Ковалев Александр: другие произведения.

Артем Царевич. Книга 5. Двойники Души Глава 2

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Творчество как воздух: VK, Telegram
 Ваша оценка:


Александр Ковалев

Артем царевич

книга 5

"двойники души"

Роман-сказка для семейного чтения

ВСЕ ПРАВА НА ДАННОЕ ПРОИЗВЕДЕНИЕ ПРИНАДЛЕЖАТ АВТОРУ. ЛЮБЫЕ ПОПЫТКИ НАРУШЕНИЯ ЗАКОНА ОБ АВТОРСКОМ ПРАВЕ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ БУДУТ ПРЕСЛЕДОВАТЬСЯ В СУДЕБНОМ ПОРЯДКЕ.

  
  
  
  
  
  
  
  
  

ГЛАВА 2

БЕЗВРЕМЕНЬЕ

  
   - Почему именно к Бабе-Яге? - спрашивал у сына Андрей Никитич, пока они шли по лучу.
   - Я видел в азбуке у Василия Васильевича, как Дева-Яга возвращала мертвецов, - ответил Артем. - Мы должны совершить этот обряд, чтобы попасть на Тот Свет.
   - Дева? - удивился отец. - Ты сказал: "Дева-Яга"?
   - А-а-а... - усмехнулся Артем. - Ты ведь не знаешь, да и я не рассказывал... Когда я пришел в Мир Русских Сказок в самый первый раз, мне была нужна оборотническая рубашка, секрет которой был известен только Бабе-Яге. Но когда я пришел к ней, оказалось, что старая Яга давно померла. А на ее место поставили малолетку по имени Радимира, но я назвал ее Дева-Яга.
   Отец многозначительно посмотрел на Артема.
   - Мне кажется, она в меня тогда влюбилась, - кивнул Артем. - Она даже поила меня приворотным зельем. Но она была не злая, и даже когда стала служить Василисе, она оставалась доброй и ко мне, и к моим друзьям.
   Артем вдруг замолчал, потом тяжело вздохнул и продолжил:
   - Это из-за меня Дева-Яга снова превратилась в Бабу-Ягу. По моей вине она потеряла зрение и окончательно ушла на сторону зла. Я пытался вытащить ее, но она сделал свой выбор в пользу Кощея. Она помогла ему собрать армию мертвецов, она чуть не убила всех нас.
   - И что с ней стало?
   - Не знаю, - пожал плечами Артем. - Для меня ее больше нет.
   Луч закончился, и отец с сыном оказались в Мире Нави. Вокруг было пустынно, безлюдно и безжизненно. Здесь, словно фонарь, висело солнце. От него только шло слабое сияние, но не было ни света, ни тепла. Здесь не было ветра, здесь не пели птицы, и трава не шуршала под ногами,
   - Здесь нет времени, - догадался Артем. - Только количество - пустые предметы, но нет качества. Все зависло...
   - Как ты мудрено говоришь... - с уважением посмотрел на сына Андрей Никитич.
   - С Василием Васильевичем пообщаешься - еще не так говорить начнешь, - рассмеялся Артем, и безжизненная пустота сразу проглотила его слова. - Жутко, когда нет эха, правда?
   Андрей Никитич ничего не ответил. Они подошли к огромному забору из человеческих костей и черепов, с засовами из человеческих конечностей и замком с гнилыми зубами. Артема это зрелище не удивило, зато отец, хоть и был человеком невпечатлительным, при виде столь непривлекательного зрелища, отшатнулся и даже поморщился.
   - Все закрыто... - пробормотал он. - Но как мы попадем туда?
   Артем объяснил отцу, что есть всего одно средство открыть засовы Яги. Он уже достал из-за пазухи нож, чтобы совершить необходимое действие, но Андрей Никитич остановил его.
   - Подожди, Артем, - он протянул руку и забрал у сына нож. - Я сам это сделаю.
   Он полоснул себя по руке и окропил засовы. Но, к великому удивлению Артем, ничего не произошло.
   - Может, все-таки, это должен сделать я? - предположил он. - Ведь Мир Русских Сказок хорошо знает меня, а ты здесь впервые.
   - И что из этого? - недовольно дернул головой отец.
   - Ну, может, Мир Русских Сказок считает, что от тебя пока еще требовать жертву не следует, - Артем сам себе сейчас напоминал Василия Васильевича.
   - Может, может... - снова скривил губу отец. - Правильно, что тут ничего не работает. Ты же сам говорил - здесь нет времени. Моя кровь из другого времени, значит, она не подействует!
   - Подействует, - сквозь зубы процедил Артем. - Если Додола сказала, что нужен ты, значит, подействует. Смотри!
   Последнее слово Артем крикнул, но в безвременье другой интонации не ощущалось вовсе. Артем показал отцу рукой на запоры. Кровь Андрея Никитича на них уже запеклась и теперь словно впитывалась в безжизненные руки-замки.
   - Этим засовам черт знает сколько лет, - осенило Артема. - А них время не действует, поэтому кровь тоже должна была стать прошлым, чтобы соединиться с безвременьем.
   - Ты сам все это придумываешь? - шепотом спросил отец у Артема.
   Артем ничего не стал отвечать - как объяснить человеку, который ни разу здесь не был, что Мир Русских Сказок учит тебя понимать какие-то вещи, но больше всего учит понимать других, брать самое лучше у тех, кто находится рядом с тобой. А не отнимать у них последнее тогда, когда ты больше всего нуждаешься в поддержке.
   Сейчас он ловил себя на мысли, что все еще сильно злится на отца. Теплые объятья, рукопожатие - все это было каким-то неестественным, выдуманным, ненастоящим, как безвременье, в которое их занесло.
   Пока в Артемовой голове роились мысли, засовы медленно, со скрипом и глухими, словно отголоски времени, стонами отворились, обычного Ягиного: "Чую, русским духом пахнет" не последовало, и Артем с отцом вошли внутрь.
   Внутри также не было времени, как и снаружи. Избушка Яги стояла передом к лесу, и Артему с отцом пришлось обойти ее, чтобы отыскать вход.
   Поднявшись по лестнице в хижину Яги, Артем и Андрей Никитич не обнаружили никаких следов колдуньи, зато - к их огромному удивлению - в печи полыхал огонь.
   - Эй, - позвал Артем, но никто не отозвался. - Есть кто живой?
   Но ответа снова не последовало.
   - Странно, - почесал голову Андрей Никитич. - Времени нет, а огонь есть... Может быть, в нем тоже нет качества?
   Он сунул руку в печь и с криком одернул ее.
   - Настоящий? - усмехнулся Артем. - Ну, конечно же! Яга вытаскивала мертвецов из печи, значит, это вход в потусторонний Мир!
   Отец просто стоял и смотрел, как Артем ходит из угла в угол, морщит лоб, как настоящий детектив, пытаясь разгадать загадку домика Яги. И как истинный оруженосец, он иногда давал неплохие советы.
   - Ты говорил, что Яга совершала обряд, так ведь? Значит, у нее должны были остаться какие-то книги с этим обрядом?
   - Точно, папа! - восторженно посмотрел на отца Артем. - Полезли вниз!
   Они спустились в подпол, где было темно, хоть глаз выколи, но Артем так часто бывал у яги, так часто бывал в этом подвале, что мог легко ориентироваться без огня. Он помнил, что все книги и бабкины записки Яга хранила в дальнем углу, где раньше стоял ее сундук.
   Вообще-то, книг у Яги всегда было немного - и сама Радимира и ее предки страдали фамильным недугом - слабостью зрения, поэтому читать им было недосуг. Обычно одна Яга передавала все свои знания другой на личном примере, показывая и рассказывая, что это значит - быть Ягой. Да и сами книги больше были по практическому черному колдовству. И только бабка Радимиры, будучи самой просвещенной в своем роде. Оставила воспоминания на нескольких страничках дневника. Поэтому Артем нисколько не сомневался, что ответы на интересующие его вопросы нужно искать именно в бабкиных записках.
   Для того, чтобы отыскать записки, в подполе Яги пришлось навести основательный порядок. Андрей Никитич помогал сыну, как мог: следуя его указаниям, он тщательно просматривал каждую книгу, которую ему передавал Артем, сам внимательно осматривал каждый уголок, пока у него в руках не оказался старый горшок, в котором Яга обычно варила странные зелья.
   - Похоже, здесь у нее был тайник, - сказал Андрей Никитич, вынимая из горшка потрепанный дневник.
   Они выбрались на свет, и Артем открыл записки старой Яги. Дневник давно развалился на отдельные страницы, поэтому Артем передал часть бумаг Андрею Никитичу, предварительно сказав, что они должны найти обряд, который позволяет перейти в Иной Мир.
   Разбирать записки пришлось долго. Почерк у полуграмотной Яги был ужасным. Фразы были крайне обрывчатыми, и сами записи свидетельствовали о том, что старая Яга просто забывала о многих вещах, которым ее научили, или вовсе страдала склерозом, и чтобы не потерять ценную информацию, переносила ее на бумагу.
   Так или иначе, но ничего похожего Артем и Андрей Никитич так и не смогли найти. Артему все больше попадались рецепты каких-то зелий или заговоры и наговоры. А у его отца дело шло так медленно, что когда тусклый фонарик-солнце сменил не менее бледный абажур-луна, он не прочитал еще и половины.
   - Знаешь, Артем, - сказал он, отрывая глаза от записей, - ты ложись спать. А я еще посижу, почитаю.
   - Ты думаешь, будто знаешь, что мы ищем, - с иронией заметил Артем. - Как ты поймешь, что это именно тот обряд?
   - Ну, если я не пойму или что-то покажется мне странным, я разбужу тебя или оставлю до утра, - ответил ему отец.
   - Хорошо, - кивнул Артем и пристроился на старом тюфяке возле печки.
   От дышащего устья было приятно и даже уютно, но Артему не давала покоя мысль, откуда здесь все-таки взялся огонь, и почему он до сих пор не погас. Прямо какой-то вечный огонь, подумал с улыбкой Артем, только ветеранов здесь нет... Стоп! А почему - ветеранов? Ведь ветераны несут к огню цветы в память о павших, вспомнилось ему. Значит, огонь как-то связан с памятью о мертвых... Вспоминай, приказал себе Артем. Что ты видел на картинке, которую показала азбука? Так, Яга стояла прямо здесь, с ухватом или... Нет, это была большая деревянная лопата. Артем оглянулся - лопата стояла рядом. отлично, подумал про себя Артем. Что дальше? Говорила на зауми - это понятно, он и сам может... Что-то сыпала... Ага, значит, все-таки надо искать в зельях? Потом засовывала лопату, и оттуда появлялся человек...
   Ему вдруг четко припомнилось, как Василий Васильевич сказал: "Обряд Яги наоборот". Нужно все делать правильно!
   - Папа! - завопил он и вскочил на ноги. - Ищи не то, как вернуть человека из мертвых, а как сделать его мертвецом!!!
   Андрей Никитич посмотрел на сына, как на сумасшедшего, но возражать не стал, а только сказал:
   - Тогда вот это, - он пошарил в ворохе бумаг, отыскал какую-то желтоватую бумажку и протянул сыну.
   Артем прочитал записку и хлопнул себя по лбу:
   - Вот я тупица! - обругал он себя. - Как просто!!! Да каждый ребенок знает этот "обряд".
   - Ну, - кивнул Андрей Никитич. - А я думал, ты его помнишь...
   - Прости, - опустил глаза Артем. - Я тут тебе говорил... типа, я все знаю, а ты ничего не знаешь... а сам...
   - Да ладно, сынок, все в порядке, - похлопал его по плечу отец. - Давай читать!
   Они еще раз склонились над запиской и прочитали:
  
   если хороший, если добрый, если вежливый - напоить, накормить, спать уложить
   если невежа - сожрать
   дурак - пища мертвых
   царевич - на лопату, в печь. Самой не показывать!!!
  
   Теперь все сложилось само собой. И снова из памяти всплыл Василий Васильевич: "...Через печь Яги можно пройти в мир мертвых... Баба Яга служит проводником между мирами живых и мертвых. Герой проходил испытания Яги и наделялся некоторыми волшебными качествами".
   Один раз он уже бывал в этой печи, тогда он чуть не лишился ноги, это было очень опасно. Огонь был живым, и он взял с него плату.
   - Ну, в этот раз ты можешь быть совершенно спокоен, - сказал ему отец. - Здесь нет жизни, значит, и огонь здесь мертвый.
   Но Артема эти слова нисколько не утешили. Наоборот, он стал еще более хмурым.
   - Если он мертвый, чего ж ты тогда руку одернул? - мрачно сказал он. - Нет, мы можем только через живой огонь пройти, только тогда нам место в Том Мире.
   - Ну, так в чем проблема? - не понимал отец. - Ты боишься, что мы сгорим? Но ведь иначе нам на Тот Свет не попасть!
   - Как это сделать - вот в чем вопрос! - покачал головой Артем. - Там какие-то корешки нужны, грибы, травы... Даже если мы их найдем у Яги, даже если они сушеные, они все равно мертвые.
   - Ты хочешь сказать, что нам нужны живые сушеные грибы? - изумился Андрей Никитич.
   - Не только, - кивнул Артем. - Видишь вот это лопату? Она тоже должна быть живой. Ну, в смысле, не так, чтобы она вдруг начала говорить или петь, а...
   - Я понял, - наконец, дошло до Андрея Никитича. - Она должна быть из настоящего времени.
   - Верно, - согласился Артем. - И я боюсь, что даже старая Яга не знала, как можно вернуть что-то из безвременья, или наполнить остановившееся время жизнью.
   Ну, тогда я могу сказать только одно, - произнес Андрей Никитич. - давай спасть. Утро вечера мудренее. Утром еще раз спустимся, поищем в других книгах. Или Додолу эту твою вызвать попробуем.
   - Додола точно не придет, - буркнул Артем.
   Он снова повалился на тюфяк, совершенно разбитый бессмысленно проведенным днем. Каждый день был дорог. А из-за его тупости они до сих пор не могут проникнуть на другую сторону Нави. Эх, был бы сейчас Василий Васильевич... Артем вдруг прислушался, ему показалось, что к дому кто-то идет. Раньше так часто бывало - стоило ему только подумать про Василия Васильевича, как какая-то сила словно слышала его, и они чудесным образом оказывались вместе.
   Но на этот раз, кажется, все было иначе. Никаких шагов не было, и Артем закрыл глаза. Отец лег на полатях чуть поодаль, и оттуда уже доносилось его тихое посапывание. Артем улыбнулся про себя. Как давно это было... Тогда он был совсем малышом - ждал, пока отец заснет, и когда из большой комнаты слышался храп, Артем выбегал и прыгал к папке на пузо. Ох, и доставалось ему за эту маленькую шалость. Отец хватал ремень и клятвенно обещал как следует высыпать Артему, и тогда он убегал к бабушке. Уж она-то его никогда не выдаст, он знал это. Они сидели у нее в комнате, пока мама не успокаивала отца, пока снова не становилось тихо, и под отцовское похрапывание, больше походившее на лягушачье кваканье, все семейство засыпало.
   Вот и сейчас отец "поквакивал", и от этого убогая избушка Яги казалась такой родной, такой домашней...
   - Артем, это ты? - вдруг услышал он голос отца.
   - Я? Я - что? - не понял Артем.
   - Ну, это ты... квакаешь?
   - Нет, - ответил Артем и отвернулся к печке. Надо же, сам храпит, еще и на других наговаривает.
   - Ква!
   - Ты слышал? - снова спросил отец.
   Артем снова поднялся с тюфяка. Отец не спал, он сидел на лавке и к чему-то прислушивался.
   - Кто-то квакает, - тихо сказал Андрей Никитич.
   - Да кто может здесь квакать? - недовольно дернул головой Артем. - Здесь нет жизни, так откуда здесь могут быть звуки?
   - Ну, может, какую лягушку в это, безвременье занесло? - не унимался отец.
   - Ква!
   Теперь уже взволновался Артем. В самом деле, где-то рядом была жизнь, где-то совсем рядом квакала лягушка.
   - Вот, слушай сейчас! - вдруг поднял палец отец. - Скребется...
   Артем затаил дыхание, но ничего не услышал.
   - Ты уверен, что...
   - Тихо! Слушай! - остановил его отец.
   Артем превратился в слух, и обнаружил, что входная дверь, которую он предусмотрительно закрыл, слегка скрипит.
   - Нет, если ты думаешь, что это мышь.... - снова начал было Артем, но тут в дверь словно постучали, только еле слышно, будто веником или плеткой.
   - Мыши, лягушки... - забубнил Андрей Никитич. - Значит, все-таки жизнь есть?
   - Я посмотрю, - прыгнул к двери Артем, рывком дернул ее на себя, но на пороге никого не было. - Странно... Может, это из подпола?
   - Хватай! Вот она! - вдруг закричал Андрей Никитич. Показывая сыну за спину.
   Артем резко крутанулся на месте, но за спиной никого не было.
   - Что? Кого?
   - Да вон же - жаба! - заорал отец, соскочил с лавки, оттолкнул Артема и упал на пол. Он прыгнул так быстро, что Артем едва смог что-то различить. Ему показалось, будто он и в самом деле увидел, как небольшая жаба прошмыгнула прямо под руками у отца и спряталась под лавкой.
   - Ща я ее достану, - с азартом крикнул Андрей Никитич и подмигнул Артему. Он запустил руку под скамью и стал шарить в поисках лягушки, но у него ничего не получилось.
   - Ну? - спросил Артем.
   - Ушла, - кряхтя, встал на ноги Андрей Никитич и вытер пот со лба. - Но раз мы видели лягушку и слышали, как скребется мышь, значит, жизнь в этой дыре действительно есть.
   Артем не спешил с выводами. Если отец прав, то тогда...
   - Тогда мы должны быть осторожны, - сказал он. - Я не могу объяснить, как здесь кроме нас мог оказаться еще кто-то, но этот "кто-то" явно бывает в избушке Яги. Наверняка, это он поддерживает огонь в печи. И вся эта живность пришла вместе с ним.
   - И что, теперь будем дежурить? - предложил Андрей Никитич. - Спать по очереди?
   - Я сильно сомневаюсь, что я теперь вообще смогу уснуть, - ухмыльнулся Артем. - Нужно обезопасить себя от незваного гостя.
   - Скорее, это нас с тобой сюда не звали, - подметил отец.
   - Все равно, - тряхнул головой Артем, - кто бы это ни был, он должен быть очень силен, если ему удается управлять временем там, где его нет.
   - Мы должны заколотить двери и окна, чтобы он не прошел, - сказал Андрей Никитич и стал оглядываться по сторонам в поисках подходящих материалов.
   Но в это время лягушка, за которой он охотился, выскочила из своего укрытия и, прошмыгнув между ног Андрея Никитича, запрыгала к Артему.
   - Сынок, хватай ее! - закричал отец.
   Но Артему не пришлось даже нагибаться, чтобы схватить возмутительницу спокойствия. Лягушка прыгнула еще ближе и неожиданно стала раздуваться. Она становилась все больше и больше, сравнялась с Артемом и Андреем Никитичем, подросла еще немного, пока на ней не начала лопаться кожа. Зрелище было не для слабонервных, но любопытство победило отвращение и страх, и отец с сыном продолжали наблюдать, что будет дальше.
   Когда трещины побежали по всей лягушачьей коже, она раскололась и, медленно сползла вниз, а на месте лягушки уже стояла высокая красивая девушка с темными черными волосами и печальными глазами. На ней была простая крестьянская рубаха, какие обычно носили женщины (Артем видел такие на картинке в учебнике истории), а на ногах вообще не было ничего - ни чулок, ни носков, ни обуви. И эта девушка была очень хорошо известна Артему.
   - Ты? - выдохнул он, не веря своим глазам. - Это ты, Василиса?
   - Я, Артем, - ответила девушка.
   - Василиса? - вмешался Андрей Никитич. - Та самая? Которую ты обратил в лягушку?
   - Заточил в лягушачью кожу, так вернее, - поправила его сама Василиса. - На целых пять лет.
   - Но ведь пять лет еще не прошло? - хмурясь, спросил Артем, еще не забывший, какой была Василиса во время их последней встречи.
   - Ты заточил меня в кожу лягушки именем Кощея, но ведь моего отца нет в живых, поэтому я живу в безвременье, - ответила Василиса.
   - Значит, ты все эти годы жила здесь? Одна?- спросил Артем, и в нем шевельнулось что-то вроде жалости. Он представил, каково было Василисе, которая при всей ее жестокости вряд ли заслужила того, чтобы так долго жить в одиночестве там, где нет жизни.
   - Не совсем, - робко засмеялась Василиса. - Только когда мне надоедает быть лягушкой.
   - В смысле? - не понял Артем.
   - Эта кожа словно связывает меня со всеми моими предками, и я будто бы могу тоже, что они, - стала объяснять бывшая царица Нави. - Кощея потому и зовут бессмертным, что он может существовать там, где не может жить никто. Все мои бабушки и дедушки, все мои прабабки и прадеды умели перемещаться между Мирами, а я научилась переходить из Мира времени в Мир безвременья. Когда я первый раз пришла в этот Мир, я смогла сбросить с себя лягушачью кожу, и с тех пор даже в нашем мире я могу быть собой - по ночам я снова становлюсь человеком.
   - Значит, это ты зажгла здесь огонь?
   - Да, - кивнула Василиса. - С тех пор, как я узнала о том, что могу жить не в облике лягушке, я перебралась сюда. Только изредка, по ночам я перехожу в Мир, где есть время. Хотя для меня лучше в всего оставаться здесь.
   - Но ведь это... как в тюрьме, - покачал головой Артем. - Как в камере-одиночке...
   - Ну... - замялась Василиса. - Мне кажется, это действительно суровое наказание.
   Артем смотрел на Василису и не мог понять, что с ней произошло. Она будто изменилась, и совсем не походила на ту хитрую и коварную Василису, которую он превратил в жабу. Впрочем, может быть все этот - тоже часть ее хитрости и коварства...
   - Но если ты можешь жить здесь в своем облике, почему сегодня ты пришла сюда лягушкой? - подозрительно посмотрел на нее Артем.
   - Я уже три года одна, и когда я увидела запертую дверь, а из-за нее услышала голоса, я испугалась, что пришел кто-то чужой. Я решила незаметно пробраться в дом, посмотреть, что к чему, но вы меня услышали и...
   - А можно и мне задать вопрос, - из-за плеча Артема высунулся Андрей Никитич.
   - Познакомься, Василиса, - представил его Артем. - Это мой отец, Андрей Никитич.
   - Очень рад, - улыбнулся тот. - Наслышан...
   - Я тоже... рада, - смутилась Василиса. - Вы что-то хотели спросить?
   - Да, - спохватился Андрей Никитич. - Мне непонятно, если вы...
   - Можно на "ты", - поправила его Василиса. Артем еще раз отметил, что она и в самом деле стала другой.
   - Хорошо, - кивнул Андрей Никитич. - Если ты зажгла огонь в безвременье, почему он до сих пор не погас?
   - Потому что у меня есть дар, - объяснила Василиса. - Я способна удваивать силу того, с чем нахожусь рядом. Вон, Артем знает... Когда я захотела разжечь огонь в безвременье, я "удвоила" его, и вместо безвременья в печи Яги образовалось вечное пламя.
   - Получается, безвременье в квадрате - это вечность? - спросил Артем.
   - Ну, наверное, - не совсем поняла мысль Артема Василиса.
   Не понял и Андрей Никитич, но спросить у Артема, что это означает, он не успел, потому что Василиса вдруг упала на колени перед Артемом и заголосила:
   - Прости меня, Артем! Я знаю, сколько боли и горя я принесла тебе и твоим друзьям, и ты вправе меня ненавидеть и вправе никогда не простить меня. Но я прошу тебя - сними с меня свое заклятье! Я клянусь тебе всем, что есть на свете - и пусть Мир Русских Сказок покарает меня, если я лгу, - что я стала другой, что я изменилась, я раскаялась в своих поступках!
   Она склонила голову и почти упала в ноги Артему. Андрей Никитич смотрел на сына глазами, которые говорили: "Ну же, Артем, прости несчастную девушку. Даже если она была в чем-то виновата, она сполна заплатила за свои ошибки одиночеством безвременья!". Но Артем сомневался.
   Ему тоже показалось, что Василиса искренне раскаивается, но он помнил, как он верил ей, а она жестоко обманывала его. Что Василиса может хорошо исполнить роль кающейся грешницы - в этом Артем не сомневался. Но поверить, что Василиса на самом деле изменилась...
   - Знаешь, Василиса, ты хитрая, ты умеешь притворяться, и я не уверен, что могу сейчас снять с тебя заклятье, - сухо и безжалостно произнес он и помог Василисе подняться на ноги.
   - Я понимаю, - опустила глаза девушка. - Я столько раз была несправедлива и к тебе, и к твоим друзьям, но заслужила ли я такое наказание?! Пожалуйста, поверь в мое раскаяние! Рано или поздно это происходит с любой Василисой. Ты себе представить не можешь, что это такое - быть лягушкой. Терять свою красоту в юные годы! Пожалуйста, Артем, прости меня, сними с меня лягушачью кожу!!!
   Василиса заплакала. Артем в первый раз в жизни видел, чтобы из глаз этой самоуверенной и сильной девчонки бежали слезы. Даже тогда, когда Василисе было по-настоящему плохо, она никогда не плакала.
   - Видимо, в тебе еще осталась капля человечности, - снова бесстрастно произнес Артем, но в его душе уже поселилось зерно сомнения, и какая-то часть его давно простила Василису, но другая боялась признаться в этом. - ладно, я думаю, при определенных условиях я могу помочь тебе самой сбросить ненавистную лягушачью кожу.
   Василиса сразу перестала хлюпать носом и во все глаза смотрела на Артема.
   - Нам нужна твоя помощь, - стал объяснять Артем. Он рассказал Василисе о том, что ему нужно спасти маму - успеть за 40 дней снова зажечь ее курилку. - Мы должны пройти на Тот Свет, и мы даже нашли необходимый обряд Яги.
   - Но как его совершить, если в Мире безвременья все неживое? - наконец, удалось вставить слово Андрею Никитичу.
   - Если ты можешь переходить между Мирами, помоги нам перейти в Потусторонний Мир, и тогда я сниму с тебя заклятье, - закончил Артем.
   - Но почему ты уверен, что она нам поможет? - спросил у сына Андрей Никитич.
   - Если Василиса действительно способна превратить безвременье в вечность, - ответил Артем, - у нее должен получиться этот обряд.
   - Я все поняла, - произнесла Василиса. - Но для того, чтобы пройти туда, вам не нужен никакой обряд. Нужно просто пройти через этот огонь.
   Она показала на печь Яги, внутри которой полыхало зажженное ей пламя.
   - Огонь - это и переход между Миром живых и Миром мертвых, - продолжила она.
   - Я тебе не верю, - возразил ей Артем. - Зачем тогда Яга шептала заговор и добавляла какие-то травки? Вон, мой отец уже попытался засунуть туда руку и обжегся. Ты хочешь, чтобы мы сгорели в этом огне?!
   - Ну, в общем-то, Артем, ход твоих мыслей правильный, - сказала Василиса. - Чтобы перейти в Мир мертвых, надо сначала перестать быть живым, нужно сгореть. Просто когда Баба-Яга "налаживала молодца в печь", она говорила заговор, чтобы молодец вернулся, а мне этого не требуется, поскольку я сама могу пройти через огонь и провести с собой сколько угодно народу. Разве ты забыл?
   Артем прекрасно помнил, как он оказался в Мире Русских Сказок во второй раз. Тогда Василиса словно из ниоткуда появилась в приюте, где он был вместе с Дэнчем, забрала их с собой и протащила через Огненную реку. Те пять секунд и в самом деле показались ему целой вечностью, но на берег он вышел без единой царапины.
   - Хорошо, - после недолгого раздумья сказал Артем. - Веди нас через свой огонь.
   - Только у меня тоже есть одно условие, - тихо промолвила Василиса.
   - Ты осмеливаешься выдвигать нам условия? - спросил у нее Артем, но его перебил отец.
   - Пусть она скажет, Артем!
   - Я только хочу, чтобы вы взяли меня с собой, - немного заискивающе попросила Василиса. - Артем, мне ужасно надоело все время быть одной и мучиться из-за того, что ты так меня и не простил. Я хочу помочь тебе отыскать твою маму. Я хочу быть ближе к людям, пусть даже к тем, кто уже давно умер.
   Артем молчал. По нему было видно, что он снова колеблется. Недоверие к Василисе с годами только выросло, и сейчас его терзала мысль, что эта опасная колдунья, всегда превосходящая по силам того, кто находится рядом с ней, уже задумала какую-нибудь гадость, а Артем снова станет ее орудием.
   - Может, ты просто хочешь мне отомстить за то, что я превратил тебя в лягушку? - простодушно спросил он Василису.
   - Нет-нет, Артем, что ты, - затрясла она головой и снова упала на колени. - Я понимаю, что тогда ты должен был это сделать. Я заслужила это наказание, но если я помогу тебе, может быть, я заслужу досрочное прощение?
   Артема все еще тревожило то, что он поддастся и в путешествие, от которого зависела судьба самого близкого ему на земле человека, он возьмет с собой человека самого ненадежного.
   - Тебе понадобится кто-то, кто знает Тот Свет, - пустила Василиса последний аргумент.
   Артем удивился. Они переглянулись с отцом, и он спросил:
   - А ты знаешь Потусторонний Мир?
   - Нет, но у меня есть тот, кто знает, - ответила Василиса.
   Артем все еще не мог решиться. Тогда Василиса обратилась к Андрею Никитичу.
   - Возьмите меня с собой, - попросила она. - Ну, что сможет сделать вам какая-то жаба, которая человеком становится только ночью.
   - Как, разве ты можешь сбрасывать кожу не только в безвременье? - удивился Артем.
   - Конечно, - сказала Василиса. - Вспомни сказку про царевну-лягушку, ночью она снова могла принимать настоящий облик.
   - Ладно, пойдем все вместе, - сдался Артем. - А этот твой знакомый, который знает про Потусторонний Мир, он там? В смысле, он уже умер и живет на Том Свете?
   - Нет, он здесь, - вскочила на ноги радостная Василиса. - О нем все забыли, а я нашла его и теперь он тоже живет здесь.
   - Эй, ты куда, Василиса? - удивленно крикнул Артем, когда она прыгнула в подпол.
   - Я сейчас, - крикнула в ответ Василиса. - Вот, возьмите!
   Она протянула Артему старую коробку и вылезла наружу.
   - Что это? - нахмурился Артем. - Причем тут эта коробка и твой знакомый?
   - Открой, и сам все увидишь, - улыбнулась Василиса.
   Артем на всякий случай подозвал поближе отца и открыл коробку.
   - О, еще одно знакомое лицо! - произнес голос из коробки. - Ну что, умники, снова вам старик Ниткин понадобился?
  

 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"