Конев Станислав Эдуардович : другие произведения.

И жизнь, и служба, и любовь

Самиздат: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Школа кожевенного мастерства: сумки, ремни своими руками
 Ваша оценка:


К О Н Е В С.Э.

  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  

И ЖИЗНЬ,

И СЛУЖБА,

И ЛЮБОВЬ

  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  

КИРОВ - 2011 г.

  
  

И ЖИЗНЬ, И СЛУЖБА

  
   Часто мне задают вопрос, почему я пошел работать в милицию. Иногда и я спрашиваю себя: почему? На это не просто ответить. Одно знаю - пока есть преступления, ни один человек не должен оставаться равнодушным к этим явлениям.
   Немного о себе. Родился я в 1948 году в г. Котельниче Кировской области. Здесь вырос, окончил среднюю школу.
   Занимался и в музыкальной школе. С детства увлекался стихами, пытался писать сам. Но мечтал о профессии юриста.
   Это привело меня в Горьковскую школу милиции. Параллельно с учебой посещал факультет юнкоров при молодежной газете "Ленинская смена". Был нештатным корреспондентом. По окончании школы милиции редакция газеты предложила мне направление в вуз на факультет журналистики. Однако выбор был уже сделан - я стал лейтенантом милиции и не мог изменить выбранной профессии.
   По распределению двадцатилетним лейтенантом прибыл в поселок Рудничный на должность инспектора уголовного розыска.
   Много дала мне эта работа.
   Среднего юридического образования недоставало, и я усиленно готовился к поступлению в Высшую школу МВД.
   Через год поступил на заочное отделение и получил перевод в Киров преподавателем школы милиции управления внутренних дел.
   Работа стала иной - не было срочных вызовов, происшествий. Были лекции и семинары.
   Через год перешел в отдел кадров УВД.
   Здесь я глубже познал людей, работающих в органах внутренних дел.
   Но душа тосковала по прежней работе - по уголовному розыску. Через год добился своего и был переведен на должность инспектора управления уголовного розыска УВД Кировского облисполкома.
   Десять лет пролетели незаметно. Постоянные командировки по организации раскрытия преступлений в районах области (а их доходило до 250 суток в году) - выматывали. Особенно мое отсутствие тяжело переносила семья.
   По этому, с должности начальника отделения по борьбе с имущественными преступлениями управления уголовного розыска УВД, я перешел на должность заместителя начальника по оперативной работе, самого крупного подразделения области, Ленинского РОВД.
   Командировок не было, но нагрузка оказалась колоссальной. Преступление за преступлением. Дел, не в проворот. Личный состав работал с полной отдачей сил. Можно было сутками не уходить из отдела.
   Отработав два года, по рекомендации врачей, вынужден был перейти на службу в управление вневедомственной охраны при УВД. Работа оказалась немного спокойнее, но не менее интересной. Там я проработал на разных руководящих должностях до выхода на пенсию в звании подполковника милиции.
   И так, 25 лет милицейской службы пролетели незаметно. Работать было трудно, но какой был энтузиазм у сотрудников! И неважно как называлась структура - милиция или полиция. Где сейчас эти фанатики нелегкого милицейского дела? Многих, вероятно, уже нет в живых.
   В молодости я писал стихи и рассказы. Сотрудничал с рядом газет и выступал на телевидении. Участвовал в создании книги "Вахта мужества".
   Накопленный материал и стал поводом для выхода этой брошюры.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  

КАПКАН

  
  
  
   Занимается дождливое утро. Берега Камы, окруженные лесом, смотрят хмуро, неприветливо. Наш катер быстро двигается вперед, оставляя сзади серый бурун воды. Разговор утих сам по себе. Люди молча сидят, каждый думает о своем. Я всматриваюсь в лица участников нашей группы, в лица оперативников, идущих на опасное задание.
   Начальник Верхнекамского РОВД Корнев осматривает свою винтовку, потом аккуратно кладет ее рядом с собой. На лице удовлетворение: не подведет, оружие испытанное. Начальник Рудничного отделения милиции Кирилловых нетерпеливо посматривает на часы. Волнуется, что двигаемся не с той скоростью, с какой нужно.
   Старший инспектор уголовного розыска Бабиков просто глядит по сторонам, поеживаясь от свежего речного воздуха.
   На всех одежда охотников. Но не охота привела нас на Каму. Впереди поселок Чус, расположенный в живописном местечке на берегу реки,
   а дальше километры леса, где бродит человек, нагоняющий страх на рабочих лесоучастка, человек, совершивший тяжкое преступление. Вот с ним-то и связана наша поездка.
   ...Воскресным утром дежурный Рудничного ПОМ получил сообщение: "В поселке Медвежьем рабочий Носков беспричинно произвел три выстрела из ружья в супругов Крыловых. Потерпевшие в тяжелом состоянии. Вооруженный преступник скрылся".
   Оперативная группа собралась быстро. Каждый понимал - дело серьезное. Продуманно и тщательно подбирали снаряжение: в лесу могло случиться всякое, нужно быть готовым ко всему. Последний инструктаж, и мы в дороге.
   На Чусу, прихватив участкового инспектора Щербакова, а в проводники мастера лесоучастка, двинулись в путь. До поселка Медвежьего . добрались только к полудню. Весь поселок состоял из двух домов, окруженных могучими деревьями. Медвежий - названия точнее не подберешь. Вот так в тайге и живут рабочие, добывающие живицу.
   В первом доме, где совершилось преступление, произвели осмотр места происшествия, а во втором опросили супругов Кузнецовых, очевидцев преступления. От них и узнали подробности.
   Дом Носкова, одиноко стоящий в лесу, находится отсюда за несколько километров.
   Позавчера Носков с двуствольным ружьем пришел в Медвежий и из-за чего-то поссорился с Крыловым. Разозленный Носков схватил свое ружье и начал его заряжать. Находившиеся при этом соседи хотели отнять у него двустволку, но он, выкрикивая угрозы, вскинул ружье на них. Те поспешно скрылись в своем доме.
   Разбуянившийся бандит стал ломиться в дверь к Крыловым, но те не открывали. Тогда он наугад выстрелил через тонкую дощатую дверь. В комнате, кроме супругов Крыловых, находились еще двое малолетних детей. Пуля попала в руку жены. Все-таки распахнув дверь, преступник сделал еще два выстрела в упор в Крылова и выскочил на улицу. Перепуганные дети с раненой матерью побежали в соседний поселок за помощью. Окровавленный Крылов остался лежать на полу.
   Когда соседи попросили Носкова разрешить оказать помощь потерпевшему и вызвать фельдшера, тот, играя ружьем, сказал: "Ему и так хорошо. Пускай молит бога, что я его не добил!"
   Испуганные Кузнецовы просидели несколько часов дома. Все это время Крылов лежал один, обливаясь кровью.
   Дополнительно выяснилось, что факт преступления могут подтвердить Кореневы, которые проживают в нескольких километрах отсюда и находятся в дружеских отношениях с преступником.
   Мы снова двинулись в путь. Теперь уже через лес и болото. Когда группа уходила, Кузнецовы умоляли скорее изловить преступника, так как боялись ночевать у себя дома, ожидая его прихода. Ведь терять сейчас ему нечего!
   Через час мы были у домика Коренева. Хозяин встретил нас приветливо и рассказал, что вчера утром к ним в дом зашла жена Носкова. Узнав, что никого посторонних нет, она вышла за дверь и махнула рукой. Из-за деревьев показался Носков, который, крадучись приблизился к домику. Из разговора с ним Коренев понял, что он решил пробираться в сторону Курьи, оттуда, если представиться возможность, вылететь самолетом в любом направлении. Но, возможно, он еще заглянет домой за продуктами и вещами.
   И опять опергруппа двигается в путь. В ушах стоят прощальные слова хозяина: "Задержите его обязательно. Я несколько раз безоружный встречался с медведем, но не испытывал такого страха, как после того, что наделал этот зверь".
   Люди идут молча. Каждый готовится к самому непредвиденному. Разговор о красоте этих мест и чистоте воздуха умолк. Пошел мелкий нудный дождь. Впереди болота - трудные километры до берлоги зверя. Если дома, какой он окажет прием? - Двустволка в руках преступника и мешок патронов - грозное оружие. Впрочем, возможно, он уже в Курье.
   Проводник предупреждает: "Подходим". Между деревьями показывается дощатый домик. Капитан милиции Корнев подал сигнал: "Окружить!"
   Приблизились к дому - на дверях замок. Но все же это не доказательство, что дом пуст. Вошли в помещение - никого. Бегло осмотрели комнату. Под матрацем обнаружили ружье, рядом с кроватью патроны. Даже в постели преступник готовился к защите. Сейчас он без ружья. Только где же он находиться? Опять собираемся в путь.
   Кирилловых предлагает разбиться на группы. Одну направить в сторону Курьи, другую - к Чусу. Обстановка подсказывает, что загнанный зверь может находиться только в этих населенных пунктах. Предложение дельное, никто не возражает. Поделив продукты, расходимся в разные стороны.
   К ночи одна группа достигла Чуса. Первый житель, попавшийся на встречу, радостно сообщил, что Носков задержан. Его поймал участковый инспектор Нечаев, прибывший с группой вооруженных охотников с соседнего участка, по нашей ориентировке.
   Капкан захлопнулся, зверь пойман. Теперь люди в любое время могут появляться в тайге, не боясь получить в спину шальную пулю. Мы благодарим всех, кто оказывал помощь в розыске преступника, и садимся в катер.
   Стоит темная безлунная ночь. Берега Камы чернеют контурами леса. Наш катер устремляется вперед, взрывая мутную воду. Пойманный Носков сидит и протрезвевшими глазами печально смотрит по сторонам, как бы навсегда прощаясь с лесоучастком и свободой.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  

ИСЧЕЗНОВЕНИЕ

   Случай этот произошел в Лузском районе нашей области. Весной, когда еще лежал снег, жительница одного из поселков, Мершанова ушла в магазин и не возвратилась. Прошло несколько дней. Обеспокоенные родственники обратились за помощью в районный отдел внутренних дел. Работники милиции организовали поиск, но установить местонахождение женщины не смогли. Через месяц труп Мершановой был обнаружен в небольшой речке. Судебно-медицинская экспертиза установила, что смерть наступила от повреждения затылочной части головы.
   Эти обстоятельства породили две версии. Первая - Мершанова поскользнулась и, ударившись головой, упала в речку. Вторая - Мершанова стала жертвой преступников. Верный вывод можно было сделать только после изучения материалов дела и опросов жителей поселка. Тогда станет ясно, что здесь: убийство или несчастный случай? Это и было поручено выяснить нашей группе. Нам оказывали активную помощь сотрудники районного отдела внутренних дел и прокуратуры. В таких делах работникам милиции ошибаться и останавливаться на полпути нельзя.
   Изучение нами материалов дела ключа к раскрытию преступления не дало. Людей опрошено много, однако работники, которым было поручено поначалу это дело, путь Мершановой детально не проверили. Потом по документам не всегда можно сделать правильный вывод. Решили еще раз поговорить с людьми, изучить маршрут предполагаемого движения Мершановой, пройти по нему и осмотреть все своими глазами.
   На месте оказалось, что речка, в которой обнаружен труп, протекает по окраине поселка. Путь от дома Мершановой до магазина лежал в стороне от нее. Выходило, что по дороге в магазин потерпевшая не могла поскользнуться и упасть в речку. Обстоятельства все больше заставляли нас приходить к выводу, что здесь преступление, а не несчастный случай.
   Дополнительные опросы жителей поселка позволили яснее восстановить маршрут Мершановой. Нашлись очевидцы, которые видели ее, идущей к магазину. Продавец подтвердил покупку продуктов. Один из свидетелей показал, что видел ее разговаривающей у магазина с местным жителем Низамовым. На этом цепочка прерывалась. Куда Мершанова пошла от магазина, с кем и с какой целью? На эти вопросы пока ответить никто не мог.
   Беседа с Низамовым внесла в ход расследования неожиданные противоречия, так как он заявил, что Мершанову в этот день не видел, и, следовательно, разговаривать с ней у магазина не мог. Держался этот немолодой человек просто и естественно. Не верить ему было трудно.
   С другой стороны, рассуждали мы, какой смысл незаинтересованному свидетелю утверждать, что видел Низамова, разговаривающим с Мершановой у магазина? Однако подозревать Низамова на этом основании было нельзя. Возможно, он не хочет давать правдивые показания, боясь навлечь на себя необоснованные подозрения. Люди разные, все может быть. Однако следовало разобраться с ним до конца.
   Более близкое знакомство с Низамовым наши сомнения не сняло. Дом, где проживал один он, находился на окраине поселка. Причем речка протекала рядом с его приусадебным участком. От дома Низамова до магазина также недалеко. А вдруг трагедия разыгралась у него дома или во дворе?
   Тогда мы попытались представить и воспроизвести, как Низамов и Мершанова могли встретиться и пойти к нему домой. Этим предполагаемым путем мы зашли во двор подозреваемого, пересекли огород и через пролом в заборе вышли к речке, где ниже по течению был обнаружен труп. Весенняя вода спала, речка стала мельче и уже. И вот тут-то, осматривая берег, мы обратили внимание на кусок алюминиевого троса, который торчал из обмелевшей речки.
   И здесь словно осенило: бухта такого троса находится во дворе у дома Низамова. Рассматривая находку, пришли к выводу, что трос имеет такие изгибы, словно на нем тащили какой-то груз. При необходимости экспертиза сможет установить однородность куска троса и бухты. А это уже серьезное доказательство.
   К новому допросу Низамова пришлось готовиться особенно тщательно. Отработали точность вопросов, изучили вещественные доказательства, заключения судебно-медицинской и криминалистической экспертизы.
   Долго продолжалась наша беседа. Трудно, ох, как трудно было признать Низамову свою вину, связанную с убийством человека. Однако иного выхода для смягчения ответственности у него не было. Он это прекрасно понимал.
   После часовых раздумий Низамов в собственноручных показаниях подробно описал, как надоело ему одиночество. Как случайно у магазина он встретил Мершанову и обманным путем заманил ее к себе в дом. Она отвергала его домогательства , пыталась уйти. Он в раздражении несколько раз ударил ее по голове. В себя пришел, когда понял, что женщина мертва. Был день, тело пришлось спрятать под кровать. Ночью, когда поселок спал, Низамов отломил от бухты кусок троса, пропустил его жертве под руки и волоком потащил к речке. Труп столкнул в воду, туда же забросил кусок троса. Надеялся, что изобличить его в преступлении будет невозможно. Слезно просил смягчить ответственность.
   Уезжали мы от станции Луза в Киров с чувством выполненного долга: в далеком поселке развеялась молва, что противозаконные действия останутся нераскрытыми, и преступник уйдет от наказания.
  
  
  

ГЛАДИАТОР

   Темной октябрьской ночью на квартиру старика, проживающего в г. Кирсе, было совершено разбойное нападение. Двое преступников, выставив раму в окне, ворвались в дом, избили потерпевшего, связали его, подожгли постель и, прихватив большую сумму денег, скрылись.
   Прибыв с инспектором Мальшаковым в Кирс, мы провели совещание с личным составом отдела внутренних дел. В ходе его выяснили ряд обстоятельств, имеющих отношение к делу. Дополнительно осмотрели место происшествия и опросили потерпевшего. Как выяснилось, в час ночи он услышал, что кто-то вынимает раму в его окне. Пока старый человек приходил в себя после сна, в темном проеме окна появилась голова мужчины. Старик закричал, и голова исчезла. Хозяин, живший в доме один, отыскал старое ружье и зарядил его. Окно завесил одеялом. Сон на ум не шел. Выйти на улицу было страшно.
   Через полчаса чья-то рука сдернула с окна одеяло. Хозяин квартиры закричал, что будет стрелять. Несмотря на его угрозы, на подоконнике появился мужчина. Хозяин выстрелил. Нападавший, упал с подоконника на пол, и сразу вскочил на ноги. Старик нажал спусковой крючок второго ствола, но патрон дал осечку. Да и первый патрон был, наверно, без дроби!
   Преступник набросился на старика и вырвал ружье. Залаяла глухая собака, жившая в комнате. "Перестань, Альма!" - сказал преступник. Затем крикнул в окно: "Давай, Вася!"
   Старик отчаянно сопротивлялся. Даже вдвоем нападающие долго не могли справиться с ним. Они жестоко избили хозяина квартиры.
   Силы оставляли старого человека. Уронив потерпевшего на кровать, нападающие проволокой обмотали все его тело. Сопротивляться дальше было невозможно.
   Переворошив вещи в сундуке и шифоньере, грабители взяли крупную сумму денег. Потерпевший стонал. Один из нападавших взял несколько тряпок и поджег их. Сказав: "Так будет лучше!", он бросил их на кровать.
   Бесшумно оба исчезли за окном.
   Комната наполнялась дымом. "Выжить, во что бы то ни стало выжить!" - думал старик, корчась на кровати. Катаясь, он пытался своим телом погасить пламя. Одежда начала тлеть. Собрав последние усилия, он распутал проволоку и погасил огонь. Двигаться больше не было сил.
   Прошла ночь, и только утром работники милиции узнали о случившимся.
   Итак, нападавших было двое, но примет нет никаких. О хозяине они, видимо, знали немало. Если преступники не местные, то действовали по чьей-то наводке.
   Кто же они?
   Прошло три дня. Проверены десятки людей, а преступники на свободе, и не исключено, что готовятся к новому преступлению. Наряду с другими мероприятиями, были проведены совещания со сторожами. На вопрос: "Кого вы видели той ночью на улицах города?" - они пожимали плечами, заверяя, что службу несли бдительно.
   Одна только женщина вспомнила, что в 6 часов утра видела ранее судимого Морева, заходившего в один из домов, хотя сам он живет в другом месте.
   Анализируем: место происшествия не близко, а преступление совершено где-то до трех часов ночи. Сигнал не очень интересный, но проверить его необходимо, в нашей работе нет мелочей.
   Дома супругов Моревых не оказалось. Соседи сказали, что их не видно трое суток. Проверили дом, куда тем утром заходил Морев. Жильцы сообщили: он рассказал им, что в Горьковской области в тяжелом состоянии его мать. Рукою он держался за правое плечо, сказал, что поломал ключицу. Через полчаса сюда же пришла его жена, и они ушли в сторону аэропорта.
   По нашему запросу выяснилось, что он был у брата в Кирове, а не Горьковской области. В плече обнаружен заряд дроби, по поводу чего он не дал никаких объяснений. Помещен на операцию в травматологическую больницу. Жена якобы выехала в Кирс.
   И снова разговор с потерпевшим: Чем было заряжено ружье, и попал ли он в нападающего? Старик ответил, что стрелял в сторону окна, но в преступника вряд ли попал, так как тот после выстрела набросился на него и начал избивать.
   Организуются дополнительные мероприятия по розыску жены Морева.
   Идут дни, а Моревой все нет. Неужели он убрал ее, чтобы скрыть следы преступления? Начинается отработка и этой версии.
   Поступает сигнал - Мореву видели на вокзале. От сердца отлегло: значит, она жива и вернулась домой. Вскоре мы беседовали с ней в кабинете. Ответы ее удивили нас: "Морев может находиться или в Кирове, или в Горьком. Раны на плече никакой не видела. В ту ночь он никуда не уходил. Вечером он выпивал дома с каким-то Славкой. Славка ушел, а муж лег спать". Пытаемся через нее установить Славку. Показываем фотографии. На одной фотографии она узнала Савина Вячеслава.
   Проверкой по месту работы Савина было установлено, что он две недели назад уволился. Но там продолжает работать его жена. Через час мы беседовали с ней. Она рассказала: "Муж уволился две недели назад и находится дома. В ту ночь, когда я пришла со второй смены, муж спал. Ночью никуда не ходил".
   Савина мы застали в постели с книгой в руках. Наш визит его не удивил, и он спокойно последовал за нами в отдел внутренних дел. В кабинете рассказал: "Знаком с Моревым давно. В тот вечер выпивал у него. Часов в 10 уехал к себе и лег спать. С кем был Морев, не знаю".
   День насыщен информацией. Жены обоим подозреваемым создали алиби. Преступление совершено до трех часов ночи, мужья в это время, по словам жен, были с ними.
   Но откуда ранение у Морева? Нет, Морев, несомненно, преступник! Кто же второй? Получается странно: спиртное распивает с Савиным, а на преступление в этот же вечер идет с другим. Тут что-то не так.
   Решаем вопрос о задержании Савина, как подозреваемого в преступлении. Проходит ночь.
   Утром ко мне пришла заплаканная жена Савина, извинилась за ложные показания и рассказала правду: "Когда муж из милиции не вернулся домой, я поняла, что вам все известно и перестала его бояться. В эту ночь он действительно уходил из дому. Вернулся под утро и дал мне пачку денег, попросил спрятать. Вот эти деньги. Позднее он мне рассказал о преступлении, которое совершил вместе с Моревым".
   Под тяжестью собранных улик Савин сознался в преступлении и дал правдивые показания. Экспертиза установила идентичность дроби в плече Морева с дробью, изъятой из квартиры потерпевшего. Морев также был вынужден признать свою вину. Оба преступника понесли заслуженное наказание.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  

МОЛЬБЕРТ

  
  
  
   "В г. Кирове на квартиру гражданки Юферевой совершено разбойное нападение, в результате которого она получила телесные повреждения, а из квартиры похищены картины Брюллова, Андриолли, Мурильо, дорогие коллекции марок, монет, медалей и другие ценности" (из сводки УВД за прошедшие сутки).
   По указанию руководства, выехав на место происшествия с оперативной группой, я ознакомился с обстановкой. Выяснилось следующее.
   В 10 часов утра в квартире раздался звонок. Пожилая женщина, открыв дверь, получила удар по голове. В квартиру ворвались два молодых человека, держа в руках пистолет и раскрытую опасную бритву.
   Один преступник остался около упавшей женщины, а другой начал снимать картины, ломать подрамники и складывать полотна в чемодан. Туда же перекочевала коллекция марок, медалей, монет и другие ценности. Квартира, напоминавшая музей, превращалась в развалины. Связав хозяйку, нападавшие скрылись.
   Только через три часа потерпевшая пришла в себя, развязала руки и позвала соседей на помощь. Голова болела от побоев. Приметы преступников - не запомнила.
   Впервые такое сложное дело. С чего же начать? Силами районного отдела внутренних дел проводим неотложные оперативно-следственные действия. Проходят два дня, результатов нет. Разрабатываю план под названием "Мольберт". В работу включаются все силы кировской милиции.
   Проверялись коллекционеры и судимые за аналогичные преступления, устанавливались свидетели и очевидцы, информировалась общественность, проверялись места возможного хранения похищенных ценностей, в том числе вокзалы.
   По поступившему сигналу срочно выезжаю на станцию Киров-Котласская.
   В одной из ячеек камеры хранения мы увидели футляр для чертежей с туго скрученными картинами и портфель с коллекцией марок. По приметам вещи походили на похищенные предметы. Ячейку закрыли.
   Ждем владельца футляра. Прошло два дня...
   Мне приходилось постоянно бывать на вокзале - инструктировать сменявшихся работников.
   Сижу на скамейке неподалеку. Всматриваюсь в лица окружающих.
   Как отличить нашего "гостя" в толпе?
   А если преступник будет в группе? Задержание может осложниться.
   Объявили о прибытии поезда. Зал ожидания, где находятся камеры хранения, опустел.
   Инспектора Шамарин и Коргапольцев, читая газеты, контролируют один вход в помещение, я нахожусь у другого.
   Решительным шагом в зал ожидания вошел стройный парень и остановился у камеры хранения. Скосив глаза, я увидел, что он набирает шифр у ячейки N13. Сердце учащенно забилось. Повернувшись к нему спиной, начал слушать щелчки шифра набирателя. Скрипнула дверца.
   Шорохи...
   Дверца захлопнулась.
   Еще пять секунд.
   Пора! Резко оборачиваюсь. Молодой человек с чертежным футляром и портфелем спокойно идет к выходу.
   Навстречу ему шагнули Шамарин и Коргапольцев. Вздрогнув, парень оглянулся на вторую дверь. Наши глаза встретились...
   Задержанным оказался Сергей Краснокуцкий, ранее судимый, нигде не работающий. На первые наши вопросы он ответил, что взять вещи из ячейки его попросил незнакомый мужчина и дал за это денег. Но эта наскоро придуманная легенда не могла направить нас по ложному следу.
   В результате правильно построенного допроса Краснокуцкий дал показания. По его рассказу, события выглядели так. Нападение на квартиру совершил он. Соучастника знает плохо. Познакомились в пивной... Позвал на преступление. Где он живет, и как его зовут, не знает. Никакого пистолета при нападении не было. О том, что у женщины остались от мужа ценные картины, узнал от знакомых.
   Долгие часы приходилось беседовать с Краснокуцким, призывая к совести и гражданскому долгу. Разъяснять смягчающие и отягчающие обстоятельства. И он "вспомнил" сообщника. Сказал, что его зовут Виктор, а фамилия Карпиков.
   И снова поиск.
   Клубок постепенно разматывается. Данные, полученные из Малмыжского отдела внутренних дел, помогли установить второго преступника.
   И вот мы беседуем с ним.
   Карпиков, узнав, что соучастник задержан, а похищенное изъято, не стал долго запираться. Рассказал, что Краснокуцкий подсмотрел квартиру и позвал его на преступление, обещал большие деньги после продажи ценностей. Старушку бил Сергей и угрожал ей бритвой и пистолетом. Картины снимал тоже он. Сам Карпиков опекал хозяйку, чтобы она никого не позвала на помощь.
   Значит, у преступников все-таки был пистолет. В ходе проведенных мероприятий был установлен владелец пистолета - Вылегжанин. На допросе он пояснил, что пистолет украл и хранил его на всякий случай. Сергей попросил пистолет с патронами, обещал расплатиться деньгами. Через день он его вернул.
   Следствие закончено. Все трое предстали перед судом.
   Потерпевшая смотрит на преступников, словно видит их в первый раз. Сокрушается: если бы встретила их на улице, ни за что бы, не опознала. Как же их нашла милиция? - удивляется она.

ОБОРОТЕНЬ

  
  
  
   В начале года в г. Кирове участились случаи квартирных краж. Преступник, подобрав ключ к замку или взломав запор, проникал в квартиру, похищал меховые и ювелирные изделия, ковры, одежду, деньги. Следов на месте происшествия он, как правило, не оставлял. По почерку можно было сделать вывод, что орудует "специалист" высокой квалификации.
   Горячая пора была у работников уголовного розыска: осматривались места происшествий, опрашивались сотни людей, на причастность к кражам проверялись ранее судимые. Но истинный преступник в поле зрения милиции не попадал. Кражи продолжались. Складывалось впечатление, что здесь орудует "гастролер".
   Периодически появляется в городе. Женщинам делает дорогие подарки. Постоянно пользуется такси, бывает в ресторанах. Располагает крупными суммами денег. Через день меняет одежду. Красит волосы. Имеет документы на различные фамилии. Знакомится со многими, но никому не говорит, кто он и откуда. В настоящее время его в городе нет. В общем - "оборотень"! Такое условное наименование и дадим операции.
   Операция началась. Из тысяч людей устанавливались лица, которые встречались с преступником. На вопросы отвечали почти все одинаково: "Да, знакомились. Были в ресторане... Эту вещь он подарил... Эту - продал... Фамилию не знаю... Говорил, зовут Игорем... Где живет, не знаю. Денег имел много... Обещал жениться..."
   У одной такой "будущей жены" оказалась фотография Игоря трехлетней давности. На ней он был запечатлен в кругу своих "родственников", в женском парике, сильно изменявшем его внешность. Так появилась первая ниточка. Фотографию размножили, изготовили ориентировки.
   Вскоре было установлено, что три года назад похожий человек ночевал в гостинице пос. Афанасьево. Звали его Петром. Утром Петр поругался с администратором, за что его доставили в милицию. Больше он его не встречал и ничего о нем не знает.
   "По-моему, это наш Игорь!" - сказал старший инспектор Ястребков, показывая ориентировку, пришедшую из Москвы.
   В ней говорилось, что неизвестный мужчина, назвавшись Афанасием, вошел в доверие к женщине, из квартиры которой совершил кражу вещей на крупную сумму и скрылся. Приметы Афанасия совпадали с приметами Игоря.
   Итак, Игорь - Петр - Афанасий! Действительно - "оборотень".
   Где же он находиться сейчас?
   На запрос из Афанасьевского отдела внутренних дел получили ответ: "В январе за мелкое хулиганство в гостинице был подвергнут административному аресту Филиппов Петр Николаевич, который приезжал в Афанасьевский район в поисках работы. Местонахождение его в настоящее время неизвестно".
   Полетели во все концы страны запросы о Филиппове. Члены опергруппы разъезжались по командировкам. Вернувшись из Ставропольского края, где ранее проживал Филиппов, старший инспектор Ястребков доложил, что по фотографии наш Игорь опознан родственниками Филиппова. В архиве суда Ставропольского края найдены два уголовных дела, по которым Филиппов ранее привлекался к ответственности за совершение краж из квартир. Где в настоящее время находится, никому не известно.
   И снова поиск, телеграммы, запросы... Через неделю - долгожданная информация: "Разыскиваемый Филиппов в Москве". Вместе со старшим инспектором Морозовым вылетаем в Москву. На следующий день, после проведенных вместе с работниками МУРа мероприятий, мы беседовали с Филипповым в одном из кабинетов прославленной Петровки,38.
   Беседа была недолгой и несколько необычной. Мы ни о чем его не спрашивали, а рассказывали сами о его делах в городе Кирове. У задержанного все больше и больше округлялись глаза. Наконец он выдавил: "Я не предполагал, что так работает Кировская милиция. Некоторые адреса и имена уже плохо помню. Где и что дарил и продавал, вспоминаю с трудом. А вы все знаете так, как будто сами были на моем месте. Спрашивайте, я все расскажу. В моем положении смешно запираться!"
   Обратный путь. Самолет несет нас в Киров. Филиппов в иллюминатор смотрит на плотные, освещенные солнцем облака под собой, думая, наверное, о том, будут ли у него в жизни безоблачные дни... Операция "Оборотень" завершена успешно.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  

ГИДРА

  
  
  
  
   В конце года в дошкольных учреждениях города стали происходить непонятные случаи. В разное время в ряде яслей и детских садов, когда воспитатели собирали детей на прогулку, а родители - домой, оказывалось, что в шкафчиках отсутствуют детские шубки. Родители возмущались, работники дошкольных учреждений удивленно пожимали плечами. А малыши не понимали происходящего. Они привыкли доверять взрослым.
   Родители укутывали малышей во что-нибудь теплое. Брали такси. И негодуя, отправлялись домой, поставив о случившемся в известность милицию.
   Мне приказали возглавить оперативную группу по раскрытию этих преступлений. Я изучал уголовные дела о кражах (а их набралось более десяти), и где-то в подсознании стала вырисовываться фигура немолодой женщины, похищающей одежду у детей. Чем внимательнее читал протоколы допросов, разговаривал с потерпевшими и свидетелями, тем сильнее во мне разгорался огонек оперативника. Работники милиции с ног сбились, а преступница как ни в чем не бывало из недели в неделю продолжает воровать.
   По ночам не спалось. Представлялась гидра с женским лицом и множеством щупалец, захватывающих детские вещи. Операция по установлению и изобличению преступницы получила условное название "Гидра" и была введена в действие.
   Был разработан подробный план операции, включены в нее все работники милиции и общественность. Однако установить продажу детских шубок не удавалось.
   Со слов свидетелей был подготовлен рисованный портрет предполагаемой преступницы, его фоторепродукцией снабдили всех участников операции. Проверялись десятки похожих женщин, и все же след истинной преступницы не находился.
   Кражи продолжались. Преступница была неуловимой.
   Снова и снова приходилось анализировать поступающую информацию. Судя по всему, разыскиваемая женщина не имела ни постоянного места жительства, ни постоянного места работы и жила, если можно так выразиться, на нелегальном положении.
   Опять большая работа по отработке новой версии. Все силы брошены на работу среди населения для выявления лиц, ведущих паразитический образ жизни. В процессе розыска инспектор Кстенин установил, что портрет похож на некую Новокшонову, ранее судимую за кражи. Последний раз ее видели три месяца назад. Было известно, что она длительное время нигде не работает и проживает без прописки у какого-то мужчины.
   Готовится новая ориентировка, теперь уже по розыску конкретного лица. Инспекторский состав трудится, не считаясь со временем. А кражи продолжаются...
   Дружинники и работники милиции начинают дежурить по графику у детских садов и яслей.
   В один из дней пришедшая на дежурство к своему детскому саду дружинница Васильева увидела удаляющуюся от здания женщину со свертком, чем-то напоминающую ту, что изображена на портрете. Васильева срочно позвонила в управление уголовного розыска. Выехавшая оперативная группа по приметам отыскала и задержала эту женщину. Ею оказалась разыскиваемая Новокшонова, которая шла со своей новой и, как оказалось, последней кражи.
   Трудно было Новокшоновой признаваться в таких грязных преступлениях, как обворовывание малышей. Но правильно собранные доказательства с каждым днем отрубали жадные щупальца "Гидры".
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  

ИНТЕРВЬЮ В " МЕДВЕЖЬЕМ ЦИРКЕ"

  
  
  
  
   Утро... Не горят "юпитеры". Места, где обычно сидят шумливые, но доброжелательные зрители, пусты. Артисты цирка репетируют, готовясь к вечернему представлению. Валентин Иванович Филатов выводит на манеж медвежат.
   Звучит команда. Два медвежонка в боксерских перчатках с легким рычанием начинают наносить друг другу удары. Забавны, неповоротливы мохнатые спортсмены, но зато имеют отличные волевые качества, бой ведут настойчиво и уверенно. Вот раунд закончен. Мы подходим к ним, чтобы взять интервью. Оказывается, перед нами известные не только в нашей стране, но и далеко за ее пределами боксеры Машка и Дымка. Валентин Иванович соглашается стать переводчиком. Задаем вопрос обоим спортсменам:
   - Скажите, как вы пришли на ринг и почему именно этот вид спорта выбрали?
   - Боксом мы уже занимаемся несколько лет. Любовь к этому виду спорта привил нам наш тренер Валентин Иванович Филатов, который объяснил, что мышечная система медведей близка к человеческой и что из нас могут получиться незаурядные боксеры. Начали с самого простого: подхода друг к другу. Потом разучили удары. А сейчас вы видели тренировочный бой, где мы работали в полсилы, приберегая задор и энергию к вечернему представлению. Мы выступаем не только в нашей стране, но и за границей. Поездок было так много, что мы не смогли запомнить названия всех стран.
   Мы пожали спортсменам мужественные лапы и, пожелав им новых побед, направились к одинокому медвежонку, заканчивавшему разминку.
   - Как принимают ваше выступление за рубежом? - спросили мы его.
   - Мой номер, как, впрочем, и все номера нашего цирка, за рубежом принимают очень горячо и восторженно. Все знают, что советский цирк лучший в мире. Только вот в Греции произошел нехороший случай, когда мы выступали там. И всему виной был я. На одной из репетиций у меня вдруг возникло желание сходить погулять. Дверь, на счастье, оказалась открытой. Несколько прыжков - и я на улице. Бегу. Прохожие с удивлением оглядываются. Как никак, я все же медведь. Но прогулка оказалась недолгой. Работники нашего цирка на машине догнали меня и в наказание заперли в ужасную железную клетку. Но это еще полбеды. А вот на следующий день после моей прогулки в прессе появилась грязная статья о том, что даже звери... бегут от социалистического строя, и неплохо было бы об этом подумать и их воспитателю Филатову. Вы знаете, я тогда первый раз в жизни покраснел. Но не за себя, а за тех, кто выпустил такую утку...
   Внимание привлек косолапый спортсмен, копошившийся у красивого, блестящего мотоцикла. Это оказалась девочка. На наш вопрос: "А у вас в жизни был какой-нибудь интересный случай"? - она ответила:
   - На одной тренировке перед вечерним выступлением, а это было в небольшом немецком городке, я заметила, что дверь на улицу открыта. Делая круг за кругом, я все косила глаза на эту злополучную дверь. И даже сама не знаю как - повернулся руль, и я очутилась на улице.
   С правилами уличного движения я была плохо знакома, приходилось в основном держаться белой осевой линии. Полицейские с удивлением автоматически переключали светофоры, давая беспрепятственную дорогу. Прохожие что-то кричали и махали вслед. Вот это была езда! Вот это удовольствие! Но вскоре меня догнали работники цирка и, строго наказали, временно отстранили от вождения. А на другой день приехали полицейские из автоинспекции и... вручили мне международные водительские права. Вот это был сюрприз! Ну, а сейчас, пожалуйста, извините, мне нужно тренироваться.
   Взревел мотор, мотоцикл пошел по кругу. Потом мотоциклистов сменили велосипедисты, бесстрашные исполнители номера на вертушке и еще многие и многие медвежата со своими сложными и остроумными номерами.
   В конце репетиции мы снова подошли к Филатову и задали, теперь уже ему самому, традиционный последний вопрос...
   - Валентин Иванович, с чем вы идете в новый год?
   - В апреле я в составе интернационального цирка уезжаю в Японию. В страну восходящего солнца я еду вторично и с большим удовольствием. Японские зрители очень приветливые, а особенно дети. А сейчас для маленьких горьковчан наш цирк готовит новую новогоднюю программу. Спектакль расскажет о героях детских сказок, которые едут в гости к медведям, а злые силы их не пускают. Ну, а в конце, как всегда, конечно, добро торжествует над злом.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  

РЕСТОРАН

( рассказ)

  
  
  
  
   Мы лежали на камнях дикого Сухумского пляжа. Было утро. Нещадно светило солнце. Море было голубым и спокойным, совсем как безоблачное небо над головой. Ветер, который гулял по побережью вчера, куда-то ушел, возможно, спрятался за горы, которые зеленой грядой окружали южный городок, придавая особенную живописность этому местечку.
   В Сухуми мы приехали два дня назад. Познакомиться еще ни с кем не успели, по этому Володя и Юра постоянно крутили головами, разглядывая женщин, приходящих на пляж, в надежде отыскать объект для знакомства. Попытки их были тщетны, так как на пляже появлялись только полные женщины в годах со своими мужьями или детьми, приехавшие провести отпуск на юге из разных уголков нашей страны, и которые их нисколько не интересовали.
   По пляжу бродили лоточники, громко крича, предлагали чебуреки, мороженое, семечки, ракушки и даже какие-то камни. До чего же деловой народ эти горцы, все чего-то продают, перепродают, надеясь выжать из отдыхающих по больше денег.
   - Пошли, поплаваем, Сергей! - окликнул меня Юра. Я, не открывая глаз, отрицательно закрутил головой. Под ласковыми лучами солнца было так приятно, что не хотелось даже шевелиться. Махнув руками, оба моих приятеля направились к воде.
   Я лежал и думал... До чего же удивительная страна Абхазия. Мужчины с головой окунулись в торговлю, а женщины работают по хозяйству. Хозяйство почти у всех большое: громадные двухэтажные дома всегда полные постояльцев, приусадебные участки с овощами и фруктами, во дворах скотина. В таком доме поселились и мы, рассчитывая прожить здесь около двух недель, если не станет скучно раньше.
   Стараясь отогнать назойливые мысли, которые роились в моей голове, я поднялся на локтях и осмотрелся. Головы друзей виднелись далеко в море. Людей на пляже с каждой минутой становилось все больше и больше. Неожиданно мой взгляд остановился на группе, которая подходила к морю. Впереди шел светловолосый мужчина в очках лет 35 - 40, за ним девушка, с которой рядом раскачивалась полная женщина, по-видимому, ее мать.
   Я впился глазами в девушку. В ней было все прекрасно. Фигура на редкость стройная и подтянутая угадывалась под свободным голубым платьем, чуть доходящим до круглых розовых коленей. Черные волосы, темные глаза. Чуть приоткрытый ротик обнажал ровные белые зубы. Группа прошествовала около меня и, выбрав место, расположилась в десяти метрах от нас.
   Я огляделся по сторонам. Много любопытных мужских глаз было устремлено в сторону девушки в голубом. Ну и мужья, никакого внимания женам, лишь появись только хорошенькое существо и из головы у всех вылетает, что он женат и имеет семью. А равнодушные жены, как обычно ничего не замечая, лежат под солнцем, наверное, думая, чего приготовить на обед.
   Девушка тем временем сняла платье, каким-то мягким, присущим только ей движением. Разостлала покрывало и легла. Достала из сумочки толстую книгу и углубилась в чтение. Мать и мужчина в очках тоже разделись и сели рядом, оживленно разговаривая.
   - Вот, чудак, - услышал я над собой - море такое теплое, а он лежит под солнцем! Друзья опустились рядом на камни и застыли в блаженных позах. Солнце приятно грело лучами их мокрые спины, на которых местами начала выступать соль.
   - Я помню чудное мгновение, передо мной, явилась ты. Кто, это написал? - спросил я.
   - Пушкин. - ответил Володя и удивленно посмотрел на меня. Взгляд говорил - ну точно перегрелся на солнце.
   - Я тоже, пожалуй, с этого дня начну писать стихи. Пока вы были в воде, у меня мгновение было не хуже чем у Пушкина!
   - Ну-у-у... - сразу поняли приятели и начали крутить головами в разные стороны.
   - Не туда смотрите. Вон она в голубом купальнике. - указал я глазами на группу.
   - В самом деле красивая девушка. - оценил Юра.
   - Правильно, юноши, у вас вкус неплохой. - сказал Володя. - Вы пока глядите на нее, а я пойду, познакомлюсь. Интересно как это будет выглядеть со стороны? - Он хотел, было подняться, но я удержал его.
   - Ни куда ты не пойдешь. - сказал я, поднимаясь и садясь на большой плоский камень.
   - Ну вот, - возмутился Володя. - она не Кери, да и ты еще не Пушкин. Так что я на нее имею столько же прав сколько и ты.
   - Да не в этом дело. - возразил я. - Видишь она с родителями. И как ты не поймешь, что сейчас знакомиться нельзя. Ну не тактично, что ли. Если и знакомиться, то нужно вначале с родителями, а потом уже с ней.
   - Ну ладно, уговорил. - нехотя согласился Володя. Он снова улегся на камни, повернув лицо в сторону девушки. Знакомиться с родителями девушек он страшно не любил. Мы замолчали. Солнце продолжало свой изученный путь по небу. Курортники плескались в море. Лоточники продолжали торговлю.
   Не смотря на все наши старания, познакомиться с ней на пляже в этот день так и не удалось. Даже в воду она заходила то с матерью, то с мужчиной в очках. Быть назойливыми нам не хотелось. Солнце склонялось к закату. Постепенно, загорелые отпускники, вставали с теплых камней и покидали пляж. Мои друзья, взглянув на часы, начали тоже собираться.
   - Ты, что же, не пойдешь домой? - спросил Юра, натягивая рубаху на загорелую красную спину.
   - Я пойду тогда, когда с пляжа уйдет девушка в голубом.
   - И наш рыцарь двинется за ней, дабы проследить ее путь до дому, с тем, чтобы приехать в полночь на коне, завернуть ее белое тело в бурку и увезти в горы. Погони он не боится, так как ночь будет темна, а конь быстр! - съязвил Володя длинной фразой. Я промолчал.
   - Не дури, Донов, - продолжал Юра, - ты, что, забыл? Мы сегодня собирались в ресторан. Нужно прогладиться, почиститься. А этот очаровательный цветок, мы здесь можем встретить и завтра. Но я был непреклонен в своем решении и, зная мое упрямство, ребята ушли.
   Вскоре засобиралась и группа, с которой мы весь день не спускали глаз. Самым бесстыдным образом я наблюдал, как девушка встала и начала одеваться. Обычно, заметив на пляже женщину, которая одевалась, я тут же тактично отводил глаза, но здесь сделать то же самое мне просто не пришло в голову.
   Девушка гибким движением подняла с камней покрывало, встряхнула его и спрятала в сумку. Через минуту группа прошествовала к выходу, и скоро голубое платье скрылось за кустами.
   Я моментально собрался. Следить за ними, как предлагал Володя, я, конечно, не стал, а сразу направился домой. Мне нужно было спешить. Друзья могли обидеться, так как я срываю посещение уникального ресторана, который находиться в большой пещере где-то в горах.
   Мы много слышали об этом заведении, от знакомых, которые раньше отдыхали в Сухуми. Но нам своими глазами хотелось увидеть форель, которая плавает в водоеме, находящемся прямо в ресторане, которую могут приготовить нам и подать на стол. Также хотелось посмотреть горы в вечернюю пору и подышать чистым горным воздухом.
   В путь мы собрались поздновато. Много оказалось не предвиденных дел. Автобусы в нужном направлении уже не ходили. Пришлось брать такси. За приличный "гонорар" водитель согласился доставить нас до места.
   По дороге, которая, извиваясь серой змеей, вползала в горы, он нам сообщил, что обратно мы сегодня, вряд ли выберемся, так как машины там бывают крайне редко. Ночевать тоже будет не где, потому что около ресторана, нет никакого жилья.
   Мои друзья заметно приуныли. А водитель словно специально, подливая масла в огонь, рассказал историю о том, как рассерженные горцы за вызывающее поведение столкнули трех отпускников с горы. Улыбаясь, он посоветовал нам держаться в ресторане как можно скромнее. Настроение у нас на половину испортилось. Из-за поворота появилось строение со светящимися окнами.
   - Вот и приехали, - сказал водитель. - Это буфет. Если спуститесь в низ, то попадете в зимний зал, а если пойдете по ущелью, то в летний. Желаю вам хорошего отдыха!
   Мы подошли к краю дороги. За небольшим барьером чернела пропасть. На небо высыпали звезды. Дул легкий ветерок. Горы в темноте казались еще более таинственными и величественными. Красивое зрелище, вечерний Кавказ.
   Летний зал раскинулся перед нами, лишь только мы сделали десяток шагов. Он находился в ущелье. Стены были из горной породы, местами, обрамленные зеленью. Потолок был из сплетений диких растений. Кое- где проглядывало черное небо. Дул сильный ветер. Оркестр играл лезгинку. Все столы были заняты и мы робко стояли, разглядывая публику. Наконец, внимательный Юрин взгляд упал на свободный столик. Мы поспешили туда.
   Через полчаса наш стол был уставлен кавказскими яствами. Мы пили хорошие вина, закусывая виноградом и шашлыком. Оркестр играл мелодию за мелодией. Но людей танцевало мало.
   Неожиданно мой взгляд уперся в небольшую пещеру в стене ущелья, где за столом сидели две девушки. С другой стороны находились мужчины, но количество их мне не было видно. Я присмотрелся. Что это? Одной из них была девушка с пляжа. Ее соседкой была худенькая девушка с пышной прической. Ноги меня к ним понесли сами.
   - Потанцуем! - пригласил я девушку. Та окинула меня быстрым внимательным взглядом и с готовностью встала.
   - Можно? - обратился я к мужчинам. Те молча кивнули головами.
   Играли медленный танец. Девушка доверчиво прижалась ко мне. Радости моей не было предела. Во время танца я молчал, думая с чего лучше начать разговор. Когда оркестр доигрывал последние такты, я все же спросил: "Как вас зовут?"
   - Света, - просто ответила она. - А вас? Я назвал свое имя и подвел ее к столику.
   На встречу мне поднялся мужчина в очках, который был с ними на пляже, и красиво сказал:
   - Я был тронут тем, что вы пригласили мою дочь. Теперь вы можете подходить к нашему столику, не только когда, когда заиграет музыка, а когда вам захочется.
   Я церемонно поклонился и взглянул на Свету. Та смотрела на меня и загадочно улыбалась. Горцы за столом хохотали от души.
   Друзья с нетерпением ожидали моего прихода.
   - Ну, как? - спросил Юра.
   - Порядок. Она с отцом, а четыре кавказца, видимо, его приятели.
   - А кто это вторая с пышной прической? - кивнул Володя на соседку.
   - Откуда я знаю. Иди, потанцуй и узнай.
   Оркестр заиграл ритмичную мелодию. Я подмигнул друзьям и направился к Свете.
   В быстром танце нам было не до разговоров. О, как она танцевала! Я взглянул на ее компанию. Отец смотрел на нее каким-то напряженным не отцовским взглядом. Горцы тоже поглядывали в нашу сторону и переговаривались красноречиво жестикулируя. Разговор, по-видимому, шел о стройных ногах моей партнерши, которые открывались на много выше колен при резких движениях танца.
   Следующая мелодия была грустная и тягучая. Мы опять были близки друг к другу. Разгоряченная танцем Света дышала глубоко и горячее. На щеках пылал румянец.
   На мои вопросы девушка отвечала, что она с отцом и матерью приехала сюда на выходные из Хосты. Отец работает режиссером. Она нынче окончила школу и поступила в институт. Остановились у товарищей отца. Мать перегрелась на солнце и в ресторан не пошла. Вторая девушка Лида ее школьная подруга.
   Я отыскал Лиду глазами. Она танцевала с Юрой, который ей что-то рассказывал, кивая головой в нашу сторону. Девушка смеялась. Танец кончился. Я подвел Свету к столу.
   - Посидите с нами. - попросил меня отец. Я посмотрел, у стола свободных стульев не было. Он перехватил мой взгляд и сказал.
   - Возьми вон там. - и указал глазами на стол около которого стоял свободный чурбан, окованный железом, очевидно, заменяющий стул.
   Я подошел. Пошевелил чурбан. Тяжелый. Поставил его на ребро и как бочку покатил по полу. Мои новые знакомые закричали.
   - Зачем катишь? Ты же мужчина!
   Пришлось взять чурбан на руки и нести перед собой, хотя это было очень тяжело.
   - Вот это богатырь. - похвалил режиссер, угощая коньяком.
   - Слушай, зятек, а где ты живешь? - поинтересовался он. Меня передернуло. Становиться в 20 лет зятем в мои жизненные планы не входило. Я ответил, что приехал отдыхать из Горького. За столом все затихли, прислушиваясь к разговору.
   - Ну а работаешь где? На заводе? А оклад у тебя большой? Я неопределенно пожал плечами и посмотрел на Свету. Та подарила мне чудесную лукавую улыбку.
   - Значит ты рабочий? - переспросил режиссер.
   - Да рабочий. - ответил я и тише добавил. - Для всех я рабочий, а для вас студент юрист, будущий следователь!
   - Следователь?! - передернуло моего собеседника. - В таком случае вы больше не подходите к нашему столу! - зло выдохнул он.
   - Что его так возмутило? Неужели плохо то, что я хочу работать следователем. - по думал я. Мне захотелось поскорее уйти от этой компании.
   - Не обращай внимания, Сережа. Это шутка. - успокоила меня Светлана.
   Я отвернулся от своего собеседника и начал разговаривать с ней. Разговор не клеился. Минут через пять я все-таки ушел за свой столик. От глупой шутки даже Света стала казаться менее привлекательной.
   Друзья молча курили и смотрели в мою сторону.
   - Значит, старые друзья совсем забыты?
   - Ну что вы, я отсутствовал совсем недолго. Давайте выпьем за нашу дружбу!
   Пошел разговор о приятелях с нашего курса и планах на будущее. Неожиданно ко мне подошла Света.
   - Пойдем танцевать! - решительно сказала она. Глаза у нее были влажными, губки капризно дергались. Я встал. Взглянул на девушку. Глаза у нее светились не кокетливо, а скорее испуганно.
   - Что с тобой?
   - Это все они... Они мне сейчас сказали такое... Прости меня. Я тебе много лгала ради шутки. Какой же я была глупой!
   И Света рассказала мне, что живет в Москве. В Сухуми приехала отдыхать с матерью и подругой. Ее отец очень занят, поэтому вместе с ними не поехал. Остановились они в гостинице.
   С мужчиной в очках познакомилась мать, когда они обедали в ресторане. Свободных мест не было и он сел за их столик. Назвал себя Эрастом Сергеевичем, представился режиссером. Рассказал массу забавных историй из жизни. Короче, произвел хорошее впечатление на мать. Надо признать и на дочь тоже. С этого момента они стали всюду бывать вместе. Эраст Сергеевич был учтив и вежлив, относился к ней с отеческой заботой. Много тратил денег на них. Он так зарекомендовал себя перед матерью, что та спокойно отпустила ее с подругой в этот ресторан.
   Его разговор со мной за столом она приняла как шутку и во всем соглашалась с Эрастом Сергеевичем. Он при всех называл ее дочкой и раньше. Но когда я ушел, глаза у него стали злыми, и, кажется, в них блеснула ревность. Он сказал, что они все сейчас сядут в машину и поедут в горы. Она отказалась. Режиссер начал угрожать. Он говорил, что увезет силой в дом, где много света, музыки, вина, но не хватает женщин. Из разговора этой компании она поняла, что это дельцы и опасные люди.
   Она встала и сказала, что пойдет танцевать, так как играют ее любимую мелодию. На это они пригрозили, что оторвут голову мне и моим друзьям, если та еще раз посмотрит в нашу сторону. Ее долго не пускали, но она настояла на своем. В след ей "папа" сказал такое, что захотелось дать ему пощечину. И вот она здесь.
   - Ты хороший человек. - воскликнула Света. - Посоветуй, что нам делать? Как добраться до гостиницы? Она говорила и говорила. Говорила, как Надар развязно пристает к Лиде, как омерзительны их шутки. Я внимательно слушал, решая как поступить. Постепенно в груди закипала злоба. Я представил мою Кери в компании этих сомнительных людей, в их жилье полном шума и табачного дыма.
   - Побудьте в ресторане еще минут десять. Поговорите с ними спокойным тоном. А я, что ни будь, придумаю. - сказал я направляясь к своим товарищам. Света покорно направилась к столу.
   Кратко изложив обстоятельства, я сказал, что бы ребята расплачивались, а сам направился к дороге, в надежде найти попутный транспорт. Машин на дороге было много, но к кому бы я ни обращался, говорили, что свободных мест нет. Я ходил, просил, уговаривал, но все мои попытки были тщетны, нас ни кто не хотел везти ни за какие деньги.
   Вскоре из ресторана вышла вся лихая компания. Девушки бросились ко мне.
   - Ну, как? Нашел машину?
   Я безнадежно развел руками и оценивающе посмотрел на группу мужчин, остановившихся у голубой "Волги". Четверо горцев лет под тридцать и этот режиссер в очках. Все кавказцы были крепкими и высокими. Особенно выделялся телосложением Надар.
   Сопоставил возможности. У них машина - у нас ничего. Их пятеро и еще могут оказаться знакомые, а нас трое и помощи ждать не откуда. Как же быть?
   Девушки с надеждой смотрели на меня, а я смотрел на выход из ресторана, ожидая появления друзей. Вдруг к нам подошел Надар.
   - Так с этим поедете или с нами? - грозно спросил он девушек.
   - С этим! - твердо сказала Света. Подруга прижалась к ней, испуганно хлопая глазами, ожидая немедленной расправы.
   - А ну-ка пойдем, поговорим! - схватил меня за руку Надар. - Вон там у обрыва.
   Я с достоинством вырвал руку и направился на край дороги. Девушки что-то крикнули в след, но к ним подошел режиссер, со своей компанией и они замолчали.
   Мы остановились у обрыва. Что-то протяжно завыло в горах. По спине пробежал холодок. Я встал по тверже, широко расставив ноги, как нас учили на тренировках. Взглянул на противника и заставил себя улыбнуться.
   - Ты зачем отбираешь у нас девушек? Тебе что жить надоело? - сердито проговорил Надар с большим акцентом. - Давай сматывайся со своими друзьями отсюда!
   - Девушек у вас ни кто не отбирает. - спокойно ответил я ему. - Если они вам нужны, то почему мне сразу не сказали об этом? А то начали зять, тесть... К чему такой эпизод из фильма? Разве не мог режиссер сразу твердо сказать, что девушки с вами? И я больше не подошел бы к вашему столу. Но сейчас, когда девушки решили ехать с нами, то они и поедут с нами.
   - С вами? А на чем? - скривил губы Надар.
   - Найдем!
   - Вряд ли. Я тебя добром прошу, не мешай нам! А то...
   - Что, а то? - мышцы мои напряглись.
   - Сейчас увидишь!
   Я скосил глаза. Сердце невольно сжалось. Девушки стояли с режиссером, а остальные горцы медленно приближались к нам. Да, постановка что надо. Я, видимо, главное действующее лицо фильма. А картина, кажется, будет с плохим концом.
   Из-за поворота показались Володя и Юра. Они оценили обстановку и бегом кинулись на помощь. Я улыбнулся. Верна, оказывается пословица, что друзья познаются в беде. И так нас трое, а это уже не плохо. На всякий случай я отступил от обрыва.
   Противники, не доходя до нас несколько метров, остановились и начали не решительно оглядываться. Мои друзья остановились рядом с ними. Я повернул голову. На дороге остановился милицейский патруль. Надар выругался и плюнул.
   - Не надо злиться. - успокоил я противника. - Тебе не дали переступить закон? Тебе же лучше, не надо будет отвечать.
   - Замолчи юрист сопливый! Они не всю ночь здесь будут. А вам ехать не на чем.
   - Слушай, Надар, отвези нас домой на своей машине. Я хорошо заплачу.
   - Ты что, издеваешься? - Надар задохнулся от злости.
   - Нет, я вполне серьезно. Значит, не повезешь?
   - Конечно, нет!
   - Ну, тогда и говорить нам не о чем.
   Я повернулся и направился к ребятам. Посовещавшись, мы подошли к милицейскому патрулю. Я обратился к старшему экипажа и сказал, что мы студенты юристы в первые в вашей солнечной стране. В данный момент оказались в затруднительном положении, так как наступает ночь, а до города добраться не на чем.
   - Не волнуйтесь будущие коллеги, сейчас найдем! - улыбнулся усатый сержант и огляделся по сторонам.
   Разгоряченный разговором Надар сел в свою машину и подъехал поближе к нам, прислушиваясь к беседе. К нему и направился усатый сержант, что-то повелительно сказал и распахнул перед нами дверцу.
   Поблагодарив сержанта, мы сели в автомобиль. Надар включил скорость и машина бешено понеслась под уклон. Его сообщники растерянно остались стоять у обрыва. Спуск был страшным. Горная дорога состояла из сплошных поворотов. Машину часто забрасывало на виражах. Было видно, что водитель срывает зло на невинной педали газа. Возможность свалиться в обрыв по вине Надара предоставлялась снова.
   - Туда ехали еле-еле, зато обратно с ветерком! - сказал я и высунул из кабины голову. Надар, скрипнув зубами, сбавил скорость. Вдали показались огни города. Водитель спросил куда везти. Я назвал одну из улиц нашего микрорайона.
   На перекрестке машина остановилась. Ребята вышли из нее, и пошли по дороге.
   - Подожди! - повернулся ко мне Надар. - Давай так, мы с тобой и девушки поедем ко мне домой. Там для вас будет все, что пожелаете. За себя не бойтесь, не обижу. Ну, как?
   Естественно, ехать я отказался и вылез из машины. Надар тоже вышел. Он взял меня за локоть и начал снова угрожать. Говорил, что завтра найдет меня с друзьями и отнимет пол жизни. И чего-то много еще в этом роде. Я стоял, пожимая плечами, как бы говоря, воля ваша. Мое спокойствие вскипятило горячую кавказскую кровь. Надар замахнулся. Я поймал его руку и провел болевой прием. Тот вскрикнул. На крик вернулись ребята.
   - Что у вас тут опять случилось? - спросил Юра.
   - Да так, продолжаем разговор. Знаете ребята новость? Жить мне осталось до завтрашнего утра. - с иронизировал я.
   - Точно и не больше! - согласился Надар, садясь за руль.
   Угрожает, а сам в кабину прячется, ну и герой. Мы пошли по дороге, разговаривая с девушками. Скоро нас догнала его машина, которую он вел как всегда лихо. И если бы мы своевременно не переместились на тротуар, жертв было бы не избежать.
   Володя ушел домой, а мы с Юрой пошли провожать девушек. Была чудесная ночь теплая, ласковая. Мы шли, шутили, смеялись. Как было здорово видеть Светлану и ощущать тепло ее руки. Я был на седьмом небе от счастья. Вот и гостиница. Мы остановились у подъезда.
   - Спасибо тебе за все. - сказала Света и быстро поцеловала меня в щеку. Разгорячившись, я привлек ее к себе.
   - Потерпи до завтра. - прошептала она и мягким движением выскользнула из рук. Мы помахали девушкам руками и по безлюдным улицам двинулись домой.
   Ранним утром я был уже у гостиницы. Как здорово, сегодня весь день буду с ней. На мой стук дверь номера ни кто не открыл.
   - Вам кого? - спросила женщина, выглянувшая из соседней комнаты.
   - Светлану.
   - Вы Сережа?
   - Да. - удивился я.
   - Вам велели передать записку. Вот возьмите.
   Я развернул листок: "Сережа, прощай. Разлука наступила неожиданно. Мама, перепуганная нашим рассказом, решила улететь из Сухуми немедленно. Я просила подождать хотя бы до обеда, но она была непреклонна. За все спасибо. Я тебя никогда не забуду. Целую, Света."
   Я бережно сложил записку и вышел из гостиницы. Из-за облаков выглянуло солнце. Начинался обычный южный день. Отдыхающие двигались к морю. Я тоже, не спеша, побрел на пляж и устроился на том же месте, где впервые увидел свое ускользнувшее счастье.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  

ДОДУМАЛИСЬ

  
  
  
  
   Обычное осеннее утро. Жители небольшого городка спешат на работу. Всю ночь лил дождь, и поэтому дороги грязные, а лица у людей хмурые. Неожиданно ярким букетом на улице вспыхивает милицейская форма. Прохожие с интересом оглядываются на подтянутого лейтенанта в серой шинели.
   Сергей Донов, выпускник школы милиции, был в отличном настроении. Еще бы, ведь он шел в отдел, где пятый день самостоятельно работает в кабинете с табличкой на двери: "Уголовный розыск". Все эти дни он был один, так как его начальник, старший инспектор Ермилов, находился в командировке и, очевидно, еще ничего не знал о своем новом помощнике.
   Ровно в 9 часов Донов сидел за письменным столом и готовился к опросу очевидцев. Неожиданно дверь распахнулась. На пороге появился мужчина. Наряд его был живописен. Огромные болотные сапоги с небрежно закатанными голенищами, коричневое мешковатое пальто в темных пятнах, на голове видавшая виды папаха.
   "Откуда прибыл?" - прокричал он вместо приветствия. Сергей назвал город и, в свою очередь, поинтересовался: "А вы к кому?" "К себе. Я Ермилов!" - веско бросил тот, вешая пальто на гвоздик у двери. Потом с достоинством повернулся и окинул Сергея цепким взглядом. "Пополнение из школы", - приветливо улыбнулся он и тут же посоветовал: "Забудь все, что изучал. На книжках далеко не уедешь. Здесь смекалка и хватка нужна".
   Старший инспектор, привычно садясь за свой огромный заваленный бумагами стол, продолжал рассуждать, по-хозяйски оглядывая помещение: "Что у тебя конторка-то голая? Без сукна, без чернильного прибора. Никакой солидности". Донов неопределенно пожал плечами, как бы говоря: "Ничего, мне и так сойдет". Ермилов продолжал: "Эх, молодежь, молодежь. Наглаженный, начищенный. Придется бросить это дело. У нас порой поесть некогда бывает, а не только выбить пыль из пиджаков. Милицейская работа требует человека целиком. Понял? Ну ладно привыкай, осматривайся, да скорее приступай к делу".
   Ермилов встал и, шурша голенищами, вышел из кабинета. Сергей вздохнул: "Чудной какой-то. Как я с ним буду работать? А, впрочем, может, первое впечатление обманчиво", - успокоил он себя.
   Осторожно приоткрылась дверь. В комнату заглянул мальчишка лет семнадцати в массивных очках.
   - Тихонова вызывали? - Донов кивнул головой и пригласил:
   - Проходите, пожалуйста. Садитесь.
   А сам подошел к столику, где в полутемном углу стоял магнитофон, и настроил его на запись.
   - Я с вами хочу поговорить о драке, которая была позавчера на танцах. Что вы о ней знаете? - спросил он, возвращаясь на место.
   Паренек осторожно сел, огляделся по сторонам и несмело начал говорить. Он рассказал, что видел, как Володьку с их улицы на танцах избили какие-то парни. В лицо хулиганов он запомнил хорошо, и если нужно, сможет узнать, где они живут. Еще он добавил, что давно хочет стать членом оперативного комсомольского отряда, но как туда записаться, не знает.
   Молодой инспектор старательно записывал показания, задавая время от времени дополнительные вопросы. Он так увлекся своей работой, что не заметил, как в кабинет вернулся Ермилов.
   - Ну что, допрыгался? Давно по тебе тюрьма плачет. Как фамилия? Тихонов. Знаю.
   Хулиган отъявленный. Говори сразу. Кого опять излупил? - напал на паренька Ермилов.
   Юноша оторопело смотрел на вошедшего мужчину и недоуменно хлопал глазами, стараясь понять, что от него требуется.
   - Я никого не бил. Я вообще еще никогда не дрался в жизни. - наконец выдавил он.
   - Как не дрался, а про кого на Разгульной пенсионеры говорят, что житья нет. Про Тихонова. - с усилением произнес фамилию Ермилов.
   - Да я на Разгульной никогда и не бывал. Живу совсем в другом конце города, на Комсомольской улице.
   - На Комсомольской тоже одни бандиты живут! - еще сильнее закричал Ермилов, входя в раж.
   Донов смотрел на допрос с пристрастием и молчал. Внутри у него все клокотало. С горечью подумал, что первое впечатление о коллеге, видимо, не очень обманчиво. Кое-как дописал объяснение. Паренек говорил скупо и неохотно, поминутно оглядываясь на Ермилова.
   - Ну, как, найдешь тех парней? - спросил лейтенант в конце беседы.
   - Не знаю. - уклончиво ответил Тихонов и скрылся за дверью.
   Ермилов счел нужным сделать Донову замечание: "Что ты с ними так вежливо. На эту шпану пока не накричишь, ничего не добьешься. Надо смелей и уверенней браться за дело. А то вряд ли из тебя хороший оперативник получится". Сергей промолчал. Даже в мыслях не хотелось возражать своему начальнику.
   На другой день к Ермилову на работу зашла племянница, стройная голубоглазая девушка. Он ее попросил подождать, а сам направился в кабинет начальника. Минут через пять вернулся и застал жуткую картину. Племянница всхлипывала, закрыв лицо руками, а Донов расхаживал по комнате и кричал на нее, изредка стуча кулаком по столу.
   - Ты чего это напустился на девку? - удивился Ермилов.
   - Как спокойно можно смотреть на воровку? - возмутился Сергей. - Молодая, красивая девушка ворует кур.
   - Каких кур? Это моя племянница.
   - Как племянница? - деланно удивился Донов. - А я подумал подозреваемая. Спросил, как звать. Говорит - Галя. А вы как раз работаете по заявлению о пропаже кур. Там написано о какой-то Гале. Я думал, вы ее вызвали. Вот и решил пристыдить преступницу вашим способом.
   Ермилов устало сел за стол, подпер голову руками и уставился на девушку, которая, все еще всхлипывая, терла глаза платочком.
   - Ну, хватит хныкать. Погорячился товарищ. Неужели так обидно? - наконец спросил он. Галя сердито кивнула и встала со стула, намереваясь демонстративно выйти из кабинета. К ней приблизился сконфуженный лейтенант и попросил прощения. Девушка взглянула на него, заулыбалась и скрылась за дверью.
   - Ты что это, Сергей, не разобрался, накричал на нее, да еще сказал, что сделал это моим способом. Нехорошо получается. Позоришь ты меня.
   Донов молча подошел к магнитофону и щелкнул выключателем. Комната наполнилась шумом голосов. Слышались четкие вопросы Сергея, робкие ответы допрашиваемого. А под конец громы и молнии Ермилова. Когда запись кончилась, Донов молча выключил магнитофон и сел на свое место, вороша бумаги.
   Ермилов некоторое время смотрел в окно.
   - Зачем записал? - спросил он глухо. - Специально?
   - Нет. Я хотел проконтролировать себя: как держусь с людьми, насколько правильны мои вопросы. А вы на пленку попали случайно.
   Ермилов приглушенно кашлянул и провел рукой по небритой щеке.
   - Вообще-то способ, в самом деле, неважный. - нерешительно начал он. - Я без дела накричал на парня. Ты девушку до слез довел. Вот что. Поправлять нужно друг друга. Так я говорю?
   Сергей улыбнулся и согласно кивнул головой. Глаза его весело сверкали.
   - Слушай, - вдруг вспомнил Ермилов, - что это с Галиной? Сидела, ревела, а как ты подошел - заулыбалась.
   - Не сдержалась, видно. Мы с ней несколько дней уже знакомы. А тут пришлось такой спектакль разыгрывать. - Донов смущенно замялся.
   - Так это вы подстроили, ох и чертенята! - еле выговорил Ермилов, закатываясь громким смехом. - До-ду-ма-лись...
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  

СХВАТКА

  
  
   Сергей Донов с задумчивым видом сидел в уютном ресторане. Стол его находился у окна, весь зал был как на ладони. Оркестр играл веселую мелодию. Танцующие двигались в ритмичном танце. Свободных мест было мало. Сергей поглядывал по сторонам, останавливая взгляд на девушках лет двадцати. Некоторые из них обращали на него внимание. Но Донова это не волновало.
   В зал изящной походкой вошла еще одна девушка. Донов напрягся: не та ли, встречи с которой он искал.
   - Точно, она! - пронеслось в голове. - Вера Гринева.
   Девушка неторопливо двигалась по залу, ловя на себе взгляды мужчин. Наконец, словно угадав мысли Сергея , она остановилась у его стола.
   - У вас не занято? - улыбнувшись, спросила она.
   - Нет. - ответил тот. - Садитесь, пожалуйста.
   ...Вторую неделю инспектор уголовного розыска Донов не знал отдыха. Зона обслуживания ему досталась трудная. Преступлений совершалось немало. К счастью, с помощью населения многие из них раскрывались быстро. А вот недавно...
   Первое преступление совершилось в ночь на субботу. Житель одного из райцентров Артамонов в ресторане познакомился с девушкой. Рассказал ей, что он в командировке. Похвастался крупной суммой денег. В конце вечера, изрядно захмелев, пошел проводить новую знакомую. По дороге девушка сообщила, что дома сегодня осталась одна и страшно трусит заходить в пустую квартиру. Артамонов с радостью предложил себя в качестве телохранителя. Когда они вошли в подъезд и начали подниматься по лестнице, ретивый кавалер получил удар по голове и упал, потеряв сознание. Когда он пришел в себя, на нем не оказалось верхней одежды и часов. Исчез кошелек с деньгами. Существенных показаний Артамонов не дал. Морщась от боли, описал приметы своих вещей. А о девушке сказал, что красивая. Больше ничего припомнить не мог.
   Воскресным вечером подобным способом было совершено второе преступление. Завязка началась тоже в ресторане, а развязка - в подъезде соседнего дома. Правда, гражданин Хоробрых был трезвее и физически сильнее Артамонова, поэтому от первого удара не упал. Оглянувшись, рядом с собой в темноте увидел два мужских силуэта. Второй удар каким-то предметом сбил его на пол. Очнулся он в больнице только на другой день. Приметы незнакомки запомнил хорошо, о чем сообщил работникам уголовного розыска.
   Занимаясь расследованием этих дел уже неделю, Донов установил двух девушек, сходных по приметам с той, которая участвовала в преступлениях. Одной из них оказалась Гринева, по кличке Красавица, которая недавно вернулась из мест лишения свободы. Она ни где не работала, но хорошо одевалась и ходила по ресторанам. Эти данные Сергей собирал осторожно. Гриневу рассмотрел издали, не попадаясь ей на глаза. Возможно, она к этим преступлениям и не причастна. Зачем зря оскорблять человека подозрением. Но, тем не менее, проверка была нужна.
   Этот вечер Донов решил провести в ресторане. Может быть, и сегодня волчья стая выйдет на промысел. Так что далеко не случайность свела за одним столом двух молодых людей. Сергей размышлял, как себя вести. "Войти в контакт или наблюдать со стороны? Пожалуй, следует войти в контакт, так как лицо мое она уже, наверное, запомнила. Нужно познакомиться и, если представиться возможным, идти той же дорогой, по которой шли потерпевшие".
   - Как вас зовут? - улыбнулся Донов.
   - Вера. А вас? - стрельнув глазами, спросила она.
   - Сергей. Хотите, потанцуем?
   - Хочу! - с готовностью встала она.
   Вечер пролетел незаметно. Вера держалась просто и естественно. Сергей подумал, что зря затеял эту игру. Если Красавица приманка, то в течение вечера она вошла бы в контакт с сообщниками. Впрочем, нужно проверить версию до конца.
   Сказав, что пьянеет, Донов предложил выйти на воздух. На дороге Сергей деланно покачивался, незаметно посматривая по сторонам. Сзади никого не было, на другой стороне улицы - тоже.
   "Провожу Гриневу до дому и пойду спать. Завтра займусь проверкой второй подозреваемой. Может быть, она внесет в дело ясность". - думал Сергей, рассказывая нарочито заплетавшимся языком анекдот.
   Они вошли в неосвещенный, безлюдный двор. Указав на один из домов, Вера сказала, что живет здесь. Сергей насторожился. Он знал адрес Гриневой, она жила совсем в ином микрорайоне.
   "В подъезд не пойду, буду прощаться здесь. Посмотрю на ее реакцию". - подумал Донов.
   - Ну вот, мы и дошли. Сейчас уже поздно, и меня ждут дома. Когда мы с тобой увидимся снова?
   - Погоди, не уходи! - воскликнула Гринева. - Я сегодня дома осталась совсем одна и боюсь входить в пустую квартиру. Проводи меня хотя бы до дверей.
   Сергею стало ясно, что именно в этом подъезде ждут "клиента". Надо решать. Донов огляделся по сторонам. В двадцати метрах просматривался силуэт телефонной будки.
   - Верочка, а у тебя можно будет немного посидеть?
   - Конечно, есть хорошие записи на магнитофоне и сухое вино.
   Сергей сделал вид, что обрадовался и даже попытался обнять девушку.
   - Вот здорово! Я сейчас по телефону предупрежу своих, чтобы не беспокоились.
   Покачиваясь Донов, направился к телефону. Гринева осталась у подъезда, озабоченно поглядывая на темные окна лестничной площадки.
   Сергей набрал номер дежурного по отделу внутренних дел и попросил срочно направить милицейскую группу по указанному им адресу. Затем, не спеша, подошел к своей спутнице и сказал, что все в порядке. Выигрывая время , он долго искал в карманах сигареты и спички, не торопясь прикуривал. Гринева упорно тянула его к подъезду, ссылаясь на то, что если их увидят соседи, то распустят про нее дурную славу. Не заронив подозрения, дальше тянуть время было невозможно.
   - Ну что ж, пошли. - сказал Сергей, направляясь за ней в черный зев подъезда.
   Миновав двери Донов, услышал за спиной шорох. Отпрянув в сторону, он резко повернулся. Силуэт неизвестного наносил удар каким-то предметом по тому месту, где секунду назад была голова Сергея. Потеряв равновесие, нападающий пошатнулся вперед. Инспектор резко ударил его в челюсть, послав в глубокий нокаут.
   В это время кто-то другой бросился на Донова сверху по лестнице, пытаясь нанести удар ногой. Поймав ступню, Сергей заученным приемом повернул ее в сторону. Закричав от боли, второй нападающий оказался внизу рядом с первым. Падая, он сбил собой Гриневу.
   На улице заскрипели тормоза подъехавшего автомобиля...
   Кинувшись к двери, один из преступников угодил прямо в руки работников милиции. Второй попытался бежать вверх по лестнице, чтобы уйти через чердак. На пути его оказался Донов. Он резко завернул бандиту руку назад и только тут почувствовал, что в руке у того находится нож.
   - Спокойно, - сказал Сергей, нажимая на кисть и отбирая нож, - у тебя и без меня есть за что отвечать!
   - Товарищ лейтенант, а девушку тоже брать с собой?
   - Конечно, - ответил Донов, - у нас с ней будет длинный разговор.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  

ИКОНЫ

  
  
  
   У села Иванцево Сергей Донов вышел из рейсового автобуса. Вслед за ним со ступенек спустилась старушка с двумя большими сумками. Село раскинулось на красивом угоре. Здесь было все - река, поле, лес, яркое солнце и бездна голубого неба.
   - Бабушка, давайте помогу. - сказал Сергей старушке. Та недоверчиво посмотрела на молодого человека в джинсовом костюме, и устало сказала:
   - Спасибо, сынок, я сама.
   - Вы не беспокойтесь. Мне это вместо зарядки. - сказал Сергей, берясь за сумки.
   Не спеша, они двинулись по дороге, заросшей травой. По пути Донов рассказал своей попутчице, что он художник и увлекается собиранием предметов старины. Сейчас он в отпуске и ездит по деревням, скупая иконы, монеты, самовары и другие старинные вещи.
   Старушка рассказала, что две недели назад к ней также заходили два молодых человека и просили продать иконы, но она не согласилась. Тогда они пошли по другим домам.
   За проявленную заботу старушка пригласила Донова в дом и угостила молоком с домашним хлебом и медом. В комнате висело несколько икон.
   - Дарья Ивановна, - спросил Сергей, - а какие иконы хотели купить те двое?
   - Вот эти. - показала старушка на две иконы в серебряных окладах.
   - Какие, красивые! Я бы их тоже, не задумываясь, купил.
   - А хочешь, сынок, я тебе одну из них подарю? - старушка встала и направилась в угол.
   - Нет, Дарья Ивановна, я такой дорогой подарок принять не могу. - остановил ее Сергей. - Подскажите лучше, к кому мне в вашем селе обратиться с целью приобретения предметов старины? Может у вас есть люди, которые сами чего-либо собирают или знают таких любителей?
   Старушка ответила, что в доме Неустроевых есть много икон, но продадут ли они их, она не знает. Сердечно попрощавшись, Донов вышел на улицу и направился к дому Неустроевых.
   ...Инспектор уголовного розыска Донов вот уже неделю работал по раскрытию опасного преступления, методично отрабатывая населенные пункты, рядом с зоной обслуживания с целью установления лиц, интересующихся антиквариатом.
   Несколько дней назад ночью три преступника напали на сторожа церкви, избили и под угрозой ножа связали. Затем, перепилив решетку в окне, проникли в помещение церкви, где совершили кражу икон и другой церковной утвари. Скудные приметы нападавших, которые запомнил сторож, сходились с приметами двух юношей, которые раньше ездили по деревням и скупали предметы старины. По их нечеткому следу и шел сейчас старший лейтенант милиции Донов.
   Неустроевы приняли его очень холодно. Даже в дом не пустили. Хозяин начал сразу ругаться, выкрикивая, что две недели назад Митька Андреев приводил двух прощелыг, которые также нахально выпрашивали иконы. А сейчас вот другой нашелся. Ироды, да разве этим торгуют!
   Донов не мог сдержать улыбку радости. Митька Андреев, а это уже кое- что. Под несмолкающую ругань Неустроева инспектор двинулся искать Митьку.
   К счастью Андреев оказался дома. Он ошалело таращил глаза на импортный джинсовый костюм, ладно сидевший на Сергее, бормоча слово "фирма".
   - Приятель, у вас случайно нет ненужных, старинных книг, монет, икон или чего-нибудь в этом роде? - обратился к нему Донов.
   - А вы кто такой и откуда будете? - в свою очередь поинтересовался Митька.
   - Я художник из Москвы.
   - А американские джинсы вы можете достать?
   - Могу, но только за иконы!
   Заинтересованный Митька, помявшись, сказал, что у него икон нет, но найти их может у знакомых ребят в городе. Договорившись о встрече в городе и подарив Митьке яркий пакет, Донов направился к автобусной остановке.
   В отделе внутренних дел на вечернем заслушивании от начальника инспектор получил нагоняй за то, что раскрытием опасного преступления занимается слабо и непонятно где пропадает, вырядившись, как попугай. Однако, выслушав доклад, предложение Донова принял, выделил в личное распоряжение легковой автомобиль, скрепя сердце под расписку выдал крупную сумму денег.
   Договорившись о связи, Сергей покинул здание отдела милиции, вживаясь в роль художника из Москвы, приехавшего на своей автомашине с крупной суммой денег для приобретения антиквариата. Работа предстояла не только нелегкая, но и опасная. Однако, иного пути к раскрытию преступления не было.
   Навстречу Митька пришел хмурый и с опозданием. На лице у него красовался синяк. Донов, открыв дверцу автомашины, предложил сесть рядом с собой и спросил, что случилось.
   Андреев рассказал, что был у Славки и Пашки, которые приезжали к ним в село для поиска икон. Он попросил их поменять иконы на импортные джинсы. Но третий, ранее судимый Игорь, сразу закричал, что с незнакомыми людьми не желает иметь дело, так как баланды у хозяина нахлебался досыта. Влепив Митьке по физиономии, вытолкал его, предупредив, чтобы об иконах ни где не болтал. А сами они направились в бар.
   - Митяй, давай так, - предложил Сергей, - ты мне их в баре покажи, не попадаясь на глаза, а об иконах я с ними сам договорюсь. Ну а джинсы я тебе постараюсь достать.
   Андреев нехотя согласился, и они поехали к бару. Компания была уже там. Донов попрощался с Митькой, который с готовностью улизнул. Улучшив момент, Сергей сел на свободное место большого стола, за которым гуляла интересовавшая его компания. Сидящие недружелюбно покосились на него. Не замечая их реакции, инспектор открыл дипломат, взял пачку импортных сигарет, которая лежала вместе с двумя иконами. Сам в это время мысленно сопоставил приметы преступников с внешностью сидящих за столом людей. Приметы сходились... Закрывая дипломат, он заметил, что компания внимательно смотрит на иконы.
   - Ну что, ребята, нравятся доски? - спросил Донов.
   - Ничего. - ответил один из них.
   - Конечно, такие вещи не могут не нравиться. Я за них заплатил очень приличные деньги. Но если бы встретилось еще что-нибудь подобное, я бы долго торговаться не стал.
   - А можно их посмотреть? - попросили друзья. Осмотревшись, Сергей осторожно под столом передал им иконы.
   - Какие красивые! - сказал один из них. - Но наши, Игорь, не хуже.
   - Вы что, скупаете антиквариат? - спросил Игорь.
   - Да, но больше интересуюсь церковной утварью. Покупаю для продолжения коллекции отца и деда.
   Молодые люди начали перешептываться между собой. Через несколько минут они приняли общее решение.
   - А хотите, мы вам предложим несколько досок не хуже этих?
   - Да, но у меня денег с собой от силы на пять таких экземпляров.
   Друзья переглянулись, значит, деньги при нем. Их заинтересованность от Сергея не ускользнула.
   Предупредив компанию, что пойдет посмотреть на месте ли автомашина, Донов вышел. По замаскированной рации связался с отделом и попросил подготовить оперативную группу, которая могла бы прибыть в любое место по его сигналу.
   Вернувшись за стол, Сергей не спеша допил коктейль и выкурил сигарету. Слегка подвыпившая компания поглядывала на него с нетерпением.
   - Когда мы можем посмотреть и оценить товар?
   - Если есть с собою деньги, то поехали сейчас.
   - Сейчас, так сейчас. Заплачу за стол и прошу в мою машину.
   При выходе из бара на Донова набежала симпатичная девушка, которая была явно навеселе.
   - Ты куда пропал мой красавчик? - кокетливо произнесла она, взяв Сергея под руку. Донов с трудом узнал в этой экстравагантной девушке Родникову, на днях назначенную на должность инспектора по делам несовершеннолетних.
   - Меня подстраховывают. - молнией пронеслось в голове.
   - Это ты, я очень рад нашей встрече! Садись в машину. Я проверну одно дельце, и мы поедем к тебе.
   - Смотри, не сбегай от меня больше. - пошутила Родникова, усаживаясь на сидение рядом с Доновым.
   - Старики, - обратился Сергей к "святой троице", - извините, но я собираю не только предметы старины. Думаю, она просто посидит в машине и нам сильно не помешает.
   Ребята о чем-то между собой поспорили и крайне недовольные устроились на заднем сидении. Через полчаса машина выехала на окраину города. Оставив задремавшую девушку в машине, все направились к заброшенному дому. В поведении компании инспектор заметил какую-то напряженность. Интуиция подсказывала, что нужно быть готовым к любым неожиданностям.
   Поковырявшись с замком, вошли в комнату заброшенного дома. Через забитые досками окна еле пробивался свет.
   - Извини, друг, но ценные вещи приходиться прятать подальше от людских глаз. - сказал Игорь.
   Донов неопределенно пожал плечами, как бы давая понять, что подробности приобретения товара его не волнуют. Включив фонарь, Пашка спустился под пол, откуда через несколько минут выбрался с мешком. В мешке были завернуты иконы.
   Сергей доставал по одной иконе и с видом специалиста придирчиво рассматривал каждую из них. Сомнений не было, именно эти иконы и были похищены при разбойном нападении на церковь.
   - Да этим шедеврам цены нет. - произнес Донов.
   - И мы так же думаем! - сказал стоящий сзади Игорь, и ударил чем-то тяжелым инспектора по голове. Тело как бы нехотя сползло вниз и распласталось на полу.
   - Ну, братва, забирай иконы, деньги, дипломат и в машину, которая теперь принадлежит нам. От девушки избавимся по дороге, а он уж не жилец. Чего встали как вкопанные? Ведь сами же в баре решили, что сделаем так. Мечтали ли вы, что нам так подфартит. Терять время нельзя, надо сматываться. Пашка, обыщи у него карманы, - продолжал командовать Игорь, - а ты, Славка, разводи на полу костер. Дом сухой, займется моментально. Только бы девка еще не проснулась!
   Выполнив указания старшего, преступники с похищенными ценностями вышли из дома и ошарашено остановились - с двух сторон на них смотрели автоматные глазки, а работники милиции, одетые в каски и бронежилеты, выглядели пришельцами из другого мира. Руки вверх медленно поднялись сами.
   И в этой секундной тишине раздался негромкий стон Донова, который начал постепенно приходить в себя в комнате, наполнявшейся дымом.
  
  

Я ОШИБСЯ, МАМА

  
  
  
  
   Виктор Колесников махнул рукой утирающей слезы матери из кузова грузовика, который, оглушительно стрельнув, взревел мотором и помчался по дороге на станцию. На душе было сумрачно. Ему еще никогда не приходилось надолго уезжать из родной Козловки. Он так привык к спокойной деревенской жизни и к тяжелой работе, что сейчас подумывал, что зря, пожалуй, решил ехать в большой город.
   - Смотри, сынок, подальше держись от плохих парней. В городе-то их много избалованных. Ты уж дружбу заводи с хорошими работящими ребятами. - вспомнились последние слова матери. Горько заныло сердце. Что скрывать, Виктор немного боялся городского шума и той неизвестной новой жизни.
   - Ничего. - успокаивал он себя. - У меня там на мебельной фабрике тетка работает. Она и меня обещала устроить к себе в котельную. Жить я буду у нее в доме. Как немного привыкну, найду друзей. Работа да друзья - вот и некогда будет скучать по дому. Все будет хорошо.
   Однако, тяжелые мысли роились в голове Виктора всю эту беспокойную дальнюю дорогу.
   Тетка Нюра приветливо встретила его на вокзале. Расцеловала, как принято при встрече. Справилась, как доехал. Спросила о здоровье матери. Сообщила, что о его работе поговорила с кем надо. Место будет. Только пускай Виктор работает старательно и ее не подводит.
   Тот со всем соглашался, нисколько не вдумываясь в смысл сказанного, с интересом крутил головой направо и налево, открыто восхищаясь всем, что его окружало. Вот он оказывается, какой город-то!
   Через неделю Колесников уже работал. Новая работа ему понравилась сразу, так как приходилось орудовать лопатой, применяя физическую силу, совсем как в деревне. Только к жаре, которая стояла все время в котельной, он привыкнуть не мог.
   - Что, жарко? - участливо спрашивала напарница Шура, полная женщина лет сорока. - Я тоже вначале с трудом переносила это пекло. Теперь, хоть бы что. В жаре не в холоде, не простудишься. Не горюй, парень, и ты привыкнешь.
   И Виктор привыкал, работал как заведенный. Шура была довольна своим напарником, который выполнял часть работы и за нее. С жильем тоже было все в порядке. Колесников поселился в стареньком доме у тетки, которая жила недалеко от центра города. Вначале, правда, не прописывали, но тетке удалось каким-то образом уладить этот вопрос. Пошла размеренная спокойная жизнь. Незаметно прошло полгода...
   В этот день как обычно Виктор окончил смену, чисто вымылся в душе, попрощался со сменщиком и направился домой.
   Хорошо было на улице после душной фабричной котельной. Стоял конец марта. Приближаясь к закату, ярко светило холодное солнце. Плотный потемневший снег местами начал подтаивать. Весна, не спеша, но настойчиво вступала в свои права.
   Колесников шел, вдыхая свежий воздух полной грудью, равнодушно смотрел на бесконечные вереницы машин на улицах, на плотные массы людей, вечно спешивших по своим делам. Теперь эта картина не вызывала у него удивления как раньше. Что поделаешь, привыкнуть можно ко всему.
   Невольно взгляд задерживался на современно одетой молодежи. Как он завидовал юношам своего возраста, которые красиво одевались, непринужденно держались в обществе, могли разговаривать на любые темы, легко знакомились друг с другом и заводили мимолетные романы с девушками. Все это Виктор с завистью наблюдал прошлой осенью, когда бывал в парке у танцевальной площадки. В эти минуты он очень жалел, что родился и жил в деревне, много работал, а мало читал, что не сумел закончить, среднюю школу. Кто он по сравнению с ними?
   Вот и сейчас он шел в длинном мешковатом пальто, в старых подшитых валенках, в мятой поношенной шапке. Ему девятнадцать лет. А в эти годы так хочется быть веселым, уметь танцевать современные танцы, посещать кафе, иметь много друзей и знакомиться с девушками.
   О, если бы удалось подружиться с красивой девушкой, то Виктор сделал бы все, что бы ей, не было скучно. Он водил бы ее в кино и на танцы, покупал конфеты и мороженое, а когда-нибудь взял да и пригласил в театр, о котором много слышал, но побывать, там еще не успел. Как бы это было здорово!
   Вот и дом. Тетка работает во вторую смену. Виктор поел холодных щей и жареной картошки. Запил все домашним квасом.
   - Эх, чуть не забыл. - вспомнил он вчерашний разговор с теткой. - Нужно съездить в универмаг и подсмотреть пальто. Если подвернется что-то хорошее, тетка завтра поедет и выкупит. Носить-то совсем не чего.
   Взял с комода кошелек. Пересчитал деньги. Положил обратно. На душе стало радостней. В этот момент он думал, что пальто нужно найти хорошее, например, как у Игоря Кленова, который живет в соседнем доме. Оно, наверное, сейчас самое модное. Виктор закрыл глаза и мысленно представил себя в обновке.
   - Да, было бы совсем неплохо. И вообще нужно начать копить деньги на одежду, а то хожу как у себя в Козловке. - решил он.
   Взглянув на часы, он начал быстро собираться. Тщательно запер дверь. Надежно спрятал ключ. Насвистывая, вышел на улицу.
   - Вить, постой! - услышал он сзади. Оглянулся. К нему приближался в своем шикарном пальто Кленов.
   - Привет.
   - Здорово.
   - Ты куда?
   - Да, в центр нужно.
   - Я туда же собрался. Поехали вместе. Помнишь, я тебе обещал подыскать девушку? Вот сегодня и попробуем.
   - Давай лучше завтра. - с горечью сказал Виктор, разглядывая потертые рукава своего старого пальто.
   - Какая разница. Сегодня, завтра... Вон автобус. Бежим скорей!
   Еле втиснулись. Автобус был набит до отказа. Ехали долго. Стоять, зажатому со всех сторон, было не удобно. Наконец вышли.
   Недалеко от остановки Игоря остановил парень. Они не громко о чем-то заговорили. У Кленова в голосе послышались учтивые нотки.
   - Интересно, кто этот смуглый и властный человек? - подумал Колесников.
   Через минуту к ним подошла девушка в короткой курточке. Она была полненькая, румяная, с маленьким вздернутым носиком и большими выразительными глазами. Хороша. Забыв обо всем, Виктор впился в нее взглядом. Улыбка оживила его лицо.
   - Чего рот открыл? - услышал он голос Игоря. - Нравится? Хочешь, познакомлю? Это Лариса, а это Грач.
   Колесников назвал свое имя и пожал протянутые руки. Рука Ларисы была маленькая и теплая в изящной перчатке, плотно обтягивающей тоненькие пальцы. Она смотрела на покрасневшего Виктора и смеялась, показывая ровный ряд мелких зубов.
   - Знаешь, друг, поступило предложение выпить. У тебя есть деньги? - прервал молчание Кленов.
   - Конечно, есть. И выпить нужно с новыми друзьями. Чтобы дружба крепче была. - обрадовался Виктор и полез в карман за деньгами.
   Зашли в магазин, взяли вина. Выпили у магазина за углом прямо из горлышка. Игорь все шутил. Девушка заливисто смеялась. Грач был хмур и молчалив.
   Колесников перевернул, пустую бутылку. Капли не допитого вина упали на снег. Они очень походили на капли крови. Виктору стало немного не по себе.
   - Поехали к Людке. - неожиданно предложил Кленов. - Захватим спиртного, а закуску она сама устроит. У нее в комнате хорошо уютно, мягкий свет торшера, легкая музыка. Ну, как, Грач, идет?
   Тот кивнул головой. Взяли еще вина. Троллейбус быстро доставил их к нужному месту. Как назло Людки дома не оказалось. Грач зло выругался. Разговор не клеился. Вино пришлось выпить без закуски прямо в подъезде.
   Город зажег фонари. Неоном вспыхнули рекламы. Пошел мелкий снежок. Снежинки сказочно переливались в свете уличных фонарей. Дышалось легко и свободно... Сейчас Виктору очень нравился этот большой шумный город с высокими красивыми домами и широкими ровными улицами, убегающими в даль. Нравилось все, что его окружало.
   От выпитого вина разгорелось лицо. Разговор стал смелый и связный. Правда, говорить приходилось в основном с Игорем, который все старался его унизить, показать в смешном свете, желая доставить удовольствие своим приятелям. Но странно, это ни сколько не обижало Колесникова. Да и как обижаться на друга? Неожиданно Грач и Кленов остановились и о чем-то заговорили. Виктору пришлось идти рядом с Ларисой.
   Он искоса поглядывал на девушку и размышлял о том, что хорошо иметь друзей. С ними отлично отдохнешь. Куда ни будь, сходишь, увидишь, что ни будь. Ребята эти вроде хорошие неизбалованные. Игорь такой культурный и остроумный. Девушка веселая хоть и немного развязная, вино пьет сама без долгих уговоров, не то что наши скромницы в Козловке. Не нравился только Грач, он не в меру был хмур и серьезен. Даже не поговорил с ним. Но это все пустяки, ведь жизнь, кажется, налаживалась.
   - Минутку, парень! - Виктор оглянулся от толчка в бок. Рядом стоял Грач.
   - Давай деньги. Я хочу выпить, да и они не откажутся. - в приказном порядке сказал Грач.
   - У меня нет. Я все уже отдал. - оторопело проговорил Колесников.
   - А ты более тщательно поройся в бесчисленных карманах своего смокинга.
   - Да нет у меня больше, ребята. Я все потратил.
   - Слушай, дружек. - вкрадчиво заговорил Грач. - Хочешь, Лариска сейчас поедет с тобой? Ты нам дашь деньги, и мы через час будем у тебя дома с вином. Ну, как, идет? Ты только будь с ней смелее и у тебя все получиться.
   Виктор молчал и, краснея, старался не смотреть на Ларису, которая в эту минуту с интересом разглядывала его высокую крепкую фигуру. Пауза затягивалась.
   - Знаешь, ты! - закричал Грач. - Если сейчас не найдешь денег и не пригласишь нас к себе, я тебя удавлю вот этими руками!
   В подтверждении своих слов он, страшно вращая глазами, протянул руки к горлу. Виктор испуганно отступил назад. Хмель весь сразу вылетел. И вдруг он увидел свою напарницу Шуру, идущую от магазина.
   - Подождите, ребята, я сейчас. - крикнул Колесников, кидаясь за ней следом.
   Вернулся он, зажав в руке две новенькие купюры. Хорошее настроение возвращалось.
   - Ну, вот и молодец! - похвалил его Грач, забирая деньги. - Сейчас садись в автобус и кати с Лариской домой. Мы с Кленом подъедем через час. Времени тебе должно хватить. Пока!
   Виктор послушно поплелся со своей спутницей к автобусной остановке.
   Дома, при электрическом свете, он рассмотрел свою новую знакомую, которая, сняв курточку, села на диван и выжидающе смотрела на него. Лицо оказалось не таким молодым и гладким, как на улице, под глазами мешки, маска косметики обтянула лицо толсто и безвкусно.
   Колесников осторожно сел рядом. Она продолжала смотреть на него с усмешкой и молчала, маняще прищуривая глаза.
   - Какая-то она не хорошая. Даже разговаривать с ней не хочется. Вон как глазищами играет. Скорей бы приходили ребята. - думал он смущаясь, не зная куда деть себя под этим настойчивым, ждущим взглядом.
   Прошло в молчании пять минут. Вдруг девушка зло взглянула на него и, выразительно покрутив пальцем у головы, отвернулась. Взяла с этажерки потрепанную книжку и начала листать. Он ее больше нисколько не интересовал.
   Виктор, не придав ни какого значения недовольству Ларисы, сидел и думал, что зря завел такое знакомство. Придут ребята, будут шуметь. Перегородка тонкая соседи все услышат, расскажут тетке, а та будет опять ругаться. Зря согласился ехать к себе. Ох, и зря!
   Так он и молчал, не шевелясь, смотрел на закопченный потолок и думал о своей неудачной жизни. Вспомнилась маленькая заснеженная Козловка. Перед глазами встали милые сердцу поля и леса. Узенькая чистая речка, где с детства рыбачил. Старый покосившийся, но всегда шумный клуб. Несчастная старушка мать, которая очень заботилась о судьбе сына. От воспоминаний горько защемило сердце.
   Сильно распахнулась дверь. На пороге появились Грач и Игорь, с покрасневшими от мороза лицами. Выставили на стол принесенное вино.
   - Он что, в самом деле идиот? - тихо спросил Грач своего дружка, показывая глазами на неподвижно сидящего хозяина дома. Тот улыбнулся и молча пожал плечами.
   - Таких друзей около себя держать надо, Клен. С них можно многое выжать. И на любое дело они пойдут, если хорошо попросить. - продолжал говорить Грач.
   - Ну, что сидишь как истукан? Давай стаканы и закуску. Мы же твои гости, так поухаживай за нами.
   Виктор послушно достал из кухонного стола стаканы. Поставил на стол сковородку с остатками картошки. Толстыми ломтями нарезал хлеб.
   - Небогато живешь. - сморщился Грач. - Да, ладно давай начнем.
   Стаканы были налиты и опорожнены. Завязался разговор. Все пьяными голосами наперебой хвалили Колесникова. Какой умный, хороший парень, таких ценить и уважать надо. Вот бы все были такими.
   Грач что-то на ухо сказал Кленову. Тот мотнул головой и пригласил Виктора на улицу покурить. Пьяно пошатываясь, они вышли из комнаты, громко хлопнув дверью.
   - Ну, подруга, за работу. - прохрипел Грач. - Ищи, да лучше. В этой лачуге все равно есть, что ни будь.
   Они начали быстро отодвигать ящики комода, ворошить белье, стараясь отыскать ценные вещи и деньги.
   - Кошелек! - воскликнула Лариса, рассматривая находку. - Лежал на комоде прямо перед глазами, а мы и не видели.
   Грач резко выхватил его. Раскрыл, пересчитал деньги. Улыбка радости скривила рот. Быстро спрятал кошелек в карман. Вскоре туда же перекочевало теткино золотое кольцо и часы. Больше ни чего интересного не было.
   - Давай выпьем за удачу! - усмехнувшись, предложил Грач, разливая вино.
   - А, чем закусим? - спросила помощница и, не дождавшись ответа, направилась к кухонному столу.
   На улице, докурив сигарету, Кленов сказал, что ему нужно сходить домой, махнул рукой и скрылся за калиткой. Колесников, поеживаясь от холода, направился в комнату. Открыл дверь и остолбенел. На электроплитке жарилась колбаса с яичками, распуская аромат по квартире. На столе стояли яблоки и печенье. Грач сидел на диване, обнимая Ларису, курил сигарету и приветливо улыбался хозяину
   - Как вы смели! - вырвалось у Виктора. - Эти продукты тетка купила для больной родственницы. А вы без спросу, самовольно...
   - Помолчи, парень. Не порти нам вечер, да и аппетит тоже. Эх, деревня, ты же не понимаешь как нам хорошо. Сядь в угол и смотри, как отдыхают интеллигентные люди.
   Приоткрылась дверь. В комнату заглянула соседка, которая все это время стояла у заборки, прислушиваясь к голосам.
   - Молодые люди, что вы здесь делаете? - обратилась она к гостям.
   - Да вот пришли к своему приятелю, а он нас решил немного угостить. Объясни ей, Виктор.
   - Какие вы приятели? Вы наглецы. Вы хуже... - Колесников задохнулся от злости. Соседка моментально поняла все. Быстро выскочила в коридор, заперла дверь снаружи на замок и бросилась к телефону.
   Грач вскочил . Толкнул плечом дверь. Заперта. Еще раз толкнул. Не поддается.
   - Слушай ты, если хочешь жить, открой дверь! - повернулся он к Виктору.
   - У меня нет ключа.
   - Тогда взломай ее!
   - Незачем ломать. Скоро тетка придет и откроет.
   - Знаем мы эту тетку, воронок и серые шинели, а там и небо в клетку из окна. Ломай, я тебе говорю!
   Колесников не двигался с места. Он был спокоен внешне, но в груди у него все клокотало. Страх, который вначале нагнал на него гость, постепенно уходил. Грач с остервенением колотил в дверь, чем попало, но та не поддавалась.
   - Попробуем в окно! - крикнула Лариса.
   Они оба вцепились в переплет, стараясь выдернуть зимнюю раму. Они дергали, злились, ругались. Наконец, отогнув гвозди, вытащили ее. Распахнув створки, первой выскочила Лариса.
   Виктор безучастно смотрел на них. Ему хотелось только одного, что бы скорей его оставили в покое. Вдруг его взгляд упал на комод. О, горе! Кошелька там не было. Дикая злоба вскипела в душе Колесникова. Сердце бешено заколотилось. В глазах потемнело. Он с ревом бросился на Грача и вцепился в одежду.
   - Отдай кошелек, ворюга!
   Тот не растерявшись, сильным ударом в челюсть, опрокинул его на пол. Виктор вскочил и вновь ринулся на противника. Завязалась отчаянная борьба. Два сильных упругих тела покатились по полу, сшибая стулья. Со стола со звоном посыпалась посуда. Собрав последние силы, Грач рывком оторвал от себя цепкого Колесникова. Рука нащупала рядом разбитую бутылку. Удар. И острые края впились в голову противника. Виктор разжал пальцы. Почувствовав, что свободен, Грач стремительно бросился к окну.
   - Не уйдешь, бандит проклятый! - прокричал, поднимаясь Колесников, и бросился следом. В горячке он не замечал ни страшной боли, ни обильной крови, выступившей из ран. Перевалившись через подоконник, он упал на снег. Подняться уже не было сил. На белом снегу заалела полоска крови.
   - Такая же была от пролитого вина. - почему-то вспомнил Виктор, силясь поднять голову.
   - Каких ты друзей нашел? - перед глазами встала заплаканная старушка мать, с каким-то серым расплывчатым лицом. Жалкая, еще более постаревшая. Слезы навернулись на глаза Виктора.
   - Я ошибся, мама! - прошептал он не послушными губами.
   Больно сжало виски. Перед глазами поплыли разноцветные круги. Колесников сунулся головой в снег и затих. Силы оставили его тело.
   Грач, пробежав несколько метров от окна, неожиданно очутился в умелых сильных руках. Двое работников милиции, скрутив руки, повели его к патрульной машине, из окна которой тоскливо смотрела Лариса.
   Игорь Кленов в это время спокойно спал в своей теплой постели. Он ушел от Колесникова, так как понял, что Грач затевает что-то не хорошее. Этот культурный парень оставил Виктора один на один с неоднократно судимым, озлобленным на всех человеком. Он безмятежно спал. Часы показывали полночь. На снегу обливался кровью раненный друг. Печально с неба смотрела луна.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  

МОЛОДЫЕ ШАЛЬНЫЕ ГОДА

РАЗГОВОР С ВЕТРОМ

  
  
  
   Темные камские ночи. Ветер свистит за окном,
   Словно ворваться он хочет в мой опостылевший дом.
  
   Грустно сижу одиноко, в печке пылают дрова.
   Спит, затаившись глубоко, мрачной тайги синева.
  
   "Ветер, чего ты летаешь? Сядь, успокойся на миг!
   Ты уж и так много знаешь, сам жизнь познал - не из книг".
  
   Ветер царапнул в окошко: "Ты на себя посмотри -
   Сколько уж ездишь, немножко? Тоже мне, умник, смотри!"
  
   Я улыбнулся, поднялся, форточку в миг распахнул.
   Мой собеседник ворвался, сел по-хозяйски на стул.
  
   В комнате стало прохладно, в печке огонь заплясал.
   Ветер провыл: "Мне досадно, что от тоски я летал.
  
   Ты, что увидишь, запишешь. Ты небольшой, но поэт.
   Я же могучий, но слышишь, толку-то что? Эх, привет!"
  
   Он поперхнулся и всхлипнул в форточку раз и исчез.
   Надо же горько так вскрикнул: "Толку-то что? Ну и бес!"
  
   Прав он, могучий и смелый, он обгоняющий век -
   Делает трудное дело скромный поэт - человек.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  

ПОХОД

  
  
  
   Там вдали за горой, есть другая гора,
   Только выше, мрачнее и круче.
   Мы решили идти цель, имея в пути
   Ввысь добраться, к чернеющим тучам.
  
   И без страха отряд утром двинулся в путь
   По коварным извилистым тропам.
   Эй, турист молодой! Ты ни черт, ни герой
   Вверх чуть лез, а обратно галопом.
  
   И напрасно лил дождь, бушевала гроза -
   Для туриста и это погода.
   И пускай ты упал на тропинке у скал
   Друг поможет - закон, а не мода.
  
   Ночевать у костра, есть мясной концентрат.
   Ну не счастье ли это, ребята!
   Ты нашел здесь друзей, с ними жить веселей,
   А комфорт - небольшая утрата.
  
   Если снова в поход нас с тобой позовут,
   Мы пойдем, как бы ни было трудно.
   И пускай, друг, года уж не те - не беда!
   На природе так дивно, так чудно.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  

СЕВЕР ТРУДОВОЙ

  
  
  
   Привет Ухта! Желанный север
   К тебе стремился всей душой.
   Кругом тайги зеленый веер
   И город светлый, молодой.
  
   Где трудно, там и комсомольцы
   Я горд, я отношусь к таким.
   На стройку едут добровольцы
   Мороз большой не страшен им.
  
   Я там работать научился
   Романтика- все это бред!
   Горячий пот по лбу струился,
   А было мне шестнадцать лет.
  
   О том, что было, не жалею -
   Начнись жизнь снова, я опять
   Помчусь на север и вспотею
   На стройке в минус сорок пять.
  
   Куда бы молодость шальная
   Не занесла меня порой,
   Работать, рук не покладая
   Я буду для страны родной!
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  

РАЗВЕДЧИК

  
  
  
   Ты живешь далеко на чужой стороне
   Без родных, без жены, без друзей.
   Над тобой облака, что и в нашей стране
   Только небо грозней и темней.
  
   Ты разведчик, работа твоя не легка,
   Труд огромный, ни с чем не сравним.
   По ночам, под подушкой сжимает рука
   Пистолет - боевой побратим.
  
   Ну а утром встаешь, как всегда, и идешь
   Будь жара, будь мороз, будь пурга.
   Риск большой, ну и что ж?
   Все равно узнаешь мысли черные зверя-врага.
  
   А там дома жена над кроваткой сидит
   Гладит сына легонько рукой.
   "Как похож на отца". - со слезой говорит:
   "Будь и ты как отец твой, герой!"
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  

ВОСХОЖДЕНИЕ

  
  
  
   На вершине горы туман
   Он от нас далеко висит
   Не заменит его стакан,
   Что душистым вином пьянит.
  
   Давит плечи большой рюкзак
   Ручейками стекает пот,
   А в до гонку летит: "Чудак.
   Разве умный наверх пойдет?"
  
   Солнце где-то еще внизу
   Начинает привычный путь,
   Мы ложимся лицом в росу
   Колдовской аромат вдохнуть.
  
   Где тут сказка, а где тут быль
   Невозможно теперь понять -
   Городов разноцветных пыль
   Очень глупо к горам равнять!
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  

ЛЕНИНГРАД

  
  
   Я в Ленинград попал впервые.
   Мосты в граните над рекой,
   На Невском лица молодые,
   Дворцов торжественный покой.
  
   Что раньше было достояньем
   Царей, сиятельных вельмож -
   Все перевернуто восстанием,
   Мир изменился, мир хорош!
  
   Стоит Аврора у причала
   На палубе всегда народ.
   Вот эта пушка, что стреляла
   В укрывшихся дворцом господ.
  
   Скучая, в Эрмитаж забрался,
   И в Петропавловку зашел,
   Был в Зимнем, очень растерялся -
   Как все роскошно, даже пол.
  
   А сколько памятников старых
   Кругом шедевр, куда ни ткнись,
   Статуй громадных, бюстов малых,
   Коней, срывающихся ввысь.
  
   Петродворец - ну просто сказка.
   Фонтаны, зелень, чистота.
   Воды падение, ветра ласка
   Кругом улыбки - красота!
  
   Как хорошо на Метеоре
   Залив пересекать морской.
   Летают чайки на просторе
   И горизонт весь голубой.
  
   Увидел многое, услышал.
   Теперь прощай мой Ленинград.
   Последний раз с вокзала вышел,
   Ну, скоро дома. Я так рад!
  
  
  

Я ВЗРОСЛЫМ СТАЛ

  
  
  
   Кем быть? Я думал очень много.
   Вот кончил школу - впереди
   Большая светлая дорога
   Твори, дерзай, смелей иди.
  
   Работать? Я уже пытался
   Ворочал доски, швы варил.
   В подсчете чисел упражнялся -
   В госбанке, где недолго был.
  
   И вот задача, где учиться?
   Не плохо б в институт попасть,
   Но сердце бешено стучится
   Там конкурс, там народу - страсть!
  
   А если дальше не учиться?
   Тогда в солдаты - путь один.
   К чему три года жить стремиться
   А кем вернешься - гражданин.
  
   Когда еще диплом получишь
   И жизнь начнешь на радость всем?
   Когда еще других научишь
   Понятью жизни теорем!
  
   А, что же делать, кто поможет
   Найти занятье по душе?
   И вдруг сказали: "Слушай, может
   Поедешь в Горький в ГШМ?"
  
   С людьми работать интересно
   Об этом с детства я мечтал.
   Там трудно. Это мне известно.
   Ну, я решил, я взрослым стал.
  
  
  
  
  
  
  

РАЗГОВР ЗАКЛЮЧЕННОГО

  
  
  
   Меня судили, парень, слышишь?
   И дали срок мне - двадцать лет.
   Там тундра, там морозом дышишь,
   Кругом снега, на что смотреть?
  
   Я сел за то, что отказался
   Те облигации купить,
   Что Сталин продавать старался.
   Дай пол зарплаты - как тут жить!
  
   Потом кричали: "Враг народа,
   Ты смеешь отказаться как!"
   Была холодная погода,
   А у меня один пиджак.
  
   Чудак, боясь замерзнуть дома,
   Я деньги на пальто копил.
   Вот результат - в мороз без лома
   Я землю севера долбил!
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  

КАВКАЗ

  
  
  
   Кавказ, всегда твои вершины
   В седых, пушистых облаках,
   А плодородные долины
   В чудесных сказочных садах.
  
   Здесь все под солнцем созревает,
   Здесь гнутся ветви от плодов.
   Народ живет, нужды не зная.
   Что Коммунизм? Нет, край таков!
  
   Но чем же мать Россия хуже,
   А наш народ, что может все?
   У нас простор, у них, по уже,
   А вот живем, ни то - ни се!
  
   Грузин не дом - дворец имеет,
   В нем комнат всех не перечесть.
   А русский? Русский ждать умеет,
   Лишь срок пройдет, и ордер есть.
  
   Но унывать, друзья, не будем.
   Придет и к нам домой Кавказ.
   Работать мы дружнее будем
   И солнца луч коснется нас!
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  

НЕЗАМЕНИМЫХ НЕТ

  
  
  
  
   Опять в дорогу собираться.
   Желанья нет, но есть приказ.
   Не надо только расслабляться
   Ведь уезжать не в первый раз.
  
   Мать плачет горько безутешно
   Зло, проклиная дикий край.
   Учился, кажется, успешно,
   А посылают в этот - Кай.
  
   Там лагеря, там глушь лесная,
   Там добровольно не живут.
   Этап - и здесь братва блатная,
   Купе - и нас сюда везут.
  
   Мы будем вместе жить, работать.
   В тайге поднимем города...
   Но, слушай, могут и ухлопать?
   Здесь будет жить другой тогда!
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  

СКУПЩИЦА ЛИСА

  
  
  
   Одна лисица все скупала:
   Костюмы, шапки, одеяла...
   Жила она в своей норе,
   Как королева при дворе.
  
   Плутовка лезла вон из кожи
   Купить дешевле, сбыть дороже.
   Как на дрожжах из года в год
   Крамольный рос ее доход.
  
   Несли ей волки - забияки
   Добычу, вырванную в драке.
   А предприимчивый шакал
   Пушнину где-то доставал.
  
   Свинья таскала ей открыто,
   Различный хлам, сложив в корыто.
   А горький пьяница - осел
   Сносил ей все, остался гол.
  
   Лису за деньги ублажали,
   А сами больше воровали.
   Жила бы так она года
   Да вот нагрянула беда.
  
   Осла - отправили лечиться,
   Свинью - заставили трудиться,
   На краже пойман был шакал,
   Грабитель волк в капкан попал.
  
   Перед медведем - прокурором
   Лисицу выдали все хором:
   "Давно прижать ей надо хвост
   И краж в лесу затихнет рост!"
  
   Лисицу в клетку посадили
   И вскоре все о ней забыли.
   В лесу настала тишина...
   Но не обманчива ль она?
  
  

ПАРТИЙНЫЙ ГИМН

  
  
  
   С "Единой Россией" сплотимся мы вместе
   Закончим республик, позорный развал!
   Нет экспериментам с поруганной честью,
   Народ не за это всю жизнь воевал!
  
   Припев:
   Крепни Россия ты наша единая,
   Вместе на веки Кавказ и Урал.
   С верой, надеждой, непобедимою,
   Дело продолжим, как Петр начертал!
  
   Слышны еще пушек глухие раскаты,
   Дымятся порою Чечня и Цхинвал.
   Хотят мирно жить все России солдаты,
   Но, чтоб на отчизну ни кто не напал!
  
   Припев:
   Крепни Россия ты наша единая,
   Вместе на веки Кавказ и Урал.
   С верой, надеждой, непобедимою,
   Дело продолжим, как Петр начертал!
  
   Счастливую жизнь для народа построим.
   Партийный девиз у нас: "Все для людей!"
   Границы друзьям мы с любовью откроем,
   И солнце над миром засветит сильней!
  
   Припев:
   Крепни Россия ты наша единая,
   Вместе на веки Кавказ и Урал.
   С верой, надеждой, непобедимою,
   Дело продолжим, как Петр начертал!
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  

И ЛЮБОВЬ

  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
   РАЗЛУКА ВСЕ ЧУВСТВА ПРОВЕРИТ
  
   И ЖИЗНЬ ТВОЯ СТАНЕТ ЯСНЕЙ.
  
   ГЛУБИНЫ ЛИШЬ, СМЕЛЫЙ ИЗМЕРИТ
  
   ЛЮБОВЬ ЛИШЬ ПОЙМЕШЬ У ДВЕРЕЙ!
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  

ВОТ ТАК РАЗ

  
  
  
  
   Я был тогда еще ребенок
   И жизнь чуть-чуть лишь понимал,
   Но замечал уже девчонок
   И ростом был совсем не мал.
  
   Впервые ты мне повстречалась
   (Детсад я не беру в расчет)
   И вдруг ребятам показалось,
   Что многих нас к тебе влечет.
  
   Тайком, переговорив с друзьями,
   Я понял, что влюбились мы.
   И мысли понеслись кругами:
   Кого ж предпочитаешь ты?
  
   Вдвоем с тобой бывать стеснялись,
   А в группе, что мог я сказать?
   Встречаться взглядами боялись -
   Эх, где бы смелость мне занять!
  
   Тебя я на катке увидел
   И слезы полились из глаз.
   Меня поступок твой обидел:
   С другим каталась? Вот так раз!
  
   Я школу музыки оставил
   И на коньки баян сменил.
   Хоть я смеялся и лукавил,
   Но белый свет мне был не мил.
  
   Четыре года пробурлило
   Огонь в груди моей погас.
   Ты вдруг сказала: "Я любила".
   Меня любила? Вот так раз!
  
  
  
  
  

ЛЮБОВЬ

  
  
  
  
   Любовь... я верю в это чувство
   Оно прекрасно - спору нет.
   Любовь... ты двигала искусство:
   Художник рисовал портрет,
  
   Поэт работал над стихами,
   В театре ставили балет,
   И кто-то нежными руками
   С душой играл про лунный свет.
  
   В бою солдаты погибали,
   Шепнув последний раз о той,
   Которой верили и знали,
   Что ждет родная их домой.
  
   А сколько бродит вечерами
   Весной влюбленных милых пар.
   И я так рад, что вместе с Вами
   Ношу в груди любви пожар!
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  

ОН ОБЕЩАЛ

  
  
  
   Льет холодный дождь осенний
   Загоняет всех домой.
   Парень вымок, нет спасенья
   Ох, уж этот проливной!
  
   Он спешит, хоть точно знает,
   Что она-то не придет.
   Лучше дома почитает -
   Вон на улице как льет!
  
   Но он должен быть на месте
   Ровно в восемь, как всегда,
   Где встречались раньше вместе,
   А стихия не беда!
  
   Раз сказал: "Приду во время,
   Хоть умру, но буду там".
   Обещание не бремя,
   Ну а слово, разве хлам?
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  

ДЕВЧОНКА

  
  
  
  
   Прошлое часто порой вспоминаю,
   Но лишь один я портрет представляю -
   Эта девчонка, мы с нею дружили
   Чистые чувства нам радостью были.
  
   Среднего роста с большими глазами,
   Тонкие брови прогнуты дугами.
   Волосы русы, волнисты немножко,
   Узкая талия, стройные ножки.
  
   Губы свежи, точно спелая вишня,
   Носик приятный, горбинка нелишня,
   Платьице милое серого цвета,
   Белые туфли - не радость ли это!
  
   Много мальчишек с надеждой вздыхали,
   Трое со мною подраться мечтали.
   Только не глупость ли это ребята,
   Разве сердца покоряют солдаты?
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  

ПРОЩАНИЕ

  
  
  
  
   Почему так твой грустен взгляд,
   Почему нет улыбки у рта?
   Я ведь скоро вернусь назад
   И мы будем с тобой навсегда.
  
   Поезд в даль унесет меня
   На прощанье мигнет светофор.
   Не забыть мне разлуки дня,
   Буду помнить печальный твой взор.
  
   Лучше вспомни наш старый клен,
   Где мечтали с тобой до зари,
   Где впервые сказал: "Влюблен!"
   Ты лукаво шепнула: "Не ври!"
  
   Поезд вдаль унесет меня
   На прощанье мигнет светофор.
   Не забыть мне разлуки дня,
   Буду помнить печальный твой взор.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  

МУЖЧИНА

  
  
  
   Первая любовь не вынесла разлуки.
   В юности смешно быть одному,
   Вскоре я забыл глаза твои и руки.
   А случилось это потому,
  
   Что в душе проснулся жар неугасимый -
   Захотелось в жизни все познать:
   Как в тиши ночной проходит миг интимный,
   Как людей порой роднит кровать.
  
   Много от мужчин рассказов дельных слышал,
   Где и с кем им можно изменять,
   Если ты из веры у жены не вышел -
   Подвернется случай - не зевать!
  
   Пусть безусый я мальчишка, но мужчина
   Жил во мне и спать мне не давал.
   В этом деле, друг, и кроется причина,
   Что ушел я спать на сеновал.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  

А САНКИ СТОИТ ЛИ ВОЗИТЬ

  
  
  
  
   Не скрою, ты мне нравилась Тамара.
   Знакомые твердили: "Чудо пара".
   С тобою всюду мы бывали вместе,
   Встречались часто на заветном месте.
  
   Со вкусом ты любила одеваться,
   Как мог я на тебя не любоваться?
   Ты о любви сказать не побоялась,
   Но лаской отвечать еще стеснялась.
  
   К себе я приручить тебя старался,
   Что мог, то делал, прямо не терялся.
   Но ты одно твердила мне все время:
   "На это будет после свадьбы время!"
  
   Про свадьбу слышать страшно неприятно,
   И это парню каждому понятно.
   Пришлось с тобою вежливо расстаться.
   Я не хотел возить - хотел кататься!
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  

ТЕБЯ НЕ ПРОВОЖАЛ Я

  
  
  
  
   Ты всегда была веселая со мной,
   Часто пела песни для меня.
   Провожать тебя я не ходил домой,
   Провожала ты меня сама.
  
   На носочках тихо пробирались в дом,
   Опасаясь, вдруг услышит мать!
   И не стоит, вроде, говорить о том,
   Что ждала нас теплая кровать.
  
   Из окна струился чудный лунный свет,
   Все казалось нежно золотым.
   Ты не разу твердо не сказала: "Нет!"
   Я был рад согласием твоим.
  
   Постепенно хмель с дурманом проходил,
   Солнце чуть румянило восток.
   Я к дверям тебя не слышно подводил,
   Дальше не хотелось, хоть и мог!
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  

КТО ВИНОВАТ

  
  
  
   Как называть тебя не знаю
   Хочу понять и не могу,
   Но с жадной страстью обнимаю
   Тебя на скошенном лугу.
  
   Легко ты мужу изменила,
   Смеясь, пришла сюда со мной.
   Не оттого, что полюбила,
   Хоть и шептала: "Мой родной!"
  
   Муж служит в армии советской
   И пишет каждый день домой,
   Ты отвечаешь ложью детской
   Порой убогой и смешной.
  
   Я виноват перед тобою,
   Солдат, но что сказать о той,
   Что назвалась твоей женою,
   А вот сейчас лежит со мной.
  
   Ей двадцать лет, она не может
   Без мужа быть трехлетний срок,
   Ей шорох ночи сон тревожит.
   Что ж получай, солдат, урок!
  
   Зачем же ты спешил жениться,
   Ты знал, что призовут тебя.
   Ты верил ей? А время мчится
   Она, грустя, нашла меня.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  

ЧУВСТВА ПРОЧЬ

  
  
  
  
   Мы целый год с тобой дружили
   Где ты была, там был и я.
   А помнишь, как, дрожа, бродили,
   В ненастный вечер января?
  
   Сказала ты тогда, что любишь,
   А я в ответ: "Вот молодец!"
   А сам подумал: "Врешь, забудешь,
   Лишь год пройдет, всему конец!"
  
   Ну, как любить на расстоянии
   Ты будешь здесь, я буду там.
   По письмам? Глупое старание
   Клеить в конверт, сплошной обман.
  
   Нет, лучше год прожить на славу
   Быть вместе день, быть вместе ночь.
   Потом забыть любовь - забаву.
   Раз расстаемся - чувства прочь!
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  

ЛЕНИВОЕ ЧУВСТВО

  
  
  
  
   Мне тоскливо, друзья, ох тоскливо:
   Я ее потерял навсегда.
   Почему мое чувство лениво
   В молодые, шальные года?
  
   Я сгорал жадной бешеной страстью
   Когда мы оставались одни,
   За окошком свистело ненастье...
   Ты еще не забыла те дни?
  
   Но в компаниях вечные ссоры
   За улыбку - ревнивый злой взгляд.
   А потом бесконечные споры
   Кто из нас тут сильней виноват.
  
   Вот уехал я. Ты одинока.
   Переписка? А толку что в ней.
   И раскинулась пропасть глубоко,
   Не на жизнь, лишь на несколько дней.
  
   Вдруг письмо. Я читаю, ты пишешь:
   "Вышла замуж... Люблю лишь тебя...
   Вечно сердцем с тобою... Ты слышишь?"
   Я сижу потрясенный. Друзья!
  
   Нет уж больше рассветов, мечтаний.
   Ты с другим, ты в объятьях его!
   Сердце плачет в груди от страданий,
   Что наделала ты, для чего?
  
   Ты не любишь, его я уверен.
   Подошли, скажешь мол, года?
   Но ведь я, друг родной, тебе верен,
   Для чего этот брак тогда!
  
   Мне тоскливо, друзья, ох тоскливо:
   Я ее потерял навсегда
   Почему мое чувство лениво
   В молодые, шальные года?
  
  

ПЬЯНЫЙ ДОН ЖУАН

  
  
  
  
   На вечер я попал случайно
   Здесь пили много, пил и я.
   Ведь знаешь, все необычайно
   Когда вина вольешь в себя.
  
   Я был тогда с подругой в ссоре
   Вот почему пришел один,
   А здесь на счастье или горе
   Со мною рядом - шелк седин.
  
   Блондинок я люблю ужасно,
   Хоть ни с одной и не дружил,
   Но даже думать тут напрасно
   Ее друг, мой друг. Я с ним жил.
  
   Но где же он? Его здесь нету.
   Она одна сидит и пьет.
   На маг поставили кассету
   Пошел тут пьяный хоровод.
  
   Мы долго много танцевали:
   Ломались в твисте вместе с ней,
   Рубили шейк, порой плясали
   Еще вольней, еще модней.
  
   Нам стало жарко, все вспотели,
   Опять за стол хотели сесть,
   А я решил идти к метели
   Мне надоело пить и есть.
  
   На улице снежок кружился.
   Кружилась также голова,
   Дымок от сигареты вился,
   А я стоял, смотрел в дрова...
  
   Но вдруг меня рука коснулась:
   "Ты здесь один? Ты весь в снегу!"
   Я оглянулся. Улыбнулась
   Блондинка мне. "Да, я в снегу!
  
   Я весь в снегу и отряхнуться
   Не знаю, кто поможет мне?"
   И не успел я шевельнуться,
   Как руки были на спине.
  
   В объятьях побыли минуту
   Затем опять пошли на пир.
   Немного выпили. Ну, к шуту!
   Я спать хочу, уж спит весь мир.
  
   Нырнул в диван, не раздеваясь,
   И начал вроде бы дремать
   Тут все задвигались, решая,
   Кому и где хотелось спать.
  
   Моя блондинка притащила
   Откуда-то большой матрац,
   К дивану на пол положила:
   Что ж дальше будет? Вот так раз!
  
   Она легла, свет потушила,
   А в комнате лишь мы вдвоем,
   Тут сердце горестно заныло
   Ведь другу в душу, мы плюем!
  
   Как все уснули, с пола тихо,
   Она поднялась на диван.
   Толкнуть ее обратно б лихо.
   Не мог. Как выпью, Дон Жуан!
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  

ВСЕМ ДОСТУПНАЯ

  
  
  
  
   За окошком сыплет дождь
   Мы с тобой одни в квартире.
   На кого я стал похож -
   В этом горьком, скучном мире?
  
   Я развязен - даже нагл.
   И острю цинично, пошло.
   Ты смеешься словно так,
   Нужно делать. Ой, как тошно!
  
   Почему не скажешь: "Стой!
   Мы знакомы только вечер.
   И не надо сразу в бой -
   Впереди свиданья, встречи".
  
   Но не споришь ты. Зачем?
   Где уж до таких воззрений.
   Лишь бы где, да лишь бы с кем
   Пусть, на несколько мгновений!
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  

ПРИТОН

  
  
  
  
   Кто в притонах не бывал ни разу
   Тот не знает, что такие есть.
   Тот не видел мерзость и заразу,
   Женщин, потерявших стыд и честь.
  
   Старые ободранные стены,
   Грязь, как на столе, так и под ним.
   Не шипят бокалы здесь от пены -
   Ни к чему шампанское тут им.
  
   Лучше выпить больше да покрепче.
   Пить так водку, спать - так с кем-нибудь.
   Пьяному все проще и все легче
   Сила распирает шире грудь.
  
   Если не доволен, бей, чем хочешь
   Все равно, куда и по чему,
   Если весел, то кричишь, хохочешь,
   Тут приличье вовсе ни к чему.
  
   Женщина понравилась, ну что же
   Забирай себе, она твоя.
   Если заупрямиться - по роже,
   Вот и все! Теперь навек твоя.
  
   Здесь все просто, многое доступно:
   Нет стыда, беседы сплошной мат.
   Лишь глаза соседа неотступно
   На соседа с жесткостью глядят.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  

ОЧАРОВАНИЕ

  
  
  
  
   Тебя я увидел впервые -
   Теперь позабыть не могу,
   Мне снятся глаза голубые
   Как те васильки на лугу.
  
   Я девушек видел немало
   Красивых, веселых, простых.
   И сердце в груди трепетало
   При ласковом взгляде на них.
  
   Но краткой бывала та радость
   Тоска ей заменой была.
   Какая же все-таки жалость,
   Что ты где-то рядом прошла.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  

СИНИЕ ГЛАЗЕНКИ

  
  
   Сказал тебе я: "Лена, до свиданья".
   "Прощай" - шепнула тихо ты в ответ.
   Таков финал короткого свиданья.
   Я даже рад, но ты, наверно, нет!
  
   Мы встретились с тобой случайно в парке.
   Я начал свой привычный разговор:
   Спросил, как звать, съязвил о старой арке,
   Ты засмеялась, слушая мой вздор.
  
   Потом по парку в сумерках бродили
   Нам было хорошо в тиши вдвоем.
   Твои глаза без слов все говорили,
   Сверкая ярким голубым огнем.
  
   Я говорил, о чем давно мечтаю,
   Кем быть хочу, к чему стремлюсь сейчас,
   Где я бывать люблю, чего читаю...
   А времени смотрю - десятый час.
  
   Пошли к тебе дорогой незнакомой.
   Вот дом большой, в котором ты живешь.
   И тут у лестницы неосвещенной
   Я стал другим. Я думал ты поймешь
  
   Мои порывы и мои старанья,
   Но ты была совсем не из таких.
   Я приносил лишь горькие страданья,
   Порывов ты ждала совсем других.
  
   И, оттолкнув меня, ты прошептала:
   "Каких ты раньше девушек встречал?
   Таких как у Московского вокзала?
   Но я не та, ты не туда попал!
  
   Ты нравишься - я это не скрываю,
   И если можешь, будь со мной другим.
  
   А если нет, тогда я отвергаю
   И впредь не будь повесою таким".
  
  
  
   Сказал тебе я: "Лена, до свиданья".
   "Прощай" - шепнула тихо ты в ответ.
   Таков финал короткого свиданья,
   Я даже рад, но ты, конечно, нет!
  
   Чему же рад? Я рад, что есть девчонки,
   Что гордость есть и сила есть у них.
   И так чисты их синие глазенки,
   Что не писать не мог я этот стих.

УМНИЦА МОЯ

  
  
  
  
   Миленькая Лида, умница моя,
   Без тебя тоскую, изнываю я.
  
   За окошком вечер, за окошком грусть,
   Люди в парах бродят, бродят ну и пусть!
  
   Мне пойти бы надо - разогнать тоску
   По сугробам снежным или по песку.
  
   Посмеяться тихо, помечтать вдвоем.
   Где же ты, родная, одевайсь пойдем!
  
   Глупые причуды, нет тебя со мной
   Ты вдали уральской, стороне чужой.
  
   Может, любишь крепко? Но уж не меня.
   Может на свиданья не хватает дня?
  
   И в объятьях жарких таешь как в огне,
   А на встречу чистой явишься ко мне.
  
   Миленькая Лида, умница моя.
   Без тебя, ревнуя, изнываю я!
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  

ПРОЙДУТ ГОДА

  
  
  
   Прощай, прощай, голубка.
   Прощай весенний свет.
   Стоит обычный вечер,
   А нас уж рядом нет!
  
   Что было, то пропало
   Так люди говорят.
   Грустя, луна сияет
   И звезды чуть блестят.
  
   Но жизнь течет как прежде -
   Рассвет сменяет ночь,
   Бредет за летом осень,
   Ни что не скрылось прочь.
  
   Найдешь себе другого
   Добрее и милей.
   Полюбишь крепко, жадно.
   Не как меня. Сильней!
  
   Что б не сердился, скроешь,
   Что был когда-то я.
   С улыбкой легкой скажешь:
   "Грущу всю жизнь одна".
  
   Все будет ровно дальше,
   Далекая моя.
   Пройдут года, забудешь:
   Весну, любовь, меня!
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  

ЛИЛИЯ

  
  
  
  
   Ты всегда такая милая
   Скромная.
   Грациозная как лилия
   Томная.
  
   Взгляд порой поднять стесняешься
   Ясных глаз.
   От ребят все укрываешься
   В поздний час.
  
   Да от них-то разве скроешься?
   Труд пустой.
   День придет, слезой умоешься
   Не простой.
  
   И не скажут больше: "Милая".
   Про тебя.
   Ты повянешь словно лилия,
   Не любя!
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  

НЕДОТРОГА

  
  
  
  
   Ты мне казалась недотрогой
   Наивной, гордой и чужой.
   Смотрела в даль с печалью строгой,
   А чаще с детской простотой.
  
   В тебе бурлила и кипела
   Романтики сплошной струя.
   Да так, что скуку мне разъела -
   Я стал мечтателем, друзья!
  
   Тебя я сравнивал с Ростовой
   Наташей, что создал Толстой.
   Ты мне казалась вечно новой,
   Веселой, резвой и живой.
  
   Мои порывы погашала,
   То жгучим взглядом, то рывком.
   Не скрою - это раздражало,
   Да ладно, прелесть тут в другом.
  
   Как хорошо быть вместе рядом,
   Совсем не чувствуя тоски,
   И гладить жарким, страстным взглядом
   Прохладу трепетной руки.
  
   Эх, шло бы чисто все и нежно!
   Но как-то выпили с тобой.
   Прижалась ты ко мне с надеждой.
   Я понял. Ты как все. И в бой!
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  

ПРЕЗРЕНЬЕ И ЛЮБОВЬ

  
  
  
  
   С тобой встречался я как друг.
   Ты мне понравилась не сразу,
   А вышло это как-то вдруг
   Сказал тебе я роковую фразу.
  
   Шепнул: "Люблю". Спросил: "А ты?"
   И, замирая, ждал ответ.
   В душе склонились все цветы,
   Готовые создать букет!
  
   Мне так легко, я полон сил.
   Вот, наконец, люблю я снова.
   И о любви я сам просил
   Не избегая, чудо слова.
  
   Но гадок розовый туман,
   Тому, что было - нет возврата.
   Слова твои - сплошной обман,
   Любя меня, ты ждешь солдата.
  
   Вот он приехал. Ты ко мне:
   "Что делать? С кем мне быть? Не знаю!"
   Я был подавлен. Горе мне:
   "Иди к нему! Я презираю,
  
   Я ненавижу вот таких,
   Которые на карту ставят,
   И лишь одна боязнь у них,
   Вдруг, разлюбя, одну оставят!"
  
   И ты ушла. Ушла к нему.
   Я одинок, я изнываю.
   И не известно ни кому,
   Как я люблю и презираю!
  
  
  
  
  
  
  

ЗАЧЕМ МЫ ВСТРЕЧАЕМСЯ

  
  
  
  
   Зачем мы встречаемся с теми,
   Кого и не любим совсем?
   От дури, от скуки, от лени -
   Тут нет устоявших систем.
  
   Здесь думает каждый - так нужно.
   И терпит, тоскует, молчит.
   Живется бы, вроде, и дружно,
   А сердце стучит? Не стучит!
  
   Березку днем солнце ласкает,
   Целует родник ветерок.
   А каждый из нас позевает -
   Скорей бы настал вечерок.
  
   Для бодрости купим бутылку,
   И рот сигаретой заткнем.
   Под скромной березкой в обнимку
   Мы время бесследно прожжем.
  
   Студеной водицы напьемся,
   Забыв похвалить родничок,
   А солнце взойдет - разойдемся,
   Где были? Об этом молчок!
  
   А сердце любовь все же ищет,
   А сердце любовь все ж найдет,
   И как обессилевший нищий
   За коркой к ногам упадет!
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  

ФИЛОСОВСКИЕ КУПЛЕТЫ

  
  
  
  
   Редкая улыбка, черные глаза -
   Почему же раньше я тебя не знал?
  
   Все носил по свету этот романтизм,
   Как я не скатился в самый мрачный низ.
  
   Держишься ты сухо. А скажи зачем?
   Я же не разбойник и людей не ем.
  
   Ох, оставь, пожалуй, свой идеализм -
   Не тяну тебя я за собою вниз!
  
   Если ты не веришь, стыдно за тебя.
   Я б без веры к милой не прожил и дня.
  
   Уж такой бесстрастный этот реализм,
   Трудно разобраться, кого тянет вниз.
  
   О другом страдаешь - это не беда.
   Скажешь только твердо, раз и нет следа!
  
   Я давно читаю про материализм
   Буду тверже камня, не поеду вниз.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  

СВЕТЛАНКА

  
  
  
  
  
   Светочка, Светланка, солнышко мое!
   Светишь мне, а греешь мужа своего.
  
   Сумрачно без света на душе темно,
   Но как вспомню: "Света!" Все озарено.
  
   Дивное создание, ты как светлячок
   На лесной поляне теплый огонек.
  
   Любоваться тянет чаще на тебя,
   Только все мешает чуткая родня.
  
   Поздравляю с праздником радостной весны.
   Лучшая из женщин: "Света, это ты!"
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  

НЕДЕЛЯ РАЗЛУКИ

  
  
  
  
   Любил ли кто тебя, как я?
   Уверен, не любил.
   Ты для меня всегда одна,
   А прочих я забыл.
  
   Когда читаю я в стихах
   Про первую любовь,
   Твои зеленые глаза
   Сияют вновь и вновь.
  
   И доброта твоя с ума
   Давно меня свела.
   Целую я твои уста,
   А думаю: "Змея!"
  
   И, уезжая в дальний край,
   Одну тебя любя.
   Пусть в сердце полыхает май,
   А у меня - зима!
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  

ССОРА

  
  
  
  
   Мы идем одной дорогой
   В тишине ночной.
   А путь такой желанный.
   Я так мечтал о страсти,
   Пылкой, не земной.
   А вышло это все не так.
   Нам не надо ссоры!
  
   Меня не хочешь ты понять,
   А в сердце боль сильней опять.
   О, первый день моей любви,
   Вернись, приди ко мне, приди.
   Нам не надо ссоры!
  
   Ты идешь одной дорогой
   Я иду другой.
   А путь такой туманный.
   На нас тоскливо смотрит
   Месяц золотой.
   И очень больно, грустно мне.
   Нам не надо ссоры!
  
   Меня не хочешь ты понять,
   А в сердце боль сильней опять.
   О, первый день моей любви,
   Вернись, приди ко мне, приди.
   Нам не надо ссоры!
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  

ЧТО МНЕ ДЕЛАТЬ

  
  
  
   Нужна ли встреча невзначай?
   Что мне делать, что мне делать - угадай?
  
   Быть с любимой рядом вместе
   Иль вдали от чудных глаз?
   Это проза, это проза -
   Жить без милых дивных глаз!
  
   Нужна ли вечно сердцу грусть?
   Что мне делать, без советов обойдусь!
  
   Быть с любимой рядом вместе
   Иль вдали от чудных глаз?
   Это проза, это проза -
   Жить без милых дивных глаз!
  
   Смеясь, сказала ты: "Прощай!"
   Что мне делать, что мне делать - угадай?
  
   Иду к родному ручейку.
   Вижу парня, вижу там на берегу.
   Он ждет тебя в мой горький час.
   Очень больно сердцу было видеть вас!
  
   Быть с любимой рядом вместе
   Иль вдали от чудных глаз?
   Это проза, это проза -
   Жить без милых дивных глаз!
  
   Не видел долго я свой край.
   Что мне делать, что мне делать - угадай?
  
   Иду к родному ручейку
   Вижу старца, вижу там на берегу.
   Спросил - он век уж ждет тебя.
   Ты одна живешь, одна любя меня!
  
   Быть с любимой рядом вместе
   Иль вдали от чудных глаз?
   Это проза, это проза -
   Жить без милых дивных глаз!
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
   88
  
  
  
  

 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
О.Болдырева "Крадуш. Чужие души" М.Николаев "Вторжение на Землю"

Как попасть в этoт список

Кожевенное мастерство | Сайт "Художники" | Доска об'явлений "Книги"