Комарницкий Павел Сергеевич: другие произведения.

Необыкновенное приключение в каникулы

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:

Конкурсы: Киберпанк Попаданцы. 10000р участнику!

Конкурсы романов на Author.Today
Женские Истории на ПродаМан
Рeклaмa
Оценка: 7.21*5  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Вот уже почти 15 лет нет Игоря Всеволодовича Можейко, известного ширнармассам под именем Кир Булычёв. Один из моих учителей, как я считаю. Хотя он ушёл из жизни раньше, чем появился на свет мой "День ангела" ...
    В память о замечательном писателе, а также девочке из будущего Алисе Селезнёвой

  - Кукарекуууу!
  - Мммуууу!
  Петька досадливо поморщился, прикрыл ухо краем подушки. Вот интересно - это само у них так получается, или животины как-то договорились по утрам петь дуэтом? Ну понятно, петух, ему по штату спозаранку орать положено, но у коров, насколько помнится, обязанности несколько иные... им молоко давать надо и прочее...
  - Кукарекуууу!
  - Мммуууу!
  Вздохнув, Петька решительно отринул тёплую подушку и рывком сел. Помотал головой и только после этого открыл глаза.
  Небо в квадрате слухового окошка отчётливо серело, грозя вот-вот перейти в ясную багряную зорьку. Где-то в остатках прошлогоднего сена, устилавшего сеновал, еле слышно шуршала мышь. Внизу шумно вздыхала корова Зорька, шебуршились и квохтали куры, разбуженные кличем своего предводителя.
   - Вставайте, граф, вас ждут великие дела!
  Ну, насчёт величия грядущих дел, запланированных на сегодня, это Петька малость утрировал, само собой. Но всё-таки, как ни крути, клёв на утренней зорьке самый нажористый, по выражению Васьки Скляра, и раз договорились, то и неча дрыхнуть как принцесса. И вообще, такое утро проспать - самого себя обокрасть, как выражается дядя Лёша.
  - Ммууууууу!
  - Кукарекууу!
  - Да сейчас, сейчас, оглашенная! - тётя Надя уже гремела ведром-подойником, спеша на помощь Зорьке, очевидно, испытывающей неудобство от скопившегося в вымени молока.
  Вода в кадушке за ночь нисколько не остыла - дни стояли на редкость жаркие, и лишь под утро в воздухе появлялись слабые намёки на свежесть, впрочем, сразу после восхода солнца сменявшиеся новой порцией зноя. Петька слегка поплескал себе в лицо водой, имитируя процедуру умывания. Несколько секунд он размышлял, не почистить ли зубы (вредные городские привычки, они так просто не отстают), но по здравому рассуждению махнул на это дело рукой. В сельской местности надо жить по-деревенски, а не корчить из себя гнилую интеллигенцию. И вообще, время, время поджимает!
  Прихватив банку с заранее накопанными червяками, коробку с набором лесок и блёсен и спиннинг, Петька заглянул в хлев.
  - Тёть Надь, доброе утро!
  - Ау! Далёко седни собрался?
  - Ну мы с Васькой на карьер. Самый клёв, он обещал!
  - Доброе дело, - тугие молочные струйки так и звякали о металл подойника. - Купаться будете, аккуратней, смотри. Не ныряй там где ни попадя. Шею свернёшь, чего я Алёне-то скажу?
  - Сам не хочу, тёть Надь!
  Инструкция по технике безопасности, это свято. Вы знаете взрослых, которые пренебрегли бы напутствиями подрастающему поколению? Лично он, Петька, таковых уникумов ещё не встречал.
  - Ой, Петя, ты на рыбалку?
  Кузина Ленка, по прозвищу "Вездесуйка", девушка восьми лет от роду, в меру симпатичная и сверх всякой меры любопытная, стояла в дверях дома в неглиже и улыбалась весьма располагающей улыбкой. Петька скорбно вздохнул, возведя очи к небесам. Надо было огородами уходить, вот что...
  - Ленк, а Ленк... чего тебе-то не спится?
  - Такое утро проспать, себя обокрасть. И нас ждут великие дела! - если первая часть изречения была заимствована у отца, то вторая, естественно, почерпнута у кузена. - Петя, а можно мне с тобой?
  - Лен, у тебя что, своих дел мало? - как можно более проникновенно спросил Петька. - Вот Даша и Катька проснутся, хвать, а тебя нету. Как они без тебя?
  На личике кузины отразился сложный мыслительный процесс. Почувствовав колебания оппонента, Столбов поспешил развить успех.
  - Я скоро вернусь, ага. Вся мелкая рыбёшка твоя, обещаю. Будешь ей Мурёну с рук кормить - она знаешь как тебя залюбит!
  Отвязавшись наскоро от девчонки, Петька выскочил за калитку и носом к носу столкнулся с Васькой. Ваське, как и Петьке, шёл тринадцатый год. Они знали друг друга вот уже бездну времени, практически всю сознательную жизнь... ну, по крайней с того момента, как мама привезла Петьку ещё дошколёнком в гости к родной сестре. Фамилия у Васьки была Скляр, что же касается прозвища... помилуйте, зачем оно надобно при такой-то фамилии?
  - Привет! Ну ты всё взял?
  - Да всё, всё, - Петька для наглядности потряс полиэтиленовым мешком с рыбацкими принадлежностями. - А ты прикорм не забыл?
  - Взял! - Васька, в свою очередь, продемонстрировал припасы. - Айда скорее, гля, как светает-то быстро!
  До намеченного объекта от тёть Надиного дома, стоявшего на самом краю крохотного посёлка при железнодорожном разъезде было всего-то минут двадцать скорым шагом. Сказать откровенно, с рыбалкой и купанием в ближних окрестностях разъезда было бы вообще никак, если бы не старый заброшенный карьер, в котором когда-то, сразу после войны, добывали бутовый камень. Сапёры бурили скважины, забивали туда аммоналовые шашки и... бабах! Ещё и сейчас в лесу там и сям валяются разбросанные взрывами валуны. После того, как разработка камня (и соответственно водооткачка) была прекращена, карьер, естественно, затопило водой. Очень хорошей водой, до сих пор чистой и никаким болотом не пахнущей. В которой, естественно, завелась рыба. Вполне приличных размеров вьюны и подлещики, кстати - видимо, сказалось полное отсутствие в водоёме щук. Ну и малодоступность водоёма для орд жадных городских рыболовов тоже дело не последнее. Далековато, бензин нынче не дёшев, и потом - они же к комфорту привыкшие, те орды, а тут на машине к берегу не подъехать никак. От древней наезженной колеи к настоящему времени остались рожки да ножки - тропа да и только...
  Васька, бодро топавший впереди в качестве проводника, вдруг споткнулся и встал, как вкопанный.
  - Ты чего? - начал было Петька... и заткнулся. Потому как уже увидел сам.
  Радужно переливающийся под лучами восходящего солнца шарик беззвучно спускался с небес, быстро и уверенно - с земли да на фоне утреннего неба его было особенно отчётливо видать, по контрасту. Судя по траектории, объект нацеливался прямо на карьер. Ещё миг, и он скрылся за верхушками деревьев.
  - Столб... ты видел?!
  - Ша... шаровая молния... - Петька от волнения даже стал заикаться. - Здоровенная какая, слушай... гигантская...
  Ребята переглянулись и, не сговариваясь, припустили бегом.
  - Слушь... а она не того... не взорвётся? - не сбавляя хода, спросил Петька Столбов. - Я читал...
  - Не должна... - отозвался Скляр, переводя на бегу дыхание. - Если бы... так уже...
  Петька не возражал. Собственно, в отношении шаровых молний оба друга вполне могли считаться признанными экспертами, поскольку не так давно со скуки прочли по этой теме довольно толстую книжку-брошюру... вот, вылетело название из головы. А Васька ещё и статью в "Технике молодёжи". Гигантская шаровая молния - тут, как ни крути, открытием пахнет. Мирового масштаба известностью, ага. А может даже им нобелевскую премию присудят... Вот только интересно - одну на двоих поделят, или каждому по полной выпишут?
  Петька запнулся и встал столбом, наглядно иллюстрируя собственную фамилию - так резко, что Васька с разбегу ткнулся ему в спину.
  - Столб, ты чего?
  - Васька... а вдруг это не шаровая молния? А вдруг это...
  - НЛО... - докончил гениальную догадку Скляр, округлив глаза. - Слушай, так это же вообще тогда - огого! Скорее бежим, ну?!
  - Скорее... - Петька почувствовал непередаваемый озноб. - А вдруг там... они...
  - Братья по разуму агрессивными быть не могут! - отрезал Васька. - Ефремова же ты читал? Чего тогда? Да скорее бежим, два раза судьба таких шансов не даёт!
  Аргумент, что называется, был убойный.
  Они выскочили из-за деревьев и разом затормозили, озираясь. Увы, никакой шаровой молнии, тем более гигантской, на лесной прогалине не наблюдалось. Тем более не наблюдалось и никакого неопознанного летающего объекта. Зато на берегу карьера, аккурат на каменном выступе-козырьке, очень удобном для ныряния имела место хрупкая фигурка ростом примерно в метр с копейками, в полупрозрачном плаще-дождевике до пят - ну, знаете, такая накидка из полиэтиленовой плёнки, с капюшоном, зато без рукавов. Капюшон этот в настоящий момент был откинут, открывая золотистый кудрявый затылок. Совсем малыш, мелькнула у Петьки посторонняя мысль... вот булькнет в воду с обрыва да потонет, и куда только родители смотрят... а дождевик-то, дождевик нафига?! Погода яснее ясного, дождя неделю как нет и вперёд не обещают...
  - Эй, малый! - окликнул странное дитя Скляр. - Слышь?
  Дитя оглянулось, и у Петки ёкнуло где-то в районе желудка. На него с весьма миловидного - про такое говорят ещё "кукольное" - личика смотрели ярко-фиолетовые глаза.
  - Ты тут ничего не видел... ла? - уже не так напористо спросил Васька. Тоже почуял, значит...
  - Ничего не видел-ла, - эхом отозвалось дитя, мастерски передразнивая Васькин голос.
  - Дразнишься? - посуровел Скляр. - Думаешь, маленькая, так и ничего тебе не будет? А щелбана не хочешь?
  - Щелбана не хочешь, - Васькиным голосом заверило дитя.
  - Ну гляди!.. - рассвирепел Васька.
  Дитя вдруг сделало еле уловимый жест рукой, выпростав ладошку из-под накидки, и из той ладошки вырвался целый сноп ярких искр. Искры эти немедленно окружили друзей, образовав подобие хоровода. Вблизи они походили на яркие стеклянные бусинки, переливающиеся всеми цветами радуги. В полном обалдении от происходящего Петька медленно, как лунатик, протянул руку и тронул пальцем одну из бусин в огненном хороводе. Удар был силён. Как-то в первом классе Столбов сунул пальцы в патрон настольной лампы - очень похожее ощущение. Электрошок вернул Столбову дар речи.
  - Васька... это же... это...
  - Инопланетянка... - докончил за друга сумасшедшую мыслишку Скляр.
  Петька не возразил. А чего тут возразишь, в самом-то деле? Накидка, правда, была на просвет мутноватой. Но и того, что виднелось, было вполне достаточно для однозначного вывода. Ибо под плащом у малышки не было ничего. То есть абсолютно. Инопланетянка дошкольного возраста, являющаяся в чужой мир босой и голой... тут рехнуться не просто можно, но, пожалуй, маленько даже и нужно...
  А если это мальчик, мелькнула в голове у Петьки совсем уже полоумная мысль, то я ничего не смыслю в инопланетянах, и в жизни вообще, и зря читал все эти книжки...
  Пришелица между тем возилась с браслетом на собственном запястье. Миг - и в ладошке у неё пара крупных ажурных серёжек. Девочка нацепила их себе в уши, помотала головой, примериваясь - подвески тоненько звякнули. Роскошные какие у неё серьги, проползла в голове у Петьки очередная посторонняя мысль - примерно в таких ещё принято исполнять русские народные песни и хороводы. В кокошниках, ага...
  - Вии говоритье по-русску? - нараспев произнесла она. Подождала ответа. - Даа? Ньеет?
  - Да... это... говорим, ага... - Скляр таращился на происходящее абсолютно круглыми глазами.
  - Очьеннь хорошоо, спасьибоо, - девчонка улыбнулась улыбкой, каковую в устах светских красавиц принято называть "ослепительной" - Если вии нье будьете нападайт, я уберуу кусачьек. Вии нье будьете нападайт? Даа? Ньеет?
  - Неа... - Петька сглотнул наконец вязкую слюну. - Ну... в смысле... нападать точно не будем!
  Щелчок пальчиков, и хоровод огненных бусин устремился к хозяйке, втянулся в браслет и исчез.
  - Менья зовуут Ниу. А тебья? И тебья?
  ...........
  
  -... Контакт схемы семь-три, ничьего осообенного. Для первого крууга первой ступеньи вполнее достаточно.
  А она здорово обучается иностранному языку, подумал Петька, слегка кивая головой в такт разговору. Вот, уже и слова выговаривает правильно, и акцент исчезает на глазах. Ещё полчаса беседы, и девчонка, пожалуй, будет говорить по-русски лучше нас с Васькой...
  - Тебе, наверное, в Академию Наук надо... - неуверенно предположил Столбов.
  - М? - звёздная гостья захлопала длиннющими ресницами. - А это что такойе?
  - Нуу... там все наши самые крупные учёные собрались.
  - А зачем мнье учьёные? - в фиолетовых глазах прыгали смешливые искорки. - Да ещьё и самые крупные?
  - Но как же... - смешался Петька. - Контакт же... событие мирового значения...
  - Он может принести огромную пользу всему человечеству! - выдал Скляр.
  - Вовсе ньет, - глаза звёздной гостьи стали серьёзными, как у взрослой. - Нье собираюсь я приносить огромную пользу здешнему человьечеству. Я же сказала - схема контакта семь-три. Я просто прилетьела в гости. Вот к тебе, Петя. И к тебе, Вася. Вы нье рады?
  - Я лично рад! - как можно более искренне сказал Петька.
  - Я тоже! - это Скляр.
  - И я! - её улыбка светлее солнышка.
  И как-то так вдруг хорошо сделалось на душе у Петьки Столбова, что и словами не передать. Тепло, ага. И, судя по физиономии друга, на душе у Васьки Скляра творилось нечто аналогичное. А ну-ка нафиг их всех, учёных-академиков. Ниу - ИХ гостья, и точка. Ежели кто-то там, в небесах, таки решит осчастливить всё человечество - пусть использует другую схему контакта.
  - А ты долго сюда к нам летела? - это Скляр.
  - Ньет, совсьем чуть-чуть. Проньикатель... ну, это который перемьещает вне пространства... - она беспомощно взглянула на мальчишек, и Петька с Васькой энергично закивали, давая знать, что информация принята и усвоена. Ну в самом деле, чего непонятного - проникатель, он на то и проникатель, эка невидаль... - Да, вот проньикатель перьеместил мой леталёт прямо к вашьей планете.
  Она тихонько рассмеялась.
  - Правда, ньемножко ошибсья. Совсем ньемножко. Я как переместьилась, гляжу - какая-то мальенькая планьетка, совсем мьёртвая. Ньи воды, ньи атмосфьеры... А это оказался ваш прьиродный спутник. Луна, да.
  - А как называется твоя родная планета? - спросил Столбов, - Если не секрет, конечно...
  - Нет, не секрьет, - улыбнулась звёздная гостья. - Но я нье совсем поньяла... родная планета, это где я родьилась? Или гдье сейчас живу?
  - Ы... - Васька почесал затылок. - Обе!
  - Но если я вам скажу, ви же всьо равно не запомнитье?
  - А ты скажи, а мы попробуем, - решительно заявил Скляр.
  - Мьяданандрьяна. Это где наша семья сейчас живьёт. А вообще-то родилась я на Цируанумандиди.
  - Это где? - ляпнул Петька.
  - Это в галактике Амбатофинандрахана. Слышальи о такой?
  Она засмеялась первой, и Петька с Васькой последовали примеру. Всё-таки смех - могучая вещь, для установления обоюдного контакта между цивилизациями лучше нету.
  Короче, ситуация окончательно прояснилась. Нормальное школьное задание, на каникулы. Примерно как нам тут гербарий собрать. А схема контакта семь-три - одна из простейших. Вообще-то для дикарей, находящихся ниже Порога, разработаны и применяются более сложные схемы, вот только для ученицы первого круга первой ступени они непосильны. А тут милое дело... Сесть вблизи маленького селения, подождать, покуда кто-нибудь из наиболее любопытных аборигенов - а наиболее любопытными, как правило, являются аборигены наиболее юного возраста - явится на световую приманку, и дело в шляпе. Есть контакт, а при желании и дальнейшее внедрение. И она, Ниу, очень гордится, что уважаемый учитель разрешил ей пойти на такое дело. Вы думаете, каждой первокласснице там разрешают вступать в контакт с дикими и опасными аборигенами? Ошибаетесь! Только таким отличницам, как Ниу, и то далеко не всем!
  Что-что? А, понятно... Это называется "режим инкогнито". Нет, отчего же, молчать как рыба вовсе не обязательно. Тут чисто на наше усмотрение. Если так уж неймётся - валяйте, ребята, рассказывайте. Всем рассказывайте про встреченную в лесу голую малолетнюю инопланетянку, завёрнутую в целлофан. Здорово народ повеселится. Это в лучшем случае, а в худшем доктор внимательно выслушает и назначит эффективную схему лечения. Каждому, ага. Не хотите? То-то...
  - А чего это мы дикари-то? - пробурчал Скляр, уязвлённый за всё человечество. - Мы вон в космос летаем, и на Луне были... у нас спутники телевидение показывают!
  - О! Да! - оживилась Ниу. - Я видела! У вас тут кругом летает много-много спутников, и все такие красивые-прекрасивые! Железные-прежелезные! Я раньше такие видела в музее, на Фианаранцунапуа!
  Она взглянула на Петьку своими фиолетовыми глазищами.
  - Я правильно говорю?
  - Э... в смысле? - Столбов заморгал.
  - В смысле чисто ли я говорю. Ошибок нет в предложениях? Акцент исчез или ещё есть?
  - Да... в общем-то нету...
  - Совсем исчез, - безапелляционно подтвердил Скляр. - У иных наших тут и то побольше будет! Слушай, как это у тебя получается?
  - Это всё вот, - Ниу тронула рукой свою навороченную серёжку. - Серёжки-говорёшки, ага. Они имеют базовые языковые наборы, ну и учатся дополнительным словам прямо на ходу. Я просто слышу в голове, как надо сказать, и говорю вслух. А без них я бы знаешь как долго училась!
  - Офигеть! - это опять Скляр.
  Снова ослепительная светская улыбка.
  - А у кого из вас я буду жить?
  - Ы... - сказать откровенно, Столбов впервые видел друга настолько обалделым. - Ну... у меня можно вообще-то...
  - Понятно, - улыбка ещё более ослепительная. - Значит, я буду жить у Пети. Да, Петя?
  - Да! - как с обрыва в воду бухнул Петька. Вот так, и нечего тут мямлить. Малолетняя гостья из иного мира, преодолев в подпространстве... ну или где там... короче, преодолев огромную кучу парсеков просит её приютить, и отказать ей в этом?! Несмываемый позор на всё человечество!
  Звёздная гостья между тем разглядывала друзей.
  - У вас какие-то странные сейчас лица... Что-то не так? Говорите, что не так!
  - Кхм... Понимаешь, какое дело... - первым заговорил Васька. - У нас тут девочки в таком виде не ходят...
  - Понимаю, - улыбнулась Ниу, - Но это же просто укрывайка, она вовсе не для красоты... Это легко исправить!
  Она ткнула пальчиком в застёжку у горла, посредством коей "укрывайка" на ней, собственно, и держалась, и одним махом скинула с себя накидку, оставшись в костюме, выданном при рождении природой.
  - Вот. Так хорошо?
  Мальчишки переглянулись.
  - Кха-кха... - взял слово Петька. - Он не то имел в виду... он насчёт одежды...
  - Что? - она смотрела на них, распахнув глазищи во всю ширь. - Что ты сказал? Я что, уродина, по-вашему?!
  У неё задрожали губы.
  - Да не о том же речь, ну! - Петька аж взмок. - У нас тут девочки вообще голыми по улице не ходят, никакие, вот что он хотел сказать!
  Хлоп-хлоп фиолетовые глазищи.
  - А почему?
  - Да вот не ходят и всё! Ну не принято потому что! И вовсе не потому что уродина, девочка может быть очень даже красивой...
  - Зачем красивой прятать своё тело? Смысл?
  Какой там номер схемы контакта, с ожесточением подумал Столбов. Простейший, ага... А вот пойди-ка ты ей объясни, малявке, насчёт норм приличий, девичьей чести и всё такое прочее...
  - А если холодно? - ухватился за первый вроде бы самоочевидный аргумент Петька.
  - Ничуть не холодно, - возразила Ниу. - У вас тут прекрасно отрегулирована температура. То, что надо, спасибо.
  - Ну это потому что лето сейчас, июль месяц. А зимой?
  - А что зимой? Зимой разве температура не регулируется?
  - Кхм... Да у нас она и летом не регулируется, - признался Петька смущённо. - Это просто само так вышло, что нынче жара. Случайно.
  Хлоп-хлоп фиолетовые глазищи.
  - Как не регулируется? Совсем?!
  - Совсем, - сокрушённо вздохнул Петька. - Дикие мы очень. Уж извини.
  Долгая пауза. На лице звёздной гостьи отражались какие-то сложные мыслительные процессы.
  - Ну ладно, не регулируется, - вновь заговорила она. - Но ведь сейчас-то всё равно тепло. Пусть даже случайно. Зачем же одежда? Я не понимаю...
  Петька беспомощно взглянул на Скляра.
  - Если ты заявишься на разъезд в таком виде, его тётка просто вырубится, - пришёл на помощь другу Васька. - Бах, и в обморок!
  - Как это? - хлоп-хлоп фиолетовые глазищи.
  - Ну сознание потеряет на какое-то время... как ещё-то объяснить, чтобы ты поняла?!
  Пауза.
  - Временная потеря сознания происходит вследствие нарушения мозгового кровообращения. У твоей тёти наступит нарушение мозгового кровообращения от одного моего вида?
  - И наступит, - подтвердил Петька. - И очень даже легко.
  Хлоп-хлоп фиолетовые глазищи. И ещё раз хлоп-хлоп.
  - Короче, тебе нужна одежда, - решительно подвёл итог дискуссии Петька Столбов. - Сейчас сообразим, где её достать...
  - Да чего проще! - Васька потянул с себя футболку. - Вот. Вместо платья пока сойдёт, а там придумаем чего-нибудь.
  Ниу осторожно взяла тряпицу, с интересом оглядела со всех сторон.
  - А это как?
  - Да вот так надевается! - Петька продемонстрировал на собственной майке способ обращения с футболкой, сняв-надев пару раз.
  Помедлив, звёздная гостья принялась напяливать на себя подарок. С первого и второго захода освоить мудрёную науку не удалось, правда, - голова попадала в рукава и застревала. Если бы даже Петька и усомнился поначалу в правдивости её слов, то сейчас ни малейшим сомнениям места не оставалось. Эта девчонка действительно никогда не носила никакой одежды.
  Справившись наконец с трудной задачей, она оглядела себя.
  - Да вы что, смеётесь, что ли? Тут же всё закрыто, только руки и ноги торчат! Это просто ужас! Ты хочешь, чтобы я с голоду умерла?
  - А при чём тут голод? - настала очередь Петьки делать глазами хлоп-хлоп.
  - Но как же... ведь я питаюсь солнечным светом!
  Если и у меня сейчас такая морда, подумал Петька, наблюдая за вытянувшейся физиономией друга, то в любой дурдом нас примут сразу, даже без документов...
  Гостья решительно потянула с себя подарок.
  - Сделаем так... Петя, я дойду до твоего дома в укрывайке, а там вы придумаете, ребята, что дальше делать.
  Она вновь надела на себя накидку, натянула на голову капюшон. Тычок пальцем в застёжку у горла - и вместо звёздной пришелицы только струящееся, как от горячего асфальта, лёгкое марево.
  - Здорово! - восхитился Васька. - А как же этот твой... ну, корабль космический...
  - Леталёт? А что с ним станется? Пусть пока тут, в воде побудет. Идём уже!
  .............
  
  -... Очень красивые цветочки, между прочим. Мне нравятся! Как называются?
  - Подсолнухи они называются. Потому что всё время вертятся вслед за солнцем.
  - О!
  - Это ещё что. Это в поле они такие, ничего особенного. А вот у нас дома они во-от такие вырастают! - судя по размаху Васькиных рук, подсолнухи у него на огороде имели размер хорошего тазика. - А вон у Петькиной тётки ещё больше. Сама увидишь!
  - А у нас тоже есть красивые цветы, и тоже ловят свет. Только они ещё больше. В них так здорово спать!
  Ребята переглянулись.
  - Ничего себе цветочки... А как называются?
  - Да вы же всё равно не запомните, зачем говорить? - засмеялась Ниу.
  Солнце поднялось уже довольно высоко и жарило не на шутку, обещая знойный день. Петька и Васька топали по просёлку, проложенному вдоль железнодорожного пути по самому краю поля подсолнухов, вздымая сандалетами пыль не хуже трактора. Что же касается Ниу, то она ступала своими ножками по любому ландшафту так естественно и изящно, что было очевидно - эта девчонка сроду приучена бегать босиком и дальше так жить намерена. Капюшон накидки-укрывайки был откинут, лишив звёздную гостью призрачности, и полы одеяния колыхались под горячим ветром, то и дело распахиваясь. Впрочем, Васька и Петька уже привыкли. Ну в самом деле... что, никто никогда не видывал голых девчонок-малолеток?
  Бам... бамм... ба-бам... бамм...
  - Что это звякает? - Ниу даже шейку вытянула, пытаясь разглядеть источник звуков.
  - Это Кондратыч, должно, - пояснил Васька. - Путевой обходчик он, у нас на разъезде и живёт. Утренний обход у него аккурат. Пока не сильно жарко...
  - Ты спрячься пока, - посоветовал Петька. - Вдруг у него от неожиданности тоже нарушение мозгового кровообращения случится.
  - Что, у вас все взрослые такие? - звёздная гостья даже губы бантиком сложила.
  - Насчёт всех не могу сказать, - Петька вздохнул. - Взрослые, они народ вообще непонятный. В принципе. У вас не так?
  - Вообще-то да, - неожиданно легко согласилась Ниу. - Взрослые, они такие... Ладно!
  Раз-раз - и вместо звёздной девочки только марево, совсем уже неразличимое на фоне струящегося летнего зноя. Очень вовремя, ибо обходчик уже показался на виду.
  - Привет, ребятишки, - пожилой солидный дядька не счёл за труд поздороваться первым. - Как клёв?
  - Здрасьте, Кондрат Кондратыч, - Васька скорчил благостно-огорчённую морду. - Да никакой клёв сегодня, вообще. Даже кошке нечего подарить...
  - Нуу?
  - Самим непонятно, - подключился к спектаклю Петька. - То ли от жары рыба на дно ушла, то ли ещё чего.
  - А не с небесным ли знамением сие связано? - обходчик за разговором деловито простукивал очередной рельсовый стык.
  Друзья переглянулись.
  - С каким знамением?
  - Вот те на! - удивился Кондрат Кондратыч. - Вы же на карьер ходили?
  - Куда ж ещё-то, - это Скляр. - У нас тут другой рыболовли нету.
  - Значит, должны были видеть. Я и то видел. Утром встал покурить, аккурат на рассвете - глядь, а оно прямо-таки с неба спускается. Неопознанный прямо-таки летающий объект, да... А бабка Дарья так уж весь разъезд обошла с той вестью. Небесное знамение огненное, за ним грядёт этот... как его... ну... а, вот - армагеддон, пришествие и всё такое прочее, чего там у сектантов по расписанию положено... А вы, значится, не видели?
  - Гм... - Васька пожал плечами столь естественно, что Петька даже восхитился качеством актёрской игры. - Не, не видели. В лесу и неба-то толком не видать, деревья же... Да и не смотрели мы ежели что на небо-то, всё под ноги больше. Там у карьера валуны везде, ногу сдуру сломать раз плюнуть - лежи потом все каникулы в гипсе.
  - Тц-тц-тц, - понимающе покачал головой Кондрат Кондратыч. - Ну ладно, не видели и не видели...
  Обходчик, чуть отдохнув за беседой, продолжил свой путь, ну и друзья соответственно тоже.
  - Слыхал? - не выдержал Петька, едва путевой рабочий скрылся из виду.
  - Да уж... - озадаченно ответил Скляр. - Не мы одни, стало быть... Ниу?
  - Не вижу причин для беспокойства, - безмятежно ответила звёздная гостья, вновь обретя плотский облик. - Программа контакта семь-три, всё так и должно быть.
  Она вдруг опять насторожилась.
  - Ой... а это что такое?
  Вдали зародился шум, быстро приближающийся.
  - А, это... Это поезд, - Васька небрежно откинул со лба чёлку. - Не бойся, он не страшный.
  Поезд вынырнул из-за деревьев путевой защитной лесополосы, и в этот момент тепловоз заревел, гулко и протяжно. Состав проносился мимо с лязгом и грохотом, и когда показался хвост, друзья обнаружили, что звёздная гостья исчезла.
  - Ниу, ты где? - спросил Петька, озираясь. - Ниу!
  - Тут я... - раздался голос, в котором звучала изрядная опаска.
  - Ты чего спряталась? Тебе ж говорят, это всего лишь поезд, он не страшный.
  Ниу возникла на краю подсолнухового поля, как из ниоткуда. Скинула с головы капюшон укрывайки.
  - Ага, не страшный... Совершенно же ужасная машина! Зачем такая?
  - Ну как зачем... - начал солидно Скляр, судя по виду, намереваясь прочесть обстоятельную лекцию на тему железнодорожного транспорта. - Грузы там возить разные, пассажиров опять же...
  Хлоп-хлоп фиолетовые глазищи.
  - Постой... погоди... ты хочешь сказать, что люди ездят вот в этих железных корытах?! Вот так запросто?!
  - Ну да, - Васька тоже усиленно заморгал. - Вот сейчас как раз прошёл пассажирский поезд. Ты же видела окна в вагонах? Или не успела разглядеть?
  - Васька с Катькой, ну это сестра его, в школу вообще каждый день на электричке катаются, весь учебный год, - добавил Столбов. - А я на поезде сюда на каникулы приехал.
  - Вы отчаянные! - восхитилась Ниу. - Вы же тут совершенно отчаянные!
  Она тряхнула золотыми кудряшками.
  - А я тоже хочу прокатиться в таком корыте!
  Ребята переглянулись.
  - Желание гостьи - закон! - тоном горного джигита изрёк Скляр. - Надо подумать, как это дело устроить.
  - Оу... - девочка вдруг прижала ладошку ко рту. Теперь в фиолетовых глазах плескался настоящий ужас. - Оу-оу...
  - Что?! Что такое?! - переполошились друзья. Ответом была какая-то сбивчивая фраза, более похожая на птичью трель.
  - Не понимаем мы по-вашенски, - сказал Васька. - Ты по-русски, если можно.
  Ниу глядела на них отчаянно.
  - Я же могла не выключить защитника...
  - Кого? Да говори толком! - не выдержал Петька.
  Ниу ткнула пальцем в браслет на левой руке.
  - Вот тут включается... Автоматика личной безопасности. Защитник принял бы этот ваш поезд за угрозу. Угрозу мне, понятно?!
  - Ну... - осторожно промычал Петька.
  - Что "ну"?! - ужас медленно-медленно оседал в омутах её глазищ. - Защитник запустил бы уничтожитель! И весь этот поезд запросто аннигилировал! Это с живыми организмами защитники стараются обходиться бережно. Вон на вас, когда Вася мне угрожал щелбанами, просто напустил кусачек... А с вышедшими из-под контроля и вообще всякими опасными машинами защитники не церемонятся вовсе! Раз - и нету!
  Петька живо представил себе картинку. Мда... мороз по коже...
  - Да уж... - первым заговорил Васька. - Как хорошо, что ты его вовремя отключила.
  ..........
  
  - Ну вот... Здесь я и живу. Точнее, тётушка моя тут живёт, а я в гостях у неё.
  Дом, расположенный на самом краю крохотного посёлка, возвышался над обступившими его яблонями и грушами, белея свежей шиферной крышей - Алексей Иваныч, супруг тёти Нади, в прошлом году закончил возведение мансарды, по его выражению, "практически удвоив полезную площадь". Вплотную к дому примыкал хозблок - хлев и курятник вкупе с прочими нужными помещениями, обширный же чердак хозблока использовался под сеновал, и заодно служил в настоящее время местом ночлега Петьки. Вообще-то поначалу тётя Надя возражала: "чего я Алёне-то скажу? что в сарай ребёнка определили?". Однако Петька пустил в ход всю свою дипломатию и таки настоял на своём. Ну в самом деле, летом спать в избе... на диване или софе, этак-то и в городе можно! А где сельская романтика?! И вообще, сон на свежем воздухе очень полезен для молодого организма, замученного учёбой в душных классах, выхлопными газами и прочими ужасами большого города. Ну пожаааалуйста! Ну что вам стоит?!
  - Как насчёт Ленки? - озабоченно спросил Васька, всматриваясь в пейзаж. - От Вездесуйки укрыться трудно...
  Петька в ответ хмуро вздохнул. Вообще-то ночёвки на сеновале, помимо сельской романтики, имели и ещё одно преимущество - то есть по возможности сокращали контакты с кузиной. Однако в данный момент Васька прав. Не зря, ой, не зря носила Ленка своё погоняло...
  - Мальчики, вы точно уверены, что мне стоит прятаться? - в голосе Ниу сквозило сомнение. Сейчас накидка-укрывайка работала в штатном режиме, превращая звёздную гостью в неразличимое издали лёгкое марево.
  - Пока не разберёмся с одеждой, однозначно! - отрезал Петька.
  - Ладно... - Скляр поудобнее перехватил удочку. - Я пойду покуда. Я дома Катькины шмутки перешерстю, а ты осторожно так посмотри у Ленки своей. Уверен, чего-нибудь подходящее всё равно найдём. Ближе к вечеру встречаемся.
  - У нас на сеновале, - уточнил Петька.
  - Можно и так, - не стал спорить Васька. - Пока-пока. Столб, ты давай аккуратней...
  - Учи учёного.
  Скляр двинулся бесшумно, неся в левой руке ведро, и исчез из виду. Настоящий разведчик, с уважением подумал Петька. Вон, пожалуйста - и вода в ведре на треть налита. Я бы не сообразил... Пустое ведро при малейшей неловкости выдаёт владельца за версту жестяным грохотом, с водой же звук совсем иной выходит, глухой и невнятный.
  - Пошли! - Столбов двинулся к дому, как индеец к форту бледнолицых, также стараясь ступать мягко и бесшумно. У Ниу же это получалось как-то само собой.
  Огород, примыкавший к хозблоку вплотную, выглядел мирным и совершенно безлюдным. Очевидно, хозяйка, закончив утренний полив, ушла в дом, дабы не трудиться на солнцепёке. Сиеста, короче...
  Добравшись до тыльной стороны строения, Петька споро взобрался по приставной лестнице, распахнул чердачную дверцу.
  - Залезай сюда...
  - Петя, а где рыба?
  Петька скорбно вздохнул, оборачиваясь. Всё понятно...
  - Ленка, вот в контрразведке тебе цены бы не было, честно. Ни один шпион бы мимо не проскочил.
  - Я согласна, - Ленка-Вездесуйка улыбалась солнечной улыбкой, стоя возле лаза, ведущего в хлев. - А это кто? Ого себе, какие у тебя серёжки!
  Петька едва не застонал от отчаянья - Ниу, откинув с головы капюшон, стояла позади него и улыбалась не менее солнечно, нежели родная кузина.
  - Меня зовут Ниу. А тебя Лена? Очень приятно.
  Столбов возвёл очи к небесам. Очень-очень приятно, ага. Вот и весь "режим инкогнито"...
  - А чего это ты босиком, и голая? А где твои вещи? Мальчишки украли? А это чего на тебе? Дождя же нету!
  - Это укрывайка, - теперь ослепительность улыбки звёздной гостьи, пожалуй, не уступала электросварке. - Ну, чтобы невидимой становиться, мало ли что... А одежду и обувь у нас никто не носит.
  - У вас, это где?
  - Из космоса она, - бахнул Столбов, как из пистолета. Ну право, чего уж тут... дальнейшее сопротивление, как говорится, бесполезно. - К нам сюда прилетела.
  - Правда? - кузина смотрела искоса.
  Вместо ответа Ниу натянула капюшон, миг - и вместо звёздной пришелицы лишь тонкое струящееся марево. Раз-раз - и вот она, снова наяву.
  - Ух тыыыы! - восхитилась Ленка, сияя глазами.
  - Ленк, а Ленк, - перебил восторги Петька Столбов, - ты бы не скалилась попусту, а подумала, во что нам гостью одеть. Не ходить же ей везде невидимкой!
  ........
  
  - ...Куда это ещё? Обед на стол, а ты из-за стола?
  Надежда Борисовна стояла в дверях, всем корпусом блокируя проход, и смотрела на племянника крайне неодобрительно. Грешно сказать, что свободу гостя тут как-то ограничивают, но всему же есть границы! Что она сестре Алёне скажет, когда домой вернётся истощённый дистрофик?
  - Ты, Пётр, давай не упорствуй, - Алексей Иваныч отложил газету, кою читал в ожидании обеда. Работая путевым мастером, он, как правило, старался обедать дома, конечно, кроме тех случаев, когда находился по делам службы в отлучке. - Режим питания нарушать нельзя. Десять минут ничего не решают. Сел и съел!
  Вздохнув, Петька уселся на пошарпанный стул, взял в руки ложку. Ложка, кстати, была примечательная - деревянная и разрисованная донельзя. Дядя Лёша, хозяин дома, эти ложки ценил и берёг: "нынче, Петя, таких уже никто и не сделает. Ушли мастера!" Мельхиоровые, из столового набора он откровенно недолюбливал, алюминиевые же ложки, нормальные, искренне полагал инструментом для разного рода деклассированных элементов. Ну, каждый взрослый имеет право на собственных тараканов в голове...
  - Мать, а сама?
  - Да я сама уж наелась, между делом за готовкой. Вас всех ждать, с голоду помрёшь, пожалуй.
  Надежда Борисовна поставила перед Петькой тарелку огненного борща, наполненную до краёв, обширную и глубокую, точно Каспий.
  - До дна чтобы!
  - Ну тёть Надя! - взмолился Петька.
  - И на второе жареная картоха с котлетами! - тётушка безжалостно пресекла попытку саботажа. - Чего я Алёне-то скажу, как ты домой вернёшься? Вон, руки как шнурки! - она помяла пальцами Петькин бицепс, прямо скажем, не выдающийся.
  - Ну ты больно строга, мать, - хмыкнул дядя Лёша, во всём любивший объективность. - Рановато ему ещё в тело-то входить. Кости пока растут, и ладно.
  - Тебе может и ладно, - не согласилась тётушка, - а справный ребёнок должен быть хоть малость в теле!
  Она выглянула в окошко, по случаю жаркой погоды распахнутое настежь.
  - И Ленка, егоза, куда-то запропала... С тебя пример берёт. Раньше сроду к обеду не опаздывала. Разложил ты сестру морально!
  - Угм... - промычал Петька с набитым ртом. - Её разложишь, угу...
  - Мне сегодня Кондратыч чего баял, - Алексей Иваныч хлебал борщ солидно и неторопливо, - будто видел НЛО. Натуральное, ага, прямо как по телевизору кажут... Прямо в наш карьер курс держало якобы... Петр, вы седня с Васькой вроде на рыболовлю туда метили. Не видали ничего?
  - Неа... - Петька добросовестно боролся с борщом. - Нас Кондрат Кондратыч уже спрашивал.
  - Да это он у бабки Дарьи почерпнул, должно быть, - тётушка гремела кастрюлями в мойке. - Она тут уж всех обошла с небесным знамением своим. Её только слушай, наплетёт, будь здоров!
  - Не, - дядюшка пододвинул к себе порцию жареной картошки, - не похоже. Кондратыч баял, сам видал. Покурить вышел во двор, на зорьке, а тут оно и летит... Любопытно, Пётр, а? Вот как начнут к нам корреспонденты ездить, да про летучие тарелки расспрашивать... Прославимся, мать, а?
  - Да ай! - мотнула головой тётушка. - Об этих самых летучих тарелках уж сколько лет говорят-говорят, всем уж надоело давно...
  - Так полагаешь, не было ничего вовсе? - дядя Лёша жевал котлету. - Двоим враз примерещилось?
  - Ничего я не полагаю, - тётя Надя расставляла мытую посуду на полке. - Можа и не примерещилось. Можа и было чего... Сколько народу уж те НЛО-то за столь лет во всяких видах видало, не все же врут... Миллионы, наверное. А толку?
  - Ignoramus et ignorabimus, - вздохнул дядя Лёша, кладя ложку на стол. Да, и этот пунктик был у него - вот так, внезапно, выдать на-гора изречение на древней латыни. - Ладно, мать, спасибо. Накормила от пуза... Пойду, обеденный перерыв на исходе.
  - Да где же Ленка-то шляется, - тётушка вновь выглянула в окошко. - Ну, дождётся у меня!
  ........
  
  - Ну, принёс?
  Васька, скрытно пробравшийся к месту назначенного рандеву огородами, отрицательно мотнул головой.
  - Ты только не злись, Столб... тут такая бодяга... Короче, явился я домой, а меня сразу руки мыть и за стол.
  - Как и меня, - хмыкнул Петька. - "Режим питания нарушать нельзя!"
  - Во-во. Ну, я нормально так лопаю, спокойно, чтоб подозрений зазря не вызывать... Доел, смотрю, Катька куда-то уже ушмыгнула. Раньше меня управилась, спасибо маме и ага... Ладно, не вопрос. Знаю где её наряды ховаются. Улучил момент, когда мамки в комнате нету, открываю шкаф - оба-на! Только зимнее пальто, кофты там да прочие тёплые вещи. А летнего ничего нету, прикинь. Лезу в комод, там бельё у нас - оп! И опять Катькиных вещичек ни одной. Хоть бы одни трусишки! Совпадение?
  - Не думаю, - хмыкнул Петька. - А Ленка наша к вам не заходила?
  Васька почесал нос.
  - Да была вроде... В дом, правда, не заходила, так что не видал я её вживую-то, врать не стану. За столом сидел, пшёнку с гуляшом лопал... А при чём здесь? Они с Катькой завсегда целый день то туда, то сюда мотаются. Подружки же.
  - Да вот, боюсь, при том... - вздохнул Петька.
  - Ты лучше скажи, как у тебя-то дела? Достал чего?
  Петька вздохнул повторно.
  - Мне, Вась, это уже ни к чему. Пусть хозяйка шмутья сама это дело решает.
  - То есть?
  - В курсе она.
  - И ты позволил?! - задохнулся от возмущения Скляр. - Разведка, мля! Не ожидал от тебя!
  - Слушай, Васька! - разозлился Петька. - Не корчи тут из себя трибунал. Во-первых, всё равно шило в мешке не утаить. Тем более от Ленки. И во-вторых, ОНА так решила. И мы не смеем указывать, с кем ей контачить. Схема семь-три. Ферштейн?
  - Нну... если так... - озадаченно промычал Васька. - Ладно, пошли на чердак, что ли...
  Чердачная дверца оказалась распахнутой настежь, и изнутри доносился подозрительный шум. Петька полез по приставной лестнице первым, осторожно заглянул внутрь и обомлел.
  - Петя? - улыбка звёздной гостьи была просто лучезарной. - Заходите, мальчики!
  Помимо Ниу, на чердаке-сеновале имелось в наличии всё несовершеннолетнее регулярное население разъезда женского полу. Ленка, это само собой. Плюс Катька по прозванью Пустое ведро, её неразлучная подружка. Почему Пустое ведро? Законный вопрос. Васька, как Катькин брат, объяснил его исчерпывающе. Во-первых, будучи помоложе, Катька всюду таскала с собой нарядное детское эмалированное ведёрко - ну, в такие играют малыши в песочнице. И во-вторых, женщина с пустым ведром, согласно старинным и многократно проверенным народным приметам всем встречным приносит массу досадных неудач и неприятностей, и уж чем-чем, а таковым свойством Катька обладала в полной мере.
  - Ну тебе ничего не нравится! - Ленка от огорчения даже губы надула.
  На остатках прошлогоднего сена, устилающего сеновал, ровными рядками были разложены девчоночьи вещицы - платья, сарафаны, блузки и юбочки, наконец, трусики и колготки... короче, вы видели блошиный рынок с китайским шмутьём? Вот так примерно.
  - Нет, почему? - Ниу рассматривала очередную тряпицу на просвет. - Очень красиво... но мне не подходит.
  Она прямо взглянула на девочек своими невозможными фиолетовыми глазищами.
  - Вещь должна быть ПРОЗРАЧНОЙ, понимаете? Солнечный свет должен достигать кожи. А дальше думайте сами.
  Воцарилось напряжённое молчание, характерное для годовых контрольных работ по математике. Требующих, как известно, предельного напряжения мозгов. Ленка даже губу закусила, а Катька так просто сопела от умственных усилий.
  - Лена?
  В чердачном проёме возникла голова тёти Нади. Помедлив, женщина поднялась ещё выше. На чердаке враз потемнело - Надежда Борисовна была женщина статная, что называется, в теле. Петька в панике кинул взгляд на Ниу, однако той и след простыл. Что касается лёгкого марева, то разглядеть его в чердачном полумраке, да ещё и со свету, совершенно нереально.
  - Я в огород зашла, гляжу, дверь на чердак настежь, шум какой-то... Чего это вы тут делаете?
  - В магазин играем, ма, - мгновенно нашлась с ответом Ленка, так естественно, что Петька даже восхитился. - А мальчишки не хотят. Скучно им, говорят.
  - Факт, - подыграл Васька. - Ну да чего не сделаешь ради блага подрастающего поколения. Не бабку же Дарью им в покупатели зазывать.
  - Ну-ну, - засмеялась тётушка. - Ладно, играйтесь дальше!
  Дождавшись, когда тётя Надя очистит помещение, Петька обернулся к девочкам.
  - Ну, Ленка, ты молоток! Даже не ожидал, чесслово!
  Кузина слегка порозовела от скупой мужской похвалы.
  - Однако вопрос-то остаётся нерешённым, - встрял Васька.
  - Я знаю, чего делать, - решительно заявила Ленка. - Пойдём к Даше. Если у неё нету, то уже и нигде вообще нету!
  Петька заколебался. Очень уж широк становится круг посвящённых, право.
  - Ниу?
  - Не вижу ничего плохого, - отозвалась звёздная гостья. - Только я пойду с вами. Я уже и так сколько сижу на этом тёмном чердаке. Проголодалась даже!
  .....
  
  -... Значит, так. Ты, Ленка, как самая красноречивая вызываешь Дашку.
  - Я тоже пойду! - перебила Катька.
  - Да ладно, ладно, не вопрос, - не стал спорить по мелочи Васька. - Только смотрите аккуратней, а то бабка Дарья бдит. Без лишнего шума выходите к бане, а мы вас за баней ждать будем. Лады?
  Петька, слушая изложение стратегии, только одобрительно кивал головой. Ну в самом же деле неплохой план.
  Дашка, то есть Дарья Анатольевна Вершинина по прозванью Прокурорша - городская девочка, гостившая у бабки Дарьи, то есть у собственной родной бабушки. Почему Прокурорша? Всё очень просто - потому что папа у неё прокурор в крупном городе. Самый что ни на есть настоящий. Вероятно, в силу профессии папа Даши не доверял разного рода детским лагерям и регулярно ссылал дочь на лето под надзор собственной матушки. Даше вот-вот должно было исполниться тринадцать годков, девушка она была видная - да чего там, красивая девчонка! - на полголовы выше Васьки и Петьки и притом с отличной фигуркой. Наверное, у себя дома она уже понемногу осваивала флирт с парнями постарше... Но то в городе, а на дремучем, практически необитаемом разъезде, да притом у бабки Дарьи не забалуешь. Как точно выразился Васька: "сохранность надёжней, чем в нафталине". Не факт, что в городе Ленка и Катька представили бы серьёзный интерес для столь взрослой девицы, однако, как известно, за неимением гербовой пишут на простой.
  Баня у бабки Дарьи была расположена по старинке, далеко на отшибе, в самом конце огорода - обычная мера пожарной безопасности, до сих пор не забытая в сельской местности. Рядом с баней виднелся колодец-журавель, четыре пластиковые бочки стояли рядком вдоль южной стены строения, исправно грея колодезную воду для полива огорода. Подойдя поближе, друзья-соратники обнаружили, что нужда в хитроумном Васькином плане отпала, ибо Дарья Анатольевна изволили принимать солнечные ванны, вытащив из предбанника широкую лавку и приспособив оную в качестве пляжного лежака. На девочке красовалось бикини - самое настоящее красное бикини, с полноценным лифчиком, до коего Катьке с Ленкой ещё расти и расти. Лицо Дашки было прикрыто от прямых солнечных лучей пляжной шляпой с разлохмаченным краем, и дополняли облик настоящей леди чёрные зеркальные очки. Рядом на траве валялась какая-то книжка, которую леди, видимо, пробовала на досуге читать.
   Очень удачно.
  - Даша, а Даш... Ты не спишь? - окликнула Ленка.
  - М? - девочка очнулась от пляжной неги, села на лавке-лежаке. - А, Лена, привет... И Катька тут! Чуть не уснула, в самом деле... А этих олухов зачем притащили?
  - Ну-ну, аккуратней... - начал было Скляр, но Петька чувствительно ткнул его кулаком в спину. Терпеть, Васька, терпеть. Не время для понтов. О деле надо думать прежде всего.
  - Даша, тут такое дело... Петя, ну чего ты молчишь?! - Вездесуйка оглянулась на кузена.
  - Давайте лучше я сама скажу, - Ниу возникла из ничего, стянула с головы капюшон укрывайки. - Здравствуй, Даша... тебя ведь так зовут, да? А меня - Ниу.
  Дашка стянула с носа зеркальные очки.
  - Мощный фокус... как ты это делаешь?!
  - Она к нам из космоса прилетела, - встрял Васька, - с планеты... как её... короче, с планеты в одной далёкой галактике.
  - Ой... - не знаю, отчего, но Петьке было приятно наблюдать светскую красавицу в состоянии полного обалдения. Ну в самом деле, девчонки, едва только напялят лифчик, сразу корчат из себя принцесс крови. Тем более девчонки рослые и красивые.
  Помедлив, Ниу подняла руку, потыкала пальчиком в браслет, и прямо в воздухе возникло объёмное изображение - метрового размера глобус, весь в белоснежных кудряшках циклонов, сквозь которые проглядывали непривычного вида материки и бесчисленные островные архипелаги. Одна половина глобуса выглядела заметно светлее другой, будто небрежный мастер-бракодел слепил его из двух неравно окрашенных частей-заготовок.
  - Вот это планета Мьяданандрьяна, второй звёздный рукав в галактике Амбатофинандрахана. Моя семья сейчас живёт на ней. Нужны ещё доказательства?
  - Так значит, это правда... - Дашка даже рот раскрыла от избытка изумления. - Правда... а я уже подумала, что бабуля моя того...
  - Даша, нужна твоя помощь, - Петька решил перейти к делу. - Понимаешь...
  - Давай я опять сама скажу, - перебила Ниу.
  Она изложила суть проблемы за минуту. Коротко, сжато, точно. Исчерпывающе, как ещё говорят. Петька бы так не смог, да... до сих пор бы мямлил пролог...
  - Я знаю, чего тебе нужно, - глаза Дашки-Прокурорши вспыхнули. - Я сейчас! Я быстро!
  - Баб Дарью только не взбудоражь, - прирождённый разведчик в Ваське был всегда начеку. - Она въедливая у тебя, и подозрительная до ужаса.
  - Бабуля в магазин ушла, и там наверняка надолго зависла! - уже на ходу ответила Даша.
  Ждать действительно пришлось не слишком долго - минут пять от силы. Девочка вернулась, неся в руках компактный свёрток.
  - Вот, гляди! Даже почти не надёвано! Бабуля моя строго бдит за моралью, наденешь - изворчится вся. Прозрачней уже только рыболовная сеть разве что!
  Некоторое время Ниу разглядывала ажурный топик-"резинку" ярко-розового, "люминесцентного" цвета на бретелях, действительно соперничающий в плане прозрачности с рыболовной сетью. Сбросив укрывайку, принялась напяливать подарок через голову. Уже вполне уверенно, кстати, мелькнула у Петьки посторонняя мысль. Не прошли даром тренировки с тряпьём на чердаке, стало быть...
  - Это подойдёт, - улыбка звёздной гостьи ярче солнышка. - Спасибо, Даша!
  - Ну наконец-то! - с огромным облегчением выдохнул Скляр.
  - Погоди-ка, - Даша уже перевязывала бретели топика, распуская их на всю длину. - Вот, так лучше. А то чересчур уж коротко для платья.
  Как всё же удачно, что Дашка-Прокурорша такая рослая деваха, промелькнула в голове у Петьки очередная посторонняя мысль. Вот, пожалуйста, топик ейный вполне сойдёт за платье малышке... ну, пусть мини-платье, пусть даже ультрамини, но всё-таки попа прикрыта, и вообще... Правда спина, перетянутая эластик-шнуровкой получилась открытая почти до копчика, да и спереди Дашка лямки опустила аж до сосков... ну да для такой малышни это несущественно. Всё не полный нудизм.
  - А трусики я тебе свои дам, по размеру, - это Ленка. - Какие захочешь, любые! И босоножки новые! Я в старых пока похожу...
  - А мои трусики ещё лучше подойдут! - ревниво встряла Катька. - Я меньше потому что! Прямо как Ниу!
  - Ну это ты по росту меньше, - возразила Ленка, - а задница у тебя куда толще моей!
  Никак не ожидавшая такого подлого удара от лучшей подруги, Катька набрала в грудь побольше воздуха, дабы дать достойный ответ оскорбительнице, но Петька решительно пресёк назревавший конфликт.
  - А ну-ка прекратите сейчас же! Обе! Нашли время и место...
  - Девочки, не ссорьтесь, - вмешалась Ниу. - Лена, давай твои трусики.
  - Ы? - Ленка заморгала.
  - Ну ты же обещала, - звёздная гостья улыбалась донельзя располагающе. - Катя, а ты давай свои босоножки. Они мне подойдут, точно.
  Пауза.
  - Мальчики, отвернитесь, - потребовала Ленка.
  - Да пожалуйста, - Петька отвернулся, и Васька последовал его примеру. - Не глядим мы, можно подумать...
  - Между прочим, Ниу вон вообще не стесняется, - поддел Скляр.
  - Да, она же инопланетянка потому что! - заступилась Катька за подружку, очевидно, уже позабыв про недавно нанесённую душевную рану. - Ей можно! А у нас девочкам надо стесняться! И чтобы мальчики ихних писек вообще не видели!
  Петька встретился глазами с Дашкой, и та сдавленно хихикнула.
  - Ну вот... - произнесла Ниу. - Смотрите, как?
  Катькины сандалеты-босоножки действительно пришлись звёздной гостье в аккурат. И вопреки Петькиным опасениям, пожертвованные кузиной трусишки оказались вполне соответствующими общему стилю - розовые узенькие плавочки, правда, сильно открывающие ягодицы. Под сарафаном оно вообще-то без разницы, а вот в прозрачном платьице...
  - А ничего, слушай, - Даша оглядывала гостью опытным взором девушки, знакомой с модными веяниями не понаслышке. - И даже в цветовой тон угадали... Моя бабуля, правда, от такого наряда в обморок бы грохнулась...
  - Твою бабулю пока вынесем за скобки, - озабоченно произнёс Васька. - Сейчас нам пока достаточно, чтобы в обморок не грохнулась тётя Надя.
  - А они точно нужны? - очевидно, тень сомнения не до конца оставила гостью. - Точно без этих самых трусиков нельзя обойтись? Если платье уже имеется...
  - Без трусиков никак, - сочувственно-задушевно произнёс Петька. - Если придётся выбирать, чего снимать - снимай лучше платье.
  - Носи сколько хочешь, - великодушно разрешила Дашка, - мне бабуля всё равно... м? зачем снимаешь?
  Ниу между тем уже стащила с себя подарки, скатала обе тряпицы в тугой рулончик и положила на край лавки, изображавшей пляжный лежак. Сверху легли Катькины сандалеты. Девочка потыкала пальчиком в свой браслет...
  Я сплю, подумал Петька, разглядывая два аккуратно свёрнутых рулончика, накрытые сандалиями и расположившихся рядышком на банной лавке. Нет, вот сейчас я уже точно сплю, и мне снится сон. Разве возможно такое в реальном мире?!
  - Спасибо, Даша, - вновь поблагодарила Ниу, протягивая топик хозяйке. - Это ты положи где лежало, чтобы бабушка твоя не беспокоилась. Лена, спасибо, возьми свои трусики. Катя, вот твои босоножки, спасибо.
  Она оглядела второй комплект.
  - Ну а вот это всё я сейчас надену.
  - Это что... ты всё так можешь? - осторожно, чтобы не спугнуть наваждение, осведомился Петька. - Размножить в смысле...
  Хлоп-хлоп фиолетовые глазищи.
  - Ну да... если не слишком тяжёлое только. А что?
  - Класс!!! - свистящим змеиным шёпотом восхитился Васька.
  Ниу между тем уже накинула на плечи свою укрывайку.
  - Не надо расслабляться. Рано. Теперь самое трудное...
  Она оглядела всю компанию.
  - Мы-то ведь все дети. Дети всегда поймут друг друга, в какой бы галактике ни очутились. Так, Петя?
  - Так, - без тени сомнения подтвердил Петька. И все молча кивнули в знак согласия.
  - А вот взрослые...
  Ниу тяжело вздохнула.
  - А придётся.
  Сказано это было таким тоном, что в голове у Петьки немедленно всплыла подходящая ассоциация: "Штирлиц ехал в Берлин"...
  ............
  
  - Это вкусно!
  - Ну ещё бы не вкусно! Это ж клубника. Самая лучшая ягода! - Ленка аж причмокнула.
  - И вовсе даже нет! - возразила Катька. - Я больше малину люблю.
  - Ну это дело вкуса, - вмешался Васька. - Я так вообще крыжовник уважаю.
  Вся компания огородами продвигалась к усадьбе Петькиной тётушки, избранной Ниу в качестве штаб-квартиры, и по ходу каждый пытался внести посильную лепту в просвещение инопланетной гостьи. Кстати, и полакомиться щедрыми дарами лета по дороге тоже дело не последнее. Ежели не наглеть, конечно, грядок не вытаптывать и не обирать кусты подчистую, нарываясь на соседский скандал.
  - А вот это картошка тут растёт. Её тоже едят, но не всю целиком как капусту, а только снизу.
  - Как это? - голос Ниу, вновь пребывающей в состоянии невидимости, казалось, звучал прямо из воздуха.
  - Ну там в земле клубни у неё, - Васька пришёл на помощь сестре, - к осени они вызревают. Их выкапывают и складывают на хранение, в подпол, к примеру. И всю зиму едят.
  - А почему вершки не едят?
  - Да потому что несъедобные они, - Васька сорвал картофельный лист. - Вот, попробуй, если хочешь.
  Из ниоткуда высунулась тонкая изящная рука, взяла предложенное и вновь исчезла в "конусе невидимости", создаваемом работающей накидкой-укрывайкой.
  - Тьфу, гадость! Невкусно... Зачем же вы её выращиваете?
  - Ну я же говорю, клубни...
  - Да это-то я поняла. Непонятно, почему вершки такие несъедобные. Что мешает сделать их съедобными и вкусными?
  - Общая дикость и отсталость местной науки, - пояснил Петька. - А у вас там что, несъедобных частей у растений нету?
  - Ну только разве что древесина в лесу. А так да, все культурные растения просто обязаны быть съедобными.
  - А ты же говорила, что светом питаешься, - встряла Ленка, - и можешь совсем не есть...
  - Угу, как же, - возразила Ниу, - так тебе и позволят родители. Не знаешь ты мою маму. "Кишечник - важнейшая часть резервной системы питания! Он должен работать регулярно!" Каждый день чего-нибудь съесть приходится...
  - Всё как у нас, - понимающе вздохнула Катька. - Я тоже знаешь как не люблю кашу! Но ем. Потому что надо!
  За разговорами вся компания незаметно добралась до цели. Правда, путь на чердак-сеновал был сейчас перекрыт - на огороде уже издали виднелась конусообразная соломенная шляпа-вьетнамка, каковую Петькина тётушка имела обыкновение надевать во время сельхозработ. Чтобы, по её выражению, "не иметь негритянского цвета лица"
  Ниу скинула с головы капюшон укрывайки, обретая зримый облик.
  - Каков дальнейший план? - спросил Васька, всматриваясь сквозь кусты вконец одичавшего малинника, служившие в данный момент укрытием опергруппы. - Учти, у тёти Нади натура впечатлительная. И сердце слабое, как она говорит.
  - Я понимаю, - в фиолетовых глазищах роились смешинки. - Взрослые не дети, с ними надо обращаться бережно.
  - Значит, придётся врать, - вздохнула Ленка.
  Смешинки в инопланетных глазищах стали гуще.
  - Нет, беспорядочно врать мы не будем. Я сейчас изложу рабочую легенду. А вы мне поможете, ладно?
  Она глубоко задумалась. Все терпеливо ждали.
  - Девочки, скажите... а у вас же тут есть в лесу съедобные растения?
  - И ещё как есть! - заверила Ленка. - Вон мы с Катькой нынче знаешь сколько земляники набрали!
  - А земляника, это что?
  - А это такая же ягода, как клубника, которую ты пробовала, - пояснила Дашка. - Только мелкая.
  - Понятно... А как её собирают?
  Девочки принялись наперебой разъяснять звёздной гостье технологию сбора дикорастущих ягод.
  - Городские сейчас повадились на электричках кататься, - это Васька, - понаедут, разбегутся по округе, как саранча!
  На лице Ниу отражалась весьма сложная мыслительная деятельность.
  - Вася и Петя... Скажите, как тут у вас осуществляются инфо-коммуникации?
  - Че...чего? - заморгал Скляр.
  - Ну как вы общаетесь между собой на расстоянии?
  - Это она про связь, - пояснил Петька.
  - А! Ну так бы и сказала! - Васька почесал нос. - Нууу... первое, это телефон тут имеется. В будке стрелочной, в мастерской, и ещё в магазине. Там же сигнализация, она ж к телефону должна быть подключена... Телефон в магазине не линейный, кстати, а с самой станции, городской. По нему и на почту можно звонить, телеграммы там принимать...
  Хлоп-хлоп фиолетовые глазищи.
  - И это всё?!
  - Ну почему всё? - слегка обиделся Васька. - Ещё у Алексей Иваныча, как путевого мастера, параллельный телефон имеется. Из мастерской проведён, ага. А у бабки Дарьи, так даже городской, со станции. Только она к своему телефону не больно-то допускает, разве только "скорую помощь" вызвать...
  - А если бы мой папа не озаботился, так и вообще ничего бы у вас тут не было! - возмутилась Даша. - В Москве на авто уже радиотелефоны стоят, а у вас тут конная почта до сих пор!
  - Ну тихо, тихо, чего шуметь-то, - примирительно произнёс Васька. - Для дела мы тут, а не по мелочам отношения выяснять... Ниу?
  Девочка уже вовсю тыкала пальчиками в свой замечательный браслет. Миг - и прямо в воздухе вспыхнули какие-то строчки, рисунки, диаграммы... Ребята, затаив дыхание, наблюдали за чудесами высокоразвитой цивилизации.
  - Не могу найти, - призналась Ниу, - Информ леталёта не знает, что такое "телефон".
  - Проводная электрическая связь голосом, - отчеканил Петька.
  - Молодец, Столб! - одобрил Васька. - Чётко сформулировал. По электрическим проводам то есть.
  - Провода... электрические... Нашла! - обрадовалась звёздная гостья. - Электрическая связь... по проводам...
  Долгая пауза.
  - Есть! - Ниу повернула к ребятам довольное лицо. - В разделе "архаические виды связи", там ещё сигнальные зеркала, костры, летучие куцики и прочее... Скажите, ребята, правильно ли я понимаю - в дом, где живут Петя и Лена, просунут электрический провод? Ну, это должны быть две такие проволочки в оболочке...
  - Точно! - подтвердил Скляр.
  - И по нему передаётся разговор?
  - Верно! - это уже Петька.
  Ниу вытянула губы трубочкой, размышляя. Вновь потыкала пальчиками в браслет, отозвавшийся новой порцией световых знаков прямо в воздухе.
  - Мальчики, а вы можете его порвать? По моему сигналу...
  - Зачем? - удивился Васька.
  - Ну как зачем? Чтобы не мешал разговору!
  Мальчишки переглянулись.
  - Сделаем, - заверил Васька.
  Ниу скатала в тугой рулончик свою укрывайку. Мановение руки и - волшебная вещь исчезла, как не было.
  - Зря, - это Скляр. - Полезная была вещица.
  - Надо будет, новую сделаю, - пожала плечом девочка. - Ну, пошли!
  .......
  
  Вода из шланга лилась лениво и сонно, орошая исстрадавшиеся от зноя грядки. Придерживая шланг левой рукой, Надежда Борисовна правой извлекла из-за пазухи часы-кулон, вгляделась в циферблат и нахмурилась. Вот-вот корову с поля гнать надо, поить-доить, а тут ещё пол-огорода не полито... Вообще-то Петя, грех худое слово молвить, мальчик ответственный. Когда дома, берёт на себя поливку огорода без возражений, и работу исполняет без огрехов, старательно. Ну и Ленка в такую жарищу обычно не прочь лишний раз водицей побрызгаться. Только вот сегодня обоих после обеда как корова языком слизала. И Катька Пустое ведро, подружка её закадычная, тоже куда-то запропала. Обыкновенно-то они то там, то сям мелькают. Кстати, и Васьки, братца её, не видно нигде с обеда. Посёлок при разъезде совсем крохотный, тут все как на ладони... И эта их игра в магазин ещё. Ну ладно, можно поверить, что Петя, мальчик городской и культурный, решил малость потрафить двоюродной сестрёнке. Но чтобы Васька да взялся играть в девчачьи игры - это нет. Ой, что-то тут не то... ой, чего-то замыслили ребятишки...
  Прервав полив, Надежда Борисовна перегнула конец шланга и надела на него пластиковое кольцо, болтающееся на бечёвке - этакий импровизированный кран. Подтянув шланг к здоровенному, кубов на шесть железному баку-водогрею, стоявшему подле южной стены хозблока на высоких ножках, примерилась и перекинула конец шланга в бак. Ладно... полив подождёт, а корова ждать не станет. Корову нужно доить строго по расписанию.
  - Мама... - раздался сзади Ленкин взволнованный голос.
  - А, явилась потеряшка! - обернулась Надежда Борисовна. - И Петя тут, здрасьте... А это кто у нас ещё?
  - Это Нэля, тёть Надя, - взял слово Столбов. - Вот она точно потеряшка.
  - Здравствуйте, Надежда Борисовна, - заговорила незнакомая девочка, одетая весьма чуднО. - Вас же Надежда Борисовна зовут?
  - Верно, так и зовут добрые люди, - женщина разглядывала "потеряшку", перекладывая голову направо-налево. Первоклассница от силы, совсем малая ещё... - Ну рассказывай, что за беда с тобой стряслась-то.
  - А я потерялась, - в голосе малышки особого горя и страха не ощущалось. - Мы ягоды собирали... там... - она махнула ладошкой в сторону леса. - Я собирала-собирала и потерялась. И корзинка тоже потерялась, такая хорошая, и с ягодами! Потом я шла-шла куда глаза глядели и вот сюда вышла.
  - Молодец! - сочла возможным подбодрить маленькую рассказчицу хозяйка.
  - Беды пока нет никакой, - обстоятельно сообщила малышка. - Вы же меня не обидите, да? Да же?
  - Да уж постараемся, - теперь глаза женщины весело блестели.
  - Ну вот, - удовлетворённо произнесла пигалица. - Однако мама и папа будут волноваться. Уже волнуются, да! И бабушка, и все-все! Надо им скорее дать знать, где я. Это можно?
  - Это нужно! - Надежда Борисовна уже мыла руки в кадушке. - Ну-ка, айда все в дом!
  В избе уютно бормотал телевизор. Хозяин дома, только что вернувшийся с трудовой вахты, сидел на диване, в ожидании ужина, и наблюдал, как двадцать два бугая гоняют мячик по полю.
  - Эх, мазила...
  - Отец, ты глянь, что нам южным ветром-то надуло! - кивнула тётя Надя на тесную скульптурную группу в дверях.
  - Здравствуйте, Алексей Иванович, - улыбка у незнакомой девочки была ну совершенно солнечной. - Вас же Алексей Иванович звать, да? А я Нэля!
  Оторвавшись от экрана, мужчина с нарастающим интересом разглядывал гостью.
  - Здравствуй-здравствуй. И откуда же к нам такая красивая Нэля пожаловала?
  - Потеряшка она, - пояснила за пигалицу Надежда Борисовна. - Ягодница, из города. На станции вышли, должно... Глянь, в каком виде нынче городские детей-то в лес возят. Лучше б уж сразу голой пустили!
  - А можно? - с интересом спросила девочка.
  - Шутишь, это хорошо, - одобрил Алексей Иванович. - Юмор имеется, значит, в жизни не пропадёшь! Другая бы ревела без передыху.
  - Ой! - гостья усиленно захлопала длиннющими ресницами. - Какой красивый зверик... Это кто?
  Домашняя кошка семейства Первеев по имени Мурёна вальяжно вышла из спальни, где отдыхала после обеда, и заинтересованно направилась к гостье. Ну в самом деле, должна же кошка иметь представление, кто заявляется в родной кошкин дом?
  У Петьки даже под ложечкой заныло, честное слово. Ну и, как водится, в голове немедленно всплыла абсолютно ненужная в критический момент посторонняя мысль: "Ещё никогда Штирлиц не был так близок к провалу"
  - Мурёна это, наша кошка, - поспешила на подмогу Ленка. - Ага, очень красивая она у нас.
  - Мурёна... - гостья присела на корточки и осторожно протянула руку. Кошка, помедлив, столь же осторожно обнюхала пальцы и вдруг замурчала. Хорошего человека сразу видно!
  - Можно подумать, ты кошку никогда не видела, - тётя Надя искоса наблюдала за сценкой.
  - Конечно видела! - вновь немедленно отреагировала Ленка. - Но наша Мурёна самая красивая. Ни у кого на разъезде такой больше нету!
  Молодец, ой, молодец Ленка, покаянно подумал Петька. Надо же, как мгновенно реагирует... не то что он сам, столб столбом...
  - Лёша, кроме шуток, надо ж её родным дать знать, - озабоченно произнесла тётя Надя. - Покуда мать от горя не поседела. Как твою маму-то зовут, малая?
  - Лаура, - необыкновенные фиолетовые глазищи "потеряшки" смотрели абсолютно бесхитростно.
  - Ого! Ничего так имечко. А по отчеству?
  - Я зато номер телефона знаю, - сообщила малышка.
  - Молодец! - хозяин дома встал и направился к служебному телефону, на Петькин взгляд, совершенно потрясающему - тяжеленный металлический ящик, с чашечками звонков громкого боя наверху и телефонной трубкой с чёрным изогнутым рупором микрофона. Все попытки тёти Нади сподвигнуть супруга на замену чудовища окончились неудачей: "оставь в покое мой раритет! Что, эти твои нынешние пластмассовые пикалки можно будет услышать с огорода?!" Это была сущая правда, кстати - звонок у ящика будь здоров.
  Алексей Иванович снял трубку, как Ленин в Смольном, постучал по рычагу.
  - Алё! Алё, кто это? Вера, здравствуй, золотце. Набери-ка мне, Веруня, такой вот номер... - мужчина вопросительно кивнул "потеряшке".
  Девочка стала диктовать номер, цифру за цифрой, давая возможность хозяину дома повторять без спешки.
  - Петя, ты чего это руками машешь? - спросила тётя Надя, наблюдая за племянником, делающим у раскрытого окошка какие-то знаки.
  - Да это Васька на улице ошивается, - не моргнул глазом Петька, - я ему показываю - некогда мол, домой иди покуда.
  - А-а...
  - Чёрт, связь пропала... - Алексей Иванович потряс трубку, пару раз дунул в микрофон. - Совсем ни к чёрту линейка стала, начсвязи хоть говори, хоть нет... о, появилась. Алё! Прошу прощения, вы часом не Лаура? Здравствуйте. Извините, так и не удалось узнать ваше отчество. Вы ничего не потеряли сегодня? Ага... так вот, не переживайте, нашлась ваша дочура. У нас она. Разъезд... да-да-да, это недалеко от станции. Дом номер первый, а улица вообще тут у нас одна, названия нету. Первей Алексей Иванович, к вашим услугам. Завтра? Не вопрос. Да не переживайте, говорю! У вас чудесная девчушка... да не за что. Да ну что вы... Хорошо, до завтра. Да, сейчас даю...
  Он протянул трубку девочке.
  - На-ка, получи от мамы на орехи.
  Без всякого смущения малышка взяла телефон.
  - Мама, мамочка! Только не ругайся, пожалуйста. Потом ты меня поругаешь. Мне ничуть не плохо, что ты! Тут все такие добрые-предобрые, хорошие-прехорошие, да! Пока-пока!
  - Ну вот и объяснились, - тётя Надя смотрела на "потеряшку" с улыбкой. Право, чудо что за девочка...
  - Опять связи нет, - Алексей Иванович энергично стучал по рычагу. - Ну что ты будешь делать, холера ясна...
  - Да оставь ты уже свой ящик страшенный, - возразила тётя Надя. - Пошла я за Зорькой. Как подою, ужинать будем. Смотрите мне, ребятишки, не вздумайте убегать никуда!
  ........
  
  - Ну ты даёшь, слушай! Прям настоящая артистка. Такой спектакль на ровном месте закатила!
  Восхищение Петьки было глубоким и совершенно искренним. Нет, а что? А вы бы так вот смогли? Достижения мастеров надо признавать честно и открыто!
  - И мне, и мне тоже понравилось! - встряла Ленка, чьё восхищение необыкновенной гостьей, похоже, помалу перерастало в настоящий культ личности.
  - Да и ты молодец, Лен, - щедро выдал Петька кузине. - Чётко среагировала с Мурёной!
  Ленка порозовела от удовольствия.
  - Понимаю... - сейчас улыбка звёздной гостьи была таинственной и чуточку смущённой. - Вы же подумали, что это всё неправда? Совсем-совсем? А вот и нет. Спектакля тут только чуточку.
  - В смысле? - не понял Петька.
  - Мою маму зовут Лау. И я действительно с ней говорила. И Алексей Иваныч тоже!
  - Не понял... - теперь Столбов хлопал глазами как заводная кукла.
  - Чего ж тут непонятного? На леталёте есть говорун. Он снимает сигнал с этого ящика и передаёт сквозь подпространство. И переводит заодно, туда-обратно. Так что мама слышала нашу речь, а Алексей Иванович вашу... ну, русскую. Каждый говорил по-своему, как ему удобно, и всё-всё понимал. У нас все так делают. Языков тысячи, их же не выучишь, а говорить всем как-то надо. А яснее я объяснить не могу, потому что маленькая ещё!
  - Вот это дааааа... - Петька даже почувствовал лёгкое головокружение. Нарушение мозгового кровообращения подступает, ага. От обилия чудес.
  - Ниу... - вдруг тихо спросила Ленка. - Это что... ты завтра от нас улетишь?
  Пауза.
  - Да, Лена, - столь же тихо ответила Ниу, без всякой улыбки. - На следующем закате меня заберут. Мама прилетит и...
  Глаза Ленки-Вездесуйки наполнились слезами не хуже, чем старый карьер водою. Она всхлипнула раз, другой...
  - Если ты сейчас заплачешь, я тоже заплачу, - сообщила Ниу. - Скажи... что, было бы лучше, если бы я вообще не прилетала?
  - Что ты! - от испуга у Ленки даже слёзы пропали. - Это было бы очень плохо!
  - Ну и вот... Ведь никакой праздник не может длиться бесконечно. Что теперь, грустить загодя об его окончании? Так и никакого праздника не будет.
  Теперь улыбка звёздной гостьи была мудрой и ласковой.
  - Впереди у нас ещё много времени. Не будем грустить о расставании заранее. И потом, я ведь не умирать собралась. Я ведь и ещё прилететь могу!
  - Прости, Ниу, - Ленка по инерции всхлипнула. - Просто ты очень умная... а я не очень.
  И в этот миг трубно заревела корова.
  Зорька шла с поля, победно колыхая массивным выменем. Она надвигалась грозно и неотвратимо, как сама судьба, и ужасные рога несли погибель всему живому. За ней бежала тётя Надя, тщетно размахивая прутиком... как будто жалкий прутик мог остановить такое чудовище!
  Извилистый шнур мощного электроразряда полыхнул меж концами коровьих рогов, раздался громкий треск, и Зорька грузно повалилась набок. Тётя Надя охнула, выронив прутик, однако, в отличие от коровы, на бок всё же не рухнула, осела на грунт более-менее вертикально.
  - Что ты наделала! - глаза Ленки были теперь круглее, чем у совы. - Ты же её убила!
  - Не... не должно... - не слишком уверенно возразила Ниу, успешно соперничая в округлости глаз с Петькиной кузиной. - Защитник, он живых не убивает. Просто дезактивирует опасных...
  Словно в подтверждение правоты звёздной гостьи дезактивированная Зорька завозилась, подавая все признаки жизни.
  - Чего тут творится? - во дворе возникла фигура хозяина, в домашнем трико и майке. - Ох, ёптить! Надя! Надя, что с тобой?!
  - Ох... Лёша... - вид у Петькиной тётушки сейчас был ещё тот, - у меня сейчас такой морок сделался... солнечный удар, должно быть...
  - И у Зорьки?!
  Тётя Надя переводила обалделый взгляд с мужа на корову и обратно.
  - И у неё, так выходит...
  - Ну ёшкин кот, да что ж это такое-то... - Алексей Иванович поднимал жену, сидевшую на попе ровно аккурат посреди ворот. - Вот она, жарища-то...
  Зорька, сообразив, что в отличие от хозяйки лично её никто поднимать не намеревается, вновь замычала, только уже обиженно и протяжно. Повозившись, кое-как встала и слегка пошатываясь побрела в тёмное спасительное нутро родного хлева.
  .....
  
  - Вкусно?
  Надежда Борисовна подлила "потеряшке" ещё молока. Девочка Нэля, вышедшая из лесу, только облизывалась.
  - Да!
  - То-то. У вас там в городе парного молочка небось днём с огнём не сыщешь!
  - Совсем нету, - необыкновенные глаза девочки выражали абсолютную искренность. - Вообще! А это всё из вашей Зорьки?
  - Ну а из кого больше-то, - засмеялась хозяйка. - Кроме нас на разъезде корову больше никто и не держит. Коза вон есть ещё...
  Она обернулась к супругу.
  - Кстати, Лёша, надо бы к ветеринару нашу Зорьку свозить, или как... Видал, чего нынче с ней сделалось?
  "Потеряшка" смотрела в стол.
  - Да нечего зря беспокоить людей, - отмёл опасения Алексей Иваныч. - Этак и тебя надо сейчас в поликлинику везти, м?
  - Да ну, скажешь тоже! - засмеялась хозяйка.
  Ужин семейства был в разгаре. Гостья отведывала то одно, то другое, и, судя по личику, стряпня ей определённо нравилась.
  - А вот ватрушки с творогом, - тётя Надя подсунула малышке здоровенную ватрушку домашней выпечки. - С молоком-то оно самое то! А то вон прозрачная насквозь, тощее даже нашей Ленки.
  - Лишний вес здоровье ест! - выдала малышка.
  - Вот те и на... - изумился Алексей Иваныч. - Это откуда у тебя такая-то поговорка?
  - Народная мудрость это, - добавила жару "потеряшка".
  Супруги переглянулись. В глазах тёти Нади плясали бесенята.
  - Ты часом не гимнастка художественная?
  - Ну да, умею, - помедлив, ответила девочка. - Немножко только. Маленькая я ещё.
  - Понятно... - улыбнулся дядя Лёша. - А мать-то тебя чем кормит, если не секрет?
  - А мама у меня так здорово делает гульбеддинские хекматияры! - малышка вздохнула. - Только не очень часто. Они с папой всё работают, работают...
  Девочка вдруг замерла, явно прислушиваясь к собственным ощущениям.
  - Оу... оу-оу!
  Она сорвалась с места и исчезла за дверью.
  - Да что ж такое-то... - расстроенно произнесла тётя Надя, поднимаясь следом.
  Вернулась она скоро, буквально через минуту.
  - Ну что? - обеспокоенно спросил Алексей Иваныч.
  - Да ничего особенного, - заверила Надежда Борисовна. - Прослабило малость, только и делов.
  - Ну ты, мать, головой-то тоже думай, - рассердился хозяин дома. - Ребёнок с утра голодный, а ты ему - бах! - полную кружку парного молока. Меня вон с парного молока враз в нужник загоняет. А городские-то дети кроме порошкового молока сроду ничего не видали. Да ещё вон этих... как его... насреддинских... всякую шаурму, короче!
  ............
  
  -... Я же говорю, кушать мы умеем, но это резервная система питания! Ну не всегда же можно досыта напитаться солнечным светом, вот и приходится есть всякую там еду... Я уже думала, что отравилась и сейчас же умру!
  - Парное молоко, это что! - возразил Петька. - Вот в прошлом году мы с Васькой черёмухи сдуру наелись, вот это был номер!
  Солнце уже довольно низко висело над горизонтом, понемногу склоняясь к вечеру. Петька, Ленка и Ниу сообща поливали огород, то есть оставшуюся часть, кою тётя Надя до вечерней дойки полить не успела. Сейчас на ребятах из гардероба имелись в наличии только трусы, так что звёздная гостья могла отдохнуть от непривычной амуниции на совершенно законных основаниях, ничем при том не выделяясь из среды аборигенов. Работа ввиду изобилия рабочей силы продвигалась споро, запасные шланги, задействованные по такому случаю, не только обеспечивали достойную производительность труда, но делали тот труд радостным и приятным, ибо позволяли брызгаться сколько душе угодно. Заодно выяснилось, что визжать инопланетная пришелица умеет ничуть не хуже Ленки.
  - Ага, не ждали!
  Катька стояла в новеньком цветастом сарафане и улыбалась во весь рот. Ну конечно, тут у Петьки с Ленкой такая гостья, а она должна дома сидеть? Не знаете вы Катьку!
  - А у нас Ваське тоже велели огород полить, - сообщила девочка. - Только он мне шлангу не даёт. Петя, а ты мне дашь шлангу? Ну пожа-алуйста!
  - Петя, дай Катьке шланг, - поддержала Ленка подружку. - Ну пожа-алуйста!
  - Петя, дай Кате шланг, - в фиолетовых глазищах Ниу густо роятся смешинки. - Ну пожа-алуйста!
  - Да ладно, ладно! - сдаваясь под напором широких народных масс, Петька протянул Катьке шланг. - Сарафан свой новый изгваздаешь, гляди, тёть Аня тебе по попе!
  - А я сниму! - радостно заверила Катька. - Я как все! И мама ничего ругаться не станет!
  Теперь полив огорода более напоминал водную феерию. Наверное, будь тут настоящий водопровод, и тёть Надиному огороду пришёл бы конец, проползла у Петьки в голове очередная посторонняя мысль. Однако напор из полупустого бака слабенький, да и июльские растения уже достаточно окрепли... Обойдётся, пожалуй...
  - Ну вроде всё, - Петька критически обозревал огород, залитый сегодня на зависть рисовой плантации. - Ну хватит, хватит брызгаться! Вода в баке на донышке уже!
  Словно в подтверждение шланг в руках Ленки захрипел, захлюпал, и водяная струя враз опала. То же случилось и со шлангом Ниу, а также и Катькиным, так что водная дуэль прекратилась сама собой. Ввиду исчерпания боезапаса.
  - Ниу, а ты не знаешь случайно, что такое "сифон"? - внезапно наугад спросил Петька.
  Хлоп-хлоп фиолетовые глазищи.
  - Почему случайно? Конечно знаю. Вот эти вот шланги, к примеру, работали сейчас как сифоны...
  - Здорово, - признал Петька. - У нас только в этом году по физике сифон проходили, и то, думаю, все забыли уже. Вон Васька точно забыл...
  - Ой, Ниу, какая ты умнющая-а-а! - восхищённо протянула Ленка. Очевидно, формирование культа личности практически завершилось.
  - Ладно, я сейчас, - заверил Петька. - Насос только запущу, надо свежей воды в бак набрать. На завтра.
  Вообще-то заполнение бака насосом было делом самого хозяина, но не мог же Петька ударить в грязь лицом. Вон такая малышка из дальней галактики и про сифон уже знает, в таком-то возрасте. И репликацию предметов запросто производит. А тут... Не полный же он дикарь, в самом деле. Ладно, температуру планеты отрегулировать не в состоянии, но чтобы уж не суметь запустить насос!..
  С техникой, однако, пришлось повозиться. Дело в том, что Алексей Иваныч, мужчина хозяйственный, приспособился обходиться одним насосом, опущенным в колодец. Когда надо, вода шла в дом, когда надо - в баню, когда надо - в огородный бак. Сработанный для этого дела гидрораспределительный узел, более всего напоминавший Петьке змеиный клубок из шлангов, находился в сарае и требовал достаточной квалификации пользователя.
  Наконец насос в колодце басовито загудел, нагнетая воду, и Петька поспешил к друзьям.
  - Петя, хочешь ягодок?
  Петька Столбов остолбенело разглядывал трёх подружек, уютно разместившихся на лавочке под лучами вечернего солнышка. Перед троицей на трёхногом железном табурете красовался алюминиевый таз, в котором тётя Надя имела обыкновение устраивать мелкие постирушки. И таз этот был доверху наполнен отборной клубникой.
  - Вы что... все грядки у тёть Нади обобрали?!
  - Скажешь тоже! - Ленка даже чуть обиделась на столь кощунственное предположение. - Это всё Ниу!
  - Мне хватило одной ягодки, Петя, - улыбнулась гостья. - Остальное дело техники.
  Петька в общем-то уже и сам сообразил, что сморозил. За то время, что он возился - минут десять, не больше! - трём малолеткам набрать такой тазик ягод совершенно нереально.
  - Кушай, Петя, - улыбка Ниу как всегда лучезарна. - Если надо, я ещё сделаю.
  - Да куда уж больше-то... - хмыкнул Столбов. И только тут до него дошла деталь обстановки, кою таз с клубникой на время заслонил. Трое девчачьих трусишек висели на верёвке, аккуратно прицепленные бельевыми прищепками. Вся же троица сидела в чём мама родила, и роскошно-вычурные серёжки-говорёшки Ниу лишь дополнительно оттеняли картину разнузданного нудизма.
  - Мокро, - перехватила Петькин взгляд Ниу. - Неприятно. Вот высохнет, тогда надену.
  - А нам думаешь приятно? - это Ленка.
  - Да-да-да! - это уже Катька.
  Петька только вздохнул. А что тут скажешь? Культ личности на то и культ... Что делает кумир, то и все поклонники.
  - Привет! Как дела?
  Васька, отвязавшийся наконец от хозработ по огороду, разумеется, также не преминул явиться. Правда, в отличие от сестры парадный костюм надевать так и не стал - на Скляре сейчас красовались обрезанные выше колен затасканные джинсы и синяя футболка с логотипом какой-то иностранной компании.
  - Да вот... - Петька сделал широкий неопределённый жест рукой.
  - Понятно, - Васька оценил обстановку мгновенно. - Влияние сверхцивилизации. Кать, ты же вроде говорила, земные девочки стесняться обязаны...
  - А я преодолела в себе! - гордо заявила Катька.
  - Мы не уродки какие-нибудь, чтобы всё время стесняться! - решительно добавила Ленка.
  - Лучше угощайся, Вася, - Ниу кивнула на таз.
  - Ого себе... - Скляр почесал в затылке. - Тоже понятно. Мощная техника там у вас!
  Ниу вздохнула.
  - Неа... Мощную мне не дают. Маленькая потому что. Это так, детские игрушки.
  Она встала со скамейки, пощупала трусики, висящие на верёвке.
  - Ну вот... можно надевать.
  Разумеется, фрейлины без разговоров последовали примеру, и через минуту вся троица обрела достаточно респектабельный вид - в смысле, трусы и сандалеты. Насчёт платьишка звёздная гостья покуда не торопилась, и по той же причине сарафаны Катьки и Ленки болтались на верёвке.
  - Привет всем!
  Разумеется, это была Даша. Кто бы сомневался?
  - Привет, Даш, - Петька опередил всех. - Клубники хочешь? Ниу угощает!
  - Угум... - Скляр просто подвинулся, освобождая место на лавке для новоприбывшей и тем молча признавая её полноправным членом команды.
  Ветер стих совершенно, даже листья на старой иве перестали колыхаться. Где-то за крайними домами солидно громыхал товарняк - очередной состав следовал мимо разъезда, не останавливаясь. А быстро привыкла инопланетяночка, проползла в голове у Петьки очередная посторонняя мысль. Вон, рассматривает ягоду, прямо как Мичурин, а на громыхающее неподалёку железное чудище уже ноль внимания...
  Откуда-то возникла Мурёна, подумав, вспрыгнула на лавочку рядом с Ниу, и девочка просто и естественно принялась её гладить. Кошка с готовностью замурчала. Место приличной кошки завсегда с добрыми людьми, и если даже в данный конкретный момент добрым людям дать кошке нечего... ну, потом дадут чего-нибудь вкусненькое. Когда совесть заговорит, ага...
  - Я сегодня Зорьку вашу сильно обидела, - заговорила Ниу. - Зря обидела, так получается. Она такое вкусное молоко даёт, а я её - бац!
  - Ну, чего там, корова... - произнёс Васька. - Животное же, переживёт.
  Фиолетовые глазищи смотрят пристально и удивлённо.
  - Ну, животное, так и что? Можно обижать ни за что, походя?
  - Она же глупая, - уже не так уверенно возразил Васька. - Даже не поняла, чего это с ней...
  Глаза Ниу опасно блеснули.
  - А если кто-то решит, что ты глупее его? И тебя - бац!
  - Нуу...
  - Животное переживёт, да. И простит даже. Куда ему деваться? Только ведь это нужно не животному, Вася. Это самому человеку надо, чтобы всё было по справедливости. Чтобы он смог оставаться человеком.
  - Да это он клубники объелся, вот и бормочет чего ни попадя, - встрял Петька. - Язык разминает. Не обращай внимания, Ниу. Все тут знают, маленьких и слабых обижать свинство. И Васька знает, точно говорю.
  Васька насупился малость, но возражать не стал. Принял, стало быть, помощь друга... а хотя бы и в такой форме.
  - Надо мне ей чего-нибудь дать, Зорьке, - успокоилась Ниу. - Чтобы по справедливости. Чего она больше всего любит, корова ваша?
  - Ннууу... - Ленка задумалась. - хлеб она любит... А! Сахар Зорька любит сильнее всего. Прямо тащится от него, ага. Ну белый такой, сладкий...
  - Сахар? - оживилась звёздная гостья. - Сахар, это я знаю. Это и у нас есть. Хорошо, я запомнила.
  - Ниу, а ты чего сама-то клубнику не ешь? - это Васька. Очухался от лёгкой моральной контузии, ага.
  - Спасибо, Вася, - улыбнулась девочка. - Вы кушайте, ребята, а я... Вот вы сидите тут все, просто сидите, и мне так хорошо почему-то. Правда-правда.
  Долгая, долгая пауза. И только блеск глаз выдаёт всю компанию.
  - И правда... какой неожиданно хороший день сегодня... - заговорила Дашка. - Долгий-долгий... день встречи...
  А хоть бы он и вообще никогда не кончался, подумал Петька. День встречи. Потому как завтрашний будет днём расставанья.
  Себе самому врать глупо. Он, Петька Столбов, не хочет, чтобы она улетала. Очень сильно не хочет. Влюбился-не влюбился, это пусть взрослые разбираются. А он, Петька, просто знает - без этих вот фиолетовых глазищ ему уже никогда не будет так легко и безмятежно, как раньше.
  Между тем Ниу то и дело поглядывала на небеса с нарастающим удивлением.
  - Ниу, ты чего? - это опять Васька. Тоже приметил, значит...
  - Странно... солнце совсем почти зашло, а ничего нету...
  - Чего нету?
  Ответить гостья не успела, поскольку в огороде возникла статная фигура хозяйки дома.
  - Ага, вот они где все! Загораете, ребятишки? Петя, я просила огород полить...
  - Так сделано, тёть Надь, - живо откликнулся Петька, загораживая собою тазик с клубникой и делая Ваське малозаметные, но отчаянные знаки.
  - О! Вижу, вижу... ну ребятишечки, вы же мне огород-то весь утопили!
  - Да к утру уже просохнет, тёть Надь, - заверил Васька, ногой задвигая снятую с треножника предательскую посудину в лопухи. - Жарища вон какая стоит, ни капли дождя, сейчас поливать надо будь здоров!
  - Ладно, чего с вами делать, - мягко засмеялась женщина. - Нэля, куда бы мне тебя на ночлег определить... Вот ежели с Ленкой на одной кровати, не побрезгуешь? Кровать широкая...
  Хлоп-хлоп фиолетовые глазищи.
  - Почему это побрезгую? Ничего не побрезгую! Лена - очень хорошая девочка! Очень-очень!
  Ленка просто расцвела от удовольствия. Прямо маков цвет, ага.
  - Ну вот и ладно, - улыбнулась тётя Надя. - Давайте-ка по домам, ребятишечки. Спать пора, поздно уже. Завтра будет новый день. Кто рано встаёт, тому бог подаёт!
  - А кто спит до обеда, тому все беды! - блеснула Катька своими глубокими познаниями в области пословиц и поговорок.
  - Во, правильно, Катюша, - засмеялась тётушка. - Девочки, надевайте-ка свои платьишки уже и айда в дом!
  Уже во дворе Петька спросил гостью, всё поглядывающую на небосвод.
  - Так ты и не ответила, слушай, чего...
  - Спать, спать, спать! - решительно прервала назревающую дискуссию Надежда Борисовна. - Завтра наговоритесь!
  В этот момент из-за угла дома вывернул Алексей Иваныч, неся на плече лёгкую алюминиевую лестницу-стремянку.
  - Слышь, Надя, зря я на связистов-то наших бочку катил. У нас в доме обрыв, почитай, под стрехой. Как будто нарочно кто провод дёрнул, или палкой...
  - Да ну, кому надо это, телефон-то тебе обрывать. Спать, Лёша, спать пора... я вот с ног валюсь, как ты не знаю, а мне завтра с утра на дежурство...
  Голоса удалились в дом, Петька, помедлив, полез на сеновал. Ладно... действительно, пора спать, утро вечера мудрёнее. Так ведь и не узнал, чего она там в небе высматривала, эта невозможная и удивительная девочка Ниу...
  ..............
  
  - Лёша... Лёшик... ты не спишь?
  Алексей Иваныч лежал, закинув руки за голову, и смотрел в потолок.
  - Не сплю я, Надюш... Думаю.
  Пауза.
  - Ну и что ты надумал?
  Алексей Иваныч повернулся на бок.
  - А давай-ка ты сперва изложишь свои соображения.
  Пауза.
  - Ладно, - согласилась женщина. - я так я... Видал одеяньице-то её?
  Супруг хмыкнул.
  - Смело, не отрицаю. Ну да вон я надысь в городе был, там две близняшки тоже в кружевных платьицах щеголяли, всё видать на просвет и край попы снизу торчит... А ещё и постарше этой пигалицы, пожалуй...
  - Не платье это на ней, Лёша. Как его... топик называется. Точь-в-точь такой у Дашки, внучки бабки Дарьи. Аккурат она сейчас у неё гостит.
  - Хм... что-то не видал я на ней такого...
  - Да где б ты видал, коль целые дни на работе. Да она и надела-то его один раз, по приезду. Бабка Дарья её обломала враз, по ней, все девки в монашьих одеяньях ходить обязаны... Но тут не о Дашке речь-то, и не о просвете в кружевах. Видно же, с чужого плеча вещь на потеряшке нашей.
  - Ну...
  - Вот те и "ну". И не сомневайся даже. По покрою враз видать. На большую девочку сшито, а этой пигалице вместо платья приспособлено. Вот как примерно твою бы майку Ленке нашей вместо сарафана...
  Пауза.
  - Ладно, топик... А трусишки на ней точно Ленкины.
  Алексей Иваныч вновь хмыкнул.
  - А что, Ленке нашей на заказ труселя-то шили? Массовое производство, однако...
  - Да не такое уж и массовое, мне их Алёна добыла, через свояка-моряка. Откуда-то аж из Сингапура привёз шмутья чемоданы... А сандалеты на ней Катюхи Скляр, если ты заметил.
  - Ну уж Катькины-то сандалеты точно не из Сингапура!
  - Не понял ты, Лёша. Не такие же, а именно Катькины. У той сбоку подрано, и у этой точь-в-точь. У той на левой одна блестяшка отвалилась, и у этой нету. Точно в том же месте.
  - Ну-ну... Уж не хочешь ли сказать, что эта малышка точь-копию Катькиных сандалет соорудила? Вот так, походя, ага. Без колодок, да без инструмента. Тут с оснасткой-то, да опытный сапожник за полный рабочий день хорошо если управится.
  - А вот это вопрос, Лёша. Я говорю чего вижу.
  Глаза женщины в темноте блеснули.
  - А серьги эти её? В таких не малолетке гулять, в таких только в ансамбле песни и пляски...
  - Ну стащила у матери, чего там, - уже больше по инерции возразил хозяин дома. - Не зря же мамка-то у неё Лаура. Модная дама, должно быть.
  - Тебе лишь бы чего заспорить, хоть даже и не по делу! - рассердилась супруга. - Где ты видывал, чтобы соплюха в таких серёжках и спать ложилась? А браслет? Ты браслет у ней видал?
  Пауза.
  - Вот браслет да серьги, это её. А всё прочее с чужого плеча.
  Пауза.
  - А кошка?
  - А что кошка?
  - Да она ж кошки в жизни не видала.
  - Да ой, - усомнился Алексей Иваныч.
  - Да-да-да! Как она руку-то к ней тянула... Это Ленка, стрекоза, быстренько плечо помощи подставила, разговор удачно свернула. Детишки, они ж думают, взрослого обмануть легче лёгкого. Взрослые не видят ничего, не замечают.
  Надежда Борисовна придвинулась к мужу вплотную.
  - А глазищи эти её?
  - Мда... - Алексей Иваныч помедлил. - Глазищи совершенно необычайные, надо признать...
  - Нездешняя она, Лёша, - горячо зашептала тётя Надя. - Неземная. Голой явилась в этот мир, аки херувим... и наши ребятишки гардероб ей сообща соорудили...
  Теперь мужчина разглядывал собственную супругу так внимательно, как будто видел впервые.
  - Чего молчишь-то? - не выдержала Надежда Борисовна.
  Пауза.
  - А нечем мне тебе возразить, Надя. Все карты ровно легли. И небесное знамение, и эта девчонка, невесть откуда взявшаяся... с фиолетовыми глазами...
  Долгая, долгая пауза.
  - Чего теперь делать-то, Леша? А?
  Ещё более долгая пауза.
  - Может... сообщить надо куда? Ну, в Академию Наук там...
  Алексей Иванович молчал так долго, что супруга уже подумала было - ответа не будет.
  - Нет, Надя, - наконец заговорил он. - Никуда и никому мы сообщать не станем. Не надо это ей. Да и нам никак не надо.
  Пауза.
  - Ничего хорошего из этого не выйдет, точно.
  Он приподнялся на локте.
  - Помнишь древний закон гор? Гость - священен, выдать его - позор на весь род. Так вот... У нас в гостях она. Не у академиков, а лично у нас с тобой в дому. Понятно?
  - Так а чего делать-то тогда?
  Пауза.
  - Чего делать, говоришь... Умыть, накормить-напоить да спать уложить. Чего ещё с гостями делают?
  Дорожный мастер вдруг усмехнулся.
  - А с телефоном-то у неё ловкий фокус вышел. Ой-ёй, крутой фокус... Как она это утворила, ума не приложу... Ведь это я натурально с её мамкой разговор-то вёл, Надюш. Лаура которая... если, конечно, она Лаура. Только сейчас дошло...
  - Ну-ну... - усомнилась тётя Надя.
  - Вот те и "ну-ну"... Такое ощущение, будто на том конце провода говорят по-иностранному, а здесь всё по-русски слыхать...
  - Так ведь и провод-то был оборван, сам говоришь!
  Мужчина ухмыльнулся шире.
  - Так для того и оборван, так полагаю, чтобы нашенская линия межзвёздному разговору не мешала. Не зря же Петька у окошка руками-то махал, знаки своему дружку закадычному, Ваське Скляру делал...
  И в этот момент раздался отчаянный крик.
  ..........
  
  Циркулярная пила распиливала Петькину голову вдоль, и поперёк, и на множество маленьких кубиков...
  Петька Столбов проснулся окончательно, дико вращая глазами. Ниу визжала во дворе заходящимся, вибрирующим от ужаса визгом - право, вряд ли на всей Земле найдётся ещё девчонка, способная издавать такие звуки. НЕЧЕЛОВЕЧЕСКИЕ.
  Раздумывать было некогда. Петька ногой отшиб чердачную дверцу и скатился во двор по приставной лестнице, как был, в одних трусах. Однако его опередили.
  - Что, что случилось?! - тётушка и дядюшка также выскочили на крыльцо в чём были.
  - Звёзды!!! Звёзды кругом!!! Аииииии!!!
  - Ох ты, господи! - тётя Надя уже обнимала девочку. - В дом, скорее в дом... сейчас, маленькая, всё будет хорошо... ну что ты...
  Визг стих, сменившись сдавленными завываниями, всхлипываниями и прочими нечленораздельными звуками. Все обитатели сгрудились у дверей, наблюдая, как тётушка бережно укладывает перепуганную девочку в постель. Алексей Иваныч, как по наитию, включил свет везде где только можно, и сейчас дом сиял, как люстра.
  - Ну-ну-ну-ну... что ж ты так темноты-то боишься... большая же девочка уже...
  Тётя Надя всё гладила и гладила малышку по голове, бережно и нежно.
  - Я... хочу прощения попросить... у вас... - зубки звёздной гостьи выбивали кастаньетную дробь, и вся она крупно дрожала, как в сильном ознобе. - Я наврала... меня Ниу зовут... и я с планеты... Мья... Мьяданандрьяна... из галактики... Амбатофинандрахана... верите?
  - Ну а как же, - тётя Надя улыбнулась. - Тебе да не верить, кому тогда? Чем ты Зорьку-то нашу так шандарахнула? Аж искры меж рогов...
  - Это... не я... это... защитник, - девочка показала браслет на запястье. - Он... сам... устраняет угрозу... хозяйке... автоматически... я его только включила... испугалась потому что... простите...
  - Ну и ладно, ну и проехали, - вновь тепло улыбнулась женщина.
  - У нас там... никогда не бывает... так темно... - Ниу всё никак не могла справиться с колотившей её дрожью. - Днём светит солнце... а ночью противосолнце... оно... на гало-орбите... обращается... в точке либрации... и всегда... на ночную сторону... солнечный свет отражает...
  Новый раскат зубной кастаньетной дроби.
  - А когда я... звёзды увидела... на небе... мне показалось... что космос проглотил всё вообще... и теперь вокруг... только чёрная мёртвая пустота... будет всегда...
  - Маленькая ты моя, - тётя Надя всё гладила малышку по головке. - Как же вы не боитесь летать-то в космосе, раз такое дело? Там же страшно должно быть.
  - Конечно... страшно... как же может быть не страшно... когда вокруг чёрная пустота, наполненная смертью? Только иного пути нет у нас... чтобы суметь достойно жить, надо научиться проходить сквозь страх смерти... так мама моя говорит... а она не врёт... никогда... не то что я...
  - Твоя мама мудрая женщина, - улыбнулась тётя Надя.
  - Я ведь... и ребятам всё наврала... насчёт программы контакта семь-три... просто папа... ключ-пароль от проникателя оставил... и вот я здесь... без спроса...
  Ниу подняла на женщину отчаянные глаза.
  - Я гадкая, да? Они теперь меня презирать будут, да?
  - Ещё чего! - мягко засмеялась тётушка. - Ты думаешь, они не врут? Петька вон врёт как дышит, Васька того круче, а уж Ленка-то с Катькой - только держись... Полюбили они тебя, вот что. Не бойся ничего. Спи, маленькая. Спи...
  Кастаньетная дробь зубов наконец прекратилась. Ещё минута-другая, и звёздная гостья дышала ровно и тихо, как и положено спящим детям. И только длинные густые ресницы чуть подрагивали во сне, от слабой тени пережитого ужаса.
  - Лена, ты вот что... - сейчас тётя Надя говорила шёпотом, - ты ложись сегодня с папкой. А я с ней до утра побуду.
  ............
  
  - Кукарекуууу!
  - Мммуууу!
  Петька Столбов досадливо поморщился, прикрыл ухо краем подушки. Вот интересно - это само у них так получается, или животины как-то договорились по утрам петь дуэтом? Ну понятно, петух, ему по штату спозаранку орать положено... ладно, пора вставать, А то Васька злиться станет, договорились на рыбалку на зорьке, значит, договорились...
  Петька вскочил как укушенный. Ниу!
  Весь вчерашний долгий день, насыщенный событиями донельзя, вспомнился мгновенно, до мельчайших деталей. Как будто вынырнул на поверхность памяти подобно поплавку. Петька даже удивился, как это он во сне мог запамятовать столь грандиозные события. Видимо, память человечья, не в силах сразу принять массу невероятностей и разложить по полочкам свалила всё скопом в дальний чулан, оттого и...
  - Кукарекуууу!
  - Мммуууу!
  - Ох, ёшкин кот! - к дуэту коровы и петуха примешался возмущённый голос хозяина дома. - Пётр! Петька, ты где?!
  В животе у Столбова ёкнуло. Движимый самыми нехорошими предчувствиями, он ринулся к тыльной дверце чердака-сеновала, распахнул её и остолбенел.
  Огород в предрассветной полутьме выглядел рисовым полем. Вот теперь уже точно. Вода тускло блестела меж грядок с капустой, тропка выглядела настоящим каналом. У забора, словно мангры, из воды возвышались могучие лопухи. Дальше, на картофельные гряды, вода, к счастью, не добралась - очевидно, водосточная канава, прокопанная за забором, приняла на себя избыток влаги.
  - Доброе утро, дядя Лёша, - Петька всё-таки постарался, чтобы его приветствие не звучало как издевка.
  - Доброе, доброе, - отозвался дядюшка. - Если оно, конечно, доброе. Ты вчера насос включал?
  - Я... - убитым голосом признался Петька.
  - Да ты спускайся, спускайся сюда.
  Столбов обречённо полез вниз.
  - А тебя кто-нибудь о том просил? - Алексей Иваныч возился со шлангами.
  - Неа... - свесив голову, покаялся Петька.
  - Я утром собрался воды накачать в дом, потом, думаю, и в огородный бак... ба! А тут такое.
  Столбов мёртво молчал.
  - А реши-ка ты, Петька, арифметическую задачку, - Алексей Иваныч присел на лавку, где они вчера всей компанией сидели. - Насчёт бассейна с трубами. Бак вот этот вмещает шесть тонн воды. Насос из колодца качает в час три тонны. Сколько тонн воды выльется в огород за семь часов беспрерывной ночной работы?
  - Дядь Лёша, - чуть осмелел Петька, - откуда столько воды? Тут шесть тонн, а в колодце десять... он же отключиться должен был сам... вы ж говорили, защитное реле там, чтобы мотор не сгорел...
  - Двойка, Петя, двойка. Про другую трубу-то ты и забыл. Там, в колодце, водоносный горизонт имеется, очень мощный он у нас. Песчаный слой метра четыре, скрозь водой пропитанный. Всю ту воду выкачать никакому насосу не под силу.
  Петька лишь горестно вздохнул.
  - Мммуууу!
  - Да сейчас, сейчас, оглашенная! - тётя Надя уже спешила на помощь недоеной скотине. - Не ори так-то, гостью нам разбудишь...
  - Ладно, Петр, - подытожил Алексей Иваныч, - на первый раз будем считать инцидент исчерпанным. До картохи вода не добралась, морковь тоже так себе залило, а капуста стерпит, так полагаю. Надеюсь, повторенья потопа всемирного не будет?
  - Честное пионерское, дядь Лёша!
  Заря разгоралась всё сильнее, заливая восток золотом и обещая тем новый ясный и солнечный день.
  - Привет! - верный друг, наспех причёсанный и для вида умытый стоял на кромке рукотворного моря.
  - Васька? Чего тебе не спится?
  - Вопрос совершенно дурацкий, - констатировал Скляр, и Петька вынужден был с ним полностью согласиться.
  - Чего это у вас такой крик стоял? - Васька уселся на лавочку. - За полночь, аж у нас было слышно.
  - Да уж было тут у нас... - Петька вздохнул. - Здорово она испугалась... звёзды на небе увидела.
  - Чего-чего?! - изумился Скляр. Петька вкратце изложил другу перипетии ночных событий.
  - Во дела... - Васька даже головой покрутил от избытка впечатлений. - Понятно теперь, чего она вчера вечером всё на небо-то поглядывала. Ожидала, стало быть, когда взойдёт это... как его... противосолнце. А его-то у нас и нету, у дикарей кромешных.
  - Слушай, Вась... - Петька даже заморгал, - а если бы она к нам зимой прилетела? Что было бы? Голая же из леталёта своего вышла!
  - Что было бы, говоришь... - Васька подумал. - А ничего не было бы. Небось электронный мозг на борту этого самого её леталёта определил бы здешнюю местность как непригодную для жизни. И говорили бы с ней какие-нибудь негритята, ну или индейцы на Амазонке.
  Скляр прямо взглянул на товарища.
  - Это нам здоровенная везуха, Петь. Что погода нынче стоит такая.
  Петька лишь кивнул. В самом деле... если это не везуха, то что тогда вообще везуха?!
  -... Нет, Лёшик, не будет сегодня жареной свининки, - донёсся до них негромкий голос тёти Нади. Супруги разговаривали за сараем, поодаль от дома, и притом вполголоса. - И даже курочки не будет, а уж о говядине и не заикайся. Да и вообще о мясе не вспоминай при ней. Я даже яичницу жарить и то опасаюсь, на всякий случай.
  - Ну, мать...
  - Никаких "ну", Лёша. Они там, как я поняла, убоины никакой вообще не едят, с древнейших времён во всяком разе. Будь тут взрослая какая-нито пришелица, то не вопрос. Чай, у них там этих самых контактёров специально готовят, привычные они к обычаям дикарей-то. А она малышка совсем. Может быть сильная душевная травма, куда хуже ночной. Ты что, хочешь, чтобы она ощутила себя в пещере ужасных людоедов? Этих... как их... питекантропов!
  Друзья переглянулись. Ай да тётя Надя...
  - Всё, побежала я, - закончила дискуссию Петькина тётушка. - На смену опаздываю!
  И только тут Петька испугался по-настоящему. Только разве не до клацанья зубов, ага. Потому как неумение регулировать климат, или отсутствие нормального ночного освещения, приличествующего цивилизованным планетам - это всё ерунда. А вот если она узнает, что Зорьку, которую нынче холят и лелеют, ласковые слова говорят, потом зарежут и сожрут... Это конец. Конец всему, понятно?!
  - Вась... ты понял?
  - Трудно не понять, - откликнулся Скляр. Помолчал, размышляя. - Ладно... разъяснительную беседу с Катькой я беру на себя. На тебе разговор с Ленкой, ну и с Дашкой, пожалуй...
  - Почему? - на автомате спросил Столбов.
  Васька ухмыльнулся.
  - Да потому что нравится она тебе. По морде видать...
  - А, пошёл ты...
  - Не, я без подколов, чисто объективно. А чего? Девушка видная, сиськи - во! - двумя кукишами Васька изобразил назревающие Дашкины прелести.
  - Да ну тебя нафиг, трепло! - рассердился Петька. - Ладно... поговорю и с Дашкой.
  - Привет!
  Даша спросонья зябко куталась в домашний ситцевый халатик - видно, что не привыкла девушка вставать в такую рань. Задавать дурацкий вопрос, чего ей не спится, ребята не стали. Всё понятно и без вопросов. Понятно было даже, отчего на леди такой наряд. Попробуй-ка одеться в такую рань в парадное под бдительным оком бабки! Обязательно будут вопросы. А тут всё просто - вышла внученька из избы вроде как по нужде и была такова... короче, побег из-под надзора в чистом виде.
  - Тебя баб Дарья не заругает за вид? - Петька кивнул на халатик.
  - Ну как же нет, когда да, - улыбнулась девочка. - Бабуля обожает меня воспитывать. Но это ничего, надо просто привыкнуть. Постоять малость со скромным видом, молча, и в конце воспитательной речи смиренно произнести "да, бабуля" - всего-то и делов.
  Все трое рассмеялись.
  - А вот и я!
  Сегодня на Катьке в дополнение к нарядному сарафану красовался роскошный белый бант, косо повязанный на наспех расчёсанную голову. То есть за других она, Катька, не ответчица, но сама лично никак не может предстать перед Ниу в затрапезном виде!
  - Сегодня ночью Ниу у вас так кричала? - глаза Катьки как у прокурора. - Вы её что, обижали?
  - Да ну, скажешь тоже! - возмутился Петька. - Просто вышла она ночью на крыльцо, а кругом темно. И звёзды на небе. Вот и испугалась.
  - Как это? - Васькина сестрёнка усиленно заморгала. Пришлось Столбову вновь в подробностях излагать всю историю.
  - Мда... - Даша оглянулась. - Это, значит, она вчера не просто так на небо...
  - Вот и я о том же, - это Васька. - Если б у нас солнце утром вдруг не взошло, ой как многие бы от ужаса завизжали!
  - Здрасьте всем!
  Ленка стояла и улыбалась своей солнечной улыбкой.
  - Ой, а у нас ночью такое было... - начала было она, но Васька прервал рассказ.
  - Погоди, Лен. Все уже в курсе, вон Столб всё рассказал. Тут у нас другая проблема вырисовывается. И очень серьёзная. Давайте присядем. Петь, изложишь? У тебя вернее выйдет.
  - Можно, - согласился Петька.
  Всё изложение проблемы заняло минуты три. Ещё примерно пять обсуждение.
  - В общем, все всё поняли? - подвёл итог Васька. - Ежели не хотим в глазах Ниу выглядеть мерзкими и ужасными тварями...
  - Клянусь! - торжественно произнесла Ленка с необыкновенно серьёзным видом.
  - Клянусь! - эхом повторила Катька.
  - Клянусь! - сейчас Дашей, право, можно было залюбоваться.
  Первый солнечный луч брызнул на землю, и в тот же миг во дворе раздалось громкое пение. Звонкие, ликующие звуки, больше похожие на пение каких-то невиданных райских птиц, нежели человечье, неслись над просыпающейся землёй. Ребята переглянулись и не сговариваясь рванули на звук.
  Ниу стояла во дворе, уже одетая в подаренное платьице, и пела, протягивая руки к восходящему светилу. Её необыкновенные глаза сияли сейчас нестерпимо, отражая прямые солнечные лучи, и чудные серёжки бросали вокруг колкие радужные лучики. Все стояли, затаив дыхание, боясь спугнуть чудо.
  Допев свой гимн, звёздная гостья опустила простёртые руки и улыбнулась друзьям ослепительной улыбкой.
  - Доброго и светлого дня вам! Вы тоже встали приветствовать восход солнца?
  - Ну да, - первым ответил Петька.
  - А почему не пели?
  - А мы не знаем, чего петь, - Васька сокрушённо развёл руками. - Дикари же. Мы тут просто радуемся, молча.
  - Ну это ничего, - ещё ярче улыбнулась Ниу. - Можно и не петь. Главное - радоваться! Да же, Петя?
  - Абсолютно! - подтвердил Столбов.
  Девочка вдруг стала очень серьёзной.
  - Ребята... вы все здесь... и я хочу прощения попросить. Я вчера наврала насчёт программы контакта семь-три. Никто не даёт ученицам первого круга первой ступени проникателя. Леталёт, и тот детский, с выходом только на низкие орбиты... Просто папа оставил ключ-пароль от проникателя. И я сюда - бац!
  Пауза.
  - Я думала, так будет лучше. Вот...
  - А лучше и вышло! - авторитетно заверил Васька. - Одно дело, сразу потеряшка. И совсем другое, считай, официальное лицо на задании. Враз отношение другое...
  - А сейчас? - фиолетовые глазищи смотрят чуть искоса.
  - А сейчас мы с тобой подружились, - покончил с рассматриваемым делом Петька. - Так что уже без разницы.
  - Так вы на меня не сердитесь?
  - Чего вдруг? Только ты уж в другой раз, как соврать захочется, давай знак какой-нибудь. Ну хоть вот так, - Васька несколько раз выразительно подмигнул.
  Ниу засмеялась первой. Ещё секунда - и смеялись все.
  .........
  
  
  - Зорька, Зо-орька! Ух ты хорошая какая...
  Зорька не возражала. Конечно хорошая, а какая же ещё? Полнёхонькое ведро молока утром, да такое же вечером - ещё бы не хорошая... Давай-давай ещё сахару-то, не жмись!
  Ниу кормила корову, возмещая потерпевшей нанесённый накануне моральный ущерб, с руки. Раз! И на маленькой ладошке возникает белый кусочек. Зорька осторожно слизывала его своим шершавым языком, и весь фокус повторялся вновь.
  - Какой интересный у тебя сахар... - заинтересовался Столбов, приглядываясь.
  - Хочешь? - улыбка звёздной девочки ярче солнца. - Я тебе тоже дам!
  - И мне! - ревниво потребовала Ленка.
  - И мне! - это, разумеется, Катька.
  Ниу сложила обе ладошки "домиком". Раз! - и вот уже две полные горсти белых сладких кусочков.
  - Берите кто сколько хочет! Я сколько надо ещё сделаю, правда-правда!
  Петька взял один - шестигранная призма с искристыми гранями.
  - Ой, а у нас не такой! - это Ленка. - У нас сахар, ну который кусочками, он бывает только кубиками или кирпичиками...
  - Какой был в памяти леталёта, такой материализатор и делает, - пояснила звёздная гостья. - Можно было бы и кубиками, но у вас же дома образца нету!
  Ленка только вздохнула. И правда, изрядный конфуз - в кои-то веки гостья из другой галактики пожаловала, а в доме только сахарный песок!
  - Ладно, сахар, он везде сахар, - улыбнулась Ниу. - Это редко-редко бывают планеты, где совсем сахар никто не ест!
  Зорька негромко замычала, и в голосе том слышалась обида. Как вот этой мелюзге, так сразу по полным пригоршням сахару, а ей, такой большой и красивой, по кусочку... Уж если взялась восстанавливать порушенную справедливость, так давай восстанавливай по-полной!
  - А чего она всё траву ест, если сахар так любит?
  - Ну ты сравнила! - хмыкнул Скляр. - Трава-то, она бесплатная. Если коровку сахаром всё потчевать, так разоришься, пожалуй. Ей знаешь сколько корма в день надо!
  Хлоп-хлоп фиолетовые глазищи.
  - Я не совсем поняла, Вася, прости пожалуйста. Наверное, надо было другие говорёшки, помощнее... Вам жалко кормить Зорьку сахаром, потому что она его может много съесть - так?
  - Ну примерно так, - это Петька.
  - Ага... - Ниу задумалась. - Я поняла.
  - Ну, ребята, как у вас тут дела-то?
  Вообще-то у дяди Лёши рабочий день с восьми до семнадцати, пять дней в неделю и с часовым перерывом на обед. Это тётя Надя, поскольку стрелочница, работает по железнодорожному графику - двенадцать часов в день, двенадцать в ночь и два выходных. Но сегодня, ввиду чрезвычайности обстоятельств, Алексей Иваныч взял отгул и сейчас старался особо-то из поля зрения всю компанию не выпускать. Вот прилетит вечером мамаша этой "потеряшки", да заберёт свою дочуру к себе в родную галактику - тогда можно маленько расслабиться. А пока рано!
  - Нэля... то есть Ниу, поскольку ты гостья нынче у нас получаешься, то у нас тут есть такой обычай - желание дорогих гостей исполнять, - дядя Лёша улыбался широко и щедро. - Поди, не скоро теперь тебе такой случай представится, на Земле вдругорядь побывать. Вот чего бы ты сейчас хотела?
  - Она на поезде хотела прокатиться, - встрял Васька.
  - Да! - оживилась Ниу. - А можно?
  - Хм... - мужчина задумался. - А почему нет? Вот сейчас будет проходящая электричка, как раз она на разъезде останавливается. Десять минут ходу до станции...
  - А мы? - вдруг подала голос Даша, успевшая сбегать переодеться и щеголявшая сейчас в замшевой мини-юбочке и тёмно-бежевой блузке в тон. - А как же мы?
  - Мы Ниу не оставим, - тоном защитника Брестской крепости заявил Васька.
  - Не оставим! - ещё более решительно произнесла Ленка.
  - Никак не оставим, да! - это Катька.
  - А кто говорит про "оставим"? - совершенно натурально изумился Алексей Иваныч. - Айда все! Гулять так гулять!
  - Во, заодно мы тебе школу покажем, где я и Ленка учимся, - это Скляр, разумеется.
  - И я, и я тоже пойду! Первого сентября! С большим бантом, белым! - это, естественно, Катька.
  - Мороженого отведаем! - подыграл дядя Лёша. - Ну давайте тогда скоренько, не то опоздаем на электричку.
  Зорька, убедившись, что подача сахара прекращена и в ближайшее время не возобновится, шумно вздохнула и вернулась к поеданию бесплатной травы, то и дело натягивая верёвку, посредством коей была привязана к колу. Вся же ватага направилась к посадочной платформе.
  Однако добраться до места погрузки без приключений всё же не удалось, ибо навстречу попалась бабка Дарья, спешившая занять первое место в очереди у продуктового магазина - единственной торговой точки в крохотном посёлке, по совместительству исполняющей функции дамского клуба. Собственно, очередь в данном конкретном случае была явлением сугубо искусственным, ввиду незначительного числа покупателей. Но как же насчёт поговорить?
  - Даша? Ты куда это собралась-то?
  - Я с ребятами, бабуля, - откликнулась девочка.
  - Лексей? Ты куда ребятишков-то повёл? - переключила поток внимания бабка Дарья.
  - Да вот экскурсия у нас сегодня намечается, - улыбнулся дядя Лёша. - Внеплановая, ага. Прокатимся на станцию!
  - Ой, дуришь, гляжу! - в голосе бабки протаяло осуждение. - Даша, иди-ка домой.
  - Я с ребятами, - посуровела Даша.
  - Домой, говорю!
  - Я сказала, с ребятами иду! Чего непонятно? - в голосе девочки прорезался металл.
  - Ты, баб Дарья, гонор-то свой маленько приверни, - ласково произнёс Алексей Иваныч. - Не рабыня она тебе, внучка в гостях.
  - Чего-чего? - начала было заводиться старуха. И тут случилось то, чего никто не предвидел.
  - Да как же вам не стыдно?! - голос звёздной гостьи аж звенел от возмущения. - Если она вам родная внучка, вы должны всё делать, чтобы ей хорошо было. Вот всё-всё! А вы?! Вы же её гнетёте!
  - Иых... - бабка Дарья обалдела от такого напора. - Эка пигалица и будет меня учить?!
  - А придётся! Раз больше некому! - последнюю фразу Ниу вполне можно было приравнять к внезапному атомному удару.
  - Гля, чего Надина находка-то выделывает! - подключилась к спектаклю одна из тёток, ожидавших открытия магазина. - Щас токо лохмотья от бабки полетят!
  - Давно пора! - подхватила вторая. - А то воображает о себе больно. А ты, старая, стань смирно, когда воспитательша с тобой говорит!
  Дружный хохот потряс сонный посёлок. Смеялись все, то есть буквально все присутствующие, вплоть до Катьки. Сообразив, что дальнейшие попытки связываться с пигалицей приведут лишь к окончательному и невозвратному крушению авторитета, бабка уловила единственный приемлемый выход из критической ситуации - то есть рассмеялась вместе со всеми.
  - Ай, да ну вас, охальники!
  В этот момент раздался гудок приближающейся электрички.
  - Ого! - встрепенулся Алексей Иваныч. - А ну-ка бегом! Опаздываем, опаздываем!
  ...........
  
  - Нравится?
  - Да! - глаза Ниу сияли. - И вовсе он не страшный! Он так низко летит, этот поезд, и так смешно качается! Только шумно очень-очень! А чего это он так стучит - тук-тук, тук-тук...
  - Это колёса стучат на стыках рельсов, - солидно пояснил дорожный мастер. - И не летит он, а катится. Вот по рельсам и катится. На круглых железных колёсах, ну ты их видела.
  - Ага, поняла! А нельзя сделать так, чтобы поезд не только качался, но ещё и подпрыгивал?
  - А это ещё зачем? - удивился дядя Лёша.
  - Ну как зачем? Если подпрыгивать, совсем же весело будет!
  -... предъявляем, билетики предъявляем! - раздался женский голос, уже в интонации коего таился скандал. - У вас? У вас? Вижу...
  - Эх, удостоверение-то я дома оставил, - посетовал дядя Лёша. - Придётся за полную стоимость билет брать.
  - Так, билетики все предъявляем здесь!
  Контролёрша, пропорциями фигуры весьма напоминающая штангиста достигла лавочек, на которых разместилась вся компания во главе с товарищем Первеем, и глаза её здорово походили на оптические прицелы.
  - Вот мы сейчас у вас билетики и приобретём, - весело отозвался дядя Лёша. - Шесть детских, пожалуйста, и один взрослый нам!
  - У меня, гражданин, вы сейчас приобретёте квитанции на штраф! - отрезала тётка. - А насчёт билетиков раньше надо было думать! Я вам не касса!
  - Новые дела! - удивился Алексей Иваныч. - Нет у нас на разъезде кассы, всегда в вагоне билеты берём.
  - Не знаю, не знаю... Платите штраф, гражданин! Неприятностей хотите?
  - Хочу! - посуровел дорожный мастер. - Ну-ка, документы свои предъяви. В развёрнутом виде.
  - Что?! - от наглости возомнившего о себе пассажира контролёрша аж задохнулась. - Сейчас милиция тебе всё предъявит!
  - Детей постыдилась бы, так себя вести!
  - Женщина, а ты почему такая злая? - голосок звёздной гостьи тих и задушевен.
  - Чего-чего?! - опешила контролёрша.
  Ниу гладила пальчиками свой браслет. Интересно, проползла у Петьки в голове очередная посторонняя мысль... рогов у скандальной тётки вроде не наблюдается, где же произойдёт разряд? Между ног, что ли? Или в качестве одноразовых разрядников сгодятся уши?
  - Дядя Лёша, не спорьте с ней, - внезапно произнесла Ниу. - Женщина, ты нас обманываешь. Нету же у тебя в сумке ничего!
  - Это кто тебя научил взрослым тыкать?!
  - На "вы" здесь уважаемых людей называют, если я правильно поняла, - обстоятельно растолковала Ниу общий принцип. - А уважение заслуживают. А ты не заслужила, потому что глупая и злая!
  - Так, нам выходить, - прервал напряжённую дискуссию Алексей Иваныч. - Где квитанции, говоришь?
  Но тётка его уже не слушала. Бледнея на глазах, она рассматривала внутренности контролёрской сумки. Перевернула её, даже потрясла - из сумки вывалилась шелуха от семечек. И на этом всё.
  - Ну вот видишь, каково оно, пытаться маленьких обижать, - похоже, дядя Лёша уже сообразил что к чему.
  - Ы... ыыыы... Мыа-мыа! Мыа-мочка... получка... отпускные.... паспорт... и на гарнитур с книжки ведь только сняла... Ааааыы... - тётка, рухнув на свободную лавку, раскачивалась в полном трансе.
  Дальнейшие сетования пострадавшей на жестокость судьбы услышать не удалось, поскольку электричка уже тормозила у перрона.
  - Ого! Ребята, выходим, выходим!
  .........
  
  -... Их ведь не так уж много, злых людей. Добрых гораздо больше. Просто злыдней издали видно, поскольку тихо-то не сидят они. Ну вот и кажется, будто их много.
  Ребята, слушая речь Алексея Иваныча в защиту человечества только согласно и дружно кивали. Нет, а что - чистую же правду говорит дядя Лёша! Ну вот, к примеру, кто у них на всём разъезде злыдень? Нет таких. Бабка Дарья, так она не злыдня, а просто ворчунья. А так-то внучку Дашу она очень даже любит!
  - Алексей Иванович, а что такое "билет"? - внезапно спросила Ниу. - И что такое "штраф"?
  - Нууу... - Алексей Иваныч почесал лоб. - Понимаешь, чтобы ехать в поезде, надо купить билет. А если кто-то билет не купил, а едет, то с него берут штраф...
  - А что такое "купить"?
  Дорожный мастер в замешательстве почесал за ухом.
  - Дядь Лёша, щас! - пришёл на помощь Васька. Он покопался в урне, выставленной у входа в вокзал, извлёк оттуда кусочек рыжего картона и ядовито-зелёный клочок бумаги, неровно оборванный по краю.
  - Вот, смотри, Ниу... вот это называется билет. А вот это вот штрафная квитанция. Кто-то за билет не заплатил, и ему пришлось платить штраф. Билет, вот, видишь, тут написано - стоит сорок копеек. А штраф - три рубля.
  - А что такое "копеек"? И что такое "рубля"?
  - Вот это, - вновь вступил в дискуссию Алексей Иваныч, - смотри, монета. Одна копейка. А вот две. А вот три. А вот эта уже, к примеру, пятнадцать. А вот эта бумажка - десять рублей. Или тысяча копеек получается.
  Ниу сосредоточенно осмотрела предъявленные монеты. Взяла червонец, повертела так и сяк. Помедлив, прощупала купюру от края до края, затем взглянула на просвет.
  - Алексей Иванович, зачем вы меня обманываете? - в голосе малышки зазвучала неподдельная обида. - Нет тут никаких копеек, в этой бумажке!
  - Да не обманывает тебя никто! - Петька даже расстроился. - Вот за эту бумажку можно получить тысячу копеек. А если отдать в кассе сорок копеек, получишь вот этот билет. Понятно?
  - Неа.
   Ниу вздохнула.
  - Какие у вас тут сложные игры... а меня даже Нау всегда в четырёхмерные бродилки обыгрывает. Это потому что она старшая сестра, а я маленькая ещё!
  - Ну и не заморачивайся, - весело посоветовал Алексей Иваныч. - О! Смотри-ка, квас! Сейчас мы, ребята, все кваску попьём, по случаю жаркой погоды. Я заодно червонец вот этот разменяю, а то мелочи по карманам кот наплакал... А Ниу попутно и поглядит, как наша товарно-денежная система работает.
  Они подошли к пузатой бочке на колёсах, возле которой под сенью распахнутого здоровенного зонта на пошарпанном кресле уютно расположилась приятного вида полноватая женщина, ввиду отсутствия наплыва клиентов читающая какую-то книжку.
  - А не угостите ли кваском, уважаемая? - окликнул её дядя Лёша.
  - Ой, да пожалуйста! - весело отозвалась продавщица. - На всех?
  - Знамо дело!
  - По стаканчику, по кружечке?
  - Стакан тут инструмент несерьёзный. По кружечке, естественно.
  - Вот люблю серьёзных клиентов, - засмеялась весёлая тётка, умело наполняя стеклянные кружки пенным квасом. - А ну, кто из вас считать умеет, ребятишки? Сколько будет шестью семь?
  - Сорок два! - отчеканила Катька, давая всем знать, что в первый класс нынче она пойдёт отнюдь не с пустым багажом.
  - Правильно! - похвалила женщина. - Сорок две копейки с вас, соответственно.
  Алексей Иваныч протянул десятирублёвую купюру.
  - О! а помельче нету? - озадачилась весёлая тётенька. - Этак вы у меня всю мелочь выгребете...
  - Да вот... - слегка виновато вздохнул дядя Лёша.
  - Ну ничего, сейчас решим вопрос! - продавщица покопалась в сумке-ридикюле, - О! трёшка есть... а это рубль... и ещё рубль... так, а это что тут у нас... - она уже споро перебирала мелочь в пластмассовой коробке, используемой в качестве кассы. - Вот, ещё рубль, юбилейный... о, два полтинника! Сейчас наберём на сдачу-то... Вот, держите!
  Алексей Иваныч принял сдачу в обе ладони, бумажные рубли и трёшку засунул в нагрудный карман, монеты же рассовал по боковым.
  - Спасибо вам!
  - На здоровье! - весёлая продавщица вручала ребятам кружки с квасом, уже запотевшие на жаре. - Экие симпатичные детишки у вас... неужто все ваши?
  - Ну а чьи же ещё-то? - глазом не моргнул дядя Лёша.
  - Да вы просто герой-мужчина! - восхитилась тётка. - У нас вон двое, так голова кругом...
  - А Ниу самая лучшая у нас! - не удержала язык Катька. - Ой! чего щиплешься?
  - А ты не обзывай сестру! - это Ленка. - Нэля её зовут, понятно?
  - Понятно, - вздохнула Катька, сообразив, что только что по собственной дури чуть не провалила Штирлица.
  - Ну, все напились, или ещё повторим? - спросил Алексей Иваныч, оглядывая компанию.
  - Да хватит для одного раза, - рассудительно отозвался Васька. - А то кустов вокруг мало, девчонкам особенно...
  - Аха-ха! - рассмеялась весёлая тётка.
  - Ещё раз спасибо вам, - дядя Лёша поставил на прилавок пустую кружку. - Здоровья, и удачно поторговать.
  - Приходите ещё!
  Продавщица вернулась к прерванному чтению увлекательного романа, в ожидании следующего наплыва клиентов, вся же компания двинулась прочь с привокзальной площади, выглядевшей сейчас на редкость сонной - пассажиры с прибывшей электрички уже рассосались по своим делам, до следующего поезда два часа. Даже редкие торговки клубникой и пирожками все разбрелись по домам - чего зря на солнцепёке торчать в отсутствии клиентов, к приходу поезда и подойдём, это вон квасной деваться некуда от бочки...
  - Ну что, увидала, как работает у аборигенов товарно-денежная система? - спросил Алексей Иваныч, когда они отошли подальше.
  На личике Ниу отражались сложнейшие мыслительные процессы.
  - Этой доброй женщине надо было вот эту красную бумажку - так?
  - Ну ещё бы не надо, - улыбнулся дорожный мастер. - Конечно надо!
  - А она вам за это дала вот эти блестящие... мм... копейки, много-много. И ещё напоила нас всех вкусным ... мм... квасом. Так?
  - Ну в целом так, если упрощать, - вновь улыбнулся Алексей Иваныч.
  Ниу ещё подумала.
  - А много ей надо этих красных бумажек, вот этой женщине? Ну, чтобы ей стало совсем-совсем хорошо.
  - Ну, чтобы совсем-совсем, думаю, достаточно много надо, - засмеялся дядя Лёша.
  - А сколько?
  - Да чем больше, тем лучше!
  Фиолетовые глазищи ярко сверкнули.
  - Я сейчас! Я быстро!
  Звёздная гостья сорвалась с места и помчалась обратно, в направлении квасного бочонка.
  - Ой-ёй! - встревожился Алексей Иваныч. - Чего она замыслила? Ну-ка, за ней!
  Продавщица кваса сидела и читала роман о любви, когда к ней подбежала малышка - та самая, приметная, с ярко-фиолетовыми глазищами.
  - Тебе чего, девочка? Ещё квасу хочешь?
  - Неа... - Ниу даже чуть запыхалась. - Скажите, вам надо ещё денег?
  - Ой, не могу! - захохотала весёлая продавщица. - А кому ж их не надо-то, малышка...
  Смех оборвался на полутакте. Тётка таращилась на пигалицу круглыми, как у совы глазами.
  - Вот, возьмите! - Ниу протягивала доброй тётеньке целую охапку червонцев. - Берите-берите! Я ещё могу сделать, сколько надо!
  - Нэля, Нэля, прекрати сейчас же! - запыхавшийся от бега дядя Лёша едва перевёл дух.
  - Каким шуткам детей учите, герой-папаша, - обиделась продавщица. - Ладно, с северов этих ваших приехали, сами дурите, а зачем детей-то в такие шуточки вовлекать?!
  Алексей Иваныч старательно запихивал червонцы во все карманы. Задача оказалась весьма непростой - червонцев много, а ёмкость карманов ограничена.
  - Простите её, пожалуйста, это по малолетству она, не со зла...
  - Не понравились... - на личике звёздной гостьи было искреннее огорчение. Тут взгляд девочки упал на пластмассовую коробку с мелочью. - А! Я поняла!
  Среагировать в этот раз никто не успел, даже Ленка. Ниу просто ткнула пальчиком в свой браслет, и пошёл дождь. Монеты возникали из ниоткуда, прямо в воздухе - медяки, гривенники, пятиалтынные, двугривенные и даже полтинники вкупе с юбилейными рублями - и со звоном осыпались на асфальт. И, как обычно, в голове у Петьки всплыла абсолютно бесполезная в критический момент посторонняя мысль. "А вот это провал, подумал Штирлиц. Вот сейчас уже точно провал..."
  Продавщица закатила глаза под лоб и грузно сверзилась со своего трона.
  - Ниу... - голос дорожного мастера сейчас больше походил на стон. - Прекрати это...
  Звёздная гостья ткнула пальчиком в браслет, и денежный дождь прекратился. Алексей Иваныч затравленно озирался, как волк в капкане. По счастью, привокзальная площадь маленькой станции сохраняла сонную безлюдность.
  Смахнув коробку с мелочью на землю, дядя Лёша энергично потряс женщину за плечо.
  - Очнитесь! Очнись, эй! Живая?
  - Ох... - завозилась продавщица - А? Не знаю... вроде живая...
  Алексей Иваныч налил в кружку немного квасу и подал приходящей в себя тётке. Та жадно глотнула несколько раз, начала приподниматься.
  - Ну-ка, давай сядем, голубушка, - дорожный мастер заботливо помогал ей, усаживая в кресло. - Тепловой удар, однако. Вон и мелочь свою всю рассыпала... ребята, помогите женщине!
  Вся компания молча принялась за дело. Ниу трудилась наравне с прочими - верно, поняла, что учудила чего-то не то.
  - Ох... - тётка повращала глазами, приходя в себя - очевидно, проверяла, не хватил ли её инсульт. - Ох, спасибо... спасибо, ребята... мне сейчас такой морок был... будто прямо из воздуха деньги сыплются...
  - Крепко шандарахнуло, - констатировал Алексей Иваныч. - Это ладно ещё зонт, а так ведь могло бы и насмерть! Ежели на солнцепёке-то открытом!
  Коробка, чуть не до краёв полная мелочи, со стуком встала на прилавок.
  - Ой, спасибо, ребятишки... - тётка жадно глотала холодный квас. - Кваску не хотите? За счёт заведения...
  - Да мы же только что по кружке на нос приняли! - это дядя Лёша. - Стоп... и этого не помните? Ой-ой... тогда надо срочно к доктору...
  - Не... это вроде помню, - женщина вновь повращала глазами. - Точно помню, ага.
  - Ну значит обошлось, - успокоил Алексей Иваныч. - Ладно, пойдём мы, дела. Вы давайте вдругорядь не падайте в обморок, поберегитесь. Кругом вон ни души, пока к поезду кто подтянется...
  - Ещё раз спасибо!
  Вся компания поспешила покинуть привокзальную площадь. И вовремя, надо сказать, потому как во взгляде продавщицы, разглядывающей полнёхонькую коробку с монетами, всё явственней протаивали смутные сомнения.
  - Ниу... - начал было Алексей Иваныч, но девочка не дала договорить.
  - Вот почему так, дядя Лёша? Я же всегда хочу как лучше! А получается... как... как всегда!
  ..........
  
  Здание школы на станции, на Петькин искушённый взгляд, ничего примечательного собой не представляло. Массивная пятиэтажная коробка, сложенная из красного кирпича в далёкие послевоенные годы, с белыми бетонными вставками. На фасаде виднелись облупленные гипсовые портреты неких выдающихся исторических личностей, за давностью лет утратившие какое-либо сходство с прототипами, и ещё какие-то финтифлюшки. Вероятно, посредством этих деталей архитектор пытался разбавить унылость общего вида, однако эффект получился обратный - финтифлюшки и барельефы только оттеняли угрюмо-настороженный облик казённого дома. Вообще-то в станционном посёлке имелась и другая школа, новая, но она находилась в квартале новостроек. Старая же стояла совсем недалеко от вокзала, просто рукой подать - изрядное преимущество, знаете ли, когда утренняя электричка приходит по расписанию чуть не впритык к началу занятий. Поэтому вполне естественно, что приезжих ребят определяли на учёбу именно в старую школу.
  - Вот тут мы с Ленкой и учимся, - вздохнул Васька. - Я в шестой нынче пойду, а Ленка во второй.
  - А я в первый! - не утерпела Катька. - Первый раз в первый класс, да!
  - Угу, - подтвердил брат. - И прощай навсегда вольное детство.
  - А ты разве не любишь учиться? - Ниу разглядывала угрюмое строение, где губили цветы детства посредством всякоразных наук.
  - Я-то? - Васька добросовестно почесал за ухом. - Не очень, если честно. Ну, физкультура там или пение, дело другое... Это вон Столб, он от литературы тащится. Книжки читает любые, только давай. "Я помню чудное мгновенье"...
  - А дальше? - подал голос Алексей Иваныч. В глазах дорожного мастера таился смех.
  - А дальше я не помню, - без тени смущения признался Скляр. - Одно только чудное мгновенье. Вон Петька, тот весь стих наизусть заучил, верно.
  - Правда? - теперь смех плясал уже и в глазах Даши, вот-вот готовясь выплеснуться наружу. Не верят, подумал Столбов... Ладно!
  
  Я помню чудное мгновенье
  Передо мной явилась ты
  Как мимолётное виденье
  Как гений чистой красоты
  
  с выражением продекламировал он, будто у доски на образцово-показательном уроке. И заткнулся, поскольку фиолетовые глазищи сияли теперь нестерпимо.
  - Спасибо, Петя, - тихо откликнулась Ниу. - Мне очень-очень приятно... Ты же это про меня, да?
  - Ну а про кого ж больше-то, - встрял Васька. - Само собой!
  Пауза.
  - А можно изнутри посмотреть вот эту вашу школу?
  Ребята переглянулись.
  - Думаю, это мы сейчас договоримся, - вновь взял слово дядя Лёша. - Айда!
  Парадная дверь обители знаний, как и ожидалось, оказалась не заперта. Друзья вошли под сумрачные своды притихшими. Всё-таки, как ни крути, рефлекс "веди себя прилично!" за годы ученья въедается глубоко, вон даже у Ленки и то...
  - Здравствуйте! Есть кто живой? - громко окликнул от порога Алексей Иваныч.
  - Есть, есть пока... - отозвался из глубины альма матер старушечий голос. Из гардеробной вышла толстенная бабуся, в походке коей было что-то от шагающего экскаватора. - Жива, уже неплохо по нынешним временам... О, кака делегация!
  - Здрасьте, баба Стюра! - первым поздоровался Васька, и Ленка добросовестно последовала его примеру. Почёт и уважение к стражникам, они нигде ещё не мешали.
  - Здрасьте, здрастье... - бабка пригляделась. - О! знакомая вроде личность. Не тебя весной-то к директору тягали, по поводу стекла разбитого?
  - Меня! - авторитетно заверил Скляр.
  - Так с чем пожаловали?
  - Да вот... - Алексей Иваныч улыбнулся как можно более располагающе. - Хочу маленько экскурсию для вот этих двух малышек организовать. Ну а это экскурсоводы, так выходит. Сам-то я школьные годы подзабывать стал... Позволите?
  Бабуся наморщила лоб, размышляя.
  - Ну а чего нельзя-то... Токо я с вами не пойду, уж не обессудьте. Стара стала, ноги плохо ходют, да и на воротах сторожить моё место.
  - Да ладно-ладно, мы сами! - несколько поспешно ответил дорожный мастер.
  - Токо глядите, аккуратно тама. На вас как на старшего полагаюсь.
  - Всё будет аккуратно, как в музее, - заверил Алексей Иваныч. - Мы только поглядим, и сразу назад. Ничего трогать не станем!
  Ниу вертела головой во все стороны, даже интенсивнее, нежели Катька. Та всё же бывала в школьных стенах.
  - А это вот чего такое?
  - Это гардероб, - пояснил Скляр. - Ну, тут все верхнюю одежду зимой оставляют. И обувь.
  - Ага... - на лице звёздной гостьи вновь отразились сложные мыслительные процессы. - То есть зимой вы обучаетесь в этих самых трусиках? Или совсем без?
  - Да неее... - отмёл версию Васька. - Я ж говорю, в гардеробе оставляют только ВЕРХНЮЮ одежду. Ну, куртки там, или пальто, у кого чего есть.
  - А это тогда какая? - девочка ткнула пальчиком в Васькины штаны.
  - Это? - теперь задумался Скляр. - Это... э... тоже верхняя, так выходит...
  Пауза.
  - Ничего не понимаю, - горестно вздохнула Ниу. - Всё так сложно тут у вас... А где вы с Леной обычно занимаетесь?
  - А, это сюда! - Скляр потянул за ручку двери, оказавшейся на удачу не запертой. - Тут вот первый "а" класс был, в котором Ленка училась. Может, и второй "а" тут останется.
  - А вот тут я сижу! - Ленка указала на стол во втором ряду.
  Помедлив, Ниу осторожно подошла к столу, щедро изукрашенному разного рода художественными импровизациями целого ряда поколений. Потрогала столешницу, потом стул.
  - Лена, можно мне сесть на твоё место?
  - Ну конечно!
  Девочка уселась на сиденье, повозилась, устраиваясь. Вновь оглядела столешницу.
  - А как включается?
  - Что включается? - Ленка усиленно заморгала.
  - Ну твоё учебное место. Вот эти вот значки, это же рабочие пикты? - Ниу указала на обильную столовую роспись.
  Пауза.
  - Неа... - Ленка порозовела от смущения. - Это просто так... нарисовано.
  Хлоп-хлоп фиолетовые глазищи.
  - А как тогда? Голосовые команды, как на Сандризоа?
  - Неа...
  Хлоп-хлоп фиолетовые глазищи. И ещё раз хлоп-хлоп.
  - Биотоки... - теперь в голосе звёздной гостьи слышалось искреннее восхищение. - Как на Сахамборитре... Вот это здорово! И ты уже умеешь? В первом круге!
  - Да нет же! - бедная Ленка уже не знала, куда деваться от смущения. - Ничего тут не включается.
  Хлоп-хлоп фиолетовые глазищи. Хлоп-хлоп-хлоп-хлоп.
  - Совсем?!
  - Совсем... - горестно вздохнула Ленка.
  Пауза.
  - А как же тогда вы тут учитесь?
  - Всё просто, - решительно пришёл на выручку тонущей кузине Петька. - Вон на стене чёрная доска, видишь?
  - Ну... - осторожно ответила Ниу.
  - Она так и называется - классная доска. Учительница пишет на ней мелом... вот этим вот белым кусочком, гляди... да, пишет всё чего надо. А весь класс смотрит и слушает.
  - Оу... - звёздная гостья всё никак не могла проморгаться. - Как это вообще возможно?!
  - Что именно?
  Ниу вздохнула, потыкала пальчиками в свой браслет, и в воздухе возникло объёмное изображение - ощетинившаяся множеством граней фигура.
  - Вот это, к примеру, простейший гекатоникосахор. Вот сейчас он проходит через наше трёхмерное пространство, двигаясь в гиперпространстве - видите?
  Фигура ожила, грани плавно перетекали друг в друга, всячески трансформируясь, складываясь в немыслимые головокружительные узоры. Ещё чуть, и фигура начала съёживаться, на глазах теряя объём. Оп! И нет ничего...
  - А теперь скажите, как это всё можно изобразить белым камешком на плоской доске?!
  - Никак невозможно, - сумрачно откликнулся Васька. - Мы про такое и слыхом не слыхивали. Гектосахар...
  - Они тут другое учат, попроще, - взяла слово Даша. - Вот, к примеру...
  Она взяла мел и написала на доске 2х2=4, 3х3=9
  - И так далее, - Дашка обтёрла пальцы о тряпочку, давно засохшую по случаю каникул.
  У Ниу задрожали губы.
  - Дядя Лёша... зачем они все надо мной издеваются?
  - Никто над тобой не издевается, малышка, - заговорил Алексей Иваныч. - Они чистую правду говорят. Ну, в старших-то классах посложнее, конечно... А вот Ленка поначалу такие примеры и изучала. И Кате то же предстоит. Первый класс, однако.
  На личике звёздной гостьи отражались мыслительные процессы, по сложности не уступающие перемещению сквозь гиперпространство.
  - Дикари мы, - голос Васьки мрачен, как ночное кладбище. - Сама же сказала.
  - Ниу... - очень тихо спросила Ленка. - Ты теперь с нами дружить не станешь, да?
  Пауза.
  - Ну и что! Ну и пусть вы дикие! - солнечная улыбка озарила лик звёздной девочки. - Зато хорошие, вот! Мне с вами хорошо, и это главное!
  .......
  
  -... А на Фианаранцунапуа ещё много-много домов, и все разные! Только они всё равно совсем не такие, как тут у вас. Там стены из силиколла, он свет пропускает внутрь, а наружу не выпускает. И внутри всё белое-пребелое, и потолок весь зеркальный!
  - В таком доме, должно быть, в чёрных очках ходить надо, - пробурчал Васька, ещё не до конца отошедший от жуткого позора, случившегося с землянами в стенах родной школы.
  - Зачем? - Ниу между делом не забывала о развлечениях, прыгая через трещины на асфальте на одной ножке. Трещин, к вящему удовольствию звёздной гостьи было превеликое множество, и все разные. Прыгай сколько душе угодно!
  - Ну там же солнечного света должно быть море, - пояснил за друга Петька. - Раз свет только внутрь, а наружу не выходит...
  - Да, Петя, - улыбнулась Ниу, - там в домах освещённость даже выше чем под открытым небом. Но мы же питаемся солнечным светом, забыл?
  - А что, во всей этой вашей галактике все жители поголовно могут усваивать солнечный свет? - это Даша.- Прямо на всех-всех планетах?
  - Ну почему на всех... - Ниу перепрыгнула через бордюр туда и обратно. - Есть многие, которые ещё не умеют. Вообще светопитающихся... м? - девочка щёлкнула по левой серёжке-говорёшке, - А, да! Фототрофы, если по-научному... вот от рождения, природных то есть фототрофов очень немного видов. А прочим надо перестраиваться. А если у них на планете наука генетика не очень развитая - как перестроишься? Страшно ведь. Вдруг вместо способности светопитания у всех рога вырастут. Как у вашей Зорьки! - Ниу засмеялась.
  - Так ты что, тоже, выходит, перестроенная? - это уже Алексей Иваныч.
  - Ну да, - Ниу прыгала по бетонному бордюрчику, отделяющему тротуар от проезжей части то на правой ножке, то на левой. Как это... - она пощёлкала по серёжке, - А, вот! Генномодифицированная. Как все на Мьяданандрьяне. И на Цируанумандиди, где я родилась, тоже.
  - Потому ты и такая красивая, - убеждённо сказала Ленка.
  Ниу даже прыгать перестала.
  - Ну а как же... Способность к светопитанию, это хорошо, конечно, а на устроенных планетах, культурных, где ночи нету - вообще замечательно. Только ведь это совсем не главное. Это так, попутное качество... Главное, чтобы никто никогда не болел, все были красивые до самого конца и жили долго-предолго!
  - Ах... - Дашка даже глаза закатила от мечтательности. - Вот бы мне стать генно... перестроенной, да.
  - Да ты и так красивая! - щедро заявила Ниу.
  - А мне надо! - это уже Катька. - Я бы тогда стала красивой-прекрасивой, и выше Ленки! - она поколебалась и выдала самое сокровенное, - И чтобы попа похудела ещё...
  - Уахаха! - не выдержал дядя Лёша.
   Вся компания в ожидании обратной электрички шлялась по крохотному городишку, смеясь и болтая. Редкие встречные прохожие, конечно же, не прислушивались к беспорядочному ребячьему гомону, так что провал Штирлицу из-за длинного языка покуда не грозил.
  - А вот это вот что? - Ниу указала на вывеску, где румяный Дед Мороз протягивал в обеих руках охапки эскимо.
  - А это очень интересное заведение, - Алексей Иваныч подмигнул. - Вот сейчас мы туда как раз и зайдём!
  В кафе "Мороженое" было тихо и малолюдно. Здоровенный, как вертолётный винт вентилятор под потолком лениво месил лопастями воздух. Его собрат, по-видимому, неисправный, висел без дела. Возле стойки на стене висел прейскурант-меню в рамочке, и ребята принялись его разглядывать.
  - О, гляди! Клубничное...
  - А тут миндальное!
  - Спокойно, ребята, - взял слово Алексей Иваныч. - Сделаем так... закажем всякого, по две порции. А потом вы шариками обменяетесь, и Ниу дадите попробовать все сорта. Девушка, можно вас отвлечь? - обратился дядя Лёша к официантке, болтавшей с кем-то из техперсонала в углу.
  - Слушаю вас! - откликнулась девица.
  - А дайте-ка нам на всю компанию по две порции, - дядя Лёша улыбнулся, - для начала. Только чтобы всех сортов!
  - Сейчас сделаем!
  В ожидании заказа все уселись за стол, покрытый белой скатертью. И даже цветы бумажные в вазочке, подумал Петька. Право, хоть как-то компенсировать тягостное впечатление от кромешной дикости аборигенов...
  - Вот, пожалуйста! - девушка споро расставляла с подноса вазочки, в которых красовались разноцветные шарики. - Кушайте на здоровье!
  - Позвольте сразу рассчитаться, - Алексей Иваныч потянулся к нагрудному карману и замер. Все детские взгляды были устремлены на него.
  - Вот... - дорожный мастер выгреб из кармана брюк пригоршню мелочи. - Ничего что так?
  - Давайте-давайте! - официантка даже обрадовалась. - А то нам всё крупные несут, уже сдачу сдавать нечем!
  Проводив девушку взглядом, Ниу обернулась к мужчине.
  - Алексей Иванович... почему вы не дали ей красную бумажку, из тех? Что тут неправильно?
  - Понимаешь... - дорожный мастер даже откашлялся. - Они не настоящие.
  Хлоп-хлоп фиолетовые глазищи.
  - Но почему, почему?! Материализатор воспроизводит все копии очень точно. С точностью до молекул даже!
  - Потому что так нельзя, - как можно твёрже ответствовал дядя Лёша. - Нельзя их делать самому. Это будет нарушение правил игры. Нечестно.
  Пауза.
  - Я, наверное, никогда не научусь играть в эти ваши игры, - Ниу тяжело вздохнула. - Сложно всё очень...
  - Да не переживай, - улыбнулся Алексей Иваныч. - Кушай лучше мороженое!
  ....
  
   -... И всё-таки почему тут нет фонтанов? Я вообще нигде не видела фонтанов! И водопадов тоже! Вы разве боитесь воды, как жители Барамфирдидоха?
  За всеми разговорами, приключениями и делами светило успело забраться почти в зенит. Асфальт уже плавился под полуденным солнцем. А и правда, подумал Петька - ну что стоило в этом городишке соорудить хоть один фонтан?
  - Так по всё той же причине нету, однако, - это Васька. - Общая дикость и прочее.
  - А что, на этом Барандодохе тоже люди живут? - встрял Петька, тыча друга в хребет кулаком. Ну в самом деле, чего иронизировать-то, язвить? Одно дело просто дикарь, и совсем другое - дикарь, собственной дикостью гордящийся.
  - Ой, они на вас или меня не очень-то и похожи! Девочки, которые моего возраста, все уже длинные-предлинные, и шеи длинные, и ноги! И талия - во! - судя по указанному размеру, талии у вышеупомянутых барамфирдидохских девочек были на зависть любой осе.
  - А чего они воды-то боятся? - это Катька.
  - А у них там с водой трудно, - пояснила Ниу. - Они даже купаются в песке, вот! И ещё могут не пить совсем, когда едят сочную зелень... О! Какая машина! - звёздная гостья даже шейку вытянула из любопытства, разглядывая старенький "пазик", осторожно пробирающийся меж колдобин и выбоин дорожного покрытия. - Это тоже грузы возить, да?
  - Нет, это как раз людей возить, - это Даша. - Вон, видишь, там внутри сиденья имеются?
  - Однако, пора нам к вокзалу поворачивать, - вздохнул Алексей Иваныч. - На электричку бы не опоздать!
  Привокзальная площадь выглядела уже не столь пустой, как прежде. Торговки съестным понемногу подтягивались, располагаясь по возможности поближе к вестибюлю. Место с точки коммерции было вполне благоприятное - с одной стороны, отбывающие-прибывающие граждане железнодорожные пассажиры все тут, а с другой, автобусная остановка вот она.
  - Пирожки, беляши! - одна из торговок начала рекламу своей продукции. - Беляши, пирожки горяченькие!
  - А что такое "беляши"? - спросила Ниу, но Ленка её перебила.
  - О, смотрите, какой автобус! Ниу, а ты не хочешь прокатиться на автобусе?
  - А можно?! - враз забыла про каверзный вопрос насчёт беляшей звёздная гостья.
  - Да можно, само собой! - это дядя Лёша. - Этот, правда, идёт не туда куда нам надо, аж на Щебетовку... Садимся, садимся!
  Ой, молодец Ленка, ну какая всё-таки молодец, покаянно подумал Петька Столбов. Не то что он сам. Воистину, говорящая фамилия - как критическая ситуация какая, так столб столбом... Да и дядя Лёша не подкачал, уловил мгновенно. Лучше пять километров от Щебетовки до разъезда пешком топать, чем позволить Ниу узнать, что там в беляшах внутри... бррр!
  Автобусы в прилегающие к станции населённые пункты ходили редко, поэтому народу в прокалённую солнцем железную коробку набилось немало. Во всяком случае все сидячие места были мгновенно заняты ушлыми тётками и бабусями, так что ребятам достались исключительно места стоячие. Ладно, подумал Петька, тут до Щебетовки четверть часа езды, не помрём...
  Мощно заскрежетала изношенная коробка скоростей, мотор взвыл, и машина тронулась с места, набирая ход. Ещё чуть, и вместо домов и улочек вокруг раскинулись пейзажи сельской местности. Поля, перелески... красотища! Асфальт, правда, на трассе сугубо местного значения был ещё хуже, так что автобус трясло немилосердно.
  - Дядя Лёша, а вы говорили - "зачем"... - Ниу цепко держалась за поручень, - Вот видите, можно же!
  - Что можно?
  - Вот поезд только раскачивался, и то чуть-чуть. А этот... м... автобус и раскачивается куда сильнее, и подпрыгивает ещё. Здорово!
  ...
  
  Ничего на свете лучше нету
  Чем бродить друзьям по белу свету
  Тем, кто дружен, не страшны тревоги
  Нам любые дОроги дорОги
  Нам любые дороги доро-оги!
  
  Весёлая компания друзей топала по просёлку, вздымая сандалетами пыль. А ведь устали ребятишки-то, подумал Алексей Иваныч. Ленка моя бодрится ещё, а Катюха и вовсе сникает на глазах... Да и Даша вон с пацанами уже через силу энтузиазм изображают. Оно и понятно, время на полдень, а кроме кваску да мороженого у ребят с утра маковой росинки во рту не бывало... Надо было мне их не в мороженицу вести, а в столовую... да как поведёшь-то? Там небось котлеты да шницеля в меню... нет уж, спасибо.
  Инопланеная малышка вдруг встала.
  - Ниу? Ты чего?
  Девочка подняла на Алексея Ивановича ясные фиолетовые глаза.
  - Я дальше пешком не хочу идти. Устала.
  - Понятно... - мужчина понимающе улыбнулся. - Эх, как назло, машин-то попутных не видно... Ладно, Ниу. Поехали верхом на мне. Хочешь?
  Хлоп-хлоп неземные глазищи.
  - Зачем же? У меня есть леталёт. Вася, Петя, я же его в воде оставила, забыли?
  Она ткнула пальчиками куда-то в свой браслет.
  - Только он маленький совсем. Детский, ага. Будет тесно. Но мы все поместимся!
  Ждать пришлось совсем недолго, меньше минуты. Короткое, стремительно нарастающее шипение сжимаемого быстрым движением воздуха, и с небес буквально рухнуло метровых размеров стеклянное веретено. Резко затормозило, повисло над грунтом, едва не касаясь дорожной пыли, и развернулось в нечто, весьма напоминающее мыльный пузырь неприличных размеров, переливающийся всеми цветами радуги. Правда, в отличие от вчерашнего утреннего явления, в сиянии полуденного солнца объект был вовсе не столь заметен - пожалуй, пролетит по небу чуть повыше, так и не увидишь невооружённым глазом, промелькнула в голове у Петьки очередная посторонняя мысль.
  - Заходите, - просто сказала Ниу. И, подавая пример, прошла сквозь стенку пузыря. Раз! И она уже внутри...
  Первым очнулся от транса Скляр. Втянув голову в плечи, он шагнул в пузырь, как будто перед ним была стеклянная витрина универмага. Хоп! И Васька там, с обалдевшей физиономией.
  - Ребята... тут невесомость!!!
  - Ух тыыы! - Ленка, напротив, при посадке в леталёт до упора вытянула шею от любопытства. Шагнула и повисла в воздухе. - Уии!!!
  Один за другим ребята оказывались в недрах инопланетянского летательного устройства. Последним в леталёт проник Алексей Иваныч. Перед Ниу между тем загорелось объёмное изображение, со множеством всяких непонятных значков-загогулинок.
  - А где сиденья? - это Даша.
  - Сейчас будут! - Ниу ткнула пальчиком в один из значков, и из стенок пузыря внутрь проросли прозрачные, как водяные струи выросты, обхватили задницы пассажиров. И в который раз в голове у Петьки всплыла ненужно-посторонняя ассоциация: "ложноножки"...
  - Ниу, это что... твой леталёт прямо сейчас и в космос может полететь? - спросил Столбов.
  Хлоп-хлоп фиолетовые глазищи.
  - Ну а как же? Я же ведь на нём сюда прилетела!
  - А можно?! - в голосе Васьки звучали нотки, характерные для пирата, узревшего огромный сундук с золотом. - Ну хоть один кружок вокруг Земли!
  Гостья заколебалась.
  - Да-да-да! - это Катька. - Вот мы же тебя на поезде катали!
  - Ладно, - вздохнула Ниу, уступая напору аргументов. - Поехали!
  Леталёт рванул в небеса, как зенитная ракета. Странно, подумал Петька, а внутри никакое движение не ощущается вовсе. Просто полная невесомость...
  А земная твердь уже была далеко-далеко внизу, превращаясь в нарисованную карту, и небо над головой стремительно теряло голубизну, приобретая глубокий фиолетовый оттенок - точь-в точь глазищи Ниу. Ещё чуть, и на бархатно-чёрном фоне загорелись первые звёзды.
  - Вот это да!!! - теперь голос Васьки напоминал Гагарина, случайно залетевшего на Луну.
  - Куда полетим? - спросила хозяйка аппарата, колдуя над виртуальным пультом.
  - Куда повезёшь! - ляпнул Петька. Ну в самом деле, какая разница? Они в космосе!!!
  - Тогда облёт по полярной орбите, - заключила Ниу. - Все школьные ознакомительные экскурсии так делают!
  И вот земной шар плывёт под ними, медленно и величаво, и закручиваются в тугие белопенные спирали циклоны, и бесконечное поле полярных льдов сияет нестерпимым блеском полярного дня... Петька даже ущипнул себя - а вдруг всё это вот ему просто снится? Впрочем, судя по выражению лиц, товарищи испытывали совершенно аналогичные ощущения. Включая дядю Лёшу...
  - Я ещё сперва как увидела вашу планету, всё гадала, зачем вам на полюсах надо столько льда, - Ниу улыбнулась. - Я даже подумала, что у вас тут полюса отданы под жильё снежанам, как на Амбариманинге. Я же не знала, что это просто так лёд намёрз!
  - А кто такие снежане? - это Катька.
  - Они холод любят, - пояснила звёздная гостья. - И во льдах живут!
  - А у нас тут тоже есть снежные люди! - это уже Ленка. - Только их никто не видел...
  - Правда? - сильно заинтересовалась Ниу. - Все пользуются невидимостью?!
   - Говорят, они лохматые, - это Даша. - Все покрыты густой шерстью с головы до пяток.
  Ниу вытянула губы трубочкой.
  - Нее... это точно не снежане. У снежан никакой шерсти на теле нету! Как бы они светопитались тогда?
  - Э... то есть они что, голые во льдах живут?! - это Васька.
  - Ну да.
  - И не замерзают?!
  Ниу пожала плечиком.
  - А чего бы им замерзать? У них же температура тела может быть почти ледяной. Я даже специально одну девочку потрогала - ух, холоднющая! Вот жары они точно не любят. Это сейчас они её выдерживать могут при нужде, потому что... э... - девочка пощёлкала по серёжке-говорёшке - А! Генномодифицированные, да. А раньше, когда дикие были, они от тепла даже умереть могли, вот! И ещё они все такие умнющие. Мама говорит, это потому, что им отвлекаться не надо. Сиди себе во льдах и думай о вечном! - Ниу засмеялась.
  За разговором полярные льды остались позади, под леталётом теперь пролегала тёмная сторона Америки. Ниу заметно сникла - губы сжаты в нитку, глаза блестят лихорадочным сухим блеском. Да ведь ей страшно, сообразил вдруг Петька. Ей же попросту страшно!
  - Ниу... - он осторожно тронул её руку. - Не бойся, мы же все с тобой!
  - Нет, я не стану бояться... - зубки звёздной гостьи выбили кастаньетную дробь. - Совсем-совсем... вот не стану и всё!
  Стенки леталёта вдруг разом утратили прозрачность, налились белым молочным сиянием. И только на круглом экране перед отважной капитаншей проплывал пейзаж, откровенно мультяшный и раскрашенный в неестественные цвета.
  - Простите, - Ниу виновато моргала. - Можно мы над тёмной стороной планеты вот так полетим? Всё равно же внизу ничего толком не видно!
  ..........
  
  Здоровенный мыльный пузырь свернулся в стеклянное веретено и рванул в небеса. Петька Столбов попытался было проследить траекторию взглядом - куда там! Наверное, с таким же успехом можно пробовать разглядеть летящий артиллерийский снаряд...
  - Ну вот... - Ниу улыбалась своей солнечной улыбкой.
  Солнце уже вновь помалу клонилось к вечеру - весь полёт вокруг земного шарика занял полтора часа. Высадка экспедиции состоялась на краю поля подсолнухов, совсем недалеко от крайнего дома разъезда - вон отсюда крыши отлично видно. От посадки непосредственно на огороде звёздную гостью отговорил Алексей Иваныч. Ну право, зачем баламутить весь посёлок?
  - Ниу... - дорожный мастер заговорил первым. - Спасибо тебе.
  Мужчина вдруг взял и поклонился малышке.
  - Исполнила ты детскую мечту мою. Несбыточную... Я ведь совсем маленький был, вот как ты примерно, когда Гагарин в космос полетел. Первый землянин в космосе! Ну и... кто из мальчишек тогда не мечтал в космос полететь?
  - Так и вы же мою мечту исполнили, - ослепительная улыбка. - На поезде покатали. И даже на автобусе ещё!
  На этом церемонию взаимного благодарения пришлось прервать, поскольку в поле зрения показался путевой обходчик Кондрат Кондратыч, да притом ещё на пару с бабкой Дарьей.
  - Вы видели?! Видели?!
  - Чего, Кондрат Кондратыч? - глазом не моргнул дядя Лёша.
  - Знамение небесное! - бабка Дарья возбуждённо ткнула рукою в зенит.
  - Какое знамение, бабуля? - Дашка удивилась ну совершенно натурально.
  - Да вот сюда же оно спустилось, вот прямо сейчас! - обходчик вертел головою на все триста шестьдесят градусов.
  Ребята переглянулись.
  - Да не было ничего, - это Васька. - Мы бы увидали!
  Во взгляде бабки Дарьи плескался сложный коктейль чувств.
  - Никто не поверит нам, Кондратий... бабам-то и вовсе лишь бы обсмеять...
  - А вы вообще откуда такой компанией? - Кондратий, убедившись в отсутствии чуда в настоящий момент, наконец перестал крутить головой. - Электричка прошла давно, поезд проходящий вроде как не прибыл покуда...
  - Да мы на электричку опоздали, - вновь не моргнул глазом Алексей Иваныч. - Вот и пришлось от самой Щебетовки с автобуса пёхом топать. Ни одной попутки, как назло! Пять вёрст, вон, устали ребятишки...
  - А чего, найдёнка-то у тебя гостевать осталась? - бабка Дарья кивнула на малышку.
  - Де вот сегодня должны её родители подъехать, - Алексей Иваныч улыбнулся. - Ну вы давайте, ищите знамение-то своё. Вдруг где в подсолнухах закатилось!
  ........
  
  - Вот они, гуляльщики!
  Тётя Надя отёрла лоб тыльной стороной руки - ладони были перепачканы в муке. В углу, на могучем старинном комоде переливался красками и тихонько бормотал телевизор, придавая дому покой и уют. И вообще, судя по всему, приготовления к грандиозному пиршеству были в полном разгаре.
  - Ты чего не на работе? - дядя Лёша озирал стол.
  - Подменилась я, Мария согласилась пораньше выйти. Случай-то, как ни крути, редкий, - женщина мягко засмеялась. - Кушать хотите? Калачи вон уже готовые, можете перекусить покуда. Ниу?
  - Я не хочу, - девочка улыбнулась. - Я же сегодня всё-всё время на солнышке была! Мне водички только...
  - Тёть Надя, - встрял Петька, нагребая калачей, - можно, мы пойдём? Ребята ждут!
  - Ну-ка, ну-ка! - построжела тётушка. - Что, такой великий труд сесть и покушать?
  - Вы прямо как моя мама, - засмеялась Ниу. - Как велит покушать, нипочём не отвертеться!
  - Ну и права твоя мама. Режим питания нарушать нельзя! - Алексей Иваныч воздел палец к потолку. - Да и ребят сейчас небось обедать усадили. Так что сели и съели!
  - А тебе на-ка вот, - тётя Надя поставила перед гостьей здоровенную кружку. - Брусничный морс, специально сготовила. Чего воду-то пустую глотать?
  Ниу осторожно отхлебнула алую жидкость.
  - М-м... вкусно! Даже ещё лучше чем квас!
  Она оглянулась.
  - Тётя Надя, а отчего у вас вот этот информ такой плохой? Сам ящик здоровенный такой, а экран никакой вообще!
  - Ты про телевизор? - женщина улыбнулась. - Да нормально. Нам хватает. Больше-то всё равно нету. Вон и новый , что в той комнате ничуть не больше...
  - А я бы хотела большой-пребольшой телевизор! - не согласилась Ленка, допивая молоко.
  - Тёть Надя, - проникновенно произнёс Петька, дожевав калач. - Вот сейчас мама Ниу прилетит, и заберёт её. В любой момент! И когда она в другой раз попадёт на Землю?
  - Ну что с вами делать, - засмеялась Надежда Борисовна. - Ладно, бегите уже!
  Возле телевизора Ниу замешкалась.
  - Ниу, ты чего? - это Ленка.
  - Ничего, - ослепительно улыбнулась гостья, тыча пальчиками в свой браслет. - Пока так просто...
  ..........
  
  -... Вот такая замечательная экскурсия вышла. Будь там хоть один постовой - и всё... Да и просто ежели поблизости какие-нито свидетели оказались бы, шум уже вышел бы изрядный.
  Закончив изложение потрясающей эпопеи, хозяин дома замолк, давая супруге возможность переварить услышанное.
  - Ой-ой...
  Тётя Надя разглядывала червонцы, разложенные на столе веерами, подобно игральным картам.
  - Да не трудись, я уже всё подсчитал, - хмыкнул Алексей Иваныч. - Одна тысяча двадцать четыре купюры тут.
  - Какая-то цифра не круглая...
  - Вот я тоже не враз дошёл. А покумекал и сообразил. Как раз круглая циферка-то выходит. Два в десятой степени. Ну то есть ежели удваивать экземпляры, аккурат за десять ходов такая сумма и наберётся.
  Он прямо взглянул в глаза жене.
  - Чего делать-то будем, Надюш? Может, в печку их от греха?
  - Ну-ка, ну-ка! - построжела женщина. - Печь деньгами топить!
  - Дык фальшивые жеж они, - хмыкнул Алексей Иваныч. - Вот, гляди, номера и серии одинаковы у всех. Да хуже того - пятна вот эти приметные, и уголок оторван.
  Надежда Борисовна сжала губы.
  - Вон на станции три магазина промтоварных, ежели с новостройкой считать, да продуктовые ещё... В городе так и вовсе тех магазинов уйма. Там колготки Ленке купить, там трусишки... да мало ли! По одной подмешивать среди прочих - кто заметит? Особенно если не каждый месяц...
  Дядя Лёша тяжело вздохнул.
  - Вводишь ты меня в грех сребролюбия, Надежда... Ладно. Отложим покуда решение вопроса.
  Он сгрёб разложенные на столе дензнаки, засунул их в полиэтиленовый мешок, и в этот момент в кухне-столовой раздался странный звук, будто крепкое дерево застонало под непосильным грузом. Прервав дискуссию, хозяева ринулись на звук.
  - Ой, мамочка! - тётя Надя схватилась за щёки обеими ладонями.
  - Ну ни хрена себе... - выдавил Алексей Иванович.
  За время отсутствия хозяев старенький "Электрон", вытесненный на кухню более современным собратом, претерпел разительную трансформацию. То есть попросту удвоил габариты по всем трём измерениям, и теперь старый дубовый комод изнемогал под весом чудовища. Хорошо, что комод дубовый, промелькнула в голове Алексея Иваныча лихорадочная мысль... современный, из фанеры да прессованных опилок враз рассыпался бы...
  Самое интересное, увеличенный телевизор как ни в чём не бывало продолжал работать, выдавая на громадный экран роскошную цветную картину - Алла Пугачёва беззвучно разевала рот, поскольку звук был убран до нуля. Протянув дрожащую руку к телемонстру, дядя Лёша осторожно сдвинул непривычно здоровенный ползунок регулятора.
  -... Всё могут короли, всё могут короли! - зычный, как в настоящем театре голос королевы эстрады ударил по ушам. Мужчина немедленно пригасил звук.
  - Чего делать-то будем, Надюш?
  ......
  
  - Аииии!!!
  - Уииии!!!
  Визг и хохот звучали над огородом, щедро орошаемом рукотворным ливнем. Вчерашняя водная феерия, столь понравившаяся звёздной гостье, получила достойное продолжение. Все шланги, хранившиеся в кладовке у запасливого Алексея Иваныча, были мобилизованы, и сейчас огонь вёлся из шести стволов, превратив заурядный полив в полное подобие тропического ливня. Уклонистов на сей раз не было - на Даше красовалось модное бикини, Петька и Васька обходились плавками, прочие же участники шоу, отринув ложную скромность, пребывали в костюмах, выданных природой. Разумеется, застрельщицей в этом деле выступила Ниу. Ну в самом деле, сколько можно мучить инопланетного ребёнка?! Все маски сброшены, дядя Лёша и тётя Надя в курсе... так и какой тогда смысл в этой самой одежде?!
  - Уф! - фиолетовые глазищи сияли. - Здорово! Это было здорово! А можно ещё клубники? Я хочу! А кто ещё?
  - Все хотят! - авторитетно заверил Васька.
  Наспех сполоснутый алюминиевый тазик был водружён на трёхногий железный табурет. Ленка, пошуровав в грядке, разыскала самую крупную, свежую и сочную ягоду, каковую торжественно установили в центре таза. Ниу поколдовала со своим браслетом - р-раз! - и посудина полна отборнейшей ягодой.
  - Кушайте, пожалуйста! - улыбка звёздной гостьи неподражаема.
  - Кхм... можно вас побеспокоить, ребята?
  Алексей Иванович стоял с непривычно смущённым видом.
  - Ниу... что такое сделалось с нашим старым телевизором?
  Хлоп-хлоп фиолетовые глазищи.
  - А что? Не работает? Я же дала задачу, чтобы обязательно работал! А не просто стал большим!
  - Как это? - не утерпел Петька.
  - Ой, я это даже ещё и не знаю, - призналась Ниу. - Я же маленькая ещё. Знаю только, что если дать задачу просто увеличить, так материализатор добавит молекулы, точь-в точь такие, и всё. А для разных там технических устройств всё сложнее. Это уже информ анализирует, думает, чего и как надо внутри изменить, чтобы всё работало... А больше я ничего не знаю. В первом круге первой ступени такого не учат!
  Девочка вздохнула.
  - Я понимаю, что вам сюда нельзя никак наш информ поставить... Но этот-то ваш, местный! Прсто чуть-чуть улучшенный!
  Она вдруг замолкла.
  - Дядя Лёша... - неземные глазищи готовы наполниться слезами. - Я опять чего-то сделала не так, да?
  - Всё так, - твёрдо ответил Алексей Иванович. - Спасибо тебе большое. Отличный подарок.
  - Уф... - с облегчением выдохнула девочка. - А то я уже почти отчаялась. Как ни стараюсь, а всё нехорошо...
  - Хорошо, всё очень хорошо! - хором заверили присутствующие.
  Во дворе у крыльца хозяина ждала супруга.
  - Сказал?
  Мужчина улыбнулся.
  - Сказал. Большое спасибо сказал.
  - Ну и как теперь...
  - Слушай, Надя... Дарёному коню в зубы не глядят. Она уже почти отчаялась, поняла? Что ни сделает, то нам не так и это не эдак... За подарки вообще-то благодарить принято, а не претензии предъявлять. Ферштейн?
  - Ладно... - вздохнула Надежда Борисовна. - Загляни-ка на сеновал.
  - Ы?
  - Да загляни, загляни. Чего я слова-то зазря тратить буду. Только за лесенку крепче держись, чтоб не свалиться!
  Поднявшись по приставной лестнице, хозяин отворил чердачную дверцу и обомлел. Весь чердак был усыпан слоем белых шестигранных призмочек.
  - Это... это...
  - Сахар это. Рафинад ихней расфасовки, угу. Наша Зорька же любит сахар? Ну вот и... на всю оставшуюся жизнь чтоб хватило.
  Медленно, стараясь не промахиваться мимо перекладин-ступенек, дорожный мастер спустился вниз.
  - Чего делать-то будем, Лёша? - в глазах жены сложный коктейль чувств.
  Мужчина помолчал.
  - Чего делать будем, говоришь? Я своё спасибо сказал. Теперь твоя очередь. Только, гляди, чтобы без малейшей фальши.
  Они встретились глазами.
  - За ней вот-вот мамка прилетит, Надюшка. Небось уже пары в этом своём проникателе раскочегаривает... Ты что, хочешь, чтобы она дочуру застала зарёванную? Это ж позорище на всё человечество, неслыханное притом! За два-то дня малышку до слёз изобидеть умудрились!
  Пауза.
  - А со всеми этими богатствами мы уж потом как-нибудь разберёмся.
  ........
  
  - Ага, вот вы все где!
  Прокол, разведка, запоздало подумал Петька. За всеми перипетиями как-то позабылось, что Дашиной бабуле, в общем-то, никто не возбранял также ходить огородами. Вот и подкралась старая... К счастью, обсохшие после водной феерии девчонки по примеру лидера всё-таки успели надеть трусишки, не то скандал был бы сейчас неслабый...
  - Я думаю, куда она подевалась - бабка осуждающе разглядывала внучку, щеголяющую в донельзя бесстыжем буржуинском наряде под названием "бикини" перед мальчишками. - Прямо с обеда шасть! Чего поделываете-то, молодёжь?
  - Клубнику пробуем, - первой отреагировала Ленка. - Угощайтесь, баб Дарья!
  - Пробуете, ну-ну... - бабуся разглядывала тазик, уже здорово опустошённый. - Небось уже всю до ягодки у Нади перепробовали?
  - Не, там ещё много-много! - сейчас натуральности голоса Ленки мог бы позавидовать сам Станиславский. - Урожай нынче - ужас! Не пропадать же?
  Бабка хмыкнула.
  - Ладно... Надя тут хозяйствует, мне хозяйке указывать не след. А вот тебе, Дашутка, пора бы и честь знать. Айда-ка домой.
  - Не, бабуля, я ещё тут позагораю, - с ласковой улыбкой возразила внучка. - Погода стоит какая - в Крым ехать не надо! Чего я в избе твоей сидеть буду?
  На лице бабки Дарьи было явственно написано жгучее желание возразить, однако, памятуя утреннюю сценку, старая всё же воздержалась. Не хватает ещё вновь опарафиниться в препирательствах с этакой пигалицей!
  - Скоро родители Нэли должны прибыть, - подал голос Васька. - Вот заберут её, тогда и расходиться, пожалуй, можно.
  - Когда прибудет-то? - бабуся удобно размещалась на лавочке, явно намереваясь продолжить допрос.
  Ответа бабке Дарье дать никто не успел. Здоровенная, на треть огорода медуза проявлялась в воздухе, точно на фотобумаге. Из разверстого овального проёма высунулся длинный язык пандуса, дотянулся чуть не до грунта. И по этому пандусу уже спускались двое, мужчина и женщина, божественно красивые и одетые донельзя странно... скорее даже не одетые, а облитые переливчатым жидким стеклом. Довершали убойный наряд прозрачные сфероиды шлемов, прикрывающие головы и вдобавок колыхающиеся ну уже совершенно точно как настоящие мыльные пузыри. И, как положено в критический момент, пронеслась у Петьки в голове совершенно бесполезная и посторонняя мысль - вот, а Ниу говорила, не носят у них там одежды...
  И вовсе не одежда это, дошло вдруг до него. А защитные скафандры. От всякоразных дикарей защита, ага. Браслет, это хорошо, ну а вдруг дикарь какой из винтовки пальнёт, издали? Да заодно и степень доверия к дикарям проявлена отчётливо.
  - Ниу? Балеэнде виаланомайя паллука диади?
  - Ба! Ме! - дальнейшую фразу Ниу разобрать было уже совершенно невозможно.
  Пузыри шлемов лопнули и исчезли, как и не было. Мужчина и женщина синхронным движением извлекли из воздуха уже знакомые ребятам серёжки, заученно нацепили в уши. Ну, на маме серёжки-то смотрятся классно, слов нет, проползла в голове у Петьки очередная посторонняя мысль, а вот на папе как-то непривычно...
  - Здравствуйте, гости долгожданные, - подоспевшие дядя Лёша с тётей Надей уже стояли и вовсю улыбались, широко и радушно. - Заждалась вас ваша дочура!
  - Здравствуйтье, уважаемый хозьяин и уважаемая хозьяйка, - заговорил инопланетянин, почти правильно выговаривая русские слова. - Надьеюсь, Ниу не сьильно вас объеспокоила?
  - У вас замечательная дочь, - заверил Алексей Иваныч.
  - Просьим прощьения, что не смогльи прильетьеть сразу, - подала голос мама Ниу. - Проньикатьель - не летальёт, взьять его не так просто... Ниу?
  Звёздная гостья уже напяливала своё земное платье. Помедлив, сунула ноги в сандалеты.
  - Мне это всё подарили, вот! На память! - и Петька даже понял, зачем Ниу сказала это по-русски. А вы не поняли разве?
  Девочка вдруг извлекла из воздуха три пары серёжек, точь-в точь похожих на собственные.
  - Вот... Только они не говорёшки. Простые муляжи. Это можно дарить, это не техника. Даша, Катя, Лена - это вам!
  Ниу обернулась к мальчишкам. Р-раз! И на ладошке пара крохотных кулончиков на цепочках-паутинках. Тонкая металлическая спиралька, искрящаяся на солнечном свету алмазной зернью. Стилизованный муляж галактики.
  - Я уже поняла, что мальчики тут никаких серёжек не носят. Но вот это вот можно же надеть? Вы будете носить это на груди, и вспоминать про галактику Амбатофинандрахана, в которой есть такая планета Мьяданандрьяна. На которой живёт такая девочка - Ниу.
  Петька почувствовал, как в носу предательски защипало. И, судя по выражению морды лица, друг Васька испытывал схожие ощущения. Чего уж там говорить про девчонок...
  Фиолетовые глазищи глубоки и пронзительны.
  - Ну вот... Давайте прощаться.
  - Я щас зареву, - бесхитростно призналась Ленка.
  - И я! - поддержала подругу Катька.
  - И я, кажется, тоже, - в глазах Даши, ей-ей, стояли самые настоящие слёзы.
  Солнечная улыбка гостьи с грустинкой.
  - Не надо плакать. Вы подарили мне это чудесное время. А я вам... надеюсь.
  - Ниу! - поторопил отец.
  Пауза.
  - Я не говорю вам - прощайте. Я говорю - до свидания!
  Язык пандуса втянулся в аппарат, овальный люк затянулся. Медуза растворялась в воздухе медленно, как будто неохотно... точь-в-точь как тот... как его... который Ниу демонстрировала в школе...
  Всё.
  И только тут присутствующие обнаружили, что бабка Дарья пребывает в полностью бессознательном состоянии. Старуха привалилась спиной к нагретой стенке сарая, и только эта опора предохраняла её от падения на сырую землю.
  - Бабушка... Бабуля! - встревожилась Даша.
  - Баб Дарья! - дядя Лёша набрал пригоршню воды из кадки и побрызгал потерпевшей в лицо. - Эй!
  Бабуся завозилась, открыла мутные глаза.
  - Ох... Лексей... счас мне такой морок привиделся... опять знамение небесное... да прямо вот тут...
  - Тебе, баб Дарья, к доктору надо бы съездить, в город, - участливо произнесла тётя Надя. - На каждом шагу уже небесные знамения у тебя...
  Однако во взгляде бабки уже протаивало недоверие.
  - А где потеряшка-то ваша?
  - Здра-асьте! - совершенно натурально изумился Алексей Иваныч. - Ты что ли вообще не слыхала ничего? Как машина подъехала, как с родителями её разговаривали?
  - Машина? - тупо спросила бабуся.
  - Ну да... Нормальная такая "Волга", белая, ГАЗ-24 которая. Не, баб Дарья, тебе точно к доктору надо бы. Запустишь это дело, потом и в собственной избе знамения преследовать начнут!
  .........
  
  Дан приказ - ему на запад
  Ей в другую сторону
  
  Суровые слова старинной революционно-комсомольской песни доносились из динамика в искажении, однако смысл разобрать можно было вполне.
  - Ну прямо про вас с Дашкой, - Скляр ухмыльнулся. - Тебе на запад, а ей в другую сторону.
  - Ну а что... - улыбнулась Даша.
  Пауза.
  - Ну вот... - Васька посопел носом. - Кончается и ещё одно наше лето. Жаль, если честно.
  Никто не возразил. А чего тут возразишь против чистой правды? Действительно ведь кончается оно, ещё одно лето детства. И это очень-очень жаль...
  Даша и Петька стояли на посадочной платформе - здесь это была просто цепочка бетонных плит, уложенных вдоль железнодорожного полотна - в ожидании встречных электричек. Дашку, естественно, взяла в конвой бабка Дарья, намереваясь в целости и сохранности доставить дорогую внученьку до самого пункта назначения и сдать родителям из рук в руки. Просто сейчас у бабушки хватило такта отойти в сторонку и не мешать друзьям в минуту прощанья. Что касается Петьки, то он, как временно расконвоированный, до дому в этом году добирался самостоятельно. Благо поезд прямой проходящий, и парню вот-вот жениться, по определению дяди Лёши. Только поезд этот будет завтра, и притом посадка на него производится на станции, куда племянника должна доставить электричкой тётя Надя. Так что сегодня Петька был в числе провожающих. Прочие же граждане провожающие, в лице Васьки, Катьки и Ленки оставались на зимовку здесь, на глухом разъезде.
  - А мне телевизора жалко... - вздохнула Ленка.
  - Иначе никак нельзя было, - сурово отрезал Скляр. - Тут дядь Лёша прав абсолютно.
  И снова никто не возразил. Да, с наиболее выдающимся подарком звёздной гостьи пришлось расстаться, как ни жаль. Очень уж приметная вещь. Это вам не рафинад, три тонны коего уместились в мансарде хозяйского дома, распиханные по всем имеющимся старым сундукам и коробам.
  - Не грусти, Лен, - подбодрил кузину Петька. - Глядишь, и увидишь ещё.
  - Как его разбирали-то... - вновь ухмыльнулся Васька воспоминаниям.
  Действительно, с телевизором-переростком повозиться пришлось основательно. Поскольку каждому школьнику известно, что масса тела пропорциональна кубу размера, то и удвоенный в том размере ящик уверенно набрал почти полтонны весу. Пришлось разбирать до основанья. Особенно хлопотно оказалось вытаскивать гигантский кинескоп, и тут без помощи Васьки и Петьки хозяину пришлось бы туго. Только если кто-то полагает, что такую уникальную вещь рачительный Алексей Иваныч уничтожил невозвратно, тот не знает Алексея Иваныча. Все детали, хозяйственно упакованные в полиэтилен и пронумерованные, были уложены в кузов грузового мотороллера "Муравей" и тёмной ночкой вывезены в неизвестном направлении. Куда именно, можно даже не спрашивать. Кстати, рафинад инопланетной фасовки, будучи пропущен через электрожёрнов, приобрёл вполне себе законный вид земного сахара-песка. Ну а что касается серёжек да кулонов, то бижутерия - она бижутерия и есть. Так что, как сказал бы Штирлиц, "и дождь смывает все следы".
  - Да ладно, телевизор... - Ленка вздохнула как кашалот, выброшенный на берег. - Вот бы Ниу ещё раз увидеть...
  - А вот и увидим! - решительно встряла Катька. - Она же сказала - до свиданья!
  - Точно, Катюха, - без улыбки подтвердил Скляр.
  - Даш, ты на тот год-то приезжай, - посоветовал Петька. - а вдруг?!
  Девочка помолчала.
  - Не могу ничего обещать, честно. Дети народ подневольный. Вдруг папа на море путёвки возьмёт? Там уж не отвертишься.
  - Это точно, насчёт подневольных, - вздохнул Васька.
  Вдали послышался нарастающий шум, победно заревел гудок электровоза. Электропоезд с железным лязгом подкатил к перрону, замедляя ход, встал. Двери вагонов с шипением разошлись, гостеприимно приглашая граждан пассажиров занять свои места.
  - Даша, Дашенька, садимся! - подоспела бабка Дарья, точившая лясы с бабами поодаль.
  - Ну ладно, ребята... - Даша улыбнулась. - Счастливо! Будем надеяться!
  Двери электрички вновь зашипели, смыкаясь. Поезд двинулся, набирая ход, ещё чуть - и вот уже только хвост состава уносится вдаль.
  - Бдит бабка Дарья, - Васька проводил удаляющийся поезд взглядом. - До дому внучку провожает... Как она тогда не допетрила-то, чудо просто. Очень вовремя в обморок грохнулась.
  - Допетрила, однако, - ухмыльнулся Петька. - Мне Даша сказала. Просто виду не подаёт. Прямо как мы...
  - Ну?! - Васька даже заморгал. - И чего теперь будет?!
  - А ничего не будет, - Петька ухмыльнулся шире. - Это она сгоряча про небесное знамение всё вещала. А тут совсем иное дело... Кому в дурку-то охота попасть? Вон даже и Кондрат Кондратыч гутарить о том перестал. Надоело, что бабы у магазина над ним насмехаются.
  На Васькином лице теперь отражалась глубокая задумчивость.
  - А мне вот сейчас блазнится... да не сон ли всё было?
  - Нет не сон! Вовсе даже не сон! - губы Катьки дрожали. - Как ты можешь так говорить, Васька противный?! Ведь мы-то знаем, что она есть!
  - Да это он так, болтает чего ни попадя, - вступился за друга Петька. - Язык разминает. Всё верно, девчонки. Пусть никто не знает. И не поверит. Главное - мы-то знаем!
  
  
  
  13-28.02.2018 г. Челябинск.
  
Оценка: 7.21*5  Ваша оценка:

РЕКЛАМА: популярное на LitNet.com  
  Р.Цуканов "Серый кукловод. Часть 1" (Киберпанк) | | А.Емельянов "Последняя петля" (ЛитРПГ) | | В.Соколов "Мажор 4: Спецназ навсегда" (Боевик) | | Н.Быкадорова "Главные слова" (Антиутопия) | | К.Вэй "Филант" (Боевая фантастика) | | М.Халкиди "Фиктивная помолвка. Маска" (Любовное фэнтези) | | Е.Флат "Невеста на одну ночь" (Любовное фэнтези) | | М.Гудвин "Осужденный на игру или Марио Брос два" (ЛитРПГ) | | П.Працкевич "Код мира (1) – От вора до Бога" (Научная фантастика) | | А.Михална "Путь домой" (Постапокалипсис) | |

Хиты на ProdaMan.ru В объятиях змея. Адика ОлефирСнежный тайфун. Александр МихайловскийСлепой Страж (книга 3). Нидейла НэльтеБез чувств. Наталья ( Zzika)ИЗГНАННЫЕ. Сезон 1. Ульяна СоболеваАромат страсти. Кароль Елена / Эль СаннаТитул не помеха. Сезон 1. Olie-Мои двенадцать увольнений. K A AОфисные записки. КьязаБукет счастья. Сезон 1. Коротаева Ольга
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "То,что делает меня" И.Шевченко "Осторожно,женское фэнтези!" С.Лысак "Характерник" Д.Смекалин "Лишний на Земле лишних" С.Давыдов "Один из Рода" В.Неклюдов "Дорогами миров" С.Бакшеев "Формула убийства" Т.Сотер "Птица в клетке" Б.Кригер "В бездне"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"