Колышкин Владимир Евгеньевич: другие произведения.

Встреча славянки

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:

Конкурсы: Киберпанк Попаданцы. 10000р участнику!

Конкурсы романов на Author.Today
Женские Истории на ПродаМан
Рeклaмa
  • Аннотация:


  

0x01 graphic

  
  
  
   1
  
   Яркая вспышка контрастно осветила зимний лес. В небе повис инверсионный след и облако в виде кляксы. Подумалось, опять болид взорвался в атмосфере. Вопреки ужасному ожиданию, ударная волна была слабой: раскатисто грохнуло, сдуло снег с ветвей деревьев - и на этом все кончилось. Я поднял срубленную елку и пошел к протоптанной дорожке, по колено увязая в снегу.
   И тут всего в ста метрах от меня что-то обрушилось с неба. Но пред тем, как грянуться оземь, с громким хлопком и шипением сработали тормозные патроны. Взметнулись и опали подсвеченные огнем фонтаны снега и почти засыпали некий продолговатый предмет.
  
   Вспомнив, что когда-то точно так же у нас в тайге приземлились космонавты Леонов и Беляев, я бросился на помощь. Горячая обшивка спускаемого аппарата уже успела растопить снег. Я обошел капсулу, она совсем не походила на наши спускаемые аппараты.
   Я постучал обухом топорика по металлической обшивке. Ответом мне была зловещая тишина. Неужели они все погибли, подумал я, лихорадочно соображая, как вскрыть завинченный люк. И вдруг крышка люка сама отскочила, открыв круглый лаз в полметра диаметром.
  
   Заглядываю внутрь, там перемигиваются огоньки, в свете которых можно было разглядеть нечто, напоминающее саркофаг. Пока я стоял и думал, как его открыть, произошло то же, что и с люком. Саркофаг сам раскрылся. И там, под слоем мягкой прозрачной массы лежала девушка. Спящая красавица из сказки. Только одета по-современному. На ней был комбинезон как будто из блестящей кожи. Рот и нос прикрывала дыхательная маска. На голове кожаная же шапочка, застегнутая под подбородком.
   Все это походило на аварийный модуль космического корабля. А где сам корабль? Я вспомнил облако в виде кляксы - это все, что осталось от корабля? Между тем девушка очнулась и уже сидела, откинув прозрачное одеяло, которое видимо, служило своеобразным амортизатором.
  
   Поспешно вхожу в роль местного жителя, встречающего героев космоса. Поднимаю руку, улыбаясь, говорю:
   - Здравствуйте! Рад приветствовать вас!..
   - Здравъ буди, паробцъ - отвечала девушка хрустальным голосом.
   Боже мой! ну, конечно, совместный полет. Девушка говорит на очень знакомом языке, может быть, сербском... а может, на болгарском?..
  
   Я помог девушке-космонавту выбраться через люк наружу. Дул ветерок, пуржило, снег вихрился, и было холодновато, градусов десять с минусом. Мне казалось, что в своем кожаном комбинезоне она замерзнет, и я предложил было ей свою куртку, но она жестом показала, что в теплой одежде не нуждается. И это была правда. Когда она обхватила рукой мою шею, а я мягко взял ее за талию, ощущая под пальцами гибкие ребра, то явственно почувствовал - костюмчик не простой, с подогревом.
  
   В обнимочку, увязая в снегу, мы с трудом вышли на тропку неподалеку от оврага. Тут ей полегчало, и она меня оттолкнула так, что я упал мордой в снег. Но и она упала рядом со мной и показала, что надо руками обхватить голову.
   - Это зачем? - прохрипел я, выплевывая снег.
   - Не бологомъ... Сей часъ быти смагу!
   - Простите, я по-сербски не очень, чтобы очень... не разумею, - сказал я, подлаживаясь под ее тарабарское наречие.
   Тогда она сказала, кажется, по-английски: "Файр!" - и резко разбросала руки в стороны.
   Я понял ее, но уточнил на всякий случай:
   - Большой бабах!?
   - Зело большый тарарахъ!
   И тут ее спасательная шлюпка взорвалась. Стремительно пронеслась над нами горячая, тугая, все сокрушающая волна и с грохотом умчалась вдаль. Низом она все-таки зацепила нас, грубо швырнула на дно оврага. Мы катились вниз по склону в вихре снега, дыма, горящих веток и еще бог знает чего.
  
   Когда малый апокалипсис выдохся, я выбрался из-под снега. Было тихо, лишь изредка потрескивали горящие ветки, во множестве разбросанные по дну оврага. В их тусклом, неровном свете я увидел свою валькирию. Я перевернул ее на спину. Она смотрела на меня чуждым каким-то взглядом. Но постепенно взгляд ее теплел, а я не мог на нее насмотреться - так она была красива. Шапочка ее слетела с головы. Волосы черные, как вороново крыло, обрамляли великолепный овал лица. У нее были большие выразительные глаза, прямой нос и красиво очерченные губы. Это была девушка моей мечты, и она мне свалилась на голову. Прямо дар небес. Подарочек к новому году.
  
   - Как тебя звать? - спросил я.
   - Янта.
   - Откуда ты?
   - Из града Китежа.
  
  
   2
  
   Мы выбрались из оврага и вышли на дорогу.
   - Камо грядеши? - сказала она, оглядываясь. - Кругомъ дебрь...
   - Положись на меня, - ответил я авторитетным тоном. Но она почему-то смотрела на меня недоверчиво, словно подозревала меня в недобрых замыслах. Однако, поняв, что без сильного мужчины она попросту пропадет, подчинилась.
   Мой джип стоял там же, где я его оставил, только уже порядком засыпанный снегом. Я положил елку в багажник (все-таки не бросил зеленую, зря что ли рубил) и пригласил даму в салон.
   Мы сели и поехали. Я включил плеер с диском "Золотая классика. Зазвучал вальс из балета "Щелкунчик".
   - Вельми любо мусикия, - сказала Янта.
   - Нравится?
   - Ато, - кивнула она, улыбнулась, но вдруг нахмурилась, а потом и зарыдала.
   Я остановил машину и спросил, что случилось? Хоть и с трудом, но выяснилось, что она скорбит о погибших товарищах. Я понял, что из всего экипажа - их было трое - успела спастись только она. Ее спутники погибли сразу, когда их корабль атаковали Шиши.
   - Что за Шиши? - спросил я.
   - Воры, бродяги, - ответила звездная девушка, но каким-то не своим голосом. Я слышал, как бы двойной голос - Янты и еще чей-то, тоже женский, с наложением и запаздыванием. Как при озвучивании иностранного фильма. Она увидела мое недоумение и показала нечто напоминающее сотовый телефон. Как я понял, это был коммуникатор с функцией переводчика. В общем, крутой девайс.
   - Вот, давно бы так, - сказал я, а то разговариваем на пальцах. - Из какой ты страны?
   - Из Руси.
   - А почему по-русски не говоришь?
   - Я говорю по-русски.
   - Это у вас там в Китеже так говорят? Кстати, где этот город, в Сибири?
   - На планете Земля.
   - Ну, это понятно, где именно? Постой-ка, что-то я слыхал, про Китеж-град. Есть легенда: Русский город, стоял на берегу озера Крутояр, что ли...
   - Светлояр, - подсказала Янта и продолжила сама: - Орды Батыя были уже на подступах к городу. Стали жители молить Бога спасти их от неминуемой смерти. И случилось чудо великое. Бог внял молитвам горожан, славящихся своей праведной жизнью...
   - ...и укрыл их от злого ворога весьма своеобразным способом, - подхватил я, - утопил всех скопом, опустив город вместе с домами, церквями и со всеми его жителями на дно озера. "И с тех пор никто уж не видел тот чудный град Китеж и что сталось с его жителями, никто не ведает". Помню, читал легенду.
   - Не так, - сказала Янта и приоткрыла многовековую тайну.
  
   Из ее рассказа я понял, что представители некой сверхцивилизации с помощью своих поистине удивительных технических (а, может, и магических!) средств погрузили град Китеж вместе с его постройками и людьми на транспортный корабль и переправили на другую планету. Это было грандиозное мероприятие. Поистине космического масштаба!
   А китежане это поняли так, что случилось писанное в Библии: "И будет новое небо и новая земля"... Планету так и стали называть Новая Земля.
  
   - Лихо, - сказал я, потрясенный рассказом. - А с какой целью это было сделано?
   - Цель очевидна. Спасти русский этнос от истребления и губительной ассимиляции. Создав искусственный изолят. Согласитесь, весьма интересный эксперимент, во всех аспектах: политических, экономических, культурных, этно-генетических... да мало ли еще каких. Более того, у наших космических патронов существует целая программа по селекции космических рас...
  
   "Интересно, подумал я, это Янта говорит в научном стиле или переводчица адаптирует и облагораживает высказывание, возможно, косноязычное?"
   - Ясно, - кивнул головой я. - Создают этакий семенной фонд элитных сортов.
   - Совершенно верно! Именно фонд. Резерв... На случай глобальной катастрофы земной цивилизации. Или на случай непоправимой ассимиляции...
   - Ну, разве что на случай ядерной войны, тогда я это могу принять... Стало быть, вы потомки тех китежан, что спаслись от Батыя?
   - Да, мы их сходотаи... потомки, - с опозданием перевел второй голос, уже совсем похожий на янтин.
  
   - В общих чертах понятно, - сказал я, расслабленно откидываясь на спинку сиденья, потому что мы наконец-то покинули раздолбанную грунтовку и выехали на асфальтированное шоссе. - и говорите вы, я так понимаю, на древнерусском?
   - Ну, почти. Наш язык, как и ваш, конечно, тоже развивался, в том числе и под влиянием патронов. Многие технические термины нами заимствованы из их языка.
   - А к нам вы летаете на своих кораблях или на технике патронов?
   - Они нам поставляют только межзвездные двигатели, а все остальное делаем мы сами.
   - Да, вам хорошо, а у нас космических патронов нет. Вот мы и топчемся в Системе уже полвека. Подсказали бы нам схему движка...
   - Мы пытались это сделать несколько раз, через ваших ученых. Но одного посадили в сумасшедший дом, другого убили Шиши, третий устал, как это у вас говорят, - пробивать.
   - А почему вам не заявить о себе открыто?
   - Этот вопрос обсуждается в Звездном парламенте, но к единому мнению пока не пришли. Некоторые звездные расы против принятия староземлян в Звездное сообщество.
   - Ну да, рылом не вышли-с... А вы, стало быть, за нами присматриваете?
   - Наше присутствие останавливает шишей. Иначе они давно бы разграбили вашу планету.
   - А кто они вообще такие?
   - Звездная раса, враждебная нашим покровителям, которые благосклонно относятся к расе хомо. В отличие от шишей, которые ведут происхождение от ящериц. Они не любят человечество и готовы истребить его. Но наши патрульные корабли, которые вы называете НЛО, противостоят им. Я пилот-стажер, это мое первое задание... и вот так оно закончилось. Впрочем, это обычный пограничный конфликт.
   Я хотел что-то спросить, но пришлось резко затормозить, потому что поперек дороги стоял бронетранспортер, а возле него - люди в военной форме с автоматами в руках.
   - Надеюсь, это не шиши, - сказал я.
  
  
   3
  
   Я не стал выходить из машины. Один из военных сам двинулся в нашу сторону. На нем был теплый бушлат с сержантскими погонами, надетый поверх черного комбинезона танкиста. На голове небрежно сидел шлем - тоже танкистский (брусочками), с расстегнутыми ушами. Человек в комбинезоне был подпоясан солдатским ремнем, на котором висела громадная кобура из коричневой кожи. Кобура сдвинута почти на живот, чтобы удобно было воспользоваться ее содержимым. Самой примечательной деталью в этом человеке был его указательный палец правой руки. Палец этот, по-видимому, был сломан, переложен дощечками и крепко забинтован. Белый бинт четко выделялся на фоне одежды. Это было гротескное зрелище, с оттенком черного юмора. Военный бережно нес огромный свой указующий перст.
   Интересно, подумал я, куда это он совал свой палец?
   Я приспустил стекло. Сержант вперся головой в салон и внимательно оглядел пассажиров. Мы с Янтой сидели тихо, как мыши в амбаре в присутствии хозяина. "Откуда едем?" - спросил проверяющий. Я хотел было ответить: "Из леса вестимо", но вдруг подумал, что они, может, как раз и ловят тех, кто незаконно рубит елки. А я аккурат подпадаю под этот пункт. Если он откроет багажник...
   "Глухой что ли? Я спрашиваю, откуда едете?" - Проверяющий полоснул взглядом по салону. "Дык, это, - прикинулся я лохом, - из Кузьминок мы едем..."
   - Мы? Кто это "мы"?
   Я повернул голову, чтобы представить Янту, как свою девушку, но на пассажирском месте никого не было. Я оглянулся назад, Янты и там не было. Что за фокусы, куда она подевалась? Я ведь точно слышал, что дверца не открывалась, значит, она никуда не могла выйти. Я недоумевал, но внешне вел себя бесстрастно.
   - Ну, "мы", в смысле - я и мой джип.
   - Шутник, ага? - и он еще внимательнее осмотрел пустой салон.
   - Кого ловите-то?
   - Кого надо, того и ловим.
   У военного рожа была злой, рот крепко сомкнут, на широких скулах играли желваки. Казалось, что искал он именно того человека, который сломал ему палец. Весь вид его как бы говорил: "Ну, падла, попадись ты мне только!.." Однако искомая личность точно сквозь землю провалилась. Сержант это понял и, держа на отлете свой дурацкий забинтованный палец, отступил от машины и велел проезжать.
  
   Бронетранспортер взревел мотором, сдал чуть назад, я машинально газанул, объезжая его, а потом подумал, что ж я делаю, а как же Янта?
   - Не волнуйся, я здесь, - сказала девушка.
   Я чуть притормозил и оглядел по-прежнему пустой салон. - Ты где?
   - Рядом с тобой, - ответил бесплотный голос, и вдруг прямо из воздуха возникла рука и коснулась мой ладони. Потом рука поднялась и сделала движение, будто снимает головной убор. И сразу появилась Янта вся целиком, держа в руке свою шапочку.
  
   - Что за чудеса? Шапка-невидимка!
   - Это не кудеса, - сказала китежанка, поправляя великолепные волосы, - обычное искривляющее поле.
   - Ах, искривляющее, ну, тогда понятно. А что ты испугалась? Наверняка они ловят сбежавшего солдатика, тут воинская часть поблизости...
   - Я не испугалась, просто соблюдаю инструкцию. Мы не должны попадать в руки военных.
   - Строгие у вас правила. А в руки штатских, не запрещено попадать? - это была небольшая провокация с моей стороны.
   Янта пристально посмотрела мне в глаза так, что я чуть не съехал в кювет.
   - Смотри на дорогу, а не на меня, - сделали мне замечание.
   - Это трудно, когда рядом сидит девушка с небес. Да еще такой сногсшибательной красоты.
   - Сногсшибательной? - повторила она. - Это у вас считается комплиментом или насмешкой?
   - Комплимент высшей пробы.
   - Я смущена, - Янта потупила взор.
   - Мне нравятся скромные девушки.
   - Значит, я тебе нравлюсь?
   - Еще бы! За такую, как ты, я бы жизнь отдал... Или написал бы сто четыре страницы про любовь.
   - Вы писатель? (перешла на "вы", значит, уважает!)
   - К сожалению, нет. Но зато я художник, пишу картины, продаю - и так зарабатываю себе на жизнь.
   - Тоже уважительная профессия. А что вы рисуете?
   - Все, что угодно - пейзажи, людей. Могу твой портрет нарисовать... Кстати, раз мы уже были на ты, давай придерживаться этой линии.
   - Да, я хочу, чтобы ты нарисовал мой портрет.
   - В таком случае, приглашаю тебя в гости к себе домой... Не пугайся, я живу не один, с мамой. Правде, она старенькая и уже пять лет не встает с постели, но все равно может выступить свидетелем твоей чести.
   - А почему ты не лечишь маму?
   - Медицина здесь бессильна - старость...
   - У себя на родине я проходила знахарские курсы. Попытаюсь помочь твоей матери.
   - Знахарские? ну, попытайся, хуже , я думаю, не будет...
  
   Наш роман с Янтой бурно развивался. Меж тем мы уже подъезжали к городу.
  
  
  
   4
  
   Я пригласил Янту встретить со мной Новый год. Звездная девушка согласилась. Ей показался романтичным этот зимний обычай староземлян. У себя на родине они празднуют наступление нового года весной. Это веселый разудалый праздник, с блинами, песнями, плясками, кулачными боями, сжиганием чучела зимы, короче - масленица. Об этом и еще о многом другом из жизни Новороссии поведала мне гостья из космоса, когда мы вместе с ней наряжали елку и готовили праздничный ужин.
   Янта была одета в новое черное, струящееся блестками платье, которое мы купили с ней в модном бутике женской одежды по дороге домой. Мой счет в банке изрядно просел после оплаты карточкой. Но мне не жаль было денег по многим очевидным причинам. Я принимал не только красивую девушку, но и посланницу дружественной страны, которая находится на далекой планете, где-то в созвездии Стрельца.
   Я, разумеется, знал, что Янту разыскивает спасательный отряд ее соотечественников, но оставаться на месте катастрофы было опасно. Так как инцидент был слишком заметным небесным явлением и, несомненно, привлек внимание наших военных. А попадать в руки военных, как уже сказала Янта, было категорически нежелательно. Поэтому мы сделали то, что на языке новороссов называется "гоньзнути" - спасаться бегством.
   Янта заверила меня, что ее найдут быстро, когда она включит маяк. А включит она его, когда сочтет нужным. Конечно, за это ей дадут хороший нагоняй с занесением в личную карточку пилота, но ради необычного приключения она готова пойти на такие жертвы.
   И вот мы сидим с ней напротив друг друга за праздничным столом при свечах, пьем шампанское. Телевизор с выключенным звуком показывает какое-то новогоднее шоу. Мама давно спит в своей комнате после знахарских оздоровительных процедур, которые с ней проделала Янта.
   У звездной девушки глаза черные, магические. Эта магия меня сводит с ума. Я включил проигрыватель, совсем негромко. Как-то само получилось, что зазвучала песня Демиса Руссоса "Гуд бай, май лаф...", как нельзя более подходящая в эту минуту. И, с гулко бьющимся сердцем, пригласил Янту на танец.
   Под такую умиротворяющую душу музыку хорошо плакаться в жилетку или объясняться в любви. Янта не отстранялась от меня, наоборот, ее гибкий стан был податлив. Сквозь тонкую ткань платья я чувствовал ладонью тепло ее тела. Взволнованная моя грудь встречала ответный упругий и нежный нажим. С каждым тактом музыки, плавно кружась в тесном объеме комнаты, мы становились все ближе друг другу. Нежные духи Янты кружили мне голову, и я снова почувствовал, что совершенно захмелел. Но это было приятное опьянение. Наши головы приблизились, наши ауры слились в одно восторженное сияние. Чувства, охватившее нас, можно было назвать одним словом: нежность.
   И тогда я не выдержал и коснулся щекой щеки Янты. И опять она не отстранилась. Прикосновение наше стало осмысленным. Я гладил, ласкал Янту щекой, и она отвечала тем же. Ее черные блестящие волосы пахли ароматными травами какого-то неведомого шампуня. И тогда я сделал решающий шаг - прикоснулся губами и поцеловал нежную мочку уха, что расплывчато белела у меня перед глазами. Назад пути уже не было, и я прошептал: "Я люблю тебя, Янта!"
   Я не требовал от нее немедленного ответа, это было бы глупо, по меньшей мере. Слишком многое нас разделяло. Не только холодная бездна космоса, но законы и предрассудки человеческие. Препятствия в любви только усиливают ее, но утешения это не приносило. Боль сжимала грудь. Но хоть поцеловать-то ее по-человечески я могу?! И когда танец кончился, наши губы слились в долгом поцелуе.
   Мы стояли у окна, в комнате, освещенной только несколькими свечами, я видел ее закрытые глаза, длинные ресницы и тени под ресницами. За окном вихрилась метель, как бесцветное конфетти. В открытую форточку задувало ветром, и искристые звездочки, кружась, сыпались на подоконник. Но ничего этого мы уже не замечали: ни холода, ни сумрака. В объятиях любви нам было тепло и приятно. Мы целовались. Прислонившись к моему письменному столу, целовались мы. Бесконечно долго. С какой-то первобытной жадностью я не мог оторваться от ее нежных атласных губ.
   И в это время в дверь позвонили. Резко и грубо реальность ворвалась в нашу идиллию.
  
  
   5
  
   - Я не включала маяк, - сказала Янта в ответ на мой встревоженно-вопросительный взгляд.
   - Как же они тебя нашли?
   - Значит, обратились за помощью к Шефам. А у тех возможности безграничны.
   В дверь настойчиво звонили. Я обреченно пошел открывать. На пороге стояла шумная компания изрядно поддатых мужчин и женщин с бутылками и прочей снедью в руках.
   - Мельниковы здесь живут? - спросили они меня нестройными голосами.
   Поскольку я был в ступоре, они уточнили: "Они недавно переехали в этот дом".
   - А! - вспомнил я, - это те, наверное, что каждое утро сверлят стены и стучат молотками. Они этажом ниже поселились.
   Компания повалила вниз по лестнице, громко распевая песни, и мы опять с Янтой остались наедине, но прежнего энтузиазма уже не было. Звездная девушка протрезвела и, казалось, уже жалеет, что не включила маячок. Возможно, она опасалась, что я потребую от нее нечто большее, чем поцелуи.
   Чтобы разом отвлечь ее от этих мыслей, я предложил ложиться спать.
   - Ты переночуешь в моей комнате, а сам лягу тут, в гостиной, на диване.
   Я постелил ей на своей полуторке и показал, как можно закрыть дверь, нужно нажать в центре круглой ручки до щелчка. Янта с хрустом раскрыла целлофановый пакет и достала новенькую ночную рубашку, которую мы с ней купили вместе с платьем. Я пожелал гостье спокойной ночи и вышел.
  
   Перед тем, как лечь, проверил, как у матери дела. Она спала, я оставил ее дверь открытой, чтобы услышать, когда она меня позовет. Этому обычаю было уже пять лет. С тех пор, как ее ограбил в лифте наркоман. Шок, стресс, стала бояться выходить на улицу, потом - из комнаты, потом - вставать с постели...
  

* * *

  
   Среди ночи в дверь нашей квартиры позвонили. Моя старая мать прокашлялась, спросила: намерен ли кто-нибудь открывать дверь или ей самой идти? (Она шутит! Значит, у неё хорошее настроение).
   Я включил свет. Антикварные часы - подарок маме от сотрудников больницы, когда ее проводили на пенсию - показывали 5 часов утра. Самый сон!
  
   Как был, в одних трусах, я прошлепал босыми ногами в коридор и, включив по пути настенное бра. От двери веяло холодом. Отодвинул круглую металлическую ширмочку, прильнул к глазку, как снайпер в оптический прицел.
   В растянутом пространстве лестничной площадки, искривленном дверной оптикой, на обманчиво далеком расстоянии виднелся человек, довольно молодой, одетый в роскошную дубленку. Человек поднял руку - казалось, труба вытянулась в мою сторону - и опять раздался звонок. Я вздрогнул, но тут же спросил нарочито грозным голосом:
   - Кого надо?!
   "Я друг Янты, - сказали за дверью хорошо наполненным голосом приличного человека. - Пожалуйста, отоприте".
   - Друг Янты? - машинально повторил я удивленно.
  
  
   Тут меня резко отодвинули. Янта, теплая со сна, в ночной рубашке, вдруг оказалась у двери. Как кошка, царапаясь красивыми ноготками, она не могла открыть незнакомый замок. Глянула на меня умоляющим, но совершенно чуждым взглядом. С каким-то двойственным чувством я степенно открыл дверь.
  
   Одним движением он вошел к нам в коридор, Янта с разгона бросилась ему на шею. Прямо как в кино, сморщился я. Он сжал ее в своих объятиях, и вся ее божественная фигура выделилась под тонкой тканью ночнушки.
  
   Они стояли, смотрели друг на друга: высокие, красивые, белозубые. Почему-то рядом с ними я почувствовал себя каким-то маленьким, хотя был роста отнюдь не малого. Для солидности я сунул ноги в шлепанцы на толстой каучуковой подошве.
   Тут новороссы, наконец, обратили на меня внимание. Пришелец разжал братские объятия (братские ли?), и Янта представила нас друг другу.
  
   Его звали Игорем. И моя гостья хорошо его знала. Он протянул руку и сжал мою ладонь довольно сильно.
   - Виктор Гордеев, - ответил я и сделал приглашающий жест в сторону своих апартаментов. - Ну, проходите, что ли...
   - Да, собственно, нам засиживаться некогда, - сказал ужасные слова пришелец с маленькими шпионскими усиками над красивыми губами. - Внизу ждет машина...
   Чем-то он мне напоминал киношного белогвардейского офицера. Та же стать, те же точные движения. Но у него и вправду была военная выправка, это сразу бросалось в глаза.
   - Вы позволите проводить Янту? - спросил я у Игоря.
   - Ну, если желаете, - не очень охотно ответил ночной гость.
  
  
   Мы вышли на улицу. Стоял обморочный предутренний час, когда жители спят без задних ног, даже те, кто куролесил всю ночь.
   Откуда-то из темноты вынырнул человек с длинным лицом и присоединился к нам. Он вел себя как охранник, профессионально озираясь по сторонам.
   - Привет, Харлам! - вскричала Янта, из вежливости ко мне она опять включила свой переводчик.
   - Т-с-с! - приложил он палец к добродушным губам. - Я рад, что ты цела и невредима...
   Этот Харлам хорошо говорил на русском без переводчика, как, впрочем, и Игорь.
  
   Мы прошли мимо мрачных коробок человеческого жилья и свернули за угол на проезжую дорогу. Гудели фонари как-то особенно скорбно. На пустующей улице, возле дерева притаилась черная глыба машины невразумительной марки, но с красивыми обтекаемыми очертаниями. Бесшумно открылась задняя дверца лимузина, оттуда вышел какой-то человек невысокого роста, плотного сложения - и направился нам навстречу. Как я понял, Игорь приехал не один, а с помощниками. Но когда человек подошел к нам, мое мнение о его статусе изменилось. Не помощник это был, как Харлам, а начальник с властными манерами.
  
   Он был бородат и солиден, словно купец первой гильдии, на меня глянул как на приказчика, хорошо выполнившего свою работу, но не более того.
   Янта устремилась к нему.
   - Здравствуй, дева красная, - сказал он густым баском без восклицательных интонаций, уместных бы при таком случае. Но обнял соотечественницу сердечно, по-отечески. И так же, по-отечески пожурил: - Што, хлебнула лиха?.. Ну да все позади.
   Мы с Игорем и Харламом простились по-мужски скупо. Последний сел за руль, а Игорь нырнул в салон.
  
   Я не зря назвал бородатого купцом, потому что повел он себя именно как купец. Отпустив Янту, достал из кармана богатой шубы портмоне миллионщика, раскрыл этот "лопатник" передо мной и с купеческим размахом спросил меня:
   - Ну, молодец, глаголь, какую награду просишь?.. Любую цену требуй, заслужил. Есть рубли, ваши рубли... есть доллары американские. Или, может быть, ты золота желаешь? Изволь, заплачу золотом. Игорь! Подай шкатулку.
   Человек с усиками вылез из машины и поставил на капот перед бородатым красивую деревянную шкатулку с инкрустацией. "Купец" открыл крышку и вынул оттуда несколько увесистых брусков желтого цвета. Бруски благородно отблескивали под фонарным освещением.
  
   - Это все твое. Здесь пять килограммов золота 99-й пробы, - пояснил "купец" и погладил бруски ладонью, затянутой в тонкую лайковую перчатку. - Без клейма и каких-либо знаков. Если мало - дадим еще. Проси.
   Я кое-как проглотил колючий сухой комок, застрявший в горле.
   - Не надо мне никакой награды, - сурово ответствовал я. - Разрешите только попрощаться с Янтой.
   - Правильно, - согласился "купец", - это золото тебя погубит. При ваших-то порядках... Но хоть деньги возьми.
   - Я отрицательно помотал головой. Взять деньги для меня значило, убить мои чувства к Янте. А я хотел, чтобы они остались со мной до смерти.
   Бородач отвернулся от меня с несколько обиженным видом. Отказавшись от награды, я поставил его в положение должника. А видно, что к такому положению он не привык. Он вернулся к машине и заговорил о чем-то с Игорем.
  
   Янта подошла ко мне.
   - Ну вот, - сказала она, беспомощно разводя руками, - это случилось... Они нашли меня с помощью техники Шефов. А я хотела еще с тобой днем погулять по городу... Но, видно, не в этот раз. Я думаю, мы с тобой еще встретимся, если меня не отстранят от полетов. Я пришлю тебе письмо. Может быть, даже с Игорем.
   - А он кто?
   - Ну, что-то вроде вашего Штирлица.
   - Ух, вы знаете наши типажи!
   - Мы же наблюдаем за вами... и, если надо будет, поддержим...
   - А бородач?
   - Он мой южик, родственник... дядя по отцу. Он экзарх, и занимает высокий пост в совете экзархов.
   - У тебя хорошие покровители, думаю, они тебя в обиду не дадут.
   - Надеюсь...
  
   Я взял Янту за руку. Мы молча смотрели в глаза друг друга.
   Она выключила переводчик и сказала мою давешнюю фразу почти без акцента:
   - Я люблю тебя! ты самый лепший и присный... - и неловко ткнулась губами мне в щеку. Но промахнулась: то ли я дернулся, то ли она хотела меня поцеловать вовсе не в щеку, но постеснялась. Наши уста коснулись только уголками - и все, она уже уходила от меня, открыла дверцу машины. Не так, ну не так же хотел я проститься! Но именно таким вот нелепым скомканным образом происходят все прощания. Недаром же прощание на их языке называется "комкание".
   - Не поминай лихом! - помахал я рукой.
  
   - Виктор!.. - крикнула она вдруг отчаянно, словно передумала уезжать.
   - Янта! - откликнулся я и увидел, что ко мне подходит Игорь с неким прибором в руке, сильно смахивающим на оружие.
   - Извини, Виктор, - сказал он смущенно, - но приказ есть приказ... Ты не должен ничего помнить. Не бойся, это не больно и неопасно для здоровья... Но ты ничего не будешь помнить о последних двенадцати часах.
   Он направил "пистолет" на меня.
   И тут его руку отбила Янта, неизвестно как оказавшаяся между мной и своим соотечественником.
   - Нетъ!!! - крикнула она гневно. - Не замай ево!..
   Игорь все-таки по инерции нажал на курок. Ослепительный голубой луч ударил куда-то вверх, отчего сразу потух фонарь, под которым мы стояли.
   - Янта, сядь в аироход, - приказал бородатый. - Харлам, уведи её!
   Харлам, сидевший за рулем, вышел, взял Янту за плечи и дружелюбно, но настойчиво потянул её к задней дверце. Янта воспротивилась.
   - Не быти тому! - стояла на своем моя звездная девушка. - Се подло! Подло!..
  
   Боже мой! Я увидел в глазах ее слезы. Даже несмотря на сумрак, я видел, как блестели мокрые дорожки на ее пылающих щеках.
   - Игорь, кончай этот балаган! - квакающим голосом приказал бородатый и ударил кулаком по крыше лимузина.
  
   Со стороны Разгуляя свернул в нашу сторону какой-то автомобиль. Два снопа света его фар качнулись, когда он перевалил через ухаб, и осветили нас резким белым светом. Харлам, уже не церемонясь, затолкал Янту в машину и скользнул на место водителя. "Купец" тоже вслед за ними исчез в машине, автоматический замок дверцы щелкнул, как будто закрыли сейф. Игорь спрятал оружие (или что это было?), но остался стоять возле меня, ожидая, когда автомобиль проедет.
   А я не стал дожидаться, поднял руку и тормознул эту машину. Ею оказалась "ментовозка". Патрульный газик остановился возле нас, и я пожалел о содеянном.
   - В чем дело? - открыв дверцу и высовывая голову, брутальным голосом спросил полицейский, сидевший на пассажирском месте, как раз с нашей стороны.
   - Простите, товарищ сержант, - сказал я срывающимся от волнения голосом, - вы не подскажите... Вот люди никак не могут найти улицу... Какую улицу? - спросил я у заблудшего Игоря.
   - Улица капитана Макарова, - с профессиональной выдержкой и точностью ответил Игорь.
   - Макарова... - пробурчал страж порядка и повернулся к своему напарнику, сидевшему за рулем. - Где у нас улица Макарова?
   В "ментовозе" шипела включенная рация, и далекий голос, прорываясь сквозь атмосферные помехи взывал:
  
   "Я "Памир" вызываю "Валдай-3" прием... ш-ш-ш... - "Памир", я "Валдай-3", слышу вас, на приеме... ш-ш-ш... - "Валдай-3", куда ты бутылку спрятал? - "Памир" я "Валдай-3", посмотри в шкафу за ...лкой...ш-ш-ш - Не понял, где-где?.. ш-ш-ш... - В ...изде. - Я "Алмаз", прекратите засорять эфир посторонними разговорами... "66-й", на Пионерской, 26, сработала сигнализация, прием... ш-ш-ш... "66-й" понял! еду... ш-ш-ш..."
  
   - Там, кажется... - посовещавшись с товарищем, ответил сержант, указывая вперед, в сторону центра. - Доедите до Компроса, повернете направо и - до набережной... где здание ВКИУ, там увидите...
   - Благодарю вас, - вежливо сказал Игорь, сел в машину, и она тронулась в указанном направлении. И только тогда я увидел, что машина поменяла очертания. Футуристический лимузин неизвестной марки превратился в роскошный "майбах".
   Мент проводил стеклянным взглядом удаляющуюся машину, потом повернулся ко мне.
   - С наступившим Новым годом вас, - поздравил я полицаев.
   - И тебя той же дубинкой по тому же месту, - ответили мне.
   Дверца захлопнулась, газик тронулся.
   Я вернулся домой.
  

* * *

  
   Остаток ночи, вернее, утра я провел, словно в трансе, в темноте, тупо сидя за письменным столом, не включая настольную лампу. В 8 часов я пошел на кухню, отыскал в шкафчике пачку сигарет, которая уже год там лежала, закурил. После трех глубоких затяжек душевное напряжение немного ослабло.
  
   В кухню вошла мама. Она была одета в халат.
   - Куришь? Ты же бросил, - проворчала она и стала наливать воду в кастрюльку.
   - Что ты хочешь делать? - спросил я обалдело.
   - То же, что и всегда по утрам, - готовить завтрак.
   - Как ты встала?!
   - А что тут такого, надоело лежать, вот и встала. Разве с вами уснешь, вы тут ходите, шумите.
   - Мам, ты помнишь Янту? Это девушка, которая тебя лечила...
   - Помню, чай из ума еще не выжила. Хорошая дева, тебе жениться надо, Витя.
   - Я тоже так думаю.
   - Надо не думать, а действовать. Но с умом.
   - Я так и сделаю.
   Я поцеловал мать в седой висок и пошел в ванную, принять душ перед завтраком.
  
   Под теплыми струями мое настроение улучшилось, меня наполнила уверенность, что хрупкая, почти призрачная связь между мной и Янтой не оборвется, не исчезнет. Не разрушится тот тонкий мосток между нашими мирами, и мы обязательно будем вместе.
  

Пермь,

декабрь 2013

  
  
  
  
   ------------------------------------
  
   (с) Владимир Евгеньевич КОЛЫШКИН
   "Встреча славянки", новелла. 2013
  
   -------------------------------------
  
  


Популярное на LitNet.com В.Соколов "Мажор: Путёвка в спецназ"(Боевик) О.Бард "Разрушитель Небес и Миров. Арена"(Уся (Wuxia)) А.Робский "Охотник: Новый мир"(Боевое фэнтези) К.Федоров "Имперское наследство. Вольный стрелок"(Боевая фантастика) В.Соколов "Мажор 2: Обезбашенный спецназ "(Боевик) М.Атаманов "Искажающие реальность"(Боевая фантастика) В.Старский "Интеллектум"(ЛитРПГ) М.Атаманов "Котёнок и его человек"(ЛитРПГ) Д.Сугралинов "Дисгардиум 2. Инициал Спящих"(ЛитРПГ) А.Кочеровский "Баланс Темного"(ЛитРПГ)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Время.Ветер.Вода" А.Кейн, И.Саган "Дотянуться до престола" Э.Бланк "Атрионка.Сердце хамелеона" Д.Гельфер "Серые будни богов.Синтетические миры"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"