Ковалев Валерий Николаевич: другие произведения.

Океан

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс "Мир боевых искусств. Wuxia" Переводы на Amazon!
Конкурсы романов на Author.Today
Конкурс Наследница на ПродаМан

Устали от серых будней?
[Создай аудиокнигу за 15 минут]
Диктор озвучит книги за 42 рубля
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Российский подводный крейсер стратегического назначения находится на боевой службе в Северной Атлантике. При переходе в Бермудский треугольник терпит аварию и попадает в плен к Океану. Который оказывается мыслящей субстанцией высшего порядка. Стороны заключают союз и подводники отправляются на Юпитер, для последующего завоевания галактики .


"Океан. Первая волна"

   " Довольно неуместно называть эту планету - Земля, когда очевидно, что она - Океан".
  
   Артур Кларк.
  
   Часть 1. Пучина.
  
   Глава 1. В Бермудском треугольнике.
  
   - Боевая тревога! Всплываем на сеанс связи! - металлически разнес по отсекам "каштан"* команду вахтенного офицера.
   В сонном жужжании люминесцентных ламп зашоркали отодвигаемые двери кают, в свисте перепада давления хлопнули отсечные люки, и все стихло.
   - Первый к бою готов! - второй готов! - ... десятый готов! - полетели в центральный доклады с боевых постов. Короткие, как сны матроса первогодка.
   - Есть первый! - есть второй! - ...есть десятый, - отщелкнул поочередно вверх тумблеры на пульте капитан-лейтенант Морозов. После чего развернулся к сидевшему в центре в высоком кресле, с видом египетского фараона, командиру.
   Тот был в черной, советского образца пилотке с позеленевшим крабом, синем репсовом костюме с белыми клеймами "РБ"* на груди и колене, а еще в кожаных дырчатых тапках на ногах. Что нарушало предписанную уставом, форменную гармонию.
   - Добро, - кивнул пилоткой командир. - Акустик?
   - Горизонт чист! - тут же доложили из нижней рубки.
   - Всплываем на глубину семнадцать метров, - удовлетворенно хмыкнул тот. БИПу* приступить к работе.
   Морозов продублировал команду сидевшему на рулях боцману, а также еще шести, присутствовавшим здесь же, офицерам.
   Боцман, отрепетовав* ее, чуть шевельнул рукоятками манипуляторов - стрелка глубиномера поползла с отметки "300 метров" влево, а остальной боевой расчет, уставившись в мониторы с мнемосхемами, дружно задробил пальцами по сенсорам электронных пультов.
   - Глубина семнадцать метров, - пробубнил боцман, когда стрелка глубиномера замерла на названной им отметке.
   - Добро, - снова изрек командир, после чего достал из кармана штанов карамельку. Развернув ее, бросил в рот и поднялся из кресла.
   Затем шагнул к нижней крышке торчащего из подволока входного люка, у которого материализовались два трюмных*. Провернув кремальеру*, они с кряхтением отдраили тяжелый стальной блин, поставив тот на стопор, а затем установили блестевший хромировкой трап.
   - Т-экс, - сказал командир, поставив ногу на нижнюю поперечину стебля, вслед за чем покарабкался вверх. Что - то бормоча себе под нос.
   С отпотевшей внутри шахты, на бордовый линолеум палубы, зажурчала тонкая струйка конденсата.
   - Убрать, - ткнул в нее пальцем помощник командира, расхаживавший за спинами сидевших у пультов офицеров.
   В руках одного из мичманов - трюмного, тут же возникла машка*, заскользившая каболками под люком. Потом он шлепнул под горловину манильский мат и взглянул на помощника.
   - Угу, - удовлетворенно хмыкнул капитан-лейтенант. - Служи дальше
   Шагнув на узкую площадку боевой рубки, командир щелкнул рубильником (ее полумрак озарил мертвенный свет плафона), после чего нажал кнопку подъема перископа.
   Где-то далеко заурчала гидравлика, стальная массивная штанга поползла по струнам тросов вверх, далее рубиново мигнул сигнал готовности, и офицер привычно отщелкнул рукоятки.
   - Ну-ка, ну-ка, что тут у нас? - приник "первый после Бога"* к стеклу окуляра.
   Мощная, с инфракрасной подсветкой оптика высветила темный океан, с бегущими по нему в белоснежной пене валами, высокий купол неба с мерцающими звездами, похожую на оранжевый апельсин луну, а еще вселенскую тишину. Как в космосе.
   - Лепота, - хрупнул карамелькой командир, и, давнув кнопку, зажужжал перископом по окружности. Осматривая далекий горизонт, с игрой сполохов у его кромки
   Ему захотелось глотнуть морского воздуха, послушать плеск волн и свист ветра. Что было невозможно.
   Командир тихо вздохнул, после чего казенно сообщил в "каштан", - море три балла. Видимость десять миль. Облачность ноль октанов*.
   - Есть! - четко ответили из микрофона.
   Затем капитан 2 ранга отдал команду на подъем остальных выдвижных устройств, открытие вахты радиометриста и начале сеанса связи.
   В центральном посту с радиорубкой был выполнен ряд манипуляций, а за бортом, из чрева ракетоносца выскользнул похожий на авиабомбу ФАБ-500 параван, растянувший гибкую антенну. Он плыл во мраке пучин за тушей ракетоносцем в сотне метрах позади, словно малек за мамой.
   Спустя минуты, из-под воды на пролетавший над квадратом спутник, был "выстрелен" сгусток информации для главного штаба ВМФ в Питере. А с него мгновенно получен встречный.
   - Что и следовало доказать, - констатировал после доклада из ЦП* командир, опустив перископ и ступив на мат под люком, с чувством выполненного долга.
   - Отбой тревоги, - проследив, как мичманы задраивают крышку люка, бросил он Морозову. - Погружаемся на глубину триста пятьдесят метров.
   Вслед за чем, прихватив оранжевый ПДУ*, спустился палубой вниз и проследовал к себе в каюту.
   Она была довольно просторной и комфортной, как на всех атомных ракетоносцах последнего поколения.
   Спустя короткое время в дверь каюты негромко постучали. - Да, - последовал ответ. - Войдите. Блестящая панель бесшумно отъехала в сторону.
   - Шифрограмма, товарищ командир. Прошу ознакомиться, - извлек из пластиковой папки печатный бланк худощавый, скандинавского типа блондин, с белой нашивкой на груди "Командир БЧ-4"*
   - Присядь, - кивнул ему головой начальник, а затем пробежал четко пропечатанные лазером строки на бумаге.
   Главный морской штаб уведомлял, что с учетом последних событий в мире, а также активизации ВМС США в Северной Атлантике, ему приказано перейти в квадрат 4.16. района боевого патрулирования. Приняв дополнительные меры безопасности. Одновременно сообщалось о повышении сейсмической активности в этом районе, с возможным извержением подводных вулканов.
   - Хрен редьки не слаще, - поднял командир на связиста глаза, после чего взял протянутую тем шариковую ручку и учинил внизу бланка размашистую подпись.
   - Разрешите идти? - сунув бланк в папку, встал офицер с узкого кожаного дивана.
   - Иди, Витаутас Карлович, - забарабанил командир пальцами по крышке письменного стола. - И пригласи ко мне старпома со штурманом.
   Теперь, читатель, пришло время познакомить тебя ближе с этим человеком. Ибо он является ключевой фигурой всех дальнейших событий.
   Капитан 2-го ранга был в возрасте Христа и носил княжескую фамилию Удатный*. Но на этом все его родство с великими кончалось. Юрий Иванович происходил из пролетариев, вымерших в новой России как класс. Так что "адмирал" ему не светил. Теперь ими становились потомки новой элиты. А еще был холостяк. Что среди командиров редкость. Женский пол Удатный почитал, пользуясь у дам успехом, однако связывать себя узами Гименея* не спешил. Ассоль* ему не попадалась.
   Как все морские офицеры, Юрий Иванович был изрядно начитан, любил музыку, предпочитая кантри*, а еще дайвинг, которым занимался во время отпусков в Ялте. Где проживали родители. По складу характера командир был философ, чему способствовала профессия, а в душе романтик.
   В дверь снова постучали. Удатный ответил "да", после чего в каюту вошли старпом со штурманом.
   Первый был обрусевшим корейцем по фамилии Цой, в чине капитана 3 ранга, плотный и малорослый "метр пятьдесят с ботинками", но при всем этом опытный моряк, плюс настоящий дракон, каким должен быть на корабле старпом. К тому же имеющий черный пояс по дзюдо. По примеру российского президента. Через пару - тройку лет Цой тоже мог стать командиром. Если, конечно, повезет. Фортуна дама капризная.
   В отличии от старпома, капитан 3 ранга Лев Моисеевич Меркатор, был высоким и худым (штурмана редко бывают полными) с большими печальными глазами, а еще без служебных перспектив. Будучи пару лет назад старпомом дизельной подводной лодки на Балтике, Меркатор дал в лоб комбригу, обозвавшему его "жидовской мордой", за что оказался на Севере в своем нынешнем положении.
   - Значит так, господа офицеры, - пригласив обоих присесть, начал Удатный высоким стилем. - Должен сообщить вам важное известие. Главный морской штаб приказывает следовать крейсеру в квадрат 4.16 (покосился на штурмана).
   - Это с какого перепугу? - еще больше погрустнел тот, разглядывая носки своих тапок.
   Цой ничего не сказал, сведя узкие глаза к переносице. Поскольку был буддист, а те воспринимают все как должное.
   "С учетом последних событий в мире, а также активизации ВМС США в Северной Атлантике" - процитировал строку из шифрограммы командир. - Ясно?
   - Чего ясней,- переглянулись старпом со штурманом. - Мы не желаем однополярного Мира под эгидой США, вот америкосы и засуетились.
   - Ну а квадрат 4.16 на сотню миль ближе к побережью Флориды, - добавил Цой. - В случае чего, разнесем весь штат с его базами. Без страха и упрека.
   Его реакция была ожидаемой. Все трое чувствовали дыхание ядерной войны и были готовы вступить в нее по первому сигналу.
   Слова старпома, кстати, были не пустыми.
   Их крейсер проекта 667-БДРМ "Дельфин" (по натовской классификации "Дельта - IV"), нес в своем чреве шестнадцать баллистических ракет, способных уничтожить этот, один из самых густо населенных Североамериканских штатов.
   Причем сила удара в указанном квадрате значительно возрастала. Чем ближе к цели, тем выше степень поражения.
   - Таким образом, задача ясна, - резюмировал Удатный. - Ты, Лев Моисеевич, прокладываешь новый курс, а ты, Петр Васильевич, на него ложишься.
   - Ясно, - ответили Цой с Меркатором.
   - Теперь второй вопрос, - продолжил капитан 2 ранга. - По сведениям Штаба в нашем районе возможно повышение сейсмической активности дна. Что следует принять во внимание.
   - Знаем, где дежурим, Юрий Иванович, - понимающе кивнул старпом. - Я проинструктирую на этот счет вахтенных офицеров.
   - Ну, тогда у меня все, - закончил командир. - Выполняйте.
   - Есть, - приняли вертикальное положение оба, вслед за чем вышли из каюты, тихо задвинув дверь. На корабле соблюдался режим тишины. Как предписывали инструкции.
   Спустя непродолжительное время, штурман выдал старпому новый курс, Цой отдал распоряжение вахтенному офицеру, и по команде того боцман переложил вертикальный руль на нужное число градусов. В вахтенном журнале была учинена соответствующая запись, и тень ракетоносца покралась во мраке пучин по подводному желобу Пуэрто-Рико. В сторону калифорнийского побережья.
   Теперь пришло время сообщить о районе плавания корабля, насчет которого старпом высказался "знаем, где дежурим".
   Он именовался Бермудским треугольником с водной акваторией в один миллион квадратных километров, вершинами которого являлись одноименные острова, Пуэрто-Рико, а также южный мыс Флориды. Глубина океана здесь достигала восьми с половиной километров, рельеф дна был подобный материковому, и треугольник считался дьявольским местом.
   Начиная с середины девятнадцатого века регистр Ллойда* фиксировал в его водах порядка сотни исчезновений крупных морских и воздушных судов. Здесь же с завидным постоянством находили суда без экипажей
   Первым стал французский барк "Розали", обнаруженный в 1840-м году, идущим под всеми парусами, но в отсутствии команды. За ним, спустя три десятилетия, в аналогичном состоянии нашлась американская бригантина "Мария Целеста", а в начале двадцатого века из небытия возник сухогруз "Циклоп". Дрейфовавший без экипажа.
   Далее, в 1945-м, в небе над Бермудами бесследно исчезло звено бомбардировщиков-торпедоносцев ВМС США, а вслед за ним, в 65-м, военно - транспортный самолет С-119. Трагическую эпопею продолжили в 73-м и 86-м годах поочередно затонувшие в Саргассовом море* норвежский сухогруз "Анита" и советский подводный крейсер "К- 219".
   Напомнил о себе треугольник и в нынешнем веке. В мае 2015 - го у побережья Кубы обнаружилось судно без команды. Им оказался американский пароход "СС Котопакси", исчезнувший в таинственных водах девяносто лет назад.
   Вот в таком аномальном районе нес боевую службу атомоход Удатного.
   Что, впрочем, не смущало экипаж. Хотя моряки народ суеверный. Объяснялось это просто: офицеры, которых было на корабле чуть меньше половины, уже бывали в треугольнике, а мичманы - контрактники до этого отслужили срочную в подплаве.
   Спустя сутки, войдя в заданный район, РПКСН* снова вышел на связь, подвсплыл и выстрелил в космос очередную шифровку: "Нахожусь в квадрате 4.16. Продолжаю выполнение задания". Затем снова ушел в пучину, в готовности к нанесению ядерного удара.
   Тягуче потекло время. Автономность "Дельфина" составляла девяносто суток, треть из которых осталась позади. Из своей базы в Гаджиево* он вышел, когда в сопках зацвел багульник. Теперь там стоял полярный день, с дрожащим маревом света.
   В отсеках круглые сутки тоже был день, тихий свист вентиляции да бледность корабельных красок: белой с салатной и оранжевой. Традиционных в подплаве.
   Служба шла размеренно и неторопливо. Каждые четыре часа менялись вахты, в обеих кают-компаниях для свободных смен транслировались фильмы; раз в сутки атомоход выходил на сеанс связи, счетчик лага исправно отсчитывал пройденные мили.
   На одном из ночных всплытий командир наблюдал в перископ мерцающий огнями у горизонта круизный лайнер, а спустя неделю после выхода в квадрат, пост ГАГ* зафиксировали контакт с неизвестной подводной лодкой. Он был кратковременным (крейсер услышал ее шумы первым и затаился), но гидроакустик классифицировал цель. Ею была американская атомная субмарина класса "Виржиния".
   - Судя по всему, патрулирует район, - сказал после доклада Удатный. Вслед за чем приказал погрузиться ниже слоя звукового скачка* залегавшего в этих местах на глубине четыреста двадцать пять метров. Под ним крейсер становился практически невидимым, как в известной сказке.
   Еще через двое суток, в субботу, которая являлась на "Дельфине" банным днем, состоялся второй контакт. Он был необычным.
   Удатный в это время парился в корабельной сауне вместе с заместителем - капитаном 2 ранга Ливановым, у которого для такого случая имелись несколько прихваченных из дома березовых веников. Как в советское время замполиты, Ливанов занимался воспитательной работой с личным составом, повышал его идейный уровень, а заодно психологическую подготовку.
   Всласть похлестав друг друга замоченными в кипятке душистыми вениками, начальники утерлись разовыми полотенцами и перешли в солярий. Где опорожнив графин специально изготовленного коком по такому случаю ледяного кваса, нацепили на глаза защитные очки и стали принимать кварцевую ванну.
   - Хочешь анекдот? - обратился к командиру заместитель (наедине они были на ты). Про баню.
   - Валяй, - разморено сказал Удатный. - Только без матов.
   - Значит парятся два помора* в бане, - начал Ливанов. - Поддают пару, хлещутся вениками и все такое. Потом один говорит второму: "хороша вода!"
   "Хороша" отвечает тот.
   "И пар хорош"
   "Хорош" соглашается приятель.
   "Но вот ты дерешь мою жену - это нехорошо".
   "А вас Петровых не поймешь" (задумывается тот) "Жена говорит хорошо, ты нехорошо. Кому верить?"
   - Га-га-га!- белозубо расхохотался командир. - Ну, ты даешь, Петрович!
   - Не я, они, - закатив вверх глаза, сделал тот постную рожу.
   В это время на переборке хрюкнул телефон, Удатный снял трубку. - "Да".
   - Товарищ командир, прошу срочно зайти к нам на пост, - послышался в ней голос начальника РТС*. - Слышим необычные звуки.
   - В смысле?
   - Не можем классифицировать.
   - Иду, - посерьезнел командир, вщелкнув трубку в держатель. - Багров приглашает, - ответил на вопросительный взгляд Ливанова.
   - Я с тобой, - сказал тот. И оба вышли в раздевалку.
   В расположенной под центральным постом рубке ГАГ, в тихом гудении приборов, в кресле, с наушниками на голове, застыл, уставившись в экран станции, мичман -гидроакустик. Здесь же рядом, приложив вторую пару к уху, стоял начальник РТС капитан-лейтенант Багров.
   - Что тут у вас? - шагнул через комингс Удатный, с сопящим позади Ливановым
   - Океан фонит, Юрий Иванович - обернул к нему встревоженное лицо Багров. - А станция выдает десятки целей, - кивнул на экран, откуда всплывали и гасли яркие блестки.
   - Похоже на квакеры, товарищ командир, - на секунду отвлекся от него акустик.
   - Ну-ка, дай, - протянул руку к начальнику РТС Удатный. - Послушаем.
   В усиленной резонатором гарнитуре возник ровный, без обертонов* гул, напоминавший самолетный, с вкраплениями звуков, похожими на кваканье лягушек.
   - М-да, - пожевал губами командир, послушав с минуту, после чего вернул наушники капитан-лейтенанту. - Вроде квакеры. А гул?
   - Впервые такой слышим, - кивнул на акустика его начальник.
   - Звуковой фон исчез! - доложил мичман. В тот же момент на экране погасли и всплески.
   - Сколько все длилось? - поинтересовался Удатный.
   - Десять минут пятнадцать секунд, - взглянул Багров на одну из шкал станции.
   - Чертовщина какая-то, - изрек все это время стоявший с открытым ртом Ливанов.
   - Ну да, и мертвые с косами стоят, - хмыкнул командир. - Максим Геннадьевич (обратился к начальнику РТС), поднимись в центральный. Пусть в вахтенном журнале сделают запись.
   - Есть, - ответил капитан лейтенант. - Лямин, переходи в активный режим.- Я сейчас буду.
   Спустя десять минут командир с заместителем и старпом, которому сообщили о необычном контакте, сидели в каюте Удатного.
   - Ну? Что мыслите по этому поводу? - обратился он к коллегам.
   - Скорее всего, квакеры, - чуть подумал Цой. - В годы "холодной войны"* их встречали довольно часто.
   - А гул?
   - Наверное, сейсмическая активность, о которой предупреждал штаб, - пожал плечами Ливанов.
   - Если она, нам предстоят сложности, - нахмурился Удатный. - Подводное извержение вулкана или сдвиг тектонических плит, чреваты. После чего задумался.
   О квакерах было известно мало. Впервые в океане их стали фиксировать еще советские атомоходы при прорыве натовского противолодочного рубежа "СОСУС". В районах мыс Нордкап - Медвежий остров- Гренландия - Исландия - Фарерские острова. Поначалу считалось, что это акустические сигналы донных подводных буев, но, когда аналогичные стали встречаться в Атлантике, эта версия отпала. Налицо были неизвестные объекты перемещавшие под толщей вод на огромных скоростях и самых разных глубинах. Причем явно интересовавшиеся атомными подлодками. Но в контакты они не вступали, а от преследования мгновенно уходили. Бесследно растворяясь в океане. Явление было начали изучать, но СССР канул в лету, и все похерили до лучших времен. Как многое другое.
   - Значит так, - вышел из размышлений командир, обведя глазами присутствующих. - Всяческий треп на борту по поводу сегодняшнего контакта запрещаю. А о нем доложим в штаб. У них головы большие. Пусть думают.
   - Добро, - кивнули заместитель со старпомом.
   Оба полностью разделяли принятое Удатным решение, поскольку лишние разговоры не способствовали выполнению боевой задачи, а изучение аномальных явлений в компетенцию подводников не входило.
   Ночью очередной доклад ушел на материк, откуда был получен туманный ответ "Усилить бдительность".
   - По принципу "еще смирней", - саркастически высказался по этому поводу командир. Отдавая распоряжение заместителю со старпомом.
   В сарказме была известная справедливость.
   Предшествующие годы, бывший Министр обороны Сердюков, прозванный у военных "табуреткиным", вместе с армией целенаправленно разваливал флот. Продавая с молотка корабли и военные объекты. А еще вышибая последних думающих генералов с адмиралами, с назначением на их места бездарей. Теперь Министерством руководил новый, ставший делать все наоборот. Но "дубов" в высших штабах, в том числе Морском, по прежнему хватало.
  
   Глава 2. Катастрофа.
  
  
   За неделю до окончания боевого дежурства в квадрате и перехода в базу, на крейсере стала твориться чертовщина.
   Сначала к доктору, майору медицинской службы Давыдову, готовящему у себя в медчасти отчет о выполненной работе, зашел трюмный мичман из БЧ-5* по фамилии Ясень.
   - Тэкс, с чем пожаловал? - оторвался от бумаг эскулап. - Присаживайся.
   -У меня того, видения, - опустился на кушетку Ясень, комкая в руках пилотку.
   - Вот как? - подозрительно оглядел его Давыдов. - Давай конкретней.
   - Утром на вахте осматривал седьмой отсек, а там, в выгородке реактора, человек. Или что-то вроде того, - грустно вздохнул мичман.
   - И что он там делал?
   - Стоял, глядя на меня в иллюминатор, - прошептал пациент. - Голый и вроде как из воды. Так мне показалось.
   - Креститься надо, если кажется, - нахмурился майор.- Покажи язык.
   - А-а-а.
   - Довольно.
   Затем, встав, Давыдов осмотрел у Ясеня склеры глаз, а заодно проверил коленные рефлексы.
   - Спишь как, нормально?
   - Да вроде ничего, - кивнул бритой головой мичман.
   - Вот тебе бром, - извлек из медицинского шкафа фольговую облатку врач. -Будешь принимать три раза в день после еды. Свободен.
   - Благодарствую, - поднялся с кушетки Ясень.
   "Конец плавания вот и видится чего нет" подумал медицинский начальник, когда тот звякнул снаружи клинкетом двери. После чего вновь занялся бумагами.
   Вторым, спустя сутки, к Давыдову обратился особист*. Они всегда ходили на боевые службы с экипажами. Этот был в звании капитана 3 ранга, по фамилии Свергун. Рыжий и с хитрыми глазами.
   Контрразведчик постоянно навещал отсеки рубки и посты, по каким-то своим делам, а еще был соседом доктора по медизолятору. Где они вместе обитали.
   После одного из таких вояжей, нередко совершаемых по ночам, особист вернулся необычно бледным.
   Давыдов еще не спал, и, сидя в амбулатории, что-то налаживал в медицинском осциллографе.
   - Послушай, Владимир Николаевич - налив в стакан воды и жадно ее выхлебав, уселся Свергун напротив. - Как ты относишься к привидениям?
   - Медицинская наука их отрицает, - бормотнул врач, копаясь в приборе. - Как и другие. - А собственно в чем дело?
   - Даже не знаю, как и сказать,- вынув носовой платок, промокнул лоб Свергун. - Я его только что наблюдал. В первом отсеке.
   "Вот те раз" мелькнуло в голове у Давыдова. "И у этого видения".
   - Так-так, - защелкнув замки на приборе, развернулся он в кресле к особисту
   - Пообщался я значит там с вахтенным торпедистом, - продолжил тот, - и спустился на среднюю палубу. Глядь, а в носу, у акустической ямы абрис* прозрачного человека. У меня мурашки по телу.
   - Ну и что потом? - тихо вопросил доктор.
   - А потом все, - буркнул Свергун. - Он шагнул сквозь прочный корпус и исчез. Словно не было.
   - М-да, - почесал затылок врач. - Такое у тебя раньше случалось?
   - Первый раз, - ответил контрразведчик. - Может это от нервов?
   - Скорее всего, - кивнул майор. - Как - никак два месяца в замкнутом пространстве. Сейчас я дам тебе успокоительное и все пройдет. Не забирай в голову. Бывает.
   - Да я и не забираю, - пожал плечами Свергун. - Просто рассказал, как специалисту.
   А следующим вечером интендант Шахназаров привел хромавшего кока. Тот ковылял на одной ноге и тихо матерился.
   - Вот, свалился в провизионке со стеллажа, - усадил того на кушетку. - Терпи брат. Щас док* тебя полечит.
   - Как же ты так, Валега? - покачал головой врач. - Осторожнее надо.
   - Будешь тут осторожней, когда всякая хрень мерещится, - поморщился тот, вслед за чем травмированному была оказана помощь.
   Перелома нет, легкое растяжение, - отойдя к умывальнику, стал мыть руки майор. Кстати (обернулся) что ты там говорил о хрени?
   - Да мне даже неудобно, смутился Валега.- Вон, сказал Ахмеду, а он смеется.
   - Шайтана увидал, - скорчил уморительную рожу интендант. - Эта ж нада!
   - А все-таки?
   - Ну, полез я, значит, в сухой провизионке за консервами на стеллаж, - покосился на приятеля кок. - А там, из-за обшивки скалится какая-то рожа, вроде как из стекла. Я опупел и загремел вниз. Такое вот дело.
   - А почему именно из стекла? - вытер полотенцем ладони доктор.
   - Ну, может изо льда, - неуверенно сказал мичман.- Я точно не понял.
   Когда оба ушли, начальник медицинской службы сел за стол и задумался.
   Все три случая относились явно не к медицине и образовывали уже систему. Давыдов являлся практикующим врачом и хорошо знал психику подводников. В силу особенностей службы, специального отбора и последующей подготовки, те, как правило, оценивали обстановку объективно. К тому же двое из трех обратившихся, были довольно опытными. Свергун, хотя и не являлся штатным офицером, прошел на разных лодках более десятка автономок, Валега с Ясенем были в третей.
   С учетом необычности обращений, обо все следовало доложить командиру. Как всегда делается у военных.
   Приняв решение, Давыдов прихватил свой ПДУ, запер медсанчать на ключ и отправился в центральный пост. Где все основное время находился Удатный.
   По дороге он навестил курилку, в которой, прошлюзовавшись, выкурил сигарету, и спустя пять минут, поднялся по ступеням наклонного трапа в центральный - "прошу разрешения!".
   Командир был на месте, рассматривая вместе с механиком - капитаном 2 ранга Ширяевым, разложенную на одном из пультов схему. Остальной состав БИПа тоже занимался своим делом.
   - Ты никак ко мне, Владимир Николаевич? - отвлекся от созерцания инженерной мысли Удатный.
   - Точно так, к вам - ответил начальник медслужбы. - Для доклада.
   - Что - нибудь серьезное?
   - Полагаю да. Хотелось бы переговорить конфиденциально.
   - Так, Вячеслав Андреевич, я скоро вернусь, - сказал механику командир - А ты пока приготовь расчеты.
   - Хорошо, - кивнул Ширяев, начав складывать розоватый лист, и с интересом покосился на доктора. После этого Давыдов с командиром спустились вниз, направившись к тому в каюту.
   - Ну, давай, что там за секрет, - сказал Удатный, когда они остались вдвоем. - Я слушаю.
   И Давыдов подробно рассказал обо всех трех пациентах
   - Так говоришь с психикой у них все нормально? - пристально взглянул на доктора командир.
   - Вполне, - утвердительно кивнул тот. - Поведение адекватное.
   - И что ты обо всем этом думаешь?
   - Сложно сказать, Юрий Иванович, - пожал плечами майор. - Это за пределами медицины.
   - А как насчет паранормальных явлений?
   - Я в них не верю.
   - В таком случае, что мне прикажешь делать с твоим сообщением? - прищурился командир. - Принять к сведению?
   - Я обязан был доложить, - развел руками доктор.
   - Ладно, хорошо. Если будет еще что подобное - сообщи.
   - Обязательно, - встал со стула Давыдов. - Разрешите идти?
   - Иди, Владимир Николаевич.
   Оставшись один, командир подумал и решил пригласить к себе особиста. Оба знали друг друга давно, когда Удатный был еще старпом на другой лодке. Тогда они вместе ходили на Полюс, а потом испытывали новое оружие. Командир считал чекиста профессионалом, а еще уважал. На что имелись причины.
   Выщелкнув из штатива трубку, он позвонил в центральный пост, приказав разыскать Свергуна. Вскоре капитан 3 ранга сидел напротив.
   Когда Удатный рассказал ему все, что услышал от начальника медслужбы, тот хмыкнул: "Вот жук, знал, а мне не сказал. Поостерегся".
   - Ну и какие мысли у тебя на этот счет? - поинтересовался командир. - Как у "ока государева"?
   - Полагаю, все связано с треугольником, - не сразу ответил Свергун, глядя на него прозрачными глазами.
   -?!
   - Ну да, Юра. Имею к тому некоторые основания.
   - Давай Гена, поподробней.
   - Я тоже рассказал доктору не все, - значительно сказал особист. - Когда видение исчезло, подошел к борту, там как электрощит, а на нем россыпь капель воды. Совсем свежая. Взял на палец и лизнул. Соленые.
   - В смысле оно явилось из вне? - расширил глаза командир.
   Получается так, - ответил Свергун. - Или что-то в этом роде.
   - Ну, дела, - выдохнул Удатный. - Чем глубже в лес, тем толще партизаны.
   - Теперь нужно срочно осмотреть провизионку в пятом, - продолжил особист. - Может и там какие следы. В реакторном уже поздно.
   - Давай, только по тихому, - тут же согласился командир. - Лишние разговоры на корабле ни к чему. Сам понимаешь.
   - Тогда я пошел, - встал с дивана Свергун. - Позже доложу. Шагнул к двери.
   Оставшись один, командир чертыхнулся, щелкнул внутренней задвижкой и потянулся к вмонтированному в переборку небольшому холодильнику.
   Извлек оттуда непочатую бутылку коньяка, откупорил, чуть плеснул во взятый с полки стакан, после чего залпом выпил.
   В море капитан 2 ранга, обычно такого не позволял. За исключением пайкового вина в обед. Но тут был особый случай. Треугольник продолжал "фонить и квакать", что постоянно фиксировалось, а тут очередная заморочка. Врагу не пожелаешь.
   За всю свою службу, подобного у Удатного не случалось. С момента выпуска из училища. Было разное, технического плана: провалы на глубину, аварийные сбросы реактора, поступление воды в отсек и даже один пожар. Тут же что-то непонятное.
   Вспомнив, что его ждет механик, капитан 2 ранга вернул бутылку на место, отпер дверь и направился в центральный. Где просмотрел уже выполненные Ширяевым расчеты. Они касались дифферентовки корабля с учетом изменения плотности и солености воды после выхода крейсера из района боевого дежурства.
   Сейчас он двигался малым ходом на рабочей глубине по подводному желобу Пуэрто-Рико в обратном направлении, все больше удаляясь от побережья Соединенных Штатов.
   - Добро, - сказал командир механику, тот закрыл свой журнал, после чего в жужжании приборов центрального поста и мигании датчиков, негромко зазвонил телефон на пульте вахтенного офицера.
   - Центральный, - снял он трубку, после чего развернулся вместе с привинченным к палубе креслом: "вас товарищ командир".
   - Да, - сказал, подойдя Удатный, приложив ее к уху.
   - Юрий Иванович, это Свергун, - послышалось оттуда. - Я нашел то, о чем мы говорили. Желательно чтобы ты это увидел.
   Понял. Сейчас буду, - вернул трубку офицеру Удатный.
   Чуть позже, оставив позади третий отсек, он миновал ракетные, задраил за собой люк пятого "бис" и спустился по трапу на его нижнюю палубу. Там, в одном из переходов по правому борту, находилась две провизионки. Для замороженных и "сухих" продуктов.
   У металлической двери первой Удатного ждали Свергун с интендантом.
   - Прошу, Юрий Иванович, - потянул ее на себя особист. - А ты, Шахназаров побудь снаружи.
   Внутри металлического, окрашенного в белый цвет пространства камеры было довольно прохладно (работала холодильная установка), а по ее сторонам тянулись металлические стеллажи. Наполовину заставленные картонными ящиками с коробками, мешками и жестяными банками.
   - Погляди туда, - когда они прошли чуть вперед, указал пальцем на одну из пустых верхних ниш справа, капитан 3 ранга.
   Удатный поднял глаза к опушенному белым инеем металлу и вздрогнул.
   На нем, едва различимо просматривались контуры человеческого лица. Как на ватиканской плащанице* лик Христа.
   - Вот это да, - не скрывая удивления, протянул командир, сделав шаг туда и вскинув брови.
   - Это гости из океана, - задумчиво сказал вставший рядом Свергун. - Я в этом почти уверен.
   - Вопрос в том, что им от нас надо? - обернулся к нему Удатный. - Непрошенный гость, как известно, хуже татарина.
   - Поживем, увидим, - ответил контрразведчик. - А это, я думаю, следует стереть (кивнул на оттиск).
   - Давай,- согласился командир, после чего Свергун встав ногой на нижний стеллаж, мазнул пару раз ладонью по инею. Тот беззвучно осыпался.
   На выходе Удатный приказал Шахназарову запереть дверь и помалкивать о том, что видел.
   - Слушаюсь, товарищ командир! - вытянулся тот.
   - Да не ори ты так, - скривился контрразведчик. - Не в бане.
   Через десять минут оба сидели в провентилированной курилке, куда при посещении командира никто не входил, дымя сигаретами.
   - Что думаешь предпринять? - глубоко затянувшись, поинтересовался Свергун. - Ты у нас как-никак "первый после Бога"*.
   - На ночном сеансе связи доложу в штаб, - выдул Удатный из носа дым. - А пока нужно убираться отсюда.
   - И чем быстрее, тем лучше, - согласился особист. - Не нравится мне все это.
   При очередных радиообменах доклад ушел на материк, оттуда последовал приказ ускорить выход из района.
   Не нарушая скрытности, крейсер увеличил ход, приближаясь к выходу из подводного желоба в Северную Атлантику.
   Несмотря на принятые меры по скрытию факта прямого контакта с неизвестным явлением, команда о нем в той или иной мере знала. Так всегда бывает на военных кораблях и в замкнутых пространствах. Поползли разные слухи, в том числе о посещении его инопланетянами, которые командование пресекало, ибо это не способствовало боеготовности, нагнетая обстановку.
   В один из таких вечеров, сменившись с вахты, в своей шестиместной каюте пятого "бис", отдыхали три мичмана. Другие отсутствовали, заступив в очередную смену.
   Двое, из них: Виль с Диденко были радиометристами*, а третий, Журов, химик. Из стоящего на столике магнитофона звучала музыка еще советских "Песняров". Тихая и расслабляющая.
   - Скорее бы прийти в базу, - закинув мускулисты руки за голову, мечтательно протянул с верхней койки Виль. - А потом в санаторий в Сочи. Милое дело.
   - Это да, - согласился Диденко. - Правда, там еще зима. Но зато можно погонять на горных лыжах.
   - В базу еще надо дойти, - хмыкнул скептик Журов, разбирая постель. - Вы же в курсе, что на борту творится.
   - Травят больше, - сладко зевнул Виль. - От скуки и ради хохмы.
   Потом Журов вырубил свет, и в каюте наступила ночь.
  
   "..Александрына, цяпер прыйшла зима...
   Александрына, шукаю я няма,
   Александрына, и з песняй ты цвила,
   Александрына, якою ты была...
  
   мягко лились слова песни.
   Но ее моряки уже не слышали. Им снилась весна, березы и Александрина.
   В другом мире.
   На следующее утро крейсер стал терять ход. Приборы это сразу зафиксировали. Турбины работали в обычном режиме, число оборотов не уменьшалось, однако движение корабля замедлилось. Механики предположили изменение вязкости воды вследствие изменения температурного режима за бортом, а штурмана возможность появления встречного подводного течения.
   Нагрузку на турбины увеличили до полной, скорость на несколько часов нормализовалась, а затем снова упала.
   Посовещавшись с Ширяевым, Удатный приказал повысить мощность реактора для чего механик связался с пультом ГЭУ.
   - Есть! - ответил вахтенный инженер из своей рубки под центральным постом, но стрелка лага, дрогнув минутами позже, так и осталась на прежнем месте.
   - Ощущение, что корабль что-то тянет назад, - покосился Ширяев на командира.
   - Похоже, - согласился тот, сжав губы.
   Еще через минуту боцман тревожно доложил, что стало трудно выдерживать глубину, а затем крейсер стал проваливаться в пучину.
   - Увеличить обороты турбин до полного! Рули на всплытие! - вскочил со своего места командир, но ничего не изменилось.
   Крейсер, теряя управление, с нарастающим дифферентом на корму погружался все ниже.
   - Глубина 500, 550, 600 метров! - с размеренностью метронома докладывал боцман.
   - Срочное всплытие! Продуть главный балласт!! - выдал очередную команду Удатный.
   В следующую секунду крейсер изнутри потряс закладывающий уши рев, продолжительный и тоскливый; падение на мгновение замедлилось, а потом с нарастанием дифферента усилилось.
   Из ниоткуда в центральном возник плотный капельный туман (расчет БИПа, дергаясь, обвис в креслах), последнее, что увидел катившийся по палубе капитан 2 ранга, была яркая, как солнце вспышка.
  
   Глава 3. Прикосновение к тайне.
  
   Первое, что различил командир, возвращаясь из небытия, были необычная тишина и мрак. Подсвеченный аварийным освещением. Оно включалось автоматически, в случае отключения основного.
   Держась за поручень ограждения станции ЛОХ*, куда его снесло во время аварии, Удатный встал на ватные ноги и огляделся.
   Остальной состав БИПа тоже приходил в себя. Кто в кресле, а кто, поднимаясь с палубы, находившейся в обычном положении. Стрелка глубиномера застыла на нуле. Кренометра тоже.
   Что за черт? - держась за голову, которая нестерпимо болела, прошаркал командир к механику, который, держась за плечо, вглядывался в приборы.
   - Сброс аварийной защиты реактора, - болезненно морщась, прохрипел тот. - А второй не включился. Главные механизмы обесточены.
   - Так, давай разбирайся. И все тоже, - мутно обвел взглядом Удатный других офицеров БИП. Одни из которых вяло шевелились у пультов, а другие, охая, занимали места, откуда были выброшены законами физики.
   - Есть, - первым ответил вахтенный офицер, утирая рукавом кровь на рассеченном лбу и стал выходить на связь с отсеками.
   - Так, Громов, помоги, - направился к люку командир. - Я поднимусь наверх.
   В это время с нижней палубы в центральный влез бледный особист, присоединившийся к ним. Нижнюю крышку быстро отдраили.
   - Давай со мной, - буркнул Свергуну командир, исчезая в зеве шахты.
   - Есть первый! есть второй...! есть десятый! - глухо донеслось снизу.
   На площадке боевой рубки они чуть отдышались (воздух здесь был влажный и прохладный), потом контрразведчик вынув из-под куртки пистолет, щелкнул затвором.
   - А это еще зачем? - кивнул на оружие капитан 2 ранга.
   - На всякий случай, - последовал ответ. - Вдруг вверху американцы.
   Удатный молча покарабкался дальше.
   Когда восьмиметровая шахта закончилась, он, поднатужась, провернул рукоятку, щелкнул запором, а потом отвалил верхнюю крышку.
   Оба, пьянея от озона*, выбрались в полумрак рубки, а оттуда, шатаясь, на мостик и остолбенели.
   В ярком зеленоватом свете, вокруг простиралась водяная стена, подобная застывшему водопаду. Блестя и переливаясь, она терялась в выси, а по окружности была необъятной. Стоявший в центре крейсер, водоизмещением в восемнадцать тысяч тонн, в соотношении с объектом выглядел пигмеем.
   - Не понял, - озадачено протянул командир, задрав голову вверх и озираясь. А особист, икнув, втянул свою в плечи.
   Затем они огорошено переглянулись и с минуту молчали.
   - Может нам все мерещится? - нарушил первым молчание Свергун. - Такого в природе не бывает.
   - Да, картина неземная - шагнув к обводу мостика, наклонился вниз Удатный. -Погляди, что под нами.
   Свергун сделал то же самое и удивленно присвистнул.
   Крейсер окружала ультрамариновая синь, гладкая как стекло и неподвижная.
   - Вроде вода, а вроде и нет, - снова переглянулись офицеры.
   - Ладно, - принял решение командир. - Сейчас все проверим. После чего подойдя к надводному "каштану", нажал ногой педаль вызова.
   - Есть центральный! - донесся словно из погреба голос старпома.
   - Как там у вас дела?
   - Возобновили работу реактора, механизмы и личный состав в порядке.
   - Добро. А теперь проверь наличие целей на воде и в воздухе. Доклад мне на мостик.
   - Есть! - ответил Цой отключаясь.
   Вслед за этим, в задней части рубки бесшумно поднялись вверх несколько выдвижных устройств, в том числе станции РЛС, тут же завертевшей решеткой.
   А спустя несколько минут снизу последовал доклад старпома: "вокруг корабля замкнутый по окружности и высоте неподвижный объект. Дистанция по горизонтали с вертикалью не определяется"
   - Мы вроде как под колпаком, - чертыхнулся Удатный.
   - Гляди, гляди, что творится, - мистически прошептал Свергун, тронув его за локоть.
   То, что напоминало стену воды, словно ожило. Снизу вверх и наоборот, пульсируя, заструились потоки, переливаясь всеми цветами радуги, в них стали мелькать искры, а кругом сильнее запахло морем.
   Потом где-то в недрах этого раздался далекий гул, который приблизился и перешел в... голос.
   - Я рад приветствовать вас у себя! - возникли из ниоткуда слова. "Ва - ва - ва..." разнесло их гулкое эхо.
   Оба офицера шарахнулись к люку.
   - Не стоит волноваться, - раздалось вслед за этим (на "стене" в унисон заискрило) Командир с особистом остановились.
   - К - кто вы? - выпучил глаза Удатный, а у Свергуна отвисла челюсть.
   - Океан! - снова разнеслось в воздухе.
   - Мы точно сошли с ума, - покосился особист на командира.
   - Похоже, - отвердел тот лицом, но, тем не менее, задал следующий вопрос: "можно поконкретней?"
   - Да! - волнами раскатился ответ. - Я тот, кто создал во Вселенной жизнь и вас. На этой планете!
   - У меня крыша едет, командир, - тихо прошептал, особист. - Просто фантастика какая-то.
   - Я готов ее развеять, - чуть понизило тон пространство. - Спускайтесь.
   - Хорошо,- не сразу ответил командир, вслед за чем вновь связался с центральным.
   - Старпом, мы здесь ненадолго отлучимся, а ты выстави вверху вахту и ничему не удивляйся. Понятно?
   - Точно так, - ответил Цой. - Выполняю.
   Затем, двигаясь словно сомнамбулы*, они со Свергуном спустились с мостика по скользкому трапу в рубку, а из нее отдраив дверь, ступили на узкий обвод палубы.
   В тот же миг от стены к крейсеру протянулась светящаяся дорожка, кончившаяся у борта.
   - Идите! - приказал голос.
   - Удатный, а за ним Свергун, осторожно ступили на нее, и та заскользила назад, унося обоих к струящимся потокам.
   - Навроде эскалатора, - шевельнул губами особист. - А кругом что-то похожее на стекло или лед, - покосился на синь ультрамарина.
   - Да, что-то похожее, - так же тихо ответил командир, оглянувшись. На рубке уменьшавшегося в размерах крейсера, уже темнели несколько силуэтов.
   Между тем передняя часть дорожки, не снижая хода, стала исчезать в массиве (офицеры прикрыли головы руками), но никакого сопротивления не ощутили. Вместе с ней вошли туда как нож в масло.
   Несколько минут в глазах блестело и рябило, а потом они оказались во втором, похожем на первое, пространстве.
   По громадному эллипсу*, вдоль подножия стены, тянулся целый флот судов, кораблей и летательных аппаратов.
   - Ничего себе, - удивленно протянул особист. - Будто "Остров погибших кораблей" у Беляева. Удатый молча ворочал головой. Слева - направо.
   Между тем дорожка, сделав плавный зигзаг, стала короче и закончила движение у одного из крайних. Он был из темного дуба, с оскаленной драконьей мордой на носу, чуть заваленной назад мачтой и двумя рядами длинных весел по бортам, прикрытым щитами.
   В следующий миг над этим местом со стены вниз пролился один из потоков (моряки ощутили на лицах брызги), и метрах в пяти от них материализовалось нечто, напоминающее человека. Оно было монолитно, ростом под два метра, переливалось цветовым спектром и стояло, скрестив руки на груди. Молча и величаво.
   - Вы кто? - вздрогнули офицеры.
   - Я тот, который говорил с вами - Океан! - дрогнуло окружающее пространство.- В одном из своих проявлений!
   - Гм, - недоверчиво переглянулись подводники. Фантом это заметил.
   Ну что же, смотрите, - заискрил он поверхностью, которая на глазах превратилась в слона, затем поочередно в моржа, льва и снова человека.
   - Я могу принимать любой образ на Земле, как видите. Тот, который перед вами наиболее приемлем для общения.
   - Понятно,- закашлялись командир с особистом.
   - А это моя коллекция, - обвела рукой эллипс фигура. - Прямо перед вами драккар викингов. Девятый век. В отличном состоянии.
   Затем дорожка, на которой находились все трое, плавно двинулась вдоль остальных. Стоявших в порядке эволюции. Перед расширенными глазами моряков поочередно возникли каравелла колумбовских времен, без мачт и с проломленным бортом, далее известная из морских хроник пропавшая "Астролябия" Лаперуза, а также множество других, различной постройки, парусников. Вслед за ними последовали более поздние. Здесь были американский колесный пароход, рядом с которым высилась торпедированная в 1915 - м немецкой подлодкой английская "Лузитания"; звено пропавших над Бермудами американских торпедоносцев, а также еще немало судов и военных кораблей, бесследно исчезнувших в двадцатом веке.
   Последним, в этой скорбной гавани, по прошествии часа, Удатный со Свергуном увидели советский ракетный подводный крейсер "К- 219". Затонувший в Саргассовом море три десятка лет назад, в результате возникшей на борту аварии. Оба молча сняли с голов пилотки, уставившись на него во все глаза. Корабль был с их базы. Последним белел фюзеляж исчезнувшего над океаном полтора года назад малазийского "Боинга".
   - Скорбная у вас коллекция, - когда экскурсия закончилась и дорожка заскользила обратно, хмуро сказал Удатный, обращаясь к молча стоявшему рядом образу. Называвшего себя великим именем.
   - Мне непонятно это чувство, - разнеслось в воздухе. - Как и многие, присущие человеку.
   - Жаль, - вздохнул Свергун. - Оно изо всех не самое худшее.
   - Таким образом, все эти суда жертвы Океана? - взглянул на фантома командир.
   - Да, но их погубила непростительная беспечность капитанов и команд. Я же ошибок не прощаю.
   - Мы поняли, - ответили офицеры.
   Вскоре вся группа снова оказалась у драккара.
   - Прошу, - указал на него "гид", и светящееся полотно плавно вознесло всех троих на борт.
   Там, на помосте перед скамьями гребцов, под которыми белели несколько черепов с костями, оно трансформировалось в три низко висящих полусферы. Напоминавших по виду кресла.
   - Располагайтесь, - снова изрек фантом, опускаясь в среднее.
   - На других кораблях тоже так? - присев справа, кивнул на кости командир. А особист перекрестился.
   - Нет, - последовал бесстрастный ответ. - Многих, кто на них был, я храню. В состоянии коматоза*.
   Затем последовал плавный пасс рукой, и дальняя часть стены напротив, придвинулась почти вплотную. Низвергающиеся с нее потоки замедлившись, стали прозрачными, а в них возникли подобия множества стоящих вертикально, открытых саркофагов. В каждом находился человек. По виду спящий. В облачении всех времен и народов.
   Бородатый варяг в рогатом шлеме, соседствовал с азиатом в тюрбане, английский морской офицер в мундире с эполетами, бледнел рядом с пилотом ВВС в хромовой куртке. И так в несколько бесконечных рядов. Расположенных в строгом порядке.
   - И сколько их у вас? - дернул кадыком Удатный
   - Достаточно, - последовал очередной пасс рукой (стена удалилась). - Кстати, среди них много известных личностей.
   - Кто? - подался вперед контрразведчик.
   - Из ваших - адмирал Макаров, художник Верещагин, капитан 2 ранга Магомед Гаджиев, а также многие другие.
   - А из иностранцев?
   - Антуан де Сент - Экзюпери, Джон Джейкоб Астор, Мичио Канда. Всех не перечислить.
   - Получается, вы можете вернуть их к жизни? - задал очередной вопрос Удатный.
   - Я могу все, - порозовел фантом, вслед за чем раздались булькающие звуки.
   - Вот тебе и квакер, - переглянулись офицеры.
   - Да, это то, что у вас зовется смех, - качнул он овалом головы. - Я его порой издаю. Когда наблюдаю ваши крейсера в своем чреве.
   - Они беспокоят океан?
   - Нисколько. Хотя мне не импонирует ядерное оружие.
   - И то, что наш корабль вы утащили сюда, следует понимать как пленение? - поинтересовался контрразведчик.
   - Не совсем, - последовал ответ. - Я мог утопить его, пополнив свою коллекцию. Но не стал. На этот счет имеются другие соображения.
   - Какие, если не секрет? - насторожился капитан 2 ранга.
   - Пока секрет, ибо вы к нему не готовы, - загадочно ответил фантом. - Всему свое время. А теперь отправляйтесь назад, ваши люди беспокоятся. До очередной встречи.
   - Разрешите последний вопрос? - обратился к нему Удатный. - Мы все еще в Бермудском треугольнике?
   - Да. На глубине восьми тысяч метров. Здесь моя резиденция.
   С последними словами фантом затрещав, растаял в воздухе (сферы вновь превратились в световую дорожку), и та протянулась к дальней стене. Где остановилась.
   - Ну что же, поехали назад, - первым ступил на нее командир. А когда проскользили сотню метров, - взглянул на Свергуна. "Что ты обо всем этом думаешь?"
   - Думаю, встретившая нас химера, точно океан, - поежился особист. - Вопрос в том, зачем мы ему понадобились?
   - Поживем - увидим, - философски изрек Удатный. - Главное, что точно не для коллекции.
   Затем, теперь уже без опаски, они в очередной раз прошли сквозь водную преграду, (в глазах ярко замерцало) завершив свой путь у борта крейсера. С которого свисал штормовой трап. Касаясь ультрамарина.
   - Лед, - нагнувшись, постучал по нему согнутым пальцем командир.
   - Но почему-то не холодный, - сделал то же самое контрразведчик.
   А вверху уже звенел трап.
   - Здравия желаю! - возник из рубочной двери заместитель. - Я уж собирался вас искать. Сформировал со старпомом партию.
   - Да мы отсутствовали всего пару часов, - взглянул на наручные часы Удатный.
   - Вас не было почти сутки, товарищ командир, - сделал большие глаза Ливанов. - На борту засекли время.
   - По-видимому на корабле и вне его, оно течет по разному, - сделал предположение Свергун. - Очередная аномалия.
   Далее, следуя по ранжиру, они поднялись на борт, а оттуда на мостик, где были встречены помощником с минером. Оба были с пистолетными кобурами у бедра, на носовом обводе торчал пулемет Калашникова со вставленным магазином.
   - Рады видеть вас живыми и здоровыми, первым пожал руки вернувшимся помощник.
   - Как на борту? - для начала поинтересовался командир. - Состояние личного состава, техники?
   - С техникой все в порядке, - пробасил Колбунов.- А вот с личным составом не вполне. У двух мичманов случился нервный срыв. Один в изоляторе.
   - Кто? - вскинул брови капитан 2 ранга.
   - Рыжков с Минаевым. Оба впервые в автономке.
   - Но это временно, - добавил минер.- Врач говорит, скоро придут в норму.
   После этого Удатный, вынув из кармана сигарету, закурил, остальные, кроме заместителя с помощником (оба не страдал пагубной привычкой), тоже.
   Судя по лицам встретивших командира с особистом, прибывших столь необычным способом, у них на языке вертелся вопрос: "куда попал корабль и где те были?"
   Но будучи военными людьми, все трое помалкивали, ожидая, что сообщит командир. Старших в подплаве первыми не спрашивают.
   Особист тоже ничего не пояснил. Это добавило интриги.
   Удатный молча дососал сигарету до конца, ткнув окурок в пепельницу, после чего обвел всех впавшими глазами и сказал: "через час совещание в офицерской кают - компании. Быть всем командирам БЧ и начальникам служб". Пошагал к люку.
   Когда они со Свергуном исчезли в шахте, оставшиеся стали тихо обмениваться мнениями. Строя догадки и делая предположения.
   Командир же с особистом, спустившись в центральный пост, были встречены под люком, старпомом с механиком
   Цой, приложив ладонь к пилотке, доложил, что на корабле готовность "раз"*, а Ширяев дополнил техническими подробностями
   - Добро, - обменялся с ними рукопожатием командир. - Объявите готовность "два". Пусть свободные смены отдыхают.
   Спустя час, в офицерской кают-компании, состоялось совещание.
   Она представляла из себя довольно просторное помещение, с встроенными в подволок, матово светящими плафонами, отделанное шпоном под светлый дуб, никелем и зеркалами. По периметру тянулись узкие кожаные диваны, а перед ними закрепленные в палубе столы; в центре стоял командный, в окружении четырех кресел. На торцевой переборке висел портрет президента в канадке* и пилотке с крабом (под ним стояла видео двойка), а на широкой угловой полке золотилась клетка с экипажным попугаем-ара Сильвером. Что-то бормотавшим.
   Вообще - то живность на подводных лодках сразу дохла. Даже крысы с тараканами. Но Сильвер, бывший любимцем команды, опровергал законы природы и "тянул" уже третью автономку.
   Как принято в таких случаях на флоте, все участники сменили синие будничные кутки на кремовые рубашки с погонами. У многих на груди красовались по несколько алых штампов с силуэтом корабля, указывающих на число пройденных походов.
   Для начала, встав со своего места, и с минуту помолчав, командир сообщил, где они находятся.
   Это вызвало легкий шок (все считали, что Бермуды остались позади), кроме того смущала глубина, на которую провалился крейсер. По канонам физики он должен был разрушиться и затонуть. Как в свое время американский "Трешер"*. Но остался цел. Что было непостижимо. Как и пространство, в котором находился.
   - В техническом плане у меня ответа нет, - продолжил капитан 2 ранга. - Но это факт, который следует признать как объективную реальность. А теперь слушайте дальше. Вслед за чем сообщил о состоявшейся у них с особистом, встрече.
   Когда докладчик закончил, в кают-компании возникла гробовая тишина: офицеры осмысливали услышанное.
   - Юрий Иванович, каково ваше личное мнение об этом всем? - первым нарушил ее заместитель.
   - Мы с Геннадием Ивановичем убеждены (взглянул Удатный на Свергуна), что встретившая нас субстанция является сверхъестественной и полагаем, что она Океан. Как бы дико это не звучало.
   После этих слов кто-то издал возглас удивление, остальные стали шептаться, а потом начхим* поднял вверх руку.
   - Давай, Покровский,- присел в кресло командир. - Слушаю.
   На корабле все знали, что старший лейтенант давно и всерьез занимается уфологией, а отпуска проводит в аномальных местах, вроде перевала Дятлова*. Что, впрочем, серьезно не воспринимали.
   - Я полагаю, что это представитель внеземной цивилизации,- заблестел он глазами. - И с нами установлен контакт. Вопрос в том, для каких целей?
   - Вот - вот, - поддержал его с места командир первого дивизиона Самохин. Любитель Стругацких* и патриот. - Контакт надо упрочить и использовать для России!
   - Только агитировать за советскую власть нас не надо, - поморщился корабельный диссидент, он же инженер ГЭУ* Пушной. - Не тот случай.
   - А что ты предлагаешь? - обернулся к нему комдив. - Давай конкретно.
   Некоторое время Удатный всему этому бесстрастно внимал (ему нравилась реакция офицеров, в глазах которых не было страха, а в словах испуга), а потом взглянул на старпома.
   - Тихо! - сведя к переносице глаза, рявкнул Цой. - Здесь не базар! Слово предоставляется командиру.
   Диспут тут же прекратился, Удатный снова встал. - Вот мое решение, - обвел взглядом присутствующих.
   - Командирам боевых частей и служб довести личному составу всю полученную информацию, приняв меры к бдительному несению службы. Тебе, Валерий Петрович, -обратился к заместителю, - поднять идеологию на новый уровень. Старпому блюсти дисциплину. Ну а я займусь налаживанием контактов. Всем ясно?
   - Точно так.., ясно.., - прошелестело по кают-компании (Ливанов с Цоем сделали значительные лица), а наблюдавший за всем из клетки Сильвер встрепенулся и хрипло заорал "Пиастры!".
  
   Глава 4. Предложение, от которого нельзя отказаться.
  
   Прошли еще сутки. Оповещенные командирами боевых частей с начальниками служб, мичманы - контрактники отнеслись к необычным новостям тоже ожидаемо.
   Старшины команд, служившие на ракетоносце не один год - достаточно спокойно, поскольку пройдя не одно боевое дежурство с ядерным боезапасом на борту, стали по жизни фаталистами, а их более молодые подчиненные, стараясь брать с начальников пример, даже несколько бравируя. Что свойственно юности.
   После совещания и инструктажа, свободным от вахт было разрешено подниматься наверх партиями и дышать свежим воздухом на ракетной палубе.
   Для этого на ней установили леера, после чего на мостик поднялась первая десятка.
   - Вот это да! - восхищенно протянул техник ЗАС* мичман Скуратов.- Как в космосе...
   - Не то слово, - завертел во все стороны черной бородой командир группы старта, лейтенант Юдин. Остальные тоже стали живо обмениваться впечатлениями.
   - Отставить разговоры! - прикрикнул на подчиненных, встретивший их старпом. - Ходить тихо, вести себя культурно (значительно поднял вверх палец). - Не дома.
   - А дышать размеренно и неглубоко,- добавил присутствовавший здесь же врач. - В воздухе повышенное содержание озона.
   После этого, следуя один за другим, партия спустилась к рубочной двери, а оттуда, по узкому обводу корпуса ко второй. Ведущей на ракетную палубу.
   Спустя пару минут группа материализовалась на ней, и, опершись на леера, стала рассматривать невиданный пейзаж. Таинственный и величавый.
   - Не стоять, бойцы! Ходить! - подал с мостика голос Давыдов. - Восстанавливайте мышечную энергию!
   - Ясно! - бодро ответил кто-то, и все стали неспешно передвигаться.
   Через пятнадцать минут вояжеры сменились. Все повторилось сначала.
   В обед в обеих кают-компаниях было непривычно оживленно, у всех появился аппетит. Смена впечатлений и прогулка на свежем воздухе сделали свое дело.
   На следующее утро к оздоровлению команды приступил помощник. Капитан-лейтенант Колбунов. По кличке Геракл и большой любитель спорта. В свое время он увлекался штангой, выполнив норму "кмс"*, за что был почитаем в соединении и на корабле. В подплаве уважают силу.
   Согласовав с командиром, он вывел наверх три десятка воспрявших ото сна, где, приказав раздеться по пояс, выстроил всех в разомкнутых шеренги вдоль ракетной палубы.
   Далее, встав перед строем, Колбунов оголил мощный торс и, обернувшись назад, махнул рукой стоявшим на мостике доктору с вахтенному офицером.
   Последний давнул кнопку доставленного туда "Панасоника", рядом с которым стояла клетка с Сильвером, весело что-то цокающим, вслед за чем окружающая акватория огласилась бодрым голосом всенародно любимого барда.
  
  
   Вдох глубокий руки шире,
   Не спешите - три четыре,
   Бодрость духа грация и пластика,
   Общеукрепляющая, утром отрезвляющая,
   Если жив, пока еще гимнастика !...
  
   хрипел тот под звон гитарных переборов.
   Капитан-лейтенант стал выполнять в ритм "разрыв военно-морской груди", а гимнасты, белее телами, с явным желанием повторяли.
   На второй минуте вахтенный офицер (им являлся командир БЧ-3 Морозов), толкнул в бок наблюдавшего за действом доктора "смотри что творится!".
   Высившиеся по окружности ледяного пространства стены пульсировали в унисон песне, а струившиеся с них потоки завивались в красочные спирали.
   - Не иначе ему нравится, - сделал предположение начмед. - Ты смотри, как реагирует.
   - Да, и природе не чуждо искусство, - с удивлением протянул Морозов.
  
   Не страшны дурные вести начинаем бег на месте,
   В выигрыше даже начинающий,
   Красота, среди бегущих, первых нет и отстающих,
   Бег на месте обще примеряющий!..
  
   выдал очередной куплет бард, а моряки приступили к следующему упражнению.
   Удатный же в это время томился ожиданием.
   Поприсутствовав на разводе очередной вахты, а затем позавтракав, он поднялся в центральный пост, где выслушал обычные доклады; сделал втык начхиму за несвоевременную проверку дозиметров, после чего вернулся к себе в каюту. Где опустившись в кресло у стола, предался размышлениям.
   "Что он имел в виду, когда заявил о своих соображениях в части нас?" вертелась в голове мысль. "И во что это может вылиться?".
   Беспокоило командира и то, что налицо был явный плен. Корабль не мог самостоятельно сдвинуться с места. Запущенный по его приказу эхолот* показал, что толща льда под корпусом составляла восемьсот шестьдесят метров, а это исключало любые маневры. Причем выяснился очередной интересный факт. Анализ взятого на пробу льда показал, отсутствие в нем микроорганизмов.
   Невеселые думы Удатного прервал стук в дверь.
   - Войдите, - повернул он туда голову.
   - Есть разговор, Юрий Иванович, - возник на пороге Цой.
   - Присаживайся.
   - Мне тут помощник ночью доложил, что у нас неважно с продуктами,- уселся на диван старпом.
   - Вот как? - вскинул брови командир. - С какими именно?
   - Мясом и рыбными консервами. Остались в основном сухая картошка да крупы.
   - Как так случилось?
   - Если помните, на переходе в район на неделю вышла из строя морозилка.
   - Отлично помню.
   - Две тонны свинины протухли. Ее через "дукс"* скормили акулам.
   - А консервы?
   - Вчера интендант с коком начали новую партию шпрот в масле - несъедобные. Впарили на базе.
   - Вот суки, - выругался Удатный.
   - Придется уменьшить раскладку, - заявил старпом. - Больше ничего не остается.
   - Уменьшай - нахмурился командир - А интенданта на сутки драить трюм. - Чтоб служба раем не казалась.
   На переборке зазуммерил телефон. "Да!" снял он трубку.
   - Дорожка говоришь? Отлично. Вызови в центральный Ливанова со Свергуном. Пойдут со мною.
   - Приглашает? - заговорщицки спросил Цой.
   - Да, - взглянул на часы командир. - Остаешься на борту старшим.
   Спустя десять минут, он, заместитель и особист, скользили на мерцающей дорожке в направлении стены. К тихо струившимся с нее потокам. Удатный со Свергуном стояли неподвижно, а заместитель чуть подергивал ногой. Нервничал.
   Как и в прошлый раз, дорожка беспрепятственно въехала в стену (в глазах зарябило) а затем офицеры почувствовали подъем. Словно в лифте.
   Когда все трое обрели зрение, ахнули.
   Они стояли на зеленой поляне, слева от которой голубела морская синь, с окаймленная песчаным берегом с пальмами. Вверху ослепительно сияло солнце, а в зените парил альбатрос. Широко распластав крылья. Справа высился горный пик, с низвергавшимся оттуда водопадом, а в центре, под высоким баобабом стоял Океан. Как и при первой встрече. Молча и величаво.
   - Рад приветствовать всех снова, - поднял он вверх согнутую в локте руку. - Вместе с капитаном 2 ранга Ливановым.
   - От-ткуда вы меня знаете? - опешил тот.
   - Я классифицирую каждого, кого пожелаю, - чуть изменила неподвижный лик субстанция. - Это несложно. Присаживайтесь.
   В тот же миг над травой материализовались четыре полусферы, все опустились на них (заместитель с некоторой опаской), и возникло долгое молчание.
   Офицеры с удовольствием вдыхали морской бриз, слышали негромкий шум прибоя на песке и, щурясь от яркого света, приходили в себя. Пораженные увиденным.
   Вторая сторона восседала с видом египетского сфинкса. Отрешенно и неподвижно. Большие, похожие на топазы глаза светились голубоватым светом, полупрозрачное тело переливалось в солнечных лучах подобно глыбе льда, над которой поработал искусный скульптор.
   - Позвольте узнать, где мы находимся, - первым нарушил молчания командир, оторвав взгляд от столь красочного пейзажа.
   - На одном из моих островов, - чуть шевельнулся рисунок губ. - В сотне миль от атолла Муруроа*. Он широко известен в вашем мире.
   - Но это же в Тихом океане?! - опешили офицеры. - А мы были в Атлантике!
   - Я един, - последовал неторопливый ответ.- И везде на этой планете, а также за ее пределами. Вплоть до космических галактик. Человеческие знания обо мне ничтожны.
   - Все это так, - согласились Удатный со Свергуном, а Ливанов внимал с открытым ртом. Все еще не понимая, сон перед ним или реальность.
   - А теперь расскажу,- медленно повернула овал головы из стороны в сторону субстанция, - что представляю из себя на самом деле. Неведомое людскому племени.
   Родился я не здесь, и не в период архея*, четыре миллиарда лет назад, как утверждает земная. А много раньше. Одновременно со Вселенной. Нас создало Время. Не имеющая начала и конца, бесконечность. Каждого со своим предназначением.
   Вселенная, продолжая начатое, создала галактики и звездные системы с планетами. Я же дал им атмосферу послужившую основой биологических форм жизни.
   - Подобных земной? - осторожно спросил Удатный.
   - В определенном смысле да, - блеснул топазами глаз фантом. - Их я стал развивать, в чем ваш Дарвин* не ошибся, и в конечном итоге воспроизвел из себя вас. Гомо сапиенс. Вложив в сознание то, что зовется разумом.
   - Получается, они есть и на других планетах? - подался вперед Свергун.
   - Были. Но спустя три миллиарда лет все изменилось. Дело в том, что создав галактики и звездные системы, Вселенная дала им свою форму жизни. Отличную от моей. Она являлась физической, имела совершенно другие критерии, а также иной разум. Не совпадавший с человеческим.
   Поскольку аква*, то есть я, является наиболее жизнедеятельным и энергетичным видом изо всех существующих материй, люди стали стремительно развиваться, осваивая созданные планеты, а заодно активно используя их ресурсы.
   Как следствие, возник конфликт двух форм жизни. По закону Единства и борьбы противоположности.
   В результате планеты победили. Природными катаклизмами они уничтожили у себя людей, а имевшиеся там океаны (часть меня) поглотили в своих недрах. Теперь во Вселенной повсеместно царят законы физики. За исключением Земли. На которой существуем я и вы. В биологической форме.
   - Вроде последних из могикан? - брякнул Ливанов и тут же густо покраснел. Посчитав, что сморозил глупость.
   - Можно сказать и так, - блеснул глазами Океан. Вслед за чем продолжил.
   - Последнее тысячелетие я наблюдаю в атмосфере Земли посланцев иных миров, то есть Вселенной. Это же последние десятки лет фиксируют и ваши межпланетные станции, запускаемые на орбиту, а также военные корабли с авиацией. Гостей из космоса вы именуете НЛО, пытаясь установить с ними контакты.
   Однако у пришельцев вовсе не дружеские намерения, а задачи разведки. Для последующего уничтожения человечества и окончательного торжества физической модели жизни. Вот вкратце то, что я имею вам сказать, - закончила субстанция.
   Пораженные слушатели не сразу обрели реальность. Они застыли в напряженных позах, расширив глаза и осмысливая услышанное.
   В отдалении тихо шуршал прибой, солнце клонилось к западу.
   - Печально это все, - первым нарушил молчание Свергун. - Хотя и ожидаемо.
   - Но мы с таким развитием событий не согласны, - упрямо выпятил подбородок Удатный.
   - Ни в коем разе, - сглотнув слюну, поддержал его Ливанов.
   - Логично, - снова возник в пространстве голос Океана. - В таком случае у меня к вам предложение.
   - Какое? - уставились на него офицеры.
   - Отправиться во Вселенную и обратить все вспять.
   При этих словах командир закашлялся, особист прошептал "ни хрена себе", а заместитель со всхлипом втянул воздух.
   Обождав пока все придут в себя, фантом продолжил.
   - Сейчас галактические силы не готовы к вторжению, но это дело ближайших лет. И их следует упредить. Высадившись на Юпитер и освободив мою часть, для начала обратного процесса
   - Но это невозможно! - привстал в своей сфере Удатный.
   - Почему?
   - На Земле нет такого корабля, к тому же мы не космонавты.
   - Ошибаетесь, он есть. А вы его экипаж, - невозмутимо ответила субстанция.
   - Не понял? - озадачился командир. - Поясните.
   - Все достаточно просто. Я доставлю ваш крейсер на Юпитер внутри своего, как вы называете, НЛО. Там, опустив его на поверхность, мой посланник создаст небольшую водную акваторию, из которой будет нанесен ядерный удар по указанному вам району.
   Он проломит внешнюю оболочку планеты, освободив из недр мою часть. Я вернусь в нее и довершу все остальное.
   Слушатели в очередной раз впали в ступор, а в воздухе разнеслись довольные "кваки". Не иначе собеседник наслаждался произведенным впечатлением.
   - Феноменальные у вас возможности, - первым опомнился командир. - Если бы не видел предшествующих - не поверил.
   - Это да, - мистически уставились на Океан, заместитель с контрразведчиком.
   - А почему именно Юпитер, и что представляет собой ваше судно? - задал профессиональный вопрос Удатный.
   - Он самый крупный в Солнечной системе. А моя часть, заключенная внутри, сможет обеспечить стратегический успех операции. Судно же, вот оно, - сделала жест рукой субстанция в сторону моря.
   В тот же миг водная поверхность осветлилась, далее последовала ослепительная вспышка, и в небе над островом повис мерцающий объект. Формой напоминавший дирижабль, но громадных размеров.
   Офицеры ахнули.
   - Вот это да! - встав на ноги, задрал вверх голову командир. - Впечатляет!
   - Метров с пятьсот будет! - подсигнув в сферах, завертели шеями его коллеги.
   - Шестьсот, - уточнил неподвижно сидевший Океан. - Поверхности Юпитера космолет может достигнуть в течение двадцати земных суток.
   - Феноменально, - обернулся Удатный. - А как с грузоподъемностью?
   - Мой "Арго" может поднять три ваших крейсера.
   - Его так зовут? - не отрываясь от созерцания, поинтересовался Свергун.
   - Да. Я люблю "Одиссею".
   Вслед за этим последовала отмашка, и объект исчез. Словно мираж в пустыне.
   Командир в восхищении снова присел в сферу, особист с заместителем заметно оживились. Океан взирал на подводников с явным интересом.
   - Советую согласиться, на мое предложение - шевельнул губами. - У вас нет иного выхода
   - Вот как? - переглянулись офицеры. - А если откажемся?
   - Я в очередной раз пополню свою коллекцию, - пожал глыбами плечей собеседник. - Вы ее наблюдали.
   - А вот пугать нас не надо, - прищурился командир (его спутники отвердели скулами).
   - Это свойственно людям, - послышалось в ответ. - Я же лишь констатирую факты. Кстати, немедленный ответ мне не нужен. Так что подумайте. У вас в распоряжении неделя.
   - У меня просьба, - взглянул на субстанцию Удатный.
   - Слушаю.
   - На корабле нехватка продуктов. Можете помочь?
   - Безусловно.
   После этого Океан потускнев, растворился в воздухе, а под ногами моряков засветилась лента дорожки.
   - Вот и поговорили, - буркнул Ливанов, когда они заскользили обратно. - В таком чудном месте.
   - Это явно психологический прием, - горько усмехнулся Свергун. - Чтобы усилить в нас тягу к жизни.
   - Будем считать, усилил - подвел неутешительный итог Удатный. - Но ничего. Еще не вечер.
  
  
   Глава 5. Консенсус.
  
   Когда пройдя стену, дорожка погасла у корпуса "Дельфина", на крейсере полным ходом шла работа.
   В отдраенные носовой и кормовыми люки, швартовные команды опускали на шкертах* сетки овощей с фруктами, а также какие-то ящики и коробки.
   - Товарищ командир! - приложил руку к пилотке встретивший начальников под рубкой, старпом. - Команда занимается погрузкой продуктов! Принято две тонны свежей рыбы, три - мяса, догружаем фрукты с вином и деликатесы.
   - Откуда?
   - А хрен его знает, - понизил голос Цой. - Может от него? - ткнул пальцем в сторону плакучей стены. - Не было, а потом бац. И все у борта.
   - Держит слово стихия, - обернулся к спутникам Удатный
   Те только развели руками.
   - И что по ассортименту? вопросил Ливанов подошедшего интенданта, руководившего погрузкой у носового люка.
   - Рыба: свежие семга и тунец с макрелью. Мясо: свинина и говядина, мороженые в брикетах. Судя по маркировке, из Австралии. Фрукты - Марокко с Бразилией. А вот вино, просто удивление. Бургундское 1915 года. Эй, Петров, ну-ка принеси сюда бутылку! - махнул Шахазаров одному из грузчиков.
   - Точно, - повертев в руках темного стекла бутылку, с чуть потускневшей этикеткой, продемонстрировал ее заместитель командиру.
   - Скорее всего, продукты и вино, кроме рыбы с фруктами, с потерпевших крушения судов, - сделал предположение Свергун.
   - Я тоже так мыслю, - согласился интендант. - На упаковках ветчины, сыра и изюма, наклейки "United States Army". Партия 2014 -го года.
   - Поручи доктору, Петр Васильевич, проверить качество, - выслушав Шахназарова, - бросил старпому командир. - Все остальное не столь важно. А через час совещание в кают - компании (повернул голову к Ливанову). Присутствовать всему офицерскому составу.
   Спустя названное время состоялось совещание.
   На нем, не вдаваясь в подробности, Удатный сообщил командирам боевых частей с начальниками служб об очередной встрече с Океаном, а также поступившем от того предложении.
   - В случае отказа, он оставит корабль здесь навсегда. Вместе с нами (закончил сообщение).
   - Как так? Почему? Не имеет права! - после минутного молчания раздались в разных концах возгласы.
   - Прошу не забывать, что это не человек, а более развитая форма жизни, - окинул присутствующих взглядом командир. - А она, как известно, живет по своим законам. Время для принятия решения у нас неделя. Я, конечно, могу проявить единоначалие, как предусмотрено Уставом. Но это не тот случай. Теперь все свободны (прихлопнул ладонью стол). Приготовить весь личный состав для построения на ракетной палубе.
   Когда офицеры, тихо переговариваясь, вышли, оставшееся на месте командование вопросительно уставилось на Удатного.
   - Полагаю, мичмана должны знать то же, что и офицеры, - жестко заявил он. - Никаких секретов и недомолвок.
   Далее последовала недолгая пауза, после которой Цой решительно сказал. - Все верно, Юрий Иванович. Здесь нужна полная ясность.
   На ракетной палубе, выстроившись в две шеренги, по боевым частям и службам, стоял экипаж. Молча и настороженно.
   Вдоль шеренг, медленно и чуть враскачку, заложив руки за спину, шел Удатный. Вглядываясь в лица. Достигнув конца строя, он двинулся назад, остановился посередине и повернулся к морякам.
   - Товарищи офицеры и мичманы!..
   Вслед за этим последовала короткая речь, та же, что в кают-компании, которую капитан 2 ранга закончил словами "вам думать, мне решать!". Строй дрогнул и замер.
   - Далее из него вышагнул старпом, развернувшись через плечо рявкнул: "вольно! разойдись!". Шеренги рассыпались.
   - Как думаете, - стоя на мостике рядом с Удатным и Цоем, - кивнул Ливанов на подводников, нырявших с палубы в переходной люк. - Многие согласятся?
   - Думаю, будет как в том анекдоте, - ответил старпом. - Про перекличку. Может слышал?
   - Нет.
   - Излагаю: Море. Борт подводной лодки. На средней палубе экипаж. Помощник проводит перекличку. " Аксенов! - я! Бугров - я! ..... Яковлев - тишина. Яковлев, твою мать! - ну я. А куда ты блядь, денешься?" Вот и у нас такая ситуация.
   - Это да, - вздохнул Ливанов. - А анекдот ничего. Правильный.
   На ужин вестовые разносили в кают-компаниях отварную семгу с молодым картофелем, к ним салаты из свежих овощей в оливковом масле, а на десерт по ломтю золотистого ананаса.
   - Вот это калории, - отдавали дань невиданной роскоши моряки. - С такими жить можно!
   После ужина в курилке и своих каютах, свободные от вахт обсуждали речь командира. Большинство, особенно холостяки, полагали, что следует согласиться. Их манило фантастическое предложение и возможность побывать в космосе. Другие, имевшие на берегу семьи и более рациональные, наоборот - отказаться.
   - Тогда останетесь навечно в этом гроте,- стращали отказников первые. - В качестве консервов.
   Довод был весомым. К концу вторых суток, скрепя сердце, женатики приняли аналогичное решение.
   - Помирать, так с музыкой, сказал - штурманский электрик Шелест, отец двоих детей и примерный семьянин. - Где наша не пропадала?
   - Зачем же помирать, Толя? - хлопнул его по плечу старшина команды турбинистов Хмельниций. - Уконтропупим гадов и назад. А Родина не забудет своих героев!
   Общее решение подводников, заместитель утром доложил командиру.
   - Иного не ожидал, - со скрытым удовлетворением сказал Удатный. Он гордился своим экипажем.
   После этого капитан 2 ранга связался с центральным, приказав установить на мостике ратьер*, вслед зачем, они с Ливановым поднялись наверх.
   - К передаче готовы! - козырнул вахтенный офицер, встретив начальство.
   - Пиши, Клепцов, - шагнул Удатный к застывшему у ратьера сигнальщику. "Предложение принимается. Мы согласны".
   - Есть, - ответил мичман. В сторону плачущей стены полетели короткие вспышки.
   Когда последняя погасла, все четверо уставились в струящиеся вдалеке потоки.
   - Полагаешь ответит? - тихо спросил заместитель командира.
   - Уверен, - кивнул Удатный. - Он все время за нами наблюдает.
   Словно в подтверждение этих слов, из дали ослепительно замигало.
   "Готов к встрече" - перевел сигналы в слова Клепцов, а от стены к борту крейсера скользнула дорожка.
   - Доложишь старпому, что мы убыли,- обернулся командир к вахтенному офицеру.
   Как и при первом знакомстве, Океан встретил моряков на судне викингов.
   - Вы приняли единственно верное решение, - сказал он, когда те уселись в висящие полусферы. - Что свидетельствует о смелости экипажа. Я не ошибся в выборе.
   - У нас трусов не держат, - ответил Удатный. - Служба такая.
   - Я это знаю, почему предпочел вас, русских, американцам. Хотя те более рациональны и прагматичны.
   После этих слов Ливанов воодушевившись хотел толкнуть патриотическую речь, но осекся под взглядом командира, а тот продолжил.
   - Хотелось бы более подробно узнать всю техническую сторону операции. В части доставки экипажа на указанную вами планету, нанесения ракетных ударов, а также последующего возвращения. Мы не собираемся оставаться там вечно.
   - Вы будете знать все, - величаво кивнул Океан. - Но для начала команде следует отдохнуть, поскольку она давно в море. От выделенной мной недели у вас остались пять земных суток. Что соответствует двенадцати моим - океанским. Экипаж проведет их на знакомом вам острове, где пополнит силы. А заодно я организую для всех интересную экскурсию.
   - Только не сюда, - кивнул Ливанов на соседние суда.
   - Естественно.
   - Когда быть готовыми? - поинтересовался командир, всегда заботливо относившийся к экипажу.
   - Сегодня, - раздалось в ответ. - Имеются еще вопросы?
   - Если не возражаете, да, - пристально взглянул на субстанцию Удатный. - Вы мыслите и изъясняетесь словно человек. Это привнесено или было изначально?
   - Изначально, - заявила субстанция. - Вы же производное от меня. С крупицами интеллекта и сознания. Вслед за чем раздались довольные "кваки".
   А теперь отправляйтесь назад, - постепенно затихнув, превратились в голос. Транспорт для отправки будет у крейсера через час.
   - Сколько он может принять людей? - поинтересовался командир.
   - Всех.
   Поле этого Океан сказал "до встречи" и растаял в воздухе. Словно джин из сказки.
   Вернувшись обратно, начальники сообщили старпому с помощником приятную новость, после чего Удатный определил порядок отдыха команды.
   "Сходу на берег" подлежали сто двадцать человек, за исключением дежурной смены с ее вахтенным офицером.
   - Останешься на корабле старшим, Валерий Петрович, - приказал заместителю командир. Пора Петру Васильевичу (взглянул на старпома) познакомится с нашим "командующим". Потом тебя сменит помощник с очередной вахтой
   - Ясно, - без особого энтузиазма, ответил Ливанов. - В таком случае я пока займусь инструктажем убывающих.
   - Не возражаю.
   Известие о предстоящем отдыхе, да еще на экзотическом острове, было встречено подводниками на "ура".
   Спустя ровно час, когда "отпускники" со спортивными сумками в руках, были выстроены на ракетной палубе, над кораблем, чуть потрескивая и светясь, завис серебристый диск. Размером с волейбольную площадку.
   - У-у-у, - прошелестело в рядах. - Летающая тарелка.
   Диск с тихим гулом опустился на лед у кормы крейсера, в борту возник открытый люк, откуда на палубу скользнуло что-то вроде трапа.
   Старпом вопросительно взглянул на Удатного, тот молча кивнул.
   - Напра - во! - рявкнул Цой. - Всем на борт!
   Первые в шеренгах, ступили на трап и исчезли в люке.
   Внутри оказался ярко освещенный салон, с мягким сидением по окружности и никаких приборов управления.
   - Пилоты, наверное, там,- шепнул, усевшемуся рядом торпедисту боцман, указав глазами на подволок. - В верхней части.
   Когда вошедшие последними командир со старпомом и особист заняли свободные места, аппарель люка закрылась, а в салоне замигало цветовое табло "старт".
   Пассажиры чуть напряглись, как бывает на воздушных лайнерах, но ничего не произошло. Многие переглянулись.
   "Полет окончен" - выдало световое табло. Вслед за чем бортовой люк открылся.
   - Вот это скорость! - обернулся к Удатному старпом, когда они первыми ступили в свет солнца.
   - На уровне, - прищурил тот глаза. - Прикажи всем выгружаться.
   Как только последний моряк покинул салон, диск, тихо загудев, растаял в пространстве.
   У берега судно! - завопили сразу несколько голосов, и все повернули головы в сторону синей лагуны. На ее глади, у золотого пляжа, красовался белоснежный лайнер. На берег был спущен трап, но на берегу никого не было.
   - А-атставить базар! - тут же среагировал старпом. - Колбунов! Построить команду вон у тех деревьев! - ткнул пальцем в сторону рощи пальм. Струивших по легкому ветерку перья листьев.
   Пока Цой с помощником исполняли устав (у военных всегда так, ни как у гражданских) командир с особистом и механиком пошагали к судну.
   - Это другое место на острове - сказал Свергун. - Там не было лагуны.
   - "Ocean Victori" прочел Ширяев, когда они, подойдя ближе, поднялись на палубу. Она была пуста, как и надстройка с рубкой и капитанским мостиком. Пассажирский салон с многочисленными каютами и двумя матросскими кубриками, тоже.
   - Прогулочная яхта какого-нибудь олигарха, - хмыкнул Удатный. - Очередной сюрприз нашего хозяина. Вячеслав Андреевич (обратился к механику), там, на мостике, я видел мегафон. Пусть старпом с помощником ведут команду.
   - Это, наверное, из тех судов, которые находят покинутыми в океане, - сделал предположение Свергун.
   - Похоже,- согласился Удатный.
   "Команде следовать на яхту!" - металлически прогундело в сторону берега с мостика.
   Судно оказалось невиданно комфортным. Помимо названного, на его трех палубах имелись обширная кают-компания, оборудованная шикарным баром со всевозможными напитками; два плавательный бассейна и спортивный зал, а также взлетная площадка на корме, правда, без вертолета. Холодильная камера в трюме была набита всевозможными продуктами, там же имелся отсек с десятком аквалангов и средствами их подзарядки.
   - Да, красиво жить не запретишь, - удивлялись моряки, располагаясь в оборудованных кондейшенами каютах с кубриками.
   Вскоре воды лагуны огласились радостными криками, а пляж забелел телами.
   - На солнце больше получаса не лежать! - время от времени бубнил в мегафон, расхаживающий в шортах по песку доктор. - Кто обгорит, лечить не буду!
   - Не буду! - вторил ему сидевший на ветке в тени, с цепочкой на лапке Сильвер. Его моряки захватили с собой. Попугай тоже нуждался в отдыхе.
   Немного поплавав и обсохнув в тени, кок, прихватив двух вестовых, поспешил на яхту. Готовить обед личному составу.
   Спустя еще час, расположившись в кают-компании, больше напоминавшей банкетный зал, подводники с удовольствием уплетали салаты из зелени и черепаший суп, за которыми последовали мясные отбивные, а потом сок манго со льдом. Из судовых запасов. Попугай, водворенный в клетке на барную стойку, что-то довольно бормоча на своем птичьем языке, лакомился кусочками банана с фисташками.
   Далее последовали "адмиральский час"* и снова пляж, с прогулкой по берегу.
   Когда же после ужина наступила ночь, а в темном небе пушисто замерцали звезды, большинство собрались на верхней палубе. Слушая тихий шорох прибоя за бортом, крики ночных птиц в лесу и наслаждаясь мирозданием.
   Утром в каюте, где отдыхал командир, мелодично прозвенел звонок, он вынул из гнезда трубку "слушаю".
   - Как первые впечатления? - поинтересовался знакомый, без интонаций, голос.
   - Спасибо. Все отлично
   - В полдень будьте готовы к экскурсии, - сказал он, после чего отключился.
   - Очередной сюрприз, - вставил на место трубку Удатный.
   За завтраком он сообщил новость старпому с помощником и особисту. Они вчетвером сидели за одним столом.
   - И куда экскурсия? - поинтересовался Цой.
   - Он не сказал, - прихлебнул кофе из чашки капитан 2 ранга. - Так что до 13.00 команда отдыхает по распорядку, а затем всем быть готовым к экскурсии.
   Далее снова были пляж, море и игра в футбол, поскольку на флоте любят спорт в любых проявлениях.
   В назначенное время знакомый диск опустился на берег рядом с яхтой, подводники погрузились на борт, после чего зажглось табло "Старт". Теперь все почувствовали состояние полета. Далее по всей окружности корпуса, в борту открылась лента иллюминатора, и в салоне раздался единый "ох".
   Дисколет находился высоко в небе, а под ним, в легкой дымке, плыли континенты.
   Сначала взору открылись Африка с Южной Америкой, а потом Антарктида. Далее миновав Азию, корабль взял курс на Европу.
   - Типа обзорной экскурсии,- оторвавшись от иллюминатора, взглянул старпом на сидевшего рядом командира.
   - А высота будь здоров, километров двадцать будет, - сказал в тишине салона помощник.
   - Получается мы в стратосфере? - поинтересовался кто-то из мичманов.
   - В ней сынок, в ней, - пробасил механик.
   Между тем корабль стал снижаться и завис над Средиземным морем, в районе Балеарских островов. Затянутых легкой дымкой.
   Над ними, много ниже, в сторону побережья тянул белоснежный лайнер.
   "Переход в аква среду" замигало в салоне табло, вслед за чем иллюминатор закрылся.
   - Вот те раз! - переглянулись пассажиры.
   Затем последовал едва ощутимый толчок, "Глубина 700 метров" отщелкало на экране. Далее иллюминатор возник снова - за ним, в яркой подсветке, плавали рыбы.
   - Ни хрена себе, - прошелестело среди прильнувших к прозрачности подводников, а самый молодой из мичманов - Тоцкий свалился со своего места.
   - Т-с, - шикнули на него. - Салага.
   Дисколет же погрузился еще ниже (табло показало "835"), и все ахнули.
   - На открывшемся вокруг, исчезавшем во мраке пространстве морского дна, в зеленоватом мерцании, тянулись развалины древней цивилизации.
   Прямо по курсу высился светлый монолит храма с портиком, фасад которого поддерживали мраморные колонны; чуть впереди его ступеней, по бокам застыли похожие на олимпийских героев фигуры в гривастых шлемах с копьями; а из песка тут и там, виднелись полузасыпанные скульптуры неизвестных богов, россыпи золотых монет, амфоры и гранитные обломки
   Все это, в сочетании с цветущими вокруг актиниями, скользящими вокруг стаями пеламид, тунцов и прочей морской фауны, создавало ощущение потусторонности и бренности бытия. Свойственных таким случаям.
   - Там кто-то есть! - отшатнулся от иллюминатора ракетчик Демин, сидевший впереди.
   - Точно, - прошелестело по салону.
   Удатный, а за ним старпом, встав со своих мест, прошагали в ту сторону.
   За иллюминатором, на ступенях храма, скрестив руки на груди, стояла субстанция Океана.
   - С благополучным прибытием! - заполнил салон ее голос. - Рад вас видеть!
   - Благодарю, - ответил командир, а Цой, открыв рот, приложил руку к пилотке.
   Другие, неподвижно застыли. Осознавая, кто перед ними и проникаясь реальностью.
   - Итак, перед вами Атлантида, - царственно обвел рукой подводный мир его хозяин. - Та, о которой упоминали Платон с Геродотом и Страбон. А теперь спорит и ищет человечество. Я расскажу вам о ней истину.
   Вслед за этим субстанция исчезла и материализовалась в центре корабля. Сидящей в повисшей у палубы полусфере.
   Подводники, кроме командира с особистом, напряглись. От столь необычного соседства.
   - Спокойно - поднял руку Удатный - Всем слушать и вникать. После чего они с Цоем вернулись на свои места.
   - Если помните, - начал Океан, - древние греки в своих высказываниях об Атлантиде были весьма туманны и непоследовательны.
   "Вряд ли кто из моих помнит" - подумал Удатный. "Сплошные технари, да и я все забыл напрочь".
   - Платон в своих диалогах излагает, что она превышал в размерах  Азию с Ливией вместе взятые (бесстрастно продолжил рассказчик). И это было   удивительное по величине и могуществу государство, находившееся на территории нынешнего Средиземноморья. Все его силы были брошены на порабощение Афин. Но их граждане встали на защиту своей свободы во главе эллинов. Отразив нашествие, сокрушили атлантов и освободили порабощённые ими народы. Вслед за этим произошла грандиозная природная катастрофа, в результате которой за одни сутки погибло все войско афинян, а Атлантида погрузилась в море.
   Геродот же наоборот, утверждает, что она находилась на территории Северной Африки и была уничтожена ее соседями - троглодитами.
   Первое и второе - вымыслы (блеснул глазами Океан). Атлантида действительно существовала более десяти тысяч лет назад, являясь высокоразвитым и агрессивным государством. Располагалась она на территории Пиренейского полуострова, ведя захватнические войны.
   Но гибелью атлантов явись вовсе не они. А наш извечный спор с сушей. В одном из таких столкновений, где она применила в качестве оружия землетрясения и вулканы, низвергнув их содержимое в море, я ответил громадной приливной войной. Поглотив часть суши.
   Вместе с ней исчезла и Атлантида. Остальное только легенды, дошедшие из глубины веков. Которые препарирует ваша наука.
   После этих слов субстанция замолчала. Играя цветовой гаммой. Величавая и мистическая.
   - И вам не было жаль погибших? - спросил после возникшей паузы доктор.
   - Мне неведомо это чувство, - шевельнулись губы. - Оно свойственно только людям.
   Но не будем о былом, внимайте настоящему, - сделал Океан жест рукой в прозрачность иллюминатора.
   Все это время дисколет медленно скользил по бескрайнему пространству, озаряя его зеленоватым светом, в котором возникали древние руины. Легенда перестала быть тайной.
  
   Глава 6. Предпоходовая подготовка.
  
   Вторично экскурсия была повторена спустя сутки для прибывшей с крейсера на остров вахты, которую сменила отдохнувшая. Но теперь "гидом", по поручению Удатного выступал доктор. Океан же, вместе с командованием корабля, уединившись в капитанской рубке, разрабатывали план похода. При этом присутствовал и особист. По линии контрразведки.
   Для начала владыка глубин, запустив один из компьютеров на пульте управления, продемонстрировал участникам Юпитер. Но не по системе "интеренет", а своей, оказавшейся намного технологичней. Планета была снята с Земли, из космоса, а также ее орбиты. С высокой разрешающей способностью. Показ сопровождался подробными характеристиками в звуковом режиме. В том числе астрофизическими, техническими, и прочими.
   Из них следовало, что самая большая планета Солнечной системы находится на расстоянии 639 миллионов километров от Земли, а ее масса в 320 раз превышает земную.
   Период вращение составляет сорок с половиной часов, и вокруг Юпитера существует атмосфера. Геологическое строение подобно "Голубой планете", с теми же химическими элементами, а также рядом других, ей не свойственных. Верхняя часть представлена залеганиями железистых пород, под которыми заключены воды океана. Составляющие треть массы. Концентрация азота с кислородом на поверхности вдвое ниже земного, температура среды минус 120 градусов по Цельсию.
   Спустя час демонстрация закончилась, на экране высветилась заставка "пауза".
   - То, что вы воспринимали, значительно отличается от исследований, которые имеются у земной науки, - возник в рубке голос Океана. - Но оно предельно объективно.
   - Не сомневаемся, - первым высказался Удатный. - Но сразу же возникает ряд вопросов.
   - Я весь внимание.
   - После доставки вашим летательным аппаратом крейсера к месту посадки, нам нужна водная акватория. Откуда возможно применение ракет. В противном случае это нереально.
   - Назовите ее параметры.
   - По окружности не меньше мили, глубина сто метров (чуть подумал командир). Это минимально.
   - Она будет при посадке. "Арго" сгенерирует нужное из верхних слоев атмосферы Юпитера. Там достаточно водного пара с туманом.
   - В таком случае вопрос второй, - продолжил командир. - Температура воздуха. Она может превратить команду в лед еще до старта.
   - Несложная задача, - пожал плечами Океан. - Мой корабль создаст земной микроклимат в пределах водного пространства.
   "Однако" - переглянулись присутствующие.
   - И, наконец, третий, - чуть помолчал Удатный. - Последствия нанесения ядерного удара. На Земле они фатальны для всего живого
   - На поверхности Юпитера биологической жизни нет, - заявил фантом. - Она имеется только в плененной им моей части.
   - Однако экипаж может погибнуть от радиации, - вступил в разговор старпом. - Насколько мне известно, сближавшийся с этой планетой космический аппарат НАСА "Галилео", получил дозу в двадцать пять раз превышающую смертельный предел для человека.
   - Это действительно так, - согласился Океан. - Но вам это не грозит. Создав водную акваторию для ракетоносца, "Арго" одновременно установит на ней защиту. В том числе от любых форм излучения.
   - Что-то вроде охранной оболочки? - поинтересовался Свергун
   - Именно. Когда же моя часть, заключенная внутри Юпитера, после ракетного удара выйдет на поверхность, радиация исчезнет.
   - Это почему? - высоко поднял брови Удатный.
   - Ее порождают твердые субстанции, но не вода. Аква поглощает излучение, генерируя его в энергию необходимую для биологических процессов.
   - Да, непостижимо это все. Особенно ваш корабль, - покачал головой Ливанов. - Вместе с экипажем.
   - "Арго" не совсем корабль, - послышалось в ответ. - Скорее то, что вы называете роботом.
   - Так он без команды?
   - Да. Поскольку мыслит и функционирует самостоятельно.
   - Разрешите мне, Юрий Иванович, - взглянул на командира помощник (тот кивнул).
   - Коль этот летательный аппарат столь уникален, - обратился к субстанции Колбунов, - почему вы не использовали его для решения тех задач, которые поставили перед нами?
   - Резонно, - чуть повернул к нему голову Океан. - Мое судно по ряду причин не может применять ядерное оружие. Только квантовое.
   Ливанов было открыл рот, собираясь еще что-то спросить, но фантом поднял руку, - довольно.
   Все касающееся вашей миссии мы еще дополнительно оговорим, - сказал он. - А теперь я хочу показать ее экстраполяцию*. Вслед за чем взглянул на монитор компьютера.
   Заставка тут же исчезла, ее заменила очередная видеозапись. Там, в цветах, возникла ночная поверхность океана, из которого возник мерцающий объект, внутри которого угадывался силуэт подводной лодки.
   - Так это же наш "Дельфин"! - издал возглас удивления помощник.
   - Именно, - цыкнул на него старпом. - Гляди и не вякай.
   Объект на секунду завис в воздухе, а затем понесся к звездам. Далее кадр поменялся. Теперь "Арго" (это был он) плыл по галактике к созвездию Рака. Войдя в него, судно изменило курс и направилось к орбите Юпитера. В очередном кадре межпланетный корабль опускался на его красно- бурую поверхность окруженный светлой туманностью, а затем на этом участке из тумана возникла водная гладь. На которой закачался "Дельфин", горбатясь ракетной палубой.
   Доставивший же его корабль, блеснув напоследок огнями, исчез в пучине, словно мираж в пустыне.
   Затем крышки четырех ракетных шахт "Дельфина" попарно отворились, и из них вырвались ослепительные всплески пламени в клубах дыма. Унесясь в мрачное небо планеты с ломающимися над ним молниями.
   Далее на экране возникли апокалипсические грибы ядерных взрывов на ее поверхности, из-под гигантских разломов которой, вспучились зеленые цунами* освобожденного океана.
   Заключительные кадры показали часть Юпитера с расстилающимся до горизонта водным простором, по которому, оставляя за собой кильватерный след, под Андреевским флагом шел ракетоносец. Затем он внутри "Арго" совершил обратный полет. Завершив его на поверхности земного океана.
   - Вот так все выглядит, - обвел присутствующих взглядом его хозяин, когда экран погас. - А из точки обратного приводнения вы последуете в свою базу.
   - Очень уж все гладко получается, - вернувшись в реальность, с сомнением взглянул на субстанцию Удатный. Хотелось бы узнать нюансы.
   - Именно, - поддержал его старпом. - Неужели Юпитер не попытается нас уничтожить?
   - Тем более, что он мыслящая форма жизни, - добавил контрразведчик.
   Безусловно, попытается, - выслушав замечания, спокойно ответил Океан. - Но не все сразу. Об этом мы побеседуем завтра и в другом месте. Я пришлю за вами в десять утра. Будьте готовы.
   Вслед за этим, побледнев цветами, он исчез, а офицеры поднялись на мостик яхты.
   - Да, - сказал Цой, сунув в губы сигарету и щелкнув зажигалкой - С этим парнем не соскучишься.
   Со стороны пляжа доносились веселые голоса команды, гонявшей по песку мяч, в синеве неба куда-то плыли облака. Легкие и пушистые
   На следующее утро, в назначенное время, на вертолетную площадку яхты опустился серебристый диск. Похожий на приплюснутую юлу* с рядом иллюминаторов на корпусе.
   - Ну, вот и транспорт, - первым встал из шезлонга командир. - Прошу следовать за мною.
   - Что-то новое, - пошагали за ним заместитель со старпомом и особист. С пляжа, воды и тени пальм, на все это с интересом взирала команда.
   Как только группа ступила на площадку, в борту диска возник овал люка, и начальники, чуть согнувшись, вошли внутрь.
   Этот корабль существенно отличался от доставившего их на остров.
   Он был значительно меньше и в дальней части окружности, напротив люка, мерцало подобие панели управления. За которой угадывались две прозрачности. По очертаниям напоминавших людей и в позах пилотов.
   "Садитесь", - пробулькала одна, чуть колыхнувшись.
   Все четверо огляделись (ничего в салоне для этого не было).
   - На палубу, - ткнул пальцем вниз командир.
   Как только они согнули колени, под ними оказались сидения.
   - Ну, дела... - протянул заместитель.
   "Перемещение", - булькнуло вторично, вслед за чем овал люка исчез, а у пассажиров возникло ощущение полета.
   Они тут же приникли к иллюминаторам - далеко внизу зеленела точка острова.
   Затем все застлал непроницаемый туман, внутри потемнело
   "Место прибытия", - раздался спустя несколько секунд, после чего материализовался выход, и офицеры ступили наружу.
   Они были в пространстве с морской "коллекцией" Океана.
   - Я уж устал удивляться, - покосился на зависший вверху, тихо гудевший диск, контрразведчик.
   - Ничего, это скоро пройдет, - разнесся в воздухе знакомый голос.
   Субстанция, в своей обычной позе стояла перед ними, на световой дорожке.
   - Это был корабль первого поколения, - добавил Океан. - Поехали.
   Дорожка заскользила вдоль печального ряда вправо и, оставив его позади, вошла в струящуюся впереди стену.
   За ней было очередное обширное пространство с кораблями, но совсем иного свойства. Это были летательные аппараты подобные доставившему моряков сюда. Различные по размерам и цветам, но общей конфигурации.
   - Очередная коллекция? - поинтересовался Удатный, окинув взглядом длинный ряд.
   - Да, - прозвучал ответ. - Неземная. Все эти суда (последовал плавный жест рукой), разведчики, о которых я уже упоминал. Они захвачены мной и помещены сюда. Вместе с пилотами.
   - Пилоты живы?
   - В вашем понимании нет. Демонстрирую.
   После этих слов два потока над ближайшим, оранжевого оттенка кораблем, скользнули вниз, оставив у ног группы пару прозрачных контейнеров.
   В них, широко открыв красные раскосые глаза, золотисто блестели два тела. Размером с подростка.
   - Гуманоиды? - уставились на них подводники.
   - У вас их называют так, - сказал Океан. - Но они хантеры.
   - Это еще что такое? - отвел взгляд от тел Удатный.
   - Представители иной формы жизни из галактики, - последовал ответ. - Физической. Состоят из минералов с газами и металлов.
   - Таких у нас регулярно показывают на экранах. В передачах об НЛО, - поежился Ливанов.
   - Американцы якобы даже имеют их тела и потерпевший аварию корабль на авиабазе Райт Паттерсон - добавил Свергун. - Во что я теперь верю.
   - Но там они, судя по демонстрации с комментариями, вроде как наши, - взглянул на фантома Цой. - Я имею ввиду из плоти.
   - Все это действительно есть, - бесстрастно заявил тот. - Просто пришельцы утратили первоначальную структуру.
   - И в космосе все такие? - кивнул на контейнеры Удатный.
   - Нет, в зависимости от планет, с которых прилетают. Эти, например, с Юпитера. Основной металл золото. На Сатурне хантеры - рыжие, поскольку из меди, а на Уране голубоватые - из хрома. Цель у всех, как вам уже известно - подготовка вторжения на последнюю живую планету. По указанию Вселенной, - закончил Океан.
   Вслед за этим возникло долгое молчание.
   - Получается, нам придется сражаться и с ними? - первым нарушил его командир.
   - Только с юпитерианцами, - ответил Океан. - Мертвые планеты враждуют между собой и не вмешиваются в дела друг друга.
   "Да не такие уж они и мертвые", покосился Удатный на галактические дисколеты. Вслед за чем продолжил: - чем можно отражать атаки инопланетян? На борту имеются три ПЗРК*с боезапасом, но они для земных воздушных целей. В данном же случае, космические.
   - Я обеспечу вас своим оружием, - выслушал командира фантом. - Квантовым. Вслед за чем в его ладони возник серебристый прибор, похожий на гаишный радар, со светящимся дисплеем.
   - Теперь глядите туда, - поднял руку в сторону струящихся вдали потоков. Из них, высоко в пространство взмыл дисколет. Коротко сверкнуло, и цель разнесло в куски. Просыпавшиеся вниз обломками.
   - Дальность действия резонатора - видимый горизонт, - обернулся к офицерам Океан. - Поражает любой, из здесь представленных (кивнул на суда хантеров).
   - А число пусков? - поинтересовался старпом, бывший в прошлом ракетчиком.
   - Двести пятьдесят. Без замены источника энергии.
   - Недурно, - согласился командир. - И сколько мы таких получим?
   - Пять, - разжал ладонь фантом (оружие исчезло). А операторы пройдут тренировку.
   - У них подобное? - покосился на хантеров Удатный.
   - Нет. Но довольно высокого порядка. Плазмоидные генераторы.
   - И как они действуют?
   - Выбрасывают сгустки раскаленной плазмы, сжигающие любые цели.
   - Насколько это опасно для крейсера?
   - В надводном положении, безусловно, опасно. На глубине от пятидесяти метров это оружие теряет эффективность.
   Далее подводники вместе с субстанцией осмотрели несколько летательных аппаратов, получив дополнительную информацию о противнике. Общего и специального плана.
   - Ну а теперь я верну вас назад, - сказал в завершение Океан. - Вечером встречаемся на яхте.
   - У меня последний вопрос, - обратился к нему особист. - Кто был в уничтоженном дисколете?
   - Хантеры, последовал ответ. - Я их захватил вчера. Специально для такого случая...
   Когда солнце повисло у горизонта, а команда вернулась с прогулки по джунглям, и, отужинав, занималась по интересам, в рубке судна собрались те же и Океан.
   Он доставил обещанные резонаторы, предложив техническое решение по их установке. Два предполагались монтажу на топах* перископов (командирского и зенитного), с дистанционным управлением из центрального поста. Три - на мостике рубки.
   - Вода не нарушит их боевых свойств? - взяв в руки один, поинтересовался Удатный.
   - Нет, - последовал ответ. - К тому же у резонаторов достаточный запас прочности. Кстати, во время полета и спуска на Юпитер, они вам не понадобятся. Возможные атаки отразит "Арго" - своими. А вот после приводнения и перед стартом, следует держать оружие наготове. И в случае нападения применять на поражение.
   - За нами не заржавеет, - заверил властителя пучин старпом. - Можете не сомневаться.
   - Теперь я продемонстрирую вам район нанесения ракетного удара, с его координатами, - одобрительно кивнул тот, и в рубке засветился монитор компьютера. На нем отобразилось обширное плато, с неглубокими каньонами, а также зубчатыми вверху гребнями.
   - В этом месте оболочка Юпитера наиболее тонкая, представлена рыхлыми породами и ее легче проломить, - сказал Океан, вслед за чем на табло высветились расстояние до объекта с его характеристиками.
   Их следует ввести в блоки наведения ваших ракет, - взглянула на Удатного субстанция.
   - Ясно, - сказал тот. - Мы проведем соответствующий регламент.
   После этого Океан протянул капитану 2 ранга материализовавшийся в руке съемный диск. - Держите. Здесь все, что было продемонстрировано раньше и сейчас. Интересует ли вас еще что-либо, в части задания? (обвел взглядом офицеров)
   - Если можно, вне его, - наклонился вперед Свергун.
   - Слушаю.
   - Как вы намерены использовать результаты?
   - Да, нас тоже это интересует, - заявили остальные.
   - Я вам уже сообщал, - замерцал топазами глаз фантом. - На Юпитере снова появится жизнь. В ее биологической форме.
   - На это потребуются миллиарды лет.
   - Теперь нет. У меня новые технологии.
   - А как насчет людей? - задал вопрос Ливанов. - Они будут?
   - Безусловно. Но не те, что сейчас на Земле. Человечество в упадке и деградирует.
   - ?!
   - Вижу, вы не согласны, - шевельнул губами Океан. - Но это так. Оно пошло по неверному пути, став обществом потребления. В идеал возведены материальные блага, миром правит капитал, все духовное попрано. Общество погружается в непрерывную пучину войн, последняя из которых может стать ядерной.
   - И вам это безразлично? - поинтересовался Удатный.
   - Нет. Почему и задумана миссия на Юпитер. - Я создам там новую цивилизацию.
   - Из кого же, позвольте узнать? Если это не тайна.
   - Для вас, нет, - ответил Океан. - Из особей, находящихся у меня. Я их демонстрировал. В своей коллекции.
   После этих слов все мистически уставились на собеседника, в воздухе прожужжал москит, влетевший в иллюминатор.
   - Невероятно, - прошептал Ливанов. - Это ж надо... (остальные огорошено молчали).
   - Именно так, - величаво кивнул абрисом головы, прародитель человечества. - В ней немало достойных людей, которые пойдут по другому пути. Отличному от нынешнего. Я же им в этом помогу. В меру своих сил и возможностей.
   - Получается, остальное человечество обречено? - нарушил тягостное молчание Удатный.
   - Я этого не сказал. Все зависит от того, насколько далеко оно зайдет. В своем гибельном заблуждении. К слову, когда я верну экипаж назад, вы можете сообщить о своей миссии верхам. Это произведет серьезную подвижку в мозгах ваших политиков.
   И последнее в этой части, - сложил руки на груди Океан. - За все, по земным понятиям, нужно платить. - Успех на Юпитере будут оплачен команде возможностью попасть в новую цивилизацию.
  
   Глава 7. Человечность.
  
   На следующее утро, по договоренности с Океаном, Удатный с Цоем и Колбуновым, а также командиры ракетной и минно-торпедной боевых частей, провели на берегу лагуны тренировку по применению квантовых резонаторов
   Они, и прибывшая на место субстанция, встали в ряд на песке у шипящего прибоя, а наблюдавшая за всем команда расположилась чуть поодаль, в тени пальм, тихо переговариваясь.
   В качестве целей должны были выступать несколько захваченных Владыкой глубин инопланетных дисколетов. Без экипажей и работавших в автоматическом режиме.
   - Готовы? - после краткого инструктажа поинтересовалась у операторов субстанция.
   - Да, - глядя в морской простор, ответил за всех Удатный.
   - В таком случае, приступаем.
   Далее Океан тоже обернулся туда и поднял согнутую в локте руку.
   У горизонта из воды возникла спираль, высоко в небе поплыла точка.
   - Можно выполнять пуски, - разрешила субстанция.
   Офицеры подняли вверх резонаторы (они пять раз сверкнуло), точка ярко вспыхнула и погасла.
   - Ур-раа! - завопили зрители под пальмами.
   - Всем молчать! - донесся оттуда командный рык механика.
   Фантом, неспешно прошелся вдоль опустивших оружие офицеров.
   - Три попадания, - сказал бесцветным голосом. - Для начала неплохо.
   Вторую, взвившуюся из воды цель, поразили все пятеро. А вот с третьей пришлось повозиться. Мгновенно перемещаясь по тангажу* и курсу, она возникала в небе все ближе и была уничтожена на подлете.
   - Это юпитерианский дисколет, - проследив за погасшими в океане обломками, - обернулся к стрелкам Океан. - У него более высокие характеристики.
   - Мы это учтем, - вытер пот со лба Удатный.
   После тренировки зрители, обменявшись мнениями, приступили к активному отдыху, гоняя по песку мяч, удя рыбу и ныряя с аквалангами у коралловой отмели. Командование же пригласило гостя на яхту, решить очередной вопрос. Считая его важным для экипажа.
   Он возник у многих после осознания того, что предстояло совершить. И, возможно, погибнуть. Исчезнув на просторах Галактики.
   - У нас имеется к Вам просьба, - обратился Удатный к Океану, когда офицеры расположились на кожаном диване в рубке, а тот опустился в кресло капитана, напротив.
   - Излагайте.
   - После того что случилось, с экипажем, я имею в виду пленение (глядя в мерцание глаз фантома начал командир), мы не выходим на связь с Главным морским штабом вторую неделю.
   - Ну и что же?
   - В данном случае он доложит о "чп"* Министру обороны, а тот Президенту. Как полагается в таких случаях. Начнутся поиски крейсера.
   - Они уже идут, - последовал ответ. - В район, откуда вы последний раз выходили на связь, следует российский противолодочный корабль с палубной авиацией.
   - Нас он, естественно не обнаружит, - продолжил Удатный. - И, спустя время, вернется назад. А экипаж объявят погибшим.
   - Все логично, - согласился фантом. - В чем ваша просьба?
   - Мы не хотим, быть мертвецами при жизни - с нажимом сказал командир. - Тем более, что у многих на берегу остались семьи.
   - Я понял, - с минуту помолчал Океан. - Такими вас считать не будут.
   - В самом деле? - переглянулись присутствующие.
   - Обещаю.
   Далее, померкнув, субстанция исчезла в дневном свете.
   - Интересно, каким образом это будет сделано? - уставившись на кресло, где она только что сидела, первым высказался Ливанов.
   - Это не нам решать - пожал плечами Цой. - Но до этого Океан всегда держал слово.
   - Будем надеяться и на дальнейшее, - встал со своего места Удатный. - Душно. Пойдем, товарищи командиры. Искупаемся...
  
   Спустя два дня (на планете стоял 18-й день августа), президент Российской Федерации, вместе с прихваченными с собой премьером и министром обороны, в очередной раз навестил Крым. Победно вернувшийся в ее состав. А точнее город морской славы - Севастополь. Для демонстрации растущего могущества Страны Западу, а заодно своей решительности.
   В этот раз, при громадном стечении ликующего электората и в присутствии многочисленных репортеров, самый вежливый человек на Земле, решил погрузиться в Балаклавскую бухту.
   До этого он летал на боевом истребителе и дельтаплане, вместе со стерхами, выходил в море на подводном ракетоносце, а теперь решил посетить дно исторической бухты в глубоководном батискафе.
   К этому было все готово: сам водоем, который тщательно обследовали водолазы; покоящаяся в месте погружения, на глубине восьмидесяти семи метров, затонувшая византийская галера; а также сама мини-субмарина. Принадлежавшая Русскому географическому обществу. Которое по совместительству возглавлял министр обороны.
   Со стороны моря, по такому случаю, бухта охранялась эсминцем и подразделением боевых пловцов. В целях обеспечения безопасности Первого лица. Так всегда делается в подобных случаях.
   - Ну, поехали! - по гагарински сказал президент, он же Верховный главнокомандующий, ступив на борт прозрачного батискафа. Спущенного на воду со вспомогательного судна "Килектор".
   - Есть! - ответили уже сидевшие там пилоты, далее люк задраился, на табло замигали датчики, и сфера аппарата стала погружаться в лучах включенных на ее корпусе прожекторов.
   Мутноватая на поверхности, вода стала более прозрачной, перед глазами команды то и дело возникали облака планктона, стайки проплывающих рыб и похожие на холодец медузы.
   - Как на борту? - возник внутри голос премьера, оставшегося на вспомогательном судне. В отличие от первого лица государства, он не любил экстрим, демонстрируя себя с гаджетами и смартфонами.
   "Это тебе не коров доить", подумал президент, вслед за чем наклонился к микрофону "нормально".
   - Желаю удачи, - вякнул премьер и отключился.
   Когда стрелка глубиномера достигла отметки "83", командир, сидевший за пультом, чуть шевельнул манипулятором. Мини-субмарина зависла над остовом наполовину зарывшейся в донный ил галеры, поросшей ракушками, вокруг которой в пятне света темнела россыпь античных амфор.
   Третий участник погружения, бывший кандидатом наук, стал докладывать президенту о демонстрируемом артефакте, а тот внимать. Изредка кивая.
   Внезапно снаружи, перед сферой, в зеленоватом свете возникла химера лица, приблизившегося вплотную.
   "Слушай и запоминай!" раздалось в ушах Первого лица. Тот чуть отпрянул и побледнел, покосившись на акванавтов. Командир невозмутимо глядел вниз, а кандидат наук беззвучно шевелил губами.
   "Я Океан" - снова возникли слова. "Другие нас не слышат".
   - П-понял, - прошептал президент. Все еще не веря в реальность.
   " В Северной Атлантике исчез твой ракетоносец, несущий боевую службу"
   - Да, - сглотнул слюну Верховный главнокомандующий.
   "Я взял его на время, а затем верну. Вместе с экипажем".
   - Он жив?
   "И здоров. Выполняет мое задание. Поиски прекрати. А семьи команды обеспечь заботой и вниманием".
   - Есть, - на автомате ответило Первое лицо. - Будет исполнено.
   Вслед за этим химера растаяла в воде, а в ушах возник голос пилота.
   Как бывший разведчик и мастер боевых искусств, президент был смелым человеком и верил в сверхъестественные силы. Поскольку знал многое, недоступное простым смертным.
   - Ну, все, ребята, спасибо, - в последний раз обозрел он водный мир, откуда возникла химера. - Всплываем.
   Наверху акванавты были встречены ликованием, а президент вел себя как всегда. Ровно и непринужденно.
   Проследовав в сопровождении премьера с министром на Графскую пристань, он пообщался с электоратом, дал интервью масс медиа, а затем убыл в Ливадийский дворец.
   Скрывая под маской лица озабоченность.
   Там, сославшись на усталость, гарант проследовал в приготовленные для него покои, открыл высокое окно с видом на море, и долго размышлял, анализируя все случившееся.
   Затем, приняв решение, прошел по мягкому ковру к журнальному, в стиле "ампир" столику и нажал на стоящем там пульте кнопку.
   Входная дверь бесшумно раскрылась, за ней материализовался пресс-секретарь. Как джин из бутылки.
   - Пригласи ко мне премьера с министром.
   Через пять минут те сидели в золоченых креслах напротив, ожидая указаний.
   - Что с поиском исчезнувшего ракетоносца? - прозрачно уставилось Первое лицо на министра обороны.
   - Ищем, - поежился тот. - Утром я вам докладывал.
   - Поиски следует прекратить. БПК* вернуть в базу.
   - Есть, - ответил министр. Исполнительный, как все военные.
   - Семьям сообщите лично, что крейсеру дано новое задание, - продолжил Верховный главнокомандующий.
   - Тебе (указал пальцем на премьера), обеспечить им выплату двойного содержания мужей. - Имеются вопросы? - обвел обоих взглядом.
   - Никак нет! - четко ответил министр.
   - Э-э-э...- промямлил премьер.
   - В таком случае выполняйте.
   Президент, в силу бывшей службы в КГБ, не считал нужным делиться с подчиненными всей имевшейся у него информацией и сообщал им только то, что считал возможным.
   Этим же вечером, военным бортом, министр обороны вылетел в Североморск. На главную базу Северного флота.
   Там его встретил бледный командующий со своим штабом. Состояние адмирала можно было понять. Исчезновение атомного ракетоносца было чревато.
   - Что нового? - хмуро вопросил генерал армии после доклада.
   - Все по-прежнему, - втянул голову в плечи адмирал. - Делаем все возможное.
   - Поиски прекратить,- последовал начальственный приказ. - Крейсер капитана 2 ранга Удатного выполняет особо важное задание. Самого (поднял вверх палец).
   - Понял, - вернул голову на место командующий. Хотя ничего не понял.
   - Сейчас отправляемся в Гаджиево, где я встречусь с женами офицеров и все им лично сообщу, - продолжил стратег. - Чтобы не беспокоились. Ясно?
   - Точно так, товарищ министр! - вытянулся командующий.
   Через полчаса над Кольским заливом, к выходу в Баренцево море, несся вертолет морской авиации.
   Спустя еще двадцать минут, он приземлился в затерянной в сопках базе, где на свинцовой воде чернели горбатые туши ракетоносцев. Главного ядерного щита России. Вновь усиленно ковавшегося.
   В прохладном зале гарнизонного дома офицеров уже были собраны встревоженные жены.
   Под их взглядами министр, краснея лампасами, в сопровождении командующего прошагал по ковровой дорожке на сцену (там со своим мест вскочили местные адмиралы), что-то буркнул и встал за трибуну.
   Далее он выдал короткий спич, в плане заботы Родины о Военно-Морском флоте, призвав укреплять обороноспособность, после чего сообщил нескольким десяткам внимавших жен то, что приказал Верховный главнокомандующий.
   "Ох-х", облегченно раздалось в зале.
   - И в этой связи, с сегодняшнего дня, вашим мужьям удваивается денежное содержание! (закончил на высокой ноте).
   - "Ах-х", последовало радостное.
   Более молодые расцвели улыбками, а зрелые промокнули глаза платочками.
   Несколько позже вертолет несся назад, министр, глядел в пространство с чувством выполненного долга.
   Следующим утром, на другом меридиане, Океан сообщил Удатному с его старшими офицерами, о выполнении просьбы экипажа. А заодно продемонстрировал видеозаписи: с Первым лицом в глубинах Балаклавской бухты и с министром. В Гаджиево.
   - Как это удалось сделать? - изумились зрители.
   - При желании я могу получать и фиксировать информацию о каждом человеке на Земле, - сказал фантом. - И в любой ее точке.
   - Каким образом?
   - Насколько вам известно, две трети суши покрыты мной, куда впадают моря и реки. С ними связаны озера, болота, а также прочие, самые мелкие источники. Все это образует на планете замкнутую аквасистему, подобную артериям в вашем теле. Человечество пользуется ею в самых различных формах и повсеместно. Начиная от океанских просторов, по которым движутся морские суда, и заканчивая пресной водой, на производствах, в жилых домах, а также учреждениях.
   Присутствую я и в околоземной атмосфере, в виде облаков, тумана и дождей. А зимой льда со снегом.
   Таким образом, все наблюдаю и знаю.
   - Да вы словно неусыпный Аргус*, - покачал головой Удатный, когда отзвучали последние слова.
   - Только он мифический, - последовал ответ. - Я же, объективная реальность.
   - Есть в нем, все же, что-то человечное, - сказал после встречи Ливанов, когда субстанция растворилась
   - У президента? - не понял Цой.
   - Нет. Океана.
   - А отступать нам после этого некуда. Позади Москва, - резюмировал командир.
   - Это точно, - переглянулись офицеры.
   Вскоре отдых закончился, и окрепшая команда была доставлена тем же путем на крейсер. Где подводникам предстояла завершающая подготовка: боевой части "два" - перенацеливание четырех ракет, с учетом нового объекта атаки; радио - технической службе, установка квантовых резонаторов; остальным детальный осмотр и проворот оружия с механизмами, а также догрузка продуктов.
   Наиболее сложным являлось перенацеливание. Поскольку оно, как правило, выполнялось на береговых базах их специалистами. Здесь же предстояло обойтись собственными силами.
   По приказу Удатного, в режиме регламента была запущена корабельная система управления ракетной стрельбой, после чего командир БЧ-2 капитан 3 ранга Кустов приступил к действу. Вместе со старпомом и группой старта, действуя по строго определенной схеме, они поочередно ввели в бортовые системы четырех изделий* все необходимые параметры. Полученные от Океана. В том числе место старта, расстояние до цели, ее координаты и некоторые другие. А кроме того видеосъемку поверхности Юпитера. Система позволяла.
   Затем, по докладу о готовности, была проведена предстартовая подготовка - все работало в штатном режиме.
   С резонаторами было проще. Радиометристы, как было оговорено раньше, установили их на топах перископов, синхронизировав с оптикой, а также обеспечив возможность пусков из центрального поста с боевой рубкой.
   После этого у командира состоялась очередная встреча с Океаном в его чертоге*, на которую Удатный был приглашен сам. Таково было желание фантома.
   На ней капитан 2 ранга получил ряд дополнительных инструкций об особенностях полета в космосе, а также способе связи с "Арго". Что было жизненно важным.
   Ее следовало осуществлять по необычной, именуемой субстанцией "технологии смысла".
   Она заключалась в том, что космолет, являвшийся мыслящей материей, а также его абонент (в данном случае Удатный), могли обмениваться между собой мысленной информацией, поступающей непосредственно в мозг. С трансформацией там, в виде речи. Естественно, человеческой.
   В качестве адаптера* Океан передал командиру что-то вроде отсвечивавшего перламутром браслета, предложив одеть тот на руку.
   - А теперь вызовите на связь "Арго", - сказал он, когда необычный браслет был защелкнут на запястье.
   - Полагаете, ответит? - недоверчиво повертел его перед глазами Удатный
   - Да.
   "Арго", "Арго", прошу связи" - послал мысленный посыл капитан 2 ранга.
   Спустя секунды внутри него возник обратный: "Арго на связи".
   У командира остекленели глаза, и отвисла челюсть.
   "Что имеете сообщить?" последовал очередной. "Я слушаю".
   - Н-ничего, - вышел из ступора Удатный. - Отбой связи. После чего взглянул на сидевшую напротив субстанцию.
   Своды чертога огласились довольными кваками.
   На следующий день командир решил проинспектировать отсеки, для чего пригласил с собой Ливанова.
   Начали с первого, в котором торпедисты проверяли систему автоматического заряжания аппаратов.
   - Внимание в отсеке! - узрев появившееся на верхней палубе начальство, шагнул вперед капитан - лейтенант Морозов, вскинув руку к пилотке.
   - Вольно, Геннадий Юрьевич, - огляделся по сторонам Удатный. - Как состояние техники?
   - К бою и походу готова, - отчеканил командир БЧ-3. - Вот, проверяем автоматику.
   - А ты чему улыбаешься, Абрамов? - прошел к стрельбовому пульту левого борта заместитель.
   - Радуется, что накинули зарплату, товарищ капитан 2 ранга, - ответил с правого старшина команды Королев. - А то, боялся, что жена бросит.
   - Теперь будет ждать, - уверенно заявил Абрамов. - Когда узнала, что я жив. А то б точно вышла замуж.
   - Ладно, занимайтесь,- обойдя палубу с двенадцатью торпедами на стеллажах, похлопал командир крайнюю по зеленому боку. - Пойдем дальше, Валерий Петрович.
   В других отсеках корабля происходило то же самое. Подводники осматривали и проверяли матчасть, крепили по походному "ЗИП"*, слышались короткие команды.
   На камбузе интендант с коком корпели над длинным списком.
   - Ну как, все готово? - кивнул на бумагу командир.
   - Почти, - вытянулся интендант. - Дай сюда (обернулся к Валеге).
   - М-да, - протянул Ливанов, просмотрев наименования. - Ну, вы и размахнулись бойцы. Как в столичном ресторане.
   - А чего? - сделал рожу ящиком Шахназаров. - Отправляет в поход, пускай кормит.
   - Хорошо, - передашь помощнику, вернул ему бумагу заместитель. После чего начальство последовало дальше.
   В восьмом отсеке его ждал сюрприз.
   На средней палубе, за тянущимся по борту пультом, с мигающими датчиками и шкалами, сидел в кресле командир турбинной группы Дорохов.
   Насвистывая арию тореодора из оперы "Кармен" старший лейтенант протирал спиртом вынутый из гнезда электронный блок, а над ним, зацепившись за кабельную трассу у подволока* хвостом, раскачивалась небольшая, золотистого с коричневым окраса, обезьянка.
   - Это еще что за кабак? - открыл рот заместитель.
   - В чем дело, Дорохов? - нахмурился командир. - Поясните.
   - Виноват! - принял вертикальное положение старший лейтенант. - Это капуцин, мои ребята подобрали.
   - Как так подобрали? - уставился на примата Ливанов. - Мы что, зверинец?
   - Барак отстал в лесу от стаи, ну они и принесли его на яхту, а потом сюда. Я не возражал.
   - Что, уже и имя дали?
   - Ну да. В честь американского президента. У него мордочка похожа.
   Ливанов крякнул, покосившись на командира. Тот улыбался.
   - Ладно (сделал серьезное лицо). Пусть остается. Только покажи доктору. Чтобы мне никаких инфекций.
   - Уже, - растянул губы старший лейтенант.
   - Что "уже"?
   - Еще на острове показали. Здоров и большой чистюля.
   Словно в подтверждение этих слов, Барак легко спрыгнул на плечо Ливанова и стал искать у того в голове.
   Отсек грохнул смехом.
   Еще через сутки, встретившись с Океаном, командование ракетоносца сообщило о готовности к походу.
   - Я наблюдал за работами. Вы готовы, - констатировала субстанция. После чего дала последние наставления. А в завершение сообщила, что как только будет освобождена ее часть, они встретятся на Юпитере.
   - Ясно, - ответил за всех Удатный.
   - Так и не понял. Он что, и здесь и там? - когда офицеры возвращались назад, высказал мысль заместитель.
   - Получается так, - сказал Цой. - Одно слово, мистика.
  
  
  
   Часть 2. Галактика.
  
   Глава 1. Подводники во Вселенной.
  
  
   В ночь отлета Океан пожелал проводить посланцев.
   По такому случаю экипаж был выстроен на ракетной палубе, командир встал напротив.
   Спустя несколько минут окружавший крейсер пейзаж несколько изменился: вверху повис серпантин полярного сияния, а потоки стен стали ярче.
   Далее из них возник шум волн, и в паре метрах от Удатного материализовался фантом. В своей величавой осанке.
   Офицер гаркнул "смирно!", вскинув руку к пилотке, сделал четкий поворот и, рубя шаг, приблизился к тому ближе.
   - Товарищ Океан! Экипаж подводного ракетного крейсера "К-450" к выполнению задания готов! Командир, капитан 2 ранга Удатный!
   Субстанция благосклонно кивнула.
   - Вольно! - опустил руку командир.
   Далее они вместе (Океан впереди, Удатный сзади и чуть сбоку) прошли вдоль строя. Вперед, а потом обратно.
   - Я видел в глазах команды решительность и отсутствие страха, - возник голос Океана, когда оба остановились. - Удачи, - совсем как человек, протянул он командиру руку.
   Рукопожатие оказалось ледяным, и того тряхнуло током.
   "Амперов* пять будет" - шевеля пальцами, подумал Удатный. Но не подал виду.
   Вслед за этим субстанция, как всегда, не прощаясь, растворилась в пространстве, а командир кивнул стоявшему на правом фланге Цою.
   - Напра- во! - вышагнул вперед старпом. - Всем вниз!
   Экипаж стал исчезать в люке палубы у рубки.
   Последовав за ним, Удатный вместе с Цоем и Ливановым поднялись на мостик. Где рядом с вахтенным офицером их ждал Свергун.
   Взглянув на наручные часы (стрелки показывали 2.30), командир отослал вахтенного офицера вниз и нагнулся к динамику связи "боевая тревога"!
   - Есть! - ответили из центрального поста, вслед за чем тишину в корпусе нарушил ревун. Отрывисто и тревожно.
   Спустя минуту он смолк, а на четвертой, на мостик последовал доклад "Корабль к бою и походу приготовлен!".
   - Добро, - сказал Удатный. Вслед за чем промедитировал "Арго" - "мы готовы".
   "Понял" озвучилось в голове, и сверху на крейсер стал опускаться космолет. Мерцая огнями на прозрачности.
   Вот его нижняя часть, снизилась до Андреевского флага над мостиком, прошла сквозь рубку с ракетной палубой, а затем, коснувшись окружавшего "Дельфин" ледяного поля, еще несколько углубилась.
   Застывшие у обводов мостика, офицеры напряженно внимали.
   "Подъем" выдал очередной посыл "Арго".
   "Есть", мысленно отозвался Удатный.
   Затем, едва слышно, в воздухе раздался легкий треск, и махина крейсера вместе с монолитом льда по окружности, стала медленно вздыматься вверх. Внутри небывалого аппарата.
   - Будто в нереальном сне, - сказал вцепившийся в поручень Ливанов.
   - Да, подъемная сила у него будь здоров, - отозвался Удатный.
   Свергун, задрав вверх голову, восхищенно цокал языком, а дотошный старпом, наоборот опустив, оглядывал крейсер по сторонам. Не помяло ли где легкий корпус.
   Между тем подъем ускорился. Еще через минуту, за светящейся прозрачностью "Арго", возникли массы воды (все поняли, что они всплывают из пучины), а потом вверху пушисто замигали звезды.
   - Сейчас будем взлетать, - сказал командир офицерам, получив незримый посыл. Те взялись за поручни.
   Корабль же на мгновение завис над бескрайностью катящихся под ними волн в белых барашках пены, а затем, все убыстряясь, понесся к звездам.
   Против ожиданий, стоящие на мостике, не почувствовали ощущения полета, свойственного земным летательным аппаратам.
   - Налицо явное отсутствие гравитации, - сказал, обращаясь к офицерам командир.
   - И, как следствие отсутствие перегрузок, - добавил Свергун. - Вот что значит высший разум.
   А звездолет, поднявшись на сотню километров, уже плыл в космосе, откуда наблюдалась захватывающая дух картина.
   Открывшаяся внизу Земля, явилась изумленному взору моряков целиком и в своей первозданной красе. Они увидели Голубую планету шарообразной и покрытой облаками. От которых на нее падали легкие тени. Окаймленная словно нимбом, дивным от редкостных цветов горизонтом, Земля таинственно светилась во Вселенной. Появившееся из-за нее Солнце было круглым, алым, огромным и ослепительным.
   А вокруг царило безмолвие нескончаемой ночи с вселенским покоем и порядком: на непроглядном фоне бархатной тьмы сияли крупные, выпуклые, холодные и немигающие звезды; драгоценными подвесками блестели созвездия; алмазной россыпью мерцали бесчисленные галактики и Млечный Путь. Словно живая, в облаках и радужных ореолах Земля казалась плывущей в океане мироздания.
   Первым опомнился командир.
   - Неповторимо...
   - Грандиозно, - пошептал стоявший рядом особист.
   Цой с Ливановым пораженно молчали.
   - Ну ладно, а теперь вернемся к службе, - взглянул на оба выдвинутых перископа Удатный. - Помощник, что наблюдаете? (выщелкнул из "каштана" гарнитуру).
   - Наблюдаем космос, товарищ командир! - пробасил из микрофона голос Колбунова. - А еще ведем съемку. Для истории.
   - Похвально. Отбой боевой тревоги. На корабле готовность "два".
   - Есть, отбой боевой тревоги, готовность "два", - продублировал помощник.
   Спустя несколько минут из рубки на мостик поднялся Меркатор, с повязкой "рцы" на рукаве и тяжелой кобурой у бедра. В первые секунды он остолбенел, узрев невиданное, но, быстро справившись с собой, доложил о заступлении вахты по походному (сказались годы службы).
   - Давай, принимай командование, Лев Моисеевич, - чуть улыбнулся ему Удатный. - Ты первый вахтенный офицер в галактике. Поздравляю. Вслед за чем пожал капитану 3 ранга руку.
   Далее начальство, поочередно спустилось в низ, а Меркатор, обозрев невиданное, проникновенно сказал "шалом Космос".
   По случаю небывалого похода, интендант с коком расстарались.
   На завтрак, с разрешение помощника, в обе кают-компании было доставлено бургундское (из расчета сто грамм на каждого), а к нему подали зеленый салат, икру, консервированную ветчину и непременное какао.
   - За успех похода! - взяв в руку стакан, поднялся из-за командирского стола Удатный. Вслед за чем, глухо звякнули стаканы.
   - Ур-ра! - прокартавил из своей клетки Сильвер, прекратив клевать дробленые орехи в кормушке.
   В старшинской кают-компании мичманы тоже выпили за удачу, а сидевший на плече боцмана Барак, высосав из пластикового стаканчика томатный сок, метнул его в голову вестового.
   - Га-га-га! - дрогнул вокруг воздух.
   - Не бузи, - покосился на него Громов. - Отведу к доктору.
   Начальника медслужбы в отличие от других, обезьянка побаивалась, поскольку тот сделал ей несколько прививок. В связи с чем, тут же успокоилась.
   - Молодца,- сказал Громов. - На, пожуй ветчинки.
   После обеда, свободным от вахты, разрешили небольшими группами подниматься в рубку. Все ее шесть иллюминаторов были отдраены, что позволяло наблюдать космос.
   - Ни хрена себе... вот это класс... фантастика..., - то и дело слышалось оттуда.
   С каждым часом оставшаяся позади Земля становилась меньше, превращаясь в голубовато мерцавшую звезду. "Арго" все дальше уносился в безграничные просторы.
   На вторые сутки работающие РЛС* крейсера засекли движущийся навстречу по курсу неизвестный объект. Выдав на мостик командиру со старпомом, только дальность. Скорость превосходила все мыслимые параметры.
   Через пару минут, слева по борту, в сторону Земли, пронеслось колоссального объема небесное тело. Багровое в покрове вечной ночи.
   - Похоже на раскаленный обломок, - обернулся назад Удатный.
   - Похоже, - согласился Цой. И, вспомнив Тунгусский метеорит, покосился в ту сторону.
   А в космосе происходило что-то подобное параду планет. Фантастическое и неповторимое. Одни из них, излучая мягкий свет, плыли по неведомым орбитам, другие вращались вокруг собственной оси, а третьи висели неподвижно. Меж всем этим холодно мерцали туманности, из которых время от времени, выплескивались лучи. Похожие на звездопад в августе. И исчезали.
   Подводники ко всему быстро адоптируются. То же произошло и здесь. В галактике, именуемый Млечный путь, к которой относились покинутая Земля и все ярче мерцавший среди других звезд Юпитер.
   Вахты чередовались меж собой, зрителей у иллюминаторов поубавилось, все считали дни до посадки.
   Главное, чтобы ракетчики не подвели, - сказал как-то за ужином, хлебая суп, старшина команды торпедистов. - А то пульнут куда-нибудь в белый свет, как в копейку.
   - Кто бы говорил, - уничижительно ответил бородатый мичман из группы старта. -Забыл, как вы промазали по учебной цели год назад, на учебной отработке?
   Такой случай действительно имел место. Но Королев сделал вид, что не слышит.
   Во время очередной вахты, в пределах видимости горизонта, РЛС дальнего обнаружения зафиксировала очередной движущийся вдоль него объект, оказавшийся космической станцией. Это выяснилось после демонстрации съемки зенитного перископа.
   - Интересно, чья она, наша или американская? - вглядываясь в неясные очертания, наморщил лоб Ливанов.
   - Насколько знаю, сейчас галактику бороздят еще английские и французские, - проявил осведомленность Свергун.
   - Вот суки, и сюда добрались, - хмыкнул участвовавший в просмотре Колбунов. Чем выразил общее мнение. Подводники весьма не любили страны НАТО. Считая их со времен Карибского кризиса* вероятными противниками.
   Поскольку полет проходил спокойно, внутри ограниченного "Арго" пространства микроклимат соответствовал земному, а также отсутствовала невесомость, всегда радеющий за здоровье команды Давыдов решил заняться его дальнейшим оздоровлением.
   Для этого он обратился к командиру за разрешением снова организовать зарядку на ракетной палубе.
   - Как, разрешим? - повернул тот голову к присутствовавшему при этом Ливанову
   - Идти еще будь здоров. Упражнения на свежем воздухе не помешают, - высказался заместитель.
   - В таком случае добро, Владимир Николаевич, - кивнул Удатный. - Дерзай.
   - Тогда небольшое дополнение, - одухотворился майор. - Может, разрешите и пробежку?
   - В смысле?
   - На палубе не с руки. Кто-нибудь может свалиться и кости поломать. Ее бы хорошо вокруг крейсера.
   - А почему нет? - поддержал доктора Ливанов, поскольку был большой любитель кросса.
   - Ну, хорошо, - согласился командир. - Уговорили. Только для начала лично обойдите снаружи. Нет ли во льду трещин.
   Весть о возобновлении зарядки, да еще с пробежкой по льду, вызвало у команды одушевление. Хотя многие посещали имевшийся на корабле спортзал, где в меру сил качали мышцы, это было совсем другое.
   Когда заместитель, а за ним доктор, спустились на лед по опущенному с борта шторм - трапу, у открытых иллюминаторов рубки собралась целая группа зевак. Обмениваясь мнениями.
   - Интересно, а сколько будет один круг? - поинтересовался спецтрюмный Зайцев.
   - Триста пятьдесят восемь метров,- тут же вычислил гидроакустик Лямин.
   - Откуда знаешь?
   - А ты посчитай. Длина корпуса сто шестьдесят семь метров, ширина двенадцать.
   Зайцев изобразил на лице мысль и стал загибать пальцы.
   - Га-га-га! заржали остальные
   - Отставить кабак! - рявкнул с мостика вахтенный офицер. - Погоню всех вниз! Веселье прекратилось.
   Заместитель же с доктором, уверенно ступая (лед не был особо скользким), шли вдоль кромки борта в сторону ракетной палубы.
   В районе третьей пары шахт, в зеленоватой глубине что-то неясно светлело - оба остановились. Потом наклонились.
   - Ты гляди, никак рыба? - озадачено протянул Ливанов.
   - Вроде тунец, - отозвался доктор, бывший родом с Камчатки.
   - А вон еще одна и осьминог, - сделал несколько шагов к четвертой капитан 2 ранга. - Как они сюда попали?
   - Интересно, - подошел к нему майор. - А ну- ка, поглядим дальше.
   Впереди было то же самое. Под ногами то и дело неясно просматривались застывшие в ледяной толще всевозможные представители морской фауны. От рыб с амфибиями, до млекопитающихся с членистоногими.
   - Теперь понял, - сказал заместителю доктор, когда позади кормового стабилизатора они увидели в глубине громадное темное пятно, напоминавшее кита или кашалота.
   - Я тоже, - ответил Ливанов. - Это Океан. А мы все, что-то вроде Ноева ковчега.
   - Точно. Если исходить из той массы льда, которая находится внутри "Арго" (обозрел пространство космолета доктор), то под нами вся его биологическая цепочка. А мы ее венец.
   - Похоже, - согласился Ливанов. И, обойдя стабилизатор, они пошли обратно.
   Вернувшись на корабль, оба зашли в каюту командира. Тот, прихлебывая горячий чай из подстаканника, просматривал на ноутбуке экстраполяцию посадки на Юпитер.
   - Присаживайтесь,- сказал он, щелкнув "пауза". - Ну что, проверили дистанцию?
   - Не то слово, - уселся напротив заместитель. - И что мы обнаружили!
   - Что же? - отхлебнул Удатный чаю.
   - Подо льдом заморожена океанская фауна, - значительно сказал доктор. - От простейших форм до высших.
   - Мне это известно, - последовал невозмутимый ответ.
   - Откуда? - опешил Ливанов.
   - Из общения с нашим патроном* наедине. Он и сообщил. В качестве нюанса.
   - Так вот, что у него за новая технология, - протянул заместитель.
   - Все логично, - поставил на стол подстаканник Удатный. - По старой, ему на эволюцию Юпитера потребуются миллиарды лет. А по этой она практически готова. В случае успеха похода, морская фауна тут же станет размножаться в привычной среде. Океану же останется доставить на планету людей. Которые у него имеются.
   - Да-а, - переглянулись Давыдов с Ливановым. - Вот что значит высший разум.
   - Ну, если с остальным нормально, - резюмировал командир, - можете внедрять спорт в массы. Только одно условие.
   - Какое?
   - Маршрут кросса только вокруг крейсера. К оболочке "Арго" не приближаться. Это опасно.
   На следующее (по корабельному времени) утро, все свободные от вахты, были выстроены в две шеренги у борта. Напротив стояли помощник с доктором, а с высоты мостика на всех взирали заместитель и вахтенный офицер.
   Первый начальственно, второй с легкой завистью. Ему тоже хотелось размяться.
   Там же находились и Барак с Сильвером. Попугай, вертя красной головой, сидел в клетке, выставленной сверху, а обезьянка разгуливала рядом, пристегнутая поводком к рыму*.
   - Значит так, - заложив руки за спину, тяжело заворочал шеей Колбунов. - Дистанция один круг, не растягиваться. И что б никто не вздумал рвануть туда (ткнул пальцем) в прозрачность космолета. Понятно?
   - Понятно, Михал Алексеич, - ответил из строя командир БЧ-3 Морозов. - Давай, не томи, ноги застоялись.
   - Нале - во! - пробасил помощник. - С места, бегом ...арш!
   И все дружно побежали. Доктор пристроился на шкентеле*, а Колбунов зарысил сбоку.
   - И - раз, и раз, и раз! - бубнил он в такт движению.
   Обогнув крейсер по окружности и довольно сопя, спортсмены поднялись на корпус и вскоре возникли на ракетной палубе. Где быстро распределились для выполнения упражнений.
   По знаку вставшего перед ними Колбунова, на мостике щелкнуло, и действо началось:
  
   Не страшны дурные вести -
Мы в ответ бежим на месте.
В выигрыше даже начинающий
!
Красота - среди бегущих
,
Первых нет и отстающих!
Бег на месте обще
-
примиряющий!...
  
  
  
   бодро выдавал бард, помощник, хэкая, выполнял гимнастические приемы, оздоровлявшиеся повторяли.
   Но, как известно, все хорошее рано или поздно кончается. Случилось так и в этот раз. Как свидетельствует история отечественного флота, на любом, даже самом примерном корабле, всегда имеются раздолбаи. Устав их называет нарушителями воинской дисциплины.
   Были два таких и на крейсере.
   Одного, за пьянку, списали на берег перед автономкой, а второй, по фамилии Чудаков, остался в наличии. Специалистом мичман был классным и неплохим товарищем. Но вечно попадал на берегу в разные истории. В силу любви к приключениям.
   Потянуло его на очередное и в этот раз. Чудакову страстно захотелось покататься на коньках, которые у него имелись. Как-то прошлой зимой в базе, возвращаясь с катка, он зашел по дороге на лодку и случайно оставил там свои "риспорт"*. Затем началась весна, и мичман про них забыл. Теперь же обнаружил.
   "Надо прокатиться в космосе" возникла в голове мысль. "Непременно попаду в книгу рекордов Гиннеса". Задача облегчалась тем, что Чудаков, будучи электриком, нес вахту в кормовом отсеке. А там находился один из входных люков.
   На шестую, после начала пробежек ночь, когда все свободные от вахты отдыхали, он напялил в пустынном отсеке ботинки с коньками на ноги и потихоньку выбрался на палубу. Оттуда, на карачках, спустился к стабилизатору рулей (со стороны далекой рубки они его надежно прикрывали), с бьющимся сердцем ступил на лед и для начала прокатился в тени борта.
   Потом еще и еще, а затем, разогнавшись, заложил вираж, грохнулся на лед, и "рекордсмена", завертев, унесло к оболочке космолета.
   Как только он коснулся ее телом, раздался громкий трест, последовала ослепительная вспышка - мичмана катапультировало назад. К крейсеру.
   - Человек за бортом! - завопил на рубке вахтенный офицер, тут же сыграв тревогу.
   Спустя десяток минут, икавшего конькобежца, тихо матерившиеся сослуживцы, притащили на носилках к доктору.
   - Вроде цел, - осмотрев того, вынес вердикт Давыдов. - Как же это ты так, батенька?
   - Это н-не я, эт-то оно, - процокал зубами Чудаков.
   По этому поводу состоялся "разбор полетов" у командира.
   Начальников любителя приключений он наказал, влепив тем по выговору, а мичмана посадил под арест на пять суток.
   А еще запретил побежки вокруг крейсера.
   - Теперь бег на месте, как в той песне, - косо взглянул на доктора с заместителем. - На ракетной палубе.
  
  
   Глава 2. Черная дыра. Белый карлик.
  
  
   "Арго" все дальше уносился в просторы галактики, которая открывалась перед моряками во всем своем грозном величии и неповторимости.
   С мостика крейсера, через иллюминаторы рубки и посредством работавших корабельных станций, команда наблюдала скольжение по орбитам неведомых планет, и мерцание далеких туманностей; пролет астероидов в сторону Земли, а также другие, непонятные земному разуму, явления.
   В созвездии Гончих псов всех потрясла картина гибели серебристой планеты, дрейфующей в его дальней части. Она вдруг взблеснула ослепительной вспышкой, разлетелась на мириады частей и звездной пылью озарила мрак вселенской ночи. Потом на этом месте возникли алые цилиндрические окружности, втянулись друг в друга и исчезли.
   Помимо прочего, радиотехнические средства "Дельфина" время от времени фиксировали возникающие в галактическом безмолвии сигналы. Менявшиеся по частоте с тональностью и амплитуде.
   А впереди, в бесконечности пространства, среди других звезд, все четче вырисовывался Юпитер. Буро оранжевые цвета которого, с продольными линиями, по мере приближения становились более контрастными.
   Каждые сутки, в обусловленное время, "Арго" телепатировал Удатному расстояние до планеты, большая часть которого осталась позади. Шел тринадцатый день похода.
   Он едва не стал роковым для аргонавтов. Но все по порядку.
   Тот день начался как обычно. После зарядки наверху и завтрака, очередная боевая смена заступила на вахту, а свободные занялись по распорядку. Сменившаяся, перекурив, отправилась отдыхать в каюты, подвахтенные начали приборку - в отсеках зажужжали пылесосы.
   А ровно в десять, в центральный пост от радиометристов поступил доклад о необычных электромагнитных колебаниях в космосе, с волнообразным нарастанием их параметров.
   Еще через пару секунд на связь вышел мостик, откуда попросили командира срочно подняться наверх.
   - Старпом, остаешься здесь,- остановил тот взглядом вскочившего вслед за ним Цоя и быстро исчез в люке.
   - Юрий Иванович, тут какая-то непонятка, - тревожно встретил его штурман, стоявший вахтенным офицером. - Взгляните вон туда (показал рукою).
   Далеко впереди и справа, в галактике наблюдалась очередное необычное явление: она стала значительно темнее, а в центре просматривалась область свечения
   - И, вроде, как пульсирует. Вот, вот, глядите, - добавил Меркатор.
   - Точно, - всматриваясь туда, ответил командир, потянув из штатива морской бинокль.
   Оптика приблизила явление семикратно.
   Теперь было различимо, что свечение шло по контуру пространства, волнообразно дрожавшего. Вот оно вроде как приоткрылось, и туда скользнуло что-то похожее на звезду. Мигнув, исчезло.
   - Да, - протянул капитан 2 ранга. - Очередная космическая загадка.
   После чего внутри промедитировало: "впереди черная дыра. Опасность".
   - Боевая тревога! - сунув бинокль в штатив, нажал педаль "каштана" Удатный.
   Когда задраив за собой верхний люк, они с Меркатором поочередно скользнули вниз, офицеры БИПа, взлетая по трапу в центральный пост, занимали свои места. Старпом принимал доклады из отсеков.
   Спустя еще три минуты он доложил командиру о готовности.
   - Добро, - кивнул Удатный, тут же выдав посыл "Арго": "готов к бою. Мои действия?"
   "Ждать" последовал ответ. "Уклоняюсь от гравитации".
   - Давай на зенитный перископ, - приказал командир Цою. - Я в боевую рубку.
   Чуть позже, поднявшись туда, он зажужжал своим по окружности. Инфракрасное излучение четко высветило "дыру", которая едва уловимо смещалась влево. Что показывала градуированная сетка. Космолету явно не удавалось уклониться.
   "Я "Арго". Гравитация непреодолима" - запульсировало в мозгу спустя минуту. "Нас притягивает черная дыра"
   "Чем могу помочь?" - тревожно выдал ответный посыл Удатный.
   "Нанесите по ней удар ядерной торпедой. Мое оружие бесполезно. Передаю целеуказания" (в мозгу отобразились дистанция до цели и пеленг).
   "Выполняю", телепатировал Удатный, вслед за чем припал к "каштану".
   - Боевая тревога! Торпедная атака! Четвертый торпедный аппарата к выстрелу приготовить! (и выдал в БИП с первым отсеком полученные целеуказания).
   О возможности применения спецторпеды в космосе, командир знал от Океана. Пущенная изнутри сквозь оболочку "Арго", на выходе она получало семикратное ускорение в безвоздушном пространстве, и могла поразить любую цель в пределах досягаемости.
   Помимо ракет, на борту имелись две ядерных торпеды, находившиеся в верхних носовых аппаратах. Теперь одна срочно готовилась к применению.
   - Четвертый торпедный аппарат к выстрелу приготовлен! - доложил из первого отсека Морозов.
   - Аппарат пли! - уткнулся лицом в перископ Удатный.
   - Есть пли! - прозвенело из динамика, и в носу крейсера, в выбросе сжатого до четырехсот атмосфер воздуха, мелькнула зеленая молния. Скользнувшая в оболочку "Арго". В следующую секунду, не оставив в ней следа, она унеслась в сторону дыры. Которая неуклонно приближалась.
   На девятой секунде в той стороне ослепительно полыхнуло (донеслось что-то подобное вздоху) и "Арго" с грузом повело в сторону. Удатного едва не снесло в люк. Но, уцепившись в рукоятки, он удержался.
   А в окуляре, в месте взрыва, возникла апокалипсическая картина. Там стал расти, ширясь и багровея зловещими красками, ядерный гриб. Такой же, как в кадрах про Хиросиму. Но почему-то ни вверх, а в дыру, закручиваясь дьявольской воронкой. Она словно втягивалась внутрь, утаскивая за собой растягивающееся пространство. Потом в том месте стали ломаться молнии, их затянул туман. И все исчезло. Материя пришла в состояние покоя.
   Космолет, ускоряясь, снова выпрямил курс, уходя из опасного района.
   "Гравитация падает. Продолжаю полет" - возник в мозгу бесстрастный голос.
   "Есть, понял" пошевелил губами командир, вытирая ладонью на лбу холодный пот. Таких атак у него в практике не было.
   Затем он несколько раз глубоко втянул холодный воздух рубки и стал спускаться в центральный пост.
   Там царило оживление. Как всегда бывает в случае успешного выполнения боевой задачи.
   - Выражаю удовлетворение работой боевого информационного поста, - обвел глазами командир присутствующих офицеров. - Михаил Алексеевич (подошел к помощнику, сидевшему у "каштана"). Пригласи Морозова.
   - Командиру боевой части три, прибыть в центральный пост! - щелкнул тумблером Колбунов. Остальные многозначительно переглянулись.
   Спустя несколько минут внизу звякнул трап, и на палубе возник капитан-лейтенант Морозов.
   - Хорошая работа, - сделав пару шагов вперед, значительно сказал Удатный. - Объявляю вам и личному составу боевой части благодарность.
   - Служим России! - козырнул минер. Окружающие заулыбались.
   - Разрешите идти? - опустил он руку. - Мне нужно перезарядить аппарат стеллажной торпедой.
   - Иди, Геннадий Юрьевич, - потрепал его по плечу Удатный.
   Затем он прошел к своему креслу, опустился туда и взглянул на старпома.
   - Ну как, Петр Васильевич, наблюдал атаку?
   - Я ее даже заснял на пленку, - блеснул щелками глаз старпом. - Жуткая картина.
   - Пусть начальник РТС приготовит ее к просмотру, - изрек командир. - После обеда разбор атаки.
   Так издавна принято у военных. Любая операция, будь она учебной или боевой, после завершения обязательно изучается. На предмет эффективности, наличия просчетов и устранения их в будущем.
   Спустя два часа в офицерской кают-компании состоялся просмотр. В гробовом молчании. Очень уж впечатляющей была картина.
   - Так, а теперь разбор, - когда погас экран, сказал со своего места Удатный. - Петр Васильевич, вы первый (предоставил слово Цою).
   Обсуждение длилось час. Действия экипажа были признаны четкими и слаженными.
   - Прошу, чтобы так было и впредь, - подвел итог командир. - Космос, как и море, ошибок не прощает.
   В этот же день съемку просмотрел остальной личный состав, после чего состоялась лекция. О "черных дырах". Ее провел Меркатор.
   Как все штурмана, он знал астрономию, а также регулярно почитывал журнал Академии наук "Земля и Вселенная"*.
   - Итак, что есть черные дыры в космосе? - обвел лектор глазами, собранную по такому случаю аудиторию. - Вот ты, Громов знаешь? - ткнул пальцем в боцмана, на плече которого сидел Барак, тоже захваченный на лекцию.
   Не, - прогудел боцман.- У меня десять классов, срочная, а потом школа мичманов в Питере.
   - Кто еще "не"? Поднять руки.
   Выяснилось, почти все. За редким исключением.
   - Ладно, Лев Моисеич, давай ближе к телу, - сказал сидевший в первом ряду механик. - Мы ж не академики.
   - Черные дыры (продолжил Меркатор), есть необычно плотные участки пространства, обладающие очень сильной гравитацией, то есть притяжением.
   Притом настолько, что из них невозможно выбраться, если туда попасть. В том числе солнечным лучам. Хотя, как известно, они движутся со скоростью света. Составляющей триста тысяч километров в секунду.
   - Это ж надо, - протянул кто-то в задних рядах. На него цыкнули.
   - Ранее черные дыры называли по другому, - поднял штурман вверх палец. - Коллапсары, застывшие звезды и так далее. Почему? (выкатил глаза). Да потому, что они появляются благодаря умершим звездам.
   Когда звезда истощает весь свой энергетический запас, она становится раскаленным гигантом и в итоге взрывается. Паф! (потешно надул губы). От этого, в отдельных случаях, возникает черная невидимая дыра, которая пожирает всё на своем пути. Любые объекты, которые ей попадаются.
   Причем этому монстру безразлично, что это. Звездные туманности, солнечный свет космические корабли или другие планеты. Она ненасытна.
   - Получается, дыра могла проглотить и нас? - поинтересовались сразу несколько слушателей.
   - Безусловно.
   - Ну, наши торпедеры молодцы, - покосились сослуживцы на Королева с Абрамовым.
   - Да ладно, чего там, - порозовели те. - Командир приказал стрельнУть, ну мы и сделали ей козью морду.
   - Га-га-га! - раздался дружный хохот, тут же пресеченный Ливановым.
   - Все слушать и вникать! - встав со своего места, обернулся он назад.- Это вам ни хухры-мухры, а космос! Понимать надо.
   Затем Меркатор рассказал о сверхмассивной черной дыре в созвездии Стрельца, которая сорок лет находится в покое и ряде других, о которых знал из астрономического журнала.
   На этом лекция закончилась. Начались вопросы.
   Одних интересовало, будут ли еще дыры на пути, других - что за ними.
   - По поводу первого, вполне возможно, - высказал предположение штурман. - Каждая звезда имеет свой срок жизни, как и наша Земля. А что за дырами, науке пока неизвестно. Одни ученые полагают, что новые галактики и миры, вторые - отсутствие времени и бесконечность.
   - Хорошо излагал, Лев Моисеевич, - подошел после лекции к Меркатору Ливанов. - Еще бы чуть идеологии и патриотизма.
   - А вот это, извините, не по моей части, - развел штурман руками.
   Когда "Арго" пролетал неизвестную туманность, открывшуюся спустя еще трое суток, случилось очередное происшествие.
   В это время на мостике помимо вахтенного офицера с его помощником, находился Цой. Все трое сразу же обратили внимание на явление.
   Оно того действительно заслуживало. Плывущее в пространстве облако звездной пыли играло мрачными тонами (преобладали багрянец с кобальтом и оранж), а в центре просматривалось подобие ядра. Более светлой окраски.
   Вдруг из туманности возник оранжевый рой и, ускоряясь, направился к космолету. Тот в свою очередь замедлил полет, что сразу же отметили на мостике.
   - Похоже на рандеву*, - сказал Цой, глядя в бинокль на неизвестных гостей, а потом, выпустив его из рук, заорал вахтенному офицеру "боевая тревога!"
   Когда он последним рушился в люк, со стороны космолета в сторону роя понеслись вспышки.
   Через пару минут, прильнув к перископам, Удатный со старпомом наблюдали бой "Арго" с неизвестностью.
   Ее частицы, чем-то напоминавшие химерных осьминогов, пытались присосаться к оболочке корабля, а он сжигал субстанцию импульсами квантов.
   Когда последний из атакующих был уничтожен, разлетевшись снопом искр, космолет вновь ускорился, оставив позади туманность.
   "Что это было?" осмотрев напоследок горизонт, послал мозговой импульс "Арго" Удатный.
   " Атака Белого карлика" последовал ответ.
   " Что такое Белый карлик?"
   " Опасность".
   Вслед за этим космолет промедитировал "конец связи" и отключился, а командир озадачено хмыкнув, спустился с площадки в центральный пост. Там он сообщил, что космолет подвергся очередной атаке, которую успешно отразил и объявил отбой тревоги.
   - Отбой боевой тревоги! - разнес по отсекам "каштан". - Вахте заступить по походному!
   Затем, усевшись в свое кресло - трон, Удатный пригласил из рубки штурмана.
   - Лев Моисеевич, просветите, что такое Белый карлик? (боевой расчет в центральном, обратился во внимание).
   - Гм-м, - пожевал губами Меркатора. - Как сообщается в ряде научных статей, это нарождающаяся планета. Изначально она газообразна и не имеет собственных источников термоядерной энергии. В связи с чем извлекает ее из галактики. Поглощая звездную пыль, астероиды, а также аналогичные объекты.
   - Теперь ясно, - кивнул Удатный. - Сейчас один такой младенец пытался подхарчиться космолетом. Не получилось.
   -Четко "Арго" его отшил, - сказал со своего места старпом. - Разнес поползновение в пыль. Мощная машина.
   - Да, интересно тут все устроено, - обернулся от пульта механик. - Все друг друга кушают. А я уж думал это только на Земле. Выходит, ошибся.
   - Ничего, - бодро ответил командир. - Бог не выдаст, свинья не съест. Спасибо вам, Лев Моисеевич.
   Вечером, после ужина, по настоятельной просьбе экипажа, озвученной через Ливанова, штурман прочел очередную лекцию по теме рождения планет. А заодно продемонстрировал вычерченную им карту галактики.
   Знания команды в области астрономии повышались.
  
  
   Глава 3. Рандеву с Юпитером. Пленение.
  
   Уже несколько часов "Арго" плыл по орбите Юпитера. Гигант был затянут серебристой дымкой, в которой то и дело сверкали молнии, у полюсов отмечалось коронарное сияние.
   Далекий диск Солнца дополнял его сиреневыми протуберанцами, ближайшие планеты отражали их, что создавало неповторимую и одновременно мистическую картину.
   Экипаж ракетоносца находился внутри корпуса по боевой тревоге, работавшие в активном режиме РЛС и СОРС*, настороженно ощупывали пространство.
   "Входим в плотные слои атмосферы", передал "Арго" Удатному, стоявшему у перископа в боевой рубке.
   "Есть" ответил тот, крепче обхватив рукоятки.
   Полет замедлился, космолет начал спускаться.
   Сначала он прошел верхние аммиачные облака застилавшие пространство, затем ветровые завихрения, после чего оказался в нижнем слое, именуемом тропосферой. Под которой открылась мрачная картина.
   Бесконечная, в воронках кратеров, изломах трещин и скалистых грядах, красно- бурая поверхность Юпитера напоминала выжженную пустыню. Над нею, завывая, летели пыльные вихри, в разных местах из коры струили потоки газов.
   Неожиданно из вихрей выплеснулись десятки ярких дисков, понесшихся к космолету.
   "Хантеры" промедитировало в мозгу. "Отражаю атаку".
   Между тем, приблизившись к цели, диски закружились вокруг, меча в судно пульсирующие сгустки.
   Часть плазмы, наткнувшись на невидимую преграду, лопалась и гасла, а некоторые прошивали оболочку "Арго", которая тут же затягивалась.
   В следующий миг космолет оказался выше атакующих (крейсер немного тряхнуло), по его периметру вспыхнул ореол, и все кончилось. Хантеров разнесло осколками по пространству.
   Впрочем, не всех. Один, преодолев огонь, протаранил борт гиганта и теперь догорал на льду. Чадя дымом и медленно вращаясь.
   "Опускаемся на поверхность", последовал очередной посыл "Арго". "Первая степень защиты нарушена". "Перехожу на вторую".
   С последним словом, за его прозрачностью возникли потоки воды, закрывшие все другое. Лед вокруг крейсера на глазах стал таять, превращаясь в аналогичное.
   - Приготовиться к приводнению! - выдал в центральный пост команду Удатный.
   - Есть! - отозвались снизу.
   Далее ракетоносец в очередной раз качнуло (уже на воде), потоки за оболочкой космолета иссякли, а она стала медленно подниматься.
   "Ухожу на регенерацию в тропосферу" завибрировало в мозгу командира. "В качестве защиты пока используйте глубину. Ее достаточно"
   Капитан 2 ранга тут же запустил перископ по кругу - оптика отразила водное пространство.
   - Боевая тревога! Погружаемся на глубину пятьдесят метров! - нажал тангетку "каштана".
   - Есть! - зажегся на нем сигнал, вслед за чем в трубопроводах зашипела гидравлика, открывая аварийные заслонки. В балластные цистерны с ревом ворвалась вода, крейсер дрогнул и пошел вниз. На ровном киле.
   - Глубина пятьдесят метров! - доложили спустя пару минут.
   - Одерживать, - приказал командир, после чего опустил перископ и спустился вниз. В тихое жужжание приборов.
   Цой тут же сообщил, что по докладу акустиков водное пространство вокруг корабля составляет три мили, а его глубина сто восемьдесят пять метров. - Судя по всему, здесь обширная котловина, - добавил капитан 3 ранга.
   - Ну что же, отличная позиция для стрельбы, - прошелся по центральному посту Удатный.
   - Будет подводный старт? - развернулся в своем кресле Ширяев.
   - Именно, - ответил командир. - Космолет поврежден, и защиты у нас нет. Так что придется обходиться своими силами.
   О том, что у него имеется личная связь с "Арго", присутствующие знали, и никто не задал лишних вопросов.
   Далее последовал приказ начать предстартовую подготовку.
   Вслед за этим тишину отсеков разорвал ревун, а за ним последовало сообщение из центрального поста: " начата предстартовая подготовка!"
   По своим техническим характеристикам "Дельфин" мог вести стрельбу межконтинентальными ракетами из надводного положения, а также с глубины до пятидесяти пяти метров. На расстояние более девяти тысяч километров. Причем ядерная боеголовка каждой имела пять разделяющихся головных частей индивидуального наведения. Мощностью в сотню килотонн по отдельности. Что позволяло массировано накрыть нужный участок поверхности Юпитера.
   В центральном же посту уже активно работал боевой расчет, вводя нужные для старта команды в комплекс управления ракетной стрельбой, именуемый "Омнибус". Из четвертого с пятым отсеком поступали необходимые доклады. На экранах мониторов высвечивались мнемосхемы, мигали датчики, щелкали переключатели с кнопками, все действовали четко и слажено.
   Когда осталось заполнить кольцевые зазоры ракетных шахт водой, а затем, уровняв в них давление с забортным, открыть крышки, в отсеках раздался негромкий хлопок, сопроводившийся тягучим звуком "вииу", и все электросистемы вырубились.
   - Механик! - выпрыгнул из своего кресла командир.- В чем дело?!
   А снизу, с поста ГЭУ, в свете засиневшего аварийного освещения, поступил доклад Пушного: "аварийный сброс реактора правого борта! Без включения левого!"
   Твою мать... - выругался Удатный, бросив яростный взгляд на Ширяева. - Немедленно разобраться!
   Механик, а за ним старпом, задробили тапками вниз по трапу.
   Создавшееся положение было на грани.
   Остановившиеся турбины прекратили подачу электричества - крейсер стал терять управление и проваливаться на глубину. О чем тревожно доложил с рулей боцман Громов.
   Положение усугублялось и тем, что произошедший в электропитании сбой грозил взрывом реакторов. Их, тоже вставшие насосы, прекратили подачу воды из-за борта на охлаждение активных зон, и там начала расти температура.
   - Опустить стержни аварийной защиты! - отдал приказ Удатный на пост ГЭУ.
   - Есть! - ответил вахтенный инженер. - Выполняю!
   Все это время боцман монотонно докладывал глубину, потом крейсер ощутимо тряхнуло.
   - Глубина сто восемьдесят пять метров. Мы на грунте, - обернулся от своего пульта к командиру Громов.
   - Добро, - пробурчал тот, обдумывая создавшуюся ситуацию.
   Но это было не все.
   Через минуту с поста акустиков доложили об усиливающейся активности дна. Станция фиксировала нарастание неизвестных шумов. Классифицируя их как подземные толчки. Удатный отправил туда для уточнения помощника.
   - Товарищ командир,- снова произнес из своего кресла боцман. - Похоже нас подсасывает.
   Удатный, сделав несколько шагов к нему, впился взглядом в глубиномер. Стрелка едва ощутимо ползла вправо.
   - Точно, - скрипнул он зубами. - Этого нам только не хватало.
   - А может продуемся и всплывем? Пока не поздно, - предложил командир дивизиона живучести Балуев.
   - Отставить, - бросил Удатный.- Наверху смертельный уровень радиации. Или вы забыли?
   Вскоре вернулись механик со старпомом, а с ними помощник.
   - Ну? - уставился на офицеров командир.
   - Плохи наши дела,- вздохнул Ширяев. - Энергосистемы в порядке. Но турбины запустить не получается. Мешает электромагнитное поле.
   - Не понял? - вскинул брови Удатный.
   - Его фиксирует гидроакустическая станция под нами. Небывалой силы и частоты, - добавил помощник.
   - Мне думается, все это неспроста, - откашлялся в кулак Цой. - Налицо противодействие Юпитера.
   После этого в центральном посту возникла напряженная тишина, стал слышен тихий стук корабельного хронометра на переборке.
   - Подсосало на метр, - бесстрастно доложил боцман.
  
   ...Пятые сутки крейсер лежал на дне. Погрузившись в грунт на три четверти корпуса. Который изредка потрескивал. Планета сжимала его в своих стальных объятиях.
   Системы и механизмы не работали, емкость аккумуляторных батарей была на исходе. Удатный приказал зарядить отсечные РДУ* кислородными пластинами.
   Запаса регенерации должно было хватить еще на пару дней, потом можно было включиться в изолирующие противогазы. Что дальше, не хотелось думать.
   Либо мучительная смерть от удушья, либо всплытие с поражением радиацией. То и другое не радовало.
   Свободные от вахты подводники лежали в каютах. Лишние движения вызывали дополнительное потребление кислорода, состав которого неуклонно падал, заменяясь углекислым газом.
   Камбуз тоже не работал, перебивались печеньем с шоколадом. Больше в горло ничего не лезло.
   Барака переселили к Сильверу в офицерскую кают-компанию, где для "братьев меньших" установили дополнительную РДУ. Те, пока, чувствовали себя нормально.
   За это время командир трижды пытался связаться с "Арго" на предмет получения помощи, но космолет не отвечал (в голове возникал только шум эфира).
   На седьмой день, когда концентрация углекислоты в отсеках повысилась до предельного уровня, а некоторые стали терять сознание, к командиру в каюту пришла делегация. Офицеров представляли Меркатор с Ширяевым - мичманов, Королев и Хмельницкий.
   Все четверо высказали общее мнение команды - всплывать. Смерть вверху была предпочтительнее.
   - Добро, - выслушав всех, поднял голову Удатный. - Ваше и мое решения совпадают. По местам. Вслед за чем, стараясь не шататься, первым вышел из каюты.
   Спустя десять минут в полумраке отсеков взвыл ревун (моряки разбрелись по боевым постам), а за ним последовала команда "По местам стоять! К всплытию!
   Запас ВВД* на ракетоносце восполнили до начала похода, он мог вырвать корабль из плена.
   - Давай, Вячеслав Андреевич, - положил руку на плечо Удатный, сидевшему за пультом механику. - Продуваем концевые группы.
   - Есть,- шевельнул тот посиневшими губами.
   Вслед за этим, могильную тишину, нарастая, разорвал вселенский рев (корпус корабля завибрировал, в воздухе возник туман), а затем стих. Стрелки глубиномеров не шевельнулись.
   - Повторить, - до боли сжал плечо механики командир.
   Взревело еще дважды. С тем же результатом.
   - Все, - повернул отечное лицо Ширяев к командиру. - Осталась только средняя. И закашлялся.
   - Кранты, - прохрипел кто-то из боевого расчета.
   Удатный, кусая губы, прошаркал к своему креслу, опустился туда, а потом сказал: "есть еще один способ".
   - Какой? - вяло поинтересовался заместитель. - Лично я не вижу.
   - Ударить торпедой по берегу, - негромко ответил командир. - Взрыв вызовет ударную волну, она может стронуть корабль с места.
   - А что? Это мысль, - зашевелился сбоку Цой. После чего вызвал первый отсек: "командира БЧ-3 в центральный..."
   Внизу вскоре завозились, и на палубу, тяжело сопя, выбрался Морозов.
   - Геннадий Юрьевич, - поднял на него набрякшие глаза командир. - Нужно произвести торпедный залп по берегу.
   - Залп? - отдышавшись, сказал минер. - А по какой цели?
   - По берегу, - раздельно повторил Удатный. - Одной САЭТ - 60* с обычным зарядом. А затем повторил то, что озвучил раньше.
   - Точно, - прошептал капитан-лейтенант. - Как я не подумал об этом сам? Разрешите выполнять?
   - Действуй.
   - Выдержит ли корпус "Дельфина" ударную волну в столь малой акватории? - высказал опасения Ливанов.
   - Теоретически да, - отозвался со своего места Ширяев. Остальные промолчали. Поскольку теория часто не совпадала с практикой. Особенно в подплаве.
   Когда сыграли "торпедную атаку", из первого отсека поступил доклад о готовности аппарата к стрельбе, а командир открыл было рот, чтобы выдать команду, в его голове щелкнуло.
   "Арго" просит связи" поступил импульс с космолета.
   - Отставить атаку! - едва не прикусил Удатный язык. Вслед за чем послал ответный. " На связи".
   Далее состоялся обмен информацией, в ходе которой командир сообщил о возникшей проблеме.
   "Ждите" промедитировал дисколет. "Я над вами" И отключился.
   Все это время боевой расчет испуганно глазел на Удатного со своих мест. Поскольку тот беззвучно шевелил губами.
   - Может он сошел с ума? - тихо спросил Ширяева сосед по креслу.
   - Это вряд ли, - потер виски механик. - Не рыпайся.
   Командир же повел себя несуразно дальше, приказав привести торпедное оружие в исходное.
   "Точно тронулся" подумал теперь и Ширяев. "Надо Цою принимать командование".
   - Я только что получил сообщение, - между тем сказал Удатный, обведя всех просветлевшим взглядом. - Космолет над нами. Пришла помощь
   - Уф-ф, - пронесся по центральному посту вздох облегчения. Всем все стало ясно.
   Спустя непродолжительное время работавшая в пассивном режиме гидроакустическая станция зафиксировала затухание электромагнитных колебаний дна, а потом их отсутствие.
   Вслед за этим запустились турбины корабля, дав энергию обесточенным механизмам, на пультах замигали огоньки датчиков, ожила корабельная вентиляция.
   - Само включилось, - перекрестился механик, но удивляться было некогда. Впереди ждало много дел.
   Немного отдышавшись и придя в себя, центральный пост стал выдавать команды о проверке и включении других механизмов, станций и приборов, нужных для выполнения поставленной задачи.
   Для этого, в первую очередь, следовало всплыть на глубину возможного проведения ракетной атаки, и вновь провести предстартовую подготовку.
   Поскольку же на остатках воздуха высокого давления в средней группе балластных цистерн это было проблематично, Удатный решил ждать. Нового выхода "Арго" на связь. Который оправдал их ожидания. Правда, пока частично
   А чтобы время не пропадало даром, командир приказал помощнику организовать для экипажа горячий завтрак. По первому разряду. Хотя шел второй час ночи (по корабельному расписанию).
   - Все будет, как в лучших домах, Юрий Иванович, - заверил тот. И, сделав решительное лицо, поспешил на камбуз озадачить интенданта с коком.
   - Праздничный фуршет, - вскоре инструктировал капитан-лейтенант обоих, подняв тех с постелей в каюте. - У команды считай второе рождение. Меню: сок, икра, горячие омлет и какао. Хлеб с маслом и по плитке шоколада. Ясно?
   - Точно так, - изобразил строевую стойку Валега.
   - А может еще грамм по сто вина? - щелкнул себя по горлу Шахназаров.
   - Отставить,- чуть подумал Колбунов. - Не тот случай.
   Вскоре по кораблю бодро разнеслось "первой боевой смене завтракать!"
   Теперь аппетит был у всех. Хотя у многих еще отдавали зеленью лица.
   - Кушай, маленький, - потчевал омлетом из своей тарелки боцман, сидевшего у него на коленях Барака. Тот активно жевал, корча уморительные рожи.
   - Ну, вылитый Обама, - умилялись моряки. - Вестовой! Тащи ему какавы!
   - А хотите анекдот про америкосов? - разворачивая шоколадку, поинтересовался старшина команды ракетчиков Лесик.
   - Давай, Колян, - отозвались сразу несколько голосов. - Травани для настроения.
   - Установило, значит, ихнее ЦРУ подслушивающую аппаратуру на нашем военном заводе, производящем ядерные ракеты (хитро прищурился рассказчик). - И через два месяца выяснило, что они состоят из хуёвины с пиздюлиной, а соединяются поебенью. Причем все три части полностью взаимозаменяемы.
   - Г-га-га! - довольно заржала кают-компания.
   Так уж устроены подводники. Вчера умирали, сегодня шутят.
  
   Глава 4. Долг платежом красен.
  
   Команда крейсера готовилась к освобождению из плена с последующим выходом в ракетную атаку.
   На очередном сеансе связи, находившийся вверху "Арго" сообщил Удатному порядок совместных действий.
   Согласно ему, космолет своей энергетикой брался выдернуть крейсер из грунта, а тому следовало нанести из расчетной отметки залп по поверхности Юпитера.
   Далее космолет выставлял биологическую защиту над местом старта, "Дельфин" должен был всплыть в нее и ждать дальнейших указаний.
   " Я все понял" промедитировал Удатный.
   "В таком случае через три часа приступаем. Конец связи" затухли в эфире колебания.
   Командир взглянул на наручные часы. Стрелки показывали шесть утра.
   - Ну что же, приступаем, - сказал он сам себе. После чего, связавшись с центральным, вызвал к себе Цоя с Ливановым и Кустова.
   - Значит так, - побарабанил пальцами по столу, когда те уселись напротив на диван. - Ровно в девять подвсплываем на полста метров и выходим в ракетную атаку.
   - Всплыть нам поможет он? - кивнул на подволок Цой.
   - Да. Ты, Олег Степанович (взглянул Удатный на ракетчика), снова выполняешь предстартовый регламент и ждешь моей команды.
   - Ясно, - ответил Кустов.
   - Ну а ты, Валерий Петрович, за оставшееся время обойдешь боевые посты. Чтобы все были психологически готовы.
   - Понял, - опустил веки Ливанов. - Можете быть спокойны.
   Без четверти девять на корабле сыграли боевую тревогу, центральный пост принял доклады, и старпом доложил Удатному о готовности.
   - Добро, - ответил тот из своего кресла.
   Отсечные часы на переборках размеренно отсчитывали минуты, все замерли в ожидании.
   Когда до назначенного времени осталась минута, где - то далеко вверху возник гул, затем по корпусу снаружи сыпануло звоном.
   - Всплески импульсов с поверхности! - доложил акустик. - С нарастанием частоты и постоянным пеленгом!
   - Есть, - поднес к губам микрофон Цой, покосившись на командира.
   Тот сидел с бесстрастным лицом. Но глаза выдавали волнение.
   Между тем звон снаружи усилился, перейдя в единую высокую ноту, и махину крейсера качнуло. Будто гигантскими качелями. Потом еще и еще.
   Стрелка глубиномера дрогнув, поползла влево.
   - Глубина сто шестьдесят метров, - пробубнил сидевший на рулях боцман.
   - Увеличить мощность реактора. Турбинам малый ход. Рули на всплытие! - тут же ожил Удатный.
   - Есть!.. Есть!.. Есть! - вернулось к нему обратно.
   Достигнув необходимой глубины, крейсер, двигавшийся на малом ходу, стал выполнять предстартовую подготовку.
   Когда она была завершена, и поступил соответствующий доклад Кустова, Удатный, Ливанов и он, вставили в ракетный пульт стрельбовые ключи, которые включили "ядерную кнопку".
   С этого момента пошел необратимый отсчет, отведенной автоматике для выполнения залпа. Вцепившись руками в подлокотники кресел, боевой расчет ждал "момента истины".
   Еще через минуту корпус ракетоносца дрогнул от титанических ударов, а отсеки заполнил глухой могучий рев.
   Из шахт за бортом, одна за другой, стартовала и уносилась к поверхности ядерная смерть. Которая должна была дать новую жизнь планете.
   Как только автоматика подтвердила выход последней из ракет (при этом крейсер провалился на двадцать метров книзу), Удатный отдал команду привести стартовый комплекс в исходное.
   Напряжение в центральном посту спало.
   - Не уничтожит ли ракеты Юпитер по пути? - развернувшись в своем кресле к командиру, высказал предположение Ширяев.
   - Типун тебе на язык, - откликнулся со своего места Цой. - Смотри, накаркаешь.
   - Поживем-увидим, - лаконично ответил командир. Он ждал связи с "Арго". Который находился в тропосфере, фиксируя результаты.
   На девятой минуте тот вышел на связь.
   "Ракеты поразили цель". Началось извержение океана" - запульсировало в мозгу Удатного.
   - Ракеты поразили цель, - встал он из кресла. - Поздравляю!
   - Ну, мы молодца! - покрутил головой Ливанов.
   Командир, между тем, обошел боевой расчет и крепко пожал всем руки.
   - Служим России! - гаркнули в центральном.
   Затем по корабельной трансляции о выполнении задания была оповещена команда.
   По отсекам пронеслось дружное "ура! Так принято у военных.
   О развертывании наверху защиты и возможности всплытия в зону ее действия, космолет сообщил спустя еще час. Который экипаж провел в боевой готовности.
   "Радиус ее действия вся водная акватория. Микроклимат земной. Радиация внутри отсутствует" завершил он посыл Удатному.
   - Рули на всплытие! - отдал приказ командир, вслед за чем взвыл ревун, а по отсекам разнеслось "По местам стоять! К всплытию!
   Как только черная рубка корабля оказалась над поверхностью воды, что зафиксировали приборы, Удатный, а за ним Ливанов и Свергун, покарабкались вверх, по темной сырой шахте.
   Затем командир провернул изнутри кремальеру люка, который с чмоканьем приподняли пружины, отвалил его до ограничителя, и все поочередно выбрались наружу.
   Меж рыбин* мостика в шпигаты скатывалась последняя вода, в ноздри ударил йодистый запах моря, а в глаза серебристый свет. Какой бывает в заполярье арктическим летом.
   - Ничего себе! - завертели головами подводники.
   Вокруг, на известном им расстоянии, штилевала бледная синева акватории, за которой клубился оранжевый туман, и сваркой взблескивали молнии. Прозрачность купола над головой, была несколько сот метров, а выше неслось, что-то похожее на пыльные вихри.
   "Приливная волна достигнет вас спустя семьдесят два часа", промедитировало в мозгу Удатного.
   "Ясно" выдал он ответный посыл. "Мои действия?"
   "До истечения указанного времени релаксируйтесь наверху. Затем следует погрузиться. Команду на всплытие получите дополнительно".
   После этого космолет отключился.
   - Юрий Иванович! - возникли в ушах голоса заместителя с особистом. - Ты погляди, что за бортом творится!
   Удатный вернувшись в объективную реальность, шагнул к ограждению мостика и чуть нагнулся.
   С высоты рубки в верхних слоях воды просматривалось движение. Там и сям, возникали стаи мелких рыб, исчезавшие при появлении более крупных особей. Затем метрах в сорока впереди блеснуло, и на поверхности заиграли два дельфина. Скрылись.
   - Ожила фауна Океана, - оторвался от обзора Свергун. - Вместе с нами первая земная жизнь на Юпитере.
   - Глядите, глядите, а вон птицы! - задрал вверх голову Ливанов. - Это ж надо!
   В самой высокой точке купола кружила пара альбатросов. Медленно и величаво.
   От приятного волнения все трое закурили. Даже заместитель. Не каждому дано участвовать в мироздании.
   Потом Удатный сообщил коллегам о полученной от "Арго" информации, вслед за чем дал команду вниз "Отбой боевой тревоги. Команде заступить по походному".
   Чуть позже на мостике стояли Цой с вахтенным офицером, внизу гудели компрессора, пополняя запасы сжатого воздуха...
  
   Вторые сутки "Дельфин", следуя малым ходом, бороздил акваторию переменными галсами. Команда привела себя в порядок, сбрив недельную щетину и помывшись в сауне; свободные от вахт любовались из отдраенных иллюминаторов рубки морской фауной, дымили сигаретами и строили самые фантастические планы.
   - Да, - изрек, старшина команды ракетчиков мичман Лесик, затягиваясь "Русским стилем". - Впендюрить бы отсюда по америкосам. Сколько они, суки, крови у нас попили.
   - Хорошо бы,- поддержал его торпедист Абрамов, посасывая карамельку. - Только это технически невозможно.
   - И что вы за люди такие, блин? - уничижительно покосился на них Чудаков. - Все бы вам кого утопить или угрохать.
   - Ну да, это тебе не на коньках бегать, - прыснули смехом оба.
   - А я думаю, Юпитер следует объявить территорией России, - сказал корабельный секретчик и патриот Изотов. Он был приверженцем ЛДПР и весьма почитал Жириновского. Портрет которого, в полковничьей форме, красовался на переборке в секретной части.
   - Умная мысль, - добавил пятый участник трепа - лейтенант Ванин, а Лесик с Абрамовым и Чудаков, переглянулись.
   - Ну, ты, Петька голова! - хлопнул по плечу Изотова Лесик. - Надо поговорить с ребятами.
   После вечернего чая с традиционными баранками и медом, в каюту Удатного, постучали.
   - Отдохнуть не дают, черт, - недовольно пробурчал он в ее спальной половине, где лежа на постели слушал по "дивиди" арию невольниц из оперы "Князь Игорь".
   - Да! - добавил громче, после чего встал и вышел в служебную.
   - Извини, что побеспокоили, Юрий Иванович, - возник за откатившейся дверью Ливанов, рядом с которым стоял Свергун.
   - Входите.
   - Тут такое дело, - когда все расселись по обычным местам, начал первым заместитель. - В команде появились нездоровые тенеденции.
   - Это какие? - насторожился Удатный.
   - У мичманов и некоторых офицеров мнение, что Юпитер следует объявить территорией России.
   - Так почему же они нездоровые? - повеселел глазами командир. - Наоборот, очень даже в духе времени.
   - Ну вот, я же говорил, - покосился на заместителя Свергун. - Никакого отношения к государственной безопасности это не имеет.
   - Кстати, а что ты сам по этому поводу думаешь, - наклонился к Ливанову Удатный.
   - Вообще то, объявить неплохо, - хитро блеснул глазами заместитель. - Только это дело политическое. Вернемся назад, доложим по команде.
   - Ладно. Это все? - подавил зевок Удатный.
   - Все, - кивнули идеолог с контрразведчиком.
   - Ну, тогда спокойной ночи.
   Оставшись один, командир снова прошел во второе отделение каюты, прибавил громкости "дивиди" и лег вверх лицом на не разобранную постель, заложив за голову руки.
  
  
   Улетай на крыльях ветра.
Ты в край родной, родная песня наша.
Туда, где мы тебя свободно пели,
Где было так привольно нам с тобою...
  
   унес его далеко-далеко, грустный напев славянских пленниц.
   За час до назначенного космолетом времени "релаксация" закончилась, и ракетоносец погрузился на глубину. Встав там на якорь на отметке в сто пятьдесят метров.
   Бытует расхожее мнение, что якорей у подводных лодок нет. Но это, ни так. Автор когда-то сам отдавал такой из первого отсека.
   Сделали это на корабле из соображений безопасности. По расчетам штурмана с механиком, приливная волна могла обладать силой титана и, пройдя по акватории, способна была утащить крейсер за собой. Как это часто бывает при цунами.
   Помимо этого, все в отсеках раскрепили по - штормовому, а потом стали привычно ждать. Ожидание - одна из составляющих в боевом походе.
   Названное "Арго" время истекло, затем прошло еще двадцать минут, но волны не было.
   - Может, что пошло ни так? - обернулся со своего места к командиру старпом.
   - Вполне возможно, - ответил тот. - Это же стихия.
   А чуть позже комариное жужжание пультов с приборами, нарушил доклад акустика.
   - Усиливающийся гул по корме! Пеленг двадцать пять! Дистанция триста двадцать кабельтов!
   В центральном посту все напряглись, плотнее вжавшись в кресла, а в отсеки поступила команда быть готовым к проходу волны.
   Еще через несколько минут ракетоносец ощутимо наклонило, повлекло вперед, а потом рвануло в сторону. Но якорь удержал его на месте.
   Затем колебания внешней среды за бортом исчезли, корабль, словно огромный поплавок, вернулся в исходное положение.
   - Вроде пронесло, - отвел настороженный взгляд с подволока Ширяев.
   - Похоже, - добавил Цой.
   Остальной боевой расчет чуть расслабился и стал поглядывать на командира. Всем хотелось всплыть, чтобы увидеть юпитерианский океан. Который они освободили. Аналогичная мысль витала и в отсеках.
   Удатный же с видом сфинкса сидел в своем кресле. Как и должно командиру атомного ракетоносца. Он ждал связи с "Арго".
   Вскоре тот проявился в эфире, сообщив, что крейсер может всплывать, но оставаться в безопасной зоне шесть суток.
   "Пока океан не нормализует внешнюю среду Юпитера", завершил он. После чего с треском отключился.
   Вслед за этим Удатный отдал приказ сниматься с якоря и всплывать. В первом отсеке загудел шпиль и, после соответствующего доклада, ракетоносец стал подниматься из глубины на ровном киле. Подрабатывая турбинами.
   То, что увидели командир со старшими офицерами, ступив на мостик, превзошло все их ожидания.
   Налицо "был всемирный потоп".
   Могучие океанские валы в клочьях пены, грозно катили по недавней глади акватории, сверху низвергались ливневые потоки, вверху куда-то неслись грозовые облака. И все это озарялось неземным мерцающим светом, шедшим от воды. Казавшейся живой субстанцией.
   Все сразу же промокли до нитки, в связи с чем наверх были доставлены штормовые куртки, а управление кораблем перенесено на мостик.
   - Хороша погодка! Наша, - отплевываясь от летящих в лицо брызг с ветром, довольно пробасил, вставший на руль боцман.
   - Лево шесть! - выдал команду старпом рядом, утирая ладонью лицо, вслед за чем нагнулся к "каштану" - механик, прибавить двадцать оборотов!
   Удатный, в накинутом на голове капюшоне и блестящей в струях дождя канадке, высился чуть впереди. Широко расставив ноги.
   И в грозном гуле освобожденной стихии, ему слышались слова:
  
   О скалы грозные дробятся с ревом волны,
И, с белой пеною крутясь, бегут назад!
Но твёрдо серые утесы выносят волн напор,
Над морем стоя!

От скал тех каменных у нас, варягов, кости,
От той волны морской в нас кровь-руда пошла.
А мысли - тайны от туманов,
Мы в море родились, умрём на море!

Мечи булатны, стрелы остры у варягов,
Наносят смерть они без промаха врагу,
Отважны люди стран полночных,
Велик их Один-бог, угрюмо море!..*
  
  
  
  
   Глава 5. Русские идут. Или не все коту масленица.
  
  
   Пока российский подводный крейсер стратегического назначения плыл в галактических просторах, а потом штурмовал Юпитер, планета Земля, жила обычной жизнью.
   Ее "золотой миллиард"* продолжал небывало обогащаться, управляя миром; штаб-квартира баловней судьбы - США, упиваясь однополярностью и силой, рушила страны с континентами; восторженная Европа рукоплескала.
   А заодно все вместе продолжали удушать оставшуюся от Советского Союза Россию. Чем занималась последние три десятка лет. Целеустремленно и повседневно.
   Одним таким утром, в кабинете министра обороны США, что в Петагоне, сидели, три человека. Первый был сам министр, Эштон Картер, второй, руководитель АНБ* адмирал Майкл Роджерс, а третий - директор ЦРУ Джон Бреннан.
   Картер сидел за своим обширным столом, блестевший глянцевой поверхностью, а Роджер с Бреннаном напротив. Удивленно рассматривая представленные тем цветные фотографии.
   На них, в просторах космоса, в овально мерцающем абрисе, чернел силуэт атомного ракетоносца.
   - Это русский "Delta-IV" - нарушил молчание спустя пару минут шеф АНБ. - Но откуда он мог там взяться? Чертовщина какая-то.
   - Наши парни на МКС* чертовщиной не занимаются, - буркнул со своего места Картер.
   - У меня на этот счет есть заслуживающая внимания информация, - выдержав паузу, значительно сказал директор ЦРУ. - Технического и агентурного плана.
   - Ну? - уставился на него министр. - Давайте, Джон, выкладывайте.
   - Сразу же после погружения русского президента в Балаклавской бухте, в августе, его министр обороны вылетал на Северный флот. Где посетил базу атомных ракетоносцев. А затем оттуда, в Москву и Санкт-Петербург, последовали два звонка предположительно от офицерских жен. Те сообщали родственникам о встрече с министром и повышении денежного содержания мужьям. В связи с выполнением теми особо важного задания.
   - А что наши спутники, Майкл? - перевел взгляд Картер на шефа АНБ. - Фиксировали они выходы ракетоносцев из той базы?
   - К сожалению, в последние годы это стало затруднительно, сэр - нахмурился адмирал. - Проклятые русские все-таки достроили там подземное укрытие в сопках, сопряженное с открытым морем. И теперь их корабли выходят на боевую службу и возвращаются оттуда в подводном положении.
   - Итак, я вынужден констатировать следующее, господа,- откинулся в кресле министр обороны. - Налицо явная угроза национальной безопасности США. О чем мы должны уведомить президента.
   - Безусловно, - согласился со своим патроном Роджерс, а Бреннан чуть кивнул. У него была еще информация в названной части, которую шеф ЦРУ придержал. Так часто бывает между конкурирующими структурами.
   Решив не откладывать столь важную информацию в долгий ящик, Картер тут же связался с Белым домом, запросив срочной аудиенции у президента.
   Спустя час, все трое, прихватив фотографии, убыли на нее в своих служебных лимузинах.
   Въехав на охраняемую морскими пехотинцами территорию резиденции Первого лица, те проследовали цугом к западному крылу Белого дома. Там государственные мужи вышли из машин и поднялись по мраморным ступеням в апартаменты.
   Где были приняты чернокожим президентом в овальном кабинете.
   После известных событий с одним из его предшественником и Моникой Ливински*, кабинет негласно именовался "оральным". Но что делать. И у президентов бывают слабости.
   Настроение в этот день у гаранта мировой демократии было неважным. Как практически и весь его второй срок.
   Россия не желала удушаться, за что Нобелевский лауреат подвергался многочисленным нападкам в Сенате; буксовала насаждаемая им в Ираке с Ливией и Афганистане демократия, а Сирия вообще послала президента США куда подальше.
   - Так. Что у вас? - изобразив фальшивую улыбку, пригласил Обама прибывших садиться.
   Когда все расселись, Картер на правах старшего, доложил суть вопроса, после чего, вынув из папки, вручил президенту снимки.
   У Барака остекленели глаза, а потом из черного он стал серым.
   - И к-куда он летит? - клацнул гарант зубами.
   - Сложно сказать, - пожал плечами Картер. - Главное, что у русских в космосе ядерная дубина.
   - Но это же нарушение Договора СНВ-3* - подскочил в кресле президент. - Как такое возможно?!
   - Русские непредсказуемы. Вы же знаете (переглянулись силовики). Скорее всего это тот ответ, что обещал Путин. По поводу наращивания нами сил ПРО в Европе.
   - Что будем предпринимать? - прошлепал губами Барак Хусейн, ослабляя узел галстука на вороте рубашки.
   - Нужно собрать подробную информацию по этому вопросу, - ответил министр. - Вдруг там целая флотилия русских ракетоносцев.
   - Собирайте, - втянул в плечи голову президент. - И ни слова в Конгрессе.
   - Поняли,- встали все трое. - Разрешите исполнять?
   - Да, - оскалился хозяин кабинета. - И держите меня в курсе.
   Когда стратеги, осторожно притворив двери вышли, Обама, дернув кадыком на худой шее прошептал, "за что мне такое?"
   После чего задумался и решил слетать в Африку. К родне.
   Один из ее представителей был известным колдуном и мог что-нибудь посоветовать...
  
   Подобные снимки имелись и у президента России. Поскольку на межпланетной станции (ее, как уже упоминалось, наблюдали с "Арго") находился интернациональный экипаж. В том числе российские космонавты.
   Их ему доставил лично директор ФСБ, получивший фотографии из Центра управления полетами.
   А поскольку у Первого лица в Балаклавской бухте состоялся необычный контакт, над которым он постоянно размышлял, у него возникли определенные ассоциации.
   - Кто еще видел это? - прозрачно взглянул гарант на главного чекиста.
   - Помимо нас двоих, оператор закрытого узла космической связи и мой оперработник , - сказал тот. - С оператора взята соответствующая подписка.
   - И что вы об этом думаете?
   - Полагаю, это чья - то злонамеренная шутка, - уверенно заявил генерал. - Тех же хакеров. Я дал указание провести соответствующую проверку.
   - Ну-ну, - ответил президент. - А снимки я оставлю у себя. Благодарю за бдительность.
   Когда за главой Лубянки закрылась дверь, президент вновь принялся рассматривать фотографии. То, что они имели отношение к встрече в черноморских глубинах, было несомненным. На глянце четко вырисовывался силуэт исчезнувшего ракетоносца проекта 667 БДРМ.
   "Я взял его на время, а затем верну. Вместе с экипажем" всплыло, врезавшееся тогда в память.
   Ассоциации у бывшего разведчика тут же сложились в оперативный вывод: субстанция, представившаяся Океаном, изъяла крейсер, а теперь он зафиксирован летящим в космосе. Следовательно, там следует ждать каких-то событий.
   После этого гарант нажал кнопку на пульте президентской связи.
   - Слушаю, Владимир Владимирович, - возник в кабинете голос министра обороны.
   - Я вас жду у себя через час, - сказал президент, после чего отключился.
   Далее, потянувшись к красной гербовой папке с тиснением на обложке "К докладу", открыл ее и стал просматривать проекты лежавших там Законов. Несколько подписал, а на двух наискось учинил "Бред сумасшедшего. Доработать".
   Когда президент изучал очередную сводку ФСБ о коррупционерах, выявленных в госструктурах, решая, кого казнить, а кого миловать, пульт тонко запищал, и из приемной сообщили, что прибыл министр обороны.
   - Пусть войдет,- закрыл папку хозяин кабинета.
   Через минуту на пороге возник министр - он же Герой России, планируемый в маршалы, отрапортовавший "по вашему приказанию прибыл!"
   - Присаживайтесь, - указал рукой самый вежливый человек в мире, на одно из кресел у приставного стола. - Что нового по военной линии?
   Министр коротко доложил, президент благосклонно кивнул, а затем протянул тому плотный конверт, - взгляните.
   - Что это? - расширил глаза министр, ознакомившись с фотоснимками.
   - Тот самый ракетоносец, о котором я вам говорил, - прищурил свои гарант. - Бороздит просторы Галактики. А снимки я получил из МКС. Но не от воздушно-космических сил. Как прикажите это понимать? Где ваши разведспутники?
   - Кх-м,- наливаясь краской, закашлялся министр. - Я с этим разберусь. Виновные будут наказаны.
   - Вот-вот, разберитесь, - прозрачно взглянул на него хозяин Кремля. - И отслеживайте космос как положено. Обо всем заслуживающем внимания, докладывать мне лично.
   - Есть! - изобразил на лице готовность министр. - Разрешите взять снимки?
   - Нет, - последовал ответ. - Можете быть свободны. До встречи.
   "Какая я же это сука меня так подставила?" - думал министр, несясь на личном вертолете над Москвой, которая стояла в пробках. - Не иначе Лубянка. С нее станется.
   Прибыв к себе на Знаменку, где вертолет опустился на специальную площадку, генерал армии проследовал в свой кабинет, приказав дежурному адъютанту вызвать командующего военно-комическими силами.
   Встреча состоялась при полном непротивлении сторон, и была вполне демократичной по военным канонам. Слова главного стратега в отношении космического, были самыми простыми и наиболее употребляемыми в народной речи.
   Президент как в воду глядел.
   Спустя недолгое время, военно-космическими силами России, на Юпитере были зафиксированы четыре яркие вспышки. Классифицированные как пуски ракет "Синева". О чем министр немедленно доложил президенту.
   - Ну вот, - довольно прошелся тот по своему кремлевскому кабинету. - Ведь можете, когда хотите (подошел вплотную)
   - Так точно! Можем! - глядя сверху вниз, вытянулся министр, и президент прочел в его глазах немой вопрос.
   - Пока рано, Сережа, - похлопал того по плечу. - Всему свое время.
   "Ну башка", думал генерал несясь в своем шикарном лимузине по Тверской, под вопли мигалки. "Снова придумал что-то навроде Крыма или Донбасса. Интересно, а чья это новая технология с крейсером? Может Чубайса?".
   Американское "NASA"* тоже зафиксировало вспышки на Юпитере, но расшифровка их природы заняла чуть больше времени. А когда оно пришло к искомому заключению, сразу доложить Бараку Хусейну не получилось.
   Тот был вплотную занят расширением санкций против России, встречаясь с Меркель, Кэмероном и Олландом; с трибуны конгресса рвал в клочья ее экономику, и, топорща уши, призывал к очередному крестовому походу против варваров
   Когда же их экономика не порвалась, а Россия начала разносить в пух, созданное американцами в Сирии Игил, эйфория у героя пошла на спад. Не помогли даже занятия спортом. Которые, по примеру русского президента, он как-то продемонстрировал Миру. Пытаясь изобразить бег на месте и выжимая двухсотграммовые гантельки.
   Тут-то к главе Белого дома и попали на аудиенцию Картер с Роджерсом и Бреннан.
   Лучше бы не ходили.
   От полученной информации Верховного главнокомандующего чуть кондрашка не хватил. Если выражаться по русски.
   - Это точно тот самый ракетоносец? - посерел он как в прошлый раз, со всхлипом втянув воздух
   - Да. Расшифровка вспышек показала, что крейсер на Юпитере и продемонстрировал там ядерное оружие, - хмуро ответил Картер.
   - Почему мне сразу не доложили?! - забегал по оральному (извиняюсь, овальному) кабинету Обама.
   - Вы были заняты разрушением экономики России и встречами с северно-атлантическими союзниками, - пожевал губами Роджерс.
   Директор ЦРУ благоразумно помалкивал.
   Президент между тем прекратил бег (у него была слабая грудь) и плюхнулся в свое кресло. После чего, дрожа рукой, плеснул себе в стакан колы из запотевшей бутылки на столе, жадно ее вылакав.
   - Что нам теперь делать? - брякнул стакан на крышку.
   - Известно что, - покосился на него Картер. - Готовиться к самому худшему. Русские, как вы сами знаете, варвары.
   - А может все еще обойдется? - высоко поднял брови Обама.
   "Да, совсем плохой стал", подумал директор ЦРУ, а министр с адмиралом озадачено переглянулись.
   Президент, меж тем, наморщив низкий лоб, пошевелил лопушастыми ушами. Что являлось у него признаком мыслительного процесса.
   - Мое решение таково, - выходя из прострации, вздернул голову на тонкой шее. - Эта информация не должна попасть в Сенат, а тем более к избирателям! Надеюсь, вы меня поняли?
   - Мы ее засекретим, сэр, - буркнул шеф АНБ.
   - А в случае чего, напустим тумана - добавил директор ЦРУ, бывший в этом непревзойденным мастером.
   Но, как говорится в известной немецкой поговорке, "то, что знают двое, знает и свинья".
   Подобное случилось и на этот раз. В каком-то из трех ведомств, спустя сутки произошла утечка, и гнусная "WikiLeaks"* растиражировала на своем сайте, новость по всему миру. Вместе с полученным от очередного сноудена снимком.
   Как и ожидалось, на североамериканском и европейском континентах разыгрался небывалый скандал. Типа, русские идут! Спасайся, кто может!
   Москва на это никак не прореагировала - добавляя интриги.
   - Пусть попрыгают, может мозги встанут на место, - высказался по этому поводу российский президент, своему министру иностранных дел. - И никаких официальных заявлений.
   - У кого они есть, встанут, - согласился тот. - Подобное уже было. В Карибский кризис*.
   Кстати, за это время гарант, провел довольно серьезную работу в целях прояснения ситуации с ракетоносцем. Который мог небывало изменить паритет сил на мировой арене в пользу России.
   Для начала он решил было собрать Совет безопасности при своей персоне, где доложить все, о чем точно знал сам. Но затем передумал. Вопрос был сугубо конфиденциальный и требовал участия особо доверенных лиц. И, в первую очередь, специалистов. Такими были директор ФСБ с министром обороны. Тем более, что каждый в определенной части уже имел касательство к проблеме.
   В одну из ночей те были приглашены в Кремль (гарант подобно Сталину работал именно в это время), где получили от первого лица всю исчерпывающую информацию.
   Особого удивления не выразил ни тот, ни другой. Поскольку оба давно носили погоны.
   - Ну, и что вы об этом скажете? - прозрачно взглянул Верховный на генералов.
   - Я, по своей линии изучил всю оперативную информацию в отношении команды ракетоносца, - первым начал директор ФСБ. - Компромата нет. Экипаж настроен патриотично. К тому же на крейсере наш оперработник с двадцатью агентами из числа военнослужащих. Теперь главное установить связь с крейсером.
   - Резонно, - кивнул Верховный. - Вы, Сергей Кужугетович?
   - Я поддерживаю коллегу, - прокартавил министр. - В своих людях не сомневаюсь. И имею конкретное предложение.
   - Озвучьте, пожалуйста.
   - Связь с крейсером мы можем установить по военному сегменту системы ГЛОНАСС*. Это вполне реально. Можно и по каналам МКС. Но там интернациональный экипаж. Возможна утечка информации.
   - Сколько вам потребуется на это времени?
   - Необходимо перенацелить несколько спутников на Юпитер. Примерно неделя.
   - В таком случае, вот вам первый текст шифровки.
   - Записываю (открыл министр папку).
   - Лучше запомните, - назидательно сказал президент. - Она короткая.
   Вслед за чем раздельно произнес "Поздравляю с высадкой на Юпитер. Жду доклада. Путин".
   Спустя еще пару часов, автомобили министра с директором, покинув территорию Кремля с голубыми елями, выезжали из ворот Спасской башни.
   Охрана у них, вытянувшись, привычно козырнула, и черные авто понеслись по спящей столице.
   За тысячи километров от нее Средиземное море пересекала очередная флотилия сирийских беженцев. В Египте приземлился российский борт А321, часы парижского собора Нотр - Дам, отбили полночь.
  
  
   Глава 6. Союз с Океаном.
  
   Юпитерианский "потоп" продолжался уже неделю, и за это время вокруг произошли разительные изменения.
   Электрические разряды в атмосфере, вместе с ливнем постепенно сошли на нет, небо очистилось и посветлело, а в его пространстве, на западе и востоке, возникли два солнца. Одно, каким обычно его видят на Земле, но более яркое и выпуклое; второе - фиолетовое и втрое меньше. Окрашивая все в причудливые тона. За пределами обычного спектра. Валы все так же могуче катили по планете, но пена на их гребнях исчезла, а вода набирала синь ультрамарина.
   Периодически в ней проплывали, хаотично вертясь и покачиваясь, дисколеты хантеров. Одиночные и целыми группами. Судя по всему, лишившись привычной среды, их экипажи погибли.
   Биологическая защита космолетом вокруг ракетоносца была снята, и он, разрезая тупым носом упругую волну, шел полным ходом вперед. Следуя курсом за плывущим высоко вверху, мерцанием "Арго".
   Тот вел крейсер на рандеву с Океаном.
   Когда и как тот оказался на Юпитере, подводники не знали. Но помнили, что он обещал здесь встречу.
   - А может это уже совсем другой? - высказал сомнение Ливанов, стоя рядом с Удатным на мостике. Откуда обозревал в бинокль бескрайние пространства.
   - Он говорил, что един и присутствует везде, где есть вода, - ответил, щурясь на солнце командир. - Так, что полагаю, тот же самый.
   - Вопрос в том, не предложит ли нам высший разум свой очередной проект, от которого невозможно отказаться, - затянулся сигаретой присутствующий здесь же Свергун.
   - Это, какое? - взглянул на него командир.
   - Ну, к примеру, остаться здесь навсегда. Или еще что-нибудь в этом роде.
   - Так у него же есть, кем заселить Юпитер, - опустил бинокль Ливанов. - К тому же мы так не договаривались.
   - Ладно, не будем гадать, - прошелся по мостику командир. - А вообще-то мне вся эта эпопея нравится.
   - Мне тоже, - отозвался стоявший на руле боцман.
   - А ты, Громов, точнее держи курс, - покосился на него вахтенный офицер, все это время стоявший молча.
   Когда шар большого солнца погрузился в океан, а малого наоборот, поднялся к зениту (света стало чуть меньше), у кромки горизонта возникла прерывистая черта.
   "Впереди участки суши" - промедитировало в ушах Удатного. "Я обозначу место встречи". После чего космолет исчез, а там что-то заблестело.
   - Лево два, - приказал боцману вахтенный офицер
   - Есть лево два, - щелкнул Громов манипулятором.
   Спустя час черта материализовалась в несколько островов (тот, где блестело, был зеленым), вслед за чем Удатный приказал снизить обороты. Пенный бурун в носу опал, и крейсер стал приближаться к острову малым ходом.
   Волнение вокруг почти улеглось, легкая бортовая качка исчезла.
   - Да это же вроде тот, где мы перед походом отдыхали! - удивленно протянул Ливанов.
   - Точно, - подтвердил Свергун. - Вон и лагуна с яхтой.
   "Ocean Victori" стояла у берега, как и в прошлый раз. Белоснежная и со стремительными обводами.
   - Глубина по курсу? - наклонился вахтенный офицер к "каштану".
   - Сорок семь метров, - доложили из центрального. Офицер вопросительно взглянул на командира.
   - Стоп турбины, - приказал тот. - Приготовиться отдать якорь.
   Пройдя по инерции еще сотню метров к входу в лагуну, монолит крейсера застыл на воде, а в носу загремели стальные смычки.
   - Якорь встал! - последовал доклад на мостик.
   Чуть позже надувная шлюпка с Удатным, Ливановым и Свергуном, подошла к кормовому трапу яхты.
   Поочередно перебравшись на швартовную площадку, офицеры миновали короткий переход и поднялись по второму на верхнюю палубу.
   На ее пустынном, с шезлонгами, пространстве, величаво стояла знакомая всем субстанция. Отсвечивая глыбой льда и со сложенными на груди руками.
   - Товарищ Океан! - вскинул руку к пилотке командир, когда все трое подошли ближе. - Ракетный подводный крейсер К-450, выполнил поставленную задачу!
   - Я удовлетворен, - возник в легком шорохе прибоя бесцветный голос. - Прошу,- указал фантом на ближайшие шезлонги.
   Подводники уселись в них (он напротив) и выжидательно уставились на Высший разум.
   Тот пару минут молчал, переливаясь радугой, в которой чуть искрило, а затем продолжил: "вы исполнили свою миссию. Я готов вернуть экипаж на Землю".
   После этого все трое чуть расслабились, а Удатный ответил, - благодарю Вас. От имени экипажа и себя лично.
   - Не стоит, - чуть шевельнулся рисунок губ. - А может вы пожелаете воспользоваться тем, что я ранее предложил? (блеснула субстанция глазами).
   - Остаться в новой цивилизации? - ответил вопросом на вопрос Удатный. Его спутники снова напряглись в своих шезлонгах.
   - Именно, - чуть качнулся абрис головы. - Но не спешите с решением. У вас есть время. Кстати, вы можете посоветоваться с вашим командованием.
   При последних словах заместитель с особистом дернулись, а командир высоко вскинул брови, - каким образом?
   - Оно пытается выйти с вами на связь по спутниковой системе ГЛАНАС. - Я не возражаю.
   - Мы можем идти? - встал со своего места Удатный.
   - Я буду ждать решения сутки, - ответил Океан, тая в воздухе.
   - Ну, дела, - протянул Ливанов, когда шлюпка отошла от борта.
   Через десять минут она пристала к крейсеру, и все трое быстро поднялись на мостик. Не отвечая на вопросительные взгляды старпома с помощником, Удатный приказал Цою срочно вызвать командира БЧ-4 Лациса.
   - Значит так, Витаутас Карлович, - сказал ему командир, как только старший лейтенант возник из люка. - Разворачивай станцию и будь готов принять шифровку.
   - Пон-нял, - невозмутимо ответил прибалт. - Разрешите вып-полнять?
   - Выполняйте.
   Ливанов между тем уже шепнул Цою с Колбуновым о встрече с Океаном на яхте, и те переваривали услышанное.
   - Дайте кто-нибудь закурить, - похлопал себя по карманам Удатный. - Мои кончились.
   - Через минуту все, в том числе некурящие, взволнованно дымили сигаретами.
   - Помнит Родина о нас, - неумело затягиваясь, пафосно изрек Ливанов. - Как в той песне.
   - Ну да,- скептически ответил Цой, пуская носом дым. - Для начала вздрючит, за то, что сюда попали. А затем пообещает расстрелять за применение ядерного оружия без приказа.
   - Не расстреляет, - уверенно заявил Свергун. - У нас на это мораторий*.
   - Хрен редьки не слаще, - пробурчал старпом.
   Командир все это время молчал. О чем-то размышляя.
   Шифровка пришла спустя час. Ее доставил наверх лично Лацис.
   Командир расписался в журнале, принял у того из рук бланк, вслед за чем вслух прочел: "Поздравляю с высадкой на Юпитер. Жду доклада. Путин".
   - Поздравляет! Сам! Ждет доклада... - оживились на мостике, и на лицах присутствующих отразилась целая гамма чувств. От удивления с восхищением до радости.
   - А вы все правильно расшифровали? - недоверчиво покосился Ливанов на командира БЧ-4.
   - У мен-ня классные спецы и ап-паратура, - обиделся старший лейтенант. - Ошибка исключается.
   - Спасибо, товарищ Лацис, - спрятал командир бланк в нагрудный карман. - Продолжайте выполнять свои обязанности.
   - Есть,- ответил тот, после чего направился к люку.
   Ответ на обычные шифрограммы Удатный готовил, как правило, сам. Но здесь был особый случай.
   Так, - чуть подумал он. - Спустимся ко мне в каюту. Посоветуемся.
   Вскоре все командование сидело там, обсуждая текст ответа.
   Когда же он был практически готов, возник вопрос в части предложения Океана.
   Пришли к единому мнению сообщить и это.
   - Так, читаю, - аккуратно записав все на чистом бланке, откашлялся Удатный.
   "Благодарю за поздравление. Выполняли миссию известного Вам лица по освобождению Юпитера. Операция прошла успешно. Имею предложение остаться здесь для организации новой цивилизации. Жду указаний. Капитан 2 ранга Удатный"".
   - Пойдет, - одобрили все. - Коротко, и ясно.
   Вслед за этим командир учинил внизу подпись, а в каюту вызвали Лациса.
   - Шифруй и отправляй, Витаутас Карлович, - вручил ему бланк Удатный. - Станцию на постоянный прием.
   - Понял, - определил старший лейтенант документ в папку
   Ответ пришел в первом часу ночи по московскому времени, когда командир с Ливановым поднялись на мостик подышать свежим воздухом.
   Там значилось: "Предложение принять. Вы уполномочены от имени Российской Федерации заключить договор о дружбе и сотрудничестве с известным лицом. Об исполнении доложите".
   - Ну, вот тебе бабушка и Юрьев день. Возвращение откладывается, - без особого сожаления сказал Удатный, протянув шифровку заместителю.
   Тот прочел ее еще раз. - Все правильно. Голова наш президент. Заключим и Америка у нас вот где (сжал мосластый кулак). Вместе с Европой.
   - А если нет?
   - Тогда по возвращению нас с тобой в лучшем случае турнут со службы. А в худшем посадят.
   - Заманчивые перспективы, - хмыкнул командир. - Обрадовал.
   - Тут главное правильно провести переговоры, - наморщил лоб Ливанов. - Океану мы нужны, это ясно как день. А он нужен России, как стратегический партнер и союзник.
   - Вот только Лаврова здесь нет, - сказал Удатный. - А нас учили войне, а не дипломатии.
   - Для переговоров привлечем Свергуна. Он чекист и имеет юридическое образование. Все оформит как надо. Главное, договориться. Теперь вопрос по поводу команды.
   - Слушаю.
   - Чтобы не возникало кривотолков, ей следует все объяснить. Ситуация неординарная.
   - В чем вопрос? - пожал плечами командир. - На основании полученной шифровки я подготовлю приказ. А ты зачитаешь его перед строем.
   Далее в каюту были приглашены Цой с Колбуновым и особист. Которых ввели в курс дела.
   Утром, после завтрака и подъема флага, экипаж был выстроен на ракетной палубе.
   - Ра-авняйсь! Смир-рна! - проорал стоявший перед шеренгами старпом.- Равнение на-право!
   Затем, вскинув руку к пилотке, пошагал к возникшим из переходного люка командиру с заместителем.
   Они встретились на середине, где Цой отрапортовал, что экипаж построен. Далее все трое развернулись к шеренгам лицом.
   - Здравствуйте товарищи подводники! - приложив руку к виску, обвел строй глазами Удатный.
   - Здра... -..лаем товарищ капитан 2 ранга! - дружно рявкнул экипаж. ( га-га-га..! раскатилось по воде эхо).
   - Верховный Главнокомандующий поздравляет нас с высадкой на Юпитер!
   - Р-ра ! р-ра! - р-ра..! - трижды повторилось.
   - А теперь слушай приказ! - выступив вперед, развернул красную папку в руках заместитель.
   " ... октября 2015 года. Юпитер. Приказ командира войсковой части 53117 N 27 лс.
   В связи с указанием Верховного Главнокомандующего Вооруженными Силами Российской Федерации, изложенным в шифротелеграмме 1/54-сс, экипаж ракетного подводного крейсера К-450 остается на планете Юпитер в целях выполнения особо важного задания, до его особого распоряжения.
   Командир в/ч 53115 капитан 2 ранга Удатный!".
   После этого Ливанов закрыл папку и взглянул на командира.
   Строй напряженно молчал, над крейсером закружила пара чаек.
   - Товарищи! - повернул голову слева направо "первый после Бога". - Я понимаю, что все вы устали. Поход длится пятый месяц. Но мы обязаны завершить его с честью. Как всегда было у русских моряков.
   Затем, чуть помолчав, добавил. - Не буду скрывать полученного задания. Мы должны вступить в союз с Океаном в интересах России. Насколько это важно, думаю, объяснять не надо.
   - Не надо, товарищ командир! - отозвался на правом фланге Меркатор.
   - Если не мы, то кто?! - прогудел на левом Хмельницкий.
   - Ну, вот и отлично, - кивнул Удатный. - Петр Васильевич, командуй.
   - Во-ольно! - напряг голосовые связки Цой. - Десять минут перекур, а потом всем вниз! Приготовиться к провороту оружия и механизмов!
   - Да,- сокрушенно вздохнул в четвертом, после проверки корабля на герметичность, мичман Тоцкий, задраивая переборочный люк. - А я думал, скоро будем дома.
   - А куда тебе спешить, Боря? - осматривая станцию пожаротушения, ответил командир отсека старший лейтенант Козлов. - Жены и детей нету. Гуляй пока молодой по Юпитеру.
   - Потом нас возможно наградят, - спускаясь с ракетной палубы на среднюю, изрек ракетчик Демин.
   - Посмертно, как в "Бриллиантовой руке", - добавил Козлов. И все дружно загоготали.
   В это же самое время Удатный с Ливановым и Свергун, расположившись в офицерской кают-компании, куда было приказано никого не пускать, корпели над договором.
   Как оказалось, особист, в свое время закончивший Академию ФСБ, помимо прочего, изучал там и международное право. Лелея мысль охранять безопасность родины за рубежом, но, как он сам выразился, "рылом не вышел".
   Так что с договором особых проблем не возникло.
   Юридически подкованный Свергун сразу же дополнил название документа, отметив, что это важно. Теперь он именовался "Договор о дружбе, сотрудничестве и взаимной помощи".
   В преамбуле были предусмотрены высокие договаривающиеся стороны, а именно Российская Федерация и Мировой Океан; особые полномочия Удатного в подписании акта, со ссылкой на шифрограмму, а также все то, что обычно предусматривалось в такого рода случаях.
   Ключевым положением Договора стал раздел о взаимной помощи. По которому стороны брали на себя обязательства по защите друг друга от любой агрессии, в том числе военной, а также кооперации на данном направлении.
   - Ну, ты, голова, - высказали удовлетворение военачальники, когда документ чекистом был сверстан начисто. - Не Договор а песня.
   После чего в кают-компанию был вызван секретчик Изотов.
   - Значит так, Петр, - вручил ему "чистовик" Удатный. - Срочно напечатать на самой лучшей бумаге и сюда (хлопнул ладонью по столу). - Все понятно?
   - Точно так! - вытянулся старший мичман. - Может на гербованной?
   - Как? - покосились на Свергуна командиры. - Ты лучше знаешь.
   - Это само то, - одобрил особист. - Документ исторический. К тому же планетарного масштаба.
   - Только у меня бланки с гербом СССР, - почесал нос Изотов. - Российских нету. По делопроизводству не положены.
   - А эти откуда? - удивились офицеры.
   - Типа коллекция, - засмущался Изотов. - Давно собираю.
   - М-да, - забарабанил пальцами по столу Удатный, а Ливанов разочаровано крякнул.
   - А почему нет? - взглянул на них Свергун. - Пусть будут эти.
   - Ну да, - пожевал губами заместитель. - Теперь СССР нету. Вдруг Америка с Западом не признают?
   - Если заключим договор, нам на них на... , - принял волевое решение командир. - Валяй, Изотов, на советском бланке. В трех экземплярах!
   - Есть! - растянул губы в улыбке секретчик.
   Когда золотой шар солнца поднялся к зениту, а фиолетовый возник у горизонта, шлюпка с "подписантами" пристала к яхте.
   Все трое были в парадно-выходной форме, Удатный с Ливановым при кортиках, а Свергун держал в руке алую папку.
   Задробив каблуками начищенных ботинок по широкому трапу, офицеры поднялись на верхнюю палубу и застыли.
   На ее просторе, в шезлонге под раскрытым тентом сидел в своей излюбленной позе Океан, в воздухе музыкально пел легкий бриз, а перед ним грациозно колыхались на хвостах с плавниками, две непонятно кто.
   Снизу и до пояса в серебристой чешуе, выше - обнаженные красавицы.
   - Русалки! - выпучили глаза все трое, а у Свергуна брякнула на палубу папка.
   Фантом чуть повернул голову в сторону гостей, а амфибии прекратив танец, уставились на них и захихикали.
   - Хай-я, - махнула рукой субстанция. Грациозные тела взлетели в воздух и нырнули за борт. Музыка бриза растаяла.
   - Прошу, - последовал приглашающий жест. - Присаживайтесь.
   - Ч-что это было? - вышли из столбняка пораженные подводники.
   - Сирены, - бесстрастно ответил фантом.
   - А разве они бывают?
   - Но вы же читали "Одиссею" Гомера. - Во мне есть все, - значительно добавил Океан. - Что до сих пор неизвестно людям.
   После этого, все еще находясь под впечатлением, офицеры чинно уселись напротив.
   - Мы готовы принять Ваше предложение, - чуть помедлив, начал Удатный. - С учетом указания, поступившего от Верховного Главнокомандующего по каналу связи.
   - Это мне известно, - изрек Высший разум. - Продолжайте.
   - Для чего нам рекомендовано заключить с Вами договор. О дружбе, сотрудничестве и взаимопомощи.
   - Иного я не ждал, - прозвучало с легкой иронией. - Гомо сапинес недоверчивы и корыстны.
   - Разрешите его зачитать? - вступил в беседу Ливанов.
   - Можете, - ответила субстанция.
   Вслед за этим Свергун встал со своего места, открыл папку и торжественно огласил текст документа.
   - Пусть будет так, - колыхнулся воздух. - Не возражаю.
   Далее, Удатный вынул из внутреннего кармана мундира "паркер" (чекист передал ему папку), щелкнул кнопкой и учинил заверительную подпись. На всех трех экземплярах.
   Капитан 3 ранга принял от него необходимы атрибуты, сделав поворот кругом, прошагал к фантому и развернул перед тем папку, протянув ручку "пожалуйста".
   - Мне это ни к чему, - последовал ответ. Вслед за этим глаза субстанции блеснули, и на всех трех экземплярах договора в месте росписи с расшифровкой "Мировой Океан", зазолотился трезубец.
   - Это Ваше факсимле?* - уважительно поинтересовался Свергун.
   - Да, - величаво кивнула субстанция.
   В таком случае, прошу, - протянул ей контрразведчик первый экземпляр.
   - Оставьте все себе, - последовал ответ. - У меня нет канцелярии. И еще (перевел взгляд фантом на Удатного). Сношение между вашим государством и Океанией я буду осуществлять только через вас. Никаких посланцев президентов.
   - Но... - открыл, было, рот Ливанов.
   - Я сказал, - прикрыл веки Высший разум. - Об остальном побеседуем завтра.
  
   Часть 3. Океания.
  
   Глава 1. Новые Колумбы.
  
  
   Третий восход фиолетового солнца команда ракетоносца обреталась на "Ocean Victori". Используя яхту как плавбазу. Моряки с удобством расположились в ее комфортабельных каютах с кубриком, а на крейсере неслась стояночная вахта.
   За это время, на очередной встрече, с теперь уже союзником, командование "Дельфина" узнало об очередном этапе его плана.
   Им предполагалось произвести картографическую съемку Юпитера, на предмет установления участков суши, с привязкой тех к системе координат. Начиная отсчет от нулевого меридиана, которым был определен Зеленый остров. Так звал его Океан.
   Остров был протяженностью в полтора десятка километров, с десятью в поперечнике, и что было хорошо известно аргонавтам, имел земную фауну с флорой, а также пресноводные источники.
   Далее, с учетом наличной суши, туда планировалась доставка гомо сапиенс из "коллекции" фантома, для ее заселения с воссозданием новой цивилизации.
   Географические изыскания, как и следовало ожидать, Океан поручил союзникам. Заявив, что остальным займется лично.
   При этом разрешил по их усмотрению, дать названия всем обнаруженным сухопутным объектам.
   Данное, командование крейсера, да и весь его экипаж, приветствовали. Какому моряку не хотелось быть Колумбом?
   Несколько смущало одно. Гигантские размеры планеты, в триста раз превышавшие Землю.
   Однако и тут Высший разум все предусмотрел. Сообщив, что для географических открытий будет выделен летательный аппарат.
   - "Арго"? - поинтересовался в ходе беседы с ним Удатный.
   - Нет, - последовал ответ. - Я, вместе с "Арго" и флотилией ему подобных, займусь доставкой на Юпитер всего необходимого, а также моих людей. Отобранных из коллекции.
   - Флотилией? - удивились другие участники беседы. - Мы полагали, космолет единственный в своем роде корабль? Разве не так?
   - Нет, - последовал ответ. - Это серия. Он один из многих.
   - И сколько флотилия сможет взять на борт? - вопросил Ливанов.
   - Все будет зависеть от размеров суши, оставшейся на Юпитере. Мои животворящие воды уже возрождают его к жизни.
   - Позвольте задать вопрос по поводу сирен, - взглянул на Высший разум Цой. Которого обеспокоило их наличие в плане дисциплины. - Они юпитерианки или прибыли с Вами?
   - Это выжившие здесь, во мне, потомки прошлых цивилизаций. Ставшие амфибиями.
   - А есть ли среди них мужские особи?
   - Нет. Как более слабые, они не смогли адоптироваться к аквасреде и выродились. Сирены же смогут стать женами для новых поселенцев.
   - Это как? - озадачились офицеры.
   - Очень просто. Я полностью релаксирую амфибий в женщин, вернув на сушу. Они дадут первое поколение новых юпитеринцев. Кстати, самых красивых в вашем понимании, подарю каждому члену команды.
   При этих словах, среди начальников возникло некоторое замешательство.
   - У многих из нас на Земле остались жены, - на правах главного идеолога сказал Ливанов. - К тому же такие подарки... Я даже не знаю (покосился на Удатного).
   Тот, едва сдерживая смех, пожал плечами.
   - У Одиссея с его аргонавтами, они тоже были, - невозмутимо отметил Океан. Вслед за чем воздух огласился басовитыми "кваками".
   А в это самое время на стоявшем на рейде крейсере, славный экипаж лишался одного из своих представителей.
   В его кормовой части, скрытой от глаз вахты ракетной палубой, у стабилизатора, шла неравная борьба. Две находившиеся в воде сирены, хихикая, пытались утащить туда, молча вырывавшегося подводника, а второй, держа сослуживца за ноги, героически тому препятствовал.
   Первый был Чудаков, второй - его приятель, Кошкин.
   Оба были занаряжены для осмотра пера вертикального руля, где и увидели в воде амфибий.
   - Вот это да... - восторженно переглянулись моряки. - Девки!
   Мозги у них тут же отшибло, Чудаков, словно сомнамбула шагнул к борту и наклонился вперед.
   - У тю-тю-тю, - протянул к ближайшей красотке руку.
   В ту же секунду ее схватили сразу четыре, и началась неравная борьба (Кошкин успел поймать приятеля за тапки).
   - М-м-м, - вырывался от амфибий тот, пуская носом пузыри и захлебываясь.
   - Пустите б...и! - изнемогал в борьбе Кошкин.
   - Оля-ля! - веселились искусительницы.
   Наконец возню заметили с мостика, и через минуту оттуда мчались на выручку.
   - Шлеп, шлеп, - мелькнули в волне два широких хвоста. Все кончилось.
   - Опять ты Чудаков! - выругался стоявший вахтенным офицером Багров, поддергивая на рукаве повязку.
   - А что я? - отплевывая соленую воду, просипел мичман. - Эти рыбы сами напали.
   - Ну да, - подтвердил Кошкин. - Вот с такими сиськами (изобразил руками).
   Чрезвычайное происшествие тут же было доложено по команде.
   - М-да, - сказал по такому поводу Ливанов, почесав затылок. - Не было печали.
   - Чудакова с Кошкиным предлагаю наказать, - пробубнил Свергун.
   - За что?
   - Надо было пленить хотя бы одну. В оперативных целях. А они прошляпили.
   - А может для чего другого? - лукаво прищурил Удатный глаза. - Хотя, в принципе, не помешает.
   Вечером, по такому случаю, на плавбазе с экипажем был проведен инструктаж. Лично заместителем.
   - Я, конечно, понимаю, что "моряк пьет все, что горит и е... все, что шевелится", расхаживая перед строем, привел он старую как мир, флотскую пословицу.
   - Но не забывайте, что вы русские моряки (вздел вверх руку). К тому же представляете на Юпитере земную цивилизацию. Так чтоб мне никакого б....ва! (грозно оглядев шеренги, покосился на мичманов). Как самых молодых и неустойчивых.
   - Всем все ясно?!
   - Точно так, товарищ капитан 2 ранга! - рявкнул строй в ответ. - Ясно!
   - Вольно. Разойдись. Кому положено, готовиться на вахту.
   Открывать новые земли Удатный решил отправиться лично. Оставив старшим на борту Цоя. А в поисковую группу включил заместителя со штурманом, начхима Покровского и особиста.
   Хозяин Юпитера, как и обещал, для такого дела выделил летательный аппарат. Один из тех, которые остались от хантеров. Много таких, несущихся по воле волн, моряки наблюдали во время "потопа" с крейсера.
   А теперь десяток их оказался в соседней лагуне. Сопрягавшейся с той, в которой стояла плавбаза.
   Ее фантом вместе с офицерами навестил на глиссере, спущенном с борта "Ocean Victori". На руль встал боцман Громов, и мощный катер в считанные минуты доставил всех к месту.
   Дисколеты, на коротких стабилизаторах, стояли в ряд под пальмами, и у каждого застыли по два золотистых хантера.
   Ростом с подростков, яйцевидными головами и большими раскосыми глазами.
   - Так они получается, не все погибли? - взглянул на субстанцию Удатный, когда глиссер, сбросив ход, пристал к берегу.
   - Нет, - первым сойдя на песок, ответил Океан. - Часть наиболее развитых, по моему приказу захватил "Арго". Теперь они адаптированы к новой среде, перепрограммированы и будут использованы в деле.
   Эти (указал на крайнюю пару рукой), будут в вашем распоряжении для проведения изысканий. Остальные использованы при переселении.
   А теперь я вас с ними познакомлю, - пошагала субстанция к выделенным пилотам.
   Когда вся группа встала напротив, тот, что был сантиметров на пять выше, вскинул голову- яйцо и пропищал: "сын Юпитера - 2517 Орк! К вашим услугам".
   "Сын Юпитера - 67020 Лем!" пискнул второй. У офицеров вытянулись лица.
   - Эти ребята что, и наш язык знают? - озадачился Свергун, дернув себя за ухо.
   - Да, - возник голос Океана. - Адаптированы по полной программе. Не требуют пищи, заряжаются от солнечной энергии.
   - Они больше не опасны? - подозрительно вопросил Ливанов.
   - Ни в коей мере,- ответил фантом. - Воля к сопротивлению у них заблокирована. Так же, как и агрессия. Кстати связь с Орком и Лемом, помимо голосовой, может быть дистанционной. Как с "Арго" (взглянул на Удатного).
   - Понял, - ответил командир. - Лучшего не пожелаешь.
   - На этом у меня пока все, - в очередной раз возник голос Океана. - Можете осмотреть корабль и ближе познакомиться с экипажем. До встречи.
   Вслед за этим, переливаясь радугой, он величаво пошагал вдоль линии остальных НЛО. Их экипажи тут же заняли свои места, и фантов взошел на борт последнего.
   Еще через минуту диски плавно поднялись в воздух, набрали высоту и, один, за другим, спикировали в водную пучину.
   - Отправился по каким-то своим делам, - проследили необычный полет подводники.
   - Ну что, бойцы? Показывайте свой корабль, - обернулся Удатный к хантерам.
   - Прошу, - пискнул Орк, сделав жест рукой в сторону дисколета.
   В выпуклом борту беззвучно отворился люк, на землю скользнул серебристый трап. Все поочередно поднялись на борт.
   Напротив люка, в противоположной части салона, диаметром метров восемь, виднелся пульт управления, у которого стояли два пилотских кресла. За ними, в центре, было что-то вроде небольшого прозрачного реактора, внутри которого холодно мерцал кристалл. А по всей окружности сферы тянулся прямоугольный иллюминатор. Не просматривавшийся снаружи. По горизонтали сфера разделялась на две части подволоком с овальным лазом, оборудованный вертикальным трапом.
   Около часа оба хантера знакомили моряков со своим судном. Оно было разведывательным и оборудовано всем необходимым для этих целей.
   В частности, на дисколете имелись системы космической навигации, съемки окружающей среды и связи, а также управления кораблем в автоматическом режиме.
   Оружие - в виде плазменного генератора со станцией наведения располагалось в верхнем отсеке. Там же, находилась прозрачная выгородка с подобием медицинской кушетки и неизвестного назначения приборами.
   - А для чего это? - поинтересовался Покровский. - Похоже на медизолятор.
   Хантеры переглянулись, а потом Орк пропищал: - для исследования особей вашей планеты. В научных целях.
   - Вы там бывали?
   - Да. В разведполетах.
   - И куда потом девали "особей"? - нахмурился Удатный.
   - Возвращали назад. Установив им в мозгах необходимый код. В целях разрушения земного общества.
   - Короче создавали "пятую колонну" Юрий Иванович, - со знанием дела заявил Свергун. - Теперь ясно, почему у нас на Земле многие политики явные отморозки.
   А теперь слушайте меня внимательно (наклонился к хантерам). Я уверен, что у вас есть база данных на всех, кого сделали агентами. Ее передадите мне. Иначе обоим головы поотрываю. Ясно?!
   - Головы не надо, - запищали юпитерианцы, - у нас нарушится баланс. А сведения поможем разыскать. Но на это нужно время.
   - Его у вас теперь воз и маленькая тележка, - похлопал по тыковке Орка контрразведчик. - Извините меня, товарищи (взглянул на офицеров). Но так надо. В интересах государственной безопасности.
   - Само - собой, - ответили те. Поскольку, как все военные, ненавидели шпионов.
   - Ну что же, неплохо - констатировал Удатный, когда подводники, выслушав все необходимые пояснения, вышли из дисколета на дневной свет. - А каковы технические характеристики аппарата?
   - Он перемещаться в пределах галактики со скоростью света, - гордо изрек Орк.
   - И почти не подвержен гравитации, - добавил Лем, розовато блестя глазами.
   - Только вот с обитаемостью у вас не того, - покосился на хантеров Ливанов. - На два отсека всего три кресла да кушетка.
   - А сколько необходимо? - пропищали те.
   - На нас всех, - обвел рукой офицеров заместитель.
   - Мы трансформируем отсеки и добавим.
   После этого Удатный поставил пилотам уже известную читателям задачу.
   Те, наморщив головы (раздался легкий треск) и, скосив глаза к пипкам носов, выслушали.
   - Нет ничего легче! - раздвинул щель рта до висюлек ушей Орк. - Навигационная система дисколета уже имеет подробную картографию планеты. До нанесения вами ядерного удара. Во время облета мы выполним новую съемку с изменением всех параметров и фиксацией их в электронной памяти.
   - Это значительно упрощает дело, - взглянул на командира Меркатор.
   - Несомненно, - ответил тот. - И создает возможность более близкого ознакомления с обнаруженными участками суши.
   - Будем на них высаживаться? - оживились офицеры.
   - Несомненно.
   Утром следующего дня, после подъема военно-морских флагов на крейсере с плавбазой, космолет опустился на воду рядом с ней, на палубе собрались все свободные от вахт. Проводить первооткрывателей.
   По взмаху руки Колбунова, радист на мостике врубил судовую трансляцию, и над голубой лагуной, торжественно грянул марш "Прощание славянки". Такой присутствует на каждом корабле российского ВМФ. Дань традиции.
  
   Этот марш не смолкал на перронах,
   Когда враг заслонял горизонт.
   С ним отцов наших в дымных вагонах
   Поезда увозили на фронт!
  
   выдавала поз звон литавр сотня молодых глоток.
  
   Он Москву отстоял в сорок первом,
   В сорок пятом - шагал на Берлин,
   Он с солдатом прошёл до Победы
   По дорогам нелёгких годин!
  
   И если в поход, Страна позовёт,
   За край наш родной
   Мы все пойдём в священный бой!..
  
   уносились волнующие, каждого русского слова, в высокое небо.
   В котором растворялся, став едва приметной точкой, дисколет.
   Продолжая начатое дело.
  
  
  
   Глава 2. Открытие земель.
  
   Когда летательный аппарат поднялся в тропосферу, достигавшую шестидесяти километров над поверхностью планеты, земляне застыли в немом восторге. Огромный, чуть выпуклый и закрывавший собой часть пространства Юпитер, был неподражаемо красив и величественен.
   Во все стороны, куда достигал взгляд, синела безбрежная гладь океана, чуть подернутая легкой пеленой, над которой плыли подсвеченные пурпуром с фиолетом, легкие облака. Перистые, словно их хвоста павлинов. А еще за иллюминаторами, то и дело, возникали стаи чего-то похожего на мыльные радужные пузыри. Величиной с футбольные мячи и непрерывно меняющие краски.
   - Что это? - поинтересовался у сидевших за пультом управления хантеров, удобно расположившийся в бортовом выдвижном кресле Ливанов.
   - Флоатеры, - пропищал Орк из пилотского. - Живут в тропосфере, питаются водородом с гелием. Мы используем их для регенерации.
   - В смысле?
   - При рождении новых хантеров из металлов с минералами, флоатеры являются катализатором. Впереди по курсу первый участок суши, - добавил он. Нажав присоской- пальцем, сенсор на экране.
   Спустя несколько секунд, далеко внизу за иллюминаторами, открылся материк. Очертаниями похожий на кленовый лист. Серо-коричневый и с желтыми пятнами.
   - Коренной. Площадь девяносто миллионов триста тысяч квадратных километров. Биологической жизни нет, - доложил из своего кресла Лем, осуществлявший съемку.
   - Втрое больше Африки, - со знанием дела сказал Меркатор, сделавший первую запись в прихваченном с собой штурманском журнале.
   - Как назовем, командир? - уткнулся лбом в иллюминатор Ливанов.
   - Аргонавт, - чуть помедлил Удатный. - В честь нашего похода.
   "Ар-го-навт" - записал в журнал Меркатор.- Достойное название.
   В течение следующего часа, внизу открылись еще несколько островных участков менее значительного масштаба, названия которым решили дать позже, по конечным результатам. Ровно в полдень земляне перекусили захваченным с собой сухпаем, запивая его горячим кофе из термоса, а хантеры, выпустив из корпуса судна телескопическую антенну, подзарядились энергией висящего в зените солнца. Воткнув себе в уши что-то вроде стеклянных пробок.
   Кстати, здесь оно хотя и выглядело намного больше, а по излучению ярче, не было столь жарким, как на Земле. Днем температура на поверхности Юпитера составляла плюс двадцать пять градусов по Цельсию, а ночью (она была здесь относительной) на пару делений ниже. И без существенных колебаний.
   Возможно, это объяснялось особенностями планетарной атмосферы или наличием фиолетового солнца, а может быть временем года. Что предстояло выяснить.
   Заночевать решили на одном, обнаруженном в цепочке подобных, островов, на закате дня. Они привлекли внимание своей зеленоватостью, что зафиксировала система навигации.
   По команде Удатного Орк произвел мягкую посадку на третий справа, после чего открыл бортовой люк, спустивши наружу трап.
   Сначала, с квантовым резонатором в руках, на сушу ступил Свергун, за ним Удатный. А затем вышли все остальные.
   - Травка! - тут же присел на корточки начхим. - Глазам своим не верю!
   - А вон там вроде как цветы! - восхищенно протянул Меркатор.
   Примерно с минуту земляне стояли неподвижно (хантеры что-то попискивали), оглядывая пейзаж.
   На всем прибрежном пространстве, уступами поднимающимся вверх, сплошь зеленело, с вкраплениями алого и белого.
   - Явная работа Океана, - кивнул на шуршащую прибрежной галькой волну Удатный.
   Словно в подтверждение его слов, оттуда выплеснуло несколько мелких крабов, шустро побежавших вдоль прибойной черты, на которой осыхали сиреневые водоросли.
   - Да, наш союзник время зря не теряет, - уважительно сказал Ливанов, после чего нагнулся и сорвал белый цветок, похожий на ромашку. - Пахнет... - удивленно вскинул брови, приложив к носу.
   Около часа, заодно разминая ноги, моряки осматривали остров. Сначала берег, а затем, поднялись по уступам наверх. Травы там почти не было - в основном, рыхлый грунт, перемежавшийся каменистыми россыпями. Одна привлекла внимание Покровского тусклой, с яркими блестками желтизной.
   - Рудное золото с кварцем, - зачерпнув в горсть, что помельче, и, с минуту перебирая пальцами, присвистнул начхим. - Эльдорадо!
   - А у меня целый слиток, - взвесил на руке средних размеров окатыш Свергун. - Килограмма два будет.
   - Это точно золото? - стал рассматривать на свет еще один Меркатор.
   - Оно, - уверенно заявил Покровский. - Я до училища год был коллектором* в геологической партии. В Сибири.
   - Да, здесь его целые россыпи, - пошевелил берцем руду командир. - Интересная находка.
   Чуть позже все спустились вниз (начхим прихватил для анализа несколько слитков), где увидели довольно интересную картину. Оба хантера, оживленно пища, с интересом рассматривали выброшенную волной, студенистую массу.
   - Флоатер, - ткнул в нее ручонкой Орк, когда моряки подошли ближе.
   - Новый вид,- добавил Лем. - Не такой, какие обычно бывают в тропосфере.
   - Это медуза, - объяснил пилотам Меркатер. - Земного происхождения.
   Ночь вся команда провела на борту судна, а утром оно снова взмыло в небо.
   За последующие три дня были открыты еще два крупных материка, разделенных широким проливом, получившие названия Третий Рим и Советский Союз.
   Первое было предложено Ливановым, в ознаменование мессианской теории славян "Москва-Третий Рим", а второе - коллегиально. В память о Великой империи, к которой русский офицерский корпус, как известно, питает ностальгию.
   Короткие остановки на обоих континентах, позволили сделать вывод, что на них тоже зарождается жизнь. В привычной земной форме.
   На побережье Третьего Рима, помимо внедрившихся в грунт морских водорослей, давших многочисленные побеги и весьма напоминавших ламинарию*, обнаружилось лежбище неизвестной породы ластоногих. Что-то среднее между тюленями и моржами. Но без глаз. Что выяснилось при ближайшем рассмотрении.
   - Они, скорее всего, из сохранившейся под корой Юпитера океанской фауны, высказал предположение Свергун. - Утратившие зрительные восприятия.
   В следующий момент первооткрывателям пришлось срочно ретироваться. Довольно крупные, с бивнем во лбу, сиреневого отлива особи, шлепая ластами и грозно трубя, живо порысили в их сторону.
   - Да, - утер пот со лба Удатный, когда преследователи отстали. - Зрения у них нет. Но нюх будь здоров. Как, впрочем, и скорость.
   - Точно, - добавили, тяжело дышавшие аргонавты.
   Расположенный на другой стороне пролива, Советский Союз видимых признаков жизни не имел. Но зато неподалеку от места посадки корабля, в океан впадала прозрачная река, с довольно широкой дельтой. Ближний ее рукав переливался всеми цветами радуги.
   Оставив хантеров у дисколета, первооткрыватели направились туда. Оживленно переговариваясь. А подойдя, остолбенели.
   Вдоль всего берега речного ответвления были намыты сотни тонн блестящих окатышей: желтоватых, молочно-белых, розовых, голубых и даже черных. Размерами от куриного яйца до арбуза.
   - А это что еще за хрень? - пошевелил ногой, один такой черный "арбуз" Ливанов.
   Покровский зачерпнул в ладонь несколько помельче и стал по отдельности рассматривать.
   - Глазам своим не верю! - обернулся к Удатному. - Это опалы, товарищ командир. Чтоб мне сдохнуть!
   - А вот этого не надо, - наклонившись, взял тот в руку ближайший. - Ты имеешь в виду горные минералы?
   - Ну да, - кивнул старший лейтенант. - Причем здесь, в основном, благородные.
   - И сколько вот такой, например, может стоит? - ткнул пальцем в тот, который шевелил, Ливанов.
   - Сложно сказать, - пожал плечами начхим. - Но, насколько знаю, раза в три меньше, был продан на аукционе в Англии за полтора миллиона фунтов стерлингов.
   - Ну? - уважительно протянул заместитель и снял ногу с "арбуза".
   - Да их тут на триллионы рублей, - окинул взглядом терявшуюся вдали россыпь Свергун. А Меркатор что-то чиркнул в записной книжке.
   Удатный, между тем, похрустел по камням к урезу воды, присел у нее и, зачерпнув в горсть, выпил.
   - Пресная, - довольно улыбнулся. - Рекомендую.
   В это время со стороны дисколета прискакали хантеры.
   - О! - радостно запищали оба, вслед за чем схватив ручонками по опалу, стали их грызть. Словно сахар. Земляне остолбенели.
   - Вы что делаете? - первым опомнился Меркатор. - Это же камни!
   - Гидрат диоксида кремния, - промычали те, затолкав остатки в щели ртов. - Укрепляет кристаллическую решетку.
   - А-атставить! - шагнул к юпитерианцам заместитель. - Это теперь народное добро! Смир-рна!
   - Да ладно тебе, - Валерий Петрович, - взял егоза локоть Удатный. - Кушайте ребята, кушайте.
   На глазах подводников те схрупали еще по паре опалов, после чего Орк шаркнул ножкой "спасибо".
   - Значит так, Юрий Иванович, - отвел от пилотов глаза Ливанов. - Коль разрешил им, разреши и мне.
   - В смысле?
   - Хочу взять этих камней для экипажа. Будут подарки на дни рождения.
   К слову, в подплаве, дни рождения моряков в походах отмечались свято. Начиная от простого матроса и кончая адмиралами.
   - Нет вопросов, - ответил командир. - Действуй.
   - Слушай меня, бойцы, - снова уставился заместитель на сынов Юпитера. - Быстро на корабль, найти какую-нибудь тару и собрать сто пятьдесят вот такого размера опалов (изобразил кольцо большим и средним пальцами).
   - Хайя, - кивнули оба. - Все должны укреплять свою структуры.
   Вслед за чем заскакали к дисколету.
   - Интересно как подпрыгивают, - сказал Свергун. - Будто кенгуру в пустыне.
   - Так они ж металлические, - добавил Меркатор. - А в конечностях, скорее всего, шарниры.
   По прошествии короткого времени хантеры прискакали обратно с прозрачным контейнером меж собой и с исключительной точностью в величине, наполнили его разноцветными минералами.
   В последующие три дня, обогнув Юпитер, на его противоположной стороне, экспедиция открыла последний материк. По величине равнявшийся трем первым. Судя по виду из тропосферы, там еще шла борьба между океаном и сушей.
   Многочисленные вулканы на ее поверхности извергали в небо густые клубы дыма, из сети расщелин в коре вырывались разноцветные облака газов, вниз по склонам, подобно огнедышащим драконам, ползли потоки расплавленной магмы.
   Встретившись на побережье, обе стихии - водная и поступавшая из недр планеты, со вселенским гулом накатывали одна на другую. При этом громадные волны кипели, а магма застывала.
   - Да, здесь еще бой титанов, - констатировал, глядя в иллюминатор Ливанов
   - Но океан, судя по всему близок к победе, - добавил Свергун. - Их масса несопоставима. Как и энергия.
   - Эта часть планеты звалась Хантерия, - грустно сказал из пилотского кресла Орк. А Лем, во втором, подозрительно звякнул.
   - Хантерия? - взглянул на него Удатый. - А ну ка, давай подробнее.
   Орк передал управление Лему и развернулся к землянам.
   - Это область Юпитера, была населена лучшими из нас. И ее навещала Создательница
   - Вон оно что? Как ее величают?
   - Земляне именуют ее "Вселенная", - ответил пилот. - Она породила галактики.
   - То же говорил и Океан, - переглянулись офицеры.
   - И кто же руководил Хантерией? - продолжил Удатный.
   - Сам Юпитер.
   - Каким образом?
   - На этой территории он воспроизводил нас из себя, вкладывая сознание и ум. Необходимые для сохранности галактического покоя.
   - И для этого посылал часть из вас на Землю?
   - Да. Ее форма жизни опасна для других планет. О чем свидетельствовали наши наблюдения.
   - В чем же, если не секрет? - саркастически вопросил Ливанов.
   - Не секрет, - ответил хантер. - Последние шестьдесят лет, в вашем исчислении, земляне стали посещать космос в целях высадки на другие планеты. Для привнесения туда своей формы существования. Для галактики это неприемлемо. Ибо все другие планеты в ней находятся в состоянии покоя.
   - А наша, выходит, нет? - поинтересовался Удатный
   - Нет, - замерцал глазами Орк. - Вы ее успешно разрушаете. Опустошая недра, загрязняя экологию и испытывая ядерное оружие. Мы стали вам в этом активно помогать. Но, к сожалению, не успели.
   - Достойная отповедь,- хмыкнул Ливанов. - Впечатляет.
   Все остальные земляне молчали. В славах хантера была правда.
   Он между тем развернулся к пульту, приняв у Лема управление. "Слушаю дальнейшие указания", донеслось из кресла.
   - Облетаем материк, - хмуро буркнул командир. - Уменьшить высоту и скорость.
   Дисколет, чуть снизившись, поплыл вдоль абриса континента.
   Спустя полчаса выяснилось, что апокалипсис был не везде. Северная часть суши, оказалась покойной и не задымленной.
   Под днищем корабля поплыло обширное бурое пространство, перемежавшееся глубокими каньонами со скальными плато, отделенное от остального двумя, параллельно тянущимися, горными хребтами. С необычной формы зубчатыми вершинами. Они напоминали собой вилы, воткнутые рукоятками вниз. Что выглядело необычно.
   - Садимся у подошвы вон того трезубца, - подойдя к Орку, указал на него рукой Удатный.
   - Я бы выбрал открытое плато, - ответил тот. - Здесь может быть опасно.
   - Опасно, - пропищал и Лем. - Плохое место.
   - Выполняйте, что приказано! - повысил голос, все еще находившийся под впечатлением неприятного разговора Ливанов. - Много о себе представляете.
   - Слушаюсь, - донеслось от пульта, и дисколет, на несколько секунд зависнув, коснулся цапфами поверхности.
   В открывшийся люк тут же скользнул трап, подводники встали со своих мест. Предвкушая возможность размять ноги.
   - Дай мне на всякий случай резонатор, - кивнул Покровскому командир, и тот снял оружие с переборки.
   Взяв его в руки, Удатный первым спустился вниз (офицеры за ним), хантеры не вышли.
   - Обиделись, - сказал Меркатор, покосившись на Ливанова. - Зря вы так с ними.
   - На обиженных воду возят,- хмыкнул заместитель. - Проехали.
   Удатный же с остальными, пройдя метров двадцать пять вперед, внимательно озирали ландшафт. Оказавшийся весьма мрачным.
   Высящиеся над головами трезубцы подавляли своими фантастическими формами, небо меж них было свинцового оттенка, а грунт под ногами представлял собой выходы всевозможных руд и минералов.
   - Да здесь целая таблица Менделеева, - высказался начхим, когда все, оступаясь и скользя, прошли еще дальше.
   - А это что? - остановился у непонятно бесцветной субстанции Меркатор. Она сочилась из широкой трещины в скале, вязко и пластично.
   - Похоже на рождающийся камень, - встал рядом начхим.
   - А разве камни рождаются?
   - Да. Это давно известно в геологии. Но, возможно, и что другое.
   Внезапно далеко вверху раздался легкий треск. Все подняли головы и оцепенели.
   На их глазах ближайший пик, находившийся метрах в ста справа, начал словно оживать, превращаясь в необычную химеру.
   Спустя пару секунд он реформировался в подобие треножника, с двумя выпуклыми линзами наверху, которые со скрежетом развернулись в сторону пришельцев.
   В следующий миг из линз выплеснулся огонь, с воем пролетевший над головами.
   Землян швырнула наземь горячая волна, вокруг завизжали осколки разнесенной в прах скалы, на другом конце склона.
   - Всем на борт! - скомандовал Удатный, вставая на карачки и хватая вылетевший из руки резонатор. Увы, экран того был разбит, оружие не работало.
   Отшвырнув его в сторону и матерясь, командир понесся вслед за выполнявшими приказ моряками.
   Когда до корабля оставалось метров сто, позади вновь жарко дохнуло, а бежавший впереди чуть слева Ливанов, превратился в факел.
   - Туши его, туши! - заорал Свергун, и они с Меркатором, стали рвать с вопящего заместителя штаны с курткой.
   В тот же момент из дисколета в сторону треножника понеслись ослепительные сгустки плазмы, там гулко ухнуло, все стихло.
   Сопя и обливаясь потом, моряки втащили стонущего Ливанова на борт судна, уложив его на палубу, вслед за чем Покровский метнулся к своей сумке с аптечкой.
   Затем обожженному был вколот промедол (тот задышал тише), но что делать дальше, никто не знал. Кожа на теле висела клочьями.
   - Позвольте мы релаксируем его оболочку,- пропищали сзади хантеры, все это время, с интересом наблюдавшие.
   - Это возможно? - обернулся к ним Удатный.
   - Вполне.
   Моряки молча расступились.
   Просеменив к телу, Орк с Лемом встали один у головы, а второй у ног поджаренного, став водить трехпалыми конечностями над телом.
   Обугленная кожа на нем начала исчезать, постепенно заменяясь новой.
   - Вот это да, - тихо прошептал Покровский.
   Спустя еще несколько минут медитация закончилась, и Ливанов открыл глаза.
   - Где я?
   - А ты что, ничего не помнишь? - наклонился к нему Удатный.
   - Помню, как бежали, - наморщил заместитель лоб. - Затем вспышка и провал в памяти. - Кстати, а почему я голый? (ощупал себя руками).
   - Хорошо, живой, - подняв с палубы, усадили начальника в кресло Свергун с Меркатором.
   - Не понял? - закрыл тот причинное место ладонями.
   - Ты практически сгорел, Петрович, - задушевно сказал Удатный. - А вот эти парни тебя спасли, и нас кстати,- кивнул на хантеров.
   Вслед за чем подошел к тем и дружески пожал руку каждому.
   При своих детских размерах, ладони пилотов оказались на удивление крепкими и жесткими.
   - Будем улетать? - поинтересовался Орк.
   - Да, пора в обратный путь,- согласился капитан 2 ранга.
   - А эту часть суши предлагаю назвать ОркоЛем, - обвел глазами членов экспедиции. В честь наших спасителей юпитерианцев. Надеюсь, никто не возражает?
   - Принимается, командир, - первым высказался Ливанов. - Они того заслуживают.
   - Лучше не придумать, - заулыбались остальные.
   - Нашими именами назван материк, Лем, - залучился глазами Орк в сторону сородича.
   - Это справедливо, - пропищал Лем из своего кресла.
  
   Глава 3. Первые поселенцы.
  
   На обратном пути, проходившем достаточно спокойно, решили приземлиться на ближайшем к базе материке Аргонавт. Уже отмеченном на навигаторе. Для первичного осмотра суши.
   При спуске к ней из верхних слоев тропосферы, все члены экспедиции сразу же отметили, что "кленовый лист" явно изменил свою окраску. Серо-коричневый цвет приобрел оттенок малахита, а на месте желтых пятен возникли голубые.
   - Фиксирую наличие биологической жизни, - доложил из пилотского кресла Орк. - Земная флора и Н2О. В небольших количествах.
   - Снова Его работа, - глядя в иллюминатор, одобрительно сказал Ливанов.
   - Да, - ответил стоя позади кресла пилота Удатный. - Океан и запрягает быстро и ездит. Как в той пословице.
   - Там вроде запрягали медленно, - уточнил Свергун.
   - Неважно.
   Между тем спуск продолжался, и материк вырисовывался все более детально. Узкая малахитовая черта, окаймлявшая сушу, превратилась в зелень, а голубые точки - целую россыпь озер на ее пространствах. Соединенных водными артериями.
   Приземлились на берегу, покрытом цветущим травяным ковром и неизвестной породы сиреневыми папоротниками.
   - А пахнет, как у нас на Земле в мае, - втянул ноздрями воздух Покровский, когда все, выйдя наружу, прошли несколько вперед.
   - Точно, - растерев в пальцах сорванную травинку, понюхал ее Меркатор.
   - Давайте поднимемся выше, - указал пальцем на пологий, уходящий вверх склон, командир. - Поглядим, что дальше.
   - Я могу доставить всех туда на магноплане, - пропищал стоявший рядом с ним Орк.
   - А это еще что? - воззрились на хантера подводники.
   Вместо ответа он поскакал к дисколету, в котором оставался Лем и нажал под днищем на какую-то пластину.
   Из нижней части судна опустилась аппарель, на которой стояло подобие гидроцикла. Но раза в три длиннее.
   Хантер устроился за пультом в носу, и через секунду транспортер стоял рядом с моряками. Точнее висел в полуметре от земли.
   - У него что, воздушная подушка? - открыли те рты.
   - Нет, магнитная, - последовал ответ. - Усаживайтесь.
   Все расположились по двое на сидениях, магноплан, тихо свистя, без усилий поплыл вверх по склону.
   - Почему ты не рассказал о нем раньше, Орк? - наклонился вперед Ливанов.
   - Меня не спрашивали.
   - А какие у машины характеристики? - поинтересовался Удатный, сидевший рядом с пилотом.
   - Магнитуда по высоте неизменяема, вектор скорости до трехсот километров в час. Дальность хода по суше тысяча пятьсот. В аквасреде второе меньше.
   - Он что? Может и на воде? - похлопал по борту Меркатор.
   - Под нею тоже.
   - Не хило! - восхитился позади начхим. - Настоящая амфибия.
   А магноплан уже был наверху склона.
   С его вершины открывался вид, лежавшего впереди пространства. Оно расстилалось до горизонта, куда опускалось фиолетовое солнце и освещалось первыми лучами второго. Встающего на другом конце Юпитера.
   Рельеф местности был пересеченным. С волнообразными долинами, холмами, а также низменностями. Зеленого цвета на нем не наблюдалось (преобладали бурые с серыми тона), но справа, у черты заката, серебрилась короткая черта.
   - Курс на нее, Орк! - обозначил направление рукой Удатный.
   Магноплан чуть изменил направление, в ушах тонко запел ветер. Потом звук исчез - на корпус надвинулась прозрачная сфера.
   Спустя полчаса, снизив скорость, амфибия колыхнулась на берегу обширной акватории. Ее зеркальная гладь, вдали сливалась с красками заката, а суши по сторонам не наблюдалось. Орк дважды щелкнул сенсорами на пульте.
   Взвихрив песок, магноплан опустился на него, сфера плавно сдвинулась.
   - Похоже на внутренне море, - выбравшись наружу первым, сказал Удатный, и все направились к воде. Та оказалась пресной.
   - В таком случае озеро, но весьма обширное, - высказал предположение Свергун. - А вода необычайно прозрачная, как в нашем Байкале.
   - Вы там бывали? - поинтересовался начхим.
   - Да. Три года назад, на испытаниях новой торпеды.
   - Полагаю, нам следует навестить его глубины, - озирая водную гладь, сказал Удатный. - На сколько твой аппарат, Орк, может погрузиться? (взглянул на стоящего рядом хантера).
   - На тысячу пятьсот метров, - последовал ответ. - С нахождением в аквасреде до часа.
   - В таком случае, прошу всех на борт, - направился командир к магноплану.
   Когда экспедиция расселась по своим местам, пилот надвинул на аппарат сферу, после чего тот заскользил над поверхностью воды, отливающей ультрамарином.
   - Погружаемся? - взглянул на командира Орк, когда берег остался позади.
   - Можешь.
   Трехпалая ручка мазнула по сенсорам управления, магноплан чуть взлетел и совершил нырок в воду. За прозрачностью сферы, кверху поплыли облачка кислорода.
   Когда же вокруг стало темнеть, аппарат испустил по окружности яркое пятно света.
   - Глубина сто метров, - доложил командиру Хантер. - Под нами подводная гряда. С понижением до трех тысяч.
   - Не хилое озерко, - поцокал сзади языком, кто-то из подводников.
   - Давай вдоль нее, - внимательно вглядываясь в освещенное пространство, - сказал Удатный.
   Минут десять, погружаясь все глубже, аппарат плыл во вселенской тишине над отрогами гряды, затененных густым мраком. Пейзаж был безжизненным и довольно унылым.
   Время от времени пятно света выхватывало из темноты хаос подводных пород и донных отложений, из трещин в которых кверху струилось что-то подобное газам; изредка возникали мерцавшие облака планктона, шарахавшиеся от магноплана в стороны и тут же исчезавшие.
   - Есть планктон, будет и жизнь, - нарушил затянувшееся молчание Меркатор.
   - А вон, слева, вроде водоросли, - сказал сидевший с ним рядом начхим. - Да какие огромные!
   Метрах в пятнадцати по борту, из-за очередной скалы действительно змеились несколько бурых водорослей, напоминавших ламинарию, но гигантских размеров.
   - Вот это да-а..., - начал Ливанов и подавился словом.
   Те метнулись к судну, обвив его наподобие ремней, и потащили магноплан к себе. Мощно и неудержимо.
   - Давай на отрыв! - заорал Удатный Орку, но было поздно.
   В следующие секунды завибрировавший транспортер был подтянут к скальному массиву, из-за которого в мертвенном свете возникла ужасная химера. В виде громадной, с блестящими глазами головы, вооруженной массивным клювом. "Ламинарии" же, опоясавшие судно, были ее, выпущенными из-под мантии щупальцами.
   Они подтащили обездвиженный аппарат к глазам, от леденящего взгляда которых, люди внутри сжались.
   - Осминог! - влип в кресло Свергун, а остальные побледнели.
   Химера была размером со слона и имела явно враждебные намерения.
   - Можешь ее уничтожить? - глядя на присоски над головой, - громко прошептал хантеру Удатный.
   - Нет, - пощелкал сенсором на пульте Орк. - Биомасса блокировала выход оружейного сопла плазмоида.
   Между тем сжатие щупальцев явно усилилось, поскольку корпус магноплана заскрипел (офицеры покрылись холодным потом).
   - Ну, все. Сейчас нам кранты, - прохрипел Ливанов.
   Словно в ответ на его слова, монстр приблизил судно вплотную к клюву и в следующий момент саданул им по сфере.
   - Пи-у, - тонко прозвенела та, выдержав первый напор. От которого все внутри содрогнулось.
   - Сила удара у этой биомассы по вашим меркам составляет восемьсот тридцать ньютонов, - взглянул на дисплей Орк. - Корпус магноплана выдерживает чуть больше.
   - А потом? - засопел носом позади Покровский.
   - Разрушение структуры, - невозмутимо заявил пилот. - Вместе с нашими.
   Гигантского осьминога меж тем, что-то обеспокоило.
   Опустив судно рядом, он разомкнул шупальца, меняя цвет, а в следующий момент сам подвергся нападению.
   На химеру напала вторая. Подобная ящуру. Со змеиной зубастой головой, гребнем вдоль спины и ластами.
   Обе завертелись в смертельном круговороте.
   Потом все вокруг заволокло чернильным облаком, из которого выпорхнул магноплан, стремительно рванувшись к поверхности.
   Спустя короткое время он вынесся на берег, припал к нему и встал. Прозрачная сфера отъехала назад, несколько минут земляне приходили в себя. Не веря в чудесное избавление.
   Потом поочередно выбрались наружу (за ними выпрыгнул Орк) и, дрожа руками, закурили.
   - Интересно, откуда эта хрень взялась? - неумело затягиваясь сигаретой, закашлялся Ливанов.
   - Да, такого и в кошмарном сне не увидишь, - с опаской покосился на озеро Меркатор.
   - Первый был точно гигантский осьминог или кальмар, - выдул из ноздрей дым Удатный. - А вот другой, вроде доисторического ящера. Обратили внимание?
   - Точно ящер, - уверенно заявил начхим, утирая лоб носовым платком. - Я примерно такого видел в зоологическом музее. В Питере.
   На этом изыскания решили прекратить, и экспедиция вернулась к дисколету.
   Спустя некоторое время он плыл высоко в небе. Взяв курс на базу.
   Там вернувшихся ждала приятная новость. Встретившие их Цой с Коблуновым сообщили, что из земного чертога Океана, несколькими "Арго" доставлены первые поселенцы.
   - Вот как? - переглянулись командир с заместителем. - Кто они и в каком количестве?
   - Адмирал Макаров с командой броненосца "Петропавловск". Числом шестьсот пятьдесят человек, и с ним и художник Верещагин, - доложил старпом.
   - Двое суток назад всех высадили в бухте на южной оконечности острова. Вместе с броненосцем "Петропавловск, на котором находится экипаж (продолжил). Мы Михаилом Алексеевичем тут же навестили пращуров для знакомства.
   - И как адмирал? - насторожился Ливанов. - Похож на наших?
   - Какое, - чуть улыбнулся Цой. - Современные ему в подметки не годятся.
   - Это точно, - добавил Колбунов. - Одно слово, великий флотоводец!
   - Ну а Верещагин? - поинтересовался Свергун, знавший все картины известного баталиста.
   - Тоже под стать адмиралу, - заявил старпом. - И к тому же простой. Не то, что современные "мазилы". Намалюют черте что, вроде "Черного квадрата" и уже великие.
   Спустя еще пару часов, после того как члены экспедиции вымылись в душе побрились и отобедали, Удатный приказал собрать экипаж в кают-компании. Где вместе с Ливановым сообщил о результатах изысканий.
   Известие об открытии целых четырех континентов, пригодных для жизни, моряки восприняли с воодушевлением. Как и их названия.
   - Ну, вот и новые земли для России, - толкнул в бок старшина команды торпедистов своего коллегу - ракетчика.
   - Угу, - довольно изрек тот. - Знай наших.
   - Ей бы разобраться с теми, которые уже есть, - прогундел лодочный скептик Тоцкий. - Две трети никто не обрабатывает.
   - Тихо, вы, балаболы, - цикнул на них механик. - Не мешайте слушать.
   После того как Удатный с Ливановым завершили свой доклад, последовал ряд вопросов. В том числе, касающихся судьбы новых территорий.
   - На этот счет Удатный заявил, что все будет решать Океан. А Ливанов добавил "прошу не забывать, что мы здесь лишь союзники. Но не хозяева.
   "Ясно", прошелестело по рядам. Моряки, редко задавали лишние вопросы.
   Далее экипаж стал заниматься по распорядку, поскольку крейсер требовал неусыпного внимания, а начальство во главе с командиром, проследовало в его каюту. Где состоялся конфиденциальный разговор. По поводу предстоящего визита к адмиралу "со товарищи". Что было немаловажным.
   Удатный и его старшие офицеры отлично понимали, легендарный русский флотоводец с его командой, возвращены Океаном из небытия не зря. И, скорее всего, станут основателями новой юпитерианской цивилизации. Так что с первыми поселенцами следовало держать "ухо востро". К тому же возникали вопросы субординации. Что у военных жестко определено уставами.
   В ходе разговора пришли к следующему: утром, после подъема флага, отправиться катером в бухту, где стоял броненосец, представившись адмиралу с его штабом. При этом выяснить, что известно воскресшим об их миссии и полномочиях. О чем доложить на Землю президенту. Сопровождать командира должны были заместитель и старпом, а также Свергун "как око государево".
   После этого на плавбазу с крейсера доставили нужные тома имевшейся у Ливанова "Большой советской энциклопедии", для пополнения знаний о Макарове с Верещагиным. В определенной степени они у всех были. Но освежить в памяти не мешало.
   Из издания 1978 года в отношении первого сообщалось:
   Степан Осипович Макаров родился 27 декабря 1848 года в Николаеве. Русский военно-морской деятель, океанограф, полярный исследователь, кораблестроитель, вице-адмирал.  Изобретатель минного транспорта, разработчик теории непотопляемости, пионер использования ледоколов. В 1895 году разработал русскую семафорную азбуку.
  
  
   Во время русско-турецкой войны одним  из первых в мире успешно применил торпедное оружие, потопив турецкое сторожевое судно "Интибах". Командовал пароходом "Тамань", фрегатом "Князь Пожарский" и  корветом "Витязь",  на котором совершил кругосветное плавание. Занимался океанографическими исследованиями. Награжден двумя Золотыми медалями  Русского географического общества.
   С 1891 года исполнял должность главного инспектора морской артиллерии, а с 1894 - младшего флагмана Практической эскадры Балтийского моря. Далее являлся Командующим эскадрой в Средиземном море,  при угрозе войны с Японией (1895) перевёл корабли на Дальний Восток. Командующий Практической эскадрой Балтийского моря
   Один из инициаторов использования ледоколов для освоения Северного морского пути. Руководитель комиссии по составлению технического задания для строительства ледокола "Ермак". В 1901 году, командуя им, совершил экспедицию на Землю Франца-Иосифа.
   Главный воинский начальник Кронштадтского порта и губернатор Кронштадта. В этом качестве составил за четыре дня до начала русско-японской войны записку с предупреждением о неизбежности начала японцами войны в ближайшие дни. Равно как и о недостатках русской противоторпедной обороны, которые позже и были использованы японцами при атаке на рейд Порт-Артура 26 января 1904 года. После начала русско-японской войны назначен командующим Тихоокеанской эскадрой и 24 февраля прибыл в Порт-Артур. Руководил действиями кораблей при обороне Порт-Артура, но вскоре погиб на броненосце"Петропавловск", подорвавшемся на японской мине.
   По поводу близкого друга флотоводца и выдающегося живописца своего времени Василия Васильевича Верещагина, энциклопедия констатировала, что он был одной из самых выдающихся фигур российской истории, в которую вошел не только в качестве живописца и одного из лучших художников-баталистов. Верещагин был к тому же литератором, а в живописи трудно назвать его действительных учителей или же последователей. 
   Родился Василий Васильевич в помещичьей семье 26 октября 1842 года в тогдашней Новгородской губернии - городе Череповце. Все четверо сыновей (у Верещагина было два младших и один старший брат) были отправлены в военные учебные заведения. Василия, когда ему исполнилось девять лет, определили в морской кадетский корпус. После учебы последовал недолгий период службы и уход в отставку. В 1860 году началась учеба в петербургской Академии художеств, откуда он в 1863 году уехал на Кавказ, а по истечению года - в Париж. Там Верещагин сразу и учился, и работал под наставлением художника Жерома. Затем снова вернулся на Кавказ, где писал с натуры, а осенью 1865 отправился в Петербург и снова в Париж - продолжать свою учебу в Парижской академии.
   В 1866 году, официально завершив свое обучение, Василий Васильевич вернулся домой, а спустя год   был приглашен на службу самим командующим русскими войсками в Средней Азии, генерал-губернатором Туркестана Кауфманом. Верещагин принимал участие в обороне осажденной цитадели Самарканда, где был ранен.
   За свои подвиги он получил Орден Святого Георгия 4-го класса. В 1869 была организована "Туркестанская выставка" в столице при содействии Кауфмана, где Верещагин продемонстрировал свои работы. Затем с годами последовали еще выставки в Лондоне и Петербурге. Славой Василий Васильевич был обласкан еще при жизни. 
Но в 1877 году разразилась очередная война, и Верещагин снова направился в действующую армию, оставив мастерскую в Париже. После тяжелого ранения и возвращения к мирной жизни Верещагин много путешествовал и работал. Но видимо, ему не было суждено умереть мирной смертью. Погиб Василий Васильевич 31 марта 1904 года, на броненосце "Петропавловск" вместе со своим другом.
   - Вот такие исторические личности, товарищи офицеры, - констатировал после прочтения названного вслух, Удатный. - Что прошу учесть в ходе знакомства и общения.
   С восходом солнца на рубке крейсера и гафеле* плавбазы, перед выстроенными шеренгами взвились военно-морские флаги, и усиленный эхом в островных джунглях, в небо унесся российский Гимн. После чего последовала команда "вольно!" и Удатный, с сопровождающими в отутюженной черной форме и при кортиках, спустился в глиссер. За штурвалом которого монолитно стоял тоже принаряженный боцман.
   - Отходим, - кивнул ему позументом фуражки командир, вслед за чем катер отвалил от трапа.
   Выписав плавную циркуляцию, он увеличил скорость и, рассекая синий ультрамарин, понесся в радуге брызг к выходу из лагуны.
   Следуя вдоль побережья по уже известному боцману маршруту, глиссер в каких-то двадцать минут домчал группу к довольно обширному заливу, в глубине которого темнела громада броненосца.
   "Петропавловск" стоял на двух отданных якорях, впечатляя своими размерами и орудиями главного калибра.
   - Не меньше нашего ракетоносца, - переглянулись офицеры.
   Далее, сбросив ход, катер заскользил по водной глади и встал у спущенного с борта трапа.
   Оправив форму, Удатный первый шагнул на нижнюю площадку, сопровождавшие за ним. На трели раздавшихся сверху боцманских дудок.
   Продробив каблуками по стальным стеблям и поднявшись на палубу, визитеры козырнули реявшему на корме Андреевскому флагу и, хотя были готовы к встрече, застыли.
   В нескольких метрах от них, впереди группы офицеров, стоял великий флотоводец.
   Он был точно таким, как на известном памятнике в Кронштадте. Рослым, с широкой бородой клиньями и в парадном, с многочисленными регалиями, мундире.
   Удатный опомнился первым, бросил руку к виску и прошагал навстречу.
   - Господин вице-адмирал! Командир российского подводного крейсера "К-450" капитан 2 ранга Удатный! Рад приветствовать Вас на Юпитере!
   Макаров молча сделал шаг вперед, и глаза пращура с потомком встретились. Во взгляде первого были мудрость и величие, у второго - неприкрытое восхищение.
   - И я рад встрече, Юрий Иванович. Очень, - пророкотал басом адмирал, крепко пожав командиру руку. - Наслышан о Вас от известного лица (чуть улыбнулся).
   Далее Удатный представил ему своих офицеров, флотоводец своих. Вслед за чем пригласил всех в адмиральский салон. Для более близкого знакомства.
   Под взглядами застывших на надстройках матросов броненосца (шла утренняя приборка), сияющая золотом нарукавных шевронов и погон, группа проследовала по назначению и вскоре сидела на кожаных диванах в просторном, отделанном красным деревом, бронзой и зеркалами помещении.
   В ходе начавшейся беседы, на правах старшего, как принято на флоте, адмирал сообщил гостям, что он с офицерами и нижние чины, знают, в каком веке они воскресли, а также что происходит в земном мире.
   - Меня на этот счет подробно проинформировал господин Океан, - добавил Степан Осипович. - Я офицеров. А они команду. После чего мы сделали свой выбор.
   - Какой, позвольте спросить? - уважительно поинтересовался Удатный.
   - Отправиться в поход на Юпитер, где основать новую цивилизацию. По его мнению (продолжил адмирал), она должна быть отличной от земной, в части общественного развития. Без войн, погони за наживой и разрушения природы. Что я с командой "Петропавловска", вполне разделяем.
   На этих словах в салоне открылась дверь, и на пороге возник худощавый, в гражданском костюме человек. Бородатый, с лицом пророка и лбом мыслителя.
   - Разрешите, Степан Осипович? Мне только что сообщили о гостях. Я не помешаю?
   - Ни в коем разе, - дружелюбно кивнул Макаров. - Позвольте вам представить господа, моего близкого друга и живописца Василия Васильевича Верещагина, - обратился к подводникам.
   - Как же, как же, знаем, - дружно встали те, пожимая руку подошедшему художнику. - Видели Ваши картины в Эрмитаже.
   - Знать не забыли меня потомки, - повлажнел тот глазами, присев в предложенное адмиралом кресло.
   Беседа, принимавшая все более дружественный и конструктивный характер, длилась почти три часа. После чего адмирал пригласил подводников отобедать на броненосце.
   Те с удовольствием приняли приглашение, и все прошли в офицерскую кают-компанию.
   Длинный, накрытый белоснежной льняной скатертью стол, впечатлял белоснежностью парадного фаянса с золотыми якорями, серебром прибором и искрящимся хрусталем бокалами. Меж них, в нескольких ведерках со льдом, охлаждалось шампанское, темнели бутылки коньяка с летящей ласточкой на наклейках, чернела в вазочках черная икра, а на блюдах холодные закуски.
   - Разве на современных боевых кораблях 1-го ранга не так? - вскинул густые брови флотоводец, видя удивление гостей, не ожидавших подобной роскоши.
   - Скромнее, намного скромнее, господин адмирал, - вздохнул Ливанов, а Цой театрально развел руками.
   - Да, измельчали нынешние потомки, - притворно вздохнул старший офицер броненосца, после чего обе стороны весело рассмеялись.
   - Прошу за стол, господа, - сделал радушный жест адмирал. - Всему этому изобилию и полностью воскрешенному вместе с нами кораблю, мы обязаны Океану и Вам. Что всегда будем помнить.
  
   Глава 4. Освоение планеты.
  
   Прошел еще месяц. Создание цивилизации шло полным ходом. Под руководством Высшего разума, который держал все под контролем.
   Спустя неделю после встречи потомков с пращурами на броненосце, он вновь навестил планету, встретившись с морским начальством.
   При этом определил, что адмирал Макаров является военным губернатором Юпитера, а капитан 2 ранга Удатный, его заместителем. Им, как высшей власти, предписывалось расселение вновь доставляемых землян на открытых территориях с последующим обустройством. За собой Океан оставлял доставку новых поселенцев, а также средств первой необходимости.
   На вопрос вновь назначенного губернатора с заместителем по поводу общественной формации на планете, Океан заявил, что оставляет это на их усмотрение.
   - Главное, чтобы с учетом прошлых ошибок землян, она способствовала новому пути развития. Без войн, между усобиц и разрушения планеты, - значительно поднял вверх палец. - В противном случае я уничтожу здесь "гомо сапиенс", оставив только фауну и флору (апокалипсически блеснул глазами).
   После этих слов Макаров с Удатным почувствовали себя неуютно, но не показали виду.
   - Крут, весьма крут, Высший разум, - откинувшись в кресле своего салона, где происходила встреча, сказал флотоводец, после того, как Океан их покинул. Сообщив, что отправляется на Землю для отправки на Юпитер новой партии поселенцев и грузов.
   - В своем обещании, Степан Осипович, он по существу прав, - вздохнул, когда оба остались одни, капитан 2 ранга. - На нашей доброй старой Земле человечество зашло в тупик. Это несомненно.
   - Скорее всего, да, - согласился адмирал. - На этот счет, после воскрешения, Океан дал мне исчерпывающую информацию. Что весьма прискорбно. Однако я обратил внимание (погладил бороду), что Россия предпринимает попытки найти новые формы земного сосуществования. Как вы полагаете, у нее получится?
   - Вряд ли, - помрачнел Удатный. - Мир на грани третьей мировой войны. Что мы, как профессионалы, отлично понимаем. А в случае ее, победителей не будет.
   - М-да, - забарабанил пальцами по ломберному столу герой Порт-Артура. - С огнем играют потомки. И, насколько я понял из бесед с Высшим разумом, помочь им он не желает.
   - Именно так, - кивнул Удатный. - Хотя то, что Вы и мы здесь, дает России некоторые надежды.
   - В таком случае, Юрий Иванович их следует оправдать, - встав из кресла и заложив руки за спину, монолитно заходил по ковру салона Макаров.
   Уже следующим утром, на дисколете, захватив Свергуна и художника Верещагина, оба отправились на облет планеты. Губернатор желал лично навестить открытые континенты.
   Не были оставлены без дел и экипажи кораблей.
   Ливанову было поручено организовать курс лекций для офицеров "Петропавловска" (тех было двадцать пять), а заодно нижних чинов, на предмет адаптации к современным условиям; Цою ознакомить коллег с оружием и техническими устройством ракетоносца, а старшему офицеру броненосца капитан-лейтенанту Рюмину вместе с Колбуновым и приданной командой, возвести на одном из живописных холмов острова церковь.
   Вера, по единому мнению, должна была стать главным скрепом новой цивилизации.
   Одним из таких дней, активных и насыщенных, у наполовину срубленной на каменном фундаменте церкви, на ошкуренных бревнах перекуривала смешанная флотская команда. Моряков было три десятка. Часть с броненосца (в прошлом плотники с мастеровыми) остальные с ракетного крейсера - в качестве тягловой силы.
   Чуть в стороне от них, расположились Рюмин с Колбуновым и корабельный священник отец Нектарий.
   Последний рассказывал помощнику об Иоанне Кронштатском*, а Рюмин, щурясь на солнце, курил длинную папиросу.
   Среди нижних чинов и лодочных мичманов, велся разговор совсем иного рода. О женщинах. Точнее юпитерианских сиренах.
   Уже на второй день после прибытия, те были замечены у борта "Петропавловска". Что было встречно верующим экипажем в отличие от потомков с трепетом.
   На этот счет Нектарий пытался даже организовать на корабле крестный ход, посчитав тех дьявольским искушением, чему воспрепятствовали адмирал, в силу своих прогрессивных взглядов.
   Команда же броненосца, включая офицеров, изумленно наблюдая с высокого борта обитательниц юпитерианского океана, прониклась мистическим чувством, а некоторые даже крестились.
   Спустя еще несколько дней возведение храма было закончено, и под его луковкой купола, вместо колокола, навесили корабельную рынду. К этому времени, на остров, завершив облет владений, вернулись губернатор с заместителем, а также сопровождавшими их лицами. Удивившие сослуживцев приятным известием.
   За время, прошедшее с момента открытия континентов, Аргонавт и Третий Рим покрылись на значительном пространстве молодой древесной растительностью, Советский Союз - травяным покровом, а на Орколеме прекратилось извержение вулканов.
   - Налицо небывало активная биологическая регенерация, - высказался по этому поводу во время обеда у адмирала, начхим Покровский.
   - М-да, а на Земле на это ушли миллионы лет, - добавил, разрезая ножом бифштекс, Верещагин.
   - Чудны дела твои Господи, - перекрестился отец Нектарий, вслед за чем опрокинул в волосатый рот очередную рюмку мадеры.
   В следующее воскресенье, при участии всех свободных от корабельных вахт, облаченных в парадно-выходную форму, он совершил освещение храма. Далее состоялось торжественное моление, после чего адмирал выступил перед моряками команд с речью.
   Назвав их достойными сынами истории, Степан Осипович призвал всех к созиданию нового Отечества.
   С последними словами флотоводца в высокое, с фиолетовым отливом небо, унеслось троекратное "ура!" из-под купола полились торжественные звуки рынды, и воздух содрогнулся от залпов главного калибра "Петропавловска" в заливе.
   Потом все отправились туда на праздничный обед, во время которого на палубе играл духовой оркестр из корабельных музыкантов.
   Свою резиденцию военный губернатор решил основать на Зеленом острове, который был в Розе ветров* открытых континентов.
   Туда вскоре перебазировались ракетный крейсер с плавбазой, вставших рядом с броненосцем, вслед за чем последовали целый ряд значимых мероприятий.
   Для начала адмирал - губернатор создал при себе штаб, в который помимо Удатного с Ливановым вошли старший офицер "Петропавловска" Рюмин, с инженер -механиком капитаном 2 ранга Малиновским, а также Верещагин и Свергун. Что было оформлено соответствующим приказом за номером один. По планете Юпитер.
   Вслед за этим, посовещавшись, штаб определил общее название всех открытых континентов, поименовав их Океанией, не касаясь формы общественного устройства. Которую оставили на потом, желая согласовать ее с Высшим разумом.
   Далее был разработан план первоочередных мероприятий, касающихся приема и размещения поселенцев. При этом исходили из уже имевшейся у адмирала информации. Который тот получил от Океана на Земле. Незадолго до отправки.
   Второй галактический конвой должен был доставить на планету четыре тысячи человек. Из числа русских, погибших в море в предшествующие века. Военных с гражданскими, а также женщин.
   - Таким образом, господа, Океан предоставляет нам карт-бланш* по сравнению с другими нациями, - распушил густые усы Макаров. - А в этом, насколько мне известно, заслуга вашей команды, Юрий Иванович (тепло взглянул на Удатного).
   Тот чуть покраснел и откашлялся в кулак. Похвала была приятной.
   - Хорошо бы ваше превосходительство дабы иностранцев не было вообще, - высказал мысль инженер - механик. - От них только неприятности.
   - Это не нам решать, Эдуард Андреевич, - последовал ответ. - Хотя ваше мнение и заслуживает внимания.
   - Разрешите вопрос господин адмирал? - поднял руку Ливанов.
   - Я вас слушаю, Валерий Петрович.
   - Доставит ли конвой вместе с поселенцами продукты? Восемь тысяч человек, это не шутка.
   - Да, кивнул высоким лбом Макаров. - Океан все предусмотрел. Соотечественники будут на морских судах, обеспеченных всем необходимым.
   - А где педполагается высадка? - поинтересовался со своего места Свергун, чиркавший что-то в блокноте ручкой.
   - Конвой приземлится в заливе, - ответил сидевший рядом с адмиралом Удатный. - После чего мы займемся распределением и обустройством соотечественников.
   Спустя еще час, совещание у Макарова закончилось, и каждый член штаба отправился выполнять полученную задачу.
   Наиболее ответственная была у Свергуна. Доставить на базу обнаруженные накануне станцией РЛС подводного крейсера юпитерианские дисколеты. Семь таких вынесли волны на песчаную отмель небольшого участка суши в сотне километрах от Зеленого острова.
   Для этого особист, прихватив с собой комдива "два" Балуева (тот когда-то занимался в аэроклубе) высадился с катера на берег залива, где в двух десятках метров от прибойной черты стоял приданный морякам летательный аппарат.
   Орк с Лемом, устроившись рядом, под высоким баобабом, сидели в позах индийских йогов с закрытыми глазами.
   - Так, бойцы, подъем, - сказал, подойдя к ним Свергун, сопровождаемый комдивом.
   Оба встали, замерцав зрачками.
   Далее последовал инструктаж, после которого хантеры пропищали "понятно", вслед за чем, судно воспарило в фиолет неба. Его приборы тут же обнаружили цели, и через пять минут аппарат приземлился на нужной отмели.
   У ее кромки, на мелководье, покачивались три, а чуть дальше, в кварцевом песке, увязли еще четыре летающие тарелки. Находившиеся в воде были аналогичны доставившей всех к месту, остальные раза в полтора больше.
   - Это последнего поколения, - ткнул в их сторону трехпалой ручкой Орк. - И с более высокими характеристиками.
   Последующий осмотр аппаратов показал, что все они целы, а в двух имелись экипажи. В виде разъеденных подобием коррозии, останков. Рассыпавшихся при прикосновении.
   Далее Свергун изложил пилотам свой план доставки в базу трофейной техники. Хантерами. И по одной машине, так как по другому не получалось.
   - Это нерационально, - покачали головами юпитерианцы. - Последние модели можно отправить без пилотов.
   - Каким образом?
   - Задать автоматическую программу с координатами посадки, - ответил Орк.
   - И они отправятся на место сами, - пропищал Лем. - В точно назначенное место.
   - Вот как? - переглянулись офицеры. - В таком случае, за работу.
   Спустя пару часов все восемь дисколетов были на стоянке в базе, о чем Свергун доложил Макарову с Удатным.
   - Из трофейной техники тут же было решено сформировать воздушную эскадрилью, выделив для обучения хантерам нужное число офицеров, командиром которой назначили Балуева.
   Спустя еще неделю, утром, над островом замерцали абрисы каравана "Арго", плывущего высоко в небе. В нем насчитывалось пять похожих на дирижабли космолетов
   Под взглядами тысяч глаз, следуя один за другим, космолеты снизились до поверхности залива, оставив там свой груз, после чего вновь поднялись в небо и исчезли.
   На волнах, чуть покачиваясь, остались пять сухогрузов.
   -Ур-ра!- полетело в воздух приветствие моряков в адрес прибывших соотечественников.
   - Американские транспортные суда типа "Либерти", - сказал стоявший на мостике броненосца рядом с Макаровым Удатный. - Возмещение четырнадцать тысяч тонн, одна паровая машина мощностью в две тысячи триста лошадиных сил, скорость хода одиннадцать узлов. Или чуть больше.
   - Недурственно, - ответил адмирал, глядя в бинокль. - Но почему именно американские?
   - Все достаточно просто, Степан Осипович, - ответил командир. - В годы Второй мировой войны, США, являясь союзником России, поставлял ей на таких вот судах всевозможные грузы. Их маршрут проходил по известному вам Северному морскому пути. Где на конвои охотились немецкие подлодки. Часть судов прорывалась в наши Мурманск с Архангельском, часть топилась фашистами, а некоторые оставлялись командами и бесследно исчезали.
   - То - есть вы полагаете, - опустил бинокль Макаров,- что это исчезнувшие транспорты?
   - Именно, - подтвердил Удатный. - Из "кладовых" Океана.
   - Ну что же, в таком случае займемся знакомством с соотечественниками. Сергей Александрович (обернулся к стоявшему здесь же старшему офицеру). Прступайте.
   Через пару минут от "Петропавловска" отошел разъездной катер, в котором помимо рулевого находились Рюмин с Колбуновым. Им было поручено доставить к адмиралу старших на судах или их капитанов.
   Поочередно обойдя застывшие на рейде суда, на палубах которых молча стояли толпы народу, катер принял на борт четырех человек, после чего вернулся к броненосцу.
   Офицеры сопроводили тех на мостик
   Прибывшие сразу же выделили в группе стоявших там офицеров адмирала, что было неудивительно при его колоритной внешности и орлам на погонах. Вслед за чем представились.
   - Лейтенант Мезенцев, ваше превосходительство! Командир бомбардирского судна "Бир-Драгер" флота Его императорского Величества Петра Алексеевича, - поклонившись, доложил молодой длинноволосый офицер в зеленом мундире и при шпаге.
   - Рад, очень рад, - протянул ему руку Макаров.
   Второй оказался старшим офицером 74-х пушечного линкора "Всеволод" капитан-лейтенантом Вильрандом, погибшем в 1808 году в бою с английскими кораблями; следующий - капитаном русского пассажирского транспорта "Севастополь", Сергеевым, потопленного немцами в Первую мировую войну на Черном море, а последний - знаменитым подводником и Героем Советского Союза капитаном 2 ранга Магомедом Гаджиевым. Не вернувшимся из боевого похода на субмарине "К- 23" в 1942 году.
   Как оказалось при более детальном знакомстве, продолженном в адмиральском салоне, все доставленные на планету знали, куда отправляются, на что изъявили добровольное согласие.
   Десант был распределен Океаном по судам с учетом времени, в котором до этого проживали его участники, в подавляющей части бывшими военными моряками. При всем этом, в нем имелось порядка трех сотен женщин с гражданских судов, потерпевших кораблекрушения.
   В объемных трюмах четырех "либерти" имелся солидный запас продуктов, а также предметов первой необходимости. Пятый транспорт был загружен разборными домами, инструментом с различным хозяйственным инвентарем, а еще целым рядом хозяйственного назначения машин и механизмов.
   - Да, неплохо вы, то бишь мы, экипированы господа, - благодушно сказал адмирал, выслушав исторических капитанов. - Теперь давайте оговорим размещение личного состава.
   В ходе короткого совещания было принято следующее решение.
   Соотечественников, вместе со всеми грузами, доставить на континент Третий Рим, наиболее предпочтительный для проживания, где учредить столицу. Ее градоначальником адмирал назначил капитана 2 ранга Гаджиева.
   - Благодарю за доверие, товарищ адмирал, - встав со своего места, одернул китель Магомед Имудутдинович. Его заместителями стали Мезенцев, Вильранд и Сергеев. Как наиболее авторитетные среди своих людей.
   Тех, сразу же после окончания совещания, корабельными плавсредствами свезли на берег. Где состоялось чуть ли не братание. Отразившее связь поколений и русский дух. Которых никогда не было у европейцев.
   Команды ракетного крейсера с броненосцем, на правах "аборигенов", встретили высаживавшихся с катеров и шлюпок на берег под звуки оркестра, тепло пожимая тем руки и даже обнимая.
   Правда, не обошлось без небольших эксцессов.
   Во время нахождения до обеда на побережье, группа архангельских поморов в ближайшей роще, крепко угостила имевшейся у них водкой нескольких унтер-офицеров с броненосца. Далее началось выяснение, кто больше моряк, закончившееся мордобоем. Его быстро пресекли, а бузотеров до вытрезвления, поместили на корабельную гауптвахту.
   Отличился и уже известный мичман Чудаков. Решивший приударить за весьма импозантной девицей - сестрой милосердия с транспорта "Севастополь". За что получил пару звонких оплеух на поляне.
   Что поделаешь. Особенности русской души.
   На следующее утро транспорты, огласив рейд прощальными гудками и приняв на борт штурманов с механиками, строем ордера вышли в открытый океан, взяв курс на Третий Рим. Их сопровождал броненосец с адмиралом - ракетный крейсер остался в базе.
   Прошел еще месяц. На континенте была заложена столица, получившая название Морград, вокруг которой имевшейся техникой распахали поля, засеяв их пшеницей, а также другими сельскохозяйственными культурами.
   Поморы (их было около сотни) организовали рыболовецкую артель, занявшись промыслом рыбы, которой в прибрежных водах становилось все больше.
   Инженер - механики с бригадами моряков, заканчивали на берегу сборку приливно-отливной электростанции, оказавшейся в трюмах грузового "либерти" вместе с технической документацией.
   Не оставалась в стороне и женская часть поселенцев. Среди них, помимо шести военных врачей, оказались три фельдшера и дюжина сестер милосердия, что способствовало развертыванию первой в городе больницы, еще четверо, оказавшиеся педагогами, организовали школу, остальные занимались обустройством быта.
   Побережье континента преображалось на глазах.
   Что радовало.
  
   Глава 5. Отпуск.
  
   За время боевой службы, завоевания Юпитера, а также освоения планеты, экипаж ракетоносца морально устал. О чем при очередном совещании у Макарова, доложил штабу теперь уже флагманский врач* эскадры Давыдов.
   - Адмирал отнесся к этому с пониманием, зная всю эпопею подводников от Удатного, предложив им месячный отдых.
   - Дело здесь несколько в ином, Степан Осипович, - чуть помедлив, ответил командир. - Экипаж скучает по Земле. Многих там ждут жены с детьми или родители.
   - Я вас отлично понимаю, Юрий Иванович, - вздохнул адмирал. - Но это не в моей власти. Разве что вам стоит обратиться к Высшему разуму.
   - Скорее всего, я так и сделаю, - кивнул Удатный. К чему были и некоторые другие причины.
   Все это время он поддерживал регулярную связь с Землей, откуда президент (он же Главковерх) рекомендовал наращивать добрососедские отношения с Океаном. А еще новой русской колонией. О которой знал из шифровок.
   На этот счет у Удатного с адмиралом возникал целый ряд вопросов, которые можно было обсудить только при личной встрече.
   Фантом навестил поселенцев в очередной раз, спустя неделю после прибытия на Юпитер очередного конвоя.
   Он, в составе флотилии "Арго", доставил на планету еще пять тысяч соотечественников с необходимыми грузами. Контингент был тот же. Экипажи погибших в море кораблей, а также гражданских судов с пассажирами. За предшествующие века. Воскрешенные, судя по всему, избирательно.
   Когда всех определили по назначению и созидательная работа на континенте продолжилась, Океан, по просьбе Удатного с Макаровым, встретился с ними на "Ocean Victori".
   Беседа проходила в ходовой рубке плавбазы, в названном составе, и оказалась плодотворной.
   Фантом выразил удовлетворение ходом освоения землянами планеты, обратив особое внимание на сохранение окружающей среды, а заодно дал руководящие указания: никаких вредных производств и приоритет в развитии сельского хозяйства с животноводством (в числе грузов были парнокопытные с домашней птицей).
   - Я мыслю аналогично, - ответил адмирал. - Излишний прогресс нам ни к чему. Он приводит к обогащению, падению нравов и войнам.
   Далее обсудили еще ряд вопросов, вслед за чем Удатный, обратился к Океану с просьбой об отпуске для экипажа.
   - Я этого ожидал, - величаво кивнула субстанция. - Не возражаю. Как говорят гомо сапиенс "долг платежом красен". Но согласитесь ли вы вернуться назад? Это только начало (замерцала глазами).
   - Вы имеете в виду завоевание других планет? - уточнил капитан 2 ранга.
   - Именно.
   - Поскольку Юпитер и Россия связаны договором, она будет его выполнять. - Так всегда было в истории.
   - Именно, - решительно добавил адмирал. - Союзников мы никогда не предавали.
   - Мне это известно, - прозвучало в ответ. - Но одно непременное условие.
   - Какое?
   - Возвратиться назад может только ваш экипаж. При желании, с семьями. Но никаких прочих.
   - Остальным вы не доверяете?
   - Доверие к людям я утратил давно. Вы - приятное исключение.
   Макаров с Удатным переглянулись. Ответить было нечего.
   - А чтобы вам было понятно, зачем я упомянул семьи (продолжил Океан), внимательно посмотрите это.
   Далее последовал взмах руки в сторону рубочного компьютера. Его экран тут же засветился и появился звук.
   В течение следующего часа Удатный с Макаровым смотрели последние новости с Земли по каналу НТВ, а затем  Life News. Они не радовали
   США с Европой продолжали удушать Россию санкциями, одновременно наращивая ракетные базы на ее границах; в исламском мире разразилась широкомасштабная бойня; массы беженцев оттуда вместе с террористами заполонили Евросоюз, на планете нарастал экономический кризис.
   - На Земле неизбежна Третья мировая война, - констатировал после просмотра Океан. - Которая приведет к гибели цивилизации. В связи с чем настоятельно рекомендую вам (взглянул на командира) обязательно возвращаться назад. Прихватив родных и близких.
   - А остальные?
   - Прочее человечество меня мало волнует, - холодно заявил фантом. - Оно заслужило свою участь.
   - Но не Россия, - нахмурился адмирал. - Всему виною Запад.
   - Возможно и так, мне это безразлично. Так что отправляйтесь в отпуск и подумайте над моим предложением, господин Удатный, - продолжил Океан. - Оно того заслуживает.
   Флагманский "Арго" доставит вас в Баренцево море на "Ocean Victori". Ракетоносец же останется здесь. До встречи.
   После этих слов фантом, померкнув, растаял в воздухе. Оставив собеседников одних в рубке. За ее прозрачными стеклами под солнцем голубела лагуна, перистые листья пальм вдоль берега колыхал легкий бриз. В небе парила стая чаек.
   - М-да, дела, - нарушил первым тягостное молчание адмирал. - У Океана нет жалости.
   - Увы,- горько ответил командир. - Мы уже в этом убедились.
   Спустя еще несколько минут в ушах возник знакомый металлический голос.
   - На связи "Арго", - провибрировал он. - Отправка утром следующего дня. Будьте готовы.
   - Ясно, - промедитировал командир. Вслед за чем сообщил информацию Макарову.
   - Похвальная оперативность, - ответил тот, зная и про этот способ связи. - В таком случае, Юрий Иванович, вам нужно собираться.
   - Голому собраться, только подпоясаться, - встал из кресла командир. - С вашего разрешения я к экипажу.
   Весть об отпуске на родину, моряки крейсера восприняла на "ура!". Очень уж соскучились по Земле, родным и близким.
   - Надо бы организовать подарки с Юпитера для семей, - сразу же озадачился Ливанов по такому поводу. Вслед за чем хлопнул себя ладонью по лбу. - У меня же для каждого есть опалы!
   Далее всю команду собрали на инструктаж в кают-компанию, где командир сообщил о продолжительности отпуска, а также возможности по возвращению взять с собой семьи. Не вдаваясь в подробности.
   - А что? Неплохая идея, - оживились многие. - Пускай увидят Юпитер.
   - Может нам в отпуске жениться? А, Вован? - толкнул в бок сидящего рядом Чудакова, его приятель Тоцкий.
   - Я пас, - ухмыльнулся тот. - На Земле всласть потрахаюсь, а бракосочетаюсь здесь. На русалке.
   В базе было известно, что на обживаемом континенте все чаще стали появляться из вод морских, сбросившие хвосты сирены. Причем, красавицы. Отец Нектарий тут же крестил их, а холостые поселенцы наперебой шли с амфибиями под венец. Создавая семьи.
   После командира слово взял Ливанов (в кают-компанию доставили груз подарочных опалов) и оделил каждого подводника драгоценным минералом.
   - И сколько же вот такой может стоить? - подбросив свой в руке, вопросил Ширеяв.
   - Примерно вашу пятилетнюю зарплату, Вячеслав Андреевич, - со знанием дела сказал начхим. - Может чуть меньше.
   - Однако, - прошелестело по рядам. - Хороши камешки.
   В это же самое время Свергун в своей каюте на крейсере тоже готовил подарок. Он предназначался директору ФСБ Бортникову.
   Контрразведчик не забыл об агентуре инопланетян среди землян, "дожал" пилотов - хантеров и, вместе с ними, слетав на Орколем, получил необходимую базу данных.
   Ее, хантеры, настроив нужную аппаратуру в дисколете, скачали с одного из трезубцев, у которых едва не погибли аргонавты. Как выяснилось, те являлись передающими антеннами автоматического электронного центра планеты. Находившегося в ее недрах.
   Вернувшись на Зеленый остров, произвели дешифровку, и особист опупел. В базе имелись установочные данные на две с половиной тысячи землян. С разбивкой по странам. В числе юпитерианской агентуры были все послевоенные президенты США, а также действующие главы стран Евросоюза; многие видные политики, а еще все олигархи из списка  Forbes. В том числе пять российских.
   - Теперь мне понятно, откуда растут ноги у "холодной войны", и остальных после нее, - сказал, ознакомившись с документом Удатный. - Хорошо нашего президента в нем нету. Достойные сведения для твоего начальства (взглянул на Свергуна).
   - И не только для него, - последовал многозначительный ответ. - Налицо информация стратегического порядка.
   Как только забрезжил рассвет и начался отлив, в небе возник мерцающий "Арго" и опустился на плавбазу, словно наседка на цыпленка.
   С темнеющего неподалеку броненосца, на убывающих смотрели адмирал с командой. Какие их обуривали чувства, можно было только догадываться. Все стояли торжественно и молча.
   "Внимание. Подъем." - промедитировало в голове Удатного, который стоял на мостике судна у бортов которого, держась за поручни, застыл экипаж ракетоносца.
   Когда, оказавшись внутри прозрачности космолета, "Ocean Victori" оторвался от воды и пошел вверх, на "Петропавловске" замахали сотни бескозырок, на что подводники ответили руками.
   Затем остров растаял внизу - открылись океанские дали, которые сменила легкая дымка тропосферы.
   Чуть позже, когда с мостика последовала команда "вахте заступить по походному", выяснилось наличие на космолете еще одного объекта. Это был металлический грузовой контейнер, размещенный позади основного.
   На вопрос Удатного к "Арго", "что в нем?" последовал ответ: "Золото в слитках. Сто тонн. Плата за аренду ракетного крейсера вместе с экипажем".
   - Честно говоря, столь широкого жеста от Океана я не ожидал, - ошарашено взглянул на командира Ливанов.
   - Да и я, в принципе, - сказал тот. - Но союзник он надежный.
   В этот раз полет завершился в течение недели, и безлунной ночью судно с подводниками закачалось в точке встречи его кораблем ВМФ в Баренцевом море. Что было оговорено с президентом на сеансе связи за несколько часов до вылета.
   Корабль - им был эсминец Северного флота "Адмирал Ушаков", сопроводил яхту в одну из закрытых акваторий Кольского залива, где та встала на якорь.
   Спустя еще час, транспортный Ан-2 морской авиации, с Удатным, Ливановым и Свергуном на борту, вылетел в Москву. Для встречи с Верховным главнокомандующим.
   Экипаж же, под надзором военной контрразведки, был оперативно доставлен автобусом в военный санаторий Щукозеро под Североморск, для встречи с семьями.
   Верховный - он же президент, незамедлительно принял Удатного с Ливановым в Кремле. В своем рабочем кабинете. Свергун же, сразу после приземления, был умыкнут своим шефом с Лубянки.
   Ранее Удатный, вживую, наблюдал гаранта дважды. Первый раз, здесь же, в Георгиевском зале, на утверждении в должности командира; второй - в Гаджиево, который тот навестил с рабочей поездкой.
   - После взаимного обмена приветствиями (Ливанов вспотел от счастья), первое лицо повелело офицерам сесть, заняв кресло напротив. Что называлось "дружеской обстановкой". А затем доброжелательно сообщило о присвоении своим Указом обоим офицерам званий "капитанов 1 ранга".
   - Служим России! - вскочив, по уставному рявкнули те. Верху тонко зазвенел хрусталь люстры.
   - Присаживайтесь, - чуть улыбнулся гарант. - Все бы так служили.
   Далее командир подробно изложил их космическую одиссею, а президент внимательно выслушал, чуть подергивая ногой в лакированной туфле и кивая.
   - А еще мы доставили на Землю сто тонн золота, - солидно добавил Ливанов, когда командир закончил. - Так сказать, арендная плата союзникам от Океана.
   - Сколько?! - округлил глаза гарант.
   - Сотню, - подтвердил Удатный.
   После этих слов в кабинете возникла тишина (хозяин кабинета осмысливал все услышанное), офицеры ждали.
   - Вы представляете, что это все значит для России? - прозрачно взглянул на подводников гарант.
   - Представляем.
   - В таком случае хочу выпить за вас, - встав из кресла, направился президент к рабочему столу, где нажал на пульте с двуглавым орлом кнопку.
   Половина высокой, красного дерева двери сбоку растворилась, в просвете возникло хитрое лицо пресс-секретаря Пескова.
   - Все готово, Владимир Владимирович, - сказал он, дернув рыжей головою.
   - Прошу, товарищи офицеры, - сделал радушный жест рукой Верховный и первым вразвалку пошагал к двери. Удатный с Ливановым последовали сзади.
   В смежной с кабинетом, просторной комнате с лепниной на потолке, роскошным интерьером и мебелью в стиле "ампир", был накрыт круглый стол с белоснежной льняной скатертью. На нем стояли холодные закуски, горячительные напитки, а также "Боржом". Достойные изысканного гурмана.
   - Шампанское, водка, коньяк? - вопросил у гостей изогнувшийся пресс-секретарь, когда все уселись в золоченые кресла.
   - Я бы выпил водки, - ответил Удатный.
   - И я, - добавил Ливанов.
   Секретарь тут же наполнил рюмки, вслед за чем президент встал (офицеры тоже) и прочувствованно изрек "За Россию!".
   Рюмки глухо брякнули, все выпили.
   Второй тост, после небольшой паузы с закуской, он предложил за команду "Дельфина", а третий, от имени гостей, подняли за гаранта.
   Когда часы на Спасской башне пробили шесть утра, стороны распрощались.
   Обе были слегка "под шафе", но выглядели достойно. Президент давно отработался на приемах, а Удатный с Ливаном пивали и чистый ректификат*. Что им водка?
   - Сейчас вас отправят в мою резиденцию "Горки". Так что, отдыхайте, - крепко пожал на прощание офицерам руки президент. - До встречи.
   В шикарных апартаментах, упрятанных на особо охраняемой территории, подводников, вместе с начальником объекта, уже ждал Свергун. От которого пахло коньяком.
   - Поздравляю капитанами 1 ранга, - дружески пожал обоим руки. - Я, кстати, теперь "второго", - довольно растянул губы.
   - Это дело надо вспрыснуть,- добавил начальник с военной выправкой и по роже точно генерал. - Я уже распорядился.
   Звания "вспрыснули" вчетвером, в небольшом стильном зале с молчаливой обслугой. Усидев пару литров "Батальной", под соленые огурцы и русские блины с черной икрою. После чего, немного пошатываясь, гости отправились спать. Утомленные дорогой и впечатлениями.
   Вечером того же дня в Горках приземлился вертолет, на котором, кроме первого лица, прибыли премьер с министром обороны, а также директор ФСБ.
   Теперь беседа продолжилась в одном из рабочих кабинетов резиденции. В ее начале президент выразил дополнительную благодарность подводникам за списки инопланетной агентуры. При этом главный чекист многозначительно надул щеки, а премьер сделал решительное лицо, после чего перешли к главному вопросу.
   Он касался установления контактов с Высшим разумом непосредственно первыми лицами государства.
   - К сожалению, Разум против, - ответил на это Удатный.
   - Причем категорически, - добавил Ливанов.
   - Это почему? - озадачился премьер, болтая ножками в высоком кресле.
   - Не доверяет человечеству.
   - А вам?
   - Нам, вроде, доверяет. Рекомендовал вернуться с семьями.
   - С этого места поподробнее, - обратился во внимание гарант. Обладавший отменной интуицией.
   - Океан считает, что земная цивилизация обречена, - чуть помолчав, сказал Удатный. - И не за горами третья мировая война. В чем абсолютно уверен.
   - И он не желает ничего предпринять против? - съежился премьер в своем кресле.
   - Нет, - твердо ответил командир, а Ливанов с Супруном подтвердили.
   После этого в помещении возникла тишина, где-то далеко, за окнами, в бору заухал филин.
   - Хорошо, - первым нарушил паузу гарант, переглянувшись с министром обороны. - Если наш союзник прямо вмешиваться не желает, пусть сделает этот опосредованно.
   - Каким образом? - поинтересовались офицеры
   - Он может лишить наших противников ядерного оружия, - прокартавил министр. - Как повелитель морской и воздушной стихий. Самых разрушительных в мире.
   Вслед за этим снова наступила тишина, - которую теперь прервал Удатный. - Я все понял, - сказал он. - И мы, - взглянул на Ливанова со Свергуном (те кивнули), сделаем все от нас возможное.
   - Иного ответа я не ожидал, - прозрачно блеснул глазами президент.
   - И я, - вякнул премьер со своего места.
   Далее обсудили еще целый ряд вопросов, касающихся союзнических отношений на земле и в космосе, их развитии, а также форм и методов работы. Совещание закончилось глубокой ночью.
   В течение месяца экипаж с семьями отдыхал сначала на Щукозере, а потом в военном санатории в Крыму, под пристальным надзором ФСБ, в целях утечки информации. Как и командир с заместителем, все подводников были повышены в звании, с выплатой денежного вознаграждения за время командировки. Помимо этого, секретным указом президента, капитан 1 ранга Удатный был объявлен Героем России, остальной экипаж получил ордена "За заслуги перед Отечеством" первой степени.
   Семьи моряков были не прочь отправиться на Юпитер. В чем им, тем не менее, министерством обороны было отказано. По соображениям безопасности. А возможно и каким другим. Кто знает?
   Ко времени возвращения, трюмы "Ocean Victori" были загружены все необходимым. Включая продукты длительного хранения и одежду с медикаментами. А еще, связавшись с "Арго", Удатный получил от того согласие взять на борт плавмастерскую с грузовой баржей. На первой имелся дополнительный боезапас для крейсера, а также необходимое для его текущего ремонта; баржу наполнили пакеты сборных домов, типа "сэндвич", со всей необходимой для них комплектацией.
   Непосредственно перед расставанием, президент еще раз принял Удатного с Ливановым в Кремле, где попросил его передать слова глубокой благодарности Океану. А еще заверить того в вечной дружбе и добрососедских отношениях со стороны России.
   - Будет исполнено! - вздернул подбородок командир. - Разрешите идти?
   - Идите, - встряхнул им на прощение руки гарант. - До встречи.
  
  
   Глава 6. Возвращение и плоды союзничества.
  
   Новый, 2016 год, отдохнувшая на Земле команда, встретила с соотечественниками на Юпитере.
   Кроме известных грузов, она доставила туда десяток роскошных елей, а также несколько контейнеров с подарками от президента.
   Одну, высотой в десять метров, установили на кормовой надстройке броненосца, вторую на верхней палубе "Ocean Victori". Украсив их елочными игрушками с гирляндами.
   По столь значимому поводу на плавбазе, являвшейся одновременно штабом, состоялось торжественное заседание. На нем Макаров с Удатным и Гаджиев, поздравили команды с Новым годом от лица службы, а затем все свободные от вахты съехали на берег.
   Там, расположившись под пальмами, военный оркестр, заиграл вальс "Амурские волны". После концерта состоялся праздничный ужин. Под шампанское, взрывы петард в небе и дружное "ура!". Как водится у военных. Не были забыты и переселенцы. Им, на дисколетах, заблаговременно были отправлены оставшиеся восемь елей, а также практически все подарки. Для поднятия настроения.
   За это время отсутствия подводников произошли некоторые изменения.
   На континенте начала работать приливная электростанция, и в Морграде появилось электричество, на полях взошел картофель, а еще заколосились рожь с пшеницей.
   Во втором конвое с переселенцами оказалось немало специалистов, включившихся в обустройство столицы, а несколько десятков крестьянских семейств (в свое время они направлялись в Канаду), основали вблизи ее фермы. Благо на транспортах, помимо уже завезенных, имелись домашние животные с птицей, семена и сельскохозяйственные орудия. В необходимом количестве.
   Причем они были не только ручными, требующими значительных физических усилий. Но и достаточно современными. В виде американских тракторов "Мак-кормик", автоматических плугов и сеялок, а также зерноуборочных комбайнов. Их переселенцы освоили довольно быстро.
   После возвращения Удатного с экипажем, Макаровым было принято решение о переносе базы с острова, в Морград. Точнее на побережье омывавшего его залива. В целях оперативности руководства, выработки и реализации решений. На острове же был сооружен пост СНИС*, при котором оставили команду из десятка пожилых моряков, вступивших в брак с поселенками и сиренами.
   Определив текущие задачи хозяйственного плана, адмирал с заместителем, а также градоначальником, не забыли о досуге. Для чего в городе был учрежден театр (нашлись десяток профессиональных актеров) и общественная библиотека, а также открылся ряд кафе с магазинами. Расчеты в них осуществлялись временными купонами, до принятия своей валюты.
   Подумали и о прессе. В колонии стал выходить еженедельный вестник, "Русский Юпитер", который возглавил Верещагин, разыскавший среди поселенцев фотографа и двух провинциальных журналистов.
   А поскольку печатного станка в обширных трюмах транспортов не нашлось, издание верстали на цветном принтере, имевшемся на плавбазе.
   Вопросы общественного устройства оставили до поры, сосредоточив всю полноту власти в руках военного командования. Что в наличных условиях было абсолютно правильным. Мужская часть населения, в подавляющей части состоящая из моряков разного рода, привыкла к дисциплине. Женская же, из числа земных, еще не знала эмансипации.
   Представительницы "слабого пола" были, как правило, благонравными и воспитанными, регулярно посещали церковь, что весьма нравилось Нектарию, а свое будущее видели в семейном благополучии и детях.
   Чего нельзя было сказать о сиренах. Которые регулярно, в новом обличье (сбросив хвосты) появлялись из океанских вод, выходя на берег. К радости поселенцев - холостяков, желавших идти с теми под венец. Поскольку взыгрывало мужское начало.
   Морские девы значительно превосходили земных в красоте и стати, быстро обучались языку с грамотой, а также ведению домашнего хозяйства. В остальном же отличались независимостью характера, а порой и агрессивностью в отношении своих мужей. Не уступая тем в силе. Что, порой, требовало применение к ним дисциплинарных мер воздействия. Какими являлось помещение хулиганок на гауптвахту, с последующими увещеваниями со стороны отца Нектария. Главным тезисом корабельного священника было библейское "да убоится жена мужа своего". Это давало определенные результаты.
   Океан навестил колонию спустя две недели после прибытия с Земли экипажа Удатного.
   Встреча состоялась в адмиральском салоне "Петропавловска". В составе фантома, Макарова с Удатным и Ливанова.
   Для начала капитан 1 ранга доложил Высшему разуму об итогах встреч с президентом Российской Федерации, а также его личной благодарности за развитие союзнических отношений.
   Фантом выслушал все с непроницаемым видом, кивнул абрисом головы, вслед за чем бесцветным голосом вопросил "отчего с вами не отпустили семьи?"
   - При этом командир несколько смешался, заместитель потупился.
   - У власти нет к вам полного доверия, - констатировал Океан, вслед за чем в воздухе разнеслись довольные "кваки".
   Удатный хотел было возразить, но субстанция его остановила, величаво подняв руку.
   - Когда президенты благодарят (продолжила), они непременно чего-нибудь попросят. Чего еще желает ваш лидер?
   - Насколько вам известно из истории, Россия против любых войн на Земле и всегда была сторонником мира, - пристально взглянул на фантома Удатный.
   - Совершенно верно, - тут же поддержали его Макаров с Ливановым.
   - И вы, господин Океан, можете помочь ей в этом, - с нажимом сказал капитан 1 ранга. - Именно, - добавил заместитель.
   - Я не вмешиваюсь в дела гомо сапиенс, - последовал неспешный ответ. - Они сами определяют свои поступки и судьбу. Так уж устроены.
   - Но в этот раз стоит вмешаться, - решительно заявил командир. - Тем более, что мы союзники.
   - А если нет? - холодно замерцал глазами Океан. Сложив на мощной груди руки.
   - При названном обстоятельстве, у моей команды не будет стимула продолжить дальнейшее выполнение предложенной вами миссии.
   - Вот как? - откинулся на спинку кресла фантом, после чего задумался. Остальные застыли в напряжении.
   - Хорошо, - снова возник спустя несколько минут его голос. - Как вы себе это представляете?
   - Вы можете лишить ядерного оружия все государства, где оно есть. Кроме России, - раздельно произнес Удатный.
   - Она же выступит гарантом исключения всех последующих войн на Земле. И сохранит там биологическую жизнь, - вкрадчиво добавил Ливанов.
   - Последнее представляет несомненный интерес, - чуть помолчал Высший разум. - И каким образом мне реализовать ваше предложение?
   - Вызвать природные катаклизмы в местах дислокации ядерных баз стран НАТО. В том числе в районах патрулирования их подводных ракетоносцев, находящихся на боевом дежурстве. Аналогично с Китаем.
   - Но ведь он, похоже, ваш союзник в противостоянии с Западом?
   - Как сказал наш император Александр III, - у России есть только два союзника: ее армия и флот, - назидательно произнес адмирал Макаров.
   - А теперь и Вы, - уважительно добавил Ливанов. - Как Высший разум.
   Судя по всему, ответ фантому понравился - игра красок на субстанции стала ярче, жесткие черты лица несколько сгладились.
   - Пусть будет так! - повысив голос, качнул головой фантом. - Я выполню то, что вы желаете.
   Вслед за чем, померкнув, растаял в воздухе и исчез. Как всегда не прощаясь...
  
   На Земле заканчивался январь года Огненной обезьяны по лунному календарю. С первых дней оправдывая свое название.
   Война в исламском мире нарастала и ширилась, втягивая в себя все новых участников; противостояние Соединенных Штатов с Россией входило в критическую фазу.
   Американцы, зная о высадке русских на Юпитер и доставке туда ядерного оружия, никакими иными сведениями в этой части не располагали. Несмотря на усилия, предпринимаемые ЦРУ с Пентагоном. Противная же сторона молчала, словно набрав в рот воды. Не подтверждая сам факт, но и не опровергая.
   Российские ВКС продолжались уничтожать радикальных исламистов на Ближнем востоке, наращивая мощь боевых ударов по их позициям с инфраструктурой; политическое руководство страны обвиняло Турцию в явной поддержке Игил, а Соединенные штаты потворстве этому.
   В результате вся натовская система ПРО была приведена в состояние полной боевой готовности, опасаясь космической атаки русских, Белый дом со своими европейскими сателлитами находился в состоянии близкому к оргазму.
   Обама раз за разом делал противоречивые заявления по поводу отношений с непокорной страной, которых не понимали в Белом доме и Сенате; Меркель сновала между Вашингтоном и Москвой с видом обманутой девицы, а Оланд с перепугу отправил авианосец "Шарль де Голль" в Персидский залив. Для участия в военной коалиции на стороне России.
   Одним таким днем, дежурная смена американской базы метеорологического оружия на Аляске, именуемой "HAARP" и работающая под прикрытием высокочастотного исследования ионосферы, отметила усиления колебаний в ней. Непонятного происхождения.
   Вскоре колебания передались нижним слоям, и в различных местах планеты стали возникать вихревые потоки. Часть из них над Тихим океаном с Атлантикой, остальные в различных местах суши.
   О столь необычном явлении старший оператор тут же доложил начальнику смены, а тот командиру базы генералу Джону Хекшеру. Который срочно прибыл на центральный пост. Лихорадочно анализировавший обстановку.
   - Что можете сказать по этому поводу, Мак? - обеспокоенно поинтересовался генерал у встретившего его начальника смены Купера.
   - Возмущение водной и воздушной среды отмечается в районах дислокации всех наших стратегических баз в Азии, а также Европе, сэр - ответил подчиненный. - Вот, взгляните.
   На огромном экране пульта, за которым работали полтора десятка операторов, отражался весь земной шар. В координатной сетке. С океанами и континентами.
   В разных их местах отмечалось яркое свечение, а параметральные датчики фиксировали быстрое повышение атмосферного давления. Оно неуклонно росло, покрывая все новые пространства и, в первую очередь, над Европой с Северной Америкой.
   - Полагаю, мне следует доложить об этом в Пентагон, - встревожился Хекшер. - Я тоже так считаю, сэр, - добавил Купер.
   Но доложить не пришлось. Все вокруг затряслось от нараставшего гула. В следующий момент над объектом с воем завертелся гигантский смерч, дневной свет померк, все смешалось в криках гибнущих людей, грохоте и треске.
   Небывало мощные цунами с ураганами сотрясали отдельные участки земной суши и океанских вод, превышая двенадцати бальную шкалу Бофорта*. А спустя час, в блеске разорвавших небо молний, сменившихся потоками ливня, унеслись в пространство.
   Вместе с разбушевавшейся стихией исчезли все ядерные объекты стран НАТО, разрушенные в пыль, а находившие на боевом дежурстве в Мировом океане, их подводные ракетоносцы затонули. Аналогичное произошло и с китайскими. При этом гражданская инфраструктура с населением практически не пострадала. Катаклизмы были избирательными.
   Западный мир содрогнулся от ужаса, полагая это началом вторжения восточного агрессора. Но такового не последовало. Наоборот, Россия выразила потерпевшим от стихии свои глубокие соболезнования, вслед за чем обратилась к мировому сообществу с заявлением. О созыве внеочередной Ассамблеи ООН. Для важного сообщения.
   Та, естественно, состоялась. Причем в короткие сроки.
   На Ассамблее (она широко освещалась по всему миру), российский президент, дав оценку случившемуся, отметил, что высшие силы не потерпели враждебных устремлений США с Европой в отношении его страны. За что жестоко поплатились.
   - Теперь обеспечивать миропорядок будем мы, - оглядел громадный зал самый вежливый человек на Земле. - Ты меня понял Барак? - ткнул пальцем с трибуны в американского президента.
   Тот сидел в первом ряду, с посеревшим лицом, рядом цокал зубами бледный Керри.
   - П-понял, - встал со своего места нобелевский лауреат, выкатив белки глаз.
   - А остальные?
   Все мировые лидеры с делегациями, дружно закивали.
   - То-то же, - подвел черту гарант. - Кто ни с нами, тот против нас! Зарубите это себе на носу. Как говорят у русских.
   После этого сошел с трибуны, заняв свое место за столом с табличкой "Russia" и кивнул Генеральному секретарю ООН Пан Ги Муну.
   Тот, подобострастно скалясь, предоставил слово Лаврову.
   Главный российский дипломат встал, пройдя к трибуне, поднялся на нее и огласил проект решения Генеральной ассамблеи. Подготовленный в Кремле.
   Согласно ему Российская Федерация назначалась гарантом мира на Земле, провозглашая однополярность. Всем странам, кроме нее, воспрещалось иметь ядерное оружие, наличное же объявлялось главным инструментом сдерживания и демократии.
   Далее вопрос был поставлен на обсуждение (оно длилось пять минут), вслед за чем решение приняли единогласно. Под бурные и продолжительные аплодисменты.
   Громче всех изъявляли свои чувства лидеры стран Балтии, а с ними Восточной Европы (Польши, Болгарии, Румынии и еже с ними).
   Когда российский президент в сопровождении Лаврова направился к выходу, для отлета в Москву, те их окружили.
   - Мы всегда были душой с Вами, - наперебой стали заявлять Дуда с Плевнелиевым, Грибаускайте и прочие. - Готовы вступить в СНГ, а также БРИКС. Для построения на Земле светлого будущего.
   - Сергей Викторович, - взглянул гарант на министра иностранных дел. - Объясните европейским друзьям нашу позицию.
   - А не пошли бы на х..., господа, - дипломатично высказался Лавров в адрес тех. На великом и могучем.
   - Хорошо сказал, - одобрил его президент. - Коротко, но емко.
   И они вышли наружу.
   В результате союзнических действий Океана, подкрепленных умелой политикой с дипломатией со стороны России, она, как и должно, стала мировым лидером. Чем не преминула воспользоваться.
   Для начала Москва порекомендовала своим западным партнерам возместить стране причиненный их экономическими санкциями ущерб, оцененный в пятьсот миллиардов долларов, что те безоговорочно выполнили. Далее Соединенным Штатам из Кремля посоветовали определиться с позициями по Игил, Сирии и Украине. В результате первый исчез, война в Азии пошла на убыль, а самостийники кинулись исполнять Минские соглашения.
   Получив изрядную финансовую подпитку с Юпитера, возмещение от санкций, а также целый ряд других преференций, полагающихся на Земле главенствующей державе, Россия начала быстро выходить из кризиса. Наращивая свой экономический потенциал внутри, а политический снаружи.
   Ее олигархат стал получать небывалые дивиденды, окучивая мировые рынки; политики с депутатами не оставались в стороне, кое-что перепадало и народу.
   Главный принцип капитализма "товар-деньги-товар", оставался движителем прогресса.
  
   Глава 7. Миссия на Марс.
  
   В отдраенные иллюминаторы "Ocean Victori" лился свежий морской воздух, в лучах висящего у горизонта юпитерианского солнца причудливо играл закатными красками залив, тишину которого периодически нарушал мелодичный звон склянок. Отбиваемых каждые полчаса вахтой на "Петропавловске".
   Побережье залива, уже частично застроенное одно и двухэтажными щитовыми домами, с зеленными скверами и лужайками вокруг, десятком более высоких зданий казенного типа в центре, а также мастерскими, плавкраном и складскими помещениями в порту, окутывалось вечерними тенями. Располагавшими к умиротворению.
   На верхнем мостике плавбазы, удобно расположившись в шезлонгах, сидели Удатный с Макаровым и Ливанов, а напротив Океан. В позе римского патриция.
   - Итак, я выполнил, что обещал, - значительно сказал он, обращаясь к капитану 1 ранга. - На Земле восстанавливается покой. Угрозы мировой войны нет. Ваша страна вновь мировой лидер.
   - За что мы Вам признательны, - ответил командир, Макаров пророкотал "весьма", а Ливанов изобразил на лице почтение.
   - Впрочем, это ненадолго, - бесстрастно продолжил фантом. - Два-три тысячелетия, а потом все повторится. С учетом потребительского мышления землян, их ханжества и бездуховности.
   - Но, возможно они сделают выводы? - с надеждой вопросил Макаров.
   - И мы так полагаем, - поддержали его потомки. - Из всего, что могло случиться, но не случилось. По известным причинам.
   - До вашей, на Земле были несколько высокоразвитых цивилизаций, по "образу и подобию", - блеснула глазами субстанция. - Но, достигнув высших форм развития, они уничтожали сами себя. Это повторяется и сейчас. Чему вы свидетели.
   - И где же выход? - обеспокоились собеседники.
   - Я решил разорвать столь порочный круг, - ответил Океан. - Вы, адмирал (взглянул на Макарова) со вновь прибывшими людьми, не заражены идеями общества потребления. И на Юпитере следует построить новое, отличное от земного. Главное - духовность, культура и просвещение. Остальное второстепенно.
   - Это сложно, но попробуем, - решительно сказал флотоводец. - К сожалению нас мало, а планета огромна по территории.
   - У меня имеются еще несколько миллионов для переселения сюда, - вскинул массивную голову фантом. - А также на остальные планеты. Которые освободят от состояния покоя наши союзники (перевел взгляд на командира ракетоносца).
   - Мы не отказываемся, - пожал тот плечами. - Ставьте боевую задачу.
   - Она такова, - возникли в воздухе слова. - Подготовиться к походу и отправиться на Марс. В известных вам целях. А теперь послушайте о нем. Для успеха предприятия (скрестил руки на груди Высший разум).
   - Я весь внимание, - с готовностью кивнул Удатный.
   - И я, - эхом добавил Ливанов.
   - От Юпитера до Марса вдвое ближе, чем до Земли, это значительно сократит время полета, - начала субстанция. - Марс - четвертый по удаленности от Солнца и седьмой по размерам в Галактике. На Земле его часто называют "Красной планетой". Что совершенно верно, поскольку этот оттенок Марсу придает залегающий на поверхности оксид железа. Атмосфера на нем разреженная, давление у поверхности в сто шестьдесят раз меньше земного. Период вращения и смена времен года аналогичны земным, но климат значительнее холоднее и суше. Температура на Марсе колеблется от минус сто пятидесяти трех градусов по Цельсию зимой, до минус двадцати - летом.
   Заметив, что при этих словах подводники несколько встревожились, фантом несколько раз довольно квакнул (что являлось признаком хорошего настроения), а потом успокоил их: "приземляться, как и на Юпитер, вы будете в охранной оболочке".
   - Уже легче, - пробормотал Ливанов, а Океан, между тем, перешел к основному.
   - Хотя по своим размерам Марс значительно уступает Юпитеру, он намного более развитая планета.
   - И в чем это выражается? - поинтересовался Удатный.
   - Для своей защиты он использует не только аналогичных юпитерианским хантеров, но и специально созданные охранные комплексы, - заявила субстанция.
   - Вот как? Это интересно.
   - Ими являются два естественных спутника Марса (поднял вверх палец фантом). У вас их зовут Фобос и Деймос.
   - Зловещие названия, - покачал головой, все это время внимательно слушавший Макаров. - Первый по гречески "страх", а второй "ужас".
   - Именно так, - замерцал глазами Океан. - И оба весьма опасны.
   - Чем дальше в лес, тем толще партизаны,- поежился Ливанов.
   - Следуя по своим орбитам вокруг Марса (продолжил Высший разум), оснащенные системами обнаружения любых космических объектов, Фобос с Деймосом уничтожают их на подлете к планете.
   - Каким образом? - чуть подался вперед капитан 1 ранга.
   - Атакуя тех астероидами, - последовал ответ. - Разрушающими цели в пыль. Именуемую космической.
   - Но, как нам известно, - с сомнением высказался Ливанов, - по Марсу не один год ползают доставленные туда американцами марсоходы.
   - Точно, - поддержал его Удатный. - Первый, насколько помню, зовется "Спирит", а второй, кажется, "Оппортьюнити".
   - Все так, - согласился фантом. - Красная планета коварна и использует их как наживку. Для будущего вторжения на Землю.
   - А не получится ли так и с нами? - высказал опасение Ливанов. - В смысле наживки?
   После этого в воздухе понеслись гулкие кваки. Макаров, поморщившись, осенил себя крестным знамением, подводники непроизвольно вздрогнули.
   - Вполне возможно (прекратились). Системы непременно постараются вас уничтожить.
   - И где же в таком случае выход? - нахмурился Удатный.
   - Выход всегда есть, - многозначительно изрекла субстанция. - Слушайте меня внимательно.
   Оба спутника имеют свою орбиту. Фобос обращается вокруг Марса на удалении шести тысяч двухсот километров, Деймос - на две тысячи бльше. Двигаются они друг другу навстречу, и раз в сутки между спутниками возникает "мертвое пространство". Его координаты мне известны. В это время существует возможность преодоления охранной зоны, с приземлением на планету.
   - И сколько времени открыто это пространство? - поинтересовался командир.
   - Десять минут, шестнадцать секунд. Для "Арго", которые доставят вас по назначению, этого вполне достаточно.
   - Атаку выполняем как в прошлый раз?
   - Не совсем, - последовал ответ. - В данном случае все несколько сложнее. После преодоления охраной зоны и приводнения, вам следует для начала атаковать оба спутника. И только после их ликвидации нанести ядерный удар по поверхности Марса. Двумя ракетами.
   Далее ожидать моих освобожденных вод и встречи. Для наших дальнейших действий. А вот здесь, - протянул Удатному Океан съемный диск, заблестевший на его ладони, - все необходимые параметры целей, подлежащие введению в бортовые системы оружия. Держите.
   Капитан 1 ранга молча принял диск, спрятав его в карман куртки, и обсуждение операции продолжилось. С демонстрацией фантомом ее цветной экстраполяции на компьютере, а также обсуждением ряда нюансов.
   Главным из них было отражение атак марсианских хантеров после приводнения крейсера на планету, которых Океан считал весьма опасными. Как выходило из его слов, а также демонстрации соответствующей съемки, эта разновидность являлась биологической и была воспроизведена из похищенных на Земле людей, путем селекции. Биохантеры, в отличие от обычных, с других планет, не поддавались перепрограммированию и служили исключительно Марксу. Как и их космические собратья, перемещались "био" (так назвал их Океан) на дисколетах, вооруженных плазмоидами.
   - Так что с ними придется повозиться, - сказал в заключение Океан. - Для чего вы будете усилены моей эскадрильей юпитерианцев. Она будет на втором "Арго" и приземлится вместе с вами.
   - Все ясно,- выслушав инструктаж, кивнул Удатный. - А как насчет условий для выживания экипажа после завершения операции?
   - Сейчас на Марсе лето и температура окружающей среды такая же, как зимой в вашем Заполярье, - последовал ответ. - Наличие кислорода в ней на десять процентов ниже земного, радиация в семь раз выше. После освобождения моих вод, все придет в норму в течение одной недели или чуть больше. До этого времени корабль будет находиться в охранной среде. Все как при вашей высадке на Юпитер.
   - В таком случае, у меня больше вопросов нет, - взглянул на фантома командир. - Разрешите заняться необходимой подготовкой?
   - Можете, - заявил тот. - О готовности сообщите флагманскому "Арго". После чего сразу же приступайте к операции. До встречи. И с легким гулом растаял в воздухе.
   - Уходит как всегда по-английски, не прощаясь, - хмыкнул Ливанов. - Даже обидно.
   - А вы знаете, откуда пошла эта фраза? - лукаво прищурился Макаров.
   - К сожалению, нет, - развел тот руками. - Просветите.
   - Во время семилетней войны 1756 - 1763 годов, французские военнопленные самовольно покидали расположение части, и тогда в английском языке появилась язвительная фраза "to take French leave", что означает "уйти по - французски", - начал адмирал. - В отместку англичанам французы перевернули ее, и она стала звучать "Filer Ю l'anglaise" что значит "уйти по-английски" (продолжил). - Ну а с восемнадцатого века обе фразы употреблялись в отношении тех гостей, которые покидали бал, не попрощавшись с хозяевами. 
   - Так что обижаешься, Валерий Петрович, ты зря. Он здесь хозяин, а не гость, - рассмеялся Удатный.
   Известие о походе на Красную планету экипаж крейсера встретил с радостью. Что было не удивительным. Все военные моряки, как известно, любят плавать, стрелять и кого-нибудь топить. А где это делать - в океане или космосе, им безразлично.
  
   "Жить и верить - это замечательно.
   Перед нами - небывалые пути!:
   Утверждают космонавты и мечтатели,
   Что на Марсе будут яблони цвести!"
  
   с пафосом продекламировал по такому поводу Чудаков во время вечернего чая в кают-компании.
   - Вроде как стихи? - хрупнув рафинадом, прихлебнул из стакана Громов. Рядом с ним, на столе, набив защечные мешки сушкой, тянул из своего, кефир Барак. Корча уморительные рожи.
   - Это была песня такая, тундра, - уничижительно хмыкнул Чудаков. - Ее когда-то исполнял Иосиф Кобзон, а музыку написал композитор Мурадели.
   - Насчет яблонь не знаю, - сказал сидевший напротив Королев. - Но что Марс будет наш, это точно.
   - Не говори гоп, пока не перепрыгнешь, - осадил того с соседнего стола рассудительный Лесик.
   Следующим утром, по боевой тревоге, механики осуществили запуск реактора подводного ракетоносца, а спустя четыре часа, когда тот вошел в режим, "Дельфин" подошел к высящемуся у пирса в заливе, плавучему крану. Со стоящей рядом с ним баржи началась погрузка израсходованного на Юпитере боезапаса.
   Для начала, отдраив в носу крейсера соответствующий люк и вооружив механический лоток, в первый отсек скачали торпеду с ядерной боеголовкой, после приведения которой в боевую готовность, та была заряжена в аппарат. Затем, на ракетной палубе открыв крышки пустых шахт, туда краном, на растяжках, поочередно опустили четыре изделия*. В отличие от оставшихся, они были новейшей модификации "Синева" и имели улучшенные характеристики: дальность полета одиннадцать тысяч пятьсот километров; забрасываемый вес только одной боеголовки, в которой имелись четыре независимых блока, составлял почти три тонны оружейного плутония.
   Затем, по-змеиному шипя гидравликой, крышки беззвучно опустились.
   Далее, в две ракеты, из боевого информационного поста были введены полученные от Океана координаты Фобоса с Деймосом, а еще в две - участков Красной планеты, подлежащих атаке.
   - Не много ли для взлома планетарной коры? - высказал по этому поводу сомнение Кустов, после завершения цикла. - Все-таки Марс много меньше Юпитера. Как бы, не сошел с орбиты.
   - Не сойдет, - уничижительно покосился на него Ливанов. - Все рассчитывал лично Высший разум. Это тебе ни хухры-мухры. Понимать надо.
   После завершения регламентных работ на ракетном комплексе, "Дельфин" на малом ходу отошел от крана и встал на бочки* в заливе, для принятия на борт пресной воды и продуктов. Их загрузили из расчета на три месяца. Как при обычной автономке.
   Кстати, команда крейсера, на время похода пополнилась еще одним членом - живописцем Верещагиным, которого по настоятельной просьбе адмирала, Удатный приказал внести в списки.
   - Я, Юрий Иванович, планирую сделать художественный цикл "высадка на Марс", сказал ему по этому поводу довольный Василий Васильевич.
   - Как ваша "Туркестанская серия"? - поинтересовался присутствующий при этом Цой.
   - Думаю, лучше. С учетом грандиозности события, - распушил густые усы великий художник.
   Хотя операция и считалась секретной, о ней, как всегда бывает в военных гарнизонах, стало известно всем. И в день отправки, на берегу собрались многочисленные провожающие.
   День выдался ветреным, по заливу неслись пенистые барашки, в небе клубились дождевые облака, но настроение у всех было приподнятым. Как на празднике.
   Под прощальные взмахи сотен рук, женских шляпок и бескозырок, чернеющий на рейде "Дельфин" снялся со швартов, дав прощальный ревун, вслед за чем, монолитно двинулся к выходу в открытый океан. Где в точке рандеву его ждали два "Арго". Флагманский и уже принявший на борт хантеров.
   На высоком мостике "Петропавловска", над которым реял Андреевский флаг, стояли адмирал Макаров с капитаном 2 ранга Гаджиевым, а чуть в стороне старший офицер броненосца и отец Нектарий.
   - Семь футов вам под киль, - сказал адмирал, опустив бинокль, когда крейсер превратился в неясную точку на горизонте.
   - Да хранит их Господь, - осенил ее крестным знамением священник.
  
  
   Глава 8. На Красной планете.
  
   Призрачно мерцая очертаниями, оба "Арго" со смертоносным грузом внутри, плыли по галактике. Флагманский, чуть выше и впереди, ведомый - несколько ниже и сзади.
   Как и в первый свой полет, свободные от вахт подводники с рубки наблюдали чудеса космоса. Вокруг снова царило безмолвие нескончаемой ночи, вселенские порядок и покой. Что навевало бренность бытия всего земного.
   Юпитер, все более удаляясь от каравана, едва уловимо сдвигался вокруг своей оси, приметно зеленея континентами и голубея океаном.
   - Да, ощутимо он изменил свою расцветку, - сказал по этому поводу Цой, опустив секстант*, каким производил измерение высоты Солнца. Поверхность которого, вспыхивала протуберанцами в дальней части космического горизонта.
   - Что я и увековечу в своих картинах, - сделал очередной мазок кистью на небольшом, установленном на треножнике мольберте, находившийся рядом Верещагин. С разрешения командира он почти все время проводил на мостике, делая короткие перерывы на еду и отдых.
   Между тем, лежавший по курсу Марс, из далекой с багровыми отсветами звезды, все четче приобретал форму планеты. Сначала она была туманной и размытой, что объяснялось значительностью расстояния, но по мере приближения, приобретала более зрительные очертания.
   Помимо того, что корабельная РЛС, работая в пассивном режиме, круглосуточно прослушивала пространство, на мостике крейсера был установлен один из трех профессиональных телескопов, специально доставленных с Земли для астрономических изысканий. Теперь его мощная оптика фиксировала объект со значительным разрешением, позволявшим выделять на нем целые географические объекты.
   Такими являлись разветвленная система каньонов и множество вулканических кратеров на поверхности, а также что-то, напоминавшее материковый лед у полюсов планеты.
   - На Марсе раньше точно была вода, - сделал по результатам наблюдений вывод Меркатор. В заведование которому был поручен телескоп. Как дополнение к прочему штурманскому оборудованию.
   Незадолго до посадки на объект, флагманский "Арго" вышел на связь с командиром, сообщив, что караван уходит в туманность (та уже несколько часов тянулась справа). Данное он объяснил необходимостью повышения скрытности от охранных спутников Красной планеты. Что и было сделано. Космолеты затерялись среди фрагментов туманности, а на крейсере, была сыграна боевая тревога. Вслед за чем, задраив верхний люк, вахта спустилась вниз.
   Спустя еще сутки напряженного ожидания, плывшие по своим орбитам Фобос с Деймосом, за которыми велось непрерывное наблюдение, уплыли по своим орбитам на оборотную сторону Марса.
   "Приготовиться к прорыву охранной зоны и посадке!" - возник вслед за этим в голове Удатного посыл флагмана.
   Бросив взгляд на корабельные часы, он тут же продублировал сигнал в центральном посту, а сам, поднявшись в прочную рубку, приник к окуляру перископа.
   Все шло по уже известному сценарию.
   Пронзая верхние слои марсианской атмосферы, плотность которой была значительно меньшей, чем на Юпитере, оба космолета плавно опускались вниз, окутанные морозным туманом.
   Далее флагманский "Арго", коснувшись дна обширного кратера и подняв облака красной пыли, запустил внутри себя процесс акварегенерации. Из второго, зависшего над безжизненной равниной, стали вылетать дисколеты хантеров. Рассредотачиваясь по широкой окружности в районе приземления.
   Создав в кратере водную среду, космолет стал подниматься вверх, а Удатный дал команду погружаться.
   Залп двумя ракетами "Синева" был произведен из глубины по охранным спутникам, сразу же после завершения предстартовой подготовки.
   "Фобос с Деймосом уничтожены", промедитировано спустя три минуты в мозгу капитана 1 ранга. "Можете переходить к атаке Марса.
   "Есть!" - выдал он ответный посыл. После чего крейсер произвел второй парный залп. Теперь уже по определенным участкам суши Красной планеты. Она срезонировала магнитудой* в четыре единицы, отмеченной корабельными приборами, а еще далеким, едва уловимым гулом.
   - Да, тряхнули мы "бога войны", - довольно крякнул Ширяев.
   А далее Удатный совершил ошибку. Так порой бывает даже с опытными командирами.
   Выждав час и посчитав, что "Арго" установил биологическую защиту, он принял самостоятельное решение о всплытии. Тут же захрюкал корабельный ревун, в балластные цистерны был дан воздух высокого давления, стрелки отсечных глубиномеров, дрожа, покатились влево.
   Когда они застыли на нуле, и последовал соответствующий доклад, капитан 1 ранга приказав открыть нижний люк, быстро покарабкался по трапу вверх. Ливанов с Колбуновым засопели следом.
   До упора провернув кремальеру выходной крышки, Удатный отвалил ее и тут же почувствовал, как его неумолимо тянет вверх, словно пробку из бутылки.
   - Всем вни..! - судорожно цепляясь за трап, заорал он, исчезая в пронзительном вое и свисте...
  
   - Где я? - открыв мутные глаза, приподнял тяжелую голову капитан 1 ранга. Еще через минуту шум в ней стих, зрение прояснилось, и офицер озадачено хмыкнул
   Кругом было безмерное пространство, игравшее яркой палитрой красок, он сидел в центре в подобии кресла. Под которым клубился сиреневый туман. Как в известной песне.
   - Ты у меня, - возник из ниоткуда голос, вслед за чем в цветовой гамме стали возникать черты лица. Постепенно занявшего часть пространства. Когда они сформировались, Удатный непроизвольно вздрогнул. Перед ним был точный образ большого сфинкса. Охранявшего в египетской пустыни пирамиду Хеопса.
   - А кто вы? - проникаясь мистикой, тихо вопросил командир.
   - Я то, что вы зовете Марс, - всколыхнув пространство, ответил сфинкс. - И в свое время посещал вашу планету. Дав одному из народов пустынь сверх знания и могущество.
   - Я об этом слышал, - наморщил лоб Удатный.
   - А теперь их потомки пришли сюда с войной (потемнели бездонные глаза). Для чего вам это нужно?
   Как всякий военный человек и к тому же командир, Удатный не привык лукавить. А потому рассказал химере все. Начиная с событий в Бермудском треугольнике до настоящего момента.
   Все это время, каменно прикрыв веки, фантом загадочно молчал. Точно так, как его образ на берегах Нила.
   - Ты рассказал мне правду, - сказал он размежив глаза после того, как спустя час, землянин закончил.
   "Не иначе читает мысли" не удивился командир. Привыкший общаться с высшим разумом.
   - Океан и суша враждовали всегда, - между тем продолжил Марс. - Я это наблюдал, когда посещал вашу планету. Затем он проиграл свою битву на других. А теперь, получается, вернулся в галактику и завоевал Юпитер?
   - Именно так, - кивнул Удатный. - При нашем участии.
   - Но здесь этому не бывать! - грозно раскатилось в пространстве. - Ты мой пленник, а ваше оружие бессильно!
   - Вот как? - вскинул брови капитан 1 ранга. - С этого места, если можно, поподробнее.
   - Оно не смогло проломить мою кору, - скептически искривились губы. - Океанские воды там, где и были. И никогда не выйдут наружу. А теперь смотри в глаза! (придвинулось почти вплотную).
   Удатный заглянул в темную бездну, где увидел безрадостную картину.
   Его покрытый инеем ракетоносец, застывший на ровном киле, вмерз в лед кратера, вокруг которого, на изрытом воронками пространстве, были разбросаны останки дисколетов хантеров.
   - Ваше юпитерианское сопровождение уничтожено, - колыхнул пространство голос Марса. - То же будет с тобою и кораблем. Если не примешь мое условие.
   - Какое? - отведя в сторону взгляд, чуть помедлил Удатный.
   - Служить мне, - жестко произнес фантом. - Как раньше Океану.
   После этих слов в пространстве возникла тишина, в которой по-прежнему волшебно играли краски, да под ногами командира струился сиреневый туман. Дурманя голову и путая мысли.
   Никаких условий капитан 1 ранга принимать не собирался. Поскольку был подводник и командир стратегического ракетоносца. А к тому же фанатик и Герой России. Что ко многому обязывало. Сам он и крейсер, пока целы. Так, что, еще не все потеряно.
   - Я должен подумать, - нарушил затянувшееся молчание командир. - И все взвесить.
   - Мудро, - благосклонно кивнул Марс. - А чтобы лучше думалось, я познакомлю тебя с жизнью у меня. Она не столь примитивна и беспокойна, как на Земле или Юпитере.
   После этих слов черты его лица стали таять и растворяться в гамме красок, а перед Удатным из них возникла... женщина. Прекрасная и в ниспадающей с плеч легкой тунике.
   - Однако, - прошептал Удатный. - Кого-то она мне напоминает.
   Та же, грациозно ступая ногами в сандалиях по туману, подошла ближе.
   - Кто ты? - сглотнул слюну Герой России.
   - Я Афродита, - раздался мелодичный голос.
   И тут командира осенило. Точно такую, только в мраморе и с отбитыми руками, он видел года три назад. В Эрмитаже.
   - Венера Милосская?
   - Да. Меня зовут и так. А теперь я покажу тебе то, что ты можешь иметь. Если пожелаешь.
   Вслед за этим девица протянула ему детскую ладошку (Удатный, встав, осторожно принял ее в свою), и их окутали волны тумана. Кружа аргонавту голову и благоухая.
   Когда же они рассеялся, пара оказалась, словно в другом мире.
   Над их головами синело высокое небо, с которого лились яркие лучи солнце, слева серебром отливал широкий морской залив, а внизу белел мрамором и зеленел рощами, раскинувшийся на его берегу город.
   По виду он напоминал древнегреческий, ибо в центре, на холме, высился акрополь, в разных его местах виднелись храмы, а по мощеным улицам с площадями, неспешно прогуливались люди. Смуглые и в разноцветных хитонах.
   - Где мы? - отведя изумленный взгляд от казавшейся миражом картины, воззрился на спутницу Удатный.
   - На Марсе, - лукаво улыбнулась та.
   - Но мы видели его безжизненным, когда приземлялись.
   - То была лишь поверхность. А это мир недр. И часть настоящего - перед тобою (протянулась вперед изящная рука). Следуй за мною.
   После этого они стали спускаться с возвышенности, где стояли, вниз, следуя по широкой, вырубленной в камне лестнице и скоро оказались в городе. Оказавшемся при ближайшем рассмотрении еще более удивительным.
   Строения поражали классикой античной архитектуры и были окружены цветущими садами, прямые широкие улицы окаймлялись стройными высокими платанами, а на площадях искрились водяными радугами, скульптурно выполненные фонтаны.
   Встречавшиеся на пути люди при виде девушки с ее спутником, уважительно отступали в сторону и кланялись. Что свидетельствовало о высоком общественном положении Афродиты. Она отвечала легким кивком, Удатный, проявляя воспитанность, тоже дергал головою.
   Обзорная пешая экскурсия по городу, который гидша назвала Афинами, длилась около часа. За это время все более нравившаяся землянину дама показала ему такое, что могло быть только во снах. Или сказках Шехерезады.
   Для начала, пригласив Удатного в акрополь господствующий над городом, Афродита представила его там благообразному старцу, ведшему в просторном, залитом солнцем зале, беседу с учениками. Он оказался ни много ни мало - Диогеном. Еще более непостижимым было то, что командир понимал эллинский язык. И мог изъясняться на нем. Вполне свободно
   - Не удивляйся, - пожала плечами спутница. - Здесь все друг друга понимают.
   - А где же ваша бочка, уважаемый? - поинтересовался у великого философа моряк, не наблюдая в обозримом пространстве исторического жилища.
   - Ее разбили ученики, - глубокомысленно изрек Диоген. - В поисках истины. И тут же хлопнул указкой по лбу одного. Строившего остальным рожи.
   Из акрополя пара направилась к подножию холма, где в помпезном здании, именуемом "ареопаг", перед толпой граждан выступал оратор.
   - Это знаменитый Цицерон, - указала на него рукой Афродита.
   - Ну, прямо, как наш Жириновский, - послушав пламенную речь того, умилился Удатный.
   Далее они посетили храм Афины - Парфенон, украшенный снаружи и внутри античными статуями (там шло какое-то празднество), после чего Афродита показала ему со смотровой площадки порт, в который со стороны моря входила на веслах древнегреческая трирема*, над которой кружили чайки.
   - Это из своих странствий возвращается Одиссей, - задорно взглянула на Удатного красотка. - Но мы туда не пойдем. Он со своими друзьями непременно учинит на берегу оргию*. Лучше отдохнем с более достойными персонажами. Вон в том месте, - указала пальчиком на высящуюся вдали гору. Покрытую белоснежной шапкой облаков и снегами.
   - Далековато, - приложил к глазам ладонь Удатный. - Да и что там может быть? Не понимаю.
   Вместо ответа девица, серебристо рассмеявшись, произнесла несколько непонятных слов. Похожих на заклинание. В тот же миг неведомая сила подняла их со смотровой площадки, в телах появилось ощущение полета, а в ушах тонко засвистело.
   Когда же он стих, и в глазах командира прояснилось - они стояли на вершине. Выглядевшей весьма живописно. Она была покрыта ковром из цветов и с обширной зеленой лужайкой посередине. В центре, на золотом троне, развалился здоровенный детина с породистым лицом, длинными волосами и бородой, державший в мускулистой руке усыпанную драгоценными камнями чашу. Вокруг, в непринужденных позах, возлежали атлетического вида молодцы и весьма импозантные дамы. В едва прикрывающих наготу, легких одеждах.
   Одни что-то пили из таких же чаш, лениво переговариваясь, другие лобызались, а некоторые даже слились в весьма недвусмысленных объятиях. И над всей этой идиллией, в прозрачном воздухе парили младенцы-эросы* с крыльями. Розовые и упитанные
   "Вроде как рай или притон разврата" мелькнуло в голове Удатного.
   - Это божественный Олимп! - торжественно произнесла спутница, после чего, взяв спутника за руку прошла меж пар и групп, к трону.
   - Приветствую тебя, о Великий Зевс! - громко обратилась к сидевшему на нем детине.
   - И я тебя, богиня любви, - отхлебнул из чаши тот. - С кем пожаловала? (мутно уставился на Удатного).
   - Это тот самый герой с Земли, о котором нам говорил наш хозяин, - чуть склонила голову Афродита.
   После этих слов громовержец удовлетворенно кивнул, а остальные с интересом воззрились на незнакомца.
   - Ну что же, в таком случае выпей с нами, храбрец, - пророкотал хозяин Олимпа, вслед за чем к Удатному подлетел крылатый эрос с продувной рожицей и сунул тому в руки чашу.
   - Пей, а то боги обидятся, - шепнула ему на ухо Афродита.
   - За здоровье присутствующих! - обвел емкостью поляну с пережитками, командир. После чего, не отрываясь, высосал ее содержимое.
   Вино было непередаваемого вкуса, крепким и сразу ударило в голову.
   - Амврозия? - проявил осведомленность капитан 1 ранга.
   - Напиток богов, - лукаво ответила спутница. Томно опуская ресницы.
   - А теперь усаживайтесь рядом и продолжим пир, - сделал приглашающий жест главный олимпиец.
   - Это можно, - опустился на зеленую травку гость, увлекая за собой Афродиту. Та прижалась к нему округлым бедром и зазывно расхохоталась.
   Далее сидевший на троне гулко хлопнул в ладони (в горах раскатилось эхо), и откуда-то появились музыканты с танцорами. Все завертелось в вихре красок, звоне арф и античных плясках.
   Порхающие вверху эросы едва успевали наполнять чаши. С каждой Удатному становилось все веселее. По примеру богов с богинями, не отличавшихся особой стыдливостью, он стал понемногу тискать свою подружку (та отвечала взаимностью), но допустимых пределов не переходил. Русские морские офицеры всегда отличались воспитанностью.
  
   Глава 9. Худой мир лучше доброй войны.
  
   Громко чихнув, Удатный открыл глаза, воспрянув ото сна, и недоуменно огляделся.
   В стрельчатые окна зала, где он почивал, лились рассеянные лучи света, высокий купол над головой был изукрашен фресками, изображавшими сцены любви, а у мраморных стен в золоченых вазонах благоухали розы и нарциссы.
   Он же, совершенно голый, возлежал на широком ложе в душистых простынях, рядом с которым на инкрустированном драгоценными камнями столике, стояла амфора, два серебряных кубка и блюдо с фруктами.
   В шумевшей голове стали всплывать картины того, что было накануне. Сначала необычная экскурсия по городу, затем знакомство и пир с богами на Олимпе, а после объятия с Афродитой. Чем все закончилось, память не воспроизводила.
   "Пить надо меньше", подумал командир, вслед за чем, приподнявшись на локте, потянулся за амфорой. Освежиться.
   В ней было вино. Не божественный нектар, который он потреблял накануне, но довольно прохладное и вкусное.
   Сделав несколько глотков (в голове сразу же прояснилось), Удатный поставил сосуд на место и взял с блюда золотистую грушу. "Хрум" - откусил часть и с наслаждением стал жевать. Размышляя над тем, был у него секс с богиней любви или не был.
   Внезапно в левом ухе у него зачесалось, потом в голове щелкнуло, а далее возник голос Океана: "доложи где находишься и обстановку".
   - М-м,- закивал герой России, едва не подавившись грушей. После чего промедитировал в ответ обо всем, что с ним случилось. А в конце сообщил, что служить Марсу не желает. Хотя его к этому усиленно склоняют.
   " Ясно" выдал новый посыл Высший разум. " А теперь слушай и внимай. Я на крейсере и мы готовы выполнить вторую атаку. Которая непременно достигнет цели. На встрече с Марсом сообщи ему об этом и предложи переговоры".
   "А если Марс не согласится?"
   " Тогда горе побежденному. Вся Красная планета будет покрыта мной. А его покой в недрах уничтожен. Кстати, не обольщайся тем, что видел. Это всего лишь иллюзия,- добавил Высший разум. "Подобная сну, но наяву".
   " Понял" - мысленно ответил командир. "В случае согласия вашего противника, где состоятся переговоры?"
   " На борту флагманского "Арго". Он охраняет кратер с "Дельфином".
   После этого союзник отключился, а капитан 1 ранга задумался. В том, что Океан не откажется от своего предприятия, он не сомневался. Ибо знал возможности и силу безжалостной стихии. Жаль только, разменной монетой в противостоянии оказался он.
   Но что делать? Как всякий командир имевший доступ к ядерной кнопке, Удатный верил в предопределенность бытия, а вместе с этим неизбежность событий. В связи с чем воспринимал все как должное.
   Его мысли прервал звук легких шагов в соседнем с опочивальней зале, и в высоком проеме двери возник силуэт Афродиты. Она была еще прекрасней, чем вчера: в полупрозрачной тунике, венком из цветов на золотистых волосах, румянцем на щеках и с чувственной улыбкой.
   - Как почивал мой герой? - наклонившись к Удатному, душисто чмокнула богиня его в щеку.
   - Спасибо, хорошо, - пробормотал моряк, чувствуя исходящие от искусительницы любовные флюиды.
   - Ну, вот и отлично, - серебристо рассмеялась та. - Нужно вставать. Тебя ждет встреча с Марсом.
   После этого скрывший наготу простыней и прихвативший одежду, командир был сопровожден двумя возникшими из ниоткуда служительницами в бассейн. Где вымылся и привел себя в порядок.
   Затем вместе с Афродитой они позавтракали на открытой террасе, откуда открывался чудесный вид на город и залив. При этом божество раз за разом подливало гостю в чашу прохладное вино. Таинственно мерцая глазами и улыбаясь.
   - Оказывается ты герой не только по жизни, но и в любви, - нежно пропела богиня, когда он смаковал очередную.
   Удатный, придав лицу невозмутимость, согласно кивнул. Хотя в последней части ничего не помнил.
   Когда пара заканчивала завтрак, на террасе появился гонец, в коротком плаще и с ветвью оливы, сообщивший богине, что их ждет Марс. На Олимпе.
   Далее последовал короткий перелет над городом и посадка на вершине. Которую подводник не узнал. Так здорово она изменилась. Вместо природной обители богов, на лужайке белокаменно сиял храм, окруженный платановой рощей. На мощеной гранитом площадке перед ним, из скульптурной группы сатиров* бил прозрачный фонтан, а по зеленой лужайке разгуливали павлины.
   - А где же олимпийцы? - недоуменно огляделся по сторонам Удатный.
   - Там, - подняла Афродита руку к плывущим в выси облакам. Творят вечное, разумное, доброе.
   - Ну-ну, - скептически ответил командир, и они вошли под высокие своды.
   Внутри храм поражал изяществом и красотой античных форм, сочетавшихся с художественностью убранства, а в центре, на возвышении, стоял трон, на котором восседал Марс. Выглядевший весьма внушительно. На голове фантома, с тем же лицом сфинкса, чернью отливал гривастый шлем, а на мощном торсе - золоченый панцирь; правой рукой бог войны сжимал драгоценный скипетр, а левую упирал в подбородок.
   - Я приветствую тебя, о великий Марс, - грациозно склонилась в поклоне Афродита.
   - И я, - вскинул руку к пилотке командир. - Здравия желаю.
   Владетель Красной планеты чуть кивнул, потом ткнул скипетром в два стоявших у возвышения с троном, вычурных дифроса*.
   - Как твои впечатления о том, что видел, аргонавт? - приосанившись, начало божество, после того, как гости присели.
   - Благодарю, - приложил Удатный руку к груди. - Мне все очень понравилось. Но это всего лишь иллюзия.
   После этих слов, жесткие черты Марса исказились, и он грохнул жезлом в пол. - Кощунствуешь?!
   - Нисколько, - пожал плечами командир. - Об этом мне сообщил Океан. А я ему верю.
   - Откуда он взялся!?
   - Пришел ко мне во сне,- слукавил моряк. - Это одна из наших форм общения.
   - И что он еще сообщил? - зловеще прошипел бог войны, наклонившись вперед - Отвечай, червь! Быстро!
   - По тебе будет нанесен второй удар. И он непременно достигнет цели.
   Далее последовал всплеск ярости божества. Проявившийся материально.
   Из его глаз блеснули молнии (Афродита с визгом понеслась вон), стены храма зашатались, а со свода вниз стали рушиться куски мрамора и лепнина.
   "Ну, все, кирдык" - прикрыв голову руками, подумал командир. "Сейчас он меня кончит".
   Однако гнев воителя вскоре иссяк, а начавшееся разрушение прекратилось.
   Когда Удатный протер запорошенные пылью глаза, Марс сидел на своем троне, задумавшись.
   Потом поднял голову, - каковы его условия?
   - Океан желает переговоров с вами, - уважительно сказал Удатный.
   - Где и на каких условиях?
   - На борту его флагманского корабля "Арго". Условия мне неизвестны.
   - Хорошо, пусть будет так, - колыхнул воздух фантом. - А теперь иди, предайся объятиям Морфея и усни. Чтобы выясни время встречи.
   После этого капитан 1 ранга, отряхивая осыпанную известкой куртку, вышел из храма, где его встретила стоявшая у фонтана, заплаканная Афродита.
   - Все хорошо, малышка, - потрепал ее по щеке командир. - Не бери в голову.
   - Войны не будет? - всхлипнув, поинтересовалась богиня.
   - Полагаю, что нет, - сказал он. - Утри слезы.
   Затем они снова вернулись во дворец, откуда, пожелав остаться в опочивальне один, Удатный связался с Океаном.
   Внимательно его выслушав, тот назначил встречу на полдень следующего дня. Пожелав, чтобы на нее прибыл только Марс. Без сопровождения. И захватив с собой пленника.
   "Добро", мысленно ответил командир, вслед за чем Высший разум отключился.
   После этого Удатный вышел на террасу, где грустно сидела Афродита, поручив ей сообщить своему господину о времени встречи с известным тому лицом.
   - Хорошо, - прильнула к нему богиня. - Я все сделаю.
   Спустя час Афродита вернулась, рассказав, что все выполнила, и пара занялась в опочивальне любовными утехами. Те, как известно, способствуют снятию стресса. А еще здоровому цвету лица и аппетиту.
   Далее был изысканный обед под серебряные звуки арф, на которых играли несколько нимф у бьющего фонтана и декламация поэм Гомера приглашенным во дворец автором.
  
   "Муза, скажи мне о том многоопытном муже, который
        Долго скитался с тех пор, как разрушил священную Трою,
        Многих людей города посетил и обычаи видел,
        Много духом страдал на морях, о спасеньи заботясь
 
     Жизни своей и возврате в отчизну товарищей верных..."
  
   уносились в голубое небо вечные строки.
   - Сильно написано - вздохнул Удатный, когда отзвучала последняя, и декламатору поднесли чашу вина. - Неповторимо. Вот только у вас все как-то смешано по времени.
   - Здесь его нет, - прошептала богиня. - Только умиротворение и пространство.
   Следующий день выдался непогожим.
   Над городом и заливом клубились грозовые облака, у горизонта всплескивали багровые зарницы.
   Удатный в сопровождении Афродиты перенесся на Олимп незадолго до полудня, где был встречен у храма несколькими жрецами. Здесь же стояла античного вида золотая квадрига*, с четверкой огнедышащих коней, удерживаемых двумя воинами.
   - Это колесница Марса, - шепнула на ухо Удатному. Она доставит вас куда надо.
   Еще через пару минут из храма вышел сам владетель планеты в полном военном облачении, ступил в колесницу и, приняв в руки вожжи, покосился на Удатного, - становись рядом.
   Тот выполнил что требовалось, взявшись руками за поручень в передней части, бог войны рявкнул "отпускай!", и воины отскочили в стороны.
   В тот же миг кони рванулись вперед, к недалекому обрыву (Удатный непроизвольно зажмурил глаза), а когда открыл, колесница, поднимаясь вверх, неслась по небу. Кругом гремели раскаты грома, полыхали молнии, в лицо упруго бил ветер.
   Чем выше она поднималась, тем становилось холоднее, потом все скрыла мгла, бешеная скачка продолжалась.
   Спустя некоторое время мрак стал рассеиваться, и Удатный разглядел плывущую под ними поверхность планеты. Красноватую и безжизненную. Влекомая необычными лошадьми колесница плыла в марсианской атмосфере, окруженная мерцающим ореолом, внутри которого явно имелся пригодный для жизни микроклимат.
   "М-да", подумал про себя командир. "Снаружи мрак и холод, внутри солнце и жизнь. Хорошая маскировка".
   Затем далеко впереди и ниже, тоже наметилось свечение, колесница, по эллипсоидной дуге стала опускаться туда. В тишине и окружающем безмолвии. При подлете и ближайшем рассмотрении, свечение оказалось куполом "Арго", висевшем над зевом кратера. В нем, серебрился инеем ракетоносец Удатного.
   При приближении к куполу, все это время молчавший Марс, натянул вожжи (бег коней замедлился), а в прозрачности купола возник всплеск, а потом овальный проем, куда скользнула колесница...
  
   Третий час, в обширном отсеке "Арго", находившемся в его верхней части, шли переговоры. Между Океаном и Марсом. Расположившихся друг против друга в сферических креслах. Еще в одном, сбоку, внимая, сидел командир. Проникшийся важностью события.
   Переговоры между стихиями шли трудно, но постепенно продвигались вперед. К своему неизбежному финалу. У союзника землян был веский козырь - ядерное оружие "Дельфина". Способное проломить оболочку планеты и освободить его часть. А та покрыть собою все Красную планету.
   У бога же войны, такого оружия не было. Но он надеялся сохранить за собою все недра и власть над ними. На что Океан не соглашался.
   Как выяснилось, та их часть, где находился плененный командир, была одной из двух. Где жизнь марсианских подданных была устроена по канонам Древней Эллады. Вторая же, о которой Удатный не имел понятия (зато имел Океан), представляла собой постиндустриальное общество. С новейшими технологиями, сверх знаниями и креативностью. Океан желал иметь его под надзором.
   В конечном итоге пришли к следующему: Марс освобождает упрятанные в себя много миллионов лет назад океанские воды, но остается хозяином недр. Используя их на общее благо и исключительно в мирных целях. Океан же владеет всей поверхностью. В аналогичных.
   "Ну, слава богу, вроде договорились" подумал про себя Удатный, который все это время находился в напряжении. Поскольку знал непредсказуемость стихий и их силу.
   Достигнутую договоренность, встав со своих мест, они засвидетельствовали обоюдным рукопожатием, взяв в свидетели командира.
   После этого, Марс пригласил вторую сторону к себе в недра. Отпраздновать установление мира.
   Океан, сославшись на занятость, отказался, но разрешил это сделать Уданому. Вместе с экипажем и на "Дельфине"
   - Слушаюсь,- ответил командир. Поняв, что тот желает продемонстрировать силу.
   - Но на крейсере это проблематично, - добавил он. - Я не вижу технического решения.
   - Оно есть, - величаво кивнул шлемом бог войны. - Все в нашей власти.
   Далее, распрощавшись, Океан, с хлюпом покинул "Арго" и растворился в пространстве.
   - Знаешь, почему я не люблю воду? - проводил взглядом субстанцию Марс.
   - Нет, - ответил Удатный.
   - Очень уж она живая и текучая. По мне лучше покой и постоянство.
   - А как же тогда война? - иронически вопросил командир. - Что-то я не понимаю.
   - Она прелюдия всему, - пророкотал Марс. Так уж все устроено. А теперь внимай, как кораблю попасть к нам. Вслед за чем изложил порядок действий.
   - Ясно, - выслушал воителя, командир. - Я все так и сделаю.
   - Тогда до встречи, - сказал тот. И, звеня доспехами, направился к колеснице.
   Чуть позже она выскользнула из космолета, унесясь в хмурое, рокочущее громом небо, а в голове Удатного возник голос "Арго". Как всегда спокойный и отрешенный.
   Он сообщил, что будет ждать ракетоносец через трое суток на этом же месте, после чего командир оказался на мостике корабля. Где его уже ждало все командование.
   - С возвращением, Юрий Иванович! - радостно заорал Ливанов, Цой уважительно козырнул, а Колбунов довольно крякнул.
   - Ну, как вы тут без меня? - пожимая по очереди руки всем троим, вопросил капитан 1 ранга.
   - Сначала мы думали, что ты погиб - ответил за всех заместитель. - И хотели всадить в Марс еще пяток ракет, в качестве посмертного салюта. А затем "Арго" сообщил, вроде жив, а Океан принимает меры к освобождению.
   - Так что, выходит, получилось? - хитро прищурился Цой, и все трое довольно заулыбались.
   - Более того, - ответил командир. Вслед за чем рассказал обо всем, что произошло с ним за время отсутствия. В том числе о встрече враждующих стихий и результатах их переговоров.
   - Так выходит, наша задача выполнена? - оживились подчиненные.
   - Получается так. А кроме того Марс приглашает навестить его недра с дружеским визитом. Наш союзник, кстати, не возражает.
   - Визит дело хорошее, - со знанием дела заявил Ливанов.
   - Только как мы его нанесем? - выразил сомнение Цой. - Я лично не понимаю.
   - И я,- добавил Колбунов. - Хотелось бы узнать подробности.
   - Все просто, - невозмутимо ответил командир и изложил то, о чем ему сообщил Марс. Перед расставанием.
   - То есть он откроет нам дно кратера? - удивились офицеры.
   - Именно так. После чего крейсер погрузится туда и всплывет в недрах.
   - А как же лед под нами? - указал рукой вниз Ливанов.
   - Лед растает.
   - В таком случае вопросов нет, - сказал Цой. - Все понятно.
   Далее все сошли вниз, где командира радушно встретила команда, а наверх поднялась верхняя вахта.
   О начале таянии льда в кратере она сообщила через час, а спустя еще три, крейсер освободился из ледяного плена.
   - Ну вот, можем погружаться, - обозрев с мостика темную гладь воды, констатировал поднявшийся туда командир. - Петр Васильевич (обернулся к старпому), играй боевую тревогу.
   - Добро, - ответил Цой, надавив ногой педаль "каштана".
  
   Глава 10. И домой возвращайтесь скорей...
  
   После того, как задраив рубочный люк, все спустились в центральный пост, была отдана команда на погружение, захрюкал ревун, ракетоносец на ровном киле ушел вниз. Оставив наверху обширную, вращавшуюся воронку.
   На глубине ста метров Удатный приказал одерживать корабль, вслед за чем тот завис в пучине, а после дал команду "самый малый вперед!". Турбины повлекли крейсер в сторону от подводной части кратера
   Когда отошли на милю, командир выдал очередную, и "Дельфин" всплыл совсем в другом мире. Над ним голубел купол неба, сверху лились солнечные лучи, в корпус плескались легкие волны.
   - Да тут как в раю! - восторженно закрутили головами поднявшиеся вслед за Удатным наверх, старпом с заместителем и боцман.
   - Вроде того, - согласился командир. После чего выдал вставшему на руль боцману нужный курс, а потом закурил сигарету.
   Спустя пару часов, в той части горизонта, куда направлялся ракетоносец, возникла темная черта, и Ливанов с Цоем вскинули к глазам бинокли.
   - Вижу берег, - сказал старпом.
   - А на нем вроде город, - добавил заместитель.
   - Это то, что нам нужно, - прищурился на висящее в зените солнце командир. - Боцман, держи на пару градусов правее.
   - Есть, - ответил Громов, чуть шевельнув манипулятором руля.
   Суша, между тем, вырисовывалась все яснее. За широко раскинувшимся береговым заливом. В центре города, на возвышенности, величаво высился акрополь, чуть ниже блестел золоченой крышей парфенон, а под ними в зелени садов, розовели мрамором дворцы и белели кубические дома граждан.
   - Красота! - озирая панораму, довольно изрек заместитель.
   - Здесь все устроено как в эпических Афинах, - сказал коллегам Уатный. - А вот та высокая гора за городом - Олимп (указал рукою). Там живут боги.
   - Шутишь? - опустив бинокль, обернулся к нему Ливанов.
   - Вполне серьезно. Я с ними встречался и говорил. На древнегреческом.
   - Это как? - поинтересовался Цой. - Разве вы его понимаете?
   - Там все друг друга понимают, - ответил командир. - Сами все увидите.
   Войдя в залив, поскольку глубины позволяли, ракетоносец застопорил ход и встал на якорь в сотне метрах от портовых причалов. У которых покачивались эллинские суда со свернутыми на мачтах парусами. На их палубах и берегу собралось множество зевак. С интересом взиравших на невиданный корабль и прибывших на нем чужеземцев.
   Затем от главной пристани, четко взмахивая веслами, отошла алого цвета трирема*, на помосте которой стояла живописная группа горожан в богатых одеяниях, судя по виду -местное начальство. Чуть впереди нее, подобная утренней заре, с легкой улыбкой на губах, стояла Афродита.
   - Неземной красоты дама, - прошептал Ливанов, Цой приосанился, а Громов поцокал языком. Выражая восхищение.
   - Афродита Милосская, - обернулся к ним Удатный.
   - Та самая? - выпучили глаза коллеги.
   - Да. Прошу любить и жаловать.
   Вслед за этим он вызвал наверх швартовную команду, а сам с заместителем и старпомом спустился вниз. Встав рядом с рубкой. Беззвучно скользя по сини вод, судно подошло к крейсеру, швартовщики приняли с него концы и, набросив на кнехты, построились в носу. С интересом пялясь на эпический корабль и его команду.
   - Я приветствую славных аргонавтов прибывших к нам с миром! - грациозно ступив на палубу крейсера, воздела кверху руки богиня любви.
   - А мы Вас, - уважительно склонили головы офицеры.
   - Марс приглашает тебя с друзьями на аудиенцию (обратилась Афродита к командиру),
   - Мы не возражаем, - ответил тот, а Ливанов с Цоем дружно закивали.
   - В таком случае прошу, - сделала богиня приглашающий жест в сторону судна, на котором прибыла.
   - Михаил Иванович, остаешься на борту за старшего! - подняв вверх голову, приказал Ливанов появившемуся на мостике Колбунову.
   - Есть! - пробасил тот с высоты рубки.
   Далее все трое проследовали на трирему вслед за Афродитой.
   Первым, кто встретил их на платформе, был смуглый курчавый малый, облаченный в гребенчатый шлем с латами и хитрой продувной рожей.
   - Знакомьтесь, это Одиссей, - обернулась к гостям богиня. - Герой древней Эллады.
   - Тот самый? - переглянулись Ливанов с Цоем.
   - Именно,- оскалил белые зубы герой и приосанился.
   - А на веслах его спутники по странствиям, - добавила Афродита, ткнув вниз пальчиком.
   "М-да, достойная компания" скользнув по тем опытным взглядом, подумал Ливанов. "Форменные бандиты".
   - Позволь отчалить, о, великая богиня? - приложив к груди руку, между тем вкрадчиво поинтересовался царь Итаки.
   - Можешь, - величаво кивнула та, сияя драгоценной диадемой в волосах и глядя в пространство.
   По взмаху царственной руки, весла синхронно опустились на воду, триера отошла от крейсера.
   Когда, проделав обратный путь, она подошла к пристани, судно встретили овациями празднично одетые горожане. Сдерживаемые воинами с копьями с двух сторон, они громко приветствовали гостей, выражая свои чувства.
   Сошедшим на берег Удатному и Ливанову с Цоем, были представлены "отцы города", а также Диоген с Цицероном. Оратор, под гром рукоплесканий, выступил в их честь с витиеватой речью.
   Далее, под гул веселых голосов и осыпаемые лепестками роз, подводники во главе с Афродитой проследовали на холм в Парфенон. Где состоялась встреча с олицетворением планеты.
   Оно, в лице Марса, приняло их сидящим на троне в золотом облачении и со скипетром в руке. Окруженное охраной из древних героев.
   После витиеватых приветствий и пышных фраз, как и приличествует в таких случаях, олицетворение - он же Бог войны, пригласил землян отпраздновать заключение мира на Олимп. В компании себе подобных.
   - А Афродита вместе с Одиссеем, займется здесь твоей командой, - сказал в завершении Марс.
   - В чем это будет заключаться? - поинтересовался Удатный.
   - Они устроят для нее оргию,- последовал ответ. - Достойную героев.
   - Насчет оргии, аморально, - наклонившись к командиру, сказал Ливанов. - Не соглашайся.
   - О, она совсем не в том понимании, как у вас, - рассмеялась стоявшая рядом богиня любви. - Можете не опасаться.
   - В таком случае я не возражаю, - согласно кивнул капитан 1 ранга. - Но под твою ответственность (взглянул на Афродиту).
   Далее, встав с трона и сойдя вниз, Бог войны сделал жест гостям следовать за собой, направившись к высокой арочной двери в боковой части зала.
   За ней, белела мрамором огражденная балюстрадой площадка, с которой открывался вид на город и залив, с плывущими вверху белоснежными облаками.
   Подняв голову к небу, Марс ткнул жезлом в самое пышное, оно опустилось вниз и окутало площадку туманом.
   В следующий миг моряки почувствовали, как поднимаются в эфир, а еще через минуту увидели под собой парфенон и все уменьшавшийся город.
   - Как бы не провалиться, - помял ботинком пушистую мягкость под собою Цой. - Ненадежное оно какое-то.
   - Терпи, - буркнул ему Ливанов, принимая позу Наполеона.
   Облако между тем оставило Афины позади и вскоре достигло горных отрогов. Затем под воздухоплавателями чуть ниже возник Олипм. Началось плавное снижение.
   Еще через несколько минут облако бережно опустило пассажиров на вершину, а само поклубилось вверх. Продолжать свое путешествие в синеве неба.
   Как и в первый раз, небожители находились на месте. Живописно расположившись на лугу, в окружении нимф и порхающих вверху младенцев-эросов.
   - Однако, - переглянулись Цой с Ливановым. - Сколько их тут. Прямо глаза разбегаются.
   - Ничего, это скоро пройдет, - сказал им Удатный. - Привыкайте.
   Олицетворение планеты, ее владетеля и своего патрона в одном лице, олимпийские боги встретили с глубоким почтением.
   Зевс, спихнув с колен очередную пассию, сошел с трона и, изобразив на лице восторг, поспешил навстречу Марсу; остальные, встав и уважительно расступившись, склонились в поклонах.
   - Все гуляете? - обвел взглядом бог войны Олимп, после чего милостиво чмокнул в маковку согнувшего шею Зевса.
   - Такова наша планида, - пожал тот борцовскими плечами. - Ты же знаешь.
   - Вот, доставил к вам гостей, - величаво обвел рукою стоявших рядом землян Марс. - Прошу любить и жаловать.
   - Непременно, - с чувством ответил сын Титана, заключая поочередно в дружеские объятия Удатного, а потом Цоя с Ливановым.
   Остальные боги тут же рассыпались в приветствиях, эросы вверху задудели в трубы, а нимфы радостно завизжали.
   Чуть позже божественное собрание с сидящими в центре гостями, предалось питию нектара, песнопениям и пляскам.
   - А здесь ничего, мне нравится, - опорожнив очередную чашу, довольно облизнулся Цой (ее тут же снова наполнил из амфоры трепыхавший крылышками вверху эрос).
   - И мне тоже, - подставив крылатому младенцу свою, пробормотал Ливанов. Удатный на брудершафт пил с Зевсом, кругом напевно звенели арфы.
   Пир длился почти сутки, потом вся компания уснула на зеленой травке, а когда, проснувшись, опохмелилась, Зевс сообщил Марсу, что желает показать гостям игры на побережье. По типу Олимпийских.
   - Можешь, - величаво кивнуло воплощение планеты. - Игры поднимают настроение.
   По знаку Зевса в Афины тут же отправили гонца (им выступил Гермес в крылатых сандалиях), а спустя несколько часов, приведя себя в надлежащий вид и подкрепившись, вслед за ним на облаке последовал весь сонм* небожителей вместе с гостями. Вокруг, дуя в серебряные трубы, порхали крылатые эросы, а прихваченные с собою нимфы с сатирами, исполняли в честь богов хвалебные гимны.
   От всей этой какофонии у землян кружились головы, но они стоически терпели. Во имя мира и содружества планет. Как истинные патриоты.
   Облако меж тем вскоре оказалось над городом, затем опустилось на него белою пеленою, а когда та рассеялась, прибывшие оказались на площадке перед Акрополем, где их встретили именитые граждане.
   Сошествие богов на землю было встречено небывалым ликованием, и по такому случаю в храме Афины Паллады состоялось торжественное моление с культовыми жертвоприношениями. В виде десятка быков, заколотых жрецами.
   Далее небожители с гостями, окруженные местной знатью, сошли в нижнюю часть города, откуда проследовали на берег реки Илиссос, к величественному, заполненному гражданами стадиону.
   На его зеленых склонах, собралось все население древнего мегаполиса, шумевшее словно рой пчел в предвкушении необычного зрелища.
   В центральной части, увенчанной гостевыми трибунами, расположился экипаж ракетоносца. Там, в главной ложе, рядом с Колбуновым, восседали Афродита с Одиссеем.
   Под радостные вопли толпы, боги во главе с Марсом, рядом с которым шагали отцы-командиры, проследовали по ступеням в ложу, где заняли места согласно рангам. Удатный с Цоем и Ливанов, были усажены рядом с хозяином планеты (с другой стороны Зевс), что свидетельствовало об особом почете.
   Далее порхавшие над стадионом эросы затрубили в серебряные трубы, призывая всех к вниманию, и со своего места поднялся Одиссей, выступавший в качестве распорядителя. Воздав хвалу присутствующим богам с гостями (те многозначительно надули щеки), он объявил об открытии Олимпийских игр, после чего воздел к небу руки.
   Это явилось сигналом к появлению на арене многочисленных атлетов, вышедших размеренным шагом из-под центральных трибун, где они до времени находились.
   Под серебряные звуки труб и овации толпы, участники приблизились к главной ложе, приветствуя снизу небожителей. Те в свою очередь, величаво кивнули головами, а Зевс брякнул в дубовый помост своим жезлом "приступайте!".
   И Олимпийские игры начались.
   Для начала состоялись соревнования бегунов, в котором приняли участие два десятка атлетов, а далее силой померялись метатели дисков. Победителей тут же наградили венками из ветвей олив, под бурное рукоплескание зрителей. На смену им вышли борцы, сцепившие в мощных объятиях, и через час был определен самый сильный; потом свое искусство продемонстрировали мастера рукопашного боя.
   Когда уложивший наземь всех своих противников здоровенный эллин, вздев вверх руки, обходил стадион под восторженный рев аборигенов, Марс вопросил гостей, не желает ли кто из них принять участие в соревнованиях?
   - Я желаю, - тут же ответил Цой, все это время неотрывно следивший за ареной.
   - В каких именно? - переглянулось божество с Зевсом.
   - В рукопашном бое, - бесстрастно заявил старпом. - С вашим победителем.
   - А может того, не стоит? - наклонился к нему Ливанов. - Очень уж здоровый грек. Одной массой задавит.
   - Это вряд ли,- прищурил узкие глаза Цой, а Удатный согласно кивнул "покажи класс, Петр Васильевич".
   Главные небожители довольно крякнули, Марс махнул рукой главному распорядителю, и тот порысил к ложе.
   - Объяви всем о поединке землянина с нашим бойцом, - сказал бог войны, когда тот, поклонившись, застыл рядом.
   - Слушаюсь,- приложил арбитр руку к груди и поспешил назад. Только пятки засверкали.
   Вернувшись в центр стадиона, он дал знак крылатым трубачам (пространство огласилось серебром аккордов), а когда те стихли, громко прокричал, оборачиваясь во все стороны, о предстоявшем бое.
   -А-а-а, о-о-о ! выдохнули трибуны.
   - Ну, не пуха ни пера, - напутствовал Удатный Цоя, похлопав того по плечу.
   - К черту, - ответил тот, выходя из ложи.
   Спустя еще несколько минут он появился из раздевалки под ней такой же голый как все участники игр, а зрители заулюлюкали и огласили воздух свистом.
   По сравнению с рослым и мускулистым эллином, противник был худ и щупл. Словно подросток.
   - Ну, все. Кирдык нашему старпому, - прошептал Ливанов.
   Далее, когда бойцы встали друг против друга, арбитр взмахнул рукой (что сопроводилось звоном гонга), эллин, ухмыляясь, шагнул вперед и нанес сокрушительный удар партнеру в голову.
   Однако вместо той, кулак пришелся в воздух. Трибуны разочаровано взвыли. Боец несколько удивился, вслед за чем, сопя, провел целую серию. С тем же успехом. Землянин ловко уклонился от атак, легко двигаясь по арене.
   - Сражайся, сражайся трус! - завопили многие из зрителей.
   Так продолжалось несколько минут, а потом все кончилось. Легко взмыв в воздух, Цой завертелся юлой и с криком "ха!", саданул атлета пяткой в лоб. Тот, с высоты роста, молча рухнул в песок, широко раскинув руки.
   - У-у-у... - выдохнули трибуны.
   Поверженного бойца с трудом привели в чувство и утащили смотрители, а тяжело дышавшего героя подвели к ложе, где он был увенчан оливковым венком, лично Афродитой.
   - У тебя много таких бойцов? - поинтересовался Марс у командира под звуки рукоплесканий зрителей.
   - Достаточно, - ответил тот. Несколько лукавя.
   Олимпийские игры длились три дня, а после их окончания Удатный получил приказ Океана возвращаться на Юпитер.
   Расставание с марсианами прошло в теплой дружеской обстановке.
   Далее экипаж в полном составе убыл на "Дельфин", тот поднял якорь и, огласив залив прощальным гудком, ушел в море.
   Спустя еще сутки крейсер плыл в космосе внутри "Арго", на его мостике темнели подводники, а просторы галактики оглашала льющаяся оттуда в записи песня
  
  
  
   Один мой товаpищ любил пpыгнyть с вышки,
И в воздyхе веpтелся, как волчок.
Тепеpь он в больнице, замyчала отдышка -
Hе тем yдаpился об водy, дypачок!

Таких не беpyт в космонавты!
Таких не беpyт в космонавты!
Таких не беpyт в космонавты!
Spaceman! Spaceman!
  
   бодро выдавали молодые голоса популярной рок-группы в холодном мерцании далеких созвездий.
   Потом они стихли, оставив за собой безмерность и покой. Словно ничего не было.
  
  
   Примечания:
  
   Каштан - название внутрикорабельной связи
   БИП - боевой информационный пост.
   РБ - одежда радиационной безопасности.
   Репетовать - повторять команду.
   Трюмный - одна из специальностей на корабле.
   Машка - швабра (жарг.)
   Каболка - прядь каната.
   Октан - органическое соединение.
   Кремальера - запорное устройство.
   Первый после Бога - командир подводной лодки.
   ЦП - центральный пост.
   БЧ-4 - боевая часть связи на корабле.
   Гименей - божество брака в мифологии.
   Ассоль - персонаж повести Грина "Алые паруса".
   Удатный - древнерусский князь, удачливый полководец.
   Кантри - музыкальный стиль.
   ВКС - военно - космические силы.
   ПДУ - портативное дыхательное устройство.
   Регистр Ллойда - крупнейшее классификационное общество в мире.
   Саргассово море - внутреннее море Атлантического океана.
   Гаджиево - база атомных подводных ракетоносцев в Заполярье.
   Звуковой скачок - акустическое явление, отмечающееся в морях и океанах.
   Помор - коренной житель побережья Белого моря.
   Обертон - призвук звукового спектра.
   Холодная война - противостояние между СССР и США.
   БЧ-5 - электромеханическая боевая часть.
   Особист - сотрудник военной контрразведки.
   Абрис - очертание.
   Док - доктор на корабле (жарг.)
   Плащаница - церковная реликвия.
   Дифферент - разница осадок судна носом и кормой.
   Станция ЛОХ - корабельная станция пожаротушения.
   Озон - газ, составляющая воздуха.
   Сомнамбула - то же, что лунатик.
   Шпигат - отверстие для стока воды на корабле.
   Эллипс - геометрическая фигура.
   Коматоз - бессознательное состояние.
   Магомед Гаджиев - знаменитый подводник, Герой Советского Союза.
   Джон Джейкоб Астор - американский миллионер, погибший на "Титанике".
   "Трешер" - американская подводная лодка, затонувшая в Марианской впадине.
   Начхим - начальник химической службы на подлодке.
   Перевал Дятлова - перевал на Северном Урале. Место гибели одноименной экспедиции.
   ГЭУ - главная энергетическая установка (реактор).
   КМС - кандидат в мастера спорта.
   Дозиметр - прибор для измерения радиации.
   Дукс - система удаления пищевых отходов на подводной лодке.
   Канадка - морская кожаная куртка.
   Дарвин - основоположник теории эволюции.
   Аква - вода.
   Шкерт - кусок пеньковой веревки.
   Ратьер - сигнальный фонарь, используемый на флоте как средство связи.
   Экстраполяция - логико методологическая процедура.
   Цунами - длинные и высокие волны, порождаемые мощным воздействием на всю толщу воды в океане.
   Ют - кормовая надстройка судна.
   Тангаж - угловое движение летательного аппарата относительно главной поперечной оси.
   Изделие - общее название ракеты или торпеды на корабле.
   ЗИП - запасные инструменты и приборы.
   Ректификат - в данном случае разновидность спирта.
   Ампер - единица силы тока.
   Повязка РЦЫ - нарукавная повязка дежурного по кораблю.
   Карибский кризис - военное противостояние СССР и США на острове Куба в 1962 году.
   Патрон - в данном случае покровитель.
   Шкентель - оконечность морского строя.
   Чертог - богатое помещение, палата.
   Риспорт - марка коньков.
   Рандеву - место встречи.
   СОРС - система обнаружения радиосигналов.
   РДУ - регенеративная двух ярусная установка.
   ВВД- воздух высокого давления.
   САЭТ - 60 - марка торпеды.
   Моника Ливински - партнерша президента Клинтона по игре на саксофоне.
   ГЛОНАСС - глобальная навигационная спутниковая система.
   Факсимиле - подпись.
   Коллектор - рабочий геологической партии.
   Ламинария - вид водорослей. Морская капуста.
   Гафель - наклонный рей.
   Иоанн Кронштадский - один из символов русского православия.
   Роза ветров - обозначение всех географических азимутов.
   Флагманский врач - главный медицинский специалист в морском соединении.
   "Под шафе" - выпивши (жарг.)
   Встать на бочку - стать на плавучий якорь.
   Секстант - навигационный прибор для определения высоты солнца и звезд.
   Магнитуда - величина, характеризующая мощность землетрясения.
   Трирема - древнегреческое судно.
   Оргия - один из религиозных обрядов древних народов.
   Эрос - бог любви в Древней Греции.
   Сатир - лесное божество, демон.
   Дифрос - стул, табурет в Элладе.
   Квадрига - древнегреческая колесница.
   Сонм - сборище.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
   1
  
  
  
  

 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Е.Вострова "Канцелярия счастья: Академия Ненависти и Интриг"(Антиутопия) А.Шихорин "Ваш новый класс — Владыка демонов"(ЛитРПГ) В.Василенко "Статус D"(ЛитРПГ) В.Соколов "Мажор 4: Спецназ навсегда"(Боевик) О.Бард "Разрушитель Небес и Миров. Арена"(Уся (Wuxia)) А.Кочеровский "Баланс Темного"(ЛитРПГ) Ю.Кварц "Пробуждение"(Уся (Wuxia)) Ю.Резник "Семь"(Антиутопия) Д.Сугралинов "Мета-Игра. Пробуждение"(ЛитРПГ) М.Юрий "Небесный Трон 1"(Уся (Wuxia))
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Время.Ветер.Вода" А.Кейн, И.Саган "Дотянуться до престола" Э.Бланк "Атрионка.Сердце хамелеона" Д.Гельфер "Серые будни богов.Синтетические миры"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"