Н. Сергей О: другие произведения.

Royal Crisis

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:

Конкурс LitRPG-фэнтези, приз 5000$
Конкурсы романов на Author.Today
Оценка: 5.03*45  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Права на мир и персонажей принадлежат тётке Ро. Всякое совпадение с реальными лицами и учреждениями случайно. Попаданец в Гарри Поттера. Бесконечных сейфов нет, титулов Певереллов, Блэков, Слизеринов, Гриффиндоров и Поттеров тоже нет. Небольшой бонус к ментальной магии, так как парселтанг - это, по сути, змееориентированная легилименция. Сверхсил нет: тяжёлое детство с ежедневными побоями подорвало магическое здоровье Героя Магической Британии. Мальчик-Который-Выжил слабее даже среднестатистического магглорождённого. Пейринга в обычном понимании нет. Это рассказ о том, как Гарричку любят две подруги - Ненависть и Ярость.
    • Автор: Н. С.О.
    • Бета: Котяра Леопольд.
    • Владелец раздела не является автором. За лицензией обращаться к автору Н. С.О. Последний раз автор (с Украины) выходил на связь 7 сентября 2015.
    • Статус: закончен.
    • Качество: v1.1.
    • Дата выпуска: 14 марта 2016.

  
  
  
 
«Вилка»
    Вы ведь всё равно не читаете вступления о смерти попаданца в его «донорском» мире от бампера машины или трамвая, падения с лестницы, ножа, болезни и прочего трэша. Кому это интересно? Все проматывают эти бессмысленные страницы с информационным шумом. Да и ворошить такой опыт лишний раз неохота, от слова «совсем». Так что – чпок! – всё свершилось.
    Классическое трэш-попадание происходит утром: с бодуна проснулся, и тут! Мне же в этом отношении повезло – осознал я себя в машине с двумя свиньями-жиробасами, крысёнышем и лошадью. Машина направлялась в зоопарк среди явно левостороннего движения. День рождения Дадли – скотов потянуло посмотреть на родственников.

    Какое сегодня число? Я не настолько помню канон. Я тихо ходил в бомж-одежде за скотами-родственниками, пытаясь осмыслить ситуацию. Пока что явный Дамбигад, на что намекает одежда и отношение скотов. Надеюсь, не слэш: человек, конечно, ко всему может привыкнуть, но ну его на••й.
    Объективно, по ресурсам – старт с нуля. Только информация. Не Поттер-вики с контекстным поиском, конечно – то, что отложилось в голове из фильмов, канона и фанфиков. В той жизни я фанател от пейринга ГП/ГГ. Что ж, проверю, стоило ли ради этого умирать...

    Времени критически мало. Чуть проторможу – и угожу в Хог, к престарелому бородатому педерасту, который предлагает детям конфетки и зайти в его кабинет, разглагольствует о Силе Любви и подставляет своих пешек под атаки противников. Главный враг на ближайший год – ВСУС (Величайший Светлый Ублюдок Современности). Если скрыться от ВСУСа и не идти в Хог, то Гермионочку замочат в сортире. Даже если это Грейнджергад, я не позволю убить девчонку, которой едва исполнилось двенадцать – пусть лучше вырастет сукой.
    Плыть по течению? При одной мысли шерсть дыбом встаёт, лучше ещё раз сдохнуть. Похоже, смерть что-то во мне растормозила. Нужен резкий манёвр, а для него нужны деньги, оружие, конспиративные квартиры. Нужна своя Оборона 1 с сильным Вторым отделом, полным матёрых трудоголиков. Канон убеждает нас, что будет много трупов; в моих интересах озаботиться тем, чтобы трупы были организованы с нужной стороны...
    Тем временем процессия с Дадли во главе дошла до серпентария.
    – Ох шии, это же типа та самая говорящая каноничная змея! Тебя, наверное, ужасно бесят эти макаки за стеклом? Да, я говорящий. Я помогу тебе, но позже; веди себя тихо. 2
    Фух, крысёныш Пирс не засёк. Остаток прогулки я не напрягал мозг, изображал шуганного Поттера, и сразу по прибытии тактически отступил в чулан, почти не отхватив люлей.
 
«Самая лучшая война – разбить замыслы противника» 3
Чулан под лестницей, вечер 23 июля 1991.
    Играть резидентом или нелегалом? В школе Гарричку неоднократно укладывали в больничное крыло, надо полагать, чтобы напоить зельем подчинения, либо же другим методом причесать ему мозги – благо сопротивляться в таких случаях он не смог бы. В любой нужный момент близнецы-предатели-крови либо Драко-я-д’Артаньян-вы-пидарасы отправят меня туда на нужное бородатому мужеложцу время, и прощай, свобода воли. В первый же день как минимум три ублюдка пошарят в моих мозгах, и планы закончатся, не успев начаться. Вопрос о посещении Хога закрыт – учиться я там не буду.
    Следовательно, из этой обители зла нужно валить. Вопрос только в методе: тихо – по-английски, либо с огнями и бубенцами – по-американски. Возможные варианты:
    – Взрыв бытового газа. Оставим этот вариант как последний аргумент, который никогда не поздно воткнуть в печень.
    – Привлечение минимум регионального телевидения, изобличение издевательств над Мальчиком-Который-Выжил. На магов не подействует – объявят происками Волдеморта, а главный четырёхглазый педофил страны сохранит кристально чистую репутацию. Как всегда.
    – Экса кубышки Дурслей, и исчезновение из их жизни столь ненавистного МКВ. А потом взрыв бытового газа – ву-ха-ха-ха-ха! Эх, мечты! Взрыв оставим на потом. Мне нужно быть более конструктивным.
    Благо, кое-какие воспоминания из жизни МКВ в моих мозгах присутствовали – в основном издевательства Дурслей; среди этого трэша золотой кредитной картой промелькнула картинка расположения сейфа. Из обрывочных воспоминаний о фанфиках: кодом доступа установлен день рождения Дадли, то есть, сегодняшняя дата минус одиннадцать лет. Пора формировать бюджет Отдела Z. Я лёг спать, намереваясь встать около двух ночи.
 
«Деньги – это кровь войны и материнское молоко политики» 4
Литтл-Уиндинг, Тисовая ул. 4, около 2 ночи 24 июля 1991.
    Школьный рюкзак Дадли. Куртка Дадли с капюшоном. Бейсболка тоже не помешает – больше методов маскировать шрам, хороших и разных. Я вслушиваюсь в храп животных. Всё ещё можно откатить – пока я не начал потрошить сейф. День рождения Дадли, введённый в подходящем формате. Двадцать пять тысяч с хвостиком фунтов – на первое время хватит, но, честно говоря, не пошикуешь. Мне ведь не просто залечь нужно, но и активно менять русло событий. Точнее считать некогда – ходу! Раз-два! Раз-два! Не попасться бы на глаза констеблю, или как их тут зовут. Дальше как в песне:
    Just a small town girl
    Living in a lonely world
    She took the midnight train going anywhere 5
    Каждая вторая электричка в 5 утра идёт в Лондон.
 
Лондон, Леденгольский рынок
Около 6 утра 24 июля 1991.
    Я берусь за ручку двери из темной древесины. Не такое уж и мрачное поме­ще­ние освещено верхними окнами, расположенными на уровне второго этажа. Несколько столов из грубой лакированной дубовой доски. Резные стулья. Мистер Том (надо полагать) за прилавком.
    – Добрый день, сэр! Вы, должно быть, мистер Том?
    – Ты магглорождённый, мальчик?
    – Нет, сэр, я сквиб. Будьте так добры, пропустите меня на Косую аллею. У меня встреча с моим опекуном в Гринготтсе.
    Том молча сделал то, о чём его просили. Кому интересен сквиб?

    Вдох. Выдох. Вдох. Выдох. Мандраж не уходит, даже когда я вхожу в белое здание. Стишок про недопустимость кражи сознательно игнорирую – есть подозрение, что это подобие магической оферты, которую принимает каждый прочитавший стих. В шесть утра в холле всего три волшебника, свет из овальных окон пронзает сумрак зала, у касс зажжены лампы. Заветные слова:
    – Здравствуйте, я хочу поговорить с поверенным рода Поттер!
    – Как вас представить, молодой человек?
    – Я известен как Гарри Джеймс Поттер, сэр.
    – Следуйте за мной.
    Я последовал за гоблином во внутренний коридор, и через минуту оказался в маленькой комнате для переговоров. Стены были обшиты темно-коричневыми панелями, которые гармонично смотрелись фоном для добротной мебели из дуба и кожи. Шарообразные лампы освещали помещение тёплым э-э-э... ламповым светом, так что, несмотря на мрачные тона в обстановке, мне было вполне уютно. Только-только я успел устроиться на диване, как резная дубовая дверь открылась, пропуская поверенного рода Поттер.
    – Добрый день, меня зовут Крюкохват, я поверенный рода Поттер, чем могу помочь, мистер? – гоблин насмешливо прищурился.
    – Гарри Эванс, рад встрече, мастер Крюкохват. Меня интересует, могу ли я претендовать на титул лорда Поттера, доступные сейфы. Меня также интересуют другие услуги, о которых, с вашего разрешения, мы поговорим позже.
    – Учитывая, как вы представились, мистер Эванс, вы, должно быть, в курсе, что ваши родители не заключили магического брака. То есть, с точки зрения ма­гии вы – бастард. Вы можете попытаться надеть кольцо Поттеров, но до семнадца­ти лет оно вас не примет. Сейчас вам доступен один сейф с 50 тысячами галлео­нов, но на сейф наложен лимит – не более двух тысяч галлеонов в год. Лимит де­нег на этот год уже исчерпан вашим опекуном.
    – И кто же мой опекун?
    – Альбус Персиваль Вулфрик Брайан Дамблдор.
    – Насколько я осведомлён о завещании моих родителей, он там не указан. Мас­тер Крюкохват, как так оказалось, что Дамблдор стал моим опекуном? По фак­ту, этот моральный урод презрел завещание моих родителей, совершил по­хи­ще­ние и отдал меня «на воспитание» садистам, грабя при этом мой счёт.
    – Как Верховный колдун Визенгамота, он заморозил чтение завещаний ваших родителей, назначив себя вашим опекуном.
    Я со скрытой (надеюсь) ненавистью посмотрел на гоблина. Как же: как полу­чить деньги и титул, так это вы ещё молоды, и родители вообще венчались не ма­ги­чес­ким браком, а как исполнять завещание – так «Визенгамот решил». Вот ведь ублюдок! Ради тебя лично, урод, стану Тёмным лордом и загеноцидю всех, кто ни­же ярда ростом. И ещё кто-то смеет крякать, что для гоблинов важна честь. Плюс ещё одна запись в моей тетради смерти: ВСУС, Змеелюб, животные, теперь вот и карлики.
    – Меня интересует эмансипация, либо другой метод, который позволит мне быть независимым от этого ублюдка. С него станется устроить мою помолвку с какой-нибудь предательницей крови.
    – Методы эмансипации – возглавить род, либо основать свой собственный. Так­же вы можете быть магически усыновлены. А насчёт помолвки – вы будете рас­строены, мистер Эванс. Зарегистрирован брачный контракт с Джиневрой Уизли.
    Список нанесения добра и причинения справедливости, запись номер пять: предатели крови Уизли. Так, ближе к делу! А не сдадут ли гоблины меня главному педофилу страны добровольно?
    – Мастер Крюкохват, меня интересует, какую позицию займёт Гринготтс в наших отношениях с «опекуном». Я заинтересован в том, чтобы Дамблдору не попала никакая информация обо мне и моих действиях.
    – Так как вы не сняли никаких денег – мы не обязаны ни о чём докладывать Дамблдору. Однако на прямой вопрос о вас мы вынуждены будем ответить.
    М-да. Последняя надежда на свободную жизнь гаснет. Карлики меня сдадут. Возможно, это мой последний визит сюда, нужно использовать его по максимуму.
    – Я хотел бы составить свою родословную и пройти проверку на родовые дары.
    – Мистер Эванс, процедура составления родословной стоит от 30 до 150 галлеонов, в зависимости от числа поколений. Если в родословной не будет ничего неожиданного, то вам нет смысла проходить проверку родовых даров. Будете составлять родословную?
    – Можно ли заплатить фунтами по стандартному курсу Гринготтса?
    – Это так.
    – Я буду составлять родословную.
    – Ожидайте.
    Крюкохват покинул помещение, и через пять минут в комнату вошёл, неся поднос с несколькими шкатулками, старый даже на вид гоблин в церемониальной одежде, напоминающей хантэн (или робу джедая).
    – Я Шерстеух, ритуалист. Сколько восходящих поколений вы желаете видеть в родослов­ной?
    – Четыре – прапрадедушек, прапрабабушек, их братьев и сестёр, и всех по­том­ков.
    – Это будет стоить 60 галлеонов. Мне потребуются три капли крови для составления родословной.
    Гоблин извлёк из шкатулки и протянул мне серебряный ритуальный нож, похожий больше на стилет – такой он был вытянутый и прямой. Я легко порезал ладонь, капнул кровью на поданный пергамент и сжал руку в кулак. Шерстеух выхватил пергамент и повернул его к себе, напряжённо всматриваясь. Через минуту он заговорил:
    – Ничего неожиданного, мистер Эванс. Отец – Джеймс Поттер, чистокровный, мать – Лили Эванс, магглорождённая. Вы рождены вне магического брака, так что являетесь бастардом. После семнадцати лет вы можете попробовать примерить кольцо Поттеров. У вас есть родство с Блэками, но слишком дальнее – титул, скорее всего, достанется Драко Малфою, – с этими словами он протянул мне свёрнутый трубкой пергамент. – Сожалею, но родовых даров у вас в таком случае нет. Кроме того, могу, только взглянув на вас, сказать, что тяжёлое детство не пошло вам впрок. Магическое ядро вдали от магических источников развилось слабо. Увы, но вы по силе равны магглорождённому.
    Сука! Где мои рояли? А-р-р-р! Где 100500 хранилищ, мэноров и прочее? Где титулы Слизеринов и Певереллов вместе с артефактными ништяками? Где дружеские поздравления от Смерти?
    Вот тут меня пробрал чересчур памятный холод. Понял. Виноват! За попадание благодарю! Отработаю. Крестражи Волди – миссия очевидна... и даже не звук – тень звука – беззаботный женский смех. От которого опять мороз вдоль хребта: это последнее, что померещилось мне тогда...
    Новости про контракт и магическое здоровье основательно выбили меня из колеи, а «дружеское напоминание» доконало. Что ещё надо уточнить, пока я тут? Вот: был фанфик, в котором Гарри выкручивался с помощью старших Блэков. Должны быть ещё живы Сигнус и Кассиопея. Может быть, жив Арктурус. Разворачиваю родословную. Облом. В этом мире Сигнус и Арктурус умерли в начале этого года.
    – Мастер Шерстеух, что означает эта синяя рамка вокруг имени?
    – Леди Кассиопея Блэк впала в магическую кому и недееспособна.
     Ясно. Всё ясно. В Хогвартсе, прояви я малейший интерес к своей родне, меня просветил бы любой чистокровный. Драко Малфой хотя бы. Да и справочники в библиотеке наверняка есть. А там переписка, а там... Вот старая бородатая скотина и зачистила всех, кто мог бы защитить меня. Они не знали о его планах. Они не мешали его планам. Они могли помешать...
    Нужно закругляться. Как раз Крюкохват вернулся.
    – Мастер Крюкохват, я хотел бы обменять пятнадцать тысяч фунтов на галлеоны. Деньги мне нужны в бездонном кошельке с кровной привязкой от потери и воровства.
    – Это легко устроить, но вы, видимо, хотите что-то ещё?
    – Мне необходимы амулеты. Во-первых, блокирующий поиск любыми способами; второй – с магглоотталкивающими либо с развеивающими внимание чарами; третий – блокирующий легилименцию; четвёртый – определяющий яды; пятый – скрывающий внешность. Артефакты на ваш выбор, я готов потратить на них до двух третей обменных денег. Деньги за ритуал тоже возьмите из той суммы, что будете обменивать. Предлагаю закончить на этом нашу встречу.
    Крюкохват не нажал ни на какую кнопку, однако через минуту в дверь, не стуча, вошёл ещё один гоблин.
    – Мастер-кассир Камнекус поможет вам с обменом денег и приобретением амулетов защиты. Прощайте, мистер Эванс.
    Я надел амулеты ещё в банке. В небольшом кафе рядом с Гринготтсом выпил чашку горячего шоколада и направился за покупками. В книжном взял комплект первокурсника, обзорную книгу по чарам, книгу бытовых чар и каталог. У мадам Малкин приобрёл тёмную мантию, похожую на обычный плащ, и на этом решил закруглиться. Необходимо найти базу, как следует отдохнуть – а то ощущаю себя прямо-таки роботом, переварить информацию. Идеальный вариант – Гриммо 12. Не знаю, что я буду делать, если не выгорит – сил на вторую попытку поиска не останется. Где расположена площадь Гриммо – не знаю. Пришлось снять магглоотталкивающий амулет и ловить такси.

    Мерно жужжит мотор, плюшевое сидение согревает тело, злые мысли постепенно развеялись в голове в просто неприятный клубок эмоций. Внезапно водиле, видимо, наскучила благородная песнь японского мотора: подлец врубил типичную мелодию маленьких, но очень гордых народов, которым не сидится на своей горной овце••ской родине. Машина – явно не чёрный Остин; значит, я в угаре ненависти после банка подсел к бомбиле. С одной стороны – хорошо, с официального кэбмена станется доложить полисмену о чрезмерно самостоятельном мальчике, с другой – задница мира, по которой я имею удовольствие рассекать в такси, никак не напоминает площадь Гриммо. Её, конечно, по-разному рисовали в книге, кино и фиках, но явно не так. За окном нечто похожее на промзону, гаражи. Водила (будем звать его Ахмет) растянул рожу в подобии милой улыбки и выдал шедевр дипломатической словесности:
    – Малчык, хочэш канфэтку?
    Твоюмать, слэш! К счастью, мысль заработала удивительно ясно и нарисовала “To Do”:
    – Конечно, дядя Ахмет, я люблю конфетки. Я ещё люблю во-о-от таки-и-и-е бананы, а ещё к банану было бы неплохо два апельсина, – я левой рукой изображал непотребство, призванное отвлечь взгляд в зеркале, а правой приподнял куртку Дадли и вытащил примотанный скотчем поверх бумажных ножен прямо к торсу кухонный нож тёти Петуньи, – тебе они тоже понравятся, дядя Ахмет!
    С этими словами я бросился вперёд, обхватил рукой с ножом шею Ахмета и рванул руку на себя. Меня потянуло на правую дверцу (видимо, Ахмет крутанул руль поперёк дороги) и снова прижало к переднему сидению. Машина остановилась, уткнувшись в кирпичную стену какого-то гаража. Ахмет хрипел, шарил руками по передней панели и дёргался, не соображая отстегнуть ремень. Оглянулся – на улице никого. Наконец, он затих: теперь-то он явно в раю, окружённый похотливыми гуриями, кусает первый шмат шербета.
    Взяв левой рукой платок, я наклонился между передних сидений к бардачку. Лутом оказалось небольшая пачка мелких купюр и курносый револьвер. Пошарив в бардачке, так и не нашёл дополнительные патроны. Пора валить. Надев магглоотталкивающий амулет, нажал кнопку открытия багажника и вышел из машины.
    Главное – поджечь колеса. С этими мыслями я плеснул на передние и задние колеса из канистры и соединил их «дорожкой», которую увёл подальше от машины. Hasta la vista, baby! Пошёл в обратную сторону: где-то там минут пять-семь назад мы проехали автобусную остановку.

    Пешком я добирался до остановки около часа, и это дало мне время поразмыслить. То, что я изменился почти до неадекватности – факт, считаем, медицинский. Чёрно-белый мир. Таких розовых соплей умиления по Гермионе я раньше не распускал. И Дамби ненавидел не на все 146%. И на ахметов-ибн-джамшутов с ножом не кидался с полоборота. Прожить жизнь, может, и короткую, но яркую – эдакий пьяный кураж. Скольким граммам на килограмм живого веса, в пересчёте на сорокаградусный алкоголь, эквивалентна смерть попаданца в донорском мире?
    Через полчаса ожидания автобуса и полчаса поездки я вышел на вполне приличной улице, где было аж два black cab – в один из них и погрузился, наученный опытом.
 
Переговоры
Лондон, площадь Гриммо, 11, между часом и двумя 24 июля 1991.
    «Штаб квартира Ордена феникса находится по адресу: Лондон, площадь Гриммо, 12» – а ведь Фиделиус ещё не наложен, и мне нечётко виден четырёхэтажный дом из темно-красного кирпича. Деревянная дверь, соответствующая фамилии семьи. Серебристый дверной молоток. Через полминуты дверь отворилась, и мне явился домовик, которого хотелось упокоить чисто из жалости. С первыми его словами про грязнокровок, предателей крови и прочее в этом роде желание оформилось в душевную ••здюлину ладонью в левое ухо домовика, от которой уродец присел у стены.
    – Передай сей секунд леди Вальпурге Блэк, что с ней желает поговорить господин Гарри Джеймс Поттер, правнук Дореи Блэк, по делам семьи Блэк. Выполнять!
    Домовик даже без «чпока» исчез, чтобы через минуту появиться.
    – Следуйте за мной, господин Поттер, Госпожа ожидает вас.
    Вот она – целительная сила люлей. Из грязнокровки сразу переклассифициро­ва­ли в господина. Чудесный серый коридор – и почему везде пишут, что он мрачный? Он стильный! Вот и портрет госпожи Вальпурги, надо полагать.
    – Рад встрече, госпожа Вальпурга. Меня именуют Гарри Джеймс Поттер. Я хотел бы обсудить некоторые дела Древнейшей и Благороднейшей семьи Блэк, которые не терпят отлагательств.
    – И что же такой молодой человек может обсудить?
    – Древнейшая и Благороднейшая семья Блэк на пороге гибели. Непутёвый Сириус в Азкабане. У него много врагов – он сгинет либо в тюрьме, либо сразу после того, как покинет её. Регулус погиб на службе у полукровного ублюдка Реддла, кото...
    – Да как ты смеешь так говорить о Тёмном лорде, мерзкая грязнокровка?
    – Я, как сын двух волшебников – чистокровный, а отец маньяка Реддла – презренный маггл. Кроме того, Реддл заклеймил рабским клеймом двух детей Древнейшего и Благороднейшего дома Блэк. И ты смеешь называть эту мразь лордом?
    Вальпурга была вся в возмущении, явно порывалась что-то сказать, но не успела оформить мысль.
    – Кроме того, это ты не уследила за Сириусом! Вот он и попал под тлетворное влияние героя-педераста Дамблдора. А у того всё геройство – обманул своего любовника Гриндевальда. Из-за твоего недосмотра Сириус в Азкабане.
    – Зачем ты мне говоришь всю эту грязь?
    – У нас общие враги – Дамблдор и Реддл оттолкнули от наших семей детей и убивали наших родственников. У нас общие цели – если пустить всё на самотёк, то через десять лет не будет ни семьи Блэк, ни семьи Поттер. У нас общая месть. Я знаю, как вернуть Сириуса, знаю, как ввинтить ему мозги на положенное место, оторвать от чуши, что несёт Дамблдор. Решай – ты со мной?
    – С чего это вдруг мальчишка говорит как взрослый? Даже если ты не врёшь, у тебя не хватит сил на «месть»! Посмотри на себя – ты бесполезен.
    – Дамблдор подставил моих родителей под палочку Реддла, обошёл завещание родителей, похитил меня и кинул на воспитание ублюдкам-магглам. Более того, сейчас этот верховный ••потрах Визенгамота пытается заставить меня плясать под свою дудку, быть его послушным фанатиком и жениться на предательнице крови, чтобы Древнейший род Поттер прервался. Если я женюсь на предательнице крови, наследие Поттеров будет потеряно для меня. Перстень рода меня не примет. Я более взрослый, чем ты можешь себе представить. Моей ненависти хватит, чтобы зажечь пламя, в которой сгорят Дамблдоры, Реддлы и каждый их ручной ублюдок. Но раз я бесполезен – оставайся здесь, наблюдай, как Сириус притащит в дом Дамблдора и его ручных предателей крови – Уизли – помнишь таких? Затем они убьют Сириуса, и ты останешься навсегда в их обществе. А я позабочусь о Поттерах, раз Блэки не желают принять мою помощь. Кричер! Проводи меня к выходу.

    Как-то я услышал хорошую мысль – «не имейте дела с дураками, подумайте, сколько времени вы сэкономите, если не будете с ними общаться» 6  – так вот, это явно про Вальпургу. Сидит по уши в дерьме, а когда ей предлагают мыло – воротит носом: мол, аромат недостаточно изысканный. Если я в дальнейшем и буду иметь дело с семьёй Блэк, то первым делом уничтожу портрет Вальпурги. Это было про общее, теперь же про частное. Я уже тринадцать часов (должно быть, самых насыщенных в моей жизни) на ногах, мне срочно нужен отдых. Благо сейчас день, лето, поспать можно и на улице, но это скорее меня вымотает. Я отправился к красной телефонной будке.
    – Справочная? Мне нужен адрес доктора Грейнджера, стоматолога, проживает в Кроули.
 
Переговоры-2
Кроули, половина седьмого вечера, дом Грейнджеров.
    Дверь мне открыл худощавый мужчина средних лет, с короткой стрижкой темно-каштановых волос. Видимо, Гермиона вся в папу пошла.
    – Добрый день, меня зовут Гарри Джеймс Поттер. Я хотел бы поговорить с мистером и миссис Грейнджер по делам наших семей.
    – Вы не ошиблись? Мы вряд ли знакомы, мистер Поттер.
    – Нет, сэр, я вполне уверен.
    – Молодой человек, а почему вы в таком случае не пришли с вашими старшими родственниками?
    – После нападения террористов десять лет назад я самый старший в семье, – нужно было заранее отработать печальные глазки.
    – Прошу прощения, проходите в дом. Джоан! Пройди в кабинет, пожалуйста.
    Мистер Грейнджер (я до сих пор не знаю его имени) провёл меня в кабинет, где располагались письменный стол с телефоном, кресло, диванчик, стеллаж с книгами – всё это освещённое французским окном, и указал мне на кресло. Сам же вместе с женой устроился на диванчике. Джоан совсем не похожа на каноничную Гермиону – чёрные волосы, синие глаза. Она мне вообще не показалась симпатичной, но ведь Гермиону я ещё не видел, так что рано говорить, кто на кого похож.
    – О чём вы хотели поговорить, мистер Поттер?
    – Зовите меня Гарри, сэр. Начну издалека. Вы, должно быть, замечали, что ваша дочь совершает паранормальные поступки: двигает вещи взглядом, возможно, поджигает их либо ломает?
    – С какой целью вы спрашиваете, Гарри?
    – Сэр, я говорю это потому, что сам имею похожий дар, только более слабый.
    – Это всё, конечно, интересно, но какое отношение это имеет к нам?
    – Позвольте мне рассказать всю историю, сэр. Через несколько дней или недель ваша дочь получит письмо из частной школы для одарённых детей с паранормальными способностями. Письмо принесёт один из преподавателей. Сейчас мои слова звучат как сказка, но преподаватель школы сумеет убедить вас, что это не шутка и не розыгрыш. Они пригласят вашу дочь развивать свой талант в интернате Хогвартс, сэр. Именно поэтому я и пришёл. Мой дар слабее, чем дар вашей дочери. Зато в предвидении для меня открыты ходы судьбы на будущее – от семи до десяти лет, сэр. Я, в некотором роде, прожил в предвидении несколько своих жизней, сэр – можете считать, что перед Вами человек с опытом двадцати­летнего. В школе Гермионе будет угрожать смертельная опасность на первом и втором курсах – это гарантировано. Без моего вмешательства, скорее всего, Гермиона погибнет 31 октября 1991 года.
    Мистер Грейнджер вскочил, а миссис протянула руки к лицу в ужасе.
    – Что ты такое говоришь, мальчишка, не смей угрожать нам, я сейчас вызову полицию.
    Ну что ж – добрым словом и пистолетом... Я достал из внутреннего кармана куртки «бульдог».
    – Сядьте!
    – Ты...
    – Молчать! Сидеть!
    Подождав секунд десять, продолжил.
    – Вы неправильно меня поняли. Я пришёл не угрожать, а предупредить. Я видел много вариантов нашего будущего – в некоторых мы с Гермионой лучшие друзья, в некоторых – мы муж и жена, в некоторых – мы враги и предаём друг друга. Неизменно одно – Гермиона самый важный человек в моей жизни, а я в её. Я сделаю всё, чтобы она не погибла, даже если мы станем врагами. Наши судьбы связаны.
    Грейнджеры тихо сидели, не глядя на меня, и я понял, что снова провалил переговоры. Даже добрым словом и пистолетом не всегда можно добиться результата. Наверняка сейчас думают, как бы спастись от этого психа. Как говорит инструкция в таких случаях – не перечить психу. Так что сейчас они сделают вид, что поверили. Ну-с...
    – И что вы предлагаете?
    – Вы не сможете отказаться послать вашу дочь в Хогвартс. Вам скажут – и это правда – что без обучения она может однажды сорваться на ближайших людях, и, возможно, даже убить их. Если вы будете упорствовать, её заберут насильно, а вам сотрут память.
    Грейнджеры смотрели на меня круглыми глазами.
    – Увы, но они не уважают прав простых людей. Единственная возможность для вас – немедленно переехать, например, во Францию. Там Гермиона пойдёт в местную школу для одарённых, где ей не будет угрожать такая опасность.
    – А почему ей угрожает опасность именно в Британии?
    – Не только ей. Общество людей с паранормальными способностями в Британии – они называют себя «магами» – находится в состоянии вялой гражданской войны, вызванной борьбой за власть между двумя террористически­ми группировками. Мой отец по глупости присоединился к одной из них. Погибло четверо взрослых из моей семьи, остался я один, причём чудом. Главари обоих группировок хотят видеть меня мёртвым, их взгляды различаются только в том, как именно я должен умереть. Когда я спасу Гермиону 31 октября, мы станем друзьями. Её попытаются использовать как рычаг давления на меня. Даже если её не заметят после этого – её заметят чуть позже, и попытаются использовать в грязных махинациях. Гермиона – звезда разума над этим болотом паранормаль­ных дегенератов, которые на полном серьёзе гордятся своими столетиями инбри­динга. Всякий узрит её сияние, и всякий захочет использовать. Ваша дочь станет умнейшей волшебницей за последние пятьдесят лет, однако её доверие к старшим и вера учителям сделают её лёгкой добычей для манипуляторов.
    Пора закругляться. На Косой аллее я купил несколько пар листов с протеевыми чарами.
    – Вот, возьмите этот листок. Когда я напишу что-то на своём листе – текст сразу же появится на вашем. Глядите! – я написал на своём «Проверка связи, это Г.П.» – Сообщите мне через него ваше решение.
    – А когда весь листок испишется?
    – Проведите по нему ладонью... вот именно.
    – Можно, я что-нибудь напишу на своём листке?
    – Конечно.
    На моём листке появился текст: «Проверка связи, это Д.Г.» Я показал листок мистеру Грейнджеру. Он вымученно улыбнулся и стёр надпись.
    Вау-эффект пронял Грейнджеров, недоверие слегка уменьшилось.
    – О нет, держите руки на виду, пожалуйста... Если пойдёте с преподавателем Хогвартса на Косую аллею – купите в их книжной лавке «Взлёт и падение тёмных искусств». Там есть моя официальная история – только вместо «светлый маг» и «тёмный маг» читайте «жадный до власти беспринципный ублюдок». У меня есть запасной план на случай, если Гермиона пойдёт в Хогвартс, но надежды на него мало. Как только ублюдки поймут, что я защищаю Гермиону – сразу же попытаются надавить на меня через неё. Мне будет сложно защитить её. За мной охотятся две террористические организации, а я ещё не вошёл в силу. Сейчас я уйду, и вы успокоите себя тем, что я псих. Возможно, вызовете полицию. Но потом, когда к вам придёт преподаватель из Хогвартса – вы вспомните.
    Я поднялся.
    – Проводите меня на улицу, – миссис Грейнджер вздрогнула и напряг­лась. – Ничего не говорите Гермионе, в Хогвартсе найдутся умельцы прочитать мысли... Нет, идите впереди. А вы посидите тут, ваш муж тотчас вернётся.
    Мистер Грейнджер открыл дверь, мы вышли на крыльцо, и я спустился на дорожку.
    – Сделайте верный выбор, мистер Грейнджер.
    – Вы... ещё вернётесь?
    – Не раньше, чем уничтожу всех моих врагов – на это уйдёт не один год. До тех пор нельзя, чтобы нас могли связать. Если я напишу «У меня для вас хорошие новости», уничтожьте связной листок, – с этими словами я надел магглоотталкивающий амулет и растворился в ночи.

    Выбора нет – придётся ночевать в ближайшем леске. Я надеялся на хороший исход переговоров и отдых в доме Грейнджеров. Нужно достать волшебную палочку – с Конфундусом я смогу решить все свои бытовые и социальные проблемы в мире магглов. Лютный переулок ждёт меня. М-де... в десять лет без палочки пойти в Лютный переулок – пусть будет операция «Немыслимое».
 
Лес недалеко от Кроули, 5 утра 25 июля 1991
    Проснулся я от холода, клацая зубами. Захваченное из дома Дурслей покрывало не спасало; утро в лесу, даже летом, – никак не сказка. Попытался согреться движением, и минут через пятнадцать полегчало – отогрелся. Эффект пробуждения от холода и последовавшая зарядка привели к просто дикому бодрячку. Чтобы хоть что-то сделать, я вывалил из рюкзака книжки комплекта первокурсника и бегло их пролистал. Теория магии – болтология и заумь, да кроме того, мы ведь в Дамбигаде – никто нас теормагу учить не будет. История магии – нафиг с пляжа. ЗОТИ – парад идиотизма: против любого противника из приведённых сработает что-то из тройки Ин­сен­дио-Се­ко-Ре­дук­то, либо просто с ноги въ••ать от души. Либо Авада Кедавра, будем уже честны сами с собой. Растения мне варить и зелья растить тоже будет недосуг, нафиг с пляжа. Итого оставил книги по чарам, трансфигурации и УЗМС – последнюю «для лёгкого чтения». «Ненужные» книги закопал, аккуратно сняв дёрн и вернув его на место. Помылся в местном ручейке, использовал покрывало как полотенце и бросил его в кустах – больше оно мне не понадобится. В планах добраться на автобусе в Лондон и позавтракать в какой-нибудь кафешке.
 
Лондон, Леденгольский рынок, 9 утра 25 июля 1991
    Перед дверью «Дырявого котла» я набросил на себя мантию, сложив рюкзак в пластиковый пакет, а об изменении внешности позаботился амулет. Народу было значительно больше, чем в прошлый раз, и я без проблем прошёл за одной парой в Косую аллею. Нужна ли мне сова? Нет, сова мне не нужна – ведь подписывать доставки придётся всё равно «Гарри Поттеру», да и с блокирующим поиск амулетом сова «не сработает». Мне бы больше подошёл домовой эльф. Судя по канону, Добби считает или через год будет считать меня своим хозяином, раз пошёл на предательство Малфоев. Чудный каламбур, кстати – предательство предателей. Ещё веселее только дебильная фраза: «Малфои никому не служат» от раба Люциуса, упоминаемая в фанфиках. Так о чём это я – о домовиках. Раз существует чёрный рынок палочек, то, значит, существует и чёрный рынок домовиков. А конкретно Добби – псих ещё тот, приемлемо только окончательное решение проблемы Добби.
    Рассуждая таким образом, я уверенным шагом дошёл до Гринготтса, у которого свернул в Лютный переулок. Не удаляясь слишком далеко от Гринготтса (всё-таки яйца не из титана, а револьвер сложнее выхватывать, чем палочку, да и не панацея он), приметил один из магазинов непонятного профиля, в котором через окно проглядывали книги. Дверь зазвенела колокольчиком, на звон обернулся полноватый мужчина в старомодно выглядящем жилете, явно гордящийся роскошными бакенбардами.
    – Что интересует, молодой человек?
    – Хотелось бы приобрести книги по защите разума. Что можете предложить?
    – Классическое издание «Защити свой разум», аврорская методичка для начинающих «Окклюменция», в сумме пятнадцать галлеонов.
    Ого! Все покупки первокурсника стоили мне дешевле семи галлеонов. Бизнес тут у них процветает. Глядя на учебник окклюменции, я вспомнил каноничного Снейпа с его садистскими «уроками», и мысленно записал его в список нанесения добра на шестое место. Ублюдок заслуживает смерти – сначала сдал семью своей «подруги», а потом ещё «мстил» за это шесть лет каноничному Гарри, и ещё по канону «он кароший! и ниучём неуиноуат!» Мелкий, мерзкий человечишка – кроме как на ученике-сироте не мог оторваться.
    – Сэр, кроме защиты разума меня интересует книги, которые помогут мне защитить себя. Как говорят, бдительности слишком много не бывает.
    – Я понял Вас, молодой человек. Вот: «40 боевых заклятий», «Сигнальные чары дома и в гостях». 18 галлеонов.
    – Сэр, ваш сервис радует покупателя.
    Я выложил на прилавок галлеоны и собрал книги «в пакет».
    – Сэр, не подскажете, где можно купить запасную палочку? Сами знаете, никогда не бывает лишним иметь ещё одну.
    – Второй магазин дальше по улице, молодой человек.
    – Благодарю!
    С этими словами я покинул магазинчик.

    Второй магазин дальше по улице напоминал фасад «Дырявого котла» – такой же тёмный, облезлый и старый. Внутри на полках стояли какие-то экспонаты явно из частей чьих-то тел, и что-то не тянуло угадывать, чьих именно – избавьте меня от мерзких подробностей. Маги ведь долбанутые на всю голову, вполне может статься, что это какие-нибудь члены магических раков, отрезанные русалками в год тигра. Света в помещении было совсем немного, так что разглядеть продавца было проблематично – я идентифицировал только чёрную мантию, чёрные волосы и большой нос.
    – Чего надо? – не слишком-то вежливо начал он.
    – Мне нужна волшебная палочка, незарегистрированная.
    – Чай, других не держим. Барт! Принеси средний ящик!
    Бартом оказался здоровенный мужик. Из-за полумрака больше ничего сказать не могу, но вонял он как долбаный пёс. Барт грохнул на стол ящик и отошёл в подсобку.
    – Пробуйте! – продавец подал мне три палочки, и уже вторая тепло легла в руку и выпустила сноп искр.
    – Отличный выбор, чтобы поднять кладбище! Ясень и бедренная кость девственницы, затраханной в полнолуние до смерти на месте силы. Но завязывать ей шнурки или мыть посуду не рекомендую – распидарасит и посуду, и ботинки, и ноги в ботинках.
    – Отлично, беру! Мне бы ещё обычную, бытовую палочку – для шнурков.
    По тому, как сменился его взгляд, я понял, что что-то сказал не так.
    – Так ты, наверное, первый раз в Лютном переулке! – преувеличенно громко сказал продавец, явно чтобы Барт услышал. И добавил уже нормальным голосом. – А мама знает, что ты здесь? Маленьким детям нечего делать в Лютном переулке. Гы-гы! Все это знают, – растянул ублюдок рот в ухмылке. Когда он закончил говорить, со стороны двери щёлкнул замок.
    ••аный карась! Переговоры! Снова провалены! Нужно срочно записаться на долбаные курсы по ведению долбаных переговоров! Я чуть сместился «от страха» в сторону от двери, от надвигающегося Барта, который расставил клешни, видимо, чтобы было ещё страшнее. Мне нужно держать в поле зрения обоих дегенератов. Отступил ещё на шаг, чтобы выйти из освещённого маленьким окошком прямоугольника, и «от страха» выронил из левой руки пакет с рюкзаком. При этом остался висеть привязанный за запястье шнурком дюймов в пять револьвер. Я дёрнул шнурок, и когда пакет грохнул о пол, револьвер уже лежал в моей левой ладони. Барт перевёл глаза на револьвер и рванул вперёд – бах! бах! – второй выстрел застал его уже заваливающимся на пол в ярде от меня. Продавец в это время вытаскивал палочку. Надо отметить, выстрелы то ли испугали его, то ли удивили – дали мне полсекунды форы. Большой палец правой руки поднимает куртку, рука хватает черенок кухонного ножа из набора для шашлыков – удар наотмашь прямо через прилавок, туда, где заканчивается рука скота и начинается палочка (благо урод тычет палку в меня), минус палка, рука в крови. Скот пятится назад, ну – куда же твоя лыба делась, урод? Бах! в правую часть груди – оседает. В это время Барт начал ворочаться. Оборотень, что ли? Подошёл к нему на шаг и с фута выстрелил ему в макушку. Теперь уже не важно. Продавец за прилавком прикинулся мёртвым – вот как агрессивная окружающая среда влияет на поведение животных, особенно всяких мелких шакалов. Неспешно обошёл прилавок со стороны, противоположной входной двери. Продавец лежал на спине и пытался отгребать от прилавка всеми конечностями. И когда обгадиться успел, ур-р-род? Патроны нужно экономить. Я опустился на правое колено у его торса.
    – Я нарекаю тебя Скоторез! 7  – с этими словами я накрыл левой рукой правую и вогнал нож по рукоять в сердце. Скот дёрнулся и замер. Добро пожаловать, Гарри Поттер, в чудесный магический мир! Тут каждый стремится тебя убить или поиметь! Адреналин просто стучал в висках, и пошёл через край:
    QE2 feel... my fire start to burn
    The heat... controlling my mind
    Berserk... a savage running wild
    Within me the beast start to roar
    Now I'm ready to strike!
    A creature of the night
    Into the fire 8

    Сначала была мысль поджечь магазин, но ведь мэтру не стоит повторяться. Кроме того, в Лютном переулке скорее всё своруют, чем вызовут авроров. Ясеневая палочка пошла за пояс, остальные палочки из ящика перекочевали в рюкзак. Пакет с рюкзаком и револьвером в левую руку, правая рука придерживает запахнутую мантию – в таком виде я вышел из магазина, защёлкнув замок. На Косой аллее приобрёл безразмерную сумку модели вещмешок, несколько чехлов для палочек (тоже с расширением внутреннего объёма; других и не бывает, иначе палочку невозможно носить), и поспешил через «Дырявый котёл» в Лондон.

    Сев в первый попавшийся автобус на заднее сидение (ясен пень, мантию после «Дырявого котла» снял), я принялся отрабатывать Конфундус на магглах. Вряд ли это имело бы сильный эффект на волшебнике, пусть даже с естественными ментальными щитами, но на данный момент и это хорошо. После того, как у меня три раза получилось кинуть Конфундус, а затем убедить пассажира, что он должен выйти на этой остановке, я прекратил попытки и вышел ловить black cab. В такси я указал «ближайший дешёвый отель», кинул Конфундус: «Не правда ли, у меня отличная жена и дочь? Мы из Индии». На ресепшене не без его же помощи представился «мистер Джонсон, юрист, с сыном» и снял двухместный номер на три дня. Спа-а-ать!
 
Лондон, самый дешёвый отель в округе (их будет ещё много)
9 утра 26 июля 1991.
    На завтрак я выбрался в ближайшую кафешку. На ресепшене отеля попросил у портье бумагу и карандаш. Ближайшие два дня буду отъедаться и отсыпаться, ну, может, буду делать зарядку утром и вечером. Кроме этих, без сомнения, важ­ных дел, следует уделить часть времени планированию. Планирование решил раз­де­лить на краткосрочное и долгосрочное. Целями краткосрочного планирования будут предметы, ресурсы или навыки, которых мне не хватает для комфортной жизни прямо сейчас.

    В ближайшее время мне нужны:
    – Долбаные тренинги по долбаным переговорам. Ну, серьёзно!
    – База, в идеале не одна. Организация секретов и захоронок.
    – Домовик.
    – Место для магических тренировок.
    – Спортивные секции для физических тренировок.
    – Джентльменский набор оружия.
    Кроме того, в ближайшее время можно (а, следовательно, нужно) поиграть в Лару Крофт на могилах родни Змеелюба в Литтл-Хенглтоне, а именно, заменить их скелеты на чьи угодно (желательно, какого-нибудь животного) – уж если дойдёт до воскрешения, то пусть Змеелюб обломается.

    К счастью, ближайшие цели с ограничением по времени я накрыл: свалил из обители зла, обзавёлся блокирующим поиск амулетом, палочкой, предупредил родителей Гермионы.

    С долгосрочным планированием не всё так просто.

    Хотя, в общем и целом путь только один: так как и ВСУС, и Змеелюб не сами по себе хрены с горы, а главы организаций, то и мне для борьбы с ними придётся собирать свою организацию и зачищать их организации. Для работы организации нужно бабло – очень много бабла (говорим «бабло» – думаем «Сириус»). Один я смогу устроить один-два несчастных случая, скажем, Краучу Младшему и Люциусу, только вот хорошая команда поставит их на поток. А ведь «коренных» Пожиранцев не так и много – убрать полтора десятка, и вот уже Змеелюбу не с кем будет работать после воскрешения. Снова отвлёкся.
    – Итак, Отдел Z 9 будет жить за счёт Сириуса. Больше явных кандидатов до моего совершеннолетия нет.
    – Отдел I – для начала платные информаторы. Им вовсе не обязательно знать, на кого они работают.
    – Отдел II – смесь наёмников и «идейных» бойцов в качестве кураторов групп. Сириуса туда ни под каким соусом не пускать – этот шутник сортирного типа даже Крысу о••здюлить не смог, не говоря уже о каноничной Беллочке. Пусть сидит дома, наследников строгает, кобель. В качестве возможных кандидатов на роль куратора – Крауч старший, фрау Лонгботтом, а там, глядишь, и Шизоглаз (сильно сомневаюсь). Заставить Крауча и Лонгботтом работать вместе будет истинным шедевром манипулирования. Хотя не мне с моими «прокачанными» переговорами о таком мечтать.
    – Отдел IV – Рита Скитер под компроматом и напичканная халявными сенсациями, а со временем и других завербуем.

    Организация Змеелюба – как я уже говорил, кадровый состав внутреннего круга будет подвергнут геноциду. Их не так много, а важных среди них вообще единицы. Кроме того, есть подозрение, что вовсе не обязательно ломать все крестражи, чтобы помешать его воскрешению. Ведь в крестражах – куски его души. Если помножить на ноль самые доступные, останутся только змея и чашка, причём змея – явно слабый крестраж, да и чашка точно не первой была, а возможно, и не второй. Вместо Змеелюба возродится его бледная, психически больная тень – его рабы сами его порешат, не глядя на метку. Что до крестража в моей голове, то это вообще хохма. Учитывая, сколько раз Змеелюб делил душу (видимо, пополам), у меня во лбу сидит даже не процент – доли процента от души Змеелюба. Сожру его и не поморщусь. Все те каноничные о••здюливания родственниками и «уроки окклюменции» Снейпа и призваны были дать Змеелюбу хоть какой-то шанс завладеть Гарричкой – потому что здоровым человеком такой огрызок завладеть не способен.

    С организацией ВСУСа всё намного хуже. Кадровый состав не важен. ВСУС их всех готов разменять на временное тактическое преимущество. Упокоишь одних – наберёт других, поэтому пусть пока поживут. Зато потом, в смутный для ВСУСа час, мы их помножим на ноль всех вместе. ВСУС на время останется без шестёрок, потеряет целостность видения картины – тут-то мы ему и предложим победу одним ударом, такой сыр, от которого он не сможет отказаться.

    Планирование произведено, цели рассмотрены и утверждены. А пока отды­хать.
 
Лондон, тот же дешёвый отель, вечер 26 июля 1991
    Настало время как следует освоить палочку, если вы понимаете, о чём я. Так как Конфундус у меня вышел резво и чётко, никаких подводных камней я не ожидал. Начать решил с каноничного Люмоса. И кто бы мог подумать – болт! Не светит ни в какую. Что ж, наверное, я основательно очернил карму – нужно срочно пилить на улицу, переводить бабушек через дорогу, подавать милостыню, врачевать бомжей и почёсывать собачек за ухом. Зайдём тогда с другой стороны – пусть будет Левиоса. Каноничные Гаррик с Герми поднимали пёрышки – у меня будет зубочистка.
 
Часом позже.
    Эх, жаль, никого нет рядом – можно было бы толкнуть локтем и заорать: «Ну ты видел, она шевельнулась!» Да, зубочистка действительно шевелилась в ответ на мои попытки, сомнений нет никаких. Заклинание явно полезное, тролли подтверждают, да и цвет кармы не должен влиять. Ради проверки гипотезы я расколол зубочистку Скоторезом на несколько щепок, и на самой тонкой из них применил Левиосу – получилось! Появилась уверенность, и щепка бодро засколь­зи­ла над столом, но это быстро надоело.
    В голову пришла мысль, что если Люмос – светлый и не получается, то Нокс – тёмный, и, соответственно, получится отлично. Ничего подобного – я повторил попеременно Люмос/Нокс раз сто, но, кроме самовнушения, что после Нокса становится темнее, так ничего и не произошло.
    Хорошо, что хоть Конфундус выходит – иначе ночевал бы я и дальше в лесу.

    И как я с такими нереальными магическими способностями буду жить дальше? Через месяц все малыши уедут в Хогвартс, и мне сложно будет косить под ученика на Косой аллее – слишком выделяться буду. Да и мой скрывающий внешность амулет уже засвечен – не факт, что меня под этой личиной не схватят прямо в «Дырявом котле».
    Нужно купить домовика как можно раньше – это позволит мне совершать покупки, отправлять почту, да даже телепортироваться, не говоря уже о просто бытовых удобствах (стирка одежды, уборка, готовка – в отеле это не актуально, но скоро понадобится). Домовика можно купить в Лютном переулке, только вот в барабане револьвера осталось всего два патрона – может не хватить (на этот счёт у меня есть план). Что будет моим основным оружием? Прошлый раз револьвер был в левой, а Скоторез – в правой, но правильно ли это? Нужно приучать себя работать обеими руками, в идеале – в рукавах по глоку субкомпакт на подвесах (мечты, мечты!), на поясе или на жилете (всё же привык уже к Скоторезу) – ножи. Что делать с палочкой? С моим единственным заклинанием она не сказать чтобы и ценна, но вдруг пригодится. А с чего все мысли начинались – с домовика.
 
Косая аллея, полдень 29 июля 1991
    Позавчера я весь день провёл в покупках одежды, рюкзаков, ремней и прочей околотуристической снаряги. Вещи складывал в рюкзаки, благо в бездонный вещмешок они входили на ура, а сам вещмешок от этого не полнел и прекрасно влез в небольшой рюкзак. Проблема с патронами для револьвера решилась довольно просто – походом в тир. Нанятый инструктор объяснил, как чистить оружие, правила безопасности («никогда не направляй на людей» – о-ло-ло, я с лошадьми воевать собрался, что ли?), как держать, стойку. На вопрос: «Почему сам?» я честно ответил, что у меня скоро день рождения, дядя и тётя оплатили мне поход в тир, я хочу вырасти сильным, бороться со злодеями – поэтому решил тренироваться. Конфундус понадобился только перед уходом, когда я заявил, что уже потратил все патроны.
    Вспоминая подготовку, я дошёл до Гринготтса. Сегодня я был без скрывающего внешность амулета – вместо него была «тактическая» панама из туристического магазина, которая была на два размера больше, чем нужно – так что средний (по росту) человек не разглядел бы не только мой шрам, но и мои глаза. Револьвер был под мышкой в самодельном аналоге кобуры, а Скоторез – на своём месте в ножнах, купленных в туристическом магазине вместе с дешёвым ножиком, который был сразу выброшен. Мантию заменила тёмного цвета плащ-палатка, которая просто не раздражала меня, в отличие от дебильных мантий. Палочку в чехле, как самое слабое оружие, сунул в нагрудный карман рубахи. Вот и «книжный магазин» Лютного переулка, где добрый продавец порекомендовал мне магазин палочек. Перед дверью я надел скрывающий внешность амулет; рука непроизвольно схватила палочку и спрятала в рукав.
    Динь-динь! – зазвенел колокольчик на двери. Главное – глаза продавца. На заклание ли послал меня ублюдок, или же достойный человек просто порекомендовал магазин. К сожалению, я не знаток душ, или, может, просто тормоз – ничего по лицу продавца понять не смог. В принципе, после этого похода всё будет ясно, но ведь главное, чтобы не было слишком поздно.
    – А, бдительный молодой человек, увлекающийся самообороной. Вы уже осилили «40 боевых заклятий»?
    – Нет, сэр, к сожалению, ещё нет. Но ваша подсказка, где можно раздобыть запасную палочку, мне очень помогла, – я надел радостную и благодарную улыбку; как, впрочем, и продавец.
    – Что же привело вас сегодня?
    – Книга и совет, сэр. Мне нужна книга о простейших лечебных и защитных зельях, с которыми сможет справиться даже школьник, – книга была мне не нужна, но играть роль малолетнего Шизоглаза получалось само собой (да и что у него ещё можно купить?). Мне также нужно купить домового эльфа, сэр. Не подскажете, где это можно сделать?
    – С вас десять галлеонов. Идите дальше по улице до четвёртого перекрёстка, затем поверните направо, пока не увидите дом с вывеской «Обслуга», – продавец, видимо машинально, погладил бакенбарды.
    – С вами приятно иметь дело, сэр. До свидания.
    – Прощайте.

    На улице приятный ветерок почему-то заставил вздрогнуть, как от холода. Не хочется мне проверять – подлец ли он либо честный человек, причём проверять на себе. Отойдя подальше, так, чтобы из окон магазина меня нельзя было увидеть, я остановился, и, глядя на магазин, пытался найти скрытые знаки в мимике продавца во время разговора. Всё-таки не пойду – домовиков много, я один. Обострившееся ••почувствие явно сигнализировало о призрачной угрозе, прини­мая информацию прямиком из астрала. Тут над крышей магазина воспарила сова, причём направление совпадало с ранее указанным мне. Операция «Порабощай порабощённых» отменяется.
    Гнев указывает мне закопать бакенбардистого продавца, благоразумие благоразумно молчит. Я в темпе вернулся к «книжному». Эх-х-х-х, сейчас бы граната не помешала в окно. Я сосчитал до семнадцати и пошёл на Косую аллею, к почте.

    Да, конечно, барыга (гордое обращение «продавец» он не заслужил) нарвался. Но и мне хватит изображать из себя Рэмбо – чай, королевство у нас не Камбоджа называется. Нужно больше дел проворачивать словом и деньгами – глядь, и переговоры лучше пойдут. Хотя, конечно, магазин барыги – соблазнительная цель: там и книг много, и они все по делу. Что ж, барыга заслуженно попадает в список нанесения добра и причинения справедливости.

    А вот и почта. Я приобрёл конверт (бумага, ручка и листы с протеевыми чарами у меня были свои, в рюкзаке), написал письмо и оплатил отправку совой.
 
Лонгботтом мэнор, вечер 29 июля 1991
    Леди Августа проверяла конверт, принесённый общественной почтовой совой. Ничего опасного. Из надорванного конверта «Леди Августе Лонгботтом, лично» выпало сложенное вчетверо письмо на бумаге и сложенный пергамент – магия была только на пергаменте.
     
    Уважаемая госпожа Лонгботтом,
     
    Волею случая мне стало известно, что один из ублюдков, виновных в инциденте, произошедшем с Ф. и А., в настоящее время избежал удара возмездия и находится у себя дома. Информацию о его пребывании и прочие подробности я готов сообщить вам без всяких условий в случае, если вы возьмёте на себя его устранение. Иначе я возьму возмездие в свои руки, однако непосредственно заняться этой задачей смогу не раньше, чем через год.
    Конверт содержит пергамент с протеевыми чарами. Если вы берете устранение ублюдка на себя – используйте пергамент, чтобы обсудить подробности 30 июля, в полдень. В противном случае связанный пергамент будет сожжён.
     
    Пострадавший от Смертожорцев
     
    На глаза леди пришли слезы ярости, кулачки сжались сами собой, дыхание участилось. Какая злая шутка! Хотя есть шанс, что это не шутка. И вообще – написав на пергаменте, она ничего не потеряет. В эти игры можно играть вдвоём!
 
Лондон, парковая зона, вечер 29 июля 1991
    Сидя на скамейке в парке, я читал методичку «Окклюменция» из магазина барыги-смертника. Меня всегда смущали описания «упорядочения мыслей по полочкам» и «очищения разума» в каноне и фиках. Что за чушь? Может, ломящемуся в сознание агрессору ещё алфавитный указатель дать, чтобы быстрее искать в разложенных по полочкам упорядоченных мыслях? На мой взгляд, эта рекомендация была дана исключительно для того, чтобы окклюмент мог отличить свою мысль от «поисковой» мысли легилимента. То есть, «укладывать мысли на полочки» – абсолютно бессмысленное, да даже вредное занятие – его проводят только ради побочного эффекта распознавания авторства мыслей. Однако! Из морской воды можно добывать золото, но ведь никто так не поступает. Методы выталкивания легилимента из сознания, как это положено у магов, были лишены здравого подхода. Я так и не понял, за счёт чего должен быть вытолкнут агрессор – наверное, просто устать от дебильных мыслей дегенерата-окклюмента. Кроме того: а) окклюмент в своём сознании, где ему и земля помогает; б) почему бы просто не сжечь незваного гостя огнём гнева и не посечь осколками ледяной ненависти и презрения. Методы ментальной борьбы – сплошная джедайщина отсутствующих эмоций, хотя от меня это всё очень далеко. Мне бы с огоньком. И тут как раз нагрелся карман со связными листами.
    Небось, старушка не утерпела ждать до завтра. Желает, небось, по-быстрому завалить мучителя сыночки, чтобы готовить харчи на день варения внучка, которого она так любит, что вытрахала ему весь мозг. Недаром Невилл приехал в Хог неуверенной мямлей.
    Упс. А лист-то не тот. Это Грейнджеры. Хо, побуду террористом-консультан­том для разнообразия!
    «Её заставляют. Можете чем-нибудь помочь?»
    «Бургерс у Блэков, 10 на Брайтон-роуд в Перли, через полтора часа.»
 
Бургерс у Блэков, на Брайтон-роуд в Перли, через полтора часа.
    Подъехавшие Грейнджеры остановили автомобиль неподалёку. Всё ещё в магглоотталкивающем амулете, я ухватил их за руки:
    – Возьмите бургеры с собой и садитесь в машину.
    Дождавшись их, сел на заднее сидение.
    – Рассказывайте.
    – Сегодня к нам пришла миссис Минерва Мак-Гонагалл. Она...
    – Она подручная одного из главарей террористической группировки. Возможно, её используют втёмную, или просто фанатичка. Главарь – директор школы, на такой позиции ему очень удобно формировать сознания и убеждения подрастающих детей. Почему переезд невозможен?
    – Не слишком ли ты предвзято о ней судишь?
    – Мне было видение около сотни вариантов реальности. Мак-Гонагалл ни в одном не помогла Гермионе ни разу, зато в некоторых вредила ей из своей фанатичной веры в светлого непогрешимого директора.
    – Ты тоже веришь в свои пророчества, и чем обоснована твоя вера?
    – Если вы не верите мне, то зачем пришли? Если бы не Гермиона, я бы хлопнул дверью и оставил вас верить во что хотите. Почему? Переезд. Невозможен.
    – Недавно Визенгамот принял закон, по которому все магглорождённые Британии обязаны учиться в Хогвартсе. Если мы будем сопротивляться, Гермиону заберут, а нам сотрут память о ней.
    – Удивительное совпадение: директор Дамблдор – глава Визенгамота. Теперь у него есть семь лет, чтобы вложить нужные мысли в голову каждого магглорож­дён­­но­го! Так... есть два варианта. Сколько денег вы можете собрать в течение недели, без продажи дома, машины и прочего?
    – Тринадцать-пятнадцать тысяч фунтов.
    – Да... на такие деньги не уедешь в другую страну на нелегальное положение. Получается, Гермиона пойдёт в Хогвартс. За тысячу-полторы галлеонов вы сможете купить амулет, мешающий чтению мыслей, амулет, определяющий примеси в еде, и аварийный портключ из Хогвартса. Это необходимое условие.
    – Амулет, мешающий чтению мыслей – это чтобы директор не узнал про тебя, да? Но зачем амулет, определяющий примеси в еде? Её же не будут травить в школе?
    – Не порите чуши. Оба амулета для неё. Проникновение в мозги и зелья, влияющие на сознание – основные методы подготовки пушечного мяса директором. Только сначала он, как правило, пытается добиться того же просто разговорами. Всё-таки почти полвека работы с детьми. За Гермионой не стоит сильная магическая семья – все ублюдки волшебного мира рассматривают её как добычу, а директор – Величайший Светлый Ублюдок Современности. ВСУС. Вот, – я достал ещё один связной пергамент, – передадите это Гермионе. Скажете, что я ваш знакомый, который, узнав, что Гермиона пойдёт в школу, решил открыть вам, что сам являюсь волшебником, и может помочь ей освоиться – пусть задаёт вопросы. Что до устранения непосредственных опасностей Гермионе – я беру это на себя. Результаты сообщу. Прощайте, – я взялся за дверь, – амулеты купите у гоблинов: дорого, конечно, но зато никаких тебе «сделано в Индии».
 
День бесконечных переговоров
Лондон, тот же дешёвый отель, утро (наверное, последнее утро в этом отеле: пора бы съехать), 30 июля 1991.
    До общения (я больше не буду употреблять слово «переговоры», пока не пройду тренинг) со старушкой Лонгботтом было ещё много времени, и я решил поупражняться с палочкой. Вспоминал ощущения при Конфундусе, пытался делать всё так же с Люмосом и Ноксом. С Ноксом таки стало получаться – после него становится заметно темнее, это уже трудно списать на самообман. Неужели моя теория про цвет кармы верна? Нужно больше заниматься – по большему объёму данных будет проще сделать правильный вывод. Нокс, к сожалению, против магов бесполезен, если не обладать силой Мерлина, а мне сила Мерлина точно не грозит.

    Что делать с Квирреллом? Вариантов несколько:
    – Самому караулить в «Дырявом котле» весь день. Попахивает идиотизмом – меня и так верховный педофил Международной Конфедерации Магов ищет, чтобы конфетку подарить, меньше светимся – больше живём.
    – Самое очевидное – сдать его Амелии Боунс: «Учитель – одержим духом! Примите меры!». При моих навыках... эм-м-м... общения она меня пошлёт. А то ещё и выдаст «победителю» Гриндевальда.
    – Кому это больше всего нужно? Долбаным, низкорослым, жадным, ублюдочным гоблинам. Хотя они сами и занесены в мой список нанесения добра, никто не мешает использовать их сейчас. У них вполне хватит сил и средств огорчить Квиррелла, а в подземельях много тоннелей, ну просто созданных для закапывания трупов. Нужно ведь как-то грибы удобрять, или что там эти уроды выращивают.

    Будет некоторым шиком победить манипулятора манипулированием, так что основной тренд на ближайшие годы – ничего не делаем лично, используем других.

    Люмос! Да неужели? А я крут! Осталось только выучить Ступефай да Экспеллиармус – и всё, можно на Змеелюба лоб в лоб выходить, как каноничный Гарричка. А что ему оставалось делать? Дома домашнее насилие, в школе одни ублюдки, да ещё и «девушку», подложенную Уизлищами, пере••ала вся школа, только за исключением его лично. Не говоря уже о том, что Гермиону у него увёл рыжий гибрид крысы, свиньи и змеи, который взял от прототипов только худшее. Вот и оставалось убиться об «Тёмного лорда» или воспользоваться «силой любви». Понимаю, Дамблдор после того случая с Гриндевальдом зациклился на «силе любви» – вот и гнал свою гей-пропаганду юным умам.

    Люмос! Нокс! Люмос! Нокс!
 
Полдень, 30 июля 1991
    – Как вас зовут?
    – Я недостаточно доверяю вам, леди, чтобы сообщить это. Если мы придём к определённому доверию, я расскажу вам это, и многое другое.
    – Откуда я знаю, что это не шутка?
    – Леди, вопрос не в этом. Вы готовы физически устранить ублюдка, который довёл Фрэнка и Алису до их состояния? Мне не важно, лично ли вы его убьёте, или наймёте профессионалов. Да или нет?
    – Я не верю вам.
    А-р-р-р! Переговоры!

    Через час я выписался из отеля. Нужно вечером найти какой-нибудь другой отель, поближе к «Дырявому котлу», на юг от него.
 
Гринготтс
    – Добрый день, я хотел бы поговорить с мастером Крюкохватом.
    – По какому вопросу?
    – Сообщите ему, что мистер Эванс желает обсудить вопрос безопасности сбережений.
    – Следуйте за мной, я проведу вас в переговорную.
    Переговорная была того же стиля, что и прошлый раз, однако знание того, какие гоблины двуличные мрази, как-то само собой мешало наслаждаться интерьером.
    – Мистер Эванс! – протянул Крюкохват, войдя в комнату. – Не ждал вас так скоро. Что привело вас в Гринготтс? На прошлой встрече у меня создалось впечатление, что вы решили все свои дела до семнадцати лет.
    – Мастер Крюкохват! – желать здоровья и богатства я бы этому уроду не стал, – меня привело дело, которое, если будет успешно завершено, принесёт выгоду и мне, и Гринготтсу.
    – И какое же дело может быть у вас и у Гринготтса?
    – Мне стало известно о готовящемся ограблении Гринготтса, которое имеет все шансы быть успешным. О возможных последствиях для бизнеса судите сами.
    – Мистер Эванс, моё время дорого, не стоит отвлекать меня на подобные шутки.
    – Клянусь магией, что абсолютно серьёзен насчёт возможного ограбления Гринготтса! Люмос! – ну, наконец-то он мне пригодился!
    – Э-э-э...
    – Я гляжу, мастер Крюкохват, вам это не интересно? Ваше время ведь слишком дорого?
    – Мистер Эванс, пожалуйста, продолжайте, – однако глаза карлика выдавали, что я нажил себе врага. Нет, ублюдок зубастый, это ты себе нажил врага. Скоро-скоро в каком-нибудь тупичке вырастут отличные грибы для самогонки.
    – Я хотел бы сообщить подробности директору банка лично.
    – Я, как служащий банка, могу помочь вам.
    – Я не против, чтобы вы слышали разговор, мастер Крюкохват, – а то ты ещё, урод, зажмёшь информацию или доложишь от своего имени, – но говорить буду с директором, – я тебя втопчу в грязь, где тебе самое место.
    – Я узнаю, сможет ли директор принять вас. Ожидайте.
    Отличный диван. Стоит откинуться – и наступает прямо-таки невесомость. Нужно будет прикупить себе такой, как обзаведусь жильём. Да-а-а.

    – Мистер Эванс, проснитесь! – с другой стороны сидел гоблин, более упитанный (должно быть, солидно выглядящий по их меркам), у него за спиной стояли двое коротышек с алебардами, которые из-за размеров походили на длинные топоры.
    – Я директор Рагнок. Мне сообщили, что у вас имеется важная информация.
    – Мне известно, что некто Квиррелл, который ныне является учителем в Хогвартсе, задумал ограбление Гринготтса. Его интересует философский камень, или вещь, которую считают таковым, если не ошибаюсь, то это сейф 713. Я знаю, кто его покровитель, поэтому лично я воспринял бы угрозу Квиррелла всерьёз.
    – Зачем вы сообщаете это нам?
    – Мистер Квиррелл имел несчастье стать моим врагом. Когда он попытается ограбить Гринготтс, то и Гринготтс станет его врагом. Мне выгодно, когда у моих врагов появляются могущественные враги.
    – Последнюю фразу можно толковать двояко, мистер Эванс, – а то ты не понял, урод, что я подразумеваю! Пока тигр-Волдик и лев-Гринготтс дерутся в лесу, старая мудрая обезьяна Эванс будет ловить лулзы на дереве.
    – Удачной охоты, директор Рагнок, – я поднялся.
    – До свидания, мистер Эванс.
 
Без четверти два пополудни, редакция «Ежедневного пророка»
    В разгар рабочего дня вторника казённого вида сова нашла Риту Скитер на рабочем месте. После проверки конверт был вскрыт, и в руках, без сомнения, самого скандального репортёра современности оказалось короткое письмо, за которое госпожа Скитер готова была родить ребёнка его автору:
     
    Дорогая госпожа Скитер,
     
    Меня зовут Гарри Джеймс Поттер, и я хочу рассказать вам, как я жил все эти годы после известного события. Я надеюсь, что ваш гений репортёра и дар доносить до широких масс правду поможет пролить свет на события моей жизни, скрытой от общественности.
    Сразу после гибели моих родителей Альбус Дамблдор похитил меня, на что он не имел никакого права. Используя своё служебное положение в своих гнусных целях, этот мерзкий индивид не допустил чтения завещания моих родителей и отдал меня «на воспитание» в семью магглов Дурслей, проживающей по адресу Литтл-Уиндинг, Тисовая ул. 4 – это адрес моего личного ада. Его сообщниками в моём похищении были Рубеус Хагрид и Минерва Мак-Гонагалл. Всё, что я получил по этому проклятому адресу – побои, оскорбления и бесконечную работу за скудную кормёжку, причём в таких количествах, будто я – кот. Это ещё не всё – эти ублюдки поселили меня в чулане, причём для них нормальным было закрыть меня там на несколько дней без еды. «Благодаря» этим магглам я не выгляжу на свой возраст – сказываются побои и голодовки. Самое страшное, что всё это происходило с позволения и одобрения Альбуса Дамблдора, который следил за мной через своего сквиба-шпиона миссис Фигг.
    Совершенно случайно узнав, что я волшебник, я попытался разобраться в своей истории. Оказалось, что Альбус Дамблдор – напомню, это тот ублюдок, который похитил меня, скрыл завещание моих родителей, сделал рабом у садистов – так вот, этот ублюдок обворовывал мой сейф, снимая каждый год максимально возможную по лимиту сумму. Такое вот неприглядное истинное лицо «светлого волшебника» – он похищает детей, чтобы отдать садистам-магглам, и ворует у сирот.
    Всё это я рассказал, потому что хочу, чтобы вся страна знала, как и почему я ненавижу Дамблдора и его сторонников Хагрида и Мак-Гонагалл. Так и напишите в газете: Гарри Поттер ненавидит мразь Дамблдора и его подручных Хагрида и Мак-Гонагалл. Завтра у меня день рождения – сделайте мне подарок, пожалуйста!
    Если мне понравится ваша статья в «Пророке», госпожа Скитер, я отправлю вам ещё несколько писем, и, поверьте, они вам придутся по душе, пожалуй, даже больше, чем это письмо.
     
    Искренне ваш
    Гарри Джеймс Поттер
     
    Это было как Бомбарда Максима, исполненная Вы-Знаете-Кем. Эмоции мисс Скитер были настолько сильны, что у неё удалось беспалочковое невербальное «Акцио прыткопишущее пёрышко», однако этот момент остался никем не замеченным. Статья о нападении оборотней удовольствуется третьей страницей.

    Часом позднее глава ДМП получила письмо следующего содержания, написанное корявым почерком, печатными буквами, с кучей ошибок (приводим отредактированный вариант):
     
    Мадам Боунс,
     
    Десять лет назад я был Упивающимся смертью – ошибка молодости и глупости. Когда Мальчик-Который-Выжил победил Тёмного лорда, я вздохнул с облегчением – можно было бросить это мерзкое занятие.
    В последний вечер Тёмного лорда я видел, как он ушёл вместе с ещё одним упивающимся смертью, о котором я знал, что он – анимаг (крыса). С тех пор этого Упивающе­гося никто не видел, однако на днях я узнал, что он скры­ва­ется в своей анимагической форме как домашний питомец одного из сыновей в доме Артура Уизли. Я беспокоюсь за эту семью – у них много детей. Пожалуйста, примите меры, чтобы они не пострадали.
     
    Аноним
     
 
Отель на Клепхем-роуд, вечер.
    Я выбрал новую базу на несколько следующих дней. Во-первых, до «Дырявого котла» теперь проще добираться (на метро). Во-вторых – ближе к Кроули (надеюсь, это больше не понадобится). Подобьем итоги:
    Натравить Лонгботтом на Крауча младшего не удалось. С другой стороны, ещё есть три года, чтобы разобраться с ним. Крауч – такой же фанатик, как и Белла, ликвидировать его – всё равно что отрезать пальчик у Змеелюба. Крауч старший мне выгоден как идейный борец со Змеелюбом, поэтому предполагается стелс-миссия. Желательно наёмниками, под контролем моего лейтенанта.
    Гермиона идёт в Хогвартс, но на Квиррелла расставлен капкан – хороший, качественный. Обидно будет, если Змеелюб передумает штурмовать Гринготтс – моя репутация у гоблинов опустится ниже плинтуса, хотя – имел я в виду этих ублюдков: настанет время, и с ними разберусь. Ожидаю 80% успеха. С одной стороны, Змеелюб на неудачнике Квиррелле – это в первую очередь задница для самого Змеелюба – так бы у меня были девять месяцев канона (бездействия Змеелюба). В ком бы теперь Змеелюб не возродился – вряд ли он попадёт в большего тупицу, чем сейчас. Хотя, не факт, не-е-е-т, совсем не факт. Ведь, чтобы впустить в себя Волдеморта-паразита, нужно быть ну совсем дегенератом, как вот, например, Хагрид. Только Гермиона превыше всего; пусть у неё будет «спокойный год».
    Рита Скитер своего не упустит – возникает только вопрос, пропустит ли цензура её статью. «Пророк» сейчас стелется под министерство, так что скорее да, чем нет. 80%. Мой Четвёртый отдел в действии.
    А вот с натравливанием Боунс на Питера могут быть проблемы. От банального недоверия к анонимке, до анекдотичного вручения ордена Мерлина вдруг воскреснувшему Питеру. 50-60%.
    С собачкой-мутантом и полосой препятствий разбираться рано – да и не факт, что они будут.
    Неплохо бы было завербовать Мак-Гонагалл на волне её раскаяния о деточке – хотя о чём это я. ВСУС рядом: очевидно, уже давно подсадил ей на висок своего мозгового слизня. Эта статья в газете может сыграть мне в плюс в будущем, если познакомлюсь с Мак-Гонагалл лично – будет, чем на неё надавить, а сейчас пусть эту кошку драную совесть ест, если она у неё наличествует.
    Есть ещё несколько шедевров для бульварной прессы, однако нужно дождаться хода Скитер.

    Время ещё не позднее – почему бы не поискать ближайший тир? Начну с мелкашек (или пневматики) – нужно работать над моим искусством переговоров.
 
Утро, день рождения Национального Героя Магической Британии
    Чем бы заняться? День варения меня, национальный праздник и всё такое. В такой день нет настроения наносить добро, хочется... просто компании. Я тут один-одинёшенек, пока держусь на ненависти, но нужен человек, с которым можно поговорить, и, ещё лучше, человек, с которым можно помолчать. Зато я точно знаю, какой ублюдок очень много сделал для того, чтобы загнать меня в это одиночество, оставив мне единственный шанс – скрываться от него, иначе – чпок! – и стирание мозгов.
    Самое печальное, что при таком образе жизни у меня друзей, да и даже просто сверстников-знакомых не предвидится в принципе. Пойти, что ли, в секцию спортивную какую? Так как сам я невелик, руконогомашество отпадает – остаётся благородное искусство кулинарии... нет, это не оттуда, хотя тепло, да... Короче говоря, искусство нарезания врагов ломтиками. К сожалению, сейчас истинных мастеров, да и просто крепеньких практиков хрен найдёшь.
    Остаются суррогаты – кендо, иайдо. Мне никто не мешает ходить и туда, и туда – лишь бы не надоело через пару месяцев. Первым я нашёл клуб кендо около станции, ну кто бы мог подумать, Кингс-Кросс – не близко от отеля, зато недалеко от «Дырявого Котла» (недалеко на транспорте) – а отель, так и быть, поменяю, когда приестся.
    Дело ясное, что в этот же день позаниматься не пришлось – выбрал расписание, получил список чего нужно (на первые пару месяцев мне, кроме ги и синай, ничего не потребуется). Тренировки – это хорошо, но мне придётся купить катану – для натурных тренировок, а потом и для самого что ни на есть натурного применения. Были бы гоблины не буками – заказал бы у них.

    Уже к четырём часам дня у меня была катана, купленная с помощью Конфундуса «в подарок человеку, у которого сегодня день рождения». Удлинённый Сёто при моём росте выполнял функцию Дайто. 11 Что характерно, благодаря магглоотталкивающему амулету, я спокойно ходил с ним (мечом) за плечом по городу. Сердце переполняло детское чувство (знакомое всем маленьким и стареньким мальчикам) обладания игрушкой. А обладать, но не показать никому игрушку – это ли не пытка! Достаточно было убедить себя, что время дорого, и нужно проконтролировать, чего же написали в прессе. Душа жаждала праздника, самосохранение ушло куда-то, и я отправился в «Дырявый котёл».

    В «Дырявом котле», против ожиданий, было... средненько. И это в, не побоюсь этого слова, национальный праздник, день рождения величайшего шрамоносца современности Гарри Поттера? Видимо, среди местных ублюдков ужраться до смерти считалось не зазорным именно на Хэллоуин. Ладно, бисер нынче дорог, да и свиньи всё равно не осознают.
    На почте я арендовал абонентский ящик и оформил подписку на «Пророк» и «Министерский вестник». «Пророк» был шикарен: на передовице большими буквами чернел заголовок «Мальчика-Который-Выжил избивали магглы, в то время как Альбус Дамблдор воровал его наследство». В тексте была приведена фраза «Гарри Поттер ненавидит мразь Дамблдора и его подручных Хагрида и Мак-Гонагалл». Статья давила на жалость к малютке, изобличала Дамблдора и прочее, прочее – это всё мне не интересно.
    Самое главное – это то, что в статье был чётко указан адрес Дурслей, а это означает, что если Величайший Педераст Эпохи хоть на полчаса промедлил – у Дурслей произошёл ну очень несчастный случай. Их наверняка легилиментили без всякой осторожности, определённо пытали, ну, а чтобы понять, что всё закончится взрывом бытового газа, не нужно быть долбаной Трелони. Но случай от этого не становится менее несчастным. Кстати, о Трелони. Запишу-ка я и её в список нанесения добра – так, на всякий случай. Не то эта с-с-сука непросыхающая ещё что-нибудь в алкогольном угаре выдаст, а ВСУС возбудится.

    К сожалению, сегодняшние газеты не скажут мне, сработала ли ловушка в Гринготтсе и успешны ли были крысоловы по вызову от мадам Боунс. Завтра я сюда за газетами не наведаюсь. Каждый раз мотаться через «Дырявый котёл» в Косую аллею – это слишком. Мне нужен долбаный эльф, и я уже даже могу сказать, когда он у меня будет. Дней через десять, а скорее, и раньше, он меня найдёт сам по связи рода. Чувствую себя долбаным Дамблдором. По сути, из-за меня, скорее всего, умрёт Сириус – я даю ему процентов тридцать пять на жизнь, не больше; сегодняшняя статья практически приговорила его. С другой стороны – нет, насчёт тридцати пяти процентов – это я погорячился. Бородатому мужеложцу пригодится финансирование из сейфов Блэков и ещё агрессивный зелот в придачу, поэтому он будет оберегать псину от несчастных случаев, и от ну очень несчастных тоже. Только я уже рассматриваю эти деньги как мои, бюджет Отдела Z, как-никак. А жизнь-то налаживается. Тихо напевая только себе “I wish I was a lesbian”, 12 я направился в магазин чумаданофф, где приобрёл ещё один бездонный вещмешок. Покупка мешка настроила меня на рабочую волну, «розовые очки» растаяли, время замедлилось. Окончательно ввела в режим нанесения доброты и причинения справедливости подходящая по смыслу песня:
    Sent to the islands to secure what is ours
    Marching ashore in the cover of night
    Hide until dawn and attack in the twilight
    Shake them awake with the thunder of guns
    Orders from the iron maiden, get the islands back
    Failure will not be accepted, call for artillery strike, launch attack
    We are back in control, force them to surrender
    Take what is ours, restore law and order
    Back in control, push them further out to sea
    Falklands in our hands, back under British reign 13

    Перед магазином барыги я вытащил ножны из-за пояса. Только сегодня: «Два неба как одно» против британской дуэльной магической школы. Уже потянув дверь на себя, сквозь приоткрытый проём я увидел, что в магазине нет посетителей. Жаль, что в магических магазинах нет бытового газа – с другой стороны, среди магов нет-нет, да и случается неосторожное использование, скажем, Адского огня. С этой жизнеутверждающей мыслью я зашёл в помещение, подбил ногой ступор двери (прошлый раз разные мысли крутились у меня в голове перед уходом, но все как одна – недобрые), закрыл дверь и задвинул засов. Барыга посмотрел на меня, на засов, явно фалломорфировал от последнего (как же, обычно это его коллеги задвигают засов) и по привычке решил ткнуть в мою сторону палочкой. Нукицукэ! Три четверти палочки и три верхних пальца правой руки прыгают на прилавок, провожаемые удивлённым скошенным налево взглядом барыги. Саечка прилетела ножнами в челюсть, и у барыги подкосились ноги. Прыжок на прилавок, прыжок с него, снова удар ножнами в челюсть, только на этот раз с целью отогнать от прилавка. Барыги ведь всегда держат боевые ништяки в прилавке, на случай ограбления. С лёгким «чпоком» появился домовик, и, пока у него округлялись глаза, я рванул на два шага к нему и «разрубил бамбук» от правого плеча до левого бедра. Нужно бы уделить внимание хозяину. После двух ударов по челюсти скот явно поплыл, но есть способ привести его в чувство. Сёто входит в правое бедро, а, чтобы ускорить процесс, я пошевелил рукоять вправо-влево. Объект впервые за сегодняшнюю встречу издал звук – это было что-то между воем и скулежом.
    – Невнимателен ты стал на старости лет, – я поцокал языком, – неаккуратен. Не того на ингредиенты послать решил – за это положен штраф.
    – Дык, это, я всё отработаю, – я перехватил рукоять прямым хватом и провернул на четверть круга, – Ы-ы-ы-ы-ы-ы! А-а-а-а-а-а! Я всё заплачу!
    – Да, ты заплатишь.
    Я рубанул по рёбрам, целясь в сердце, и закалённый до 62HRC (паспортные данные!) клинок будто бы не заметил их. Каноническое испытание нового меча!
    Закончив с барыгой, я прошёлся по полкам с книгами, собрав в новый вещмешок их все. Наверняка у него тут есть и более ценные товары, только вот они так же наверняка и защищены, да и опасно мне тут задерживаться. Интересно, какая защита на кассе? Не раздумывая долго, рубанул его левую руку, поднял её и ей потянул на себя ящик кассы. А ничего так идёт коммерция! Содержимое ящика полетело в вещмешок. Для полноты классического несчастного случая не хватало взрыва бытового газа – газ заменили несколько бутылок с растворителем, купленных во время эпического шопинга в строительном магазине. Я закутался в мантию с капюшоном. Пора валить – в лужицу растворителя полетела горящая спичка. Этим летом я в Косую аллею уже не приду. А, может, и осенью.
 
Разбор полётов. Отель на Клепхем-роуд
Спустя три с половиной часа и один эксперимент.
    Что-то я резко перестал понимать самого себя. Тяжёлый случай. Упорядочиваем мысли, упорядочиваем!
    Итак – у меня было три «боестолкновения», и каждый раз происходило что-то... хм, маловероятное.
    Номер раз. «Дядя Ахмет». Это как же я выпрыгнул с заднего сиденья, чтобы обхватить его шею рукой с ножом? Да, в прошлой жизни я занимался иайдо. Но использовать те навыки надо при соответствующем развитии мускулатуры и росте, я же взрослым был. Дальше. Перерезал ему шею ножом. Кухонным. Допустим, дядя Вернон понимает толк в инструменте, и кухонные ножи у него самые-самые. Такой вот он мужик – роскошествует на кухонных ножах. Три ха-ха. Допустим, в Англии не жалеют лучшую сталь на кухонные ножи... я взял нож и внимательно осмотрел. Два ха-ха, сталь разве что недурная. И заточка... кухонная. В шее не только мускулы, там есть сухожилия и хрящи. Даже стенки сосудов упругие и так просто не режутся. Однако очень долго пилить надо! Дальше. При этом я не изгваздался в крови от подошв до макушки. Приборная панель точно была заляпана, я помню, а я в бардачке шарил. И ничего, ни на одежде, ни на руках, ни на морде – нигде крови не было. Нож я потом отмывал, да.
    Номер два. Магазин палочек. «Чёрный» и оборотень Барт. Припоминаем, припоминаем! Там я сначала стрелял. Припоминаем. Отдача – слабые толчки. Ма­лыш-Гар­ри-Сталь­ная-Ру­чон­ка, блин! Удар ножом через прилавок – это опять же подпрыгнуть надо было, при моих-то росте и длине рук. Хотя дальше всё по физике и сопро-, мать его, мату. Палочку из руки «Чёрного» я просто выбил, ещё руку ему по ходу зацепил ножом. Ещё два выстрела. Слабые толчки отдачи. Первый выстрел из этих двух опять через прилавок. Опять я подпрыгивал? И опять чистенький ушёл. А кровь была!
    Номер три. Бакенбардистый барыга и домовик. Опять первый удар через прилавок, как будто я своего прежнего, взрослого роста. Отрубил кусок палочки и три пальца. Конечно, катана лазерной заточки – не кухонный нож, но и я – не метр девяносто. С места запрыгнул на прилавок. Располовинил домовика – ладно, он ниже меня нынешнего, допускаем. Прорубил рёбра и достал до сердца. Тоже допускаем – кончиком лезвия, при хорошем замахе. Отрубил руку. Да, катана для этого и предназначена. А вот одиннадцатилетние за••здюленные и недокормлен­ные мальчики для этого не предназначены! И опять вся кровь лилась, брызгала, капала и фонтанировала мимо меня.
    Номер четыре. Эксперимент. Купил в супермаркете пару незамороженных кур, зашёл в парк поглубже, положил на деревяшку в роли абстрактной скульптуры газету, на газету куру, и рубанул. Пополам. И вторую. Стало быть, адреналин и прочая боевая физиология тут не при чём, по крайней мере, в эпизодах рубки. В прошлой жизни я бы это сделал на пеньке, но тут Англия, парки ухожены, весь парк обойдёшь, пенёк хрен найдёшь...
    Думаем. Думаем! Какие у меня есть ресурсы и резервы, и как я их использую? Выпрыгивание, например. Это вы, сэр (опускаем рифму!)-попаданец, в прошлой жизни проходили. Концентрируешь силу в точку, сжимаешь её до предела и резко освобождаешь. Прыжок. Или удар. Или прыжок с ударом. Пары часов на концентрацию нет. Даже пары секунд нет - появился противник, и всё срабатывает на автомате. Для того и тренируемся. Упорно, часами загоняем глубоко в подсознание этот навык. Чтобы концентрация и освобождение силы – мгновенно и само собой, без раздумий. Только и силу для этого иметь необходимо. При рубке то же самое.
    Думаем. Как назвать всё одним словом? Ладно, двумя: долбаные чудеса творятся. Волшебство. Магия.
    Оп-па-на! Так. Магия. Магия? Магия! Гарричка, то есть, я, любимый – маг. Так. Что мы с этого имеем? В моменты большого напряга с Гар­рич­кой-преж­ним-без-ме­ня-в-туш­ке случались чудеса. Это я даже помню. Стал невидимым и удрал от Дадлисвина со товарищи. Залетел на крышу школы. «Стихийные выбросы» называется – читывали-с. И после – помню и это – особой слабости не ощущалось.
    Так. От ме­ня-взрос­ло­го-(опус­ка­ем риф­му, опус­ка­ем!)-по­па­дан­ца в под­со­зна­ние этого тела, видимо, перешёл навык резко концентрироваться и резко отдавать силу. Физической силы, допустим, котёнок наплакал. А что при этом происходит с магией? С магической силой?
    Критическая ситуация. Магия рвётся наружу – стихийный выброс. И натыкается на мою установку: собрать любую доступную кроху силы в кулак – и резко ударить! В том числе и магически.
    Получается как в тупом голливудском боевике, где герой трое суток без перерыва ползает по минным полям, горит в танках, палит из всех видов оружия, и всё время остаётся с безупречной причёской и гладко выбритым. В теории изобретательства это называется ИКР – идеальный конечный результат. Я нацелен на результат. Я дотягиваюсь до шеи Ахмета с заднего сиденья, не беспокоясь о росте и длине рук. Я перерезаю Ахмету шею плавным движением кухонного ножа. При этом я остаюсь чистеньким. Как в кино. Или во сне. Или в фантазии. Или в мире волшебства.
    Прежде, чем резать Ахмету горло, представление об этом возникло у меня в подсознании. Это абстрактное представление, в нём нет ни беспомощного барахтанья на заднем сиденье, ни потоков крови, ни заляпанной ею морды ме­ня-ре­жу­ще­го. Магия позволила мне реализовать ровно это – внутреннее, идеальное ви́дение. Вингардиум Левиоса – и зубочистка взлетает. Но сначала она взлетела в моей фантазии, внутри меня.
    Ещё не всё. Работая маггловскими средствами, я надеялся выйти из-под контроля магических сигналок и защит. Но магия всё-таки участвовала в действии. Неувязочка, сэр!
    Ан нет, увязочка! Участвовать-то магия участвовала, но направлена она была на меня. Меня подбрасывало в воздух, мой нож становился острее, мои руки крепче держали револьвер. Щит от загрязнения – вообще бытовые чары. Ничего больше и не было. А защита реагирует на активную магию, направленную на защищаемые объекты.
    Пожалуй, книжку по теормагу я закопал зря. Съездить откопать? Ладно, как-нибудь куплю... ещё одну...
 
Пять дней спустя
    Я отрабатывал мэн в диком закутке парка (магглоотталкивающий амулет работал, хотя в этом не было особого смысла) и ждал. Если ничего не произойдёт ещё десять дней, то мои размышления были неверны, что плохо как в ближней, так и в дальней перспективе, не говоря уже о том, что плохо само по себе – ведь это значит, что я неправильно соображаю, и манипулятор из меня ну совсем никакой. За спиной, успокоив меня, раздался «чпок».
    – Ну, здравствуй, Кричер! Докладывай!
    – Мерзкие грязнокровки, предатели крови, оскорбляют величие Древнейшего и Благороднейшего дома Блэк, – этой фразы как раз хватило, чтобы вытащить ножны и от души отоварить ублюдка в челюсть плашмя снизу вверх. Ноги под домовиком подогнулись, и он упал на колени, да ещё для равновесия упёрся руками о землю. Как символично!
    – Знай своё место перед наследником Древнейшего и Благороднейшего рода Блэк, лысый дегенерат! За непослушание и неуважение к наследнику Древнейшего и Благороднейшего рода Блэк ты будешь наказан, как того требуют твои проступки. Это ясно?
    – Грязнокровный сын грязнокровки...
    Да он полностью ••анутый. Мне дегенераты не нужны. Я принялся методично ••здить его ножнами справа-налево по туловищу – надежда, хоть и маленькая, есть. После четвёртого удара он упал навзничь. Ударов через двадцать я переспросил:
    – Тебе ясно, как обращаться к наследнику Древнейшего и Благороднейшего дома Блэк? – молчание было мне ответом.
    – Тогда, если ты не способен служить наследнику Древнейшего и Благород­ней­ше­го дома Блэк, прими свою позорную судьбу, – теперь я уже целенаправлен­но стал бить по голове. После второго удара домовик, подвывая, выдал:
    – Господи-и-и-н, – я остановил занесённую руку, – мне ясно, Господин!
    – Слушай меня очень внимательно. Тупая с-с-сука Вальпурга загубила Древнейший и Благороднейший род Блэк. Андромеду она выжгла с родового древа, вместо того, чтобы основать младшую ветвь Тонкс-Блэк, а ведь в её дочери проснулся дар метаморфа. Беллатрису и Регулуса клеймили как скот. Нарциссу отдали замуж за клеймённого. Сириус не был надлежащим образом воспитан и попал в секту к престарелому педерасту и его карманным предателям крови. И сейчас ты скажешь, кто в этом виноват, – домовик молчал, пока я не ударил его по голове.
    – Госпожа Вальпурга, Господин, – э-э-э, сдвиги в сознании есть, конечно, но нужно чуток подкорректировать. Получи-ка ••здюлину.
    – Ещё раз спрашиваю у тупого бесполезного домовика: какая тупая с-с-сука виновата в захирении Древнейшего и Благороднейшего рода Блэк?
    – Тупая с-с-сука Вальпурга, Господин!
    – Правильно, дегенерат! Как же долго я тебя учил. Разве можно называть тупую с-с-суку, виновную в захирении Древнейшего и Благороднейшего рода Блэк, госпожой?
    – Никак нет, Господин!
    – Кому ты служишь?
    – Вам, Господин, наследнику Древнейшего и Благороднейшего рода Блэк!
    – То-то же! Докладывай!
    – Сегодня пропала связь с бывшим наследником Сириусом. Сразу после этого я почувствовал нового наследника, Господин.
    – Значит, так! Вот тебе денег (я вытащил из кошелька несколько сиклей) – добудь газеты «Ежедневный пророк» и «Министерский вестник» за последние пять дней. Жди меня на Гриммо 12, пока я тебя не позову.
    – Да, Господин.
    – Когда я даю тебе приказ – отвечай «Так точно!»
    – Так точно, Господин!
    – Выполняй!
    А жизнь-то определённо налаживается. В разговоре с Кричером само собой всплыло слово, и пока я его не забыл – нужно сделать дело. Я достал связной листок Грейнджеров и написал:
    «Хочу обсудить с вами несколько важных вопросов – не обязательно сегодня, но обязательно в ближайшие два-три дня. Выберите время, когда вы сможете уделить мне половину дня».
 
Отель на Клепхем-роуд, вторая половина дня
    Сборы были недолгими. Делать тут больше нечего. Тем временем пришло сообщение от Грейнджеров:
    «Во вторник, у церкви в Катерхеме, 2 пополудни».
    Ух, затейники – никак диавола боятся.
    – Кричер!
    – Да, Господин!
    – Перенеси меня на Гриммо 12, в гостиную!
    – Так точно, Господин!
 
Гриммо 12, гостиная (второй этаж)
    – Ты достал газеты?
    – Да, Господин!
    Что тут у нас? 31 июля вылилось в настоящее празднование Гарри Поттера, как и положено. После получения «Пророка» возмущённая общественность прибыла на Тисовую. Не совсем ясно, что конкретно произошло, но дом сгорел со всеми обитателями. Неизвестно, были ли там «недобитые Пожиратели» или ярые фанаты Мальчика-Который-Выжил. Зато теперь однозначно понятно, что со своим «безопасным убежищем с защитой крови» Дамби засунет свой язык себе же в зад. О гоблинах и нападении на Гринготтс ничего не было сказано. О Петтигрю – в «Министерском вестнике» заметка об «анимаге-Пожирателе смерти, скрывавшем­ся в семье министерского служащего». Видимо, этого хватило, чтобы недруги Сириуса устроили ему ну очень несчастный случай, типа «сорвавшегося с катушек дементора», или «самоубийства ножом в спину». Ещё и непонятно, жив ли Питер после акции, мёртв ли, либо вообще на свободе. Ах, Рита, какая недоработка – что же ты во второй и третий раз толчёшь в ступе моё письмо, а тут аж два сюжета! Ничего, мы это исправим.
    – Кричер!
    – Да, Господин!
    – Принеси мою мантию, – с мечом и револьвером я не расставался.
    – Так точно, Господин! – «чпок», и Кричер протягивает мне мантию.
    – Перенеси меня на Косую аллею, к Гринготтсу. Там сделайся невидимым и ожидай меня, пока я не вернусь из Гринготтса.
    – Так точно, Господин!
    – Выполняй.

    Я прошёл к дальней кассе (в той стороне зала было меньше всего посетителей) и обратился к гоблину-кассиру.
    – Наследник Древнейшего и Благороднейшего рода Блэк хочет встретиться с поверенным рода Блэк.
    – Пройдёмте, господин...
    – Эванс.
    «Какая знакомая комната для переговоров!» – подумал бы Синдзи Икари.
    – Я поверенный семьи Блэк, аккаунт-менеджер Скалотрус.
    – Здравствуйте, мастер Скалотрус. Я наследник Древнейшего и Благороднейшего рода Блэк, Гарри Эванс.
    – Прежде чем мы продолжим, мистер Эванс, примерьте кольцо наследника рода Блэк. Это сразу снимет вопрос, являетесь ли вы наследником рода Блэк, или нет, – гоблин протянул мне колечко, которое я надел на средний палец правой руки.
    – Итак, о чём вы хотели бы поговорить со мной, наследник рода Блэк?
    – Меня интересует, какими финансами, движимым и недвижимым имуществом я могу располагать прямо сейчас.
    – В обычном случае мне бы потребовалась выписка, но печальную историю наследника Сириуса Блэка я, увы, помню наизусть. Ещё до вашего рождения он передал все наличные средства и артефакты, к которым имел доступ, как наследник рода, Альбусу Дамблдору. Вы можете посещать недвижимость Блэков, но продать её не сможете, покуда не станете Главой Рода. А, простите мою откровенность, наследник рода Блэк, ваша не выдающаяся магическая сила не позволит сделать это раньше вашего совершеннолетия: перстень рода не подчинится вам, пока у вас не будет достаточно сил.
    Ну вот – и тут денег нет. Хорошо хоть есть где жить – надёжная база не помешает никогда.
    – Мастер Скалотрус, мне потребуется список недвижимости рода и портключи к ней. На счёт рода Блэк, доступный мне, я хочу положить тысячу галлеонов – компенсацию за портключи снимите с этой суммы. За списком и портключами я через два дня пошлю своего домового эльфа.
    – Будет сделано, наследник Блэк.
    – Ещё мне потребуются четыре аварийных портключа, они должны быть нацелены на мой дом рода Блэк на Гриммо 12, и быть достаточно мощными, чтобы произвести эвакуацию даже из Хогвартса. Они должны быть выполнены в виде колец, невидимых для окружающих. Они должны срабатывать по кодовому слову, смертельной опасности и попытке поставить антипортальный щит – эти ключи мне потребуются завтра утром, я также пошлю за ними домового эльфа.
    – Это возможно, наследник Блэк. Ваш заказ будет стоить вам 450 галлеонов.
    – Благодарю! Мастер Скалотрус, не так давно я имел разговор с директором Рагноком. Не будете ли вы так добры сообщить ему, что мистер Эванс желает продолжить разговор.
    – Ожидайте.
    Дива-а-ан! Только я расслабился на этом чуде, как Скалотрус вернулся и молвил:
    – Директор Рагнок ожидает вас в своём кабинете.
 
Кабинет директора Рагнока
    Кабинет Рагнока был шикарен – массивный дубовый стол, кресло, достойное императора, два охранника на входе и два за спиной у Рагнока. Кресло посетителя было под стать гоблинским диванам, только, возможно, это тоже мера предосторожности: с такого кресла не вскочишь резко, не ткнёшь палочкой или там чем другим.
    – Присаживайтесь, мистер Эванс.
    – Рад видеть вас, директор Рагнок, – не желать же ему здоровья. Я присел на самый краешек.
    – Вас, должно быть, интересуют результаты охоты?
    – Да, директор Рагнок.
    – Можете не беспокоиться за мистера Квиррелла, он больше никому не причинит зла.
    – Будем надеяться, директор Рагнок, что на месте его упокоения вырастут отличные грибы – пусть он хоть таким образом принесёт пользу обществу.
    Директор «улыбнулся» во все свои шестьдесят два зуба.
    – Всяк способен принести пользу обществу, будучи применён правильным образом. Мистер Эванс! Вы оказали услугу банку. Что вы хотите взамен?
    – Директор Рагнок, я хочу указать на то, что Альбус Дамблдор тоже был в курсе планируемого ограбления, однако ничего не сообщил. Я уверен, к вам приходил его подручный Хагрид, чтобы забрать содержимое сейфа. Таким образом, у вас есть основания подозревать его в укрытии информации о планируемом ограблении.
    – Допустим.
    – Я хочу, чтобы информация обо мне не поступала Дамблдору. Вы знаете, что его «опекунство» надо мною шито белыми нитками и, по сути, незаконно. Кроме того, вам не придётся врать – банк я посещаю в качестве наследника рода Блэк, а вовсе не как Гарри Поттер.
    – После последних статей в «Пророке» я понимаю ваше отношение к Альбусу Дамблдору. Мы не будем сообщать Дамблдору о Гарри Эвансе или Поттере – с нами ведёт дела наследник рода Блэк. А отношение между нами и наследником рода Блэк – это внутренние дела рода Блэк и Гринготтса.
    – Благодарю, директор Рагнок. Надеюсь, эта договорённость – начало длительного сотрудничества, – я поднялся, коротко кивнул и вышел за дверь.
    Охранник в коридоре указал мне путь к выходу, а Кричер перенёс меня обратно в гостиную.
 
Гриммо 12, первый этаж, у портрета Вальпурги
    – Кричер!
    – Да, Господин! – я достал из рюкзака не использованную в магазине барыги бутылку растворителя, да ещё и захомяченную кисть.
    – Держи! Это растворитель для масляных красок, это кисть. Избавься от тупой с-с-суки, что почти извела Древнейший и Благороднейший род Блэк.
    И Кричер, и Вальпурга сделали круглые глаза, я же, не услышав привычного отклика, достал из-за спины меч в ножнах, и, не вынимая его, отоварил Кричера плашмя по голове.
    – Что должен отвечать домовик Древнейшего и Благороднейшего рода Блэк, получив приказ?
    – Так точно, Господин!
    – Выполняй.
    Я отправился вверх по лестнице – судя по фильму, спальни тут есть и на третьем, и на четвёртом этажах. Позади кричала, визжала и выла Вальпурга. Повязанному «кровью» Вальпурги Кричеру не останется ничего, кроме как быть верным мне.
 
Гриммо 12
Утро 6 августа 1991.
    На месте портрета Вальпурги я обнаружил холст с пятнами краски и растворителя.
    – Кричер! – «чпок».
    – Да, Господин!
    – Есть ли в доме Древнейшего и Благороднейшего рода Блэк тренировочный зал, в котором я могу готовиться к сражениям с врагами рода Блэк?
    – Да, Господин!
    – Проводи меня туда!
    – Так точно, Господин! – и домовик повёл меня по лестнице вниз, в подвал.
    Тренировочный зал представлял собой помещение размером со школьный спортзал, две трети которого были заполнены деревянными манекенами на расстоянии ярдов четырёх друг от друга. Меньшая часть представляла собой «огневой рубеж» с мишенями (всё же маги перестреливаются на значительно меньшем расстоянии).
    Любо! Отличное додзё, только мрачновато тут.
    – Кричер!
    – Да, Господин!
    – Тут есть консоль управления манекенами, или что-то подобное?
    – Господин, за этой дверью находится малый камень силы. Если вы окропите его кровью, появится призрак Корвинуса Блэка, который сам выбрал судьбу быть вечным учителем рода Блэк. Восстановление зала после тренировки также зависит от этого камня силы.
    – Превосходно, Кричер, я доволен.
    – Рад служить наследнику Древнейшего и Благороднейшего рода Блэк!
    – Отправляйся в Гринготтс, и скажи любому гоблину-кассиру, только не привлекая внимание посетителей, что ты пришёл по поручению наследника рода Блэк к аккаунт-менеджеру мастеру Скалотрусу за аварийными портключами. Дождись мастера Скалотруса или его заместителя, возьми ключи и положи их на втором этаже на журнальный стол в гостиной.
    – Так точно, Господин!
    – Выполняй.
    Занятненько. Знакомство с благородным предком отложим на потом – у меня сегодня и так будет много впечатлений. А пока – Мэн! Мэн! Мэн! Мэн! ...

    На журнальном столике меня ждал свёрток серой бумаги с четырьмя кольцами и краткой инструкцией:
     
    Ключевая фраза: «Немедленная эвакуация!».
    В кольца встроен портативный вредноскоп, который активирует портключ при смертельной опасности.
    Детектор барьеров активирует портключ при начале установки барьера против аппариции и ключей.
     
 
Катерхем, без четверти два пополудни
    Всё-таки зря я хаял местный подход к окклюменции – после того, как разложишь мысли по полочкам, высыпаешься просто отлично. Так как у меня нет пособия по «ситхскому» методу, то есть, через эмоции и ярость, стоит сначала обучиться местному методу – благо есть готовые учебники и пособия. Когда овладею «джедайским» методом окклюменции, можно будет перейти на «ситхский».
    – Кричер! – «чпок».
    – Да, Господин!
    – Внимательно запомни людей, с которыми я встречусь. Когда мы с ними расстанемся, проводи их до дома и запомни, где они живут. Будь незаметен. Помощь этих людей ляжет кирпичиком в фундамент возрождения Древнейшего и Благороднейшего рода Блэк.
    – Так точно, Господин!

    Подъехавшие Грейнджеры, наученные прошлым опытом, не стали выходить из машины. Когда я постучал, они разблокировали двери. Сев в машину, я снял магглоотталкивающий амулет.
    – Здравствуйте, Джоан и Дэниел!
    – Здравствуй, Гарри!
    – Как Гермиона?
    – Радуется, как ребёнок, постоянно сидит, уткнувшись в книги.
    – Вы купили амулеты и портключ, что я указал вам на прошлой встрече?
    – Да, но Гермионе ещё не отдали.
    – Хорошо. Раз уж мы здесь, пройдёмте в церковь. Мне нужно собраться с мыслями перед разговором, а вы помолитесь за здоровье и счастье Гермионы, за то, чтобы мои планы по её защите сработали, – ну и ваши возможные измышле­ния, что я посланец дьявола, не подтвердятся.
    Грейнджеры покинули машину и под ручку пошли к церкви. Я взял Джоан за руку, чтобы они не потеряли меня из-за магглоотталкивающего амулета.
    – Гарри, а почему ты не снимешь маскировку?
    – Не могу: если я сниму маскировку, то мне придётся снять меч, а без него я чувствую себя незащищённым.
    – Зачем он тебе нужен? – удивилась Джоан.
    – А вы как думаете? Видите ли, я им убиваю людей, которые хотят убить меня, – произнёс я голосом отца, объясняющего сыну, откуда берутся дети.
    – И много ты уже убил? – хмыкнул Дэниел.
    – Пятерых, а мечом только одного – я ведь купил его только неделю назад. Ещё четверых убили мои союзники по моей наводке. Но вам не стоит беспокоиться об убитых: они все были очень плохие.
    Дэн, поняв, что шутка неудачная, замолчал. Мы как раз подошли к церкви, так что разговор завершился, не продолжившись. Усевшись на задних рядах скамеек, мы молчали. Грейнджеры, надо полагать, молились, а я расставлял мысли по полочкам в соответствии с брошюрой по окклюменции – готовил виртуальный «шкафчик», которым буду пользоваться во время предстоящего разговора. Минут через двадцать мы вышли из церкви и, пока не сели в машину, молчали.
    – Я хочу, чтобы вы провели разговор с Гермионой. Вы её родители – вас она послушает в первую очередь. Важно, чтобы вы сами хорошо подготовились к разговору – возьмите на подготовку два-три дня. Вы должны объяснить ей, что она уже взрослая, потому что будет жить самостоятельно отдельно от вас большую часть времени, и, как взрослая, она должна быть в курсе, каким опасностям подвергаются взрослые. Расскажите ей об опасности: во-первых, попадания в секту; во-вторых, сексуальных домогательств, – Грейнджеры сделали большие удивлённые глаза.
    – Нет, нет, – замахал руками я, – вот это вряд ли будет. Только будет подозрительно, если вы предупредите её о секте, но не предупредите о сексуальных домогательствах. Итак, продолжим: третья опасность – ментальное проникновение в мозг.
    Тут я достал из рюкзака те самые две книги, что в первый раз приобрёл у покойного ныне барыги, и передал Джоан. Благодаря последней эксе, этой литературы у меня завались, хоть сам открывай магазин.
    – Скажите ей, что один из амулетов вы купили именно как защиту от проникновения в мозг, но пусть она тренируется самостоятельно защищать сознание вот по этим книгам. Скажите также, что эти тренировки укрепляют память – будет проще учиться и усваивать материал, так что занятие это полезное со всех сторон. Вы уже передали Гермионе связной пергамент?
    – Ещё нет, Гарри.
    – Сделайте это во второй половине августа – скажем, двадцатого. Ещё раз повторяю легенду – я бывший сослуживец Дэниела, который, узнав, что Гермиона волшебница, хочет дать ей несколько советов, как лучше устроиться в волшебном обществе.
    – Гарри, – осторожно начал Дэн, – прошлый раз ты говорил нам, что расскажешь результат...
    – Дэниел, Джоан! Террорист, который был виноват в событиях 31 октября, мёртв, – вы бы видели глаза Грейнджеров, они полыхнули от радости, – но руководители обеих террористических групп пока недосягаемы для меня. Пока я войду в силу, может пройти несколько лет, и до тех пор я могу отработать только по их подручным. Дальше. Купленный вами для Гермионы портключ теперь будет резервным. Вот замена, – я подал им три завёрнутых в носовой платок кольца. – Это тоже аварийные портключи, но более мощные и в гораздо более безопасное место, чем ваш дом – оно стало доступно только со вчерашнего дня.
    – Куда именно?
    – Ко мне домой – там очень сильная магическая защита. Тут три кольца, на всю семью. Когда вы наденете кольца, они подгонятся по размеру и станут невидимыми для всех, кроме вас самих. Они сработают, если будет опасность для жизни, либо если вы произнесёте: «Немедленная эвакуация». Когда будете сообщать Гермионе секретную фразу, не забудьте убедиться, что у всех вас кольца сняты, а не то они сработают зря.
    – Спасибо тебе, Гарри, спасибо! – Джоан была явна растрогана. – Ты так заботишься о Гермионе и о нас.
    – Гермиона для меня самый важный человек в этом мире, хоть я её ни разу и не встречал, а вы – семья самого важного для меня человека. Значит, в какой-то мере мы с вами почти семья.
    – Хотели бы мы пригласить тебя на семейный ужин или на пикник, – сказал Дэн.
    – Когда-нибудь это станет реальностью. А пока последнее. Я не могу дать вам амулеты защиты сознания. Они работают, только если их носит волшебник. Поэтому, когда находитесь рядом с волшебниками – на всякий случай – занимайте свой мозг «мусорными» воспоминаниями. Например – представляйте, как сверлите зубы, как объясняете коллегам подробности сверления зубов, как присутствуете на конференции, где объясняют, как сверлить зубы. Потренируйтесь друг на друге вести разговор и держать в мыслях работу. Уверен, это может отпугнуть некоторых чтецов мыслей. До свидания.
    – До свидания, Гарри, – Дэн протянул мне правую руку для рукопожатия.
    – Возвращайся, Гарри! – Джоан наклонилась между сидений, притянула меня к себе и поцеловала в лоб.
    Я покинул автомобиль и надел амулет. Как бы отнеслись ко мне Грейнджеры, если бы знали, что стало с Дурслями с моей подачи? Как бы они обо мне подумали, если бы догадывались, как я планирую окончательно решить проблему Уизли, да и не только их? С другой стороны – то, о чём они не знают, им не повредит; меня припёрли к стенке нехорошие ублюдки, которые не понимают вежливого «пожалуйста, оставьте меня в покое» – соображать они начнут, только если им выпустят кишки. Почему бы и нет? Парни делятся на два типа – парни «почему?» и парни «почему бы и нет?» – так вот, я не мямля из первой категории.
 
Гриммо 12, четвёртый этаж, спальня
Утро 7 августа 1991.
    Хороши кровати в доме Древнейшего и Благороднейшего рода Блэк! Самые идеальные кровати для тактического планирования. До 20 августа почти две недели – за это время я как раз успею решить несколько важных вопросов и морально подготовиться к переписке с Гермионой. Гермиона! Каштанововолосая богиня этого мира. Так вот, о чём это я – это я о делах.
    – Кричер!
    – Да, Господин!
    – Расскажи мне про защиту дома. Я хочу усилить защиту жилища Древнейшего и Благороднейшего рода Блэк, чтобы всякие Дамблдоры и их подручные предатели крови не смогли проникнуть сюда. Этот мужеложец уже наверняка мысленно основал здесь свой притон, где он «побеждает тёмных властелинов силой любви» исключительно своей «волшебной палочкой».
    – Защита дома питается от камня алтаря в ритуальном зале на четвёртом уровне подземелья. Усилить защиту можно, окропив алтарь кровью главы рода, или проведя несложный ритуал с жертвой, Господин. Но вы ещё не глава рода, и магия рода может не принять вашу кровь и жертву от Вас, Господин.
    – Проведи меня туда. Я последняя надежда рода Блэк, и я не подведу.
    Хорошо же, что я выучил Люмос. Надо бы что-то ещё выучить – а то подзабросил я магическую учёбу. Решено – утром кендо, вечером стулья, то есть, магия. В самом ритуальном зале было... на удивление всё видно, хоть и темно. Видимо, магия фонит. Кричер протянул мне выхваченный из воздуха ритуальный нож, но я отрицательно повёл головой, выдвинул на три ладони Сёто и нежно провёл по нему ладонью левой руки. На вершине алтаря (камня) была выемка в форме тарелки, визуально в две-три пинты. Края «тарелки» были «надрезаны» пятью бороздами, которые разветвлялись в сложный узор завитушек и листочков по выемке и по всей поверхности камня. Я начал цедить кровь на алтарь, про себя думая о бессмысленности этой затеи. Мне не наполнить этот алтарь, даже ценой моей смерти – я ведь щупленький недоедавший Гарричка. С трудом отдав с кофейную чашку крови, я сжал кисть в кулак и отошёл. Нужна жертва – я слишком мал, чтобы наполнить алтарь. Видимо, эту мысль я произнёс вслух, потому что, когда обернулся, Кричер смотрел на меня со слезами на глазах.
    – Господин! Хозяин! Дом шесть лет стоял без подпитки магии! Спасибо! Спасибо-спасибо-спасибо!
    Меж тем края раны уже схватились. Магия рода помогает.
    – Насколько наполнилась защита дома?
    – Увы, Господин, мало. Защитные чары сильны, требуют много магии, а вы ещё не вошли в силу, Господин. Вы правы, Господин – нужна жертва, и не одна.
    – Сколько?
    – Пять-восемь, в зависимости от их жизненной силы.
    – Я займусь этим. Принеси Кодекс рода на журнальный столик в гостиной на втором этаже.
    – Так точно, Господин!
 
Гостиная
    Кодекс рода содержал всего несколько правил, но их обтекаемые формулировки могли быть истолкованы множеством способов. Нужно быть очень внимательным, чтобы жить, соблюдая Кодекс.
     «Укрепляй силу Рода» – это можно понять, как завуалированное наставление не иметь детей от магглов. Или как пожелание собрать под своей рукой вассалов. Или как необходимость накапливать знания, которые могут дать силу.
    «Не увеличивай количество врагов Рода» – тут явно забыли дописать «а уменьшай». Или «не увеличивай количество живых врагов Рода» – то есть, предложение переводить всех врагов в неживую категорию.
    «Живи по чести» – это вообще можно толковать, как хочешь.

    Дальше шло описание фамильных секретов и заклинаний, ритуалов, иногда с короткой исторической справкой: как такой-то выдающийся предок применил умение в нужном месте в нужное время. С заклинаниями мне пока знакомиться рано (практически бесполезно), а вот большинство ритуалов не требует выдающейся магической силы. Ритуалы на крови так и вообще доступны магглам. Пора мне завести отдельную тетрадку, куда я выпишу доступные мне полезные ритуалы. Навскидку я нашёл простенький ритуал ночного зрения – требовалось только нанести рисунок на лицо, грудь и предплечья. Жаль, одежда могла стереть рисунок, поэтому с этой «боевой раскраской» следовало надевать только штаны. М-де-е-е... Прочитать кодекс – это задача не на один месяц, а осознать его и дополнить – на всю жизнь. Я выписал ритуал ночного зрения в блокнот. Современная официальная магия не использует ритуалы – только вот чистокровным семействам на эти идиотские загибы маразматического министерства плевать. Эх, Гермиону бы сюда – она бы пропарсила книгу на раз. А мне это занятие до конца осени. Так, сначала нужно проверить – будет ли мне польза от ритуала, или я и к ним неспособен. С блокнотом я отправился в ванную на этом же этаже, к зеркалу.
 
Полчаса спустя.
    – Нокс! – поле зрения вытянулось, исчезли краски. На щеках красуются «усы», на лбу нарисованы нэко-ушки, «когти» выведены на предплечьях, и неидентифицируемый узор на груди. Зрение кошки! Этому ритуалу нужно обязательно обучить Гермиону лет в шестнадцать – всегда хотел посмотреть на нэко-Гермиону, да ещё и топлесс. Мечты, мечты!

    Экспериментально доказано, что ритуалы работают – а у меня целый Кодекс рода Блэк, полный всевозможных ритуалов, общеизвестных и уникальных. За дело!
 
Столовая. Время ланча
    Кричер таки сносно готовит, вот только список блюд мне не нравится. Куплю ему кулинарную книгу – так и гостей можно будет пригласить. А с Кодексом работать сложно – всё-таки язык отнюдь не современный, читается с трудом. Это с первым ритуалом мне повезло – там картинка и несколько предложений было. Дальше я практически не продвинулся. Нужно посмотреть в библиотеке современ­ные издания, и потом уже перейти на Кодекс. Всё-таки халява оказалась не такой халявной, какой она выглядела на первый взгляд. Мне нужны ритуалы, дающие ускорение или усиление в бою, ловкость, удачу. Следующая акция у меня запланирована на 1 сентября – к тому времени нужно быть готовым. Пусть это будет «Смерть чёрной вдовы».

    Становление истинным Блэком не остановить! Тренировочный зал Блэков, укрепление защиты дома, затем приобщение к Кодексу рода. Пора знакомиться с благородными предками (хе-хе... с Вальпургой уже пообщались). Только вот один из них – Финеас Найджелус Блэк – в силу своего существования портретом в кабинете Дамблдора может быть шпионом (а если кто-то может быть шпионом Дамблдора – то он и есть шпион Дамблдора). В ту спальню на третьем этаже, где висел этот портрет, я ещё не заходил. Может ли он перемещаться по остальным портретам дома? Неизвестно. В фанфиках может. Поэтому пойду-ка я туда, где началось приобщение к тайнам Блэков – в тренировочный зал. Время познакомиться с Корвинусом Блэком, хранителем додзё.
 
Додзё
    За дверью, которую мне в первый раз указал Кричер, оказалась небольшая квадратная комната в фирменном стиле Блэков – мрачная, с каменными стенами. Люмос! Вдоль стен расположены диванчики, как будто это не малый ритуальный зал, а комната отдыха в автомастерской. Даже журнальный столик есть. Уменьшенный вариант алтаря на минус четвёртом уровне расположен по центру комнаты, только каналов семь, и сам узор каналов на камне более... неживой, что ли? Нет плавных завитушек, листочков – только геометрические фигуры, но каждая из них вызывает ощущение неправильности. Углубление куда меньше – пожалуй, у меня даже получится заполнить его однажды, конечно, не после сегодняшнего утра. Левая ладонь гладит обнажённый Сёто. Крови дал совсем немного – только покрыть дно. На дальнем от входа диване проявился синий силуэт призрака с мечом на коленях. Тёмно-коричневый плащ накинут на плечи поверх красной робы. Остроконечные сапоги. Простое лицо, волосы похожи на мои, но не такие непослушные. Только глаза смотрят пристально и ... сквозь.
    – Приветствую вас, мастер Корвинус Блэк, меня зовут Гарри Эванс, наследник рода Блэк. Я правнук Дореи Блэк.
    – То, что ты тут один – это ведь неспроста?
    – Верно. Наследник Сириус убит. Регулус клеймён рабским клеймом и мёртв. Беллатриса клеймена и в тюрьме. Нарцисса вышла замуж за клеймённого. Судьба Древнейшего и Благороднейшего рода Блэк на моих плечах.
    – Так надень кольцо главы рода. Чего ты ждёшь?
    – Гоблины рекомендовали мне надеть кольцо в семнадцать лет, когда я буду достаточно силен. До одиннадцати лет я жил среди магглов, которые избивали меня, держали за раба и не кормили как следует. Из-за этого я магически ослаб, и не могу надеть кольцо сейчас.
    Корвинус замолчал. Не каждый день за пятнадцать веков тебе говорят, что род почти вымер, а единственная надежда рода – магически слабый бастард, хорошо, хоть оба родители волшебники. Он опустил голову на руки.
    – Ты не достоин быть наследником рода Блэк.
    – Корвинус, вынь голову из задницы. Это род Блэк недостоин рода Блэк. Это род Блэк умудрился при четверых здоровых детях допустить попадание всех их сразу в две секты. А я в полтора года победил Тёмного лорда, а сейчас воюю с обеими этими сектами. Недавно я гоблинскими руками уничтожил сектанта, одержимого духом Тёмного лорда. Конечно, куда мне до предыдущего наследника – великовозрастного долбо••а? Всё, что он сделал за свою жизнь – приставал с дебильными шутками к школьникам и сел в тюрьму, подставившись, как идиот, преданный собственным владельцем секты. Куда мне до Беллатрисы и Регулуса? Первая целовала сапоги сыну маггла, получая взамен лишь Круцио. Второй совершил самоубийство, поняв, какому же нереальному ублюдку он стал рабом. Слушай сюда, мразь. Ещё раз только подумаешь о том, чтобы назвать меня недостойным – я проведу ритуал экзорцизма. Или работай на благо рода, или заткнись и не отсвечивай. Род почти издох благодаря ••анутым на всю голову фанатикам чистокровности, а тебе, харя, последний наследник не такой? Работай со мной на благо рода, или развоплотись уже к ••ям собачьим. Будешь работать?
    От призрака послышалось: «грязнокровки, магглы» и прочее куд-кудахтанье. Ну что же они все такие ублюдки и дегенераты поголовно? Только вливание крови Гермионы может спасти это долбаное болото.
    – Ты решил свою судьбу. Ты предал род Блэк в трудный час.

    Хочется переоборудовать спортзал под нужный стиль. Бамбук тут, что ли, посадить? Так ведь плохо в подвале расти будет. Столик с чаем там поставить, татами постелить. Ладно. Помещение есть – уже хорошо. И погода сегодня хороша – пойду-ка я в город, а потом в парк. Люблю побродить по строительному магазину – столько вещей так и просят: «Купи меня! Меня!»
 
Столовая. 5 часов пополудни
    – Кричер!
    – Да, Господин!
    – Отправляйся в Гринготтс, скажи любому гоблину-операционисту, не привлекая внимания посетителей: ты пришёл по поручению наследника рода Блэк к мастеру Скалотрусу. Дождись мастера Скалотруса, возьми у него список недвижимости и портключи.
    – Так точно, Господин.
    Двадцать минут спустя Кричер принёс мне запечатанный конверт с гербом Гринготтса и колоду игральных карт. Я надорвал конверт.
     
    Уважаемый наследник рода Блэк,
     
    Как оговорено при нашей последней встрече, высылаю вам список недвижимости и портключи. Эти портключи, в отличие от аварийных – многоразовые.
    Недвижимость:
    Особняк в Лондоне, на площади Гриммо, 12. Портключ – туз пик.
    Замок в Шотландии, недалеко от Алфорда. Портключ – туз бубен.
    Дом во Франции, недалеко от Лормса. Портключ – дама бубен.
    Дом в Хогсмиде. Портключ – король пик.
     
    Живём!
    – Кричер, подай мантию!
    – Так точно, Господин!
    – Кричер, ты знаешь другие выходы из Косой аллеи, кроме «Дырявого котла»?
    – Их много, Господин. Только у всех вас ждут бандиты; они пропускают только своих.
    – Наш камин подключён к сети?
    – Подключён, Господин, только заблокирован. И чиновники отслеживают перемещения по каминной сети – для вас это может быть опасно.
    – Ты бывал в других домах рода?
    – Не бывал, Господин, но я их чувствую и могу попасть туда в любой момент. Только вот в замке давно никто не жил – без ремонта там нечего делать. Дом во Франции – охотничий домик в одну комнату вдалеке от дорог. Дом в Хогсмиде был разрушен одиннадцать лет назад – там пустырь.
    Вот это привет! Надо было только спросить Кричера и узнать всё, что нужно. Хотя, не всё так плохо – у меня теперь есть портключи.
    – Я отстрою эти дома, когда стану лордом. А почему гоблины мне об этом не сообщили?
    – Господин, они хранят бумаги на имущество, но проверять состояние домов – не их дело.
    Эх-х-х-х! Я уже оделся, приготовился один за другим посетить минимум пару дюжин особняков Блэков – а тут один охотничий домик на повестке дня. Да и идти в лес вечером смысла нет. Лучше туда выбраться утром, устроить шашлык на свежем воздухе, то есть, с пользой провести время.
    – Кричер, приготовь мясо для шашлыка. Завтра в полдень отправимся в дом во Франции, да.
 
D-Day. 14 Франция, недалеко от Лормса
Полдень 8 августа 1991
    Портключ перенёс меня на край лесной поляны шириной ярдов сто пятьдесят. Прямо под ногами вилась тропинка, выходящая из леса и ведущая к одноэтажному бревенчатому дому на каменном фундаменте, крытому досками внахлёст. И что характерно, она не была заросшей – а ведь этот дом Блэки явно не посещали лет десять, а то и двадцать. Пикник накрылся. Я сдал назад по тропинке, в лес, до ближайших зарослей кустов.
    – Кричер!
    – Да, Господин.
    – Защита дома сломана?
    – Она развеялась без подпитки, Господин. Тут нет места силы, хотя что-то зарождается; угловые камни фундамента давно не окропляли кровью Блэков. Только магглоотталкивающие чары ещё работают.
    Тут со стороны дома послышался вой, похожий на волчий. Какого хэ? Оборотни днём? Или они просто могут выть и днём тоже?
    – Оборотень, Господин, в человеческом обличье.
    – Дождались, – Сёто перекочевал из ножен на правое плечо, почти как в стойке хассо, – в доме Древнейшего и Благороднейшего рода Блэк завелись оборотни, – револьвер занял положенное место, – возрадуйся, Кричер! Помнишь, что я говорил про жертвы?
    – Что, Господин займётся этим? Господин, оборотни – магические существа. Из них выходит хорошая, сильная жертва.
    – Жди меня здесь.
    Тут дверь дома отворилась, и из него вышла хорошая, сильная жертва ростом чуть более двух ярдов и бомжевато-бородатой наружности. Прямо-таки спившийся дровосек. Дровосек тем временем уверенно направился ко мне, что-то радостно говоря по-французски. Ненавижу ••аных французов – не народ, а шлюхи. Я тебе устрою высадку во Франции, ублюдок. Несмотря на малый возраст, получилась не песня, а рык:
    We’ve been training for years
    Now we’re ready to strike
    As the great operation begins
    We’re the first wave on the shore
    We’re the first ones to fall
    Yet soldiers have fallen before
    In the dawn they will pay
    With their lives as the price
    History’s written today
    In this burning inferno
    Know that nothing remains
    As our forces advance on the beach 15
    Оборотень сначала заслушался, почти остановившись, а затем (никак дошло) рванул ко мне на четвереньках. Бах! Пуля, видимо, задела ногу, потому что оборотень растянулся на животе, но сразу же вскочил на своих троих, чтобы получить рану в груди и упасть от меня ярдах в четырёх, после чего методично получил по пуле в плечо и облако перцовки из баллончика в лицо. Дальше он повёл себя, как типичная псина, получившая из перцового баллона – ушёл в себя, катался по земле и скулил, пока не получил ножнами плашмя по затылку.
    – Кричер!
    – Да, Господин!
    – Жертву доставить в подвал особняка, раздеть и заковать. Потом возвращайся сюда, ты мне понадобишься.
    – Так точно, Господин! – Кричер был в экстазе. Ну, ещё бы! Не каждый Блэк так следовал традициям Блэков!
    Я направился в дом – всё-таки именно ради него мы сегодня сюда и пришли. Чем ближе к дому, тем худшее предчувствие меня посещало. В доме, всю площадь которого занимала одна комната, на дощатом полу лежали мужчина и девочка лет восьми, связанные стальным тросом в четверть дюйма. Мужчина был абсолютно седой, причём, подозреваю, он такой недавно. Девочка силилась свернуться в позу эмбриона и вся ушла в себя. На кровати лежал труп женщины с явными следами насилия. Двое на полу не замечали меня – девочка сейчас не заметила бы и Ктулху во плоти, а мужчине мешал на меня посмотреть магглоотталкивающий амулет. И что мне с ними делать? Одеты как туристы на выезде. Наверное, у кемпинга их прихватили.
    Я вышел наружу. Почему-то хотелось дохнуть свежего воздуха. В это время появился Кричер.
    – Кричер, там в доме есть девочка – незаметно усыпи её.
    Амулет снят, и громко топая, я вошёл в дом. Мужчина явно меня заметил.
    – Я помогу вам! – я снял рюкзак с вложенным вещмешком (после посещения магазинов там есть предметы на все случаи жизни) и достал болторез. – Вы говорите по-английски?
    – Да, помогите, помогите нам! – бедняга не то хрипел, не то ныл.
    Трос был перекушен в трёх местах, после чего мужчина сам начал помогать мне освободить себя. Когда его торс оказался свободен, я передал ему болторез. Освободившись, мужчина рванулся к девочке, я, как мог, остановил его, положив руку на плечо.
    – Ш-ш... она спит. Тихо, она и так много перенесла, – вместе с мужчиной мы аккуратно освободили девочку от троса. Мужчина кинулся к кровати, упал на колени и заплакал, взяв женщину за руку. Пока он оставался неподвижным, повторяя «Аксель...», я положил девочку на кресло у камина, достал из рюкзака туристическое одеяло, накрыл Аксель. С трудом оторвав мужчину, я вывел его на улицу и усадил на ступеньки крылечка.
    – Как такое возможно... за что... чем я провинился, Боже! – шептал про себя седой человек.
    – Неисповедимы пути его. Может, он послал меня спасти вас? Это дом моей семьи, и мы здесь не появлялись лет пятнадцать. Разве не чудо, что он направил меня спасти вас именно сегодня? – психоаналитик из меня, как из дерьма пуля. Но нужно ведь хоть чуть-чуть подбодрить мужика. Не каждый же день у него на глазах жену насилуют до смерти.
    – Тогда почему он не послал тебя вчера? Аксель была бы жива!
    – Зато жива ваша дочь, – я подошёл к нему близко, чтобы смотреть в глаза, – а она могла умереть сегодня. Соберитесь! Ещё не всё закончено.
    Это я зря сказал – мужик прыжком встал на ноги, глаза расширились, кулаки сжимались и разжимались.
    – Где он?
    – На том свете. Я выстрелил в него четыре раза, – мужчина первый раз обратил на меня внимание, как на человека, – его труп уже увезли. Сейчас подойдут спасатели, – и кинул в сторону, – Кричер! Усыпи его.
    Мужчина завалился на спину, а Кричер преданно посмотрел мне в глаза. Я достал из рюкзака ещё одно туристическое одеяло и туристическую карту. Эх... так готовился к выходу на природу, а в итоге весь день испорчен. Есть мясо после такого... не хочется.
    – Кричер. В двадцати милях на юго-запад, у северного берега озера, есть кемпинг, – я ткнул на карту. – Смотайся туда, найди место, где нас не сразу заметят, и возвращайся.
    Кричер вернулся через сорок минут. За это время я вынес девочку на крыльцо и завернул её в одеяло. Аксель я бы поднять не смог, просто ждал Кричера. Третьего одеяла, для мужчины, у меня не было.
    – Я нашёл, Господин! Небольшой пляж в тридцать ярдов, отделен от кемпинга зарослями кустов.
    – Перенеси их троих, а затем и меня.
    – Так точно, господин! Только на обратное перемещение у меня не хватит сил – Кричер стар! – и он самокритично отвесил себе оплеуху.
    – Обратно вернёмся порталом. Выполняй!
    Через минуту я стоял на пляже, со всех сторон окружённом зарослями кустарника. Магглоотталкивающий амулет снова надет – не хочу объяснять местным, что я тут делаю. Из бездонного рюкзака извлечён сигнальный пистолет, и три красные ракеты с промежутком в минуту уходят в небо. Через пять минут послышались голоса, кусты затрещали, и на пляжик вышли два, судя по униформе, работника кемпинга – мужчина и женщина. Женщина держала красную сумку-аптечку. Увидев пострадавших, они кинулись к ним. Мужчина заговорил по рации, одновременно помогая женщине осматривать моих невольных гостей, после чего побежал назад, а женщина осталась с ними. Дело сделано.
    – Кричер, дай руку, – сказал я, доставая из колоды даму бубен.

    Оказавшись у дома, я сам нашёл краеугольные камни (они единственные в кладке были покрыты узорами), и окропил их кровью. Будто бы подул лёгкий ветерок, и над домом возник и тут же растворился купол защиты. Подозвав Кричера, я отправился домой.
 
Четвёртый уровень подземелья, ритуальный зал
Полночь с 8 на 9 августа 1991
    Кричер – отличный работник, и чего там тётка Ро в каноне его обличала? Оборотень был закован прямо в ритуальном зале, рядом с алтарём, в позе витрувианского человека. Хе-хе, искусством ли занимался Да Винчи, когда его рисовал – или это была просто инструкция потомкам? Ритуал жертвы был прост – нужно вырезать ещё живое сердце и положить его на алтарь, в углубление «тарелки». В четыре удара Сёто ребра были разрублены, и за дело взялся Скоторез. Когда я положил ещё бьющееся сердце на алтарь, тело оборотня и сердце разом вспыхнули. В зале стало светлее, а рисунок завитушек и лепестков на алтаре слабо засветился сине-зелёным цветом. Кричер, ожидавший меня у стены, утомлённый сегодняшними перемещениями, резко вскинулся, молодцевато выпрямился, и вообще со всех сторон выглядел бодрячком. Я также ощутил себя свежим, как будто утром после упражнений. Хотелось что-то делать, на месте стоять было совершенно невозможно, и я направился в додзё. Наконец-то я понял, чего же мне там не хватает – боксёрского мешка. Редкий пингвин долетит до середины Дона... 16 то есть, редкий маг ожидает получить лоукик или маваши.
    Отрабатывая санбон-ме, я пришёл к выводу, что сегодня воистину написана новая страница в истории рода Блэк. Под мою руку вернулся дом рода Блэк, кроме того, после долгого перерыва выполнен ритуал по поддержанию защиты. И если суждено мне жить долго, род Блэк поднимется на высоту, которой никогда не достигал ранее.
 
Гостиная, полдень 9 августа 1991
    В газетах был трэш. Дамблдор выступил с заявлением, что Гарри Поттер похищен из «надёжного места» (уже каламбур), и все его заявления (бывшее и будущие) сфабрикованы похитителями. В тех же газетах были интервью у «народных мстителей», поспевших к Дурслям до взрыва бытового газа, описывающие, как жилось Мальчику-Который-Выжил «у этих ужасных магглов».

    Только что я отправил Кричера на почту с конвертом для Риты Скитер, содержащим чистый термояд. Что бы я делал без Кричера? Если бы я утром вместо него пошёл в банк, то у меня бы точно не хватило времени написать письмо Рите.
     
    Уважаемая госпожа Скитер,
     
    Нет слов, чтобы выразить, как я благодарен за публикацию вашей статьи по моему письму о Дамблдоре. Только ваша честность, открытость и сила прессы может помочь разоблачить этого грязного ублюдка, да поцелует его в зад дементор. Теперь я хочу рассказать о попытках Дамблдора уничтожить древнейшие магические семьи. Пожалуйста, обратите внимание на «Министерский вестник» от 5 августа – в нем сказано, что в семье министерского служащего скрывался анимаг-Пожиратель-смерти. Довожу до вашего сведения, что это и был истинный хранитель семьи Поттеров, а вовсе не Сириус Блэк, незаконно брошенный в Азкабан без всякого суда, причём бросили его туда Альбус Дамблдор и Барти Крауч. Дамблдор знал, что истинный хранитель Фиделиуса вовсе не Сириус Блэк, но, в его стремлении уничтожить древние магические семьи, для него был только на руку такой удобный предлог, позволявший уничтожить наследника семьи Блэк. После ареста Пожирателя-анимага Сириус Блэк был убит в тюрьме, о чём до сих пор молчат. Ведь при допросе Пожирателя-анимага могла выплыть на поверхность правда о том, что Блэк посажен в Азкабан без суда и следствия, невиновным!
    Дорогая Рита (позвольте мне называть вас так), если в моём первом заявлении слишком много допущений, то второе заявление подкреплено копией документа, заверенной гоблинами, которую я прилагаю к письму. Стремясь уничтожить древнейший род Поттеров, Дамблдор «на правах опекуна» заключил магическую помолвку между мной, Гарри Поттером, и Джиневрой Уизли, предательницей крови, дочерью семьи предателей крови Уизли. Если я женюсь на предательнице крови, то не будет больше лорда Поттера, будет предатель крови Поттер.
    Только на ваш глас и на помощь Магической Англии возлагается моя надежда. И, что самое страшное, этот педерастический ублюдок Дамблдор, разрушающий сами основы Магической Англии, сделавший всё, чтобы изничтожить два древнейших английских рода членов Визенгамота, садист и грабитель сирот, всё ещё является главой Визенгамота. Будьте добры, опубликуйте эту копию пергамента о магической помолвке – её подлин­ность всегда можно подтвердить у гоблинов.
     
    Искренне ваш
    Гарри Поттер
     
    Сильно сомневаюсь, что после такого письма ВСУС останется Верховным колдуном Визенгамота. Да и Артура Уизли пинком под зад вышибут из министерства: терпеть этого мямлящего ублюдка – это одно, а вот позволять ему участвовать в уничтожении древнейших родов Англии – это другое. Минус один шпион Дамблдора в министерстве. Остаются Подмор и Скримджер. Ну, и Тонкс, которую я надеюсь перевербовать. Хотя, возможно, это и не потребуется после следующей статьи Риты. Как там по канону – Грюм уже пенсионер, или всё ещё нет? В каноне почти не описан, а его побуждения и мотивы вообще покрыты мраком неизвестности.

    Вчера вечером, словив бодрячок после укрепления защиты, я всё никак не мог устать. Два часа упражнений с мечом совершенно не вымотали меня. Взявшись за палочку, я продолжил тренировки всех известных мне заклинаний (Люмос, Нокс, Конфундус и Инсендио), и обнаружил, что заклинания даются мне легче. Нагляднее всего это было видно на Инсендио: язычок пламени стал длиннее на треть. Из этого можно сделать два вывода:
    – Усиление родовой защиты усиливает и родовую магию (хотя, возможно, это работает только, пока я в особняке, недалеко от камня-алтаря).
    – Родовая магия признала меня частью семьи Блэк.
    (Вы можете удивиться: Конфундусом по манекену? Манекены оказались не простыми – от Конфундуса у них светится голова. По ощущениям, тем ярче, чем заклинание удачнее. Я сам в первый раз удивился.)
    Хо-хо, пойду-ка я в библиотеку. Наверняка существуют ритуалы по усилению магической силы за счёт силы жертв. Неужели борьба с магической слабостью так проста? Это здоровье укреплять долго и муторно – здоровая еда, здоровый сон, ежедневные упражнения, и так десятки лет подряд, причём один год пьянства перечеркнёт все эти десятилетия. То-то ВСУСа кнутом из школы не выгонишь – небось, сосёт понемногу силу из деточек-волшебников, вот и выглядит тем ещё в свои дохрена лет.
 
Три часа спустя
    Ритуалы по увеличению магической силы за счёт жертв в библиотеке были, причём в большом числе. Но даже я, «малолетний серийный убийца», недостаточно испорчен, чтобы творить ту мерзость. Только вот ритуал защиты дома нигде не был описан как увеличивающий магическую силу. Я нашёл магический баг? Наверное, всё же нет. Я уверен, что ритуал влияет на меня так просто потому, что я магически слаб (попросту, болен). Он может помочь мне поднять уровень, но до определённого предела. Хотя, может быть, этого хватит, чтобы со временем надеть кольцо Блэков.
 
Вербовка
Гриммо 12, гостиная, полдень 12 августа 1991.
    Я сижу в кресле, положив на ноги доску, и пишу письмо Андромеде Тонкс.
     
    Уважаемая госпожа Тонкс,
     
    Хотел бы встретиться с Вами, дабы обсудить вопросы, касающиеся наших семей. Несомненно, до вас дошли некоторые сведения, частично освещённые прессой. Возможно, смогу ответить на некоторые ваши вопросы о Сириусе.
    Кроме того, будучи вашим родственником, я был бы счастлив увидеть вас лично. Ожидаю вас в среду, 14 августа, в 8 вечера на Гриммо 12.
     
    Искренне ваш
    Наследник Рода Блэк
     
    – Кричер! Следуй на почту, и отправь общественной совой это письмо. Проверяй мой абонентский ящик на наличие ответа каждый вечер.
    Хотелось бы назначить встречу на сегодня – но это против всякого этикета; наследник же Древнейшего и Благороднейшего рода Блэк должен соблюдать этикет.
    Вернувшийся через полчаса Кричер мозолил мне глаза в гостиной, и, наконец, заговорил:
    – Позволено ли будет недостойному Кричеру поговорить с Господином?
    – Говори, Кричер.
    – Мастер Корвинус Блэк просит разговора с Господином.
    – Он сообщал тебе о причинах, Кричер?
    – Нет, Господин. Если Кричеру будет позволено, – я прикрыл глаза и кивнул в знак согласия, – не дело Кричера догадываться о мыслях членов Древнейшего и Благороднейшего рода Блэк, но, Господин, мне кажется, он хотел попросить прощения.
    – Неужели? Это может быть забавно.
 
Додзё
    Я прошёл в комнату к малому камню силы, окропил его кровью и присел ждать на диванчике. Через минуту проявился Корвинус. Я молчал – мне не интересно делать его объяснение проще. Прошла ещё минута. Я скептически посмотрел на предка, подняв бровь. Молчание продолжилось. Я поднял вторую бровь. Предок, видимо, понимая, что моё терпение не вечное, пересилил себя.
    – Потомок! Кричер поведал мне о твоих деяниях по укреплению рода Блэк. Предыдущий наследник утерял дома рода – ты вернул. Предыдущий наследник растратил все деньги рода – ты же наполнил сейф, пусть мало, но в меру своих сил, опираясь на самого себя. Ты укрепил защиту домов рода, подпитал магию рода. Ты нанёс удар врагам рода лишь силой своего слова и имени. Всё это ты сделал за пару недель. Пусть ты ростом мал, но духом и деяниями велик. Прими мои извинения за поспешные суждения. Я был неправ, и искренне прошу прощения.
    – Мне тоже было больно смотреть на то, до чего довели Древнейший и Благороднейший род Блэк, Корвинус. Да, у меня есть слабые стороны, но я найду десяток сильных сторон и поражу врага. У меня нет сотни попыток, чтобы возродить род Блэк – одно моё поражение будет означать конец для рода. Поэтому я воспользуюсь всеми способами, чтобы сразить врага. Я не могу полагаться только на магию в таком ответственном деле. Это хорошо, что внешне я выгляжу неопасным, ибо, как сказал Сунь-цзы: «Приёмы ведения войны основаны на обмане».
    – Как я могу помочь тебе, наследник, в нашем общем деле?
    – За долгие годы маги позабыли многое из того, что было создано предками, кроме того, магглы со своей наукой и техникой превзошли магов в силе и количестве. Конечно, один маг легко победит одного маггла, но невозможно сражаться с их государством, сильным дисциплиной, боевыми машинами и опытом бесконечных войн. От тебя мне нужна помощь в овладении мечом, забытой магией и полевой медициной. Современные маги не носят доспехи, не владеют оружием – они почти беззащитны перед молниеносным натиском воина. Это их слабая сторона, а слабость наказуема. Технику магглов я беру на себя – жизнь среди магглов была очень познавательной.
    – Да будет так, потомок.
    – Подумай, чему ты можешь меня быстро научить – за неделю, месяц, год. Враги не дремлют, и у меня нет десяти лет для оттачивания мастерства. Каждое моё действие должно разить их как удар молота. Я зайду к тебе через неделю, и буду ждать, что у тебя уже будет план обучения. Прощай.
    – Быть по сему.
 
Гостиная
    – Кричер!
    – Да, Господин!
    – Ты ведь говорил о моих делах не только с мастером Корвинусом, но и с портретами? – недобро спросил я.
    – Д-д-да-а-а, Господин, – до Кричера таки дошло, чем пахнет самоуправство.
    – А ты подумал, что Финеас Блэк, как бывший директор Хогвартса, обязан во всём подчиняться Альбусу Дамблдору? Ты подумал, что он может передать всё, что знает, прямо врагу рода Блэк?
    – Г-г-господ-д-дин, не извольте гневаться! Господин Финеас не может передать директору Хогвартса ничего из секретов рода Блэк, прямо или косвенно. Ваши предки позаботились об этом.
    – Хорош-ш-шо-о-о, с-с-ступай! Благодари предков.
    Кричер исчез из гостиной.
    Как там учит Аластор Грюм? Постоянная бдительность! Даже если я и могу доверять Финеасу Блэку – от общения с ним, пока нет прямой необходимости, воздержусь. Спальню с портретом запрём, она в доме и на этаже не единственная.

    Во второй половине дня я отправился в район Кингс-Кросс, на мой «первый» урок кендо. Клуб предлагал также иайдо, так что я хотел познакомиться с ним поближе. Первое задание прошло ожидаемо уныло в объяснении этикета поведения в додзё и основ. К сожалению, меня ожидает ещё минимум полгода унылых тренировок, прежде чем начнётся что-то интересное. Авторитет зарабатывается долго, а уж зарабатывать авторитет маленьким мальчиком – вообще сложное занятие.

    Вечером, когда я пришёл с тренировки, меня ожидало письмо от Андромеды. Заставив Кричера проверить его на магию, я воспользовался своим набором для чтения писем (расскажу о нем позднее).
     
    Уважаемый наследник Блэк,
     
    Не знаю, что вам от меня нужно, но я прибуду на встречу.
     
    Искренне
    Андромеда Тонкс
     
 
Гриммо 12, гостиная, 8 вечера 14 августа 1991
    Я наблюдал через занавесь окна, как к дому подходит Андромеда Тонкс.
    – Кричер! Проводи госпожу в гостиную, – не оборачиваясь, приказал я.
    – Так точно, Господин!
    Глядя в окно, я ожидал Андромеду. Хотя нет, не стоит так делать. Андромеду нужно встречать лицом к лицу – иначе она может обидеться, и, в конце концов, она может кинуть мне в спину заклятие. Трудный разговор мне предстоит, с самовольной дочерью рода Блэк. На такую не надавишь; нужно, чтобы она сама захотела пойти на контакт. Моя же задача – шире.
    Тем временем в гостиную вошла Андромеда.
    – Здравствуйте, госпожа Тонкс. Рад видеть вас в доме Блэк.
    – Здравствуйте, наследник рода Блэк. К сожалению, не могу сказать, что узнаю Вас. Позор на мои седины, – шутливо ответила она. Никаких седин, конечно, не было.
    – Моя фамилия – Эванс, а широкой публике я известен как Герой Магической Англии, Гарри Поттер.
    – Чем же я привлекла к себе внимание Героя Магической Англии, мистер Эванс – от былого шутливого тона не осталось и следа.
    – Мы находимся с Вами в похожем положении. И меня, и вашу семью Величайший Светлый Ублюдок Современности, – последние слова я почти выплюнул; Андромеда улыбнулась кончиками губ, видимо, мои перлы через статьи Скитер уже пошли в народ, – задумал использовать в качестве пешек, которыми жертвуют ради «всеобщего блага». Конечно, под «всеобщим благом» понимается благо одного престарелого бородатого педераста. Сириуса он выдоил до кната и отправил в тюрьму, когда тот стал мешать. Хорошо ещё, что Бродяга успел составить магическое завещание в мою пользу, иначе род Блэк прервался бы. Я знаю, что Нимфадора бредит авроратом – там она попадёт в ученики Грюма, то есть, прямо в лапы Дамблдору – и вот пешка готова. Как Дамблдор готовил пешку из меня и убивал род Поттеров, вы знаете из газет.
    – У вас прорезались способности предвидения, мистер Эванс?
    – Прорезались, госпожа Тонкс, и очень сильные. Куда лучшие, чем метаморфизм у вашей дочери.
    – Зачем вы меня позвали, говорите прямо.
    – Я предлагаю союз – я хочу усиления рода Блэк. В совершеннолетие, или даже раньше, я стану лордом Блэк – после этого я хотел бы вернуть вас в род. Я предлагаю основать младшую ветвь рода Блэк – Тонкс-Блэк. А мне нужны услуги резидента по сбору информации. Ваши услуги.
    Андромеда молчала, наверное, минуту.
    – С чего вы взяли, мистер Эванс, что я хочу вернуться в род, который поступил со мной так?
    – С Вами поступил так не род, госпожа Тонкс, а тупая с-с-сука Вальпурга, благодаря мании чистокровности которой род едва не вымер. Я хочу исправить это недоразумение.
    – Какого рода услуги вам требуются, мистер Эванс?
    – Мне нужен человек, собирающий информацию из открытых источников, госпожа Тонкс. Хочу отметить, что для меня вы не пешка, а двоюродная тётушка, в первую очередь родственник. Я не буду подставлять вас под удар, и попытаюсь спасти при случае.
    – Мистер Эванс, вы молоды, а ваши враги многочисленны и сильны. Доживёте ли вы до совершеннолетия, чтобы выполнить вашу часть союзных обязательств?
    – Позвольте называть вас «тётушка»?
    – Как вам будет угодно.
    – Дорогая тётушка, в отношении врагов я следую Второму Правилу Кодекса, – я выразительно скосил глаза на пояс, где покоился уже зарекомендовавший себя в бою Сёто.
    – Позвольте называть вас «племянник», мистер Эванс?
    – С превеликим удовольствием, дорогая тётушка!
    – Племянник, я вижу, что, несмотря на молодость, ты уже стал ржавым торчащим гвоздём в кресле Дамблдора. Мне нужно обдумать твоё предложение.
    – Как вам будет угодно, дорогая тётушка. Я искренне надеюсь, что, независимо от вашего решения, всё, что вы узнали здесь сегодня, останется тайной для всех, кроме нас двоих, – я выразительно посмотрел в глаза, и, согласно советам из «Защити свой разум» поднял на верхний слой мыслей предложение «Не то даже твои правнуки пожалеют о последствиях твоей несдержанности!»
    Андромеда дёрнулась назад и побледнела.
    – Разумеется, наследник Блэк. Позвольте откланяться.
    – Было приятно увидеть вас, тётушка. Кричер! Проводи госпожу.

    Если я что-то понимаю в переговорах, она моя. К ВСУСу она не пойдёт, потому что его награда – грабёж и смерть. Сидеть в стороне ей не даст фамильная гордость, а со мной есть шанс вознестись на прежнюю вершину общества. Она знает, что я её семья, а в магическом мире семья – не пустой звук. Единственное, что ей остаётся – работать на величие рода Блэк.

    Публикация в газете документа-помолвки была, наверное, неправильным шагом. С одной стороны – да, этой статьёй я прижал шарики ВСУСа плоскогубцами. С другой – пока не было этой статьи, у меня был шанс вернуть ситуацию в колею каноничных «Уизли, встречающих Гарричку на Кингс-Кросс», и там их всех, разом, отправить на перерождение. К стоящим на маггловском перроне Уизлям ничего не стоило подкинуть гранату, а то и две. Ничего личного, только бизнес: род Уизли пытался извести род Поттеров, значит, род Поттеров изведёт род Уизли. В фанфиках часто упоминается, что изведение вражеского рода вместе с детьми портит карму и всячески искривляет чакры, только вот что-то местных это отнюдь не останавливает. Не говоря уже о том, что лучше быть живым с тёмной кармой, чем лежать в земле.
    Про «недопустимость уничтожения древнейших родов» вообще умолчу. Это только в фанфике от обкурившейся девочки у какого-нибудь, скажем, Малфоя, сердце болит от возможности уничтожения рода Поттеров – а так он бокал поднимет.
    Теперь, после раскрытия карт, задача усложняется – место акции заранее неизвестно. Тяжёлого вооружения, чтобы уничтожить их всех разом вместе с Норой, у меня нет, и ещё нескоро у меня будет что-то сильнее винтовки и гранаты, а сейчас нет и этого – попробуйте, купите это в теле ребёнка! Но, с другой стороны, оправдательное тявканье Дамблдора в прессе нужно было прикрыть. The spice must flow, или поток грязи не должен прерываться, пока этот коварный мужеложец не утонет в нем. И Андромеда мне в этом поможет.
    План-максимум – лишить Дамблдора всех постов, в том числе и поста директора, исключительно силой слова. Тут уже придётся организовать трёхходовочку. Мой пока ещё не существующий Отдел IV в составе Риты и Андромеды развернётся во всей красе. Можно было бы подождать начала второго года, и накрыть их всех вместе: Малфоя, Уизли, дневник. Только это слишком грязная работа – после такого на меня ополчится всё магическое стадо. Лишняя тонна воды на мельницу ВСУСа.
    Идеально было бы дать дневнику убить номер семь – ко второму году я всяко вытащу Гермиону из Хога и переведу во Францию. Но тогда мы имеем возродившегося Змеелюба. А ведь дневник – самый сильный крестраж, в нем половина Змеелюба. Уничтожить его – путь к победе. Теперь лёгкие пути для меня закрыты, так что и Малфоев, и Уизли будем вылавливать отдельными акциями. И никакого сюсюканья, как в каноне, никаких Ступефаев против Авад. Замочил бы Гаррик Малфоя или змее бы скормил на втором курсе – не было бы кучи проблем. Нет волшебника – нет проблемы.
 
Додзё
    Увы, но моя магическая сила возвращается в свою «доритуальную» норму – а я-то уж надеялся, что нашёл лёгкий способ прокачки. Но за эту пару дней я без проблем изучил Агуаменти и Диффиндо; поняв принцип в «сильном» состоянии, я смогу выполнять эти же заклинания и в ослабленном состоянии. Жаль только, что новые заклинания, хоть в чём-то и полезные, но практически небоевые. Есть у меня пара-тройка подозрений, как они работают – нужно будет проверить, исключительно из научного интереса. Эх! Пора спать. Сегодня был сложный день: я провёл серьёзный разговор и многое для себя решил.
 
Гриммо 12, гостиная
Полдень 15 августа 1991.
    Кричер!
    – Да, Господин!
    – Мы отправляемся во Францию. Прошлый раз мне испортили всё настроение, но на этот раз никто нам не помешает осмотреть дом. Следуй за мной.
    – Так точно, Господин.
 
Франция, дом рода Блэк
    Рывок портключа, и вот я уже стою на том же самом месте, где стоял неделю назад.
    – Кричер, наведи минимальный порядок в доме. Убери грязную одежду, простыни, покрывала, вытри кровь.
    – Так точно, Господин!
    Пока я дошёл до дома, он уже выглядел почти приятно. Аккуратно застеленная кровать, стол из грубых досок, такие же стулья. Особенно мне понравилось, что в каждой стене было по два окна. На противоположной от входа стене, между максимально отодвинутых окон расположен камин, который яростно надраивает Кричер. Сам бы строил дом – сам бы так и поступил; благодаря восьми окнам и одной комнате дом светлый, приятный – не скажешь, что принадлежит Блэкам.
    Итак, будем думать. Оборотень нашёл дом с упавшей защитой, но действующими магглоотталкивающими чарами. Идеальное убежище – полиция тут его никогда не найдёт. Сколько этот маньяк тут убил и изнасиловал людей – трудно представить.
    – Кричер! Поищи поблизости, тут явно должно быть кладбище.
    Кладбище нашлось позади стены с камином. Я бы и сам его нашёл, если бы обошёл дом кругом. Холмиков было около сорока.
    – Господин, слишком много жертв тут замучено, – молвил Кричер, – зародилось место силы. Можно поставить камень силы, и тогда не нужно будет подпитывать защиту каждый год. В особняке у нас есть заготовка, Господин.
    – И надолго хватит такого места силы?
    – Лет на двести, Господин, это если не жить здесь.
    Это дело нужное, это дело полезное роду. Значит, так и поступим. А на волне бодрячка после ритуала я, возможно, смогу выучить ещё три-четыре заклинания.
    – Кричер, принеси из особняка корзину с шашлыками.
    Весь мир подождёт – у меня выходной.
 
Исполнить желание
Лондон, зоопарк, в котором Гарричка неосмотрительно дал обещание.
11 дня, 16 августа 1991.
    В зоопарке в пятницу утром не так много людей. У меня начинаются очередные переговоры:
    – Привет, удав!
    – Я не удав, я питон! Как можно путать такие простые вещи? – эге, да я его довёл.
    – Ладно, питон, так питон. Собирай вещи – сегодня ты отсюда съезжаешь.
    – У змей нет вещей, говорящий.
    – Ну, э-э-э... я на всякий случай предложил. Сегодня вечером мой домовой эльф перенесёт тебя ко мне домой. Не съешь его случайно. Кричер! Питон, это Кричер. Кричер, это питон. Сегодня ночью перенесёшь его к нам в додзё.
    – Господин, вы разговариваете на парселтанге? – глаза Кричера поставили очередной рекорд размера, – Но ведь в роду Поттеров никогда не было дара парселтанга.
    – А в роду Блэк теперь есть. Не сметь сомневаться! Как же из меня получился бы Тёмный лорд, если бы я не знал парселтанга?
    – Из вас получится отличный Тёмный лорд, Господин!
    – Без сомнения, лучший в Мексике, Кричер. Питон, жди его до вечера.
    – Я хочу в Бразилию.
    – Э-э-э... Питон. Я сказал тебе, что помогу тебе. Помогу выбраться из зоопарка. А до Бразилии добирайся сам, если тебе интересно. Тебе ясно?
    – Ясно, говорящий.
    – Кричер, продолжай следовать за мной в невидимости. У меня тут дела.
    Я не спеша осматривал зверюшек и даже купил мороженку. Имею право – мне ведь одиннадцать лет. А вот и обезьяны. Вот эта отлично подойдёт. И вон та тоже. Прэлэстно! Королева в восхищении! Мы в восхищении!
    – Кричер, видишь вон тех двух обезьян?
    – Да, Господин.
    – После того, как перенесёшь питона, усыпи этих обезьян, заморозь и доставь на продуктовый склад особняка.
    – Господин, Кричер не умеет готовить обезьян.
    – Это не страшно, Кричер. Знал бы ты, что я могу приготовить из обезьян. Но ничего, со временем я покажу тебе, – я достал туз пик. – Кричер, мы уходим.
 
Гостиная, вечер
    Где в этом маразматическом государстве достать оружие? Нормальное, боевое, причём не револьвер-ветеран. Грабить тиры? Так мне и гранаты различные нужны, и мины, и ещё много-много полезных вещей. Слетать в Америку? Только вот обратно в самолёт не пронесёшь ничего. Искать на континенте? Это, пожалуй, лучше всего. Транспорт на континент у меня есть, а французские полицейские не страдают хоплофобией. А вот в нашем Соединённом Королевстве неладно что-то. Кризис. Кризис здравого смысла, как у магов, так и у людей. Пора, хоть и не хотелось, учить французский язык. С другой стороны, для парня «почему бы и нет?» путешествие по Франции – само по себе и цель, и награда. В гостиной возник Кричер с пакетом.
    – Почта, Господин! – по моему приказу он дважды в день проверяет абонентский ящик в почте на Косой аллее.
    Прошлый раз Андромеда отвечала наследнику рода Блэк (не зная, кто он такой конкретно – может, и Драко предполагала), а вот сегодня она написала маленькому, слабому мальчику Гарри Эвансу, которого всяк обидеть норовит, в том числе, возможно, она сама. Пренебрегать безопасностью нельзя. В одном из шкафов у меня был набор как раз на такой случай (как всегда, из любимого строительного магазина). Открыв окно, чтобы создать тягу, надев кевларовые перчатки, респиратор и очки, я уселся на подоконник читать письмо.
     
    Уважаемый наследник Блэк,
     
    Вынуждена отвергнуть ваше предложение – в наше внешне спокойное время я хочу сохранить то, что у меня уже есть.
    Желаю вам успехов в ваших начинаниях – уверена, вы добьётесь поставленных целей и вознесёте род Блэк на вершину магического общества Магической Англии, где ему и положено быть по праву.
     
    Искренне
    Андромеда Тонкс
     
    Это провал. Я засветил себя и особняк перед Андромедой, получив в ответ только устное согласие держать всё в тайне. Не непреложный обет, даже не обещание. С другой стороны, это я пригласил её «на встречу», так что требовать что-либо от неё было бесполезно. Да и кто будет давать непреложный обет дошкольнику?
    Да, пока я не стал лордом, я даже не могу заблокировать вход в дом для остальных родственников: Нарциссы, Андромеды, Беллы. Драко входит в список? – а кто его знает. Может, да, может, нет: половина на половину. Камин заблокирован – только вот войти они могут и через дверь. И привести с собой кого угодно. А-р-р-р! Я ведь был уверен в согласии Анди на сто процентов. Что её испугало? Она агент Дамблдора? Может, её муж? Следуя гм... корпоративной этике, я должен исполнить её, так, на всякий случай – но ведь родственница, хоть и дальняя. Да-а-а, так из меня Тёмного лорда не выйдет, да и такой промах с ходу не исправить.
    Что делать? Защита дома сильна, но засвеченный дом – это западня – ну, пока у меня нет пулемёта.
    Нужно успокоиться, а успокоиться у меня лучше всего получается в додзё.
 
Додзё
    – Конфундус! Инсендио! Агуаменти! Конфундус! Диффиндо! Конфундус!
    Конфундус остаётся моим основным заклинанием. Диффиндо едва царапает манекены, а Инсендио даже не оставляет на них подпалин. Ну, ничего – я же дошкольник. Какие мои годы. А вот и Кричер с питоном.
    – Привет, змей!
    – Здравствуй, говорящий.
    – Не передумал ещё про Бразилию?
    – Я должен попасть туда.
    – Мечта – дело стоящее. Кричер, проводи его к выходу.
    – Так точно, Господин!
    – Следуй за эльфом, он выведет тебя на свободу.
    – Спасибо, говорящий!
    Вот как мало змее для счастья нужно. И никакие кризисы в государстве его не беспокоят. В фанфиках Гарричка часто заводит себе змей, но у меня змеи не вызывают приязни. Сбагрили питона – и ладно, пусть ползёт себе в Бразилию через весь Атлантический океан.
    Додзё успокоило меня, я смог думать о вопросе безопасности отстранённо.
    Первым делом нужно обеспечить возможность эвакуации.
    – Кричер! В особняке есть мётлы? Принеси самую хорошую!
    – Так точно, Господин! – «чпок» – держите, Господин!
    Первый урок полётов очень подробно расписан в каноне, так что каких-то невероятных проблем не возникло. Только вот и невероятных Поттеровских умений у меня не было – наверное, всё дело в том, что я – бастард, и родовое умение мне ещё не передалось. Отличие от канона? Может, и Дамблдор тогда добрый дедушка-бессребреник, истинно заботящийся о Магической Англии? Именно для этого он уничтожает образование, по-другому позаботиться не может, бедняжка.
    – Агуаменти! Конфундус! Конфундус! Диффиндо! Конфундус!
 
Пилтдаунский человек. Купе поезда Лондон (Кингс-Кросс) – Грэнтхем
Около 3 ночи, 17 августа 1991.
    Оставаться в засвеченном особняке было морально тяжело, и я решил проехать по просторам Соединённого Королевства на поезде, like a Sir – я ведь парень «почему бы и нет?». С этой целью я выкупил всё купе – действовать пришлось исключительно за счёт моего воистину волшебного умения вести переговоры, потому как послать Конфундус в кассира за стеклом не было никакой возможности. Не слишком ли шикарно я живу – снимаю сразу всё купе, устраиваю дикие шопинги? Деньги покойных Дурслей, кстати, уже почти закончились. Ха! Да я ведь практически их наследник, осталось только тётушке Мардж споткнуться о бульдога – и всё, привет. И взрыв бытового газа! Да-а-а, взрыв бытового газа всегда хорош, может украсить любое событие. Три часа ночи, малым детям пора спать!
 
Раннее утро
    Прямо на вокзале я взял такси и отправился... в Литтл-Хенглтон, на кладбище. Ну не ради прихоти же я в Грэнтхем поехал – в этой реальности именно возле него находится Литтл-Хенглтон. Сел в первый попавшийся кеб, и эта поспешность меня снова подвела: таксист оказался разговорчивый.
    – Зачем тебе на кладбище, парень?
    – Мне нужно попасть на могилу моего дальнего родственника, сэр.
    – А почему ты делаешь это один?
    – Потому что мои родители не могут провожать меня сегодня, сэр.
    – Почему?
    – При всём уважении, сэр, это внутреннее дело моей семьи.
    – Маленькие дети не должны путешествовать в одиночку, парень!
    Да он достал! Проявляй активную гражданскую позицию, когда это уместно. Я промолчал – чего разговаривать с идиотом.
    – А зачем тебе катана?
    Перед тем, как сесть в такси, мне пришлось снять магглоотталкивающий амулет. Но прятать Сёто мне не пришло в голову – я с ним не расстанусь. Не может заткнуться самостоятельно – будем его затыкать.
    – Готовлюсь к школьному спектаклю, вхожу в роль. Сэр, вам никто не говорил, что для мужчины вашего возраста интересоваться маленькими мальчиками – моветон. Скажите прямо – вы педофил?
    Таксист некоторое время переваривал плюху.
    – Я просто беспокоюсь за тебя.
    – Я уже встречал одного мужчину, который просто беспокоился за меня и очень интересовался маленькими мальчиками – однажды я убью его. Вы можете меня просто довезти и не лезть в мои дела?
    – Парень-парень, нужно отвезти тебя к констеблю.
    Я молча вытащил палочку и направил её на голову таксиста. Таксист явно понял, что значит палочка, резко ударил по тормозам, и меня размазало о переднее сидение. Он пришёл в себя куда быстрее и выхватил палочку из моей руки.
    – Как же вы меня достали, долбаные волшебники! Даже если сквиб уходит в мир людей, и здесь вы меня находите, чтобы поиздеваться. И вы даже не задумываетесь, что можете нарушать мои права, ублюдки. Получи, ••здюк, – с этими словами он переломил мою палочку из ясеня и бедренной кости девственницы, умершей мучительной смертью, – что ты теперь будешь делать, мелкий унтерменш, когда ты бесполезен, как и любой волшебник без палочки?
    Когда хрустнула палочка, я почувствовал, что бедняжка (девственница-жертва) умерла так, как только Дамблдору пожелаешь, а ведь она была ни в чём не виновата. И теперь последнее, что от неё осталось на белом свете, уничтожено. Ненавижу. Сначала ублюдок лезет не в своё дело, а потом портит последнюю память о каком-то человеке.
    Червь, ты сам выбрал свою судьбу! Никто не заставлял тебя приставать к мальчику, да и ещё лишать меня возможности решить дело миром. Рюкзак был у меня на коленях, левой рукой я «придерживал» его за карман, в котором лежал револьвер. Потянув руку с револьвером на себя, чтобы высвободить его из кармана, я выстрелил три раза и надел магглоотталкивающий амулет.

    Когда с машиной было покончено, я пошёл пешком по дороге.
 
Три часа спустя
    Могилы Тома Реддла и Томаса Реддла я искал на самом богатом участке кладбища. И нашёл.
    – Кричер!
    – Да, Господин!
    – Выкопай останки из вот этих могил, и помести на их место обезьян из зоопарка. Ублюдок будет неприятно удивлён – до чего отсталым животным был его папаша-маггл. По возможности сделай так, чтобы могилы не выглядели потревоженными. Останки из могил положи на кладбище жертв, у французского охотничьего домика. Как закончишь, доложись мне. Выполняй.
    – Так точно, Господин!
    – Правом силы я завладел этими обезьянами. Перед лицом свидетеля Кричера я дарю этих обезьян Тому Реддлу, теперь их плоть и кровь принадлежат Тому Реддлу!  – это на случай, если кто-то догадается сказать: «Акцио кость Тома Реддла».
    Кричер, не теряя времени, сдвигал надгробия. Я взялся за туза пик.
 
Гриммо 12, библиотека
    Можно было бы достать кольцо Певереллов, только я ничего не понимаю во взломе защиты. Либо убился бы сам, либо потерял бы Кричера. Так что кольцо Певереллов для меня достанет Дамблдор. Как сказал Рагнок, всяк способен принести пользу обществу, будучи применён правильным образом.
    Так как мне всё равно нужно сегодня быть во Франции, почему бы не захватить алтарь и не установить его. Описания ритуала привязки алтаря к источнику силы не было. Сказано лишь, что нужно воззвать к магии «в свободной форме», и всё. Не густо.
    – Кричер выполнил приказ Господина!
    – Кричер, покажи мне, где находится заготовка алтаря? Мы отправляемся во Францию.
 
Франция, недалеко от Лормса
    Вокруг останков Реддлов я возвёл стену в четыре кирпича высотой (знал, что кирпичи пригодятся, а в рюкзаке они всё равно ничего не весят), после чего посыпал останки термитной смесью. На всякий случай надел защитные очки (хотя от огня поликарбонат не защищает, но так спокойнее), кевларовые перчатки, и, держа плоскогубцами, зажёг термитную спичку. Прощайте, мистер Том Реддл! Прощайте, мистер Томас Реддл! Прикрыв глаза ладонью, я стоял и ждал, в то время как сгорала надежда на один из вариантов возрождения Тома Реддла младшего. Через час я сломал лопатой «стены» из кирпичей и развеял прах по кладбищу. Какой долгий день!
    – Кричер, я иду отдыхать. Разбуди меня за час до полуночи.

    Кричер разбудил меня за час до полуночи. Посредине дома я сложил постамент в один кирпич толщиной, на который установил заготовку алтаря. На боках не было никаких узоров, на ободке чаши не было каналов-кровостоков. Заготовка была куда меньше, чем в ритуальном зале особняка, однако больше, чем малый камень в додзё. Это и хорошо, что камень такой маленький. За четыре недели постоянных физических нагрузок и качественной еды я стал гораздо здоровее и откормленнее, и, пожалуй, смогу наполнить чашу до краёв – а с алтарём в ритуальном зале особняка у меня так не выйдет ещё лет десять.
    Когда мои дешёвые часы показали полночь, я надрезал ладонь о Сёто и начал наполнять чашу. Кровь текла на удивление резво, как будто я порезал не ладонь, а запястье. Когда до края чаши оставалось немного, а в висках стучал пульс, я заговорил:
    – Магия! Тебя уничтожают не знающие обычаев магглокровки. Тебя изводят дегенеративные чистокровки, полагающие, что их тысячелетняя традиция инцеста и есть то, что тебе нужно. Маги Британии забыли богатство предков, но они и неспособны придумать новое. Они не способны даже взять готовое знание у обычных людей, которые давно их опередили.
    – Оживи этот Алтарь! Дай мне шанс победить, а сила у меня уже с собой! Огнём, сталью и словом я сокрушу наших врагов! И на долгие столетия ни одна мразь не подумает запрещать старые знания или отпираться от новых!
    Кровь дошла до края, у меня зашумело в голове. Слабый от потери крови, я опустился на колени, потом на бок и провалился в темноту.
 
18 августа 1991
    Проснулся я в кровати от того, что было светло (явно за полдень), да и Кричер постоянно что-то говорил. Должно быть, увидев, что я ворочаюсь, он замолчал, пока я не открыл глаза и сфокусированным взглядом не посмотрел на него.
    – Господин потерял много крови! Господин должен лежать в постели! Кричер приготовил покушать, Господин! – тараторил Кричер.
    – Что с алтарём? – надежды мало.
    – Ничего, Господин! Кричер должен был понять, что Господин неправильно выполняет ритуал установки алтаря! Плохой Кричер!
    – Ты знаешь, как правильно установить алтарь? – снова я мог всё сделать правильно, но зато, как дурак, учусь на своих ошибках.
    – Кричер присутствовал при установке алтаря в доме в Хогсмиде, Господин.
    – Можешь описать мне ритуал?
    – Господин может посмотреть описание в дневнике благородного предка Арктуруса Блэка, в библиотеке.
    – Нужно будет повторить ритуал, когда я полностью восстановлю кровь. Жаль, что я столько её потерял.
    – Не беспокойтесь, Господин. Я использовал её для укрепления защиты дома.
    – Молодец, Кричер! Хвалю за сообразительность, – Кричер расправил плечи.
    Весь этот и следующий день я провёл, отъедаясь, сидя на крылечке или отсыпаясь.
 
Гриммо 12, додзё
Утро 20 августа 1991.
    У меня в руках набор из сорока шести палочек, отработанных у барыг из магазина Чёрного и Барта. Нужно найти замену моей верной палочке, сломанной сквибом-таксистом. Конфундус сносно выходит на пяти из них, что уже отрадно. Используя остальные чары из невероятно богатого материала как индикатор «сродства» с палочкой, я отложил две из них, внешне похожие на дубовые. От обоих свет был одинаково ярок, а след от Диффиндо одинаково глубок. Ещё одни палочки-сёстры? Ну, мне же лучше. Оставшиеся палочки я разложил поровну в две большие бутылки, с намерением сделать захоронки. Запасную «сестру» оставлю во Франции. Куда поместить оставшиеся? Раз уже в руках палочка, то я решил поменять тренировки местами – сегодня утром будет магия, а вечером – меч. К сожалению, мои боевые навыки оставляют желать лучшего – пока нет смысла в тренировках, сочетающих сталь, огонь и слово.

    Сегодня я буду переписываться с Гермионой. Чем она так важна для меня? Среди всего этого болота с инбридинговыми змеями только она и, пожалуй, Лу́на, не предавали каноничного Гарричку. Только Дамблдор сумел и Гермионе жизнь сломать, выдав её за воплощение быдлячества, предательства и ублюдочности. Небось, галлонами вливал амортенцию, а потом обливиэйтил. Я устраню эту опасность физически! Скольким людям сломал жизнь этот ублюдок? Сколько людей не смогли защититься, потому что в Хоге их учили, как засмеять боггарта и сломать пальцы водяным, вместо Бомбарды и Авады? Да этот ублюдок половину века убивал образование в целой стране! Какая мразь, в конце концов, наложила запрет на колдовство несовершеннолетних? Ты заплатишь, тварь. Тебя долго будут валять в дерьме – так, что оно станет твоей кожей. А потом толпа будет пинать тебя ногами и плевать на тебя – и ведь за дело. А после этого я лично задушу тебя твоими же кишками.
    – Авада Кедавра! – О да! Из палочки вырвался слабенький зелёный лучик и попал в «грудину» манекена. Это что получается – всё так просто? От осознания этого факта я от души рассмеялся. Сложное заклятие темной магии, да-да, конечно.
    – Авада Кедавра! – ничего. А ведь ненависть к ВСУСу уже спала: её заглушила радость от того, что «страшнейшее» заклинание этого мира, местный «Калашникофф», у меня получилось. Хорошо это или плохо? В небольшом количестве фанфиков Авада Кедавра была «показателем силы» волшебника – мол, применять его могли только сильные мэйджик-юзеры. Ага, ага! Чем же тогда были вооружены все «бесчисленные полчища Волдеморта» – аж все триста человек? Ей же самой, Авадой. Опытным путём установлено, что сверхнормального количества силы вовсе не нужно – достаточно ненависти и желания убить.
    С другой стороны, для применения нужно особое, подготовленное состояние сознания. Если меня застанут врасплох, то Авада не выйдет – придётся пользоваться другими заклинаниями, попутно проводя «накачку», чтобы её использовать. Да и моей слабенькой Авадой можно только волнистого попугайчика упокоить. Мне предстоят тренировки. Возможно, получится заменить ненависть состоянием холодной, но разрушительной ярости.
    В это время карман со связным листом Гермионы потеплел, и я отправился в любимую комнату – гостиную. Пока на пергаменте проступали буквы первого предложения, в моей голове успел побывать целый рой мыслей.
    Какие у меня к ней чувства? Пока что, очевидно, почти никаких. Маленькая девочка, которая ещё не совершила ничего из того, за что она мне понравилась. И, благодаря моей помощи, никогда, наверное, не совершит. Я ведь не ВСУС, чтобы ставить детей в смертельные опасности и смотреть, что выйдет. Говорить ей буду только правду – иначе не получается. Обращаться буду, как со взрослой – уже первый курс показал, что она более взрослая, чем старая тупая с-с-сука Мак-Гонагалл. Только нужно медленно, методично избавить её от незаслуженного доверия к учителям. В Хоге что ни учитель – так псих, фанатик, садист, обманщик и террорист. Каждому нужно зелёнкой лоб помазать.
    – Здравствуйте, сэр, меня зовут Гермиона Грейнджер. Папа сказал, что вы его коллега, и можете много рассказать о волшебном мире. Ещё они передали мне от вас две книги по окклюменции, сэр. Спасибо!
    – Здравствуй, Гермиона. Можешь называть меня мистер Эванс. Ты уже начала читать книги по окклюменции?
    – Конечно, мистер Эванс. Я прочитала их в тот же день! Есть ли у вас ещё книги, которых нет у Флориша и Блоттса?
    – Конечно, Гермиона. У меня таких книг хватит на целый книжный магазин. Только хочу тебя предупредить – мало прочитать книги по окклюменции. Нужно ежедневно выполнять упражнения их них: видишь ли, среди магов встречаются легилименты. Они беззастенчиво читают чужие мысли, не придерживаясь норм морали. Ты ведь не хочешь, чтобы кто-то узнал все твои мысли, просто находясь рядом? – поверит ли?
    – Нет, сэр.
    – Кроме того, от занятий окклюменцией у тебя улучшится память и мышление. Ты будешь лучше учиться, быстрее читать книги. Это ведь стоит того? – после такой наживки, я надеюсь, она серьёзно возьмётся за окклюменцию.
    – Да, мистер Эванс. А что вы говорили насчёт целого книжного магазина?
    – Я передам тебе книги о традициях магического общества. Помни, что современное магическое общество полно сословных предрассудков и мыслями ещё находится в пятнадцатом-шестнадцатом веках. Обычные люди для них – «бесполезные, тупые, глупые магглы», хотя люди давно превзошли магов по развитию. Они не любят магглорождённых, называя их «грязнокровками». При этом они обосновывают свою ненависть вовсе не банальной завистью, которая имеет место, а различными расовыми теориями, как Гитлер.
    – Сэр, но это возмутительно! Нужно что-то делать! В мире двадцатый век, права человека, равенство!
    – Гермиона, быстро поменять это у тебя не получится. Поэтому тебе придётся взаимодействовать со снобами, которые будут смотреть на тебя свысока и постоянно оскорблять тебя только потому, что их семья последнюю тысячу лет практикует инцест – и ведь эти дегенераты гордятся этим прискорбным фактом. Ведь Мак-Гонагалл не говорила тебе этого? Она, наверное, показала тебе фокусы, рассказала, какое хорошее образование в Хогвартсе (чушь полная) и ничего не говорила из того, что сказал я. Она тебе не врала, она сама верит в тот бред, что говорит, – только вот сказала она только приятную половину правды. О неприятной она просто промолчала.
    – Но, мистер Эванс, ведь Хогвартс – лучшая магическая школа.
    – В Британии, Гермиона – и то, только потому, что других школ нет. Ты сама быстро увидишь, на каком низком уровне преподаются история магии, прорицания, полёты, маггловедение, зелья и защита от тёмных искусств. А тёмные искусства вообще не преподаются.
    – Но тёмные искусства – зло! Их нельзя преподавать.
    – Гермиона, когда правительство запрещает законопослушным подданным иметь оружие, они остаются беззащитными перед вооружёнными грабителями – грабителя-то запрет не останавливает.
    – Но что же делать?
    – Нужно стать сильной, Гермиона. Боги слышат тех, кто кричит от ярости, а не от отчаяния. Некоторые вещи нужно изучать самостоятельно. Ты уже начинаешь: окклюменция, традиции. Справишься и дальше. Я буду помогать тебе. Летом, возможно, получится устроить тебе краткий курс магической самозащиты. Ты ведь уже прочитала учебник ЗОТИ – бейсбольная бита в руках сделает куда больше, чем все перечисленные там заклинания. Весь этот бред в учебниках министерство пишет, чтобы если магам вдруг да пришла бы в голову мысль скинуть их за некомпетентность, то делать им это было бы абсолютно нечем: в министерстве ведь не русалки сидят, которым можно сломать пальцы. Но ты должна серьёзно относиться к учёбе – даже на этих бессмысленных заклинаниях ты набьёшь руку, наработаешь опыт.
    – Я всегда серьёзно отношусь к учёбе, мистер Эванс. А нельзя ли устроить краткий курс магической самозащиты пораньше?
    – Может, так и случится, Гермиона. Заранее не могу сказать. Возможно, я буду занят.
    – Ещё раз спасибо за книги и за советы, сэр. До свидания.
    – До свидания, Гермиона.
    Гермиона, вежливая, любящая книги девочка. Лучше будет, если наша встреча произойдёт не скоро.
    Я намеренно не предупредил Гермиону, как не нужно держаться на уроках. То, что демонстрация своего превосходства и желания выслужиться перед учителями оттолкнёт от неё учеников, Гермиона должна усвоить на собственном опыте. Уверен, предупреди я её заранее, она бы меня поняла неправильно.

    Затем я взялся за газеты. После публикации статьи Скитер вместе с копией документа-помолвки прошла уже неделя, а между тем нет никакой реакции. Я рассчитывал, что Дамблдор лишится своего поста в Визенгамоте, или хотя бы Уизли старшего турнут с работы. Но ничего. В отношении Уизли у меня возник прекрасный план, куда лучше гранаты под ноги на вокзале. Кроме того, можно будет совместить приятное с полезным. Для парней «почему бы и нет?» каждое движение судьбы – к лучшему, потому что оно – вызов!
    Кроме плана работ над Уизли, Уизлихой и их Уизлятами, у меня возникло ещё несколько планов: план по финансовому обогащению, план по получению экипировки. Два дня в постели после неправильного ритуала пошли мне на пользу и в этом смысле. Сегодня, пожалуй, я проведу обе тренировки как магические – Конфундус мне очень понадобится в Брикстоне.
 
Эксперимент
Лондон, Брикстон, 21 августа 1991.
    Я направил стопы наследника Древнейшего и Благороднейшего рода Блэк на поиски подворотен и бездомных. Есть у меня теория, которую можно и нужно проверить на практике: во-первых, Конфундус воздействует на разум; во-вторых, у меня плохо получаются все заклинания, кроме воздействующего на разум Конфундуса; в-третьих, нужно проверить другие заклинания, воздействующие на разум. Если я прав, и часть силы Томми перешла ко мне (парселтанг, и вот – склонность к ментальной магии), то у меня должны получиться Обливиэйт, и, самое главное, Империус. Пока у меня нет организации, чужие руки не будут мне лишними. Да и финансирование нужно как-то обеспечивать – к сожалению, я даже до пожертвований в фонд Мальчика-Который-Выжил не могу добраться.
    Следуя в сторону усиливающихся «запахов», я отыскал нищего, обшаривающего помойку.
    – Империо! Сними шапку! Надень шапку! Обливиэйт! Ты сегодня был в Африке, видел слонов и жирафов. Империо! Скажи: где ты сегодня был?
    – Я сегодня был в Африке, с жирафами.
    – Обливиэйт!
    Хватит с него. Надеюсь, я не сильно ему повредил. Найду другого.

    После четвёртого «объекта» я убедился, что моя теория верна. Кроме этой, у меня есть ещё одна теория. Ведь, если подумать, Конфундус, Империус и Обливиэйт в некоторых случаях взаимозаменяемы – нужна только некоторая толика фантазии. Только обалдение от Конфундуса и Обливиэйта быстро проходит.
 
Эксперимент №2
    Этого барыгу я приметил ещё после второго объекта. Передо мной, с одной стороны, чисто академическая, а с другой, глубоко социальная задача – заставить его сдаться легавым. Можно применить Империус, но интересно усложнить задачу. С магглоотталкивающим амулетом не составило труда подобраться к нему незаметным.
    – Конфундус, ублюдок! – добавление слова «ублюдок» явно даёт более сильный результат, почти как добавление слова «Максима». – Ты знаешь, почему легавые такие злые? Это потому, что им никто не продаёт вещества, – заговорил я ему в спину доверительным голосом, – Представляешь – приходишь ты в участок к легавым и продаёшь им вещества – они ведь купят у тебя всё по двойной цене и будут счастливы. Поспеши, а не то у них смена кончится и они разойдутся по домам!
    Барыга резво сорвался с места и пошёл вдоль улицы. Но тут в мой научный (а заодно и социальный) опыт вмешались... силы природы. Два бугайчика возникли из ниоткуда и остановили моего подопечного.
    – Джонни, ты почему оставил точку? Ты там должен стоять весь день. Шеф будет недоволен.
    – Мир, ребята! Я решил толкнуть на Грешем-роуд.
    Бугайчики переглянулись, почесали бритые тыковки и выдали:
    – Так там же легавые. Ты – псих, Джонни. Иди обратно.
    – Вы не понимаете, парни, в том-то и весь смысл. Легавым никто не толкает вещества – поэтому они такие злые. Нужно просто продавать им вещества – и насту...
    Левый браток закатил глаза и схватился ладонью за лоб, а правый пробил правой в подбородок Джонни и подхватил падающее тело дилера.
    – Хью, звони шефу, скажи: у Джонни поехала крыша, небось, сожрал половину порошка. Я везу его на базу.
    – Принято, – Хью зашагал в сторону красной телефонной будки, а правый потащил Джонни к машине.
    Эх-х-х-х... Конечно, эксперимент не полон, но можно констатировать его успешность. Конфундусом можно сработать как Империусом. Зачем мне это нужно? Вообще-то, незачем – просто интересно. Может, у меня хобби такое.
    Эксперименты дали мне много пищи для размышления. Как завещал Симмэн Мусаси-но-Ками Фудзивара-но-Гэнсин: 17 «Ты должен понять это». Но это чуть позже. Я ведь хотел получить две прибыли из одного действия – посетить полицейский участок, только вот Хью и Правый испортили мне всю задумку. Пойду в одиночестве.
 
Грешем-роуд
    Полицейский участок я всё-таки посетил, но вот оружия в открытом доступе не увидел. Наверняка где-то оно есть, но слишком много сил тратить на это не хочется. Идея была в том, чтобы по лёгкому стащить ствол и уйти по-английски – раз не получилось по лёгкому, получится в следующий раз. Кроме того, мне нужны гранаты, а вот их у полицейских точно нет, во всяком случае, боевых. Придётся действовать через уголовников.
 
Гриммо 12, гостиная.
    Пришла пора вбить очередной ржавый гвоздь в кресло Дамблдора. Миляга расслабился, должно быть – так вот, настало время напомнить ему про его место.
    – Кричер! Принеси мне письменные принадлежности!
     
    Уважаемая госпожа Скитер,
     
    Благодарю вас за тот вклад, что вы вносите в общество своими статьями. Без вашей храбрости и честности оно давно превратилось бы в обитель лжи и обмана, увязнув в трясинах дезинформации.
    Хочу сообщить вам любопытный факт, о котором Величайший Светлый Волшебник Современности стыдливо умалчивает: Дамблдор перед нападением Волдеморта на мою семью забрал у моего отца нашу семейную реликвию – мантию-невидимку. Как минимум моя мать могла бы спастись от Волдеморта, но Дамблдор настолько хотел уничтожить семьи Поттер и Блэк, а также все остальные древнейшие семьи Британии, что отобрал у неё шанс на спасение. Думаю, этот мерзейший ублюдок до сих пор удерживает её. Хочу, чтобы вы прямо написали: Гарри Поттер обвиняет Альбуса Дамблдора в смерти своей матери! Если бы этот ублюдок не отобрал у неё последний шанс, она была бы жива!
    Спасибо за то, что вы есть, мисс Скитер, спасибо за ваши дела!
     
    Ваш преданный поклонник
    Гарри Поттер
     
    – Кричер! Отнеси письмо на почту и отправь общественной совой. Немедленно.
    – Так точно, Господин.

    Между тем деньги Дурслей у меня почти закончились. На счету наследника рода Блэк осталось только около четырёхсот галлеонов. Этого хватит на еду на некоторое время, но на обеспечение операций нужны куда большие деньги. Нужно заработать. После сегодняшних экспериментов можно составить несколько комбинаций, простых двухходовок – этого будет достаточно, чтобы обеспечить себя оружием и деньгами.
 
Лондон, Брикстон
22 августа 1991.
    Так. Вот тут Хью и Правый остановили Джонни. Откуда они взялись? Баров в округе нет, на улице никто не торчит. Недолгий поиск выявил двух индивидов в автомобиле, только не Хью и Правого. Должно быть, сменщики. Стекла были опущены, что мне очень помогло.
    – Конфундус! Империо, ублюдок! Выходи, – конфундуснутый пациент остался в машине, а империуснутый открыл дверцу и покинул автомобиль.
    – Иди вперёд, как будто гуляешь. У тебя есть оружие? Отвечай!
    – Есть, K5.
    – Можешь достать SMG? 18 Какой?
    – Могу достать Sten, Sterling или Узи.
    – А гранаты сможешь принести?
    – Да.
    – Сколько времени у тебя займёт достать два K5, два Узи, десять гранат и по три снаряжённых магазина к каждому стволу?
    – Два дня.
    – В три часа ночи 25 августа ожидай здесь в машине, со стволами и гранатами. Ты должен достать два K5, два Узи, десять гранат с запалами и по три снаряжённых магазина к каждому стволу. Со своими коллегами постарайся вести себя как обычно. Выполняй!
    Браток зашагал в сторону своего автомобиля и подсел к коллеге.
 
Богиня Континуума. Чуть больше полутора миль от пересечения дорог A35 и A3066
23 августа 1991, без четверти 5 пополудни.
    Адрес узнать не составило большого труда – он был указан в «Придире», для отзывов читателей. И вот я стою у двухэтажного кирпичного дома с дубовой дверью и потемневшим бронзовым кольцом дверного молотка. Тук-тук. Дверь открыл Ксенофилиус Лавгуд: много ли ещё в доме Лавгудов может быть мужчин с белыми волосами до плеч?
    – Чем могу помочь, молодой человек?
    – Я хочу писать статьи для вашего журнала, господин Лавгуд. Если вы не возражаете, я хотел бы обсудить с Вами этот вопрос.
    – Необычно... очень необычно, молодой человек. Пройдёмте в дом.
    Вопреки традициям и этикету, я не представился, а чудаковатый Ксено этого, должно быть, не заметил.
    – Нам стоит выпить чаю, молодой человек, – именно поэтому я так поздно и пришёл, идеальное ведь время, – Полумна, спускайся на чай.
    Вечерний чай подействовал на Ксено в традиционном смысле. Пока домовичка накрывала стол, а я усаживался на указанный стул, Лавгуд сообразил, что не знает, кто я такой. К счастью, в это время в столовую спустилась богиня Фандома, Лу́на Лавгуд, и Ксенофилиус нашёл простой выход из ситуации.
    – Это моя дочь, Полумна Лавгуд. Доченька, этот молодой человек желает писать статьи для нашего журнала. Его зовут...
    – Гарри Джеймс Поттер, к вашим услугам.
    Ксено приподнял бровь, а Луну ничего не смутило.
    – Вокруг тебя много мозгошмыгов, Гарри. А зачем тебе меч?
    Я ведь парень «почему бы и нет?» – так вот, почему бы и нет?
    – Это на случай, если на меня нападут нарглы, леди.
    – Ах, зови меня Луной! Но нарглы не нападают на людей.
    – Луна, – произнёс я, пробуя на вкус это имя; и всё-таки она няшка, – но ведь нельзя быть в этом уверенным до конца. Кроме того, нарглы могут маскироваться под некоторых людей, и тогда они втрое опаснее. Вы, должно быть, знаете многое об их поведении – если вам не сложно, расскажите мне. Когда-нибудь это может спасти мне жизнь.
    – Конечно, Гарри. Если это так важно, я всё расскажу про них.
    Меж тем удивлённый Ксено совсем выпал из беседы, но попытался выправить положение.
    – Мистер Поттер, а какого характера статьи вы хотели бы писать?
    – Мистер Лавгуд, у меня есть идея цикла аналитических статей, которые указали бы обществу на слабые места образования, медицины, охраны правопорядка в Магической Англии, подкреплённых статистическими данными и сравнениями с опытом других стран. Я хочу не только указать на слабость, но и предоставить варианты выхода из неприятного положения, основываясь на опыте других стран, где данные проблемы уже успешно решены. Я считаю, что такой серьёзный материал не может быть опубликован в «Пророке» и «Министерском вестнике». Я вижу это как приложение к вашему журналу, скажем, «Листок Поттера». Дополнительные расходы на печать я оплачу.
    – Мне нужно подумать над этим, молодой человек. Очень заманчивое предложение.
    – Тогда зачем думать, Мистер Лавгуд? Соглашайтесь. Мне нужна трибуна, где я могу показать свой взгляд на вещи народу. Надеюсь, что моя слава Мальчика-Который-Выжил послужит на благо обществу, и вашему журналу.
    – Я согласен, при условии, что у меня будет право вето на ваши статьи, мистер Поттер.
    – По рукам, мистер Лавгуд.
    Я допил чай, улыбнулся Луне и умоляющими глазами посмотрел на неё – и Луна пришла мне на помощь.
    – Папа, я поговорю с Гарри о нарглах в саду.
    – Конечно, солнышко.
    Выходя в сад, я взял Луну за руку, да так и не отпустил. Следующие два часа я провёл в её компании, глядя ей в глаза и слушая о поведении мозгошмыгов, нарглов, кизляков и прочих «животных», мысленно сортируя Дамблдора и его секту под поведение существ, о которых мне поведала Луна. Это были лучшие два часа в моей долбаной второй жизни. Когда в саду замаячил Ксено, я понял намёк.
    – Спасибо тебе, Луна. Я уверен, это поможет мне, – Дамблдор определённо кизляк. То-то он у всех мозги сосёт, только ещё и педераст.
    – Заходи ещё, Гарри.
    Ею рука всё ещё была в моей. Я легко сжал её, придвинулся и поцеловал Луну в щёку, шепнув на ухо:
    – Обязательно. Проводи меня, пожалуйста.
    Я не заметил, как оказался на улице. Всё-таки быть рядом с Луной – это как греться на солнышке ранней весной. Своей чистотой она освещает жизнь вокруг себя – вот это и есть настоящее волшебство, а не судорожное махание деревяшкой с куском трупа внутри!
    Тебя не похитят долбаные пожиратели смерти. Обещаю, что большинство известных мне на сегодняшний момент Пожиранцев будет мертво года через два-три. Если Змеелюб возродится, то вместо богатых аристократов у него будет садомазокоманда из бездомных. Уж я об этом позабочусь.

    Я медленно шёл по Оттери-Сент-Кечпоул, пытаясь успокоиться, очистить голову от мыслей и эмоций. У меня сегодня здесь есть ещё одно дело – нужно разведать подходы к Норе. У Уизли старшего есть автомобиль. Значит, у него есть автомобильная дорога до Норы. Нору сложно было не заметить – всё-таки высокое здание. Дорога действительно была. А вон за теми кустами можно отлично залечь – отсечь беглецов от деревьев. Запомнив местность, я пошёл вдоль дороги Уизли к A3066.
    Вопреки канону, Оттери-Сент-Кечпоул – чисто магическое поселение, расположенное в пространственном анклаве. Похоже, для магов (по крайней мере, в прошлом) натягивание совы (в данном случае магического анклава) на глобус было делом заурядным. Судите сами. От Бридпорта до Биминстера шесть миль по прямой, но, если отойти от Биминстера в сторону Бридпорта по A3066 на полмили и свернуть на невидимую магглам тропу – войдёшь в Оттери-Сент-Кечпоул. Пройдя по краю анклава милю с небольшим (минуя Нору и выезд из неё), можно выйти в маггловское пространство уже между Бридпортом и Ботенхемптоном, а это ещё дальше на юг, к побережью. Это ещё что – милях в четырёх на северо-запад есть выход из магического анклава на берег реки Оттер, а по маггловской карте туда двадцать пять миль! Кстати, анклав начали заселять именно оттуда, о чём говорит название посёлка.
 
Ботенхемптон, отель «Георг»
Утро 24 августа 1991
    После посещения Оттери-Сент-Кечпоул я снял (не без Конфундуса) номер в отеле в Ботенхемптоне – благо до него было меньше полутора миль, и отелей целых три на улице, в рядок. Несколько дней, возможно, мне придётся провести в этом городке (хотя, надеюсь, я тут максимум до вечера). Утром я проснулся полный сил, только вот кушать хотелось. Можно было позавтракать в отеле, но мне всё равно нужно почти весь день провести в супермаркете «Моррисонс», так что я отправился туда с намерением позавтракать. Чтобы покушать, пришлось снять магглоотталкивающий амулет и спрятать меч в рюкзаке за спиной. После этого я прошёлся по магазину, прикупил еды на вынос и раскладное «дачное» кресло. На улице надел магглоотталкивающий амулет, вернул меч на место, пересёк автостоянку и устроился поудобнее под деревьями. Ждать предстояло долго.
    Не упоминая подробностей, скажу, что ожидание завершилось успехом, цель была достигнута. Отобедав в супермаркете, я сдал комнату в отеле и покинул Ботенхемптон.
 
Гостиная
    – Кричер!
    – Да, Господин!
    – Принеси мне газеты!
    – Так точно, Господин!
    Так, что тут у нас? Руфус Скримджер выступил с инициативой увеличения набора авроров в связи с участившимися нападениями оборотней. Да-а-а, оборотни – это больная тема, и для подданных, и для самих оборотней. Только ведь пролетит он со своим предложением – система не признает своих ошибок. Дамблдор явно делает свой ход, повлияв на Скримджера. Зачем ему это? Очевидно, что предложение будет отвергнуто – значит именно это и нужно Дамблдору – для чего? Хочет отвлечь внимание общественности на испытанную страшилку? Может быть. А, может быть, мне под каждым кустом мерещится борода с колокольчиками. С другой стороны, если вы параноик, это не значит, что вас не преследуют.
    Мне нужен источник информации из окружения Дамблдора. Снейп и Грюм мне не по зубам: их просто убить проблематично, не говоря уже о захвате. Мак-Гонагалл бесполезна – её он вряд ли во что-то посвящает; кроме того, у меня на неё планы. Газеты наверняка обработали её подходящим образом, и сейчас только фирменная лапша «от Дамби» на её кошачьих ушах мешает ей стать моей. Всё-таки всё, что писали в газетах, основано на правде и поддаётся проверке. Рано или поздно она поддастся искушению проверить пару-тройку фактов. Есть только один доступный субъект для работы – Наземникус Флетчер. Благо, известна его слабость, так что план операции намечен.
    – Кричер!
    – Да, Господин!
    – Через час отправишься в Гринготтс, захватив конверт для Мастера Скалотруса, который ты найдёшь на этом столике. Задание ясно?
    – Так точно, Господин.
    – Передашь конверт Мастеру Скалотрусу лично в руки, и дождёшься ответа.
    Раз уж пошло такое дело... не хочу в очередной раз чувствовать себя дураком, потому что не спросил Кричера в нужный момент.
    – Кричер, как мне запретить попадание в дом для всех, кроме меня?
    – Кричер принесёт описание ритуала, Господин.
    Отлично, учусь на своих ошибках. Только вот становлюсь всё больше зависимым от Кричера. Главное, не стать совсем беспомощным без него. Достав письменные принадлежности, я начал письмо Скалотрусу.
     
    Уважаемый Мастер Скалотрус,
     
    Мне нужны следующие услуги. Пожалуйста, укажите дату, когда заказ может быть выполнен.
    Первое. Мне нужны два простых портключа (достаточно одноразовых), с точкой прибытия в Престоне, который находится на шоссе A353. Один из этих ключей должен дополнительно выполнять функции амулета, позволяющего магглу игнорировать маггло­от­тал­кивающие чары.
    Второе. Мне нужен амулет изменения внешности, в котором я буду выглядеть как мужчина лет за 50, побитый жизнью, начинающий седеть.
    Мне нужно наивысшее качество амулета, которое я могу себе позволить за оставшиеся в сейфе галлеоны.
    Мой эльф будет ожидать ответа с указанием даты изготовления заказа.
     
    Заранее спасибо!
    Наследник рода Блэк
     
    Сегодня мне предстоит напряжённая ночь. Нужно лечь спать пораньше, сразу после вечерней тренировки. На посещение кендо временно придётся забить – пока не закончится активная фаза операций. Ха-ха! С первого сентября дети пойдут учиться в школы, а я буду учиться кендо и иайдо. Да будет так.
    После тренировки я вызвал Кричера и получил ответ от Скалотруса: амулет будет готов 26 августа, после полудня. Терпимо.
 
Брикстон, бывшая точка Джонни
25 августа 1991, 3 часа ночи.
    Тихо на улице, только один бычара не спит в автомобиле: никак, меня ждёт? Я постучал стволом револьвера по стеклу, после чего оно опустилось.
    – Где оружие?
    – В багажнике. Две сумки и ящик.
    – Открой багажник, – я обошёл машину.
    – Кричер! Вот эти сумки и ящик по очереди перенеси в додзё. Положи их не ближе трёх ярдов друг от друга. Качество товара хорошее? Отвечай!
    – Отличное. Фредди пургу не гонит.
    – Молодец. Обливиэйт! Захлопни багажник и отправляйся домой. Ты просто хотел подышать свежим ночным воздухом.
    Я отошёл от машины, бычара захлопнул багажник, прогрел мотор и поехал вдоль по улице. Не успел он отъехать и тридцати ярдов, как на перекрёстке его долбанул в правый борт грузовик. Далее события развивались ещё резче. С противоположной от перекрёстка стороны дороги в темпе подъехал грузовой фургончик, распахнул двери, выпустив трёх типов криминальной наружности.
    Я наблюдал за развитием ситуации, обалдевая от удивления и одновременно ощущая жгучую зависть. Вот она – сила организации. Вот она, слаженная команда.
    Меж тем типы подскочили к двери водителя, один выбил битой стекло, двинул ей же в челюсть бычку и открыл дверь, двое с профессиональной сноровкой ухватили тело и в темпе закинули в фургон. Первый прикрывал отход.
    Интересно, однако, развивается ситуация. Можно поиметь с этого выход на местную шишку. Почему бы и нет?
    – Кричер!
    – Да, Господин!
    – Наблюдай за этим фургоном. Когда он остановится и из него выведут пленника, незаметно перемести меня туда. Выполняй!
    – Так точно, Господин.
    Через четверть часа Кричер перенёс меня в гараж, в котором стояло несколько автомобилей. Оперативно, однако, работают. В другой стороне гаража типы тащили бычка к двери. Я поспешил за ними. Самый резкий тип, который разбивал стекло, и водитель отделились и прошли в боковой проход, а слаженная двойка явно тащила бычка в подвал. Я пошёл за резким и водителем – наверняка к шефу на доклад идут. Чуть дальше водитель свернул в боковой коридор, и я выбрал резкого. Наш путь закончился в комнате отдыха, с диванчиками с двух сторон, столом, заваленным порножурналами, телевизором, и коротко стриженым «бизнесменом» в неплохом костюме. После приветствия резкий начал доклад.
    – Мы взяли Фредди четверть часа назад. Паршивец выехал из дому со стволами, затем стоял десять минут на Спенсер-Роуд. Открыл багажник, закрыл багажник. Хотел уехать – и тут мы его приняли. Но стволов уже не было, а из дому он выехал со стволами. Они исчезли по долбаному волшебству.
     «Бизнесмен» абсолютно спокойным голосом, будто это вообще его не волновало, отчитал резкого:
    – Ты стал стар и бесполезен, Алекс. Не можешь выполнить простую работу. Неужели ты не мог проследить за ним как следует? Иди к Фреду и выбей у него: зачем ему пришло в голову вооружаться, как будто вот-вот фашисты высадятся, куда он дел стволы? Через полчаса я спущусь в подвал, и я хочу, чтобы ты мне всё чётко ответил. Проваливай.
    Бизнесмен остался в одиночестве. Это мой шанс.
    – Империо! У тебя есть наличность, камни, золото? Отвечай.
    – В офисе есть сейф с расходной суммой.
    – Сколько там?
    – Около пятидесяти тысяч.
    – Иди туда и открой сейф.
    Бизнесмен прошёл в офисную часть гаража (или это автосервис), в «кабинете начальника» открыл сейф. Из-за магглоотталкивающего амулета он по-прежнему не смотрел на меня. Я достал из рюкзака второй вещмешок и кинул бизнесмену.
    – Собери в этот мешок всё из сейфа, – это не заняло много времени.
    – Обливиэйт! Ты сам украл деньги из сейфа и потратил на азартные игры. Если ты достаточно умён, то сможешь возместить недостачу. А сейчас иди и выбей правду из Фреда.
    Активировав портключ, я отправился на Гриммо вместе с трофеем. Насыщенная выдалась ночь, но, однако, урожайная!

    Ночь выдалась насыщенной не только у Героя Магической Англии.
    Рита Скитер проснулась от сигнала чар, наложенных на дверь. В доме не было ничего ценного, но на жизнь Риты не раз покушались благодарные читатели, так что ситуация была хоть и неприятна, но не нова. Аппариция не удалась, портключ не сработал. Это уже серьёзнее. Ловушка на первом этаже задержала нарушителей не больше, чем на четверть минуты. Положение нравилось Рите всё меньше и меньше. Открыв форточку, Рита покинула дом в своей аниформе. Столько неприятностей из-за такой мелочи! Это повод потребовать финансовую помощь. Мысль смирила Риту с неудобствами.
 
Гриммо 12, гостиная
После полудня 25 августа 1991.
    Кричер доставил мне утреннюю почту из абонентского ящика. Кроме газет, присутствовал конверт: «Гарри Поттеру, лично». Только один человек мог его отослать. Я выполнил пункты техники безопасности и на окне прочёл письмо Риты.
     
    Уважаемый Герой Магической Англии Гарри Поттер, сэр,
     
    Скромная журналистка нуждается в вашей помощи, сэр. Вчера в мой дом вломились неизвестные с явно недобрыми намерениями. Мне удалось сбежать, но кто знает, что ещё они могут замыслить? На меня явно хотят надавить с целью скрыть правду.
    Чтобы обеспечить мою безопасность, мне потребуются дополнительные траты – думаю, около двухсот галлеонов в месяц.
    Спасибо, что стоите на страже благополучия Магической Англии.
     
    Искренне ваша
    Рита Скитер
     
    Так-так – вот и первые недовольные моим Вторым отделом! А если есть недовольные, значит, он работает как надо! В принципе, рано или поздно всё равно пришлось бы ей платить. Нужно посетить Гринготтс.
    – Кричер! Перенеси меня к Гринготтсу, – нужно с этим что-то делать. Не всё же мне на Кричере ездить.
 
Гринготтс, переговорная
    – Что привело вас в Гринготтс сегодня, наследник рода Блэк? Я не сомневаюсь в вашей молодой памяти, наследник, вы точно в курсе, что заказ будет готов только завтра.
    – Я хочу пополнить депозит и сделать дополнительный заказ, мастер Скалотрус, – я положил перед Скалотрусом вещмешок номер два, – эти фунты нужно перевести в галлеоны. Тысяча галлеонов мне нужна наличными, остальные поступят на депозит. Двести пятьдесят галлеонов я хочу перечислить на личный счёт госпожи Риты Скитер. Далее, в начале каждого месяца, по моему письменному запросу, я хочу переводить эту же сумму на счёт госпожи Скитер. Свободная пресса нуждается в помощи.
    Скалотрус шутку оценил, улыбнувшись во все шестьдесят два зуба.
    – Отрадно видеть, как такой молодой наследник, как Вы, радеет о богатстве семьи, не забывая меж тем помощь обществу. Вы упоминали заказ.
    – Мне нужны многоразовые обычные портключи до Гринготтса, до Кингс-Кросс, до Оттери-Сент-Кечпоул, до Годриковой Лощины, до Кроули, до Брикстона и до больницы Святого Мунго, – чем чёрт не шутит, пусть лучше он будет, чем не будет в нужное время. – Мне нужен артефакт, устанавливающий антиаппариционный щит ранга C, сойдёт одноразовый. Оплату будьте добры перевести с депозита. Ещё мне понадобятся услуги наёмников, надёжных – две, может три палочки. С принесением непреложного обета о неразглашении.
    – О стоимости обычных портключей вы в курсе, наследник рода Блэк. Мы успеем их сделать вместе с вашим основным заказом. Надёжные наёмники обойдутся вам в четыреста галлеонов в сутки за палочку. Стажёр Острозуб ожидает вас за дверью. Он поможет с обменом денег и пополнением депозита.
    – С вами приятно иметь дело, мастер Скалотрус. Надеюсь, наше сотрудничество будет долгим и приятным. А уж в том, что оно будет выгодным для всех сторон, у меня сомнений нет.
    – Пусть золото в вашем сейфе прибывает, наследник рода Блэк, – э-э-э, а что мне по протоколу положено говорить-то? Нужна импровизация.
    – Пусть ваши враги от испуга гадят в штаны, когда слышат ваше имя, мастер Скалотрус, – встав и коротко поклонившись, я покинул переговорную.
 
Гриммо 12, гостиная
     
    Дорогая госпожа Скитер,
     
    Прискорбно слышать, что существуют несознатель­ные элементы, покусившиеся своими грязными лапами на угловой столп демократического общества – свободную прессу, и на самую прекрасную её представительницу в вашем лице.
    В этот трудный для общества час перед каждым его членом стоит задача поддержать тех, кто, не щадя себя, борется за правду, публичность, свободу слова. На ваш счёт переведены 250 галлеонов – это всё, чем я могу помочь вам в этот трудный для страны час. Я также постараюсь поддерживать вас каждый месяц, чтобы не угасло пламя правды, не погас свет свободной прессы.
    Кроме того, вскоре я хочу порадовать вас превосход­ным материалом, который, я надеюсь, позволит вам сотво­рить ещё один шедевр журналистики.
     
    Ваш преданный поклонник
    Гарри Джеймс Поттер
     
    – Кричер, доставь письмо на почту и отправь общей совой.
 
Додзё
    Сумки и небольшой картонный ящик лежали треугольником со стороной четыре ярда. В одной сумке – стволы и набитые магазины. В другой – гранаты. В ящике, переложенные листами поролона, запалы. Бычок молодец – знал, как обращаться с вещами. С каждого ствола я отстрелял по половине магазина по манекенам. Гранаты использовать в закрытом помещении не рискнул – даже в таком большом.
 
Годрикова Лощина, 3 пополудни
    Тут началась эта идиотская история Мальчика-Который-Выжил. Тут безмозглые родители Гаррички сделали всё, чтобы по-тупому сдохнуть, и в итоге они, что самое удивительное, по-тупому сдохли. Это действительно удивительно, потому что у таких клинических неудачников могло не выйти и это. Развалины в посёлке были только одни, так что найти дом не составило труда. Я долго бродил по «дому», но ничего интересного там уже не было. На калитке, что характерно, была прибита бронзовая табличка, повествующая о героизме родителей (Гриффиндор – это приговор) и о том, что дом передан государству как памятник Магической Войны. Кем передан? Какой такой бородатый ублюдок с бубенцами передаёт мой дом государству, как памятник? А Гарричку мразь засунула в чулан.
    В фанфиках Гарричка всегда что-то находит в руинах – крутой артефакт, серьёзный компромат, самоучитель шаманских танцев или просто фотографию родителей. Мне не повезло – должно быть, фанаты унесли всё, что можно было унести. Поняв бесплодность своих поисков, я через калитку выбрался на дорогу.
    – Молодой человек, почему вы нарушаете покой мемориала! Имейте почтение! – вещала мне низенькая старушка, с крыльца следующего дома.
    – Леди, вы, должно быть, введены в заблуждение, потому не стоит делать поспешных выводов. Это мой дом, и я имею право тут находиться.
    – Но, молодой человек! Этот дом передан государству, и, я уверена, его не перепродадут частному лицу! Как вам не стыдно обманывать старших.
    – Леди, вы, должно быть, ошибаетесь. Я не передавал дом моей семьи государству, а все остальные передачи незаконны! – она меня уже начала меня бесить. Защиту дома, что ли, укрепить?
    – Мерлин во плоти! Вы же Гарри Поттер! Какое счастье, какой праздник на нашей улице! А то в газетах пишут, что вас убили! Пройдёмте в дом, молодой человек! Пройдёмте, пройдёмте! У меня чудесный зелёный чай.
    М-де... Воспитание из прошлой жизни меня подводит. Вот как ей отказать?
    Пока я шёл в дом, одна неприятная ассоциация родила у меня в голове поток мыслей, который пролетел быстрее, чем его можно выразить словами. С одной стороны – Дурсли и чудаковатая старушка-наблюдатель миссис Фигг. С другой стороны – дом Поттеров и снова чудаковатая старушка-наблюдатель. Если прислушаться, ясно различим звон бубенцов с бороды одного любвеобильного победителя Тёмных лордов. Отравить она меня не отравит, а против всего остального я буду начеку.
    Опять же, представим, что я – Дамблдор. Что я буду делать? Если без пошлостей – расставлю наблюдателей там, где Гарричка обязательно появится, то есть, вот прямо тут.
    Старушка усадила меня за стол в гостиной, домовик организовал всё для чаепития, и я решил взять разговор в свои руки.
    – Леди, позвольте узнать имя гостеприимной хозяйки.
    – Ох, это всё так волнующе, молодой человек, где мои манеры! Меня зовут Батильда Бэгшот.
    – Госпожа Бэгшот, расскажите мне о Годриковой Лощине. Что за люди здесь живут?
    – О, молодой человек, в Годриковой Лощине проживает много волшебных семей. Там вот – дом Дамблдоров, но в нем давно ни один Дамблдор не показывается. С другой стороны, на самом краю посёлка издревле живут Краучи. А вон там, – дом Ройсов, не очень древний, но достойный род.
    – Госпожа Бэгшот, я слышал, что вы написали множество книг по истории, но по малолетству не знаком ни с одной. Не подскажете, что вас подтолкнуло стать писательницей? – ну, давай, покажи себя! Тебе ведь нужно отправить сигнал Дамблдору, или я психованный параноик. Ты ведь не носишь связное зеркало с собой?
    – Сейчас, мой дорогой, я прихвачу книги в библиотеке. Так мне будет проще объяснить – на примерах.
    Ага, дорогая. Мне тоже будет проще. Я снял рюкзак, вытащил из него панаму и натянул почти до глаз. С невероятной аккуратностью наступил ногами на две гранаты с выдернутой чекой. В левую руку под столом взял K5, снятый с предохранителя, а в правую, демонстративно вытянутую над столом – палочку «от Барта и Чёрного», одну из не подходящих мне. Когда зазеленел камин, формируя очки, бороду и какое-то длинное подобие ночной рубашки (ага, мантия, как же), я был уже готов.
    Я не заметил, когда он достал палочку – матёрый, однако! Он произнёс, скорее для меня: «Экспеллиармус», после чего моя палочка меня успешно покинула.
    – Мальчик мой, почему ты избегаешь меня? – и зыркнул очками так, что вся комната осветилась бликами. Я же смотрел ему в живот, а не в глаза, а что касается безопасности моей головы, пусть лопнет от усилия – Кричер вшил между слоями материи алюминиевую фольгу.
    Не дожидаясь, когда он договорит, я открыл огонь. После второго выстрела ВСУС поставил Протего, оседая на пол с мутными глазами, не способный сопротивляться, но всё же под щитом; как раз в это же время в камине зазеленела жирная голова с разными по размеру глазами – не иначе, Аластор Грюм. Мы так не договаривались, он же практически у меня в руках!
    – Немедленная эвакуация! – проговорил я, активируя аварийный портключ-кольцо и одновременно отталкивая ногами гранаты.
 
Годрикова Лощина, дом Батильды Бэгшот, четверть часа спустя
    Величайший Светлый Волшебник Современности мрачно мерил шагами комнату, или то, что от неё осталось. Сквозь выбитые окна дул летний ветерок, под стеной тлели останки дивана. У камина куском мяса валялся труп Грюма – одного из двух ферзей Дамблдора. В дверях лежала поломанной куклой Батильда – её хоть не жалко, тупая дура. Грюм имел непререкаемый авторитет в аврорате, причём сам по себе являлся грозной машиной смерти. Конечно, можно вывести в ферзи ещё какую-нибудь пешку, но на это нужно время, а молодой Поттер времени не терял. А его окклюментный щит вообще непреодолим – директор будто с разбегу разбил голову о каменную стену. Мелкий ублюдок, если вспомнить его поведение, держал себя в состоянии холодной ярости, которая чуть-чуть не перебила его ауру светлого волшебника.
    Что с ним произошло – ведь всё шло по плану? И вдруг у него будто появилась целая команда наставников – как иначе объяснить такой поворот в поведении. Газеты обливают Величайшего Светлого Волшебника Современности дерьмом, всплывают неопровержимые факты, о которых никто не знает в принципе. Наконец, простая и надёжная ловушка не сработала.
    Как будто он собрался ловить карпов сетью на озере, а в итоге поймал долбаную белую акулу двадцати футов длиной, которая разорвала сеть, потопила лодку, сожрала Грюма, и только чудом он сам уцелел. Если бы не феникс с его слезами, в доме сейчас валялись бы три трупа. И ведь хрен кто поверит, что на сильнейших волшебников страны, Дамблдора и Грюма, напал одиннадцатилетний шкет и цинично поимел обоих. А если поверят – так будет только хуже.
    Не стоит недооценивать старые добрые методы: пришла пора достать из чулана испытанное пугало. Директор вышел на задний двор. Несмотря на исцеление от Фоукса, после попытки отлегилиментить Поттера в голове били молоты, а руки дрожали, как у алкаша со стажем.
    – Инсендио! Морсмордре! Фоукс! – появившийся в огненной вспышке феникс унёс ВСУСа восвояси. Аппарировать в таком состоянии значило бы закончить начатое Поттером.
 
Гриммо 12
    Кричер в состоянии клинического обалдения пытался навести порядок в доме. В глазах у появившегося Хозяина Кричер увидел океан пламени, который, казалось, мог испепелить всё живое. Проследить путь Господина можно было по треснувшим от его взгляда стёклам и посуде. Сам же наследник прошёл в спальню на четвёртый этаж и улёгся спать. Через полчаса Кричер восстановил все разрушения, да так, что об этом инциденте никто никогда не узнал.
 
Несчастный случай
Гриммо 12, гостиная, без четверти полдень 26 августа 1991.
    Проснулся я около пяти утра с желанием убивать. Чтобы вернуть душевное равновесие, мне понадобилось около пяти часов. В 10 я отправил Кричера на почту, уточнить адрес. Затем я отправил Кричера с запиской в Гринготтс, получил ответ, и вот сейчас в полной экипировке ожидал, являя собой эталонный образец готового к атаке воина: «никаких намерений, никаких концепций».
    В полдень Кричер перенёс меня в Гринготтс, где я получил у Скалотруса портключи, антиаппариционный щит ранга C и меняющий внешность амулет, который сразу же надел. После этого Скалотрус провёл меня в переговорную, где меня дожидались два джентльмена удачи. После подписания типового контракта, оговаривающего неразглашение, соблюдение тайны и обязанности сторон, я перешёл к сути дела:
    – Господа, цель операции – захват объекта. Объект – мужчина, около тридцати лет. Под Империусом, приказывающим находится в доме, не может его покинуть. Ожидаемое противодействие – домовой эльф. Так как день рабочий, в доме больше никого, скорее всего, не будет. Именно в качестве страховки нужны ваши услуги. Вы не вмешиваетесь, пока не возникнет непосредственная угроза цели операции, либо пока я не запрошу помощи. Объект – беглый, осуждённый на смертную казнь преступник. Искать его никто не будет, и о его исчезновении никто никому не сообщит. После захвата объекта вы свободны, контракт выполнен. Вопросы? Хорошо, тогда выдвигаемся сейчас. Вот портключ. Летус!
    Говорят, домовики чувствуют, когда хотят навредить их дому или их хозяевам. Я же не хочу навредить ни дому, не хозяевам – я пришёл забрать своё. Барти Крауч младший добровольно отдал свою жизнь и свободу Тёмному лорду. Теперь, когда я победил Тёмного лорда, жизнь и свобода Барти Крауча мои. Размышляя в подобном духе и сохраняя в голове прохладное спокойствие и целостность духа, я постучал в дверь дома Краучей в Годриковой Лощине. Дверь приоткрыла Винки – а кто ещё это может быть? – и пропищала:
    – Господина Барти Крауча нет дома, пожалуйста, приходите позже.
    – Винки, ты ведь Винки, верно? Я пришёл забрать то, что принадлежит мне. Я знаю, что в доме есть Барти Крауч, – при этих словах глаза Винки чуть не закатились.
    Отстранённо размышляя о том, что устраняю препятствие на пути к моей собственности, я выполнил нукицукэ и перешагнул тело Винки.
    – Обнаружить объект!
    – Гоменум Ревелио! – произнёс левый, и последовал по коридору, – Объект обнаружен!
    В спальне на кровати лежал мужчина лет тридцати, дёргаясь и явно пытаясь сопротивляться Империусу.
    – Кричер!
    – Да, Господин!
    – Усыпи его. Его нужно доставить в подвал особняка, раздеть и заковать. Выполняй!
    – Так точно, Господин! – Кричер исчез вместе с Барти.
    Я взял в руку туз пик:
    – Контракт выполнен, господа. Летус!
 
Гриммо 12
    – Кричер!
    – Да, Господин!
    – Ты можешь продержать его во сне неделю без вреда для здоровья?
    – Да, Господин!
    – Отлично. Он послужит роду Блэк не только как жертва.
    Следующие дни были посвящены глубоким размышлениям, планированию и кое-каким закупкам.
 
Гриммо 12, додзё
Последняя ночь лета. Час ночи 1 сентября 1991.
    – Кричер!
    – Да, Господин!
    – Сегодня переломный день для Древнейшего и Благороднейшего рода Блэк. Сегодня решится, будет ли он существовать, и только от нас с тобой это зависит. Ты готов стараться изо всех сил, чтобы спасти будущее рода Блэк?
    – Да, Господин!
    – Слушай же. Наша с тобой задача – уничтожить гнездо предателей крови, злоумышляющих против рода Блэк. Они вместе с Дамблдором задумали женить меня, наследника Древнейшего и Благороднейшего рода Блэк, на предательнице крови, и заключили с Дамблдором магический контракт о помолвке, как будто Дамблдор мой опекун, – Кричера затрясло.
    – Успокойся, Кричер, я не допущу этого. Слушай задачу!
    – Да, Господин!
    – Сегодня я устрою им ад! Твоя основная задача: ты должен проследить, чтобы никто из мерзких предателей крови не сбежал, а получил то, что причитается. Как только увидишь, что кто-то из них сбегает – немедленно сообщай мне.
    – Так точно, Господин!
    – А до этого тебе придётся сделать ещё кое-что...

 
Флешбэк: Ботенхемптон, недалеко от супермаркета «Моррисонс»
Около одиннадцати дня 24 августа 1991.
    Моя позиция под деревьями, недалеко от супермаркета, была вовсе не случайной – потому что на таком же расстоянии, что и супермаркет «Моррисонс», находилась одноименная бензоколонка. Наконец, я дождался заправщика и неспешно пошёл к водителю.
    – Империо! Ты приезжаешь сюда каждый день? Отвечай!
    – Да, каждый день.
    – Сможешь организовать так, чтобы у тебя в ночь на первое сентября, в два часа ночи, был полный бензовоз, и чтобы тебе не помешали?
    – Смогу.
    – Слушай меня очень внимательно. Ты хороший подданный, ты нужен своей стране для важной миссии. Мне нужно, чтобы первого сентября в два часа ночи ты прибыл на пересечение шоссе A35 и А3066, проехал одну милю с четвертью по А3066 до пересечения с Гор-лейн и остановился, ожидая указаний. До тех пор веди себя как обычно, не вызывая подозрений и не сообщая никому о своей миссии. Выполняй!

 
Начало второй мили шоссе А3066, у остановившегося бензовоза
2 часа ночи 1 сентября 1991.
    Тихо на сельском шоссе в два часа ночи, только вот бензовоз зачем-то останавливается.
    – Выйди из кабины для инструктажа. Выполняй.
    Водитель вышел из кабины.
    – Сначала ты откроешь верхний люк цистерны и сядешь в кабину. Через пятнадцать минут поезжай вперёд по A3066. Через сто пятьдесят ярдов справа ответвляется грунтовая дорога, не обозначенная на карте. Сверни на неё и следуй до высокого трёхэтажного дома странной конструкции. Твоя задача – направить бензовоз прямо на дом и опрокинуть его. Вот, держи, – я передал водителю карту (портключ, совмещённый с пробивающим магглоотталкивающие чары амулетом), – это новейшее эвакуационное устройство с голосовым управлением. За две секунды до столкновения сожмёшь его в руке и скажешь «Летус», чтобы запустить эвакуацию. После эвакуации оставайся на месте, дожидаясь инструкций. Всё ясно?
    – Всё ясно.
    – В этом доме засели инопланетяне, они хотят захватить Англию. После того, как ты взорвёшь бензовоз о дом, выживших инопланетян зачистит отряд SAS. 19 Страна надеется на тебя, сынок, действуй по плану!
    Я в темпе побежал по дороге – мне нужно преодолеть около трети мили. Тем временем проинструктированный мною невидимый Кричер намертво закрепил на цистерне около люка коробку с одним из самых мощных фейерверков от Зонко.
    Зачем я нёс весь этот бред про инопланетян? Человек может сопротивляться Империусу: скажи этому водиле, что в доме мелкие Уизлята – не факт, что он выполнит всё, как приказано. Я занял позицию в семидесяти ярдах от дома со стороны дороги и приготовил к стрельбе Узи. Конечно, далековато, но лучше подойти поближе после того, как рванёт. Минут через дюжину показался бензовоз, сверкая фарами. Не доезжая ярдов 50 до дома, водитель рванул руль налево, отчего цистерну стало заносить вправо; я в этот момент переломил рунную дощечку поперёк, поджигая тем самым сразу весь фейерверк. На мгновенье автомобиль застыл на правых колёсах, а потом перевернулся и боком въехал в «Нору», оборачиваясь цистерной вокруг неё. Тут я активировал антиаппариционный щит и бросился на землю; через секунду раздался взрыв!
    Антиаппариционный щит – как ко мне доберётся Кричер? Хотя по канону и фанфикам домовики игнорируют щиты. Проверим.
    – Кричер!
    – Да, Господин!
    – Наблюдай с другой стороны пожара, чтобы оттуда никто не выбрался!
    – Так точно, Господин!
    Хотя, какой тут выберется! К утру тут одни угольки останутся. Подождав десять минут, я позвал Кричера и отослал его на Гриммо, а сам активировал парный к водительскому портключ. Портключ перенёс меня под дерево около дороги A353. Водитель «ожидал инструкций».
    – Молодец, сынок, мы сделали их. Пришельцы ликвидированы, – уж если играть роль, то играть до конца. – Обливиэйт! Ты не помнишь, что с тобой было за последние десять дней, и не понимаешь, как здесь очутился. Сейчас ты перейдёшь дорогу, заночуешь в пабе и утром отправишься домой.
    Водитель постоял некоторое время, очумело тряся головой, а потом напра­вил­ся через дорогу к дому с вывеской “THE SPICE SHIP Preston”.
    Я отбыл портключом во французский домик.
 
Франция, охотничий домик
    Я вдыхал ароматы леса, сидя у домика на раскладном кресле, которое купил в супермаркете «Моррисонс», и размышлял. Волдеморт, наверное, тоже колебался, идя к Поттерам и зная, что ему нужно убить годовалого малыша Гарри. И в том случае детей под Волдеморта подставил Дамблдор, своими манипуляциями. Значит ли это, что я действую по плану Дамблдора? Сильно сомневаюсь. Ему и в страшном сне не могло присниться такое развитие событий.
    Сможет ли он извлечь из этого выгоду? Безусловно. Наверняка у бородатой мрази был запасной план на случай, если Гарричка выжил бы: сделать его новым Тёмным лордом и забороть «силой любви».
    Дамблдор. Все проблемы, мои лично и Магической Британии в целом, идут от Дамблдора. Я почти достал тебя, и я завершу начатое!
    Решив это, я отправился спать, и никакие мёртвые мальчики ко мне во сне не приходили.
 
Гриммо 12, гостиная
7 вечера 2 сентября 1991
    Газеты сообщали о нападении «Пожирателей смерти» 25 августа, и об их же нападении на дом Уизли в ночь с 31 августа на 1 сентября. Ну-у-у... разумно: кто ещё мог прикончить Грюма, прославленного аврора, и Уизли, известных крыс света? Дедуля хоть и стар, а навыков не растерял – и уже обратил смерти своих пешек себе на пользу. Самое главное – не дать ему расслабиться; плести комбинации на годы – вот его основной навык. Но если не давать ему передыху, а бить по наглой бородатой морде – фиг что он сможет сделать. Вон, натуралист-Серпентолюб его почти залюбил. Только вот у меня бить нечем. Нанять много наёмников – денег не хватит, да и полагаться на них в серьёзных делах нельзя. Одиночные столкновения также следует закончить – даже Верховный Педераст Визенгамота пеленать дистрофичного ребёнка не в одиночку пошёл; кроме того, ресурс неожиданности я уже весь исчерпал. Нужно бить ублюдка постоянно, и каждый раз всё сильнее, чтобы его извращённой голове было просто некогда задумывать новые гнусности. Сквибов, что ли, нанять? Да, десяток сквибов с автоматическим оружием устроит кровавую баню всей Магической Англии; про Смертожранцев будут с умилением вспоминать, пуская слезу. Снова всё упирается в финансирование. Мне нужно хотя бы... ну, тысяч сто галлеонов на ближайшие полгода. Может, Барти подбросит мне пару-тройку захоронок?
    – Кричер!
    – Да, Господин!
    – У нас есть веритасерум?
    – Нет, Господин!
    – Ну как я могу работать в такой обстановке? Веди меня к каземату с пленником. Как придём, разбуди его!
    – Так точно, Господин!
    Барти лежал на полу камеры на спине, закованный звёздочкой. То ли у Кричера есть свой любимый стиль, то ли так написано в инструкции предков.
    – Ну, здравствуй, Барти. Как ты? Почки не застудил? Ничего, они тебе не понадобятся.
    – Тёмный лорд покарает тебя, склонись перед Тёмным лордом, червь!
    Они тут в Англии все такие ••анутые? Что ни волшебник – то псих, маньяк, убийца. Ну, вот взять, к примеру, меня. Я подошёл поближе и легонько пнул ботинком ногу Барти – как дети тыкают палочкой в труп голубя или там щенка.
    – Барти, ты же не так долго был в Азкабане, тебе не все мозги там высосали. Сам подумай, зачем мне карать меня?
    – Тёмный лорд Волдеморт... – я от души наступил ему на половой орган, чем достиг нужного эффекта – дегенерат заткнулся.
    – Какой же он Тёмный лорд? Так, мелкий неудачник. Я тут истинный Тёмный лорд, мразь, – я повторил процедуру. – Твой маггл-неудачник просто понял, что родился настоящий Тёмный лорд, и попытался меня из зависти убить – и вот, как и положено магглу-неудачнику, подох от руки годовалого Тёмного лорда. Как, он не сказал тебе? Его настоящее имя – Реддл, как у его отца-маггла и деда-маггла.
    В глазах Барти была только ненависть. Ну что ж, я тебя сломаю, щенок.
    – Клянусь магией, Том Реддл, он же самозваный Тёмный лорд, – сказал, как плюнул, – Волдеморт – сын маггла, внук маггла. Люмос! – у Барти на глазах выступили слезы. – О-о-о, ты действительно не знал? Сочувствую, бедняга, сочувствую. Это, наверное, так увлекательно для чистокровных волшебников, борющихся за чистоту крови – целовать мантию сына маггла и корчиться от его Круцио. Это тот максимум, на что ты, инцестный дегенерат, способен. Да что с тобой, сыном свиньи и собаки, говорить. Империо! Слушай приказ истинного Тёмного лорда, ублюдок! Диктуй список Пожирателей смерти, причём медленно, я записываю!
    В результате я получил такой список с краткими характеристиками:
     
    – Люциус Малфой – откупился;
    – Макнейр – откупился;
    – Яксли – вывернулся;
    – Эйвери – откупился;
    – Крэбб/Гойл/Нотт старшие – откупились:
    – Антонин Долохов (в Азкабане)
    – Лестрейнджи – 3 шт. (в Азкабане)
    – Кэрроу – 2 шт. (в Азкабане)
    – Мальсиберы – 2 шт. (в Азкабане)
    – Руквуд (в Азкабане)
    – Джагсон (в Азкабане)
    – Трэверс (в Азкабане)
    – Петтигрю – хм, а что с ним, неясно. Его взяла Боунс, но что с ним произошло дальше – нет известий.
    – Снейп.
     
    М-да. Магическая Англия воистину заслуживает быть уничтоженной, если два неполных десятка пропагандистов инбридинга устроили там, ни много ни мало, войну. Авроры, должно быть, член у себя в штанах днём с фонарём найти неспособны, если не смогли отловить горстку психов. А верховный член Визенгамота всю «войну» отсиживался в Хоге, палочку полировал – недосуг ему было «воевать», да и очко подавало предупреждающие сигналы. Я наведу в этом долбаном королевстве порядок!
    Кроме того, Барти поведал мне о местах дислокации Пожирателей то, что мне и так было знакомо (поместья Малфоев, Эйвери, Лестрейнджей). На вопрос о дополнительных нычках он начал задыхаться и выкатывать глаза – я поспешил отменить приказ. Бонусом он выдал мне два анонимных счета в Гринготтсе.
    Так. Нужно в ближайшие два года решить вопрос Малфоя, Яксли, Макнейра и Эйвери, остальные – шушера. Азкабанским сидельцам сидеть ещё минимум три года, и, я гарантирую, живыми они тюрьму не покинут.
    – Кричер! Организуй его в ритуальном зале – пора укрепить защиту.
    – Так точно, Господин!
 
Гринготтс, переговорная
    – Рад вас видеть, мастер Скалотрус!
    – Приветствую, наследник рода Блэк!
    – Мастер Скалотрус, я хотел бы перевести деньги вот с этих счетов, – я подвинул по столу к Скалотрусу бумажку с номерами счетов и паролями, – на свой счёт.
    Скалотрус взял бумагу правой рукой, в это время дверь отворилась, вошёл гоблин помоложе, взял у Скалотруса бумажку и исчез. Вот это организация!
    – Ещё меня интересует нестандартная услуга.
    – Слушаю вас, наследник рода Блэк.
    – Я хотел бы нанять несколько сквибов. Будет идеально, если у них есть боевой опыт – в маггловской армии или полиции. Время сейчас опасное – того гляди, Пожиратели нападут, как на Грюма. Мне нужно от четырёх до восьми штыков. Также я хотел бы нанять несколько волшебников, две-три палочки, но позже – месяца через два. Контракт – стандартный, с принесением всех необходимых клятв верности и неразглашения. Сколько будут стоить услуги Гринготтса по рекрутингу?
    – У вас своеобразные заказы, наследник рода Блэк, – в это время дверь отворилась, и прежний молодой гоблин передал Скалотрусу пергамент, прежде чем удалиться, – но настойчивость, с которой вы наполняете родовое хранилище, безрассудно растраченное предком, вызывает уважение, а также уверенность, что все ваши дела, несомненно, принесут пользу роду Блэк. С анонимных счетов на ваш поступило шестнадцать тысяч восемьсот четырнадцать галлеонов и шесть кнатов. Услуги Гринготтса составят 200 галлеонов за каждого нанятого сквиба, и 350 галлеонов за каждого нанятого волшебника. Какой размер компенсации мне озвучивать кандидатам?
    – Двести пятьдесят галлеонов в месяц сквибу и триста пятьдесят галлеонов волшебнику, плюс некоторые социальные гарантии, подробности которых я оговорю с кандидатами лично. Кроме того, мастер Скалотрус, я хотел бы повторить заказ на простые и аварийные портключи; вот здесь указаны подробности – я подвинул к Скалотрусу по столу второй листочек. – О ходе рекрутинга, пожалуйста, сообщайте на указанный абонентский ящик.
    Я сделал небольшую паузу, формулируя вопрос.
    – Мастер Скалотрус, есть ли быстрый магический метод выучить ино­стран­ный язык?
    – Увы, нет, наследник рода Блэк. С помощью окклюменции вы можете улуч­шить свою память, кроме того, есть некоторые зелья, временно усиливающие спо­соб­ность к обучению.
    – Мастер Скалотрус, мне понадобятся такие зелья вместе с описанием метода их применения. Я готов потратить на это до пятисот галлеонов.
    – Когда ваш эльф явится за портключами, зелья будут готовы.
    – Спасибо за ваше время! Это всё на сегодня, мастер Скалотрус.
    Скалотрус, видимо, помня мой прошлый «отклик», просто попрощался.
 
Франция, охотничий домик
Полдень 3 сентября 1991.
    Почему бы не попробовать завербовать француза, мужа Аксель? Он, как-никак, мне должен. Конечно, далеко не факт, что из него выйдет боевик, но мне не помешает и секретарь – пока что вся организация – это я, Кричер и Скитер на зарплате. Лавгуд ещё не показал себя делом, да и втягивать в разборки его сильно не хочется – всё-таки он отец Луны. Возможно, будущий родственник, хе-хе.
    – Кричер!
    – Да, Господин!
    – Помнишь кемпинг на берегу озера, где мы оставили троих французов?
    – Да, Господин!
    – Отправляйся туда и незаметно собери мне разные экземпляры газет, что найдёшь.
    – Так точно, Господин.
    В газете имена пострадавших не напишут, но вот ход расследования и прочие косвенные данные они мне дать смогут.
    Когда там вернётся Кричер? Вполне можно повторить сассэн. Как говорил Симмэн Такэдзо: 20 «Конечно, ты не можешь для ежедневных тренировок орга­низо­вать по тысяче или десятку тысяч человек. Но ты можешь стать мастером Стратегии, упражняясь в одиночестве с мечом».
 
Час спустя
    Кричер принёс полтора десятка газет. Сообщения о трагедии содержала, в разной форме, половина из них, но личности пострадавших в статьях не указывались. Но вот в одной из них был указан счёт для сбора пожертвований на реабилитацию Карин Венсан. Узнать подробности мне мешал мой школьный уровень французского. Ничего, скоро я устраню эту слабость.
 
Вечер
    Скалотрус в очередной раз продемонстрировал свою деловую хватку и оперативность. Кричер, вернувшись после вечерней проверки абонентского ящика, принёс мне письмо с приглашением прибыть на переговоры с тремя рекрутами.
    – День добрый, мастер Скалотрус. Ваша оперативность вызывает похвалу!
    – Здравствуйте, наследник рода Блэк. Я заинтересован выполнять ваши особенные заказы, так как обычно управляющий родом получает процент с прибыли от капиталов, той самой прибыли, которой, благодаря Сириусу Блэку, сейчас нет. Плата же за ваши заказы почти целиком идёт мне в карман.
    – Я не сомневаюсь, что, работая в команде, вы и я добьёмся хороших доходов уже к концу этого года, мастер Скалотрус. Что до прибыли с капитала, вы можете использовать пятую часть депозита для инвестиций. Знаю, это мало, но со временем эта часть станет больше, как в абсолютном, так и в относительном выражении. Я надеюсь увеличить депозит до ста тысяч уже к концу этого года, мастер Скалотрус. Поговорим о кандидатах. Кто они?
    – Двое сквибов – это братья Калхоуны, служили в Royal Marines 21 с 1979 по 1982, в SBS 22 с 1982 по 1986. С тех пор работали в частной охране. Один волшебник – Эндрю Крайтон, магглорождённый, выпускник Дурмстранга по специализации «боевая магия», опыта нет, но при обучении показывал хорошие результаты.
    – Будьте добры, пригласите мистера и мистера Калхоунов, – я натянул амулет изменения внешности «старичок», как наименее засвеченный.
    Через минуту я лицезрел двух темноволосых мужчин лет тридцати, среднего роста, с короткой стрижкой, с худым «английским» лицом, ничего не выражающим. Одеты они были неофициально – джинсы, куртки. В кабинете по-прежнему присутствовал Скалотрус, как посредник.
    – Господа, мастер Скалотрус кратко обрисовал мне ваш профессиональный опыт. Я хочу знать, чего вы ожидаете от работы, от работодателя, ваши долгосрочные намерения.
    – Как нам называть Вас, мистер...
    – Называйте меня «сэр». Подробности я сообщу, если мы договоримся.
    – Видите ли, сэр, всё идёт к тому, что СССР скоро развалится, и тогда из Британской армии уволят каждого третьего. Мы хотим заранее подготовиться к волне профессионального кризиса и обеспечить себе финансовое благополучие тем единственным способом, которым умеем.
    – А чего вы ожидаете от нас, сэр? – спросил «правый» брат, молчавший до этих пор.
    – Мне, в силу обстоятельств, нужна частная армия. Она была нужна мне вчера, нужна мне сейчас и будет нужна мне всегда. Как человек, объективно оценивающий реальность, я понимаю, что в идеале моя армия должна быть смешанной и сочетать в себе сильные стороны маггловской и магической военной мысли. В силу всё тех же обстоятельств у меня много врагов, так что, если вы ищете тёплое спокойное место – это не для вас. С другой стороны, я не пошлю вас на убой, не буду жертвовать вами, как пешками. Со мной вы действительно будете обеспеченными материально. Если условия сотрудничества устроят обе стороны, через год возможен пересмотр условий договора на более выгодной для вас и меня основе.
    Снова взял слово «первый» брат:
    – Сэр, будьте добры уточнить условия компенсации.
    – Первые два месяца – испытательный срок. Я приглядываюсь к Вам, вы приглядываетесь ко мне. В это время ваш оклад составит двести пятьдесят галлеонов в месяц. Если мы друг друга устраиваем, ваш оклад возрастёт до трёхсот пятидесяти галлеонов в месяц. Пятьдесят процентов прибыли, полученной в операциях, делится между исполнителями. На это время вы подписываете стандартный магический контракт наёмников о выполнении моих приказов и неразглашении. Через год, если мы друг друга будем по-прежнему устраивать, я предложу пожизненную службу на благо моей семьи – вассалитет. Если вы его примете, я буду платить вам дополнительно один процент прибыли организации, каждому.
    Братья задумались, но скорее для виду. Всё-таки триста пятьдесят галлеонов в месяц – сумма, недоступная среднему министерскому служащему, да и половина мародёрки – тоже неплохо.
    – Мы согласны с условиями, сэр, – ответил второй.
    – Мастер Скалотрус, пожалуйста, передайте нам экземпляры магического контракта. Не будете ли вы так любезны быть свидетелем?
    – Да, сэр, – гоблин предусмотрительно не выдал моё инкогнито до заключения контракта.
    После заключения контракта я оговорил со Скалотрусом перечисление зарплаты за сентябрь на счёт братьев Калхоунов, на что Скалотрус ответил: «Будет выполнено, наследник рода Блэк», раскрыв, таким образом, моё имя и вызвав понимание недоговорённостей в глазах Калхоунов. Сообщив, что через три дня они через Скалотруса получат портключи до места встречи, я отпустил их.
    Разговор с Эндрю Крайтоном прошёл в том же духе, с тем же результатом. Оставшись, наконец, наедине со Скалотрусом, я озадачил его новым поручением:
    – Мастер Скалотрус, благодарю вас за отлично выполненную работу. Будьте любезны перечислить себе сто галлеонов премиальных – за скорость, – при этих словах Скалотрус продемонстрировал обворожительную улыбку в шестьдесят два зуба, – и у меня для вас новое задание. Мне нужно купить четыре-пять домов, в удалённом, редко посещаемом месте – для размещения моих наёмников и организации тренировочного лагеря. К сожалению, бюджет ограничен: пятнадцать тысяч галлеонов – но и требований к жилищу особых нет. Подойдёт и маггловская заброшенная деревенька, с установкой на неё и прилегающую территорию магглоотталкивающих чар. Кроме того, мне в ближайшую неделю требуется консультация специалиста по магическому праву, надёжного человека, хранящего полную анонимность клиентов – в этом мне будет нужна ваша рекомендация.
    – Работать с вами интересно и выгодно, наследник рода Блэк. Я свяжусь с вами через абонентский ящик.
    – Благодарю, мастер Скалотрус. До скорой встречи.
    – До встречи.
 
Гриммо 12, гостиная
Полдень 4 сентября 1991.
     Примечание: а почему всегда полдень-то? Потому что утром Гарричка, как фанат «Книги пяти колец», постигает путь стратегии длинного меча и повышает уровень переговоров тренировками наподобие defensive pistol course или advanced tactical pistol. Гарричка ещё купил боксёрский мешок и повесил его в додзё, и иногда пинает его во время разминки, однако не питает иллюзий – при его росте и весе занятия с мешком носят исключительно спортивный характер.
    Не помешает в очередной раз макнуть бородатого очкарика лицом в дерьмо – там ему самое место. Подумав, я принялся за написание письма:
     
    Уважаемая госпожа Скитер,
     
    Надеюсь, меры безопасности, предпринятые Вами, успешны, храни вас Мерлин!
    В моём последнем письме я упоминал, что хочу порадовать вас превосходным материалом. Мне удалось узнать, почему Волдеморт напал на мою семью. Итак, итоги моего маленького расследования:
    Пожиратель смерти Северус Снейп донёс Волдеморту, что подслушал некое «пророчество», согласно которому опасность для жизни Волдеморта будут представлять дети, рождённые в конце июля. Справедливости ради следует сказать, что «пророчество» было сфабриковано Дамблдором.
    Под пророчество подпадали дети из двух семей – сын семьи Лонгботтом и сын семьи Поттер. Волдеморт отправился к Поттерам, однако, должно быть, рассказал своим коллегам-психам, что намеревается навестить Лонгботтомов. Именно поэтому после гибели Волдеморта в доме Поттеров Лестрейнджи и Барти Крауч младший направились к Лонгботтомам – видимо, не были уверены в его смерти и искали его, либо просто хотели отомстить.
    Северус Снейп переметнулся к Дамблдору, сообщив, что натравил Волдеморта на Поттеров и Лонгботтомов. Дамблдору это было на руку – ведь он прилагал усилия ради уничтожения древнейших родов Магической Британии, а тут Волдеморт с подачи Снейпа должен был сделать дело вместо него.
    В результате имеем удивительное совпадение – после гибели Волдеморта именно Дамблдор отмазал Снейпа от Азкабана за предоставленную услугу.
    Плюс, Дамблдор получил задаром замечательный компромат на Снейпа, благодаря чему тот превратился в раба Дамблдора, в его «карманного Пожирателя».
    По сути, Дамблдор ничего не сделал ради борьбы с Волдемортом. Сидя безвылазно в Хогвартсе, он до смерти боялся Волдеморта, хотя имел свою армию – Орден феникса. Сфабриковав пророчество, он, должно быть, рассчитывал купить себе несколько дополнительных месяцев, пока Волдеморт будет убивать детей из случайных семей. Однако, когда выбор Волдеморта пал на его соратников (да, именно так, и Поттеры, и Лонгботтомы входили в Орден феникса, даже Сириус Блэк входил туда), Дамблдор позволил Волдеморту их убить, а после ещё и посадил в Азкабан Сириуса Блэка без суда, чтобы получить «опеку» надо мной.
    После всего перечисленного, возникает вопрос, кто более мерзкий ублюдок: псих и убийца Волдеморт, или расчётливый ублюдок Дамблдор, подставляющий под удар Волдеморта своих собственных соратников. И, хочу вас уверить, моё расследование продолжается.
    Я верю, что ваш талант, дорогая Рита, поможет донести до народа правду о истинной сущности Дамблдора; благодаря вам правда проникнет в сердца сограждан.
     
    Искренне ваш
    Гарри Поттер
     
    Ещё месяц подобных статей – и народу уже будет неважно, как Дамблдор бу­дет оправдываться. У него всего один метод – предоставить живое пугало – Вол­де­мор­та; именно поэтому он запустил чёрную метку над домом Бэгшот (больше ведь некому). Он считает, что, предоставив Волдеморта, он разом очистит своё имя, потому что «великая победа бобра над ослом» спишет все убийства соратни­ков и издевательства над сиротой в число необходимых жертв. Только вот он про­счи­тал­ся. Во-первых, тактика предоставления живого Волдеморта в каноне срабо­та­ла после стычки в Министерстве Магии – то есть, ещё несколько лет как мини­мум не сработает. Во-вторых, после того, как я пройдусь по Волди и его Пожиран­цам в газетах, население будет вполне обосновано считать их за дерьмо. В-треть­их, после уничтожения мной нескольких доступных крестражей – дневника, ме­даль­она, диадемы и кольца – от души Волдеморта останутся жалкие ошмётки. Там либо я его прикончу три раза, либо он сам от идиотизма подохнет. Кого пугает, ска­жем, одна восьмая от Волдеморта? – не тянет это на страшилку, увы! Вопрос толь­ко в том, сообразит ли это ВСУС, или нет – для него ведь характерно, раз втемя­шив себе какой-нибудь шизофренический бред, десятилетиями следовать ему.
    Письмо Рите – это, конечно, хорошо. Только вот стоит взяться за освоение ресурса «Придиры». Для этого мне потребуется что-то среднее между архивариусом и пресс-секретарём. На эту роль я планировал Андромеду, только вот она отвергла моё предложение – что ж, дура упустила своё счастье, хрен ей, а не восстановление в правах! В своём страхе перед ВСУСом она не сообразила, какая рыба самая опасная в этом озере. Придётся воспользоваться наёмным персоналом:
     
    Уважаемый мастер Скалотрус,
     
    У меня для вас есть ещё одна задача: мне требуется сотрудник, для выполнения обязанностей архивариуса-аналитика, который будет составлять отчёты и писать аналитические статьи по указанным мною данным. Кроме указанного, сотрудник должен неплохо владеть английской историей за последний век, и быть в курсе политической ситуации.
    Будьте добры указать размер вашего вознаграждения за услугу поиска данного сотрудника, и после моего согласия с его размером приступайте к задаче.
     
    Искренне ваш
    Гарри Поттер
     
    – Кричер! Отнеси эти два письма на почту и отправь по стандартной процедуре.

    А жизнь-то налаживается. Всего-то нужно пару-четвёрку десятков тысяч галлеонов, и вот уже прорисовываются контуры организации. Отдел Z – я, Кричер и Скалотрус. Отдел I – в него, с некоторой натяжкой, можно будет зачислить архивариуса, а затем, с появлением шпионов в министерстве, функции Отдела расширятся. Отдел II – братья Калхоуны, Эндрю Крайтон. Отдел III пока не представлен, за отсутствием в Магической Англии военной промышленности, но я думаю переориентировать его на контрразведку в Хогвартсе и Аврорате. Отдел IV – Скитер, Лавгуд.
    В идеале мне нужны шесть-восемь агентов в Отделе I, пара-тройка ударных групп по формуле 2 × (4 стрелка + маг) в Отделе II, четыре-шесть агентов в Отделе III и снова четыре-шесть агентов в Отделе IV – и это только для борьбы со сладкой парочкой «Величайших магов». Для того, чтобы взять власть в свои руки, силы нужно минимум учетверить.
    Какой из этого вывод? Чтобы жизнь продолжала налаживаться, нужно больше минера... галлеонов. То есть, для начала, фунтов. А к эксе нужно подготовиться. Пора отправить Кричера за портключами к Скалотрусу и заказать ещё амулетов изменения внешности – и на этом пока стоит остановиться, потому что на балансе останется тысяч пять галлеонов.
 
Брикстон. Гараж, в который Алекс привозил захваченного Фреда на допрос
4 ночи 4 сентября 1991.
    План был прост и гениален – повторить изъятие денег у Бизнесмена, однако чем дальше, тем хуже шло его выполнение. Вселенская справедливость решила мне доказать, что шутка, повторенная дважды, уже не так хороша. Во-первых, в «офисной» части здания в кабинете Бизнесмена сидел другой человек, по виду – типичная торпеда. Опросив его с помощью Империуса, я выяснил, что «бизнес­мен» сбежал, «прихватив кассу», что Фрай – пока за него, что денег в сейфе мало, и, наконец, открыть сейф Фрай не может, потому что у него есть ключ, но нет кода. Вот так, простыми организационными мерами, местная мафия обезопасила себя от шкетов, владеющих Империусом, хотя пока и в отдельно взятом гараже. Кроме того, пара-тройка тысяч фунтов в сейфе не сильно повлияла бы на моё финансовое положение. Сильное желание тряхнуть Малфоя так и осталось жела­ни­ем, потому что без серьёзной подготовки о таком думать рано. Наверняка Мал­фой не ходит без защитных артефактов и аварийного портключа, уж в чём-чём, а в мозгах ему не откажешь; так что пока что мой потолок – маггловский кримина­литет.
    Пришлось начать с другой стороны – я вернулся на бывшую точку Джонни на Спенсер-Роуд, опросил его «сменщика», как связаться с начальством, заобливиэйтил его и отправился в паб «Принц-регент» на углу Дулвич-роуд и Регент-роуд. И ничего. Паб как паб. Разозлившись от неудачи, я прошёл по кухне и подсобным помещениям, и ничего необычного не увидел. Где же барыги? Ладно, не сегодня, так завтра разберусь с этим. Пока ещё время терпит. Да и на Брикстоне Лондон не заканчивается.
 
Гриммо 12, гостиная, вечер
    Я листал книгу по ритуалам, изданную в начале века. Что тут у нас? Можно было сделать из Барти зомби. Только зачем мне зомби – разве что оставить старшему Барти в подарок. Жаль, что уже поздно. Но старший Барти ещё не отработал должок перед родом Блэк, так что сделаем зомби из него, со временем, конечно. Это всё забавно, но пока почти бесполезно. Что тут дальше – ритуалы привязки оружия. Также не слишком ценно. Для качественной привязки оружия, чтобы его можно было призвать, нужно принести несколько невинных жертв, что расходится с моей моралью. Как-то это нелогично: ведь, по идее, нужно вложить в оружие часть души, но не разрывая её. Ничего общего с крестражами, так как цель – не сделать якорь в этом мире, а одушевить предмет. По идее, должно хватить крови и желания хозяина оружия. Нужно проконсультироваться у гоблинов – уж если кто понимает толк в оружии и кровных ритуалах, так эти мелкие зубастые подонки. В это время Кричер принёс мне письмо с гербом Гринготтса, и я, надев набор для чтения, принялся за него. Вряд ли можно ожидать чего-нибудь эдакого от гоблинов (хотя вот от Крюкохвата, например, одни подлости), но лучше воспитывать в себе привычку.
     
    Уважаемый наследник рода Блэк,
     
    Спешу сообщить, что нашёл предложение недвижи­мости, формально подходящее под ваши требования. Эти и другие ваши задачи я хотел бы обсудить с Вами пятого сентября, после полудня.
     
    Поверенный рода Блэк
    Аккаунт-менеджер Скалотрус
     
    Ха! На ловца и зверь бежит. Все дороги ведут в Гринготтс.
 
Гриммо 12, додзё
Около четверти двенадцатого дня 5 сентября 1991
    После тренировки и водных процедур я переоделся в повседневную одежду и обнаружил, что один из связных листов тёплый. Это был лист Грейнджеров:
    – Гарри, ответь, это Дэниел и Джоан.
    – Добрый день, мистер и миссис Грейнджер.
    – Гарри, а какие есть средства связи с Гермионой?
    – Простите, я совсем не подумал купить связные листы для связи вас и Гермионы. Я вышлю их ей сегодня-завтра. Ещё Гермиона может посылать вам письма совиной почтой.
    – А ещё?
    – Увы, Хогвартс – интернат.
    – Спасибо, Гарри.
    – До свидания, мистер и миссис Грейнджер.
    – Сколько раз можно повторять, Дэниел и Джоан, Гарри.
    – Хорошо, хорошо.
 
Гринготтс, знакомая переговорная, час дня
    – Добрый день, мастер Скалотрус. Неужели вы снова решили поразить моё воображение невероятными сроками выполнения задачи?
    – Здравствуйте, наследник рода Блэк. Это будет зависеть от того, подойдёт вам данный вариант недвижимости или нет.
    – Будьте так добры, изложите подробности.
    – Это небольшой посёлок, скорее даже хутор на пять домов, у ручья Учаф в Уэльсе. Раньше тут жили несколько семей служащих министерства, но во время последней магической войны все жители были убиты Упивающимися смертью. Над хутором установлены стационарные магглоотталкивающие чары, которые покрывают до четверти мили от него. Через милю на северо-запад начинаются маггловские обработанные земли и ближайшая дорога.
    – Мне нужно осмотреть недвижимость.
    – Конечно, наследник рода Блэк. Портключ, – гоблин протянул мне книгу в чёрной обложке, и когда я взялся за неё, сказал, – Летус.
    Под деревьями на берегу неглубокого ручья стояли в ряд пять одноэтажных кирпичных домиков со скатной крышей, на две-три комнаты. Между домами (видимо, для приватности) рос высокий кустарник.
    – Типовой проект семидесятых, поселение для молодых сотрудников министерства, – пояснил Скалотрус, доставая связку ключей.
    Внешне дома были в неплохом состоянии. Скалотрус начал с самого северного: порылся в связке, выбрал нужный ключ, отпер дверь. Внутри была обстановка «из семидесятых», только в спальне всё было разнесено, на полу и стенах чернели подпалины от заклинаний.
    – Сколько это всё стоит, мастер Скалотрус, и сколько будет стоить ремонт.
    – Все пять домов стоят всего восемь тысяч галлеонов – из-за отсутствия магического источника и славы проклятого места. Лёгкий ремонт – новые обои, починка водопровода и канализации, приведение в порядок кухни – тысяча шестьсот галлеонов на пять домов. Мой гонорар посредника составит семьсот галлеонов.
    – Сколько будет стоить установка базовой безопасности?
    – Антиаппариционный щит, сигнальные чары, замедляющий барьер будут стоить тысячу галлеонов, с ресурсом двадцать лет. Защита будет пропускать всех, кого вы приведёте за руку.
    – Отлично. Предлагаю вернуться и оформить бумаги.
    Гоблин снова протянул мне книгу-портключ, и через несколько мгновений мы перенеслись обратно в переговорную. После подписания бумаг мой счёт обеднел на одиннадцать тысяч триста галлеонов. Скалотрус протянул мне десяток одинаковых карт – семёрок бубен, и пояснил:
    – Портключи до площадки аппариции. Она будет вне барьера. Ремонтные работы и установка барьера займут четыре дня. А теперь, если не возражаете, я хотел бы перейти к другим задачам.
    – Будьте так добры, мастер Скалотрус.
    – Сначала ваш заказ аварийных и обычных портключей. Инструкция внутри, – Скалотрус достал из ящика стола пакет из жёлтой бумаги. Согласно вашим пожеланиям, настройки аварийных ключей изменены. Этот заказ обошёлся вам в тысячу двести сорок галлеонов.
    – Это приемлемая цена за обеспечение безопасности.
    – Далее, вы спрашивали о надёжном юристе. Мистер Огден ожидает вас завтра у себя в офисе в 11 дня, час его работы обойдётся вам в 70 галлеонов. Вот, – Скалотрус передал мне открытку с Биг Беном, – этот портключ сработает завтра, в 11 часов.
    Биг Бен на открытке, кстати, показывал ровно 11 часов. Символично. Между тем Скалотрус, как профессиональный Дед Мороз, продолжил раздавать подарки. В мои руки попала картонная коробка, открыв которую, я обнаружил три пробирки с мутно-коричневой жидкостью. Пробирки стояли вертикально на картонных распорках.
    – Зелье улучшения памяти, – пояснил Скалотрус, – инструкция в коробке. И, наконец, ваш последний заказ: поиск архивариуса. Я назначил встречу с кандида­том завтра, на 3 часа дня. Мисс Бозуорт, сквиб, закончила непопулярный магглов­ский колледж по специальности «журналистика». Отлично ориентируется в волшебном мире. Пробовала устроиться в «Ведьмополитен» и «Пророк», но её не взяли по понятной причине. Иногда подрабатывает там внештатным журналистом. Вот её портфолио, – у меня в руках оказался конверт с вырезками из газеты и журнала.
    – Благодарю, мастер Скалотрус. Чрезвычайно оперативно. Я хотел бы повторить один из моих прошлых заказов – ха, настала моя очередь дарить Скалотрусу конверты, – я надеюсь, это не вызовет каких-то затруднений.
    В конверте был запрос на амулеты изменения внешности, окклюментные амулеты и магглоотталкивающие амулеты на четверых. Скалотрус бегло просмотрел листок с заказом и утвердительно кивну.
    – Да, не вызовет. Это всё на сегодня?
    – С вами всё, мастер Скалотрус; мне нужна консультация и, возможно, услуги вашего ритуалиста. Прошлый раз со мной работал мастер Шерстеух, я был бы рад поработать с ним снова.
    – Я приглашу мастера Шерстеуха. До свидания, наследник рода Блэк.
    – До скорой встречи, мастер Скалотрус.
    Дива-а-ан. Гоблины – наверняка пришельцы с другой планеты, и у меня есть этому доказательства. Вот взять, к примеру, диван – в нем однозначно встроен антиграв. Иначе как можно добиться этого реалистичного чувства невесомости? А если гоблины массово производят антигравы (только представьте, сколько у них диванов в Гринготтсе), то наверняка владеют межпланетными перелётами. Я представил, как отважный гоблин-астронавт на гравидиване входит в верхние слои атмосферы, защищённый силовым полем от облака высокотемпературной плазмы, размеренно попивая грибную настойку. Как-нибудь нужно будет снять про это фильм. Гоблины тоже хороши – это же надо, использовать межпланетный транспорт в качестве предмета интерьера!
    Мои экзистенциальные мысли были прерваны Шерстеухом. Видимо, не зная моей конечной цели, Шерстеух предпочёл не брать реквизит, так как неизвестно, какие именно инструменты понадобятся. Пока он входил, я принял более деловую позу и начал разговор.
    – Добрый день, мастер Шерстеух!
    – Здравствуйте, наследник рода Блэк. Какие вопросы потребовали консультации ритуалиста? Приятно видеть, что молодой человек в вашем возрасте интересуется ритуалами. Последние тенденции образования и законотворчества...
    – Я вполне понимаю ваши опасения, мастер Шерстеух. Этим дегенератам совсем немного осталось до мысли, что магию нужно запретить, а то как бы чего не вышло. Своим предательским поведением они просто провоцируют появление нового Тёмного лорда, – я посмотрел Шерстеуху в глаза, – который встанет на защиту важных традиций и прав магических существ.
    – Так или иначе, я уверен, вся эта скверна потеряет силу, наследник рода Блэк. Какие ритуалы вас интересуют?
    – Мастер Шерстеух, я искал полезный ритуал привязки оружия, – я достал и положил на стол книгу, которую листал в гостиной, – всё, что я нашёл, либо слишком слабое, либо требует таких жертв, что отдаёт гнилью. На мой взгляд, сила воина и оружия возрастает, когда воин вкладывает в оружие часть своей души, причём это не мерзость вроде крестражей – нет. Его душа по-прежнему едина, но часть её – в оружии. И под влиянием души воина оружие должно пере­родиться в дзанпакто. Должна появиться своя душа, независимая, но и созвучная душе воина. Вот что я ищу. И этого нельзя добиться невинными жертвами и про­чей гнилью. В оружии что-то зародится, только это будет не душа.
    Шерстеух сидел с круглыми глазами и смотрел сквозь меня. Перед его внутренним взором сейчас наверняка промелькнуло немало картин, которым он благодаря моей мысли нашёл объяснение. Не стоит его отвлекать – он явно пой­мал сатори. Я, по сути, тоже – мне кажется, я знал это всю жизнь, но так чётко сфор­му­лировать это смог только сейчас.
    – Кто ты? – спросил Шерстеух, – Почему ты знаешь о ритуалах то, что гоблины забыли? Я ведь до сего момента думал, что смысл некоторых ритуалов – магическая привязка, а, оказывается, это было рождение души.
    Ядрён Матрён. Да я Марти Стью – сказал глубокую мысль, а всё (в данном случае Шерстеух) выпадают в осадок и поражаются моей невероятной мудрости. Шерстеух тем временем продолжал постигать откровения:
    – Должно быть, гоблины слишком долго не воевали, что забыли смысл свои же традиций, – э, да он вообще не осознаёт, где находится и с кем разговаривает. Мы его теряем, он прямо на глазах в астрал засасывается.
    – Мастер Шерстеух, из ваших слов я понимаю, что гоблины знают ритуал, смысл которого я сформулировал.
    Шерстеух, наконец-то, сфокусировал глаза на мне.
    – Мы не раскрываем тайну этого ритуала людям, наследник рода Блэк, но с вами мы можем его провести. Когда вы объяснили, чего ищете, я понял, что вы больше гоблин, чем добрая половина работников этого банка. Приходите через неделю, и мы проведём ритуал. Мне нужно многое осмыслить.
    Попрощавшись, я покинул Шерстеуха.

    После сегодняшнего посещения Гринготтса я потратил почти все деньги с анонимных счетов Барти, зато стал богаче на целых пять домов. Обрастаю имуществом. Кричер будет доволен – как же, возрождение рода Блэк. Всё по Кодексу. Почему бы и нет? Пусть порадуется, домовики тоже имеют право на счастье. М-да, Гермиона бы одобрила такие мысли.
    У меня в Косой аллее найдётся ещё пара дел. Я купил связные пергаменты и направился в зоомагазин. В прошлой жизни у меня была аллергия на кошек – может, поэтому я такой недобрый? По канону Косолапус томился в зоомагазине несколько лет, пока его не освободила Гермиона. Почему бы ему не подождать её в более комфортных условиях? Найдя клетку с Косолапусом, я для контроля спросил продавщицу, как его зовут, и получил в ответ не только «Косолапус», но и краткую обличающую характеристику. Ничего, я бы посидел в клетке – тоже бы на людей кидался. То есть, в чулане под лестницей. А, не важно!
    – Привет, котэ. Я знаю – я не твоя хозяйка, но ты мне всё равно нравишься. Хочешь пойти со мной, дожидаться хозяйку в более комфортных условиях? Пойдём, я обещаю – никаких клеток.
    Я приложил ладонь к клетке и посмотрел Косолапусу в глаза, думая о нем только хорошее. Косолапус дотронулся до моей ладони подушечками левой лапы. Сделка.
    – Я беру его, мэм. Сколько?
    – Три галлеона.
    Из магазина я вышел с Косолапусом на руках, с дурацкой улыбкой на лице, и сразу отправился домой.
 
Гриммо 12, гостиная
Вечер.
    – Кричер!
    – Да, Господин!
    – Я сегодня купил пять домов для размещения работников рода Блэк. Слушай задачу. Отправляйся по этому портключу, – я передал Кричеру один из десяти портключей для хутора, – приберись в домах. Выкинь оттуда весь мусор, старые занавески, скатерти, обломки мебели и всё, что сгнило. Сильно не усердствуй – всё равно там гоблины будут делать ремонт. Если найдёшь что-то ценное – доложи. На всё тебе два часа.
    Последний час небо темнело, и вот – стоило Кричеру уйти, как пошёл дождь. Окно закрывать не хотелось. Вместо этого я разжёг камин, поправил подушки и прилёг на диванчик у камина, глядя на огонь.
    В гостиную вошёл недовольный Косолапус. Он весь день провёл на заднем дворе, и пришёл сюда явно только из-за дождя. Запрыгнув на противоположный диванчик, он тоже улёгся, глядя на огонь; через несколько минут созерцания котэ довольно заурчал.
    – Эй, котэ! – Косолапус склонил голову, повёл ушами и стрельнул в меня взглядом, – А давай мы тебе стиральную машину купим? Будет на что посмотреть.
    Косолапус вернул взгляд на огонь. Одобряет? Игнорирует? Я натянул плед и провалился в сон.
 
Гриммо 12, гостиная
Без четверти 11 дня 6 сентября 1991.
    Юрист, скорее всего, из рода, прославленного своим огневиски: магический мир мал, а процветающих семейств и того меньше. От него мне нужно узнать всего одну вещь, что в перспективе может немного облегчить мне жизнь. Ладно, попытка – не пытка! Я взял открытку с Биг Беном, немного согнул ноги в коленях и дождался срабатывания портключа.
    Очутился я в просторной, светлой и высокой комнате, наполовину в викторианском стиле. Стиль смазывала мебель: стеллажи с книгами; вполне современный, невычурного исполнения рабочий стол, за которым сидел, надо полагать, мистер Огден; стул посетителя напротив. Стену, противоположную стеллажам, украшал гипсовый раскрашенный орнамент, обвивающий высокие стрельчатые окна. Всё это я рассмотрел, пока подходил к столу.
    – Присаживайтесь, мистер... – начал мистер Огден.
    – Мистер незнакомец, сэр.
    – Как вам будет угодно, мистер незнакомец. Гоблины устроили эту встречу, и сообщили, что их клиенту требуется юридическая консультация.
    – Да, мистер Огден, мне требуется консультация. Первый вопрос. Предположим, молодому человеку из древней семьи приходит приглашение учиться в Хогвартсе. Молодой человек игнорирует приглашение. Если он вдруг придёт в Хогвартс, воспримет его Хогвартс как ученика, либо как нарушителя периметра?
    – Список учеников Хогвартса вступает в силу, когда имена учеников записывают в магическую книгу Хогвартса. Всё зависит от того, записал ли туда имя молодого человека директор либо его заместитель, – Огден взял долгую паузу. – Мистер незнакомец, вы ведь понимаете, что достаточно применить к вашему вопросу формулу «кому выгодно?» и учесть последнюю шумиху в газетах, чтобы раскрыть ваше инкогнито?
    – Мистер Огден, если вы читаете, и даже анализируете последнюю шумиху в газетах и, что немаловажно, не являетесь идиотом, то, я уверен, вы понимаете, почему это делать не стоит.
    Ответ Огдена о списке учеников ни приближает меня к цели, ни удаляет от неё. Попасть в Хог нарушителем мне вовсе не улыбается. С другой стороны – вот крыса и Бродяга в каноне заходили в Хог как к себе домой, и всем плевать. Или всё дело в анимагии – на ней охранные системы Хога сбоят?
    – Вопрос номер два. Недавно Визенгамот, надо полагать, не без давления со стороны Дамблдора, принял закон, согласно которому все магглорождённые Британии обязаны учиться в Хогвартсе. Предположим, вне Хогвартса магглорождённый использует заклинания, и его выгоняют из школы согласно закону «О разумном ограничении использования волшебства несовершенно­летними». Что будет в результате с магглорождённым? Его ведь выгонят из школы по закону.
    – Учитывая продажность наших судов, с магглорождённым будет то, что выгодно судье. Прецедента ещё не было, закон Дамблдора принят недавно, так что не понятно, что применят к магглорождённому далее.
    – Благодарю, мистер Огден, – посещение юриста вылилось в один сплошной «пшик». С тем же успехом я мог в потолок плевать. Кто сильнее – тот и прав, вот и вся система судов Магической Британии, – деньги перевести на ваш именной счёт?
    – Будьте так добры. Всего хорошего.
    – До свидания, мистер Огден, – я отбыл портключом к Гринготтсу. 70 галлеонов псу под хвост.

    На почте я организовал посылку Гермионе, содержащую связной пергамент (парный отдам Грейнджерам старшим), три книги о традициях магического общества и краткую пояснительную записку:
     
    Дорогая Гермиона, (в английских письмах Dear означает скорее «уважаемая», ну да ладно)
     
    Этот связной пергамент – для связи с твоими родителями.
    Книги в посылке – о традициях магического общества, как я и обещал.
     
    Успехов тебе в учёбе.
     
    Мистер Эванс
     
 
Гринготтс, знакомая переговорная, без четверти 3 пополудни
    Сегодня в запретном лесу что-то сдохло: меня встретил улыбающийся Скалотрус. Неужели мой вид приносит радость людям... гоблинам? Какой же из меня тогда Тёмный лорд?
    – Добрый день, мастер Скалотрус.
    – Добрый день, наследник рода Блэк. Вы, должно быть, ознакомились с портфолио кандидата?
    – Именно так, но я так и не пришёл к однозначному решению. Я склоняюсь к тому, чтобы нанять мисс Бозуорт, и по итогам её работы на испытательном сроке принять решение. Всё-таки её предыдущий опыт не совсем тот, который я искал.
    – Тогда предлагаю приступить к собеседованию, – Скалотрус поднялся и пересел в кресло у торца стола, приняв, таким образом, роль наблюдателя.
    Вскоре в переговорную вошла девушка лет двадцати пяти, со светлыми волосами, среднего роста, лицом немного напоминающая Джоан Грейнджер. Я встал и наклонил голову, приветствуя её. Эх, пора учить этикет: кто знает, сколько правил я только что нарушил? Это уже непрофессионально.
    – Добрый день, мисс Бозуорт.
    – Добрый день, мистер...
    – Если не возражаете, зовите меня «сэр» на время собеседования.
    – Как вам будет угодно, сэр.
    – Мисс Бозуорт, я ознакомился с вашим портфолио. Вы закончили колледж по специальности «журналистика», однако по этим вырезкам сложно сделать вывод о ваших аналитических способностях и о методах добычи материала.
    – Увы, сэр, и «Ведьмополитен» и «Пророк» специализируются на сплетнях.
    – Я предлагаю вам испытательный срок. Если вы справитесь с поставленными задачами – мы продолжим сотрудничество, и оплата вашего труда возрастёт.
    – Сэр, будут ли мои статьи печататься? Зачем вам услуги журналиста? Я знаю всех потенциальных работодателей, но сомневаюсь, что вы входите в их число – они не проводили бы собеседование инкогнито. Я пришла на это собеседование только потому, что оно организовано через Гринготтс.
    – Ваши статьи будут печататься – как приложение к уже существующему журналу. Но я не обещаю, что они будут издаваться под вашим именем: дело в том, что у меня могущественные враги, и они наверняка попытаются достать меня через моих сотрудников. Если мы заключим с вами контракт, я оставлю на ваш выбор имя, под которым будут издаваться ваши статьи – ваше, моё или псевдоним.
    Такое отпугнёт кого угодно. Бозуорт крепко задумалась.
    – Какова оплата, сэр?
    – Первые два месяца, на время испытательного срока, двести пятьдесят галлеонов в месяц. Если мы продолжаем наши отношения – оплата возрастёт на сто галлеонов. На время работы по желанию сотрудника ему может быть предоставлено жилье – коттедж.
    Размышления повторились – на этот раз они были короче. Не каждый сквиб зарабатывает в волшебном мире триста пятьдесят галлеонов в месяц.
    – Что подписать?
    – Мастер Скалотрус, будьте добры засвидетельствовать подписание контракта.
    Скалотрус передал нам заготовленные листы контракта, и после проставления наших подписей подписал его сам в качестве свидетеля.
    – Мисс Бозуорт, возьмите – я передал ей многоразовый обычный ключ до крыльца Гриммо 12, – это портключ до моего дома. Вы сможете прибыть на встречу сегодня в 9 вечера?
    – Зовите меня Анна. А как мне звать вас? Мы ведь уже подписали контракт.
    – Вы владеете окклюменцией, Анна?
    – Да, сэр. Окклюменция – одно из немногих волшебных искусств, доступных сквибам, поэтому я обучалась ему с особым усердием, и достигла результатов выше среднего.
    – Я подписал контракт как наследник рода Блэк, но в Магической Англии я известен как Гарри Поттер.
    Попугаем повторять речь перед рекрутом – уныло. Утомила она меня. Есть время отдохнуть перед вечерними встречами – состав Второго отдела ожидается в семь вечера. Я заказал Скалотрусу несколько очередных мелочей и отчалил.
 
Совещание Отдела II
Гриммо 12, гостиная, после 7 вечера.
    Я приказал Кричеру расположить журнальный столик между двух диванов, что у камина; сейчас на одном диване расположились братья Калхоуны, а напротив них – мистер Крайтон. Я же уселся на дополнительном кресле так, чтобы видеть братьев, Крайтона и камин. Все расшаркивания закончились, когда Кричер привёл их в гостиную, так что я приступил к делу. На стол легли атлас Лондона, открытый на Дулвич-роуд, и несколько моих любительских снимков бара «Принц-регент».
    – Господа. В данный момент несколько высокопоставленных ублюдков имели неосмотрительность попытаться наложить лапу на моё наследство. Для того, чтобы разблокировать наследство, нам нужны ресурсы. Перед вами – перевалочная точка одной из преступных организаций Брикстона. Предстоит вести наблюдение за этим пабом, выявить ключевые фигуры организации. Наша задача – взять под контроль ключевые фигуры этой точки. Нас интересует захват ресурсов и выход на руководителей. Ваши предложения?
    От братьев посыпались тезисы организации слежки людскими методами, от Крайтона – волшебными. Так дело не пойдёт.
    – Господа, ваши соображения, без сомнения, дельные. Но я требую от вас командной работы. Совместите ваши предложения в докладной записке, завтра, в это же время.
    Кроме того, я просветил своих кнехтов, что могу предложить им размещение в посёлке у ручья Учаф после того, как гоблины закончат там ремонт. Крайтон согласился сразу – он, как молодой специалист без опыта работы, ухватился за идею казённого жилья. Калхоуны были не против. После этого разговор перешёл на обеспечение операций. У братьев были собственные стволы, но это всего спектра потребностей не покрывало. Сошлись мы на том, что в ещё одной докладной записке они составят список необходимого оборудования, зелий и амулетов. На этом совещание Отдела II закончилось, я раздал агентам аварийные и обычные портключи, братьям дал амулеты и отправил всех по домам.
    Так, это всё хорошо, но что будет, когда штурм-групп станет хотя бы несколько? Мне нужны «офицеры связи», а где их взять? Нужен не просто волшебник-боевик, но его уникальная, мифическая модификация – волшебник-боевик с аналитическими мозгами; причём, ещё нужно как-то заинтересовать кандидата работать именно на меня. Ладно, это будет позже; сначала – финансирование.
 
Совещание Отдела IV
После 9 вечера.
    Мисс Бозуорт я встречал на диване, который перед этим оккупировали братья. Когда её привёл Кричер, я поднялся.
    – Добрый вечер, Анна!
    – Добрый вечер, сэр, – э, да она точно не знает, как себя вести с одиннадцатилетним мальчишкой, который ведёт себя как старик (да и амулет с иллюзией старика всё же на мне). Ну, назвала сэром, уже хорошо, – я перечитала подшивку «Пророка» за последние три недели. Это ведь вы были инициатором этой волны ненависти к Дамблдору?
    – Верно, Анна.
    – Меня вы наняли с этой же целью, сэр?
    – У меня есть потребность освещать обществу именно тот взгляд на положение вещей, который выгоден мне. Если через Скитер в «Пророке» можно протолкнуть любой скандал, то более спокойные мысли я хочу доносить до аудитории другим путём. Плюс, на подготовку некоторых статей нужно потратить значительное время, хотя бы на обработку статистических данных – я не могу себе позволить заниматься этим сам. Кроме того, мне потребуется досье из открытых источников на некоторых людей.
    – Сэр, можно личный вопрос?
    – Я не обязательно отвечу на него.
    – Насколько правдивы статьи Скитер?
    – Настолько, насколько могут быть правдивы статьи скандалистки Скитер, основанные на реальных фактах.
    Бозуорт задумалась; я прервал её мысли, выдав цель:
    – Анна, вот ваша первая задача, – я положил на столик газеты, которые Кричер достал в кемпинге у озера, во Франции, – Нужные статьи обведены; составьте мне максимально реалистичную картину того, что на самом деле произошло; кроме того, найдите мне пострадавших. Если не получится найти их по открытым источникам, воспользуйтесь услугами сыскного агентства.
    Проверим, какова ты в деле – в данном случае, это не помешает. Сначала я хо­тел направить на поиск француза братьев, но они нужны на более важной работе.
    Я передал Анне «бездонный» кошелёк.
    – Здесь полторы тысячи галлеонов на расходы. По окончанию операции я ожидаю от вас докладную записку с описанием инцидента и краткое досье на фигурантов. В следующую пятницу, 13 сентября, я ожидаю вас с результатом. После этого вас ждёт более привычное для журналиста задание.
    М-де... пятница – и тринадцатое. К чёрту.
    Анне, как и сотрудникам Отдела II, я вручил аварийный и обычный портключ и предложил жильё в коттедже у ручья, на что она согласилась. Так как время было позднее, а мой район не самый благополучный, я выступил с предложением:
    – Если вы опасаетесь идти домой в позднее время, я могу предложить вам гостевую комнату.
    – Благодарю, сэр, это очень кстати.
    Я проводил Анну до одной из открытых и приведённых Кричером в порядок спален на третьем этаже, заодно показав ванную. Вернувшись в гостиную, я по­звал Кричера.
    – Проследи за госпожой Анной. Если заметишь что-нибудь необычное в её поведении, сообщи мне, – я доверяю своим агентам, потому что я могу себе это позволить.

    На данный момент все мои планы утыкаются в финансирование. Крупной организации – соответствующее финансирование, а мне нужна будет крупная организация. Как там говаривал Томми: «Люциус, мой скользкий друг!».

    В этот самый момент в Уилтшире в своём кабинете метросексуальный блондин поперхнулся огневиски и закашлялся, выронив стакан на бумаги, с которыми работал. Соблюдать протокол было не перед кем, так что он от души выматерился.
 
Гриммо 12
Полдень 8 сентября 1991.
    Вчерашний день, кроме докладных записок от Второго отдела, принёс мне неприятные, но давно ожидаемые новости – педофил таки расконсервировал своё общество куролюбов. Крайтон сообщил, что в Косой аллее обнаружил наблю­дателей, проявляющих болезненное внимание к общественным каминам, точкам аппариции, переходам и прочему. С одной стороны, это плохо – пока вся эта дея­тельность не несёт мне прямой угрозы, но затруднить мои действия способна. С другой – я давно хотел взять языков-куролюбов. С третьей – они наверняка ис­поль­зуются втёмную, и ничего не знают. Дамби в свои крышетечные планы никого не посвящает, иначе его или прикопали бы свои же, или сдали бы в дурку. Это же надо: вместо того, чтобы по-тихому уничтожить крестражи и засудить всех Пожиранцев на поцелуй – усиленно оберегать всё это в надежде через двадцать лет получить плюс к общественному мнению. В каноне у ВСУСа вообще не было плана короче, чем на год. С четвёртой, у меня в подвале они вспомнят очень много подробностей, и по косвенным данным можно будет составить вполне себе цельную картину. Это просто праздник какой-то! Только я думал, как отлавливать и где искать всяких Флетчеров и прочих унтерменшей, а тут они сами нашлись. Плюс маразматик наверняка потерял всякий здравый смысл, и мысли о захвате его наблюдателей вряд ли могут прийти ему в голову. Конечно, не стоит его недооценивать, но и переоценивать тоже: пока он будет плести двадцатилетние интриги, я выкошу личный состав его орнитофильской гвардии. Давайте-ка посчитаем, кто остался у Дамби – а у Дамби почти никого и не осталось, один лишь Снейп. Да, Дамби быстро навербует десяток-другой морально нестойких юношей с горящим взором, но вся их юношеская энергия будет первые пару лет уходить в выхлоп. И, наконец, в-пятых: защита особняка усилится до сотни процентов. Good, good, my boy! Let the hate flow through you, Dumbledore!
    Пора писать последние письма Скитер, пока не стало поздно. Я, конечно, не Трелони, но последний восход Риты скоро покрасит небо. Если же я грамотно вброшу информацию, то убирать Скитер будет поздно и бесполезно. Всё-таки она хорошо поработала на меня, не хочу её смерти. Через полчаса я отправил Кричера на почту с письмом, основной посыл которого был простой: отчего, при декларируемой «защите» Мальчика-Который-Выжил, Верховный Куролюб всея Магической Британии разболтал каждой бродячей собаке приметы национального героя? Не говоря уже о том, что для 146-процентной защиты достаточно было заявить, что, мол, Тёмный лорд сражён Джеймсом Поттером. Особой надежды на газеты я уже не возлагал – чтобы сместить долькоеда с постов, его нужно убить.

    Мои наёмники на задании, и делать мне на данный момент нечего. И для Второго отдела, и для Четвёртого я прямо сейчас держу ещё две-три миссии, но нанять больше людей пока не позволяют финансы. Поэтому я решил посвятить день кодексу и другим книгам в поисках доступных для моих сил заклинаний и ритуалов. Критерии искомого ритуала были простые: никаких «особенных» ингредиентов – только кровь, своя или врага; быстрое время использования при кратковременном эффекте, либо же наоборот – длительный эффект при любых остальных условиях. К вечеру я нашёл полезный ритуал, который позволял существенно улучшить слух – вплоть до ориентирования по эху и поиска живых объектов по биению их сердец. Мне такой «радар» явно не помешает, но в рекомендациях – проводить на Самайн. Подождём, тем более что мне нужно заниматься организацией процессов, а не непосредственно врагам морды бить – пора вырасти. Ещё я нашёл сведения об усиливающих и подчиняющих магических татуировках, но с этим я разберусь завтра. Ага, боги смеются над нашими планами! Я положил книгу на журнальный столик с намерением продолжить завтра, когда появился Кричер.
    – Господин! Грабитель пытается попасть в дом!
    Значит, кто-то не утерпел и прислал разведчика. Для меня важно, кто? Если это скользкий друг – подставим Куролюба. Наоборот это тоже работает. Нужно бы Фиделиус установить на все три объекта, не помешает.
    – Действуй по плану «День рождения», Кричер, – я смахнул с плеча несуществующую соринку и не спеша отправился на первый этаж. Рано или поздно кто-то попытался бы прощупать дом на Гриммо.

 
Площадь Гриммо
Около 11 ночи.
POV Ремус Люпин.
    Долбаный Дамблдор! «Мой мальчик, меня беспокоит, что тёмные знания мо­гут попасть в опасные руки». Что ж ты, пидар старый, вместо того, чтобы агитиро­вать за силу однополой любви, сам сюда не попёрся? Как только в старой доброй Анг­лии завоняет дерьмом – сразу «Ремус, мой мальчик...». Оборотней «привле­кать» на сторону «света» – «Ремус, мой мальчик...». Хотя каждый, кто хоть чуть умнее дегенерата – то есть, практически любой житель Магической Англии, не входящий в орден палёной курицы, понимает, что оборотни и «сторона света» – чушь собачья. Волка сеном не накормишь, а кормить их из своего кармана очкастый бородач не будет. Будто я не понял, кто провёл этот сволочной закон, ограничивающий права оборотней. И вот снова – как лезть в дом темной семьи – «Ремус, мой мальчик! Эти фолианты не должны попасть в руки темных магов!» Пока я буду рисковать попасть в тёмномагическую ловушку, старый развратник будет наяривать мармелад у себя в кабинете и попивать чаёк. Где же ты, урод, был десять лет, когда деньги мне совсем не могли помешать? Одна надежда: если дело выгорит – продам всё сам. Ни сикля тебе, урод старый, не достанется! Плюс, повод-то какой – можно будет придушить этого гнусного червяка Флетчера. Душу греют десяток бездонных мешков и припасённый незарегистрированный порт­ключ на материк. Была партия из взломщика и наблюдателя – и нет её.
    Магглоотталкивающие чары ещё работают, а вот щит просел. Если от души надавить на щит, то достаточно силы оборотня, чтобы прорваться внутрь. Дегенерат Флетчер, конечно, не справился бы с этим. К окнам лучше даже не соваться – там у старых семей всегда припасено что-нибудь особо гнусное, от взломщиков-штурмовиков. Лучше пойти через дверь – либо она будет заперта, тогда лучше сразу сдать назад, либо, если действительно последний Блэк погиб, появляется шанс.
    Дверь была не заперта.
    Ме-е-е-дленно. Шаг, ещё один. Дверь закрыть, а то Флетчер ещё увидит что лишнее – в плане продать чужое этого барыгу бедному оборотню не обойти. Когда дверь затворилась, наступила абсолютная, непроницаемая даже для взгляда оборотня темнота.
    – Люмос!
    Пустой коридор. Чуткий слух оборотня улавливает слабые шаги.
    Никак конкурент! В расход его, только сначала – допрос в надёжном месте. У джентльмена может быть несколько отличных захоронок. Шаг, ещё шаг.
End POV.

    Я притормозил у лестницы, открыл рот и прикрыл уши руками. После подрыва не спеша спустился.
    – Свет в коридор! – я так и не понял, дом управляет освещением или Кричер. Какая разница!
    На полу почти посередине коридора лежал, раскинув руки, бомжеватого вида человек. Справа от меня на стене было несколько пятен крови, и поражающими элементами был обозначен силуэт. Качественная, однако, была граната.
    – Кричер! Он ещё жив?
    – Да, Господин! Это оборотень, Господин – к утру будет в форме, хоть и сильно слаб.
    – Раздеть и заковать. Я с ним ещё поговорю позже. Как закончишь – приходи ко мне, ты будешь мне нужен.
    Неужто сам Ремус Люпин пожаловал? Хотя мало ли подобной швали можно нанять в Лютном переулке? Наблюдатель. Мне нужно его взять. Взять сейчас, в целом состоянии. Сколько времени потребуется наблюдателю, чтобы понять, что взломщик провалился? Кто его знает. Звук подрыва-то он, за щитом, расслышать не мог.
    Тут вернулся Кричер.
    – Кричер, перенеси меня на точку Чарли!
    – Да, Господин!
    И вот я в квартале от своего дома, откапываю в кустах прибор ночного видения. В доме мне его хранить нельзя – может выйти из строя. Во-о-он та тушка под дешёвой мантией-невидимкой в радиусе магглоотталкивающих чар, наверное, и есть наблюдатель. Случайных прохожих тут в такое время обычно нет. Через четырнадцать минут подвал принял ещё одного узника. Кричер, после того как заковал узника в свою традиционную звёздочку, наложил ему жгут на простреленную в колене ногу. Господину как раз нужен был пациент для отработки приёмов первой помощи.

    Начать я решил с наблюдателя – скорее всего, у него больше мозгов, а взлом­щик – расходный материал. Под Империусом он сознался, что его зовут Назем­ни­кус Флетчер, после чего я понял – вот он, джекпот! Кричер принёс мне тетрадь и, насколько смог, полечил его – я буду оттачивать свои Ферулы и Эпискеи на менее ценных пленниках. В ответ на некоторые вопросы о Куролюбе барыга начинал мычать и задыхаться – приходилось отменять приказы. В итоге я получил целую тетрадку ответов, которым, тем не менее, не стоило доверять полностью. На месте Дамблдора я бы оставил в мозгах Флетчера несколько ловушек. Итого:
    – Гоп-компания из Люпина и Флетчера направилась ко мне домой, «не дать попасть в руки тёмных магов наследию семьи Блэк». Что характерно, Флетчер (думаю, и Люпин тоже) по-тихому собирался кинуть подельника при первой же возможности. Вот только ментальные закладки Куролюба вряд ли позволили бы им это.
    – Да, общество анонимных куролюбов неделю назад было воссоздано и уже собралось два раза. Понял я это через двадцать минут косвенных вопросов – хорошо, что под Империусом критичность мышления близка к нулю и на вопросы: «Встречал ли ты Дамблдора / Люпина в такой-то день?» барыга отвечал не запинаясь.
    – Текущий состав ордена – из тех, что были на собрании и до сих пор живы и на свободе: Верховный Куролюб, Снейп, Мак-Гонагалл (а она-то когда успела?), Шеклболт, Дингл, Вэнс. А ведь не густо – минус Грюм, минус Фигг, минус Люпин, минус Артур, минус Молли, а теперь вот минус Флетчер и минус Люпин. Хе-хе, я уже нанёс ордену ущерб, сравнимый с ущербом от «первой магической» заварушки. Волди гордился бы мной – хотя, скорее, завидовал бы. Нужно бы озаботиться встречей старших сыновей Уизли – нечего им среди куролюбов делать.
    – Краткое описание и дислокации членов ордена.
    – Места встреч ордена (о которых знает Флетчер): Хог (прямо в кабинете директора, предоставляются гостевые комнаты на ночь); арендованный дом в Хогсмиде; аптека на Косой аллее (видимо, аптекарь – потенциальный член ордена); даже хутор Люпина. На Гриммо 12 в каноне Дамби рвался, очевидно, только для того, чтобы уничтожить Блэков.
    – Ближайшие планы ордена – благодаря «авторитету» Дамблдора и корруп­ци­онным связям Кингсли Шеклболта организовать «поиск» МКВ, а по факту арест и доставку Куролюбу в упаковке и с бантиком. Очень уж бородач любит работать чужими руками. Кингсли уже «прощупал» почву и определился с суммами взяток.
    – Криминальные связи Флетчера – для этого мне потребовалась отдельная тетрадь. Среди «контактов» я узнал и «книжника» в Лютном, и магазин «барыги и Барта», и их преемников. «Обслуга», которую мне рекомендовал покойный «книжник» из Лютного, оказалась банальной лавочкой работорговцев.
    – Заначки Флетчера – в сумме около трёх тысяч галлеонов. Полторы тысячи на анонимном счету в Гринготтсе и остаток в двух захоронках.

    Заначки Флетчера пойдут мне в плюс. Планы Шеклболта – в минус. Как их упредить – жёстко или мягко? И так и так.
    – Кричер! Усыпи пленников, проследи, чтобы они не сбежали.
    – Не сбегут, Господин! Сам дом не выпустит их, они ведь воры!
    – Не только воры, Кричер.
    А ведь я только что думал, что не по рангу мне лично бить морды. Увы!
     
 
Гринготтс, переговорная
Около 5 утра 9 сентября 1991.
    Заспанный Скалотрус протирал глаза и говорил медленнее, чем обычно, иногда останавливаясь, чтобы зевнуть.
    – Что привело Вас... наследник рода Блэк... так рано... в Гринготтс.
    – Два дела, мастер Скалотрус. Желание пополнить счёт и уберечь свои вложения.
    – Несомненно, достойные наследника дела. Итак...
    – Я хочу перевести все средства с этого анонимного счёта на мой, – я передал Скалотрусу бумажку с реквизитами счета Флетчера.
    А ведь Дамблдор вполне может о нем знать – с его-то любовью пошарить в чужих мозгах. Ну да ладно.
    – Мне также нужен антиаппариционный щит ранга C и два наёмника... – Скалотрус сонно смотрел на меня, – прямо сейчас!
    – Ожидайте.

    В шесть утра я вместе с двумя наёмниками отправился на такси в Брентфорд, на квартиру к Кингсли Шеклболту. Город уже проснулся, но проблем с трафиком в такое время не было. Через полчаса, Конфундус для консьержа и четыре этажа я стою у двери Шеклболта. Звонок. Звонок.
    – Кто там?
    – Сэр, в квартире внизу потоп, нам нужно проверить трубы в вашей квартире. Нас вызвал консьерж мистер Керк.
    Когда дверь приоткрылась, Шеклболт получил пулю в колено и Конфундус; наёмники усыпили и связали его, после чего я их отпустил. Вызвав Кричера для транспортировки Шеклболта, я отправился домой.
 
Гриммо 12, подвал, камера временного содержания Кингсли Шеклболта
Около 7 утра.
    Кингсли оказался крепким орешком. Империус он сбрасывал, несмотря на мои ленивые попинывания его раненой ноги, а для натуральных пыток я ещё морально не созрел. На все вопросы он плевался и материл Пожирателей. Короче говоря, через двадцать минут защита дома стала на двадцать процентов сильнее. Завершив на сегодня... или на утро с допросами, я отправился на второй этаж, писать письмо. Пора легализоваться. Если Дамблдору возможно финтом ушами объявить себя моим опекуном, то ничто не мешает и мне сделать заявление, которое остудит мно-о-о-го горячих голов. Да... настало время домашней заготовки.
 
Хогвартс, Большой зал
Обеденный перерыв 9 сентября 1991.
    Минерва Мак-Гонагалл наблюдала необычное явление – совы доставляли «Ежедневный пророк» во время обеда, а не как положено, утром. Филиус, сидевший слева от неё, с интересом развернул газету, и из неё выпал дополнительный лист, так что ей не было трудно прочитать заголовок. Под заголовком во всю ширину страницы напечатана не волшебная фотография мальчика, сидящего за письменным столом в чёрном пиджаке и тёмной рубашке и смотрящего прямо в объектив через круглые очки-велосипеды. Подбородок подпирали скрещённые домиком руки (так как до 1995 было ещё далеко, никто не узнал «позу Гэндо»). Руки Минервы сами схватили вкладыш (видимо, его печать и задержала доставку газеты) и предъявили взору статью:
     
    Открытое письмо Гарри Поттера в газету «Ежедневный пророк»
     
    Леди и джентльмены,
     
    Прежде всего я хочу поблагодарить газету «Ежеднев­ный пророк» и отдать должное таланту госпожи Скитер за прав­ди­вое освещение в прессе моих писем.
     
    Тут Минерва остановилась и вдохнула. Скитер и правдивое освещение. Да, в лесу явно сдох самый большой любимец Хагрида. Ладно, что там дальше?
     
    Благодаря госпоже Скитер общественность в курсе, какую роль сыграл в моей жизни Альбус Дамблдор. На всякий случай перечислю:
    – Он подставил моих родителей под маньяка с помощью своего карманного Пожирателя смерти Северуса Снейпа.
    – Он обманом забрал у моего отца реликвию нашей семьи – мантию-невидимку, чтобы тот не мог бежать от Вы-Знаете-Кого (заменено редактором), и до сих пор удерживает её.
    – Он, пользуясь служебным положением, саботировал вступление в силу завещания моих родителей.
    – Он похитил меня и передал садистам-магглам, которые относились ко мне хуже, чем к рабу.
    – Он крал деньги у меня, у сироты
    – Он, пользуясь служебным положением и коррупци­он­ными связями, не имея никаких оснований, объявил себя мо­им опекуном, хотя за десять лет ни разу не проведал меня, хотя знал, в какой личный ад поместил меня – только крал мои деньги (выписка списаний средств со счета Поттера, заверенная Гринготтсом, прилагается после статьи).
    – Недавно мне стало известно о заговоре в Аврорате с целью моего ареста и доставке Дамблдору под фиктивным предлогом – очевидно, для последующего промывания мозгов и тотального воровства всех моих средств.
    Поэтому я вправе сделать заявление.
    Первое. Я заявляю, что Альбус Дамблдор не является моим опекуном, и не имею с этой отборной мразью ничего общего.
    Второе. Я, прожив десять лет без помощи опекуна и сейчас решая все свои дела лично, по праву силы заявляю, что являюсь взрослым и самостоятельным, и никакого опекуна мне не требуется.
    Третье. Всяк, кто возражает против моих первых двух заявлений, либо иным способом злоумышляет против меня, мной будет рассматриваться исключительно как пособник вышеупомянутой мрази и, таким образом, враг рода Поттер, а с врагами рода Поттер у меня разговор короткий.
    Спасибо за внимание.
    Хочу ещё раз подчеркнуть мою особую благодарность госпоже Скитер. За последний месяц на неё было организовано покушение – кому-то правда глаза колет. Я выражаю своё восхищение мисс Скитер, которая донесла правду до общественности с риском для жизни.
     
    Искренне
    Гарри Поттер.
     
    Минерва снова посмотрела на фотографию. Две седые пряди. Мозоли на руках, что-то подсказывает, что от оружия. Взгляд убийцы, который обещает тот самый «короткий разговор» из двух слов «Авада Кедавра» врагам рода Поттер. Вспомнила статью о преступной помолвке, организованной Альбусом между молодым Поттером и предательницей крови Уизли. Вспомнила судьбу Уизли. Вспомнила судьбу Аластора и бредовые заявления Альбуса о нападении пожирателей. Вспомнила собрание Ордена феникса и план Шеклболта об аресте Поттера. Учитывая, что Поттер знает об этом плане, Кингсли уже на пути к Аластору. Снова всмотрелась в обещающий взгляд Поттера. На глаза навернулись слезы: за загубленное детство Поттера, за её преступное попустительство Альбусу, за детей Уизли, страх за собственную жизнь, гордость за сына Джеймса, который вырос и стал настоящим мужчиной. Её подруга в канадском колледже магии как раз собирается на пенсию и ищет себе замену.
    После обеда Минерва отменила уроки, собрала вещи, написала заявление и, не дождавшись ужина, покинула Хогвартс. Она сама не знала, что на неё повлияло больше: шокирующие откровения о Альбусе или обещание во взгляде Поттера. Наверное, и то, и то.
 
Гриммо 12, камера временного содержания Люпина
9 сентября, полдень явно наступил, но ведь в подземелье это не ощущается, верно?
    – Кричер, мне нужно ведро воды. Похолоднее.
    Вот ты какой, оборотень Люпин. В фильме был похож на очередного Уизли, так и хотелось прописать люлей, только взглянув на эту рыжеватую башку. Кончить его сразу? Что с ним разговаривать-то! Что-то я агрессивный стал. Да и Шеклболт... Хотя, что Шеклболт – ублюдок получил по заслугам, даже мягко отделался. Ведь понимал он, что в результате его «интриг» из меня сделают овощ, да и ограбят на всякий случай. С волками жить, по-волчьи... чего там дальше, не помню. Вот передо мной натуральный волк, даже фамилия намекает. Волосы серые, худой, жилистый. Как там положено обращаться с животным? Красные флажки, картечь дуплетом, ногу в капкан. Ногу в капкан возьмём на заметку – в будущем пригодится.
    – Вылей воду на оборотня, – Кричер не заставил себя ждать.
    – Моргана девственница! – оценил бодрячок Люпин, просыпаясь от наведённого Кричером сна. От поражающих элементов не осталось даже шрамов, а сама рубленая проволока лежала на полу, под джентльменом удачи. Заросло как на собаке, да. И чего он в каноне так жаловался на оборотничество? Вступать в переговоры или сразу исполнить его? Вряд ли он знает что-то, чего мне не сказал Флетчер. Да и по канону создалось такое впечатление, что Куролюб его постоянно отправлял на убийственные миссии, а Люпин, собака эдакая, такое внимание светлейшего мага не ценил и никак не мог сдохнуть.
    – Эй ты, харя, ты чего в моём доме делаешь? Никак твоя сходка анонимных куролюбов решила поправить финансовое положение?
    – Пожирательский ублюдок, добрался-таки до тайн Блэков. Ничего, Дамблдор за меня отомстит, – тихо, но твёрдо и чётко прорычал Люпин.
    Тут я не выдержал и рассмеялся. Наивный шотландский оборотень.
    – Тебя, наверное, сильно гранатой приложило, псина. Дамблдор за всё время мстил только своим соратникам, на врагов его не хватило. Врагам он на суде после крушения Волдеморды пробовал гениталии на вкус и организовывал оправдание «они под Империусом, неуиноуатые они». А тебя вышвырнул, как шавку – подыхать с голоду. Если бы в твоей шерстяной башке были мозги, ты бы понял, что и сюда-то он тебя направил именно из «беспроигрышных» соображений: сдохнешь – отлично, не сдохнешь – глядь, может, и принесёшь чего полезного. Ну, скажи, что я неправ?
    – Я с радостью погибну в борьбе с вами, пожирательские ублюдки, – оу, да он хитрец; наверное, надеется меня разозлить и подохнуть от Авады, не дожидаясь пыток.
    – Да... то, что все ваши ребята из общества куролюбов – знатные мазохисты, это я уже понял. Поттеры подохли, потому что по плану старика нужна была наживка в капкане на Волдеморду. Невиновного Сириуса Блэка старик посадил в Азкабан, потому что он мешал плану по воспитанию из младшего Поттера террориста-смертника. А тебя он, должно быть, просто ненавидит – ведь нет никакой великой цели, чтобы оправдать твоё заклание здесь.
    – Тебе-то какое дело, блэковское отродье. Все твои слова лживые, а Сириус Блэк – предал ближайшего человека. Тебе меня не смутить! – ага, на тёмную сторону силы. Только у меня печеньки есть.
    – Клянусь магией, что Сириус Блэк не предавал Поттеров Волдеморту и вообще не был его слугой. Люмос! – что-то у меня вся польза магии в том, что можно вот так подтверждать свою правоту. Меж тем недоверие не покинуло взгляд Люпина:
    – И ты говоришь мне, что его невиновного посадили в Азкабан? Наверняка этот тёмный ублюдок был виноват, недаром же Дамблдор его туда законопатил.
    М-де. Дамблдор головного мозга. Подозрения перед разговором были верные.
    – Кричер! Насколько сильна защита?
    – На три пятых, Господин!
    – Запомни этого ублюдка внимательно, Кричер! Я перед ним поклялся магией, что Сириуса Блэка невиновного посадили в Азкабан, а он начал злорадствовать. А ведь тот считал его близким другом. Эта шваль, несомненно, является врагом рода Блэк.
    Не понимаю я его. Ведь псина осознает, что является рабом Куролюба, который его ценит меньше, чем шахматист пешку. Так откуда в нем этот бред про ненависть к «тёмным»? Сам-то он – тёмное существо. Видимо, после причёсывания мозгов Дамблдором эти мозги остаётся только выкинуть на помойку – больше пары-тройки мыслей всё равно в них не влезет. Но в качестве штурмового зомби такой выкидыш легилименции использовать можно.
 
Гриммо 12, столовая
10 сентября 1991.
    К пяти часам появилась мисс Бозуорт, поэтому я приказал Кричеру проводить её сразу в малую столовую, где я готовился вкушать булочки с чаем. Гостиная как место постоянной дислокации мне в последнее время надоела, а уж наклоняться из кресла за чашкой чая к журнальному столику попросту неудобно. Кричер организовал чай, и после первых глотков я начал:
    – Что привело вас сегодня, Анна?
    – Я подготовила информацию по вашему запросу, сэр, – Анна передала мне маггловскую канцелярскую папку, в которой было несколько пакетов. В одном – разнообразные вырезки из газет, приклеенные к белым нумерованным листам, с комментариями. Там же лежало несколько листов с аналитической запиской, разбиравшей инцидент, ссылавшейся на газетчиков и материалы из других пакетов, с выводом, что несчастную семью атаковал оборотень.
    Во втором пакете лежал отчёт нанятого детектива, содержащий краткое описание семьи Венсан до инцидента, копию протоколов полицейских допросов Клода Венсана, копию медицинской карты Карин Венсан, копию протокола вскрытия Аксель Венсан. Опрос соседей на тему, как семья перенесла удар: плохо перенесла. Летний отдых превратился в кровавый кошмар, Клод потерял красавицу-жену Аксель, подругу детства, на которой женился сразу после школы; Карин не оправилась от потрясения, закрылась в себе, не разговаривает и не посещает школу. Бедная семья. С другой стороны, это карта мне в руки.
    Анна же явно поняла, кто был мальчиком, который фигурировал в протоколах допросов Клода, и вот, наконец, решилась на вопрос:
    – Сэр, это ведь вы избавили их от страшной участи?
    – Я. Жаль, что я не пришёл на несколько часов раньше – возможно, семья бы выжила целиком.
    В последнем пакете содержалась смета операции, и выведен остаток в примерно четыреста галлеонов неиспользованных средств.
    – Анна, я доволен. Нужную информацию я получил, в том числе понимание о методах вашей работы. Пока вы были в командировке, закончился ремонт коттеджей. Предлагаю завтра посетить посёлок, выбрать дом для вашего проживания. Средства, что остались после командировки, используйте на обустройство дома. Через три дня я жду вас здесь: настало время для задания по вашему профилю.
    – Сэр, я наслышана о прекрасной библиотеке Блэков. Возможно ли мне посетить её?
    – Я могу показать вам только общую секцию библиотеки.
    – Это больше, чем я могла рассчитывать. Спасибо, сэр.
    – Кричер! Проводи госпожу Анну в общую секцию библиотеки. Анна, если задержитесь в библиотеке, оставайтесь на ночь в гостевой спальне. Завтрак в девять, ланч в полдень. Через час после ланча мы направимся в посёлок, выбирать коттедж.
    – Отличный план, сэр. Плюс, я смогу побыть в библиотеке завтра до ланча.
    – У вас ещё будет время, Анна, и не раз.
    Поговорив о всяких пустяках, а именно о впечатлениях Анны о поездке, сувенирах, я отправился в додзё: после жертвоприношения Люпина у меня было несколько «дней силы», чтобы освоить новые чары. У меня в планах стояли различные чары тишины, чтобы не выдавать себя шумом ботинок, и туман. Можно, конечно, пройтись по Редукто, Секо, Протего, Аваде – но это в следующий раз.

    Чары тишины у меня пока удавались слабо, а вот туман выходил просто отличный. Причём Финитой он не развеивался, потому что туман был самый обычный, природный; чары лишь создавали условия его появления, поэтому развеивался он естественным путём. Тишина, туман, ритуал по улучшению слуха – всё это нацелено на путь, гм... шиноби. Для начала сойдёт, а там видно будет.
    Чтение протоколов допроса Клода о нападении оборотня навело меня на мысль о нападении на Скитер. Флетчер должен быть в курсе. Напевая “If you're going to San Francisco”, я спустился к Флетчеру, открыв дверь на фразу “You're gonna meet some gentle people there”. Флетчер спал, усыплённый Кричером вчера ночью.
    – Оживи! Империо! Поговорим.
    Флетчер не знал, кто нападал на Скитер. В процессе выяснения подробностей я узнал, что Чарли и Билл Уизли вернулись в Британию, хотя в орден не вступили. Дело упрощается: завтра я планирую посетить Косую аллею, и есть большой шанс встретить их как наблюдателей Куролюба. Кто мог напасть на Скитер? Это мог быть даже Артур Уизли (тогда он ещё был жив). Да и вообще любой, кому старик промыл мозги; исполнитель в данном случае не важен. Ладно, хватит думать о Скитер. Нужно добраться до последних Уизли. Достаточно исполнить Билла и Чарли, как род будет уничтожен: даже если у них где-то есть бастарды, никакого магического наследия Уизли нет, потому что они предатели крови.
 
Гринготтс, переговорная
После ланча 11 сентября 1991.
    – Добрый день, мастер Скалотрус.
    – И вам того же, наследник рода Блэк.
    – Я пришёл узнать статус ремонта в коттеджах моего посёлка.
    – Всё готово, наследник, согласно вашему заказу.
    – Отлично, мастер Скалотрус. У меня для вас есть заказ, даже, в некотором роде, предложение совместного предприятия.
    Предложение совместного предприятия явно было в диковинку для гоблина. Но предприятие подразумевает прибыль, так что слова наследника рода Блэк не вызвали резкого неприятия Скалотрусом.
    – Я вас внимательно слушаю.
    – Предположим, я хочу установить сейф гоблинской работы у себя дома. Такое возможно?
    – Возможно, наследник рода Блэк. Однако, будучи хорошо осведомлённым о ваших активах и пассивах, скажу прямо: сейчас это вам не по карману.
    – Мастер Скалотрус, а есть ли у вас список возможных вариантов установки сейфа?
    – Пожалуйста, ожидайте, – Скалотрус покинул комнату, чтобы вернуться минут через пятнадцать с книгой в кожаном переплёте, которую он передал мне.
    Книга оказалась прейскурантом на гоблинские сейфы, причём цены начинались от ста тысяч за настенный сейф. Кроме цены и размера сейфа, были указаны его характеристики – список защит, сигнализаций и оборонительных чар, время автономной работы, время работы в питании от родового источника магии. Just as planned.
    – Мастер Скалотрус, назовите слово, которое возникает в разуме при мыслях о Гринготтсе.
    – Надёжность.
    – Великолепно! Гринготтс надёжно хранит дорогие для клиентов вещи. А какая вещь, при скромных размерах, может стоить баснословно дорого, и, несомненно, нуждается в надёжном хранении?
    – Родовой Кодекс.
    – Прекрасно, только я подразумевал более общий случай. Информация.
    – В чём суть вашего предложения, наследник рода Блэк?
    – Я предлагаю совместное предприятие по выпуску надёжных средств хранения информации – кейсов для бумаг, шкафов, и так далее. Смысл в том, что открыть кейс или шкаф может только хозяин либо лицо, допущенное хозяином. При взломе содержимое уничтожается без возможности восстановления. Теперь вы можете быть уверены в сохранности ваших тайн! – последнее предложение я продекламировал восторженным голосом рекламного персонажа.
    – Условия и паи? – сразу же ухватил суть Скалотрус.
 
Через два часа
    Скалотрус привлёк другого менеджера, и мы втроём пришли к соглашению. Гринготтс и я организуем ЗАО «Информационная безопасность», в котором девяносто девять процентов акций принадлежат Гринготтсу и один мне; патент на идею кейсов, шкафов и сейфов для хранения информации принадлежит мне, но я уступаю эксклюзивные права на использования патента Гринготтсу за три процента от прибыли. Вообще-то мне просто нужны были кейсы и сейфы для моей Обороны, но почему бы и нет? Мы определили требования к первоначальным моделям продукции, дни встреч акционеров и мероприятия по захвату рынка. Когда все разговоры были завершены, и менеджер Грибовар покинул нас, Скалотрус обратился ко мне с необычным разговором.
    – Наследник рода Блэк, я уполномочен директором Рагноком провести с вами разговор о защите инвестиций Гринготтса, – я вопросительно уставился на Скалотруса, и он не заставил себя ждать, – Гоблины не вмешиваются в дела волшебников, однако в данном случае дела волшебников могут негативно повлиять на инвестиции Гринготтса.
    Я уже догадываюсь, о чём он, особенно, учитывая, что Билл в стране.
    – Продолжайте, мастер Скалотрус.
    Скалотрус понял, что я тоже в некотором роде готовился к этой беседе, и продолжил.
    – Вам, возможно, известно, что Уильям Уизли прибыл из египетского отделения Гринготтса в Британию.
    – Допустим.
    Скалотрус меня правильно понял – мне не возможно, мне точно известно. Слишком уж быстро я ответил, и никакого обдумывания новой информации не было.
    – Гринготтс потратил много средств на подготовку взломщика проклятий, и в случае, если с ним что-то случится до отработки обязательного пятнадцатилетнего контракта, понесёт убытки. Ещё раз: Гринготтс не вмешивается в дела волшебников, но убытки – не в интересах Гринготтса.
    – Какие ваши предложения, мастер Скалотрус?
    – Я хотел бы услышать условия, при которых Гринготтс не понесёт убытков.
    – Род... гм... можно ли называть семью предателей крови родом? Не важно. Так вот, род Уизли согрешил перед родами Поттер и Блэк – в своей беспринципной алчности они нацелились на уничтожение двух Древнейших родов. За это род Уизли будет уничтожен, и это не обсуждается. В случае, если оставшиеся Уизли отрекутся от рода, примут другую фамилию и поклянутся жизнью и магией не мстить за уничтоженных первого сентября членов рода Уизли – моя праведная месть роду Уизли не распространится на них. Если Гринготтс выступит посредником, уговорив Билла или обоих Уизли выполнить мои требования – я не буду их трогать, пока они вновь не перейдут мне дорогу.
    – Ваши условия приемлемы для Гринготтса. Я сообщу вам, чем закончатся переговоры с Уильямом Уизли.
    После прощания со Скалотрусом я отправился домой. Выйдет ли что-нибудь из этих переговоров? Не важно. Плюс две могилы на моём «личном кладбище» ничего не изменят.

    После обеда мы с Анной (которая всё время просидела в библиотеке) направились на хутор у ручья Учаф. Анна выбрала второй (если считать с севера на юг) домик. Портключ до Косой аллеи у неё был свой, поэтому я оставил её обустраиваться и направился домой. Сегодня шёл второй день после «укрепления защиты» Люпином, завтра эффект усиления моей магии начнёт спадать – нужно успеть отработать заклинания тишины, закрепить навыки. Не помешает, кстати, на хуторе построить ещё три домика – я приглядел под них место под деревьями. Нужно будет озадачить Скалотруса.
 
Гринготтс, переговорная
После ланча 12 сентября 1991.
    Я ожидал мастера Шерстеуха. Слова были сказаны, и обратно для него ходу нет. Я уверен, что гоблины используют меня для проверки ритуала, но я также уверен в успехе – мы в Магической Англии, а воля и цель – основа всего. Даже форма и содержание ритуала, по существу, не важны. На этой, несомненно, ценной мысли вошёл Шерстеух. Я поднялся и поприветствовал его, обозначив поклон.
    – Добрый день, мастер Шерстеух.
    – Добрый, наследник рода Блэк. А если мы всё сделаем правильно, то этот день станет великим для гоблинов. Настало время возродить старые традиции, лежавшие в основе боевой мощи гоблинов.
    – Каков наш план, мастер Шерстеух?
    План Шерстеуха мне не понравился. Смысл ритуала в том, чтобы испить жизнь и магию достойного врага. Из достойных врагов у гоблинов имелись одичавшие драконы, жившие в заброшенных шахтах. Подземелья и драконы, ага. Чего они там жрут? Так ведь другую магическую живность, поменьше. Как его найти в шахтах? Дракон не дурак, одиночную дичь сам найдёт. Звучит как-то мрачно и суицидально. Как ориентироваться в шахтах, ведь темнота же и лабиринт на десятки миль в диаметре, не говоря уже о протяжённости? Плюс, там полно всякой мелкой ядовитой гадости, которая в темноте, да из засады, может доставить проблем не меньше, чем долбаный дракон. Был бы я дровосеком за два ярда роста и двести пятьдесят фунтов мышечной массы – исполнил бы дракона из Браунинг M2. Так ведь мне такую полезную вещь даже не поднять. Ладно, с ориентацией в шахтах я справлюсь, если проведу ритуал улучшения слуха, найденный четыре дня назад. Но вот со зрением нужно что-то делать – «Глаза кошки» мне не помогут, потому что на мне будет амуниция.
    – Мастер Шерстеух, на мой взгляд, для успешного выполнения задания нужно выполнить несколько условий, и главное из них – тепловое зрение.
    Шерстеух не желал выдавать такие секреты, но выполнить легендарный ритуал прошлого и получить славу воссоздавшего легендарное оружие он желал куда сильнее. Сошлись мы на следующем: через неделю (время, нужное в основном на закупку ингредиентов) Шерстеух проведёт со мной ритуалы по обретению теплового зрения и улучшению слуха. Для последнего, кстати, требовалась кровь оборотня – поспешил я с Ремусом, да! Оплачиваю ингредиенты я. Затем до Самайна я осваиваюсь с новоприобретёнными способностями; на Самайн – день Д (или ночь Н). На ингредиенты, кстати, ушла последняя тысяча галлеонов из хранилища, я почти банкрот, по поводу чего нужно срочно подсуетиться. С этой целью я запросил через Шерстеуха аудиенции у директора Рагнока, получив знакомое: «Ожидайте».
    Примерно через два часа был разбужен и получил положительный ответ, проследовав в сопровождении двух охранников в кабинет директора. Прошлый раз был просто провожатый – с чего бы это гоблины усилили безопасность? Наверное, тоже готовились к разговору со мной. Да, открытое письмо в «Пророке» многим прочистило мозги, особенно, я надеюсь, послание дошло до адресатов в аврорате. Пропавший Шеклболт должен тому способствовать.
 
Кабинет директора Рагнока
    Кабинет почти не изменился, только вот охранников теперь было не четверо, а двенадцать. По два у каждого плеча директора, четверо напротив и по два у оставшихся стен. Да, верховный гоблин явно понял, о чём пойдёт разговор.
    – Добрый день, директор Рагнок.
    – Великий день, наследник рода Блэк. День начала возвращения к традициям. Присаживайтесь.
    – Благодарю, директор, сэр.
    – О чём вы хотели поговорить, наследник рода Блэк?
    – Вы, должно быть, в курсе моего заявления в открытом письме в «Ежедневный Пророк».
    – Так и есть.
    – Тогда я спрошу прямо: принимает ли Гринготтс моё заявление, или возражает против него?
    Гоблины-охранники зашевелились, сжимая в руках свои карликовые алебарды.
    Мир или война. Прямо сейчас, у тебя в кабинете, Рагнок! Мои руки сложены на груди – левая напротив нагрудной кобуры с K5, правая сжимает петельку стальной проволоки, которая продета через кольца шести L2A2. В комнате тринадцать гоблинов – они составят мне достойный почётный караул. В Валгалле.
    – Гринготтс... принимает ваше заявление.
    Рано радоваться. Теперь нужно надавить на коротышек, но так, чтобы у них была возможность сохранить честь. Финансирование сейчас для меня – вопрос жизни и смерти.
    – В таком случае я хочу получить деньги, которые я должен был получать по завещанию моих родителей, начиная с годовалого возраста. Я готов забыть получение денег Дамблдором и списать данный случай на форс-мажор, учитывая продвинутые им коррупционные решения государственного масштаба.
    Лица охранников налились кровью, а директор явно позеленел от ярости. Ещё бы – я почти прямым текстом назвал их кидалами, но сделал вид, что они «неуиноуатые совсем», чем сохранил им лицо.
    – Д-д-да будет так, наследник рода Блэк, – у директора явно горло пересохло. Нет, няшечка, сегодня ты меня убивать не будешь – ты ведь хочешь воссоздать ритуал одухотворения оружия.
    – Благодарю, директор Рагнок, за ваше решение. Теперь меня можно называть Гарри Поттер.
    После такой содержательной беседы директор явно собирался принять пару-тройку пинт мухоморной настойки, для успокоения нервов.
    – Это всё на сегодня, наследник рода Блэк Гарри Поттер?
    – Да, директор, сэр. Благодарю за ваше время, – я расслабил правую кисть.
    – В таком случае, до свиданья.
 
Переговорная
    Сегодня я планировал посвятить время только ритуалу, но, так как время ритуала сдвинулось, я намерен решить все свои вопросы. Поэтому я запросил встречу со Скалотрусом и Крюкохватом одновременно – пришло время разрубить этот узел проблем, что не давали мне нормально работать. Скалотрус появился быстро, а вот Крюкохват заставил себя ждать. Но, наконец, он явил свою харю пред мои светлы очи.
    – Добрейший денёк, мастер Крюкохват, – со Скалотрусом я уже поздоровался, и мы ожидали Крюкохвата в молчании. Что для Гарри Поттера добрейший денёк – то Крюкохвату Армагеддон.
    – Приветствую, мистер Эванс, – ну, мразь, последний раз ты меня раздражаешь.
    – Как поверенным родов Блэк и Поттер, – Крюкохват прочёл в моих глазах, что последнее явно ненадолго, – хочу сообщить, что не далее часа назад я имел разговор с директором Рагноком, по результатам которого Гринготтс принял моё заявление о самостоятельности, опубликованное в «Ежедневном пророке».
    Да. Прикормить Риту Скитер – минус двести пятьдесят галлеонов в месяц. Разговор с Шерстеухом, а затем с Рагноком – плюс двадцать тысяч галлеонов. Глаза Крюкохвата, осознавшего своё положение – бесценно!
    Смакуя месть, я добавил, убивая всякую надежду:
    – Это означает, что Дамблдор не является и не являлся моим опекуном. Я сам себе опекун! – театральная пауза. – В связи с этим я намерен отказаться от ваших услуг, мастер Крюкохват, как управляющего делами Гарри Поттера, а после вступления в наследие я намерен отказаться от ваших услуг, как управляющего делами рода Поттер, – насколько я понял обычаи гоблинов, в таком случае Крюко­хва­та ожидает ритуальное самоубийство.
    – Это всё, что я хотел сказать вам, мастер Крюкохват. Благодарю за внимание.
    Ноги Крюкохвата не держали, взгляд его был далеко. Через минуту Скало­трус дёрнулся (видимо, вызывая охрану), и, когда охрана появилась, попросил её провести мастера Крюкохвата. Когда мы остались одни, я продолжил.
    – Мастер Скалотрус, я буду благодарен, если вы возьмёте на себя управление детским сейфом Гарри Поттера.
    – Как пожелаете, наследник рода Блэк.
    – Можете называть меня Гарри Поттером.
    – Хорошо.
    – Я также хочу перевести двадцать тысяч галлеонов из сейфа Гарри Поттера на счёт рода Блэк – это согласовано с директором Рагноком.
    – Будет сделано.
    – Я также прошу вас провести оценку ваших услуг, при условии строительства Гринготтсом ещё трёх домов на хуторе у ручья Учаф, – я передал Скалотрусу схему с расположением трёх домов.
    – Мои услуги будут стоить пятьдесят галлеонов.
    – Это всё на сегодня, мастер Скалотрус.
    – До свидания, наследник рода Блэк.
    – До встречи, мастер Скалотрус.

    Хотел пройтись по Косой аллее – срисовать наблюдателей Куролюба, но пос­ле таких напряжённых переговоров сил не было от слова «совсем», и я отправился домой со ступенек Гринготтса.
 
Гриммо 12, гостиная
7 вечера, совещание Отдела II.
    Крайтон и Калхоуны предоставили мне протоколы слежки с краткими досье на фигурантов. Благодаря маячкам, повешенным Крайтоном, можно было отследить местоположение каждого из них. Только вот все они – исполнители, мелкие сошки. Благодаря сегодняшним переговорам в Гринготтсе вопрос финансирования не стоит так остро, как вчера, поэтому нужно выходить сразу на их хозяина, на держателя общака. Кстати, все трое до сих пор видели меня только под «старческой» личиной, а в свете последних откровений в прессе это не имело никакого смысла.
    – Господа! До текущего дня я скрывал свою внешность амулетом, и на то были причины, – сказал я, снимая амулет. – Теперь же смысла её скрывать нет.
    Калхоуны никак не отреагировали – я даже не понял, то ли им всё равно, то ли они не в курсе последних событий магического мира; Крайтон явно удивился.
    – Но как Гарри Поттер стал наследником рода Блэк? – моя внешность явно сбила его с толку, но он исправился, – Сэр!
    Видимо, Калхоуны всё же были не в курсе, потому что при упоминании волшебной фразы «Гарри Поттер» они встрепенулись и посмотрели на меня.
    – Сириус Блэк, мой магический крёстный, назначил меня наследником в своём завещании. А теперь вернёмся к делам. На основе добытых вами сведений, необходимо обеспечить допрос минимум трёх из этих пяти фигурантов. После допроса – Обливиэйт. Нам нужны их главари.
    – Сэр, в чём цель операции? – спросил младший Калхоун.
    – Цель операции – обеспечить финансирование нашей организации, и, заодно, подорвать наркоторговлю в Британии, – я помолчал некоторое время. – Мистер и мистер Калхоуны, у вас остались контакты со времён предыдущей службы? Меня интересует обеспечение оружием, амуницией, средствами связи.
    – Да, сэр! Это возможно организовать, – ответил старший Калхоун.
    – Отлично. Вот это мне понадобится в ближайшее время, – я передал старшему Калхоуну список. Кроме того, утверждаю ваш список оборудования по второй колонке. Деньги получите завтра. Сколько времени займут закупки?
    – Четыре дня, сэр.
    – Хорошо. Проработайте план операции через шесть дней, при условии старта операции двадцатого сентября. А теперь о приятном. Завтра, в полдень, я ожидаю вас для похода в мой посёлок и выбора жилья. Предложения, возражения?
    – Сэр, можно ли сместить время на 4 дня? – снова подал голос младший Калхоун, – В полдень мы будем заняты закупками.
    – Принято. До завтра, господа.
    – Доброй ночи, сэр, – ответил за Калхоунов старший.
    – До встречи, сэр, – сказал Крайтон.
 
Тем временем глубоко под землёй...
    Директор Рагнок принимал четвертую за сегодня пинту настойки «Золотой мухомор».
    Перед ним на столе лежали два документа, и нужно было решить, какой путь избрать. Хотя, если по существу, вариант всего один – ведь невозможно отказаться от такого шанса, когда ещё выпадет такая возможность – взрастить своего владыку Магической Британии. То, что он станет владыкой, если переживёт этот год – не вызывает сомнений. Вопрос только в том, будет ли он с гоблинами, или нет. Все гоблины (кроме Крюкохвата), бывшие в контакте с объектом, однозначно заявляли об отсутствии расистских взглядов у объекта. Он вообще не делает различий, с кем общаться – волшебник, гоблин, сквиб, маггл – оценивает по делам. Что до Крюкохвата, его ожидает неприятное внутреннее расследование и ритуальное самоубийство третьего типа. О нем вообще стоит забыть – в Гринготтсе растратчикам не место.
     
    
    Отдел ритуальных услуг
    Генеральному директору Гринготтса, вождю Рагноку
     
    Докладная записка
    О возрождении ритуала Рождения Души Оружия
    Довожу до вашего сведения, что 5 сентября 1042 года от основания Гринготтса в беседе с объектом «Избранный» (см. протокол №19 отдела ритуальных услуг за соответ­ствую­щее число) им было высказано предположе­ние, объясняющее смысл и цель ритуала РДО (Рождения Души Оружия). Мной была предложена помощь в прохождении ритуала объектом, с целью провести ритуал, который, будучи успешным, принесёт былую силу нашей великой расе.
    Во время встречи с объектом «Избранный» 12 сентября (см. протокол №5 отдела ритуальных услуг за соответствующее число) мной в контакте с Объектом был разработан комплекс мер по успешному прохождению ритуала РДО, предполагающий дополнительные ритуалы с целью повышения боеспособности объекта. Аналитики КПБ дают полуторапроцентную вероятность прохождения объектом ритуала РДО, однако хочу заметить, что объект за девять неполных недель сколотил состояние, собрал дружину, приобрёл недвижимость, устранил, по прямым и косвенным показателям, более десяти врагов своих родов, уничтожил репутацию объекта «ББМ», мастерски сочетая политику и тактику обычного и волшебных миров. Поэтому моё ожидание успеха объекта в ритуале РДО – шестьдесят процентов.
    Прошу обеспечить максимальное содействие объекту «Избранный» на его пути к РДО. В случае неудачи в минусе окажется несколько гоблиномесяцев работы, в случае успеха – повышение обороноспособности нашей расы до пиков пятидесятых годов от основания Гринготтса.
     
    Начальник отдела ритуальных услуг
    штурм-ритуалист II ранга Шерстеух
    12 сентября 1042 года от основания Гринготтса
     
    
    Департамент финансовой безопасности
    Отдел древнейших семей
    Генеральному директору Гринготтса, вождю Рагноку
     
    Докладная записка
    О расширении спектра услуг с целью
    повышения прибыли
    Довожу до вашего сведения, что 12 сентября 1042 в беседе с объектом «Избранный» было высказано предло­жение, а затем и документально оформлено создание ЗАО «Информационная безопасность», направленного на продажу товаров для защиты документов клиентов (см. протокол №106 департамента финансовой безопасности от 12 сентября). Особую ценность представляет собой стратегия продвижения бренда на рынке – использование бренда Гринготтс для продвижения бренда «ИБ», с последующим использовани­ем бренда «ИБ» для продвижения бренда Гринготтс. Объект назвал указанную стратегию «методом Mac-iPod»; в доступных материалах упоминаний о данной стратегии не найдено. Ожидаемые нормы прибыли – см. копию плана развития из учредительных документов ЗАО «ИБ». Объектом также высказана стратегия последующего выдвижение новых брендов по схеме “+iPhone”, которая требует подробного изучения.
    Запрос объекта на пятипроцентную прибыль от ЗАО «ИБ» следует воспринимать как прямое предложение сотрудничества с намёком, что подобных предложений у объекта ещё как минимум несколько.
    Прошу обеспечить максимально возможное содействие объекту, ввиду ожидаемой прибыли от совместных предприятий.
    Прошу рассмотреть создание отдела инновационных предприятий, ориентированного на адаптацию и взятие на вооружение стратегий объекта «Избранный».
     
    Поверенный рода Блэк, поверенный Гарри Поттера
    отдела древнейших семей
    департамента финансовой безопасности
    Кавалер рубиновой подвязки «Полвека без взятки»
    аккаунт-менеджер I ранга Скалотрус
    12 сентября 1042 года от основания Гринготтса
     
    Директор понял, что отказать нельзя – в противном случае следующее собрание гоблинов-акционеров потребует его отставки, а отставка в Гринготтсе означает ритуальное самоубийство. Рагнок открыл второй ящик стола, достал бланк и принялся писать.
     
    
    РГЗАО Гринготтс
     
    Распоряжение
    12 сентября 1042 года
     от основания Гринготтса
    В целях обеспечения роста прибыли Гринготтса и обороноспособности расы гоблинов, обязываю:
    1.
Обеспечить режим максимального содействия объекту «Избранный» в выполнении ритуала РДО.
       1A.
Контроль за выполнением п. 1 возложить на начальника отдела ритуальных услуг штурм-ритуалиста II ранга Шерстеуха.
       1B.
Разрешить штурм-ритуалисту II ранга Шерстеуху привлечение дополнительных специалистов в любых объёмах.
    2.
Создать отдел внедрения инновационных стратегий с целью использования стратегий, озвученных объектом «Избранный». Выделить под кадры отдела семь аналитиков из числа выпускников академии управленческого резерва. Назначить главой отдела аналитика I ранга аккаунт-менеджера Змееглота. Контроль за работой отдела возложить на аккаунт-менеджера I ранга, кавалера рубиновой подвязки «Полвека без взятки» Скалотруса.
    3.
Провести внутреннее расследование на предмет нецелевого расходования средств детского сейфа Гарри Поттера аккаунт менеджером Крюкохватом. До конца расследования ограничить его свободу и запретить исполнение ритуального самоубийства. Разрешается применять средства допроса четвёртого ранга. Обязанность контроля внутреннего расследования возложить на главу третьего отдела департамента внутренних расследований, центурия Кровохлёба.
    4.
В целях охраны инвестиций обеспечить примирение старших братьев Уизли и объекта «Избранный» методом, предложенным объектом. Ответственность за исполнение возложить на аккаунт-менеджера I ранга, кавалера рубиновой подвязки «Полвека без взятки» Скалотруса.
     
    Генеральный директор Гринготтса
    вождь Рагнок
     
    Ставки сделаны, гоблингеноссе Рагнок!
 
Гриммо 12, столовая
Время ланча, 13 сентября 1991.
    Анна пришла к завтраку и до ланча просидела в библиотеке. Пользуется моей добротой, да! Кричер всё это время следил за ней, пока я был в спортзале. Пусть пользуется, мне не жалко. Кроме того, у меня на неё планы: живя на хуторе, она так или иначе будет контактировать с агентами Отдела II, а там – дело молодое, влюбятся, женятся, и будут ещё больше привязаны ко мне, как к человеку, которому обязаны своим счастьем. Пригласив её с помощью Кричера на ланч, я ждал, пока она закончит кушать, прежде чем начать говорить. Анна же, казалось, в мыслях всё ещё в библиотеке. Наконец, трапеза закончилась, и Кричер убрал со стола, оставив только чайник зелёного чая и чашки. Анна вышла из внутреннего мира и сосредоточила внимание на мне.
    – Анна, пришло время задания того типа, ради которого я и нанял вас – журналистское расследование, аналитика, публикация. От того, как вы выполните его, зависят наши дальнейшие трудовые отношения. Однако, беря во внимание опыт первого задания, я уверен: вы справитесь.
    – Сэр? – Анна достала блокнот.
    – Первое. Я хочу, чтобы вы написали аналитическую статью об обучении зельеварению за последние двадцать лет. Воспользуйтесь статистикой аврората, Святого Мунго, сами придумайте чего. Я хочу, чтобы вы донесли до читателя, насколько упало качество образования в области зельеварения, подтвердив это графиками наборов новобранцев в аврорат и практикантов к Святому Мунго. Если найдёте ещё пострадавшие отрасли магического общества – чудесно. У читателя должно сложиться мнение – причём абсолютно верное, основанное на правдивых фактах, что Дамблдор и его Карманный Пожиратель Снейп искусственно задуши­ли зельеварение в Магической Британии. Вывод должен быть однозначным: поте­ри от действий Дамблдора и его подельников для Магической Британии тяжелее, чем от террора Волдеморта. Всё-таки это не Волдеморт последние пятьдесят лет душит образование. Сроку вам – месяц.
    Я задумался – да, без этого нельзя. Мне нельзя быть неучем.
    – Второе. Библиотека рода Блэк уже почти десятилетие не принимала новые книги. Я хочу, чтобы вы взяли на себя подборку и комплектацию библиотеки периодическими изданиями и тематическими книгами, вот, я подготовил краткие рекомендации, – я передал Анне лист со своими записями, – только не увлекайтесь. Эта работа на года, не стоит стремиться купить всё и сразу. Список книг, изданий и смету согласуете со мной. Закупку и доставку организуете через абонентский ящик, который будет обслуживаться домовым. Вопросы?
    – На какую сумму мне стоит рассчитывать для обеспечения операции?
    – Примерно две тысячи галлеонов. Со временем, возможно, больше.
    – Хорошо, сэр. Могу я остаться в библиотеке?
    – Только до четырёх. Затем я отправляюсь на хутор, квартировать ваших коллег, только силовой направленности. Если желаете – отправляйтесь со мной. Всё-таки это ваши будущие соседи по посёлку.
    – Звучит неплохо, сэр!
    – Кричер! Проводи госпожу Анну в библиотеку.

    В четыре дня прибыли Калхоуны и Крайтон. Калхоуны передали мне пакет с докладной запиской, и мы, захватив Анну, направились в посёлок портключами. Крайтон занял северный дом, а Калхоуны – средний. Я показал им места под будущие дома – два для сотрудников и один паб, где можно будет посидеть вечерком, возможно, даже насладиться пивом под просмотр телевизора. Убедился, что у всех есть портключи до Косой аллеи и до Гриммо 12, и вернулся домой.
    Докладная записка от Калхоунов содержала перечень оборудования, которое будет закуплено через три дня. Отправил Кричера в Гринготтс, за фунтами для братьев, затем в посёлок – передать им деньги. Вернувшись, Кричер сообщил, что передал деньги Калхоунам, которых он нашёл на чаепитии у Анны. Just as planned.
 
Гриммо 12, гостиная
14 сентября 1991.
    Пора охватывать новые горизонты. Воздействовать на Британию можно и извне Британии. С такими мыслями я взялся за письмо.
     
    Министру внутренних дел Магической Франции
    господину Делакуру
     
    Ваше превосходительство,
    Ввиду пугающих тенденций образования и нацистской расовой политики последнего времени в Магической Британии, а также особенностей толкования Статута Секретности, и находя близость моих политических взглядов и взглядов Либеральной партии Франции, считаю полезным провести встречу, с целью выработать общий взгляд на вышеозначенные вопросы.
    Если вас заинтересует моё предложение, буду рад встрече в удобном для вас месте, в удобное для вас время.
     
    Имею честь быть вашим почтительным слугой
    Гарри Джеймс Поттер, наследник рода Блэк
     
    – Кричер! Отправь это письмо через WizardExpress.
    – Так точно, Господин!
 
Поместье Делакур, недалеко от Парижа
3 часами позднее.
    Вернувшись из министерства, месьё Делакур просматривал почту в своём рабочем кабинете. Третий конверт был подписан по-английски, от чего он скривил губы. Ждать чего-то хорошего от лимонников – это было бы смешно, если бы не вызывало уныние. Ален со скепсисом вскрыл конверт и вчитался в короткий текст.
    Письмо оказалось от Поттера. Французская внешнемагическая разведка собрала досье на Поттера, и хорошего там было мало. В целом и общем, Гриндевальд на взлёте смотрелся как-то... добрее, что ли. Уже несколько врагов Поттера чудесным образом отправились на перерождение, после чего тот имел смелость публично заявить в газете, что мол, так будет с каждым врагом рода Поттер. Хотя яйца у него алмазные – это не отнять: в одиннадцать лет парень за два месяца организовал чудовищный переполох, разом отправив с десяток врагов в страну вечной охоты и вызвав желание прикинутся кустиком и не отсвечивать у доброй части оставшихся. Во всяком случае, после исчезновения того чернокожего аврора идея ареста Поттера сама собой заглохла. Причём, несмотря на авторитетные заявления аналитиков, что, мол, Поттер – марионетка некой политической группы, и при всём усердии, разведка эту самую группу не обнаружила. Ален ещё раз перечитал письмо и потянулся к магическому интеркому.
    – Жак, закажи у аналитиков ФВР отчёт по последним действиям Гарри Поттера. Пусть подключат все каналы. Мне нужно всё через два дня.
    Нужно посмотреть на этого малолетнего мясника, хуже от этого не будет. Месьё Делакур наклонился к прибору, выхватил ручку и принялся за ответ.
     
    Наследнику рода Блэк
    Гарри Поттеру
     
    Месьё!
    Я был счастлив узнать, что либеральная политика партии, которой я имею честь быть лидером, находит отклик в сердцах не только на благословенной земле la belle France, но и за Каналом.
    Буду иметь честь принять вас 17 сентября в три часа дня.
     
    С наилучшими пожеланиями
    Ален Делакур
     
    – Жак! Отправь письмо дипкурьером.
    Через минуту секретарь унёс послание месьё Делакура в недолгий путь от Франции до Французского посольства в Лондоне, и затем до абонентского ящика на почте на Косой аллее.

    Около полудня 15 сентября письмо легло на стол Гарри Поттеру вместе с ланчем.
 
15 сентября
    Остаток дня ушёл на покупку достойной одежды в немагическом Лондоне: всё-таки к министру собираюсь. Пришлось потратиться на консультацию у гоблинов и на портключи, действующие на территории Франции, в том числе и на тот, который доставит меня к поместью Делакуров. Заказывать международный портключ не хотелось – пришлось бы проходить таможню, что меня по некоторым причинам не устраивало. Вечер я провёл в бессмысленном заучивании правил этикета – всё равно заниматься этим было уже поздно. Письмо Делакуру я написал, скорее, из озорства, и не очень надеялся на ответ.
 
Франция, Верментон
7 вечера 16 сентября 1991.
    Сняв магглоотталкивающий амулет и вернув старый (мальчишеский) амулет изменения внешности, тот самый, который был на мне во время инцидента с семьёй Венсан, я позвонил в дверь. Дверь открыл Клод, после чего последовала немая сцена минимум на минуту. Узнал, да. Наверняка не раз меня в кошмаре видел, бедняга. Наконец, Клод, так и не сказав не слова, сдвинулся в сторону, молчаливо предлагая войти, и я вошёл. Клод провёл меня в кухню, достал две бутылки тёмного пива и сел за стол. Молчание затягивалось.
    – Зачем ты пришёл? – начал Клод, ополовинив бутылку.
    – Я помогу Вам, вы поможете мне.
    – Ты и так нам уже помог, – он толкнул бутылку ко мне по столу. Я покачал головой и медленно подвинул её обратно.
    – Я постараюсь привлечь высококлассного специалиста, который, скорее всего, сможет помочь вашей дочери. В худшем случае она забудет всё, что случилось, и будет лишь в курсе, что у неё погибла мать.
    – Идёт.
    Больше меня тут ничего не держит.

    Вечером старший Калхоун принёс мне то, что я заказал на прошлом собрании Отдела. Разберу это позже, когда будет время.
 
Поместье Делакур, обеденный зал
Половина второго 17 сентября 1991.
    Ален предупредил супругу и младшую дочь, что завтра у него деловая встреча. Ему ведь потребуется помощь его девочек. Жаль, Флёр в Бобатоне – она бы справилась идеально. У малышки Габриэль только-только проснулось наследие вейлы, а ведь на следующий год она тоже поступит в Бобатон, и дом опустеет. С другой стороны, если Габриэль приложит Поттера по гормонам – ничего удивительного, она «ещё слишком мала, чтобы контролировать себя». Ладно. Будем работать с Габриэль.
    – Габриэль, солнышко! Мне нужна твоя помощь.
    – Да, папа́?
    – Сегодня в три ко мне на встречу придёт молодой человек. Когда секретарь позовёт тебя – ворвись к нам и надави ему на мозги, так, чтобы он думал только о том, какая ты красивая; тем временем, я задам ему пару важных для меня вопросов.
    – Ален, ты проказник! – воскликнула Аполлин. – Нельзя так шутить.
    – Ах, дорогая, на этот раз всё серьёзно. И мне потребуется вся помощь моей девочки.
    – Да, дорогой.
    Незачем говорить Габриэль, что придёт Поттер. Когда она опознает героя сказок, от нахлынувших эмоций её чары будут особенно эффективны.
 
Гриммо 12, чуть позже
    Я рассматривал костюм, и чем дальше, тем меньше мне нравилась идея пойти в этом. Благодаря магглоотталкивающему амулету у меня уже выработалась привычка ходить в чём угодно, лишь бы удобно и функционально. Костюм, оправдывая свои деньги, сидел идеально. Только вот небольшая проблема – с ним не получится взять то, без чего я уже на улицу не выхожу. В крайнем случае, меня не пустят даже на порог – но безоружным я никуда не пойду. В итоге я оделся как обычно в последние две недели: жилет-разгрузка с двумя нагрудными кобурами с K5 и нашитыми карманами с магазинами, Сёто, палочка в кобуре на левой руке, четыре L2A2 и четыре M84 в карманах по бокам, кармашки с портключами. Всё это вместе весит почти шестнадцать фунтов, и единственное, что радует – ходить мне далеко не нужно. Нужно разобраться с какими-нибудь чарами уменьшения веса – в последнее время это становится жизненно важной проблемой. Плюс – тогда можно будет носить что-то ещё. Поверх я надел мантию-хантэн и шляпу. Посмотрел на себя в зеркало – charmant ! 23 Переместился в охотничий дом, повторил схему окклюментной защиты и тезисы разговора, использовал созданный гоблинами портключ.
 
Поместье Делакур
    Портключ перенёс меня к железным воротам среди кирпичной стены, увитой какими-то растениями. Стоило мне подойти к воротам, как они открылись, и домовик повёл меня прямо к хозяину, который «ожидает в кабинете». Я бы тоже не стал знакомить с семьёй неизвестно кого. Домовик доставил меня в полукруглый кабинет с пятью французскими окнами, в центре которого за столом сидел месьё Делакур, который при моём появлении встал, обозначил поклон и поприветствовал меня:
    – Месьё Поттер, рад вас видеть.
    – Я рад встретить вас не меньше, сэр, – я не уверен до конца в моём варианте окклюментной защиты, поэтому смотрел расфокусировано на всю фигуру Делакура, но не в глаза. И вообще, поддержание защиты напрягало.
    – Будьте добры, присаживайтесь, месьё.
    – Благодарю, сэр.
    – В вашем письме вы упомянули о расистской политике в Магической Британии, месьё.
    – Сэр, для Вас, я уверен, не секрет отношение Министерства ко всем, хоть сколько-нибудь отличающимся от чистокровного мага. Министерство ущемляет права кентавров, гоблинов, оборотней, вейл – даже не ущемляет права, а держит за животных. Очевидно, что такое отношение спровоцирует бунт, причём бунт кровавый, не говоря уже о просто аморальности подобной дискриминации. Да и всякие проходимцы, типа лорда, – сказал, как плюнул, – Волдеморта всегда смогут привлечь на свою сторону ущемлённых, которым ждать от власти абсолютно нечего. Эту ситуацию нужно менять. И её нужно менять как снаружи, так и изнутри Британии.
    – И как, месьё, вы представляете себе изменение ситуации?
    – Дискредитацией расистов, сэр. Устранением расистов... с руководящих постов. Взаимной поддержкой, для начала хотя бы в прессе.
    – Месьё Поттер, как вы оцениваете шансы на победу?
    – Наше дело правое, мы победим.
    Тут дверь распахнулась и в кабинет ворвалась девочка младше меня, выдавая слова со скоростью поезда в лондонском метро. Она то ли о чём-то просила, то ли о чём-то восторженно докладывала – а, возможно, и то и другое. Я, конечно, учу французский язык, активно используя зелья, купленные через Скалотруса, но на такой скорости понял только «папа́». Наконец, Ален вклинился в поток слов дочери, и происходящее вновь стало мне понятно.
    – Габриэль, солнышко, разве ты не видишь, что я занят? – Габриэль, наконец, изволила почтить меня своим вниманием.
    – Месьё, прошу меня прости... – Габриэль нащупала взглядом мой, без сомнения, героический шрам, и впала в ступор. А ведь она няшка. Так... защита падает. Четвёртый слайд, мать его, четвёртый! Переключаемся на пятый, ровно дышим. Я спокоен. Шестой слайд.
    – Мисс, – я встал и поклонился, – слухи о вашей красоте преодолели Канал, и, должен признать, они абсолютно правдивы, – и вообще, комплименты делать – не с Дамблдором пересекаться. Надеюсь, она знает английский, потому что делать комплименты на французском я смогу ещё не скоро.
    Габриэль покраснела от такой невинной лести и стрельнула глазами, от чего у меня чуть не подогнулись ноги. Второй слайд! Второй! Выдох! Третий! Вдох! В глазах Алена явно видна растерянность, несмотря на доброжелательное выражение лица. Тем временем Габриэль взяла себя в руки:
    – Ты – Гарри Поттер! – с интонацией священника, произносящего: «Она – ведьма!», припёрла меня к стене французская няшка.
    – К вашим услугам, мадмуазель, – светская формула немного осадила Габриэль, но ненадолго – секунды на полторы.
    – А это правда, что ты убил Тёмного Лорда?
    – Которого из двух, мадмуазель? Впрочем, оба после встречи со мной не умерли окончательно, что весьма прискорбно. Но я тешу себя надеждой исправить эту досадную оплошность.
    Тем временем месьё Делакур изобразил глазами долгопята. Информация явно не та, что он ожидал услышать. Пользуясь тем, что месьё временно выпал из разговора, я полностью переключил внимание на Габриэль, которую встреча с героем сказок явно зажгла.
    – Ах, зачем так официально – называй меня Габриэль.
    – Тогда и ты называй меня Гарри.
    – Пойдём, Гарри, я покажу тебе поместье.
    – Я сдаюсь перед грубой силой, – и я предложил Габриэль руку, которую она тут же ухватила. – Сэр, вы позволите? Не могу же я отказать даме?
    – Oui, да, конечно, – Делакуру старшему явно нужно было время для того, чтобы прийти в себя после моего заявления.

    Габриэль показала мне дом, сад, рассказала о каждой статуе в саду, каждой картине, вазе, расспросила меня, где я бывал, почему так одет и уже намеревалась показать семейный альбом, когда нас перехватила мадам Делакур. Если Габриэль свои чары вейлы не сдерживала, и я постоянно чувствовал нечто вроде зубной боли, только с обратным знаком (от неё можно было абстрагироваться), то Аполлин явно держала свою силу под контролем, выпустив её только на время обмена любезностями.
    – Gabrielle, qui est ce petit garçon ? 24  – удар по мозгам очарованием Аполлин был силён, но... он был какой-то ненастоящий. Если Габриэль искренне хотела понравиться Мальчику-Который-Выжил – и это действовало, то Аполлин надавила грубой силой, без чувств. Ярость от величания «пти гарсон» привела меня в чувство моментально, безо всякой окклюменции.
    – Гарри Джеймс Поттер, к вашим услугам, мадам, – а то ты не знаешь!
    – Габриэль, ты украла у папа́ месьё Поттера прямо с деловой встречи! – фальшиво возмутилась Аполлин; я обернулся к Габриэль:
    – Сожалею, Габриэль, но мне и вправду нужно закончить дела с твоим отцом. Надеюсь, мы ещё встретимся, – Габриэль по непонятной причине промолчала, мило покраснев.
    – Это будет зависеть от поведения юной леди, – взяла огонь на себя старшая Делакур, – Жозе, проводи месьё Поттера.
 
Кабинет Алена Делакура
    Едва войдя в кабинет Делакура, я попытался завуалированно извиниться за то, что оставил его:
    – Сэр, вы, должно быть, невероятно счастливый человек, ведь у вас такие прекрасные супруга и дочь!
    – Даже более счастливый, чем вы предполагаете, месьё, – принял мою игру Делакур, – моя старшая дочь Флёр делает меня ещё более счастливым. И всё же, что вы говорили о тёмных лордах?
    – Всё одновременно сложно и просто, сэр. Психбольной Том Реддл, также известный под кличкой Волдеморт, умер. Но его душа осталась на этом свете. Рано или поздно он захватит подходящее тело и продолжит творить непотребства. У меня есть этому материальные доказательства. Тёмный лорд Альбус Дамблдор законсервировал организацию Реддла, зная, что тот возродится. Дамблдор планирует сыграть на Реддле, укрепив свои политические позиции. А почему он так уверен в возрождении якобы врага? Значит, Дамблдор сам его возрождает, или, как минимум, всячески этому способствует.
    Делакур не стал возражать, мол, Дамблдор – светлый. Тут и коню понятно, что тот вовсе не няшка.
    – Как вы видите наше сотрудничество, месьё?
    – Я имею значительный капитал доверия общества, который планирую пополнить в ближайшее время, и могу поддержать в прессе ваши взгляды. Ожидаю подобной поддержки с вашей стороны...
    Только сейчас до меня дошла некоторая слабость моей позиции. М-де-е-е, ну я и дурак! Поддерживать политические взгляды и укреплять рейтинг друг друга – это одно. Только вот Делакуру, как французу, вовсе не выгодно решение внутрианглийских проблем. Не стоило ему давать знать о Волдеморде. Да-а-а... «Случайное» появление Габриэль сыграло на руку Делакуру, хотя и явно не так, как он рассчитывал. Что ж, поставим вопрос ребром:
    – Сэр, вынужден спросить прямо: какую позицию вы займёте по отношению к Дамблдору и Реддлу.
    Делакур молчал. Я бы на его месте тоже задумался. Хотя, будь я Делакуром – только похлопал бы Реддлу. Путь он вырезает цвет нации страны-конкурента, а на материке ему контрразведка быстро крылья подрежет – в результате место Магической Британии будет где-то между Либерией и Таиландом.
    – Реддл – внутреннее дело Магической Британии. Что же касается Дамблдора – его расистская политика меня не устраивает. Вы, должно быть, в курсе, что я связан с Общиной вейл Франции, – я кивнул, – и не могу одобрять эти средневековые взгляды.
    Всё как я и предполагал. Только где же мой ум был два часа назад? Стоило показать вейлочку, как сразу не удержался, разболтал важные сведения. Тем временем Ален решил подвести черту под разговором.
    – Месьё Поттер, ваши взгляды на расизм напоминают мне меня самого, когда я был молод. Нам нужно выработать план совместных действий. Предлагаю подготовить тезисы нашей политики, методы действия и встретится через две недели для согласования плана.
    – Сэр, ваши слова вызывают во мне уверенность, что мы победим расизм ещё в нашем поколении, и наши дети не будут знать, что это такое.
    – Тогда на сегодня всё?
    – Ещё один момент, сэр. Не так давно я был свидетелем неприятного происшествия – нападения оборотня на семью магглов. Здесь, во Франции. У девочки после пережитой смерти матери – тяжёлый шок, она закрылась в себе. Если в ваших силах – отправьте хорошего менталиста, чтобы помочь ей.
    Я вытащил из безразмерного кошелька и передал Делакуру папку с выборкой из материалов, собранных Анной.
    – Я бы и сам занялся этим, но в данное время я занят решением проблем тёмных лордов Магической Британии.
    – Я займусь этим, месьё Поттер, всё-таки это обязанность нашего министерства.
    – Тогда до встречи через две недели, господин Делакур.
    – До встречи, месьё Поттер. Жозе! Проводи месьё Поттера.

    Сразу после ухода Поттера месьё Делакур приказал принести омут памяти и принялся анализировать разговор, сравнивая с досье и отчётами ФВР. Возвращение Волдеморта – только этого ему не хватало! Как будто мало расиста Дамблдора и малолетнего маньяка Поттера. Однако по отчёту выходило, что все «акции» Поттера были самозащитой, либо местью за Род. Выходит, не маньяк. Аполлин сказала, что пыталась надавить на него чарами, но он за секунду взял себя в руки. Силён. Да, наследник двух родов. Да и Габриэль он понравился. Нужно присмотреться к нему. Через шесть лет он станет большой шишкой, но и сейчас его влияние на магическое общество огромно. А Габи – молодец! Раскрутила-таки лимонника на информацию. Нужно срочно выделить отдел, который займётся вопросом Волдеморта и Дамблдора – со слов Поттера, они, по сути, действуют вместе, даже если Волдеморт не осознает этого.

    Мысли Габи были приятными – она встретила героя из сказки. Под мантией непривычного покроя явно проглядывали элементы доспеха и меч, чего Габи никогда не видела в современном обществе. И он совсем-совсем не пускал слюни перед её вейловским очарованием! До полноты образа принца не хватало только белоснежного пегаса. Впечатления просто распирали Габриэль, и нужно было срочно поделиться ими, чтобы не лопнуть. Девочка достала бумагу и принялась за письмо.
     
    Милая сестрица Флёр,
     
    Ты не поверишь, кто сегодня был у нас в гостях...
     

    Аполлин просто добавила Поттера в список потенциальных женихов для её дочерей. Чары вейлы явно действовали на Поттера, но он справлялся с собой, что делало его первым и пока единственным кандидатом. Да и к тому же, наследник двух древнейших и богатых родов – достойная партия.

    Далеко за Каналом Гарри Поттер после всестороннего обдумывания перестал беспокоиться на счёт выданной о Волдеморте информации. Скоро подойдёт время окончательного решения вопроса Упиванцев – и вот тогда понимание его мотивов французами благотворно повлияет на его «международные отношения». Что до Габриэль – милый ребёнок, но всё же ещё ребёнок. Луна тоже милая, а воспринимается как взрослый человек – совсем ничего общего.
 
Косая аллея
18 сентября 1991.
    Что подарить Гермионе на день рождения? После прогулки по магазинчикам я срисовал двух наблюдателей-куролюбов: один у выхода из «Дырявого котла», ещё один у точки аппариции близ Гринготтса. Брать их? Вряд ли это стоит того. Флетчер выдал мне состав куроордена, а этих явно используют втёмную. В смысле, Верховный Куролюб всех использует втёмную, но этих – так уж втёмную от слова «совсем».
    Итак, дарить драгоценности? Рано, она ещё маленькая. Нужные амулеты у неё есть. В итоге я купил во «Флориш и Блоттс» подарочный сертификат на пятьдесят галлеонов, самообновляющийся каталог, подписал открытку и оплатил доставку всего этого в Хогвартс.
    Кстати, насчёт наблюдателей я поспешил с выводами. Верховному Куролюбу нужно закрыть образовавшиеся вакансии в ордене, и они – потенциальные члены. Ладно, пока они всё равно ничего не знают, и брать их бесполезно.
 
Гринготтс, ритуальный зал
19 сентября 1991.
    Шерстеух объяснял мне смысл ритуала обретения теплового зрения. В принципе – всё логично. Нужно взять того, у кого это самое зрение есть, да посильнее, и отдать тому, у кого его нет. В качестве почётного донора мастером была выбрана неизвестная мне магическая змея сине-голубого окраса. Сначала Шерстеух напоил змею укрепляющим составом – ей много нужно выдержать, после чего замотал ей пасть армированным скотчем (а гоблины-то от цивилизации не оторвались), и сцедил крови. Кровь пошла как компонент краски, которой он разрисовал моё лицо (хорошо, что тут нет зеркала). Заставив меня держать голову змеи, Шерстеух начал моральную атаку на неё – завывая ритуальные фразы, он специальными щипцами ломал ей рёбра. Рёбер было много, ритуальные завывания были унылые. По глазам змеи я понял, что она согласилась на что угодно уже после того, как мастер выполнил половину своей важной, но неэстетичной членовредительской работы. Закончив с рёбрами, Шерстеух обсидиановым ножом вскрыл змее брюхо после первой четверти длины. Змея всё никак не могла умереть. Другим, серебряным ножом он вскрыл тепловые сенсоры на морде змеи и нанёс мне шесть порезов на лбу – по два над каждой бровью и два почти под волосами. Ритуал близок к концу. Следуя полученным ранее от Шерстеуха инструкциям, я вывернул внутренности змеи и перекусил её сердце, после чего бросил её на чашу алтаря, где, после пары манипуляций мастера, всё ещё шевелящаяся тушка вспыхнула синим пламенем и за минуту сгорела. Ну, наконец-то!

    Второй ритуал был похож на обычный урок зельеварения в Хогвартсе, как его описывают в каноне. Мастер шинковал заранее подготовленные компоненты и добавлял их в котёл. Наконец, зелье было готово и остужено до приемлемой температуры. Шерстеух принялся костяным шилом наносить мне на щёки и спину татуировку под очередной гоблинский напев, используя вместо краски зелье. Когда всё было закончено, он поздравил меня с успешным завершением ритуалов и посоветовал развивать способности. Мы договорились, что в середине октября мне устроят «тренировку» в одной из заброшенных шахт, где я смогу проверить новоприобретённые способности. Плата за ритуалы была снята заранее, так что меня ничего в банке не держало. Теперь мне предстоит развивать способности – за шесть недель, что остались до Самайна, я должен освоить новые слух и зрение. Зрение, кстати, совершенно независимое от глаз – рецепторы сформируются на лбу, там, где меня уколол ножом Шерстеух.
 
Примерно 51.4537°N, 0.1049°W
3 часа ночи 21 сентября 1991.
    Без шума и пыли началась операция по допросу наркобарыг. Благодаря маякам Крайтона было известно местоположение пяти целей, четверо из которых оказались в оперативном районе. Крайтон же соорудил портключи до опорных точек, благодаря чему операция прошла строго по графику. Телепорт, взлом, Империус, допрос, Обливиэйт. Я, наконец-то, не участвовал в захвате самостоятельно, только наблюдал. Показания фиксировались самопишущим пером: кто, с кем, где, когда, сколько раз, и так далее. У фигурантов ничего не взяли – нельзя насторожить хозяина раньше времени. Хозяином оказался важный человек в администрации Ламбет. После короткого размышления я отказался от разработки хозяина – не того ранга фигура, нам пока не по зубам. Во всяком случае, не без длительной подготовки. За полтора часа мы повторили вояж по четырём уже знакомым адресам, выгребли всю наличку и кредитки (реквизиты счетов были переписаны при первом визите), конфисковали всё оружие, кроме как по стволу на брата, и дали каждому барыге установку отправить на перерождение максимально возможное количество членов наркоорганизации, а затем самоликвидироваться. Сразу после этого мы взяли кассу в пабе «Принц-регент», в том числе чёрную. Общий profit составил 17 тысяч фунтов, без учёта счетов фигурантов. С 9:30 по 11:20 братья обналичили большую часть денег со счетов и кредиток, добавив ещё 26 тысяч фунтов.
    Завершив операцию, мы собрались в особняке на Гриммо, чтобы подвести итоги. Итого, прибыль составила около 8600 галлеонов, из которых 4300 в ближайшем будущем обогатят братьев и Крайтона. Да я их теперь палкой не выгоню, после таких-то доходов! Конфискованное оружие было практически бесполезно – дробовики, револьверы, все разной степени ушатанности. По итогам операции были сделаны выводы:
    – Соотношение «два сквиба на одного мага» нужно поменять на «один к одному», чтобы при необходимости использовать парную аппариции.
    – Необходимо использовать домовых в качестве невидимой разведки, дозора и медэвакуатора (а ведь они игнорируют щиты!).
    – Необходимо удвоить личный состав Отдела II, расширить сеть баз и захоронок – на случай, когда (а не «если») нами займутся серьёзные люди.
    – Требуется усилить оборону баз, делая упор на защиту против магов. В первом приближении – антиаппариционный щит, сигнализация, минирование, пулемётные точки.
    Первые три пункта я намерен частично переложить на Скалотруса, а последний – на Второй отдел. На братьев легла ответственность по закупке гранат, мин и пулемётов. На Крайтона – подготовка комплекса магических сигнализаций. Сам же я в ближайшие шесть недель намерен готовиться к ритуалу рождения дзанпакто – по сути, перейти на ночную жизнь, используя новоприобретённые способности – в идеале, затусить с какими-нибудь лондонскими диггерами. Очень неприятно, что нет возможности устранить или хотя бы ослабить Дамблдора физически, поэтому необходимо сделать максимально возможное в политическом поле. И на этот счёт у меня есть план. Надеюсь, мы придём к соглашению с Делакуром по этому поводу.
 
Гринготтс, переговорная, 3 часа ночи
    Скалотрус, конечно, привык уже к моим внезапным непредсказуемым появлениям, но тут я смог его удивить.
    – Мастер Скалотрус, скажите, известно ли вам местоположение меча Годрика Гриффиндора?
    – Нет. Волшебники часто нарушают правила использования гоблинского оружия, но мы стараемся найти и возвратить все артефакты. Учитывая ваш вопрос, я делаю вывод, что вам известно, где находится меч. Мы же утеряли след артефакта около сто двенадцатого года от основания Гринготтса.
    – Да, мастер, известно. Впрочем, даже зная его местоположение, с его возвращением гоблинам могут возникнуть некоторые трудности.
    – Наследник рода Блэк, Гарри Поттер, сэр! Для гоблинов чрезвычайно важно вернуть этот артефакт.
    – Мастер Скалотрус, сэр. Будьте добры сообщить директору Рагноку, что я хочу поговорить с ним по этому и другим не менее, а, возможно, и более важным вопросам.
    На это я получил, как всегда, единственно возможный ответ:
    – Ожидайте.
    Ожидать пришлось недолго. «Осадное положение» с директорского кабинета после принятия моих заявлений было снято, да и я не тащил с собой сегодня все хлопушки. Скалотрус лично провёл меня в кабинет Рагнока, да так там и остался, заняв позицию за плечом директора. Никак, на повышение пошёл, после организации ЗАО «ИБ».
    – Добрый день, директор Рагнок!
    – Добрый, мистер Поттер! Аккаунт-менеджер Скалотрус сообщил мне о вашей осведомлённости по поводу расположения интересующего нас артефакта.
    – Скажу прямо – он находится в Хогвартсе, в Распределяющей шляпе.
    – И чего вы хотите за эту информацию, мистер Поттер?
    – Информацию. Из беседы с мастером Шерстеухом я делаю вывод, что гоблинам известно понятие «крестраж».
    – Известно.
    – Известен ли гоблинам метод извлечения крестража без повреждения носителя?
    – Нет, не известен. Это было именно то, что вы хотели узнать, мистер Поттер?
    – Директор Рагнок, есть ещё один вопрос, который я хотел бы обсудить с вами, – директор всё понял правильно и взглядом отослал Скалотруса из комнаты. Когда аккаунт-менеджер покинул нас, я продолжил.
    – Насколько мне известно, раса гоблинов в Магической Британии сейчас практически заперта в подземельях Гринготтса. Такое положение не может вас удовлетворять.
    – Какой ваш интерес, мистер Поттер?
    – Можете считать меня противником нацизма. Как идеологии, так и конкретных евангелистов нацизма и конкретных его проявлений.
    – Несомненно, благоугодное дело, мистер Поттер. Ваша маленькая революция нуждается в деньгах? В ваших штурм-отрядах не хватает наших алебард?
    – Соблазнительно, но нет. Штыками можно сделать всё, что угодно; только нельзя на них сидеть.
    – Что же вам нужно, мистер Поттер?
    – Я собираюсь выразить публичную поддержку притесняемым магическим расам. И хочу получить публичную поддержку от них в ответ. Я считаю возможным добиться для английских гоблинов прав, равных, а возможно и превышающих права французских гоблинов: свободное посещение магических поселений, увеличение мест обитания. В Англии много заброшенных шахт, которые можно скупить за бесценок. Но я должен быть уверен, что получившие за мой счёт силу гоблины не будут препятствовать мне, моим родам и обществу, которое я построю. Это значит, что я не собираюсь менять нацизм волшебников на нацизм гоблинов.
    – Ваше предложение заманчиво, мистер Поттер, но как вы себе представляете хотя бы расселение гоблинов по шахтам? Соглашения по итогам войн однозначно закрепили наши места обитания.
    – Я не вижу тут никакой проблемы, более того, не понимаю, почему вы не решили вопрос самостоятельно; могу с ходу назвать пару вариантов, если мы придём к соглашению.
    – Мистер Поттер, при всём уважении к вам – у меня есть кое-какие сомнения в успешности вашего, несомненно, великого плана. Вы всё ещё не звезда на политическом небосклоне Магической Англии.
    – Если вы не готовы поддержать меня – это замедлит реализацию моих планов, но не перечеркнёт их. Можете понаблюдать, чего я добьюсь до конца года – только вот в конце года соглашение мы будет заключать уже на других условиях. Если гоблины не хотят помочь мне помочь им – кто я такой, чтобы мешать?
    – Мне нужно время, чтобы обдумать ваше предложение, мистер Поттер.
    – Тогда до свидания, директор Рагнок.
    – До свидания, мистер Поттер.

    Прежде чем покинуть Гринготтс, я озадачил Скалотруса вербовкой сквибов, волшебников и домовиков, а также поиском недвижимости; поинтересовался, как идёт создание прототипов устройств «ИБ». Скалотрус предоставил мне план и смету по строительству трёх домов в посёлке у ручья Учаф – цена была приемлемая, и я дал добро. Последним моим заданием был запрос к Шерстеуху на предмет ещё одного ритуала. В данном конкретном случае результата, думаю, можно было бы добиться анимагией – но результат нужен мне сейчас, а не через годы.
 
Гриммо 12
    Во время чая Кричер предъявил мне письмо, принесённое прямо к двери особняка домовиком с гербом Малфоев. Поднявшись на второй этаж, где хранился мой комплект для чтения почты, я принялся за письмо:
     
    Наследнику рода Блэк
    Гарри Поттеру, сэру,
     
    Милостивый государь,
    В начале августа я заметила появление на родовом гобелене наследника рода Блэк.
    В связи со сложной политической обстановкой, я хотела бы встретиться с Вами, дабы обсудить дела семьи.
     
    Искренне
    Леди Нарцисса Малфой, урождённая Блэк
     
    Чего ей нужно? В идеале – моей смерти. Тогда и наследство достанется малолетней белобрысой личинке Смертожорца, и угроза Упиванцу-муженьку и двинутой сестричке исчезнет. Даже делать самостоятельно ничего не нужно: достаточно указать пальчиком Дамблдору. Только вот иметь дела с Дамблдором умные люди не спешат. А тыкнуть на меня пальчиком Нарцисса сможет в любое время – она ведь не дура (по канону). Сначала пообщается со мной, получит максимум выгоды, затем донесёт Куролюбу и получит суперприз – наследство Блэков. За такой змеёй нужен глаз да глаз – в каноне Малфои Дамби пережили. Никто ведь не будет писать в детской книжке, что Дамби-то уж точно выжил, потратив под шумок пару-тройку учеников на крестражи. Что ж, попробуем договориться.
     
    Леди Нарциссе Малфой, урождённой Блэк,
     
    Милостивая государыня,
     
    Буду рад принять вас на Гриммо 12 двадцать четвёртого сентября, в три пополудни.
     
    Искренне
    Гарри Поттер, наследник Блэк
     
    На предстоящей встрече всё решит моя репутация. Как раз посмотрим, стоит ли она всего наследства Блэков. Хотя Нарцисса, несомненно, пойдёт на соглашение на первой встрече – ей не нужна прямая конфронтация, пока козыри у неё в руках. И снова вывод один – Дамблдор должен быть уничтожен.
 
Гриммо 12, гостиная
3 пополудни 24 сентября 1991.
    К визиту Нарциссы я вызвал на дежурство Крайтона – на предмет проверить дом и меня после её визита. Кричера я озадачу тем же. Братья заняты закупками, да и не пригодятся они сегодня. Специально к сегодняшнему дню я выучил заклинание воздушного пузыря, на случай воздушных ядов и приворотов. Паранойе – зелёный свет!

    Диванчики у камина я специально отодвинул подальше, да и ручку целовать совсем не намерен. Этикет этикетом – тут бы выжить. Сам диванчик для дорогой гостьи я, недолго думая, заминировал. Про паранойю я ведь уже говорил?
    Когда Кричер ввёл Нарциссу в гостиную, я, не давая ей выбора, проговорил:
    – Леди Малфой, рад вас видеть! Будьте добры, присаживайтесь, – указал ей на диван левой рукой, пока правая была неподалёку от рукоятки Сёто. После того как Нарцисса присела, её примеру последовал и я.
    – Добрый день, мистер Поттер. Необычно видеть вас наследником рода Блэк, – конечно, ты бы предпочла своего сына.
    – Для меня это уже привычно, леди.
    Нарцисса осмотрела когда-то родную обстановку, и, наверное, по привычке, приказала:
    – Кричер, подай мне чаю! – это она отлично придумала. Сам бы я не догадался так показать ей, кто тут Блэк.
    Я выждал секунд десять, для эффекта.
    – Кричер!
    – Да, Господин!
    – Подай леди Малфой чай!
    – Так точно, Господин! – Кричер вмиг организовал чай. Нарцисса сделала вид, что ничего не произошло.
    – О, полноте вам, мистер Поттер. Мы ведь родня, хоть и дальняя; не стоит называть меня так официально.
    – Тогда, позвольте называть вас тётушка Нарцисса, – я посмотрел «тётушке» в глаза, просматривая четвёртый слайд своей новоподготовленной окклюментной защиты. Я тщательно просмотрел снятый в семьдесят девятом году фильм «Лики смерти», и из некоторых, особенно запоминающихся сцен сделал для себя несколько «слайдов», которыми покрывал текущие мысли. Вообще-то это была домашняя заготовка конкретно против вейловского приворота, но и на этот раз сойдёт. Я надеюсь. Не стоит Нарциссе лезть мне в мозги.
    – В таком случае, позволь и тебя называть Гарри.
    – С удовольствием, тётушка Нарцисса!
    Нарцисса улыбнулась и выждала паузу перед первым по-настоящему важным вопросом.
    – Скажи, Гарри, насколько правдиво описана твоя жизнь у магглов?
    – Достаточно правдиво, тётушка Нарцисса. Статьи Скитер были написаны по моим письмам.
    – Это ужасно – так относиться к наследнику Древнейшей семьи!
    – Вы правы, тётушка Нарцисса. Но я решил эту проблему, причём, должен признать, урок решать проблему чужими руками я выучил на отлично, благодаря Дамблдору. Престарелый мужеложец, пытаясь вырастить из меня гриффиндор­скую пешку – героя-самоубийцу, просчитался – вместо него появился слизерин­ский игрок, который сломает ему хребет.
    – Ты так уверен в себе?
    – Я уже сталкивался с ним в бою, и он выжил только благодаря везению.
    Нарцисса могла бы посоревноваться с каноничным Добби в размере глаз. Тем временем я продолжил.
    – Вы, должно быть, читали ту бредовенькую статью о нападении Пожирателей смерти на дом Батильды Бэгшот, при котором погиб Аластор Грюм? Смею заметить, что Вы, в силу некоторых обстоятельств, должны были отнестись критично к подобной информации.
    – Да, припоминаю.
    – Дамблдор оставил шпионку Бэгшот у дома моих родителей, будучи уверенным, что я его посещу. Получив сообщение от Бэгшот, он вместе с Грюмом поспешил захватить меня. Возможно, в его отряде был ещё кто-то. Очень предусмотрительно с его стороны – этим он спас себе жизнь. Если бы он был один – я бы сейчас посвятил всё своё время целиком другой проблеме, о которой и хочу поговорить с вами. И да, я уверен в себе! Конечно, в прямой магической дуэли против Дамблдора у меня нет шансов; но я же не идиот, чтобы бороться с ним самым невыгодным для меня способом.
    – Так о чём ты хочешь поговорить, Гарри?
    – О политическом клубе вашего мужа, тётушка Нарцисса.
    – Продолжай.
    – Скоро вы сможете убедиться, что я исповедую антирасистские взгляды. Напомню, что род Поттеров чуть не прервался благодаря организации, в ряды которой ваш муж имел неосторожность вступить. С другой стороны, возможно, ваш муж уже оценил так называемую «щедрость» полукровки Реддла, сына маггла, также известного как Волдеморт, который получал от вашей семьи полновесные галлеоны и компенсировал их превосходным Круцио. Иными словами, у вас два пути.
    – И какие же это пути?
    – Быть врагами Реддла, либо быть моими врагами.
    – Ты понимаешь, что это даже не смешно – кто ты и кто он! Он поставил на колени Магическую Англию! Его имя до сих пор боятся называть!
    – Конечно, не смешно. Кто он – и кто я. Это каким же ничтожеством нужно быть, чтобы убиться о годовалого младенца в колыбельке! Он «ставил на колени» Магическую Англию десять лет. Я же уполовинил орден жареной курицы за месяц. Это несмотря на то, что я обворованный сирота, а Дамблдор – глава Визенгамота и президент МКМ. Говорю прямо – я раздавлю Реддла как ужа, у него шансов нет. Я раздавлю и Дамблдора, политически и физически, только это займёт больше времени. Хотите сгинуть вместе с Реддлом – что ж, это будет ваш осознанный выбор. Не говоря уже о том, что при теоретической победе Реддла вас ожидает судьба пожизненных рабов психопата-садиста.
    – Тёмный Лорд уже почти возродился, у меня есть сведения, – Нарцисса была почти в панике, или же великолепно играла, полностью вжившись в роль.
    – Вы подразумеваете почернение тёмной метки вашего мужа?
    – Откуда ты...
    – Я много чего знаю. Ещё раз. Я отправлю Реддла в небытие. Вы хотите последовать за ним, тётушка Нарцисса?
    Нарцисса медленно вдохнула, медленно выдохнула, и ответила:
    – Нет.
    – Очень хорошо. Тогда, как знак вашего согласия, я хочу, чтобы вы передали мне дневник Реддла, который тот оставил на хранение Люциусу. В течение суток.
    – А что мы получим в знак твоего согласия? – она дура, что ли?
    – Я не буду считать семью Малфоев врагами, тётушка Нарцисса, пока они не убедят меня в обратном, – медленно, как ребёнку-дауну, объяснил я.
    Наконец, Нарцисса сообразила:
    – Наверное, мне пора, Люциус волнуется за меня. Мне стоит идти.
    – Конечно, тётушка Нарцисса.
    – Тогда я пойду, Гарри.
    – До свидания, тётушка Нарцисса.
    – До свидания, Гарри.
    – Кричер! Проводи Леди Малфой!
    – Так точно, Господин!

    После того, как Нарцисса ушла, я отправил Кричера и Крайтона проверять дом на предмет закладок. Через час Кричер отбыл на Косую аллею с задачей купить яд василиска. Нечего ждать – даже без помощи Малфоя я могу уничтожить как минимум два крестража уже завтра. Нужно отоспаться – ночью у меня запланирована прогулка по метро для развития навыков.

    Как ни странно, но на следующий день Нарцисса принесла мне дневник. После долгого разбирательства с Кричером по поводу смерти хозяина Регулуса тот, по моим указаниям, уничтожил ядом василиска медальон и дневник. На гибель крестража мой шрам реагировал недолгой острой болью. При уничтожении дневника боль была намного сильнее, а это значило, что мои расчёты «мощности» крестражей правильны. Превосходно – дневник был самым сильным, одухотворённым крестражем, и силы Змеелюба подорваны наполовину. В идеале Реддл останется с одной Нагайной и возродится конченным психом, неспособным даже к осознанному колдовству – всего-то у него останется мозгов, чтобы своей змеюке шипеть.
    Я хотел отправить эльфа на поиски кольца, но не стал – ловушки у кольца вполне могут угробить Кричера, а он у меня один.
 
Гриммо 12, собрание Второго отдела
Вечер 28 сентября 1991.
    – Итак, какие успехи в выполнении заданий прошлого собрания?
    – Эдвард и мистер Крайтон арендовали на год дом в трети мили отсюда. Из его фронтальных окон виден подъезд этого дома. Там мы планируем устроить опорный пункт, используя вооружение с консервационных складов времён Второй мировой, – ответил на правах старшего Джордж Калхоун. Для посёлка у ручья Учаф желательно усиление антиаппариционного щита, огневые точки мы разместим.
    – Что за вооружение?
    – В основном немецкое. Мы умыкнули десяток зенитных автоматов Flak 38, две дюжины MG 34, боекомплекты, три сотни SMI-35. Там были и M-39, но лучше взять чего-нибудь поновее – MK3A2 или M26. Пулемётов и орудий хватит на роту. Что у нас с пополнением, сэр?
    – С пополнением неважно. Найти таких бравых парней, как вы, быстро и много – сложно. Кроме того, магглы нам не подойдут – нужно, чтобы кандидат видел магию. Мистер Крайтон – если возможно, поищите среди ваших знакомых потенциальных кандидатов. Приглашать на собеседование мы их всё равно будем через гоблинов.
    – Принято, сэр.
    – Так как рано или поздно случатся сражения, нам нужна медицинская служба. Каждый агент должен обладать необходимым минимумом навыков полевой медицины. Портключи и домовики для доставки в полевой госпиталь, колдомедики. В этом направлении мы будем двигаться. Теперь о другой важной вещи: связь.
    Выложил на стол четыре браслета, заказанные через Скалотруса.
    – Браслеты с протеевыми чарами; кнопка передаёт нажатие. После привязки кровью включается в сеть – при первом нажатии браслет вас оцарапает. Мистер и мистер Калхоун – объясните мистеру Крайтону правила радиосвязи и код Герке, 25  – я первый подал пример, надев браслет. Агенты последовали моему примеру; тем временем я продолжил.
    – Нам нужно ещё несколько резервных баз и точек встречи. Я беру это на себя. Ваша задача будет состоять в обеспечении резерва оружия, боеприпасов, рационов и медикаментов. Пока складируйте их в посёлке. Я не исключаю организации провокации со стороны врага, после чего нам временно придётся перейти на нелегальное положение на срок от полугода до года. Поэтому резервы, резервы, ещё раз резервы. Дамблдор долго запрягает, но быстро едет. Наша задача – пристрелить это бешеное животное, пока оно запрягает. Вопросы?
    – Сэр, какой бюджет выделяется под резервы? – Эдвард у нас явно по матчасти специализируется.
    – Сколько вам нужно для организации четырёх баз на десять человек, продуктов на два месяца, оружия и боеприпасов на несколько интенсивных боев?
    Эдвард задумался, вытащил блокнот, сравнил старые записи, что-то почеркал.
    – Восемьдесят тысяч фунтов, сэр
    – Такую сумму прямо сейчас я могу выделить, но это сильно помешает моим делам. Завтра я предоставлю вам сорок тысяч фунтов – ориентируйтесь на организацию четырёх баз, на пять человек.
    – Принято, сэр.
    – На сегодня всё. Как там строительство в посёлке?
    – Коттеджи уже готовы, а паб на стадии фундамента.
    – Хорошо. Когда паб будет готов – устроим вечеринку.
    Всё важное было уже сказано, и после шутливых предложений касательно вечеринки агенты разошлись.
 
Поместье Делакур, кабинет Алена
3 пополудни, 1 октября 1991.
    – Добрый день, господин Делакур.
    – Здравствуйте, месьё Поттер.
    – Сэр, надо полагать, времени после первой встречи было достаточно, чтобы обдумать план действий. И чтобы собрать подробное досье на меня.
    – Да на оба ваши вопроса, месьё Поттер.
    – Итак, к чему вы пришли, сэр?
    – С вами можно иметь дело, месьё. Ваши действия вызваны необходимостью выжить в условиях преследования врагами с мощным административным ресурсом. Несмотря на то, как оперативно вы сработали на упреждение с заговором Кингсли Шеклболта, я ожидаю повторной провокации с участием административного ресурса.
    – Рад поговорить с понимающим человеком, сэр. Провокация, несомненно, будет; кроме того она, несомненно, будет тогда, когда это будет выгодно мне. Если всё провернуть правильно, я останусь в легальном поле, но после этого не останется ни одного дегенерата, рискнувшего встать у меня на пути. Однако к нашим планам этот вопрос относится лишь косвенно. Где ваш план, сэр?
    Делакур подал мне лист бумаги. Прочитав его, я хмыкнул, достал из кармана лист бумаги с моим планом и передал Делакуру. Делакур прочитал и хмыкнул:
    – Раз у нас нет разногласий по поводу ближайших действий, месьё Поттер, когда мы назначим первое интервью?
    – Как насчёт пятницы? Читатели получат номера как раз к субботнему завтраку.
    – Хорошо, четвёртого октября, в полдень. Проработаем вопросы, и в три начнём интервью.
    – Тогда до встречи, господин Делакур.
    – До свидания, месьё Поттер.
 
Гриммо 12
    Верховный Куролюб, кстати, так и не снял наблюдателей из Косой аллеи. Отловить, что ли, парочку? Постоянные разговоры надоели. Пока рано.
    Вечером Кричер доставил почту. Короткая записка от Скалотруса содержала предложение посетить Гринготтс завтра в полдень по вопросам рекрутинга и текущим делам. Кого там мне нашёл Скалотрус? Насколько я понял, братья Калхоуны были в реестре наёмников Гринготтса. Крайтона вели, как и всех выпускников магических заведений. Но, исчерпав доступных людей из этих двух списков, Скалотрус не мог найти новых. Интересно, откуда он их взял?
 
Гринготтс
Полдень 2 октября 1991.
    Гринготтс встретил меня незнакомой переговорной, которая отличалась от прежней заметно бо́льшими размерами и кадками с декоративными (а, может, и вполне сельскохозяйственными) грибами по углам помещения. Да, знатно грибы колосятся. Должно быть, для гоблинов это в некотором роде символ успеха. Дав мне время рассмотреть интерьер, появился Скалотрус.
    – Здравствуйте, наследник рода Блэк.
    – И вам всех благ, мастер Скалотрус, – Скалотрус при этом не сдержался и моргнул левым глазом. До этого момента я приветствовал гоблинов исключительно нейтральными фразами, и ничего хорошего им не желал.
    – У меня есть хорошие новости для вас, мистер Поттер. Род Уизли уничтожен. Братья Чарльз и Уильям выполнили ваше условие – они отреклись от рода Уизли и поклялись жизнью и магией не мстить за уничтоженных первого сентября членов рода Уизли.
    – Действительно, хорошая новость, мастер Скалотрус. И какая же у них теперь фамилия?
    – Они попросили нас сохранить это в тайне, мистер Поттер. Мистер Уильям отправился в Египет по делам Гринготтса, а мистер Чарльз вернулся на работу в румынский заповедник.
    – Ладно, их фамилия – это, по существу, не моё дело. Что у нас с рекрутингом?
    – На бирже труда домовиков появился эльф, потерявший хозяйку. Мы можем организовать его работу на вас за вознаграждение в тысячу галлеонов.
    – Меня это устраивает, – я узнавал цены, получить эльфа из семьи стоило около трёх тысяч галлеонов. Эльфы, потерявшие семью, ценились куда ниже. Правда, как правило, это относилось к эльфам, получившим одежду. – Приведите его.
    Скалотрус щёлкнул пальцами и «позвал»:
    – Патрокл! – м-де, совсем нехарактерное имя для эльфа.
    Появившийся эльф явно был мне знаком. А уж я ему был знаком и подавно. Глянув на меня, он отшатнулся и затрясся. Вот это поворот!
    – Патрокл, ты, должно быть, был эльфом Батильды Бэгшот.
    – Да, молодой хозяин.
    – Я хочу нанять домового эльфа. Патрокл, ты согласен стать моим домовым эльфом?
    Патрокл от такого предложения подпрыгнул, замахал ушами, захлопал в ладоши и вообще показал себя крайне возбуждённым, затараторив на грани восприятия:
    – Патрокл будет счастлив стать эльфом самого сильного волшебника Британии! Молодой хозяин победил самых сильных волшебников Британии, Дамблдора и Грюма, всего за несколько мгновений! Патрокл будет стараться, чтобы соответствовать победоносному хозяину! Все-все домовые эльфы будут завидовать...
    – Стоп! Иди сюда, дай руку! – Патрокл вышел из астрала и сделал, что нужно:
    – Патрокл клянётся верно служить величайшему волшебнику Гарри Поттеру и роду... – Патрокл посмотрел на меня, я подсказал «Блэк», – Блэк, пока на то будет воля Гарри Поттера.
    Кстати, почему Блэк, а не Поттер? На этот счёт у меня были подозрения, которые лучше проверить. Всё-таки такой дегенерат, как Джеймс Поттер, вполне мог дать рабскую клятву Дамблдору – что, кстати, многое объясняет. С другой стороны – Сириус Блэк точно такой же дегенерат, он тоже мог. Нужно как-то проверить мои подозрения.
    – Я принимаю клятву Патрокла. Отныне Патрокл – домовой эльф Гарри Поттера, наследника рода Блэк.
    После моих слов Патрокл засветился серебристым светом (от радости, что ли?) и гордо выпятил грудь.
    – Патрокл, отправляйся в дом рода Блэк на площадь Гриммо 12, поступишь во временное подчинение Кричеру. Пусть он научит тебя правилам, которым следуют домовики рода Блэк. Выполняй! – и домовик тут же покинул комнату. Пешком. Хо, а Гринготтс отлично защищён от аппариции эльфов.
    – Раз наша встреча началась так плодотворно, мастер Скалотрус, надеюсь, она и продолжится не хуже.
    – Да, мистер Поттер. С нами самостоятельно связалась Анжель Бонне, – Скалотрус вытащил из ящика стола и передал мне папку, – сказала, что о причинах, побудивших работать на вас, она сообщит лично.
    А вот и ФВР подтянулась. Две недели моего контакта с Делакуром, и вот – внезапно у меня появляется рекрут. И всё это ну совершенно случайно. Оперативно Ален работает. Что тут в досье? Выпускница Бобатона, два года в Академии аврората Франции, четыре года работы в аврорате, последние два года – занимается репетиторством. Что ей от меня-то надо? Вполне состоявшийся специалист, который имеет всё, что хочет. Однозначно попытка внедрения. Почему бы и нет?
    – Мастер Скалотрус, пригласите мадмуазель Бонне, будьте добры.
    Когда в переговорную вошла мадмуазель Бонне, я сразу взялся за четвёртый слайд антивейловской окклюментной заготовки. Прекрасно. Сквибы у меня есть, маги есть, вейлы – будут; не хватает оборотней, дриад и вампиров. Вейлы вейлами, а этикет никто не отменял. Я привстал и изобразил поклон.
    – Здравствуйте, мадмуазель Бонне, – каких сил мне стоило держать на лице холодную маску!
    – Здравствуйте, месьё Поттер. Вы совсем не похожи на вашу фотографию в газете.
    – Это мера предосторожности, мадмуазель. Вокруг слишком много сталкеров, которые ищут встречи со мной по причинам, мне не ясным, – и я с явным вопросом «что надо?» приподнял левую бровь, глядя ей в глаза.
    Анжель такой наезд совершенно не смутил. Она задорно стрельнула глазами, улыбнулась и защебетала:
    – Наверное, это тяжкий крест знаменитости. Многие хотят стать знаменитыми, попасть в газеты, но совершенно не представляют, как это утомляет.
    – Мастер Скалотрус сообщил мне, что вы сами искали встречи со мной, мадмуазель Бонне. Могу я узнать причину?
    – Я ищу работу, месьё Поттер.
    – Мадмуазель Бонне, с вашим послужным списком вы можете найти работу где угодно. В чём ваш интерес? Не ошибусь, что до моих встреч с месьё Делакуром вы и не помышляли искать работу у меня. Не нужно мне рассказывать чушь про благоговение перед победителем Тёмного лорда и прочее. Отвечайте прямо или уходите.
    – Меня направил Фронт Обороны Вейл. Вы единственный в Британии человек, которого не только не устраивает дискриминация магических существ, но который пытается с этим что-то сделать, – ну-ну, а я так хорошо думал о Делакуре. Да у него там всё течёт. Кстати – ничего, что Скалотрус нас слушает?
    – Откуда такие познания о моём политическом курсе? Я заявил о нем в чрезвычайно узком кругу совсем недавно. В каком качестве вас сюда направили, мадмуазель?
    – Я должна устроиться у вас на работу и всячески поддерживать вас, месьё Поттер, в деле защиты прав вейл. Мы узнали о вашем политическом курсе через Аполлин Делакур – члена нашей организации.
    М-де. Я надеялся, что хоть в Европе нет того бардака, который правит бал у нас.
    – Мадмуазель, при всех ваших несомненных талантах и опыте, я вынужден вам отказать.
    – Но почему? – Анжель заёрзала на диване. Лицо выражало искреннее возмущение; вейловское обаяние вышло из под контроля – м-м-м, валькирия! Я спешно сосредоточился на седьмом, особо мерзком, слайде. Хотя они все особо мерзкие – именно по этому параметру я их и подбирал.
    – Потому что борьба с расизмом составляет малую долю моих деяний. Меня окружает куча врагов, с которыми я борюсь отнюдь не в белых перчатках на дуэльном помосте. И всякие идейные личности, а в особенности восторженные девочки, являющиеся по совместительству двойными агентами, могут серьёзно мне помешать. Возвращайтесь к своему руководству. Передайте, что я твёрд в своём курсе и не против взаимодействия, но шпионов в своей организации не потерплю.
    Анжель, видимо, решила применить последний аргумент. Скрутив рубильник обаяния до ограничителя, она томным голосом молвила:
    – Месьё Поттер, разве вы способны отказать милой девушке в работе? Мне не на что жить, – краем глаза я заметил, что серьёзно проняло даже Скалотруса. Достали Полы Мак-Кенны доморощенные. Скажи гипнозу «нет»!
    – Мадмуазель Бонне, если вы ещё раз попробуете воздействовать мне на сознание, для меня вы перейдёте из категории «возможные союзники» в категорию «враги». И незачем выворачивать мозг мастеру Скалотрусу – имейте уважение к гостеприимству гоблинов. И вообще, будьте добры оставить нас с мастером Скалотрусом для обсуждения конфиденциальных вопросов. Всего доброго!
    Анжель не стала дожидаться появления охраны, и, что-то пробормотав на прощание, покинула нас. Когда дверь за ней закрылась, мы со Скалотрусом облегчённо выдохнули.
    – Женщины! – заметил я.
    – Мистер Поттер, как вам удалось блокировать обаяние вейлы? – приступил к самому интересному Скалотрус.
    – Это всё сила маггловского киноискусства, мастер Скалотрус. Истинная магия идёт из глубины души, доступна существам без капли магии и способна на многое. Не уверен, что вам мой метод понравится, но могу поделиться. Не могу же я оставить без внимания вопиющий факт ментальной атаки на управляющего делами моего рода! Кричер передаст вам мои заметки на неделе. Что у нас с повесткой дня?
    – Рекрут Роберт Оушен, – Скалотрус передал мне ещё одну папку. Так, что тут у нас? Сквиб, служил во флоте пилотом вертолёта во время Фолклендской войны, последние семь лет работал пилотом гражданской авиации. Чего ему не летается-то? Пилоты ведь отлично зарабатывают. Женат, двое детей.
    Скалотрус пригласил Оушена, я запустил свою шарманку для рекрутов и всё не мог понять – чего ему на гражданке не летается. Да и вертолёта у меня пока нет – вещь, несомненно, в хозяйстве полезная (почти как дирижабль), но финансы у меня ещё не доросли до покупок вертолётов. Наконец, я не выдержал:
    – Мистер Оушен, чем вас заинтересовала эта работа? Средний пилот вертолёта зарабатывает больше, чем я предлагаю. Да и работа на меня сопряжена с определённым риском. Я ведь не носильщиков нанимаю, а солдат.
    – Сэр, работа пилотом сейчас хорошо оплачивается, но на неё нужно суметь устроиться. Я уже полгода сижу без работы, а детей нужно кормить.
    Я долго сомневался, и вся затея мне не нравилась. У меня на службе вполне станется, что его дети осиротеют. Да и дети – отличный рычаг для всяких Дамблдоров в давлении на моих сотрудников. Дурацкая идея. Но почему бы и нет? Хочет работать, пусть работает. Подписав контракт и выдав портключ в посёлок, я договорился о встрече завтра вечером. Передам его Джорджу – пусть натаскивает в базовой стрелковой подготовке. А если будет себя хорошо вести – купим вертолёт.
    Затем я запросил совета у Скалотруса на тему детектирования различных родовых долгов, брачных контрактов и так далее. Кровь у меня никто не брал, но через час Скалотрус представил мне бумагу, дающую грубое представление о глубине проблемы дефицита мозгов у Джеймса Поттера. Лохмато-очкастый дегенерат заключил магический контракт. Оказывается, каждый ребёнок Джеймса Поттера по достижении совершеннолетия магически обязан принести клятву подчинения Альбусу Персивалю Вулфрику Брайану Дамблдору. Это ещё не всё. Оговаривались специальные моменты, да и текст контракта был составлен так, что явно читался прицел на подчинение возрождённому через крестражи Заслуженному Куролюбу Магической Британии – в каком бы он теле не был и какое бы имя не носил. На второй классический вопрос напрашивался только один выход – отречение от рода. Причём, естественно, отречение Джеймса Поттера, ибо такому унтерменшу в роду Поттеров делать нечего. Артефакты родовые просрал – а мне собирать. Детей своих под рабство подвёл – а мне из него выходить. Ну, это, разумеется, самые серьёзные претензии. Да он хренов предатель крови! Возможно, кстати, именно отсюда идут мои проблемы с волшебством – откат вместо долбаного дохлого имбецила ударил по мне. Сириус, что удивительно, никаких обязательств не имел. Видать, предки подсуетились на случай, если родится особенно дегенеративный потомок, и приняли меры, чтобы навредить роду он не смог при всём желании.

    К слову, я всегда был убеждён, что «долги жизни» и прочую ересь тётка Ро придумала, чтобы хоть как-то заткнуть дыры в сюжете, когда после четвертой книги за дело взялись литературные негры под её чутким руководством. На прямой вопрос Скалотрус попросил уточнить, как я, собственно, понимаю «долг жизни». Услышав в ответ: «Обязательство, автоматически налагаемое магией на мага, которому другой маг спас жизнь», Скалотрус сразу сказал, что ничего подобного не бывает. Долг жизни в этом мире был взаимным, равноправным и возникал при некоем ритуале. Связанные долгом жизни маги – их могло быть больше двух – обязывались поддерживать друг друга в бою даже ценою собственной жизни. Магия ритуала гарантировала, что это будет делаться без раздумий и колебаний. Поскольку манера решать все проблемы войной уже лет двести как ушла из общественного уклада магов, ушёл из употребления и соответствующий ритуал. Так что не будем комментировать всякий бред.

    Четвёртого октября я совместно с Делакуром дал газете «Парижская Сова» интервью, всё содержание которого укладывалось в негодующее: «Доколе! Доколе няшные вейлы, математического склада ума гоблины и утончённого нюха оборотни будут оцениваться не по делам, а по предрассудкам?» С интервалом в неделю были запланированы показательные посещения оных меньшинств под чутким присмотром репортёров, чтобы показать их несомненную разумность, самобытную культуру и безобидность. Второй мыслью, вкладываемой в головы читателей, стал простой лозунг: «Кто не с нами – тот расист, пособник Гринде­валь­да!» Это интервью стало первым шагом в запланированной газетной кампании.
    Разбираться с Куролюбом предстояло на следующем ежеквартальном собрании Международной Конфедерации Магов – в понедельник 16 декабря. Сейчас, в начале октября, мы могли наметить только самые общие ориентиры. Нам предстояло: 1) подготовить общественное мнение магической Европы; 2) подготовить информацию, на основании которой потребовать на заседании снятия Дамблдора с поста президента МКМ; 3) подготовить операцию по физическому захвату Дамблдора.
    За подготовку общественного мнения на континенте отвечал, естественно, Делакур. Мне тут с моим «знанием» языков и «опытом» в европейской политике делать было нечего, а Делакур варился в этом котле всю жизнь. Позиция у него тоже была намного прочнее моей. Я только оговорил, что буду получать выжимки из прессы в английском переводе, и что мою сверхживучую персону до́лжно представлять энергичной, брутальной, харизматичной и решительной, а не ангелочком-страдальцем. Мне нельзя было позволить себя жалеть: прилипнет образ слабака – потом не отмоюсь!
    Делакур планировал несколько волн критики Англии, английских порядков и английских политиков (особенно одного, бородатого). Собственно, эта критика в газетах континента никогда и не затухала, но надо было в рассчитанные моменты усиливать её, потом давать успокоиться, и снова поднимать волну, чтобы в итоге основной накал пришёлся на середину декабря, конкретно на числа от четверга двенадцатого до воскресенья пятнадцатого.
    В Англии мне предстояло продолжать вброс информации через Риту Скитер и не только, и эта же информация ложилась в основу пакета для заседания МКМ. Кроме того, мне надо было собирать, при необходимости – с помощью Делакура, документы и показания свидетелей. Например, поговорить с Мак-Гонагалл в Канаду явно отправится кто-то из французов, но вопросы сформулировать предстоит мне.
    По третьему пункту надо было к 16 декабря иметь проработанные планы, основной и запасной, и сконцентрировать под них боевиков и снаряжение. Тут мы пока ничего определённого сказать не могли.

    Обсуждение было долгим и утомительным. Постфактум, хорошенько обдумав ситуацию и поведение Делакура, я понял, что в успех всей операции он не особенно верит. Причём игра его беспроигрышная – в худшем случае Дамби останется президентом МКМ, и физически устранить его не выйдет, но кампания в прессе пройдёт, что уже есть гут. Пожалуй, Ален рассчитывал полностью реализовать пункт первый, частично – пункт второй, и в итоге выбить из Дамблдора какие-нибудь уступки своей партии в МКМ, используя для давления собранный мной компромат. Полная пассивность при обсуждении пункта третьего была чересчур заметной. Ежу понятно, что не верит он конкретно в меня. Что ж, не он первый. В список причинения добра я его не занесу, но держать ухо востро придётся. Как со всяким политиком – а чего я, собственно, ожидал?

    Братья вместе с Крайтоном тем временем организовали четыре захоронки в лесистой местности (от организации баз я временно отказался), и серьёзно окопались на Гриммо и в посёлке. Единственным неприятным моментом была возможная атака неприятеля на мётлах – заметить такое заранее сложно, а добраться до рубежей по воздуху противники смогут быстро. Да и в предыдущей «магической войне» это был не редкий приём. Одна надежда на сигналку и пулемёты. В заботах и подготовке приближался Самайн, на который у меня была особая надежда. В Кодексе Блэков я, наконец-то, нашёл стоящую вещь – быстрый и простой ритуал, проводившийся, что называется, на коленке, единственная сложность которого была в одном ингредиенте – необходимы были свежие (!) драконьи глаза. После ритуала глаза проводившего должны были принять свойства драконьих – видеть и теплоту, и в темноте, и на нереальное расстояние в воздухе, и даже видеть магические потоки. Неплохой бонус для близорукого Поттера. Хотя в последнее время благодаря тепловым сенсорам змеи и «диггерским» тренировкам я вообще мог обходиться без зрения.
    Но, однако, драконьи глаза – удобная, всё же, штука. Фамильная. У меня сам собою сформировался свой собственный путь эволюции – не кража силы у подконтрольных рабов, как Волдеморт через метку (и, похоже, Дамблдор чем-то подобным баловался), не эксплуатация Старшей палочки – но постепенное, однако же, неотвратимое, превращение в некое подобие магического животного. Уже сейчас моё тепловое зрение и суперслух ставят меня в один ряд с волшебными хищниками. Если же добавить сюда зрение дракона – способность видеть магию – я смогу, во-первых, быстрее учиться магии, и, во-вторых, детектировать магические ловушки взглядом, да и маги мне будут видны, как кабанчики охотнику в тепловизор. Есть за что побороться. И вообще – на Самайн длительность ночи почти четырнадцать с половиной часов. Можно много чего успеть.
 
Посёлок, паб
Вечер 5 октября 1991.
    Наконец, строительство паба было закончено, как и строительство домов. По этому поводу собрались все сотрудники, включая Патрокла, который организовал рёбрышки, пиво и другие нехитрые вкусности. Наконец-то среди своих людей мне не было необходимости носить амулеты, скрывающие внешность. После открытого письма в «Пророке» представать с чужим лицом перед сотрудниками не имело смысла. Калхоун старший и Крайтон в очередной раз перетирали про охрану посёлка. Анна вовсю окручивала младшего Калхоуна (что у них общего?). Оушен, за неимением собеседника, общался со мной на тему: какой должна быть сбалансированная маго-технологическая армия, агитируя за необходимость и незаменимость авиации в армии, как будто я не был согласен с ним.
    – Мистер Оушен, – наконец не выдержал я, – я полностью осознаю необходимость авиации в маго-технологической армии. Вертолёты слишком хороши, чтобы обходиться без них. Они прекрасны как средства доставки, они прекрасны как ударные платформы. Нашей организации также потребуются вертолёты – не пройдёт и года, и вы сможете вспомнить свою любимую профессию. Потому что я собираюсь решить серьёзные задачи, и для этого мне нужны серьёзные инструменты.
    Далее мы обсуждали с Оушеном, каким должен быть идеальный маго-технологический вертолёт, но так и не пришли к какому-то конечному выводу. Очевидно, придётся чаровать на облегчение веса для экономии топлива и на прочность. От электроники придётся отказаться, пока не будет решена проблема экранирования от магии.
    Но на ближайший месяц перед Вторым отделом стоит задача по пополнению бюджета, и он всем составом отправлен на поиск очередной цели в Ламбете и Вестминстере. Крупные шишки нам пока что не по зубам – для этого нужна отличная подготовка и больше людей; ничего – людей наймём и обкатаем, и перейдём на шишек. А там и вертолёты будут.
    С Анной у меня также состоялся короткий разговор, так как через неделю заканчивался её месяц на подготовку статьи. Материал собран, большая часть статьи уже готова. Скоро-скоро предстоит визит к Лавгудам. Только вот снова нужны деньги.
    Оушен, кстати, так и не согласился переехать в посёлок – аргументировав тем, что у него обычная жена, и вываливать на её голову существование магического мира он не готов. Да и неудобно отсюда детей водить в садик. Это уже минус. Ладно, переживём. По контракту он мне навредить не может.
    В пабе я решил организовать завтраки и ужины – и вообще, ведение хозяйства в пабе в руках Патрокла. Большую часть времени он всё равно будет проводить на Гриммо, потому что источника магии в посёлке нет. Готовить он тоже будет на Гриммо.
 
Гриммо 12, ритуальный зал
31 октября 1991.
    Когда стемнело, я спустился к алтарю в ритуальный зал, окропил его кровью и произнёс слова сокращённого ритуала обращения к магии рода. На полный ритуал нет времени. Установка алтаря во Франции по методу из дневника благородного предка Арктуруса Блэка откладывается на следующий Самайн. Судя по времени, каноничные троллеприключения в Хоге уже произошли. Учитывая, что шестого и Квиррелла там нет, я много сделал для того, чтобы избежать трагедии. Но опять же, учитывая, что в первую очередь трэш с троллем в Хогвартсе выгоден его директору, а магглорождённых первокурсников не так уж и много (навскидку только Гермиона и Джастин Финч-Флетчли – больше никого не помню из первого курса), я оставил Кричера с наказом следить, не появится ли на крыльце, куда настроены аварийные портключи, девочка, и что делать, если появится и будет ранена. Следить за крыльцом у Кричера необходимости не было – он и так чувствует весь дом, важны были только инструкции. Кричер также получил «телеграфный» браслет, так что теперь в случае чего он мог подать сигнал. Обучение телеграфному коду у него проходило с большим трудом – собственно, с ним за компанию и я обучался. Мозг домового эльфа по какой-то причине был абсолютно неспособен к переквалификации в телеграфиста.
    Рита Скитер также была направлена в Хогвартс, отрабатывать двести пятьдесят галлеонов содержания в месяц, с наказом ловить возможную сенсацию.
    После долгих сборов в стиле Рэмбо в додзё, я был готов и отправился в Гринготтс (где меня должен был принять Шерстеух), когда я получил через кольцо SOS от Кричера. Долбаный Куролюб! Не дождавшись Шерстеуха, я покинул Гринготтс и переместился портключом на Гриммо.
    – Кричер! Где девочка?
    Кричер не заставил себя ждать.
    – В малой гостиной, Господин!
    – Что с ней?
    – Сломана рука, Господин, я усыпил её. Зелья из нашего запаса слишком старые, чтобы её лечить.
    Пока я шёл в малую гостиную, отстучал кодовый сигнал сбора на браслете. На жёсткой кушетке на правом боку лежала девочка в чёрном балахоне, придерживая левую руку. Каштановые волосы почти полностью скрыли лицо. Дыхание было ровным и глубоким, что меня успокоило. Под голову ей Кричер подложил свёрнутое валиком полотенце.
    Через четыре минуты появились Джордж с Эдвардом, ещё через две – Крайтон. Крайтон – это хорошо!
    – Мистер Крайтон! На девочку совершено нападение. Сломана рука, возможны другие повреждения. Через пять минут мы отправимся в Мунго – проведите предварительную диагностику.
    Эндрю заводил палочкой, сыпля латынью. После очередного пассажа над Гермионой нарисовался её трёхмерный скелет, на котором перелом плечевой кости был отмечен красным. После ещё нескольких манипуляций Крайтон перешёл к действию – залечил глубокие царапины на ладошках и коленках. На мой вопросительный взгляд ответил:
    – Перелом со смещением, пусть лучше вылечат в Мунго. Я могу, но грубо выйдет.
    Наконец-то подошёл Оушен. Чего он там копался так долго! Так ли он мне нужен?
    – Мистер Калхоун, – я показал глазами на Джорджа, – и мистер Крайтон. Отправляемся в Мунго портключом. Мистер Калхоун и мистер Оушен ожидают нас здесь. Можете отдохнуть, потому что, когда мы вернёмся, вы заступите в охрану. Кричер, проводи их в арсенал. Мистер Калхоун – экипировка стандартная, плюс возьмите десяток гранат.
    – Джордж – возьми девочку, максимально аккуратно. Эндрю – гляди по сторонам. На выход!
    Мы вышли на газон за пределы щита дома, но не за барьер маггло­от­тал­ки­ва­ю­щих чар. Когда все коснулись карты, я произнёс «Летус», и мы переместились в прямоугольный внутренний двор больницы, на площадку, очевидно, специально предназначенную для приёма прибывших портключами. Через окно нас сразу же заметил дежурный фельдшер, который на вопрос: «Что с ней?» получил: «Предварительно, перелом руки», провёл нас в приёмный покой и вызвал врачей. Вскоре прибыли худой темноволосый мужчина с короткой стрижкой, лет тридцати пяти, который представился как целитель Бауэр, и медсестра – полноватая женщина лет пятидесяти.
    Целитель зафиксировал руку шиной, скастовал обезболивающее (смысл его действий до меня доносил Эндрю), после чего разбудил Гермиону и заговорил с ней.
    – Так, кто это у нас? – глаза девочки выдавали ужас скорой смерти. – Не бойся, дитя, ты в безопасности, в больнице! Сейчас я осмотрю тебя. Все, кроме пациента, покиньте помещение, – это он нам.
    – Чёрта с два, господин доктор! На девочку полчаса назад было совершено покушение на убийство, и мы её не оставим человеку, которого видим первый раз в жизни! Более того, мы будем внимательно следить за вашими действиями, – это я произнёс, скорее, для Крайтона, на что тот кивнул. Джордж всё понял правильно и без моего спича сконцентрировал внимание на дверях и окнах.
    – Да что вы себе возомнили! Кто вы такой! – у организма явно когнитивный диссонанс – как же, его не слушают.
    Да они тут все долбанутые в голову. Я выхватил пистолет и направил ему в колено.
    – Целитель Бауэр, ваше дело – лечить пациентов, вот и занимайтесь этим. Моё дело – охранять эту девочку, и я занимаюсь этим. Делай своё дело, или я прострелю тебе колено – это, может, и лечится, но очень неприятно. Быстро!
    Не знаю, разговор его убедил или угроза, но, наконец, он принялся за дело. Перелом был прихвачен заклинанием, затем девочке скормили костерост, после чего я потребовал у медсестры копию медицинских записей, подписанную Бауэром. Я подошёл к девочке, посмотрел в её испуганные глаза, пригладил растрёпанные волосы. Всё это время я был без амулета иллюзий (на случай, если потребуется давить авторитетом народного героя), но в глубоком капюшоне – вряд ли она разглядела моё лицо, но мои глаза были искренни.
    – Гермиона, всё хорошо, ты в безопасности. Сейчас мы отправимся ко мне домой. Скоро прибудут твои родители. Всё закончилось. Мы уходим! – последняя фраза была для агентов.
    Джордж аккуратно взял девочку на руки, Крайтон стал по другую сторону от Джорджа. На обратном пути к порт-площадке нас попыталась задержать охрана больницы. В коридоре, наставив на нас палочки, к нам подошли двое мужчин, и «старший» начал выдвигать требования.
    – Остановитесь, – видя отсутствие реакции с нашей стороны, он перешёл к действию, – Петрифи...
    Я выхватил Сёто вместе с ножнами и разбил ему кисть, в которой была зажата палочка. Палочка выпала куда-то вправо. Сразу после этого я пробил лоукик изнутри по левому бедру, отчего охранник сел. Крайтон успокоил второго чем-то невербальным, быстрее и изящнее. Оказавшись на площадке, мы взялись за карту-портключ и покинули больницу.
 
Гриммо 12, около половины одиннадцатого вечера
    Прибыв в особняк на Гриммо, мы разместили всё ещё молчащую Гермиону в гостевой спальне. Эдвард и Оушен отправился в опорный пункт в трети мили от особняка, Крайтон и старший Калхоун остались на кухне, пить кофе. Эдварду Кричер тоже доставит кофе, чуть позже.
    – Господа, охраняйте девочку. Джордж – посиди пока с ней. Никого не пускать, кроме тех, что я приведу сам. Скоро буду. Кричер! Перенеси меня к дому Грейнджеров! – у меня есть портключ в Кроули, но из конспиративных соображений он настроен на точку в нескольких кварталах от дома Грейнджеров.
    Кричер перенёс меня прямо под дверь, после чего я отправил его домой. Где могут быть стоматологи вечером в четверг? Дома. Дверь открыла Джоан, и по моему лицу (да и дата была «та самая») она поняла, что случилось что-то плохое.
    – Что с ней?
    – С ней всё будет хорошо. На неё напали. Сломана рука, и она жутко испугана, её эвакуировал аварийный портключ. Вы нужны ей – успокойте, проявите заботу.
    – Ты же говорил, что позаботился об этом! – Джоан была близка к истерике.
    – Я не бог, сделал, что мог. Между прочим, два ублюдка, которые в предвидении способствовали этому, мертвы – но, видимо, действовал ещё один ублюдок. А я говорил – нельзя её пускать в Хогвартс, – Джоан тем временем позвала Дэниела, и кратко объяснила ему, что к чему. На вопросы Дэниела я отвечал, что всё будет хорошо, я уже свозил её в больницу, рука завтра заживёт, нужно помочь Гермионе справится с шоком. Наконец, мне это надоело.
    – Мы теряем время! Значит, так. Возьмите с собой одежду, деньги, документы, кредитные карты. Скоро сюда заявятся какие-нибудь мудаки из школы, которые промоют вам мозги и заставят вас вернуть её назад в дурдом под названием «школа» – чтобы прикрыть свой политический зад. Полчаса на сборы. Не забудьте одежду и документы Гермионы. Быстро!
    Через сорок минут на третьем этаже особняка на Гриммо миссис Грейнджер обняла мисс Грейнджер. Оставив семью в спальне, вернулся на кухню, устроив импровизированный совет с Джорджем и Эндрю.
    – Джордж, Эндрю, Кричер. Мне необходимо отлучиться. Охраняйте дом. Я появлюсь завтра. В ближайшие дни мы переправим их во Францию, и, надеюсь, на этом проблемы с девочкой будут завершены. Я не думаю, что сегодня кто-то появится, но на всякий случай будьте готовы!
    Дождавшись утвердительных кивков, я покинул собрание этих достойных мужей.

    Сразу после разговора я написал письмо Рите Скитер, после чего отправился в Гринготтс.
     
    Дорогая мисс Скитер!
     
    Смею надеяться, что вы последовали моему совету и получили сегодня вечером убойный материал в Хогвартсе. Прошу вас максимально эмоционально описать вопиющий факт инцидента. Надеюсь на ваш гений!
    Завтра постараюсь организовать для вас интервью с непосредственным участником событий. Не благодарите, я лишь хочу узреть торжество правды, за которую мы с вами боремся.
     
    С искренним уважением к вашему гению
    Гарри Поттер
     
    Тогда я ещё не подозревал, насколько «убоен» материал на самом деле.
 
Тем временем где-то в Шотландии
Кабинет директора Хогвартса.
    Альбус Персиваль Вулфрик Брайан Дамблдор мерил шагами свой кабинет в попытке придумать способ выбраться из того дерьма, в которое он угодил. Идеальный план оказался не таким идеальным, как казался изначально. Отправить «избранного номер два» спасать девочку, чтобы он увидел её смерть и затем «превозмог» тролля, почуяв запах крови и ожесточение от смерти невиновного человека «по его вине». До смерти мерзкой грязнокровки никому нет дела. Только вот мерзкая грязнокровка не захотела дохнуть. Эвакуировалась аварийным портключом (дорогая штука, да и откуда ей о таком знать?), а у тролля от такого финта ушами произошёл сбой программы. Его ментальные установки – пробраться в туалет, убить там детёныша и игнорировать детёнышей, которые прибегут потом – не предполагали исчезновения первого детёныша. Поэтому он выполнил их как смог – детёныша всё-таки убил. Только вот, к несчастью для Альбуса Персиваля Вул... если короче, то просто Величайшего Ублюдка Британии, этим детёнышем оказался ключевой объект его плана, Запасной-Избранный-Номер-Раз Невилл Лонгботтом. И смерть единственного наследника рода Лонгботтом не удастся замять двумя Обливиэйтами, как он планировал с грязнокровкой. Долбаная грязнокровка! Теперь нужно думать, как место директора школы сохранить. И ведь запасной план на этот счёт был – только вот предательница Минерва сбежала в Канаду, а Северуса вместо себя не оставишь. Его, того гляди, какой-нибудь идейный гриффиндорец или опечаленный за учёбу рей прикопает в теплице не сегодня, так завтра. И, главное, три четверти школы под присягой заявят, что так и было – слишком много врагов завёл себе этот мальчишка. Долбаные ублюдки и предатели! Он ещё всем им покажет. Он вернётся на гребень волны успеха, и каждый предатель пожалеет! Волны ярости и ненависти расходились по кабинету.

    Феникс в клетке бился головой о прутья, пытаясь физической болью заглушить душевные муки. Чёрт его дёрнул за клюв вступить в связь фамилиара с этим «светлым, подающим большие надежды мальчиком». Его бессмертие – его проклятие, никуда не деться от этого позора. И ведь этот ублюдок тоже помирать не собирается – два крестража уже готовы. Подлец на мальчишке Реддле отработал технологию, сведя его с ума, а теперь использует, осторожно обходя подводные камни. Каждый день, каждый долбаный день знать о его аморальных планах, но не иметь возможности помешать из-за связи фамилиара – худшей муки для чистого и светлого существа придумать сложно. Хотя какое из него чистое и светлое существо – он сам запомоен так, что не отмоется и через двести лет. И сородичи бы его заклевали, но – долбаное бессмертие. И снова будет сидеть в этой клетке, видеть долбаных ублюдков Дамблдора, Грюма и Снейпа – уверен, как минимум у Грюма есть крестражи, и он скоро появится снова; он-то не лох, как Снейп, который за коврижку рабом стал. Снейп! Продажный ублюдок, который за взятку сделает всё, что угодно!
    Тут в голове феникса родилась мысль, претендующая на характеристику «хорошая», да такая, что от эйфории он перестал биться головой о прутья. Долбаный Снейп поможет ему освободиться от ненавистного рабства! За взятку, вестимо. Нужно, чтобы совместилось два фактора – время, когда он будет молод после возрождения и максимально силен. И чистая, действительно светлая душа, с которой он свяжется. И, конечно, обеспечить некоторую страховку на случай кидалова со стороны ублюдков. И вот тогда он отомстит. О-о-о, не нужно говорить, что месть зло, что она очерняет душу, что она ничего не решает. С такими ублюдками, как Дамблдор, месть – единственное решение проблемы. Да и сам он уже давно не светлое существо, а циничный ублюдок. Сострадание к невиновным всё ещё остались в его душе, но нет больше веры в добро, побеждающее зло. Какое зло победило – то и стало добром. Дамблдор обеспечил себе крестражами дополнительные двести пятьдесят-триста лет, потом наклепает ещё. Но он познает праведную месть истинно бессмертного существа, которое посвящено во все его планы! И пусть он всего лишь феникс, месть его будет неотвратима и ужасна!
    Вспышка белого света от магической клятвы окутала феникса, и ему пришлось, для конспирации, сгореть. Появившийся в пепле птенец изо всех сил маскировал первородный огонь ярости на мелких пёрышках, но куда усерднее он прятал мысли о мести под тупыми желаниями жратвы и поглаживания – бородач ещё тот легилимент, нужно быть начеку. Ещё не время. «Рано, старик» – сказал он сам себе. Он подождёт полтора месяца – ради вечности.

    Дамблдор обернулся на клетку. Тупой феникс последнюю неделю изображал дятла, а теперь вот даже сгореть не смог по расписанию. Как можно овладеть миром в такой обстановке – его окружают сплошные бездари!

    Рита Скитер в облике жука вылетела из окна под потолком Большого зала, спикировала на ближайший декоративный балкончик, обратилась в человека и вы­та­щила из безразмерной сумки метлу. Из-за сов и летучих мышей до границы анти­аппариционного барьера безопасней было добираться в своём виде. В редак­ции она сцедит воспоминания в омут, подберёт идеальный ракурс на труп наслед­ни­ка Лонгботтомов и превратит воспоминание в колдографию, которая отправит­ся на первую полосу. Рванувшись за учи­те­ля­ми-лов­ца­ми трол­лей, она зафиксиро­ва­ла в мозгу беседу учителей и директора на тему, как они будут заминать инци­дент перед прессой. Наивные. Особенно её порадовала фраза директора: «Нас съе­дят с дерьмом». Съедят, дорогой, съедят! Впрочем, ты и есть дерьмо.
    Она ещё не знала, что дома её будет ожидать письмо с предложением интервью от участника инцидента. Но и без того Рита за такой подарок готова была отдаться Гарри Поттеру в атриуме Министерства магии в разгар рабочего дня – если бы Поттер согласился.
 
Гринготтс, половина двенадцатого ночи
    – Здравствуйте, мистер Поттер, – поприветствовал меня Шерстеух, – что задержало вас так сильно?
    – Доброй ночи, мастер Шерстеух. О причинах, которые меня задержали, можно будет узнать завтра из газет. К делу – я готов!
    Не каждую ночь меня возит на тележке ритуалист Гринготтса. Тележка ехала довольно долго, так что я успел припомнить «тренировочный» поход в другую ветку заброшенных шахт две недели назад. На «полигоне» драконов не водилось, и я мог спокойно испытать «полное погружение» без особых опасностей. Как сказал мне сопровождающий Камнеклад, на самом деле опасной живности почти нет. Только различные слизняки (подвид грибов?), мелкие неядовитые змейки и всякие многоножки, которые этих слизняков жрут. В подводных озёрах водится рыба, насекомые и крупные ядовитые водные змеи, охотящиеся на рыбу. На вопрос: «А что же тогда жрёт дракон?», провожатый ответил – магию, вестимо. И вообще, это не я иду охотиться на дракона, а, по факту, дракон идёт охотиться на меня. А ещё я попросил провожатого провести меня мимо банковских драконов, чтобы запомнить их звуки (особенно сердца и дыхания). Сердце у дракона сильное, слышно его издалека. С другой стороны, дракон может замаскироваться у бегущей воды либо другого естественного источника шумов.
    План по захвату дракона был простой: 1) устроить ловушку; 2) пошуметь; 3) организовать приманку; 4) profit.
    Чтобы его реализовать, надо самому не стать приманкой, и здесь главная моя надежда – слух. Возможность услышать врага задолго до того, как он к тебе подойдёт. Тем временем Шерстеух довёз меня до конца путей, и ещё полчаса провожал до нужной ветки «метро». Стальные рельсы сменились на деревянные – давно и редко же тут ездили, и уж точно не на тех диких, любимых каждым гоблином, скоростях. Интересно – какой у такого рельса ресурс? Хотя мы же в мире магии – нарисовал с оборотной стороны рельса руну, и эксплуатируй сотню лет. Как говорил проводник прошлый раз: хочешь найти дракона – иди вниз. И я шёл вниз, подсвечивая себе путь инфракрасным фонарём на M4. 26 Через час закончились деревянные рельсы. Проводник упоминал, что нужно пройти от восьми до десяти миль до ареала дракона. Мол, драконы – такая штука: если их дрессировать с детства, выйдет полезный в гоблинском подсобном хозяйстве организм. Но если нужный момент в воспитании молодого драконьего организма упущен – остаётся только экстерминатус. Вспомнился каноничный Хагрид, кото­рый выращивает всяких монстров, и они его не загрызают в процессе. Конечно, незачем его загрызать – он ведь жратву носит каждый день. Вообще такие при­корм­щики монстров – глубоко несчастные личности. С людьми у них отношения не сложились, вот и остаётся прикармливать зверье, уверяя себя, что только животное понимает его тонкую, глубоко ранимую душу. А животному насрать на душу – главное, чтобы жратву носил. Не резать же курицу, несущую золотые яйца. Причём несущую каждый день, как обязанность, униженно. А такое для стайных животных нормально – раз несёт жратву, значит, слабак, боится, чтобы его не порвали. Короче говоря, Хагрид – ущербный зоофил, которого нужно срочно изолировать от общества, пока от его няшек кто-то ещё не пострадал. Ещё кентавры бесят, ведут себя как гопники: «это мой район, мой район» – тьфу, «это наш лес». В грызло давно не получали. Не люблю расизм, но вот кентавры, которые своим поведением этот расизм явно провоцируют, однозначно получат люлей, после чего будут молчать в тряпочку, и только самые смелые из них будут изредка ржать в одиночестве на кухне под водку про «запретный лес, который мы потеряли». Интересно, у них есть кухни? Если нет, то будут.
    И чего я такой злой? А вот сами попробуйте три часа в абсолютной темноте идти дракону на завтрак! Та-а-а-к, что это у нас – следы долбаного дракона. Кис-кис, маленький! Я прошёл вперёд ещё полмили, пока не стали слышны звуки текущей воды. Меня на таком не словишь, милашка. Пора творить ловушку. Я достал из рюкзака три мешка. В одном лежали MK3A2 (осколочные против дракона малоэффективны, да и чур его, вдруг глаза выбьет, а мне они пригодятся в ритуале), в другом – перебранные Джорджем детонаторы мгновенного действия, в третьем – стальная проволока, гвозди и керамические стаканы. Как говорил проводник – вернусь, вручу ему подарочный сертификат «Золотого Мухомора» – драконы подкрадываются, а затем атакуют рывком ярдов с тридцати. Так что я нашёл удобный для обороны участок тоннеля, заминировал гранатами в обе стороны на тридцати-пятидесяти ярдах, и в качестве последнего шанса установил два MG 34 с лентой, заправленной бронебойными пулями. Параллельно с минированием проложил сеть из тридцати светильников, включаемых по проводам с пульта. Для наживки пошли полгаллона крови, разлитой по грунту, примус с жареной курицей и Наземникус Флетчер. Долгое пребывание в подземельях Блэков подточило его здоровье, но в качестве приманки он годился. Кричер его упаковал в безразмерный мешок и дал гарантию, что день-два он после этого проживёт. Как активный элемент засады выступал я в «окопе», то есть, естественной расщелине, обкастанный на снижение температуры поверхности до температуры внешней среды, и, таким образом, невидимый для дракона на фоне примуса. Оставалось ждать.
 
Тем временем на Гриммо 12
    Когда Гермиона наконец-то попала в её объятья, Джоан ничего не спрашивала. Дочка всё ей расскажет, но позже. Сегодня – пусть успокоится, поплачет. Левая рука Гермионы зажата в шине, волосы в беспорядке. Какая же она милая. Мы её чуть не потеряли!
    Когда Джоан зашла вместе с Дэниелом в спальню, Джордж тихо вышел и отправился на кухню. Поттер сказал, что нападение возможно, хотя и маловероятно. Кое-кто будет неприятно удивлён, если посмеет сунуться сюда. Эдвард сейчас заправляет магазин с десятком снарядов в приёмник Flak 38, и даже если сюда нагрянет аврорат всем наличным составом, их ожидает разрыв задницы, в прямом смысле слова. Осколочно-фугасные снаряды – это не шутка. Джордж признался сам себе, что жаждет этой встречи. Пора кичливым ублюдкам показать, кем они на самом деле являются в пищевой пирамиде Британии. Поттер даже не пытается использовать заклинания в столкновениях – он полагается на старые добрые огненные палки, которыми англичане завоевали весь мир. А ещё он такой же, как они: осознает, что война – это столкновение духа, а не оружия. А уж духа у ветерана SBS всяко побольше будет, чем у доморощенных Мерлинов, которые даже задницу себе заклинанием вытирают. Чтобы привести себя в более конструктивное состояние, Джордж решил почистить пистолет. За этим, без сомнения, важным занятием его застали Грейнджеры, которые покинули спальню после того, как Гермиона заснула. Дверь караулил Кричер, который на вопрос: «Где Гарри Поттер?» ответил, что Господина нет – Господин отправился в банк по важным делам, но его дружина охраняет их покой, заседая в малой столовой на первом этаже. Туда он их и провёл. Дэниел представился, после чего усадил жену.
    – Дэниел Грейнджер и моя жена Джоан.
    – Джордж Калхоун.
    – Эндрю Крайтон.
    Тем временем Кричер организовал всем по чашке кофе в «американском стиле» – чашки большие, кофе слабый.
    – Расскажите, пожалуйста, что произошло.
    Так как от Поттера не поступало никаких указаний на тему секретности этого инцидента, да и эти люди для него явно свои, ну и к тайнам Поттера это никак не относилось, Джордж рассказал:
    – Мистер Кричер, – он кивнул в сторону домовика, который от такого обращения принял важный вид, – принял вашу дочь после эвакуации портключом, – у Калхоуна было время прояснить этот момент у Кричера, пока Поттер забирал Грейнджеров, – провёл первичную диагностику, поместил её в сон и вызвал мистера Поттера, который вызвал нас. Мистер Крайтон, – ещё один кивок, – также провёл диагностику и вылечил несколько царапин на девочке. Затем мы вместе с мистером Поттером и мистером Крайтоном направились в больницу, где вашей дочери была оказана квалифицированная врачебная помощь. Когда вашу дочь попытались оставить в больнице, мистер Поттер упомянул, что это было покушение на убийство, и ради безопасности мы эвакуировались в этот особняк. После этого он привёл вас. Мистер Поттер убеждён, что есть вероятность, хотя и маленькая, повторного покушения прямо сегодня. Именно поэтому вы здесь под нашей охраной. Мистер Поттер отправился по своим делам, однако обещал вернуться завтра.
    – Господин велел приготовить для вас спальню, – подал голос Кричер.
    – Если ожидается нападение, я могу помочь – я служил в Royal Navy. 27
    – Мистер Грейнджер, вы не знакомы с нашей системой обороны, так что пользы от вас будет мало. Отправляйтесь спать, Кричер покажет вам, где ванная и спальня. Завтра будет сложный день, и вам потребуется много сил, как моральных, так и физических.
    Грейнджерам ничего не оставалось, как последовать мудрому совету Крайтона.

    Гермиона проснулась за три часа до рассвета, где-то около шести, от того, что кто-то лизнул её в щеку и аккуратно толкал в грудь. Комната была слабо освещена магическим светильником, за окном была чёрная ночь. А перед лицом Гермионы обнаружилось пушистое, ушастое, усатое чудо.
    – М-р-р-ру-м, – сказал Косолапус, уместив лапы у неё на груди и положив на них голову.
    – Кто ты, красавчик? – спросила Гермиона, гладя кота по спине и почёсывая за ушком. – Ты чей?
    – М-р-р-ру-м, – ответил Косолапус, приблизив голову и лизнув её в нос.
    – Ты такой классный, но, пожалуйста, дай мне встать. Мне нужно сходить в ванную. Покажешь мне, где это?
    – М-р-р-ру-м, – Косолапус показал.
    Когда Гермиона занималась своими делами в ванной, шина на руке напомнила ей о событиях вчерашнего дня, но они уже не вызывали ужаса. Рыжий кот дал ей необходимый заряд доброты. Когда она отправилась в постель досыпать, Косолапус улёгся рядом охранять её сон – ведь сегодня он уже прогнал её кошмар. А мальчик не соврал и выполнил договор!
    – Мур-р-р! – удовлетворённо выдал Косолапус, засыпая. Наконец-то у него есть хозяйка!
    Правая рука Гермионы мягко обняла Косолапуса, а на её лице застыла улыбка.
 
Глубоко под землёй, в десяти милях от ждущего на контрольном пункте Шерстеуха
    Всё произошло внезапно. Внезапно раздался подрыв нескольких гранат со стороны воды, ещё пару минут в «окоп» сыпались камешки, а затем всякий мусор и пыль, после чего наступила тишина. Я снял наушники, включил освещение и аккуратно высунулся из «окопа». Не добежав до Флетчера двадцати ярдов, на дне тоннеля в ауте лежал дракон, раза в два меньше каноничной хвостороги из фильма. Голова и шея лежали неподвижно, бока вздымались, а конечности дёргались. Я долго вглядывался на предмет неразорвавшихся гранат, наконец, подошёл к хвосту дракона, из очередного бездонного мешка вытряхнул железнодорожный рельс уменьшенного веса, длиной десять ярдов. В том же мешке были куски стального каната и затяжки-фиксаторы. Первым делом я примотал к рельсу голову и хвост, а затем ноги и крылья. Крылья у зверюги были явно недоразвиты – в пещерах не полетаешь. На пасть были надеты три фиксатора для гофрированных труб-воздуховодов (люблю строительные магазины). Как я понял из рассказов проводника – драконы, что крокодилы. Сжимают челюсти со страшной силой, а разжать – слабаки. Достаточно скотчем обмотать, и никуда не денется. Но на всякий случай я ещё обмотал его стальным тросом в четверть дюйма. Не нести же трос домой!
    Когда зверюга была надёжно зафиксирована, пришёл черед старого доброго блэковского ритуала (какое-то слово в этой фразе явно лишнее, ну да ладно) из Кодекса. Не знаю, как там насчёт дзанпакто, а Скоторез точно станет эпичным айтемом – сколько крови он ещё выпьет! Для ритуала нужно было, чтобы дракон был жив и в сознании, так что я полил его водой из палочки и попинал ногами «по щекам», пока он не пришёл в себя. Напевая песню Блэков из Кодекса, я плоскогубцами схватил верхнее веко дракона, примерившись Скоторезом к глазу. Дракон от беспомощности утробно завыл.

    В десяти милях позади, у входа в ветку шахты, Шерстеух ожидал мистера Пот­те­ра. Когда донёсся грохот взрыва, Шерстеух приуныл – завал наверняка на­крыл и дракона, и Поттера. Мысленно представляя, как заполнять формуляр вызо­ва бригады для расчистки завала и как писать объяснительные записки за провал задания, он медленно шёл назад, когда через четверть часа его нагнал вой дракона. Столько муки и отчаяния было в этом вое, что Шерстеух понял: апокалипздец се­го­дня носит локальный характер, исключительно неприятный для одного конкрет­но­го дракона. Да, аналитики КПБ в очередной раз облажались. Даже если с ритуа­лом что-то пойдёт не так, это вовсе не потому, что Поттер не убил дракона. Он его, судя по вою, захватил живым. Мысленно примеряя расшитый пояс со знаками различия оберштурмритуалиста, 28 Шерстеух приосанился, развернулся и бодрым шагом направился к точке встречи с Поттером.

    Магия – великая штука. А магические животные – величайшие её творения. Только вот как смогли древние Блэки догадаться до такого – вырвать у живого дракона глаза, располовинить их и надеть как очки? Наверняка какой-то вусмерть пьяный Блэк решил пошутить. Только вот шутка имела долговременный положительный эффект – глаза приросли. Хорошо хоть, что потом выяснили – напиваться необязательно, тогда эффект будет лучше. Только вот алкоголь наверняка использовали как анестетик. Когда я «надел» себе глаза дракона, то завыл не хуже его самого. Через долгие-долгие двадцать минут (судя по часам) боль прошла, и зрение устаканилось до состояния «вижу, сколько пальцев». Тем временем бензин у дракона закончился – он уже не выл, а попискивал. Пора переходить к основной части плана. На груди дракона, там, где билось сердце, я поддел Скоторезом несколько рядов чешуек и вырвал их плоскогубцами, вызвав очередное подвывание дракона. Согласно гоблинскому ритуалу, следовало окропить оружие своей кровью, погрузить его в кровь магического существа и в свободной форме попросить оружие отнять жизнь существа, будучи единым с оружием в устремлениях. Во время ритуала оружие в первый раз называют по имени.
    В очередной раз подбодрив себя, что я парень «почему бы и нет?», я разрезал правую ладонь отмытым водой Скоторезом, набрал ладонь крови и обильно покрасил ей оружие. На груди, где были сорваны чешуйки, драконьей крови было достаточно, и я повторил процедуру, но уже левой рукой и драконьей кровью. Наконец, направив оружие на грудь дракона напротив сердца, я воззвал к нему, ощущая его как себя и готовый дать часть своей души:
    – Эмма, рази!
    В тишине тоннеля раздался гром очереди на полмагазина, прервавшей жизнь слепого дракона.
 
Три с половиной часа спустя
    Флетчера я засунул обратно в мешок и унёс с собой. Не детонировавшие гранаты обезвредил, чтобы на них не подорвалась призовая партия гоблинов. Обратная навигация велась по стальной проволоке, проложенной по пути «туда». Хотя я и так довольно неплохо ориентировался по слуху: чувствовались ближайшие ответвления, и главное было – идти вверх. Но времени без «навигации» ушло бы куда больше. Винтовка после ритуала ощущалась как третья рука. Я чувствовал нагар, который нужно почистить, чувствовал пыль в механизме, нутром ощущал, сколько патронов в магазине. Только вот собственного сознания у неё пока нет. Ничего – врагов достаточно, будет на ком экспу набивать. Вот закончилась проволока, прикрученная к вбитому в стену гвоздю. Через сотню ярдов меня встретил Шерстеух. Чтобы не нервировать его раньше времени новыми глазами, я натянул капюшон пониже.
    – Как всё прошло, мистер Поттер?
    – Превосходно, мастер Шерстеух. Не знаю, как это было задумано вашими и на­шими предками, но я его чувствую. Это... не передать словами. Будто я был всю жизнь инвалидом, и вдруг обрёл недостающую конечность. Без него я не полон.
    – Были ли какие-нибудь неожиданности?
    – Нет, мастер, всё в соответствии с ритуалом, как мы с вами обговаривали.
    И вот теперь начинается самое интересное. Для гоблинов идеально, если по пути назад, после подтверждения такой информации, тележка со мной сойдёт с рельс. Несчастный случай.
    – Мастер Шерстеух. Не хотелось бы говорить о таком в эту судьбоносную ночь, но, надеюсь, вы понимаете, что я застрахован на случай разных очень несчастных и неприятных инцидентов?
    – Вождь Рагнок лично предупредил меня, мастер Поттер, – хо, а вот это новенькое. Мастер Поттер – звучит!
    – Приятно иметь дело с такими понимающими гоблинами, мастер Шерстеух. И ещё – в сотне ярдов от начала ветки проложена стальная проволока, которая ведёт до туши дракона.
    – Чей удар, того и добыча, мастер Поттер. Вы хотите, чтобы Гринготтс взял на себя обработку и реализацию туши?
    – Учитывая помощь Гринготтса в организации охоты, я не возражаю, если Гринготтс получит тушу в собственность, как пример нашего взаимовыгодного сотрудничества.
    – Быть по сему, мастер Поттер.
    Остаток пути мы проделали в молчании.
 
Гриммо 12
Около половины десятого утра 1 ноября 1991.
    Домой я попал, когда ноябрьский рассвет осветил улицы. Надев самые тёмные солнечные очки, которые у меня были, я отправился на кухню, где коротали время Джордж и Эндрю. Прослушав рапорт о отсутствии происшествий, позвал Кричера.
    – Кричер! Организуй завтрак на восемь человек. Доставь две порции Калхоуну и Оушену на опорный пункт. Разбуди старших Грейнджеров, скажи им – пусть они разбудят дочь и приведут сюда.
    Через полчаса все собрались в столовой, даже Косолапус, который уселся на коленях Гермионы. Видя такое, я напряг Кричера на ещё одну порцию, для кота.
    С винтовкой я после ночи расстаться не мог – она висела у меня за плечом, под хантэном. Впрочем, никто вопросов не задавал, завтрак прошёл в молчании. После завтрака я взял с собой Грейнджеров в гостиную, на разговор. Сначала я попросил Гермиону рассказать, что случилось. Справа от неё сидела Джоан, слева – Дэниел, на коленях мурлыкал Косолапус. С такой поддержкой она расска­за­ла всё быстро и чётко. На уроке чар её обидел Финниган, отчего она ушла пла­кать в заброшенный туалет на третьем этаже. М-де. Ещё бы чуть-чуть, и у Плаксы Миртл была бы партнёрша. Руку она сломала, когда неудачно убегала от тролля. Когда он уже был готов припечатать её дубиной, сработал автоматический аварийный портключ, и её принял Кричер. О том, что портключ можно запустить кодовой фразой, она, конечно, в такую минуту не вспомнила. Успокаивать на этот раз пришлось Джоан.
    – Это Дамблдор, больше некому – остальные фигуранты мертвы, – ответил я на вопросительный взгляд Грейнджера.
    – И что нам теперь делать?
    – Для спасения репутации ему нужно замять дело и вернуть Гермиону в этот скотодурдом. Вам же просто сотрут память. Естественно, мы ему это не позволим. Я воспользуюсь своими связями и попытаюсь устроить Гермиону в Бобатон, а вам придётся переехать во Францию. В Англии вас теперь в покое не оставят. Но вы должны помочь мне. Сегодня я организую встречу с журналисткой, которая обольёт грязью Дамблдора, и это обеспечит вам поддержку масс. Вы же не хотите, чтобы за вами бегали британские чиновники с палочками наголо?
    – Но зачем директору школы убивать мою дочь? – не выдержала Джоан.
    – Гермиона – магглорождённая волшебница от небогатых родителей. В Британском расистском магическом обществе её смерть никого не взволновала бы, а вы забыли бы. Дамблдору нужна была жертва для его политических игр, и он, как истинный ублюдок, снова подставил ребёнка, конечно, «ради общего блага».
    От взгляда мистера Грейнджера скисло бы молоко. Но тут вынужденную паузу театрально прервал Кричер.
    – Господин, газета, важное сообщение!
    – Благодарю, Кричер.
    На передовой крупным планом труп мальчика, вокруг которого стоят учителя и директор. Кричащий заголовок в стиле Скитер: «Смерть единственного наследника рода Лонгботтом» и ниже, шрифтом помельче «Директор с учителями обсуждают, как замять смерть ученика, не стесняясь в выражениях»
    Далее шло описание инцидента с троллем от появления Филча с криками: «Тролль в подземельях!» до монолога Дамблдора с раздачей ролей, кто что будет говорить аврорам и журналистам.
    – Кричер! Молодец, важная газета, хвалю. Передай всем: Калхоунам, Оушену и Крайтону – отбой тревоги, отдыхать до завтра. Дэниел и Джоан – расскажите дочери, кто я такой, а то она до сих пор боится мне слово сказать. Гермиона – это твой кот Косолапус. Ты должна была его повстречать летом девяносто третьего, но я ускорил вашу встречу – мне было больно смотреть, как он скучает в зоомагазине. Согласись – лучше так, чем если бы он сидел в клетке ещё два года. Я пообещал ему: «Никаких клеток» – поэтому никогда не сажай его в клетку.
    Мой монолог к Гермионе наконец-то дал ей храбрости спросить:
    – Мистер, а почему у вас глаза светятся сквозь очки?
    – Это потому, что сегодня я убил дракона, – мой ответ отбил любые дальней­шие вопросы Гермионы. – Я вас оставлю, вам есть о чём поговорить. Не выходите из дома, пока я не решу вопросы безопасности – за вами могут охотиться.
    Я отправился в кабинет писать письма.
    – Кричер! Проследи за Грейнджерами. Не пускай их в опасные комнаты.
    – Так точно, Господин!
    Зря я думал, что мне придётся поливать грязью Куролюба – он и так уже по грудь в дерьме. И я буду не я, если не помогу ему в этом дерьме захлебнуться.
 
Гриммо 12, кабинет хозяина дома
    Нужно напрячь мозги и сформулировать мысли идеально. Первое письмо – Делакуру, о новых обстоятельствах, которые следует использовать в нашей борьбе. Второе я хотел написать мадам Максим, только вот, учитывая связи Максим и Делакуров, решил подождать разговора с Делакуром. Третье, то есть, теперь второе письмо – Рите Скитер, с вызовом на встречу завтра вечером, прямо на Гриммо 12. Нет смысла скрывать своё положение – я окреп, хотя и пока и не так сильно, как хотелось бы, но у меня есть на этот счёт отличная идея. Если я всё проверну как следует, уже через неделю у меня под началом будет столько штыков, сколько я смогу оплатить.
    Не зная о гибели Невилла, я планировал следующую газетную атаку: сначала репортаж Скитер о тролле в школе, полной детей; затем, на следующий день – «шокирующие откровения» Гермионы и логичное заявление её родителей, что ноги их дочери в «школе» не будет. Я даже планировал помагичить палочкой Гермионы, чтобы её автоматически исключили согласно куролюбскому закону. Только вот теперь всё это будет неважно. За смерть наследника древнейшего рода ухватятся все враги ВСУСа, и ближайшую неделю нет смысла публиковать что-либо ещё – достаточно и этого. Даже не знаю, стоит ли упоминать о роли Гермионы – местные дегенераты вполне могут обвинить её в смерти Лонгботтома: мол, а могла бы и подохнуть, может, тогда тролль наелся бы и не напал на Лонгботтома. Статью Скитер я намерен вообще отправить во французскую прессу, через недельку, чтобы просвещённая Европа почувствовала колорит – от смерти чистокровного английское болото крякает пароходным гудком, а на покушение на магглорождённую всем плевать. Ну, и недели через две я озвучу своё авторитетное мнение об интригах Дамби. Да, это будет только моё мнение, но местным пора привыкнуть – как я сказал, так и правильно! А грязный рот какого-нибудь купленного подпевалы я заткну таким образом, что все поймут намёк, после чего смирятся с высшей силой.

    Нет, писем будет всё-таки три. Третье письмо ушло Анне. Несмотря на то, что «вбрасывать» материал по влиянию Снейпа на Британское зельеварение пока рано, ибо в этом бедламе никто на него внимания не обратит, ничто не мешает дать Анне вторую задачу. Встречу, кстати, я решил организовать на втором этаже в пабе: если первый этаж – для принятия пищи, развлечений и пивных тим-билдингов, то второй этаж – для работы, эдакий брифинг-рум. А теперь нужно посетить банк и проверить мою теорию. Даже две. Даже три.
 
Гринготтс
    На этот раз никакие маскирующие амулеты я не надевал. По моим расчётам, Куролюб осознает глубину погружения в «шоколад» недели через две, так что пока мне не грозит нападение профессиональных убийц. А размяться с наблюдателями бородача мне не помешает. Летус. Я специально задержался на крыльце и осмотрелся по сторонам, чтобы все желающие срисовали мой, вне всякого сомнения, мужественный образ. Только местным дегенератам хватит дерьма в голове, чтобы не узнать меня без очков. Когда я подошёл к свободной стойке, дежурный гоблин-кассир поглядел на мои новые, светящиеся оранжевым огнём глаза, и бодренько заявил:
    – Мастер Поттер, Директор Рагнок приглашает вас к себе.
    Ну, и что ему нужно? Я вот не понял одного: с какой целью он тянул с поддержкой в прессе на прошлой встрече? В чём была выгода поступать так?
 
В кабинете директора Гринготтса
    Директор встретил меня, стоя у кресла, предложил садиться, и лишь затем сел сам. Хо, да наши акции растут. Мягко стелет: но вот только чего он теперь захочет?
    – Мастер Поттер, этот день вошёл в историю расы гоблинов, и, надо полагать, рода Блэк.
    – Директор Рагнок, будьте добры, объясните: почему меня внезапно начали называть «мастер Поттер»? – я сверкнул огнём в глазах. Куда теперь до меня Дамби с его убогими сверканиями очками!
    – Это знак уважения расы гоблинов за ваш вклад в возрождение её культурного наследия.
    – Благодарю за пояснение, господин директор.
    – Как я погляжу, вы решили проблему с очками необычным способом, мастер Поттер?
    – Отчего же, господин директор, вполне обычным, я бы даже сказал, традиционным для Блэков способом. Культурное наследие рода Блэк также возрождается.
    – Отрадно видеть, что такой молодой человек, как вы, так много значения уделяет традициям и культуре предков, мастер Поттер, – да он мне мозг решил проесть.
    – Грех было упустить шанс использовать такую ночь, которая предоставляет так много возможностей уделить время традициям и культуре, господин директор! – если он адекватен, а я уверен в этом, он прекратит эту лингвистическую мастурбацию прямо сейчас и перейдёт к делу.
    – Однако, хватит о традициях, мастер Поттер. Как вы оцениваете ваше оружие теперь, мастер Поттер?
    – У меня не было возможности проверить его в деле, господин директор.
    – У нас есть отличный полигон, мастер Поттер.
    О да! Ща-а-а! Прямо бегу показывать тайные возможности своего первого, и, возможно, одного из самых могучих боевых артефактов в Магической Британии, да по его первому зову. У меня на левом шнурке стрелка не наглажена.
    – Директор Рагнок, меня больше интересует, поддержат ли гоблины мою кампанию в прессе. В зарубежной прессе. Прямо сейчас на нашу прессу влиять бесполезно – все поглощены скандалом с Лонгботтомом, а потом...
    И тут я понял. Ведь всё просто. Идеально просто!
    Меж тем директор не спешил прервать моё сатори.
    – Директор Рагнок! Я внезапно осознал, что у меня появилось очень важное дело. Оно не то чтобы слишком срочное, но и откладывать я его не могу. Вы пригласили меня не просто так. И я открыт к предложениям.
    – Ох, молодость... Всё спешите, спешите жить, горите на работе, а ведь впереди целая жизнь.
    У Рагнока, скорее всего, был задуман длинный разговор, часов на несколько, в процессе которого я сам должен был прийти к мысли, что делать гоблиноугодные дела – это единственно правильный modus vivendi 29 для мага.
    – Да, мастер Поттер, у меня есть, что вам сказать. И это важное и выгодное предложение. Вам и гоблинам. Но оно подождёт – я же вижу, ваши мысли уже далеко. Вы почти полностью поглощены новой идеей. Что до вашей поддержки в прессе – наши аналитики убеждены, что в ближайшие полгода она будет бессмысленна. Предлагаю перенести наш разговор на более спокойное время. И да, вы правильно поняли – мне нужно несколько часов, чтобы донести до вас суть того, что я имею сказать.
    – Тогда, если не возражаете, директор Рагнок, я вас покину. Мне нужно обсудить один вопрос с мастером Скалотрусом, и заняться той самой идеей.
    – Идите, молодой человек. Где мои двенадцать лет!
 
В переговорной
    После приветствия я задал Скалотрусу очень важный в данный момент вопрос.
    – Мастер Скалотрус, у меня важный вопрос. Можно ли с помощью амулета или другим способом позволить магглу видеть магию, как сквибу. Поиск сквибов с нужной мне военной подготовкой – сложное дело, очень уж редки такие специалисты.
    – Можно, мастер Поттер. Более того, такие амулеты довольно дёшевы – их часто покупают для своих родителей магглорождённые, и стоят они от пяти до десяти галлеонов. Надеюсь, вы осознаете, что вручение такого амулета не члену семьи ведёт к нарушению Статута Секретности?
    – Гоблины за поддержание Статута Секретности?
    – На данном этапе разглашение существования магии не входит в сферу наших интересов.
    – Вы ещё скажите, что правительство и спецслужбы не в курсе!
    – В курсе, конечно. Но круг лиц ограничен.
    – У меня тоже будет ограничен.
    – Но это нарушит существующий порядок вещей!
    – Дамблдор и Волдеморт и так нарушают существующий порядок вещей; только гоблинов они за разумных существ не считают.
    – Мне нужно подумать над вашими словами, мастер Поттер, – перевожу: «Скалотрус хочет посоветоваться с аналитиками и руководством».
    – Второй вопрос – действуют ли на магглов магические клятвы. Если, я, до­пус­тим, хочу заключить магический контракт, содержащий пункты о неразглаше­нии, по аналогии с заключёнными с моими сотрудниками – будет ли он работать?
    – Мастер Поттер! Вы, даже не гоблин, раскрыли гоблинам истинный смысл ритуала Рождения Души Оружия. Видимо, вы ищете подтверждения, но уже сами понимаете, что магический контракт – это добровольно принятое обязательство, за­печатлённое на магическом ядре. Нет ядра – нет обязательства.
    – Спасибо, Мастер Скалотрус. Я именно так и думал, но у меня нет ваших опыта и мудрости, чтобы быть уверенным. Тогда третий вопрос. Будут ли работать амулеты по защите разума на магглах? И да, моё предположение – магглы вполне могут освоить окклюменцию. Они не владеют легилименцией, но подобных ей методов у них много.
    – Вы снова правы, мастер Поттер. Это ваш последний вопрос?
    – Действует ли на маггла с амулетом для видения магии магглоотталкивающие и другие чары, рассчитанные именно на магглов? И моё предположение – нет. Надев амулет, маггл становится сквибом, и чары на него уже не действуют.
    – Снова верно, мастер Поттер. Проявляете отличные аналитические навыки. Я нанял бы вас аналитиком, мастер Поттер, если бы мы могли сойтись в цене.
    – Удовольствие говорить с таким мудрым гоблином, как вы, мастер Скалотрус – достойная плата для меня. Поэтому, если не возражаете, я сделаю прогноз – я уверен, что такой профессионал, как вы, мастер, сможет выгодно применить его.
    – Внимательно вас слушаю, мастер Поттер.
    – С большой вероятностью в ближайшие несколько суток умрут Долохов, Лестрейнджи, Кэрроу, Мальсиберы, Руквуд, Джагсон, Трэверс. Дамблдор не сохранит место директора Хогвартса и главы Визенгамота, а в ближайшие месяцы потеряет место президента МКМ. Не исключаю, что во всё те же ближайшие месяцы возродится Волдеморт.
    – Всё это чрезвычайно интересно, мастер Поттер. Время покажет, насколько вы были правы.
    На этом мы распрощались.

    На выходе из Гринготтса наблюдателей было уже два, но они не приближались, а я сразу портировался домой. Одна теория так и осталась неподтверждённой. Но это пока.
 
Гриммо 12
    – Кричер!
    – Да, Господин!
    – Где Грейнджеры?
    – В гостиной, Господин!
 
Гостиная
    – Добрый день всем!
    – Здравствуй, Гарри! – ответила Джоан за всех.
    – У меня есть хорошая и плохая новости. С какой начать?
    – В анекдотах, если просят начать с плохой, а хорошую оставить напоследок, всегда оказывается, что хорошая новость на самом деле очень-очень плохая. Поэтому начинай с хорошей, – с серьёзным лицом выдал Дэниел.
    – По моим прогнозам, в ближайшее время Дамблдор будет занят, а я ему в этом помогу. Поэтому, опять же, по моим прогнозам, на вас будут охотиться максимум наёмные убийцы, но не он сам и не его террористы. И это хорошо, потому что, как я уже говорил, я не готов к поединку силы с ним сейчас. Да, я стал силён за последние месяцы, и даже встречался с ним в бою, но на его стороне на сотню лет опыта больше, и почти все эти годы он провёл на источнике магии, копя силы. Не говоря уже о знаниях. От наёмных убийц я вас защищу, если вы будете слушаться меня. Это будет скучно и долго, но вы останетесь живы. Либо можете попробовать сделать всё сами. Опять же – наёмные убийцы – это только мои прогнозы. Может быть, их и не будет.
    – Знаешь, Гарри... – начала Джоан, и переглянулась с Дэниелом.
    – Мы уже убедились в твоей квалификации относительно прогнозов, – продолжил за неё Дэниел, – если бы не ты, Гермиона бы... Что ты видел в будущем?
    – Я видел, как вместе с Гермионой пошёл в Хогвартс, спас её от тролля. Но через пять лет Дамблдор окончательно сделал из нас марионеток. Как личности мы... умерли, что ли. Чувства у нас – те, что внушил Дамблдор, цели у нас – те, что нужны Дамблдору. Даже муж у Гермионы – Дамблдор.
    – Но как это возможно? Ему же за сто десять лет! – а Джоан уже выпытала у Гермионы ТТХ юнита потенциального противника.
    – Он сделал вид, что умер, а сам переселился в другую марионетку. Сильные маги так умеют. Говорят, что такой способ убивает посмертие души. Я не пробовал, поэтому не могу сказать точно.
    – И что теперь?
    – Это и есть плохая новость. Наше будущее не определено. Я сломал последовательность своим вмешательством, и все мои прогнозы теперь построены на чистой логике.
    – Как нам защитить Гермиону? – а Гермиона весь этот разговор задумчиво молчала. Прошлый раз она просто боялась говорить – но этот раз, возможно, родители чуть-чуть вправили ей мозги на тему, когда думать головой. Хотя – очень сильно сомневаюсь: это ведь они так ущербно воспитали её.
    – Гермиона! Хочешь ли ты стать моей ученицей? Сразу скажу: всё, что ты читала про меня в книгах – чушь. Я почти не знаю школьную программу, и вряд ли когда-нибудь её выучу. Меня все стараются убить, ограбить, зомбировать и использовать, так что времени для классического образования у меня нет. Я занимаюсь магией, которая по современным ублюдочным законам считается темной. Большинству знаний нам придётся учиться самостоятельно. Но я могу научить тебя, как выжить, как уничтожить врагов. Дух сильнее магии и прочих фокусов, и я смогу сделать тебя сильной. Я научу тебя, как сломить врага и как его убить.
    – Но в книгах ведь напи...
    – З-з-з! – изобразил я звонок, – что я говорил про то, что написано в книгах?
    – Но ты злой тёмный маг!
    – Это не я злой, это мир недобрый.
    – Папа и мама говорили мне... что ты говорил им, что в будущем... тылюбилменя, – Гермиона пробормотала последнюю фразу и покраснела. Джоан погладила её по голове, подбодряя.
    – Гермиона, пойми меня правильно. Взрослые Гарри и Гермиона любили друг друга, пока Дамблдор их не споил зельями подчинения и не сломал. Мы с тобой – не те Гарри и Гермиона. Может, когда мы вырастем, будет так; а может, совсем и не так. Но я никогда не забуду, что самым дорогим человеком для Гарри была Гермиона, пусть даже этих Гарри и Гермионы уже никогда не будет.
    – А ты вправду убил дракона?
    – Вправду. В этом нет ничего сложного, если убивать его не голыми руками.
    – А зачем ты его убил?
    – Это секрет. Если выйдешь за меня замуж – расскажу, – откровенно отшутился я. Дэниел улыбнулся и потрепал Гермионе волосы.
    – А ты много людей убил? – задала Гермиона волновавший её вопрос. Никак, упоминание темной магии сильно её разочаровало.
    – Не могу ответить. Не потому, что я не хочу ответить тебе. Но бывают волшебники, которые читают мысли, и эти сведения могут навредить мне.
    – Но у меня же есть амулет! Родители купили мне его по твоему совету!
    – Не возмущайся. Если бы я хотел прочитать твои мысли, меня не остановил бы ни амулет, ни эвакуатор, ни отсутствие магии. Других тоже не остановит. Дух сильнее магии, и никакими игрушками и фокусами целеустремлённого человека не остановить.
    Гермиона задумалась.
    – Гарри Поттер, я не готова стать твоей ученицей. Я хочу выжить, но не готова учиться убивать. Эвакуатор, что ты дал мне, спас мне жизнь, благодарю тебя за это! Но я не хочу быть ученицей тёмного мага.
    – Да будет так! Я постараюсь устроить тебя во французскую школу магии Бобатон. Насколько я понимаю, языком вы все владеете свободно? Это пойдёт в плюс. Но пока – слушайтесь меня. Не выходите из дома. Я добуду вам книг и газет для развлечения. Завтра вечером придёт журналистка – я проинструктирую вас, что говорить, а что нет. Ничего другого не говорите.

    А ведь, если по канону и фанфикам – Гермиона признала долг жизни. Только вот никакими спецэффектами её слова не сопровождались, и никакого движения магии я не ощутил. Она, очевидно, тоже. Что и требовалось доказать!

    Когда Грейнджеры остались одни, Гермиона решила высказаться:
    – Он злой тёмный маг. Чего захотел – меня в ученицы. Не дамся!
    – Дочка, – осадила её Джоан, – злой ублюдочный маг – это ваш директор, который подставил тебя под тролля только потому, что твои родители – не могущественные маги, которые могут ему отомстить.
    – Гермиона, – поддержал жену Дэниел, – ты всегда считала себя умной. Так примени мозг и подумай, кто злой тёмный маг – ублюдок директор, чья работа защищать детей, или человек, который позаботился о тебе: дал тебе этот эвакуатор и пытается устроить тебя в школу, хотя ты ему отказала. А иначе с тобой случилось бы то же, что и с Невиллом, – во время утреннего разговора Гарри бросил на столике газету с частично расплюснутым Невиллом на первой полосе, так что у всех троих было полное понимание, чего избежала Гермиона.
    – И всё равно он злой и тёмный! – гриффиндорское упрямство Гермионы в сумме с верой в печатное слово были непоколебимы, – у него красные злые глаза с вертикальным зрачком. У людей такое не бывает!
    – Дочка, ты ведь знаешь, что тот, кто долго сражается с драконом, сам становится драконом. А Гарри сражается с самым сильным, злым и подлым драконом в Англии – с директором.
    – Так он тоже станет убивать детей троллями в туалете, когда победит дракона и станет им?
    – Нет, Гермиона, – Мистер Грейнджер внезапно осознал, как дерьмово они воспитали дочь, – мудрость говорит, что он станет драконом, но там нигде не сказано, что он станет подлым и злым. Разве он был злой, когда предупреждал нас, чтобы мы купили тебе амулеты? Разве из подлости он поздравлял тебя на день рождения? – нескольких часов с дочерью хватило, чтобы она полностью пересказала родителям свои «приключения».
    – Дочь, мистер Кричер сказал нам, что Гарри бросил все свои дела и примчался спасать тебя. Он организовал первую помощь и отвёз тебя в больницу. Когда тебя хотели оставить в больнице, он дрался с охранниками, чтобы защитить тебя, потому что боялся за твою жизнь. Используй свой мозг, в конце-то концов! Суди по делам! Если Гарри тёмный маг, а Дамблдор, который хотел убить мою дочь, и всё равно убил какого-то ребёнка – светлый, то пусть все светлые маги сдохнут!
    – Но ведь в книге написано...
    Джоан убито выполнила фейспалм.
    – А про убийство детей там что написано? Что – не написано? Значит, враньё в книге!
    – Но ведь на меня напал тролль, а не Дамблдор! Может, Гарри сам это подстроил!
    Кричер, которому было приказано «не допущать» проблем с Грейнджерами, и который, таким образом, находился неподалёку, не выдержал и проявил себя.
    – Грязная, мерзкая девчонка! Добрый Господин заботится о тебе, дарит тебе подарки, лечит тебя и устраивает твою жизнь. Где твоя благодарность! Ты мерзкая, мерзкая, неблагодарная девчонка. Если бы Господин не велел мне охранять тебя, я вышвырнул бы тебя на улицу, в грязь, где тебе и место. Если бы ты хоть немного думала своей грязноротой головой, то знала бы, что директор Хогвартса знает, где находится каждое живое существо в замке – такова магия замка! И если где-то в сортире тролль убивает детей – то это происходит по разрешению и желанию директора. Но ты, вместо благодарности за спасение, спишь в постели хозяина, ешь его еду и своим грязным ртом говоришь про него мерзкие вещи! И ты смеешь обвинять Господина? Кричеру мерзко находиться рядом с тобой, – с этими словами Кричер исчез.
    А ведь правда! Какая же она всё-таки дрянь! Единственный и неповторимый Герой Магической Англии, Мальчик-Который-Выжил спас её от смерти, лечил её, заботился о ней. Да он даже о коте её позаботился! И она говорит о нём такое. Как ему, должно быть, неприятно! Гермиона вспомнила заботу, как он её уговаривал, успокаивал, укладывал.
    – Мама, – со слезами на глазах она кинулась в объятья Джоан, – какая я дрянь! Как я могла так подумать? Неблагодарная, злая дрянь.
    Хорошо, что ты хоть это поняла, – значит, не всё безнадёжно, – ответил Дэн.
    Джоан молча успокаивала дочь.
    На следующий день их не пригласили к общему столу, завтрак доставил другой волшебный слуга, в комнаты. Будучи не в курсе о собрании Второго отдела, Гермиона приняла эти изменения на свой счёт, и впала в уныние.

    Уже в кровати я вызвал на связь всех агентов и назначил собрание на завтра на утро.
    После суток на ногах у меня всё ещё оставались силы, но мучить себя дальше незачем. Упав в кровать, я надеялся только на то, что уж сегодня-то Дамблдор занят говорильней «расследования» убийства Невилла, так что сегодня ночью его очевидный план по сохранению директорского кресла не будет выполнен. И это хорошо – потому что герою магического мира тоже нужен сон.
 
Гриммо 12, малая столовая, половина десятого утра
    Агенты были предупреждены, так что завтрак прошёл прямо здесь. Наконец, Кричер убрал посуду, и мы приступили к делу.
    – Итак, представьте себе такую ситуацию. Вы – Дамблдор. По вашей вине погиб молодой Лонгботтом. Шумиха в прессе убивает остатки вашей репутации. Как только соберётся совет попечителей, вас пинком вышвырнут из Хогвартса с вечным позором. Затем точно так же вы потеряете посты в Визенгамоте и МКМ. У вас в запасе один-два дня, потом менять что-то будет уже поздно. Ваши действия?
    Слово взял Джордж.
    – Необходимо пугало, сэр. Такое, на которое переключится внимание газет, Визенгамота, министерства, авроров и обывателей. В идеале, такое, чтобы единственным защитником виделся Дамблдор, сэр.
    – Отлично. Назовите мне такие пугала, мистер Калхоун.
    – Это неназываемый и его Смертожранцы, сэр.
    – Превосходно! Мистер Калхоун, – я обратился к младшему брату, – где эти пугала взять?
    – Неназываемого – разными путями, сэр. Проще всего обороткой и немного иллюзии. А Упивающихся – вытащить из Азкабана, сэр.
    – Я думаю точно так же. Скажу прямо – неназываемого, чьё настоящее имя Том Реддл, можно возродить ритуалом. Только пользы от него мало – нужно не толь­ко его возродить, но и представить широкой общественности, а это не день и не два. Ну и, конечно, я принял меры. Та тварь, что получится после возрождения, будет похожа на Тёмного лорда, как Дамблдор на гетеросексуала. Поэтому в бли­жайшие дни я ожидаю внезапный побег из Азкабана. Учитывая, что Смерто­жор­цы считают меня врагом, я считаю их врагами также. В настоящие дни появился уни­кальный шанс – уничтожить дюжину врагов одним махом и не дать Дамблдору вер­нуть­ся в политическую жизнь. Мистер Крайтон! Спланируйте операцию с точ­ки зрения Дамблдора.
    Минута раздумья.
    – Телепортация фениксом в невидимости в Азкабан. Выведение из строя охраны, похожее на несчастный случай. «Случайное» открытие камер. Вывод беглецов из здания и погрузка на судно. Личная эвакуация фениксом. Придётся за день до операции предупредить всех участников, либо выдать себя за Пожиранца: совсем «внезапный» побег может не сработать.
    – Отлично! Мистер Оушен, план контрмероприятий.
    Полминуты молчания.
    – Организация дозорной вахты. Основная бдительность на вероятное время появления противника – ночь. Учитывать возможность боестолкновения, если Дамбл­дор направит кого-то для встречи беглецов на суше. Прибытие мобильной группы по кодовым сигналам. Удар по противнику на суше и в море с дистанции эффективного огня. Отход.
    Лучший метод руководства – мы посовещались и я решил. Нужно нарезать задачи.
    – Значит, так! Мистер Крайтон...
 
Посёлок, второй этаж паба
    – Добрый день, сэр!
    – Добрый день, Анна! Вынужден вас огорчить – публикация вашего материала откладывается. Если мы его опубликуем сейчас, он пройдёт незамеченным на волне разбирательств после смерти Лонгботтома.
    – Я понимаю, сэр.
    – Но это не повод сидеть без дела. Я хочу, чтобы вы прошлись по программе хогвартсского образования, в сравнении с программами других школ: Дурмстранга, Бобатона, Канадской Королевской школы и Салемского института. Я хочу, чтобы вы чётко указали на недостатки, как вы умеете, сравнили с тем, как эти проблемы решаются или решены в других школах, и предложили конкретные меры по их решению. Это нужно не только для публикаций. Когда я приду к власти, я учту эту работу.
    Анна улыбнулась, решив, что это шутка.
    – Начните с открытой информации по Бобатону, потом по остальным школам. Возможно, у меня получится организовать интервью с представителем Бобатона – так что вы должны быть готовы задавать вопросы по существу. Как с подбором книг для библиотеки?
    – Если подождёте несколько минут, сэр, я принесу свои бумаги из дома.
    Я подождал. Когда вернулась Анна, я задал ей направление набора книг для немагической части библиотеки – история, право, логика, математика, физика, химия, биология, техника. Покупку раритетов пока отложим – нужна основа.
 
Малая столовая
Пятичасовой чай.
    Чай я принимал в обществе самой скандальной журналистки Магической Англии, которая, судя по результату, одежду подбирает под LSD. Но ведь цвет творческих личностей – он такой. Вспомним хотя бы методы изобретения сценария телепузиков.
    – Не выразить словами, мисс Скитер, как я рад встретится со звездой первой величины отечественной журналистики!
    – Я тоже не каждый день встречаюсь с национальным героем, мистер Поттер! А что произошло с вашими глазами, Гарри? Можно вас называть так? Не хотите дать по этому поводу интервью?
    – Обязательно дам, мисс Скитер, но позже. Упоминание таких мелочей недостойно вашего таланта, во всяком случае, сейчас, когда сенсация следует за сенсацией.
    Рита подобралась.
    – Гарри, я уже поняла, что ваши сведения о сенсациях следует воспринимать максимально внимательно. Что вы хотите сказать?
    – Я обладаю сведениями, позволяющими мне предположить, что с высокой вероятностью в ближайшие пару дней произойдёт событие, затмевающее текущую шумиху с Лонгботтомом, как Солнце затмевает Луну. По этому событию я предоставлю вам материалы, и чуть позже дам вам интервью. Скандал будет невероятный. Честно говоря, мне он абсолютно невыгоден, но раз уж я не могу его отменить, то я его возглавлю. И в ваших интересах быть со мной рядом и снять свои сливки. Для этого – будьте начеку! Вот, возьмите, – я передал Рите модифицированный однонаправленный браслет, – это связной браслет. Когда мне нужно будет срочно связаться с Вами – он завибрирует. Одинарная вибрация – проверить почту, тройная вибрация – прибыть сюда, на Гриммо 12, для непосредственного получения материала. Связь будем держать через абонентские ящики. У вас есть такой?
    – Да, Гарри, номер 1316, почта на Косой аллее.
    – Теперь о том, ради чего непосредственно я позвал вас. Возьмёте интервью у пострадавшей студентки мисс Грейнджер и её родителей. Во всём этом шуме на неё никто не обратил внимание. Ваша задача – дать статью в «Пророке».
    – Но, Гарри, ведь она, судя по фамилии, магглорождённая. В Британии всем плевать на магглорождённых.
    – Этим и воспользуемся. Я считаю несправедливым, мисс Скитер, что только островитяне могут прикоснуться к плодам вашего гения. Пора выходить на международный уровень. Начнём с Франции. Когда на вашу статью тут не обратят внимания, мы напечатаем пару-тройку гневных статей во французских газетах о том, как в Британии пренебрегают магглорождёнными.
    – Ох, Гарри, спасибо тебе за признание моих скромных талантов. И где же пострадавшая?
    Грейнджеров я заранее проинструктировал, что говорить и чего не говорить. Гермиона описала, как она чуть не умерла, родители резонно заявили, что их дочь никогда не вернётся в «этот дурдом». Попытку Риты о чём-то выспросить я мягко оборвал.
    Я лично проводил Риту до прихожей, и напоследок предупредил её.
    – Мисс Скитер, вы на деле убедились, что со мной выгодно иметь дело, и могли на примерах осознать, что происходит с моими врагами. В ваших интересах иметь дело со мной и не попасть в категорию моих врагов.
    – Конечно, Гарри, у тебя ведь с ними разговор короткий, я помню. Ах, отличная была статья!
 
Операция «Рюттер». Две мили на северо-восток от Лох-Сарклет
Половина третьего ночи 4 ноября 1991.
    Патрокл первым заметил нарушителя воздушного пространства Азкабана и сообщил Эдварду пеленг. В инфракрасный бинокль Эдвард получил визуальный контакт с «лётчиком на метле». Через шесть с половиной минут прибыла мобильная группа вместе со мной. На базе остался Кричер.
    – Мистер и мистер Калхоуны!
    – Да, сэр!
    – С большой вероятностью невидимый лётчик – агент противника номер один, подлежит захвату с максимальным приоритетом. Беглецы из Азкабана – второй приоритет.
    Следующие полчаса мы провели, вглядываясь в тёмное небо. За несколько дней я только начал привыкать видеть магию глазами дракона, и теперь с интересом рассматривал Азкабан. На фоне неба замок, поглощающий магию, выглядел, как негатив фотографии. С другой стороны, это и хорошо, потому что на этой черноте любое проявление волшебства будет выглядеть яркой вспышкой. И первым «лётчика» заметил я.
    – Визуальный контакт на ESE, высота триста ярдов, направляется на SE.
    – Принял, – ответил Эдвард, как единственный с инфракрасным биноклем, – контакт подтверждаю. Пройдёт от нас не ближе тысячи двухсот ярдов, сэр, – в бинокле был встроенный дальномер.
    – Не достанем, – эх, нам бы сейчас Flak 38! – Огонь не открывать, местоположение не выдавать.
    Через четверть часа была замечена лодка. Деревянная лодка. Кстати – а можно ли как-нибудь отпилить у дракона крылья и э-э-э... приклепать себе? Возможность чётко видеть противника ночью, за мили, сама тянула за собой желание зайти на врага с тёмной стороны неба в затяжной штурмовке. Меж тем лодка двигалась невероятно медленно – со скоростью бодро ползущего человека. Мы успели портироваться к месту предполагаемой высадки и пройти триста ярдов от границы антиаппариционного щита до прибоя. Я надел на нижний рельс Эммы сошки и занял позицию, братья последовали моему примеру. У самого прибоя в небольшом «заливе» Оушен и Крайтон разворачивали из безразмерного мешка надувную лодку и прилаживали на неё подвесной мотор. Оставалось ждать.
 
Спустя час с четвертью
    Команда ретард 30 -гребцов приблизилась, наконец-то, на дистанцию двух сотен ярдов. Гребли шестеро, ещё трое просто сидели. Разбирать цели было бессмысленно, ракурс не тот.
    – Огонь!
    Спустя шесть секунд огонь прекратили, потому что над бортом не осталось целей. Оушен и Крайтон завели мотор сразу после открытия огня и поспешили взять лодку на буксир. Когда лодку подтянули к берегу, она из-за пробоин осела на треть борта. Мы с Калхоунами спустились с утёса встречать. В лодке обнаружилось семь трупов, двое раненых и одно бессознательное тело – это была, сюрприз-сюрприз, Белла. У трупов нашли две палочки, надо полагать – охранников.
    По моему приказу тела разложили в ряд на песке, Беллу в том числе, закатали левые рукава (у кого они были). Сделали несколько фотографий со вспышкой для Риты. После чего каждый получил по два контрольных. Можно было бы захватить Беллу, но она долбаная фанатичка. Её наследство достанется мне либо Нарциссе, так что чашу я так или иначе получу.
    Завершив с беглецами, мы общими усилиями упаковали лодку и эвакуировались ключами на базу.
    Прежде чем все разошлись, я толкнул речь.
    – Джентльмены! Сегодня мы нанесли одной из организаций противника удар, после которой она уже не будет прежней. У меня были планы атаки на Азкабан для устранения этих террористов, но я не предполагал, что такого результата мы сможем добиться такой малой ценой. В связи с этим мистеру Эдварду Калхоуну – премия в размере полутора окладов. Остальным – премия в размере оклада. Всем отдых – два дня. Разойдись.
    Негативы я отправил в абонентский ящик Скитер, вместе с описанием, как бравый отряд спецназа аврората предотвратил побег чрезвычайно опасных, приговорённых к пожизненному заключённых. Теперь самое главное – столкнуть-таки Куролюба с кресла директора. Так как сделать из Смертожранцев страшилку не удалось, Куролюб в качестве великого защитника всего просвещённого мира от Смертожранцев никому не нужен. Плюс, я написал Рите сыграть на контрасте – мол, аврорат смог защитить общество от маньяков-убийц – мгновенно среагиро­вал на угрозу, а у Дамблдора тем временем в сортире тролли шастают. На прини­мающий браслет Риты ушёл сигнал.
 
А тем временем у Дамблдора
    Величайший волшебник со времён Мерлина потягивал чай и жрал мармелад в своём кабинете. Некстати сгоревший феникс вынудил его лететь на метле, а он хоть знает, что это такое – лететь на метле в таком возрасте? На столе лежала диадема Рейвенкло, наводя на определённые мысли. На роль воскресителя плани­ровался Питер, но после того, как аврорам стало ясно, что он виновен в смерти Поттеров, да ещё и подставил Сириуса, он был убит «при попытке к бегству». То есть, просто забит ногами насмерть в камере предварительного содержания старо­служащими аврората, помнящими, что было десять лет назад. Ладно, не стоит напрягать себя на ночь такими мелочами. Кто-нибудь из беглецов возродит – уж Белла-то точно, достаточно будет только намекнуть ей. Можно расслабиться. Директор достал из ящика стола «Ведьмополитен», развернул журнал на фотографиях самых завидных женихов Магической Англии и удалился в спальню.
 
Гриммо 12, малая столовая
Время ланча.
    К завтраку я получил ответ от Делакура с назначением встречи через два дня. «Пророк» к завтраку не доставили – я сказал Кричеру проверить абонентский ящик к ланчу, и вот он у меня в руках. Статья Риты была бы безобидной, – ну сбежали заключённые, ну убили их при попытке бегства, если бы не два момента. Первый – Рита ощутима пнула Куролюба тем, что, мол, аврорат работает и справляется, а у Дамблдора дети не учены, Северус-«Мой-Мальчик» не трахан (а отчего ещё он такой злой), тролли не доены, и так далее. Полный разлад хозяйства. И второе – фамилии тех самых беглецов. Слишком серьёзные фамилии, чтобы обойти вниманием этот инцидент. Для Дамби было бы лучше, чтобы аристократы сбежали и несколько лет помучили бы народ – только вот теперь они сами близко подошли к категории «мученики» или «невинно убиенные». Ну, в самом деле, чего стоило взять их в плен? Это ведь не быдло, а потомственные аристократы. Ведь ослабленные долгим заключением люди с двумя палочками не могли оказать серьёзное сопротивление. Далее плач Риты Скитер о невинно убиенных повторялся, основной тренд был «о мёртвых только хорошо, даже если нечего». В общем, молодец, хорошо отработала. Цель Дамби была устроить эдакий СССР, где без упоминания в личном деле «отец – тракторист, мать – доярка» карьеры не сделаешь. И после моего хода добиться такого ему будет гораздо сложнее.
    Короче говоря, из Упиванцев не вышло той самой страшилки, которая была так нужна Куролюбу. И на подготовку новой страшилки времени у него уже нет. Слишком долго раскачивается дедуля. Но вот убийц вполне себе пора ждать – дёшево и сердито, и времени на планирование не нужно. Да и визит авроров «в обитель тёмных магов» тоже не за горами – сам Дамблдор своим самоотвержен­ным визитом в Азкабан исчерпал свои смелость и отвагу на десять лет вперёд. В каноне он только в конце пятого курса осмелел настолько, чтобы выйти из Хогвартса.
    И если для приёма аврората уже готов план мероприятий, который знают «старички», а Оушен заучивает свою роль, то против наёмных убийц у меня ничего настолько же хорошего нет. И это неприятно. На данный момент самый вероятный вариант – перехват у Гринготтса. Да, Гринготтс. Что там говорил Рагнок?
 
Гринготтс
    Ключ перенёс меня на ступени здания, и я поспешил скрыться внутри. Запросив через операциониста встречу со Скалотрусом, я попал в «премиум-переговорку» с кадками грибов по углам. Пока я тут сижу, наблюдатель известил ударную группу, и мне готовят тёплый приём. Нужен новый метод посещения Гринготтса, менее опасный. Наконец, Скалотрус почтил меня своим присутствием. Мы начали разговор о ЗАО «ИБ». Выход товара на рынок был приурочен к Йольским (рождественским) каникулам. Скалотрус предоставил протоколы испытаний основного изделия – «планшетки» для бумаг. Меж тем, мои мысли занимало совсем не это.
    – Мастер Скалотрус, мне необходима услуга взломщиков проклятий. Сколько это будет стоить?
    – Зависит от сложности.
    – И всё же, в каких пределах?
    – От пяти до сотни тысяч галлеонов.
    М-де. Да за такие деньги я себе приобрету взвод домовых, два вертолёта и яхту.
    – Ещё один вопрос, мастер Скалотрус. Возможно ли более безопасное перемещение в Гринготтс? Площадка перед входом – слишком доступное место для всяких злоумышленников.
    – Видите ли, мастер Поттер, мы предоставляем такую услугу клиентам, которые владеют пятьюстами и более миллионами галлеонов. К сожалению, вы под это условие не подходите.
    – Спасибо за консультацию, мастер Скалотрус. У меня всё на сегодня.

    Что сделал бы я на месте Дамблдора? Заказал бы захват цели компетентным людям. К дверям я подошёл, держа Эмму в руках – мне предстоит бой, долой условности. Конечно же, у дверей совершенно случайно скучала парочка с ребёнком, который, увидев меня, сорвался с места и торпедой устремился ко мне, сжимая что-то (портключ?) в руках. Меня такой поворот не обрадовал, поэтому «ребёнок» душевно получил прикладом в лоб, так что его снесло назад на ярд-полтора в полном отрубе. «Папаша» с «мамашей» выхватили палочки и, «справедливо негодуя», устремились ко мне – и получили по пуле в кисть с палочкой. При попытке достать вторую палочку получили контрольный в глаз. Улица, казалось, застыла и затихла, превратившись в глаза и уши. Трупы «папаши» и «мамаши» уже принимали свой истинный облик – на труп оборотка не действует. Великолепно. Где-то тут, наверняка, фотограф делает снимки как «Гарри Поттер нападает на гражданских». Ну и группа поддержки сейчас появится, чтобы меня «застыдить» и вызвать народный гнев. А вот и они...
    – Ты что, ублюдок, делаешь, зачем на ребёночка напал? – заквохтала бабка.
     «Ребёночек» тем временем завозился. Крепкий бугай, однако. Я постарался встретить его лоб прикладом на тридцати узлах. Контрольный «ребёночку», и вот его тоже «крутит», через пару секунд передо мной лежит труп бугая в ошмётках детской одежды. На случайных обывателей это произвело впечатление. Нужно его закрепить.
    – Ещё какой кровавый выкидыш Дамблдора вякнет про ребёночка – оторву руки, приклею на ••пу и скажу, что так и было!
    Пятёрка «случайных» прохожих сорвалась с места, на ходу обнажая палочки. Поняли, что толпу уже не зажечь. И «стыдящая» бабка летела наравне со всеми. Я рванул вправо, чтобы выстроить их в линию и не дать колдовать всем сразу, и Эмма запела. Первый же выстрел ударил по ушам, и звуки ушли далеко, как будто за туман. Дальше я слышал только звон стали. Через полторы секунды последний, пятый «случайный» попытался спрятаться за действительно случайными прохожими, но был ранен в ногу и добит в голову на земле. Отойдя от банка положенные пятнадцать ярдов, я активировал портключ.
 
Гриммо 12
    Провокация, если честно – так себе. Цель её даже не повесить на меня убийство – достаточно свидетелей, чтобы доказать «самооборону», а просто арестовать, чтобы по-тихому промыть мозги. И здесь нужно сыграть на упреждение. Ведь, что написано в «Пророке», то и правда для обывателей Магической Британии.
    На втором браслете, который я использовал только для связи с Ритой, я отстучал кодовый сигнал: «Прибыть на Гриммо». Рита не заставила себя ждать, прибыв через четверть часа.
    – Рита, делай что хочешь, хоть Империус на редактора и наборщиков круциать, но мне нужно, чтобы через пару часов вышел экстренный выпуск «Пророка» с моей версией событий. За мной не заржавеет.
    Вместе мы накропали репортаж и моё краткое интервью, взятое «по горячим следам». Закончили на мажорной ноте:
    «Рита: Как вы считаете, мистер Поттер, кто организовал это покушение?
    МКВ: Дайте подумать. Кому нужно срочно переключить внимание с убийства молодого Лонгботтома? Кто мог додуматься дискредитировать меня „нападением на ребёнка”, потому что он сам убил ребёнка, и тема ему близка? Кто все грязные делишки обделывает чужими руками? Кто мой враг номер один? На все вопросы ответ один – Дамблдор.»
    – Мне потребуются финансы, чтобы разузнать кое-что в аврорате, – сказала Рита.
    – Сколько?
    – Триста.
    Я полез в кошелёк.
    – Держи. Не медли.
    Но Риту не нужно было подгонять в её профессиональном рвении.

    Пятьсот миллионов галлеонов. Два с половиной миллиарда фунтов. Золотом. В сейфе валяются. Да за такие бабки я всю их долбаную Магическую Британию со всем населением куплю! В пожизненное рабство! У них же натуральное хозяйство практически. Поперченное мелкими ремесленниками. Кустари-одиночки с палочкой, блин! Не может быть таких денег на одно рыло при такой экономике! Ни у кого!
    Поостыв и поразмыслив, я пришёл к выводу, что на возможность для магов аппарировать внутрь банка наложено какое-то глубоко интимное табу, о котором посторонним не говорят. То есть, никому из клиентов не разрешают прибывать прямо в банк, и даже просьба об этом гоблинов сильно напрягает. Это насколько же они ненавидят магов! Выходит, они мне вежливо отказали.
    Короче говоря, по итогам размышлений и опираясь на дела гоблинов, имел я их в виду. Пусть сами борются за свои права, если они такие галактические му­да­ки. Как мастером обзывать – так мастер Поттер, а как голову помочь со­хра­нить – так индейская хижина под надуманным предлогом. Достали!

    К пятичасовому чаю на двух листах вышел экстренный выпуск «Пророка», состоящий из двух частей – описания покушения и моего интервью. Рита превзошла сама себя. Заголовок передовицы «Покушение на Мальчика-Который-Выжил: бойня у Гринготтса». Ниже было приписано «Гарри Поттер исполняет обещания». В статье было более-менее правдиво описано покушение. Рита упирала на то, что я старался оттянуть кровопролитие и бил на поражение только после подтверждения агрессивных намерений нападающих. Вообще-то это не так, а если было бы так, я бы умер. Но за попытку ей зачёт. Также Рита указала, что троих нападающих уже опознали, в том числе «ребёночка», «бабку» и «мамашу» – все трое были матерые уголовники под обороткой. Статья включала в себя фотографии ряда трупов (что-то последнее время трупы э-э-э... встречаются в основном рядами) и усиленного караула гоблинов на фоне Гринготтса. Где ж вы раньше были, коротышки долбаные?
    Вторая часть, с интервью, содержала мою фотографию в стиле «Нео из первой матрицы заходит в офисное здание выручать Морфеуса». А что – он избранный, и я избранный. Количество амуниции на разгрузке поражало воображение, сквозь тёмные очки в стиле терминатора просвечивали красным глаза, поверх всего накинут балахон а-ля император Палпатин – только красного светового меча не хватало, но это пока. Жуткая усмешка, как у Уэсли Снайпса в первом Блэйде, когда он заходит на дискотеку – знали бы вы, как долго я её тренировал! В этом образе я соединил ключевые черты каждого из признанных, но неизвестных пока (кроме Терминатора) badass guys. Мне нужно склепать образ харизматичного героя, чтобы репутация сама работала против таких вот дешёвых провокаций.
    В интервью, кроме прочего, я в очередной раз заявил, что попытки захватить, в том числе арестовать меня под надуманными предлогами будут пресекаться в жёсткой форме. Ещё я выразил удивление, почему Дамблдор не выкинут из Хогвартса за шкирку и пинком под зад, как лицо, ответственное за смерть ученика.
    В общем, я выигрывал схватку в прессе по очкам.
 
Поместье Делакур, кабинет Алена
3 пополудни 5 ноября 1991.
    Делакур, как радушный хозяин, встретил меня стоя.
    – Рад встрече, месьё Поттер! Как хорошо, что, вопреки покушению, вы живы и здоровы. Присаживайтесь.
    – Добрый день, сэр. Благодарю.
    – Вы запросили встречу вне графика, что случилось?
    – Сэр, вы следили за «сортирным инцидентом» в Британской прессе?
    – Следил, месьё Поттер, но подача событий прессой слишком эмоциональна и неконструктивна. Я что-то упустил?
    – Вы, должно быть, обратили внимание, что в инциденте пострадала ещё и магглорождённая ученица, Гермиона Грейнджер.
    – Да, обратил. Но она осталась жива.
    – Сэр, имея некоторую инсайдерскую информацию, я могу предположить, хотя и не могу доказать, что именно ей была уготована роль жертвы тролля. То, что благодаря моему аварийному портключу она выжила, а жертвой стал Лонгбот­том, и вызвало бурю негодования в Британской прессе. Со своей стороны заявляю, что я заботился лишь о человеке, которого, как я полагал, собирается убить Дамблдор. Смерть Лонгботтома стала неожиданностью и для меня, и для Дамбл­дора.
    – Хорошо, что требуется?
    – Требуется получить французское гражданство для этой пострадавшей и её родителей. Ученицу, по возможности, устроить в Бобатон. Все трое свободно владеют французским языком. У них во Франции есть маггловская родня, они бывали здесь часто и подолгу. Я уверен, на острове их ожидает преследование Дамблдора и его организации. Кроме того, мы можем использовать её случай, чтобы ещё раз показать путь нашей антирасистской политики. Ведь единственная причина, по которой Дамблдор выбрал её в жертву – она магглорождённая, и за неё некому отомстить.
    – А в чём ваш интерес, Месьё Поттер?
    – Мой интерес, конечно, есть. Но в данном случае большую роль играет сострадание к невинной жертве. Как к тем жертвам оборотня. Им помогли?
    – Конечно, не можем же мы бросить наших граждан в беде. Девочка уже посещает школу, а отец избавился от депрессии и вернулся на работу.
    – У меня схожие причины, сэр. Я не могу бросить своих сограждан в беде. Жаль только, что я не имею достаточно средств, чтобы помочь в этом случае самостоятельно.
    – Хорошо, месьё Поттер. Я думаю, это можно будет организовать, – это одолжение с его стороны. И когда же он решит требовать долг? – Можете мне пролить свет на недавний неудачный побег заключённых из Азкабана? – ну-ну.
    – По заключениям моих аналитиков, следовало ожидать действий Дамблдора по восстановлению его репутации. Очевидное решение – достать из шкафа старое, но очень страшное пугало, причём такое, на фоне которого Дамблдор виделся бы защитником, разом став необходимым. Дальнейшие его действия были очевидны, легко предсказуемы, и столь же легко упреждаемы.
    – Благодарю за разъяснение. Если возможно, объясните, как вам удалось справиться с пятью нападающими у Гринготтса за две секунды?
    – Только если это останется между нами, сэр.
    – Разумеется, месьё Поттер.
    – Боевой артефакт ранга B+ третьего типа. Сэр.
    – Но таких нет в Британии, месьё Поттер.
    – Поправка: не было неделю назад, сэр.
    Делакур не стал задавать вопросы, как я получил артефакт. Третьего типа – одушевлённый и привязанный к владельцу на манер фамилиара. Ежу понятно, что я его сам и сделал. Я только что сменил категорию с «выгодная партия для дочери» на «наивыгоднейшая из всех возможных на планете партий для дочери». Не каждый в одиннадцать лет создаёт одушевлённый боевой артефакт покруче Экскалибура. Кстати, интересно, что нужно для получения боевого артефакта ранга SS+? Наверное, ритуально убить пару-тройку Ктулху, или, скажем, несколько десятков миллиардов разумных.
    Обсудив развитие кампании во французской и европейской прессе, и мои достижения по сбору убойного компромата на Дамби, мы расстались.
 
Гриммо 12, гостиная
    Я приказал Кричеру привести старших Грейнджеров. Когда они пришли, Джоан не удержалась и обняла меня: