Корнилова Веда: другие произведения.

Патруль, гл. 10

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:

Peклaмa:


Оценка: 10.00*3  Ваша оценка:

  Брат Владий разбудил нас ранним утром, когда солнце только-только стало подниматься над деревьями. К тому времени мы с Себастьяном уже успели отдежурить по нескольку часов, и сейчас спали на земляном полу, подсунув под головы свои дорожные мешки. У меня, как и у моих спутников, дежурство прошло сравнительно спокойно, если, конечно, не считать того, что несколько раз какие-то большие звери подходили к той полуразрушенной каменной пристройке, где мы расположились на ночлег, но, грозно рыкнув, звери отходили. Что ж, спасибо Себастьяну - его защита работает.
  Вообще-то вечером, еще до захода солнца, нам пришлось немало потрудиться, выбирая более-менее подходящее место для ночевки. Не знаю почему, но заходить внутрь самих храмовых руин нам никак не хотелось, и потому было решено остановиться в одной из каменных пристроек, которые время тоже не пощадило. Почему выбор пал на ту полуразрушенную пристройку, в которой мы сейчас находимся? Прежде всего, потому, что каменная крыша-плита рухнула внутрь только с одной стороны, но не плашмя, а наискосок, и внутри образовалось нечто вроде каменной пустоты, где нам втроем вполне хватало места, да к тому же никакой другой живности, кроме пары зверьков, похожих на лис, там не было. Ну, зверьки убежали сами, обиженно тявкая, а мы безо всяких угрызений совести заняли их место - ничего, укромных уголков тут много, зверюшки где-нибудь спрячутся на эту ночь, а затем пусть возвращаются, потому как задерживаться здесь мы не собираемся.
  Еще брат Владий куда-то недолго отлучился, а когда вернулся, то в его руках была охапка листьев, которые он разложил внутри нашего каменного убежища, недалеко от входа. Надо сказать, что от листьев шел весьма неприятный запах, и я никак не могла понять, для какой такой надобности нам надо дышать этой дрянью?
  Все оказалось просто. Брат Владий вполне резонно предположил, что раз подле этих развалин иногда совершаются жертвоприношения, то в округе должно быть немало хищного зверья, которое (как ни печально это признать) ходит сюда кормиться телами жертв. Ну, а раз дела обстоят столь невеселым образом, то можно вполне резонно предположить, что находиться здесь крайне небезопасно, особенно по ночам, когда хищники обычно выходят на охоту. Конечно, мы нашли себе нечто вроде сравнительно надежного убежища, только все одно нет никакой уверенности в том, что ночью на нас никто не нападет.
  Тогда-то брат Владий вспомнил о том, что еще на подходе к храму он заметил небольшое животное, которое при виде нас скрылось в нору под небольшим холмиком. В то время инквизитор не стал обращать на зверька особого внимания - это ж не хищник, пусть себе живет спокойно. Однако когда мы устраивались на ночевку, брат Владий вновь сходил к этой норе и принес немного листьев, лежащих подле нее, да еще немного старой листвы выгреб и из той самой норы. Должна сказать, что запах от этих старых листьев был далеко не самый приятный, вернее, мерзотно-тошнотворный, но, оказывается, именно на этом брат Владий и строил свой расчет. Как он нам пояснил, в этих местах водится животное с труднопроизносимым названием, но белые люди называют его просто и без околичностей - вонючий барсук. Столь неприятное название имеет под собой все основания, потому как в случае опасности этот самый барсук выпускает из себя настолько мерзко пахнущую жидкость, что другие животные, даже значительно превышающие его размерами, стараются держаться от этого зверька как можно дальше. К тому же если эта отвратительная жидкость попадает на кожу или мех, то избавиться от нее очень сложно, и этот мерзкий запах будет еще долго преследовать того, кому "повезло" заполучить себе хоть каплю этой дряни. Сейчас же брат Владий попросил Себастьяна при помощи магии как бы значительно усилить этот неприятный запах барсука, исходящий от листьев: мол, насколько мне известно, для вас, господин маг, подобное не должно составить никакого труда, а нам будет как нельзя кстати - к тому месту, где будут находиться эти листья, ни один зверь и близко не подойдет!
  Правда, у меня возник вполне обоснованный вопрос - а не привлечет ли эта магия к себе чужое внимание, ведь мы не знаем, кто может оказаться поблизости? Конечно, сейчас тут одни руины, но люди-то здесь бывают, и мы не знаем, кто они!.. Все мои опасения развеял ответ Себастьяна - не беспокойся, все понимаю, и потому применю растительную магию, которую можно определить только при специальном поиске, которым здесь вряд ли станут заниматься.
  Сказано-сделано: Себастьян настолько увеличил неприятный запах, идущий от листьев, что у меня почти что перехватило дыхание, и только что слезы на глазах не выступили. У моих спутников, впрочем, тоже. Неудивительно, что от подобного "аромата" не только животные шарахались, но и мы только что не зажимали носы, и старались держаться как можно дальше от входа в наше временное пристанище, где и лежали эти самые листья, источающие отвратительный запах. Увы, тут уж ничего не поделаешь - безопасность дороже, а это... благоухание можно и перетерпеть какое-то время. Впрочем, мы так устали за день, что уснули, не обращая внимания ни на какие запахи.
  Ночь прошла спокойно, но под утро... Когда брат Владий разбудил нас, то было заметно, что он встревожен. Тут и без слов понятно - что-то произошло.
  - Тихо... - инквизитор говорил чуть слышно. - Сюда кто-то приближается, и это не зверь...
  Разом стряхнув с себя остатки сна, я стала вслушиваться в окружающее. Верно: сейчас, кроме уже ставших мне привычных звуков просыпающегося леса, было слышно еще что-то... Треск ветвей, шум, словно к этому месту кто-то приближается, человеческие голоса... Понятно - сюда идут люди, и мне не хотелось даже думать, что произойдет, если нас сумеют обнаружить.
  - Брат Владий, вы как считаете, кто это может быть?.. - шепотом спросила я, хотя ответ мне и без того был ясен.
  - Боюсь, что сейчас здесь появятся те, кто намерен совершить ритуал жертвоприношения.
  - Но сейчас утро...
  - И что с того?.. - покосился на меня брат Владий. - Жертвы можно приносить в любое время суток. К тому же появляться в ночных джунглях весьма небезопасно даже тем, кто хорошо знает эти места. Ну, а с рассветом уходят к себе те хищники, что охотятся по ночам, так что...
  - Может, это нечто другое, без человеческих жертв? Скажем, какой-то обряд или ритуал...
  - Возможно... - буркнул инквизитор. - Только я бы не рассчитывал на столь благостный итог. Мы даже отсюда в состоянии услышать, что к этим развалинам направляется немало людей, причем некоторых явно подгоняют криками. Что-то я сомневаюсь, будто все они намереваются всего лишь возложить цветы к ступеням бывшего храма, помолиться о благополучии, после чего рассчитывают смиренно покинуть это место. Предположить нечто подобное могут лишь те, кто совершенно не знает ни здешних нравов, ни обычаев.
  - Те, кто сюда идет... Вы считаете, что среди них есть жрецы Вухуду?
  - Не обязательно... - покачал головой брат Владий. - Принесение кого-то или чего-то в жертву может совершить едва ли не любой из тех, кто хоть немного приближен к здешним колдунам, даже его ученик. Помните ту поляну в лесу, на которой ромпо жрали мертвые тела людей? Я уверен, что то жертвоприношение совершил деревенский колдун, и не один, конечно... Но здесь, похоже, дело куда серьезней, да и, судя по всему, народу тут должно появиться много больше. Надо же, как нам не повезло! Ведь прямо как чувствовал, что здесь не то место, где стоит оставаться хоть на короткое время!
  - Что будем делать?
  - Сидеть и помалкивать, даже дышать через раз. Может, и обойдется...
  Да уж, нам только и остается, как положиться на удачу. Мы, все трое, кое-как устроились у входа в наше убежище, и сквозь мелкий кустарник, растущий на растрескавшихся плитах, пытались рассмотреть то, что происходит снаружи. Сторонние звуки становились все громче, и теперь были слышны даже отдельные голоса. Конечно, отсюда не понять, сколько человек приближается к развалинам, но то, что их не менее полусотни, а то и больше - это не вызывало никаких сомнений. Уже слышно, что люди ступили на большую каменную площадку перед храмом...
  Не знаю, хорошо это, или плохо, но та полуразрушенная пристройка, в которой мы прятались - она была едва ли не самой крайней справа, и потому из нее можно было рассмотреть очень немногое: все те же заросли, лежащие на земле разбитые каменные колонны, и самый край каменной площадки, причем совсем небольшой. Конечно, если выглянуть отсюда наружу, то можно рассмотреть куда больше, только вот делать подобное ни в коем случае не стоило. Сколько людей подходило к храму, кто они такие - обо всем этом мы могли только догадываться.
  Трудно сказать, о чем думали мои спутники, а вот меня всерьез тревожила та ситуация, в которой мы оказались: не иметь представления о том, кто может быть твоим врагом, и ничего не знать о его численности - это заведомо проигрышная позиция. А еще я пыталась вспомнить, не оставили ли мы где-то следов вчерашним вечером, когда осматривали развалины. Так, наверх подниматься мы не стали, траву, мох и лишайники нигде не вырывали, камни с места тоже не сдвигали... Было дело: из каменной чаши с водой мы напились, набрали воды во фляги, умылись... Ну, это не страшно - пролитая вода давно должна высохнуть, сейчас чаша уже вновь наполнена до краев, а отпечатков нашей обуви на неровной и выщербленной поверхности каменных плит остаться не должно. Единственное, что может нас выдать - так это чуть потревоженный кустарник у входа, хотя если учесть, какое зверье тут бродит по ночам, то задеть какие-то там ветки на кустах для них не составит никакой сложности. Пара сломанных веток вряд ли привлечет излишнее внимание, но все же кое-какую опаску иметь не помешает.
  А меж тем снаружи стали раздаваться чьи-то голоса, потом крики, звуки ударов, затем непонятный шум... Похоже, площадка перед ступенями в храм уже заполнена народом. Ох, знать бы еще, кто именно пришел сюда!
  Словно отвечая на наши вопросы, на несколько мгновений в зоне нашей видимости, на краю каменной площадки, показался человек, одетый в красно-черные одежды. Пусть мы видели его всего лишь несколько ударов сердца, но и этого оказалось вполне достаточно: красно-черные одеяния считались неотъемлемой частью культа Вухуду, и носить одежду таких цветов имели право только жрецы кровавого Бога. Похоже, сбываются все наши самые неприятные предположения. Да, нам крепко не повезло.
  Тем временем брат Владий указал пальцем внутрь пристройки - все же она не таких малых размеров, и если добраться до противоположно стены, то можно спрятаться за большой кучей каменных обломков, а еще в стене есть несколько неглубоких ниш, в которых вполне можно укрыться. Пожалуй, инквизитор прав, и нам пока что стоит затаиться. Конечно, если зайти в эту пристройку, то отыскать нас не составит никакого труда, но не думаю, что кто-то будет заниматься дотошным осмотром. Тем не менее, нам стоит проявить осторожность - лишней она точно не будет. Конечно, Себастьяну не составит труда поставить нам невидимую защиту, но если к храму пришли жрецы, владеющие магией, то они вполне могут заметить эту самую магическую защиту, а раз так, то лучше не рисковать понапрасну.
  Стараясь не шуметь, мы пробрались к противоположной стене пристройки, и, как смогли, спрятались там. Как выяснилось немногим позже, мы поступили правильно: не прошло и нескольких минут, как возле входа в наше убежище появился какой-то мужчина с горящим факелом в руке. Видимо, пришедшие проверяют, не прячется ли среди этих развалин кто-то из зверья, или же ищут людей, которые могут случайно тут оказаться. По счастью, этот человек не зашел внутрь - он лишь шагнул, было, к входу, но тут же отступил назад. Похоже, тот более чем неприятный запах, что ночью отпугивал зверей, напрочь отбил желание заходить в полуразрушенную каменную пристройку у кого бы то ни было. Что ж, позже надо будет сказать огромное спасибо брату Владию.
  Прошло еще немного времени, к нашему укрытию больше никто не подходил, зато снаружи, судя по всему, дело обстояло иначе. Трудно сказать, что именно там происходило, но вначале до нас донеслись какие-то отрывистые крики и завывания, глухие постукивания и негромкие удары барабанов... Почти с полной уверенностью могу предположить, что это здешние колдуны творят свои обряды, или же начинают какую-то церемонию. Потом послышалось нестройное пение, постепенно набирающее силу, чуть позже раздались странные звуки, сопровождаемые приглушенным боем барабанов, затем по воздуху потянулся черный дым... Судя по всему, действо на площадке развивалось по всем правилам.
  Спустя какое-то время до нас донеслись душераздирающие человеческие крики. Все ясно - жертвоприношение началось. Не знаю, что сейчас творилось снаружи, но ясно одно - нам это лучше не видеть, потому как помочь этим несчастным мы не в состоянии. Конечно, было бы хорошо и не слышать ничего, но тут как уши ни затыкай - не поможет, уж слишком громко и страшно кричат люди. Впрочем, закрывать уши я и не собиралась - конечно, от таких криков голова идет кругом и кулаки невольно сжимаются, но, тем не менее, к нашему укрытию в любой момент мог подойти некто из тех, кто находился на площадке, так что нужно ловить каждый звук, доносящийся снаружи. А еще мне несколько раз казалось, вернее, я была в том полностью уверена, что среди тех криков я разобрала несколько слов, произнесенных (вернее, их прокричали) на языке моей родной страны...
  Не знаю, сколько времени на площадке продолжалось жуткое действо, но мне казалось, что оно никогда не прекратится. Разумеется, я человек тренированный, но даже мне стало по-настоящему тошно и тяжело от всего происходящего. Это ж как нужно издеваться над людьми, чтоб они так кричали перед смертью?! Кроме того меня всерьез выводило из себя и осознание того, что я ничего не могу сделать в этой ситуации, хотя мне едва ли не до зубовного скрежета хотелось выйти наружу и показать кое-кому, что меня не зря так долго обучали искусству боя! Увы, это бы ничего не решило...
  ...Утихли крики, перестали стучать барабаны, по воздуху больше не слался черный дым, стали затихать все посторонние звуки... Прошло еще какое-то время, и снаружи наступила тишина, вернее, мы услышали прежние лесные шумы, только сейчас они были чуть потише - как видно, здешние крики распугали кое-кого из лесных обитателей. Что же касается нас троих, то мы не торопились покидать свое убежище - лучше переждать лишние полчаса, и быть полностью уверенным в том, что опасность миновала, чем рисковать понапрасну.
  Меж тем время шло, ничего не менялось, снаружи не доносилось никаких сторонних звуков. Пожалуй, нам уже можно выходить из своего укрытия, тем более что бесконечно сидеть здесь все одно не станешь. Первым наружу осторожно выглянул брат Владий, осмотрелся, и лишь после этого скомандовал:
  - Выходите, хотя, не знаю, стоит ли...
  Та картина, которую мы увидели, когда оказались снаружи, могла вогнать в шоковое состояние каждого здравомыслящего человека - каменная площадка была покрыта телами убитых людей и залита кровью. Яркий солнечный свет ничуть не скрашивал эту страшную картину, а тлеющие костры и чадящие факелы только усиливали мрачное впечатление от увиденного. Более того: сюда уже стали слетаться птицы - похоже, место для них было, так сказать, давно прикормленное, и птички торопятся сюда на очередной обед. Вон, некоторые из них уже начинают клевать растерзанные тела... Пожалуй, нам надо уходить, а не то в самое ближайшее время на запах свежей крови придут и хищники, которых тут тоже хватает.
  - Кошмар... - только и смог выговорить Себастьян, не в силах оторвать взгляд от страшной картины. - Это просто в голове не укладывается!
  - Обычное жертвоприношение Вухуду... - буркнул брат Владий. - Не знаю, есть ли на свете нечто более отвратительное и мерзкое, чем этот главный Бог Черного Континента. Я как-то раз видел нечто подобное, вернее, то, что осталось спустя пару дней после схожего ритуала... Такая массовая резня бывает только ради него, кровавого Бога. Жрецы постарались, да падут на их голову все кары небесные!
  - Тут убитых человек шестьдесят, не меньше... - я прикинула на глазок количество погибших, а заодно и то, как они были умерщвлены. Хорошо, что мы с утра поесть не успели, ведь от подобной картины вывернет любого...- Не понимаю, отчего эти люди так покорно шли сюда, да еще и позволяли себя убивать?! К тому же не могу отделаться от впечатления, что их убивали по-очереди, на глазах друг у друга!
  - Это верно, при жертвоприношении людей убивают поодиночке, чтоб жертвы знали, что их ждет - считается, что страх жертв и та боль, которую эти несчастные испытывают перед своей смертью, особо нравится Вухуду, и в этом случае он более склонен к исполнению просьб своих верных почитателей. А вот что касается покорного и безропотного поведения тех несчастных, что ведут на заклание, то причин для этого хватает... - подосадовал инквизитор. - Прежде всего, на Черном Континенте бытует мнение, что тот, кого принесли в жертву, вскоре вернется в этот мир, причем в новом обличье, будет знатным, богатым и тому подобное, а уж если он добровольно пошел на жертвенный камень...
  - Извините, не верю!.. - махнул рукой Себастьян. - Вы только посмотрите, сколько людей сюда привели для жертвоприношения! Чтоб все они так покорно шли на заклание, и никто не попытался сбежать... Нет, тут должно быть еще что-то...
  - Верно, что бы ни говорили жрецы, но далеко не все согласны покорно приносить себя в жертву, пусть даже за какие-то немыслимые блага в будущей жизни... - согласился брат Владий. - Вернее, таковых сущие единицы. Именно потому тех, кого намереваются доставить к жертвенному камню, заранее поят водой, в которую добавлено некое особое снадобье, без вкуса и запаха. Человек, естественно, ни о чем не догадывается, но после такой вот водички с добавкой полностью теряет волю, смиренно подчиняется приказам (хотя прекрасно понимает, что происходит), так что жрецам ничего не стоит отвести такого беднягу к месту жертвоприношения. Более того: если даже на его глазах убивают других, и понятно, что следующим будет как раз он - даже тогда человек не может убежать...
  - Не знаю, показалось мне это, или нет, но я почти уверена, что во время этого кошмара до меня несколько раз доносились слова, произнесенные на языке нашей страны.
  - Мне тоже это послышалось... - согласился Себастьян. - Кто-то взывал к милости Небес...
  - Да жрецам без разницы, человека из какой страны и с каким цветом кожи приносить в жертву... - проворчал брат Владий. - Хотя надо признать, что белых людей они куда охотнее приносят на заклание. Наверняка захватили кого-то из искателей золота или алмазов, благо тут хватает как авантюристов, так и ловцов удачи. Я вам так скажу - это просто счастье великое, что нас не заметили! Уходить надо отсюда, и поскорей!
  - Погодите... - я направилась к площадке, хотя, если откровенно, к истерзанным мертвым телам даже приближаться не хотелось.
  - Куда?! - только что не рявкнул инквизитор. - Что ты там забыла?
  - Надо кое-что уточнить... - я не стала оборачиваться, но понимала, что Себастьян идет за мной. Конечно, нам сейчас не следует терять время, и надо как можно быстрей покинуть это место, но мне отчего-то хотелось посмотреть на погибших соплеменников, и, если удастся, то запомнить их лица. Кто знает, может впоследствии обстоятельства сложатся таким образом, что я встречусь с родственниками этих людей, и передам им весть о том, что их родич погиб, и отныне не стоит ждать его возвращения...
  Конечно, ходить по окровавленным каменным плитам, между еще теплыми, изуродованными трупами - это дело, скажу я вам, требует больших усилий и немалой выдержки. Ничего, задерживаться здесь я не собираюсь, тем более что людей с белой кожей здесь, по счастью, не так и много - всего четверо. Или можно сказать по-другому: здесь аж целых четыре человека из числа тех, которых местные жители называют белыми чужаками из-за моря...
  У первого из погибших лицо было разбито настолько, что казалось одним сплошным месивом, еще двоих - мужчин средних лет, ранее я никогда не видела. Правда, Себастьян куда дольше меня вглядывался в лица этих двоих, но ничего не сказал, но у меня и желания не было о чем-то расспрашивать напарника. Когда же я подошла к последнему их убитых, молодому человеку возрастом немного старше меня, то остановилась. Глянув на его искаженное мукой лицо, мне внезапно показалось, что ранее я его где-то видела. Память у меня хорошая, так что ошибиться я не могла, только вот никак не могу вспомнить, кто он такой. Так, нечто скользит по памяти, и не более того, причем воспоминания не относятся к числу приятных...
  - Что такое?.. - Себастьян сразу понял, что я задерживаюсь возле этого человека не без причины.
  - Если честно, то пока что не поняла...
  - Святые Боги, да он все еще жив!.. - только что не ахнул Себастьян, наклонившись над мужчиной. Ну, не знаю, с чего вдруг напарнику пришла в голову такая странная мысль, ведь у человека, на которого мы сейчас смотрели, был полностью распорот живот, и сейчас его внутренности высыхали под жаркими лучами безжалостного солнца.
  Однако я не успела ничего ответить Себастьяну, потому как лежащий открыл глаза, и от неожиданности я едва не отпрянула в сторону. Не знаю, что сумел увидеть умирающий человек, но он чуть слышно прошептал:
  - Спасите меня...
  - Как ваше имя?.. - Себастьян присел возле лежащего.
  - Спасите... Вы мне поможете?
  - Сделаем все возможное... - напарник говорил таким тоном, что не поверить ему было невозможно. - А сейчас скажите, кто вы такой?
  Не знаю, что этот человек, едва шевеля почерневшими губами, почти неслышно шептал склонившемуся к нему Себастьяну, но я внезапно вспомнила, где видела его раньше. Это же один из друзей Николса! Вообще-то мой бывший жених (хотя, если говорить правду, настоящим женихом он никогда не был) особо не стремился знакомить меня со своими друзьями-приятелями - мол, всему свое время!, но несколько раз мы с ними все же пересекались, и Николсу поневоле пришлось представить меня своим знакомым. Помнится, меня еще тогда несколько насторожило, что в их обращении ко мне ощущалось некое снисхождение, а то и едва уловимая насмешка, словно эти люди позволяли себе участвовать в какой-то забавной игре, хотя всеми силами скрывали подобное. Когда я сказала об этом Николсу, он лишь улыбнулся - это, дескать, тебе только кажется, в нашем кругу просто принято такое обращение с новыми людьми, а они тебя еще не знают, так что не заостряй внимания на таких мелочах!.. Только позже я поняла, что приятели Николса едва ли не с самого начала были в курсе происходящего, и все это их немало развлекало... И вот уж чего я меньше всего ожидала, так того, что один из этих высокомерных бездельников может оказаться здесь! Подобное совсем не в их характере и привычках! Почему я запомнила этого человека? Говорю же - память у меня хорошая, и к тому же он очень не понравился мне с самого начала - легкая издевка в его голосе говорила сама за себя... Так, теперь бы еще вспомнить, как звать этого хамоватого приятеля Николса...
  Меж тем разговор Себастьяна с умирающим не занял и пары минут, а потом голос этого человека оборвался на полуслове - просто несчастный разом перестал дышать, и неподвижно застыл на земле. Отмаялся, значит...
  - Вы чем тут занимаетесь?.. - рядом с нами появился брат Владий. - Долго еще время тянуть будете? Что, не понимаете, где находитесь?
  - Этот человек только умер... - вздохнул Себастьян. - Он так долго мучился...
  - Жрецы Вухуду хорошо знают свое дело... - в голосе брата Владия проскальзывали нотки обреченности. - Только если мы с вами сейчас же отсюда не уйдем, то здесь появятся еще три бездыханных тела. Надеюсь, вы понимаете, что сейчас не время читать над телом этого человека отходную молитву! Я могу сказать только одно: Святые Небеса, простите все его согрешения, вольные и невольные, аминь! Все, уходим... А, чтоб их! Дождались! Пришли любители поживиться...
  И верно: едва ли не одновременно на площадке появилось несколько больших зверей, похожих на огромных кошек, и воздух огласился страшноватым рычанием. Э, да от запаха свежей крови у этих зверюг шерсть на затылке поднялась дыбом, а уж зубы они скалят так, что сердце невольно уходит в пятки.
  - Стоим спокойно, не дергаемся... - негромко произнес брат Владий. - Одно резкое движение - и они накинутся на нас...
  Ну, это я и сама видела. Ясно и то, что наше спасение - в неподвижности, хотя если учесть, что сейчас возле разрушенного храма зверей становится все больше и больше, то нам необходимо в самое ближайшее время покинуть это место.
  По счастью, одна из этих огромных кошек, закончив рычать, схватила зубами ближайшее тело, и потащила его в заросли. Ее примеру последовали остальные, так что мы медленно, шаг за шагом, пошли прочь, аккуратно ступая между трупами. Беда в том, что кое-где камни были сплошь залиты кровью, которая стекала в небольшие углубления, так что нам приходилось идти прямо по подсыхающим красным лужицам, и, по-возможности, я старалась не смотреть по сторонам - это слишком тяжело. Одно дело - поле боя, где люди погибают во время сражения, а то, что я вижу тут - это жертвы страшного убийства...
  Я перевела дух только после того, как мы вновь оказались в джунглях. Повезло, что нам удалось уйти, потому как на жертвенную площадку возле развалин храма, сейчас, и верно, сбегается все хищное зверье, какое только есть в округе.
  - Куда мы сейчас направляемся?.. - спросил Себастьян.
  - Сами, что ли, не видите?.. - неохотно ответил брат Владий. - Куда дорожка протоптана, туда и шагаем. Кстати, по сторонам смотрите внимательней - не в парке гуляете!
  А ведь и верно - я только сейчас обратила внимание на то, что мы идем по смятой траве, по которой совсем недавно прошло немало чьих-то ног. Впрочем, и без того понятно, кто по ней шел совсем недавно. Еще я с удивлением отметила про себя, что мы идем по чему-то, очень напоминающему старую каменную дорогу, сложенную из больших плит. Правда, сейчас эта дорога была почти полностью скрыта под слоем земли, и поросла кустарником, травой и даже деревьями, которые росли через разломанные стыки этих самых плит.
  - Брат Владий, но ведь те, кто...
  - Да, все те, кто был у храма - они все пришли именно этой дорогой, как жертвы, так и их палачи... - оборвал меня инквизитор. - Знаете, я как-то слышал разговор о том, что в здешних местах есть древний храм, от которого дорога ведет прямо к реке, но никогда не думал, что увижу его своими глазами. Думаю, через какое-то время мы окажемся у реки, к которой я и намеревался выйти еще вчера, но немного заплутал.
  - То есть вы думаете, что тех, кого намеревались привести в жертву, привезли в эти места по реке?
  - А вы что, считаете, что они такой большой толпой тащились невесть сколько времени по джунглям? Не смешите меня! К тому же срок действия того снадобья, которым поят людей незадолго до жертвоприношения, и который лишает их воли - он, насколько мне известно, долго не длится. Наверняка к тому храму когда-то шла дорога от реки, по которой в храм и доставляли все необходимое. Именно по это старой дороге мы сейчас и идем, пусть ее даже практически не видно.
  - Но ведь жрецы, или кто там был еще... Они же наверняка ушли этой дорогой! Брат Владий, вы не боитесь, что мы с ними можем столкнуться лоб в лоб?
  - Конечно, есть такое опасение, но не сказать, что уж очень большое. Прежде всего, жертвоприношение закончилось уже достаточно давно, а мы просто какое-то время не решались выходить из своего укрытия. Что же касается жрецов, то, думаю, они уже находятся далеко отсюда - после жертвоприношения им тут делать нечего. И потом, куда нам сейчас идти прикажете? Снова в лес, на звериные тропы? Увы, сейчас это исключено, потому как запах добычи притягивает к храму самое разное зверье, и поверьте мне на слово, что отсутствием аппетита милые зверюшки не страдают. Или вы отчего-то уверены, что они нас нее тронут? Вот и я не уверен, потому-то и приходится идти к реке - там сейчас безопасней, чем у нас за спиной...
  Это верно. К тому же каждому из нас хотелось как можно дальше уйти от храма - уж очень тошно на душе от произошедшего, не хочется вспоминать об увиденном и услышанном, только из памяти все это вряд ли уйдет. А еще до нас то и дело доносилось грозное рычание - у места жертвоприношения кровавому Богу вовсю идет кровавое пиршество для хищников.
  Вновь вспомнился тот молодой человек, приятель Николса. Надо постараться вспомнить, как его имя... Интересно, что он тогда прошептал Себастьяну? Впрочем, сейчас не время для расспросов, надеюсь, позже напарник мне все скажет.
  Менее чем через минуту мы, и верно, вышли к реке, которая была вдвое шире той, по которой мы передвигались несколько дней назад. Здесь тоже были развалины каменного строения - очевидно, в этом месте когда-то была пристань, от которой к нынешнему времени большей частью остались только груды камней. Тем не менее, было заметно, что к каменным причалам все еще иногда пристают лодки, во всяком случае, на кольце из черного металла, вмурованном в каменный столб неподалеку от воды, все еще висел отрывок веревки. Помятые надводные растения, сломанный тростник у берега, несколько сломанных ветвей высокого кустарника... Судя по отпечаткам ног на влажной земле, здесь, и верно, не так давно были люди.
  - Нам надо перебраться на другой берег... - наш проводник выглядел чуть растерянным. - Только вот как это сделать - в толк не возьму! Никак не ожидал, что здесь такая широкая река! Насколько мне помнится, она должна быть значительно уже...
  Я понимала брата Владия. Если бы в нашей стране у кого-либо возникла необходимость перебраться с одного берега реки на другой, то это не составило бы ни малейшего труда, но здесь пересекать реку вплавь может только сумасшедший - достаточно вспомнить тех же крокодилов, которых тут хватает. Не будем упоминать и о других речных тварях, которых здесь наверняка больше, чем мы можем себе представить...
  - Это же ведь не Ласото?.. - поинтересовалась я. - Ну, не та река, где люди ищут речные алмазы? Вы, кажется, дали понять местным жителям, что мы направляемся именно туда.
  - Конечно, перед нами совсем другая река... - покосился на меня инквизитор. - Ласото - это, по-сути, очень широкий ручей с каменистым дном. Он еще и мелкий - в самом глубоком месте вода доходит человеку только до колена. Естественно, что тем, кто целыми днями находится на этой речке в поисках алмазов, и такую глубину полагают более чем достаточной.
  - Мне почему-то кажется, что развалины того древнего храма здешние жители посещают не так и редко... - заметил Себастьян. - А если дела обстоят таким образом, то, может, здесь где-то спрятана хоть какая-то лодка, или плотик...
  - А это мысль!.. - брат Владий оглянулся по сторонам. - Бывает, что по берегам рек в условных местах местные иногда оставляют лодки или небольшие плоты - так, на всякий случай, мало ли что в жизни бывает!
  - Зачем?
  - А зачем в нашей стране зимой в одиноких лесных избушках добрые люди оставляют бересту, запас дров и немного муки? Все для того, чтоб у замерзающих или заблудившихся людей была возможность спастись. Здесь, считайте, происходит примерно то же самое, только перенесенное в местные особенности. Я буду очень удивлен, если рядом с этим местом мы не отыщем плот или хотя бы захудалую лодочку.
  Ну, не знаю, лично у меня сложилось несколько иное впечатление о здешних нравах, хотя брату Владию видней. Самое удивительное в том, что после недолгих поисков мы, и верно, нашли за грудами камней небольшую лодочку, укрытую ветками и пальмовыми листьями. Там же находилась и парочка небольших весел, что было просто пределом наших мечтаний. Конечно, лодочка была совсем небольшая, рассчитанная на двоих, но мы уж как-нибудь и втроем там уместимся.
  В итоге так и получилось: мы в этом суденышке, конечно, кое-как разместились, только вот лодочка уж очень сильно погрузилась в воду, да и к веслам надо было приноровиться. Доходило до того, что от наших неловких движений суденышко едва не черпало бортом воду, но по счастью, все обошлось, а еще через какое-то время лодка уверенно заскользила по воде. Все это хорошо, только мы понимали, насколько нам нужно быть осторожными: одно неверное движение - и лодка может зачерпнуть бортом лодку и начать тонуть, а то и вовсе сразу же перевернется, и в этом случае у нас весьма призрачные шансы добраться до берега живыми и здоровыми.
  Надо сказать, что на этой реке было ничуть не менее опасно, чем на той, по которой мы передвигались ранее. У обоих берегов в этой мутноватой воде находились какие-то странные животные, крокодилы грелись на отмелях, то и дело в реке плескалась крупная рыба... Стаи птиц, заливы, покрытые, словно ковром, незнакомыми мне цветущими растениями, цапли, небольшие островки зелени, плывущие по воде...
  Помнится, брат Владий нам уже говорил: для того, чтоб избежать нападения обитателей реки, тем, кто плывет в лодке, надо передвигаться точно по середине реки. Она, эта самая середина, негласно считается как бы ничейной территорией, и здесь, как правило, нападений речного зверья на лодки не бывает, хотя ручаться ни за что нельзя. Ну, а когда мы станем приближаться к берегу - вот тогда надо быть настороже.
  До вечера мы отмахали на веслах немалое расстояние, и даже брат Владий сказал, что не ожидал такого удачного исхода - до того места, куда мы так хотим попасть, то есть до Лонгве, нам останется идти не так и много. Что ж, хоть одна хорошая новость.
  Еще через какое-то время брат Владий, глядя на берег, почти что скомандовал:
  - Считайте, что вам, наконец-то, крупно повезло. Обычно подобные места надо проскакивать, не останавливаясь - тут крокодилов просто в избытке, но сейчас... Давайте туда!
  - Но там же... - растерянно произнес Себастьян.
  - Можете смело считать, что там никого нет! Не спорьте, делайте то, что я сказал! Гребите к берегу.
  Ну, раз сказано... На широкой песчаной отмели, где так любят днем греться крокодилы, сейчас было пусто, вернее, почти пусто. Почему почти? Дело в том, что там, неподалеку от воды, одиноко лежал огромный крокодил, причем он застыл в нелепой позе, и вдобавок ко всему лежал на спине, растопырив лапы по сторонам. В любое другое время мне бы, разумеется, и в голову не пришло направить нашу лодочку на этот берег, но раз велено, то надо слушаться, хотя вполне обоснованные опасения никуда не делись.
  - Но там же крокодил!.. - не мог успокоиться Себастьян, однако инквизитор вновь его перебил.
  - Он, судя по всему, уже не опасен.
  Брат Владий оказался прав: ни рядом с этой отмелью, ни на самом берегу, мы не увидели ни одного крокодила, хотя, как я уже успела понять, такие отмели - это любимые места их обитания. Так что мы спокойно сошли на берег, вытащили лодку и спрятали ее в ближайших кустах: место тут, конечно, совсем неподходящее - вряд ли кто из людей сумеет впоследствии воспользоваться этим суденышком, но искать другое укрытие у нас нет ни времени, ни возможности. Что же касается крокодила, то все это время он неподвижно лежал в одной и той же нелепой позе. Судя по тому, как спокойно ведет себя инквизитор, можно понять - он уверен, что это сильное существо мертво. Впрочем, к тому времени мы тоже рассмотрели, что на брюхе крокодила зияла большая рана: именно ее-то и заметил брат Владий, когда мы еще проплывали мимо, после чего и велел причалить нам к этой отмели.
  - Кто это с ним так расправился?.. - поинтересовалась я. Не знаю насчет Себастьяна, а у меня отчего-то сложилось впечатление, будто эту смертельную рану крокодил получил не внешне, а его брюхо словно разорвали изнутри.
  - Гидрус... - пожал плечами инквизитор. Лично мне это слово ничего не говорило, но вот мой напарник заинтересовался.
  - Надо же! А многие из ученых людей считают, что гидрус - это сказки!
  - Ну, ученые люди вообще много чего отрицают, частенько даже самое очевидное. Сам я гидруса никогда не видел, в отличие от местных жителей. Надо сказать, что здешний народ относятся к этому существу с большим почтением.
  Как мне рассказали, гидрус - это большая змея, заклятый враг крокодилов. Когда крокодил спит на берегу, то змея заползает к нему в рот, ползет в горло, и крокодил ее проглатывает, только вот гидрус, разодрав все внутренности крокодила, выползает из него наружу, причем невредимым. Правда, тут, как говорится, возможны варианты: если крокодил каким-то образом все же сумеет извергнуть из себя эту змею, то, может, и спасется, а если нет...
  - Брр, какой только гадости нет в этих местах!.. - покачала я головой. - Только я все равно не вижу связи между этим самым гидрусом, и тем, что рядом нет крокодилов!
  - Все просто... - развел руками брат Владий. - Подумайте сами: когда эта змея грызет внутренности крокодила, то он должен испытывать огромнейшую боль. Естественно, что при этом он катается по земле, извивается, бросается в воду, снова выбирается оттуда на берег... Знаете, кто бы и что не говорил, но я считаю, что у всех животных имеется какой-никакой, а ум, и это же утверждение в полной мере относится и к крокодилам. К чему я это говорю? Да к тому, что когда один из этих плавающих ящеров внезапно начинает вести себя столь неадекватно, да при этом еще и издает соответствующие звуки, то те крокодилы, что находятся рядом, все же понимают, в чем тут дело, тем более гидрус - это и есть тот враг, которого они так боятся.
  - И что же делают остальные крокодилы?
  - Ничего... - пожал плечами брат Владий. - Вернее, все враз бросаются в воду, и на какое-то время убираются куда подальше от того бедняги, которому так не повезло. Потом, правда, возвращаются, но не сразу, а где-то через сутки... Ладно, нам тоже надо уходить.
  - Я все равно не понимаю, почему вы сказали, что нам повезло?.. - спросил Себастьян.
  - Да потому что ранее я уже бывал в этих местах, и знаю, что дальше по реке пойдет болотистая земля, а берега будут и вовсе топкими. Потому-то еще недавно я находился в полной уверенности, что нам еще где-то с час придется махать веслами, чтоб найти более или менее подходящее место для высадки на берег. Здесь же, где мы сейчас с вами находимся... Скажем так: лучшего места нам не найти, да и пробираться по лесу тут куда легче. Так что спасибо гидрусу, который распугал всех обитателей этого берега, потому как в любое другое время нам здесь было бы не высадиться без снований быть съеденными... Все, уходим.
  Когда мы вновь ступили под своды деревьев, я сразу заметила отличие между джунглями, которые проходили вчера, и тем лесом, по которому идем сейчас. Здесь нет того сплошного зеленого полога, видно небо над головой, деревья растут не так плотно друг к другу, хотя все оплетающих лиан хватает и тут. Ох, если окажется, что нам больше не придется бродить по тем удушающим джунглям, то я буду невероятно счастлива!
  Как видно, боги услышали мои молитвы: не прошло и часа, как лес стал редеть, а еще через какое-то время он закончился, и мы вышли к равнине, поросшей сухой травой и кустарником. Бледно-голубое небо с редкими облаками, заходящее солнце, и, главное, вокруг нас нет этой сплошной зеленой стены джунглей! Хорошо...
  - Это куда мы вышли?.. - поинтересовался Себастьян.
  - То есть как это - куда?.. - удивился брат Владий. - Это и есть Лонгве, тот самый край, куда вы так хотели попасть. Говорю же - нам повезло, что сумели обзавестись лодкой, а иначе не знаю, сколько бы времени нам пришлось добираться до этого места. Да еще и высадились очень удачно...
  Надо же, мы на месте! Никак не ожидала, думала, нам еще идти и идти! Однако, положа руку на сердце, должна сказать, что я представляла себе Лонгве несколько иным, но в этом вопросе приходится доверять на слово нашему проводнику. И потом, я немного растерялась от того, что мы, оказывается, добрались до тех мест, где надо искать изваяние Вухуду, только вот окружающее не очень совпадает с нашими представлениями о том Лонгве, которые можно было вообразить по описанию деда Сташи.
  - Скажите, а в Лонгве есть места, где нет такой растительности, а есть только сухая земля, и на ней расположены отдельные островки зелени или небольшие рощицы?.. - спросил Себастьян.
  - Вроде есть... - неохотно отозвался инквизитор.
  - Нам надо как раз туда.
  - Могу узнать - зачем?.. - нахмурился брат Владий.
  - Простите, но...
  - Ясно... - отмахнулся проводник. - Нет - так нет. Вот что - уже вечер, надо успеть найти до темноты место ночевки. Чтоб вы знали - здесь тоже опасно, причем не только из-за зверей.
  Подходящее место нам пришлось искать довольно долго, но потом мы набрели на старое кострище возле валунов. Вдобавок ко всему эти валуны находились среди высокого кустарника, ветви которого были покрыты длинными колючками, так что вряд ли кто из хищников рискнет подойти к нам. Да мы и сами, пока добрались по кустарнику до валунов, успели получить немало царапин и заноз, хорошо еще, что одежду не порвали.
  К тому времени, как солнце ушло за горизонт, мы успели набрать немало хвороста и сучьев, брат Владий разложил небольшой костер, и вскоре мы сидели, уплетая горячие лепешки с каким-то местным сыром. Вокруг сплошная темень, небо усыпано звездами, тишина, лишь трещат цикады... Ох, ну как же я люблю такие редкие моменты, когда можно просто отдыхать, и хотя бы несколько минут не думать ни о чем плохом.
  - Это кострище... Как думаете, кто, кроме нас, тут останавливался?.. - спросил Себастьян.
  - Здешние охотники... - брат Владий пошевелил угли в костре. - Кострище старое, пользовались им не раз. Да и расположено с толком: горящий огонь не сразу заметишь из-за валунов, да и в этот кустарник звери не сунутся. Только я все одно охотнее бы провел ночь в джунглях, чем здесь.
  - А что такое?
  - Да есть основания.
  - И все же?
  - Когда-то в этих краях находился главный храм Вухуду, так что поклонников кровавого Бога тут все еще хватает.
  - Если я правильно понял, их хватает на всем Черном Континенте.
  - С этим никто не спорит.
  - А где он расположен, этот храм?
  - Прежде всего, не храм, а его развалины. Его разрушили наши войска незадолго до окончания Харгальдской войны. Говорят, солдаты делали это с немалым удовольствием - Вухуду не тот Бог, которого они хотели чтить, и к тому же в то время жрецы Вухуду проливали просто-таки реки крови. По слухам, даже у привычных ко всему солдат иногда чесались руки собственноручно разделаться со всеми жрецами кровавого Бога, причем сделать это мечтали точно таким же образом, каким жрецы отправляли людей на мученическую смерть. А еще, господин патрульный, судя по тому, что вы мне сказали, у вас появилось желание взглянуть на руины храма Вухуду. Так вот, искренне не советую вам это делать. Достаточно сказать, что те развалины для очень многих последователей Вухуду и по сей день являются чуть ли не священными, со всеми вытекающими отсюда обстоятельствами. Говорят, некоторые почитатели специально приходят к тем руинам, чтоб принести жертву кровавому Богу, а заодно взять себе камень от разрушенного храма - эти обломки потом хранят дома, словно какую-то святыню.
  - Там все еще продолжаются жертвоприношения?
  - Без сомнений. А еще на тех руинах очень не любят нас, белых людей.
  - Скажите... - я решила задать вопрос, который меня давно интересовал. - Я все никак не могу забыть то, что нам довелось увидеть сегодняшним утром... Интересно, здешний король знает, что творится у него в стране?
  - Конечно, знает, только ничего не может поделать... - вздохнул брат Владий. - Бывают ситуации, когда даже короли бессильны. Разумеется, есть особый закон, запрещающий приносить людей в жертву, только одними запретами тут ничего не добьешься. Здесь надо в корне менять психологию людей, их уклад жизни, обычаи, а это, как вы понимаете, практически невозможно, или же возможно, но в весьма отдаленном будущем. Все эти ритуалы с пролитием человеческой крови на Черном Континенте длились веками, так что одними запретами тут ничего не решить, а власть жрецов все еще очень сильна. Конечно, власть у короля имеется, и немалая, только вот со жрецами ему вряд ли удастся справиться. Не спорю: за время, прошедшее после Харгальдской войны, здешней королевской династии удалось немного прижать к ногтю жрецов, но о полной победе и речи быть не может. Ничего не поделаешь, таковы особенности жизни на Черном Континенте. Хотите знать мое мнение? Здесь и через пару сотен лет мало что изменится. Только свет истинной веры выжжет эту заразу священным огнем.
  - Брат Владий, а почему вы отправились на Черный Континент?.. - спросила я.
  - Мне всегда хотелось нести свет нашей веры в иные страны, бороться с язычеством, искоренять ересь и мракобесие... - кажется, в голосе инквизитора проскользнула нотка горечи. - Увы, частенько наши возвышенные юношеские мечты сталкиваются с печальной действительностью, и тогда надо делать выбор - намерен ли ты и дальше выполнять свой долг, или же согласиться с тем, что плетью обуха не перешибешь. К несчастью, жизнь не всегда благодетельна и милосердна.
  - Я, так понимаю, вы все же выбрали долг и служение.
  - Как вам сказать... Я пытался сделать все, чтоб вытащить этих людей из мрака суеверий, но понимал, что с наскока этого не получится, необходимо, чтобы эти люди принимали тебя за своего - только тогда можно достучаться до их душ и сердец. Для начала мне пришлось выучить местный язык, а вместе с тем изучить их привычки, верования, уклад жизни... С той поры я прошел много дорог на Черном Континенте, стараясь приобщить здешних жителей к истинной вере, только вот, как это ни печально звучит, большими успехами похвастаться не могу. Уж слишком мы разные, и дело тут не только в цвете кожи...
  - Скажите, а когда вы в последний раз были в Лонгве?.. - поинтересовался Себастьян.
  - Достаточно давно... - отрезал брат Владий, причем было понятно, что говорить на эту тему ему не хочется.
  В этот момент до нас донесся грозный рык, и, словно отвечая, раздался еще один, только гораздо дальше. Не знаю, что за зверь подает голос, но эта зверюшка точно травкой не питается.
  - Ночные звери вышли на охоту... - инквизитор вновь пошевелил палочкой в костре. - Конечно, сюда они вряд ли сунутся, но, тем не менее, огонь надо поддерживать всю ночь - так все же спокойнее. Наверное, нам не хватит тех веток, что мы уже собрали, так что, в случае необходимости, можно будет срубить пару этих колючих кустов...
  - Тихо!.. - вдруг произнес Себастьян. - Слышите?
  - Что такое?.. - обернулся к нему брат Владий.
  - Кажется, я слышал человеческие голоса...
  Мы умолкли, вслушиваясь в тишину. Прошло несколько долгих мгновений, и теперь уже я услышала, как кто-то кричит. Не было сомнений в том, что это люди. Куда неприятней другое - следом раздался все тот же грозный рык... Все понятно - некто не сумел укрыться на ночь, и теперь их преследуют звери.
  - Интересно, кто это может быть?.. - вырвалось у меня.
  - Да кто бы ни был, я от этой встречи не жду ничего хорошего... - пробурчал брат Владий.
  - А ведь голос стал громче - похоже, этот кто-то приближается к нам... - Себастьян по-прежнему ловил каждый звук. - Видимо, издали увидел наш костер... Или увидели...
  - Поверьте моему опыту: в здешних местах лучше иметь в соседях прайд львов, чем пяток двуногих... - нахмурился инквизитор. - Могу предположить, что за этими неизвестными гонится какая-то местная зверушка, а то и не одна. Почти уверен, что это не местные жители. Они, в отличие от приезжих, знают, насколько опасны здешние места, и умеют располагаться на ночевку так, чтоб не проснуться в чьих-то зубах...
  Меж тем крики, а вместе с ними и рычание, становились ближе, и Себастьян не выдержал:
  - Послушайте, им надо помочь! Может нам стоит...
  - Стойте на месте... - поднял руку брат Владий. - Мы же не знаем, кто эти люди, а кротких агнцев в этих местах я пока что не встречал.
  Прошло еще несколько минут, и мы не столько услышали, сколько поняли, что некто приближается к месту нашей ночевки, потом раздался треск ветвей и чья-то ругань: кто-то даже не шел, а ломился сквозь кустарник. Я невольно посочувствовала этим несчастным - некоторые колючки на ветках были просто-таки устрашающей длины, и тем, кто сейчас оказался в этих зарослях, в первую очередь нужно беречь глаза.
  Как видно, все обошлось, и спустя всего ничего из кустов показались двое мужчин. Их лица и руки были исцарапаны, одежда кое-где порвана, оба тяжело дышали. Надо же, никак не ожидала встретить еще двух белых людей в этих диких местах! Интересно, они-то за какой надобностью пожаловали сюда, на край света? Как видно, мужчины держались на ногах из последних сил, и, оказавшись возле нас, оба просто-таки рухнули на землю.
  Привычно отметила про себя: одному за сорок, второму немного за тридцать, и могу предположить, что тот, который постарше - аристократ, а вот что касается второго, то он мне сразу не понравился. Опасный человек и шваль еще та: я подобных людей просто нюхом чую - тут сказывается детство, проведенное в Тупике. А еще у них имеется при себе три дорожных мешка на двоих, значит, они недавно потеряли одного из своих товарищей, только вот зачем в этом случае тащить с собой его мешок? Если там что-то ценное, то не лучше ли вещи из его мешка переложить в два других? И что-то расположение кровавых пятен на одежде того человека, что помоложе, мне совсем не нравится...
  - Вы кто такие?.. - поинтересовался брат Владий.
  - А вы кто?.. - чуть отдышавшись, спросил тот, что помоложе.
  Ого, да они говорят на языке нашей страны! Что-то на моей родине появилось уж очень много желающих посетить эти места! На простое совпадение или случайность это уже не спишешь, тут дело в чем-то совсем ином.
  - Вообще-то это вы пришли к нам, так что мы имеем право знать, с кем имеем дело... - чуть нахмурился брат Владий. - Белых людей в этих местах днем с огнем не сыщешь, и потому каждый из нас имеет какую-то опаску по отношению друг к другу.
  - Меня зовут Макс... - прерывающимся голосом проговорил мужчина постарше. Как видно, ему эта пробежка далась тяжело - все еще не может подняться с земли, и вдобавок его заметно потряхивает от пережитого. Ох, не привык этот человек к физическим трудностям, да и, судя по его растерянному взгляду, он сейчас чуть ли не в панике.
  - А я - Секач... - заявил второй. В отличие от своего спутника он уже пришел в себя, и теперь оценивающе смотрит на нас, прикидывая, с кем ему предстоит иметь дело. Ну, что-то подобное я и предполагала, а кличку Секач так просто не дают. Парень достаточно опасный, и с ним надо держать ухо востро.
  - Меня зовут Себастьян, а это моя супруга Алана... - не моргнув глазом, заявил напарник. - Мы с ней на Черный Континент приехали, думали, удачу за хвост поймаем, только пока что-то не получается. У нас тут родственник живет, Владий, вот мы все вместе и пошли алмазы искать, да только все впустую. Ничего не нашли, заблудились, вдобавок едва жизни не лишились. Вот вышли сюда, сидим, рассвета дожидаемся... А вы как тут оказались?
  - У нас дела... - уклончиво ответил Макс, который все не мог придти в себя. - Хорошо, что ваш костер увидели, а не то, боюсь, нам бы конец пришел.
  - Мы слышали крики... - спросила я. - И у вас один лишний мешок... Кто-то погиб?
  При этих словах Макс невольно бросил растерянный взгляд на Секача, но тот и бровью не повел.
  - Верно, с нами был третий, только он был ранен, бежать не мог, так что зверюги его настигли, а нам повезло, сумели уйти.
  Врешь ты все, Секач. Если б вашего приятеля настигли звери, то и его дорожный мешок остался бы с ним. К тому же у тебя, Секач на одежде свежая кровь, причем пятна говорят сами за себя - таким образом они располагаются лишь в случае, если ты ударяешь человека ножом в место, где находится кровоток, и когда выдергиваешь нож из тела, то на тебя обязательно плеснет горячая кровь...
  Не спорю: я достаточно циничный человек, к тому же трезвомыслящий, вдобавок ко всему знаю жизнь далеко не с лучшей стороны, так что с большой долей уверенности могу предположить то, что произошло. Возможно, третий человек в их небольшой компании действительно был ранен, и не мог идти достаточно быстро, а потому в минуту смертельной опасности, когда их настигали звери, Секач решил проблему по-своему. Для начала он взял себе его дорожный мешок - мол, так тебе идти будет легче и быстрей (а в действительности наверняка намеревался поживиться чужим добром), а потом одним точным ударом просто убил этого человека, оставив его тело догоняющему их зверью. Этим он выиграл время, а заодно задержал погоню...
  Хм, если я не права в своих предположениях, то позже готова лично извиниться перед ним, только вот, уверена, что делать это мне не придется.
  Разговор у нас не клеился, да и эти двое вели себя отнюдь не как закадычные друзья. Макс старался находиться на некотором отдалении от Секача, да и посматривал на него с опаской и неприязнью, которую даже не пытался скрыть. Впрочем, Секачу не было никакого дела до недовольства своего спутника. Судя по хорошо поставленному голосу Макса, его манерам и поведению, каждому было понятно, что мы имеем дело не с простолюдином. Явно аристократ, а судя по светлой полоске на среднем пальце левой руки, совсем недавно у него там был фамильный перстень. Что же касается Секача, то, судя по его ухваткам и речи, которую то и дело перебивали жаргонные словечки, излишним воспитанием и изящными манерами он был не обременен. Совершенно непонятно, что могло связывать этих двоих.
  Однако долго разговаривать нам не пришлось. Все то же громкое рычание раздалось настолько близко, что у меня только что сердце в пятки не ушло. Стоило оглянуться, как мы увидели несколько пар горящих желтых глаз, хотя самих зверей в темноте было не рассмотреть. Похоже, теперь хищники заявились и к нам, только вот не рискнули соваться в колючий кустарник. Однако парочка зверей все же оббежала вокруг места нашей ночевки, опасаясь приближаться к кустарнику, и причиной тому были не только колючки, но еще и огонь, на который мы решили не жалеть веток, благо недостатка в них не было.
  Понятно, что при таком соседстве нам было не до разговоров, и потому решили ложиться спать. Конечно, присутствие зверей серьезно нервировало, да и при таком рычании особо не уснешь, но все же успокаивало чувство относительной безопасность, а еще все просто очень устали за день. Мы трое установили порядок дежурства между собой, и в то же время решили не привлекать к этому делу тех двоих, что только что появились здесь. Впрочем, те особо не возражали, и к дежурствам не рвались.
  Себастьян разбудил меня под утро. Из его слов я поняла, что ночь прошла спокойно, звери недавно ушли, так что подле кустарника их больше нет. Наши гости тоже отсыпаются после вчерашних волнений, так что все в порядке... На самом деле я поняла подтекст слов Себастьяна - если что-то пойдет не так, то буди нас сразу же!..
  Напарник уснул, а я присела у костра, подкидывая ветки, которые Себастьян нарубил во время своего дежурства. Что-то я сегодня плохо выспалась, и это неудивительно - ночью звери то и подавали голоса, а под них никак не уснешь. Ладно, надо просто немного подождать, и тогда остатки сна улетучатся сами собой.
  - Слышь, детка, ответь мне, только честно: что ты со своими мужиками тут делаешь?
  Судя по всему, Секач проснулся и жаждет общения. Послать бы его куда подальше, но нельзя...
  - Вам уже вчера все было сказано... - я старалась говорить спокойно, не повышая голоса.
  - Да ни хрена вы не сказали, все какую-то лабуду несли... - пробурчал Секач.
  - Извините, если что не понравилось, только мне добавить нечего... - я не отводила глаз от танцующих в огне язычков пламени.
  - И куда вы намереваетесь пойти дальше?
  - А разве не ясно? Собираемся уйти отсюда.
  - И много вы тут алмазов нагребли?
  - Хоть верь, хоть нет, но ни одного. И еще прошу не приставать ко мне с разговорами - в предрассветные часы здесь надо быть вдвойне, а то и втройне внимательными, иначе можно прозевать приближение зверя, а то и кого похуже. Так что лучше помолчи.
  Как это ни странно, но отповедь подействовала, и, недовольно забурчав, Секач замолк. Что ж, спасибо и на этом.
  Утром, когда я готовила завтрак, Секач отвел в сторону Макса, и что-то негромко стал ему говорить. Не знаю, о чем у них шла речь, но Макс очень быстро стал выходить из себя, что-то горячо доказывать собеседнику, только вот Секач, судя по всему, все аргументы пропускал мимо ушей. Я взглянула на Себастьяна, который с отсутствующим видом сидел у костра, и чуть кивнула головой в сторону наших незваных гостей, но напарник в ответ лишь прикрыл глаза - не беспокойся, я уже слушаю, о чем у них идет спор. Все правильно - Себастьяну не составило особого труда магически обострить свой слух, и сейчас он наверняка слышит все, о чем говорят эти двое. Ну и прекрасно, одной заботой меньше.
  Через несколько минут они оба вернулись к костру, и Секач без всякого приглашения забрал себе большую лепешку с вяленым мясом.
  - О, жратва подоспела, самое то!
  - Я тебя, вообще-то, за стол не приглашала... - холодно сказала я.
  - Чего-то я тут стола нигде не вижу, так что ты, детка, не кипешуй... - ухмыльнулся Секач. - А еще в писаниях сказано, что нужно делиться с ближним своим.
  - Ну, если в писаниях...
  - Слышь, мужики, я вот что вас хотел спросить... - не обращая на меня внимания, Секач обратился к Себастьяну и брату Владию. - Мне ваша баба сказала, что вы собираетесь уходить отсюда, так? К жилым местам идете, верно? Тогда я с вами.
  - Вы не имеете права... - начал, было, Макс, но Секач его перебил.
  - Я лучше знаю, на что имею право, а на что нет.
  - Вам заплатили хорошие деньги, а вы вздумали пойти на попятный?.. - нахмурился Макс.
  - Бабло лишним не бывает, ни у кого, и никогда. Вопрос только в том, что ты готов отдать за это бабло. Лично я свою жизнь ценю куда выше, чем ваши жалкие монетки, и собираюсь убраться отсюда подобру-поздорову туда, где за мной не будут гоняться всякие дикие твари. Если тебе нравится ходить по этим местам, то оставайся, а меня от этого удовольствия уволь.
  - Вы дали слово, за вас поручились... - возмущению Макса не было предела, но Секач оборвал его хамским тоном.
   - Не ори - надорвешься.
  - Да как вы смеете...
  - Еще как смею! Вы мне что обещали? Рисковую и денежную работенку в другой стране, где меня никто не знает, но никто не говорил о том, что меня отправят на край света.
  - Да вас же, можно сказать, из петли вытащили! Разве вы не понимаете, что если бы не ваши друзья, то вы были бы уже мертвы!
  - И че?.. - лениво отозвался Секач.
  - Неужели вам не ведомо чувство благодарности?.. - от гнева Макс просто не находил должных слов.
  - Ага, как же, благодарить вас еще... Что я в итоге получил? Оказался в дикой стране без надежды на спасение, верно? Столько времени невесть где шли, шли, шли, и хрен знает куда пришли, а в таких местах каждый сам за себя! Знаешь, что я сейчас должен делать? Позаботится о спасении собственной шкуры. Так что заткнись, у тебя права нет давать мне указания. За базар отвечать нужно, а если не нужно, то придется. Я теперь с этими пойду. Они вроде к обжитым местам направляются.
  - Слова "порядочность" вам знакомо?.. - негодовал Макс. - Сколько оно может продолжаться, это ваше неуважение к людям?
  - Да на хрен ты никому не нужен со своими рассуждениями, чего бы они ни касались... - Секач потянулся за второй лепешкой.
  - Вообще-то мы вас к себе не звали... - холодно ответил Себастьян. - Как-нибудь одни доберемся.
  - Вам что, лишний человек не нужен?.. - ухмыльнулся Секач. - Да вы за меня обеими руками уцепиться должны!
  - За вас?.. - теперь уже усмехнулась и я. - Э, нет! Вы же любого из нас в расход пустите, лишь бы самому остаться в живых!
  - Ша, детка! Ты не слишком много себе позволяешь?.. - а вот теперь в голосе Секача были слышны угрожающие нотки. - Базар - он ответа требует!
  - Ну, то, что ты от своего товарища избавился, чтоб самому спастись - это мы еще вчера поняли, причем едва ли не сразу же после того, как вы возле нас появились... - отмахнулась я. - Так что не наводи тень на плетень.
  - Было бы из-за чего возмущаться!.. - этот тип и не считал нужным хоть что-то отрицать. - Ну, типа да: было с нами еще двое, так одного змея цапнула - помер, а со вторым поневоле пришлось расстаться в трудную минуту - он все одно ногу подвернул, быстро идти не мог. Естественно, пришлось его скинуть, как балласт, зато мы двое спаслись.
  - Он был моим родственником... - даже не проговорил, а выдохнул Макс. - Что я теперь скажу его отцу?
  - Придумаешь, что-нибудь, невелика хитрость... - Секач стал ковыряться в зубах. - По словам тех, кто его знал, он был еще тем фруктом.
  - Да как вы смеете!..
  - Ладно, скажем так: родственник он, может, был и хороший, но как пацан - полное дерьмо. Он меня еле выносил, и я его тоже едва терпел, так что мы квиты.
  - Скотина ты неблагодарная... - Макс, побелев от злости, кинулся на Секача, но тот, не сходя с места, резко махнул рукой, и мужчина просто-таки отлетел в сторону. Все остальное заняло всего несколько мгновений: Макс, поднявшись с земли, выхватил кинжал и бросился на Секача, но и тот мягким движением вскочил на ноги... Еще мгновение - и Макс схватился обоими руками за живот, где по самую рукоятку торчал его же кинжал, а в следующий миг Макс упал на землю.
  - Сам нарвался... - Секач даже не запыхался. Ого, а реакция-то у этого человека всего лишь немногим более медленная, чем у меня... - Так что флаг тебе в руки и ржавый якорь в спину.
  - Вы же его убили!.. - брат Владий присел возле лежащего на земле человека.
  - Не убил, а всего лишь ранил, так что помрет он сам... - пожал плечами Секач.
  - Я подвел людей... - чуть слышно прошептал Макс.
  - Не переживай - пусть тот цирк, в котором ты вздумал участвовать, гастролирует без нас... - хохотнул Секач. - Кстати, бумажку твою надо забрать - я ее за хорошие деньги кое-кому смогу продать.
  - Ты за это ответишь... Тебя найдут...
  - Ну, все, хана мне!.. - настроение Секача заметно улучшилось. - Напугал! Только вот тебе отныне точняк ничего не доказать, а мои новые приятели будут говорить то, что я им скажу!
  - Слушай, а тебе не кажется, что это уже чересчур?.. - спросила я.
  - Такова жизнь, детка!
  - Неужели? Тогда у меня для тебя плохие новости. Ты нам не нужен, и даже более того - в нашу компанию мы не желаем тебя принимать, так что иди своей дорогой.
  - Никак, за свои алмазы опасаетесь, которые тут насобирали?.. - ухмыльнулся Секач. - Если будете себя хорошо вести, то я их не трону.
  - Да ты просто душка!.. - я постаралась вложить в свой голос как можно больше сарказма. - Только вот мы, пожалуй, откажемся от столь лестного и неожиданного предложения.
  - Чем же это я вам не понравился?.. - чуть сощурив глаза, Секач вытащил нож довольно-таки немалых размеров. Так, сейчас в ход пойдут запугивания, и значит, с болтовней надо заканчивать.
  - Разговор мне твой не нравится, изысканности маловато, да и в манерах особого изящества не наблюдается. Так что, как это ни печально, но надо признать, что у нас любовь к разным стилям и жанрам. Если же не понял, что я имею в виду, то скажу более доходчиво: вали отсюда, чего к нам пристучал копытами?
  Это выражение, чтоб вы знали, в кое-каких кругах является едва ли не самым оскорбительным, и потому неудивительно, что Секач, не говоря ни слова, метнулся ко мне, только вот он не знал, что сейчас имеет дело с Патрулем. Мне не составило никакого труда уклониться в сторону, ударить его по руке и плечу, а заодно и по спине. Нож выпал на землю, и я пинком отправила его в кустарник. Конечно, у Секача наверняка при себе имеется еще оружие, но вряд ли он сейчас решится его применить, потому как у него сейчас сломана не только рука, но и ключица, а заодно я ему защемила спинной нерв. Ох, а физиономия-то у Секача сейчас какая растерянная, просто любо-дорого посмотреть! Все верно, он никак не может понять, отчего у него настолько замедленные движения и почему нож из пальцев выскользнул. Просто это Себастьян постарался, придержал его движения.
  Сейчас нас куда больше беспокоил первый раненый, Макс, однако и без того было понятно, что этот человек уже не жилец на этом свете. Вон, у него даже губы уже синеют...
  - Как вы?.. - наклонился к раненому Себастьян.
  - Боюсь, что уже никак... - прошептал Макс. - Молодой человек, вас ведь звать Себастьян, верно? Мне кажется, я вас где-то встречал ранее...
  - Право, я вас не помню... - покачал головой Себастьян. - Но может быть, вы знали моего отца, герцога Ревит? Я его младший сын...
  - А, ну конечно... - раненый тяжело дышал. - Виконт Кристобаль... Мы с вашим отцом какое-то время тесно общались, и ранее я вас даже видел мельком... Надо же, где мы с вами встретились! Что вы делаете в этих местах? А впрочем, я говорю совсем не то... Мне нужно вам кое-что сказать, и заодно вы должны кое-что передать моей жене, если сумеете вырваться из этих мест...
  - Конечно, я сделаю все, что вы скажете!
  - Пусть ваши друзья отойдут. Я не хочу обидеть их недоверием, но...
  - Конечно...
  Мы с братом Владием отошли в сторону, а Себастьян остался с раненым, который ему что-то негромко говорил. Впрочем, их разговор надолго не затянулся - внезапно у Макса пошла горлом кровь, и через несколько минут тот скончался.
   - Вот и еще один жмурик... - недовольно пробурчал Секач, сидя на земле. - Ну, и чего вы этим добились? В этой жизни все просто, нефиг усложнять...
  Вместо ответа Себастьян стал обшаривать тело умершего, и вскоре в его руках оказался лист пергамента, свернутый в трубочку. Развернув лист, напарник какое-то время изучал его, а потом повернулся к Секачу:
  - Ты знаешь, что здесь изображено?
  - Не ваше дело.
  - Я задал вопрос и жду на него ответ.
  - Что я вам, наизусть должен помнить все то, что где-то нарисовано? Я ж не настолько упорот, чтоб запоминать, что начиркано на каком-то листке, с которым все носятся невесть сколько времени?!
  - Ну, как знаешь.
  - Ладно... - сменил тон Секач. - Ладно, подойди поближе, скажу и покажу, что на том листке изображено...
  Однако стоило Себастьяну подойти к сидящему на земле Секачу, как тот мгновенно подсек ноги моего напарника, выхватил из рукава короткий нож и кинулся на Себастьяна... Больше Секач ничего не успел сделать, потому что в то же самое мгновение я оказалась рядом, и, не жалея сил, ударила его кулаком по виску. К сожалению, сил я и не рассчитала - раздался хруст, после чего Секач рухнул на землю.
  - Я так понимаю, и этот готов?.. - брат Владий спросил об этом, как о чем-то само собой разумеющемся.
  - Да, к сожалению, так получилось... - честно говоря, мне было нисколько не жаль этого человека.
  - Никто не вечен под луной... - философски заметил инквизитор. - Что ж, все разрешилось само собой, и это еще раз подтверждает ту простую истину, что Боги не обязаны вышибать дурь из людей и исправлять их косяки. С этим мы, грешники, справляемся сами.
  - Себастьян, ты как?.. - повернулась я к напарнику.
  - Да вроде ничего не отбил при падении... - Себастьян поднялся с земли. - Это я допустил ошибку - не ожидал от него ничего такого...
  - Ну, тут мы все хороши... - кивнула я головой. - Такие люди, как Секач - они настолько уверены ив собственном превосходстве, что им ненавистна одна только мысль о том, будто кто-то может оказаться сильнее их. В подобных случаях они идут на все, лишь бы одержать верх над соперником, пусть даже в ущерб себе.
  - Похоже, так оно и есть... - Себастьян протянул мне пергамент. - Вот, посмотри... Что скажешь?
  На желтоватом листе чернилами был изображен какой-то грубоватый рисунок, или же схема, а еще там были надписи, причем на языке нашей страны. Буквы, конечно, довольно корявые, но разобрать, что написано, можно без проблем. Я постаралась разобрать несколько строчек, и в растерянности посмотрела на Себастьяна.
  - Это же...
  - Нет... - покачал головой тот. - Это всего лишь копия того плана, который в свое время составил дед Сташи. Тут и пергамент новый, и чернила ничуть не выцвели.
  - Но как...
  - Сейчас все поясню, только для начала нам надо кое-что прояснить брату Владию.
  - Да уж, не помешало бы... - пробурчал тот. - Все что-то крутите, недоговариваете...
  - Понимаю ваше возмущение... - извиняющимся голосом произнес Себастьян. - Оправданием нам может служить только то, что мы не хотели ввязывать вас в наши проблемы и сложности, но, кажется, без вашей помощи нам не обойтись.
  - Я вас слушаю.
  - Придется начать издалека...
  - Так мы пока что никуда не торопимся...
  Рассказ Себастьяна длился довольно долго, и свое повествование он закончил тем временим, когда мы ступили на землю Черного Континента.
  - Так вот оно в чем дело... - протянул брат Владий. - Теперь ясно, куда пропало изваяние Вухуду. Эх, знали бы вы, сколько трудов, сил и времени на этой земле было потрачено на то, чтоб отыскать этого каменного идола! Никто не знал, куда пропали жрецы, которые хотели перевезти священное изваяние кровавого Бога в другое место. В свое время жрецы Вухуду творили просто-таки невероятные ритуалы, чтоб узнать, где сейчас находятся священный идол, но все было без толку. Позже они пояснили, в чем дело: оказывается, то покрывало, в которое было завернуто изваяние - это вовсе не обычная ткань, а нечто совсем иное, чему нет должного названия. Эта ткань, накинутая на изваяние, как бы погружает Вухуду в сон, не позволяет ничему проникнуть внутрь, так что, по всей видимости, сейчас изваяние просто спит, и потому определить местонахождение статуи Вухуду не представляется возможным. Но, мол, ничего, рано или поздно кровавый Бог проснется и вновь воцарится на Черном Континенте. Надо всего лишь немного подождать...
  А ведь и верно, в свое время дед Сташи, чтоб не касаться руками изваяния Вухуду, завернул его в ту же ткань, в которой изваяние находилось ранее, и в той же ткани затолкал его под камни...
  - Ладно, это дело прошлых лет... - продолжал брат Владий. - А сейчас-то тут что происходит?
  - Сейчас поясню... - кивнул головой Себастьян. - Кое-что мне сказал тот молодой человек, которого принесли в жертву в том полуразрушенном лесном храме, но окончательно все стало ясно сегодня. Знаете, во что мы впутались? В королевские дрязги, чтоб их!.. Послушайте, в чем тут дело...
  По словам Себастьяна, эта история началась много лет тому назад, когда на престоле нашей страны сидел еще отец нашего нынешнего короля. Он был женат, только вот в том браке у него детей не было: увы, королева была бесплодна, да и крепким здоровьем похвастаться никак не могла, но тут уж ничего не поделаешь, тем более что подобное случается не так и редко. Правда, короля это особо не тревожило, потому, как в фаворитках у него недостатка не было.
  В один далеко не прекрасный момент Его Величество влюбился в прекрасную даму, первую красавицу при дворе. Ну, дело обычное, и женщины, как правило, не отказывают галантному королю в своем благорасположении, но тут, как говорится, нашла коса на камень. Дама умело дурила голову Его Величеству, но близко к себе не подпускала - мол, я происхожу из древнейшего аристократического рода, где супружеские измены не приветствуются. Кроме того, я замужем за достойным человеком, и для того, чтоб пойти навстречу Вашему Величеству - для этого мне нужен серьезный аргумент... Дело кончилось тем, что король не на шутку влюбился, и готов был на все ради дамы своего сердца.
  К несчастью, в то время королева тяжело заболела, и прекрасная дама заявила королю - ах, любовь моя, ради вас я согласна на что угодно, но вы должны доставить мне подтверждение своей любви! Дайте при всех клятву, что если я рожу вам сына, вы на мне женитесь!.. Требование, конечно, было наглое, но влюбленные мужчины частенько не думают о последствиях, и король не был исключением. Естественно, он пообещал все, что хотела дама его сердца, после чего, говоря поэтическим языком, Его Величество погрузился в пучину блаженства...
  Королева умерла незадолго до того, когда прекрасная дама родила королю сына. Надо сказать, что к тому времени любовница короля вместе со своими родственниками сумела взять в королевском дворце немалую власть, и эта семейка стала вести себя так, что король поневоле призадумался, стоит ли ему связываться с этим семейством. Причин для подобных дум хватало, и главными из них было то, что у прекрасной дамы оказался на редкость скверный и склочный характер, а у ее бесчисленных родственников - неуемная жадность в набивании карманов за счет королевской казны. К тому же любовный пыл у короля уже прошел, его взгляд то и дело падал на других очаровательных дам, а вскорости он и вовсе перестал появляться у бывшей возлюбленной. Однако у любовницы планы были совсем иными, и отступать от них она не собиралась.
  После смерти королевы король решил жениться вновь, только вот не на своей любовнице, а на невероятно богатой принцессе из соседней страны, тем более что королевская казна всего лишь за один год крепко похудела из-за слишком сребролюбивых родственников прекрасной фаворитки. Однако любовница отступать не собиралась, и прямо на королевской свадьбе, вернее, в церкви перед венчанием, устроила страшный скандал, напоминая королю о его обещании жениться, а заодно сообщая невесте о том, что у нее и короля уже есть сын, который является будущим правителем этой страны - дескать, это король признал ранее.
  Скандал удалось замять с великим трудом, после чего скандальную даму вместе с сыном отправили в одно из ее дальних имений, запретив когда-либо показываться столице, только вот король в то время еще не понял того, что приобрел страшного врага. Разъяренная и обманутая в своих ожиданиях женщина никогда не простит обиды, и будет мстить, настолько это возможно в ее силах. Теперь у отвергнутой любовницы главной целью всей жизни было добыть корону для своего сына, сняв ее с головы наследного принца. То, что у короля в законном браке позже родились дети, нисколько не остудило пыла этой дамы, и те интриги, которые она плела, понемногу начинали расшатывать королевский престол...
  - Погодите, я не понял, у этой дамы есть еще и сторонники?.. - спросил брат Владий.
  - Увы, да, и их немало... - вздохнул Себастьян. - Она упирает на то, что отец нынешнего короля прилюдно дал клятву на ней жениться, чему есть множество свидетелей, и клятву надо выполнять, то есть именно ее сын является настоящим королем. Вы не поверите, но уже давно идут неприятные разговоры о том, что на престоле сидит не тот король.
  - Хм...
  - Верно... - согласился Себастьян. - Тут имеется еще кое-что, в чем мне надо разобраться, но об этом я вам скажу потом.
  - Ладно, это все королевские разборки, но при чем тут Макс и Секач?.. - недоумевал брат Владий.
  - А вот тут мы и подходим к самому главному... - вздохнул Себастьян. - Не знаю, каким невероятным образом в руках той дамы оказалось послание, которое написал дед Сташи, и ушлая женщина сразу поняла, какой счастливый шанс ей выпал. Тайная борьба против короля требует средств, и немалых, а тут есть возможность немыслимо разбогатеть! Сами подумайте - за возвращение какой-то статуи можно получить невероятное количество алмазов! Да с такими деньгами можно армии нанимать и правительства свергать, что, вообще-то, она и намеревалась сделать! Правда, есть сложность: добыть эту статую - дело непростое, да и отправляться за ней надо едва ли не на край света, но ради высокой идеи можно и постараться. В общем, за алмазами поехали приверженцы этой дамы, причем несколькими отрядами, и у каждого из отрядов было по копии плана, где находится изваяние Вухуду. Тем не менее, каждый отдавал себе отчет, что в этих смертельно опасных местах им одним не справиться, так что в помощь тем, кто согласился отправиться на Черный Континент, вытащили из тюрьмы кое-каких отчаянных людей вроде Секача...
  - Не сказал бы, что это было верным решением... - покачал головой брат Владий.
  - Полностью с вами согласен... - кивнул Себастьян.
  Верно... - подумалось мне. - Тех бы умников, что все это придумали - да в эти места! Враз бы умерили амбиции, а, может, и поумнели б немного! Хотя вряд ли...
  
Оценка: 10.00*3  Ваша оценка:

РЕКЛАМА: популярное на Lit-Era.com  
  И.Зимина "Айтлин. Сделать выбор" (Любовное фэнтези) | | К.Демина "Леди и некромант. Часть 2. Тени прошлого" (Приключенческое фэнтези) | | V.Aka "Девочка. Первая Книга" (Современный любовный роман) | | Д.Вознесенская "Таралиэль. Адвокат Его Темнейшества" (Любовное фэнтези) | | А.Емельянов "Мир Карика 3. Доспехи бога" (ЛитРПГ) | | А.Эванс "Право обреченной 2. Подари жизнь" (Любовное фэнтези) | | М.Атаманов "Искажающие реальность-2" (ЛитРПГ) | | У.Гринь "Чумовая попаданка в невесту" (Попаданцы в другие миры) | | В.Старский ""Темный Мир" Трансформация 2" (Боевая фантастика) | | И.Зимина "Айтлин. Лабиринты судьбы" (Молодежная мистика) | |
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Атрион. Влюблен и опасен" Е.Шепельский "Пропаданец" Е.Сафонова "Риджийский гамбит. Интегрировать свет" В.Карелова "Академия Истины" С.Бакшеев "Композитор" А.Медведева "Как не везет попаданкам!" Н.Сапункова "Невеста без места" И.Котова "Королевская кровь. Медвежье солнце"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"