# Судьба. Глава 1

Вера Эдуардовна Кравченко

Первая глава книги Судьба. (Выше пролог этой же книги)

## Глава 1. Поступление


Две недели назад Саше исполнилось семь. Её мама бегала по всем школам их города, узнавая условия поступления и стоимость необходимых принадлежностей. Во многих школах были школьные формы, но купить такую форму Елена не могла, так как совсем недавно на одной из работ были кадровые перестановки и женщина, вместе с ещё пятнадцатью сотрудниками, попала под сокращение. Это была её основная работа, а вторая являлась всего лишь подработкой с очень маленькой заработной платой. Оплата жилья тоже повысилась, и на их семье висел немалый долг за коммунальные услуги. Так оставалось всего 5 школ, в которых была свободная форма одежды. Две из них оказались частными, и оплата за год обучения в такой школе превышала стоимость обычной школьной формы почти в двенадцать раз! Одна из школ оказалась школой - интернатом для мальчиков. В четвёртой, измученной поиском второй работы и учебного заведения для дочери, женщине сразу сказали, что нужно бы сделать небольшое пожертвование на ремонт классов и показали предполагаемую сумму, в которой Елена насчитала три нуля после первых двух цифр. Осталась последняя школа. Она была старой и ветхой. Классы оставляли желать лучшего и преподаватели, похоже, тоже. В этой школе работали те, кого не взяли ни в одно другое учебное заведение. Эта школа, похоже, доживала последние года и Елена поморщилась от мысли, что её милая, хорошая девочка будет учиться в таком плохом заведении. Но... Выбора не оставалось. Это единственная школа, которую могла позволить женщина. Оставить ребёнка дома было бы невозможно, ведь она должна учиться также как и её сверстники. Елена желала лучшего для своей малышки и, утешив себя мыслью о том, что вскоре найдет вторую работу и в следующем году сможет перевести дочь в нормальную школу, она, прикусив язык, отдала все необходимые документы и поставила подпись.

После долгого и трудного дня, женщина, наконец, вернулась домой. Её ноги болели от усталости, а желудок тихонько урчал, не особо надеясь, что его покормят. Сняв старые, потёртые туфли со сбитыми набойками и не раздеваясь, она прошла в гостиную и там легла на диван, служившим ей второй год кроватью. Свою старую кровать она подарила дочери на 5-й день рождения, решив, что малышке там будет удобней, чем на жестком диване. По телу пробежала легкая дрожь и Елена начала медленно погружаться в страну снов.


Тем временем в школе

- Алэр, ты в своём уме? Как ты мог принять в нашу школу, - слово: "Нашу" он выделил особой интонацией, - обычного ребёнка?! - мужчина лет пятидесяти сжимал и разжимал кулаки, пытаясь хоть как-то успокоиться, но это была заведомо проигрышная попытка.

- ...

- Алэр! Какого чёрта ты молчишь?! Как ты себе представляешь её обучение среди таких как мы? Или точней, как ты вообще представляешь обучение этого ребёнка в нашей школе?! - он уже кричал на пределе своих измученных годами преподавания связок, а его волосы начинали искриться странным серебристым светом и взмывать вверх.

- Успокойтесь, Сэмюель! У нас ведь есть и обычные для них дисциплины, я просто составлю особое расписание. И, раз уж по моей вине она попала к нам, то сам буду следить за её обучением и водить на занятия, - он вздохнул.

- Водить на занятия? Обычные дисциплины? Ты шутишь?! Никто, слышишь, никто не должен знать о нас и об этом месте! Никто из них, Алэр! - голос постепенно переходил в хрип, потому что связки такого уже не выдерживали. Чёрные, как смола, волосы, уже не просто парили в относительно расслабленном состоянии, а стояли дыбом и походили на тысячи острых кинжалов, от них то и дело в разные стороны разлетались серебристые, пока маленькие, молнии.

- Знаю. Но ей всего семь. Я поговорю с ней, и даже если ребёнок проболтается, то ей никто не поверит. Подумают, что малышка всё выдумала. Да и не задержится она тут надолго. Вы же знаете, что я эмпат. От женщины за милю несло безысходностью. Эта школа, похоже, их единственная надежда. Ещё я уловил сильное желание лучшего для малышки и, так сказать, веру в лучшее. При первой возможности ребёнка переведут в другую школу. Она пробудет у нас не больше года.

- ... Год значит? Год, говоришь?! - старик уже хрипел, а сгусток серебряной энергии, обволакивающий его волосы, внезапно сорвался и ударил по деревянному столу. Появился дым, а после вспыхнуло пламя.

Не обращая внимания на огонь, всё тем же спокойным голосом, мужчина, именуемый Алэром, сказал:

- С того самого момента как та женщина поставила подпись на документе, эта девочка является ученицей нашей школы и покинуть она её может или по собственному желанию, или за не сдачу большей части предметов учебного плана, или же за многократные нарушения. Четвёртого и других вариантов нет, и ты это знаешь. Исключить кого-либо по собственной воле мы не можем. Пока не соблюдено хоть одно условие для исключения - эта девочка официально является нашей ученицей. Думаю на этом пора закончить. День был не лёгким и для тебя, думаю, тоже.

Мужчина с волнистыми русыми волосами, едва касающимися плеч, развернулся и направил руку к огню. Он прошептал что-то и из его ладони, всего на мгновение, появился яркий свет. Когда освещение стало нормальным - огня уже не было, а стол выглядел как новенький. Мужчина поморщился и, не опуская руку, прошептал ещё несколько слов. Яркая вспышка и новый, словно только купленный стол, превратился в старый, с дырами от термитов и сбитым краем.