Кондаурова Елена: другие произведения.

Трава у дома. Глава 19 и Эпилог. Обновление от 31.12.2015

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Моим любимым читателям подарок под ёлочку) Первая часть книги завершена под занавес уходящего года. Всех с Наступающим! Здоровья, удачи и побольше хороших книг!))


   Глава 19.
  
  
  
   Но поработать мне толком, к сожалению, не дали. Всего лишь через день стало известно, что переговоры Гвэна с кринским посольством закончились, и передача меня новому хозяину состоится в ближайшее время.
   Много ли можно успеть за пару дней? Оказывается, очень. Особенно, если есть хорошая мотивация. Например, возможность потерять любимого партийного вождя, то есть меня.
   Надо сказать, что мои соратники меня удивили. Не ожидала, что они примут такое активное участие в организации моей защиты. Игим, к примеру, убедил Таюма, чтобы тот купил для меня несколько квартир в разных районах города, где я могла бы отсидеться, если события вдруг выйдут из-под контроля. И Таюм согласился и купил. Мирна по собственной инициативе организовала гракенов в Крайке, чтобы приготовили для меня несколько "лёжек" на самый крайний случай. Даже Севут передал через Анге три ледяшки размером с абрикос и два рассеивателя какой-то особой суперсовременной конструкции, которые при огромной мощности были не крупнее короткого карандаша, и их вполне можно было спрятать в кулаке. Так что, если мне что-то не понравится, я взорву кринское посольство, рассею всех, кто в нем работает, и уйду в подполье. А что, Ленин же уходил? И я уйду. Чем я хуже?
   И все равно, несмотря на относительную уверенность в собственной безопасности я в свою последнюю ночь в камере больше занималась тем, что приводила в порядок свои чувства. Проще говоря, боролась со страхом. Неизвестность нервировала не хуже Гвэна за спиной. Но ни успокоительные, ни лифу пить так и не решилась, не хватало еще устроить какой-нибудь эксцесс, который привлечет ко мне внимание. Сейчас не время и не место. Правда, из-за переживаний так и не смогла заснуть, но это мелочи по сравнению с мировой революцией.
  
   Поэтому, когда ко мне в камеру, наконец- то, заявился Гаруз в сопровождении нескольких родственников, я была несколько на взводе. Настроение скакало от желания спрятаться под стол до желания убивать всех, кто попадется под руку. И последнее начать хотелось с Гаруза и пришедших с ним родственников.
   Я сидела за столом, сжимая в руке один из рассеивателей. На всякий случай. Разумеется, я даже не подумала вставать при появлении Гасафов. Перебьются.
   Никак не отреагировав на проявленной мной неуважение, пришедшие выстроились передо мной полукругом. Я почти всех узнала, это были братья Гвэна и его дяди. Надо же, лучшие мужчины дома Гасаф! Какой чести меня удостоили! Интересно, а где же сам Гвэн? Неужели настолько зол, что не хочет меня видеть?
   Гасафы пару минут стояли молча и переглядывались. Я уже испугалась, что они сейчас начнут говорить речь на тему, как должна вести себя рами в услужении у кринигов. Только этого не хватало. Я же не железная, могу и не сдержаться. Рассеиватель в ладони стал мокрым от пота.
   Но, к счастью, они не стали ничего говорить. Гаруз просто взял у кого-то из них пакет, бросил мне на колени и приказал:
   - Переодевайся!
   Да, с вежливостью у Гаруза как всегда не очень. Со вздохом взяла пакет, попутно заглянув в него. Одежда. Этого следовало ожидать. Не будут же меня отправлять к кринигам в платье для низших эрво, которое сейчас на мне? Такие здесь носят только маратэчки, болы да лелеры. Ну и я последние несколько дней, благодаря "щедрости" хозяина.
   Развернула, стараясь сделать так, чтобы не заметили мой зажатый кулак.
   Надо же, очень неплохое и явно не дешевое платье. Гасафы напоследок решили не скупиться?
   Что ж, пора, значит, пора.
   Я подняла глаза на Гаруза.
   - И?
   Он недовольно уставился на меня.
   - Что?
   - Может, выйдете?
   Надеюсь, они не ждут, что я буду переодеваться перед такой толпой мужиков? Или надеются?,..
   - Что-о? - брови Гаруза взлетели вверх. - Не много ли ты о себе возомнила? Может, еще служанок прислать?
   Я бросила сверток с одеждой на стол и стиснула в руке рассеиватель.
   - Служанок можешь оставить себе, - зло процедила я. - Но перед вами я переодеваться не буду!!
   Гасафы начали переглядываться с мерзкими ухмылочками. Потом один из них, немолодой дядька с благородной сединой на висках проговорил, многообещающе улыбнувшись:
   - Надо же, какая стыдливая рами! Может, нам стоит полечить ее от этой болезни?
   Меня словно окатило огненной волной. Немедленно вспомнился гракенский корабль. Рассеиватель в руке стал горячим. Мне стоило огромных усилий не пустить его в ход. Удержало только сознание, что, если я это сделаю, все усилия друзей по обеспечению моей безопасности пойдут прахом. Нет, так нельзя!
   Я выпрямилась. Страха, к моему удивлению, не было. Что ж, раз стрелять нельзя, будем бить другим оружием.
   - Насколько я знаю, вы меня продали! - с "доброй" улыбкой обратилась я к Гасафам. - Следовательно, я уже не ваша. А это значит, вы не имеете права ни лечить меня, ни делать что-то еще! И смотреть в том числе. Иначе я все расскажу новому хозяину!
   У Гасафов стали такие лица, будто они одновременно откусили по пол-лимона.
   - Хорош-шо, Лемия, - прошипел заметно потемневший лицом Гаруз, - у тебя есть пять минут! А потом пеняй на себя. И не рассчитывай, что я когда-нибудь забуду о твоем поведении!! А еще помни, что через оборот ты снова будешь здесь!
   После чего повернулся и вышел. Родственники с недовольными физиономиями потянулись за ним следом.
   Да уж, забудешь об этом, как же!...
   Я метнулась к кровати, торопливо стаскивая с себя платье. Только бы успеть! Только бы успеть!
   Вытряхнула из пакета принесенные Гарузом вещи. Отлично, сумочка есть! Иначе пришлось бы прятать контрабанду в декольте, а это не очень удобно. Отбросила в сторону платье и туфли, сейчас главное, это спрятать оружие, пласт с книгой, пласт с партийной отчетностью, очки и фляжку с лифой. А еще пакетик звира и маленькую трубку, подаренные мне Мирной. Чтобы хорошо спала, ага.
   Фу, вроде все! Надеюсь, меня не будут обыскивать. Я поспешно, путаясь в завязках, натянула платье. Теперь привести себя в порядок и....
   - Не понимаю, что они все в тебе находят?
   Я стремительно обернулась. На пороге камеры стоял Гаруз. Как он сумел так неслышно войти??
   По спине пробежал холодок.
   Видел, что я прятала? Или нет? Если да, нам всем не поздоровится.
   - Кто все? - спросила вмиг пересохшими губами.
   - Да все, - он пожал плечами, прислоняясь к косяку. - Отец, Тинур, Апет, старик Севз, этот твой криниг!.... Даже эти, - он кивнул в сторону коридора, где предположительно находились лучшие мужчины дома Гасаф. - Про эрво я вообще молчу, эти совсем помешались. Чем ты не такая, как все? Да у нас в доме есть рами в миллион раз лучше, чем ты!
   Я выдохнула. Похоже, не видел.
   Слава всем богам, какие есть на белом свете!
   Но вообще это даже интересно. Неужели нашелся, наконец, хоть один всевл, который не считает меня привлекательной? Пожалуй, это дело стоит отметить. Хотя раньше он вроде бы оказывал мне знаки внимания.... Что это с ним?
   - Значит, я тебе совсем не нравлюсь? - недоверчиво поинтересовалась я.
   - Конечно, нет.
   Я только сейчас заметила, что его лицо, когда он говорил, оставалось почти неподвижным. Странно, раньше у него была довольно богатая мимика.
   - Спасибо, - почти искренне поблагодарила я.
   Прямо гора с плеч. Если придется сюда вернуться, то можно не опасаться сексуальных поползновений с его стороны. Он просто так будет надо мной издеваться.
   Я поправила завязки на платье и наклонилась, чтобы надеть туфли. После чего мертвой хваткой вцепилась в сумочку. Посмотрела на Гаруза.
   - Так что, мы идем?
   Чего тянуть, перед смертью все равно не надышишься. А мне после недели в камере уже не терпелось выйти на свет божий. Не знаю, что меня ждет на воле, но хоть на Авилей посмотрю, душу порадую.
   - Да, - Гаруз неторопливо повернулся, - идем. Криниг, который тебя купил, больше не хочет ждать. Идиот.
   Теперь я уже вообще ничего не понимаю. Это что, оскорбление? Пока мы шли к катеру, сопровождаемые толпой Гарузовых родственников, мое женское самолюбие чувствовало себя все более и более задетым. Ну да, я не красавица, и характер не сахар, но неужели он всерьез думает, что я никому не могу понравиться? Это даже как-то обидно.
   Когда мы уселись в катер и поднялись над домом, я не выдержала. Родственники сидели через несколько кресел от нас, и я не боялась, что они что-нибудь услышат.
   - Гаруз, - обратилась я к сидевшему напротив наследнику клана Гасаф, - а скажи, кого из рами ты считаешь лучше меня? Аттлис?
   Я нарочно назвала это имя, чтобы посмотреть, как он отреагирует. Она ведь любовница Гвэна, то есть первая рами в доме. Кому же быть лучшей, как не ей?
   - Вот еще! - презрительно фыркнул Гаруз. - Злобная краснорожая ведьма!
   Да, с этой характеристикой не поспоришь. Аттлис и правда, злобная, и физиономия у нее, как наш советский флаг.
   - Тогда, может, Мирна?
   - Драйкова рептилия! - небрежно бросил он.
   Ладно, промолчим.
   - А Ситма? Ситма тебе нравится?
   - Пятнистая стерва!
   Тут тоже нечего возразить, и пятнистая, и гм... стерва.
   - А Нэрис и Койра?
   Эта сладкая парочка всегда ходила вдвоем. Везде, даже на вызовы к хозяевам. Вот и я не стала их разлучать.
   - Две тупицы!
   Согласна, умом действительно не блещут.
   - А Севина? Зорна? Метас?
   - Жирная тагуалиха, тощая мерна и хитрая кызриха!
   О как!
   Я почувствовала азарт.
   - Танита?
   - Скупердяйка!
   - Сайя?
   - Истеричка!
   Увлекшись, я перебрала всех, и на каждое имя у него находился уничижительный эпитет. К середине списка я уже начала догадываться, что к чему.
   - Послушай, я перебрала всех наших рами, и всех ты опустил ниже некуда. Получается, я - полное ничтожество, но остальные еще хуже! Так кто же это неземное создание, которое в миллион раз лучше меня?
   Догадка уже почти превратилась в уверенность, но мне хотелось, чтобы он сам назвал имя.
   - Она действительно неземное создание, - угрюмо буркнул он, будто стыдясь чего-то.
   - Так кто же? - не отставала я.
   - Анге, - хриплым шепотом выдохнул Гаруз.
   О боже, она все-таки решилась! У меня внутри все оборвалось. Я всмотрелась в его лицо, ища следы действия отравы. Пока еще не сильно заметно, но кое-что уже есть. Бледность, беспокойный взгляд, расширенные зрачки, вялая мимика, неадекватное поведение. Рано или поздно кто-нибудь обратит внимание, и что тогда? Надеюсь, Анге хорошо замела следы. Впрочем, на нее все равно подумают в первую очередь. С чего бы старшему сыну хозяина ни с того, ни с сего пылко влюбляться в рами с изуродованным лицом? Интересно, какое наказание предусмотрено за скармливание варенго наследнику главы клана? Вряд ли такое, после которого можно остаться в здравом уме и твердой памяти.
   Настроение, и так неважное, опустилось дальше некуда. Я искоса посматривала на Гаруза и все больше сожалела, что нашла в лесу это драйково дерево. Толку от него для Анге вряд ли будет много, а вот неприятностей хоть отбавляй. Да и потом, думаете, легко жить, зная, что посадила кого-то на наркоту? Не очень, скажу я вам.
  
   В районе Митоки, где располагалось кринское посольство, я раньше не бывала и потому, несмотря на подавленное настроение, с нетерпением поглядывала вниз. Интересно же, где теперь придется жить.
   Заодно я наслаждалась теплым днем, сиянием Авилея, по которому успела соскучиться, и рассматривала город. Надо признать, что Митоки сверху был необыкновенно красив. Эти чудные тихие улицы, прекрасные здания, парки, пруды....
   Я настолько засмотрелась, что не заметила появления посольского комплекса, который возник неожиданно, будто его сотворил волшебник, взмахнув волшебной палочкой.
   Только что мы пролетали над центральным парком Митоки, огромным, как лес, и вдруг посольство появилось словно ниоткуда скоплением белых конусов, цилиндров и полусфер, похожее на семейство грибов после дождя, честное слово. Вот только размеры у этих грибочков были такие, что куда там дому Гасаф. Каждая из белых геометрических фигур занимала площадь не меньше гектара. Я почему-то сразу поняла, что это оно, хотя раньше не видела ничего подобного. Но слишком уж оно отличалось от всего, что я видела на Оригее, трудно было ошибиться.
   Я разглядывала весь комплекс, чуть ли не раскрыв рот. Ничего себе! Вот это архитектура! Это же как надо думать, чтобы до такого додуматься?
   Странное, непривычное расположение кажущихся привычными объектов, белые фигурки, издалека похожие на гипсовые муляжи для рисования, натыканы среди голубовато-зеленого газона, будто без смысла и цели. Будто ребенок поиграл и бросил.
   Странно. Пусто. Минимально. Раздражающе странно, угнетающе пусто и совсем уж минимально. Есть пустота функциональная, есть пустота гармоничная, есть изысканная. А здесь она была такая, к какой хотелось что-нибудь немедленно добавить, например, посадить пару деревьев или раскрасить яркими мазками белые стены.
   Да, по всей видимости, представления о прекрасном у нас с кринигами сильно расходятся.
  
   Несколько минут спустя наш катер опустился возле здания в виде цилиндра с закругленным верхом. Меня от этого намека на старину Фрейда пробило на нервный смешок. Гаруз бросил в мою сторону удивленный взгляд, но я не стала объяснять причины веселья - все равно не поймет. Спускаясь вниз, я надеялась, что выгляжу при этом достаточно уверенно - революционному вождю не пристало показывать слабость.
   Наверное, Гаруз заранее условился о встрече, потому что нас ждали. Несколько котообразных мужчин во главе с моим блондинистым клубным знакомым вышли из прозрачных дверей нам навстречу.
   Вот это да! Я с трудом захлопнула рот. Из них только один, тот самый блондин, был одет привычно, по-оригейски, в штаны и рубашку из мягкой, струящейся ткани. Остальные же были облачены во что-то типа однотонных черных скафандров, но с таким изобилием металлических заклепок, нашлепок, цепочек и прочей мишуры, что мне немедленно захотелось выругаться. Они напоминали даже не панков, а сборщиков вторсырья. Похоже, у них не только вкус своеобразный, но и с чувством меры проблемы. Впрочем, это не мешало держаться им с таким апломбом, как будто на них были надеты костюмы от лучшего дизайнера.
   Последовал короткий обмен приветствиями между Гарузом и блондином, после которого наследник главы клана Гасаф довольно грубо вытолкнул меня вперед.
   - Теперь она ваша, господин Энн-Хаар, забирайте! Надеюсь, в ближайший оборот я о ней не услышу!
   - Не сомневайтесь, господин Гасаф! - оскалился тот в неподражаемой клыкастой улыбке и протянул мне руку. - В ближайший оборот у нее не будет времени ни на вас, ни на ваш клан!
   Ничего себе, обменялись любезностями!
   Руку я пушистому подала, но про себя очень засомневалась, что забуду про Гасафов. Я слишком разозлила Гвэна, чтобы он оставил меня в покое. Разумеется, вслух я этого не сказала.
   - Тогда я посоветовал бы вам поберечь ее, господин Энн-Хаар, - недобро улыбнулся Гаруз, на секунду став похожим на себя прежнего, холеного надменного стервеца, - и не ломать до конца срока. Ведь, насколько я помню, отец отказался ее восстанавливать.
   Ого, а я этого не знала! Так вот где собака порылась! А он еще говорит, что я не вспомню про Гасафов в ближайший оборот. Забудешь о них, как же!
   Блондину эти слова тоже не понравились, и его клыкастая улыбка угасла, а доброжелательность из красных глаз исчезла напрочь. Похоже, эти Гасафы достали не только меня. Однако ответил криниг очень учтиво и спокойно.
   - Я помню, господин Гаруз. Но за совет спасибо. У вас больше нет ко мне вопросов? Тогда я вас не задерживаю.
   Вот что значит дипломат. И лицо сохранил, и на место поставил.
   Гаруза слегка перекосило, но он промолчал. Только быстро поклонился и зашагал к катеру. Его свора потянулась за ним. Я посмотрела на кринига с невольным уважением. Молодец, пара фраз, и всем ясно, кто в доме хозяин. Мне бы так. Однако, судя по всему, этот противник гораздо опаснее Гвэна.
   Я подобралась, когда он повернулся ко мне. Но криниг только положил мою руку себе на локоть и сказал:
   - Идемте, Лемия, я покажу, где вы будете жить.
   Ну что мне оставалось делать? Я растянула губы в улыбке, одновременно свободной рукой прижимая к себе сумочку и нащупывая ледяшку. Новый хозяин, мать его. Помоги мне Тацаоль.
  
   Первым делом Энн-Хаар повел меня к лифту. Я же осматривалась, пытаясь оценить интерьеры.
   Ну что вам сказать? Только то, что впечатление изнутри это здание производило примерно такое же, как и весь комплекс снаружи. Много-много пустоты. Но неожиданно в каком-то одном месте обнаруживался непременный преизбыток чего-либо. Неважно чего. Цветов, мебели, орнаментов, какой-то непонятной техники. Наш преподаватель рисунка именовал это принципом мухи на арбузе. Странно, что же у кринигов за культура, если им это кажется красивым?
   Увлекшись разглядыванием, я не заметила, как сопровождавшие Энн-Хаара коты куда-то подевались, и у лифта мы оказались вдвоем. Новый хозяин приложил ладонь к мерцающей панели, и перед нами распахнулись двери большого прозрачного пузыря. От неожиданности я подалась назад. Прозрачные, почти невидимые стенки показались мне тонкими, как бумага. Это что, предполагается, что они выдержат наш вес? Я бросила косой взгляд на Энн-Хаара. Нет, пусть не надеется, я туда не пойду. Заметив мою неуверенность, он улыбнулся.
   - Не бойтесь, Лемия, это сплав мирания с зикнием, - доброжелательно объяснил он, - у нас из него делают обзорные кабины на космических кораблях, он выдерживает прямое попадание из терамитовой пушки.
   Из терамитовой - это хорошо. Еще знать бы, что это такое, и было бы совсем прекрасно. Я улыбнулась кринигу в ответ, и постаралась успокоиться. Вряд ли этот парень отвалил от меня такие деньги только затем, чтобы убить в первый же день. К тому же, раз пузырь выдерживает пушку, выдержит и меня.
   - Пожалуйста, дайте мне руку, - Энн-Хаар, улыбаясь, протянул мне раскрытую ладонь.
   Я с опаской протянула свою. Опять? Чего он от меня хочет? Неужели прямо здесь, в лифте?.... Вторая рука снова судорожно нащупала ледяшку в сумочке.
   - Смотрите, - он приложил мою ладонь к внутренней панели, накрыв ее сверху своей рукой, - я ввожу ваши данные, - панель нежно замерцала, - теперь вы можете пользоваться любым лифтом в любом из наших зданий. Управление очень простое - голосом. Просто называете имя того человека, к которому хотели бы попасть.
   - А вы сейчас промолчали, - поспешно отнимая руку, заметила я.
   Глупо надеяться, что он не заметит этой поспешности - взгляд Энн-Хаара внимательно проследил за моей рукой, однако ответ на вопрос последовал незамедлительно, такой же вежливый и доброжелательный, как и предыдущие.
   - Вы тоже можете промолчать, и тогда лифт просто привезет вас домой!
   Замечательно. До чего техника дошла. Я кисло улыбнулась, выражая свое восхищение достижениями кринской технической мысли, и отошла к противоположной стене лифта. От внимания нового хозяина мне вдруг стало очень сильно не по себе. На меня накатила дурнота, ноги и руки задрожали.
   Да, раньше я реагировала спокойнее.
   Вот что может сделать с относительно психически здоровой женщиной пара-тройка смертей, визит на гракенский корабль и "любовь" хозяина. Интересно, я теперь всю оставшуюся жизнь буду так воспринимать мужские прикосновения?
   Если Энн-Хаар и был недоволен моим поведением, он все равно не успел ничего сказать, потому что лифт плавно тронулся с места и поехал вниз. Вниз? Как вниз? Почему вниз?
   Один этаж, второй, третий, четвертый.... Боже, у них что, целый город под землей?! Как же я отсюда убегать буду в случае чего?!
   - Далеко еще? - вырвалось у меня.
   Криниг мягко улыбнулся.
   - Мои апартаменты почти в самом низу. Положение, знаете ли, обязывает.
   - Положение? - у меня уже начиналась паника. Хотелось немедленно выбраться наверх, к солнцу. В смысле, к Авилею. - Почему?
   Энн-Хаар пожал плечами.
   - Традиция! Чем ниже, тем больше уважения, - он посмотрел на меня и мягко улыбнулся. - Вам не нужно бояться, Лемия. Вам ни-че-го не нужно бояться!
   Он хотел снова взять меня за руку, но я так шарахнулась в сторону, что он передумал.
   - Ничего, вы привыкнете, - сказал спустя некоторое время, скорее, убеждая, как мне показалось, себя, чем меня. - Это всего лишь традиция, вы скоро привыкнете.
   Я в этом очень сомневалась.
   Наконец, лифт остановился.
   - Ну вот, мы и приехали, - преувеличенно бодрым голосом провозгласил криниг. - Прошу вас, - он посторонился, давая мне пройти.
   Я еще сильнее внутренне сжалась, но деваться было некуда. Пришлось выходить.
   Ну что вам сказать? Интерьер в хозяйских покоях (покои, кстати, были огромные и занимали, по моим ощущениям, целый этаж) создавался по тем же принципам, что и внизу. Везде слишком пусто, а местами чересчур густо. А еще эти мрачные тона, с преобладанием черного и фиолето-бордового, брр.... Жуть какая-то. Ощущение, будто находишься в логове у вампира.
   Да и хозяину, если можно так выразиться, интерьер совсем не шел. Криниг выглядел на его фоне не просто бледным, а совсем уж бесцветным. Даже глаза казались не красными, а какими-то грязно-розовыми. Я с подозрением покосилась на Энн-Хаара. Если у него такой отвратительный вкус, мы с ним не поладим. Неужели он сам это сотворил? Или подсказал кто?
   Затравленно озираясь, прошла за своим новым хозяином в свои комнаты.
   И тут выяснилось, что у меня очень щедрый хозяин. Моих комнат оказалось штук двадцать, не меньше. Я даже не успела посчитать. Но везде царил тот же черно-бордовый кошмар, как и в остальных хозяйских апартаментах.
   Да я же здесь просто с ума сойду!
   Я решительно повернулась к новому хозяину.
   - Господин э-э-э... - я поняла, что не знаю, как его называть, по имени, наверное, слишком фамильярно, а фамилии я не знаю, да и есть ли она у кринигов?
   Он мягко остановил меня.
   - Никаких господ, Лемия! Я ваш друг, называйте меня просто по имени, этого будет достаточно.
   Я едва сдержалась, чтобы не хмыкнуть. Тоже мне, друг.
   - Хорошо,... Энн-Хаар, - сейчас я готова была сказать все, что угодно, лишь бы добиться своего. - Надеюсь, мне можно сделать здесь интерьер по моему вкусу? Честно говоря, я не знаю, смогу ли привыкнуть к такому... э-э... - на язык просилось очень неприличное слово, но я мужественно заменила его на нейтральное: - Боюсь, для меня это несколько темновато!
   Криниг тонко улыбнулся.
   - Не нравится? Мне тоже! К сожалению, у нас мужчины не должны заниматься интерьерами, - он развел руками. - Традиции! Уют в доме - прерогатива женщины. Так что делайте, что хотите, Лемия, и везде, где хотите. Надеюсь, вы и меня избавите от этого кошмара! - доверительно добавил он.
   Я невольно улыбнулась в ответ. Кажется, мой хозяин начинает мне нравиться. Эх, если бы не нужно было с ним спать, может, мы бы и, правда, подружились.
   Вспомнила про "спать", и улыбка немедленно сползла с лица.
   Он это заметил и понял, что я заметила, что он заметил.
   По его лицу скользнуло непонятное выражение, но быстро исчезло. И все также тонко улыбаясь, он предложил:
   - А почему бы нам сейчас с вами не присесть, дорогая Лемия, и не обсудить кое-какие вопросы насчет нашего совместного проживания?
   Почему нет? Рано или поздно все равно придется. Я выдохнула, собираясь с силами.
   - Хорошо, давайте обсудим.
   - Тогда приглашайте!
   - Я? - удивилась я.
   - А кто же еще? - еще больше удивился он. Впрочем, как мне показалось, немного наиграно. - Мы ведь у вас!
   Я пожала плечами, оглядываясь. Надо же, какая щепетильность. Ладно, раз хозяин желает быть гостем, не стоит ему препятствовать.
   - Хорошо, - кресла, или, во всяком случае, нечто, их напоминающее, обнаружились справа от того места, где мы стояли, - прошу вас, присаживайтесь!
   Он прошел вперед и с удовольствием развалился на чем-то мягком бесформенном, похожем на мешок, набитый мягкими игрушками. Я опустилась на соседний, проклиная про себя кринскую манеру ставить мебель слишком кучно. Мои ноги находились слишком близко от ног Энн-Хаара, и здорово нервировало.
   - Итак, Лемия, - сказал он, глядя на меня розовато-красными глазами, - мне хотелось бы, чтобы вы сразу поняли одну вещь. Отныне вы живете среди кринигов, и отношение к вам будет совсем другое, чем то, которое принято на Оригее.
   - Оно будет лучше или хуже? - подозрительно уточнила я.
   Помнится, Гвэн мне тоже обещал золотые горы, как только привез на Оригей, и чем все обернулось? Должностью клановой шлюхи, организацией революционного движения и гракенским кораблем.
   - Разумеется, лучше! - криниг слегка оскорбился. - У нас уже полторы тысячи лет нет рабства! Все планеты, которые входят в нашу империю, наделяются равными правами, и их граждане являются полноценными гражданами содружества. Я никогда не буду относиться к вам, как к рабыне!
   Ну надо же.
   - Простите, - почти искренне извинилась я, - я недавно здесь и почти ничего не знаю о Крине.
   - О, это не беда! - легко принял мои извинения Энн-Хаар. - Я расскажу о моей родине все, что вы захотите узнать. С чего бы вам хотелось начать?
   - Простите еще раз, - прежде всего мне хотелось узнать о себе, любимой, - но вы так и не сказали, чем будет отличаться ваше отношение ко мне от отношения моих бывших хозяев. Вы же понимаете, - я постаралась улыбнуться как можно дружелюбнее, - в моем положении об этом приходится думать в первую очередь!
   - О разумеется! - Энн-Хаар сел поудобнее и закинул ногу на ногу, слегка коснувшись штаниной моего колена. Я с трудом сдержалась, чтобы не дернуться. - Не извиняйтесь, я понимаю, ваше положение здесь, на Оригее нельзя назвать ...м-м... легким. Но я счастлив сообщить, что теперь для вас все изменится. Здесь, я имею в виду не только эти комнаты, но и все посольство, к вам будут относиться, как к равной. Как к одной из наших женщин, ни больше, ни меньше.
   Неплохо. Но если точнее?
   - Не могли бы вы объяснить подробнее, что это значит? - все так же дружелюбно улыбнулась я.
   - С удовольствием! - он улыбнулся еще шире. - Отныне моей основной заботой станет выполнение ваших желаний и потакание вашим капризам. Вы ведь любите, чтобы вам потакали, когда капризничаете?
   Хм, сложно сказать. Не было у меня такого опыта. Ни на Земле, ни тем более, здесь.
   - Наверное, люблю - неуверенно предположила я. Во всяком случае, попробую. - А в чем будет выражаться ваше потакание?
   Он засмеялся.
   - Например, я буду дарить вам подарки. Вы ведь любите подарки? Чего бы вы больше всего хотели прямо сейчас? Не стесняйтесь, это вас ни к чему не обяжет!
   Прямо сейчас?! Я чуть не закричала в это белое кошачье лицо: сейчас и всегда я хочу одного - вернуться домой, на Землю, к детям! Или хотя бы совершить революцию и обрести, наконец, свободу, - добавила про себя уже чуть спокойнее. Так, не нервничать, вдох, выдох. Нашел, о чем спрашивать, кринский придурок. Сразу видно, что у них давно нет рабства.
   Нет, надо держать себя в руках. А вот насчет того, что ни к чему не обяжет, это он врет. Бесплатный сыр знаем, где бывает. Однако прощупать почву все же стоит.
   - Прямо сейчас мне хотелось бы забрать из дома Гасаф мою подругу, - осторожно высказалась я.
   Ради Анге я способна на многое, а сегодня, после того, как я узнала про Гаруза и варенго, у меня вообще душа не на месте.
   - Как ее зовут? Она из клана Гасаф? Она дорогая? У нее неприятности? - тут же забросал вопросами новый хозяин.
   - Ее зовут Анге, она живет у Гасафов, и она совсем не дорогая. И если неприятностями называть то, что ей изуродовали лицо, то да, у нее неприятности.
   - Изуродованное лицо - это не неприятности, - не согласился Энн-Хаар. - Это мелочи, с которыми можно справиться. Хорошо, - что-то прикинув в уме, кивнул он, - завтра ваша подруга будет здесь.
   Я уставилась на него, как на самого Тацаоля. Господи, неужели он, правда, поможет?
   - Спасибо, - выдавила я.
   - Ерунда, - отмахнулся он. - Мне это почти ничего не будет стоить. Разве что придется пережить несколько неприятных минут общения с вашим бывшим хозяином.
   Да уж, общение с Гвэном, это, конечно, удовольствие ниже среднего. Я сжалась в кресле, ожидая неприятных минут лично для себя. Интересно, он потребует расплатиться за это прямо сейчас или?....
   Энн-Хаар приподнялся на кресле и положил мне на колено.
   - Для меня главное, чтобы вы мне доверяли, Лемия.
   Жест был дружеским, почти братским, но колено у меня мгновенно одеревенело.
   - Вряд ли я способна на такое доверие, господин Энн-Хаар, - у меня закружилась голова, и стало по-настоящему дурно.
   Похоже, я все-таки переоценила свои возможности. Ни ради Анге, ни ради революции, ни даже ради собственного рассудка я не смогу это сделать. Не смогу и все. Я и раньше не могла, но теперь.... Не выдержав, я вскочила с кресла и отошла на несколько шагов к столу.
   Будь оно все неладно, я просто не могу.
   Жаль, конечно, если он не захочет помочь Анге, но терпеть это выше моих сил.
   - Понимаю, - Энн-Хаар снова откинулся на спинку, окидывая меня внимательным взглядом. - Вам нужно время, чтобы привыкнуть. Но Лемия, поверьте, наконец, что все ваши беды остались позади. Та жизнь, которая ждет вас здесь, совсем не похожа, на ту, что вы вели раньше. У вас не будет никаких ограничений! Ни в передвижениях, ни в общении. Я также хочу вам сообщить, что ни о какой ревности с моей стороны не может быть и речи. У нас ревновать не принято, это вам скажет любой криниг. А о насилии вообще забудьте. Я не сделаю ничего, что было бы вам неприятно. В конце концов, почему бы нам с вами для начала просто не стать друзьями?
   Действительно, почему?
   - Разве между друзьями могут быть интимные отношения? - признаю, на душе у меня после его выступления стало чуть полегче, но сдавать позиции я не собиралась.
   - А почему нет? - открыто улыбнулся он. - Если люди нравятся друг другу... У нас относятся к этому гораздо проще, чем на Оригее.
   Я немного помялась. Да уж, друзья. Друзья - это, конечно, хорошо, но что потом? Да и надолго ли эти... друзья? Потянуть время, вдруг все само рассосется? Но мне же придется терпеть намеки, прикосновения, взгляды, флирт? И не только терпеть, но и подыгрывать? Я не смогу.
   Нет. Уж лучше сразу расставить точки над всеми буквами кринского алфавита.
   - Энн-Хаар, я... В общем, это бесполезно. Сожалею, но вам продали бракованный товар.
   Он поднялся с кресла.
   - В каком смысле?
   - В том самом. В интимном. Вы же для этого меня купили? Не только для того, чтобы дружить, потакать капризам и дарить подарки?
   - Разумеется, но.... - криниг выглядел озадаченным. - Я не думал, что с этим возникнут трудности. Мне казалось, что я... не вызываю у вас отвращения....
   Я покачала головой, вспомнив тот незабываемый вечер в клубе, когда мы познакомились. Вернее, это я с ним познакомилась. В следующий раз надо быть поосторожнее с местной отравой.
   - Нет, отвращения не вызываете, - хм, попытаться объяснить, что ли, чем драйк не шутит? - Понимаете, дело не в вас, а во мне. У меня еще до того, как я попала на Оригей, был негативный сексуальный опыт. А здесь ситуация еще больше усугубилась, если вы понимаете, о чем я. Я просто не могу, и все. Ни с вами, ни с кем-либо еще. Я пойму, если вы вернете меня Гасафам.
   Я посмотрела на него. Теперь слово за ним, а мое решение принято, и неважно, что у Гасафов меня ждет месть Гвэна, пытки и, скорее всего, безумие в подвале для умалишенных. Я прикрыла веки, пытаясь отогнать возникшие перед глазами жуткие картины. Это действительно неважно. Пусть меня ломает, кто хочет, но сама себя ломать я не собираюсь.
   - Я не верну вас Гасафам, - покачал головой Энн-Хаар. - Я не для того вас покупал.
   - Да? - чужим голосом удивилась я. - А для чего же тогда?
   Он вдруг как-то очень быстро оказался рядом. Взял меня за руку и приложил ладонью к своей щеке.
   - Вот для этого.
   Я удивленно уставилась на него. Что он имеет в виду? Странно, но ничего сексуального в его действиях я не чувствовала... Да и смотрел он на меня едва ли не с отчаянием. Что ему нужно?!
   - Прикоснитесь ко мне, - тихо попросил он. - Прошу вас, просто погладьте меня, как вы это делали в клубе!
   Я осторожно провела ладонью по его щеке, потом по волосам, напоминавшим длинную тонкую шерсть, по лбу...
   Он глухо заурчал, опустился на колени и прижался головой к моему животу. Я с трудом удержалась, чтобы не отшатнуться, но он замер, ничего не делая. Он даже руки опустил.
   Ладно, если он хочет всего лишь, чтобы его погладили....
   Я опустила руку ему на голову и зарылась пальцами в волосы. Потом начала гладить, как кота, почесывая за ушами, отчего криниг заурчал еще громче.
   Бог мой, да он же и есть кот! Мурчит, напрашивается на ласку. Кем же он еще может быть?
   Уже смелее я двумя руками принялась гладить и массировать ему голову, шею и плечи. Он от этого заурчал так громко, что я животом ощутила вибрацию.
   Бедный котяра, неужели тебя здесь никто не тискал?
   Руки сами вспомнили, как я почесывала и взлохмачивала моего незабвенного пушистого Васю. Я почти забыла, где нахожусь, просто наслаждалась ощущением мягких, как кошачья шерстка, волос, И судя по усиливающемуся урчанию, процессом наслаждалась не только я, но и мой новоявленный хозяин.
   Так продолжалось несколько минут. Потом криниг вдруг вскочил и выбежал из комнаты. И могу поклясться, что я видела слезы у него на щеках.
   И что это сейчас было, а?!
  
  
   Эпилог
  
   Анге сидит напротив меня на белом кожаном диване, который я давно, еще дома, хотела купить, но не могла себе позволить. Вы знаете, что-нибудь более несовместимое, чем белый кожаный диван и трое маленьких детей? Вот и я не знаю. А здесь у меня нет детей. Значит, можно ставить этот чертов диван.
   Анге сидит в домашнем халате, вся такая расслабленная и разнеженная, из разреза халата соблазнительно выглядывает стройная ножка в домашней туфельке. Анге выглядит такой умиротворенной, какой я никогда не видела ее раньше.
   Складывая губы трубочкой, она старательно выпускает колечки звирного дыма. Ее лица почти не видно, одни очертания в клубах густого дыма. Но я знаю, что сидящая напротив меня подруга никогда еще не выглядела так хорошо, как сейчас. Кринская медицина - это нечто! Когда Энн-Хаар привез Анге, он первым делом отправил ее в медицинский корпус, и там из нее сделали такое чудо, что даже мне при виде ее становилось завидно. Кожа у нее теперь не белая, а чуть светлее, чем у меня, волосы каштановые, губы алые и, если бы я не знала, откуда она, то приняла бы ее за землянку. И разумеется, на ее лице не осталось никаких следов от шрамов. Даже намеков нет. Жаль только, что вся эта красота до первой смерти. А потом все по-старому - дом Гасаф, унижения и далее по списку.
   Я чувствую, что меня начинает слегка покачивать в мягких дымных волнах.
   - Анге, может, хватит?
   Анге изящно взмахивает длинной тонкой трубкой.
   - Нет! Ты же сама просила! Терпи!
   Да, надо потерпеть. Чтобы получилось то, что я задумала, одной затяжкой не отделаешься.
   - Терплю. Но если я здесь что-нибудь разнесу, ты будешь виновата!
   Анге смеется.
   Ее смех окутывает меня вместе со сладковатым дымом. Я откидываю голову назад, она почему-то не держится на шее.
   Краем глаза вижу, как входит Энн-Хаар, мягко ступая, проходит по комнате и садится рядом с Анге. Потом ложится, устраивая голову у нее на коленях, и попутно целует выглядывающую из разреза ногу. Да, у них с Анге роман. И это здорово. А наши с ним отношения я даже не знаю, как назвать. Ему от меня нужно только, чтобы я его гладила, как Васю. Недавно, кстати, узнала, почему. Оказывается, его соотечественники с большой брезгливостью относятся к альбиносам. А поглаживания и прикосновения любят все без исключения криниги. Энн-Хаара же даже родная мама не трогала, брезговала. Вот он и добирает теперь, со мной. Бедный кошак.... Он вообще-то неплохой, мы с ним поладили... И на Оригей его, можно сказать, засунули, хотя у него и происхождение ого-го, и образование дай бог каждому. Эх, нет в мире справедливости!....
   - Лемия, ты спишь?
   Еще нет, но сейчас засну. Отвечать нет сил, но Анге и так все понимает. Она тушит сигарету и уводит Энн-Хаара в другую комнату.
   Я уплываю в сон, держа в голове одну единственную мысль: хочу увидеть своих детей!
   У меня кружится голова, и я плавно выпадаю из оригейской реальности в нашу, земную. И вижу знакомый особняк, в который мы въехали, когда родился Ромик, и с тех пор так и жили в нем. Вот подъездная дорожка, деревья, входная дверь распахнута, потому что лето.... Я вхожу в дом, поворачиваю направо, мимо кухни, и поднимаюсь наверх, в детскую.
   Они здесь.
   Боже мой, они здесь!!
   Я стою на пороге и, давясь слезами, смотрю, как Дима, Маша и Ромик на полу собирают конструктор.
   Дети, господи, мои дети!
   Я вижу своих детей!!
   Теперь и умереть не страшно.
   Я зажимаю рот трясущейся рукой, чтобы не закричать, но все равно громко всхлипываю. Успеваю подумать, что они все равно ничего не услышат, ведь это все во сне...
   Вдруг Ромик поворачивает голову, удивленно смотрит на меня и говорит:
   - Мама?
  
  
  
   Конец 1-ой части.
   30.12.2015
   Кондаурова Елена.
  
  

 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Н.Любимка "Долг феникса. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) В.Чернованова "Попала, или Жена для тирана - 2"(Любовное фэнтези) А.Завадская "Рейд на Селену"(Киберпанк) М.Атаманов "Искажающие реальность-2"(ЛитРПГ) И.Головань "Десять тысяч стилей. Книга третья"(Уся (Wuxia)) Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика) В.Кретов "Легенда 5, Война богов"(ЛитРПГ) А.Кутищев "Мультикласс "Турнир""(ЛитРПГ) Т.Май "Светлая для тёмного"(Любовное фэнтези) С.Эл "Телохранитель для убийцы"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Твой последний шазам" С.Лыжина "Последние дни Константинополя.Ромеи и турки" С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"