Костина Юлия Викторовна: другие произведения.

Хранимая Духом. Пролог + Глава 1

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Творчество как воздух: VK, Telegram
  • Аннотация:
    Что может сулить случайная встреча с таинственным незнакомцем?
    PS Типичное женское фэнтези. Так что те, кто не переваривает этот жанр, идите... читайте то, что вам интересно. Остальным приятного прочтения!
    Все комментарии и оценки прошу оставлять в общем файле. Спасибо.


Пролог

Иногда нам кажется, что в этом мире

жить невозможно. Но больше негде.

Джек Керуак

  
   Случалось ли вам когда-нибудь чувствовать себя так, будто весь мир настроен против вас, и кажется, что все, что вы делаете абсолютно неправильно? А приходилось ли вам испытывать такое на протяжении всей своей жизни? Если нет, то вам очень повезло, потому что нет ничего хуже, чем каждую секунду, каждый миг осознавать свою никчемность и бесполезность, искать смысл такой жизни и не находить его, не видеть перед собой никаких целей и не понимать своего предназначения. Но хуже всего, знать, что это никогда не изменится и все оставшееся время вы будете не жить, а существовать, а еще искренне верить, что родись вы в другом времени или быть может в другом мире, все было бы совершенно иначе.
   Говорят, если чего-то желать по-настоящему, то это рано или поздно сбывается. Но как можно родиться обратно и появиться там, где тебя в принципе быть не должно?! Это так же абсурдно, как и надеяться однажды найти свою судьбу в мире, где ее нет. Можно, конечно, поискать судьбу в других мирах, если только знать туда дорогу, но в нашем мире, где всем правит технический прогресс, чудесам места нет. Так что не стоит и пытаться. Вот и выходит, что потерянному человеку невозможно обрести себя без помощи чуда, которое никогда не произойдет. Однако пути судеб неисповедимы. И если вдруг такое чудо все-таки случится, то что тогда станет с этим человеком? До недавнего времени я не знала ответа на этот вопрос. Я жила в небольшом городке самой обычной страны, и каждый мой день был неотличим от предыдущего...
   Еще говорят, что имя, данное человеку при рождении, определяет его судьбу. В моем случае имя и судьба не имели ничего общего и полностью опровергали эту теорию. Так было, пока в мою жизнь ураганом не ворвался ОН, в одночасье перевернув все мое представление о мире.
   Однако все по порядку.
   Итак, меня зовут Ника*, и я чувствую себя потерянной вот уже восемнадцать лет...
   ________________________
   * Ника -- победа (греч.)
  
  
  
  

Глава 1

Незнакомец

Благой ли дух ты или ангел зла,

Дыханье рая, ада ль дуновенье...

Уильям Шекспир

   Казалось бы, это утро было самым обычным. Таким же как всегда. По крайней мере, началось оно именно так. Как всегда рано утром меня разбудил противный писклявый голосок ненавистного будильника, вдребезги развеивая приятные сновидения и напоминая о том, что пора собираться в институт. Не помню точно, что именно снилось мне этой ночью, но досмотреть сон почему-то очень хотелось, а еще больше хотелось снова уснуть, но от этого порыва меня удерживал непрекращающийся звон будильника, неприятно резавший слух. Балансируя на грани сна и яви, я поморщилась и потянулась в поисках источника мерзкого звука, прекрасно зная, что делаю это напрасно. Будильник стоял слишком далеко, чтобы я могла достать его с кровати, и продолжал навязчиво звонить. Я намеренно оставляла его в недоступном месте, зная как тяжело даются мне утренние пробуждения, но каждое утро неизменно жалела об этом, обещая себе, что в следующий раз поступлю иначе, однако вечером вновь ставила будильник так, чтобы на следующий день он обязательно вытянул меня из кровати. И так продолжалось каждый день. Вечное противостояние самой себе...
   - Ох, когда же ты заткнешься? - с мученическим стоном выдохнула я, силясь разлепить сонные веки, которые никак не хотели открываться. И - о чудо! - будильник тут же затих. Странно... От удивления глаза раскрылись сами собой. Надо же! А еще секунду назад я думала, что их придется раздирать руками. Ну что ж, раз так, то надо вставать, пока они не закрылись обратно. Тогда-то я их уж точно просто так не открою.
   Дальше все тоже было как обычно, за исключением неожиданного и довольно неприятного ощущения, будто за мной кто-то следит. Я буквально кожей чувствовала постороннее присутствие и буравящий спину взгляд. Глупости! Что еще за мания преследования с утра пораньше?! Я тряхнула головой, пытаясь выбросить из нее все лишнее, и решительно направилась в ванную комнату, следуя своему обычному распорядку дня. За стандартным ритуалом умывания последовал неплотный завтрак и поспешные сборы навстречу суете наступающего дня.
   Собиралась я как всегда в гордом одиночестве, если не считать разыгравшегося воображения. Моя соседка Марина, миловидная незамужняя женщина с характером змеи и поведением облегченного типа, с которой мы вместе снимали квартиру на окраине маленького городка, больше напоминающего деревню, уже умотала на работу, и я немного жалела, что ее сейчас нет рядом. Нет, мы с ней никогда особо не дружили, да и виделись крайне редко из-за того, что уходила она намного раньше, а приходила, когда я уже спала или и вовсе не приходила, оставаясь ночевать у очередного своего хахаля, да и разница в интересах и возрасте -- достаточно не маленькая кстати сказать -- сказывалась на нашем общении. Однако сейчас мне хотелось поговорить хоть с кем-нибудь, лишь бы избавиться от навязчивого взгляда невидимых глаз, который заставлял мурашки бежать по телу и зябко передергивать плечами. В такие моменты я жалела, что уехала из родного дома, по которому ужасно скучала, но мужественно крепилась и продолжала делать вид, что все замечательно. Вот уже год как я, поступив в институт, перебралась поближе к столице, но до сих пор никак не могла привыкнуть к самостоятельной жизни. Да и не настолько уж самостоятельной она была. Найти приличную работу все никак не получалось, стипендии естественно не хватало, а временные подработки случались крайне редко и деньги от них заканчивались очень быстро, не покрывая все необходимые расходы, поэтому средства на мое содержание до сих пор присылали родители, что сильно било по моему самолюбию, но и выбора особого в общем-то не было. Друзей, как таковых, у меня тоже не было, были только знакомые и сокурсники, ну и еще так называемая напарница по учебе и один навязчивый тип, считающий себя моим другом, поэтому все мои силы уходили в основном лишь на учебу, что в принципе меня устраивало, но делало жизнь скучной и однообразной.
   Побросав, наконец, в сумку все необходимое, скользнув напоследок взглядом по своему отражению в зеркале и мельком глянув на настенные часы, висящие в холле, я уверенно закрыла дверь на ключ и почти галопом ринулась на автобусную остановку. Мне почему-то всегда не хватало времени, и как бы рано я ни вставала, на автобус всегда приходилось бежать не жалея сил. Хотя в итоге оказывалось, что пришла я раньше положенного срока и вынуждена была торчать на остановке, томясь в ожидании вечно опаздывающего транспорта.
   Этот день не стал исключением. Угрюмо вздохнув, я с досадой присоединилась к еще нескольким ожидающим своего рейса пассажирам, мысленно сетуя на промозглую погоду. Даже для осени утро казалось слишком уж сырым и чересчур холодным. Ну, тут уж ничего не поделаешь, придется подождать и немного померзнуть. Благо хоть ветер не пронизывал насквозь. Его вообще не было. И все же я плотнее закуталась в свою легкую спортивного вида куртку и утопила руки поглубже в карманы, сокрушаясь по поводу своей несостоятельности подобрать одежду соответственно погоде. Из-за этого я теперь обязательно заболею, о чем красноречиво свидетельствовали промокшие и озябшие ноги, но уж очень не хотелось. Чтобы отвлечься от неприятных мыслей о предстоящей простуде, я огляделась вокруг.
   На остановке, переминаясь с ноги на ногу и нетерпеливо посматривая на дорогу, теснились под крышей не выспавшиеся и утомленные долгим ожиданием люди. Это были все те же знакомые мне лица, которые я видела каждое утро. Когда долго ездишь одним и тем же маршрутом, поневоле начинаешь присматриваться к людям, запоминать тех, кто всегда едет тем же рейсом, обращать внимание на их привычки и одежду, подмечать всякие мелочи... Постойте-ка, а это кто? Мой взгляд упал на странного незнакомца, которого я раньше здесь не замечала. Интересно, он всего лишь случайный попутчик или отныне постоянный? Я пригляделась к нему получше. Выглядел он как-то подозрительно, да и мрачновато к тому же. Длинные слегка взлохмаченные волосы неестественно черного, на мой взгляд, цвета почти полностью прятались под натянутым до самого носа капюшоном длиннополого пальто, такого же абсолютно черного. Впрочем, он весь был в черном. Даже на глаза были нацеплены темные очки, хотя лето уже давно прошло, да и яркого солнца тоже не было - оно пряталось далеко за низкими серыми тучами. И в довершении всего этого бандитского или скорее готического прикида под непослушными прядями смоляных волос поблескивал серебром край пропирсингованного уха, по крайней мере того, которое я могла видеть. Насчет второго я не была уверена, возможно, оно было целое. В общем, незнакомца можно было бы даже назвать симпатичным, если бы под этой отталкивающей чернотой его вообще можно было бы разглядеть.
   Сообразив, что слишком долго рассматриваю незнакомого молодого человека, я поспешно отвела глаза. Не хватало еще, чтобы он заметил мой пристальный взгляд и подумал что-нибудь не то. Я ведь всего лишь изучаю нового попутчика, а вовсе не интересуюсь им. Но я не смогла не посмотреть на него снова. Необычность его внешнего вида притягивала взгляд, причем как я успела заметить, не только мой. На него украдкой таращилась вся остановка.
   Внезапно и неизвестно откуда налетел порыв ветра, заставив поежится от холода. Поразительно, но другие люди не обратили ни малейшего внимания на причуду безветренной погоды. Казалось, ветер их даже не коснулся. Почему-то от этого снова вернулось ощущение слежки. Вообще-то я испытывала это чувство все утро, но сейчас оно проявилось особенно остро. Оглядевшись и не заметив ничего такого, что могло бы меня взволновать, я сердито тряхнула головой. Да что со мной сегодня? Я сама на себя не похожа!
   Громкое "апчхи" огласило остановку, и я не сразу поняла, что этот звук принадлежал мне. Ну вот, началось... Я таки простудилась! Это сильно меня расстроило, потому что я ужасно не хотела болеть. Но я приказала себе не раскисать и настойчиво потянулась в карман за носовым платком. Я абсолютно точно помнила, что положила его туда, однако, быстро обшарив джинсы и куртку, не обнаружила в них и намека на его присутствие. Ну, что за невезение? А ведь день еще только начался.
   - Могу я Вам помочь? - вежливо осведомился низкий приятный голос, и чья-то рука заботливо протянула мне носовой платок. Я поразилась его белизне и решила, что, наверное, он был новый. Но мое внимание тут же отвлеклось на длинные тонкие пальцы, держащие этот самый платок. Их сплошь унизывали кольца причудливых форм и яркие перстни, поблескивающими в тусклом свете серого дня многочисленными гранями драгоценных камней. И это при том, что рука явно была мужская! Никогда раньше мне не приходилось видеть, чтобы мужчина носил на одной руке столько колец сразу. В изумлении я подняла глаза, чтобы взглянуть в лицо заботливому любителю украшений, и вздрогнула от неожиданности. Передо мной стоял тот самый мрачный тип, которого я рассматривала минуту назад. Ну вот, он все же неправильно истолковал мой взгляд! Вероятно, он решил, что я хочу пофлиртовать с ним. Что ж, его ждет разочарование, ведь он ошибся: я не собиралась ни флиртовать с ним, ни даже знакомиться.
   Замешкавшись, я рассеянно вгляделась в его лицо. Очки вблизи оказались не такими уж и черными. За ними можно было разглядеть глаза, обрамленные густыми ресницами, хотя и не возможно было понять, какого они цвета, но скорее всего темного. Второе ухо, как я и предполагала, оказалось целым, а черты открытой части лица довольно приятными.
   Заметив мою нерешительность, мужчина растянул губы в ободряющей и добродушной улыбке, при этом не показывая зубов, словно боялся напугать меня слишком откровенным оскалом. Его улыбка отчего-то вселила в меня подозрительно крепкую уверенность, и если до этого у меня и были какие-то сомнения, то они мгновенно рассеялись. Вообще-то я не склонна брать чужие платки, хоть раньше мне их никто и не предлагал, но в этот раз я просто не смогла отказаться. Моя рука сама потянулась к предложенному платку, когда налетел новый порыв ветра, еще более сильный, чем прежде. Он вырвал платок из рук незнакомца и безжалостно унес в неизвестном направлении. Я испытала одновременно разочарование и облегчение, а подозрительно услужливого типа в мрачном пальто, казалось, это только позабавило. Он как-то странно усмехнулся, взглянув за мое плечо, словно там кто-то стоял. В недоумении я проследила за его взглядом, но не обнаружила ничего подозрительного.
   - Ничего страшного, у меня еще есть, - спокойно проговорил незнакомец, снова привлекая мое внимание к себе и жестом фокусника вытаскивая из кармана целую упаковку точно таких же платков. - Берите, не стесняйтесь.
   Ну надо же какой запасливый! Или это у него такой фирменный способ знакомства с девушками? Я не стала вникать в смысл этого предположения, а просто последовала совету мужчины и взяла платок. На этот раз ветер не мешал мне, хотя я готова была поклясться, что слышала его ураганное завывание под крышей автобусной остановки.
   - Спасибо, - вежливо поблагодарила я, не настроенная на дальнейшее продолжение нашего знакомства. На этом разговор должен был быть окончен, но незнакомец похоже так не считал.
   - Сегодня холодно, Вы не находите? - светским тоном вопросил он.
   Я не ответила. Он что, решил поговорить о погоде? Не оригинально! Однако мое молчание не смутило молодого человека, и он продолжил свой монолог, как бы невзначай заметив:
   - Кажется, Вы одеты слегка не по погоде?
   Я недовольно нахмурилась. Ну и какое ему до этого дело? Тоже мне, наблюдательный попался! Его абсолютно не касается то, как я одеваюсь, и это моя проблема, если из-за своей глупости мне придется мерзнуть на улице. Хотя с чего это я так разволновалась? Не иначе как из-за мозолящего спину взгляда преследующей меня с утра мании. Вот только незнакомец тут не при чем, так что не стоит срывать на нем раздражение. Попытавшись унять разгулявшиеся нервы, я ответила коротко и односложно, стараясь поставить точку в беседе, в которой мне бы не хотелось принимать участие:
   - Да, пожалуй.
   Отвернувшись, я сделала вид, что занята высматриванием автобуса на горизонте, тем самым показывая свою нерасположенность к разговору. Обычно я не веду себя так грубо, но сейчас я была готова на что угодно, лишь бы незнакомец отстал от меня. Не знаю почему, но он пугал меня. Пугал и в то же время притягивал. В нем чувствовалась какая-то опасная, почти дьявольская, притягательность. Это смущало и настораживало, в то время как внутренний голос негодующе звенел в предостережении держаться подальше от подозрительного молодого человека, хотя и сам голос при этом был подозрительный. Будто бы и не мой вовсе. Абсолютно чужой голос, звучащий в моей голове.
   - А Вы не слишком-то разговорчивы, - не унимался назойливый тип, игнорируя мое невежливое поведение.
   Я вздохнула. Неужели он не видит, что я просто-напросто не хочу с ним говорить? Видимо от него будет не так-то просто отвязаться. В очередной раз промолчав, я ограничилась одним лишь слабым кивком. Да и что я могла сказать? Да, вот такая вот я необщительная, или что-нибудь вроде этого? В конце концов, ему надо, пусть сам и говорит.
   - Ну что ж, - смирившись с моим молчанием, задумчиво протянул незнакомец. - А могу я хотя бы узнать Ваше имя?
   Вот настырный! Мне совершенно не хотелось отвечать на этот вопрос, тем более что внутренний голос опять взбунтовался. А отвечать что-то надо было. А надо ли? Пока я размышляла над этим, к остановке подъехал автобус. Он в каком-то смысле избавил меня от необходимости отвечать. По крайней мере, не надо было отвечать прямо сейчас. В утренних рейсах возможность втиснуться в переполненный транспорт напрямую зависит от расторопности и умения поработать локтями, поэтому я поспешила пробраться сквозь внезапно ожившую толпу нервно толкающихся потенциальных пассажиров. Я была уверена, что незнакомец следует за мной с точно таким же настроем, но, оглянувшись, с удивлением обнаружила, что он не сделал даже попытки пошевелиться.
   - Вы не идете? - растерялась я, на что молодой человек с улыбкой покачал головой. Я не придала этому особого значения, подумав, что незнакомец решил дождаться следующего рейса в надежде, что там будет меньше народа, хотя я была абсолютно уверена, что следующий рейс будет в этом плане еще хуже. Его определенно разочарует вид переполненного до отказа автобуса, люди в котором от давки будут походить на слипшиеся кильки в банке консервов. Но это уже его проблемы. Я же была даже рада, что он не едет со мной.
   - Ну, тогда пока! - беспечно попрощалась я, показав радости больше, чем следовало бы, и позволила толпе внести меня в автобус. Но прежде чем створки дверей сомкнулись за моей спиной, придавив по обыкновению особо зазевавшегося пассажира, я отчетливо услышала самоуверенный голос незнакомца.
   - До встречи, Ника, - донеслись до меня его слова сквозь недовольные вопли и ругань моих попутчиков, спорящих за каждый сантиметр свободного места, которого, в общем-то, и быть не могло. Мне вдруг стало не по себе. Откуда он мог знать мое имя? Он ведь только что спрашивал его у меня, и я его ему не сказала. Или сказала? Нет, я бы это запомнила. Я была уверена, что не называла ему своего имени. Тогда откуда он его знал?
   Мурашки пробежали по телу, и я, не обращая внимания на недовольно теснящихся вокруг меня людей, резко оглянулась, чтобы через окно бросить последний взгляд на удаляющуюся остановку. Не в силах оторвать глаз от черной фигуры самоуверенно ухмыляющегося молодого человека, я вдруг ясно осознала, что он меня не просто пугал, а вселял в мою душу настоящий трепет. Надеюсь, мы с ним больше никогда не встретимся...
  
   Остаток дня прошел без особых происшествий. Все вернулось в привычное русло унылой повседневной рутины - неизменной спутницы моей невыносимо скучной жизни. Однако мысли упорно продолжали вращаться вокруг странного незнакомца. Он не выходил у меня из головы. Я снова и снова перебирала в памяти наш короткий разговор, каждый раз вздрагивая от его прощальной фразы. Здесь определенно было что-то не так. И это нервировало меня. А еще это постоянное ощущение слежки... Целый день я усиленно боролась с собой, подавляя все возрастающее желание внезапно обернуться. Я знала, что невидимый взгляд, преследующий меня, не что иное, как плод моего разыгравшегося воображения. Но лучше от этого не становилось. Согласитесь, не очень-то приятно осознавать себя шизофреником, страдающим манией преследования.
   - Ники! - резкий оклик вывел меня из состояния глубокой задумчивости, и я оглянулась.
   Ко мне со всех ног бежал высокий блондинчик с невероятно яркими голубыми глазами. Когда-то он мне даже нравился. Ровно до тех пор пока не начал активно распускать руки. Возможно я бы и не была против, если бы не знала его печально известной славы местного институтского казановы, от "ухаживаний" которого пострадала уже не одна девичья честь и женское сердце, а мне очень не хотелось стать его очередным завоеванием, ведь я знала, что иной участи он мне и не готовил, поэтому пришлось в срочном порядке объяснять ему, что мы можем быть лишь друзьями. Он не расстроился, быстро переключив внимание на мою одногруппницу, которая могла бы считаться моей подругой, если бы наше общение не сводилось только лишь к встречам в институте, поэтому я считала ее скорее напарницей. И лишь позднее я догадалась, что этот блондинистый ловелас набился мне в друзья только затем, чтобы подобраться к ней, ведь она была первой красавицей нашей альма-матер, настолько же гордой и неприступной, как настоящая королева. Порой я удивлялась, как она может со мной дружить, мы же были похожи как огонь и вода, но потом вспоминала, что не будь меня с моими знаниями, она уже давно бы вылетела из института, и продолжала относиться к ней со снисходительной благосклонностью, впрочем также как и она ко мне. Так что за то, что навязчивый голубоглазый бабник пробивался к моей напарнице через меня, я не чувствовала ни вины, ни особого раздражения, позволяя и тому и другой по прежнему числиться в моих "друзьях".
   - Привет, Кешка, - вяло поздоровалась я, когда блондин меня наконец догнал.
   От такого приветствия он скривился так, словно пожевал лимон, а я лишь усмехнулась. Я знала, что ему не нравится, когда его звали Кешей, но что поделать, если родители назвали его Иннокентием. Друзья звали его Кенни на американский манер, но меня такое обращение всегда смешило, напоминая одноименного мультяшного героя. Имя Кеша ему шло больше. Пусть оно и было попугаячьим, как он о нем отзывался, но он и сам чем-то походил на эту разноцветную птичку: такой же яркий в своих стильных шмотках от знаменитых кутюрье и такой же напыщенный как птица-говорун, увидевшая себя в зеркале. Удивительно, как точно подобрали родители имя своему чаду. Ну почему же я так несовместима со своим именем?
   - Я же просил не называть меня так! - возмутился парень, забыв поздороваться в ответ.
   - Я тоже просила не называть меня Ники. Это мужское имя, - привычно огрызнулась я.
   Мой друг любил коверкать имена на иностранный лад, и само собой получалось так, что мое имя в его устах непроизвольно превращалось в это противное Ники -- производное от французского имени Николя. Я же всегда была поборницей правильного произношения, не даром училась на филологическом факультете, поэтому с трепетом относилась к тому, как меня называли, а в последнее время это вообще стало превращаться в какой-то навязчивый бзик.
   - Ладно не злись, - отмахнулся Кеша. - Ты Васю не видела?
   Я отрицательно мотнула головой. Вася -- это моя напарница Василиса. Ее он почему-то в отличие от меня всегда называл правильно. Кстати ей ее имя тоже прекрасно подходило. Василиса значит "царственная", а она и по характеру и по внешности была именно такой. Одна я не сочеталась со своим именем. Наверное поэтому я так яростно боролась за то, чтобы меня звали только Ника и никак по другому, надеясь что однажды значение имени наконец возымеет действие над моей жалкой судьбой.
   - Слушай, - не отставал блондин, сходу перейдя на истинную причину своего появления передо мной, - ты курсач сделала? Как это какой? Ну тот, который я просил! Ну да, с прошлого года. А то мне его скоро сдавать. Я итак целый год протянул, а вылетать что-то очень не хочется.
   Я вздохнула. И за что мне такое "счастье"? Нашла "друзей" на свою голову. Вернее на шею. Как-то так повелось, что все работы за Васю и Кешу в нашей троице делала именно я, не забывая стараться и для себя, что так или иначе в любом случае отрицательно сказывалось на моей успеваемости. Не так-то легко учиться за троих. А ведь за все время я даже нормальной благодарности от них не получила. Только вот послать их куда подальше я тоже не могла. Как ни странно но здесь, вдалеке от родного города и родителей, эти двое были единственными более-менее близкими мне людьми и терять их как-то не хотелось.
   - Сделаю, - недовольно пробурчала я, и Кешка, удовлетворенный моим ответом, весело упорхнул на поиски Василисы, махнув мне на прощанье рукой и оставив наедине с невеселыми мыслями, которые против воли вернулись к мрачному незнакомцу и незримому наблюдателю. Да уж, мало мне было этих проблем, так теперь еще и Кеша со своим курсачом навязался. Вот только о курсовой думалось в последнюю очередь. И чем дольше тянулся день, тем тревожнее мне становилось. Я была уверена, что раз день не задался с самого начала, то и окончание его не сулит мне ничего хорошего.
  
   Вечером мое состояние только ухудшилось. Я ушла в себя и не обращала внимание ни на что вокруг, добираясь домой в почти бессознательном состоянии. Впрочем, дорога была настолько привычной, что и не требовала моего сосредоточенного внимания. Именно поэтому я не сразу заметила его. А когда заметила, было уже поздно малодушно рассчитывать на то, чтобы остаться в автобусе и прокатиться как минимум до следующей остановки. Едва двери открылись, поток выходящих пассажиров бесцеремонно вытолкнул меня на улицу.
   Он стоял там же, где я его и оставила утром, и, похоже, кого-то ждал. Я содрогнулась. Надеюсь не меня! Внезапно меня захлестнуло какое-то извращенное любопытство: неужели он так и простоял здесь весь день? Эта мысль показалась абсурдной. С чего бы ему торчать на остановке весь день в ожидании меня - случайной знакомой? Это должно быть просто нелепое совпадение. А мне стоит сходить к врачу и проверить нервы. Кажется, мания преследования набирает обороты.
   Я постаралась - насколько это возможно - сделать вид, что не заметила черного незнакомца, и невозмутимо прошла мимо с сосредоточенно опущенным в мокрый асфальт взглядом. Но молодой человек не позволил мне далеко уйти. Он окликнул и догнал меня, светясь дружелюбной улыбкой, которая, кстати сказать, только сильнее меня насторожила. В его улыбке было что-то неестественное. Как можно все время улыбаться одними губами?
   - Идете домой? - подстраиваясь под мой шаг, вежливо осведомился мой знакомый незнакомец.
   - А Вы, кажется, кого-то ждете? - задала я встречный вопрос в надежде напомнить ему о необходимости вернуться на остановку и дождаться таки того, кого он рассчитывал там встретить.
   - Ждал, - ни на секунду не смутившись, поправил меня молодой человек и тут же с искренним воодушевлением простодушно признался: - Я ждал Вас!
   От такого признания по спине прокатилась нервная дрожь, а в груди что-то гулко бухнулось вниз. Откуда он мог знать, когда и где я буду возвращаться? И буду ли вообще? Или он и правда прождал на остановке целый день, надеясь, что рано или поздно я здесь пройду? Ладно, оставим эти вопросы. Сейчас это не принципиально. Важнее всего, зачем ему понадобилось это делать?
   - Что... - хотела было я задать вопрос, но голос внезапно охрип. Я прокашлялась и попыталась снова. - Что Вам от меня надо?
   Я старалась говорить спокойно, следила, чтобы мой голос не дрожал, отчего вопрос получился резким, почти грубым. В ожидании ответа я не остановилась и даже не взглянула на собеседника. Все, чего я сейчас хотела, и что настойчиво внушал мне внутренний голос - это, чтобы незнакомец оставил меня в покое!
   - Не надо так сердиться, - удивленно распахнув глаза и примирительно вскинув перед собой руки, начал оправдываться мужчина. - Я всего лишь хочу продолжить наше знакомство и, разумеется, немного пообщаться с Вами. Что в этом плохого?
   Ну и что я могла ответить? Конечно же, он прав, в желании общения нет ничего плохого. Если только это желание не подразумевает скрытых мотивов. А вот какие могут быть мотивы у этого странного незнакомца, я и подумать не могла. Вернее могла, конечно. Только в голову почему-то лезли все самые плохие мысли, поэтому я и отказалась от этой затеи. Но, тем не менее, вопрос оставался открытым. И если не думать о мотивах, то о причинах его неожиданного интереса ко мне подумать стоило. Что может привлекать мужчину? Красота? Отпадает, я никогда не считалась красавицей, по крайней мере, не такой, которая способна сразить мужчину с первого же взгляда, и мужики штабелями передо мной не падают. Общительность? Как он уже успел заметить, я ею не страдаю. Деньги? Маловероятно. Не думаю, что выгляжу примечательно для уважающего свое время вора. Что остается? Симпатия? Но я ни разу не проявила даже намека на взаимность. А как насчет... Насчет чего собственно?! Какую бы банальную причину я ни придумала, на нее тут же находился такой же банальный, но категоричный ответ. И вывод отсюда напрашивался сам собой: интерес незнакомца ко мне такой же подозрительный, как и он сам. Только этот вывод никак не отвечал на вопрос, чем вызван этот интерес. В общем-то, по этому поводу я имела два соображения. Первое и наименее вероятное: я настолько понравилась молодому человеку, что он, наплевав на все, готов был ждать меня на остановке днями напролет. Верилось в это с трудом. Я бы даже сказала, не верилось абсолютно. Мало того, что такого героически-самоотверженного поведения в наши дни уже давно не встречается, так еще оно в этом случае должно свидетельствовать о наличии у незнакомца такого сильного чувства ко мне, как любовь, которая ну никак не могла возникнуть в столь короткий срок. Поэтому я все больше склонялась ко второй теории, которая казалась более реальной: подозрительному типу от меня что-то нужно, что-то столь ценное, что оно заставляет его караулить и выслеживать меня. Только вот что? У меня не было ничего хоть сколько-нибудь ценного, и на этот вопрос ответа я не знала. Одно было ясно точно: скрытый мотив у незнакомца имелся, и насколько этот мотив опасен и пугающ, я боялась даже предположить.
   Мрачно взглянув на идущего рядом мужчину, который напряженно вслушивался в затянувшуюся между нами паузу, я, наконец-таки, удостоила его ответом, если таковым можно назвать невнятное бормотание нечленораздельных слов. Не знаю, что расслышал в моем бормотанье незнакомец, но ответ его явно удовлетворил, и он расплылся в довольной улыбке, все так же не открывающей зубов. Интересно, почему от так тщательно прячет зубы? С ними что-то не так?
   - Значит, Вы не возражаете против моей компании? - обрадовался незнакомец, и это не прозвучало вопросом, хотя именно им, безусловно, и являлось.
   - Нет, - слишком поспешно возразила я, откликаясь на интонацию, а не на саму фразу, но прежде, чем успела добавить что-то еще, я увидела, как улыбка молодого человека расползлась еще шире, и осознала, что вместо категоричного "возражаю" только что почти буквально дала согласие на его дальнейшее присутствие рядом.
   После такого избавиться от него стало практически невозможно. Как бы холодно я ни вела себя с ним в дальнейшем и что бы ни говорила, он не расстраивался и не обижался, навязчивой тенью следуя за мной по пятам, куда бы я ни направлялась. А направлялась я намеренно поближе к людным местам, обойдя почти все известные мне магазины и бутики. Я не хотела показывать ему дорогу к моему дому. Не хотела, чтобы он знал, где я живу. Искренне веря, что, в конце концов, ему надоест таскаться за мной, я подолгу стояла у стеклянных витрин, делая вид, что заинтересована разглядыванием товара, на который мне на самом деле было откровенно наплевать, и с молчаливым равнодушием внимала его непрекращающейся болтовне, особо в не вслушиваясь в ее суть. Должна признать, с ним было довольно весело, и время, проведенное в его компании, могло бы быть вполне приятным, если бы я могла наслаждаться им, но мне мешали натянутые до предела нервы и капающий на мозги внутренний голос, не считая усилившейся до крайности мании преследования. Теперь "невидимый друг", как я окрестила плод своей шизофрении, не наблюдал за мной издалека, я ощущала его совсем рядом, за спиной, и почти физически слышала его дыхание над своим ухом. Все это выводило из равновесия, и мне с огромным трудом удавалось удержаться от полномасштабной истерики. Спасало только обилие забавных, а порой и опасных казусов, приключающихся с незнакомцем чуть ли не на каждом шагу, словно кто-то намеренно подстраивал ему мелкие пакости в моем присутствии.
   Несколько раз приоткрытые двери под внезапным порывом ветра неудачно распахивались прямо перед носом моего спутника, успевая в самый последний момент с громким хлопком врезаться не в лоб, а в вовремя подставленную под удар руку молодого человека. Удивительно, что при таком оглушительном звуке у него не ломались кости, да и сама реакция поражала своей стремительностью. Не в пример своим товаркам, не отягощенным электроникой, раздвижные двери наоборот слишком поспешно захлопывались за моей спиной, отсекая мужчину от меня так, что он едва успевал затормозить, чтобы не впечататься со всего размаха в стеклянный проем. И снова меня поражала его скорость. А уж как не хотелось в такие моменты покидать гостеприимный магазинчик, за пределами которого терпеливо выжидал -- да, да, именно выжидал! -- мрачный незнакомец. Вот только рано или поздно выходить все-таки приходилось, когда недовольным продавцам надоедала моя маячившая среди прилавков фигура без единой покупки. Иногда в особо людных местах нас разделяла толпа, и когда я уже начинала надеяться затеряться в ней окончательно, молодой человек с маниакальным упорством и завидным постоянством находил меня где угодно, а мне оставалось только восхищаться его удивительному чутью и железной интуиции. Один раз ему удалось вовремя и без вреда отпрыгнуть от несущейся на всей скорости машины, которую занесло прямо на него, причем занос был таким, что кроме моего незнакомца никого бы не задело и даже водитель вряд ли бы пострадал. Я даже испугаться не успела, когда аварийная ситуация разрешилась за несколько секунд, и машина умчалась дальше, а едва не задавленный молодой человек, улыбаясь как ни в чем не бывало, вновь оказался рядом со мной. Потом мы зашли в многоэтажный супермаркет и мне взбрело в голову подняться наверх на лифте. Во избежании прошлых ошибок мужчина шагнул в лифт вместе со мной, но в последний миг меня отвлекло какое-то движение прямо перед носом и последнего шага я сделать не успела, а створки уже закрылись, увозя незнакомца от меня без его на то желания. И надо же было такому случиться, что лифт застрял между этажами! Мне стало его искренне жаль, но ждать своего спутника я не собиралась и поспешила покинуть супермаркет. Уж не знаю, как незнакомец выбрался из лифта, но уже у выхода его черный силуэт вновь ошивался вокруг меня. Его настойчивость пугала меня все больше, и терпение мое было уже на исходе. Последней каплей стали сгущающиеся на вечерних улицах сумерки. Одно дело - гулять с незнакомцем, пока солнце ярко освещает город, и совсем другое - бродить с ним по постепенно пустеющим улицам.
   Задержавшись у очередной витрины с каким-то не интересующим меня барахлом и даже не удосужившись прочитать название на светящейся неоновой вывеске, кричащей прохожим о чем-то явно неприличном и кажется даже похабном, я невидящим взглядом уставилась сквозь стекло, судорожно обдумывая сложившуюся ситуацию. Итак, что мы имеем? Незнакомец не отходит от меня ни на шаг, значит, незаметно скрыться не удастся. Позволять ему провожать меня домой я не намерена. Ходить по магазинам и дальше - бессмысленно. Выручать меня некому, а как выкручиваться самой, я не знаю. Н-да, положение, прямо скажем, не лестное...
   Помощь пришла неожиданно. Кто бы знал, что Кешу интересуют подобные вещи, хотя чего еще ожидать от парня, не пропускающего ни одной юбки. Меня он похоже не заметил, зато я сразу узнала высокую худощавую блондинистую фигуру, выходящую из магазина игрушек для взрослых с какими-то пакетами в руках. С радостным воплем я кинулась к другу и повисла у него на шее. Я и сама от себя такого не ожидала, наверное, сказалось нервное напряжение, сковывающее меня весь день, а вот ошарашенный паренек похоже сильно перетрухнул. Конечно, кому же как не ему -- первому испытавшему на себе всю прелесть моей неприязни к подобному роду фривольностям -- знать, как сильно я не терплю даже дружеских объятий с ним, впрочем, как и разного вида развратности, на которых он только что попался.
   - Т-ты чего здесь? - как-то сильно побледнев поинтересовался Иннокентий, осторожно отстраняясь и пряча пакеты за спину.
   Никогда не думала, что мой вечно уверенный в себе до невозможности дружок окажется столь пугливым. Надо будет не забыть завтра извиниться перед ним за свое неадекватное поведение... а потом отругать за то, что ошивается в подобных местах. Уж Василиса точно не обрадуется его похождениям. Или он здесь с ней? Осмотревшись, подруги я не заметила и вернула внимание на Кешу.
   - Тебя ищу! - беззастенчиво соврала я, перепугав парня этим заявлением еще сильней. А как иначе избавиться от незнакомца? Ведь я уже не один раз ему не то что намекала, а в открытую говорила, чтобы он отстал от меня. Только вот эффекта пока было ноль.
   - И что тебе от меня понадобилось? - настороженно поинтересовался Кеша, явно ожидая подвоха.
   Но я не успела и рта раскрыть, как физиономия друга побледнела еще сильней, почти полностью слившись с белобрысым цветом его блондинистых волос. Оглянувшись, я увидела незнакомца. Ну да, куда ж без него. Он встал рядом с нами неприступной скалой и по размерам явно превосходил моего тощего смазливого друга, нависая над ним черной тучей. Несколько секунд они просто переглядывались, хотя я не знаю как они могли смотреть друг другу в глаза при том, что незнакомец был в темных очках. И как он может видеть в них что-то в вечернем сумраке? Молчание затягивалось, и я решила нарушить давящую тишину, а заодно и отвлечь мужчин друг от друга.
   - Кеш, - обратилась я к блондину, понимая, что это может выглядеть как недвусмысленный намек, - тебе все еще нужна курсовая? Она у меня дома, может зайдешь забрать?
   Не отрывая взгляда от стоящего напротив пугающего брюнета, друг напряженно кивнул, даже не обратив внимания и не возмутившись, что я снова назвала его так ненавистным ему попугаячьим именем, а его рука вдруг обвила мою талию. Как-то уж слишком собственнически обвила! Вот нахал! Да кто ему разрешал?! Ну, я ему завтра устрою "обнимашки", век не забудет. И то что я сама вишу у него на шее, открыто приглашая заглянуть в гости на ночь глядя, не в счет. Однако руки с его шеи я все же убрала от греха подальше.
   - Это может подождать, - услышала я вкрадчивый голос незнакомца, пока яростно сверлила взглядом руку Кешки на моей талии. Ну, не люблю я, когда меня касаются без моего разрешения.
   Резко вскинув глаза на брюнета, я успела заметить ядовито-яркий зеленоватый отблеск, быстро скрывшейся за темным стеклом очков. И тут же почувствовала, как рука моего друга безвольно опала, высвобождая из крепких объятий.
   - Это может подождать, - глухо, словно эхо, отозвался Кеша.
   В испуге я перевела взгляд на блондина и чуть не вскрикнула, увидев остекленевший взгляд голубых глаз. Короткий взмах руки на прощанье, и Иннокентий начал медленно удаляться прочь, двигаясь словно зомби. Я запаниковала. Что это было? Гипноз? Внушение? Что?! Почему мой друг вдруг повел себя так странно? Не мог же он испугаться незнакомца. Или мог? Сердце затрепыхалось в груди пойманной птичкой, а когда на мое плечо опустилась чужая рука, чуть не выпорхнуло от страха на волю. Отскочив в сторону, я волком уставилась на пугающего незнакомца, посмевшего коснуться меня -- первый раз за весь день.
   - Ну и долго еще ты собираешься меня преследовать?! - в панике чуть ли не выкрикнула я, непроизвольно переходя на "ты", при том что до этого наше общение проходило исключительно в вежливой форме. Я и его имени-то по-прежнему не знала. Удивительно, но целый день мы прекрасно обходились без имен, и по сути толком так и не познакомились. Надо бы, кстати, спросить, откуда ему известно мое имя, и при случае поинтересоваться, как все-таки зовут его. Подумать только! Я уже строю планы на дальнейшую беседу. Да какая разница, как его зовут?! Главное сейчас - отвязаться от его общества, а все остальное не имеет значения!
   - Преследовать? - переспросил молодой человек с явной обидой в голосе, словно не заметив моего испуга. - Я считал, что сопровождаю Вас.
   - А это не одно и то же? - огрызнулась я, внезапно остро почувствовав приближающийся успех моих стремлений, хотя раньше отшить незнакомца не удавалось. И несмотря на то, что его вежливое обращение в ответ на грубость напомнило мне, что весь день он вел себя безукоризненно корректно и неправдоподобно обходительно, я не могла позволить себе упустить такой шанс. Я знала, что не имею права так поступать с ним, но еще я знала, что другого шанса может не представиться. Самое отвратительное в том, что я начинала чувствовать себя виноватой, невзирая на весь едва ли не первобытный страх, испытываемый мной перед этим мрачным типом.
   - Я думал, что мое общество Вам не в тягость, - окончательно скис брюнет и посмотрел на меня с таким несчастным видом, что я едва не взяла свои слова обратно. Как ему это удается? Если бы не этот колотящийся в груди ужас, я бы наверное отступила.
   - Напрасно, - сухо ответила я, поборов неуместное желание извиниться за жестокие слова.
   К моему удивлению он больше ничего не сказал, только слабо кивнул и, резко развернувшись, зашагал прочь. Даже не попрощался. Вот так просто, взял и ушел, не говоря ни слова, оставив меня у витрины магазина рассеянно смотреть ему вслед. Ну вот, теперь я точно чувствую себя виноватой! Досадно. Но это не идет ни в какое сравнение с тем чувством облегчения, которое я испытала, когда черная фигура незнакомца скрылась из вида, смешавшись с толпой.
   Домой я пришла в какой-то нездоровой эйфории, и чтобы избежать вопросительных взглядов, а уж тем более расспросов так не вовремя рано вернувшейся с работы соседки, пораньше завалилась спать. Я надеялась, что усну быстро. Все-таки день был не из легких. Но тут-то меня и настигли душевные терзания. Я ворочалась с боку на бок, мучаясь осознанием собственной вины и несправедливостью своего поведения по отношению к вежливому незнакомцу. Однако самым неожиданным из моих терзаний стало неподдающееся логике желание вновь встретиться с ним. Я хотела увидеть его еще хотя бы раз, хотя бы для того, чтобы извиниться. Абсурдность этого желания граничила с безумием. Разве не я еще утром надеялась никогда больше не встречаться с пугающим молодым человеком, а днем искренне желала избавиться от его общества во что бы то ни стало? Тогда почему сейчас я хочу другого? Почему сожалею, что добилась своего? Впрочем, к безумию мне не привыкать. Я почти примирилась с мыслью, что сошла с ума, и в этом немаловажную роль сыграл "невидимый друг". Осознание его чужеродного присутствия в темной комнате заставляло меня прятаться под одеялом и, обливаясь холодным потом, трястись от страха. Кажется, мания преследования превращалась в фобию...
   В общем ночь я провела беспокойно, и когда утром пронзительно заверещал будильник, я готова была разбить его о стенку, лишь бы он заткнулся и дал мне поспать хоть еще немного. Но я этого, конечно же не сделала, и поспать в итоге мне больше не удалось. Когда мои уши уже не в силах были выносить бесконечно долгий мерзкий звонок, пришлось подняться, чтобы его отключить. Ложиться обратно смысла не было, и я, кое-как поборов усталость, поплелась прочь из спальни. Естественно я не выспалась и чувствовала себя совершенно разбито. Все утро я, как сонная муха, шаталась по квартире из комнаты в комнату, с трудом сознавая какую одежду на какую часть тела одевать и что из предметов в моей руке на самом деле предназначено в завтрак. Удивительно, как в таком состоянии я умудрилась не напялить джинсы наизнанку и не пожевать расческу вместо бутерброда! Очнулась я только тогда, когда поняла, что опаздываю, но даже это не помогло мне успеть на автобус. Метеором примчавшись на остановку, я была вынуждена бессильно наблюдать уезжающий от меня транспорт. Провожая его взглядом, я растерянно хлопала ресницами и мысленно проклинала автобус всеми известными мне ругательствами, когда услышала откуда-то из-под козырька остановки знакомый низкий голос:
   - А я уж было решил, что Вы не придете...
   Я оглянулась и, поискав глазами обладателя голоса, обнаружила его черный силуэт в самом дальнем углу остановки. Он сидел, вальяжно развалившись на скамейке и опираясь спиной о железную стенку.
   - Вы? - выдохнула я, недоверчиво всматриваясь в лицо вчерашнего незнакомца. Я не ожидала его здесь встретить, как не ожидала и того, что он снова будет меня ждать. Разве он не должен быть на меня обижен? Я же так грубо обошлась с ним вчера, а ведь он мне ничего плохого не сделал. И с чего вообще я вчера так испугалась? Подумаешь, друг при встрече с ним повел себя странно. Ну так это же Кешка, чего с него взять? Этот инфантильный мальчишка мог намеренно поступить так со мной просто из желания попугать в отместку за то, что я застала его в непотребном месте, или же наоборот из-за нежелания терять время в разборках за меня с внушительным незнакомым парнем, зная, что даже в случае победы над соперником, шансы на которую были довольно сомнительны, ему от меня все равно ничего не обломится. Сейчас все произошедшее уже не казалось таким пугающим как в сумрачном свете сгущающегося вечера. А что касается настойчивости незнакомца... Ну мало ли! Может я ему и вправду понравилась, как бы наивно это ни звучало.
   - Я, - привычно скрывая зубы, улыбнулся незнакомец, поднимаясь мне навстречу. В его искренней улыбке и дружелюбном голосе не было ни намека на обиду. Неужели я напрасно изводила себя всю ночь? Трудно сказать, какое чувство сейчас владело мной в большей степени. Я испытывала целую бурю эмоций: радость и облегчение от неожиданной встречи смешивались с напряжением и как ни странно никуда не исчезнувшим инстинктивным страхом, не говоря уже о досаде и раздражении от того, что виноватой перед молодым человеком я чувствовала себя совершенно напрасно. И все это не считая неприязни от постоянного преследования "невидимого друга" и вечно бунтующего внутреннего голоса.
   - Похоже вчера мы расстались на не слишком-то приятной ноте, - подойдя ко мне, заговорил брюнет, видя, что я не спешу начинать разговор первой. - Простите меня за это.
   Он извиняется передо мной?! Все эмоции, бурлящие во мне в этот момент, померкли в сравнении с бескрайним изумлением. Ведь это я вела себя невежливо, и это мне положено просить прощения, разве нет? Не понимая, за что же он извиняется, я удивленно покачала головой.
   - Вы не простите меня? - ужаснулся незнакомец, и я не заметила ни крупицы фальши в его голосе. Он и правда считал себя виноватым? Поразительно, но похоже это действительно так.
   - Это не то, что я хотела сказать, - быстро поправилась я, все еще пытаясь справиться с изумлением.
   - И что же Вы хотели сказать? - полюбопытствовал мужчина, внимательно изучая смену эмоций на моем лице. Его настроение по неведомой мне причине улучшалось с каждой минутой.
   - Неважно, - пробурчала я, не уверенная, стоит ли мне теперь извиняться.
   Незнакомец не стал настаивать и увел разговор в другом направлении.
   - Что ж, - философски заметил он. - Раз уж мы здесь застряли, возможно Вы согласитесь составить мне компанию и немного прогуляться?
   - Свидание? - уточнила я, подозрительно прищурившись.
   - Если не возражаете, - ответил он и через мгновение добавил с ехидной усмешкой: - И если мое общество Вам не в тягость.
   Я почувствовала, как щеки заливает румянец. Ну конечно же, он догадался о моем чувстве вины и не упустил возможности слегка поддразнить.
   - Не возражаю, - хмыкнула я с явным вызовом в голосе.
   В ту же секунду вокруг нас взметнулись вихри из опавших листьев, а чей-то голос в моей голове разразился обвинительными тирадами в мой же адрес. И пока по моей спине резвились мурашки от интуитивного осознания чего-то недоброго, а сердце бешено колотилось в странном предвкушении, на лице незнакомца расцвело торжествующе-самодовольное выражение.
   - Вот и прекрасно, - промурлыкал молодой человек, и никогда еще его голос не звучал так пугающе и соблазнительно одновременно.
   Он предложил мне свою руку, и я взяла его под локоть, прежде чем осознала это действие. Поток нецензурных выражений в моей голове не прекращался, но я старательно игнорировала внутренний голос, пока тот, наконец, не замолк. Я не видела, куда ведет меня незнакомец -- не могла сосредоточиться на дороге. Все мое внимание было обращено на гипнотизирующий голос таинственного брюнета, который все говорил и говорил о чем-то, однако сама суть рассказа неощутимо ускользала от меня.
   - Куда мы идем? - вяло поинтересовалась я, удивляясь, как тускло и безжизненно звучит мой голос.
   - Тут недалеко... Есть одно местечко, - загадочно заверил меня мой спутник, снова возвращаясь к своему рассказу.
   Такой ответ не должен был меня удовлетворить, но почему-то удовлетворил. И хотя я прекрасно понимала, что не должна позволять незнакомому мужчине уводить меня в неизвестное "местечко", что сама должна была выбрать, куда идти (и желательно туда, где много людей), однако мысли, едва оформившись, тут же разбегались в разные стороны. Чарующий голос незнакомца увлекал, расслаблял, затягивал в бездну. Я не могла и не хотела ему сопротивляться, но чувствовала, что должна была хотя бы попытаться это сделать. Но я не пыталась. Остатки воли разлетелись вдребезги, полностью покоряясь власти невыносимо прекрасного голоса, который погружал в бессознательное состояние, окутывая меня как дымка со всех сторон. Что он говорил? Это было не важно! Лишь бы он говорил, не останавливаясь. Лишь бы этот голос звучал вечно...
   Что-то очень знакомое, но постоянно ускользающее от внимания настойчиво пыталось пробиться сквозь завесу монотонного звучания чарующе-сладкого голоса... Я попыталась понять, что это могло быть, но все, что мне удалось сделать -- это различить невнятные отголоски еще более невнятных звуков. Я попыталась вспомнить, что могут означать эти звуки, но смогла лишь смутно представить, что они тоже принадлежат чьему-то голосу. Не тому гипнотизирующе-прекрасному, лишающему воли, а другому: ужасно скрипучему в сравнении с ним. Этот скрипучий казался таким родным, что какая-то часть моего сознания начала отчаянно цепляться за него, чтобы вырваться из бездны, в то время как большая часть сознания наоборот противилась ему, всем своим существом стремясь в туманные объятия другого. Скрипучий стал звучать громче и отчетливей, когда мое внимание сфокусировалось на нем. Отдельные звуки начали складываться в слова, слова -- в предложения, предложения обретали смысл. Тогда я, наконец, узнала его. Это был мой чужероднозвучайщий внутренний голос. Он звал меня, вызволяя из гипнотизирующих оков чарующего. Постепенно ко мне начало возвращаться чувство реальности, и первым, что я ощутила, как ни странно, стало присутствие "невидимого друга". Остальные чувства возвращаться не спешили. Непрекращающаяся болтовня незнакомца по-прежнему мешала мыслям обрести целостность. Они быстро мелькали в голове ничего не значащими обрывочными фразами, исчезая так же внезапно, как и появлялись, а вместо того, чтобы думать о неотложных проблемах, меня занимали пустяковые мелочи. Например, сейчас совсем не к месту меня тревожил факт, что я до сих пор не знаю имени мрачного брюнета. Казалось бы, что может быть глупее в сложившейся ситуации, однако даже этой наивной мысли потребовалось немало времени, чтобы оформиться до вопроса.
   - А как... - хотела было я выразить этот вопрос вслух, пока он не растворился где-то на задворках сознания, но осеклась. Едва мой голос вклинился в гипнотизирующую речь, обрывая ее на полуслове, как дурманящие мое сознание чары тут же развеялись.
   Я моргнула, озадаченно озираясь по сторонам. Должно быть, прошло гораздо больше времени, чем я могла представить. Вместо туманного утра меня окружали серые вечерние сумерки. Спустя еще секунду я поняла, что дело вовсе не во времени суток. Вокруг нас высились уже не городские высотки, а густые кроны деревьев пригородного леса, которые не пропускали под свои просторы ни единого солнечного луча, создавая впечатление сгущающегося вечера. Какой же неведомой силой должен был обладать незнакомец, что под его влиянием я оказалась в лесу, даже не заметив этого!
   - К-куда ты м-меня п-привел? - дрожащим голосом пролепетала я, вырываясь из хватки молодого человека, который все еще держал меня под руку.
   В крови забурлил адреналин. Я не знала, как оказалась здесь. Еще минуту назад мы стояли посреди оживленной улицы города, а теперь, насколько хватало глаз, простиралось однообразное лесное пространство. Но хуже всего, что вокруг не было ни одной живой души. Некого было позвать на помощь! Что-то подсказывало мне, что одна с незнакомцем я не справлюсь, а сомнений в его намерениях у меня уже не осталось. Все вдруг встало на свои места. Его поведение, его настойчивость, мой инстинктивный страх -- все обрело смысл. Я испуганно отступила на шаг, понимая, что бежать в принципе некуда. Мой напряженный взгляд перестал метаться по сторонам, сосредоточившись на зловещем мужчине.
   - Жаль, - вздохнул он, шагая ко мне. - Мы ведь не дошли совсем чуть-чуть...
   Неистовое сердцебиение с грохотом застучало у меня в ушах.
   - К-куда? - прохрипела я. Страх ледяными клешнями сдавил грудь, так что я не смогла закричать. Да и это было бесполезно -- никто бы все равно не услышал. - Ч-что т-тебе нужно? К-кто ты?
   - Кто я?! - переспросил брюнет, злобно усмехаясь. - Ты действительно хочешь это знать?
   Он усмехнулся шире, в первый раз за все время нашего недолго знакомства открывая на обозрение свои зубы. Я смотрела на это во все глаза и все равно не могла поверить тому, что видела. На белоснежной глади оскаленных в усмешке зубов четко выделялись слегка удлиненные клыки. Хотя слегка -- это весьма неточное определение. У людей не бывает таких клыков! Мир покачнулся у меня под ногами, а незнакомец, продолжая усмехаться, не спеша стянул с носа очки и откинул капюшон. У меня перехватило дыхание. Таких невероятно ярких изумрудно-зеленых глаз, расчерченных вертикальными змеиными зрачками, мне еще никогда не приходилось видеть. Они удивительными самоцветами сияли с идеально прекрасного лица мужчины и не могли быть настоящими. Впрочем, как не могли быть настоящими и заостренные на концах уши, проглядывающие сквозь густую шевелюру насыщенно-черных волос.
   Теперь мир уже не дрожал под ногами, а неистово вращался вокруг меня.
   Все происходящее казалось дурным сном, и мне отчаянно захотелось проснуться. Стоящее передо мной существо не было человеком -- в этом я была абсолютно уверена. Но тогда кто же он? Я знала ответ. Вернее мне казалось, что я знала. Нечеловечески длинные клыки и невероятное сияние колдовских глаз могло объяснить только одно слово, поверить в которое было куда сложнее, чем в само существо. Оно было слишком мифическим, чтобы существовать в реальном мире. Однако других аналогий на ум не приходило, а незнакомец не был похож на мираж.
   - Демон? - из последних сил выдохнула я, отчаянно цепляясь за остатки сознания. Перед глазами все потемнело. Никакой адреналин, даже в самых огромных количествах бурлящий в моих венах, уже не мог помочь справиться с невероятным открытием. Погружаясь в цепкие лапы забвения, я все же смогла разглядеть, как брюнет медленно покачал головой, и его клыкастая усмешка потускнела до грустной улыбки.
   - Вообще-то даймон, - мягко поправил он, подхватывая мое обмякшее тело.
   Прежде, чем окончательно потерять сознание, я успела отметить силу подхвативших меня объятий и уютное тепло незнакомца, от которого приятно пахло свежестью ночного леса, пропитанного ароматом костра.
   Затем меня накрыла тьма...


Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"