Кондратюк Наталья : другие произведения.

Охота на дантиста

Самиздат: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Школа кожевенного мастерства: сумки, ремни своими руками
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Снежанна Клименко простой дантист, мечтающий провести долгожданный отпуск в тишине и спокойствии. Бог посмотрел на ее планы и... улыбнулся. В первый же день отпуска к ней заявляются личности с криминальной внешностью и... о боже... требуют у нее миллион долларов. И они далеко не сумасшедшие, у них есть все основания на такого рода заявление... Только вот Снежанне об этом ничего не известно. Спустя сутки им с подругой суждено обнаружить у себя на даче труп соседа Саши, которого ищет добрая половина криминального мира... Как выпутаться слабой девушке из цепких рук судьбы, чтобы при этом сохранить чувство юмора ,чувство собственного достоинства и встретить любовь...


ОХОТА НА ДАНТИСТА

Как бы медленно мы не двигались,

мы все равно приближаемся к финишу.

Н.Кондратюк

   Я открыла глаза и посмотрела в окно... судя по яркому солнцу и светло-голубому небу - день обещал быть жарким. Это хорошо, подумала я, значит можно съездить на речку покупаться и даже позагорать.
   Как все-таки хорошо, что когда-то кто-то придумал отпуск, причем настоятельно рекомендовал уходить в него летом! Мысль о том что, бли­жайшие две недели не придется ходить на работу, а значит не видеть своих пациентов и не заглядывать в их беззубые рты, согревала душу. Здесь следует уточнить, что работаю я стоматологом в частной поликлинике с названием "Медик Плюс"... и работу свою я, конечно, люблю, но звук сверлильной машины в последнее время почему-то стал действовать мне на нервы, а себя нужно бе­речь... вот я и отправилась в отпуск. Какая все-таки прелесть - две недели тишины и по­коя, никакой спешки по утрам и суеты днем, до позднего вечера можно с наслаждением смотреть телевизор и не волноваться "как бы это не проспать на работу?". Можно сут­ками валяться в постели с перерывами на еду и чаепитие и еще - никаких нервных стрессов, переживаний, глобальных забот о пациентах и вселенной в целом... Мои мысли прервал раздавшийся эхом по квартире телефонный звонок. Сладко зевнув, я перевела взгляд на часы - было без двадцати минут девять. Вопрос "кто бы это мог звонить?" отпал сам по себе - в субботу, да еще так рано, кроме Глаши больше не кому. Вставать не хотелось, но настойчивость звонящей не оставляла мне выбора.
   - И чего тебе не спится? - рявкнула я в трубку
   - Не чего, а почему - отозвались в трубке
   - Что?
   - Снежок, ты что, еще не проснулась? Правильно говорить: "Почему тебе не спится?", а ты коверкаешь наш и без того исковерканный великий и могучий русский язык.
   По паспорту я Клименко Снежанна. А Снежком и Снежкой меня зовут только самые близкие люди. То есть папа, мама и Глаша. А поскольку мои папа с мамой археологи и сейчас честно трудятся где-то в районе средней Азии - так меня называет только Глаша.
   - Это то, из-за чего ты подняла меня с постели? - я начинала злиться
   - Нет, конечно, да это я так, к слову, просто за державу обидно, такой язык испога­нили, понавводили иностранных слов, диалектов развели и гордимся этим. А сами о чис­тоте русского языка забывать стали. На сегодняшний день ни одной рекламы без ино­странного словца. А народ без "шо" да "чего" вообще общаться не может. Вот даже ты, человек с высшим образованием...
   - Ты чего звонишь? - перебила я монолог - мне лекцию почитать? Так не старайся зря, в моем возрасте менять что-либо уже поздно.
   - Мы купаться едем? - без перехода спросила Глаша - погодка располагает, что дома сидеть? Я возьму такси и скоро буду - собирайся! - скомандовала подруга и поло­жила трубку.
   С Глашей мы познакомились около пяти лет назад, еще в институте. Я заканчивала третий курс стоматфакультета, а она встречалась с одним из моих тогдашних друзей-однокурсников, ко­торый нас и познакомил. В оставшееся от встреч с друзьями время она успевала захаживать на модные, в то время, курсы парикмахе­ров. С тем парнем они давным-давно расстались, потом у нее был второй, третий и так да­лее, а нас и по сей день связывают теплые дружеские отношения. Подруга была девушкой взбаламошеной, в какой то мере безудержной, но при этом чрезвычайно доброй и с умеренным чувством юмора. Со времени нашего знакомства Глаша стала для меня почти членом семьи и в меру своих сил и характера заменяла мне моих папу и маму. Знаю я ее достаточно долго и близко, но к ее манере задавать вопросы и самой на них отвечать, я привыкнуть не могу. Но, мне ее не изменить, следовательно, злиться бесполезно. Одной из своих святых обязанностей Глаша считала организацию моего досуга. Я, как правило, не сопротивлялась, а если такое и случалось, то Глаша почти всегда одерживала победу либо приводя мне весомые аргументы типа "умрем старыми девами", либо вовсе не обращая внимания на мои доводы. По правде говоря, наши мнения по поводу организации досуга почти всегда совпадали, а сопротивлялась я, наверное, из вредности.
   Подруга живет на другом конце нашего города Николаева, а значит, минут двадцать у меня в запасе есть и, возможно, я даже успею в тишине и спокойствии выпить свой утренний кофе.
   Прошлепав на кухню, я включила чайник и побрела в ванную умываться.
   Подруга заявилась на моем пороге быстрее, чем я ожидала, но принять душ и по­чистить зубы я все-таки успела. И пока я вышла из ванной, Глаша уже стояла на моей кухне и по-хозяйски разливала по чашкам свежесваренный кофе.
   - Шикарно выглядишь - сказала я ей вместо приветствия
   - Чего и тебе желаю - ответила мне подруга нарезая хлеб на бутерброды. Выглядела она и в самом деле сногсшибательно! Природа наделила ее шикарной фигурой - в меру пышная грудь, длинные стройные ноги, и черные волосы только подчеркивали белизну ее лица и голубизну глаз. Короткий джинсовый сарафанчик и огромная соломенная шляпа были ей весьма кстати. Ради справедливости надо отметить, что я и в банном халате выглядела не хуже - такие же длинные ноги, правда глаза - зеленые и я - блондинка.
   - Ты куда так вырядилась? - не удержалась я
   - А что плохо?
   - Нет, боюсь, что очень хорошо...
   - Мы девушки молодые, незамужние, выглядеть хорошо - наша святая обязанность, а хорошего много не бывает. Тебе как и мне мужа найти не помешало бы... а тут надо ло­вить на "живца"... чтобы клев был... и себя человеком чувствовать, а для этого все сред­ства хороши! - на эту тему подруга могла рассуждать часами и я заволновавшись, что завтрак откладывается, стала пробираться к столу.
   Мы уселись завтракать и Глаша продолжила:
   - Как твои пациенты? - запихивая полбутерброда себе в рот, спросила она
   - Ничего... лечатся...
   - Ну, и слава богу - глубокомысленно заметила подруга и после некоторой паузы спросила - холостые мужчины среди них попадаются?
   - Я на их руки не смотрю.
   - А надо бы...
   - Глашенька, ну что ты ко мне привязалась, я же не маникюр делаю, а зубки хорошим людям дергаю, потому приходится в основном в рот заглядывать...
   - И что тебе никто до сих пор не приглянулся? - не унималась подруга
   - Нет - равнодушно и крайне честно ответила я. Глаша доставала меня подобными вопросами регулярно, так что я уже успела привыкнуть.
   - Потому что рты с дырявыми зубками? А?
   - А ко мне другие не ходят. Вот не идут - и все... - обреченно вздохнула я - работа специфическая... позавчера, правда приходил один, зубы здоровые, но на боль жаловался. В кино звал, в друзья набивался.
   - А ты?
   - А что я? Мне профессиональная этика не позволяет. Не могу же я со всеми пациентами в кино прогуливаться
   - А не надо со всеми. С этим, в виде исключения, могла бы и сходить. Ты же не в "МОССАДе" работаешь. Твои работодатели тебе это простят. Пора задуматься о личной жизни... ну на крайний случай меня бы с ним познакомила. Уж я бы его быстро к рукам пристроила - и в кино бы сводил, и на Канары отвез, может, даже замуж позвал - это как бы ему повезло...
   - Да не понравился он мне, зубы здоровые, глазки хитрые... к тому же еще и волосы рыжие, жутко на парик смахивают. И вообще, странный какой-то - все зубы целы, кариес отсутствует, а ко мне пришел и говорит: "Лечите". Так я ему, для профилактики, зубной налет поснимала - а денег содрала как за десять имплантантов. Думала, возмущаться будет - а он расплатился и ушел. Чудной какой-то. Все, Глаш, я же в отпуске, хватит о работе, поехали купаться.
   Мы загрузились в мой старенький Фольксваген, и двинули в путь. Ехать было не далеко, минут тридцать пути, но Глаша всю дорогу не замолкала, как будто не видела меня сто лет, несла всякую чушь, и я как могла, старалась не перебивать ее монолог.
   Машина мне досталась по наследству от родителей. Состояние старенького фольксвагена уже на момент дарения оставляло желать лучшего, но дареному коню в зубы не смотрят и я, изобразив бурную радость, приняла подарок. Родители спихнули мне гору металлолома, моментально почувствовали облегчение и со спокойной совестью укатили в Азию. С тех пор прошло около пяти лет и я за это время не сделала ничего, чтобы хоть каким-то образом улучшить плачевное состояние своего автомобиля. Для себя лично я всегда находила кучу оправданий: денег нет, времени не хватает, настроение не то и так далее. В силу этого машиной я пользовалась редко и с большой неохотой. Кому ж понравиться кататься на древней развалюхе, когда по городу, сплошь и рядом, рассекают новенькие блестящие Мерседесы и Лексусы. Если у меня была такая возможность, то я предпочитала брать такси и чувствовать себя человеком, а не заложницей раритета.
   На речке оказалось не многолюдно, пара молодых людей, приехавших на новенькой иномарке, семья из пяти человек, да мы. Поэтому, я не теряла надежды полежать под солнышком в тишине и спокойствии. Вдоволь накупавшись, я выбралась на берег, слегка обтерлась полотенцем и расположилась поближе к воде (говорят, так загар легче пристает). Минут двадцать мне удалось понаслаждаться одиночеством и местными красотами, потом из воды вышла с гордо поднятой головой и вперед поддатой грудью моя подруга, улеглась возле меня прямо на песочек и продолжила ко мне приставать:
   - В кино, говоришь, звал? - многозначительно спросила она
   - Кто? - не поняла я
   - Он - ответила подруга
   - Кого? - переспросила я - ты вообще о чем?
   - Ты знаешь, Снежанка, не похожа наша беседа на разговор двух умных людей - после некоторого замешательства изрекла подруга
   - А я и не претендую, это ты у нас в литераторы мечтаешь податься, а я всего-то среднестатистический стоматолог
   - Вот-вот, я об этом и говорю... Клиент твой, рыженький - после недолгой паузы напомнила о себе Глаша
   - Не клиент, а пациент - это разные вещи - обиженно заметила я
   - Ладно, не злись, пациент - так пациент, главное - чтобы деньги платил, а этот еще в кино звал. А ты - дуреха - не согласилась. Помянешь мое слово, так весь век в девках и просидишь. Все в тебе есть - и голова на плечах, и ноги длинные, вот только смекалкой бог обделил. Может это потому, что ты блондинка?
   - Не понимаю к чему ты клонишь - прищурившись взглянула я на лежавшую рядом Глашу. Яркое солнце ослепляло, но зверски хотелось посмотреть в ее хитрые глаза.
   - Люди говорят, что блондинка - всегда загадка - то ли крашенная, то ли с рождения дура? Я же за тебя переживаю - уже мягче и тише сказала Глаша - мне крестников хочется, маленьких карапузов, но, видимо, от тебя не дождаться.
   - А если он женат был? - попыталась я оправдаться
   - Некоторые живут по принципу: "Хватай, что плохо лежит" и тебе над этим следует задуматься - гневно восклицала она
   - А ты чего так разошлась-то?
   - Да ничего, жалко, такая красота пропадает. Молодость - она не вечна - обижено засопела подруга и, перевернувшись на спину, стала принимать солнечные ванны.
   Мы еще немного позагорали, поплавали в успевшей прогреться за день водичке и засобирались домой.
   По пути заехали в супермаркет, накупили продуктов, и заскочили в нашу любимую кафешку с незатейливым названием "За углом". Мы заняли единственный свободный столик у окна и принялись изучать меню. То ли сказались обильные солнечные ванны и купания, то ли магнитные бури, которые уже который день обещали местные синоптики, но аппетит у меня отсутствовал. Вместе с аппетитом куда-то исчезло и хорошее настроение. На душе было паршиво, и меня не покидало предчувствие беды или, на худой конец, нежданных неприятностей. Поэтому, в отличие от моей подруги, я ограничилась апельсиновым соком и булочкой с корицей.
   - Глаш, здесь же еды на целую армию.... Ты же столько не съешь...- обреченно вздохнула я, глядя как подруга за обе щеки уплетает бифштекс.
   - Съем и даже ни на грамм не поправлюсь - весело сказала она - здесь же калорий - всего - ничего
   - Тысяч десять - не больше - съязвила я
   - Не будем о плохом, Снежка. Один раз живем, и то хреново. Денег нет, мужчины, как вид, вымерли вместе с динозаврами. Одна радость в жизни - вкусненько покушать - с умным видом говорила подруга - И ввиду отсутствия у меня склонности к ожирению, я не вижу повода ограничивать себя в еде. А ты чего такая хмурая? - без перехода спросила она - Мы же неплохо отдохнули, поплавали или ты перегрелась на солнышке?
   - На душе как-то не хорошо - честно ответила я - Может я уходя утюг забыла выключить, или газ?
   - Не дури, ты же немка в третьем поколении. Педантичность у тебя в крови. Впитала ее, так сказать, с молоком матери. Может ты дверь входную закрыть забыла?
   - Дура ты, Глаша, и не вздумай обижаться. Напомню тебе, что дверь входную закрывала ты. А мои предки не имеют к этому ни малейшего отношения - мое беспокойство нарастало с каждой минутой - Поехали домой, а? - жалобно заскулила я - а вдруг там пожар или еще чего?
   - Вот так всегда - Глаша начинала злиться - даже поесть с удовольствием не получается.
   - Я могу еще немного посидеть - попыталась я загладить свою вину
   - Поехали, подкинешь меня домой. А то сил нет смотреть на твою кислую физиономию.
   "Подкинешь меня домой" означало, что нужно ехать на другой конец города. В связи с этим, я решила скоротать обратную дорогу, свернула с загруженного в час пик проспекта и долго плутала по малознакомым мне улочкам, а выехав на один из главных проспектов нашего города угодила в пробку, где проторчала около часа. Поэтому, когда я припарковывалась у родного подъезда - настроение было на нуле. Убедившись, что все двери моего недорогого автомобиля закрыты на замки я поднялась по лестнице на второй этаж, достала из сумочки ключи, открыла входную дверь и вошла в квартиру. Мысленно поздравив себя с тем, что я дома - пожара нет и газом не пахнет я включила свет. Как оказалось - обрадовалась я рано.
   - Привет, а мы тебя уже заждались - услышала я незнакомый мужской голос.
   На диване в прихожей развалившись сидел незнакомый мне тип, мягко говоря, неприятной наружности. Я закрыла глаза, потом открыла их снова - тип не исчез. Этот факт моего настроения не улучшил. У парня были большие глазищи, неестественно маленький подбородок, и широченные плечи. Одет он был в светло коричневые брюки и такого же цвета пиджак, который, был на пару размеров меньше необходимого. Казалось мой диван для него слишком мал, оставалось только удивляться как он до сих пор не развалился. В целом, парень был похож на двухстворчатый шкаф, который имелся почти в каждой квартире во времена советского союза. Разглядывать незнакомого мужчину слишком долго, показалось мне неприличным, поэтому я поморгала глазами и брякнула:
   - Здрасьте, а Вы, собственно, к кому?
   - А ты разве не одна живешь? - перекинув ногу на ногу спросил у меня Шкаф
   - Вы, наверное, ошиблись квартирой? - проигнорировала я его вопрос - Вам наверное надо по другому адресу?
   - Нет, красавица, мы к тебе. - Шкаф нервно улыбнулся, недобро мне подмигнул и крикнул - Гоша, слезай с унитаза - гости пожаловали.
   В этот момент из ванной комнаты вышел еще один тип. Он был немного поменьше Шкафа, а поросячьи глазки и шрам от подбородка до правого уха делали его внешность практически незабываемой. Одет он был в спортивный костюм Адидас и, видимо был главным, потому что при его появлении Шкаф встал с дивана - уступив товарищу место, а сам пристроился рядышком в кресле. На вид каждому было чуть-чуть за тридцать. Парни с грозным видом уставились на меня.
   Я прошла в комнату, пристроилась возле стены и попыталась внести ясность в создавшуюся на мой взгляд абсурдную ситуацию.
   - Простите, но я вас не знаю. - Пролепетала я. - У меня был не самый лучший вечер - немного успокоившись я набралась смелости - поэтому уходите.
   - А мы никуда не спешим, - тихо и чертовски серьезно заговорил тип в спортивном костюме - а познакомиться тебе с нами придется, поскольку нам предстоит некоторое сотрудничество - Шкаф негромко хмыкнул, и заерзал в кресле. - Итак, я - Гоша, это - махнул он в сторону Шкафа - Валя. А ты - Снежанна. Будем считать - знакомы.
   - Я сейчас вызову милицию - попыталась я им пригрозить и направилась к телефону.
   В этот момент Валя - это тот который - Шкаф - проявил неожиданную для его комплекции ловкость: за доли секунды он оказался рядом со мной, не очень нежно сгреб меня в охапку и швырнул в освободившееся кресло. Пока я в полете преодолевала путь от стены до кресла, в моей голове пронеслось несколько мыслей. Во-первых, а не закричать ли мне? Может соседи услышат и все-таки вызовут милицию? Во-вторых, знакомство с этими ребятами не сулит мне ничего хорошего. Мало того, приличной девушке не положено водить знакомства с таким контингентом. Я вспомнила свою маму и представила ее грозящей мне указательным пальцем. Мне стало еще хуже, чем было. Приземлившись в кресло, я сфокусировала взгляд на сидящем рядом Адидасе и попыталась набраться терпения и внимательно их выслушать.
   - Отдай нам деньги - после короткой паузы сказал Гоша - и разойдемся по-хорошему.
   - Чего? - переспросила я и нервно захлопала ресницами.
   - Что слышала. Или у тебя со слухом плохо?
   - Вы меня с кем-то путаете - продолжала я упрямиться. Ситуация, мягко говоря, начала казаться мне идиотской. - Я вас первый раз в жизни вижу, денег у вас я не одалживала, а значит отдавать нечего, да и некому.
   - Красавица, спорить с нами я тебе не советую. Мы тебе и память восстановим, и слух у тебя появится. Для этого все средства хороши. - Парень в спортивном костюме нервно засмеялся и обшарив глазами прихожую добавил - А у тебя, как я посмотрю, и сподручный материал имеется. Из своего богатого жизненного опыта, могу сказать, что раскаленный утюг на животе много кому развязывал язык и исправлял слух, да и ты исключением не станешь - уверенно закончил он.
   Наглость непрошеных гостей перешла все границы.
   - Да пошли вы - в сердцах крикнула я, и тут же пожалела.
   Уверенная мужская рука схватила меня за шиворот, подняла над креслом, хорошенько встряхнула и швырнула обратно. Кто из гостей это сделал, сказать не могу, поскольку от страха я зажмурила глаза, и ожидала удара в челюсть. Удара не последовало. Но кричать, мне явно расхотелось. Стало ясно - парни не шутят! Я мысленно перекрестилась, и попыталась понять за что бог послал мне такие испытания? Долго размышлять мне не дали. В который раз за сегодняшний день я ощутила на себе сильную мужскую руку, на этот раз в районе подбородка. Похоже, что рука пыталась отделить мою непонятливую голову от туловища. Этого я допустить не могла. Пришлось сопротивляться. Открыв глаза я резко выдвинула правую руку вперед и угодила нападавшему прямиком в пах. Хватка резко ослабла. Шкаф, это был именно он, вцепился за мой подбородок, поднял его и заглянул мне в глаза:
   - Ты что, сучка? Шалить надумала? - зло спросил он и сверкнул глазищами - Гоша, можно я ей челюсть выверну и руки переломаю? Может она посговорчивей будет? - Обратился он к своему товарищу.
   - Остынь. Она нам еще пригодится.
   - Да я ей... - грозно зашипел Шкаф не переставая сверлить меня глазами, но руки убрал. Чему я несказанно обрадовалась и почувствовала себя почти уютно.
   - Остынь, я говорю. Не время сейчас. Дважды повторять не люблю, но для тебя сделаю исключение - последняя фраза предназначалась мне - отдай нам деньги.
   - Вы - квартирные воры? - начала я проявлять чудеса сообразительности
   Парни во все глаза уставились на меня.
   - Так у меня денег-то, всего... триста долларов на заначке. - Облегченно вздохнула я - так бы сразу и сказали. Разве ж стоит из-за этого хороших людей гробить? Я сейчас принесу.
   Я с пионерской готовностью вскочила с кресла со святым намерением отдать последнее, но холодный равнодушный взгляд и ледяной голос остановили меня.
   - Сиди где сидишь, и внимательно слушай. - Говорил Гоша - Твои жалкие копейки нам не нужны. Нам нужны наши деньги. Понимаешь, наши деньги. - Произнес он почти по слогам.
   - А я-то здесь при чем?
   - Мы не квартирные воры и не вымогатели. - Все также спокойно продолжал Гоша - По нашим достоверным данным, ты можешь знать где миллион.
   - Гривен? - с несчастным голосом спросила я
   - Долларов... - уточнил Валя. Мои глаза приобрели размеры и форму железного рубля времен советского союза.
   - Но, я не знаю о чем вы говорите. У меня никогда не было даже знакомых, которые имеют такие сумасшедшие деньги - жалобно застонала я
   - Может обыскать ее квартиру? - подал голос стоявший у окна Шкаф - А если ничего не найдем - переломаем ей косточки.
   - Даем тебе одну неделю, чтобы вернуть деньги. - Продолжил Адидас - Советуем тебе, хорошенько подумать и подсуетиться. Иначе - счастливой жизни мы тебе не обещаем. До старости в трезвом уме и полном здравии ты не доживешь. - Пообещал он и многозначительно мне подмигнул.
   Посчитав разговор оконченным парни покинули мою квартиру.
  
   Вот тебе и первый день отпуска. Подумала я, оставшись одна. Неожиданно плохое начало. Возможно ребята ошиблись, и я не имею ни к ним, ни к их деньгам никакого отношения? И они больше никогда не появятся в моей квартире и жизни в целом. Было бы не плохо. Но, почему-то, в это верилось с трудом. Уж больно убедительными выглядели эти два типа. А может меня кто-то неудачно разыграл, пошутил? Зло пошутил? Первое апреля - праздник весельчаков - далеко позади. Не время для розыгрышей, тем более такого рода. Если все же это чья-то злая шутка и я найду этого мерзавца - обещаю - удушу собственноручно! Завтра же возьму Глашу, и махнем к ней на дачу. Там все и обсудим. Голова раскалывалась от боли. Думать не хотелось, да и не моглось. Запив таблетку цитрамона водой из-под крана я отправилась спать.
  
   Глаша замелькала на пороге моей квартиры ни свет ни заря. Часы показывали одиннадцать часов утра. Для меня это было раннее утро, потому что накануне я больно долго вертелась в постели с намерениями сладко поспать. В свете последних событий сон не шел и удалось задремать только под утро.
   - Выглядишь ты не ахти. - Заметила подруга бодро прохаживаясь по моей кухне
   - У меня вчера был не самый лучший вечер, да и ночка выдалась - так - себе - честно призналась я.
   - Завтракать будем? - как всегда без перехода спросила она - Я пирожных прихватила, сейчас кофейку бахнем для бодрости духа и можно в путь.
   - А куда едем-то?
   - Давай, на дачу махнем. - Предложила она - Ты в отпуске. Я вчера вечером начальнице отзвонилась - на пару дней отгулы взяла. - Тут я вспомнила, сама собиралась, Глашу на дачу затянуть и она словно прочитала мои мысли.
   Глаша честно трудилась парикмахером высшего разряда в одном из лучших салонов нашего города. Люди к ней шли табунами. В очередь, в буквальном смысле, не выстраивались, но запись была на несколько дней вперед. Поэтому, тот факт, что она сможет на пару деньков увильнуть от работы и составить мне компанию у нее на даче меня несказанно порадовал. От перспективы отдохнуть ближайших пару дней на природе, в компании дорогого и родного мне человека у меня улучшилось настроение. Лето и только начавшийся отпуск опять начали радовать и согревать мне душу, поэтому рассказ о вчерашних гостях я решила отложить на "потом".
   - А давай, махнем - весело пропела я - чего в городе в такую жарищу сидеть?
   Через пару часов мы уже подъезжали к маленькой деревеньке с гордым названием Клавино. Домов было не много. Пара десятков, не больше. В основном дачи. Из местных достопримечательностей можно выделить небольшую речушку и старый лес. Именно благодаря им деревню облюбовали городские жители.
   Глаше ветхое одноэтажное строение из четырех комнат, которое она нежно называла дачей, досталось от покойной бабушки. Огорода не было, зато был небольшой сад с парой яблонь, между которыми висел гамак. В правом углу двора один из бывших Глашиных ухажеров выстроил небольшой сарай, в котором хранилось все то, что не помещалось в городской квартире. Из всевозможных благ цивилизации в доме было только электричество. Холодильник на даче тоже был, но он по словам моей подруги, помнил русско-японскую войну и работал не намного тише реактивного двигателя. Старенький телевизор воспроизводил только звук, поэтому и без того короткие летние вечера мы проводили за чашечкой чая, расположившись в том же саду. Водопровод и канализация отсутствовали и нужды приходилось справлять в еще более ветхом строении, расположенном в самом дальнем углу участка. Но, в целом, дача выглядела уютной и была мне дорога, как возможность побыть ближе к природе, а Глаше - как память о любимой бабушке.
   Разложив веши по полкам, а привезенные с собой продукты в ненадежный холодильник, мы на скорую руку приготовили обед. Потом пошли к речке, где до вечера хлюпались в прохладной воде, загорали и весело болтали о жизни в целом и необходимости простого человека быть поближе к природе. Я даже на время забыла о внезапно навалившихся на меня неприятностях. У подруги было отличное настроение и я не спешила ей его портить своим рассказом. Вернувшись домой, я почувствовала безмерную усталость и ужасный голод. Поэтому, мы плотно поужинали и расположились в саду для чаепития. Я, как могла, отгоняла грустные мысли о вчерашних гостях. Рассказывать подруге о моих намечавшихся неприятностях я не спешила. Нужно было все как следует обдумать. Да и портить ей отдых было бы настоящим свинством с моей стороны. Но видимо, на моем лице читалось-таки беспокойство или что-то в этом роде, что Глаша смогла разглядеть.
   - Что-то не так? - весело спросила она
   - Не как? - передразнила я
   Подруга нахмурила брови, попыталась заглянуть мне в глаза - у нее получилось и она произнесла более серьезно:
   - Ну что ты дурня клеишь. Я же вижу.
   - Что? У меня наклейка на лбу?
   - Нет. Просто глаза грустные и задумчивые. И еще, ты на дачу так легко согласилась поехать. Тебя же обычно пару дней уговаривать приходится.
   - Вчера вечером - начала я - жизнь преподнесла мне неожиданный сюрприз в лице пары молодых людей.
   - А точнее? Замуж звали? Оба? - ахнула подруга, едва не свалившись со стула
   - Как же. У них ко мне, оказывается, серьезные претензии.
   - Ты им зубы плохо полечила?
   - Моя воля, так я бы им и челюсти вместе с зубами повыворачивала и язык для верности выдернула - зло сказала я
   - Ого!
   - Два психа возомнили что я им миллион должна.
   - Гривен?
   - Долларов!
   - Что-то я в толк не возьму. - Засопела Глаша - Кто такие? Откуда взялись? Какой миллион в конце концов?
   Я в деталях и подробностях пересказала вчерашний вечер. Постаралась ничего не упустить. Но ясности в ее голову это не внесло.
   - Что же это творится-то? - запричитала она - Мужики совсем перевелись! Вместо того чтобы деньги зарабатывать и на нас их тратить вымогательством промышляют.
   - У меня есть неделя, что бы деньги найти.
   - А где их взять, такие деньжищи-то? Нам их за век не заработать. Если по честному, то тебе придется половине страны зубы перепломбировать, а мне наголо постричь... и даже так половины не насобираем. - Разошлась она - Может, украдем?
   - Взять негде, да и украсть, собственно, тоже, - согласилась я. - Надо думать.
   - Может, пошутил кто, а? Так иногда бывает. Мозги вышибло и он давай шутить, а честная девушка себе места не находит.
   - Маловероятно. Похоже ребятам было не до шуток.
   - Если и вправду кто пошутил, я этому шутнику, сама мозги вправлю - не унималась подруга.
   - Надо выпить. - Предложила я - У нас пива нет?
   - Так оно с прошлого лета в холодильнике лежит. Его еще Витька оставил.
   - Ничего, зато с выдержкой. Можно, конечно в магазин сбегать, так темно уже... да и идти далековато. Так что - тащи! - скомандовала я
   После второй бутылки пива подругу начали посещать бредовые идеи.
   - Снежанка, - тоном заговорщика начала подруга - может банк ограбим?
   - Тебе пиво, видно, не на мочевой пузырь, а на последние десять грамм мозгов давит!
   - А что? Украдем немного больше. Этим отдадим. - Пьяненьким голоском продолжала подруга, брезгливо поморщившись - Немного себе оставим. И заживем ведь, как люди!
   - Дура ты, Глаша. В тюрьму захотела? Тоже мне - гангстер в соломенной шляпе. Мы даже до касс дойти не успеем, как нам уже и государственных защитников назначат.
   - Ага, а по-другому получается, что тебе - счастливой старости не видать и шансов деньги такие найти тоже нет.
   Ответить мне было нечего. Я предпочла промолчать.
   - Зато, я обещаю тебя по-человечески похоронить... и цветы на кладбище носить буду... - прогнусавила Глаша и собралась зареветь
   - Дуреха ты. И не вздумай реветь. Помирать я пока не собираюсь. Будем думать. - Пообещала я
   - Над чем? Где деньги достать? - и в свойственной ей манере, ответила сама на поставленный ею вопрос - А тут и думать долго нечего. Нигде мы такие деньги не найдем. Гнилое дело. Может с ними по-человечески поговорить?
   - Это как же? Сказку рассказать, вина налить и в лоб поцеловать?
   - Можно еще сказать, что у тебя есть богатые заступники и они за тебя им головы снесут.
   - Что-то ты не равнодушна к их головам. - Вздохнула я, допивая пиво - А на счет заступников - думаю, их этим не проймешь. Они, наверняка, уже всю мою родословную изучили и связи мои, как порочащие, так и не очень... Подождем пока...
   - Пока будешь ждать - без головы останешься
   - Опять ты про голову?
   - Ладно, утро вечера мудренее. Что попусту трепаться? Да еще и на нетрезвую голову. Во, блин. Прямо-таки слово-паразит. Далась мне эта голова. - Проворчала Глаша себе под нос.
   - Ага - с ней было трудно не согласиться.
   Приличное количество выпитого пива давало о себе знать и Глаша заторопилась в туалет. Оставшись одна я перебралась на гамак и пыталась сквозь листву яблонь разглядеть звезды. Пиво - таки ударило мне в голову, по телу пробежала сладкая истома, легкий ветерок приятно трепал мои волосы и меня ужасно потянуло в сон. Я задремала. Кажется, мне даже начал сниться неплохой сон. И тут я услышала, что ко мне, не разбирая дороги, спотыкаясь обо все попавшееся на ее пути, переворачивая пустые ведра и сбивая грабли, несется Глаша.
   Она подбежала ко мне и отчаянно замахала руками, пытаясь что-то сказать. По ее смертельно бледному, почти белому лицу было понятно, что что-то случилось, но она не могла издать ни звука.
   - Ты что? На ежа присела? - спросила я, еле сдерживая смех
   - Там труп! - заорала она так, что у меня заложило в ушах.
   - Чего?
   - Чего разлеглась? Там труп, говорю. Мертвый. Совсем. - Видно у нее таки прорезался голос и теперь она пыталась в этом окончательно убедиться и закрепить завоеванные позиции. Слишком долго она молчала. Мое хорошее настроение, вместе с дремотой как ветром сдуло.
   - Не ори. - Как можно спокойнее произнесла я - всех соседей перебудишь.
   - Там труп! - подруга почти запела фальцетом и вот-вот собиралась перейти на визг - Труп, понимаешь? Кажется, мужчина - я не сильно-то разглядела.
   - Не ори, говорю. - Повторила я. Глаша дрожала как осиновый лист. - Где труп? - собрав в кулак остатки терпения спросила я - В туалете? Может он пьяный? Зашел. Присел. Уснул. А тут ты!
   - В сарае, дура! - уже тише, перепуганным голосом объяснила она - Прямо за дверью, у дров лежит. Чего бы ему в моем туалете делать?
   - А у тебя в сарае у него было спецзадание? - Глашина разгулявшаяся фантазия начинала действовать мне на нервы.
   - Ты мне не веришь?
   - Да, чего только не привидится с пьяна.
   - Он там лежит - повторила она уже шепотом.
   - Идем, посмотрим - уж до смерти мне хотелось развеять ее фантазии.
   - Нет уж. Иди сама. Больно мне надо. - Сказала Глаша, присела рядышком, демонстративно скрестила руки на груди и попыталась отдышаться.
   - Тогда утром сходим. - Миролюбиво закончила я - Увидишь, в сарае никого не окажется.
   - Думаешь, это пьяные фантазии вызваны злоупотреблением алкоголя? - передразнила меня подруга.
   - Возможно.
   - Сходи, а? - Не унималась она - Как я спать буду, зная, что у нас в сарае кто-то лежит?.. и хорошо, если он живой...
   - Может все-таки утром? Там темнота ужасная...
   - Снежанночка, так я за фонариком сбегаю - подруга смотрела на меня умоляюще... отказать ей не было сил. Да и мне хотелось доказать ей, что "труп в сарае" - всего лишь плод ее убогого воображения. Поэтому я сдалась.
   - Тащи фонарь! - скомандовала я
   Я шла, тихо напевая детскую песенку о крокодиле Гене, а Глаша семенила за мной. Остаться в саду одна она не пожелала - сославшись на страх.
   Дверь в сарай была распахнута настежь. Не доходя до него пары метров, я осветила пространство внутри и увидела, что там в самом деле кто-то лежит. Я остановилась и тихо позвала:
   - Эй... выходи с поднятыми руками... у нас пистолет... - прозвучало неубедительно
   - Ты что, дура, - зашипела за моей спиной подруга - давно ты с покойниками разговариваешь?
   Мы подошли поближе. Остановились. Сомнений не оставалось. Там кто-то был. Живой или мертвый, но - был. Я осветила помещение фонарем и чуть было не грохнулась в обморок. На полу, в луже крови, зарывшись лицом в пол лежал мужчина.
   - Вот видишь! - завопила подруга и собралась закричать. Я вовремя закрыла ей рот своей ладонью и шепотом сказала:
   - Разбудишь...
   - Его?
   - Его - уже врядли. Соседей.
   Я присела на корточки, перевернула мужчину и поняла: он - труп. Окончательно и бесповоротно. Причем, давненько.
   - Снежанка, он что, все-таки мертвый? Может скорую? Или помочь чем?
   - Мертвее некуда. Ему поможет только паталогоанатом.
   Хмель как рукой сняло. И сон прошел.
   - А давно? В смысле, мертвый?
   - Не знаю. Сутки, может меньше.
   Мужчина был одет в светлые брюки и такую же светлую рубашку. Из-за крови одежда приобрела бурый оттенок. На теле имелись многочисленные ножевые ранения, а во лбу - аккуратненькая дырочка от огнестрельного оружия. Как любят выражаться медики: травмы - не совместимые с жизнью. Мы несколько минут смотрели на него молча. Я почти не дышала, зато Глаша сопела, как умирающая лошадь. Чем дьявольски меня нервировала. Зрелище не воодушевляло.
   - Его убили? - Все так же шепотом спросила подруга. Вопрос был, по моему мнению, глупым.
   - Нет. Он сам себя. - Съязвила я
   - Сам? - Переспросила подруга и вытаращила и без того огромные от страха глаза.
   - Ага. Сначала раз десять упал на нож, а потом себе контрольный выстрел в голову сделал. Не выдержал человек - помер.
   - А может наоборот?
   - Может, - согласилась я - но это сути дела не меняет.
   - Что он здесь делает? - подруга полностью потеряла способность мыслить и не переставала задавать глупые вопросы.
   - Лежит, убогая. Мертвый.
   - Господи, что ж теперь делать-то - запричитала она - и за что мне, на мою бедную голову такие наказания?
   - Пошли в милицию звонить.
   - Погодь. - Остановила она меня и взгляд у нее был почти сознательный. - Торопиться некуда. Давай покурим.
   Мы закурили, глядя на мертвого. И Глаша полезла ко мне с вопросами и предложениями.
   - В милицию звонить нельзя. Эти защитники правопорядка нас заживо сожрут. И ведь не подавятся. Когда ты, говоришь, он помер?
   - Судя по первичным признакам - сутки - не больше. - Я начинала понимать куда она клонит. - Ну и вонь, а?
   - Во, гад, нашел где помирать. Не мог соседскую дачу выбрать? - не унималась подруга.
   - Думаешь его спрашивали?
   - Возможно, когда он помирал, мы уже в Клавино были. - Продолжала она свою мысль - У ментов и без нас глухарей хватает. Чего им долго мучаться? Так, этого - она взглянула на труп и поморщилась - без суда и следствия на нас и повесят... Ох, тяжко мне...
   - Да, заткнись, ты - прикрикнула я.
   - В органы звонить нельзя. - Настаивала на своем подруга. - Конец месяца. У них план по раскрываемости преступлений горит. А тут мы. С трупом на блюдечке с голубой каемочкой. Что делать- то?
   Я вздохнула:
   - Оставлять его здесь нельзя. К завтрашнему утру он уже попахивать начнет.
   - Вот гад! Свалился на мою голову! Снежок, ты у меня умная. Скажи, что делать будем?
   В милицию в самом деле не хотелось. Труп - он и в Африке - труп, нам предстоят допросы, разбирательства, куча головной боли и угрозы сесть в тюрьму. Правда, без милиции головной боли меньше не станет - труп все-таки присутствует... но... Ни я, ни Глаша его не убивали, значит, наша совесть чиста. Или нет?
   - Будем хоронить! - твердо сказала я и затушила сигарету. - Неси пальто и лопаты.
   - Зачем? Думаешь ему холодно? - Глашка теряла последние остатки ума. Следовало торопиться.
   - Ему уже ни холодно, ни жарко. Его до ямы перетащить нужно. Не на плечах же его волочить? Хотя, можешь проявишь трудолюбие. А я полюбуюсь.
   - Злая ты - ответила она и ушла на цыпочках, воровато оглядываясь по сторонам.
   Я в который раз оглядела мужчину. На теперешний вид ему можно было дать лет тридцать пять, возможно, немного меньше. Смерть для него была не легкой. Лицо изуродовано болью. На теле живого места не осталось. Темные волосы, нос горбинкой, широченные плечи...По спине побежали мурашки и меня зазнобило. Что-то в нем было мне знакомо. Я пригляделась и узнала его. Еще совсем недавно его звали Сашкой.
   - Чего ты на него уставилась? Идем яму рыть. - За моей спиной стояла Глаша с лопатами в руках и старой армейской шинелью.
   - Я его знаю. - Честно сказала я. Признание далось мне не легко.
   - Вот те на! Может еще скажешь что он здесь забыл?
   - Это мой сосед по лестничной клетке - Сашка. Квартира напротив.
   Я еле сдерживала слезы отчаянья. А подруга - возмущение и злость на весь белый свет.
   - Пропадем мы. Послал же бог испытание. - Опять запричитала Глаша. - Горе мне, горе. Уйду в монастырь. Вот закопаем этого и уйду.
   - Уж лучше в милицию. Хоть спать спокойно будем.
   - На нарах? Зато без угрызений совести? Не хочу я. Мне на родной постели утята снятся... Так мы хоронить его будем? - Без перехода спросила Глаша. - Давай, зароем жмурика, а потом спокойненько подумаем, что здесь делал твой Сашка.
   Еще раз оглядев покойного мы не нашли при нем никаких документов удостоверяющих личность и вообще ничего, что могло бы подсказать что он здесь забыл.
   Яму мы копали долго и усердно. Старались особо не шуметь и почти не разговаривали. Каждый думал об одном и том же. Только бы какая-нибудь сердобольная соседка не увидела нас, ночью копающих, и не вызвала милицию или психушку. Или, что еще хуже, с вопросами не полезла. Иногда наши дряблые старушки бывают куда пронырливее самого опытного оперативника.
   У меня в голове не укладывалось, что возможны такие совпадения, как это. На Глашиной даче умер, мой сосед по лестничной клетке. Его убили - если быть точной. Но кто? И за что? И почему именно здесь? Сашка был парень не плохой: добрый, хорошо воспитан. Не женат. Я в его паспорт, конечно, не заглядывала, но жил он один в двухкомнатной квартире. Иногда приводил девиц неоднозначной внешности и, если верить Глаше, был по уши влюблен в меня. Соседки о нем отзывались как о галантном молодом человеке, в общем Сашка ни с чем плохим у меня не ассоциировался. Пару раз заходил по-соседски за солью или еще какой-нибудь мелочью, но мне знакомство с ним не приносило никаких хлопот. По крайней мере, до сегодняшнего дня.
   Ближе к рассвету яма приобрела нужные нам размеры. Глаша отчаянно старалась и, насмотревшись фильмов ужасов и передач о раскрытии преступлений, настаивала, что нужно рыть поглубже, что бы собаки не разрыли. Мы перетащили туда парня, на что потратили добрых два часа, и когда яма была зарыта уже полностью рассвело. Сверху зарытую яму мы присыпали старыми сухими ветками. Подруга так воодушевилась, что засобиралась какой-нибудь кустик на этом месте посадить, но подумала и посчитала это лишним. На душе было паршиво и не только у меня. Мы присели на корточки и уставились на то место, где только что зияла яма.
   - Зря мы в милицию не пошли. Ой, найдут нас менты - их не обманешь...- заскулила Глаша подкуривая очередную сигарету - У них там свои методы. Сядем. И теперь на долго.
   - Ах ты, фашистское отродье, меня уговорила, а теперь жалеешь? - я была готова вот-вот взорваться - я тебя удушу! Своими руками удушу. И жалеть не буду!
   - Может лучше было утопить его? А? Камень к ноге и в речку!
   - Нет, не удушу. Сейчас прихлопну чем-нибудь. Найду какой-нибудь ломик и стукну!
   - Не злись, Снежок. Обратной дороги нет - обреченно произнесла она - не назад же его выкапывать. - От этой мысли меня чуть не стошнило - Да и опять же - менты нас не поймут и по головке за это не погладят. Нашли, закопали, потом выкопали - не похоже на действия двух сознательных девиц. Но на невменяемость эти не спишут. А если дурочками прикинемся - в дурку посадят - что тоже не хорошо.
   - В общем, перспективы не радуют - резюмировала я.
   - Снежок, а поесть бы! Натрудилась я. Пойдем, приготовим чего-то? - Даже в такие моменты подруга не переставала думать о еде. У меня при упоминании о пище слегка заломило в желудке, но я из вредности попыталась ее урезонить:
   - Тебе фигуру беречь надо. Да и подумать нам не помешает.
   - Я на голодный желудок думать вообще не могу. А если нас все-таки посадят, то в тюрьме таких харчей не будет, так что надо пользоваться моментом. Идем.
   Завтракать решили на улице. На свежем воздухе легче думается. И после второй чашки кофе у подруги появились толковые мысли.
   - Снежан, а у него машина была? У соседа твоего?
   - Зачем тебе?
   - Как-то же он сюда приехал. Сашка твой. Не на своих же двух он сюда добрался.
   - Была. Кажется девятка. Синяя.
   - Надо искать. Машина должна быть где-то рядом.
   - А зачем искать-то? - не поняла я
   - Дура ты, крашенная. - Глаша демонстрировала чудеса сообразительности. - И башка у тебя не варит. Если он пропал - его искать будут и машину наверняка тоже.
   - А найдут здесь - ахнула я
   - То-то же. А от машины и до нас добраться проще простого. Собаки там у них ученые и все такое. А от нас уже и до сарая не далеко. Нам потом не отвертеться. - Закивала головой подруга допивая третью чашку кофе. - Так что завязывай со своим завтраком и потопали. Чем скорее мы от машины избавимся тем лучше. Для нас, конечно. Сашке-то уже все равно.
   Я могла только порадоваться за Глашку. Последние события странным образом вправили ей мозги и она была готова развить бурную деятельность, в отличие от меня. У меня наблюдался упадок сил и ранняя стадия невроза. Поэтому я предложила отправиться ей на поиски машины, а самой пойти в разведку по соседям. Если парень приехал, то надо узнать когда. Возможно кто-то из соседей его видел. А возможно, кто-то видел нас, роющими ночью яму.
   - Иди. - Согласилась подруга - Родина должна знать своих врагов в лицо!
   - Лучше знать в лицо героев.
   - Нет. В данном случае герои - это мы. А нас и о нас знать не обязательно. - С ней трудно было не согласиться.
   Глаша умчалась в неизвестном направлении. Я переоделась, натянула солнцезащитные очки, чтобы скрыть синяки под глазами - результат бессонной ночи, и пошла прогуливаться. Гулять пришлось не долго. На лавочке возле одного из соседских домов восседала Марья Павловна, в народе - баба Маша. Честь, совесть и всезнайка этой деревушки. Ей было лет под восемьдесят, но она, как и полагается, бдительно следила за всем, что происходит в округе. Знала она многое. Откуда - судить не берусь. Но знала и всегда была не прочь этим поделиться. На такую удачу я даже не рассчитывала.
   - Здравствуйте - негромко крикнула я и легкой походкой подошла к ней.
   - Здравствуй доченька! - запела старушка. - Ты садись, не стой. Вот жара стоит-то. Последние летние деньки. А потом осень. Там полегче будет. Так плохо на старости лет эта духотища переносится. Я вот сижу и думаю, может, последнее лето живу. А что потом? А никто не знает. Сколько лет живу, а такой жары еще не было. Я по ночам спать не могу и днем не спиться. Скорее бы бог меня к себе прибрал... - В таком же духе старушка продолжала еще минут пять. Она говорила о погоде, о своем здоровье, вернее об его отсутствии, потом опять о погоде и, казалось, забыла обо мне. Я начала дремать. -... А вы когда приехали-то?
   - Вчера. Утром. - Пропела я, пытаясь проснуться.
   - Как же утром-то? Вас симпатичный молодой человек искал - произнося последнюю фразу бабушка шаловливо улыбнулась (насколько это было возможно в ее возрасте). - Все о Глаше выспрашивал. Где живет, как часто приезжает? Меня даже печеньем угостил. Вкусное такое. Хороший молодой человек. О моем здоровье спросил. Ты же знаешь, как в моем возрасте важна забота. Неужели он вас не нашел?
   - Мы, наверное, на речке в это время были. Купаться ходили.
   - Да-да. Наверное. Я видела, вы уходили. Я огород полола. Вижу - вы куда-то идете. Вот дура-то. Старость - не радость. Забыла совсем. Надо было этому молодому человеку так и сказать - нету вас. Ушли куда-то. Прости, старую. Неужели он вас не дождался? - сокрушалась соседка. - Вот горе-то.
   "Дождался. В сарае с простреленной головой" - хотелось мне ответить, но я сдержалась. Здоровье старых людей беречь надо. Да и наше тоже.
   - Нет. Не дождался. - Честно призналась я - А он один был?
   - Одинешенек. И глаза грустные такие. Видать влюблен безответно. Мне его жалко стало. У меня же внуки его возраста. Двое. Ванечка да Юра. Оба женаты, дети есть. Правнуки мои. И он такой заботливый. Вот я и говорю-то: ты, сыночек, кругами возле нее не ходи. Как увидишь - сразу замуж зови.
   - Кого? - не поняла я. Стало ясно - больше ничего ценного узнать не получится.
   - Глашу-то. Он же о ней выспрашивал. А он мне - "Как только увижу - обязательно позову". Жалко, что не дождался.
   Я попрощалась. Ради приличия сходила в магазин за хлебом, прихватила пивка и пришлепала домой. Глаша колдовала на кухне, напевая себе под нос что-то чрезвычайно неприличное.
   - Ты чего так долго-то? Я уже волноваться стала.
   - С Марьей Павловной пообщалась. Был у нее наш гость. О тебе выспрашивал, ее печеньем угощал. Ей обещал тебя замуж позвать.
   - Вот гад. Вместо того, что бы замуж меня позвать, порадовать - он у меня в сарае умер.
   - Старушка до слез растрогалась и огорчилась, что он нас не застал.
   - Так надо было ей сказать, что застал. В сарае. Но он уже этого не вспомнит.
   - Машину нашла? - с надеждой услышать положительный ответ спросила я
   - Ага. В кустах возле знака "Клавино" спрятал. Козел!
   - Что ты так? О мертвых надо говорить или хорошо, или - ничего.
   - Извини, но хорошо почему-то не получается. Жила себе спокойненько, пока он не надумал у меня на даче скоропостижно скончаться. Мне этим проблем не убавив.
   - Так что с машиной-то?
   - Я ее за селом в речке утопила. Никто не найдет! Конечно жалко было. Добро все-таки. Хоть и не наше. - Подруга не надолго умолкла, а потом добавила - Я в машине обыск устроила и нашла кое-что. Вот. Полюбуйся.
   Из-за пазухи она достала пистолет. Холодный и тяжелый.
   - Зря ты его взяла. Его надо тоже утопить! - решительно произнесла я
   - А ну как пригодится!
   - А ну как у тебя его менты найдут? - Передразнила я ее - Головной боли не оберешься. За незаконное ношение оружия строк полагается. А мы за последние сутки таких дел натворили - на лет десять потянет. Но тебе все равно мало. Потом вопросы пойдут: где взяли? Как давно? И не дай бог, из него уже кого-нибудь застрелили. Тогда вообще нам "пожизненное" впаяют. Если не казнь через повешенье.
   Глашка вылупила на меня свои голубые глазища. Смотрела на меня не дыша и, наверняка, рисовала мрачные картины своего будущего.
   - Так что, давай без глупостей. Оружие утопим. За Сашку-жмурика забудем. Не было ничего! Живем - как жили. Завтра в город поедем. Здесь отдыха все равно не получится.
   Глашка заметно подобралась. Спорить со мной не стала. Она утвердительно кивнула головой, потом хитро прищурила глаза и спросила:
   - А можно я у тебя пару дней поживу?
   - С чего это вдруг?
   - У меня на даче твой сосед-жмурик зарыт. Его там убили. Потом мы его похоронили. Потом я его машину утопила. Травма, знаешь ли, для моего организма.
   - А у меня дома не санаторий. - Подруга смотрела на меня несчастными глазами полными слез. И, кажется, открыла рот, чтобы назвать меня "бесчувственным чурбаном" и "медиком недоучкой", но я ее опередила. - Ну, поживи, раз хочется. Только готовка за тобой.
  
   Следующие два дня мы прожили в относительном спокойствии. Глашу поглотили заботы по дому: она готовила, убиралась и ничем меня особенно не доставала. Первое время подруга отличалась завидной словоохотливостью, поэтому все ее попытки завести разговор о случившемся на даче, я пресекала на корню. Уж больно мне хотелось забыть о плохом, но...не получалось. Грустные мысли о соседе Сашке сменяли мысли о типах с угрозами на мой счет и требованиями, а гнать эти мысли из головы оказалось делом не легким. Время работало не в мою пользу. Кто знает, что на следующий раз придет в голову этим бритоголовым недоумкам? И когда они опять меня наведают? Неужели, они в самом деле рассчитывают на то, что я найду их деньги? Что делать я не знала. Идея искать злосчастный миллион казалась мне слегка глуповатой. Я о таких деньгах только по телевизору слышала и где их искать даже не представляла. Поэтому, я не спешила что-либо предпринимать. Может время подскажет? Да, и выбор у меня был не богат. Максимум что я могла собрать, при известном везении - это тысяч десять. Но и на это потребуется много времени и куча сил. А у меня как-никак отпуск. Значит нужно расслабиться и попытаться получить от жизни максимум удовольствия. Я старалась наслаждаться изо всех сил и проворонила момент, когда Глаша изменилась. Взглянув на нее в очередной раз, я отчетливо поняла, что за последние несколько часов она не произнесла ни звука. Она не просто молчит, а в позе лотоса что-то читает. Вид у нее был пришибленный. Время от времени подруга отрывалась от книги, поднимала голову вверх и подолгу смотрела в потолок. Красивый потолок. Не спорю. Но на нее это не похоже. После этого громко вздыхая она опять принималась за чтение. Зрелище - без слез не взглянешь! Я несколько раз прошлась мимо нее, шаркая ногами и шмыгая носом - что бы привлечь ее внимание. Результата не было. Потом я пошла на кухню и стала специально греметь посудой перелаживая тарелки и роняя стаканы. Обычно, такие мероприятия выводили ее из себя на счет: "...три". На этот раз реакции не последовало. Я разволновалась не на шутку. Вернувшись к ней я спросила:
   - Эй, подруга, ты чего?
   - В каком смысле? - задумчиво спросила она
   - Наизусть учишь? Зря не старайся - твоих мозгов на две строчки не хватит - мне смертельно хотелось ее разозлить. Настроение у меня было - хуже некуда. Так чего одной страдать? Она не разозлилась, а подняла голову, опять уставилась в потолок, помолчала и ...
   - Возможна ли в жизни радость, когда денно и нощно приходится размышлять, что тебя ожидает смерть? - прозвучало весьма серьезно и крайне задумчиво
   Я чуть не упала. Глаша ничего интеллектуальнее мыльных опер на дух не переносила, хоть и грозилась в старости написать книгу. Правда, с темой она еще не определилась, но, как она говорила: "У меня на это еще есть время". Пришлось признать - что-то с ней не так.
   - Цицерон? - аккуратно спросила я, хотя ответ знала заранее.
   - Ага. Он самый. Мудрый был человек. Дай бог каждому. - Глядя уже в окно произнесла она. - Умного за свою жизнь наговорил - на всех хватит. Наши сверстники от него в диком восторге. Философ - одним словом.
   - Может чаю попьем - ее срочно требовалось чем-нибудь занять - или покурим?
   - Не вижу смысла - вздохнула Глаша.
   - Пошли покурим, поищем вместе. - Я надеялась на скорейшую реабилитацию своей подруги, улыбалась изо всех сил и попыталась завести светскую беседу - Нас в институте тоже философии учили. О Фрейде слышала? - ответа не последовало. Подруга курила. Меня, кажется, не слышала и не видела и даже глазами не моргала. - Как думаешь есть ли жизнь после смерти? - В свете последних событий, вопрос был мягко говоря "в тему". Глаша моментально среагировала. Затушила сигарету, начала громко всхлипывать и закатывать глаза. Я поняла, что дала осечку, попыталась рассказать анекдот, но было поздно. Подруга воспользовавшись тем, что я дала слабинку полезла ко мне со своими невеселыми мыслями.
   - Ой, плохо мне! - начала она.
   - Думаешь, мне легко?
   - Черствая ты. У меня на даче человек зарыт. Как мне жить с этим?
   - У меня тоже жизнь не сахар. - Говорят, что чужие проблемы радуют больше собственных побед. На это я и рассчитывала. - Вон какие-то типы денег требуют. Зубы мне грозились повыбивать. Ты не забыла?
   - Ты стоматолог - новые себе вправишь. И будешь жить припеваючи. С зубами и на свободе. А по мне зона плачет. - Глашка начала громко всхлипывать готовясь вот-вот разреветься. Так ей было себя жалко. Вспоминать ей о том, что это она меня отговорила идти в милицию смысла не было. Перебравшись на кухню я налила нам чаю и уставилась на подругу. Она отводила свои красные глаза и ерзала на стуле.
   - Есть идеи? - спросила я. Было заметно что есть. А спросила я ради приличия.
   - Давай к твоему жмурику в гости сходим.
   - Хочу сразу уточнить - он больше твой чем мой. - Строго выговорила я. - Почему? Объяснять не буду. Ты баба с головой - сама должна догадаться. А на дачу мне переться не хочется. Лежит себе человек - и пусть лежит. Что на него смотреть лишний раз? Только нервы себе щекотать.
   - Зачем на дачу-то? С дачи он уже никуда не денется. - Блеск в Глашиных глазах заставил меня напрячься - Давай к нему в квартиру заглянем. Может чего интересного нароем.
   - И чего тебе неймется?
   - А вдруг он предсмертную записку оставил? Мол, умру у Глаши на даче. Или что-то в этом роде. Ой, чует мое сердце - надо сходить.
   - Не чуди - попробовала я ее урезонить, но сама призадумалась.
   - Ментов-то здесь еще не было. - Загадочно улыбаясь начала Глаша
   - Думаешь?
   - Ага! - Подруга заметно оживилась и щебетала, как заведенная - Точно не было! Если они сюда придут - то к нам обязательно заскочат на огонек. Соседи как-никак. Допросы-распросы: когда в последний раз видели? Что говорил? И так далее.
   - Значит парня пока не ищут. - Согласилась я
   - Но скоро начнут. - Подхватила Глаша - Ведь, кинутся же. Найдется добрая душа, напишет заявление, что сосед пропал
   - Или какая-то из его девиц заподозрит неладное в его длительно отсутствии. - Согласилась я.
   - И тогда до нас не далеко.
   Разумеется, подруга была права.
   - Надо валить в разведку.
   - Надо.
   - Ты, дорогая моя, - предложила я - сходи в магазин за молоком. А за одно и ключик под ковриком посмотри. Не взламывать же нам замок. Это только воры у нас отмычками пользуются, а люди знающие - ключи под ковриками ищут!
   - Башковитая ты, только с опозданием. Я ключик еще вчера обнаружила. - Глаша с гордостью закивала головой. - Когда за хлебом ходила. Сашка все-таки был молодцом. Наш, советский человек. Как ни пытаются нынешние власти искоренить остатки былых времен - люди не меняются. - К подруге вернулось настроение и она заливалась соловьем - Что пятьдесят лет назад, что сегодня. Хочешь войти в квартиру - ключ под ковриком. Заходи - не хочу. Выноси все что хочешь.
   - И нам это только на руку.
  
   Ближе к средине ночи мы натянули на руки резиновые перчатки, вооружились фонариком, и двинули в квартиру соседа. Правоохранительные органы нас за это по головке бы не погладили. Но, смущало другое. Мы с завидным упрямством совершали глупость за глупостью, тем самым увеличивая наши шансы угодить за решетку. Причем, на долго. Но за решетку не хотелось. Шанс выкарабкаться из создавшейся ситуации был не велик, но все же был. Авось, и вправду Сашка записку написал? Или дневник вел, в котором изливал душу невидимому другу, делился любовными неудачами, победами, планами на будущее и самыми сокровенными мыслями. И в нем о нас не забывал упомянуть. Ведь по-разному бывает. Вдруг и вправду был в меня безнадежно влюблен? Или в Глашу? Или написал в дневнике, что на дачу поедет. В этом случае, Глашку посадят и меня в придачу заметут - за соучастие и сокрытие преступления. Или как там у них это называется. Нужно убедиться, что на наше участие, в жизни Сашки или после его смерти, ничего не указывает.
   На лестничной площадке было пусто. Этажом выше тускло горела лампочка, придавая нашему пятачку слабенькое освещение. Поскольку время было позднее, оставалось только надеяться, что соседи по этажу крепко спят, а не подглядывают за нами в замочные скважины или дверные глазки. И такое бывает. В каждом доме живет "бабулька - всевидящее око", страдающая бессонницей в самый не подходящий момент для таких как мы. Надеюсь, нам повезет остаться незамеченными.
   Потоптавшись на пороге соседской квартиры, мы для приличия пару раз позвонили в дверь. Нам не открыли. Наверное, это хорошо. Представляю, каково было бы наше состояние, открой нам двери одна из девиц Сашки. Я была на грани нервного срыва и чувствовала себя законченным домовушником. Судя по тому, как долго Глаша возилась с дверным замком чувствовала она себя не лучше.
   - Глаша, ну что там? - зашептала я - еще чуть-чуть и нас прямо от сюда в каталажку заметут. За кражу со взломом. Побыстрее нельзя?
   Подруга громко сопя пыталась открыть замок время от времени всем телом наваливаясь на дверь. В одной из соседских квартир залаял пес. Эхо раздалось по всему дому. Я уже была готова поддаться соблазну - убежать в родную квартиру и тут Сашкина дверь открылась.
   - Чертова псина, перебудила весь дом - со злостью зашипела Глаша - что б она всю жизнь один "Чаппи" жрала.
   Тихонько прикрыв дверь, мы попытались привести дыхание в норму. Спустя несколько секунд мои глаза привыкли к темноте и я начала оглядываться по сторонам. Квартирка была не большой. Со специфическим запахом для квартир, которые уже лет десять как требуют ремонта. С правой стороны находилась дверь в кухню, а коротенький коридор вел в спальню и зал. Включив фонарик мы двинулись на поиски неизвестно чего. Стандартная планировка, не хитрая мебель и относительный порядок. В спальне стоял спальный гарнитур с огромнейшей кроватью, занимающей почти все пространство, одна тумба и малюсенький шкаф.
   - Вот это аэродром! - восхищенно запела Глаша, глядя на кровать - Сразу видно - мужик был что надо!
   - Давай без замечаний. - Зашипела я - Мы здесь по делу.
   - Зря ты, Снежанночка, на его ухаживания не откликнулась - не унималась подруга - глядишь, тебе бы и повезло...
   - Ага. Лежали бы мы с ним сейчас вдвоем у тебя на даче, возле сарая. Счастливые и навеки вместе.
   Спорить она не стала. Чем страшно меня удивила. Обычно двуспальные кровати вызывают у нее неоднозначную реакцию и подругу начинает "заносить на поворотах". Мы начали шарить по квартире то и дело натыкаясь на презервативы и книги типа "Камасутра". Сашка был парнем любвеобильным. Это сомнений не вызывало. В коридоре возле телефона я обнаружила обтрепанную записную книжку с адресами и телефонами. Вещь для нас может быть интересная. Ее решено было взять с собой и дома детально изучить. На кухне мы не обнаружили ничего, что могло бы нас заинтересовать. Зато в большой комнате, наверняка служившей покойному хозяину гостиной, мы наткнулись на Сашкин паспорт. Большая удача.
   - Заберем с собой? - поинтересовалась Глаша
   - Его изымать нельзя. Здесь посмотрим.
   - А мы что-то конкретное ищем или так - просвещаемся?
   - Заткнулась бы ты, Глашенька и не мешала мне ...
   - До чего же у тебя характер скверный. Я помочь хочу, а нечем. Чего мне без дела здесь шататься?
   Я навела на паспорт луч фонарика и начала внимательно его изучать. Григоренко Александр Иванович. 1977 года рождения... Так, это не интересно. Прописан по такому-то адресу... Пролистав несколько страничек вперед я нашла то, чего не ожидала увидеть.
   - Глаша, он женат. Сашка наш. - Сообщила я
   - Нам то что? Ты бы за него замуж все равно не пошла.
   - А то, что они вместе не живут. Разные дамы к нему ходили. Причем без стеснения. В смысле, не прятались. И если она - жена. Врядли среди них была. Ты запоминай. Зарегистрировано брак с Антипановой Еленой Дмитриевной 1978 года рождения.
   - Не... так не пойдет. - Возмутилась подруга. - Ты меня знаешь. Я больше двух новых слов в час запомнить не могу.
   - Уж, постарайся.
   - Лучше домой за ручкой сбегаю. Все перепишем. Так надежнее будет.
   Я не успела и слова сказать, как Глаша умчалась, правда на цыпочках, видимо стараясь производить как можно меньше шума. Положив паспорт в карман брюк, я продолжила поиски. В квартире без Глаши стояла такая тишина, что у меня заложило в ушах. Я прислушалась. Тихо, как в могиле. В свете последних событий это было не самое лучшее сравнение. Неплохо было бы найти хоть какие-нибудь фотографии, подумала я. Желательно из недавнего прошлого. И я ее нашла. Фотография в стеклянной рамочке, аккуратно выложенная в центр на средней полке. Осветив ее я увидела троих парней стоявших в обнимку в каком-то заведении ресторанного типа. В центре - Сашка с ослепительной белоснежной улыбкой. Ребята по бокам посерьезнее, но с хитрецой в глазах. Я пригляделась. Что-то знакомое угадывалось в лице одного из них. Того, что справа. Эта улыбка. И глаза знакомые. Или нет? Наверное показалось. Я настолько увлеклась изучением фотографии, что не заметила присутствия в комнате еще одного человека. Это было очевидно, поскольку некто-то сзади ударил меня по голове тяжелым предметом. В ушах зазвенело. Фотография поплыла перед глазами. И, кажется, даже Сашка на ней перестал улыбаться. "Против лома нет приема" - подумала я и отключилась.
  

 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
О.Болдырева "Крадуш. Чужие души" М.Николаев "Вторжение на Землю"

Как попасть в этoт список

Кожевенное мастерство | Сайт "Художники" | Доска об'явлений "Книги"