Козлова Наталия Михайловна: другие произведения.

Наррга

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Это фантасмагория.


   Святии Безплотные Престолы, удостойте меня различать истину от неправды.
   Святии Безплотные Силы, удостойте меня иметь мужество в исполнении воли Божией.
Святии Безплотные Власти, удостойте Меня иметь силу победы над злом.
  
   Молитва

1

   Он чуял её призыв: запах шерсти, женской влаги с лёгкой примесью крови и еще какой-то непостижимый аромат. Аррын никак не мог распознать его до конца. Иногда ему казалось, что это совсем чужой, не волчий запах, и тогда он отскакивал от неё на пару прыжков и начинал злобно рычать, оскаливая смертоносные клыки. Но тут же вновь приближался, виновато поджав хвост-полено, и норовил лизнуть её в морду. Она была гораздо старше и опытнее, и Аррын признавал это. Она пришла две полных луны назад, встала на поляне, задрав умную морду к небу, и завыла. Заунывную песню подхватили другие волки, и всего три больших звёздных покрывала сменились над лесом, как Наррга, старая волчица, была принята в стаю.
   Аррын сразу полюбил её всем своим волчьим сердцем. Она была не такая, как другие. Юный волк догадывался, что хромающая на левую заднюю лапу Наррга может быть старше его матери, застреленной в прошлом году Чёрным Охотником с Большой Заимки. Аррын вспоминал об этом, и злобный рык рвался из его глотки, а длинные когти начинали скрести землю. В пелене, застилавшей его глаза, он видел, словно наяву, как и тогда из-за деревьев, большую серую тень на земле: она ещё пыталась огрызаться и поднимала голову, когда последний выстрел раздробил ей череп, и брызги горячей крови вперемешку с мозгом и мелкими осколками костей будто перезревшими ягодами клюквы разрисовали снег под старыми соснами. Трое подрастающих щенков неподвижно лежали рядом у норы, мёртвые и навсегда удивлённые. Они ещё не научились ненавидеть. Из них можно было бы сделать собак: посадить на цепь, приучить к звукам человеческого голоса и отвратительным человеческим повадкам, но перестрелявший их Чёрный понимал, что они никогда не будут лизать ему руки. Они не годились не на шкуру, ни на что они не годились. Поэтому остались гнить там, где умерли, и до конца весны Аррын вечерами приходил на это место и наблюдал, как останки братьев доклёвывает чёрная ворона, хитрым глазом косясь на него. Тогда он по-щеньи взлаивал и бросался на неё, а она взлетала, хрипло крича уже на лету: " Повезло! Повезло тебе в этот раз, Аррын! Кар! Кар! Подождём следующей весны! Кар-хар-хар!".
   Следующая весна подарила ему Нарргу.
   Она стала ему и матерью, и сестрой, и первой неразделённой любовью. Больше всего на свете он хотел любить её: облизывать морду, тереться об её шерсть, ощущать, как её тело подчиняется его любовным порывам. Но она не допускала его до себя. Она была рядом - и нигде. Часто Аррыр замечал, что из неё вытекает слишком много крови, больше, чем у других волчиц, когда приходит их пора. Иногда она оставляла на снегу длинный кровавый след, и тогда он находил её под сосной, где раньше было логово его матери-волчицы, утомлённую и скорчившуюся от боли. Тогда Аррын молча ложился рядом, так, чтобы почувствовать тёплый бок самки, и засыпал, положив тяжёлую голову на передние лапы.
   Аррын не хотел никого, кроме Наррги. Он мечтал, что сможет сделать для неё такое, из-за чего волчица увидит в нём, наконец, большого волка-самца, а не глупого щенка, которым он был всего лишь несколько полных лун назад. Ради Наррги он бесстрашно разорвал бы горло любому, будь то волк,Чёрный Охотник или сам дьявол.
   Вот и сейчас Аррын совершил очередную попытку сблизиться с Нарргой, но она только посмотрела на него и отвернулась.
   "Маленький ты ещё совсем, Аррын. Подрасти. Полюбишь волчицу. Другую. Не меня. Мне не до тебя",- Наррга жмурила жёлто-зелёные глаза, в которых вспышками горело закатное солнце. Она вспоминала.

2

   Пьяный со вчерашнего дня Артур развалился в кресле. Чёрные брюки были засыпаны крошками: чипсами, обломками рыбьих костей. Он рыгнул, вытер сальные руки об чёрный джемпер с высоким воротом.
   Встал, покачиваясь, сшиб пустую пивную бутылку, и направился к детской кроватке.
   Мужчина ухмылялся, на светлых усах повисла сосулькой пивная пена.
   - У-у, мой сынище! - грязные руки потянулись к ребёнку.
   Мальчик заплакал, закрываясь ладошками от отца, изо рта которого несло тухлой рыбой и многодневным пивным перегаром.
   - Артур! - тревожно вскрикнула жена. - Не трогай ребёнка! Ему давно пора спать. И ты ложись, пожалуйста. Ты слишком много выпил.
   Лада подскочила к мужу, но тот выставил вперёд локоть, и женщина согнулась пополам, с размаху напоровшись на него животом. В соседней комнате Анна, превозмогая себя, сползла с постели и по стенке, преодолевая головокружение, поплелась к двери.
   - Заткнись, корова! Кто тут пьяный? Я живу в одном доме с двумя бесполезными тварями, потому и пью. А сына таким, как вы, сделать не позволю! Поняла? Он мужик у меня, мужик, слышишь, сука беспородная?
   Артур вытащил плачущего сынишку из кровати. Некогда симпатичное лицо молодого егеря было перекошено злой гримасой, голубые глаза казались подёрнутыми сизой дымкой. Мужчина с силой прижал малыша к многодневной щетине:
   - Я тебя воспитаю как надо, понял? Только не хнычь, мужики не хнычут. Мы с тобой будем лисиц травить, и на волка пойдём, и на медведя. Ты баб не слушай, они все дуры. Хотят из тебя девку сделать. На кой мне девка нужна? Я этих-то сук вон скоро поубиваю.
   Мальчик зашёлся плачем.
   - Не плачь, я тебе покажу, как плакать! Ну-ка! - Артур с силой подбросил ребёнка к потолку. Пушистая головка мальчика едва не задела низко висящий светильник. И ещё, и ещё раз.
  
   - Отдай! Не надо! - жена хватала руки Артура, а он как одержимый всё швырял и швырял сына к потолку.
   - Опять ты за своё, - шатаясь, Анна подошла к зятю. Мальчик в руках отца заходился от крика. - Дай его мне, - голос Анны был тихим, но твёрдым.
   Артур сник. Она определённо имела над ним какую-то власть, против его воли, за это он люто ненавидел тёщу. Он сжал кулаки :
   - А ты пойдёшь в Хоспис. Поняла? Грязная свинья. Грязная, мерзкая, старая свинья. Ты там подохнешь, а не здесь. Мне надоела эта грязь, и эти пелёнки и тряпки. Ты воняешь тухлым мясом. И ты не будешь доживать свои последние дни в моём доме. Не будешь! Я сказал!- Артур обернулся к жене.
   - А с тобой мы поговорим позже.
  
   Ночью Артур избил Ладу. Он закрывал ей рот подушкой, чтобы криков не слышала мать, и бил - по животу, по груди, по лицу. В кроватке прыгал и на детском языке что-то верещал ребёнок.
   Артур подошёл к нему и вдруг с размаху ударил открытой ладонью. Мальчик упал.
   - Не ори! Сказал, не ори. А не то знаешь что с тобой сделаю? Не знаешь?- голос мужчины сорвался на визг.
   За стенкой, пытаясь встать, завозилась Анна.
   "Что же делать? Что мне делать? Кто защитит их, Господи, когда меня не будет?", - с тоской думала женщина. "Убьёт он их. Убьёт, тело моё остыть не успеет".
  
   Она жестоко страдала. Не столько от боли из-за своей неизлечимой женской болезни, сколько от беспомощности и невозможности что-либо изменить.
   Несколько лет назад её зять, вполне успешный молодой человек, окончив Высшую зоологическую школу, уехал в глухие места, своими руками отстроил отличный дом и поманил с собой влюблённую Ладу.
   Из города поохотиться потянулись небедные люди. Артур знал лес, как собственный дом, у него было врождённое чувство зверя. Он выучил все тропинки и хитрости тёмного бора. В лесу построил несколько тайных заимок, куда звал только постоянных богатых клиентов.
   Но с ними пришло зло.
   Спиртное текло рекой, заливая неоправданную человеческую жестокость. Вечно пьяный Артур стал путать лица людей, ночь и день, сны и реальность. Однажды испуганная Анна увидела зятя с ружьем в руках: сидя на террасе, он целился в кого-то. Из-за кустов чёрной смородины, что бесконтрольно разрослись по саду густыми да высокими, вышла в тёмном плаще дочь за руку с двухлетним внуком. Артур зашёлся хохотом, но не опустил ружьё, пока Анна не упёрлась животом в чёрные дула двустволки. " Я думал... Ха-ха-ха... там медведица с медвежонком!". Анна внимательно посмотрела на зятя, и ей стало очень страшно: глаза стеклянные, будто неживые, она не видела в них даже своего отражения.
  
   Добравшись до телефона, Анна схватила трубку.
  

3

   Когда Артура уводили, Анны не было в доме. Она вышла во двор, к высокому забору, об который стучали, сбрасывая последний снег, ветви раскидистых яблонь, и упала от слабости. Полежала, послушала спотыкающийся звук стартёра старой милицейской машины. Пытаясь встать, заметила яркие следы крови на жухлой прошлогодней траве.
   "Скоро", - подумала она, и сердце вновь тоскливо сжалось.
   Вечером дочь зашла к ней в комнату, присела на краешек кровати.
   - Это ненадолго, мама. Месяца на два-три, а потом выпустят. А может, и сразу выпустят. У него друзья влиятельные в городе, заплатят. Что нам делать? Я боюсь, - частила разукрашенная синяками Лада. У её ног тихо сидел мальчик.
   - Поедем в город. В наш с тобой город, дочка, где ты родилась. Устроимся у друзей, как-нибудь обойдётся, - Анна гладила Ладу по голове, как маленькую, втянула на постель малыша, зарылась носом в светлый - в отца - пушок на его темечке.
  
   Ночью Анны не стало.
  

4

   Не стало Анны для зятя, Лады и внука. И для всех людей, сердце которых поршнем перегоняет кровь по артериям, а легкие неутомимо работают, как кузнечные меха.
   Там, куда она попала, мёртвой она не была.
  
   Комната была похожа на приёмный покой. Спустя минутку или около того белая дверь отворилась стремительно, словно досадуя на небольшую задержку. Навстречу скалил зубы приятный молодой человек. Глаза его улыбались серебром:
   - Проходите, что же вы томитесь. Постучали бы, право.
   Анна вскочила с кушетки.
   - Не торопитесь. Бог мой! Не подверните ногу.
   Анна робко переступила порог и встала у двери. Молодой человек уже занял видимо подобающее ему место за белым сверкающим столом.
   - Не бойтесь, - произнёсший эти слова сидел через стол, напротив серебряноглазого. Его руки были затянуты в белые перчатки из тончайшей кожи. Левой рукой он ласкал правую, а правой - левую. Кажется, он занимался этим и до прихода Анны. На столе были разбросаны кости: видно, Анна прервала игру.
   -Я думала, у вас большая очередь.
   - Ха-ха-ха, - искренне залился человек с серебряными глазами. Анна заглянула в них и увидела своё отражение -- другую, но молодую и очень красивую Анну, и это ей понравилось. - За апельсинами? Очередей здесь никогда не бывает и быть не может! Кто же сюда стремится по своей воле? Ну вы насмешили, право слово!
   Анна опустила взгляд на свои босые ноги.
   - Рассказывай...-те. Будем на ты? Рассказывай, Анна! - человек в белых перчатках взглянул на женщину, и она поняла внезапно, что он и так всё про неё знает.
   Она судорожно вздохнула и решилась:
   - Я лгала. Я изменяла мужу. Если в мыслях -- это тоже изменой считается?
   Серебряноглазый прыснул в ладони.
   -Ещё, - белые перчатки не сдавались.
   -Однажды отшлёпала дочку. У неё на по... ноге потом три дня синяк не проходил.
   Серебряноглазый, всхлипнув, сполз под стол:
   - Это не моё, сир! Не моё! Господь милостливый! Что ж последние двадцать четыре часа по земному времени одни одуванчики сыплются на мою голову! Господь! Что молчишь?
   - Ну что? Довольна собой? - человек в белых перчатках взял ручку, похожую на "Паркер", и приготовился поставить подпись на каком-то документе. Серебряноглазый толкнул его под руку. Чернила брызнули красным.
   - Не хочет она к тебе. Анна, что ты хочешь?
   - Дайте мне ещё немного времени. И я ваша. Всё, что захотите.
   - Остались важные дела?- человек в белых перчатках внимательно всматривался в лицо Анны.
   - Мне нужно спасти другие жизни. Ради них я готова... следить. Следить за плохим человеком. Пожалуйста, я прошу вас! Верните меня ненадолго. Всё, что захотите, я сделаю всё, - Анна упала на колени. Тело налилось молодой свежестью, мучительные боли исчезли.
   - Да ведь ты хочешь его убить, - человек в белых перчатках прищурился, пристально глядя на Анну. - Скажи, Анна, а ты уверена, что совершишь казнь, а не бессмысленное убийство? Ведь этот человек пока ещё никого не убил и, может быть, никогда этого и не сотворит. А ты после совершённого деяния пойдёшь на вечное услужение вот к нему... - человек в белых перчатках толкнул ногой под столом серебряноглазого. Тот закивал головой. - Ты хоть понимаешь, что это означает, женщина?
   - Ничего особенного, - заспешил серебряноглазый. - Пара моих щекотливых поручений... когда-нибудь. Ну и условия у меня чуть похуже, чем у этого сноба. В конце концов, три или пять звёзд - не всё ли тебе равно? Хотя в размахе вечности - кто его знает. Ну, чем чёрт не шутит, - серебряноглазый хлопнул себя по ляжкам, фыркнул, достал из стола отблёскивающую перламутром флягу и сделал приличный глоток.
   Человек в белых перчатках переглянулся с ним и устало зевнул, прикрывая рот рукой.
   - В общем, мне всё равно. Я отдаю дело тебе под контроль, - он протянул серебряноглазому неподписанную бумагу. - Подпишешь, когда вернётся.
   И сухо обратился к Анне, подчёркивая, что разговор близится к концу:
   - Вернётесь, когда всё сделаете. После будете общаться уже не со мной. Так... Тело, возможно, немного изменится. Вы, надеюсь, не против? Ничего, вы привыкнете, к тому же это ненадолго. Глаза, уши, ноги, сердце - это всё будет, не расстраивайтесь. Болели? И будете продолжать, должен же я... то есть он вас как-то контролировать. Это всё. Всего хорошего, Анна.
   Человек в белых перчатках жестом указал ей на дверь.
   Анна вышла.
   В кабинете за её спиной серебряноглазый хохотал, с наслаждением выпрямляя под столом длинные ноги.
   - Не слишком ли много дел ты перетягиваешь на себя в последнее время? И вообще... Посерьёзнее бы, что ли, повнимательнее. То будто кварки фильтруешь, то вечность проспишь, а потом всеяден, как свинья, - произнёс человек в белых перчатках, бросив на него быстрый взгляд.
   - Работа есть работа, - пожал плечами серебряноглазый и хмыкнул. - Небось, не волк, в лес не убежит. Вчера покачественней, сегодня - настроения нету. А мне и так хорошо! Мне очень хорошо! Для меня всё складывается чудно, как, впрочем, и всегда. Две тебе, две мне. И впридачу такой спектакль! Да неужто тебе жаль? - серебряноглазый подёргал себя за массивную цепочку на шее, ухватил со стола одну из костей. - Тогда, может, сыграем?
   - Играем! - вздохнул человек в белых перчатках и щелчком сбросил с плеча несуществующую пылинку. - Бросай.
  

5

   Запах сирени был разлит в воздухе. Её ветви кипели синими и белыми водоворотами, томно свисали тут и там с тяжёлого забора. Молодой волк Аррын и старая хромая волчица Наррга таились у кованых ворот. От близости человеческого жилища у Аррына кружилась голова, но он был готов на всё.
  
   - Сегодня, - утром сказала ему Наррга, - ты поможешь мне. Потом я стану твоей.
   - Что ты хочешь? - спросил взвизгнувший от радости молодой волк. - Я всё для тебя сделаю!
   - Ты знаешь Чёрного Охотника, который убил твою мать и братьев? Я хочу отомстить. Когда-то он сделал больно мне и тем, кого я люблю. Он может сделать это вновь и вновь. Потому что он - зло.
   Молодой волк зарычал от ненависти:
   - Мы убьём его!
   - Да, мы подстережём и убьём его. А потом пойдём в лес, и ты будешь любить меня.
   Аррын поднял голову к небу и с подвыванием затявкал от счастья, хотя луна ещё спала.
  
   Артур шёл домой. Содержание под стражей как будто пошло ему на пользу: егерь не пил вот уже два месяца. Сознание постепенно возвращалось к нему, а вместе с ним тоска по разрушенной семье. Он отпустил подвозившего его водителя и пешком в сумерках шёл к дому. Егерь принял твёрдое решение оставить Большую Заимку и вернуться в город вместе с женой и сынишкой. "Если они меня простят", - думал Артур, и что-то сжималось в груди при мысли о семье.
   Рядом с воротами мелькнула серая тень.
  
   Аррын прыгнул и ударил человека лапами в грудь. Тот упал навзничь, взмахнув руками: нападение было неожиданным. Краем глаза Артур успел заметить ещё один тёмный силуэт поодаль, прежде чем жуткие, отливающие серебром в свете луны клыки вцепились в его горло.
  
   Наррга затрусила прочь, в сторону леса. Она хотела поскорее добраться до старого логова у сосны, лечь и тихо уйти, так, чтобы Аррын не видел её страданий. Застаревшая боль вернулась с новой силой, она подумала, что начала платить по счетам.
  
   Гордый собой Аррын почти нагнал её у кромки леса. Издали она видела его силуэт на фоне полной луны: огромный волк тащил с собой какую-то добычу, ягнёнка или крупную собаку. Он подходил всё ближе, и Наррга наконец разглядела то, что он нёс.
   Волк сжимал в зубах тоненькую шейку.
   Пушистая светлая головка моталась и билась о болотистые лесные кочки.
   Аррын с восторгом смотрел на Нарргу. "Смотри, - говорил его взгляд. - Я убил нашего врага и его сына. Я их всех убил - за тебя, любимая! Теперь ты видишь, что я взрослый волк, а не щенок? Видишь, что я могу для тебя сделать!".
   Аррын разжал зубы, бросил добычу к лапам Наррги и, не в силах совладать с горячим своим сердцем, бившим в окровавленную грудь, страстно завыл на луну.
  
  
  
  

 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Н.Любимка "Долг феникса. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) В.Чернованова "Попала, или Жена для тирана - 2"(Любовное фэнтези) А.Завадская "Рейд на Селену"(Киберпанк) М.Атаманов "Искажающие реальность-2"(ЛитРПГ) И.Головань "Десять тысяч стилей. Книга третья"(Уся (Wuxia)) Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика) В.Кретов "Легенда 5, Война богов"(ЛитРПГ) А.Кутищев "Мультикласс "Турнир""(ЛитРПГ) Т.Май "Светлая для тёмного"(Любовное фэнтези) С.Эл "Телохранитель для убийцы"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Твой последний шазам" С.Лыжина "Последние дни Константинополя.Ромеи и турки" С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"