Кончеев Александр Сергеевич: другие произведения.

А. В. Брунько

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь] [Ridero]
Реклама:
Новинки на КНИГОМАН!


Читай и публикуй на Author.Today
Оценка: 5.10*5  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    До знакомства с книгой Брунько, я думал о его творчестве как о чем-то графоманско-захолустном. Никаких похвал о его поэзии я ни от кого не слышал. Мало ли посредственных поэтов, мнящих себя гениями? В книге нет, на мой взгляд, ни одного слабого стихотворения, и уж точно ничего "графоманского" или "захолустного". Есть такие, что мне не нравятся, не в моем вкусе. Я не литературный критик и не филолог и даже не бог весть какой специалист в области поэзии, но если я вспоминаю стихи, хочу их перечитать, наслаждаюсь ими и нахожу в них духовные и словесные тонкости — мне этого достаточно. И таких стихов я нашел в книге Брунько достаточно.

Александр Виленович Брунько

     Александр Брунько в городе довольно известная личность. Что называется, широко известен в узких кругах. Книга его была издана в 1990 году "за счет средств автора". Насколько я знаю, никаких средств у Брунько никогда не было, разве что в юности. Видимо, помог кто-то из друзей.
     Брунько — Поэт с большой буквы. Слово "Поэт" в его устах звучит так же, как звучало в устах Пушкина или Блока.
     Местное телевидение как-то сняло о нем небольшой фильм — на удивление бездарный, бледный и совершенно его недостойный. До знакомства с книгой Брунько, я и думал о его творчестве как о чем-то графоманско-захолустном. Никаких похвал о его поэзии я ни от кого не слышал. Мало ли посредственных поэтов, мнящих себя гениями?
     Я думал так еще вот почему. Один мой друг, любитель поэзии и сам поэт, одно время приятельствовал с Брунько, но о стихах его отзывался с прохладцей. Однако признавал все-таки, что "Бруня" стихоплет умелый и весьма эрудированный. Он даже как-то познакомил меня с ним на улице, но мы не обменялись ни единым словом и быстро распрощались.
     От него я и узнал кое-что о поэте, впрочем, мало лестного. Отец Брунько был большим начальником (кажется, в КГБ), а сынок — непутевым — поэтом. Ясно, дети отвергают ценности отцов. Бруня читал диссидентов и слушал Галича, записи песен которого были у него полностью. Разумеется, он прекрасно знал тех поэтов, о которых "советский народ" не имел никакого представления или, точнее, имел самое превратное. Ахматова, Цветаева, Гумилев, Мандельштам были прекрасно ему известны, и кто еще лучше спросить его самого.
     Брунько пьянствовал, попадал в психушку, сидел в тюрьме за нарушение паспортного режима, в общем, делал все, чтобы соответствовать стереотипу "настоящего поэта". Как я понимаю, делал не для того, чтобы соответствовать, а потому, что таким и был.
     Среди прочего мой информатор упомянул о том, что сам Брунько считает себя Великим Русским Поэтом, лучшим из живущих. (В особенности это нас позабавило потому, что Брунько — еврей.) Мы посмеялись, да и забыли о Брунько.
     Однажды, мой друг Славик встретил Брунько на улице, и тот похвастался, что у него вышла книга, которую он тут же Славику и презентовал с дарственной надписью. Книга Славе не понравилась.
     Прошло лет десять, и я случайно пролистал эту книгу. Помнится, мне понравилось какое-то стихотворение, и я взял ее почитать.
     В книге нет, на мой взгляд, ни одного слабого стихотворения, и уж точно ничего "графоманского" или "захолустного". Есть такие, что мне не нравятся, не в моем вкусе. Я не литературный критик и не филолог и даже не бог весть какой специалист в области поэзии, но если я вспоминаю стихи, хочу их перечитать, наслаждаюсь ими и нахожу в них духовные и словесные тонкости — мне этого достаточно. И таких стихов я нашел в книге Брунько достаточно.
     Я считаю, что хороших поэтов вообще мало, а таких, что нравятся мне, еще меньше. И вот Брунько я причисляю именно к таким, выдающимся поэтам. Думаю, что не один я такой чудак, и кто-нибудь его тоже оценит и полюбит.
     Итак, я понял, что Брунько не так уж был не прав, считая себя Великим Русским Поэтом. Для меня — он Поэт, Мастер.
     Моего друга, кажется, удивило то, что мне понравилась поэзия Брунько. Он согласился, что некоторые стихи производят неплохое впечатление, но "потому, что ты не знаешь автора; это все техника и ни грамма чувства, Брунько прожженный циник". Слава, ты не прав. Кто сам говорил и цитировал Пастернака о мусоре из которого растут стихи "не ведая стыда". Поэт — всегда поэт, "он стонет от боли и его стоны звучат дивной музыкой".
     Кроме немногих избранных стихов, я привожу предисловие от автора к сборнику "Поседевшая любовь". Из него видно, что А. Брунько отлично наловчился скрывать свой цинизм, а так же писать просто и задушевно.
     В дальнейшем я предполагаю увеличить подборку, а некогда, может быть, опубликовать и всю книгу.

А. Кончеев

Стихи из книги «Поседевшая любовь»
Ростов-на-Дону, 1990

ОТ АВТОРА

     Многие стихотворения этой книги написаны в разных камерах знаменитой Богатяновской тюрьмы, где автора "содержали под стражей" по обвинению в тягчайшем преступлении — нарушении паспортного режима, или, как говорили в старину, — отсутствия вида на жительство...
     Здесь я хочу, нет — жажду воскликнуть: братия-поэты, возблагодарим Всевышнего за то, что по его манию многомудрые наши законодатели наконец-то признали уголовное преследование "за прописку" в нашей великой, а — главное! — свободной стране — смешным и позорным абсурдом. Воспоем же "осанну" и за то, что теперь нас, бедных стихотворцев, не привлекут за "тунеядство"! Господи! Неужели настали времена, когда мы сможем получать наши Нобелевские премии без предварительных чистилищ, как то: судов, тюрем, лагерей, высылок и проч., и проч.? Неужели возлюбленные редакторы не станут больше нырять за лупой в стол, не будут с помощью означенного — всевидящего — приспособления выискивать в наших бессмертных опусах "упадничество", "антисоветчину" и тому подобную собачью чушь? Неужели?
     ...До ареста я жил в Танаисе, среди великой, неслыханной по красоте осени, на первом этаже невиданной башни, построенной археологами, музыкантами, художниками и просто энтузиастами — по образу и подобию древних сторожевых форпостов Танаиса. "БАШНЯ ПОЭТОВ" — так окрестил это немыслимое сооружение прекрасный поэт и певец Анвар Исмагилов, который занимал второй этаж. А рядом, на внезапном и крутом взгорье, рос огромный куст шиповника. Вот и запомнилось: тяжелая, нет — золотая сентябрьская синь — в темно-красных звездах, качающихся на колючих ветках...
     Как-то, незадолго до моего ареста, одна из тамошних обитательниц- "танаитянок", прервав безмятежную беседу, вдруг — шутки ради — запела старую лагерную песню. От неожиданности сердце сжалось... Это было, повторяю, накануне моего, столь же внезапного ареста. И потом, уже в тюрьме, именно эта горестная песня, звучавшая постоянно в устах заключенных, — буквально преследовала меня, конвоировала — изо дня в день, из камеры в камеру, — муча, сводя с ума, добивая: "Так здравствуй, поседевшая любовь моя!.." Так возникло, а точнее, навязалось название книги. Да и большинство ее стихов ворвалось к автору без всяких предварительных звонков и предупреждений, без очереди и без доклада...
     Я перечитываю их и думаю: о чем они? О чем эта книга, написанная в тюрьме? О тюрьме? О крушении самых-самых заповедных, самых кровных чувств и надежд? Об извечной нашей неправедности, слепоте и вероломстве?
     Нет — все-таки — о Любви...

А. Б.

        
                      ***
        
        Дождь ли проявится в небе вечернем,
        Ночь ли приластится 
                           неизреченным —
        Всё-то мне чудится дальнее эхо
        Странного,
                 неразделенного смеха...
        Все-то мне видится белая сцена:
        Пьеса идет — актуальная очень,
        Все в ней серьезно, 
                           сверхважно, 
                                      сверхценно...
        Но — что за дела?! — кто-то громко хохочет!
        Ты глянь-ка: сидит возле самого края
        Сцены —
        Нетронутый мощным софитом —
        Задницей крашенной пол протирая, —
        Старый паяц
                   в колпаке знаменитом!
        Сидит — и до колик, несносный, хохочет:
        Речь ли герой произносит — хохочет,
        Слезы ль утраты актрисочка точит —
        Неугомонный — 
                     "обратно"
                              хохочет!
        Зной ли, пурга, чья-то совесть, карьера,
        Гневное око, лазурные очи...
        Буйно — 
               при темном безмолвстве партера -
        Старый паяц, как безумный, хохочет!
        Нет бы ему — да вскочить-покривляться,
        Хохму какую — как надо — "приправить"...
        ...Всё-то торопятся, всё-то толпятся,
        Всё-то стучат в мою пленную память...
        
        Смерть ли, любовь... Зеленеют... Опали...
        Грим ли смывая, парик ли напялив...
        Все-то мне чудится дальнее эхо
        Странного,
                  неразделенного смеха...
        
                   ***
        
        ...Да что свершил я — подлого, облыжного,
        Преступного? Скандального? —
        Не возлюбил — как надо — ближнего?
        Отбил любимую — у дальнего?
        
        Прошу прощения — у ближнего,
        Прошу прощения — у дальнего,
        У ветра — прямо в грудь — булыжного,
        У века моего кандального...
        
                 ***
      
                            Памяти Лидии Руслановой
      
      Мне хочется плакать — восторженно и благодарно —
      Обняв эту песнь — как подушку — навзрыд и навек —
      Веселую песнь:
                    с Сахалина, да — эх! — с Магадана —
      Восторженно и благодарно
                              бежал человек —
      Звериною узкой тропой, во степи, в темном лесе...
      Обняв эту жизнь —
                       как решетку —
                                    навзрыд и навек —
      О господи! 
      Плакать от лагерных нашенских песен...
      Россия!
             Неужто ты вся — 
                            из России побег?
                       ***
        
        Трудно дышать — 
                       от табачной весны,
                                        от тоски
        Пыльные бури,
        Бессильные бурые стены...
        Смотрят — в чужой мастерской —
                                      на меня холсты,
        Будто мои — запыленные временем — тени.
        Что за собранье — 
        В чужой мастерской — 
        Моих гроз и гробов?!
        Что я отвечу?
                    Я сам им сродни —
                               позабывшим, предавшим...
        Только одно
                   в этой дохлой обители —
        Бог и Любовь:
        Кошка, что греет котят животом отощавшим...
        
                  ЕЛАБУГА
        
                      Памяти Марины Цветаевой
        
        Елабуга! Буга-буга...
        
        На ней — постылая шуга,
        Все та же стынь,
        Все та же грязь —
        Пластинка, что ли, засеклась? —
        Елабуга-буга-буга —
        Ни черт, ни признаков, ни мет...
        
        Какие ж ТАМ нас ждут "благА" —
        
        За ЭТОТ ад, за ЭТОТ бред?!
        
        — За что, Господь?! —
        Ни слов, ни сил —
        Как спятивший Иов, кричу! —
        Всех (и себя!) отпел-простил,
        Тебя, Марина, —
        Не прощу!
        ...Рябина, горькая, как страсть,
        Мне светит тайно —
        Сквозь снега...
        Влюбленный лепет —
                          в стынь да в грязь —
        ЕлАбуга!
        ...буга-буга...
        
                 ***
        
        Апрельским плачем изойду,
        И станет беспощадно ясно:
        Прекрасна жизнь - как на беду! -
        Да, жизнь прекрасна,
        Жизнь прекрасна...
        Какое небо - во всю грудь! 
        И сколько боли! Сколько боли!
        И снова под ногами - Путь,
        И колокол гудит: 
        ДОКОЛЕ?
        
                       ***
        
                           В дачном кресле ночью...
        
                                             И. Бунин
        
        Устал скорбеть — тащить поденный вздор
        Своих смертей — смертей — смертей —
        ДОКОЛЕ?!
        Я в дачном кресле, и ночной восторг
        Томит меня — густой, бездонный хор
        Незримых, тайных колоколен...
        
        Я здесь в сердцебиенье тишины,
        В скрещенье соловьиных многоточий,
        Под стражей ветра, крапивы да бузины,
        И три березы — рядом — три струны —
        Мне взглядывают в очи...
        
        Я здесь... Постой — в какие времена
        Все это было — было! — тишина,
        Восторг и губы, жадные от жажды,
        И колокольная тягучая волна...
        Так значит — можно — можно дважды
        Войти, вступить, ворваться — наяву —
        Дорожкой лунной, струнным ладом -
        В былую — эту! — золотую синеву?
        
        ...Я в дачном кресле: жив, живой, живу,
        И ты — со мной, ты здесь, ты — рядом...
        
                      ***
        
        Бедной ночью
                    вдруг прильнет-почудится, —
        Прикоснется, будто приневестится, —
        Чья-то жизнь: скамья, гитара, улица,
        Деревянная —
                    с обрыва —
                              лестница,
        Даже двор — развешанные простыни,
        Даже комната
                    и запах мебели...
        Но зачем мне это все —
        О господи! —
        У меня в судьбе такого не было,
        В списках опыта вовек не значилось,
        Никогда не числилось в наличии.
        Так зачем же мне —
                          чуждой речи вкрадчивость,
        И молчанье на чужом наречии...
        
                       ***
        
        Не бойся отворить заветную калитку,
        Не бойся сотворить запретную молитву —
        Ты возвратился вновь в заглохший этот сад —
        Вернулся, как письмо, пришедшее назад.
        
        Остался позади твой путь: асфальт ли, шлак...
        Ты отыскал свой флаг
                            средь скуки, лжи и благ?
        Узрел Господень знак среди вранья и выгод
        Среди кухонных благ — обрел покой и выход?
        
        Ты осознал свой крах?
        Так не страшись отныне —
        Открыто прославлять запретные святыни! —
        Вне скуки, болтовни, проклятий и наград —
        Как этот древний сад,
        Как этот древний сад...
        
                       ***
        
        Мне к прежнему покою не вернуться.
        Начну лишь только — 
        И в стихи ворвутся:
        Бессонница, стон ливня — песнь об жесть,
        Больничная палата номер шесть,
        Решетки, мрак, и проч., и проч., и проч.,
        И напрочь двери. Ключ давно потерян.
        Ну что ж — не выть же зверем! 
        Буду верен
        Тебе, благословленный этот терем,
        Тебе, Судьба!
                     И все сомненья — прочь!
        Ведь сказано, что горе — не беда,
        Что все на пользу, даже если плохо,
        К тому же милосердная эпоха
        Не отняла надежду — в строчку Блока
        О том, что "мир прекрасен, как всегда..."
        
                  ***
        
        Кутят, чудачат и судачат,
        Грустят, в копилку слезы прячут,
        Бранятся, меряют аршины,
        Сплетают на лице морщины,
        И убывают полегоньку —
        Бесстрастной вечности вдогонку.
        
        Вкушай же блага неземные:
        Вокруг тебя друзья, родные
        Разложат траурные розы,
        Прольют накопленные слезы,
        И побредут за скорбной медью —
        Как будто очередь 
                       за смертью.
                       
                     ***
        
        Все грехи мои, потемки — все прощала.
        "Преврати меня в котенка" — превращала.
        Рук в бессилье и безверье не сводила,
        Мой будильник на бессмертье заводила,
        Век семьи — за миг любови уступала...
        
        С кем сейчас твои глаголы:
        — ила, — ала?..
        
                  ***
        
        Пусть я псих и обыватель —
        Дайте —
        После скучных всех
        Пыток, паток и проклятий —
        Старый дворик в Закарпатье:
        Тын, крапива и орех...
        Где до слез смешна и мнима
        Мина
            важных дрязг, идей,
        Где на старом пианино
        Старый бренькает еврей,
        Где не спешны разговоры —
        Да! —
        о снах, дождях внезапных,
        Сладких шалостях ребят,
        Где вокруг синеют горы,
        Звезды — помните их запах? —
        Явственно в ветвях рябят,
        Где — вдали от злобных истин,
        Сдобных башен, злых утех —
        Расцветают мои листья,
        Опадают мои листья...
        
        Воскресают мои листья —
        Тын, крапива да орех!
        
        
                     ***
        
                       ...А людям хотелось бы все сохранить —
                       и розы, и снег...
        
                                                                А. Герцен
        
        А людям хотелось бы все сохранить —
        И розы, и снег,
        Пушистую звездочку накормить —
        С бездомных небес,
        Любви неприкаянной огранить —
        Дыханье и смех,
        Судьбу окаянную не корить —
        За вкус и за вес...
        
        Смотрите:
        Рассвет, расцветая, трепещет в руках Темноты,
        И что там у них — о заре — поцелуй или месть?
        О, как бы хотелось
                          старинные наши
                                        святые мечты
        И Родину сохранить, и Свободу, и Честь!
        И сердце — кувшин с драгоценным вином —
        Не разбить, не пролить,
        И весь наш — проклЯтый и прОклятый —
                                            горестный век
        Простить. Из торжественной смерти восстать. 
                                              Сохранить.
        И розы.
        И снег.
        
        
        
        
        

   Copyright © Кончеев (e-mail:  falter@hotmail.com), 2003


Оценка: 5.10*5  Ваша оценка:

РЕКЛАМА: популярное на Lit-Era.com  
  В.Крымова "Запасной жених" (Любовное фэнтези) | | О.Валентеева "Вместо тебя" (Юмористическое фэнтези) | | В.Лошкарёва "Хозяин волчьей стаи" (Любовная фантастика) | | Л.Тимофеева "Заклятье для неверной жены" (Юмористическое фэнтези) | | А.Нукланд "По дороге могущества. Книга первая: Возрождение." (ЛитРПГ) | | П.Флер "Поцелуй василиска" (Попаданцы в другие миры) | | Л.Сокол "Заставь меня влюбиться" (Молодежная проза) | | Vera "Летняя подработка 2.0" (Короткий любовный роман) | | К.Корр "Секретарь дьявола или черти танцуют ламбаду " (Приключенческое фэнтези) | | М.Акулова "Вдох-выдох" (Любовные романы) | |
Связаться с программистом сайта.
Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
М.Эльденберт "Заклятые супруги.Золотая мгла" Г.Гончарова "Тайяна.Раскрыть крылья" И.Арьяр "Лорды гор.Белое пламя" В.Шихарева "Чертополох.Излом" М.Лазарева "Фрейлина королевской безопасности" С.Бакшеев "Похищение со многими неизвестными" Л.Каури "Золушка вне закона" А.Лисина "Профессиональный некромант.Мэтр на охоте" Б.Вонсович "Эрна Штерн и два ее брака" А.Лис "Маг и его кошка"
Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"