Кожевников Олег Анатольевич: другие произведения.

Император гл. 20-21

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Творчество как воздух: VK, Telegram
 Ваша оценка:

   Глава 20
  
   Серьёзная беседа с Кацем, где мы не только делились друг с другом о делах, которыми занимались, чтобы избежать повторения исторического сценария нашей бывшей реальности, но и разрабатывали планы дальнейших действий. Длилась долго. Планы-то мы разработали, и даже что-то начали делать, чтобы их реализовать, но память не давала навалиться на дела в полную силу. По крайней мере, у меня в голове продолжала сидеть мысль, внушённая предыдущей жизнью и уроками истории в школе - о неизбежности буржуазной революции в России. Вот эта неизбежность и действовала на желание, полностью погрузится в дела по намеченным с Кацем мероприятиям. Подспудно в голове сидела мысль - что мучиться, если февральская революция неизбежна, не лучше ли на всякий случай подготовить нам с Кацем запасной аэродром. Эта мысль была настолько навязчивой, что я в ущерб основному делу, после того как опять обосновался в Гатчине, занялся подготовкой путей бегства из Петрограда. Распорядился, чтобы только что сошедший со стапелей Русско-Балтийского вагонного завода аэроплан "Илья Муромец", был передан КНП. Чтобы ни у кого не возникло даже мысли, что император собирается на нём покинуть бунтующий Петроград, я лично посетил авиационный отдел Русско-Балтийского вагонного завода под руководством Сикорского, где провёл большое совещание. На котором присутствовали не только технический персонал отдела, но и специалисты занимающиеся сборкой самолётов "Илья Муромец" серии Г-2. На нём я и поручил особо тщательно подготовить направляемый в распоряжение КНП самолёт, который предназначен для выполнения секретных миссий. В этот же день я подобрал командира экипажа для этого самолёта. А выбирать было из кого - несколько уже сформированных экипажей ожидали своей очереди получить строящийся заводом самолёт. Поручика Башко, порекомендовал мне Сикорский, как опытного пилота, хорошо знающего матчасть и прекрасно ориентирующего в воздухе. Когда я ознакомился с личным делом поручика, а затем с ним переговорил, то понял что лучшего пилота я, пожалуй, и не найду. Надёжный и что важно не болтливый ветеран, который летал на " Илье Муромце" с 1914 года. Участвовал не только в бомбардировках вражеских позиций, но и в боях с вражескими аэропланами. В полёте (5 июля 1915 г.) на высоте около 3200-3500 м, "Илья Муромец" под командованием поручика Башко был атакован тремя немецкими самолётами. В результате боя один вражеский самолёт был сбит два других, пулеметным и ружейным огнём отогнаны, правда и "Илья Муромец" получил значительные повреждения, а поручик Ьашко ранен. Но, несмотря на всё это великолепному пилоту удалось посадить повреждённый тяжёлый самолёт на заболоченный луг. Даже Сикорский, сам отличный пилот, признал такую посадку выдающейся для любого опытного лётчика. Поручику Башко я естественно не стал ставить задачу, чтобы самолёт был готов в конце февраля в случае обострения ситуации в Петрограде вывезти императора и председателя КНП в Житомир. Именно там, как и до рейда по Австрийским тылам был дислоцирован штаб 2-го кавалерийского корпуса. Поручик Башко впрочем, как и все сотрудники авиационного отдела были уверены, что самолет будет использоваться для полётов в глубокий тыл германцев, чтобы забирать у наших агентов, собранную ими секретную информацию. И эта уверенность строилась даже не на моих словах, а на фактах. КНП уже предоставлял информацию о разработке новейшего Германского самолёта. Конечно, схема этого самолёта была очень сырая и недоработанная, но она заинтересовала Сикорского, да так, что он поручил одному из своих конструкторов прекратить работу по модернизации "Ильи Муромца" и сосредоточиться на поступивших от КНП чертежах создающегося в Германии самолёта. Конструктору Поликарпову была поставлена задача, основываясь на добытых Русским разведчиком документах, разработать отечественный самолёт. Надо ли говорить, откуда у КНП появилась документация на разрабатываемый Германией самолёт. Естественно из тех отрывочных и зачастую сумбурных знаний, которые мы с Кацем смогли вспомнить. В основном, конечно, я который хотя бы летал на кукурузнике. А до этого полёта много беседовал с лётчиком и неделю подавал инструменты авиатехнику, который много чему меня научил. Это было в студенческие времена, но так как я увлекался техникой, и руки были пришиты к нужному месту, то меня сняли с сельхоз работ и бросили на помощь технику, ремонтирующему севшего на вынужденную посадку "Кукурузнику". Неделю мы с присланным техником и лётчиком этого раритетного биплана ковырялись, ремонтируя трудягу обрабатывающего гербицидом совхозные поля. В конце концов, мы поставили авиадедушку на крыло. Именно тогда я первый раз попробовал спирт-ректификат и на уровне младшего авиатехника, начал разбираться в устройстве древних самолётов ПО-2. Вот эти знания я как мог, отобразил в чертеже. Это было в то золотое время, когда я ещё был Великим князем, и до моего отъезда на фронт. Поездка в действующую армию и послужила причиной моей судорожной работы - занесение на бумагу чертежи тех механизмов, устройство которых я помнил. Мало ли что могло со мной случиться на фронте, и я хотел оставить всю информацию, которой обладаю своему другу. Я был уверен, что Кац сможет ей правильно распорядиться. И передать России, чтобы та всё-таки выиграла эту проклятую войну и не свалилась в бездну революций. А когда уже стад императором и в ставке встретился с Сикорским, то из Могилёва отправил Кацу шифрограмму, чтобы он под видом добытой в Германии секретной информации, передал Сикорскому нарисованный мной чертёж самолёта ПО-2. А судьба распорядилась, чтобы начальник авиационного отдела поручил разбираться с предоставленными КНП чертежами и пояснительными записками именно Поликарпова. Который по существу и был конструктором этого самолёта. Круг замкнулся и в новой истории создателем уникального биплана ПО-2 так и останется Поликарпов. А то, что его прототип поднимется в небо на пару десятков лет раньше, для истории не так уж и важно.
   Я так увлёкся авиационными делами, что роковая для истории моей бывшей реальности дата первой Русской революции стала просто действием по отрыванию листка календаря. Ну, ещё вечером с Кацем мы всё-таки отметили зримое достижение нашей деятельности. А что? Никаких эксцессов на улицах Петрограда, да и Москвы не было. Ленин и другие революционеры в Швейцарии даже и не помышляли вернуться в Россию. Думские крикуны несколько успокоились, и теперь их главной темой критики стала инфляция и негодяи, окапавшиеся в Министерстве Финансов. Даже война ушла у них на задний план, тем более на фронте наблюдалось затишье. Германцы, в общем-то, как всегда в зимний период, не дёргались и даже практически не подвергали наши позиции артиллерийскому обстрелу. Русской армии, тоже было не до боёв. Шла перегруппировка, оборудование узлов обороны находящихся в 10-15 верстах от линии фронта и ещё частичная демобилизация. Именно это подстёгивало инфляцию, а не ворье, засевшее в Министерстве Финансов. Уже к марту почти полмиллиона солдат было демобилизовано и каждый из них (в зависимости от времени службы и участию в боевых действиях) получил от 25 до 150 рублей. А оставшиеся служить солдаты начали с 1-го марта получать от 25до 50-ти рублей в месяц. Естественно в зависимости от участия в боевых действиях. Суммы получались сумасшедшие и если бы не дополнительные доходы от отмены сухого закона, от продажи за границу уникальных медикаментов и оборудования, а так же финансовых операций на биржах Нью-Йорка и Лондона, бюджет страны был бы в полном коллапсе. А так, в общем-то, обычное брюзжание некоторых депутатов и части населения. Несмотря на раскручивающуюся инфляцию, даже среди богатых людей не было бегства от бумажных денег. И это несмотря на то, что Печатный двор выпускал бумажных ассигнаций на сумму, превышающую в четыре раза довоенную эмиссию. По всей логике, богатые люди должны были скупать золото и валюту, избавляясь от бумажных рублей. Но на рынке наблюдалась странная картина - предложение валюты и драгоценных металлов резко увеличилось. И хотя цены на продукты возросли раза в два не меньше, но серебряные рубли исчезать не начали, а их количество в кошельках подданных только увеличилось. А какие серьёзные возмущения могут быть у людей с набитыми серебром кошельками. Тем более, когда продукты, пускай и дороже чем до войны всегда можно было купить.
   В КНП еженедельно делали анализ обеспеченности рынка продуктами по трём городам империи - Петрограду, Москве и Нижнему Новгороду. Так вот с февраля ни разу не было зафиксировано отсутствие датируемого государством товара. Цены, на которые, не были подвержены инфляции. В этот перечень продуктовых товаров, утверждённый мной, входили многие виды продуктов. Это и ржаной хлеб; мука хлебопекарная; сахар; соль: маргарин; растительное масло; сгущенное молоко и рис. Кроме хлеба, все остальные товары закупались в Америке. Вот именно закупались, а не получались за счёт кредитов выделенных России США. Кредитные ресурсы тратились на закупку других товаров, таких как грузовики, станки, энергетическое оборудование и материалы для военной промышленности. Некоторые продукты закупались и по кредитной линии, но они шли на рынок без всяких государственных дотаций. А ещё на доходы от спекуляций на Нью-йоркской бирже скупалось серебро. В основном в Южной Америке, но и на территории США и Канады активно действовали торговые агенты КНП, скупая серебро. Только в феврале в Мурманск было доставлено более пяти тысяч пудов серебра. Из этого серебра и чеканились рублёвые и пятирублёвые монеты. При этом пятирублёвки чеканились по неизвестной в этом времени технологии. С золотой вставкой в середину монеты. Лично Кац внедрил эту технологию на императорском монетном дворе. Недаром он, ещё работая в институте Мозга, часто посещал производственный цех, где изготовлялись и как раз из серебра нужные для его опытов уникальные инструменты и приспособления. Я на эту деятельность своего друга смотрел снисходительно. Ну, мается парень дурью, так и чёрт с ним, лишь бы дело от этого не страдало. Но когда в начале февраля он вручил мне, недавно отчеканенные новые империал и пятирублёвку с профилем Михаила, со словами:
   - На Михась держи на память монеты, которые и не дают стране свалиться в пропасть гиперинфляции. Уже половину золотого запаса извели на это спасительное для империи чудо. Да считай что почти весь доход, который приносит брокерская контора в штатах, тоже вбухивается в серебряные монеты.
   Я, взяв протянутые монеты и с интересом начал их рассматривать. Всё последнее время я со страхом ожидал срыва экономики в крутой штопор инфляции. Ждал и удивлялся почему, несмотря на всё увеличивающие расходы, торговцы продолжают принимать бумажные деньги. Списывал это на привычку и инертность экономики. А оказывается вот она причина этого ребуса. Конечно, и оптовые продажи по низким ценам импортного продовольствия сыграли в этом большую роль. Я знал, что обеспеченные люди, как правило, не потребляли датируемые государством продукты, предпочитая закупать, пускай и дороже отечественные товары. Свободных денег у таких людей было много, но как не странно бумажные деньги, хотя и обесценивались, но во вполне разумных пределах, не срываясь в гиперинфляцию. А оказывается причина, была в довольно необычных для этого времени монетах. Я лопух думал только о том, как облегчить положение России на фронтах, а вот Кац смотрел глубже и совершил действительно коренной разворот страны от того кошмара которая грозила России. Теперь уже никакие популисты и горлопаны, не развернут страну от естественного пути развития. Никакие немецкие деньги не заставят сытых людей, менять привычный образ жизни и идти на баррикады. Русский человек не Парижанин и чтобы он начал бузить нужно его так достать творящемся в стране беспределом, что французы, вытерпев половину тех лишений, которые достались русскому человеку, точно устроили бы революцию. Вот какие мысли пришли мне в голову после осмотра монет. Затянувшееся молчание прервал Кац который, ехидно улыбаясь, заявил:
   - Ты держишь перед собой, самые популярные сейчас денежные знаки. И знаешь, какое название народ для них придумал? Золотой двадцати пяти рублёвый империал теперь называют - "Михасём", а пяти рублёвую серебряную монету - "Ковелькой". Чуешь, как глубоко новый император проник в сознание русского человека, что он ассоциирует золотой империал с твоим именем, а вторую по достоинству монету с твоим военным свершением.
   - Да ладно Кац мне мозги парить. Наверняка это ты придумал, а твои подручные из КНП, для поднятия популярности монарха, запустили эти названия в народ. Только ты знаешь, что в нашей бывшей реальности, на работе все меня звали "Михась".
   - Клянусь, никакой слух по поводу монет КНП не запускало - я был так загружен, что о такой чуши даже не думал. Так что названия монет именно народные. И абсолютно логичные как с точки зрения простого мужика, так и купца или приказчика. Среди купцов часто Михаилов зовут Михасями, Ну а название "Ковелька" тоже понятно почему, оно прилипло к пятирублёвке. Людям глубоко запало в душу взятие Ковеля, а на монете оттиснут как раз профиль Михаила 2 в военной форме и джигит, скачущий в ту сторону, куда направлена его рука.
   На эту реплику Каца я ничего не ответил, а положив монеты в карман кителя начал разговор, о том, что мы можем сделать, чтобы США как можно быстрее объявила войну Германии. История историей, но вдруг в этой реальности Американцы окажутся терпимее и миролюбивее, чем в нашей бывшей реальности. Часа два мы разрабатывали хитроумные комбинации и методы как эту задачу претворить в жизнь. Пришли к выводу, что в этом вопросе потребуется использовать контакты Каца с руководством Бунда. В их помощи Кац даже и не сомневался. В последнее время он весьма тесно и плодотворно сотрудничал с этой еврейской организацией. Именно их связи с еврейской диаспорой Германии, позволило агентам КНП столь успешно действовать. Провести не только ответные силовые действия, но и создать политическую партию антивоенной направленности. Вот и в вопросе объявления Америкой войны Германии мы тоже надеялись на содействие еврейской диаспоры США. Ведь торговля США весьма сильно должна была пострадать от неограниченной подводной войны, которую хотела начать Германия. Если хотя бы один факт потопления американского судна, раскрутить в прессе, то конгресс будет вынужден объявить войну агрессору. Кроме терпящих убытки торговцев в войне наверняка заинтересован и военно-промышленный комплекс. Так что еврейскому лобби будет не трудно соблазнить Американцев отказаться от политики изоляционизма.
   Результат нашего февральского мозгового штурма реализовался через месяц с небольшим. США разорвали дипломатические отношения с Германией, на следующий же день после начатой ею неограниченной подводной войной. Перехват американцами письма германского правительства президенту Мексики с предложением напасть на США в случае, если те объявят войну Германии, дал искомый повод. 6 апреля 1917 года США объявили войну Германии. Надо ли говорить, что письмо было подготовлено КНП и попало в нужные руки с помощью наших друзей из Бунда. Да и вообще март, и апрель стали месяцами ожесточённых дипломатических схваток. Премьер-министру (Князю Львову), главнокомандующему (генералу Шуваеву) и мне (русскому императору Михаилу 2), приходилось держать оборону от прессинга дипломатов Англии и Франции. А требование, вернее просьба у них была одна - начать мощное летнее наступление Русской армии на позиции неприятеля. Выполнить свой союзнический долг. Я подозревал, что союзники будут требовать, чтобы Россия активизировала свои военные действия. Поэтому согласовал с князем Львовым и с Шуваевым, что на просьбы союзников будем отвечать. Во-первых конечно, клясться в верности союзническому долгу, который Россия доказала проведя в 1916 году, две грандиозные операции - Брусиловский прорыв и взятие Ковеля. Во-вторых, говоря о 1917 годе ссылаться на то, что Россия уже проводит крупные военные операции, по помощи Румынии и флангового удара по Австро-Венгерской армии. Что если бы не успешные действия генерала Юденича, то Бухарест был бы взят переброшенными с западного фронта Германскими дивизиями. А зная румын, можно предполагать, что после этого они бы переметнулись на сторону противника, ослабляя тем самым Антанту. И говоря о не очень удачном наступлении на австрийцев, предъявлять претензии союзникам в том, что своими не очень активными боевыми действиями они позволили Германии перебросить из Франции на помощь Австро-Венгрии несколько дивизий. Именно из-за ударов Германских войск, Русская армия понесла такие большие потери. Практически полностью был уничтожен Кексгольмский и Егерский полки и сводная бригада морской пехоты. По поводу действий Русских войск летом каждый из нас обещал, что Россия обязательно усидит свою военную активность. Уже сейчас проводится передислокация войск. Самая боеспособная русская армия, "Особая" перебрасывается в полосы Центрального и Северного фронтов. И об этом союзники, конечно же, знали, но в то же время получали информацию от своей многочисленной агентуры, о начавшейся в Русской армии массовой демобилизации нижних чинов и это очень беспокоило Французов и Англичан. На эти претензии союзников, конечно, было подготовлено объяснение. О том, что рабочих рук в стране не хватает, уже наблюдается нехватка продовольствия, и это очень сильно подрывает боеспособность в армии. Что в первую очередь демобилизуются солдаты старшей возрастной группы или нижние чины, проходящие службу в частях дислоцированных далеко от передовой - Петрограде, Москве, Киеве. За счёт ликвидации бесполезных для обороны страны частей, растёт общая управляемость армии, а значит её боеспособность. После наших практически одинаковых ответов, беспокойство союзников, о том, что Россия может пойти на сепаратный мир, несколько снизилось.
   После вступления в войну США, послы Франции и Великобритании, наконец, перестали просить чуть ли не ежедневно аудиенции у Русского императора. Наконец-то я смог полностью сосредоточится на внутренних делах. А так как я всё-таки ожидал агонии Германии и отчаянного броска её армии на Русские позиции, то соответственно все дела были направлены на укрепление обороны и создание, пускай и не многочисленных, но крепких частей, способных на активные действия. К сожалению, мы с Кацем плохо знали историю. И мозговой штурм устроенный нами чтобы систематизировать память об истории России в период после февральской революции, никакого намека, на каком направлении следует сосредоточить боеспособные части Русской армии, не было, В истории нашей бывшей реальности ход событий на Восточном фронте резко изменила начавшаяся в феврале 1917 года революция в России. Меры Советов и Временного правительства по демократизации армии способствовали падению дисциплины. С апреля 1917 года для дальнейшего разложения Восточного фронта германское командование стало организовывать так называемые братания, призывая русских солдат прекращать военные действия. Начавшееся в этих условиях летнее наступление русской армии почти сразу захлебнулось из-за нежелания солдат наступать. Пользуясь этим, германское командование в сентябре предприняло контрнаступление, итогом которого стало взятие Риги. Но в той истории Восточный фронт в 1917 году не представлял опасности для держав Четверного союза, Германия оставила там лишь 1/3 своих сил, получив необходимые резервы для отражения наступления на Западном фронте. Более того, перебросив на итальянский фронт дополнительные силы, германские и австрийские войска прорвали его у Капоретто и поставили на грань поражения итальянскую армию, потерявшую только пленными 130 тысяч человек. Лишь спешно переброшенные на итальянский фронт 14 английских и французских дивизий спасли положение. Позволили исключить возможный выход Италии из войны. В нынешних реалиях Германия вряд ли ослабит свой Восточный фронт. Исходя из этой логики, можно было не бояться Германского наступления. Но логика логикой, а очко продолжало играть, тем более по донесениям, несмотря на принимаемые меры, дисциплина в большинстве действующих частях была далека от уставной. Серьёзное давление противника продолжало грозить развалом армии.
   Новую армию сформировать было невозможно, особенно до лета. Оставалось латать дыры в существующих частях. Моё латание дыр заключалось в первую очередь в сокращении армии. Было создано множество комиссий, которые на месте (непосредственно в подразделениях) проводили чистку - ненадёжных солдат переводили или в строительные части, а большинство из них подлежало демобилизации. Во многих случаях командиром прошедшего чистку подразделения назначался новый офицер. В основном это были ветераны, получившие весьма значительное повышение в звании. Уже не редкость были случаи, когда бывшие ротные становились командирами полков. Идущая демобилизация стала широко известна по всей армии, но как ни странно большого ажиотажа снять пагоны не наблюдалось. Мобилизованные крестьяне составляющие по существу основу армии, были люди практичные и после того как император в своём манифесте обещал земельный сертификат всем солдатам нуждающимся в земельном наделе и добросовестно дослужившим до конца войны. Они не спешили демобилизоваться к тому же в частях непосредственно соприкасающихся с противником, солдатам начали выдавать денежное довольствие. Пускай не очень большое, но для бывшего крестьянина это были хорошие деньги, которыми можно было поддержать своих родных. Очень многие начали оформлять аттестаты, по которым их жёны, родители или другие близкие родственники могли ежемесячно получать (так называемые боевые) в своём уездном городе. Худо-бедно, но к маю в армии не отмечалось фактов братания с неприятелем. Дисциплина в частях возросла, а случаев дезертирства тем более массового не было совсем. Кого война достала до самой селезёнке, без больших проблем, мог демобилизоваться, да ещё при этом получить, так называемые "царские". Сумма, конечно, была не очень большая, но всё ровно позволяла в дороге питаться не только сухим пайком, но и купить гостинцы близким людям.
   Конечно, практическими вопросами перевода армии, можно сказать в добровольческую, занимался не я сам, моё было только идейное сопровождение этого процесса. Для воплощения своих идей по повышению боеспособности армии была сформирована целая комиссия. В неё я назначил многих своих соратников по Ковельской операции. Председателем комиссии был генерал-лейтенант Багратион, его заместителем генерал-майор Юзефович. Непосредственно на "земле" работали и полковники Хватов, Марат Алханов, Зимин, так много сделавший для создания Блиндобронепоездов, Кузякин, автор идеи операции "Самогон", во многом благодаря которой, практически бескровно был занят Ковель. Да и другие офицеры из 2-о кавалерийского корпуса. Те, которые в Ковельской операции проявили себя как инициативные, умные и преданные России офицеры. А теперь они подбирали офицеров на командные должности в прошедших чистку подразделениях. А я только присваивал этим офицерам внеочередные звания. Утверждал на рекомендованных комиссией должностях этих офицеров, главнокомандующий Шуваев. Так что у меня было не очень много работы по армейской реорганизации. И я продолжил заниматься авиацией.
   Когда мы с Кацем занимались ревизией того что помнили из истории 1-й Мировой войны, выплыла и операция "Альбион", проведённая Германской армией в октябре 1917 года. Суть этой операции был захват немецким десантом Моонзундского архипелага. В моей памяти она отложилась как бредовая идея Германского Генштаба по бесполезному растрачиванию итак небольших ресурсов, находящейся при последнем издыхании страны. Смысла в ней не было решительно никакого. Даже начальник штаба корпуса, захватившего архипелаг, полковник фон Чишвиц в своей книге признал, что "настоятельной необходимости занятия островов не было, и их роль для последующих операций была ничтожна". Скорее всего, германское командование решило немного потренировать свой флот. Стратегическое положение германской армии или флота в результате захвата архипелага не улучшилось. Вот как тогда я думал. Сейчас тоже считал, что эта операция это намёк на качество германского командования. Ошибалось оно и в эту войну и во 2-ю Мировую, за что и получало по сопатке. Ну, это ладно, уже было видно, что история по сравнению с той, которую мы знали с Кацем, изменилась, но германские генералы остались те же. А значит в недрах Германского Генштаба, вполне могла родиться мысль организовать морской десант в действительно болезненном для Российской империи месте. Например, где-нибудь вблизи Петрограда в Финляндии. По существу разложение команд кораблей Балтийского флота достигло таких размеров, что серьёзные задачи ставить ему было чревато. Флот Германии был гораздо боеспособнее Русского. Только поставленные ранее мины спасали русские порты от артиллерийских обстрелов с кораблей неприятеля. Так я раньше думал и не брал в расчёт угрозу с моря, но вспомнив судьбу Моонзундского архипелага в моей бывшей реальности, я осознал, что в своей агонии, Германия может ударить и морем. Ведь мины, установленные на фарватерах в случае с захватом Моонзундского архипелага немцами, не помогли. Думал, что делать я не долго. Ещё свежи были воспоминания о возможностях самолёта "Илья Муромец". К тому же один из этих бипланов, так и оставался в моём распоряжении и стоял на аэродроме Русско-Балтийского вагонного завода. Так что всё было под рукой, и я решил затребовать ещё парочку этих гигантских бипланов и сформировать эскадрилью торпедоносцев. Немецкие моряки ещё не научились бороться с угрозой с воздуха, так что авиационной торпедной атакой, вполне можно было сорвать план нападения противника со стороны моря.
  
   Глава 21
  
   Дела по созданию принципиально новой для этого времени эскадрильи воздушных торпедоносцев, оттеснили для меня даже работу по формированию дивизионов "Катюш". Но славу Богу был Кац, который и взял на себя всю рутинную работу. Мне оставалось только представительская функция - присутствовать на торжественных построениях, когда уже сформированный дивизион водил в состав специальной бригады ракетной артиллерии. Да именно такую форму я выбрал для организации формирований систем залпового огня. На этом этапе я решил, что все "Катюши" нужно держать в одном кулаке, а не распылять их отдельными дивизионами по всему участку фронта, чтобы заткнуть ими самые проблемные участки обороны. Если дивизионы будут распределены по армиям, то конечно они быстрее окажутся на пути наступающих германцев, но удар дивизиона, это далеко не тот огненный смерч, который встанет на пути немцев при залпе семидесяти двух "Катюш" входящих в бригаду ракетной артиллерии. На этом этапе войны, важны не столько потери противника, а удар по психике немецких солдат. А результаты залпа целой бригады "Катюш", несомненно, вызовет страх у выживших в огненном смерче. И вряд ли в дальнейшем они останутся хорошими солдатами и будут участвовать в такой бойне. Такая агитация против войны, пожалуй, более действенная, чем та которые сейчас ведут эмиссары КНП среди немецких солдат.
   В мае пришли агентурные сведения, что Германское командование всё-таки решилось на наступательную операцию на Восточном фронте. Во Франции наши союзники пытались наступать, но увязли, штурмуя укрепления во всё-таки созданной немцами линии "Зигфрида". Незадолго до начала наступления англофранцузских войск германские войска в соответствии с планом Гинденбурга стали отходить на заранее подготовленные и более удобные позиции. Начавшееся, тем не менее, наступление Антанты почти везде носило традиционный характер: сначала многочасовая артиллерийская подготовка, затем - медленное продвижение вперед пехоты с танками. Все это заранее как бы предупреждало противника о месте наступления, позволяя ему перебрасывать резервы и создавать дополнительные заслоны. Бои, как правило, заканчивались незначительными победами, Не менявшими ситуацию в целом, и громадными потерями. Неудача наступления впервые вызвала волнения во французской армии: солдаты отказывались выполнять приказы командиров и идти в бессмысленную, по их мнению, атаку.
   Пользуясь тупостью англофранцузского командования, немцы всё-таки решились на отчаянный шаг - переброску на Восточный фронт двух армейских корпусов и всех имевшихся в наличии танков. Немцы понимали, что после присоединения США к Антанте, у них остаётся единственный шанс достойно выйти из войны, это выбив из обоймы Россию. Генералы Германского Генштаба считали, что Русская армия в 1917 году находится в последней стадии разложения. Один толчок и колосс на глинных ногах развалится. И этот толчок нужно успеть сделать, до начала массового прибытия в Европу американских солдат. Как обычно немцы просчитались. Казалось бы, уже разложившаяся до степени навоза Русская армия к началу летней компании, начала возрождаться. Это генералы любители моноклей поняли слишком поздно. Их корпуса, переброшенные с таким трудом с Западного фронта, на второй день наступления на Восточном фронте, были вынуждены не просто остановиться, а начать отступать. Ветераны Французской компании, испытавшие там массированные артобстрелы, сходили с ума, выжив от ракетных снарядов "Катюш". Немцы бросали даже несгоревшие танки, лишь бы быстрей покинуть район, по которому работали системы залпового огня. Отступление Германских войск после залпов "Катюш" и бомбардировок эскадрильями гигантских бипланов к вечеру превратилось в бегство. Это когда в дело вступили кавалерийские дивизии. Атакуя в разрывы между германских подразделений, они углубились в тыл неприятия, после чего заградительный огонь германцев сошёл на нет.
   Я взял проведение этой операции на себя. Хотелось в деле проверить результативность своей деятельности в качестве императора. Да и внушить уверенность солдатам в том, что можно остановить германцев, схлестнувшись с ними лоб в лоб. Солдаты верили в удачливость Михаила. А я и не сомневался, что эта операция окажется удачной. Слишком много сил было в неё вложено. К тому же из данных разведки было известно, где немцы нанесут свой удар. Заблаговременно к восточной окраине Риги была передислоцирована бригада ракетных установок залпового огня и проведена тщательная рекогносцировка местности, по которой германцы собирались наступать. Строить какие-либо оборонительные сооружения либо оборудовать дополнительные капониры для пушек, я запретил. Нельзя было показывать германцам, что мы знаем о готовящемся наступлении и проводим работы, чтобы его отразить. И немцы, несмотря на поднявшуюся суету в Русской армии (наверняка их агентура доложила в Берлин о начавшейся усиленной боевой подготовке и переброске на Северный фронт 1-го и 2-го Кавалерийских корпусов), повелись на нашу дезинформацию, что это связано с начавшимися волнениями в Финляндии. Волнения в Великом княжестве, конечно, имели место (Маннергейм начал жёсткую зачистку националистического подполья и движения "Красная гвардия", дело дошло даже до перестрелок), но генерал-губернатор контролировал положение, и не просил императора о помощи войсками. Мысль использовать события в Финляндии как объяснение причины переброски мобильных сил Русской армии (это была не только кавалерия, но и все дивизионы броневиков имевшихся в армии), принадлежала Кацу.
   Идиотизм и самонадеянность германцев стали мне ясны, когда я ознакомился со свежей разведсводкой. К ней был приложен и последний приказ Кайзера - "Для господства в Рижском заливе и обеспечения флага восточного фронта надлежит совместным ударом сухопутных и морских сил овладеть островами Эзель и Моон и запереть для неприятельских сил Большой Зунд". Мне смешно было это читать. Самым простым доказательством того, насколько слабо немцев интересовало положение в Рижском заливе, является их отношение к обороне берега в этом районе. За несколько лет они не построили ни одной, даже самой слабой береговой батареи. В это же время берега Фландрии были буквально усеяны орудиями самых разных калибров, вплоть до 381 мм. Если бы немцы поставили пару таких орудий не в районе Зебрюгге, а на мысе Домеснес, они не только немедленно вышвырнули бы русский флот из Рижского залива, но и быстро уничтожили бы батареи мыса Церель. Непродуманность приказа Кайзера и вселила в меня уверенность, что наша операция, проработанная до мелочей, будет успешной.
   Эта уверенность подтвердилась на 100 процентов и даже больше. Германцы не только были остановлены и отброшены назад, но у солдат противника началась форменная паника и они побежали, бросая не только тяжёлое вооружение, но даже стрелковое оружие. План отражения Германского наступления, пришлось корректировать - подтягивать и вводить в прорыв свежие части. Не хотел я трогать Особую армию, корпуса которой были сосредоточены на опорных пунктах в ближайшем тылу фронта, но пришлось. Сначала в прорыв был введён XXXIX-й армейский корпус, а когда немцы добежали до Литвы, вся Особая армия преследовала драпающих германцев. Но не всё бело так гладко, всё-таки выучка немецкого солдата давала о себе знать. Несмотря на безнадёжную ситуацию, некоторые части всё-таки пытались организовать оборону. Хотя командиры этих частей знали, что помощи ждать было неоткуда, 26 июня во Францию начали прибывать американские солдаты. Нажим на германскую армию усилился, и уже невозможно было перебросить с Западного фронта ни одной дивизии. Наверняка эти командиры выполняли приказ приостановить русских, чтобы основные силы смогли занять укрепления в Восточной Пруссии.
   Для меня намерения германцев достичь возведённых ещё их дедами цитаделей было понятно. Германские генералы надеялись, что толстые стены и всё еще присутствующий в старых укреплениях дух воинственных пруссаков. Солдаты впитают это в себя и снова станут мужественными и стойкими воинами. Восстановление боеспособности немцев, конечно же, беспокоило как меня, так и генералов созданного ещё в мае штаба операции "Меч Немезиды". Именно так называлась операция по отражению Германского наступления в полосе Северного фронта. То, что командование этой операцией взял на себя сам император в Ставке отнеслись насторожено, а вот солдаты и офицеры Северного фронта восторженно. Факты неповиновения приказам в частях резко уменьшилось. Антивоенная и антиправительственная агитация практически сошла на нет. И это ещё до первых побед и начала контрнаступления. А когда армия пошла вперёд, то даже части, в которых ещё весной наблюдались факты братания с немцами и часто проводились антивоенные митинги, чётко выполняли приказы командования и добросовестно зачищали оставленные немцами позиции. Эти же части сбивали германские заслоны и стремительно двигались вперёд. В ликвидации германских заслонов большую роль играли и "Катюши" и тревожные группы, оснащенные искровыми радиостанциями. Группы по составу и оснащению, были такие же, какие формировались в Житомире, в бытность, когда я был командиром 2-го кавалерийского корпуса. В этой операции задачи тревожных групп были - двигаясь в передовых отрядах Русских войск не только проводить разведку и проверять состояние мостов, но и в случае появления на пути части к которой они были приданы опорного пункта противника, с который не удалось сбить имеющимися силами, вызывать на помощь ракетную артиллерию. "Катюши" были в деле каждый день, расчищая своим огнём путь, для двигающейся как муравьи пехоте. Изредка этот нескончаемый поток людей и конных повозок, разбавляли грузовики и бронеавтомобили. Кавалерия наступала, игнорируя дороги, по полям и перелескам. Мне казалось, что армия еле ползёт и немцы смогут ещё больше замедлить это движение. Если у них не получается остановить нас огнём опорных пунктов, то они начнут взрывать мосты и плотины. Но это мне жившему в век автомобилей, телевидения и реактивных самолётов, казалось, что всё происходит так медленно, а вот генералы, родившиеся в этой реальности, считали наше наступление стремительным. Не знаю, как считали немцы. Но они не успевали своевременно отреагировать на наше наступление. Ни одного моста не было взорвано, железная дорога продолжала оставаться в функциональном состоянии. И это позволяло, используя трофейные паровозы и вагоны, снабжать армию всем необходимым.
   Первые серьёзные потери Русская армия начала нести, когда войска вступили на территорию Восточной Пруссии. И к моему удивлению бои разгорелись не с частями, которые, добравшись до своего старого укрепрайона, наконец, опомнились и встали в жёсткую оборону. Ничего подобного, на нашем пути встали части десантного корпуса генерала от инфантерии фон Катена. После допроса пленных я несколько успокоился. Громкое название "Десантный корпус" (он же 23-й резервный корпус) было навешено на 43-ю пехотную дивизию генерал-лейтенанта фон Эсторфа, к которой был добавлен штаб и несколько разрозненных батальонов из состава 77-й пехотной дивизии. Немцы имели около 25000 человек и 40 орудий. А я знал, что по штатам 1914 года настоящий и боеспособный германский корпус должен был иметь более 45000 человек при 160 орудиях. По существу против нас держали оборону не ветераны, а паршивые резервисты. А ветераны, которых мы гнали почти от Риги, продолжали оставаться небоеспособными и приходили в себя в Кенигсберге. И ещё я узнал, что этот корпус должен был участвовать в операции "Удар Валькирии", для чего и был спешно сформирован. Конечной целью этой операции был Петроград. Немцы уже совсем ошалели от безысходности. А может быть были уверены в полном разложении Русской армии. Планировали силами четырёх армейских корпусов (два из которых прибыли из Франции) и десантного корпуса захватить Русскую столицу.
   Корпус генерала от инфантерии фон Катена должен был десантироваться недалеко от Риги, взять её и дальше пользуясь железной дорогой двигаться в сторону Российской столицы. Но ни сложилось у фон Катена - сорвалась блестящая операция. А всему виной потери, которые понёс флот накануне начала операции. С гигантских русских самолётов были торпедированы корабли, которые должны были участвовать в высадке десанта. Во время первого налёта подверглись ударам и затонули транспорт "Батавия" и линкоры "Кайзер" и "Принц регент Леопольд", а вечером крупнейший транспорт "Корсика" и линкор "Мольтке" пошли ко дну. Пришлось срочно рассредоточить собранные в Либаве корабли. Зенитных орудий для борьбы с Русскими самолётами не было, и обеспечить безопасную загрузку десанта на не пострадавшие транспорты, не представлялось возможным. Операцию по десантированию корпуса отложили и начали устанавливать в порту Либавы зенитные орудия. Командование посчитало, что задержка не фатальна и было намеренно продолжить эту авантюру. Ещё не были установлены в порту Либавы все зенитные орудия, как началось наше контрнаступление, а подразделениям корпуса была поставлена задача занять законсервированные укрепления. Вот так и оказался на нашем пути десантный корпус генерала от инфантерии фон Катена.
   Пришлось вводить в дело 2-ю бригаду ракетных установок залпового огня. Как выразился её командир генерал-майор Филипчук - с корабля на бал. Ещё неделю назад "катюшники" (именно так в армии начали называть ракетных артиллеристов) проводили учебные стрельбы, а только прибыли в действующую армию, сразу же получили боевое задание. Это задание они выполнили с блеском. Сопротивление было сломлено и на плечах, обезумивших от огня десантников русские войска, ворвались в Кёнигсберг. Может быть если бы только "Катюши" работали по укреплениям противника, то немцы смогли бы отсидеться за толстыми стенами фортов, но в дело вступили наши тяжёлые бомбардировщики. Которые впервые начали применять не только бомбы начиненные тротилом или ипритом, но и недавно начавшие выпускаться начиненные напалмом. Таких бомб вскоре стало не хватать и на немецкие укрепления вместо заводских бомб стали сбрасывать бочки наполненные напалмом. Технология такого бомбометания была очень проста, а эффект был поразительный. В бомбовый отсек "Ильи Муромца" спроектированный ещё весной научным центром КНП, загружались обычные пивные бочки заполненные напалмом и десяток маленьких зажигательных бомб. Этот груз вываливался на немецкое укрепление и там начинался ад. Струи огня проникали внутрь укрепления, по системе вентиляции. И очень часто вызывали во внутренних помещениях мощнейших фортов, детонацию боеприпасов. Я как-то осмотрел форт, являвшийся ключевым восточного сектора обороны предместий Кёнигсберга, так там, в казематах присутствовали подтёки расплавленного кирпича. А это означало, что в этом месте стояла температура несовместимая с жизнью. И это было в глубоком каземате всего лишь сутки назад. Кстати, зенитного огня по бомбардировщикам не велось. Все зенитки, которых и так в отдаленном от фронта Кёнигсберге было мало, были переброшены для защиты от наших воздушных торпедоносцев Либавы. Немцы пытались отбиваться от наших тяжёлых бомбардировщиков, имеющимися немногочисленными истребителями, но после одной воздушной схватки с русскими лёгкими самолётами воздух был свободен для действий наших бомбардировщиков.
   Стремление любой ценой взять Кёнигсберг возникло не из военно-стратегической необходимости. В общем-то, после успешного отражения Германских атак на Рижском направлении, можно было не переходить в контрнаступление. Спокойно, как я раньше и планировал перейти в стратегическую оборону. Предоставив возможность нашим союзникам по Антанте окончательно разобраться с Германией, а самим в спокойном темпе заниматься внутренними делами. Проблем было море и недовольство населения войной, никуда не делось. Конечно, сейчас революционные настроения несколько спали, но рост цен продолжал настраивать население резко негативно против существующей власти. Понижением градуса недовольства населения, я и собирался заняться, после купирования Германского наступления. Но все эти планы нарушил Кац. Он даже для этого серьёзного разговора прибыл в мой штаб в Риге. Начав за ужином, мы всю ночь обсуждали с моим другом сложившееся положение, какие перспективы оно открывает и какие должны быть наши действия. В конце концов, Кац меня убедил, что коли складывается такая ситуация, то нужно давить немцев до упора, конечной целью должно быть взятие Кенигсберга. Обоснование этого он приводил исходя из своей логики, предложил:
   - Знаешь Михась, нам нужно постараться сделать сейчас то, что сделал СССР, победив Германию в Великой Отечественной войне - аннексировать Восточную Пруссию. Сталин был далеко не дурак, и с точки зрения Великого строителя государства понял, что лишив Германию такого анклава как Восточная Пруссия, он лишит её и агрессивности. Пусть это мистика, но мне кажется, что именно эта земля впрыскивает в кровь немцев их воинственность и безрассудство. Надеюсь, что лишившись Кенигсберга, бюргеры станут более спокойными, не допустят приход к власти Гитлера, не будет холокоста и 2-й Мировой войны.
   Мистика, мистикой, но если новая война всё-таки случится, то лишить вероятного противника, такого форпоста, как Восточная Пруссия, было большое дело. И в настоящих условиях это можно было провернуть. Союзники с аннексией Россией Восточной Пруссии, однозначно согласятся, а Германия когда капитулирует, пойдёт на что угодно. Поэтому я согласился с предложением Каца, и мы всю ночь обсуждали, как половчее и юридически безупречно провести эту аннексию и куда будем переселять репатриантов. В конце обсуждения наших Наполеоновских планов Кац меня насмешил, заявив:
   - А знаешь, мои ребята из КНП разработали целый комплекс мер для идеологической подготовки нашей армии к рывку к Кенигсбергу. Как ты, например, отнесёшься к такому лозунгу - "Даёшь Михалград"?
  Отсмеявшись, я ответил:
   - Да чёрт с ним с лозунгом, лишь бы дело выгорело. Если твои пиарщики считают, что такая чушь воодушевит солдат, то пускай впрыскивают по своим каналам этот маразм в массы.
   Вот после нашего разговора, этот лозунг стал популярен среди солдат. Как докладывали мне, с криком - Даёшь Михалград, солдаты ходили в атаки на укрепления противника. Смех смехом, а в августе после взятия Кенигсберга эту немецкую твердыню во всех официальных документах занятый Русской армией город, начали называть Михалградом. А после подписания Германией 25 октября 1917 года, акта капитуляции, это название города появилось и международных документах.
  
   Конец.
  
 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"