соседство, сами понимаете.
   Заветный участок располагался, как выяснилось, рядом с цепью заброшенных карьеров, со временем заполненных водой. Окрестности поросли березняком и осинником, в изобилии снабжавшими горожан земляникой и грибами почти всех сортов. Лес был достаточно густ, чтобы спрятаться, если возникало такое желание, и достаточно редок, чтобы наблюдать за теми, кто такого желания не испытывал.
   Большинство соседей Стеблова бульбу свою давно ссыпало в семейные закрома, опасаясь набегов расплодившихся и совсем распоясавшихся бомжей и прочих халявщиков. А купальщиков, по случаю осени, не было тоже. Ничто не препятствовало нашему весёлому предприятию. Пока Стеблов, а также его жена и две дочки-близняшки, гнули свои гибкие спины на картофельной ниве, мы, не спеша, обустроили наш наблюдательный пункт и распечатали термос с кофе.
   Последующий час с небольшим был использован для детального изучения внешнего вида пригожих дочек Стеблова, явно удавшихся не в папашу, и уж точно - не в мать. Бинокль с семикратным приближением предоставлял к тому все возможности. Погода стояла ветреная и сухая, впрочем, в лесу сила ветра резко снижалась, и опадающая листва, покрутившись в воздухе стаей медно-красных вертолётиков, на земле лежала, точно прибитая. Что и требовалось для успеха спланированной операции.
   Когда Стеблову наконец-то приспичило, Тим с явной неохотой перевёл свой вооружённый оптикой взор с оттопыренных девичьих прелестей на их ужасно непривлекательного папашу. Но дело есть дело - ничего не попишешь. Дальше всё покатилось по маслу: Тим у нас на то и опер, чтобы каверзы устраивать незаметно для тех, кому они предназначены. Я за ним наблюдал - ну, мастер, ничего не скажешь! В следующий заход смотрим - засуетился Стеблов, заоглядывался, башкой завертел, словно радаром.
   Да и то сказать, кто хочешь заоглядывается, когда посреди леса хлоркой потянет ни с того, ни с сего!
   Но мужиком Стеблов оказался крепким, наверное, на полтергейсте подтренировался, а, может, хозяйственная бережливость, свойственная натуре истинного экономиста, верх одержала.... Во всяком случае, сбор урожая он не прекратил. Правда темпы взял сумасшедшие и на женскую половину семьи орал, как репродуктор - по всему лесу аукалось. В общем, корнеплоды свои припозднившиеся земледельцы собрали единым махом, набили мешками нутро "фордика" и прицепную тележку, загрузились и сами.
   Тим уехал за ними, чтобы проследить развитие событий и прихватить Андрона на представление; я же принялся за дело. Наметил круг, расчистил землю от листвы, выкопал неглубокую борозду, заложил гирлянду, запрятал источник питания и всё это заново припорошил листвяной трухой. Я ещё не представлял, в какую клоаку приведёт нас эта хохмистая бороздочка, и веселился от души.
   Ждать мне предстояло ещё порядочно, но я не скучал: побродил по лесу, любуясь сочетанием оранжевых и и зелёных оттенков листвы на фоне белого и салатного частокола стволов, набрал грибов, хорошенечко пообедал.... Сердце моё в предвкушении вечернего зрелища билось в ускоренном ритме, я всё ещё полагал, что всё закончится безобидной мистификацией. Позже я назову это мистификсацией.
   Всего одна буковка, один незначительный штришок, а какой чудовищный смысл несёт он н хрупком своём плечике!
   Уже стемнело изрядно, когда невдалеке послышался приглушённый расстоянием рык Тимохиного "Ижа". Не теряя времени даром, я направился к подготовленной нами ловушке и включил свет. В густеющей лесной тьме моя рукотворная окружность смотрелась весьма эффектно. Её синеватое свечение, достигнутое применением вульгарной пасты из стержня Тимовской авторучки, могло нагнать жути на любого неподготовленного человека. А уж на подготовленного соответствующим образом - тем паче.
   - Лихо! - сказал Андрюха, и был абсолютно прав.
   Правда, совсем не в том смысле, который вкладывал в оценку происходящего. Лихо незаметно оплетало нас стежками предопределённости. Тимоха о таком понятии понятия не имел, Андрон знал понаслышке... но я-то!
   Хихикая и потирая руки, точно шайка младшеклассников, сумевшая таки подложить канцелярскую кнопку на стул любимой учительнице, наша троица удалилась на безопасное расстояние, дабы насладиться плодами своей фарсовой режиссуры. "Фордик" Стеблова известил о своём появлении тихим сытым урчанием и рассеянными клиньями ближнего света. В салоне было темно, как в мешке у кота. Едва слышно хлопнула дверца, ещё одна... четыре чернильных силуэта расчленили синее мерцание круга.
   - Четверо - есть! - радостно оповестил Тимоха, будто мы сами не видели.
   Силуэты осторожно бродили вдоль границы окружности, но черты не пересек, ни один. Это хорошо. Значит, верят. Ура! Минут через пять фигуры, молча, погрузились в автомобиль и смылись с заколдованного места на третьей скорости.
   Нашему ликованию не существовало предела. Мы орали, мы улюлюкали, мы предались шаманским пляскам в светящемся сатанинском круге, мы величали друг друга исключительно пышными титулами, в которых клички индейских сагаморов сочетались с названиями розенкрейцерских ступеней . Дух дерзновения и самохвальства незримо парил над нашими дубовыми бестолковками. Потом мы аккуратно изъяли аппаратуру, тщательно замели следы и, гордые своими успехами, отбыли восвояси.
   Воскресный вечер застал нас снова в лесу, но посетители не появились; похоже их предводитель от телефона не смел ни на шаг отойти. Слышал бы он, какими эпитетами был обрисован его умственный облик!
   Мы дружили с четвёртого класса, но нынешний секрет воистину сплавил нас в триединое существо. Мы собирались после работы, по нескольку часов в день посвящая изобретению эффектов предстоящего действа, споря до хрипоты, рассчитывая дальнейшие ходы и перепетии. Невинная прежде забава потихоньку лишалась своей невинности. Мистификация медленно и неуклонно перетекала в мистификсацию. Андрон доносил о нервозном состоянии Кирилла Борисыча и экономиста Стеблова. Он утверждал, что только присущая его титаническому интеллекту железная воля позволяет ему сдерживать позывы гомерического хохота в их присутствии. Женская часть коллектива администрации раздувала мрачные слухи до трагедии вселенского масштаба.
   - Пора! - сказал нам Тим в среду.
   Всё было продумано до мелочей, каждая деталь операции срежиссирована и отполирована до зеркального блеска. Я облёкся в свою "таинственную одежду" и направился к телефонной будке. Десять минут спустя мы уже стремглав летели к заветному лесу, дабы подготовить арену для представления. В запасе у нас было чуть более получаса.
   Когда машина Стеблова подъехала к лесной дороге, я поднялся с земли. Наружу вышли четыре мужчины в тёмных нарядах и полумасках. Всё это напоминало сцену из какого-то боевика; правда, актёр был всего один. Да и тот - недоумок с библиотечным образованием.
   - Здесь, - театральным шёпотом сообщил Кирилл.
   - Сам чую, - отмахнулся я от него. - Не за тем приехать просил. С ребятами из "Дасуашпы" сладить не так-то просто. Нужно будет меня подстраховать. Это вовсе не означает, что надо бежать на подмогу, когда заваруха начнётся. Напротив - сидите тише мыши. Вот когда всё закончится, попросил бывас прогуляться на место, посмотреть, что и как. Если обнаружите одну или две кучки золы, но круг будет светиться по-прежнему, немедленно возвращайтесь домой и наберите на телефоне пять "однёрок". Скажите лишь одно слово: "Попусту". Если найдёте три зольных пятна, по тому же номеру скажете "Слава". Понимаете?
   Подельники Кирилла дружно закивали своими бестолковыми головами.
   - Любой иной вариант развития событий для меня автоматически благоприятен. Это означает, что дело успешно завершено , и я ушёл по-английски. Понимаешь, брат Кир?
   Хотя разговора о его приобщении к мифическому братству "Арьяшпы" не было и в помине, Кирилл сглотнул наживку жадно, будто гольян. Кто бы они ни были - сопровождавшие его - мои слова резко повышали его статус по отношению к ним. Назвав его братом, я тем самым ставил его наравне со мной - таинственным магом, вершащим опасное дело. Ну, кто бы не клюнул?!
   - Понимаю, брат, - ответил он с такой важностью, будто это ему предстоял неслыханный подвиг.
   - И в любом случае осмотр проведите с максимальной скоростью, - предупредил я. - От нашей сшибки такие отголоски пойдут, что вся Сибирь ушные раковины насторожит. Ну, прощай, брат Кир. Прощайте и вы, добрые люди. Спасибо за всё.
   На репетициях Тим настойчиво предлагал завершить прощальную речь выражением "Не поминайте лихом!", но двумя голосами "против" его предложение было отвергнуто. Во-первых, мы создаём "общество" зороастрийского толка, следовательно, никаких славянизмов даже близко допускать нельзя. А, во-вторых, у людей, привычных к славянской лингвистике, отсутствие завершающей фразы неминуемо вызовет этакую трагическую душевную пустоту - сердечную вытяжку. И это усилит убедительность происходящего. Капля камень по малу точит.
   В общем, попрощался я со зрительным залом и ринулся сквозь лесок на подмогу собратьям по лицедейству. Конечно, фейерверк, который мы там устроили, со стороны нам, к сожалению, увидеть не удалось, но, по уверенью Андрона, впечатление на аудиторию он произвёл неизгладимое! После того как финальный аккорд огненной феерии просверкал россыпью искр, мы модожгли авиационный бензин, разлитый в борозде окружности, и мылись, прихватив с собой вынутый дёрн и оставив после себя две солидные кучи золы.
   Кирилл со своей ватагой появился минут через давдцать. Они быстрёхонько прошлись по "местам нашей боевой славы" и поспешили убраться. В принципе, зачаток организации "Арьяшпы" можно было считать сформированным.
   Мы веселились, как дети. Однако веселье - весельем, а останавливаться на достигнутом в наши прикольные намеренья не входило. То есть, на предварительном этапе мы, конечно, подумывали о завершении розыгрыша этим моентом, но, как я уже и напоминал многократно, избранная нами тропа неудержимо тянула нас вперёд, вглубь, как береговой скат. План мероприятий по дальнейшему околпачиванию экстрасенсорной общественности требовал детальной разработки, поэтому в дело вновь пустили Тимоху.
   Он воспользовался служебным телефонным аппаратом и, позвонив Кириллу, поблагодарил его и его друзей за поддержку, оказанную мне - брату Сану, затем сообщил, что в битве я потерял почти всю психическую энергию и потому на какое-то время отправлен восстанавливать силы. Но поскольку он - то есть Тимоха - и есть тот самый Дюр, о котором ему - брату Киру - столько рассказывал известный ему брат Сан, то он - Тимоха - благославляет брата Кира званием "Послушника Младших Арканов", наделяет правом ношения ромба из магической меди и создания низового кружка "Подковы Арьяшпы". Причём право на создание Подковы сохраняется за ним до скончания Нашего Времени, вне зависимости создаст он её или нет. А почётный знак передам ему я - брат Сан, когда поправлюсь.
   Помощникам Кирилла было присвоено наименование "Нефритовых Стражей", причём экономист Стеблов за проявленные внимание и сообразительность удостоился благословения Дюра-Тимохи и почётного звания "Нефритовый Страж Луны". Короче, на награды мы не поскупились. Всем сёстрам выдали по серьгам, тем более, что щедрость наша не стоила нам ни гроша.
   А "магический ромб" мы изготовили, залив медью кусочки дробленого магнита. Тим, правда, был против этого излишества, но Андрон встал стеной. Он по-прежнему не исключал наличия у Кирилла сверхъестественных способностей, хотя бы в зачатке, и очень хотел сбить их с панталыку, буде они действительно есть. Андрон доносил, что Кирилл со Стебловым ходят именинниками, и под видом язвительной самоиронии хвалятся своими заслугами направо - налево.
   Наконец миг настал: по уверенью Андрона, вокруг начальника КУМИ сгруппировалась вполне солидная компашка из выпускников различных экстрасенсорных курсов и просто любителей острых ощущений, вроде нас, но не настолько ушлых. Собирались они еженедельно субботними вечерами в старом кирпичном магазинчике, назначенном под снос, но временно законсервированном стараниями резко активизировавшегося "Послушника Младших Арканов". Все, как один, в масках, благо, чёрный вход через который они туда проникали, располагался рядом с густой липовой аллеей, пустынной даже в дневное время. Правда, электричество в магазинчике давно отключили, но вода поступала бесперебойно, сохранилась и древняя "каменка", так что Подкова, возглавляемая Кириллом, расположилась в помещении не без удобств. В конце концов отсутствие света только придавало дополнительный романтический штрих вечерним сходкам при свечах.
   - Даже мне нравится, - признавался Андрон. - Всё, как в лучших домах Лондона: свечи, пароль при входе, да и печенье приносят, конфеты к чаепитию, - он у нас всегда был отменным сластёной. - А чай заваривают - просто обалдеть! С мятой, с лимонником.... И спорят, спорят...
   - Ты, надеюсь, в тени не прячешься? - спрашиваю его. - Смотри у меня! Держись на виду, хлебай чай, да дела не забывай - почаще в диспуты втёсывайся. Кое-что об этих делах тебе известно, действуй в пределах, а если и ляпнешь что-то не втему, тоже не тушуйся, признавай ошибки, но не замыкайся. После того, как я тебя прилюдно умою, поступай, как нравится, а пока будь любезен, проявляй активность. Никого не должно насторожить, что именно ты на меня заешься. Пусть злорадствуют, лишь бы спектакль доверие вызывал.
   На том и порешили - дать Андрюхе ещё пару недель для закрепления роли Фомы Неверующего. В четверг позвонил Кириллу, поздравил с наградой, поинтересовался ходом создания Подковы. Выразил удивление по поводу успехов. Спросил, где могу передать заслуженный подарок. Аыяснил место расположения базы, время, пароль. Обещал быть, но убедительно просил обеспечить уход таким образом, чтоб никто не сумел проследить мой дальнейший маршрут. Объяснил эту странность исключитеьной засекреченностью "Арьяшпы" и нежеланием подвергать непосвящённых риску столкновения с чудовищами из "Дасуашпы".
   Андрона снаряжали тщательно, не торопясь, аккуратнейшим образом застегнули под свитером портупею с прикреплённой к ней парой дощечек; проверили, легко ли они удаляются после использования, не выпадывают ли из штанин, заправленных в ботинки с высокими бортами. Дощечки соединялись при помощи резиновых колец, прокладками служили кусочки мягких резиновых трубок. Полагаю, вы уже догадались, что именно мы затевали. Скажете - просто? Ну, разумеется! Чем проще, чем нахальней, тем успешнее - уж поверьте моему богатому опыту! Мудрость сложна и отрицается ленивым человечеством на подсознательном уровне. Будь ты стопроцентным пророком и чудотворцем, толпа и тогда охотнее клюнет на уличный фокус последнего шарлатана.
   Мы недаром тянули время, недаром раздавали титулы и почётные звания: ядро Подковы, держащееся с апломбом наследных принцев, уже успело насочинять массу подробностей о моём несомненном могуществе. Андрон рассказывал нам обо мне настоящие сказки, услышанные им из уст "очевидцев". В обстановке подобного мистического накала чудеса можно было творить походя. Не сомневаюсь, что наберись мы нахальства продемонстрировать фокус с "отрыванием и приращением" пальца, зрители поверили б и в него. Сегодня всё зависело от артистичности аса нашей агентурной разведки.
   Ровно в двадцать один час четырнадцать минут Тим высадил меня у входа в аллею и, развернув позаимствованную у сослуживца машину, заглушил мотор. В двадцать один пятнадцать я отметился условным стуком.
   - Кто там? Кого надо? - донеслось изнутри.
   - Простак ищет учителя, - сообщил я и в очередной раз подивился идиотизму окружающего нас мира вообще и объекта нашего эксперимента, в частности.
   Могли бы, кажется, усовершенствовать пароль для особы, вроде меня. Ан нет! В некотором роде даже обидно. Дверь открылась, исторгнув наружу запахи зыреющей каменной кладки, сигаретного дыма и лёгкий аромат заваренных трав.
   Я узнал массивную фигуру Кирилла и протянул ему руку:
   - Рад видеть тебя, брат Послушник, -сказал я и шагнул поспешно в освобождённый проход.
   Дверь захлопнулась, щёлкнул засов.
   - А как обращаться к тебе, брат Сан? - голос Кирилла звучал почтительно и приглушённо.
   Он явно намеревался прокачать детали один на один, чтобы лишний раз щегольнуть перед приспешниками знанием тайного этикета, особой причастностью к мистике высших сфер. Это хорошо. Значит, правильно сделали, что поставили на него.
   - Так и зови, как сейчас. Честолюбие простительно и даже похвально на низших ступенях посвящения. Со временем же, брат, ты и сам перестанешь придавать значение титульной градации. Отличительные звания - дань древней традиции, околичное выражение концентрации духовной энергии. Ну и красиво, конечно, без красоты тоже нельзя. Дюр приветствует естественное стремление начинающих к красоте в разных формах. В том числе и в области этикета. Неокрепшие души, бессильные в интеллектуальном определении Добра, инстинктивно ищут его в Красоте. И в большинстве случаев не заблуждаются.
   - Ты сказал о различных ступенях духовной концентрации. Могу я узнать их количество?
   - Ну это же общеизвестно - тройка в кубе.
   - А что означает титул Послушника? - явственно ощущалось, как, задавая этот скользкий вопрос, наш простофиля затаил дыхание.
   - Боюсь, что ты будешь разочарован, Брат Кир, - ответил я ему демонстративно сочувственным тоном, - но Послушник, он и есть послушник. Это человек, готовящийся к посвящению. Не огорчайся - все через это прошли. Утешься тем, что остальные - из коридора видно - стоят просто по колени в земле. Да и я всего лишь Всадник с Жезлом, чтоб тебе понятнее было - на третьей ступени. Хочешь узнать ещё что-нибудь?
   Кирилл энергично закивал своей головой.
   - Для ответов на вопросы у нас ещё будет время, - сказал я, доверительно положив ему руку на плечо. - А пока не стоит заставлять ждать непосвящённых. Они от этого впадают в грех нетерпения. Веди.
   Кирилл пошёл впереди, подсвечивая под ноги карманным фонариком. Я шагал следом, ощущая некоторое волнение, но возбуждение преобладало над ним. Весь шалман местом своих сходок избрал бывший торговый зал - довольно большую, вытянутую в длину комнату с низким потолком.
   Я уже знал, что, благодаря стараниям Кирилла, магазинное оборудование от разграбления удалось уберечь. Из прилавков наша первая Подкова смастерила себе длинный дощатый стол и скамьи. Умельцы остругали поверхность досок, пропитали олифой и, как следует, отлакировали. Импровизированная мебель при зажжённых свечах отливала медовым оттенком.
   Стол был накрыт. Во главе его высился огромный зеркально надраенный традиционный самовар. Запарка упревала в металлических чайничках, расставленных по всей длине стола. Были там и конфеты, и печенье в фаянсовых блюдцах, и даже домашний пирог с неизменной картошкой. Свечи, как и было обещано, светились в дальнем конце стола, передняя половина комнаты тонула в сумерках.
   По обе стороны стола теснилась довольно многочисленная группа людей в тёмной демисезонной одежде, в масках различной формы и из различного материала. Примерно половину из них составляли женщины, но я знал, что по большей части это любопытствующие зрительницы. На постоянной основе Подкову посещали всего четыре представительницы прекрасного пола.
   Я отыскал взглядом Андрюху, приметил человека, стоящего слева от него. Этого дядю звали Василием Петровичем. Увидев, что я зафиксировал одного из Нефритовых Стражей, Андрон незаметно кивнул в сторону другого. Стеблова я узнал сам. Таким образом, чудодействовать можно было вовсю - вот что значит, иметь своего человека в стане противника!
   Я приветствовал их отдельно по имени-отчеству, каждого поздравил с присовением почетного звания и выразил надежду на возможность их дальнейшего самосовершенствования. Потом я с важностью поклонился остальному собранию:
   - Приветствую и вас, добрые люди, - сказал я. - счастлив видеть, что граждане вашего города готовы побороться за победу Добра. Прошу садиться.
   Все сели, мы с Кириллом остались стоять под прицелом глаз жутко заинтригованных членов Подковы.
   - Да будет известно всем присутствующим, - сказал я, - что наше сообщество издревле ведёт борьбу со сторонниками тёмных сил. Сражение проходит с переменным успехом, ценой неимоверных услилий и неисчислимых жертв нашим предшественникам удавалось до поры до времени поддерживать определённый баланс сил. К сожалению, нашему поколению выпал нелёгкий жребий - жить в эпоху последних дней, решающей схватки. Ахриман силён, как никогда. Думаю, людям, собравшимся в этом зале нет особой нужды приводить примеры, подтверждающие очевидное. Приближается час всесокрушающей битвы Ахримана со светоносным Ормуздом. Каждый человек должен чётко определиться с кем он. Священники так называемых мировых религий внушают растерявшемуся человеку мысль о предопределённости победы Добра над Злом. Весть великого Заратуштры - мыслителя и пророка сознательно профанирована создателями этих учений. В интерпретации христиано-ислама человеку отводится роль пассивного наблюдателя борьбы. Достаточно быть просто порядочным человеком, твердят они, чтобы удостоиться потребления благ, после победы Добра над Злом. Буддизм более откровенен - он призывает достигнуть такой концентрации сил и воли, какие позволят их обладателю занять нейтральную позицию. Остаться в стороне от схватки. Бодхисатве абсолютно безразлично кто победит - он может выжить и в царстве Зла.
   - Нет нужды напоминать вам, - продолжил я проповедь зороастрийских истин, - об исторических этапах развития человечества. Учение Зратуштры в полной мере подтверждено современной наукой.
   - К примеру? - подал первую реплику наш провокатор-засланец.
   - При рождении нашего мира Ахрман сумел опередить Ормузда и захватил его. Последователи Христа отрицают факт плагиата из учения Заратуштры, но, подчиняясь ему, называют Властителя Тьмы "Князем мира сего". В этом мире, задуманном как царство добра и справедливости, в результате хитрости Ахримана, воцарились Зло и насилие. Человек жил произволом и ничем не отличался от хищника. Он измывался над слабым, а в случае неудачной охоты в буквальном смысле, пожирал ближнего своего. Но Ормузд нашёл в себе достаточно мужества, чтобы выступить против такого порядка вещей. Дальнейшая эволюция человеческого общества, этических правил - вот результат вмешательства Благой Мысли. Обратите внимание, как изменились понятия справедливости за последнюю тысячу лет. Ещё в пятнадцатом веке можно было владеть рабами и считаться при этом порядочным человеком.
   - А как насчёт классовой борьбы? - снова влез "зануда" Андрон.
   - Разве рабство отменили в результате восстания Спартака? - вопросил я в ответ. - Разве крепостничество изменилось после пугачёвщины? И то, и другое пало по воле правящих классов, после изменившихся этических норм.
   - А экономическая целесообразность сбрасывается вами со счетов? - продолжал Андрюха.
   Я улыбнулся:
   - Судя по вашей ауре, молодой человек, - сказал я с достоинством, - вы имеете дело с цифрами. Кто вы по профессии, если не секрет?
   - Бухгалтер, - с вызовом ответил Андрон. - А что?
   Настроение зала было целиком на моей стороне, и поддержка резко возросла после моего "предположения". На Андрюху зашикали со всех скамей разом.
   - Себестоимость рабского труда гораздо ниже, чем труд свободного человека, - спокойно ответил я, взмахом руки успокоив своих сторонников. - Если вы бухгалтер, то должны это понимать. В южноамериканских штатах 19 века богатых людей было вдвое больше, чем на Северо-Востоке. Экономика процветала. Но в гражданской войне они потерпели крах. С введением так называемой прогрессивной оплаты труда, южные штаты всё больше отстают от Севера Штатов, а теперь уже и от Запада. С точки зрения технической целесообразности наблюдается явный регресс. Этот пример очень показателен в плане сравнительной фактологии. Но продолжим. Стремление к нравственному совершенствованию человечества берёт верх над экономической целесообразностью общества. Лучше быть бедным, но честным, нежели богатым, но негодяем. Экономические формации всего лишь следствие прогресса этических правил общества. Царство Справедливости реализуется посредством творческой мысли, но импульсом служит стремление подкрепить нравственное совершенство материальным благополучием Интеллекта, той же Мысли, говоря иначе.
   - Прости его, брат Сан, - услышал я шепоток Кирилла. - Андрей, помолчи, не мешай!
   - Наше братство приветствует дух дискуссии, когда речь идёт не о выполнении конкретного задания, - успокоил я встревоженную общественность. - Молодой человек интересуется основопологающими, можно сказать, мировоззренческими вопросами. Я его понимаю. Ахурамазда сильнее Ахримана и как личность, и как принцип Мироздания. Именно потому Враг Света заключил союз с наиболее агрессивной, наиболее алчной и властолюбивой частью человеческого рода. Князь Мира Сего - это Власть и Богатство. Его сторонники живут в неге и роскоши. Ормузд же олицетворяет собой принципы Справедливости и Любви к ближнему, его приверженцы на приемлют материальных благ, предпочитая им блага высокого духа. Если вы оглянетесь по сторонам, вы, несомненно, поймете, на чьей стороне численное преобладание.
   В помещении Подковы было настолько тихо, что было слышно потрескивание фитилей на свечах. Мои откровения впитывались присутствующими с восторженным почтением. Ещё бы - я выделял их из общей массы, признавал их особость и величие... Короче, один придурок вещал, другие - внимали.
   - На протяжении тысячелетий именно люди Ормузда изобрели всё, чем человечество вправе гордиться. Не дремали и сторонники Ахримана: они достигли высокого искусства в изобретении всё новых и новых способов уничтожения ближнего своего, - продолжал я. - Они воспользовались всеми плодами, дарованными Ормуздом, чтобы обратить их на поддержку своего коварного покровителя. "Оставьте их в покое, - твердят попы и муллы. - Отрясите пыль с ваших ног". Этого Ахриман только и ждёт6 уж его-то люди, к какой бы религии они внешне ни принадлежали, успокаиваться не собираются, - я остановился и нашёл взглядом Андрюху. - Вот и ответьте себе, следует ли порядочному человеку быть в стороне? Впрочем, можете считать мой вопрос чисто риторическим. Вы здесь, и это само по себе говорит говорит ясней и понятней, чем самый горячий ответ.
   По рядам собравшихся при этих словах пробежал шепоток удовольствия.
   - Князь Тьмы очень силён, его люди сеют зло из корысти, а также по внутренней склонности, но они разобщены в силу своего агрессивного эгоизма. Ормузд давно одержал бы победу над ними и над их подстрекателем, если бы коварный Ахриман не позаботился о консолидации своей армии, - со вселенской скорбью поведал я экстрасенсорной общественности. - Поскольку армия эта не признаёт никакого довода, кроме принуждения, он создал жёсткую иерархию тёмного магического сообщества, диктующую свою волю сборищу себялюбцев, вносящую в их озлобленный хаос жёсткий порядок соподчинённости. Тёмные маги "Дасуашпы" - самые могущественные помощники Ахримана, его преторианская когорта, штурмовой отряд. Их способность причинять зло далеко превосходит возможности всей остальной армии непосвящённых.
   Я сделал трагическую паузу, всматриваясь в ряды масок, обводя взглядом силуэты присутствующих. Потом вскинул на уровень груди крепко сжатые кулаки. Мой голос зазвучал торжественно и гордо:
   - Но под знаменем Света встали духовные наследники Заратуштры, и наша "Арьяшпа" преградила путь воинам Зла. Однако "Дасуашпа" не ведает принципов, играет без правил. Мы по природе своего выбора вынуждены ограничиваться не пресечением, а исправлением творимого зла. В этом наша определённая слабость, но иного пути для нас нет. В пределах доверенной мне территории я мог бы, при желании, подавить структуры, созданные поклонниками Ахримана, но устав запрещает человеку "Арьяшпы" непосредственное воздействие на деятельность непосвящённых. В результате подобных ограничений наступило время, предсказанное Заратуштрой. Время отката в прошлое. Время открытой и последней Битвы. Наше сообщество всячески избегало втягивать непосвящённых поборников Ормузда в непосредственную борьбу Высших Начал, но сейчас нам не остаётся ничего другого, как обратиться за поддержкой к вам, добрые люди. Я не любитель высоких слов, но сегодня признаюсь вам, что счастлив тем, как встретил меня ваш маленький город. Да, я счастлив, и не стыжусь этого, потому что первый же, к кому я обратился за помощью, сделал всё, что от него требовалось. И не он один.
   Я сделал шаг вперёд и повысил голос:
   - за проявленную находчивость, за готовность пожертвовать собой ради принципа Справедливости, брат Кир, по праву может гордиться знаком, который мне поручено передать ему от Высшего Круга нашего сообщества. Прими, брат, - и я протянул Кириллу коробочку с нашим произведением искусства. - Это, конечно, не орден Большого Орла с рубинами и бриллиантами, но для нас медь, которой касалась рука божественного Заратуштры, дороже любой иной награды, - я улыбнулся и добавил. - Да и в кругу непосвящённых эта вещица принадлежит к числу нечасто встречаемых раритетов.
   Поглядели бы вы, как тряслись ручонки этого остолопа! Он дохнуть на мою медяшку боялся!
   - Разреши посмотреть, - тут же подсунулись к счастливчику "Нефритовые" обормоты.
   Кирилл бросил в мою сторону вопросительный взгляд и, убедившись, что я не против, передал коробчонку своим соратникам, раздуваясь от самодовольства. Нашу безделушку эти придурки разглядывали просто с религиозным обожанием и вожделением, благоговейно лапая дрожащими пальчонками. Только опасение угодить в грабли разъяренной толпы удержало меня от желания заржать жеребцом.
   Потом наш ромбик пошёл по рукам, вызывая восхищённые ахи мистически настроенных дам и чёрную зависть в мужских сердцах. Поэтому заявление андрона о том, что ничего особенного в этой медяшке на его взгляд нет, как нет, вызвало бурю самого благородного негодования.
   - И вообще! - рявкнул в ответ наш провокатор. - Откуда нам знать, что товарищ Сан тот, за кого он себя выдаёт? Басни рассказывать и я умею! Где доказательства его магических талантов? А?
   - Уймись, Андрей! - повысил свой голос "брат Послушник". - Моего свидетельства тебе разве недостаточно?!
   - Да вот представьте себе, нет! - разбушевался Андрон. - Пока сам не увижу, никому не поверю! Может, он для нас какого-нибудь духа вызвать? А? Может?!
   Всё потонуло в общем шуме, но я поднял руку, и сборище утихомирилось в дав счёта.
   - Наше сообщество не занимается вызыванием духов, - сказал я, стараясь, чтоб это выглядело как-нибудь повеличественней, поблагородней. - Совсем наоборот. Мы видим своё призвание в области одоления и изгнания зловредных существ, используемых нашим противником. Вас, молодой человек, судя по всему, одолевает дух противоречия. Посмотрим, может мне удастся сделать что-нибудь, чтобы помочь...
   Тут я проделал несколько гимнастических упражнений, отдалённо напоминающих разминку в у-шу, и сопроводил их маловразумительным бормотанием себе под нос. В процессе камлания нет ничего проще замкнуть незаметно потайную электроцепь. Малиновая лампочка от фонарика, закреплённая между ключицами, при взгляде со стороны вполне могла навести на мысль о каком-нибудь магическом талисмане, которым я, надо полагать, обладал. Свет очень удачно - не подумайте, что случайно - пробивался в разрезе двух половинок утеплявшего шею шарфа. Закончив бутафорию, я быстро подсунулся к Андрону и костяшками пальцев хлопнул его в живот.
   В напряжённой тишине "сходняка" грохот сработавших капсюлей прозвучал Громом Господним. Все ахнули, дамы заверещали, Андрон загнулся, хватаясь за желудок. Воспользовавшись всеобщим кипишем, я разомкнул цепь. Снаружи донёсся глухой и протяжный крик филина - Тимовы проделки.
   - Что это было? Что? - лепетал Андрюха, с изумлением ощупывая себя.
   - Ничего особенного, - улыбнулся я и поправил приклеенные усики, выглядывающие из-под маски. - И для вас ничего страшного. А вот мне, пожалуй, пора. Брат Кир, проводи.
   Мы вышли в коридорчик. В отличие от прочей компании, Кирилл оправился быстро. Да оно и понятно - навидался уже наших фокусов. Человек вообще стремительно приспосабливается к необычному. Такая скотина!
   - Ну, до свидания, брат, - сказал я Кириллу. - Хорошо тут у вас, да бедновато как-то.
   - Может, нам членские взносы учредить? На общие нужды?
   Я на минуту призадумался. Мы ничего подобного не намечали, не просчитывали. Но то ли под влиянием очередной, довольно масштабной уже удачи, то ли потому, что игра уже начала диктовать нам свои собственные правила, присущие ей, как яйцу скорлупа, только я дал осторожное согласие.
   - Ты правильно меня поймёшь, брат, я знаю, - добавил я почти против своей воли. - Ситуация гораздо серьёзней, чем так, которую я обрисовал принародно.
   - Не хотел пугать? - предположил "Послушник Младших Арканов".
   Я кивнул:
   - Впервые за двадцать пять веков "Арьяшпа" стала испытывать затруднения с финансовой стороны. Неловко признаться, но временами нет денег даже на транспорт. Энергию приходится тратить бог знает на какие мелочи - на "дальнобойщиков", на отведение глаз контролёров в поездах и электричках. С одной стороны, накладно, нерентабельно , а с другой, по-мошеннически как-то. Не для посторонних ушей, брат: людям, вроде тебя, проявивших себя в рискованных ситуациях, Верховный Круг разрешил начать сбор пожертвований в пользу "Арьяшпы". Но, - тут я выдержал многозначительную паузу, - на сугубо добровольной основе и при сохранении бюджета Подков. Не дави на них, брат. С инициативой целесообразно было бы выступить "Стражу Луны", а ты внеси встречное предложение ограничиться тремястами рублей в месяц - это по нынешним временам пустячное бремя.
   - Это правда, - запротестовал Кирилл. - Но общий сбор не даст и десяти тысяч. Что делать с этими крохами? Да и Верховному Кругу...
   - Пятнадцать процентов, - подсказал я.
   - Вот я и говорю - ни нам, ни Братству.
   Назвался груздем, полезай в рюкзак - не нами придумано. Я почувствовал, что втягиваюсь во что-то нечистое, но это уже было сильней моей интуиции.
   - Не забывай, брат Послушник, что для "Арьяшпы" главное не деньги, а люди! - напомнил я "разгулявшемуся" Кириллу. - Больше четырёхсот рублей не поднимайте. Запрещаю. А на досуге поразмыслю, как нам быть с увеличением поступлений. Кстати, доложу Дюру о твоём усердии в делах Ахурамазды, так что не исключено, что тебе будет дозволено создание сети Подков. У нас она носит название Колесницы.
   Я совсем, было, собрался на выход, за дверную ручку уже взялся, да вспомнил о главном:
   - И ещё, брат.... Этот несчастный... как бишь его?
   - Андрей.
   - Да, Андрей. Он хороший бухгалтер?
   - Не то, чтобы хороший, но дело знает. А что?
   - Во внутренних вопросах Подковы ты полный хозяин, брат Кир. Тут я могу лишь советовать. Мой тебе совет - назначьте его казначеем. Это ничего, что он столь недоверчив - казначей просто обязан обладать подобным качеством. Да, к тому же, - тут я ещё потянул паузу, пристально глядя Кириллу прямо в глаза, - будучи занят делом, он не будет отвлекать от дела других.
   Вот таким вот способом наша троица и внедрилась в самое сердце Подковы. Ребята, узнав о нашем договоре с Кириллом, поначалу, было, взвились. Особенно Андрон, которому совсем не улыбалось тратиться на общую затею. Но стоило мне упомянуть о проценте, выбитом мной из "андрюхиной кассы", как все возражения отпали незамедлительно.
   - Правильно, - одобрил Тимоха, - не одним нам разоряться на эту затею. Компенсируем затраты!
   Весть о происшествии в магазинчике облетела город в течение недели. Кирилл сделался тайной знаменитостью всего района. Говорят, даже глава администрации нашёл время полюбопытствовать о случившемся. Месяц спустя, в Подкове насчитывалось уже сто двадцать постоянных членов, так сказать, перманентных сторонников Благого Духа. А бюджет подскочил к пятидесяти тысячам.
   Подкова взялась за расширение зала. Внутренние переборки были решительно сломаны, стены оштукатурены, непрезентабельное произведение деревенского печника уступило место роскошному камину из шамотного кирпича, облицованному настоящей мраморной плиткой. Плитку пожертвовал охранник одной из строительных фирм; по увереньям Андрона, здоровенный жлоб, наивный, как истинный дегенерат. Второй придурок отвалил Подкове два кубометра пиломатериалов, третий припёр большущую картину с намалёванными концентрическими окружностями неправильных форм. Он заявил, что так он видит мысль Заратуштры.
   Группа энтузиастов , знакомых со столярным делом, принялась за массовое производство кресел для собратьев. А, поскольку места для такой прорвы сидений явно недоставало, воспользовались высотою потолка, смастерили галерею для тех, кто бывал на сходках от случая к случаю. Но это для торжественных сборищ. Обычно заседания Подковы на заседания не походили абсолютно. Устраивался шведский стол; присутствующие наливали себе чайку, накладывали сдобу на маленькие деревянные подносики и слонялись по залу, подыскивая себе подходящих собеседников. На галерее, пользуясь полутьмой, флиртовали в открытую.
   Поскольку народу набегало порядочно, каждый старался как-то выделиться среди прочих. Дамы цепляли на пальто всевозможные броши, мужчины предпочитали значки. В ход пошли имена, вроде, "сестры Белочки", "Фламинго", "Лисички", "брата Форварда", "Спартака", "Серебряного Парашютиста". Андрюху называли по должности, Кирилла по титулу в торжественных случаях а в обиходе - просто и демократично - "брат Кир". Титул Стеблова сократили до "Стража Луны", Василия Петровича переименовали в "Нефритового Часового", а последнего оставили без изменений.
   Структура Подковы приобрела ярко выраженный иерархический вид. Во главе нее, безусловно, и непререкаемо стоял "Послушник Младших Арканов"; ступенькой ниже расположилось "ядро" - Стеблов и Василий Петрович, выполнявший роль "телохранителя" Кирилла при нашей первой встрече. На той же ступеньке, но, если так можно выразиться, прилепились третий соратник Кирилла и Андрон - "Казначей". К мнению этой четвёрки был вынужден прислушиваться "сам Кир".
   Третий уровень заполняли свидетели нашего с Андрюхой конфликта - "старожилы", "мантия". Этим, как своеобразной гвардии, дозволялось некоторое фрондёрство, известное панибратство по отношению к верхушке Подковы. И, наконец, "корона" - чернь братства, безгласная и восторженно покорная. Эти не то, что против Кирилла, поперёк Андрона вякнуть не смели. Подискутировать с кем-нибудь из "мантии" средь них считалось верхом геройства.
   К середине второго месяца с момента создания Подковы наш ас-провокатор подкинул Кириллу очередную идею - во-первых, собираться по средам и субботам. Во-вторых, отказался принимать взносы от главы Подковы, а в-третьих, настоял на снижении "входного пожертвования" со ста до восьмидесяти рублей. Он сам додумался до этого, сам рассчитал ожидаемый эффект. От подобной реорганизации наша собственная доля увеличилась на четыре тысячи рубликов. И как оказалось, слишком поскромничал в выкладках. Ай, да бухгалтер! Ай, да хитрец!
   Выждав два месяца, я созвонился с Кириллом и назначил встречу в пятницу - в пятницу Тим был свободен. Присутствовало "ядро" Подковы, плюс, уполномоченный от "мантии" некий "брат Космонавт". По сценарию, я сначала намекнул на возможное повышение статуса Подковы. Потом расспросил об успехах в деле народной любви к Ахурамазде и его великому пророку. И уже в самом конце поинтересовался презренным металлом. Андрон с готовностью выложил свои гроссбухи и, давясь от бережливости, свойственной каждому уважающему себя казначею, отслюнявил мне мало не двадцать "штук" Сторублёвыми купюрами, собака такая!
   Я распихал бумажки по карманам плащаи, заново обнадёжив Кирилла в дальнейшей карьере на ниве мистического администрирования, скорёхонько унёс ноги. Ну как, скажите вы мне, было не отметить подобный фурор?!
   В ночь с субботы на воскресенье, дождавшись закрытия Подковы, мы доставили Андрюху на дачу предков, где уже вовсю кашеварили наши хорошенькие половинки. В багажнике скромно расположилась тугая сумища с коньяком, коллекцией ликёров, икрой и прочими "сервелатами". Ну и коробка шампанского для дам - это святое. А ещё в награду за проявленный профессионализм, мы разрешили Андрюхе первым преподнести своей Любаше не роскошное, но вполне приличное колечко.
   Короче, всё было по первому сорту! Пили, танцевали, любили, парились в баньке, голышом носились по раннему снегу, снова танцевали.... Утихомирились к вечеру, развезли по домам усталых и счастливых наших красавиц. Вот это жизнь!
   Вечером во вторник Кириллу позвонил Дюр и объявил о присвоении титула "Рыцаря Внешнего Круга" ему лично, а также повелел отныне переименовать Подкову в Колесницу с правом создания восьми Колесниц. Метастазы заговора потянулись вширь. Андрон информировал нас о великом ликовании новоявленной Колесниц, о появлении на сходках иногородних гостей, о переговорах, ведущихся Кириллом.
   - Не следует торопиться, - вещал наш "мата-харя", развалившись в кресле. - Пусть Кирька со штабом своим мозги им покрепче промоют, а то что-то не больно-то они верят в наше могущество.
   А мы и не торопились - мы готовили новую "акцию". Для её выполнения нам требовалось не только время, но и помощник, "подставка". Даже две. Андрюха вычислил для нас одного из иногородних приятелей Кирилла - человека не очень доверчивого, но и не слишком скептичного. Он тоже занимал какую-то должность в своём городишке. Тим грамотно проследил, где он живёт, вычислил маршрут "дом-работа" и "работа-дом", а также самостоятельно рассчитал сценарий очередного представления.
   Дальше всё покатилось, согласно намеченному сценарию. Я созвонился с "Киром" и попросил его собрать иногородних членов Колесницы. На встрече присутствовали также "ядро" и "мантия". Обстановка была таинственной до невозможности, удручающе серьёзной. Я пробыл недолго; настоятельно просил отыскать человека, носящего на левом лацкане верхней одежды медное кольцо, и сообщить Кириллу, буде отыщется. Кириллу же велел оповестить меня известным ему способом.
   Андрон "естественно" полюбопытствовал, почему всё идёт исключительно через Кирилла. На что я принародно объявил об особенностях ауры "Рыцаря Внешнего Круга", позволявших ему в известных случаях связываться с "Арьяшпой", и пригрозил Андрону вторичным изгнанием "беса Противоречия", чем вызвал в зале заметное оживление. Потом попрощался и отбыл, унося в карманах больше десяти тысяч рублей. Это было в субботу.
   В следующий четверг вечером господин Вахлов, проходящий в Колеснице под именем "Малахит", возвращаясь домой, столкнулся с человеком запойной наружности, торопящимся в противоположном направлении. Несмотря на внешность отъявленного забулдыги, был он чисто выбрит и благоухал французским одеколоном. А главное, что поразило в нём господина "Малахита" - это начищенное до блеска медное кольцо, украшающее замызганный воротник старенькой ветхой фуфайки.
   Отпустив, "бомжа" на полсотни шагов, приятель Кирилла направлися следом, озираясь по сторонам, как взаправдашний сыщик. Нам с Тимом стоило большого труда оставаться незамеченными, но дело того стоило. "Подсадка" уговор исполнила сугубо пунктуально. В намеченном месте наш "сотоварищ" свернул на пустырь, зашёл в заброшенную хибару, выбрался через окно на улицу и юркнул в машину, где его поджидали Андрон с полным расчетом - двумя литрами натуральной водки и железнодорожным билетом до областного центра.
   "Малахит" сунулся следом, но второй наш "наёмник" вывернулся из-за кустов и посоветовал ему проваливать по добру, по здорову. Да ещё пистолетом пугнул. Во всяком случае, предметом, очень похожим на пистолет.
   Проводив "Малахита", мы присоединились к Андрону и отвезли "подсадок" на станцию. Самым сложным моментом во всём представлении была организация алиби для нашего "Бонда". Тут постаралась тимохина Верулька. Хорошо иметь своего человека в медицинских учреждениях. Пусть даже в зубном кабинете.
   В пятницу Кирилл уже знал о происшествии в "Н" и оповестил "Арьяшпу". Андрон, естественно, оповестил нас. В субботу на сходку собрались все, шумели, гадали, что будет, заранее предрекали "Малахиту" должность предводителя Подковы. Возбуждение экзальтированной толпы заразило даже самых трезвых, самых скептичных. Над Колесницей гордо реял дух мистического авантюризма и карьеристики. Мистификсация крепила ряды...
   Во вторник я позвонил "Малахиту" домой в половине десятого вечера и попросил расставить часовых по периметру пустыря: у нас к тому времени всё уже было готово. Вахлов набрал семерых. Мы обошли посты и предупредили всех, чтобы по звуковому сигналу, который должен подать "Малахит", все собрались на соседней улице. Потом я вошёл в дом и устроил там маленький тарарам, сопровождаемый световыми вспышками, приглушёнными воплями и треском капсюлей.
   Продолжалось всё это не дольше сорока секунд, после чего я покинул сцену и подал знак Вахлову. Вся компания, по его сигналу, сломя голову, рванула к условленному месту., где я кратко поблагодарил их за службу и пообещал доложить своему руководителю об их самоотверженности. А пока я им вкручивал мозги, Андрон и Тимоха спешно ликвидировали следы спецприспособлений. В нашем деле главное - темпа не терять.
   Из "Н" мы прямиком направились на дачу к Андрюхе, дабы спрыснуть удачную операцию. Заговор обретал реальные очертания. Становилось всё веселей, первоначальная тревога улетучилась без следа, уступая место гордыне и ощущению этакой самозначимости. Ведь что мы в сущности представляли сами по себе? Так - обыватели с очень средним образованием, со средними способностями и заурядной судьбой. Максимум на что мог рассчитывать любой из нас, так разве что на выигрыш в лотерею.
   Но это - вчера. Сегодня мы очень уважали себя, и чем дальше, тем больше. Тот, кто испытал острое чувство "масти" в классическом покере, когда куча банкнот, разбухающая на кону, будто тесто в корчаге, постепенно теряет свою реальную значимость, приобретая характер умозрительной степени риска, высоты испытания судьбы, тот поймёт. Воистину необходимы железные нервы, чтобы сказать: "Довольно, я - пас". У меня такой воли не было. А у кого она есть? Покажите!
   В субботу Колесница, по выражению Андрона, кипела, как ртуть в сковородке: "Малахит" и его сподвижники отчитывались перед сходкой. От восторженных "ахов" дамского пола и одобрительно-завистливого гудения мужчин трещали стропила и вздрагивал потолок. Иногородние скептики, заразившись общим подъёмом, и не подумали применить в дело свои подозрения. Да, собственно говоря, логически всё выглядело безупречно. Во всяком случае, для тех, кому был неведом "фактор Андрона". Скорей можно было грешить на Кирилла, но у него были свидетели непричастности, причём первоклассные. В том числе, и сам Андрон, как наглядный факт.
   - Вы не понимаете, парни, какой это кайф! - доказывал он, изрядно приняв коньячку. - Ну, разве что, Сашка, да и то не вполне. Я чувствую себя настоящим Атлантом, держащим на собственном хребте всю эту богадельню для идиотов! Сначала было смешно, всё время хотелось хохотать, как сумасшедшему. А теперь - врёшь, теперь смирение приходится сдерживать - казначей всё-таки. Странное чувство, парни - чем больше уничижаешься внешне, тем более великим ощущаешь себя внутри! Во как!
   Подумаешь! Тоже мне - гений самоуничижения! Если кто и балдел от сознания собственного величия, так это Тим. Перед Андроном трепетала"корона" и отчасти "мантия", передо мной - вся Колесница. Перед Тимом - никто, но сам-то он твёрдо знал, что без его оперативного мышления, а без его подачи - тем более - и вовсе ничего б не было. Мы с Андрюхой оставались бы заурядными служащими, Кирилл - мелким госчиновником, во всём зависимым от произвола вышестоящего руководства. И если Андрон иезуитски прибеднялся перед Кириллом, то Тимоха строил скромника перед нами, втайне упиваясь ролью Творца.
   Что касается меня, то мне юродствовать и пресмыкаться не приходилось. Я просто и честно - в глубине своей добрейшей души - считал себя выдающимся актёром современности. "Думайте, себе, что хотите, - думал я, - но шикуете вы от моих щедрот. Благодаря моей инициативе".
   Короче, каждый мнил себя незаурядной личностью, неподражаемым идеалом.
   Сегодня с высоты обретённого опыта я проклинаю собственный идиотизм. Ну ладно - эти два остолопа, помешанные на математике и детективах - какой с них спрос?! Но я-то, я почему допустил?! Уж кому, как не мне было знать психологию создателей тайных обществ! Ведь горы литературы перелопатил, там всё досконально расписано, разложено по полочкам. Сам же лестницу взаимоотношений в Подкове и Колеснице просчитывал, и правильно просчитал, между прочим! А за собой и дружками-придурками не углядел!
   Говорят, будто переворот совершают святые, на баррикадах бьются фанатики, а плодами победы пользуются негодяи. Отчасти, верно. Однако от того, что в первой фазе задействованы идиоты, ход вещей абсолютно не изменяется. Всё катится по изначальной, предначерченной колее. Хочешь играть - подчиняйся правилам. А играть хотелось, ещё как хотелось!
   Но прежде, чем явиться перед очередными "гвардейцами" для раздачи наград, следовало выстроить иерархическую схему Колесницы, а главное, принципы финансовой "дойки". Дискуссия по этим темам заняла у нас едва не неделю.
   В четверг я позвонил Кириллу и назначил встречу на пятницу. Приглашались "ядро" и "мантия" Колесницы плюс иногородние и два представителя от "короны". Всего насобиралось почти семьдесят человек.
   Вахлов с предыдущим титулом Кирилла и благословением Дюра возглавил Подкову в городе "Н". В трёх других городах решение о руководителях было передано на усмотрение местных организаций. Особо подчёркивалась роль "брата Кира". Расширение сети, напомнил я присутствующим, всецело находится в его компетенции. Это он, а не я, и даже не Дюр определяет целесообразность возникновения новых Подков. Мы этого права не имеем, ему оно даровано гораздо более высокой инстанцией, причём навечно. Мы не можем даже назначить главой Подковы храброго брата "Малахита" без официального утверждения его должности "Рыцарем Внешнего Круга".
   И вообще, все контакты "Арьяшпы" с обществом сторонников Ахурамазды осуществляются при посредстве Кирилла. Руководители дочерних образований обязаны отчитываться исключительно перед ним, их финансовые дела контролируются им же. Пожертвования и членские взносы местных обществ остаются на местах, за вычетом пятнадцати процентов в бюджет Колесницы.
   Затем я попросил руководителей Подков уделить мне пару минут, и в этом узком кругу принёс новому "Послушнику" свою личную благодарность за помощь в опасном деле, преподнёс ему бесформенный слиток железа, в который якобы обратился пистолет охранника враждебного мага после нашей с ним стычки. И вслух пожалел, что право независимого образования Подковы ему не было даровано. Впрочем, тут же добавил я, "Арьяшпа" построена на таких принципах, что мне - Всаднику с Жезлом совсем не подобает вдаваться в обсуждение решений Верховного Круга, где собраны маги и мудрецы - не мне, грешному, чета.
   Вторым моментом, ради которого я собрал предводителей, было объяснение смысла создания "Общества Сторонников Ахурамазды" ("ОСА"). Я был краток - привёл в пример помощи, оказанной Кириллом, Стебловым и Вахловым, упомянул и о финансовой поддержке. Кирилл понял это как намёк, и предложил пригласить казначея. Намёк был, естественно, запланирован нами, но в совершенно иных целях. Следовало показать новообращённым бескорыстие членов "Арьяшпы".
   И в ответ на предложение Кирилла я скромно заметил, что деньги у меня остались с прошлого месяца, а Дюр ещё не переслал первую партию выше по инстанции. Можно было б отвезти деньги ему, но заняться этим сейчас никак не могу, так что поступления этого месяца я заберу в следующем, а пока можете использовать их на местные нужды. С тем и отбыл.
   По уверению Андрона, приём оправдал себя с блеском: даже последние циники, узнав о моей воистину иезуитской скромности, раскаялись в своих заблуждениях. Итогом совещания явился стремительный рост численности "ОСА". К новому году мы получили от него королевский подарок - почти пятьдесят тысяч рублей. Было на что справить всенародный праздник!
   Тогда мы впервые столкнулись с некой проблемой. Приятной, но проблемой. Пятьдесят тыщ по тем временам деньги были немалые. Враз не пропьёшь, а если подруг подарками засыпать - встревожатся, объясняйся потом! Андрон, как истый бухгалтер, выдвинул идею накопления ресурсов. Зачем? Для чего? А на всяческий непредвиденный случай!
   В банк поехали мы с Тимохой. В какой именно? Ну, это нетак уж и важно, главное, что не в наш. Счёт открыли на моё имя, но, для порядка, я выдал друзьям долговые расписки. В феврале счёт увеличился вдвое, но Андрон был всё равно недоволен.
   Что это за тайная организация, - заворчал он в ответ на наши заботливые вопросы , - если доход её организаторов не превышает доход парочки челноков! Это не организация, это - тьфу!
   - Разгулялся ты, братец! - опешил Тим. - Мы, вообще-то не гешефта её создавали!
   - Кроме того, - добавил я, - Кирилл ещё два района пристёгивает...
   - да пусть хоть все четыре! - Андрон сплюнул с такой злобой, что было ясно видно, каких трудов ему стоило не обложить нас матом с головы до пят. - Девятнадцать тысяч рублей - всех добавочных доходов! Раздели семьдесят тысяч на троих - на хрен не хватит намазать! А денежки, между прочим, всё дешевеют!
   Мы хорошо знали нашего Андрона - он просто так не заводится.
   - Короче, Навуходоносор! - предупредил его Тим. - И попроще!
   Получив карт-бланш, наш финансовый гений тут же подобрался, поджал растопыренные крылья и , приведя себя в нормальное для него состояние, начал так:
   - Существующая система регистрации иногородних фирм очень несовершенна. Чиновник, твёрдо помнящий формулу "время - деньги", имеет полную возможность потянуть волынку, в надежде сорвать с контрагента приличную мзду. Ясно?
   Мы синхронно кивнули, хотя ничего ясного нам пока не было.
   - Что мешает нашим Подковам ускорить процесс оформления? - спросил Андрон и с хитрецой осмотрел по очереди наши идиотские морды.
   - Ну, допустим в "М" у нас есть человечек, способный на такой подвиг, - сглотнув, отвечал Тим. - И что?
   - В "М"?! - заверещал Андрон. - Да у нас в каждой Подкове такие имеются! Вы поглядите, как всё красиво и по-благородному получается! Приходит богатенький "буратина" в одну из наших Подков и жертвует... понимаете - жертвует ей на дело Ахурамазды десять тысяч рублей. Руководитель Подковы в благодарность за бескорыстное пожертвование, снимает телефонную трубочку, и в нужном для "буратины" городе его фирму регистрируют без всяческих проволочек! При чём здесь, я вас спрашиваю, вульгарные взятки, барыш, навар?! Ведь на общее ж дело! Я тут прикинул, помозговал... - он торжествующе набычил свою тощую шейку и прошипел, как змей-искуситель. По девяти районам общий бюджет подскакивает до десяти миллионов.
   - Это сколько же нам на круг выходит? - обомлел Тимоха.
   - Да пустяки вообще-то, протянул Андрон-скопидом. - Чуть больше полутора миллионов.
   - В год?
   - Именно так, май диа фрэнд! Но и это ещё не предел!
   - Погоди, разберёмся первоначально с этим прожектом, - всё-таки меня его астрономические с катушек не сбили; Андрона и раньше приходилось одёргивать - уж больно фантазия у негобуйная. - Каким образом ты собираешься проталкивать своих "протяже"? Допустим, у нас это могут устроить Кирилл или Стеблов, благодаря личным связям. В "М" - председатель Подковы, как зам главы по экономике. А в других районах?
   - В каждом есть люди, работающие в администрации, - уверенно заявил казначей Колесницы.
   - Ну да, работающие! Машинистки, водители, инспекторы РУО.... Ни веса, ни возможностей, одно название...
   - Плюс язык! - пропел Андрюха с видом тайного агента имперской разведки.
   - Что - язык? - не поняли мы с Тимом.
   - Язык, говорю, у каждого есть, чтобы слухи распускать.
   - Какие слухи?
   - Разные. Ну, к примеру, о существовании некоего влиятельного сообщества людей.
   - Допустим, слух пущен, - подстегнул нашего финансиста торопыга Тим. - И что?
   - А это смотря для кого именно, он распускается. Практически у каждого полезного для нас человека имеется, какой ни то интерес в одном из соседних районов. Или, вот, возьми, скажем, главу администрации города "Н". У него, к примеру, в мае выборы.
   - И что мы можем ему предложить? - заинтересовался Тимоха.
   - Двести десять голосов "за", плюс бесплатных распространителей предвыборной агитации, плюс восемьдесят тысяч рублей пожертвования в фонд выборной кампании.
   - Стоп! - сказал я. - Но это же прямых убытков двенадцать тысяч. Для нас. Хреновый из тебя мыслитель, Андрон!
   - А из тебя - бухгалтер, - ухмыльнулся он в ответ. - С этого остатка мы своё уже получили всё, что нам причитается. Это свободные деньги, Санёк!
   - Но ведь это уже политика, - сунулся, было, Тим.
   - Деньги и политика - близнецы-братья, - прокомментировал наш финансовый воротила. - Пора бы знать. Для чего мы этот заговор, спрашивается, составляли? А?
   - Этим надо будет заняться подробнее, - сдался я. - Что ты там ещё предлагал?
   Выяснилось следующее. К лету базовое строение Колесницы должны будут снести. Кирилл делал всё, что мог, но и его влияние имеет свой предел. Единственное, на что можно рассчитывать - выкупить здание. Однако по всем расчётам, денег не хватает. Не так, чтобы много, но не хватает - и всё!
   А на днях Андрюхе звякнул его давний приятель по техникуму. У него в областном центре процветающая фирма. Жаль, нет денег на расширение, а то давно бы в миллионерах хаживал. Вот и названивал по приятелям - не одолжит ли кто? Обещал тридцать процентов с возвратом через четыре месяца.
   Андрон тут же смекнул, как можно по-халявски срубить толстую пачку "зелени". Он подговорил Кирилла вложить деньги в фирму приятеля под пятнадцать процентов, а тому посулил финансовое вливание на условиях пятидесяти процентов комиссионных. Иначе говоря, половину процентов Кириллу, половину - нам. Да ещё и потребовал вписать Тима в совладельцы фирмы на сумму участия в двести тысяч на тех же условиях только на всё время. Собственно говоря, ему - то есть Андрюхе наше согласие требуется только на последний пункт, остальное он уже проделал на свой страх и риск.
   - Ну, ты и аферист! - заорал Тимоха, в котором внезапно проснулась его милицейская сущность. - Таких, как ты, сажать надо! Пожизненно!
   Но Андрюха тоже малый не промах...
   - Это меня-то пожизненно?! - рявкнул он в ответ. - Это я-то аферист?! А кто этот заговор дурацкий придумал? Я, что ли?! Если кого и сажать, так это вас с Сашкой в первую очередь! Вы о чём думали, когда всё затевали? Надо же, какие мы принципиальные! А на чьи деньги лялькам своим цацки брали? А коньяки с ликёрами жрали на чьи?
   Тимоха видит - крыть нечем, но оторваться на ком-то всё равно хочется.
   - Это Сашка придумал деньги брать! - кричит в ответ. - Я сразу против был!
   Нашёл "стрелочника" за всех отвечать.
   - Сам же хотел посмотреть, как эти дела делаются; трещал и пёрся. Вот и не вякай. Сколько на круг выходит, Андрюха?
   - Два миллиона по предварительным прикидкам. Может, немного меньше.
   Вот такие перспективы. Сами понимаете, когда речь заходит о таких суммах, всяческие возражения отшелушиваются, как мякина в комбайновом бункере. Андрон со Стебловым старательно проверили документацию фирмы, Кирилл подписал договор. Лиха беда - начало! Втянувшись в коммерцию, "ядро" Колесницы сделало первый шаг по пути всех прочих разновидностей тайных обществ.
   Спустя две недели, на встрече Кирилла с руководителями Подков, Андрон выступил с очень осторожным предложением втянуть в движение сторонников Ахурамазды представителей деловых кругов. И со всяческими околичностями дал понять, каким именно способом. Развернулась дискуссия. "За" были все казначеи и четыре руководителя Подков, "против" - трое, но среди них сам Кирилл. Точнее, Кирилл не был против, он просто боялся брать на себя ответственность перед "Арьяшпой".
   Но "Арьяшпа"-то была всецело "за"! Так я ему и заявил, конечно, предварительно запудрив мозги. Суть моих рассуждений сводилась к тому, что несчастных бизнесменов безбожно обдирают сторонники Ахримана, у которых денег и так видимо-невидимо. Для них деятельность ОСА будет большим ударом. И во-вторых, вымогая взятки, чиновники тянут время, замораживая движение капиталов, что ухудшает и без того напряжённую экономическую ситуацию в стране.
   Просто удивительно, до чего легко бывает убедить человека в том, что он делает хорошее дело, когда это сулит ему хороший доход!
   С принятием решения о "поддержке" бизнеса, источник финансовых поступлений забил ключом. Не сразу, не сразу, но довольно-таки скоро. К июню бывший магазинчик - нынешняя база Колесницы перешёл в полное владение ОСА. Причём не понадобилось даже то, что было вложено под проценты. Кирилл с Андроном не посоветовался - принял единоличное решение о продлении срока вклада. Наш финансист пришёл в бешенство - мы в результате этого обходного маневра недополучали ежемесячно девять тысяч рублей, и душа Андрона обливалась горючими слезами. Но даже он признавал, что работу новоиспечённый "Рыцарь" проделал гигантскую. Он провёл целую серию переговоров с главами администраций вверенной ему территории, организовал две предвыборные кампании, застолбил ещё два района. С началом летнего сезона Колесница приняла решение о расширении помещения, и магазинчик быстро оброс новыми стенами, поднялся ввысь.
   Самого процесса строительства мы с Андрюхой не видели - не хватало ещё во время отпуска в нашем городишке торчать! А Тим - у него недельная задержка была, рассказывал, что работа кипит вовсю. Ну и пускай себе кипит, посмеивались мы, грея бока на белом песке Анапы. С "бабками" у нас был полный порядок, так что устроились мы - лучше не придумать. По утрам жарились на солнышке, плескались в парном молоке Евксинского Порта, днём отсыпались, строили козни на будущее, а по вечерам таскали любвеобильных курортниц по тамошним кабакам, катались на катере. Ну, и по ночам не скучали. Не жизнь - малина!
   Вернулись домой чёрные, как негры, бодрые, как спринтеры на старте, свежие, как "Олд Спайз". Андрон даже Кирилла простил! А Тимоха сразу смекнул, какой фортель можно выкинуть, воспользовавшись новостройкой Колесницы. Дело-то заключалось в том, что с переходом здания во владение ОСА электричество подключили вновь. А что в глазах "хомо урбаникус" может быть эффектнее зрелища короткого замыкания?! Так сказать, наглядная демонстрация энергетической мощи. Простенько, но со вкусом!
   Внешне здание выглядело очень внушительно - большое, двухэтажное, с облицовкой жёлтым кирпичом; массивная лиственничная дверь, обитая бронзовыми полосами, с фигурной ручкой. Первый этаж совершенно глухой; в мезонине два окна по фасаду; и не с какими-нибудь вульгарными ставнями - с подъёмными бронированными жалюзями. Крепость - ни дать, ни взять! А вот внутренняя отделка ещё продолжалась. Колонны, возникшие на месте стен бывшего торгового зала, стояли неоштукатуренными; выросший ввысь потолок не успели, как следует побелить.
   Кое-где торчали ещё оголённые провода. На этом Тимоха и намеревался сыграть.
   Вход в мезонин располагался над галереей. К нему вела добротная лестница, обильно изукрашенная резьбою. Поскольку свечи, горевшие внизу, галерею освещали разве что самую чуточку, для лестницы в мезонин было сделано исключение - к стене слева от входа подвесили однорожковый бра с лампочкой в сорок ватт. Да хоть в двадцать - нам-то что! Лишь бы повод был.... Андрон произвёл детальную разведку. Тим составил диспозицию. Я назначил встречу.
   В пятницу в половине одиннадцатого вечера я вступил под своды обновившейся Колесницы, в плаще, в маске, в перчатках. Кирилл встретил меня у дверей, проводил в зал, заполненный представителями всех восьми Подков. Человек сто - не меньше.
   При нашем появлении все встали, заслонив собой слабое мерцание полудесятка свечей, размещённых на столах у дальней стены. Кресла были расставлены двойной скобой, с галереи свешивались головы тех, кого предпочитали держать подальше. Первый ряд партера заняли наиболее важные персоны: руководители Подков, казначеи и "Нефритовые Стражи".
   - Здравствуйте, добрые люди, - приветствовал я всё это "благородное" собрание, останавливаясь возле одного из незаделанных гнёзд - будущего выключателя света. - Прошу садиться.
   В ответ наверху хлопнула дверь и засветился плафон электролампы - это местный художник-авангардист торопился доставить Андрону "забытый" им гроссбух. Сами понимаете - сколько можно отыгрываться на одном и том же персонаже?! Подозрительно.
   Я, не мешкая, вытянул в сторону гнезда левую руку с растопыренными "козой" пальцами. Конденсатор, запрятанный во внутреннем кармане моего плаща, разрдился с отчётливым треском. Сыпанули снопики искр, плафон погас, мазила-абстракционист покатился вниз кубарем, весь в грохоте и матерщине.
   - Прошу садиться, - повторил я, как будто ничего не произошло.
   Затем я двинул пламенную речугу, весь смысл которой сводился к тому, что Верховный Круг всецело одобряет действия Колесницы. Что взятки, вымогаемые у нетерпеливых бизнесменов, изрядно ослабляют возможности сторонников Зла, а политическая деятельность ОСА, хоть и не впрямую, но косвенно содействует планам "Арьяшпы". Мало того, материальные средства, отчисляемые Колесницей, позволили прочно овладеть положением в нескольких областях России, во всяком случае, мой район мною самим контролируется полностью, задержки с передвижением прекратились, я успеваю перехватить любые враждебные вылазки - в добровольцах, не подготовленных к магическим схваткам, надобность - хвала Ахурамазде - отпала. То же самое наблюдается и в других районах.
   - И это, благодаря вам, добрые люди! - выпевал я, расхаживая перед млеющей аудиторией туда-сюда. - конечно, я не Визирь, и даже не Привратник Столпа, я не могу ручаться за абсолютную достоверность опережающей мысли, но какое-то внутреннее предчувствие говорит мне, что Последняя Схватка уже идёт. И что победа придёт к нам, в огромной степени благодаря вашей поддержке. Я не посещаю ваших повседневных собраний, - меня так и подмывало брякнуть "сборищ", - но, наверное, каждый из вас уже сталкивался с недоумением или усмешкой по поводу украшения кошей, - тут я обвёл рукой стены и потолок с ожерельем галереи.
   - А действительно, задумывались ли вы, зачем всё это? И нужно ли? Говоря откровенно, и сам я был этим в своё время смущён. К счастью, у меня есть наставник, знающий и умеющий неизмеримо больше заурядного "Всадника с Жезлом". "Исключи тех достойных людей, с которыми ты общаешься, брат, - сказал мне брат Дюр, - и ты обнаружишь, что в душе преобладающей части человеческого рода Ахриман и Ормузд смешаны поровну. Богатство - орудие Ахримана влечёт их в стан Врага. Но в силе Врага существует и зародыш его бессилия, ибо он Враг всего сущего, включая и самого себя. Орудие Ахримана оборачивается против него самого, когда богатство оказывается в надёжных руках поборников Добра. Человек слаб, но посмотри, сколько колеблющихся в выборе повернётся в сторону Благой Мысли, посетив богатый и радушный кош. Главное не здание и великолепие убранства, брат Сан, - сказал мне Дюр. - Главное - люди, вставшие под знамена Ормузда!"
   - Один вопрос, если позволишь, брат Сан,- подал голос Кирилл. - Вытекает ли из всего, услышанного нами, возможность политической деятель­ности нашего общества?
   - Уточни, пожалуйста, брат Рыцарь.
   - В скором времени предстоят выборы губернатора, можем ли мы организованно поддержать того кандидата, который в свою очередь поддержит нас?
  
   - Ну и задачу ты задал мне, брат Ры­царь!- рассмеялся я. - Вопрос не так прост, как представля­ется. Если существует хотя бы единствен­ный шанс на победу однозначного сторон­ника Ормузда, общество обязано голосо­вать за него и ни за кого другого. Если подобного шанса нет, Колесница имеет пра­во выбора. Имеется также и однозначно негативный вариант. Тут все будет зависеть от мнения брата Дюра. Это он будет взвешивать степень опасности, заключенной в личности кандидата - сознательного при­верженца Аримана. Здесь даже я не дерзну определять, что лучше: извлечь максимум выгоды из неизбежного поражения или предпочесть твёрдость выбранной позиции. Дюр - "Визирь", "Советник". Это его прерога­тива
  
   Не знаю, может мне просто почудилось, но ощущение было такое, что Кириллу мои слова пришлись не по нраву. Я мысленно прикинул возможность бунта, но сразу оса­дил свои опасения: будет дёргаться, най­дем более послушного. Это даже хорошо, что недоволен: слишком часто по шерстке гладить - ещё заподозрит чего. Или того не лучше - решит, будто тут он хозяин. Гово­рят, власть портит человека - правильно говорят.
  
   Всего я Кириллу, конечно же, не сказал, но, оставшись наедине, дал понять, что "Арьяшпа" - организация не из тех, с какими шутят. Да и я не только лампочку могу погасить. Кирилл извинялся долго и жарко, только страха в нём почему-то не чувствовалось. Неужели догадывается?
  
   Мы провели настоящий диспут на эту тему; переворошили все события последне­го года - шаг за шагом. По всему выходило, что никакого повода для подозрений мы Кириллу не дали. Единственным возмож­ным ответом на возникшую проблему мог­ло оказаться убеждение главы Колесницы в том, что никто не посмеет нарушить сложившееся положение вещей. Что, пока он выполняет свои обязательства перед "Арьяшпой", опасаться ему абсолютно нечего.
  
   А уж это предположение легко было проверить. Наш "суперагент" привлек к проверке Вахлова как единственного и ес­тественного конкурента Кириллу. Пред­ложение, которое он ему сделал, мотиви­ровалось очень убедительно - всякий настоящий казначей, по натуре своей скупер­дяй и скряга. Вот Андрон и пожаловался "Малахиту " что не может равнодушно смот­реть, как сумасшедшие деньги уплывают из общей казны неизвестно куда. Дескать, "Арьяшпе" и десяти процентов хватит за глаза. Дескать, он как главный казначей Ко­лесницы, готов взвалить на себя ответствен­ность за ведение двойной бухгалтерии, но боится предложить это Кириллу. Если "брат Малахит" ему поможет, обещал Анд­рон, то он, в свою очередь, убедит Кирил­ла снизить процент вычета из Подковы самого Вахлова.
  
   Последний довод возымел желаемое действие, и Вахлов, покочевряжившись для порядка, согласился попробовать. Но ничего не вышло - Кирилл, хотя и без особого возмущения, отказал наотрез. Боится провокации со стороны конкурента - поняли мы. Получалось так, что мы были правы в отношении его внутреннего спокойствия.
  
   Подошёл сентябрь. В пятницу вечером мы собрались в нашей новой даче, записанной на имя Андрона в соседнем районе. Ловкач Андрюха купил обычную хибару, стоявшую на отшибе небольшой деревеньки, нанял людей, и они эту лачугу времен Ермака в два счёта раскатали по брёвнышку, распилили на чурки, а из чурок накололи добрую поленницу дров. Буквально через три недели на том же самом месте возник настоящий дворец - чудо деревянного зодчества с гаражом, банькой, вместительным подвалом и прочими атрибутами загородной виллы. Но, конечно, пришлось, как изрядно заплатить.
   Приобретение следовало считать очень удачным: прятать от родителей следы нашей кипучей деятельности становилось всё трудней, а здесь всё прекрасно уместилось в двух хорошеньких тайничках - и химика­лии и документы.
  
   Так вот, была пятница, вечер. Погода стояла ясная, умеренно тёплая. Листву деревьев и заросли трав слегка подёрнуло осенней желтизной. Ветер налетал внезапными, резкими порывами, разнося по окрестностям дымы огородных костров. Мы сидели в каминном зале, слушали музычку, немножко выпивали, слегка закусывали и обменивались видами на будущее.
  
   А перспективы открывались обширные. Кирилл через фирму андронова однокурсника зацепился за областной центр, проводил речи с тамошними кругами почитателей сверхъестественного. Наклёвывалось ещё одно отделение ОСА; которое могло увеличить общую численность "дойного скота" до двух тысяч и даже больше. В "ядре" Колесницы уже поговаривали о необходимости образования второй сети Подков.
  
   - По предварительным подсчётам, - вещал Андрон, развалясь в кресле и, прихлёбывая из стакана смесь коньяка с шартрезом, - общий бюджет ОСА должен будет составить приблизительно тридцать миллионов рублей, из которых лично нам причитается четыре с половиной "лимона", но я что-нибудь придумаю... Может, ещё как-нибудь оттяпаем.
  
   В этот момент массивный дубовый за­сов на входной двери беззвучно разделил­ся надвое. Дверь открылась, и в её проёме показалась объёмистая фигура "Рыцаря Внешнего Круга". Сказать что его появ­ление нас удивило - значит, ничего не ска­зать. Это был мгновенный шок. Лично я ощутил нестерпимый жар, стремительно взмывший из груди на лицо и шею. Тим тоже запунцовел спелой малиной, только Андрон сделался серым, как мышь.
  
   - Добрый вечерок всей честной компа­нии, - сказал Кирилл, садясь на диван.
  
   - Привет, коли не шутите, - Тим, как и следует настоящему оперу, опомнился раньше всех. - Налейте себе чего-нибудь. Рекомендую шартрез - не пожалеете.
  
   - Благодарю, - усмехнулся Кирилл, - сна­чала дела закончим. Андрюша, подай-ка приходную книгу!
  
   Андрона легко напутать, если дело не касается финансового вопроса. Помню, в девятом классе приключился с ним весёленький случай: повёл он как-то на вечер­ний сеанс свою школьную пассию Ленку Путыкину. Фильм был кассовый, зал - бит­ком. Андрон с Ленкой не успели места за­нять - подваливают к ним Генка Чугун с одним из своих прихлебателей... в общем, пришлось Андрюхе фильм, стоя, глядеть, Ленка с ним полгода не разговаривала. А на выходе обнаглевший Чугун вздумал ещё и червонцем у банкира нашего разговеть­ся. У Генки половина шпаны под рукой, но и к Андрону подмога поспела. Побоище было такое, что ОМОН пришлось вызы­вать. Да-а...
  
   "Просьба" Кирилла привела нашего финансиста в состояние буйного ожесточе­ния.
  
   - Чего-о-о? - оскалился он, точно цепной барбос при виде ускользающей мозговой косточки. - Может, еще и ключ от сейфа, где деньги лежат?
  
   - Очень может быть, - подтвердил "Ры­царь Круга", засунув в рот сигарету. - Я бы даже сказал, обязательно, но потом. А пока подай мне гроссбух, недотёпа.
  
   Большое берёзовое полено выпорхнуло из камина и, роняя трескучие крупинки искр, плавно спланировало к столу. Кирилл, не спеша, потянулся к головне, сыто жму­рясь от жара, но Тим не сумел воспользо­ваться благоприятной ситуацией - одна из наших антикварных серебряных вилок на­мертво пригвоздила к столешнице правый рукав его новёхонькой джинсовки. Я на­блюдал за происходящим в абсолютнейшем обалдении.
  
   Наш "протяже" благополучно прику­рил от головни и небрежным кивком голо­вы направил её в сторону Андрона.
  
   - Пошевеливайся, малыш, - посоветовал он с видом доброго старого дядюшки. - А ты, мент, сиди тихо, не ёрзай!
  
   Надо отдать должное нашему казна­чею - он не сдался даже теперь. Пер­вое, что он сделал - вооружился сифо­ном; и только тогда, когда проклятый сосуд вывернулся у него из рук и ока­тил газировкой до самого пояса, защит­ные порядки Андрона выкинули белое полотно капитуляции.
   Кирилл принял отчёт и вниматель­нейшим образом сверился с балансом нашей организации.
  
   - Молодцы, - сказал он с вызывающей иронией. - Всё, как в банке. Копеечка в копеечку! Хвалю. И орга­низаторы вы, надо признать, не из худ­ших. Теперь вот что: всё остается, как было. Хоромы эти я вам дарю, но пере­пишешь их на ОСА, Андрюшенька; вклад у своего приятеля-прохиндея - тоже. Дальше за активную помощь, оказанную мне лично, будете получать по двадцать тысяч в месяц...
  
   - По пятьдесят, - хмуро ответил Андрон.
  
   - Заткнись! - рявкнул Тим. - Ты что - совсем умом тронулся?!
  
   - Не затыкай ему рта, литёха! - ус­мехнулся Кирилл. - Андрюха очень точ­но читает расклад. Я ведь и без вас могу обойтись, ещё как могу.
  
   - Вот и обходись, - бросил ему Тим, вытаскивая вилку. - А нам от тебя ниче­го не надо. Поигрались и - довольно. Надо отдать тебе всё? Забирай, и ума­тывай, а работать ни на кого не будем; так и запомни!
  
   Нет, оперативные извилины Тима явно не вмещали всей глубины сложив­шейся ситуации, мозговой компьютер Андрона нюансов не улавливал тоже. Единственным, кто понимал Кирилла до самого корешка, был ваш покорный слуга.
  
   - Ты переоцениваешь собственные возможности, Кирилл, - сказал я, стара­ясь выглядеть рассудительным и нейт­рально мыслящим, - Я понимаю, ты можешь заставить нас работать, как прежде, но ты слишком поторопился и раскрыл свои козыри не в лучший мо­мент. Будь я на твоем месте, я пришёл бы сюда через год. А так что же? Вмес­то трёх единомышленников - трое запуганных сопляков. Это всё, на что ты способен? Так, что ли?
  
   - Узнаю брата Сана! - Кирилл с выра­жением несказанного удовольствия, будто манная каша, расползшегося по сытой морде, растёр окурок о бархат­ную скатерть.
  
   Я на своём недолгом веку ублюдков различного рода повидал в достатке, но такого не довелось. От взгляда на его мерзкую харю просто мутило...
  
   - Ты кого обмануть хочешь, книжный червяк? Уясни себе до пе­чёнки, дитя, я сделаю с вами что захо­чу, а фантазия у меня богатю-ю-щая!
  
   - Смысл-то какой? - внутри у меня всё тряслось и вибрировало, но пони­мание предстоящего ужаса было гораз­до сильнее нынешнего. - Я же знаю, в чём твой настоящий кайф, Кирилл. Мы тебе не подходим, неужели не ясно? Давай разойдемся по-хорошему... ну не по-хорошему, а взаимовыгодно: мы тебе - всё что есть, а ты, в свою очередь, забудешь про нас.
  
   Гнусная ухмылка прирождённого живодёра, горделивого своей беспо­щадностью, прочно обосновалась на холёной морде Кирилла:
   - Не скули, дурачок, - пропел он, явно наслаждаясь своим положением.- Не поможет. На таких, как вы, технология давно разработана.
  
   - Это, в общем, - не сдавался я. - Ты ж не дурак, Кирилл. Должен, кажется, по­нимать, что предупреждённый - воору­жён. Какая уж тут к бесу технология!
  
   - Да самая, что ни на есть, простая. Простее некуда. Сначала работать из страха будете. Потом, когда тех, кого ради меня дурачите, возненавидите - из злобы. А я заплачу. Хорошо заплачу. И чем злобнее станете, тем щедрее. Че­рез год ты себя просто не узнаешь, чер­вячок. И от того, что я вас предупре­дил, психика твоя по-иному себя вести не станет. Вы мои, червячок, мои. По­нял?
  
   - Да кто спорит-то? - снова влез Анд­рон. - Сашка у нас известный балабол, Тимоха просто тормоз - не врубился ещё. Мы будем работать. Кирилл, бу­дем! Но - за хорошие деньги. Я хочу за службу тысячу "зелёных" в месяц. И ты меня знаешь, Кирилл, скорей удав­люсь, чем соглашусь на меньшее.
  
   Серые, будто крысы, глаза "Рыцаря" перебежали с меня на Андрона.
  
   - Ну зачем же так утруждать себя. Андрюша? - укоризненно молвил Ки­рилл. - Я тебя сам удавлю, как шибко умного. И не будь у меня особых пла­нов относительно вас, ты бы, Андрю­шенька, за голимый страх вкалывал, за одно то, что от мук избавлен. Твои рас­четы сквозь черепушку твою никчём­ную просвечивают, как рыбки в аква­риуме. Сашок, ты погляди на своего дружка-казначея! Он до того перепу­гался, что сбежать хочет, а я ему - это он так думает - деньги для побега дать должен. Каков мудрец, а?
  
   Да уж! Недо­оценил я Андрея... И Тимофея недооце­нил!
  
   - Слушай сюда, ублюдок, - сказал Тим. - Ничего тебе тут не обломится, хоть лопни! Сашка правильно говорит: поспешил ты. По всему выходит, лю­дишки мы так себе, но на колдуна ра­ботать не будем. Так, парни?!
  
   Ой, что будет! Что будет! Андрон кив­нул утвердительно, серые глазёнки его обрели шершавый холод гранита, по скулам гуляли желваки упрямства и ожесточения. Я свое решение принял сразу, но мне было легче - я догадывал­ся, какой ужас ждет нас в дальнейшем, и предчувствие это заслоняло собой ныне предстоящий исход.
  
   - Валяй, уродина,- сказал я, - покажи, на что ты способен!
  
   - И покажу, будь уверен, - Кирилл на­лил себе рюмку шартреза, отпил прич­мокнув...
  
   Вторая вилка поднялась над столом и неспешно поплыла к Тимохе, целя ему в правый глаз. Тим схватился за неё ле­вой рукой, попытался отжать, но всё, что ему удалось - немного замедлить движение. Трескучая головня закрути­лась вокруг головы, с каждым новым оборотом сужая круги...
  
   Я откинулся на спинку кресла и с от­чаянием приговоренного к казни со всей силы наподдал ногой по столу сни­зу. Стол наклонился, теряя посуду, но тутже вернулся в прежнее положение и надвинулся на меня, впился углом в правую половину груди. Было не очень больно... пока.
  
   Андрон, не глядя, швырнул в Кирил­ла коробку дистанционного пульта, прыгнул следом, вытянув руки. Даль­ний конец стола приподнялся, прегра­див ему путь, а коробка, заложив изящ­ный вираж, с хрустом разбилась о го­лову Андрона, головня опалила лицо.
  
   Кирилла явно забавляли наши поту­ги; он вольготно развалился на диване, закинул ногу на ногу и не спеша смако­вал ликер. В глазах его тлели огоньки тихого су­масшествия.
  
   - Пожалуй, вы были правы, цыплят­ки, - пропел он, покачивая носком крос­совки, - это гораздо веселей, чем коман­довать такими придурками.
  
   Вилка коснулась века Тимохи, он от­чаянно мотал головой, но проклятый инструмент точно прилип к определен­ному месту. Тимоху было жальче всех; я на секунду забыл о тупой боли в ребрах, дотянулся до его рукава:
  
   - Взяли!
  
   Джинсовка поползла с треском, а я... я просто заверещал, когда треснула моя собственная кость. Сквозь пот, залива­ющий глаза, было плохо видно, чем именно Андрон запустил в Кирилла, отвлекая внимание от тимовского рыв­ка... Вся наша надежда сейчас заключа­лась в правом кармане куртки нашего опера, там, где удобно разместился его неразлучный, "Макаров".
  
   За суетливой неразберихой сопро­тивления никто не слышал, как хлопну­ла входная дверь.
  
   - Так, - раздался негромкий басок, - похоже, гостей здесь не ждали.
   Головня шлёпнулась на пол и погас­ла. Левая рука Тимохи с зажатой в ней вилкой отлетела наотмашь, смазав меня по лбу. Стол, в который я упирался ла­донями и коленкой, со скрежетом отъе­хал к дивану. Кирилл, багровея лицом, поднялся на ноги.
  
   В дверях стоял мужичонка с внешностью управдома, изрядно битого жиз­нью... На нём был дешёвый бежевый плащ, на голове - кургузая поношен­ная шляпчонка, на ногах - парусиновые туфли цвета "прощай, молодость". И только в глазах его было нечто особенное, завораживающе-прицельное.
   - Ты кто? - спросил Кирилл, взирая на пришельца с испепеляющей злобой.
  
   Мужичонка молчком снял шляпу, не глядя, сунул её Андрону, крепко отёр ладонью взопревший лысеющий лоб.
  
   - Назовись! - потребовал Кирилл.
  
   - Подождите меня на улице, парни, - пробасил наш невольный спаситель. - Да дверь поплотнее закройте.
  
   Мы с Тимохой не заставили себя долго упрашивать, но Андрон не был бы Андроном, если бы не позаботился о финансах:
   - У нас в тайнике пол-лимона, - сказал он упрямо. - Надо забрать, преж­де чем вы тут всё разнесёте.
  
   - Всё неймётся? - спросил мужичок, и Андрюха залился пунцовым румян­цем, чего с ним давно не случалось.
  
   - Вы неправильно меня поняли, - де­ликатно покашляв, объяснил он гроз­ному мужичонке. - Мы хотели бы пре­поднести их на доброе дело...
  
   - Проваливай!- рявкнул "управдом". - На кой ляд мне ваши ворованные!
  
   Андрон пулей вылетел за дверь, при­крывшись нами, как арьергардом. Мы поспешили за ним.
   И тут началось!
  
   Отсветы багрового пламени и сно­пы искр мелькали в окошках с часто­тою пулемётных очередей, от грохота, накатывающегося волнами, закладыва­ло уши. Добротный наш терем трясло и корежило, как эпилептика. Мы взирали на это представление, ужасаясь и вос­торгаясь одновременно, и хотя брен­чавший венцами домишко в любой мо­мент мог, чего доброго сверзиться на наши бестолковые черепушки, никому даже в голову не пришло отойти на бе­зопасное расстояние.
  
   Длилось все это не дольше пяти ми­нут.но запомнилось на все последую­щие жизни. Вот открылась дверь, и наружу выбрался наш нежданный со­юзник, весь мокрый, в клубах дыма и пара.
  
   - Платок у кого-нибудь есть?! - спро­сил он, в полном изнеможении приса­живаясь на ступени крыльца, я протя­нул ему свой. - Сейчас разгорится, - сообщил му­жичок, кивнув в сторону двери - Ты, лейтенант, выводи машину и сгоняй на километр-полтора по дороге. Потом развернись, да так, чтобы след почётче оставить, и возвращайся.
  
   Тим понял до донышка; в делах такого рода он крупный спец. Да и мы за время своих махинаций кое в чём подковались. Пока Тимоха выстраивал линию будущей защиты, мужичок инструктировал нас с Андроном.
   Потом мы тушили пожар. Потом от­вечали на вопросы полиции, причем наш казначей всем желающим демон­стрировал свою расписку в получении общинных денег на строительство вил­лы и вклад в фирму приятеля.
  
   Но самое сложное заключалось в другом; что делать с ОСА? Как лик­видировать общее имущество и пре­дупредить появление на осколках струк­туры самостоятельных отпочкований?
  
   Впрочем в конце концов все обо­шлось: ОСА самоликвидировалось, строение Подковы продали с молотка, деньги роздали, а наши личные вклады Андрон передал на строительство рай­онной церкви.
  
   И вот сидим мы, как прежде, в скве­рике напротив бара, в карманах - дыр­ка свисть, и погода паршивая. И года жизни - как ни бывало.
  
   Да, кстати, как сказал нам по секре­ту странный мужичонка, то, что мы назвали "Арьяшпой", на самом деле называется "Кругом Ревеня". А поче­му именно ревеня, так и не объяснил.
  
  
  
  
  
  
  

 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com К.Федоров "Имперское наследство. Сержант Десанта."(Боевая фантастика) М.Зайцева "Трое"(Постапокалипсис) А.Завадская "Архи-Vr"(Киберпанк) А.Ригерман "Когда звезды коснутся Земли"(Научная фантастика) К.Федоров "Имперское наследство. Забытый осколок"(Боевая фантастика) М.Юрий "Небесный Трон 2"(Уся (Wuxia)) М.Атаманов "Искажающие реальность"(Боевая фантастика) Е.Белильщикова "Иной. Время древнего Пророчества."(Боевое фэнтези) К.Юраш "Процент человечности"(Антиутопия) С.Волкова "Игрушка Верховного Мага 2"(Любовное фэнтези)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Время.Ветер.Вода" А.Кейн, И.Саган "Дотянуться до престола" Э.Бланк "Атрионка.Сердце хамелеона" Д.Гельфер "Серые будни богов.Синтетические миры"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"