Кривонос Артем Георгиевич: другие произведения.

Призрачный рассвет

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс "Мир боевых искусств. Wuxia" Переводы на Amazon!
Конкурсы романов на Author.Today
Конкурс Наследница на ПродаМан

Устали от серых будней?
[Создай аудиокнигу за 15 минут]
Диктор озвучит книги за 42 рубля
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Равновесие Сил в Соцветии Миров вещь весьма шаткая, и всегда находятся те, кто пытается его расшатать. А как гласят предания, нарушение Равновесия может привести к гибели всего Мироздания. Но если находятся те кто нарушает баланс Сил, то найдутся и те, кто блюдет Гармонию не щадя ни себя, ни других. И именно о них - Рыцарях Ордена Равновесия и пойдет речь в нашем повествовании.


Артем Кривонос

"Эймис. Призрачный рассвет." из цикла Соцветие миров.

ГЛАВА !

   ...Каждая история имеет своё начало. Невесомое дыхание неотвратимого рока увлекает героев за порог и ведёт на встречу опасностям и свершениям. Ни кто не знает как в следующий раз воплотит судьба свой зов. Иногда это происходит как гром средь ясного неба, иногда же напротив, как нежное касание ветерка к щеке...
   ...Эта история началась с колокольного звона, а закончилась она так, что дрогнули основы мироздания...

*******

   Низко зазвенел колокол. Его голос, гулкий и ворчливый, расползался по коридорам замка, отталкиваясь от стен и просачиваясь во все щели. На колокол очень давно было наложено сильное заклятье и потому, хоть по нему уже не били, он продолжал гудеть, пока весь замок не вздрогнул от этого раскатистого звука. Вздрогнул, и тут же звук исчез, как и не было. Тот час захлопали двери, затопотали и зашаркали множество ног по извилистым коридорам. Разнесся по всем закоулкам замка слитный гул многих голосов. В этом монолитном шуме слились вместе приветствия и обмен дежурными фразами вежливости, смех и шепот, шутки и жалобы на погоду и обилие других разнообразных звуков, исторгнутых из великого множества глоток. Громадное количество различных существ направлялось в одно место - обеденный зал. В замке Деймор наступил полдень...

*******

   Услышав звон кан-Арвигель Нарви, поднялся с кровати. Хрустнул какой-то сустав и этот звук вывел его из оцепенения, нарушить которое не смог даже стон зачарованного колокола. Арвигель постоял какое-то время, давая возможность осаждавшим его мыслям полностью развеяться. Надоедливые мысли разлетелись как осенняя листва, гонимая порывом ветра. Почувствовав, что заторможенность, вызванная напавшим от безделья глубоким раздумьем, полностью прошла, Арвигель наклонился вперед, прогнулся назад и сделал несколько энергичных движений руками. Все суставы захрустели как гномья трещотка.
   - Да, засиделся ты здесь дружище. - сказал он сам себе. - надеюсь, хоть сегодня Безымянный даст, какое-нибудь задание
   Кан-Нарви посмотрел на себя в зеркало, висящее над умывальником, пригладил волосы, чуть взъерошившиеся на затылке, и, взяв висящий на спинке стула плащ, вышел из комнаты.
   За дверью исполинским туннелем растянулся коридор. Пол устилали ковры великолепной работы, в которых нога утопает по щиколотку. На стенах, мягким и неестественно ровным светом, горели бездымные факела - порождение утончённой магии дворцовых магов-смотрителей. Вдоль стен стояли поражающие разнообразием всевозможные воинские доспехи. Казалось, внутри них заключены души падших воинов, только и ждущих безмолвного приказа, дабы яростно атаковать врага. Коридор всё время мягко поворачивал, и если долго идти по нему в одну сторону, то, в конце концов, понимаешь что он замкнут в кольцо.
   Арвигель пошёл в лево. Спереди раскрылась дверь, и на встречу рыцарю вышел, седовласый приземистый гном.
   -Добрый день кан-Нарви. - пробасил он, и чуть согнулся в приветственном поклоне.
   - И вам доброго дня, кан-Долимбур. - ответил на приветствие гнома Арвигель. - Всё также остра ваша секира и тверда ваша рука?
   -Секира не затупилась, и рука не дрожит, но думаю, что ваш непревзайдённый меч нанесёт мне порожение в два счёта.
   -Я думаю, вы переоценили меня кан-Долимбур. - с улыбкой парировал комплимент гнома Арвигель. - я слишком долго был не у дел.
   Обмен взаимными любезностями и комплиментами был частью дейморского быта, и как бы не хотелось, но отказаться от этих формальностей в стенах замка было нельзя. Церемониальная беседа грозилась затянуться на длительное время, и выражение безмерной скуки начало проглядываться на лицах собеседников, но тут гном и человек подошли к широкой лестнице и их беседу бесцеремонно прервали.
   - Вы наверно чувствуйте себя здесь как дома, кан-Долимбур? Над нами ведь довольно много земли. - спросил Арвигель, тем тоном, каким обычно беседуют о погоде.
   - Подземелья Деймора врядли смогут сравниться с недрами гор, кан-Арвигель. - ответил гном, с трудом сдерживая зевок.
   - И только в подземельях Деймора можно встретить мирно беседующих гнома и человека. - раздался с лестницы неприятный свистящий голос.
   Скучающее выражение с лиц собеседников как ветром сдуло. Они одновременно повернули головы на звук и их лица приобрели выражение неприязни, смешанное со злостью.
   Обладатель голоса был среднего (по людским меркам) роста. Широкие плечи и могучая грудь говорили о физической силе. С мощным телосложением не вязалось худое и бледное лицо. Кости казалось, пытались прорезать кожу на скулах, и подбородке и похоже только какое-то чудо мешало им сделать это. Черные, свободно висящие волосы, обрамляли это странное лицо, на фоне бледности которого, особо ярко выделялись глаза, горящие каким-то демоническим огнём.
   Арвигель остановился, пристально взглянул на говорившего, и на его лице появилась недобрая улыбка.
   - И ещё в Дейморе, встревать в чужой разговор, не поздоровавшись, считается проявлением крайней неучтивости. Или за годы моего отсутствия представления о рыцарской вежливости в корне изменились, кан-Кебат?
   - Прошу меня извинить кан-Дрори Долимбур и вы кан-Арвигель. Но я не смог удержаться от этого высказывания. - ответил Кебат, при этом в его голосе явно чувствовалась издёвка. - Мы Тёмные всегда так умиляемся встречам со Светлыми.
   - Особенно в других мирах, где поединки не запрещены магистратом. - прорычал гном и пошёл вперёд по лестнице, чуть было не толкнув невежу плечом и всем своим видом показывая продолжать разговор он не собирается.
   - Я чем-то задел вашего собеседника кан-Арвигель? - ухмыляясь спросил кан-Кебат.
   - Я это объясню вам за пределами владений Ордена. Так же, как в своё время разъяснил спорный вопрос с вашим другом кан-Диниром. Он был упырём, и с ним было легче найти общий язык чем с личем. Но думаю с вами, кан-Кебат мы тоже придем к взаимопониманию.
   - Это похоже на угрозу, кан-Арвигель. - прошипел лич.
   - Ну что вы, просто мы Светлые, всегда волнуемся встретив Тёмного, и можем брякнуть какую-нибудь глупость. Поверьте я не пытался вам угрожать.
   Арвигель ещё раз изобразил недобрую улыбку, и зашагал по лестнице вдогонку гному. Лич постоял какое-то время, смотря в спину человека, потом что-то злобно прошипел себе под нос, и тоже начал подниматься вверх по ступенькам в обеденный зал.

*******

   Кан-Арвигель Нарви и кан-Дрори Долимбур не спеша поднимались по широкой винтовой лестнице, ведущей из подземных уровней замка наверх. Позади осталось довольно много пролётов - подъём из подземельей Деймора почти закончился.
   Подземельем нижнюю часть замка можно назвать лишь формально. Оно ни чем не было похоже на аналогичные постройки в других замках и крепостях. Ни какой тебе сырости и вездесущих крыс с пауками, не было тут и комнат с узниками забывшими как выглядит солнечный свет, ни окровавленных призраков беспокойно бродящих по коридорам ночи напролет. На самом деле это были гостевые покои для рыцарей Ордена Равновесия, находящихся в Дейморе по делам. Покои занимали пять подземных уровней. Каждый уровень представлял из себя кольцевой коридор с множеством гостевых комнат. Все подземные этажи соединялись одной широкой винтовой лестницей. Под гостевыми уровнями находился Горизонт Неусыпной Стражи, а ещё ниже - святая святых Ордена: Обитель Безымянного. Все эти помещения хорошо освещались, прекрасно вентилировались и поддерживались в безупречном порядке громадным штатом прислуги. Ведь это был непростой замок - все нити закулисного управления судьбами Соцветия Миров стянулись сюда, в Деймор, колыбель Ордена Равновесия.
   Наконец-то лестница закончилась изящным портиком и вывела наших героев во внутренний двор замка. Щурясь в борьбе с солнечными лучами кан-Нарви осмотрелся по сторонам. Архитектура Деймора не прекращала поражать его воображение, ведь не зря колыбель Ордена считалась одним из величайших чудес архитектуры во всём Соцветии Миров. Рвались высоко в небо, словно стремясь пронзить облака, тонкие шпили изящных башен. Грациозно изгибались ажурные мостики, перекинутые между башнями на умопомрачительной высоте. Фасад замка украшала великолепная колоннада. Стены покрывали причудливые барельефы. А на карнизах и коньках крыш восседали статуи самых причудливых существ, которых можно встретить в многочисленных мирах Соцветия. Но самое удивительное это то, что Деймор не был творением рук какого-нибудь зодчего. Всё это великолепие было детищем могучей магии Безымянного. В глубокой древности, когда он выбрал для себя этот мир, он вырастил замок из Костей Земли. Весь Деймор был единым целым, без швов и стыков, и слава об этом чуде гремела во всех мирах, где Орден в открытую заявлял о себе.
   В надземной части Деймора располагался Магистрат Ордена, Тайная Канцелярия, Архив и Великая Библиотека. В башнях нашли себе место лаборатории алхимиков и кабинеты многочисленных магов. Но самая большая площадь ( примерно одна четвёртая ) была выделена для Училища Кадетов, благородя которому в ряды Рыцарей Равновесия вливалась свежая кровь.
   Арвигель со своим спутником прошли по нескольким коридорам, убранным не так шикарно, как гостевые покои для рыцарей, и приблизились к широко распахнутым дверям в обеденный зал. Ароматы изысканных яств витали в воздухе, и приятно щекоча ноздри, умоляли присесть к столу. Уши заполнял гомон уймы голосов, чавканье легиона челюстей и стук громадного количества посуды. В глазах рябило от многообразия лиц и разношёрстной одежды. Здесь были эльфы одетые в яркие, весёлые цвета, и люди разного цвета кожи, кряжистые длиннобородые гномы, никогда не расстающиеся с доспехами, и закутанные в чёрную ткань представители Ночного Народа, гордые орки щеголявшие громадными, начищенными до рези в глазах, клыками и уложенными в две косы густыми шевелюрами. Так же здесь были личи, пара троллей, несколько полуросликов и один четерёхрукий хёрг. Всё это были Тёмные и Светлые рыцари Ордена Равновесия. Такую картину можно наблюдать только в Дейморе. Большая часть находящихся здесь существ с радостью кинулась бы рвать друг другу глотки, при любом удобном случае. Но Устав Ордена категорически запрещал поединки между рыцарями в пределах Деймора, и по этому в зале царила видимость всеобщего дружелюбия и взаимной любви.
   Арвигель приостановился у входа в зал.
   - В чём дело кан-Арвигель? - спросил гном. - Вам расхотелось обедать?
   - Встреча с Кебатом подпортила аппетит, а вид того как эльфы любезничают с орками и люди с вампирами, отбила желание обедать здесь насовсем. - ответил Арвигель гному.
   - В этом я с вами солидарен. - проворчал гном. - Но у меня ещё осталось немного золота, и я хочу пригласить вас в какой-нибудь трактир за пределами замка. Там ни что не должно испортить нам аппетит.
   - С удовольствием приму ваше предложение, кан-Долимбур. Я бы порекомендовал "Драчливого кота". Там не дорого, вкусно кормят, и по вечерам устраиваются кулачные бои между горожанами. Думаю мы не плохо проведём там время. Тем более что у меня тоже осталось немного золота, я как раз не знал куда его деть.
   - Ну что же, на том и порешим кан-Арвигель. Идём в "Драчливого кота". - погладив бороду сказал гном.
   - Кан-Долимбур. - сказал Арвигель. - у меня большая просьба - давайте перейдём на "ты".
   - А как же дейморские правила всеобщей вежливости?
   - Всем известная вежливость находящихся в Дейморе рыцарей Ордена - это очень хорошо. Но мы знаем друг друга уже довольно давно чтобы послать правила коту под хвост и обходиться без формальностей.
   - Ты прав Арвигель, нам уже давно пора переходить к общению на более короткой ноге. - гном широко и добродушно улыбнулся. - До знакомства с тобой я вообще считал вас, людей, ошибкой Создателя. Но ты показал мне что и среди гномов есть негодяи, а среди людей достойные уважения герои. За это я и люблю тебя, друг мой!
   Арвигель похлопал гнома по плечу.
   - Ну раз с этим вопросом мы всё решили, то пошли скорей в "Драчливого кота", а то мой исчезнувший было аппетит начал возвращаться.
   Друзья развернулись и перебрасываясь шутками, вышли из зала.

*******

   Этим утром Тавлиус Дер-наг был беспредельно счастлив. Вернее не просто Тавлиус, а кир-Тавлиус. Да, наконец-то он полноправно получил вожделенную приставку к имени. Кир-Тавлиус Дер-наг - как сладко это звучит! Пройдёт каких-то двадцать - тридцать лет, и кир-Тавлиус превратиться в кан-Тавлиуса. Из кадета он станет рыцарем. Рыцарем Ордена Равновесия - силы закулисно управляющей судьбой всего Соцветия Миров. И это он, какой-то бастард (хоть и королевского рода), которого в родной Тэргее ждала бы участь придворного клоуна. Он смог пройти двадцать лет тяжелейшего обучения в Училище кадетов, смог сдать бесчисленное количество экзаменов, смог выдержать сложнейшие испытания. И наконец-то вчера его посвятили в кадеты. Из ста пятидесяти детей пришедших с ним в Училище, посвящения удостоились лишь десять. Это был тяжёлый путь, но он прошёл его.
   Эх, видели бы его сейчас все те, кто издевался над ним в Тэргее, а особенно его венценосный папаша, не удосужившийся за двадцать лет поинтересоваться о судьбе сына. Но ничего, будет на то воля Безымянного и его назначат к в помощь какому-нибудь рыцарю на Тэргее, и тогда он там всем ещё покажет...
   Ну а сейчас не время для грустных мыслей. Все экзамены позади, забот и дел ни каких, а свершившееся Посвящение требует того, что бы его как следует отметили.
   Кир-Тавлиус покрутился перед зеркалом и оценил свою внешность. Выглядел он просто великолепно. Плечи Тавлиуса охватывал ярко голубой плащ кадета. Он спускался до икр, а у горла скреплялся пряжкой в виде весов. Одна чаша весов была искусно выполнена из серебра, другая аралаза - священного чёрного метала. Эти чёрно-белые весы символизировали равновесие между Началами и были древним знаком Ордена. Под плащом был одет камзол из светло зелёного бархата, и чуть более тёмные брюки из кожи тонкой выделки. Подпоясан молодой человек был поясом из хитро переплетённых серебряных и аралазовых колец. На ногах как влитые сидели мягкие замшевые сапоги тёмно серого цвета. Всё это были лучшие вещи Тавлиуса, которые он одевал по особым случаям.
   А сегодня был как раз такой случай. Сегодня он шел отмечать Посвящение со своими самыми близкими друзьями. Тем более что этот день может стать днём их последней совместной гулянки. Возможно уже завтра кого-нибудь призовут к себе Магистры, и назначив в помощь к рыцарю отправят в странствия. А из таких странствий не всегда возвращаются.
   Но не хочется сегодня думать о разлуке, а лучше поспешить к товарищам.
   Тавлиус Дер-наг поправил иссиня-чёрные волосы, прицепил к поясу кошель с золотом и поспешил прочь из Деймора.
   Ведь в "Драчливом коте" его уже наверное заждались друзья.

*******

   Когда-то, совсем давно, замок Деймор возвышался над холмом в гордом одиночестве. Окружали его бескрайние хвойные леса, и на неделю пути можно было не найти ни одного поселения. Сейчас же человек того времени ни за что не узнал бы окрестности замка.
   Лес сильно отступил. Его изрезала паутина дорог. Широкие и узкие - они всегда наполнены путешествующим людом. К Деймору и от него передвигаются торговые караваны, орденские рыцари и искатели приключений всех мастей. Сам замок был окружён сильно разросшимся городом.
   Этот город был очень необычным, но особенно невероятной была его архитектура. Существа из самых разных миров нашли пристанище в его гостеприимных объятьях. И каждый народ приносил с собой привычные для себя строения. Такого смешения стилей и форм не найти ни в одном городе Великого Соцветия. Деревянные домики и высокие каменные особняки, храмы и капища, рестораны и трактиры для голодьбы - всё это было смешано, заверчено и разбросано по кривым, запутанным улочкам города. Улицы были всегда заполнены народом. Гномы и карлики, орки и гоблины, люди и эльфы, хёрги и тролли вот далеко не полный список разномастной братии, которая обитала вокруг Деймора. Пройдя по улицам города можно было встретить самых удивительных существ из разных миров. В городе располагались храмы и капища сто двадцати трёх Богов и божков, громадный и удивительный рынок, множество таверн в которых предлагались самые экзотические яства и удовольствия которые только может себе представить разум. Но самое удивительное, что несмотря на свою многовековую историю, город так и не получил собственного имени. Так и звался он долгие годы - "город около Деймора".
   В получасе ходьбы от ворот замка находилось заведение под названием "Драчливый кот". Это было старое двухэтажное здание, украшенное затейливой резьбой. Никто не знал, была ли та резьба фантазией резчика или рунами какой-нибудь забытой магической школы. А хозяин таверны никому об этом не рассказывал. С давних времён "Драчливый кот" принадлежит семейству Хвирлит. Основатель таверны - карлик Годо Хвирлит оказал одну ценную услугу Ордену Равновесия и на полученную награду купил это здание и открыл в нём своё заведение. И что бы привлечь побольше посетителей он придумал безприцендентный по тем временам ход. Во всех питейных заведениях города драки между посетителями присекались на корню. А в заведении карлика Годо - наоборот любой желающий мог вволю почесать свои кулаки об вражью морду. Правда происходили эти баталии в строго определённое время и на специальной арене. Щедрая награда победителю привлекала всё новых и новых драчунов, а возможность лицезреть хороший мордобой - большое количество зевак, которые не сидели с пустыми кружками. В общем заведение процветало даже сейчас, когда старый Годо уже как двести лет покоиться на кладбище. Бесчисленное количество поединков прошло за это время в "Драчливом коте", были среди них и жестокие и донельзя смешные. Но то что произойдет сегодня вечером ещё много лет будет вспоминаться завсегдатаями, как нечто просто выходящее за все рамки.

*******

  
   Тавлиус Дер-наг неспеша подошёл к "Драчливому коту". Остановился и рассмотрел вывеску, раскачанную внезапным порывом ветра. На вывеске, особо отмеченным талантом художником, был изображён кот выгнувшийся дугой и ощетинившийся торчащей во все стороны шерстью. Глаза его горели жёлтым огнём, уши прижаты, с клыков капает слюна, а из приподнятой лапы выпущены острые как бритва когти. Такой хищно-воинственный вид кота откровенно позабавил Тавлиуса.
   - Ну не кот, а прямо хавланский дракон! - пролаял за спиной какой-то хёрг и хрипло рассмеявшись зашёл внутрь.
   - Увидел бы ты живого дракона, обмочил бы себе портки. - проворчал под нос кир-Тавлиус и прошёл вслед за хёргом.
   Зайдя внутрь заведения он остановился и осмотрелся по сторонам. В помещение стояло около двух десятков столиков и почти половина уже была занята. Напротив входа, у дальней стенки находилась стойка бара, за которой стоял хозяин таверны. По центру зала возвышалась круглая арена примерно четырёх метров в диаметре. Она была присыпана свежими опилками, аромат которых ещё не забил табачный дым и кухонные запахи.
   - Кир-Дер-Наг хватит стоять там как глупое опудало! - пробасил какой-то парень с удалённого от арены столика, и тут же добродушно расхохотался. - Давай скорее сюда, я уже устал вас ждать!
   Тавлиус обернулся на голос, и сразу же узнал говорившего. Это был один из его близких друзей - Ринза Макметр. Ринза был громадным человеком. Ростом на две головы выше Тавлиуса и шире в два раза в плечах. Он был родом из племени варваров кочевавшего по холодным степям далёкого и неуютного мира, название которого никто кроме Ринзы не мог правильно произнести. Он был не силён в магии, зато благодаря своей громадной силе удивительно ловко управлялся с массивным боевым молотом, который в руках Ринзы превращался в страшное орудие разрушения. Но при этом он обладал весьма добродушным характером и всегда был самым весёлым в их компании.
   Тавлиус широко улыбнулся и быстро зашагал к другу. Ринза встал из-за стола и крепко обнял Тавлиуса.
   - Я уже вас заждался. Выпил уже прорву пива, а вас оболтусов всё нет и нет. - проворчал здоровяк и сел обратно за стол. Стул под его весом протестующе скрипнул.
   - Помниться мне как всего неделю назад ты, дорогой мой выдул три кувшина пива всего за десять минут. Так что не думаю что ждёшь ты сильно давно.
   - Ты, Тавлиус как никогда прозорлив. Но всё же приятней пить с друзьями, а не с самим собой.
   - Можешь сильно не расстраиваться Ринза, мы уже практически все в сборе. - Тавлиус кивком головы указал на отварившуюся входную дверь.
   В таверну вошли двое в голубых плащах кадетов Ордена Равновесия. Один из них был совсем невысокого роста. Он был представителем народа полуросликов, гордо именующего себя хобитами. Звали его Холси Мохноног. Недостаток роста Холси компенсировал небывалой пронырливостью. Причём пронырливость его была редкой даже для не страдавших от её недостатка полуросликов. С самого детства он всё вокруг выведывал, вынюхивал, а полученные сведения использовал в свою пользу. В конце концов это привело его к большим неприятностям.
   Однажды Холси узнал, что дед одного из его знакомых, прячет на чердаке собрание древних гримуаров. И решил во что бы то ни стало завладеть хотя бы одним из них. Что такое гримуар малолетний полурослик представлял весьма туманно, но из подслушанного разговора ( собственно из которого он и узнал про наличие на чердаке старого Фалко таинственных предметов ) Холси понял что вещь это могущественная и больно ценная. В глубокие подробности сейчас вдаваться не будем, это требует отдельной книги, а вкратце произошло вот что: с помощью различных ухищрений Холси добрался таки до цели, с большим разочарованием узнал что под красивым словом "гримуар" скрывалась всего лишь старая, потрёпанная книга. И не придумал ни чего умнее чем прочитать её. Вслух. Последствия его выходки были просто катастрофичны. Прочитанный им отрывок древнего текста вызвал из адских глубин могущественного демона. Ценой невероятных усилий группа героев загнала это создание Тьмы обратно в его мир. А Холси можно сказать даже повезло. Демон его не тронул, а один из героев оказался рыцарем Равновесия. И этот рыцарь обратив внимание на то, что подростку удалось без подготовки привести в действие мощное заклятье, предложил родителям сорванца забрать его на обучение в Училище Кадетов. Родители с радостью согласились - авось из пацанёнка толк выйдет, да и от себя такое ходячее бедствие хочется держать подальше.
   Так и попал Холси Мохноног в Деймор. Годы обучения не прошли даром, и сейчас ему пророчили карьеру дипломата в одной из орденских миссий.
   Второй кадет, вошедший вместе с полуросликом, звался Дребор Гатлог. Это был ни чем не приметный человек среднего роста и тщедушного телосложения. Но как всем известно первое впечатление часто очень обманчиво. Так и в случае с этим человеком. Кир-Гатлог был волколаком. В отличие от обыкновенного волка-оборотня он не был зависим от фаз ночного светила и мог перекидываться в чудовищного волка в любой момент и сохранять при этом здравый рассудок. Тьма, обычно привлекающая волколаков, почему-то не увела его за собой и он сдал последний экзамен как Светлый кадет.
   - Пока мы добирались сюда в невероятной спешке, вы уже наверное выпили и съели все запасы в таверне. - улыбаясь сказал Холси, подходя к столу.
   - Не волнуйся так кир-Мохноног, тебе нужно совсем немного чтобы наесться. - рассмеялся Ринза. - А что бы напиться вдрызг тебе достаточно понюхать кувшин.
   - Да ладно кир-Макметр, все давно знают, что не смотря на свой рост один полурослик легко способен переесть трёх взрослых людей. - смеясь заступился за товарища Тавлиус.
   - И не только переесть, но и перепить. - добавил Дребор, садясь за стол. - Хотя я вижу что Холси действительно напрасно волнуется, по крайней мере пару кувшинов пива вы для нас приберегли.
   На столе стояли предусмотрительно заказанные Ринзой два пузатых кувшина пива, все покрытые испариной, блюдо нарезанного, хорошо выдержанного сыра и громадный копченый окорок.
   Кир-Дребор придирчиво осмотрел стоящие на столе блюда, и крикнул проходящей мимо прислуге:
   - Эй, дорогая принеси-ка мне слабо прожаренный кусок мяса с кровью. - и увидев испуганный взгляд девушки, словно дразня её, добавил. - Только крови пусть будет побольше!
   - Зря ты выставляешь на показ свои гастрономические пристрастия. - разливая по кружкам пиво, сказал волколаку Ринза. - В Дейморе ко всем существам относятся терпимо, но в других мирах волколаков не любят, а ты по привычке можешь выдать себя и там. Лучше бы привыкал есть нормальную пищу, а не шокировать своими кровавыми яствами окружающих.
   - Я прекрасно знаю разницу между нравами тут и в других мирах. И хотя бы в Дейморе могу вести себя не напрягаясь. - огрызнулся Дребор.
   - Ладно друзья, хватит пререкаться! - оборвал спорщиков Тавлиус и, подняв увенчанную короной пены кружку, добавил. - Лучше выпьем за удачное окончание Училища!
   Спор как по волшебству прекратился, и друзья, подняв свои кружки, с задорным стуком соединили их над центром стола. Веселье началось.

*******

   Солнце уже сильно склонилось к горизонту, когда кан-Арвигель Нарви и кан-Дрори Долимбур подошли к "Драчливому коту".
   - Дрори у тебя столько знакомых, что похоже ты знаешь весь город. - улыбнувшись обратился к гному Арвигель. - Если бы я знал что нас будут задерживать на каждом углу с разговорами, то я перекусил бы перед дорогой.
   - Что поделаешь, издержки профессии, но не огорчайся сильно, сейчас нас покормят на славу.
   С этими словами кан-Дрори Долимбур толкнул дверь, и товарищи вошли внутрь. Их сразу же окутал мягкий уютный полумрак. Столики освещались неярким, трепещущим светом свечей, дрожащие тени и табачный дым сплетались в странный магический узор, который скрывал очертания лиц и искажал контуры предметов. И только арена выделялась ярким светлым пятном, невольно притягивающим к себе все взгляды. Освещали место проведения вечерних баталий заговорённые бездымные факела, которые почти не когда не гасли и давали яркий ровный свет.
   Народа в таверну набилось уже довольно много, от свежего запаха опилок, покрывающих круг арены, не осталось и следа. Вместо него в воздухе витали клубы табачного дыма, запахи жареного мяса и пивной перегар.
   Увидев вошедших внутрь рыцарей, из-за стойки бара вышел хозяин и семенящей походкой направился к ним. Подойдя поближе он склонился в услужливом поклоне и обратился к гному.
   - Безмерно рад приветствовать вас в моём скромном заведение, благородный кан-Дрори Долимбур. - скороговоркой выпалил карлик и склонился ещё ниже.
   - Прекрати свои выходки старина Лори. - ответил ему гном. - Лучше покажи мне и моему спутнику где мы можем присесть поужинать.
   - Специально для благородных рыцарей мы держим незанятым наш лучший стол. Пройдёмте пожалуйста за мной. - сказал Лори Хвирлит и повёл друзей вглубь зала.
   Последовав за карликом Арвигель и Дрори подошли к уютному небольшому столу, стоящему в отдалении от шумных компаний.
   - Присаживайтесь дорогие гости к вам сейчас подойдёт прислуга. А меня вы простите, мне надо заняться делами. - протараторил карлик и раскланявшись засеменил в сторону арены.
   Кан-Долимбур присел на стул, пару секунд поёрзал, умостился поудобней и стал звать прислугу:
   - Молли, Молли подойди быстрее сюда! - крикнул он дородной женщине проходившей мимо них. - Принеси нам кувшин красного вина получше, кабаний окорок, картофель запечённый в гусином жиру, пару колбас, сыра, и пожалуй ещё какой-нибудь рыбы. Жареной.
   Молли улыбнулась, словно радуясь хорошему аппетиту гнома, поклонилась и заспешила в сторону кухни.
   - Не кажется ли тебе дорогой гном, что нам не одолеть столько еды? - спросил у друга Арвигель.
   - Я знал что вы люди не умеете есть как подобает и по этому заказал совсем не много. - рассмеялся Долимбур. - Не волнуйся Арвигель, этой еды мне на один зуб.
   Тем временем на столе, как по волшебству, появился кувшин с вином ( размером с добрый бочонок ), громадный окорок, ещё шипящий после жара печи и большое блюдо с картошкой, аппетитно пахнущей пряностями и гусиным жирком. Друзья ещё не успели взяться за приборы, а Молли уже ставила на стол остальную часть заказа.
   - Да, быстро нам всё принесли. - разливая по бокалам вино заметил Арвигель. - Видимо тебя хорошо знают здесь.
   - Ешё бы, ни кто здесь так хорошо ни ест как благородный кан-Дрори Долимбур. - с самодовольным лицом ответил гном.
   - Ну что же, тогда выпьем за прославленный гномий аппетит! - подняв бокал провазглосил Арвигель.
   Друзья залпом осушили бокалы и накинулись на еду.

*******

   Слегка покряхтывая на арену взобрался, хозяин заведения, Лори Хвирлит:
   - Как повелось со времён моего прапрадеда Годо Хвирлита, сегодня пройдут состязания в силе и доблести кулачных бойцов. Есть ли среди вас храбрецы готовые показать своё мужество? - проговорил он тонким, но громким и уверенным голосом, в котором и следа не осталось от обычной услужливости.
   Гости на какое-то время притихли, а потом под гул одобрительных возгласов к арене направились двое: здоровенный мужик с фигурой кузнеца или кожемяки, и тот самый хёрг, который сравнивал кота с драконом. Мужик схватился руками за край арены и одним мощным рывком, сопровождаемым громким выдохом, забросил своё тело на помост. Хёрг не замедляя шага подпрыгнул вверх и в мгновение ока оказался рядом с Лори.
   - Попрошу доблестных поединщиков назвать свои имена. - торжественно провозгласил карлик.
   - Андро Хач. - пробасил здоровяк.
   - Граул Граак. - пролаял хёрг, и при этом заложил две нижние руки за спину и оскалил свою собачью морду.
   - Ну что же, пусть победит достойный славы! - произнёс ритуальную фразу Лори, и спрыгнул с арены.
   Кто-то громко ударил в колокол, зал возбуждённо зашумел и бой начался.

*******

   Тавлиус, Ринза, Холси и Дребор заметно оживились. Они уже давно наелись и напились и начали скучать в ожидании поединка. И вот наконец-то главное событие вечера состоялось и полностью завладело их вниманием. Все четверо уставились на арену и начали активно комментировать происходящие на ней события. При этом, как обычно и бывает, мнения друзей кардинально разделились.
   - Хёрг завалит здоровяка. - проговорил Мохноног. - Посмотри какой он шустрый и вёрткий. Этот Андро ни за что по нему не попадёт.
   - Это тебе так хочется Холси. - ответил ему Ринза. - Потому что хёрг всего на голову выше тебя, и тебе хочется верить в то, что коротышки твоего размера могут драться. Вот увидишь - здоровяк одним попаданием усадит хёрга на задницу и так, что сабакомордый больше на ноги не встанет.
   - А я с тобой не согласен! Я придерживаюсь мнения старины Холси. - вмешался в спор Тавлиус. - Скорость и ловкость всегда выиграют у грубой физической силы. Здоровяк даже не поймёт откуда пришло поражение.
   Спор начал разгораться всё сильнее. Холси громко пищал фальцетом, Ринза громыхал, время от времени, по столу кулаком, Тавлиус горячился и переходил на повышенный тон. Только "кровожадный" волколак Дребор молча смотрел на арену.
   А на арене тем временем юркий хёрг не останавливаясь крутился вокруг человека. Всякий раз когда Андро наносил удар, хёрг успевал ловко уклониться и контратаковать всеми четырьмя руками. Здоровяк пропустил уже множество ударов, щека у него покраснела, из носа текла тонкая струйка крови, левая бровь была рассечена, но это всё равно не приносило видимого преимущества хёргу. Казалось что Андро просто не ощущает боли от ударов волосатых рук хёрга. Прошло какое-то время - ситуация не менялась. Стало казаться что поединок грозиться закончиться ничьёй, как вдруг хёрг как-то неловко споткнулся. Андро тут же нанёс сокрушительный удар в раскрывшейся живот противника. Да так что на весь зал было слышно как с всхлипом вырвался воздух из лёгких хёрга. Несчастный четерёхрукий описал в воздухе красивую дугу и тяжело шлёпнулся на пол за пределами арены.
   Мгновенно в воздухе зависла хрупкая тишина, в любой момент готовая взорваться рукоплесканиями в честь победителя.
   Но оваций не последовало. Спорящие между собой Тавлиус, Холси и Ринза так увлеклись, что даже не заметили исхода поединка.
   - А я говорю, что скорость всегда обыграет силу. - громким подвыпившим голосом сказал Тавлиус, как раз когда хёрг упал на пол. - Я сам бы уложил этого жалкого Андро в два счёта! Он ведь даже драться как следует не умеет!
   Последнюю фразу он уже не проговорил а прокричал, и только потом понял что его слышно на всю таверну. Тавлиус замолчал и растерянно огляделся по сторонам. По залу пронёсся неодобрительный ропот. Посетители перешёптывались, удивлённые наглостью и самоуверенностью молодого человека. Но тут все звуки перекрыл разъярённый рёв. Это до Андро дошло что его только что злостно оскорбили.
   - Ты кого назвал жалким! Ты на кого открыл свою пасть, сосунок! Ты сейчас будешь кровью блевать и землю жрать! - Андро с треском разорвал на себе рубаху, его глаза налились кровью - он явно собрался кинуться в зал и громить там всё вместе с мерзким обидчиком.
   На помост, в отчаянной попытке спасти ситуацию, взобрался Лори Хвирлит.
   - Тише, тише Андро. Не надо так горячиться. - начал он успокаивать взбесившегося здоровяка. - Сейчас мы решим всё должным образом.
   Андро с горяча чуть не отпустил Лори оплеуху, но вовремя одумался и стал слушать слова карлика. Тот поднявшись на цыпочки начал вещать склонившемуся здоровяку о том что не стоит громить заведение, а надо проучить обидчика здесь, на арене. Андро внял разумным доводам и согласился. Хотя внутри у него осталось ощущение что в чём-то его обманули. Лори повернулся в сторону Тавлиуса и произнёс:
   - Молодой человек, не знаю вашего имени, согласны вы принять вызов Андро Хача, чтобы доказать свои слова? Или мы можем прилюдно обвинить вас в трусости и злословии?
   " Не самое лучшее начало для карьеры кадета. Не всякий рыцарь захочет связываться с человеком прилюдно обвиненным в трусости" - подумал Тавлиус.
   - Я принимаю вызов и отвечу за своё высказывание. - прокричал он Андро. - Более того, я утверждаю что уложу тебя на пол в течение двадцати секунд.
   С этими словами он встал, расстегнул плащ, повесил его на спинку стула и направился к арене. По залу разнёсся гул одобрения.
   - Хорошая сёдня забава! - выкрикнул какой-то в стельку пьяный гном.
   И вся компания за его столом, громким ржанием и шумными выкриками, поддержала его мнение.
   Тавлиус взобрался на арену и встал напротив злобно сопящего Андро. Тот смотрел на молодого кадета налитыми кровью глазами и казалось готов разорвать его на куски. Между ними опасливо встал Лори Хвирлит.
   - Пусть победит достойный славы! - крикнул карлик, махнул рукой и торопливо спрыгнул с арены.

*******

   От кабаньего окорока осталась четверть, а от остальной снеди вообще жалкие остатки. Кувшин вина наполнялся два раза, но он всё равно снова подходил к концу. Кан-Дрори Долимбур на деле доказал что едок он каких ещё надо поискать, и теперь осоловело откинувшись на спинку стула, вёл неспешную беседу с Арвигелем.
   - Да, кан-Арвигель ты явно недооценивал себя, когда говорил что я заказал слишком много еды. - довольно поглаживая серебристую от седины бороду проговорил Дрори.
   - Скорее я недооценил твой аппетит. - рассмеялся Арвигель. - Ведь сам я съел не так уж и много.
   - Ладно хватит о еде. Расскажи лучше где ты столько пропадал? А то как сейчас помню - появился словно из пустоты блистательный кан-Арвигель Нарви, прекрасно провёл пару заданий и исчез лет этак на сто пятьдесят. - Дрори налил себе вина и заинтересовано посмотрел на собеседника.
   - На самом деле я не очень люблю вспоминать об этом. - Арвигель чуть нахмурил брови.
   - Да ладно ты же меня хорошо знаешь, я храню секреты надёжнее могилы. - добродушно улыбнулся гном.
   - Да в общем и секрета ни какого нет, просто история очень неприятная. Помнишь у меня была миссия в Уртлаге, ну та когда я навеки упокоил кан-Динира.
   - Это, что ли, тот вампирчик с которым дружил кан-Кебат?
   - Да это он, но если хочешь что бы я рассказал до конца, пожалуйста не перебивай.
   - Извини, не буду. - гном в примирительном жесте поднял руки, и изобразив на лице придельное внимание, весь обратился в слух.
   - Так вот, после того дела направил меня Безымянный в Нурлан. Захолустный такой небольшой мирок. Да вот только проблема одна - некромант там объявился довольно сильный и начал безобразничать. Развёл армию нежити и собрался себе весь мир подчинять. В общем Равновесие сильно качнулось и надо было мне его срочно восстанавливать. Нашёл я безобразника, прижал в угол и посоветовал вести себя разумнее, сильно не высовываться и с Равновесием шутки не шутить. Он, как это чаще всего бывает, послал меня куда подальше и слушать не стал и пришлось его убить. Да только он перед смертью заклятье особое успел кинуть. Видно всё-таки особым талантом был одарён тот чародей. Заклятье это подняло его, убитых мною, слуг и упокоить я их не смог. В первый раз я с таким столкнулся. Я ушёл тогда из замка. Решил что побродят себе умертвии по окрестностям пару лет, сила заклятья ослабнет и справиться с ними кто-нибудь. А моё дело сделано, порядок восстановлен, можно возвращаться в Деймор. Да только ошибся я, страшно ошибся. Не ослабло заклятье, не из простых оно было. И твари шустрые и хитрые оказались. И все свои жертвы превращали в себе подобных. В таких же жутких однажды умерших как и они сами. В считанные недели эта напасть охватила весь мир. Я пытался организовать оборону - но все усилия были тщетны. Их ни что не могло остановить. Равновесие накренилось просто недопустимо. И мне осталось только одно средство - воззвать к Безымянному. Он явил свой гнев, и Нурлан был обращён в пепел. В последние мгновения исхода из Нурлана я успел увидеть как яростное пламя сошло с небес и охватило всё вокруг. Я не справился и погиб целый мир. А потом был закрытый разбор ситуации в Магистрате ордена. Магистры решили что моей вины в произошедшем нет. По их единогласному решению было объявлено, что с тем злом можно было справиться только одним способом и я к нему в конце концов прибегнул. А на счёт того заклятья они сказали, что раз оно было у некроманта наготове, то он рано или поздно всё равно его бы использовал. Мне было приказано сотню лет отдыхать от дел в Крайне, после чего вернуться в Деймор для получения новых поручений. Вот собственно по этому меня так долго не было видно.
   Арвигель закончил рассказ и устало опустил глаза вниз. Было видно что воспоминание этих событий причиняют ему душевные муки.
   - Да, дорогой друг, сожжено было всего сорок три мира, но за каждым из них стоит страшная трагедия. - гном сочувственно похлопал Арвигеля по плечу. - Извини не стоило ворошить прошлое.
   Тут Дрори бросил взгляд в сторону арены.
   - Арвигель, ты только посмотри - этот парень новый кадет, я его видел раньше. - по лицу гнома было видно что он сильно удивлён. - Ни разу не видел что бы кто-нибудь из Ордена дрался здесь на арене.
   - Ну давай тогда на это повнимательнее посмотрим. - увлечённо сказал Арвигель, и его грусть вроде бы улетучилась.

*******

   Как только Лори Хвирлит спрыгнул с арены, Андро взревел как раненый вепрь и бросился на Тавлиуса. Он с ходу попытался заехать кулачищем по ненавистной роже малолетнего наглеца и этим ударом закончить поединок. А уже потом вовсю попинать ногами бесчувственное тело и таким способом полностью расквитаться за нанесенную обиду. Но события развились полностью вопреки его сценарию.
   Тавлиусу полёт вражеского кулака показался довольно медленным и неповоротливым. Его партнёры по тренировкам в боевом искусстве, в Училище кадетов, двигались гораздо быстрее. По этому он без труда успел развернуться боком к Андро, и кулак здоровяка, вместо того чтобы разбить Тавлиусу лицо, провалился в пустоту. В этот же момент Тавлиус правой рукой перехватил запястье Андро и одновременно с этим сильно ударил левым плечом во вражий локоть. Раздался громкий хруст ломающейся кости и громила взвыл от боли. Тавлиус тут же отпустил его руку. Андро уставился на него помутневшими от боли глазами. И видимо решив не сдаваться до конца, размашисто занёс для удара здоровую левую руку. Это было роковой ошибкой. Тавлиус правой рукой парировал удар и ответил резкой связкой: левой в челюсть, правой в солнечное сплетение и потом, с шагом, толчок двумя руками в грудь. Андро отлетел назад на пару шагов, упал на колени, завалился на бок и больше не двигался.
   Зал взорвался восторженными криками и ураганом оваций. Лори Хвирлит взобрался на арену, бросил быстрый взгляд в сторону распростёртого на опилках Андро и поспешил к Тавлиусу.
   - Великолепно, просто великолепно! - восторженно запрыгал он вокруг Тавлиуса, потешно труся бородой. - Давно не было таких блистательных и молниеносных поединков! Молодой человек скажите своё имя!
   Зал утих в ожидании имени победителя.
   - Его зовут кир-Тавлиус Дер-наг. - неожиданно раздался неприятный свистящий голос. - Только поведение этого кадета не великолепно, а мерзко! Он, хорошо обученный боец, избил неотесанного мужлана. Это плохо бить заведомо слабейшего.
   Внимание присутствующих тут же переключилось на говорившего. Это был человек среднего роста, но с очень широкими плечами. Чёрный плащ с глубоким капюшоном скрывал черты его лица. Он быстрым шагом подошёл к арене и запрыгнул на неё. Встал напротив Тавлиуса.
   - Сейчас ты узнаешь как чувствовал себя Андро. - прошипел он в лицо юноше. - Сейчас ты познаешь силу задж-морт.
   С этими словами он откинул капюшон, обнажив болезненно бледное лицо обрамлённое жидкими чёрными волосами.
   - Меня зовут кан-Кебат Каткат! - он схватил Лори за грудки и поднял в воздух на уровень своего лица. - объявляй бой карлик!
   - Пусть победит достойный славы! - сдавленно пропищал Лори, и тут же взвизгнул почувствовав как сильная рука лича кинула его в зал.
   Тавлиус не успел среагировать. Не успел сделать ни одного защитного движения. Кан-Кебат взорвался целым шквалом ударов. Он со страшной, просто невероятной, скоростью вращался и его руки и ноги наносили точные хлёсткие улары. Туловище и голова Тавлиуса в мгновенье наполнились нестерпимой болью. Весь мир как-то странно вздрогнул и сознание стало стремительно гаснуть. Боковым зрением он успел заметить что его друзья рванулись к арене, и тут тьма полностью поглотила его.

*******

   Когда Дребор Гатлог увидел как лич избивает его друга кроваво-красная пелена, всегда предшествующая превращению, замутнила глаза и наполнила мозг всепоглощающей яростью. Он вскочил, даже не заметив, как отлетел от его резкого движения стол за которым они выпивали.
   - Ринза! Холси! Какого демона вы сидите!? Чтоб вам пусто было! Надо выручать Тавлиуса! - последние слова он уже проревел и стремительно меняясь бросился к арене.
   Но какой-то незнакомый человек опередил его. Как серая тень метнулся он между столиками. Поравнявшись с Гатлогом, Ринзой и Холси, он крикнул:
   - Не вздумайте лезть на арену, он вам не по зубам! - и запрыгнул на помост.

*******

   Кан-Кебат собирался нанести последний сокрушающий удар, после которого молодой кадет смог бы продолжить свою карьеру разве что только как нежить. Но тут кан-Арвигель Нарви бесцеремонно вмешался в избиение. Он оказался между личем и уже потерявшим сознание, но ещё не упавшим на пол Тавлиусом. И последний удар лича Светлый рыцарь отвёл в сторону мягким круговым взмахом руки. От вложенной в удар силы, провалившейся в пустоту, лич потерял равновесие и чуть не упал опилки. В этот момент Арвигель бросил бесчувственного Тавлиуса на руки стоящему возле арены Дрори.
   Почти сразу же кан-Кебат обрёл усойчивость и с ненавистью взглянул на неожиданного противника.
   - Ну, кан-Арвигель Нарви, опять наши пути пересекаться, но сейчас видит Морт, в последний раз. Сейчас ты мне сполна ответишь и за испорченную экзекуцию и за моего убитого друга кан-Динира!
   Кан-Кебат сбросил плащ и торжествующе расхохотался. Облик его стал расплываться как отражение в воде, на которую подул ветер - лич менялся. А если точнее, то не менялся, а принимал истинный облик. Под его плащом оказалась кожаная безрукавка. И всему залу было, как его мощные руки мгновенно усохли, пальцы стали длинными и узловатыми, ногти стремительно выросли, огрубели, и заострившись превратились в кинжальные когти. Кожа приобрела синюшный трупный оттенок. Лицо, и без того худое, стало жутким подобием черепа, а нездоровый блеск глаз преобразился в настоящее адское пламя. Яростные языки огня вырывались из глазниц и жадно лизали жидкие чёрные волосы, в тщётной попытке поджечь их. И не смотря на то что вся фигура усохла и осунулась, лич источал из себя ауру мощи и злой силы. Он явил себя в истинном облике, во всей красе.
   Зрители в ужасе отпрянули от арены.
   - Лич, твою дивизию! Настоящий лич! - заверещал чей-то истеричный голос.
   Несколько раз хлопнули двери. Кто-то в панике убежал из "Драчливого кота".
   Кан-Кебат демонически расхохотался.
   - Ну кан-Арвигель сейчас я тебя сожру. - языки мертвого пламени полыхнули яростнее в глазницах. - Сожру с потрохами!
   - Я костлявый, можешь и подавиться. - на лице Арвигеля появилась одна из самых его зловещих улыбок.
   Светлый рыцарь мягким, неуловимым праздному глазу, движением принял боевую стойку.
   - Иди сюда лич, попробуй покушать!
   Арвигель обидно рассмеялся. Лич издав жуткий рык кинулся на него. Началась схватка, сделавшая на долгие века "Драчливого кота" самым популярным кабаком в Дейморзанге.

*******

   Лич сразу же начал своё безостановочное смертоносное вращение. Руки и ноги выстреливали быстрыми хитроумными сериями ударов. Удары были мощными и хлёсткими как щелчки боевого кнута. Сложенные щепотью когтистые пальцы превратились в грозные пики, готовые пронзать и рвать на части мягкую плоть. Только все усилия умертвия пропали зря.
   Арвигель уклонялся, приседал, подпрыгивал и мягкими округлыми движениями отводил в стороны удары кан-Кебата. Он пока даже не пытался нападать, зато оборона его была безупречной. Все хитрые уловки лича, все его изощрённые атаки вязли в мягких парирующих движениях Арвигеля, или проваливались в пустоту. Через какое-то время ударов в пустоту стало всё меньше, а потом запястья человека и вовсе намертво приклеились к запястьям лича. У Кебата уже не только не получалось попасть в Арвигеля, у него не получалось даже делать атакующие движения. И если кто-нибудь в зале умел бы читать по огненным глазам лича, то он увидел бы в них нарастающую волну паники. Кан-Кебат отчётливо понял что потерял контроль над ситуацией. Он никогда раньше не сталкивался с боевым искусством которое использовал Арвигель. С ужасом лич начал понимать что ему вряд ли удастся закончить бой в свою пользу.
   Так и произошло. Только вроде бы движения противников вошли в один темп - лич пытался атаковать, Арвигель тут же связывал его атаки. Как вдруг круговым движением обеих рук кан-Нарви развёл руки врага в стороны, продолжая движение его правая рука пришла к бедру, ладонь сжалась в кулак, и в это же момент по телу человека, от ноги и вверх, пробежала молниеносная волна, мощно толкнувшая бедро вперёд. Кулак с силой пушечного ядра сорвался с бедра, и хлёстко ударил врага в грудь. Всё это произошло за сотую долю секунды. А в следующее мгновенье огонь в глазах лича бесследно угас. Он удивлённо взглянул на Арвигеля, и как подрубленный рухнул на спину.
   Все кто обладал вторым зрением увидели как ярко засветился кулак Арвигеля в момент удара, но самое удивительное было то, что сперва упало тело лича, а его астросом продолжал прибывать в вертикальном положении. И только простояв так несколько секунд опустился вниз и завис над телом. Кан-Арвигель Нарви буквально вышиб душу из противника.

*******

   Двери в помещение резко распахнулись. Внутрь вошли четверо рыцарей, двое Светлых и двое Тёмных - стража магистратуры.
   - Кан-Кебат Каткат и кан-Арвигель Нарви. - произнёс эльф с золотистыми вьющимися волосами. - вы взяты под стражу за нарушение Устава Ордена Равновесия. Прошу пройти с нами в магистрат для выяснения обстоятельств.
   - Я с удовольствием пройду с вами, кан-Твиэль. - ответил Арвигель. - а вот кан-Кебат боюсь долго ещё не сможет передвигаться самостоятельно.
   С этими словами он спрыгнул с арены и вышел из зала вместе с двумя Светлыми. Двое тёмных рыцарей аккуратно вынесли лича наружу.
   В воздухе повисло оцепенение. Его разорвал тонкий голос Лори Хвирлита
   - Дорогие гости, уже поздно, "Драчливый кот" скоро закрывается!
   На самом деле было рановато для закрытия, но сегодня ни кто не стал спорить с хозяином.

ГЛАВА 2

   Боль. Очень много боли. Её просто целое море. Она окружила, окутала, накрыла собой всё тело. Вернее тела уже нет - оно растворилось в боли, как сахар в воде. Осталось только сознание, но и оно только и может, что корчиться и извиваться в агонии. И кажется что это будет длиться вечно, ни что не изменит этого состояния.
   Но тут в тесную вселенную боли откуда-то ворвался целый водопад ледяной воды.
   А с ней свет и голоса.
   - Смотри Лори. - пробасил чей-то незнакомый голос. - Мальчишка наконец-то приходит в себя!
   - Может ещё воды, глубокоуважаемый кан-Долимбур?
   - Я же тебе уже много раз говорил Лори, оставь свои высокопарные обороты в зале для посетителей!
   - Извини Дрори, забылся.
   Кир-Тавлиус Дер-наг с трудом открыл глаза. Он был в большой тускло освещённой комнате. Свет с большим усилием пробивался через мутное стекло в маленьком окошке. Пол комнаты был завален сеном, в котором собственно и лежал Тавлиус. В ногах у него стоял, с ведром воды на готове хозяин "Драчливого кота" - карлик Лори Хвирлит. А над самим кадетом склонился крепкий коренастый гном с седой шевелюрой и такой же седой бородой.
   - Ну что очнулся поединщик. - с изрядной долей иронии спросил гном. - Много же из-за тебя шуму поднялось.
   Тавлиус обалдело похлопал глазами, и ещё раз посмотрел по сторонам.
   - Так значит я не умер? - задал он гному исключительно дурацкий вопрос.
   - Даже не знаю как ты догадался, но похоже что это так. - продолжал иронизировать гном. - Слушай, Лори принеси-ка парню что-нибудь подкрепиться, а мы тут пока потолкуем.
   - Хорошо, я принесу похлёбку, которую лично для меня готовит моя жёнушка. - пропищал карлик и выскользнул из комнаты.
   - Ну что же парень, слушай внимательно, тебе надо знать что произошло после того как ты потерял сознание. - гном резко посерьезнел и начал рассказ.

*******

   Главный Магистр Ордена кэй-Аларнат просто кипел от злости. Это же надо, когда Безымянный уже дал указания по распределению Кебата и Арвигеля, эти гады устроили побоище. Теперь один очухается не раньше чем через неделю, когда его астросом сольется с телом, а на счёт второго придется идти к Нему за новыми инструкциями. Чем собственно он сейчас и занимался.
   Кэй-Аларнат придавался своим невесёлым размышлениям спускаясь по лестнице через подземные уровни. Каждый шаг приближал его к Горизонту Неусыпной Стражи. По спине кэй-Аларната пробежали мурашки от одного воспоминания об этом месте. Именно необходимость проходить Неусыпную Стражу объясняла нелюбовь Главного Магистра Ордена наносить визиты Безымянному. Впрочем Он знал об этом, и вызывал к себе кэй-Аларната только по необходимости. А сейчас как раз была такая необходимость.
   Ступени подошли концу. Главный Магистр остановился возле арки перекрытой затейливой подъёмной решеткой. Сама арка была вписана, в странного вида, многолучевую звезду. В углах лучей звезды были начертаны магические знаки и руны Силы - пространство вибрировало от вложенной в них мощи. Эта звезда была первой защитой на пути к Безымянному.
   - Арома - Кати - Соал! - властно произнёс кэй-Аларнат и протянул руки с раскрытыми ладонями в сторону решётки.
   С рук магистра сорвался голубой свет, растёкся по решётке и зажёг звезду и магические знаки. Звезда мигнула и решётка с мелодичным звоном уползла в пол. Кэй-Аларнат вступил в Горизонт Неусыпной Стражи...

*******

   - Вот так всё и было. - закончил свой рассказ Дрори. - Сейчас кан-Кебат в лазарете, а кан-Арвигель ждёт решения о своей дальнейшей судьбе.
   - Я не думал что моё высказывание приведёт к таким последствиям. - потупив глаза в пол сказал кир-Тавлиус. - Он спас мне жизнь и при случае я отдам ему этот долг.
   - Я как раз и хотел что бы ты это понял. Насколько я знаю магистрат, то Арвигеля сейчас откомандируют в какую-нибудь дыру и дадут в наказание с собой в оруженосцы самого плохого кадета.
   - А в данной ситуации самый плохой кадет это я. - грустно прошептал молодой человек.
   - Хорошо что ты это осознаешь. - довольно сказал гном. - Поэтому сейчас ты встанешь и пойдёшь в Деймор. Там в лазарете ты спросишь кан-Элло. Ты его должен был видеть, его ни с кем не спутаешь - он хойго, и он лучший маг-целитель Ордена. Скажешь что ты от меня. Он быстро поставит тебя на ноги и тогда ты действительно сможешь отправиться с Арвигелем. И отдашь ему должок.
   - Зачем вы делайте это для меня кан-Дрори Долимбур? - удивлённо спросил Тавлиус. - Я вроде бы заслужил только наказание, но ни как не вашу помощь.
   - Ты некудышний боец, зато я слышал о тебе что ты сильный боевой маг. Не спрашивай откуда, просто я уже очень давно в Ордене. В общем будешь дополнением к Арвигелю - в боевой магии он не очень силён.
   - Большое спасибо, я сделаю всё как вы велели. - сказал Тавлиус и с трудом поднялся на ноги.
   - Смотри сильно не зазнавайся, я делаю это не для тебя, а для Арвигеля.
   Тавлиус медленно подошёл к двери, взялся за массивную кованую ручку, и обернулся к гному.
   - Ещё раз спасибо! Я не забуду вашу поддержку!
   - Давай поторапливайся. После лазарета зайдёшь в мои покои под Деймором, у меня есть для тебя вещица в дорогу. - проворчал Дрори. - А теперь давай быстрее в лазарет!
   Тавлиус вышел из комнаты и аккуратно прикрыл за собой дверь. Дрори продолжал сидеть, и задумчиво поглаживал серебристую бороду.
   - Надеюсь я не ошибся в тебе парень. Надеюсь не ошибся...

*******

   Главный Магистр кэй-Аларнат стоял на пороге длинного широкого коридора. Начало коридора освещал мерцающий обманчивый свет тусклых факелов. Шагов через двадцать начиналась плотная завеса тьмы. Магистр закрыл глаза, выровнял дыхание и привёл в порядок мысли. Когда он открыл веки, то уже смотрел на мир другим зрением - зрением позволявшим видеть проявления магических энергий. Тьма впереди исчезла, а вокруг творилось что-то просто невероятное. В глазах просто рябило от следов охранных заклятий расставленных вокруг.
   Но на них кэй-Аларнат не обращал особого внимания. Он осматривал пол. Наконец-то он увидел то, что так пристально искал - незаметное тёмно-зелёное пятно. Магистр тут же встал на него и красочная картина вокруг него стала стремительно меняться. Пятно вспыхнуло ярким зелёным светом, и превратилось в квадрат под ногами, вставшего на него кэй-Аларната. От квадрата в глубь коридора устремились четыре линии: голубая, красная, белая и фиолетовая. Они сразу же замигали, как бы приглашая идти за ними.
   Но Главный Магистр не сдвигался с места. Он стоял и ждал.
   Сзади него стало доноситься потрескивание. Сначала тихое оно постепенно становилось всё громче и громче. Кэй-Аларнат не стал смотреть что там происходит. Он и так видел это сотню раз - из воздуха вымораживались кристаллики льда, начинали кружиться в каком-то ураганном мистическом танце и постепенно складываться в странную фигуру. Так появлялся Привратник Ход.
   Треск и шум, издаваемый кристалликами льда прекратился, и Привратник Ход выплыл из-за спины Магистра и завис перед ним в воздухе. Это было странное создание, и ни кто не знал где Безымянный его выискал. У Привратника не было ног, к круглому телу крепилась вытянутая вверх голова с очень длинным острым носом и громадным ртом, усеянным острыми треугольными зубками. Шеи у него не было. Длинные узловатые руки опускались почти до земли. Одна заканчивалась ладонью, другая уродливым подобием рачьей клешни. Всё тело было светло-голубым и состояло целиком изо льда. Довершали композицию глаза Привратника - злые и очень проницательные.
   Кэй-Аларнат стоял и продолжал ждать. Привратник повисел чуть-чуть и начал облетать вокруг Магистра. Тут же ледяной холод стал пробирать кэй-Аларната до костей. И когда терпеть дальше стало просто невозможно Ход остановился и подлетел к левому уху Магистра.
   - Можешь идти, я проверил твои намерения. - голос у него был дрожащий и режущий слух. - Сегодня направляйся вслед за фиолетовой.
   Сказал и тут же исчез без следа, как будто растворился в воздухе. Магистр постоял ещё чуток, ожидая пока тепло вернется в организм, и пошёл по фиолетовой линии.

*******

   Кир-Тавлиус стоял возле рабочего кабинета кан-Элло. Пять минут назад его привёл сюда маленький зелёный гоблин, убиравший в лазарете полы. И вот теперь Тавлиус ни как не мог решиться открыть дверь. При входе в лазарет он увидел себя в зеркало и теперь был уверен что никто не сможет привести его в норму быстрее чем через две недели. Кроме того что Тавлиус чувствовал что у него сломано минимум три ребра, повреждён коленный сустав и жутко болит поясница, так ещё и лицо оказывается, превратилось в сплошной кровоподтек. Нет всё-таки с такими травмами не сможет быстро справиться ни один целитель. Надо идти к себе и отдыхать.
   Но тут перед глазами встало сердитое лицо кан-Долимбура, и Тавлиус поменяв решение постучал в дверь.
   - Войдите молодой человек. - раздался из-за двери приятный низкий голос. - Входите дверь открыта.
   Тавлиус толкнул дверь и вошёл внутрь. Кабинет в котором работал кан-Элло был просторным и хорошо освещённым. Вдоль стен стояли стеллажи с книгами, препаратами и какими-то амулетами. Посреди кабинета стоял стол заставленный колбами, риторами, спиртовками, змеевиками и прочими неизвестными Тавлиусу приспособлениями для алхимических опытов. Глубже стоял подковообразный письменный стол. Стена сзади него была сплошным окном, занавешенным бежевыми, полупрозрачными гардинами.
   За столом сидел сам кан-Элло. Дрори был прав - его ни с кем нельзя спутать. Кан-Элло был хойго, а эту расу не часто встретишь в Соцветии. Хойго были очень высокие и худые с несуразно большой головой. Голова была похожа на треугольник развёрнутый основанием к верху: очень узкий подбородок и челюсть, чуть более широкие скулы и очень большая лобная и височная доля. Узкий маленький рот, нос отсутствует - есть просто одна горизонтальная щель для дыхания, уши небольшие и плотно прижатые к черепу. И глаза, огромные миндалевидные глаза, полностью чёрные без белков и радужной оболочки. Таков был облик хойго, действительно они сильно выделялись из остальных рас и не узнать их было тяжело.
   Тавлиус застыл у входа в кабинет.
   - Проходите молодой человек. - проговорил кан-Элло. - Присаживайтесь вот здесь на кресло возле стола.
   Тавлиус подошёл к столу, и увидев возле него низкое удобное кресло, сел в него. Он редко бывал у целителей и поэтому чувствовал себя скованно.
   - Судя по вашему внешнему виду, вы тот кадет над которым потрудился кан-Кебат? - спросил хойго.
   - Да вы не ошиблись кан-Элло, это действительно так. - наконец-то подал голос Тавлиус. - И кан-Дрори Долимбур попросил вас чтобы вы подлатали меня.
   - Я бы и так вам помог молодой человек, ну а если Дрори попросил то вообще сделаю всё что в моих силах. - улыбнувшись сказал хойго. - Ну что же приступим.
   С этими словами он встал и подошёл к Тавлиусу.
   - Давай посмотрим что я могу с тобой сделать.

*******

   Путь по фиолетовой линии наконец-то закончился. Впереди лежала лестница в Обитель Безымянного. Она ни кем не охранялась. Ведь если кто-то смог бы силой пройти Горизонт Неусыпной Стражи, то ни какая охрана ему бы была уже не страшна. Весь горизонт был жутким постоянно меняющимся лабиринтом, в котором один неверный шаг уводил тебя в кошмарное сплетение смертельных ловушек, мощных охранных заклятий и страшных монстров, которые наводняли всю его территорию. Поэтому Магистр и не любил посещать это место. Ему всегда казалось что есть опасность того, что Ход, следуя одному ему известному мотиву, направит по неправильной тропе. И тогда поминай как звали, Магистр кэй-Аларнат.
   Но весь опасный путь был позади, осталось только пройти к Безымянному.
   Кэй-Аларнат спустился по лестнице и оказался возле небольшой неприметной дверцы. Магистр толкнул её и пригнувшись вошёл внутрь.
   За дверью был громадных размеров зал. Но оценить его истинные размеры было невозможно. Освещён был только круг, в центре которого стоял алтарь из какого-то чёрного камня. Говорили что этот камень всё что осталось от мира в котором был рождён Безымянный. Всё остальное пространство терялось во тьме, непроницаемой даже для другого зрения. На размеры помещения указывало только эхо шагов, которое долго не успокаивалось, словно пытаясь доказать посетителю что он вошёл в действительно исполинское помещение.
   Магистр медленно и величаво прошагал к алтарю. Там в центре светового круга он встал на колени, склонил голову на чёрный камень и стал ждать.
   Ждать пришлось недолго. Вдруг резко пропали все чувства и ощущения. Не стало ни тепла, ни холода, ни света, ни тьмы, ни верха, ни низа - всё ушло куда-то, как мираж. Более того Магистру казалось что и его тело исчезло вместе с ушедшими чувствами. Остался только голый разум и голос, всемогущий голос, который к нему обращался. Голос заполнил всё и стал всем. Это был голос Безымянного, этот голос и был сам Безымянный.
   - Долго же ты шёл Аларнат. В два раза дольше чем обычно.
   - Прошу простить меня, но сегодня Ваш привратник создал путь гораздо длиннее чем раньше.
   - Ладно не чего страшного. Слушай меня внимательно. Совет магистров не собирай. Арвигель направиться, в качестве наказания, на Эймис. С ним пусть будет зачинщик этого инцидента - Тавлиус Дер-наг, его уже долатывает Элло. Пусть хорошо там осмотрятся. Мне не нравятся эманации исходящие от этого мира. И лично передай от меня Арвигелю, что не смотря на все его заслуги перед Орденом Равновесия, нарушит ещё раз Устав и гнев мой будет страшным... Я даю ему одноразовый допуск в кладовую артефактов. Кебат пусть очухивается, потом разберешь его поступок перед всем Советом и накажешь по всей строгости Устава. На этом всё отправляйся и исполняй! Да прибудет Равновесие!
   - Да прибудет Равновесие! Отправляюсь и исполняю!
   Все чувства и ощущения внезапно вернулись. Кэй-Аларнат встал с колен и быстро направился к выходу.

*******

   Кан-Элло был действительно великим целителем. Он бегло осмотрел травмы Тавлиуса и неуклюжей походкой направился к полке заставленной магическими артефактами. Быстро раздвинул их в стороны и взял стоявшую возле стены обсидиановую пирамидку. Вернулся к столу и поставил пирамидку перед Тавлиусом.
   - Расслабься и смотри на вершину пирамиды. - обратился он к парню. - Чтобы не произошло не напрягайся.
   Хойго обошёл вокруг стола и стал так, что пирамидка оказалась между ним и пациентом. Поднял над ней руки и развернул их одну ладонью вниз, другую ладонью вверх. И тут кан-Элло запел. Запел на прекрасном и мелодичном неизвестном Тавлиусу языке. И пирамидка отозвалась. Она завибрировала в такт мелодии и оторвалась от крышки стола. В воздухе она закрутилась всё быстрее и быстрее. И вот уже прекрасная мелодия потекла и из нее. Кан-Элло закрыл рот и развернул ладони к Тавлиусу. Из ладоней заструился мягкий, тёплый, обволакивающий свет.
   Тавлиус полностью расслабился и погрузился в музыку и свет. Боль начала отступать и вскоре совсем исчезла. Опухали от ушибов начали пульсировать в такт музыке и уменьшатся, сломанные кости срастаться, а синяки медленно исчезать. И вскоре Тавлиусу стало казаться что не пирамидка издаёт из себя музыку, а само его тело независимо от его воли порождает её. А мягкий свет исходит не от рук хойго, а из недр его, Тавлиуса, сознания. Он познал блаженство - блаженство исцеления и гармонии. Тут тяжкая дрёма навалилась на него и кир-Тавлиус погрузился в сон...
   ...Когда молодой человек проснулся от исцеляющего сна, то он увидел что кан-Элло, сидящий напротив него, сильно устал. Он тяжело дышал, а его огромная голова то и дело клонилась вниз.
   - Ну вот молодой человек, вы полностью здоровы, даже здоровее чем до этого печального инцидента. - уставшим голосом проговорил целитель. - Прошло всего полтора часа. Быстро как я и обещал.
   - Большое вам спасибо кан-Элло! - горячо начал благодарить его Тавлиус, но тут он бросил взгляд на стол. - А где же пирамидка? Куда она делась?
   - Она излечила вас и слилась с вашей сущностью. Такое быстрое излечение возможно только при помощи этого артефакта - обсидиановой пирамиды Осса. - ответил на вопрос хойго. - Возможно через время у вас откроются целительские способности. А пока что простите меня, мне надо отдохнуть. Вы отняли у меня много сил. Да и у вас молодой человек думаю сейчас дел хватает.
   - Я вас понял. До свидания дорогой кан-Элло! - Тавлиус раскланялся и пошёл к выходу.
   - До свидания и вам, дорогой кир-Тавлиус Дер-наг! - сказал хойго и опустившись в кресло закрыл глаза.
   "Странно. - подумал Тавлиус. - Я ведь не говорил ему своего имени".
   Он вышел из кабинета и направился к входу в подземные уровни. Там в своих покоях его ждал кан-Дрори Долимбур.

*******

   Арвигель сидел на кровати в своей комнате, скрестив ноги, и откровенно скучал. Ему как нарушившему устав теперь надо ждать пока не соберут совет магистров. Потом магистры покумекают и решат как его наказать. А пока что надо сидеть здесь, по Деймору не шататься, и других рыцарей своей преступной физией в смущенье не вводить. В общем остается только сесть на кровать и размышлять о своей непутёвой жизни. А размышления в голову лезли не весёлые:
   "... Надеялся задание получить от Безымянного поинтересней, да поопасней. А после "Драчливого кота" пошлют наверное в какую-нибудь провинциальную дыру. В фермерский мирок - штаны просиживать. И придется мне лет сто следить что бы волки слишком много коров не резали, а то вдруг Равновесие дрогнет. И чтобы жизнь совсем малиной не казалась в дорогу укомплектуют самым тупым оруженосцем, что бы было кому Арвигеля развлекать.
   Ну ладно хватит киснуть - сто лет не так уж и много, как-нибудь переживу. Благодаря Безымянному впереди вечность и приключений на мою долю ещё хватит... Зато мальчишку спас. Не отведи бы я тот удар, снёс бы лич ему башку. А он только Академию закончил, рановато помирать ещё. Да и лича на место поставить всегда большое удовольствие. Пусть поймёт что не всесильно их искусство - задж-морт...".
   Размышления были самым грубым образом прерваны громким стуком в дверь.
   - Войдите! - недовольно крикнул Арвигель.
   Дверь отварилась и в комнату втиснулся огромный орк. Громадные начищенные до блеска клыки целились в потолок из его массивной нижней челюсти. Мышцы бугрились на могучей груди и не менее могучих руках. Его жесткие чёрные волосы были разобраны на две тугие косы, уши оттягивали золотые кольца, а в глазах легко читалось высокомерие и осознание собственной мощи.
   Орк окинул комнату ленивым тяжёлым взглядом и остановив глаза на сидящем на кровати Арвигеле пророкотал:
   - Кан-Арвигель Нарви, вас вызывает к себе Главный Магистр кэй-Аларнат. Пройдёмте за мной.
   Арвигель тут же вскочил со своего ложа, взял висящий на стуле плащ и вышел вслед за орком.
   "Это же надо, вместо совета магистров, персональная беседа с кэй-Аларнатом. Интересно это старый лис от меня что-то хочет, или Безымянный вмешался? Хотя что голову ломать, сейчас сам всё узнаю".
   Они уже дошли до лестницы ведущей вверх. Орк шёл громадными шагами, и взойдя на лестницу начал переступать сразу через две ступеньки. Кан-Нарви поспешил за ним вдогонку.
   Очень быстро они поднялись на верх, прошли много поворотов по коридорам, пересекли один мостик между башенками, опять взлетели по лестнице, на этот раз по винтовой, и наконец-то остановились у оббитой серебром двери.
   - Кэй-Аларнат ждёт вас здесь. - пророкотал орк и отварил дверь.
   Арвигель без промедления вошёл внутрь. Комната была очень уютная. Ноги по щиколотку утопали в шикарном ковре, в углу потрескивал, распространяя дремотное тепло, небольшой камин. Окна задрапированы тяжёлыми бардовыми шторами, которые только слегка пропускали свет. Основным освещением были горящие в камине дрова. Рядом с камином стояли два глубоких, зовущих опуститься в себя, кресла с высокими спинками. Между ними расположился маленький деревянный столик на резных ажурных ножках. На нём стояла бутылка хорошего бренди и один пустой бокал. Второй бокал находился в руке сидящего в кресле пожилого человека - магистра кэй-Аларната.
   - Здравствуй Арвигель. Давно не виделись. - магистр пригубил бренди. - Ну что же ты стоишь в дверях? Присаживайся, налей себе бренди и побеседуем.
   - Здравствуйте кэй-Аларнат. - Арвигель отвесил предписанный уставом поклон, и подошёл к креслу. - С вашего позволения я воспользуюсь вашим предложением и налью себе чуть-чуть этого чудесного напитка.
   - Да-да и мне подлей. - улыбнувшись промурчал кэй-Аларнат. - Да ты присаживайся, присаживайся - разговор предстоит долгий.
   Арвигель разлил бренди по бокалам подвинул кресло и присел.
   - Ну что же ты так набедокурил? Было для тебя дельце - хорошая заваруха, опасные враги, спасать надо целый мир. В общем как ты любишь. Но теперь, после произошедшего, есть другой приказ. Отправишься на Эймис - тихое местечко, но Безымянному что-то там не нравиться.
   Магистр на какое-то время замолчал, смакуя бренди.
   - Ты мне лучше скажи. - продолжил разговор кэй-Аларнат. - Зачем ты так Кебата вырубил? Если бы дело дошло до созыва совета то приписали бы тебе: "Использование магии в пределах владения Ордена, без соответствующего разрешения". А вместе с дракой это уже были бы серьёзные неприятности для тебя. Отправкой на Эймис не обошлось бы.
   - Так вы же сами знаете что по-другому лича не остановить. - тихо ответил кан-Нарви. - Он ведь боли не чувствует. Что же я должен был дать ему мальчишку порвать? Или себя изувечить?
   - Ладно, ладно, не оправдывайся. Сам знаю что по-другому Кебата ты не урезонил бы. Он своё ещё получит на совете. По всей строгости Устава получит, можешь не сомневаться. Ладно теперь о тебе. То что ты отправишься на Эймис я уже говорил. Возьмёшь своего забияку - Тавлиуса. Не делай круглые глаза, его кан-Элло уже на ноги поставил. Безымянный даровал тебе право на одноразовое посещение Кладовой Артефактов. Подберёшь себе пару-тройку игрушек. Теперь о Эймисе, Безымянный сам не знает что его тревожит. Мирок этот тихий и у нас там всего один осведомитель. Найдёшь его в Линдельме, в таверне "Весёлый зеленокожий". Зовут осведомителя Проныра Кодо. Это старый тёртый гоблин. Он введёт тебя в курс всех местных событий. А ты сам начнёшь выяснять откуда исходит угроза Равновесию. Как обнаружишь сразу же сообщишь.
   Кэй-Аларнат замолчал, вздохнул и одним махом осушил бокал.
   - Да жалко что так получилось. Ты нам на Огоро был очень нужен. Там лорд-вампир один разошёлся. Подмял под себя четыре клана и терроризирует целый континент. А ты так хорошо с вампирами разбираешься. Но ничего, найдём кого туда отправить.
   - Может кан-Лоринель там поможет? - подал голос Арвигель. - Я слышал вампиры его тоже сильно не любят.
   - Кан-Лоринель? Действительно надо предложить его кандидатуру.
   Магистр замолчал и на какое-то время задумался. Кан-Нарви воспользовался возникшей паузой и заговорил.
   - Знаете что кэй-Аларнат, я вот уже давно не могу понять. У нас много Светлых и Тёмных рыцарей. Благодаря бессмертию они невероятно опытны и сильны. Как и в магии, так и в искусстве войны. Наши рыцари и осведомители разосланы по всему Соцветию Миров. Без наблюдения только Сожженные Миры. Но там ни какой жизни в принципе быть не может. Вроде бы всё должно быть в порядке. И всё равно, с заметной периодичностью Равновесие раскачивают, и раскачивают сильно. Так вот я и не могу понять - это закон мироздания какой-то, или в Соцветии действует до сих пор неизвестная нам сила? Ведь не создай бы Безымянный наш Орден, рухнуло бы давно и Равновесие, и всё Соцветие вместе с ним.
   - Я сам об этом иногда думаю. - пригубив бокал ответил магистр. - Только потом решил что лучше я не буду знать ответа.
   - Это почему же?
   - А потому, что если это закон мироздания, то в конце концов не устоит не Орден, не Безымянный. Не удержать нам тогда Равновесия. Ну а если это действует какая-то злонамеренная сила, до сих пор ни чем себя не выдавшая, то не хотел бы я с этой силой схлестнуться. Тяжелый бой с ней будет, и скорее всего проигрышный. Поэтому я лучше буду думать что у меня на старости лет фантазия разыгралась, чем знать что наши усилия тщетные.
   Главный Магистр опять задумчиво замолчал. В воздухе повисла пауза.
   - Ну ладно Арвигель. - прервал молчание магистр. - Спасибо за беседу. Я уже стар, А время позднее. Надо мне отправляться спать. Ты тоже иди спи. А завтра же отправляйся на Эймис. Не медли.
   - Спокойной ночи кэй-Аларнат. - Арвигель раскланялся и отправился к выходу.
   - Да кстати, Арвигель! Безымянный передал тебе что только ещё раз посмеешь нарушить Устав и он забудет про все старые заслуги.
   - Спасибо кэй-Аларнат, постараюсь не забыть.
   Арвигель вышел из кабинета. В замке царила тишина, которую нарушала только трель одинокого сверчка. Из окон струился мягкий лунный свет. На Деймор опустилась ночь.
   - Ночь - пора для сна. - пробормотал кан-Нарви. - Ну что же пойду спать, а завтра предстоит дальний путь.

*******

   Ударил утренний колокол. Его низкий вибрирующий звук расползся по Деймору, вырывая из объятий сна всех тех, кто ещё не проснулся сам.
   Подскочил на кровати, безжалостно разбуженный колоколом, кан-Арвигель Нарви. Снилось ему что-то приятное, что-то из далёкого безоблачного детства, но колокольный звон мгновенно разорвал тонкую паутину сновидения. И теперь как не старайся, ни за что не вспомнить о чём был сон. Осталось только ощущение чего-то доброго и тёплого, чего-то такого что бывает только в детстве и со временем исчезает без следа.
   Арвигель полежал ещё чуток, разогнал из головы остатки сна, резко скинул с себя одеяло и вскочил с кровати. Постоял недолго, сделав несколько размеренных вдохов и начал делать какие-то странные упражнения. Плавные и грациозные движения сочетаясь с ритмом дыхания, складывались в удивительно гармоничную систему. Постепенно Арвигель почувствовал как тело наполнилось силой и эта сила начала циркулировать по организму, заставляя его работать намного лучше. Мышцы налились мощью, сознание прояснилось до кристальной чистоты. В такие моменты Арвигелю казалось что для него нет ни чего невозможного, ни что не сможет его остановить.
   Упражнение подошло к концу. Арвигель постоял пару минут, и расслабившись дал собраться всей излишне бурлящей силе в нижней части живота.
   - Ну вот теперь я готов на подвиги и битвы. - с улыбкой проговорил он и направился к умывальнику.
   Тщательно умывшись и насухо вытерев полотенцем лицо, Арвигель посмотрел на себя в зеркало. В зеркале отражался человек примерно тридцати лет от роду, с серыми чуть взъерошенными волосами, большими зелёными глазами и худым овальным лицом. Былые приключения оставили на лице свои следы: нос был перебит, левую щёку пересекал тонкий горизонтальный шрам, как от сабельного удара.
   "Хорошая штука бессмертие. - подумал Арвигель. - живу уже почти полтысячи лет, а выгляжу как новенький. Интересно сколько же лет Главному Магистру? Выглядит он уже довольно старым...".
   Осторожный стук в дверь заставил Арвигеля прервать ход своих мыслей. Он одел кожаные штаны, влез в сапоги и набросив на плечи льняную рубаху пошёл открывать дверь.
   На пороге стоял, недавно им спасённый, кир-Тавлиус Дер-наг.
   - Кан-Арвигель Нарви, по распоряжению магистрата кадет кир-Тавлиус Дер-наг в ваше распоряжение, в качестве оруженосца, прибыл! - на одном дыхании выпалил молодой человек и вытянулся в струнку.
   - Вольно. Проходи. - ответил Арвигель, с улыбкой окинув взглядом нового оруженосца.
   Тавлиус прошёл внутрь и неуверенно остановился посреди комнаты.
   - Присядь на стул, не стой столбом. - сказал ему Арвигель. - Ну-ка дай посмотреть на тебя. Ну и молодец кан-Элло, настоящий мастер. Бедный кан-Кебат так старался, а он за один день всё исправил.
   - Не за день, а за полтора часа.
   - За полтора часа? - брови Арвигеля удивлённо поползли вверх. - Он пирамидку Осса на тебя, что ли, истратил?
   - Вы знаете про пирамидку? - спросил Тавлиус.
   - Конечно знаю, если сам её когда-то ему подарил. Ладно, это не столь важно. Ты знаешь что сегодня мы отправляемся на Эймис?
   - Да знаю. Когда мне передали распоряжение магистрата, там про это было написано. - ответил кадет.
   - Хорошо что знаешь. Сейчас пойдём позавтракаем, потом пойдёшь в координаторскую. Возьмёшь координаты: Эймис окрестности Линдельма, не сильно далеко от города. И спросишь у координатора, может быть есть какая-нибудь информация об этом мирке. Управься до двух по полудни, потом соберёшься и встретимся в три часа, у западного выхода из города. Понял?
   - Всё понял.
   - Ну что же, тогда пошли, поедим.
   Через несколько минут Светлый рыцарь со своим новоиспечённым оруженосцем поднялись в надземную часть Деймора и направились в столовую. До отправления на Эймис осталось совсем немного времени.

*******

   Вкусно и плотно потрапезничав кан-Арвигель и кир-Тавлиус разошлись каждый по своим делам. Тавлиус в координаторскую, а кан-Нарви направился в Кладовую Артефактов.
   Кладовая Артефактов - сколько слухов и разговоров вертелось вокруг этого места. Сколько сильных мира и даже богов мечтало запустить в неё руки. И только репутация Ордена, и Безымянного, удерживала их от этого поступка. В этом хранилище были собраны очень могучие предметы, которые особо отметились в истории Соцветия Миров. Одни из этих вещей были причиной жесточайших войн, другие, напротив, такие войны останавливали, третие делали своих обладателей равными по силе богам, четвёртые же наоборот превращали жизнь своих хозяев в сущий кошмар. Все эти вещи тем или иным способом попадали в цепкие руки Ордена, после чего оседали в Кладовой Артефактов. Все они были созданы силами Тьма или Света для абсолютно различных целей, и все они были безусловно очень могущественны.
   Заведовал кладовой с давних пор Тёмный рыцарь, вампир кан-Урлаг. Он почти не когда не покидал Кладовую, и знал про вверенные ему предметы всё, что можно было узнать.
   И сейчас возле его конторки стоял кан-Арвигель Нарви.
   - Прямо небывалый случай кан-Нарви. - проговорил глухим, каким-то неживым голосом кан-Урлаг. - Безымянный дозволяет вам самому выбрать целых три предмета, да ещё в пожизненное владение.
   В глазах вампира, прямо читалось невысказанное вслух продолжение фразы: "И это вместо того, чтобы наказать тебя за надругательство над кан-Кебатом". И только то, что решения главы Ордена не принято было оспаривать, мешало хранителю Кладовой высказать эти мысли вслух.
   - Наверно Безымянный решил, что слишком много хлама пылиться здесь на стеллажах. - пошутил Арвигель.
   - Как вы смеете! - шутка была явно не понята, вампир весь подался вперёд и обнажил пожелтевшие клыки. - Как вы смеете, удивительные вещи, собранные здесь со всего Соцветия, называть хламом! Если бы не прямой приказ от Самого, то я бы и на порог вас после этих слов не пустил бы!
   - Да ладно, ладно я просто не удачно пошутил. - успокоил разъяренного кладовщика Арвигель. - Да успокойтесь же вы кан-Урлаг! Извините я был не прав...Лучше объясните мне как правильнее подобрать интересные предметы?
   - Хорошо я принимаю ваши извинения. - вроде бы успокоился тёмный рыцарь. - И даже расскажу вам как подбирать свои предметы. Это куда лучше чем просто подобрать вещь по внешнему виду или по её свойствам. Поступать надо так: зайдёте в кладовую, выгоните из головы все мысли и образы и идите вдоль рядов стеллажей. Главное - раскройте для восприятия свой разум и уберите все ментальные защиты, если такие у вас имеются. И ваш, именно ваш, предмет сам потянется к вам. Он позовёт вас, вначале слабо, но если вы услышите и откликнитесь на зов, то всё настойчивее и настойчивее. И тогда идя на зов вы возьмёте именно ту вещь, которая вплетена в узор вашей судьбы.
   После этих слов кан-Урлаг вышел из-за конторки и подошёл к массивной стальной двери в противоположном конце комнаты. Набрал какую-то комбинацию символов в окошке посредине двери, тихо пробормотал заклятье, на которое дверь отозвалась громким, сухим щелчком, и достав из-под балахона два затейливых ключика, одновременно вставил их в небольшие отверстия, и провернул в разные стороны. Заскрипел шестернями и передачами скрытый механизм, и дверь отварилась.
   - Проходите кан-Нарви, ищите свои артефакты. - сказал кладовщик, жестом руки приглашая войти внутрь.
   За дверью оказалось довольно большое помещение. Всё оно было заставлено ровными рядами, покрытых пылью деревянных, стеллажей. Сами стеллажи были завалены огромным количеством разнообразнейших предметов. Глаза просто разбегались глядя на это изобилие. Здесь были и доспехи, и талисманы, и предметы явно принадлежавшие ранее религиозным культам, и всевозможнейшее оружие, бутылки и склянки, книги и свитки пергамента, и даже кое какие предметы одежды. Так же попадались в глаза вещи, назначение которых Арвигель не мог даже примерно определить. Действительно без подсказки вампира трудно было бы даже просто просмотреть всю эту уйму предметов.
   Арвигель расслабился, выгнал из головы все лишние мысли и неплотно прикрыв глаза пошёл вдоль ряда. Первый предмет он услышал довольно быстро. Кан-Нарви почувствовал лёгкое вмешательство извне в свой разум, и открывшись ему пошёл за ним на право в следующий ряд. Там он нашёл откуда исходит зов. Это был чёрный диск исполненный из аралаза. Диск был вложен в чёрный кожаный чехол с ремнями. Арвигель взял диск в руки и достал из чехла. Одна сторона диска была испещрена магическими символами, с другой стороны свисали две пары ремешков, без каких либо видимых следов застежек.
   - Ладно кан-Урлаг поможет разобраться что это такое. - проговорил Арвигель и пошёл дальше.
   Второй предмет он услышал пройдя уже половину кладовой. Это был меч. Тонкий и лёгкий, с лезвием из странного металла, отливающего желтизной, меч ни как не был украшен, зато был прекрасно сбалансирован и имел гибкое, но крепкое лезвие. Это было великолепное оружие, и как раз таким типом мечей Арвигель владел лучше всего.
   Третий предмет нашёлся сразу после меча. Это был талисман в виде зеркала в серебряной оправе. Сзади на оправу были нанесены символы неизвестные Арвигелю. И сама зеркальная поверхность была весьма странной - она ни чего не отражала. К талисману крепилась тонкая серебряная цепочка, и поэтому Арвигель сразу повесил его на шею.
   Собрав все три предмета Арвигель покинул хранилище и подошёл к конторке и улыбнулся вампиру-кладовщику.
   - Вы так быстро? Ну и славно, давайте я отмечу артефакты которые вы взяли. - кан-Урлаг достал откуда-то снизу толстенный фолиант, сдул с него пыль и приготовился записывать. - Так что тут у нас. Это Великий Щит Морлака, предмет номер триста семьдесят один.
   - Почему - Великий Щит? - удивлённо спросил кан-Нарви. - Он ведь чуть больше моей ладони в диаметре.
   - Первое впечатление обманчиво кан-Арвигель, Щит Морлака сам меняет свой размер и форму исходя от боевой ситуации. А ремешки на чехле и самом щите. - продолжил вампир предвидя следующий вопрос. - накрепко закрепляются там где вы захотите. Но лучше всего его крепить к бедру. Так удобнее всего будет его доставать.
   Арвигель взял диск в руки и поднёс его к левому бедру. Ремни на чехле тут же как живые щупальца обвились вокруг ноги. Чехол прикрепился очень удобно, не давил и не мешал.
   - Второй артефакт. - тем временем продолжал кан-Урлаг. - меч Разящий Луч, предмет номер тысяча сто тридцать пять. Этот меч был создан одним из Светлых богов, он в него вложил силу светила своего мира, поэтому клинок невероятно смертелен для созданий Тьмы, которых обычное оружие не берёт. Кстати кан-Нарви, щит был создан тёмным архимагом Морлаком и в него вложена мощь Тьмы.
   - Спасибо за предупреждение.
   - Третий предмет... Подождите-ка, кан-Нарви это точно из Кладовой Артефактов?
   - Да, конечно.
   - Странно, я его не знаю, и в описи его нет... Ну ладно, раз он точно лежал внутри, то я его опишу, присвою номер и запишу что вы его взяли.
   Ещё несколько минут Арвигель наблюдал как кладовщик скрипел пером.
   - Ну всё формальности закончены, можете пользоваться своими предметами. - кан-Урлаг оскалился и добавил. - но удачи желать не буду. Мы хоть и делаем одно дело, но по разные стороны баррикады.
   - А я не когда про это не забываю кан-Урлаг. До свиданья.
   Арвигель покинул Кладовую Артефактов, и направился к себе собираться перед отбытием.

*******

   Через пятнадцать минут Арвигель добрался к своей комнате. Зашёл внутрь, бросил на кровать новоприобретённые артефакты и выдвинув из-под своего ложа небольшой сундук приступил к сборам в дорогу.
   Кан-Нарви встал перед сундуком на колени, приложил левую ладонь к замку и тихо пробормотал слово-ключ. Замок щёлкнул и рыцарь откинул крышку. Если кто-нибудь попробовал бы взломать сундук, или открыть отмычкой замок, то сразу же вдохнул бы облачко спор гриба "зуу". Резервуар со спорами спрятан под одним из завитков железной обивки сундучка и при любой попытке взлома споры выбрасывались в воздух. И неудачливый взломщик проспал бы безмятежным сном пока его не нашли. Это была излишняя предосторожность для Деймора, но Арвигель считал что лучше перестраховаться, чем недосчитаться чего-нибудь из вещей.
   Из сундучка кан-Нарви достал меч в потрёпанных ножнах, кольчугу добротной гномьей работы, кожаную подкольчужную рубаху и видавший виды дорожный заплечный мешок.
   Арвигель разделся по пояс, обнажив жилистый торс, и одел кожаную рубаху и сверху кольчугу. Кольчуга была сработана из хитро переплетенных стальных колец. Она опускалась почти до колен и закрывала руки по локоть. Арвигель снова присел, запустил руки в сундук и достал два кожаных нарукавника усеянных небольшими, смотрящими в разные стороны, крючьями. Этими крючьями можно было ловить лезвия вражеского оружия и разоружать противника. Арвигель закрепил нарукавники на предплечьях и продолжил сборы.
   Он достал из потрёпанных ножен меч.
   - До свидания старый товарищ, надеюсь ещё увидимся. - тихо проговорил кан-Нарви и положил меч в сундук.
   Арвигель взял в руки Разящий Луч и вложил его в ножны. Одел перевязь с мечом, так что меч оказался за спиной, и проверил легко ли он выходит из ножен. Прикрепил к левому бедру Великий Щит Морлака и повесил на шею цепочку с талисманом.
   Осталось дело за малым. Арвигель взял дорожный мешок, развязал завязку и высыпал содержимое на кровать. В мешке лежал кошель с золотом в необработанных самородках, томик с заклинаниями и целая куча каких-то фигурок, талисманов, пёрышек, косточек, коробочек с порошками и прочими атрибутами обрядовой и призывательной магии. Арвигель тщательно перебрал предметы, отложил обратно в сундук, то что посчитал не нужным грузом. Остальное собрал в мешок, завязал его, и решив что сборы окончены, закрыл сундук.
   Арвигель встал ногой задвинул сундук под кровать и окинул комнату прощальным взглядом.
   - Да, какое-то время мне будет не хватать этого скромного жилья. - сказал он, прощаясь с помещением.
   Постояв ещё чуть-чуть он накинул дорожный серый плащ и взяв в руки мешок вышел из комнаты. Быстро шагая Арвигель направился к выходу из Деймора. До встречи с Тавлиусом осталось не много времени и по этому надо было поторопиться.

*******

  
   Три часа по полудни уже минуло, а Арвигель ещё не дошёл до назначенного места встречи. Пришлось ему закинуть мешок за спину и прибавить ходу. Кан-Нарви терпеть не мог опаздывать. А было ясно, что минут на пятнадцать он не успевает, и это ему сильно не нравилось.
   Наконец-то улица расступилась и показался западный выход из города. Выходом это место можно было назвать только формально. Ни стен, ни ворот не было - просто город заканчивался и начиналась дорога, рассекающая лес в западном направлении. И в самом начале дороге нервно расхаживал кир-Тавлиус Дер-наг.
   Арвигель быстрой походкой подошёл к юноше.
   - Извини за опоздание, со мной такое редко бывает. - запыхавшись от быстрой ходьбы сказал Светлый рыцарь.
   - Ничего страшного, это всего лишь какие-то пятнадцать минут.
   - Ну что же, тогда пошли за мной. Тут есть хорошее место для отправления.
   Кан-Арвигель Нарви поправил мешок и быстро зашагал в сторону леса. Тавлиус подхватил свою поклажу и поспешил вслед за ним. Они не много прошли вдоль кромки леса и увидели неширокую, но хорошо протоптанную тропинку. Арвигель тут же уверенно свернул на неё.
   Тавлиус уже знал куда приведёт их эта тропка. Она чуть пропетляет среди невысоких и кривых хвойных деревьев, из которых состояли здешние леса, и выведет на небольшую полянку. Поляна будет идеально круглой, и на ней будет полностью отсутствовать растительность. Тавлиус уже ни раз путешествовал между мирами, когда во время обучения отправлялся на полигоны созданные в Сожженных Мирах. И всегда отправка производилась с подобных полянок, которые в изобилии были разбросаны вокруг города.
   И Тавлиус не ошибся. Они минут десять пропетляли по лесу и вышли на поляну - круглую, как очерченную циркулем, и с голой ни чем не поросшей землёй. А посреди поляны опираясь на окованный железом посох стоял седобородый гном.
   - Хотели уйти не попрощавшись? - рассмеялся кан-Долимбур. - Но от меня вы не спрячетесь, по крайней мере в Дейморе.
   - Просто я знал что ты нас легко найдёшь и хотел отложить прощание на последний момент. - ответил гному Арвигель.
   - Ну тогда давай прощаться. - гном подошёл к Арвигелю и крепко обнял его. - У меня почти нет друзей среди людей, но ты гораздо лучше многих знакомых гномов. Удачи тебе кан-Нарви, я чувствую что она тебе понадобиться.
   - Спасибо тебе Дрори. - чуть дрогнувшим голосом сказал Арвигель. - Ты лучший из гномов которых я встречал.
   - А это тебе молодой человек. - пробасил кан-Долимбур и протянул Тавлиусу посох. - Я его облегчил, как и обещал вчера, теперь он по твоей руке.
   Тавлиус с благоговением принял подарок. Посох был окован железом, на котором был выгравирован растительный орнамент, а навершие было исполнено в виде оленьей головы с ветвистыми рогами. Тавлиус одновременно нажал на левый глаз оленя и один из листиков орнамента. И тут же из нижнего конца посоха со свистом выскочило лезвие, примерно в две ладони длиной. Посох превратился в подобие копья. Тавлиус взмахнул посохом, и тот запорхал в его руках. Грозное оружие рассекало воздух над головой, за спиной и перед самим кадетом, и время от времени острый конец делал резкие колющие и режущие движения - словно из засады жалила змея.
   - Да действительно он стал по моей руке. - сказал Тавлиус и прекратив свой смертельный танец вложил лезвие внутрь посоха. - Большое вам спасибо кан-Долимбур, лучшего оружия у меня не было.
   От упражнений с посохом полы плаща Тавлиуса разлетелись в стороны и полностью обнажили скрывавшийся под плащом доспех. Это были кованные пластинчатые латы, добротно сработанные и не стеснявшие движений. А на груди красовался герб - на зелённом поле свернувшийся в кольцо бардовый дракон.
   Арвигель удивлённо уставился на этот герб.
   - Что это такое кир-Тавлиус? - недовольным голосом спросил рыцарь.
   - Это мой родовой герб. - проследив за взглядом Арвигеля ответил Тавлиус.
   - Я так и подумал. Но придется тебе оставить доспех здесь. Ты только представляешь скольким людям на Эймисе пришлось бы объяснять откуда появился этот твой герб? Ты только представляешь сколько могло возникнуть из-за этого проблем?
   - Ладно не кипятись ты так. - успокоил его гном. - Иди лучше начинай чертить Звезду Олвера. А ты Тавлиус снимай доспех, побудет у меня пока вы будете на Эймисе.
   Гном подошёл к молодому человеку и начал помогать ему расставаться с грудой защитного железа.
   - Пожалуй с застёжкой от плаща тебе тоже придётся расстаться. - добавил кан-Долимбур, указывая на чёрно-белые весы, эмблему Ордена, скреплявшие плащ под горлом Тавлиуса.
   - Но как же будет держаться плащ? - запротестовал парень. - Вы же не оставите меня ещё и без плаща?
   - А ты завяжи концы на узел. - крикнул ему Арвигель, не отвлекаясь от черчения. - Если постараешься, то выйдет симпатичненько.
   Тавлиус ворча что-то себе под нос отстегнул застёжку и дал её гному. Тот повертел безделушку в пальцах и сунул в карман.
   - Не волнуйся, дождется тебя твоя драгоценность в целости и сохранности. - сказал кан-Долимбур и начал неизвестно откуда появившейся в руках верёвкой связывать вместе части доспеха.
   Тем временем кан-Нарви во всю занимался начертанием Звезды Олвера. Он достал из недр мешка магикограф, и ориентируясь на отклонения его стрелки, нанёс на землю три линии. Они соответствовали трём наиболее мощным потокам магической энергии. В точке их соединения он нарисовал на земле круг, примерно полутора метра в диаметре. Потом, опираясь на те же линии энергии, Арвигель построил трёх лучевую звезду. Причём сделал это так, что круг оказался аккуратно в неё вписан. Арвигель отошёл на два шага назад и критически осмотрел своё творение.
   - Тавлиус! Давай мне координаты! - крикнул он через плечо.
   Подбежал Тавлиус, снявший доспехи и оставшийся в добротных серых шерстяных штанах и тоже серой шёлковой рубахе.
   - Однако хорошо одевают наших кадетов. - улыбнувшись сказал Арвигель.- Ну давай же координаты.
   Тавлиус протянул ему небольшой кусок бумаги с цифрами.
   - Так, посмотрим: ось Ро - сорок девять, ось Та - двадцать шесть, ось Кади - тридцать семь.
   Сказав это Арвигель достал из мешка рулетку и начал измерения... В конце концов у звезды появилось ещё три луча. Только в отличие от предыдущих разной длины и разного наклона.
   - Остался последний штрих. - сказал Арвигель и начал писать руны внутри лучей звезды.
   - Кан-Арвигель Нарви. - подал голос Тавлиус. - Простите, но мне кажется что луч по оси Та, должен быть на три ри короче.
   - Тебе кажется, а я точно знаю что звезда должна быть такой. Мои вычисления всегда были предельно верными. - огрызнулся Арвигель. - ну вот и всё, это последняя руна.
   Кан-Нарви отошёл от звезды и начал складывать своё оборудование в мешок. Дрори как раз заканчивал увязывать доспех, а Тавлиус, опёршись на посох, скептическим взглядом окидывал звезду.
   - Ну что же. - Арвигель закинул за плечо мешок и подошёл к гному. - Давай ещё раз попрощаемся и пора в путь.
   - До свидания мой дорогой друг. - сказал кан-Долимбур и крепко пожал человеку руку.
   - До свидания мой любимый гном. - Арвигель улыбнувшись похлопал Дрори по плечу и направился в круг в центре звезды.
   - До свидания молодой кадет! Желаю тебе поскорее стать рыцарем! - крикнул гном Тавлиусу.
   Молодой человек молча поклонился гному и встал в круг рядом с Арвигелем.
   Арвигель поднял перед собой руки и начал нараспев произносить заклинание. Одна за другой, ярким зелёным светом, начали загораться руны. Воздух закрутился вокруг звезды и в одно мгновенье обратился в бешеный вихрь. Подхваченная взбесившимся воздухом пыль вращалась всё быстрее и быстрее, и всё быстрее Арвигель бросал слова заклятья. Вдруг вихрь резко сжался в неистово кружащуюся сферу. Сфера нестерпимо ярко засветилась зелёным светом и исчезла. С ней исчезли и оба стоявших в ней человека.
   - Ещё раз до свидания друзья. - тихо проговорил гном. - Счастливого вам пути.
   Кан-Долимбур постоял, поглаживая свою седую бороду, взял связанный верёвкой доспех Тавлиуса и направился к лесу. Вдруг налетел порыв ветра и зашумел кривенькими деревцами. В какой-то момент гном боковым зрением увидел что над звездой мечется какая-то тень. Дрори резко развернулся и ни чего не увидел.
   -Странно, показалось что ли? - пробормотал он себе под нос.
   Он подождал минут десять, но ни чего не произошло. Кан-Долимбур закинул доспех за спину и направился в сторону Деймора.
   А ещё через десять минут тень вернулась и начала метаться над звездой, словно высматривая или вынюхивая что-то одной ей известное. И если приглядеться к ней по внимательнее, то можно было заметить, иногда показывающиеся, небесной синевы глаза.

ГЛАВА 3

   Весна полностью вступила в свои права. Тёплое ласковое солнце согревало воздух и землю. Мягкий солнечный свет играл на невысокой, но сочной траве, на листьях в небольшой берёзовой роще, и на мелких волнах неторопливо текущей реки. Из зелёной травы смотрели на мир, радостными жёлтыми глазами, сотни одуванчиков. Природа полностью ожила после зимы и жизнь так и кипела вокруг. Щебетали пташки, стрекотали кузнечики, жужжали жуки и букашки - все эти звуки переплетались и сливались в цельную гармоничную песнь жизни.
   И вдруг всё вокруг умолкло. Раздался громкий треск, и с абсолютно чистого неба ударила молния. С берёзовой рощи сорвалась стайка испуганных птиц. В воздухе разнёсся смешанный запах озона и гари. На месте удара молнии образовался идеально очерченный круг начисто выжженной земли. В центре круга стояли два человека - сероволосый мужчина в потрёпанном дорожном плаще и юноша сжимающий в руках посох увенчанный оленьей головой.
   - Можно поздравить нас с удачным перемещением. - сказал Арвигель и сошёл с выжженной земли на молодую траву.
   - А что бывали и не удачные перемещения?
   - Возможно. Но если кто-то переместился не удачно, то врядли он об этом смог кому-нибудь рассказать. - усмехнулся Арвигель и продолжил. - ты что-нибудь читал про Эймис как я просил?
   - Да кан-Арвигель, и я взял с собой карту. Правда в координаторской была карта только северного Эймиса. - ответил Тавлиус.
   - Если бы ты не взял карту, то я сильно бы в тебе разочаровался. Давай посмотрим куда нам надо направиться.
   Тавлиус поставил на землю мешок и порывшись в нём достал аккуратно сложенную карту. Подошёл к Арвигелю и развернул её.
   - Вот здесь красный крестик к северо-востоку от Линдельма. Это координатор отметил место нашего прибытия. До Линдельма примерно лиг одиннадцать- двенадцать пешком. Вон та речка по-видимому Ортал. - Тавлиус указал рукой на протекающую рядом речушку. - Нам надо идти вниз по течению и выйдем к Линдельму.
   - Молодец. На местности мы сориентировались, теперь быстрее в путь. - Арвигель поудобней подхватил поклажу и зашагал в указанном направлении.
   Тавлиус торопливо убрал карту в мешок и пошёл вдогонку за рыцарем. Довольно быстро он поравнялся с Арвигелем и сбавил темп.
   - Ну Тавлиус, путь нам предстоит не близкий, расскажи-ка что ты прочитал об Эймисе. - обратился к оруженосцу Арвигель.
   - Узнал я не сильно много, но и это я думаю нам пригодиться. - начал свой рассказ Тавлиус. - На Эймисе два больших континента - Северный и Южный. Мы сейчас на Северном, здесь есть три крупных государства и много диких земель. Южный континент был в глубокой древности опустошен войной между местными богами. На данный момент там громадные джунгли, про которые говорят, что если зайдешь под тень их листьев на одном берегу, выйдешь уже только на другом берегу континента. Джунгли скрывают огромное количество древних руин и множество смельчаков рвутся туда в поисках сокровищ. Но всё равно информации о Южном континенте крайне мало. Город в который мы направляемся является столицей королевства Линур. Королевство это живёт за счет торговли и находиться в мире с соседями. В Линуре пять крупных городов: Слот, Тарог, Кедал, Кан-керен и Линдельм. Королевство имеет довольно большую регулярную армию. Магию подмяла под себя Гильдия Чудотворцев. Все кто хочет колдовать в приделах Линура должен получить лицензию от Гильдии, иначе его ждут большие неприятности. Правда все эти сведения довольно старые, что-нибудь могло измениться.
   - Врядли. Это спокойный мирок - в таких редко бывают сильные перемены. Что ещё ты можешь рассказать про Северный континент?
   - Континент делит на две части высочайшие Тройные Горы. Пересечь их без риска для жизни можно только по Подземному Тракту. Тракт построен и контролируется сильным кланом гномов, попавших на Эймис тысячи лет назад во время Великой Миграции их расы по Соцветию. Они находятся в союзе с несколькими племенами горных великанов, и вместе представляют из себя силу которую почти невозможно победить. Поэтому на протяжении веков гномы диктуют свои условия в торговле между Линуром с западной стороны гор и Талихатом с Сатодландом с восточной стороны.
   - И что нет другого пути что бы преодолеть горы?
   - Можно обойти их. Но это во-первых громадное расстояние, а во-вторых очень опасно. Поэтому гномы и богатеют собирая пошлину с путешествующих по Подземному Тракту торговцев. И к их слову всегда прислушиваются другие государства. Ведь если гномы закроют Тракт, то Северный Эймис охватит экономическая катастрофа.
   - А морской путь?
   - С моря товары получает Линдельм. А вдоль восточного побережья судоходство почти невозможно. Море там изобилует мелкими островами и коварными рифами. Крупные суда там не пройдут. Плавают там только рыболовы островитяне на небольших юрких лодках.
   - Да, интересный расклад. - задумчиво проговорил Арвигель. - А что за древняя война богов, про которую ты упоминал.
   - Про это написано мало. Какой-то тёмный бог подчинил себе других божков послабее, и собрав на Южном континенте громадное войско задумал подмять под себя весь Эймис. Но этому помешал внезапно пришедший в этот мир бог Сатод. Он наделил большой мощью своих последователей и вместе они разгромили тёмную рать. Бог тьмы пал, имя его стёрлось из памяти народов, а порабощенные им божки затаились и попрятались где-то за пределами мира. Служители Сатода создали сильную церковь, а затем и церковное государство - Сатодланд. На данный момент это самая могучая военная сила на Эймисе. Кое-где в глуши до сих пор спрятаны храмы и капища старых богов, но служители Сатода непрестанно ищут их и уничтожают. Это всё что я знаю.
   - Это даже больше чем я ожидал,- с улыбкой сказал Арвигель. - Даже удивительно как ты успел так много прочитать.
   - На первых курсах Академии нас учили быстрому чтению, разве вас кан-Арвигель этому не обучали? - удивлённо спросил Тавлиус.
   - Я попал в Орден не через Академию.
   - Разве такое возможно?! - удивление молодого человека достигло предела.
   - Да такое иногда возможно. - уклончиво ответил Арвигель. - А если будешь хорошим мальчиком когда-нибудь расскажу как это произошло.
   Какое-то время они шли молча...
   - Я поразмыслил о том что ты рассказал, и вот какой у нас будет план действий. - прервал молчание Арвигель. - В этом мире Орден Равновесия официально не известен, поэтому нам нужна легенда. Для начала она будет такой: ты молодой маг, хочешь начать практику в Линуре, для этого мы и пришли в Линдельм, что бы получить лицензию в Гильдии Чудотворцев. Ну а я твой слуга-телохранитель. Поэтому забудь отныне обращение "кан", ну а я в свою очередь на людях буду очень уважительно обращаться к своему молодому хозяину, как и подобает преданному слуге. На первое время это подойдет, а потом смотря по ситуации выдумаем что-нибудь получше.
   - Мне это нравиться. - рассмеялся Тавлиус. - Великий и ужасный кан-Арвигель Нарви - мой слуга.
   - Ладно сильно не зазнавайся, я просто развязываю себе руки. Меньше внимания к моей скромной персоне - больше свободы действий. - в ответ рассмеялся Арвигель. - А сейчас выполни последний на ближайшие дни приказ: сходи вон к тому рыбаку и уточни дорогу.
   На берегу реки сидел мужчина и удил рыбу. Тавлиус положил свои вещи на траву и побежал к нему. Какое-то время Арвигель наблюдал как рыбак, оставив удочки и живо жестикулируя, что-то объяснял оруженосцу. Потом Тавлиус благодарственно пожал мужчине руку и побежал обратно.
   - Помните Арвигель я говорил вам что ось Та должна быть на три ри короче?
   - Помню, а что случилось?
   - Оказалось я был прав. Нас выбросило не возле Линдельма, а возле Слота. И до Линдельма более недели пути пешком.
   - Великое Равновесие!!! - Арвигель был ошарашен новостью. - Ну что же, теперь у нас есть веская причина прибавить ходу. В какой стороне Слот?
   - Нам надо всё так же идти вдоль реки. А от Слота к Линдельму проложен большой торговый тракт.
   - Тогда поторопимся молодой хозяин! - весело бросил Арвигель и зашагал в два раза быстрее.
   Тавлиус догнал его и протянул свой мешок.
   - Как моему слуге, тебе Арвигель придется нести мою поклажу. А то мы не соответствуем образу.
   - Быстро же ты учишься. - рассмеялся Арвигель и принял Тавлиуса мешок. - Ладно, шутки в сторону, надо поторопиться. До темноты нужно поспеть в Слот.

*******

  
   Вайнора Неустрашимая с полузакрытыми глазами лежала на мягком диване. С нескрываемым удовольствием она потягивала из золотого кубка тёплую солоноватую кровь. Время от времени она делала чуть заметный знак рукой и стоявший рядом с ней прирученный вытирал бордовым полотенцем её губы. Ещё один прирученный был подвешен за руки к потолку, по центру комнаты. Из ран на его рёбрах сочилась кровь, и стекая по ногам капала в большую каменную чашу, стоявшую на земле. При этом он смотрел на Вайнору с таким обожанием, что казалось, попроси она его отдать всю свою кровь и он без колебаний выжмет из себя всё без остатка.
   Обстановка была почти идеальной - неяркий свет факелов, вкус свежей крови на губах, сырой успокаивающий запах земляного пола. Только одного не хватало Вайноре - впиться клыками в горло и увидеть предсмертный ужас в глазах жертвы. Ох как ей не хватало настоящей охоты! Уж слишком давно Ночной Народ утоляет жажду кровью приучённых. Много сотен лет назад вампиры устав от гонений построили подземные Гнёзда и затаились в них. Сырость, тьма и покой - что может быть лучше. А потом в одном Гнезде нашли способ приручать людишек и жизнь обратилась в сплошное удовольствие. Отряд охотников ловил несколько людишек, потом им в кожу головы вживляли две аралазовые пластины с начертанными на них рунами покорности, и после этого человечишка превращался в послушный домашний скот, бесконечно обожающий своих хозяев. Со временем прирученных стали разводить. Кровь с них сцеживали рационально, и потребность в охоте как-то постепенно отпала. Большой мир забыл о вампирах, и Ночной Народ оставили в покое. Человек вколачивающий тебе кол в сердце стал просто мифическим пугалом. Но как же хотелось Вайноре, как в старые добрые времена, перегрызть кому-нибудь глотку. Ну ни чего прейдет время, Гнёзда наберут полную силу и вернуться Ушедшие Покровители. И тогда Ночной Народ заставит мир стать на колени. А пока надо наслаждаться тем что есть.
   Вайнора ещё раз пригубила кубок. Жажду она уже утолила и пить больше не хотелось. Она небрежно поставила кубок на пол. Часть крови пролилась, и рыхлая земля тут же впитала её.
   - Отцепи подвешенное ничтожество и убирайтесь отсюда! - приказала она стоявшему возле неё прирученному. Тот с готовностью бросился выполнять приказ.
   Загрохотали цепи - один прирученный снимал другого.
   - Давай поторапливайся, я хочу побыть одна! - прикрикнула Вайнора.
   Прирученный уложил своего товарища на пол и начал перевязывать ему раны на рёбрах, заранее приготовленным тряпичным бинтом. Вампиры заботились о том что бы их пища не теряла слишком много крови.
   - В бараке перевяжешь! Выметайся вон! - сорвалась на крик вампирша.
   Она вскочила с дивана и запустила в прирученных кубком. Они тут же пятясь назад и униженно кланяясь вышли из помещения. Вайнора опустилась на диван.
   - Ну ни какой дисциплины! - раздраженно прошипела она. - Надо пожёстче относиться к этим скотам.
   Она постепенно успокоилась и выровняла дыхание. Села поудобнее, выпрямила спину и скрестила ноги. Вайнора начала тихо распевать сетрам, который начал погружать её в транс. Она делала это тысячи раз, но всё равно всегда слегка удивлялась когда время транса её тело вначале наполнялось приятным мягким теплом, затем приходила странная ни то дрожь, ни то вибрация. И от этой дрожи её астросом отделялся от физического тела, и Вайнора могла свободно перемещаться по зыбким дорогам астрала. Это было не праздное развлечение - Вайнора проверяла окрестности Гнезда. Незримым призраком перемещалась она в пространстве и видела не только тех кто топтал землю клана, но и ясно просматривала все их намерения. Это была её обязанность - обязанность Матери Охранительницы Гнезда. Вайнора уже не одну сотню лет, по праву, занимала этот пост. Она была самой одарённой среди женщин Гнезда. Ну а мужчины - всем известно что они ни на что кроме охоты не способны. А сейчас когда охота стала не нужна они и вовсе остались не у дел. Только и могут что за приручёнными присматривать.
   Так что Гнездо остается не найденным уже много сотен лет только благодаря трудам Вайноры и других женщин гнезда, волею Ушедших Покровителей наделённых способностью к магии.
   ...Вайнора всё глубже погружалась в себя. Дыхание стало почти незаметным, тепло разлилось по телу, и небольшими волнами стала прокатываться вибрация, предвещающая скорое отделение астросома от тела.
   И тут громовой стук в дверь грубо разрушил транс. Вайнора в бешенстве открыла глаза, но сразу же взяла себя в руки.
   - Войдите... - ласковым голосом промурлыкала она, для себя решив что если у потревожившего её не было на то веской причины, то тогда она заставит его глубоко пожалеть о содеянном.
   Дверь открылась и в комнату, уважительно склонив голову, мужчина вампир.
   - Прошу простить меня за беспокойство Мать Охранительница. - низким приятным голосом проговорил он. В интонации не было ни испуга, ни заискивания - только глубокое уважение. -ы Но у меня на то веская причина.
   - Какая же это причина?
   - Кровавое Зеркало. Оно ожило. Похоже что Верховная Мать хочет говорить с вами.
   - Почему только похоже?
   - Прошу простить меня Мать Охранительница, но на моём дежурстве у Зеркала первый раз произошёл вызов. Поэтому я не берусь точно сказать, что это голос Верховной Матери.
   - Ладно. Свободен. Сейчас я подойду.
   Мужчина вышел и закрыл за собой дверь. Вайнора присела на диван и прикрыла глаза. Негоже было тут же бежать к Зеркалу, надо выдержать небольшую паузу. Излишняя поспешность может привести Верховную Мать к мысли что Вайнора пытается перед ней выслужиться. А она этого не любит. Но и запаздывать не стоит.
   Вайнора встала, зачерпнула кубком кровь из каменной чаши, и одним глотком осушив его вышла из помещения.
   Быстрым шагом она направилась к Кровавому Зеркалу. Звук шагов затихал едва успевая родиться. Узкие коридоры с низкими потолками, из хитросплетений которых состояло Гнездо не давали эха, а наоборот давили все звуки в зародыше. Оставив за собой несколько поворотов Вайнора подошла к массивной двери из мореного дуба. Только такое дерево могло выдержать вечную сырость вампирского Гнезда. Возле двери стоял позвавший её вампир.
   - Проходите моя госпожа. - сказал он и распахнул перед Вайнорой дверь.
   Мать Охранительница прошла внутрь. Помещение было небольшим. По углам коптили неяркие факела, возле дверей стоял стул (на котором обычно сидел дежурный вампир), а по центру комнаты стояла громадная каменная чаша. Казалось что она выросла из земли, как какой-то диковинный гриб. Всю наружную поверхность чаши покрывали барельефы изображавшие сцены охоты, утоления жажды, сражений с людьми, гномами и эльфами. Но центральное место в композиции занимали изображения Ушедших Покровителей - некогда благоволивших к Ночному Народу богов. Это были Яттихор Безликий, сжимающий в каждой из четырёх рук по сабле, и Малдис Ненасытная с прекрасным юным телом и головой жуткого чудовища. Сама чаша была до краёв наполнена кровью. Специально заговоренная древней магией Ночного Народа эта кровь не когда не сворачивалась, и не кто уже не помнил кто и когда наполнил ею чашу. Обычно поверхность её была ровна как зеркало, но сейчас чаша бурлила разбрасывая вокруг себя кровяные брызги.
   Вайнора подошла вплотную к чаше. Бурлящая поверхность вздыбилась и приняла форму женской головы.
   - Наконец-то! Ты заставила меня ждать Вайнора! - гневно молвила кровавая голова.
   - Я пришла так быстро, как могла. - смиренно ответила Вайнора. - И я вся во внимание Верховная Мать.
   - Так-то лучше. Не люблю ждать когда надо обсудить важные дела. А сегодня разговор как никогда важный. У меня новость. Наверное самая значимая во всей истории Ночного Народа.
   - Как, неужели?!! - не сдержалась Вайнора.
   - Да, ты правильно меня поняла. - резко осадила её Верховная Мать.- Ушедшие Покровители вернулись. Накопив силу за пределами мира они вернулись что бы вести нас к победам. Я лично была удостоена внимания Великой Малдис. Её аватара говорил со мной. Закончилось время игры в прятки! Теперь вампиры снова вселят ужас в сердца живущих днём. И тебе Вайнора выпала честь первой начать наш путь к славе и победе.
   Вайнора склонив голову внимательно слушала и только яркий блеск в глазах выдавал какое волнение она сейчас испытывает.
   - Великая Малдис дала нам задание которое надо выполнить что бы полностью вернуть её благосклонность. И выполнять его выпала честь тебе. В окрестностях твоего Гнезда ошиваются двое людишек. Один из них молодой колдун, второй - зрелый воин. Оба они наделены довольно большой силой, столкнувшись сними ты не ошибешься. Можешь даже не пытаться найти их через астрал, они оба закрыты от слежки таким способом. Молодого надо уничтожить, второго пленить. Возьмёшь лучших охотников. Поедешь с ними сама и будешь всё контролировать лично. В случае провала Малдис будет очень разгневана. Можешь представить какие последствия тебя тогда ждут. На этом всё. Желаю удачной охоты.
   - Можете не сомневаться всё будет выполнено. Малдис будет довольна,- радость Вайноры была нескрываема.
   - Иди и действуй! - сказала Великая Мать и её голова погрузилась в чашу. Поверхность перестала бурлить и стала идеально ровной. И в ней действительно, как в зеркале, отразилась окружающая обстановка.
   Вайнора развернулась и вышла из помещения. Стоявший за дверью вампир не мог скрыть своего радостного волнения. Видимо он слышал содержание разговора.
   - Обойди всех мужчин. - бросила ему Мать Охранительница. - Пусть в полном вооружении соберутся в большом зале.
   Вампир поклонился и тут же бросился выполнять распоряжение госпожи.
   А сама Вайнора направилась в сторону бараков для приручённых. Как сказала Великая Мать - время игры в прятки окончено. И теперь наконец-то можно позволить себе перегрызть пару глоток...

*******

  
   Арвигель с Тавлиусом вошли в Слот когда солнце уже почти зашло за горизонт. Пройдя половину пути к городу они вышли на большую наезженную дорогу и по этому сапоги и плащи путников покрывал изрядный слой дорожной пыли. Тавлиус выглядел довольно уставшим, а по улыбчивому лицу Арвигеля можно было решить что он совершил приятную прогулку.
   Город уже начал отходить ко сну. Улицы опустели, тьма вползала в переулки, тени плясали под фонарями и открытыми окнами. Одинокие прохожие торопились по своим делам, доносилась издалека пьяная песня каких-то загулявшихся горожан, сквозь которую пробивалось бряцанье доспехов начинающей свой ночной дозор стражи.
   Арвигель с Тавлиусом остановились в начале улицы и начали осматриваться, пытаясь определить куда же им теперь идти. Их окружали одноэтажные, угловатые глинобитные дома. Видимо строительный лес и камень были здесь в дефиците и основным материалом для зданий служила глина смешанная с высушенными стеблями какого-то тростника. Особой фантазией местные архитекторы не блистали - все дома были похожи друг на друга как жёлуди с одного дуба. Хоть как-то отличались от общеё массы только те дома, хозяева которых желая выделиться, покрывали стены затейливой росписью. Покрутив какое-то время головами товарищи поняли что без помощи местных жителей постоялый двор им и до утра не найти.
   - Молодой хозяин, подождите здесь, а я пойду, узнаю у кого-нибудь где мы сможем переночевать. - сказал Арвигель, полностью соответствуя роли слуги, и положив поклажу на землю направился к проходящему мимо горожанину.
   - Добрый вечер уважаемый! - обратился Арвигель к мужчине одетому в простую, но добротную одежду, из домотканой ткани.
   - Э-э-э, ну добрый, если эта, не шутишь. - нехотя ответил тот, с большим трудом выжимая из себя слова.
   - Не могли бы вы подсказать где два уставших путника могут найти себе ночлег. - Арвигель уже понял что обращаться к этому индивидууму надо было куда проще, но менять стиль речи было уже поздно.
   - А то... Чё б не подсказать? Вон тама завернёшь на лево, а потом эта, топай прямо, пройдёшь с пяток домов, увидишь вывеску... как её там...э-э-э...эта - "Путеводная звезда". Там сможешь пожрать, поспать и всякое такое. Да и девки там есть - загляденье. - мужик издал похотливый смешок. - Ну ты, того, шагай, а то я тороплюсь - старуха дома ждёт.
   - Спасибо. - буркнул в ответ Арвигель и вернулся к Тавлиусу.
   Тавлиус со скучающим видом рассматривал окружающие со всех сторон постройки-блезницы.
   - Направление я выяснил можно идти дальше. - сказал кан-Нарви и подхватив мешки со скарбом бодро зашагал вперёд.
   Тавлиус неспеша пошёл следом. Вид у него был крайне недовольным - окружающая со всех сторон безликость вызывала у молодого человека острейшее раздражение.
   Следуя указаниям путники быстро нашли постоялый двор. Здание было немного больше соседних домов, изнутри доносился гул голосов и бряцанье посуды, а над входом болталась деревянная вывеска с грубо намалеванной звездой.
   - Да, ну и глушь... - пробормотал Тавлиус.
   - Ничего, главное что спать будем под крышей. - усмехнувшись ответил Арвигель. - Такое удовольствие нам ещё не скоро представиться.
   После этих слов он толкнул дверь и первым вошел внутрь.
   Внутренности "Путеводной звезды" оправдали все худшие ожидания Тавлиуса. Осмотревшись вокруг он брезгливо перекривился. Небольшой зал был буквально пропитан табачным дымом, запахом дешевого вина и прокисшего пива. К этому букету примешивались ароматы кухонной гари и каких-то нечистот. Стены и потолок видимо не когда не мылись - их покрывал застарелый слой факельной копоти. В зале стояло всего два длинных общих стола, вдоль которых протянулись лавки. За столами сидели люди - по-видимому проезжие торговцы. Все они были увлечены едой и беседой, и не обратили на вошедших внутрь товарищей не малейшего внимания. Впрочем как и прислуга.
   Желание поскорей поесть и отдохнуть заставило Тавлиуса взять инициативу в свои руки. Увидев девушку в переднике со следами жира и пятнами от вина, он яростно замахал рукой, подзывая её к себе. Она тут же подошла к Тавлиусу, не выявив правда при этом особой поспешности.
   - Как я могу увидеть хозяина этого бардака? - резко спросил он у неё.
   Девушка окинула их оценивающим взглядом, который зацепился на посохе с оленьей головой и рукояти меча, торчащей из-за правого плеча Арвигеля. И видимо решила что лучше с этими незнакомцами не спорить.
   - Хозяин занят, но я его сейчас позову. - она выдавила из себя улыбку и развернувшись на каблуках и неспешно скрылась за дверью, ведущей скорее всего на кухню.
   Через несколько минут из-за этой двери показался хозяин "Путеводной звезды". Это был высокий, толстый, розовощёкий здоровяк. Вытерев руки о засаленный фартук он расплылся в добродушной улыбке и грузной походкой направился к гостям.
   - Господин маг и господин воин хотели меня видеть? - он просто излучал из себя доброжелательность, и казалось что встречал он не неизвестных путников, а родных отца и мать.
   Но на Тавлиуса это не подействовало, и он продолжил ломать комедию.
   - Меня зовут Тавлиус Дер-наг. - резко сказал он. - а это мой телохранитель. Нам нужна лучшая комната и хорошая еда.
   С этими словами он развязал кошелёк и бросил на край стола, стоявшего рядом с ним, несколько золотых монет. У Арвигеля, который с улыбкой наблюдал за происходящим, при виде этих монет резко изменилось выражение лица. Монеты были Орденской чеканки. На одной стороне были изображены весы, на другой девиз Ордена: "Блюдя гармонию сохраняем жизнь". Хозяин таверны сгрёб пухлой ладонью монеты и начал удивлённо их рассматривать.
   - С юга что ли? Из затерянных руин? - спросил он у Тавлиуса.
   - Правильно угадал. - ответил тот.
   - То-то я и смотрю что незнакомые совсем монеты. - здоровяк прикусил один золотой кружок зубами. - Но золото оно и для квенди золото. Пройдёмте за мной, я покажу вам самую лучшую комнату.
   Хозяин повёл их через зал. В конце помещения обнаружилась дверь, которая вела в коридор. По правую сторону коридора располагались двери в гостевые комнаты. В левой стене были прорезаны окна с мутными, давно не мытыми, стёклами. Лунный свет пробивавшийся снаружи пачкался об эти стёкла и приобретал какую-то болезненную желтизну.
   Коридор заканчивался деревянной винтовой лестницей ведущей на второй этаж. Лучшая комната "Путеводной звезды" находилась наверху. Арвигель первым пошёл за трактирщиком по лестнице. За ним брезгливо озираясь по сторонам и стараясь не прикасаться к стенам и перилам начал восхождение Тавлиус. Рассохшиеся ступени слегка поскрипывали под ногами. Причудливыми силуэтами расползались по стенам тени, до неузнаваемости искажённые неровным светом факелов.
   Лестница заканчивалась возле небольшой двери. Трактирщик запустил пухлую ладонь в карман своих штанов и извлёк на свет божий внушительную связку ключей. Довольно быстро отыскав нужный ключ, он отпер дверь и впустил постояльцев внутрь комнаты.
   Первое впечатление было такое, что эту комнату украли в другом постоялом дворе и примостили на крыше "Путеводной звезды".
   Обстановка была чистой и опрятной. По разные концы комнаты стояли две кровати с пуховыми перинами, окно было занавешено бутылочного цвета занавесками, под окном стоял столик, сервированный приборами на две персоны. А рядом с одной кроватью была дверь, которая (как с гордостью сообщил хозяин) вела в ванную комнату.
   - Эта комната лучшая в моём заведении. - от гордости толстяк раздулся вдвое. - она специально приготовлена для особо важных гостей. Я пришлю прислугу с ужином к вам сюда. Вы ведь не хотите трапезничать внизу с всем тем сбродом?
   - Да ты прав поужинаем мы здесь. - сухо ответил Тавлиус и прислонив к стене посох начал развязывать узел, временно заменивший ему застёжку плаща.
   - Если что-нибудь будет нужно, только позвоните в звонок. - трактирщик указал на шнурок висящий возле входной двери. - Меня кстати зовут Ровил.
   Он попятился к двери, и уже почти вышел из комнаты, как вдруг его лицо расплылось в слащавой улыбке.
   - Если господа хотят, я могу прислать прекрасных девушек, что бы они согрели ваши постели. - с заговорщицким видом промурчал Ровил.
   - Нет, не надо. - отрезал Тавлиус. - мы просто хотим отдохнуть и поесть.
   - Я вас понял, удаляюсь. - толстяк раскланялся и скрылся за дверью.
   Тавлиус подождал пока стихнет скрип ступенек и взорвался весёлым хохотом.
   - Арвигель, ты видел как я его сделал! Он просто трусился от желания нам угодить! Толстяк полностью поверил в то что мы очень важные фигуры!
   Тут он бросил взгляд на лицо Арвигеля и понял что он не разделяет веселья своего оруженосца.
   - А ты и есть важная фигура кир-Тавлиус Дер-наг! - гневно проговорил Арвигель. - Ты кадет Ордена Равновесия, и кроме дерзости и веселья должен ещё иметь мозги в голове. Ты только что расплатился орденским золотом и этим расписался в своей принадлежности к Ордену. Теперь если кто-либо будет нас искать, у него будет хорошая зацепка что бы выйти на наш след. Как вообще в твою светлую голову могла прийти идиотская мысль взять с собой монеты орденской чеканки, после того как я заставил тебя оставить в Дейморе доспех и застёжку от плаща!?!
   С Тавлиуса веселье как ветром сдуло.
   - Извините кан-Арвигель, я не подумал. - начал оправдываться оруженосец. - И ведь Ровил сам сразу определил что монеты из южных руин. Я на то и рассчитывал, что желая показаться умным он сам придумает происхождение моего золота и мне надо будет только подтвердить его "верную" догадку.
   - Но ты не подумал что Орденское золото оставит за нами чёткий след. - Арвигель уже взял себя в руки и говорил спокойно. - Впредь попрошу тебя поразмышлять получше прежде чем делать что-либо.
   Арвигель снял плащ, бросил его на спинку кровати и подошёл к окну. Постоял недолго, глядя в темноту за стеклом и когда он развернулся к Тавлиусу на его лице уже опять светилась неподражаемая улыбка. Светлый рыцарь не любил копить отрицательные эмоции и быстро отпускал от себя гнев.
   - А актёр ты действительно хороший. - рассмеялся он. - На кухне сейчас наверное полный аврал - готовят изысканные блюда для грозного мага и его телохранителя.
   Тавлиус, увидев что Арвигель оттаял, заметно оживился. Он достал кошелёк и высыпал из него остаток злополучных монет на стол. Образовалась внушительная кучка. Тавлиус прикрыл глаза и забормотал слова заклятья. При этом его пальцы быстро переплетались в "фигурах силы" - сложных комбинациях, помогающих упорядочить потоки магической энергии испускаемой магом. Золото, сваленное в кучку, задрожало, словно превратилось в странное золотое желе, и начало менять форму. Казалось как будто чья-то невидимая рука покомкала его, так вроде и не золото это вовсе, а куски податливой глины. Поток силы прервался, действие заклятья закончилось и на столе лежала не кучка монет, а комочки металла ни чем не отличимые от природных самородков.
   - Больше такая ошибка не повториться. - с довольным лицом сказал Тавлиус.
   - Интересные вещи ты умеешь. - проговорил Арвигель, рассматривая продукт недавнишнего колдовства. - А обратно превратить сможешь?
   - Нет, обратно не смогу. Это слишком сложно для моего уровня владения магией. Легко превратить что-то в бесформенное, а вот бесформенное во что-то - тут надо иметь куда большое умение чем моё.
   Ступеньки предательски скрипнули, сообщая о том что к дверям кто-то подошёл. Дверь распахнулась и в комнату вошла миловидная девушка в чистом (наверное для таких случаев храниться) переднике и с плотно заставленным разносом в руках. Она молча подошла к столу, быстро расставила на нём яства, многообещающе стрельнула глазами Тавлиусу, а потом Арвигелю, но поняв что господа не собираются уделить ей большего внимания, низко поклонившись вышла из комнаты.
   На стол были выставлены: большой горшок с ароматно пахнущим жарким, плошка с жареными грибами, свежие овощи, добрый кус сыра и свежеиспечённый хлеб с замечательной хрустящей корочкой. Довершал натюрмортную идиллию кувшин довольно прилично пахнущего красного вина.
   - Давайте молодой хозяин, умоемся с дороги и приступим к ужину. - Арвигель подмигнул юноше и направился в ванную комнату.
   Закончив умывание товарищи приступили к ужину. Еда оказалась на удивление вкусной, вино было довольно приятным на вкус.
   - Думаю что благодаря разыгранной тобою сценке, мы сейчас едим ужин, который должен был затеряться в чреве Ровила. - с набитым ртом проговорил Арвигель.
   - Я тоже не думаю что здесь так кормят всех постояльцев. - согласился Тавлиус.
   И они действительно были не далеки от истины.
   Покончив с едой товарищи легли каждый на свою кровать. Пройденный за день путь дал о себе знать и не прошло и десяти минут как оба они заснули таким крепким сном, какой приходит только к детям и праведникам. Сон их был так крепок, что не один не проснулся когда дверь в комнату тихо отварилась и вошла служанка. Стараясь не шуметь, она собрала посуду на разнос и тихо вышла из комнаты и больше за эту ночь их ни кто не беспокоил.

*******

  
   Низкие кудлатые тучи устали изливать из себя дождь. Выжав из себя последнюю жалкую порцию влаги тучи начали нехотя уползать на север. По одному стали пробиваться солнечные лучи, насквозь пронзая уставшую плоть небесных поливалок. И наконец прорезав себе дыру нужного размера на землю радостно взглянуло утреннее солнце. Немного посопротивлявшись дождевая завеса полностью ушла на север, и на умытую дождём землю хлынул яркий поток солнечного света.
   Протиснувшись через небольшой зазор между шторами, солнечный луч осветил комнату и упал на лицо, до сих пор спавшего Тавлиуса. Тот недовольно поморщился и нехотя открыл глаза. Потерев ладонями заспанные очи молодой маг откинул одеяло и встал с кровати.
   На столе стоял не тронутый лёгкий завтрак. Постель Арвигеля была застеленной. Его плащ, кольчуга и рубаха весели на прибитой к стене вешалке. Зато отсутствовал меч.
   Тавлиус одел штаны и подошёл к окну. Раздвинул шторы и выглянул наружу. Из окна открывался вид на внутренний двор "Путеводной звезды". Двор был довольно большой. По периметру располагались хозяйственные постройки: конюшня, хлев, курятник, амбар и ещё несколько небольших глинобитных построек. А посреди двора раздетый по пояс Арвигель упражнялся с мечом, оттачивая своё боевое искусство. Он с невероятной скоростью рубил и колол, вращал меч в веерной защите и наносил хитрые обманные удары. С какой-то просто животной грацией он прогибался назад, перетекал в низкие позиции, взлетал в воздух, совершая головоломные прыжки противоречащие закону притяжения. При этом он успевал наносить удары ногами и свободной от меча рукой. Боевое искусство Арвигеля было просто великолепно.
   Тавлиус заворожено смотрел на этот смертоносный танец: "Да. - подумал он. - пока я дрыхну Арвигель своим владением мечом поверг в шок всех постояльцев трактира". В это время светлый рыцарь совершил особо головокружительный прыжок, в воздухе рубанул мечом и нанёс удар ногой по невидимому противнику. Приземлившись Арвигель сделал несколько молниеносных уколов и принял боевую стойку. Побыв несколько мгновений в стойке, Арвигель вложил меч в ножны и направился к входу в постоялый двор.
   Только тут Тавлиус заметил что кроме него ещё с десяток человек, подперев спинами стену дома, восторженно наблюдают за упражнениями его спутника. Один из них, невысокий бородатый мужичок, быстрым семенящим шагом подошёл к Арвигелю и начал оживлённо что-то с ним обсуждать. Тавлиусу стало неинтересно наблюдать за происходящим и он удалился в ванную комнату.
   Когда он закончил утренний туалет и вышел из ванной, Арвигель уже сидел на стуле и с аппетитом поедал бутерброд с большим куском сыра.
   - Я уже было решил что ты надумал доспать в ванной. - пошутил кан-Нарви.
   - Я заснул ненадолго, но твой громкое чавканье разбудило меня. - в тон ответил ему Тавлиус.
   - Ну можешь теперь почавкать ты, а я пойду, смою с себя грязь. - сказал Арвигель и запихнув остатки бутерброда себе в рот прошёл в ванную.
   Забрызгаться грязью он умудрился буквально по уши.
   Какое-то время раздавался шум воды и довольное фырканье.
   Когда Арвигель вышел из ванной, Тавлиус уже поел.
   - Ты позавтракал. - сказал Арвигель и взял в руки подкольчужную рубаху. - Это хорошо, собирай вещи, нам надо выходить.
   - Уже? - удивлённо спросил Тавлиус.
   - Да уже. Я познакомился с хозяином торгового каравана. Он направляется в Линдельм и возьмёт нас с собой, если мы в случае нападения на них обеспечим им помощь в обороне. Я согласился на его условия. Караван уже собирается выезжать из города, поэтому надо поспешить.
   - Замечательно. - Тавлиус одел плащ и начал быстро собирать вещи. - С караваном мы гораздо быстрее доберёмся до цели.
   - Вы невероятно догадливы молодой хозяин. - съязвил Арвигель и подхватив мешок вышел из комнаты.
   - Можно было и не дразниться. - пробурчал Тавлиус и пошёл догонять своего "телохранителя".

*******

  
   Караван поджидал их на выезде из города. Состоял он из пяти гружённых товаром телег и двух повозок оборудованных для жилья. Впряжённые в телеги громадные тягловые волы лениво пережёвывали жвачку и время от времени хлестали хвостами себя по бокам, отгоняя надоедливых мух и кусачих слепней. Суетились погонщики занимая места на козлах и проверяя надёжно ли закреплены колёса и хорошо ли натянута ткань, служившая защитой от дождя. Большая часть погонщиков была людьми, один был представителем гоблинского народа и двое были гномами. Всего их было около двадцати. Почти все вооружены арбалетами, только у здоровенного гоблина за спиной была приторочена громадная секира и один из гномов был оснащён внушительным боевым молотом.
   - Похоже с разбойниками караванщики могли разобраться и без нашей помощи. - сказал Арвигель после того как рассмотрел вооружение погонщиков.
   - С простыми разбойниками мы всегда разбирались без особых проблем, но последнее время на дорогах происходят странные вещи, поэтому нам так нужна помощь мага и такого могучего война.
   Обратившейся к товарищам человек был невысокого роста. Полный и бородатый он на первый взгляд мог сойти за гнома, но это было не так. Он был одет намного богаче остальных членов каравана. Голову покрывала широкополая шляпа, из-под которой выбивались густые, вьющиеся чёрные волосы. Нижнюю часть лица скрывала борода, слегка посеребрённая сединой. Взгляд у человека был хитрый и цепкий, выдававший в нём бывалого дельца.
   Выдержав небольшую паузу человек поклонился Тавлиусу, а затем Арвигелю.
   - Разрешите представиться. Меня зовут Жиль Пикок, я хозяин этого бардака на колёсах. - человек улыбнулся и указал рукой на караван. - Я очень рад мастер Тавлиус что вы приняли моё предложение.
   - А я в свою очередь признателен вам за приглашение. - ответил Тавлиус. - без вашей помощи мы бы очень долго добирались до Линдельма. И мы вместе с моим телохранителем поможем вам в случае каких-нибудь неприятностей. Хотя надеюсь что таковых не будет.
   - Мы уже готовы отправляться. - Жиль повернулся к каравану. - в последней повозке живу я, и если вы не против я приглашаю вас к себе.
   Бородач быстрым шагом направился к указанной им повозке, по дороге прикрикивая на погонщиков. Арвигель и Тавлиус направились за ним. Как только они забрались внутрь, раздались крики погонщиков и щелчки кнутов. Обиженно замычали волы и телеги вздрогнув тронулись с места. Караван пришёл в движение.
   Внутри повозки убранство было довольно скромным. Под стенами были расставлены массивные сундуки, покрытые шерстяными одеялами. Они служили и стульями, и столами, и кроватями одновременно. На одном из них расположился хозяин каравана, на двух других гоблин и молодой парень лет двадцати, с едва проклюнувшимся пушком на верхней губе. Тавлиус положил свой посох на пол и сел на свободный сундук. Рядом с ним опустился на пол Арвигель, поджав под себя ноги.
   Какое-то время в воздухе висело неловкое молчание. Нарушил его Жиль Пикок.
   - Познакомьтесь с моими спутниками и младшими партнёрами. Это Тралг. - он указал рукой на гоблина. - а это мой племянник Томи.
   Гоблин кивнул головой и прорычал что-то невразумительное, а молодой человек привстал и поклонился.
   Тавлиус в свою очередь представился и представил своего "телохранителя". Постепенно завязалась беседа. Тавлиус рассказал что он странствующий маг, решил осесть в Линуре и поэтому направляется в Гильдию Чудотворцев. Молодость своих лет он объяснил тем что обучался магии с самого детства. Арвигель всё время молчал с отрешённым видом и казалось полностью погрузился в себя. Караванщики наоборот разговорились. Жиль рассказал о том что путешествуют они между Линдельмом и Чащобами Квенди. Из Линдельма везут различные товары, которые в Чащобах меняют на пушнину. Обмен они производят с таинственным народом квенди. Всё что известно об этом народе, это в основном разные слухи и домыслы. Поговаривают что квенди результат союза эльфов и дриад, но правда ли это точно ни кто не знает. Вживую их мало кто видел, а кто видел то не сильно любит об этом вспоминать. Одним из таких немногих был племянник Жиля - Томи. Он и выступал в роли посредника в торговых сделках между дядей и лесным народом. Каким-то образом он заполучил хорошее к себе расположение у квенди и без него обмен был бы невозможен. Да и сделки он производил сам без свидетелей. О том кто такие квенди и как он нашёл с ними общий язык он ни кому ни когда не рассказывал.
   Второй партнёр Жиля - Тралг был младшим сыном гоблинского князья Урлаг-Таныра. По гоблинским традициям младшим сыновьям в жизни ни чего не светило кроме участи простого война. Это Тралга не устраивало и он покинул свои родные холмы Мейхан, на которых издревле укрепилось множество мелких гоблинских княжеств. С Жилем он познакомился в Линдельме, куда молодого гоблина занесло в поисках работы. Он устроился погонщиком в караван. Какое-то время работа шла гладко, а потом как-то ночью на караван напали разбойники. В схватке Тралг проявил недурственную воинскую прыть и вдобавок смог организовать хорошую оборону, сплотив вокруг себя остальных погонщиков. С тех пор он стал заведовать вопросами безопасности каравана, а когда Жиль благодаря племяннику стал возить меха, гоблин и вовсе стал равноправным партнёром.
   Дело Жиля процветало, отчасти благодаря несговорчивости квенди, отчасти от того что жители Линдельма были готовы вывалить за прекрасные меха большие суммы денег. Караван курсировал между Линдельмом и Чащобами уже почти четыре года, Жиль сделал себе имя в Линдельмской Торговой Гильдии, а в результате безупречной работы Тралга, разбойники боялись приближаться к повозкам ближе чем на полёт арбалетного болта. И казалось бы что всё идёт совсем хорошо, но последние полгода на дороге стали происходить странные вещи. Одинокие путники и даже целые торговые караваны бесследно пропадали. Причём кони, поклажа и ценности оставались не тронутыми. Было ясно что это явно не дело рук разбойничьих шаек. Отряды королевских всадников прочёсывали местность, лучшие маги Линдельма бились над разгадкой тайны, но все их старания не приносили плодов. Жиль Пикок вовсе не хотел разделить участь без вести пропавших, и именно по этому с такой готовностью пригласил молодого мага путешествовать с караваном. Кто знает, быть может в решающий момент он станет для всех спасением. Хотя очень хотелось чтобы услуги Тавлиуса в пути не понадобились.
   Солнце медленно передвигалось по небу, неутомимые волы упрямо волокли тяжелые повозки по пыльной дороге. На козлах негромко переговаривались погонщики, время от времени прикладываясь к флягам с некрепким молодым вином. И люди, и волы хотели только одного - поскорее пройти дневной путь и устроиться на отдых. Всё что их сейчас волновало это сон и еда. А время как назло тянется так медленно...

*******

  
   Медленно и неспешно миром овладевала ночь. Тени удлинились и стали более сочными. Воздух наполнился прохладой и вечерней свежестью. Солнце нехотя опустилось за горизонт, на прощание окрасив западный край неба в жёлто-бардовые тона. Показалась маленькая звёздочка, осмелившаяся первой войти в покинутый дневным светилом мир. Прохладный ветер разогнал облака и на землю взглянуло ночное светило, чей бледный мягкий свет так мил созданиям живущим ночью.
   Лунный свет полился с небес и осветил небольшой хуторок, стоявший особняком среди холмов. Вроде бы обычный ни чем не выделяющийся хутор - полтора десятка крытых соломой хаток-мазанок. А что-то в его виде настораживало. Настораживала какая-то прямо кладбищенская тишина. Не блеяла скотина, ни кудахтали куры, даже не лаяли вездесущие дворовые собаки. Наступил вечер, а все окна оставались тёмными - ни где не огонька. Что-то странное произошло в этом месте. Что-то страшное и пугающее.
   Но вдруг хлопнула одна дверь, за ней другая и третья. Из хат на улицу выходили люди. Или не совсем люди - у всех глаза светились тусклым зелёным светом. Их было около двадцати - почти все крепкие рослые мужчины и одна женщина. Мужчины были облачены в лёгкие черные доспехи и вооружены кривыми саблями. Все они сошлись в центре хутора, на небольшом подобии площади. На этом месте обычно собирались жители для того что бы отметить праздник или решить важный вопрос, требующий общего обсуждения.
   Мужчины выстроились в две шеренги. Женщина стала перед ними. Она окинула властным взглядом стоящих перед ней воинов.
   - Дети Ночного Народа. - обратилась она к вампирам. - вчера мы хорошо размялись с людишками из этой жалкой деревеньки. Много столетий нам не представлялся случай вволю поохотиться. Но если мы выполним волю Великой Малдис, то скоро смертные будут в ужасе трястись от одного слова "вампир". Сегодня нам предстоит охота. Дичь сильна и думаю опасна, но мы просто обязаны справиться!
   Вампиры не сводили с неё глаз, жадно ловя каждое слово своей повелительницы.
   - Ла-Нейро и Влодис! Приведите "дар". Надо узнать месторасположение нашей дичи.
   Двое детей ночи выбежало из строя и скрылись в одном из ветхих строений. Через пару минут они выволокли за руки молодую девушку. Она была жива, но казалось полностью оцепенела от ужаса. Длинные русые волосы были распущенны, а когда-то белый сарафан был весь залит кровью, хотя сама девушка не была ранена. Вампиры бесцеремонно проволокли несчастную через пол хутора и остановились напротив своей повелительницы.
   - Закрепите её! - коротко бросила она.
   Тут же в землю были вбиты колья, за которые привязали руки и ноги девушки. Та даже не пыталась кричать или сопротивляться. Только озиралась по сторонам затравленными, полными ужаса глазами.
   Войны-вампиры тут же построились кругом, в центре которого оказалась распятая на земле жертва. Рядом с ней стала женщина вампирша. Мужчины взяли друг друга за руки. Вампирша подняла глаза к небу и начал нараспев произносить слова призывного заклинания:
   - НО МЭРО ХЭЙДО СОЛ ГЪЯРДО ЭРДО! - слова прозвучали как далёкие раскаты грома.
   - Но мэро хэйдо сол гъярдо Эрдо! - как эхо повторили стоящие в кругу вампиры.
   - Но мэро хэйдо сол гъярдо Эрдо! Но мэро хэйдо сол гъярдо Эрдо! Но мэро хэйдо сол гъярдо Эрдо...
   Женщина продолжала нараспев произносить заклинание, мужчины вторили ей. Постепенно небо над ними заволокло стремительно согнанными ветром тучами. Раздался могучий раскат грома, ударила ветвящаяся молния, хлестнув землю совсем рядом с привязанной девушкой.
   А потом раздался голос. Хриплый и приглушенный, как будто кто-то говорил пытаясь пробить словами толстезный слой земли.
   - Зачем ты разбудила меня Вайнора? Разве не сказал я тебе что бы ты больше не беспокоила меня?
   - Времена изменились Эрдо. Малдис Ненасытная и Яттихор Безликий вернулись в наш мир, и мне нужна твоя помощь.
   - С каких пор прихвостни Малдис стали мне приказывать. Я ухожу, а ещё раз потревожишь меня то сильно пожалеешь.
   - Подожди Эрдо! У меня есть то, ради чего ты с удовольствием мне поможешь.
   - Как, неужели ты припасла для меня "дар"?
   - Да, Эрдо, тут для тебя невинная душа.
   - Хм-м-м...Тогда я помогу тебе, но после того как поглощу "дар".
   Вайнора сделала своим воинам знак рукой и они тут же отбежали подальше от привязанной к земле девушки. Раздался странный звук, как будто осыпается земляная насыпь. Земля у ног жертвы расступилась, образовав длинную щель. Края щели вздулись, превратившись в подобие гигантских пухлых губ, под которыми были видны острые треугольные зубы из кусков камня. Щель превратилась в жуткую земляную пасть. Каким-то образом пасть сдвинулась к девушке и та наконец то закричала. Чудовищный рот сделал рывок и ноги и торс несчастной жертвы свесились внутрь него. Раздался отвратительный хруст. Крик девушки захлебнулся, кровь пульсирующим потоком хлынула у неё изо рта. А через секунду изуродованное тело исчезло за каменными клыками. Какое-то время было слышно похрустыванье и чавканье, а потом земля сомкнулась. И уже ни что не напоминало о произошедшем, разве что только едва заметные брызги крови на траве могли подсказать о разыгравшейся здесь трагедии.
   - М-м-м, невинная душа и невинное тело, как всё-таки это вкусно! - удовлетворённым голосом прошептал Эрдо. - Ну говори, что тебе надо Вайнора.
   - Ты хозяин этих земель Эрдо, скажи мне где сейчас находятся два человека - сильный воин и молодой маг. Они нужны Малдис, ты должен почувствовать печать Её ненависти на них.
   - Спасибо за лесть, но я не хозяин здесь боле, я только вижу сны о своих бывших владениях. Но подсказать всё же смогу. - на какое-то время голос умолк. Прошла довольно длинная пауза и Эрдо продолжил. - Твои люди в двадцати лигах к юго-западу от Слота. Двигайся вдоль Линдельмского тракта и ты настигнешь их. Только учти, они намного сильней чем ты думаешь, и с ними около полутора десятка попутчиков. На этом закончим, оставь меня. Я устал и хочу спать и видеть сны...
   Тут же тучи рассеялись, напряжение в воздухе исчезло - Эрдо удалился.
   - Старый, дрянной, брюзжащий, долбаный дух! - выругалась Вайнора. - Ни когда ни чего не сделает без подачки и ворчания. Но ни чего - главное мы знаем куда нам двигаться. Всё, все быстро на коней, выдвигаемся!

*******

  
   Наступил вечер и караван встал на долгожданный привал. Погонщики засуетились подготавливая место для ночлега. Сразу стало видно за что Тралг получает свои деньги. Суета была только кажущейся на первый взгляд. Присмотревшись к работающим погонщикам становилось видно что каждый в караване чётко знает своё дело, и быстро и точно выполняет его. За считанные минуты волы были выпряжены из повозок, а сами повозки расставлены кругом. Между повозками укрепили оббитые железом деревянные щиты с прорезями бойниц для арбалетной стрельбы. Сами повозки скрепили железными цепями. В течение десятка минут караван превратился в довольно надёжное укрепление.
   Одни погонщики заняли места возле бойниц, другие развели костёр и начали готовить ужин. Волов выгнали пастись и они лениво пощипывали травку под присмотром двух гномов (что было очень странно, ведь гномы не любят возиться с разной живностью). Хозяин каравана неспешно прохаживался внутри лагеря. Он разминал затёкшие за день езды в повозке ноги и заодно покрикивал на погонщиков. Хотя делал это более для проформы - работники выполняли свои обязанности расторопно и не нуждались в том чтобы на них кричали.
   Через какое-то время к Жилю, подошел Тавлиус.
   - Жиль, - за время путешествия они успели перейти на "ты". - мы с Арвигелем не на долго покинем лагерь. Ему и мне нужно поупражняться перед сном.
   - Без проблем, только если вам не тяжело возьмите с собой Тралга. Он хотел ещё раз посмотреть как твой телохранитель орудует мечом.
   - Думаю Арвигель не будет против. Ну мы пойдем, не хочется терять время.
   Тавлиус пошёл в сторону съёмного щита, который служил выходом из лагеря, там его поджидал кан-Нарви. Они успели только чуть-чуть отойти от лагеря когда их догнал Тралг.
   - Рад что ты разрешил мне присутствовать на твоей тренировке. - обратился Тралг к Арвигелю. - Большинство воинов свято хранят свои секреты.
   - Я тоже храню свои. - с улыбкой ответил Арвигель. - Просто я уверен что без моей помощи ты не сможешь повторить что-либо из того что увидишь.
   Они прошли ещё немного и остановились.
   - Здесь вполне подходящее место. - сказал Арвигель. - Гомон из лагеря не слышно, трава не высокая и земля ровная.
   Арвигель тут же начал разминать суставы и сухожилия, и закончив разминку выхватил меч и начал свой невероятный смертельный танец. Гоблин заворожено уставился на него. Зрелище полностью завладело его вниманием.
   Тавлиус чуть отошёл от упражняющегося "телохранителя" и осмотрелся. Почти во все стороны растянулась вольная степь. Она простиралась на север, запад и восток, и только на юге виднелась тёмная кромка небольшого леса. Отсюда даже не было видно какие в нём растут деревья.
   Тавлиус покрутился немного на месте и стал так чтобы войти в гармонию с потоками силы пронизывающими мир. Он сел, прикрыл глаза и скрестил ноги. Ввёл дыхание в специальный ритм и отпустил все лишние мысли прочь из головы. Работа которая ему предстояла, была совсем не простой...
   В большинстве миров "боевых" магов не было как таковых. Слишком долго надо было плести смертоносные заклятья. За это время простая сталь много раз успеет прервать жизнь заклинателя. Разрушительные заклятья использовались в основном в крупных военных кампаниях, когда маг под защитой войска мог колдовать сколько душе угодно. Но один на один с закованным в броню воином маги оказывались беспомощными. Однако волшебники Ордена Равновесия придумали как разрешить эту проблему. Они изобрели способ как запоминать заклятья. Заклинание сплеталось, скручивалось и удерживалось специальными магическими скобами. И когда приходил момент его использовать маг вышибал скобу и обрушивал заклятье на врага. Чем сильней был маг тем больше заклинаний он мог запомнить. Постепенно это знание просочилось за пределы Ордена, но всё равно было ещё маловато не орденских магов умеющих запоминать заклятья.
   Тавлиус мог запомнить шесть заклинаний. Но он не удосужился сделать это раньше, зная что отправляется в спокойный мирок. Теперь его взволновал рассказ Жиля о пропадающих на дороге людях, и он решил исправить свою оплошность, что бы не получить потом очередной нагоняй от Арвигеля.
   Постепенно Тавлиус погрузился в транс и полностью отрешился от мира - процесс запоминания требовал предельной концентрации. Губы мага задвигались беззвучно произнося сакральные формулы, а перед внутренним взором проступили контуры сплетающегося заклятья. Прошло около пяти минут и наконец-то Тавлиус смог скрутить его и вставить скобы. Постепенно он запомнил второе и третье заклинание. Осталось ещё три, как вдруг его сосредоточенность грубо нарушили.
   - Прошу прощения, молодой хозяин. - голос Арвигеля прозвучал неожиданно громко, как полковая труба. - Прибежал человек Жиля, ужин готов, нас зовут в лагерь.
   "Градук куси тебя за зад!!! - вспомнил Тавлиус ругань родного мира. - Осталось ещё три заклятья. Да ладно хватит и этих. Вряд ли сегодня что-нибудь произойдёт".
   Он открыл глаза, встал и пошёл вслед за Арвигелем к лагерю. Гоблин восторженно расспрашивал светлого рыцаря где он так научился владеть мечом. Арвигель мастерски уклонялся от прямого ответа, не обижая при этом собеседника.
   Троица уже почти подошла к лагерю, как вдруг Тавлиус почувствовал что-то неладное. Казалось что на самой грани слуха послышался жуткий захлёбывающийся женский крик. А затем душу обдало каким-то мерзким и липким холодом.
   - Ты ни чего не чувствуешь? - настороженно спросил он у Арвигеля.
   - Чувствую. И уверен что тоже, что и ты. - на лицо светлого рыцаря набежала мрачная тень. - Где-то не далеко умер человек. Умер и телом и душой. Человек погиб в муках и какая-то сила поглотила его душу. Тралг, - обратился он к гоблину. - пусть твои люди будут наготове, мне это сильно не нравится.
   - Мои люди всегда на готове! - в голосе гоблина просквознули оскорблённые нотки. - И я честно говоря ни чего не слышал и не почувствовал. Но что бы вы были спокойны я буду караулить сам вместе со своими людьми всю ночь.
   В лагерь они вошли молча. Гоблин сразу пошёл проверять посты возле бойниц и заставил караульных зарядить арбалеты. Тавлиус с "телохранителем" подошли к костру в центре лагеря и сели возле Жиля. Вокруг костра собралась половина погонщиков, все ели ароматную похлёбку из походных деревянных мисок. Арвигель и Тавлиус тут же получили по миске с похлёбкой и принялись за еду, стараясь не вспоминать тот захлёбывающийся крик.

*******

  
   Ужин давно закончился. Луна притаилась за тучами и лагерь караванщиков освещал только костёр да четыре факела укреплённые снаружи периметра на шестах. Факела были установлены на одинаковом удалении друг от друга и равномерно освещали подступы к повозкам.
   Часть погонщиков спала, гномы негромко перешёптывались о своих гномьих делах, караульные клевали носами возле бойниц. Но как только кто-то начинал дремать по настоящему то незамедлительно получал пинок по ниже спины тяжёлым гоблинским башмаком.
   Тралг спать не собирался и как заведённый кружил по лагерю, проверяя бдительность караула. Он, как и все гоблины был очень горд и обидчив, и Арвигель сам того не хотя зацепил его гордость за болезненное место.
   "...Пусть твои люди будут готовы! Да мои люди всегда на готове, не смотря на то что там чудиться всяким проходимцам. Как он только мог впустить в свою деревянную башку мысль о том что кто-то из моих людей не готов к атакам врага! Я им покажу что у Тралга даже крыса незаметно в лагерь не прошмыгнёт!"
   Гоблин наматывал круги по лагерю и накручивал себя всё сильнее и сильнее. Он давно считал себя непревзойденным тактиком, и за годы работы с Жилем не раз доказывал себе это, с успехом побивая разбойничьи шайки. Через пару лет, подсобрав ещё немного деньжат, он хотел собрать ватагу смельчаков, и купив драккар, пощипать перья купцам с Южного Континента. Спокойная езда взад вперёд между Линдельмом и Чащобами Квенди уже давно надоело Тралгу. Он хотел большего. Ведь он не сын купца, а сын князя, хоть и младший. Лучше организованной охраны, чем у него, нет не у одного каравана в Линуре! А тут какой-то телохранителишка сомневается в готовности его караульных. Подумаешь - хорошо машет мечом, а сам таскается с желторотым колдунишкой. Видимо ни на что большее не способен. И зачем только этот придурок Жиль пригласил их ехать с нами? Как будто без них раньше не справлялись?
   Тут какой-то неясный шум заставил гоблина вынырнуть из пучины злобных размышлений. Гоблинский слух намного тоньше людского, да и глаза видят в темноте куда лучше. И сейчас Тралгу послышался какой-то рокот, приближающийся с северо-востока. Гоблин посмотрел на караульных - болваны люди даже ухом не вели. Вдруг один из гномов, сидящих возле костра, припал ухом к земле. И тут же вскочил, и подхватив арбалет, подбежал к Тралгу.
   - Всадники! Много, с северо-востока! - взволновано пробасил он.
   Гоблин кивнул ему головой в знак согласия и заорал во всю мощь своих лёгких:
   - Все к оружию! Занять свои места! - сам он при этом тоже взял арбалет и подошёл к бойнице. - С северо-востока приближается группа всадников, всем быть готовым к возможной атаке!
   Спавшие погонщики тут же повскакивали на ноги, и зевая протерев глаза, разобрали оружие и припали к бойницам. Кроме арбалетов люди вооружились короткими "дорожными" мечами, очень популярными среди путешествующих торговцев. Каждый член каравана был настроен решительно и воинственно, ни кто не нервничал и не дрожал от страха.
   Тралг с удовольствием обвёл взглядом своё воинство. Вот молодцы, почти настоящие вояки, не зря он потратил на них столько времени и сил. Гоблин нашёл глазами повозку Жиля. Хозяин с племянником забрались под неё и забаррикадировались со всех сторон щитами, специально сконструированными для таких случаев. Это было правильно - не дай бог погибнет в стычке Жиль или Томми, и на торговлю можно водрузить могильный камень. Хотя убедить племянника, что ему надо прятаться когда все будут драться, стоило дяде Жилю большого труда и целого потока красноречия.
   Стук копыт стал громче и его ясно услышали все. Кто-то крикнул что забыли волов снаружи. Чей-то голос ему ответил что ни чего с ними не станется.
   Тралг подумал что надо бы взглянуть на неизвестных всадников, и моментально, прямо как южная обезьяна, взобрался на крышу ближайшей повозки. Через какое-то мгновение, слева, через одну повозку, вскарабкался на крышу Тавлиус. "Колдунчик думает что сверху лучше наколдует. - злорадно подумал Тралг. - но ни чего, если у врага есть луки, то стрела его так легче найдёт". Тралг перевёл взгляд с Тавлиуса в степь, и всмотрелся в темноту навстречу нарастающему грохоту конских подков...
   ...Всю жизнь младший сын Урлаг-Таныра не боялся ни чего и не кого, и по праву очень гордился своим самообладанием. Но сейчас его бесстрашие впервые дало трещину - он рассмотрел кто к ним движется.
   Всадники шли клином. Их было около двух десятков. На чёрных как смоль конях, в лёгких доспехах и с оголёнными кривыми саблями в руках. Чёрные плащи развивались за их спинами как крылья стаи хищных птиц. А в сзади них клубилось облако тьмы, чернее самой ночи. Но самым жутким было то, что глаза у всех всадников светились тусклым зелёным светом, ярко выделяясь на мертвецки бледных лицах. Тралг знал что это означает. Правда по древним легендам, но знал - это были вампиры, полумёртвые упыри, порожденье мрака и ужаса. И когда гоблин понял кто их атакует, колени его предательски дрогнули, а по телу липкой холодной волной раскатился страх, оседая в ногах и делая их тяжелыми и неподъёмными. Убить одного вампира - дело не шуточное (если верить старым легендам), а тут больше двадцати. Есть от чего прейти в ужас.
   Видимо не один Тралг помнил о таких созданиях.
   - Сатод всемогущий защити нас!!! - выкрикнул в панике один из людей и выронив арбалет бухнулся на колени и забубнил молитву.
   Жгучая волна ярости ударила в голову гоблина и вытеснила страх весь без остатка. Он вскинул арбалет и выстрелил в труса. Человек упал с пробитой на вылет шеей, уткнувшись лицом в траву. Кровь мощной струёй вырвалась из раны, наполняя воздух вязким запахом смерти.
   - Так будет со всяким кто смалодушничает! - яростно прорычал Тралг. - Подпустить всадников на полёт болта и дать залп! Мы должны выстоять!
   Вампиры стремительно приближались. Люди напряжённо припали к бойницам. Большинство из них мысленно прощались с родными и близкими. В победу они верили с трудом.
   И тут в развитие событий вмешался Тавлиус. Он властно выкрикнул странное слово и вытянул вперёд руки обратив ладони на врагов. Гоблин с интересом уставился на него, временно позабыв о приближающейся опасности. Не часто удается увидеть мага в действии. С ладоней Тавлиуса сорвался огненный шарик размером с горошину и понесся на вампиров, с неправдоподобной скоростью увеличиваясь в размерах. За несколько мгновений магический снаряд из горошины превратился в громадный шар огня размером с телегу, и с громким треском и шипением врезался во всадников. Левое крыло клина охватил огонь. Лошади и вампиры горели издавая ужасные вопли. В несколько секунд огонь уничтожил почти половину упырей.
   Но оставшиеся в живых казалось не заметили потерь. И продолжали нестись вперёд.
   Нежить приблизилась на критическое расстояние и арбалетчики дали залп. Одновременно с ними Тавлиус развёл руки в стороны и произнёс ещё одно странное слово. Воздух наполнился гудением болтов. Почти каждый нашёл свою цель. Но упырям такие раны были не почем. Пронзённые болтами они продолжали движение. Вдруг воздух вокруг лагеря, подчиняясь силе освобождённого Тавлиусом заклинания, начал все быстрее и быстрее вращаться по кругу. За доли секунды караван был опоясан кольцом ураганного ветра. Вампиры не успели осадить лошадей и на полном скаку влетели в сумасшедший поток. Воздух подхватил их и закружил как ворох сухих листьев. В это время Тавлиус сделал пас руками и вышиб словом-ключом "скобу" из последнего заклятья. Перед ним появился рой ледяных игл. Они рванули вперёд, ни чем не уступая залпу арбалетчиков. Попав в поток иглы закружились по кругу, пронзая попавших в ураганную ловушку вампиров и их лошадей насквозь. Ураган продержался ещё несколько секунд и затих. Изуродованные, изломанные, истекающие кровью тела с глухим звуком по падали на землю. Лошади не подавали признаков жизни, а вампиры поднялись. С трудом, но поднялись.
   Один из них задрал вверх голову и уставился на мага. Из левого глаза торчал тупой конец ледяной иглы. Острый конец выглядывал из затылка, и по нему тонкой струйкой сбегала кровь. Грудь упыря пронзили три болта. И при этом он оставался жив. Вампир что-то проорал на своём языке, и подняв из травы саблю рванул к повозкам.
   - Всё что мог я сделал! - крикнул Тавлиус. - Теперь исход битвы зависит от стали!
   Молодой маг что-то сделал со своим посохом, который всё время лежал рядом с ним, и тот превратился в причудливое подобие копья. После этого он спрыгнул внутрь лагеря. Тралг бросил вниз не нужный арбалет и спрыгнул вслед за магом. Внизу к нему подбежал гном и протянул любимую боевую секиру.
   - Спасибо Своли. - поблагодарил его Тралг. И тут же заорал. - Все в центр! Встать спиной к спине!! Нашинкуем этих уродов помельче - авось издохнут!!!
   Люди собрались в центре лагеря, обнажив мечи. Гномы поигрывали боевыми молотами. Тралг поудобней перехватил секиру и расставил пошире ноги, став похожим на этакого свирепого дровосека. Он нашёл взглядом Тавлиуса. Тот уверенно держал в руках свой посох-копьё, в его взгляде не было и тени страха. Гоблин попытался найти взглядом Арвигеля, но успел только заметить как тот перемахнул серой тенью через забор. Тралг вскипел от злости: "Трус! Предатель долбанный! Сейчас я тебе болт в башку всажу!". Но привести угрозу в действие гоблин не успел. Вампиры утыканные болтами и подтаявшими льдинками перелезли через щиты и попёрли на сгрудившихся в центре караванщиков.

*******

  
   Арвигель пристроился рядом с арбалетчиком и через бойницу наблюдал за стремительно приближающимся врагом. Чего-чего, а такого начала миссии он не ожидал. Ну ни как не думал светлый рыцарь, что первый бой на Эймисе придется давать упырям, да ещё с такой не выгодной расстановкой сил. То что как минимум две трети погонщиков лягут костьми в этой стычке Арвигель не сомневался. И дай боже, что бы не погибли все.
   А до людей похоже стало доходить с кем им предстоит иметь дело. Один заголосил, рухнул на колени, и тут же уткнулся лицом в землю с пробитой на вылет шеей. Да, жёстко гоблин поддерживает дисциплину.
   Тем временем всадники всё приближаются. Ну что же медлит Тавлиус? Вдруг в воздухе затрещал огненный шар, слизнув добрую половину вражин. Засвистели болты, взвыл наполненный льдинами ветер. В короткое время сильный отряд превратился в шайку инвалидов. Ну мальчишка, ну молодец! Умно атаковал. Теперь упыри не так подвижны и изрядно потрёпанны. Может и отобьемся!
   Но что это? Вдали от битвы застыли в ожидании четыре тёмные фигуры. И от одной из них исходит эхо тёмной силы - мощное эхо. Это уже проблема. И решать её тебе Арвигель. Остальным тут не справиться. Ну что же тогда вперёд!
   Арвигель легко перепрыгнул щит и ринулся к сливающимся с тьмой фигурам. На ходу он вытащил из ножен Разящий Луч. Тот неярко засветился в ночи - ведь в нём заключена ярость дневного светила.

*******

  
   Вайнора Неустрашимая не капли не сомневалась в победе. Даже когда молодой колдун изорвал в клочья её отряд, она всё также твёрдо верила в победу. Её войны поднялись и двинулись в атаку. А она в свою очередь помогла им сплетя заклятье "Цепенящего ужаса" и бросив его на людей сбившихся в кучку в центре укрепления. Теперь руки у них будут трястись от ужаса, ноги будут подкашиваться, и они превратятся в лёгкую добычу для её мужчин. А от свежей тёплой крови их раны быстренько затянутся.
   Но тут она увидела мелькнувшую над щитом серую тень. Невероятно! Кто-то несмотря на скрывающий от посторонних глаз "Плащ тьмы", смог заметить её и троих охранников. Человек в сером стремительно приближался, на ходу он вытащил из ножен меч. И глаза Вайноры резанул ненавистный дневной свет. Малдис Ненасытная! Какое жуткое оружие! Даже в кошмарном сне Вайноре не мог привидеться такой меч - он источал ужасное солнечное сияние.
   - Остановите его! А я отойду что бы кинуть заклятье посильней, крикнула Вайнора своим охранникам. - и бессовестно при этом соврала.
   Она не собиралась плести заклятье. Она собиралась спасаться бегством. Вайнора Неустрашимая впервые испугалась, и решила отступить. Правда что бы потом вернуться с большими силами и отомстить за погибших. А в том что её войны погибнут она не сомневалась.
   Разогнав своего жеребца до галопа, Мать Охранительница позволила себе обернуться назад. Человек в сером достиг её охраны. Ловко уклонившись от сабельных ударов он легко взмыл в воздух и двумя резкими взмахами страшного меча лишил жизни двух её охранников. Один за другим, как мешки с песком, они попадали с лошадей. Солнечный клинок нёс мгновенную гибель упырям, и был смертоносным как само дневное светило. Последний вампир поднял свою лошадь на дыбы, пытаясь достать копытом своего противника. Тот поднырнул под брюхо лошади, и крутнувшись вокруг своей оси, оказался сзади и чуть сбоку всадника, при этом подрубив заднюю ногу несчастного скакуна. Раненое животное заржало от боли и завалилось на бок. Всадник успел освободить из стремени ногу и соскочить с падающей лошади. Несколько молниеносных выпадов произвёл одетый в серое человек, и вампир упал на землю, зажимая руками рану на животе. Обладатель смертоносного клинка развернулся в сторону Вайноры и побежал. Видимо это была какая-то магия - человек моментально развил скорость гораздо превышающую возможности хорошей лошади.
   Вайнора в панике ударила жеребца шпорами. В голове билась одна мысль - в лес, там спасение. Затеряться среди деревьев, бросить коня. Пусть он гоняется за перестуком копыт, а она пока спрячется так что и сама Малдис не сразу отыщет. Главное сейчас выжить, а потом за всё сочтёмся.
   Лес стремительно приближался. Вайнора ещё раз задала коню шпор. На конец-то спасительные деревья. Проскакав ещё немного среди беспорядочно растущих стволов, вампирша решила что достаточно углубилась в территорию леса. Она спешилась и одела на руку боевые когти, длиной около полуметра. Этими когтями она полоснула своего коня. Тот возмущённо заржал и ломанулся вперед не разбирая дороги. Сама Вайнора тихо прокралась, в противоположную от движения обезумевшего скакуна, сторону. Увидев густые заросли орешника она укрылась в них накрыв себя "Плащом тьмы".
   Всё, осталось только переждать...
   Шли одна за одной минуты. Через какое-то время лес снова наполнился обычными ночными звуками и шорохами. Живность подала голос - значит обезумевший конь и его преследователь уже далеко. Вайнора постепенно расслабилась - ещё полчасика и можно осторожно выбираться отсюда.
   Внезапно страшный удар в спину выкинул вампиршу из укрытия. Она прокатилась по земле, вскочила на ноги, и резко развернувшись, приняла боевую стойку.
   Напротив неё стоял и улыбался человек в сером. В его улыбке не было ни чего хорошего, а в руке неярко светился ужасный меч.
   - Меня зовут кан-Арвигель Нарви. - спокойным, сильным голосом проговорил человек. - Я терпеть не могу упырей, и при любой возможности упокаиваю их навсегда. Сегодня я принёс покой тебе вампирша.
   - Меня зовут Вайнора Неустрашимая, и сейчас я перегрызу тебе глотку жалкая тварь! - страх ушёл, его вытеснила жгучая ярость и жажда крови, и взмахнув когтями Мать Охранительница бросилась в атаку.
   Человек назвавшийся Арвигелем был ловкий и быстрый как кошка, но Вайнора тоже не зря носила боевые когти Матери Гнезда. Она атаковал молниеносными ударами, уклонялась от меча, пыталась сбить врага подсечками или подрезать ему ноги. Удары вязались один за другим в невероятно сложную комбинацию, скорость атак была предельной для вампирши. Любой противник уже должен был пасть на землю исполосованный насмерть. Но проклятый человек явно не собирался умирать. Все атаки Вайноры он успешно парировал, а где не успевал меч, там он успевал уклониться и удар противницы попадал в пустоту.
   - Может всё-таки сдашься и расскажешь какого демона вы на нас напали? - спросил человек у Вайноры.
   Она не чего не ответила, но ей опять стало страшно. Ей уже было тяжело держать выбранный темп, а голос Арвигеля был ровным и спокойным без следа отдышки. Как будто это не он сейчас сражается на невозможной для человека скорости.
   - Ну ладно, если хочешь - молчи, но только не говори потом что я тебе не предлагал сдаться по-хорошему. - с недоброй ухмылкой сказал Светлый рыцарь.
   После этих слов Разящий Луч неуловимым для глаза круговым движением отбросил в сторону стальные когти вампиршы, и вонзился её в правое бедро, погрузившись в мышцы до самой кости. Вайнора оступилась, её противник крутанувшись вокруг своей оси взлетел в воздух и нанёс сокрушающий удар ногой в челюсть. Мать Охранительница отлетела назад, почувствовав как сломались от удара передние зубы, и её гордость - клыки. Сознание взорвалось от боли, рот моментально наполнил поток крови. Её собственной крови! Спина вампиршы упёрлась в какое-то дерево - отступать больше было не куда. А Арвигель приземляясь резко взмахнул клинком и правую руку Матери Гнезда пронзила страшная боль. Она посмотрела на неё и отрешённо увидела как отрубленная кисть со стальными когтями падает на землю. Крови не было, казалось что место среза сразу же прижгли.
   Всё это произошло за доли секунды. Вампирша подняла глаза на врага и увидев его спокойный взгляд поняла, что весь предыдущий бой был игрой в "кошки-мышки".
   - Посему ты не убив меня шлажу? - прошепелявила Вайнора выплёвывая на траву кровь и выбитые зубы.
   - Решил чуть-чуть поиграться, что бы ты почувствовала себя на месте своих жертв.
   - Ну фто наиглался? Давай консай со мной!
   - Да нет дорогуша, так легко ты не уйдёшь. Ты теперь беззубая калека. Выбор у тебя не большой: или сдохнуть от голода, или вернуться к своим. А твои хозяева, которые послали тебя за мной, по головке тебя за провал не погладят. Так что смерть от моего клинка, в твоём случае, будет просто милосердием. - Арвигель сделал паузу и присев на корточки, вырвал из земли пучок травы. Внимательно осмотрев клинок он начал тщательно вытирать его от крови. - Так вот, я остановился на милосердии. Милосердие, моя дорогая, это такая штука, которую надо чем-нибудь заслужить. А ты пока не делаешь ни каких шагов мне на встречу. Ведь я предлагал тебе сдаться по-хорошему. А ты ответила отказом. И видишь к чему это привело. Так что если не хочешь что бы я бросил тебя здесь подыхать от голода, тебе придется развязать язык.
   Арвигель замолчал и вопросительно посмотрел на вампиршу. Та немного подумала и сплюнув кровь ответила:
   - Мы плосто охотились. Ни каких хосяев у меня нет. Ты ошибся человек.
   - Ты что за идиота меня держишь! С каких пор вампиры стали охотиться большими группами на хорошо вооружённые отряды людей? Да ещё производя перед этим человеческие жертвоприношения. Ведь смерть женщины была вашей работой? Или хочешь сказать что я и в этот раз ошибся? - Арвигель внимательно посмотрел в глаза Вайноре. - По глазам твоим вижу что не ошибся, но если хочешь молчать - молчи. Останешься подыхать здесь. Я и пальцем не пошевелю что бы облегчить твою участь. Похоже что вампирская живучесть сейчас сыграет с тобой злую шутку.
   Арвигель замолчал видимо ожидая ответа. Вампирша сидела и молчала, вроде бы обдумывая ситуацию, а потом сделала то, что ни как не ожидал от неё кан-Нарви. Как ни хороша была его реакция, но он ни как не ждал от Вайноры такого шага.
   Мать Охранительница резко рванулась к Арвигелю, схватила левой рукой клинок, направила его себе в живот, и продолжая движение вампирша мгновенно нанизала себя на Разящий Луч, который прошёл сквозь её тело легко, как горячий нож сквозь масло.
   - Да пошёл ты улод! - прошипела вампирша последние слова в лицо врагу. Зелёный свет в её глазах медленно угас - Мать Охранительница Гнезда Вайнора Неустрашимая упокоилась навсегда.
   Арвигель отбросил от себя мёртвое тело. Поднялся с корточек и выдернул из Вайноры свой меч. На его лице явно читалась досада.
   - Поступок конечно заслуживающий уважения, но всё-таки уж очень хотелось разузнать о твоих хозяевах... Ну, буду надеяться что я их найду и спрошу с них за это всё безобразие.
   Кан-Нарви склонился над бездыханной вампиршой и опустил ей веки.
   - Спи спокойно. - тихо проговорил он. - Мужество перед лицом смерти заслуживает уважения.
   Арвигель распрямился, вложил меч в ножны и задумчиво посмотрел в сторону лагеря.

*******

  
   Изуродованные вампиры медленно приближались. Они как стервятники кружили вокруг ставших спиной к спине людей, высматривая слабые места в обороне и словно ожидая чего-то. Люди нервничали, гномы сердито сопели, Тралг поудобнее перехватил секиру и занёс её для удара:
   - В атаку!!! - заорал гоблин во всю мощь своих гоблинских лёгких.
   Но атаки не последовало. Жуткий, всепоглощающий ужас навалился на людей, сковав их руки надёжнее железных кандалов. Погонщики один за другим роняли оружие и валились на землю трусясь от непомерного ужаса.
   - Предатели!!! - взревел разъярённый гоблин, и одним ударом снёс голову ближайшему человеку. - Своли! Димур! Ко мне! Спиной к спине! Остальные ответите за трусость позже!!!
   Гномы тут же кинулись к гоблину и они втроем стали спинами друг к другу. И как раз во время - вампиры наконец-то ринулись в атаку.
   Тавлиус поблагодарил себя за предусмотрительно поставленную магическую защиту. Он сразу же понял что сейчас против них работает мощное ментальное заклятье, сокрушающее волю и наполняющее душу диким ужасом. Слава богам, что неведомый враг использовал чары сплетённые исключительно против людей, а то Тавлиус остался бы сам на сам с вампирами. А так хотя бы гномы с свирепым гоблином ещё держатся. Но и они стоят далековато, так что придется рассчитывать только на себя.
   Трое упырей кинулись на мага, но резко поумерили свой боевой азарт. Тавлиус мощным движением раскрутил над головой посох. Воздух запел хищную песню, рассекаемый острым лезвием и оленьими рогами. Подступиться к молодому магу стало совсем не просто. Вампиры опасливо делали аккуратные выпады, стараясь не подставиться под смертоносное жало. Но было видно что они просто хотят измотать Тавлиуса, и когда его покинут силы без труда его изрубить.
   Тем временем один вампир начал со знанием дела вязать руки до смерти перепуганным людям заранее припасённой верёвкой. Оставшиеся пять монстров насели на яростно отбивающихся гоблина и гномов. С ними они действовали как и с Тавлиусом - осторожно атаковали, выжидая пока силы оставят обороняющихся.
   Тавлиус лихорадочно соображал как же выбраться из этого положения. Он прекрасно знал свои возможности бойца и ясно осознавал что надолго его не хватит. С вампирами надо кончать сейчас, а то потом они кончат с Тавлиусом. А все известные способы борьбы с упырями были сейчас не доступны. Огонь, солнечный свет и серебро - все это прерывает жизнь вампира, и все это сейчас вне досягаемости. Тавлиус дал себе слово что если только выберется из этой передряги, то обязательно раздобудет себе какой-нибудь серебряный клинок и будет всегда иметь максимум "запомненных" заклятий. Но обещаниями делу не поможешь, надо предпринимать что-нибудь сейчас и чем быстрее тем лучше.
   А сражение тем временем принимало всё более худший оборот. Тралг сделал неловкое движение, оступился и его секира, со свистом рассекая воздух, глубоко увязла в земле. Этим незамедлительно воспользовался один из упырей. Сделав резкий выпад вперёд, он глубоко погрузил свою саблю в бок гоблина. Тралг глухо охнул, выпустил из рук оружие и осел на землю, зажимая руками смертельную рану, из которой с напором хлестала кровь. Гномы остались вдвоём против пятерых врагов.
   Тавлиус как мог отбивался от своих противников, стараясь не подпускать их ближе чем на длину посоха. Но с каждым взмахом, увенчанное оленьей головой оружие становилось всё тяжелее.
   "Да, с такими успехами нам до утра не продержаться. - промелькнула в голове у Тавлиуса мысль. - Стоп! Утро... Свет... Как же я сразу не додумался!? Ведь есть простейшее заклятье для освещения, имитирующие дневной свет... Ну а если влить в него по максимуму мощи... Похоже всё-таки мы отобьемся! И ведь какой я всё же осёл! Как я сразу до этого не додумался!".
   Тавлиус сделал несколько широких, устрашающих взмахов посохом, заставив вампиров податься назад. Тут же, остановив вращение своего оружия, поднял вверх левую руку, и пока вампиры не поняли что происходит, громко произнёс слова заклинания:
   - Киримэ наото стэр! - Яркий свет заструился из левой ладони мага. Тавлиус влил всю свою силу в это заклятье, и на мгновенье показалось что над лагерем зажглось новое солнце.
   Свет резал глаза, ослеплял и проникал во все щели. Ни где не было от него спасения. В одно мгновенье упыри вспыхнули как хорошо промасленные факела. Воздух наполнился их предсмертными криками и вонью горелого мяса. Сияние погасло так же резко как и появилось - сила Тавлиуса полностью исчерпалась. Но дело было сделано - от врагов остались обгоревшие головешки.
   Тавлиус тяжело опустился на землю. Победу они одержали, вампиры все мертвы. Но как же больно понимать то, что если бы он был подогадливей, то многим не пришлось бы умирать. Утешало только то, что если бы решение пришло позже, то всё сложилось бы куда хуже.
   Зашевелился и застонал один из связанных людей, приступ страха прошёл и теперь его удерживали только верёвки. Вслед за ним задёргались и остальные. Тавлиус поднялся, подошёл к ним и начал распутывать хитроумные вампирские узлы.
   - Что всё закончилось? - обалдело пробасил ошарашенный Своли. Ему похоже не верилось что жуткие упыри взяли и так просто издохли.
   - Да бородатый олух. - ответил ему его соплеменник Димур. Он уже пришёл в себя после боя и помогал Тавлиусу развязывать людей. - Перестань пялиться, лучше помоги разобраться с верёвками.
   Своли что-то недовольно пробурчал, бросил на землю молот и начал активно помогать освобождать товарищей от пут.
   Через несколько минут все люди были свободны. Погонщики бестолково топтались на месте, разминая затёкшие конечности. Тавлиус сел на землю и опёрся спиной на колесо одной из повозок. Вид у него был очень уставший.
   Шумно упали щиты, закрывавшие телегу, под которой пряталось начальство каравана, и на свет божий показался Томми, а за ним Жиль Пикок. Вид у обоих был довольно испуганный и помятый. Видимо им тоже хорошо досталось от "Цепенящего ужаса" кинутого Вайнорой.
   Жиль осмотрелся по сторонам, пробежал глазами по разгромленному лагерю, валяющемся на земле телам и столпившимся в центре ошеломленным погонщикам. Набрал в грудь побольше воздуха и придав себе наиболее сердитый вид заорал:
   - Что топчетесь на месте остолопы! Поблагодарите мастера Тавлиуса за спасение и приступайте к работе! В лагере погром, а вы стали как стадо баранов!
   Его крик подействовал на людей как ушат холодной воды. Тут же закипела работа и лагерь постепенно стал приобретать прежний вид. Через какое-то время атмосфера страха, зависшая над караваном, полностью развеялась. Голоса зазвучали громче, стали слышны шутки и незлобивые перебранки.
   Тавлиус всё так же сидел не меняя позы. Глаза его были полу прикрыты. Он медленно и глубоко дышал и грудь его еле заметно вздымалась в такт дыханию. Молодой маг полностью погрузился в себя и казалось даже впал в транс. Но на самом деле он не был в трансе, просто колдовство забрало все его силы, и теперь Тавлиус как мог их восстанавливал.
   - Да... Вот так привал получился. - резко раздавшийся над ухом голос Жиля заставил Тавлиуса вздрогнуть. - Давненько такого погрома не было. Пятеро хороших человек погибло! И между прочим у всех семьи и дети. Что мне теперь их жёнам говорить? Да ещё и Тралга порешили, а без него я как без рук! Просто кошмар, невыразимый кошмар!
   Караванщик замолчал и уставился на Тавлиуса, явно ожидая от него сочувствия. Но маг только вяло кивнул головой.
   - Но как же всё-таки хорошо что вы были с нами. - увидев что говорить Тавлиус не намерен продолжил свои излияния Пикок. - Если бы не ваша магия то неизвестно что бы с нами сейчас было. Одно ясно, что ни чего хорошего точно не было бы. А кстати, что это за твари такие были? Сильно похожи на упырёв из старых сказок, так ведь всем известно что враки это всё. Скажите мастер Тавлиус что это за страх такой, вы ведь точно должны знать со своей магической учёностью.
   В воздухе опять повисла вопрошающая пауза. Молодой человек понял что кивком на этот раз не отвертеться. Но и отвечать Тавлиусу не очень хотелось, не очень зная местные поверья он боялся сморозить какую-нибудь глупость. А в очередной раз краснеть перед Арвигелем за свою непутёвость не было не малейшего желания.
   - Я с удовольствием отвечу на все ваши вопросы, дорогой Жиль, но только после того как отдохну. - сказал Тавлиус невероятно уставшим голосом. - А если любопытство не даёт вам ждать, то спросите у Арвигеля. Он всё вам расскажет, и даже наверное лучше чем я.
   - Где же его сейчас искать-то? Он как перемахнул через щит во время боя, так больше его ни кто не видел.
   - А меня не надо искать. - раздался из-за щита голос Арвигеля, и тут же серая тень перелетев через ограду бесшумно приземлилась рядом с караванщиком. - Я уже вернулся.
   - Ну вы прям как кот какой-то. - пробормотал Жиль немало удивлённый демонстрацией такой прыгучести. - А мы с мастером Тавлиусом как раз о вас вспоминали.
   - Я слышал. - перебил его кан-Нарви. - Я сразу же отвечу на ваш вопрос. Эти твари действительно упыри, или вампиры. Это уж как кому больше нравится. Они охотились, а мы случайно оказались у них на пути. Я слышал что мы потеряли всего пять человек и Тралга? Это безусловно очень печально, но я с уверенностью могу сказать что мы ещё легко отделались. Всё могло быть гораздо хуже. А сейчас вы нас простите, но я отведу молодого хозяина в повозку, ему надо набраться сил.
   Арвигель подал Тавлиусу руку и помог подняться на ноги.
   - Да кстати Жиль, возьмите это и спрячьте подальше от солнечных лучей. Надо что бы в Линдельме мы могли чем-нибудь подтвердить свой рассказ.
   Только после этих слов до караванщика дошло что Арвигель держит в руках чью-то отрубленную голову. Жиля передёрнуло от отвращения, но было уже поздно - голова взлетела в воздух и ему ни чего не оставалась кроме как поймать её.
   - Это голова их предводительницы. Клыки я правда вышиб в бою, но знающие люди без труда определят в ней вампира. Сохраните её, важно что бы вам поверили. Думаю это не единственные вампиры здесь. Нужно что бы власти приняли меры. И кстати по этой же причине лучше нам побыстрее убраться отсюда. А сейчас ещё раз извините но мастеру Тавлиусу нужен отдых.
   Арвигель всем своим видом дал понять что разговор окончен и поддерживая Тавлиуса под руку направился к "своей" повозке.
   Жиль какое-то время постоял уставившись на отрубленную голову в своих руках, а потом стряхнул с себя оцепенение и над лагерем снова разнёсся его начальственный крик:
   - А ну остолопы пошевеливайтесь! Своли! Возьми троих помощников и придайте земле тела погибших! Остальные сворачивайте лагерь! И поторапливайтесь - чем быстрее мы отсюда свалим, тем лучше для нас!
   И тут же успокоившийся было лагерь превратился в подобие разворошенного муравейника. Не прошло и трёх часов как караван на предельной скорости двинулся к Линдельму.

ГЛАВА IV

  
   Наступил вечер. На небо неторопливо выплыл жёлтый глаз луны. Мягкий ненавязчивый лунный свет разлился вокруг и осветил место недавнего побоища. Вчерашней ночью люди здесь насмерть бились с упырями и на земле ещё можно было найти следы сражения. Кое-где на траве валялись обломки пробитых болтами доспехов вампиров, а чуть дальше на выгоревшей земле виднелись несколько почерневших от жара кривых клинков.
   Но ночные обитатели напрочь забыли об этом происшествие. Не ощущая ни какого страха они окрашивали ночную тишину замысловатыми трелями и серенадами. Откуда-то из-под камней наигрывал на скрипке сверчок, рядом ему вторила басистыми переливами земляная жаба, из далекого леса еле слышно доносилось самозабвенное пение соловья и ухал в небе сумеречный охотник филин. Ночной живности были безразличны вчерашние события, всё зверьё продолжало свою обычную жизнь.
   И вдруг все звуки притихли. Что-то или скорее кто-то заставил нарушителей тишины притаиться и замолчать. И эта персона не заставила себя долго ждать. Осторожно раздвинув кусты на равнину из леса выскользнула тёмная фигура. Это была женщина в обтягивающей чёрной одежде. Каштановые волосы были собраны в хвост на затылке, из-за плеча виднелась рукоять не по-женски увесистого тесака, а за отворот сапожек были вставлены метательные ножи. Глаза женщины светились безжизненным тускло-зелёным светом. Она была вампиром.
   Женщина присела на корточки и по-звериному осмотрелась по сторонам, жадно втягивая ноздрями воздух. Удовлетворившись осмотром она вышла на открытое пространство и осторожными мягкими шагами направилась к месту вчерашнего боя. Женщина начала ходить кругами пристально рассматривая землю и постоянно принюхиваясь. Время от времени она брала в ладонь щепотку почвы, подносила её к лицу, тщательно обнюхивала и даже пробовала на вкус языком. Закончив осмотр она села на землю и достала из маленького мешочка на поясе причудливо отшлифованный берилл. Сделав над ним несколько пассов левой рукой женщина замерла и стала ждать. Через некоторое время над бериллом разлилось зеленоватое сияние. Из сияния раздался голос:
   - Что ты узнала Шая?
   - У меня не самые лучшие новости... Вайнора со своим отрядом погибли.
   - Немедленно возвращайся! - приказал голос. - Не вздумай мстить за Вайнору, она выполнила своё предназначение. Примешь управление её Гнездом. Остальные распоряжения позже... Всё, быстро в Гнездо!
   - Слушаюсь Величайшая! - успела выпалить женщина до того как камень потух. Её лицо сияло от радости. Ещё бы в какие-то двести тридцать лет и уже Мать Охранительница Гнезда.
   Шая рывком поднялась на ноги и положила берилл обратно в мешочек. В последний раз осмотревшись по сторонам она трусцой побежала в направление леса...
   ... Прошёл час, а может быть и чуть больше, и только набравшую полную силу песнь ночной живности снова бесцеремонно прервали. На сей раз песня затихла когда на дороге раздался нестройный перестук копыт. По утоптанному тысячами путешественников тракту медленно шествовал понурый ослик. На нём восседал высохший и сморщенный как вяленая груша старец. Но не смотря на свой явно преклонный возраст в волосах его не было не капли седины. Волосы его были густые и вздыбленные, насыщенного огненно рыжего цвета. Ослик неспеша продвигался вперёд, старик размеренно покачивался в такт движению. Вдруг рыжий всадник резко выпрямился, как будто что-то резко вытолкнуло его из полусна.
   - Стой Мершаг! Стой! - прокричал он своему скакуну.
   Осёл тут же замер как вкопанный, Рыжий старик покряхтывая слез с него на землю.
   - Похоже на то, что здесь вчера произошло что-то очень интересное. Пойдём Мершаг, посмотрим поближе.
   Старик и его осёл направились к месту недавних событий. Старик начал внимательно рассматривать землю, что-то бормоча себе под нос.
   - А ну Мершаг, поди попасись и не вздумай отвлекать меня! - прикрикнул на осла рыжий старец.
   Мершаг тут же засеменил подальше от своего ворчливого хозяина и начал задумчиво пощипывать травку.
   А в это время рыжий старик сел на землю и скрестил ноги. Он посмотрел на луну и сделал руками движение, как будто умывался лунным светом. Проделав несколько таких пассов, он низким голосом затянул песню без слов, из одних гласных звуков. Песня напоминала вой какого-то животного, но в тоже время в ней улавливался какой-то смутный, неясный, всё время ускользающий смысл. Старик сидел и пел, а вокруг него начали происходить странные вещи. Лунный свет нисходящий с неба наполнился вязким туманом. Туман начал приобретать форму и вскоре превратился в подобие застывших человеческих фигур. Постепенно вокруг фигур стали проявляться силуэты телег и фургонов. Вокруг старика воссоздалась подробная картина лагеря перед нападением. Рыжий старец сделал странный жест руками и видение ожило. С громадной скоростью перед ним пронеслись все события, вплоть до его появления здесь.
   Он видел нападение упырей, битву, магию Тавлиуса, возвращение Арвигеля и даже вампиршу-следопыта. Все эти происшествия пронеслись перед ним за каких-то десять минут. Досмотрев видения старик хлопнул в ладоши и туман рассеялся. Рыжий поднялся и крикнул:
   - Мершаг! Мершаг! Где ты старый олух! - на его крик осёл ответил возмущенным рёвом. - Иди сюда, пора двигаться дальше, нам здесь не чего больше делать.
   Осёл подошёл к нему и старик кряхтя вскарабкался в седло.
   - Ну что же Мершаг всё идёт по плану, как и было предречено. Убивший бога и Юнец уже здесь. Они показали себя и покажут ещё лучше. А у нас с тобой сейчас есть дела. Предначертанное должно сбыться.
   Осёл направился к дороге и постепенно скрылся за горизонтом, мерно постукивая копытами. Больше в эту ночь ни кто не тревожил ночных певцов и не прерывал их песен.

*******

   Уже несколько дней стояла невероятная для этой поры весны жара. Солнце пекло нещадно и над дорогой трепетало знойное марево. Воздух дрожал и колебался и казалось что он сейчас стечёт, расплавленный солнцем, под ноги утомлённым жарой путешественникам.
   Но несмотря на жару караван Жиля уверенно продвигался к Линдельму. Зной сильно вымотал не только людей, но и волов, которых только кнуты погонщиков заставляли тянуть тяжёлые телеги. Даже несгибаемых обычно гномов затянувшаяся жара заставила повесить носы и приуныть.
   Арвигель и Тавлиус медленно шагали рядом со своей повозкой. При такой жаре скорость передвижения была во истину черепашьей, и куда приятнее было пройтись пешком в тени повозки, чем сидеть внутри неё - где воздух раскалялся как в духовке.
   - М-да-а... Погода нас подзадержала,- проворчал Тавлиус. - Мы рассчитывали прибыть на место ещё позавчера. Может мне нагнать туч? Тогда в прохладе волы прибавили бы ходу.
   - Хорошо что ты теперь спрашиваешь меня перед тем как устроить очередную глупость. - ответил ему Арвигель. - Ты думаешь Гильдия Чудотворцев не обратила внимания на магические возмущения, вызванные нашим поединком с упырями? Всё они прекрасно заметили. Я беседовал с Жилем - он кое-что знает о правилах Гильдии. Если маг без лицензии использовал на территории Линура боевые заклинания в целях самозащиты, то ему надлежит явиться в Линдельм с отчётом о происшедшем в течение двадцати дней. В случае невыполнения этого требования на глаза магам из Гильдии ему лучше не показываться. Больше всего они наблюдают за погодными, лечебными, любовными и прочими "бытовыми" заклятиями - так как они приносят Гильдии Чудотворцев основной доход. И совсем не исключено, что нынешняя жара дело рук гильдейских магов - так они могут поднимать спрос на погодные услуги. Так что после боя с вампирами, нагони ты сейчас тучи, и посланцев из Гильдии не пришлось бы долго ждать. И пришли бы они совсем не с букетом полевых маргариток. Конечно с парой местных магов мы бы справились, но проблемы с властями нам совсем ни к чему.
   - Почему же ты меня не предупредил? - слегка обиженно спросил Тавлиус.
   - Потому что я всё надеюсь что ты довольно взрослый мальчик для того что бы не делать глупости.
   - Но ты ведь тоже не непогрешимый, ты тоже ошибаешься,- молодой маг ехидно улыбнулся. - Мы ведь не просто так тащимся в Линдельм так долго.
   - Если ты имеешь в виду ошибку в Звезде Олвера, так все мы иногда ошибаемся. Таковы уж свойства человеческой натуры. - спокойно ответил на шпильку кан-Нарви. - Всем свойственно ошибаться. Я ведь не требую от тебя непогрешимости. Все имеют право на ошибку. Даже боги. Но ты всё же слишком часто ошибаешься в последнее время.
   - Я стараюсь исправиться,- ответил пристыженный Тавлиус. - Поэтому я и советуюсь с тобой сейчас перед тем как сделать что-либо.
   - Приятно это слышать. - Арвигель явно смягчился. - Но возможно тебе придется действовать самостоятельно. Поэтому привыкай со всех сторон осматривать свои поступки, что бы не наломать дров.
   И тут их беседу прервал истошный крик Димура. Он спрыгнул с повозки и бежал в их сторону, смешно перебирая короткими ногами. Борода его растрепалась, а руками он размахивал не хуже ветряной вертушки, какими любят забавляться дети.
   - Мастер Тавлиус! Мастер Тавлиус! Вы обязательно должны на это посмотреть!- кричал возбуждённый гном. - Я знаю вы впервые будете в Линдельме, и не видели Привратного Сияния. Вы должны обязательно посмотреть! При таком солнце оно просто божественно!
   Рыцарь и его оруженосец переглянулись с удивлением и направились к гному. Тот указывал вперёд, и товарищи уставились в этом направлении.
   Вначале они увидали какие-то неясные цветные сполохи у горизонта, но по мере приближения они превращались в прекрасный, сверкающий всеми цветами радуги, ореол. Великолепное сияние постоянно менялось и перетекало и казалось живым.
   Караван продвигался вперёд, постепенно стали появляться строения пригорода, а вскоре стало видно и грандиозную крепостную стену, окружающую весь город. Сияние разливалось как раз из-за главных городских ворот.
   - Это сияние бесспорно исключительно красиво. - сказал Тавлиус. - Но Димур, чего ты так переполошился?
   - Сияние создано солнцем, а вот то что его излучает - дело рук нашего народа! - гордо сказал Димур.- Мои предки создали этот уникальный шедевр! Не обошлось правда без помощи магов, но большую часть работы выполнил народ Подземного Тракта.
   Казалось что от гордости за свой народ гнома просто разорвёт на части - так он надулся.
   - И что же это за шедевр? - спросил заинтересованный Арвигель.
   - Не хочу портить вам удовольствие. - ответил гном. - Въедем в город - увидите всё своими глазами.
   - Ну что же, тогда подождём. - сказал Арвигель и продолжил рассматривать сияние, которое становилось всё прекраснее и величественнее с каждым шагом пройденным к городу.

*******

  
   Арнодин Шарто, для друзей просто Арно, прибывал в препоршивейшем расположение духа. Слишком ранняя для этого времени года жара измотала его тело, а надоевшая однообразная служба сводила его с ума. Вот уже второй год Арно служил начальником привратного поста Линдельма, и за это время он успел просто возненавидеть и свою должность, и монумент Дорагину Могучему, и вообще весь Линдельм с его обитателями, включая его королевское величество Танира III.
   Хотя два года назад, когда его опекуны выхлопотали для него эту должность, он был просто вне себя от восторга. Ещё бы! Ему было двадцать пять, он только начал продвигаться по карьерной лестнице в Линурской армии - и тут такой скачок! А все из-за того что его опекуны, Тавин и Аннес Шарто-Данифф купили себе наконец-то графский титул. И тут же бывшие барон и баронесса Шарто-Данифф решили что их племянник, и по совместительству пасынок, должен иметь соответствующее им положение на армейской службе. Они использовали сеть своих многочисленных знакомств, кому-то дали взятку, кого-то попросили по старой дружбе, а некоторых лиц попросту припугнули - и в результате Арно получил должность о которой раньше не смел и мечтать.
   В первое время он был от новой работы в непрекращающейся эйфории, которую не портил даже его сменщик - тучный пьяница и обжора капитан Кардэ Менталь. До этого лейтенант Арнодин Шарто служил в далёкой провинции. А теперь, блеск столицы, один и важнейших постов под его командованием и возможность на службе лицезреть одно из самых великих творений искусства - монумент Дорагину Могучему, всё это приводило Арно в прямо какой-то юношеский восторг.
   Особенно нравился ему монумент. По древней легенде, когда Эймис был совсем юным миром, и даже континенты имели другие очертания, произошла великая страшная богов. Великий бог тьмы, имя которого было проклято и забыто, решил поработить весь мир и ввергнуть мироздание в хаос. Он подчинил своей воле мелких божков и их прислужников, собрал громадную армию ужасных тварей и демонов и двинулся победным маршем через весь Эймис. Противостояли ему только владычица северных морей Ийлла и владыка ветров Аорэ. Они собрали под свои стяги немногие оставшиеся свободные народы, даже эльфы покинули тогда свои тайные чертоги. Но силы были слишком неравны. Под командованием тьмы были бесчисленные орды жутких созданий, и даже павших противников Чёрный Бог выдёргивал из объятий смерти и ставил в свои ряды. Но самой страшной боевой силой были Уйахири - так звался народ созданный Чёрным богом. Могучие войны с чёрными как ночь крыльями и с такими же чёрными душами. Они были многочисленны и бесстрашны в бою, а их командиры прославились как изощрённые некроманты. Под их натиском погибли войска Владыки Аорэ, а сам он был пленён. Владычица Ийлла с остатками армии была окружена, и казалось что надежды уже нет. Но тут случилось чудо. Разверзлись небеса и в божественном сиянии в мир снизошёл Сатод и его рать. Сатод великий бог света и жизни пришёл на помощь погибающему миру. Он привёл с собой многочисленную рать Айрахи - белых крылатых воинов, достойных противников порождениям тьмы. Числа их было не счесть, сила их была велика и свет разил вместе с копьями их.
   Разразилась великая решающая битва. Гибли слуги тьмы в великом множестве, разбуженные мёртвые снова находили покой, и ряды Уйахири редели всё сильнее. И под конец битвы явил себя Чёрный бог. Восседал он на страшного вида морском змее и окружали его оставшиеся в живых крылатые войны. Сатод сшиб его с чудного скакуна и сошлись они на дне морском, Айрахи и Уйахири сражались в воздухе, а люди, гномы и эльфы наблюдали за битвой с берега. И тут морской змей в приступе ярости бросился на берег и начал давить и жрать всё живое. Но был среди людей могучий воин Дорагин. Без страха он бросился на чудовище. Увидав такую отвагу владычица Ийлла обратилась в огромную бабочку, и подхватив Дорагина в лапы, взмыла в воздух. Её крылья переливались нестерпимым сиянием. Оно ослепило жуткое чудовище, а Дорагин своей могучей рукой направил копьё в голову змея и поразил его на смерть.
   Битва закончилась. Чёрный бог был сражён, а его тело захоронено в потаённом месте (тело бога так просто не уничтожишь). Его выжившие приспешники Яттихор и Малдис изгнаны за грань мира, а остатки войск рассеяны по всему Эймису. Сатод, во всепрощение своём, не стал преследовать их, дав им шанс обратиться к свету. Дорагин стал лидером большой группы людей, а позже основал королевство Линур. И в память о его подвиге был создан монумент. Работали над ним почти две сотни лет лучшие мастера Подземного Тракта, а сильнейшие маги Линура собрали Монумент во едино, и поддерживают по сей день.
   Гигантская бабочка висит в воздухе, медленно двигая крыльями. Тонкие, ажурные золотые крылья бабочки щедро усыпаны всевозможными драгоценными камнями, которые играя на солнце создают Привратное Сияние. На спине её восседает Дорагин Могучий (создатели памятника решили что болтаться под брюхом у насекомого, хоть и божественного, не достойно легендарного короля) и своей рукой пронзает голову змея, который выныривает из серебряного постамента. Великолепие этого памятника невозможно описать ни какими словами, его надо видеть воочию.
   Первое время службы Арно был просто ослеплён величием памятника. Свою работу он исполнял, но голова его была занята абстрактными измышлениями о прекрасном, затмевающими окружающую действительность. Но даже самое красивое в мире зрелище постепенно приедается и становится скучной обыденностью. Со временем Арнодин Шарто стал более внимательным к происходящему вокруг. И это его не обрадовало.
   Кругом царило мздоимство и разгильдяйство. Торговцы и путешественники предпочитали давать на въезде взятки, а не декларировать товар и платить в казну налог, который был несколько выше мзды караульным за незамечание ввозимых вещей. Вечером те же караульные усердно предавались пьянству, и если бы даже монумент ожил и сплясал в присядку, они бы этого не заметили.
   Арно это взбесило и он начал исправлять ситуацию как мог и умел - увольнять и наказывать провинившихся подчинённых. Но бороться с прогнившей системой оказалось так же легко как и с комарами посреди болота - прихлопнешь одного, сразу вопьется другой. Новые караульные с громадным энтузиазмом начинали принимать "подарки" от торговцев. А в конце концов Арно вызвало к себе вышестоящее руководство и разнесло его в пух и прах. Оказалось определённая часть взяток шла им, а деятельность излишне честного начальника привратного поста негативно сказалась на их доходах. Арно недвусмысленно предложили припасть к общей кормушке, а не беспокоиться о поступлении налогов в казну. Его величество Танир III и так богат, ему денег хватит. В это день Арно возненавидел свою работу.
   А на сегодняшний день он ненавидел и весь окружающий мир. С утра к нему заглянул вечно пьяный сменщик Кардэ Менталь, и общение с ним довела Арнодина до бешенства. И как раз когда начальник превратного поста размышлял об отвратительности мироздания, в дверь его кабинета постучали.
   - Господин капитан Шарто! - раздался голос одного из его солдат. - Тут один торговец очень сильно настаивает не встрече с вами.
   - Какого демона ему надо? - взревел Арно. - Вся проверка документов и ввозные сборы проводятся дежурным возле врат!
   Капитан Шарто был не в настроении для общения с очередным торгашом, который будет предлагать взятку за то, что бы половину груза не декларировать при въезде. После памятной беседы с начальством Арно для себя твёрдо решил что взяток брать принципиально не будет. Пусть это делают другие, если хотят торговать своей честью как портовой шлюхой. Иногда появлялись особо ретивые купцы, которые добирались до кабинета капитана Шарто с намерением осчастливить его подарком. Как правило из кабинета они вылетали с недоумением на лице и отпечатком капитанского сапога на мягком месте. И сейчас Арно решил что если торгаш будет из этой породы, то удовольствие наподдать ему, значительно улучшит сегодняшний день.
   - Господин капитан. - снова раздался голос солдата. - Он говорит что у него дело государственной безопасности и оно очень важное.
   - Все они так говорят. - подумал Арно и с ухмылкой посмотрел на свои сапоги, а в слух сказал. - Ну ладно пусть войдёт.
   Дверь отварилась и в кабинет вошёл Жиль Пикок с мешком в руках. Внутри мешка по очертаниям угадывался круглый предмет размером с человеческую голову.

*******

  
   Наконец-то караван прибыл в Линдельм. Вернее пока не в саму столицу, а к Вратам Дорагина. Врата Были просто громадные, как минимум три телеги бок о бок могли свободно проехать в них. Стены у города были высокие и крепкие, сложенные из хорошо подогнанных друг к другу громадных гранитных глыб. И наверняка они укреплялись ещё и магией Гильдии Чудотворцев. А вот рва не было. То ли по причине излишней самоуверенности, то ли наоборот трезво осознавая свою мощь, строители города решили обойтись без него.
   Караван Жиля подошёл совсем близко к воротам. Осталось каких-то шесть повозок, стоящих в очереди на въезд, и наконец-то Линдельм примет в свои объятья уставших путников. Возле стоявших впереди телег суетились стражники одетые бело-жёлтые цвета Линура. Они проверяли груз, и уводили хозяев телег в караулку, видимо оформлять какие-то документы.
   Арвигель и Тавлиус стояли в голове каравана и смотрели на открытые городские ворота. И действительно даже видавшему виды кан-Нарви было от чего временно потерять дар речи.
   Сразу за Вратами Дорагина раскинулась, мощённая брусчаткой, довольно обширная площадь, а посреди неё располагался чудесный монумент. Величавая многотонная бабочка, исполненная из червонного золота, парила в воздухе. Крылья её были словно сотканы из тончайшего золотого кружева. В просветах кружевных узоров крепились драгоценные камни удивительной огранки. Был там и прозрачный как слеза алмаз, и зеленый изумруд, и кровавый рубин, и любимый камень эльфов - берилл, и фиолетовый аметист, а так же множество других бесценных "слёз земли". Крылья медленно двигались вверх и вниз, имитируя полёт. Солнечный свет отражался от них разноцветными бликами. Бабочка была так безупречно сработана подгорными мастерами, что казалась по настоящему живой. На её спине восседал властный воин могучего телосложения. Копьём сжатым своей рукой он поражал в голову ужасного морского змия, который казалось только что вынырнул из серебряного пьедестала, и сейчас, получив смертельную рану, потонет в нём навсегда. Воистину можно путешествовать через сотни миров и не отыскать такого же грандиозного творения искусства и магии.
   Какое-то время товарищи очарованно смотрели на монумент.
   - М-да. - нарушил тишину молодой маг. - Действительно было от чего переполошиться Димуру. Я бы тоже разрывался на части от гордости, если бы мои предки соорудили такую штуковину.
   Арвигель не ответил и молча продолжал смотреть на монумент. Через пару минут к ним подошёл хозяин каравана.
   - Кто впервые въезжает в Линдельм, тот всегда поражён в самое сердце красотой монумента. - обратился к товарищам Жиль. - Но со временем привыкаешь к его красоте, и монумент перестаёт захватывать всё ваше внимание.
   - Вы ведь подошли не для того чтобы нам это сказать? - спросил Арвигель
   - Конечно вы правы мастер Арвигель. - учтиво ответил караванщик. - Наш совместный путь подошёл к концу, и я хотел поблагодарить вас за помощь в битве. Без вас мы бы не справились. Во истину благословен тот день, когда я попросил мастера Тавлиуса и вас присоединиться к нам. Я помню что обещал за ваши услуги только довести вас до Линдельма. Но я хотел бы отблагодарить вас золотом. Ведь если бы не вы мастер Тавлиус и, не вы мастер Арвигель, то караван ни когда бы не пришёл по назначению.
   - Нам очень льстит ваша благодарность, дорогой Жиль. - прервал его излияния Тавлиус. - Но я и мой телохранитель привыкли придерживаться изначальных договоров. Не обижайтесь, но вашего золота мы не возьмём. А если вы хотите отблагодарить нас то лучше посоветуйте нам гостиницу поприличнее.
   - Конечно я вам посоветую. Лучшим для вас вариантом будет "Камень и снег". Чисто, прилично, вкусно кормят и приемлемые цены. От монумента пройдёте три квартала на юг, один на восток, и ещё два на юг. Там вы увидите эту гостиницу.
   - Спасибо Жиль. - сказал Арвигель. - И пожалуйста голову вампиршы отнеси как можно быстрее властям. Пусть они поскорее разберутся с вампирской угрозой.
   - Я прямо сейчас, как только пройду досмотр, пойду к начальнику привратного поста, расскажу ему всё и передам в качестве доказательства своих слов голову вампирши. Но у меня остался к вам последний вопрос. - Жиль Пикок сделал паузу, погладил свою чёрную бороду, окинул взглядом вначале Тавлиуса, потом Арвигеля и продолжил. - Не хотели бы вы, закончив свои дела здесь в Линуре, присоединиться к моему предприятию. Я предлагаю вам не работу, а долю в моём деле.
   - К сожалению, дорогой Жиль. - ответил ему Тавлиус. - Линдельм для нас только небольшая остановка. Дела ждут нас впереди и я с моим телохранителем не сможем к вам присоединиться.
   - Ну что же нет, так нет. - разочарованно проговорил купец. - Но это не помешает нашей дружбе. Мой дом всегда распахнёт двери перед вами. А сейчас нам пора расставаться, подошла наша очередь на въезд. Надеюсь на то, что судьба пересечёт наши пути.
   - Мы тоже искренне надеемся на это. - проговорил молодой маг. - Удачи вам во всех делах Жиль!
   Они горячо пожали друг другу руки и разошлись в разные стороны. Жиль пошёл к стражникам оформлять документы, а кан-Нарви и кир-Дер-Наг в сторону "Камня и Снега".

*******

  
   Капитан Арнодин Шарто сидел и тяжко размышлял. Пришедший к нему в кабинет купец (кажется его звали Пикок) принёс очень, очень плохою весть. Арно даже по началу отказывался в это верить. Ещё бы, ведь купец начал что-то говорить о напавших на него упырях. А это было чистой воды бессмыслицей. Ведь всем известно что упырей уничтожили много сотен лет назад. И тут бородатый купец начинает рассказывать про целый вооруженный отряд. Арно уже хотел прервать его словесный поток и выставить из кабинета (правда без пинка под зад), как вдруг посетитель достал из своего мешка отрубленную женскую голову и поднёс её поближе к открытому окну. Тут же, там где на кожу упал солнечный свет запузырился и зашипел жуткий ожог. Мясо моментально начало выгорать и обугливаться, обнажая кости черепа. Нестерпимо завоняло палёной плотью.
   После такой демонстрации капитан Шарто вынужден был признать, что хотя бы часть рассказанной бородачом истории является правдой. На счёт целого отряда этот Пикок однозначно присочинил, но то что в мире снова объявились вампиры - это факт. И с этим фактом надо как-то разбираться.
   Арно изъял обгоревшую голову, поблагодарил купца за информацию, и заверил его что власти разберутся как можно быстрее. Купец довольный этими обещаниями удалился, а капитан остался размышлять над этой, свалившейся как снег на голову, проблемой.
   А поразмыслить было над чем. По идее Арно должен был осведомить начальство о появление в королевстве упырей. Но во-первых капитан был уверен, что даже демонстрация поджаривающейся от солнечного света головы, не заставит этих напыщенных, заботящихся только о своём кошельке, придурков поверить в реальность произошедшего и принять какие-либо меры. А во-вторых Арно уже понял как из этой ситуации можно извлечь выгоду для себя.
   Если Арнодин сможет уничтожить этих забредших сюда вампиров сам, то прыжок по карьерной лестнице ему будет обеспечен. И тогда можно будет разобраться со всем этим бардаком и коррупцией вокруг. А всё что для этого нужно - небольшой отряд друзей офицеров и немного времени. И если удача им улыбнётся, то многое можно будет изменить. Арно злорадно ухмыльнулся, подумав о том, как он наведёт здесь конце концов порядок.
   Поразмышляв ещё с полчаса, капитан наконец решился. Он разберется с упырями сам. А потом разберётся и со всем остальным бардаком.

*******

  
   Гостиницу товарищи нашли быстро и без особых проблем. Жиль очень точно указал им дорогу, а громадную вывеску было видно издалека.
   Всё оказалось так, как и обещал купец. Чисто, аккуратно, еда вкусная и цены вполне умеренные. И сейчас разместив вещи, помывшись и отобедав, друзья сидели за небольшим уютным столиком и потягивая вино обсуждали дальнейший план действий.
   - Ну что же, пора нам преступать к выполнению задания. - тихо проговорил Арвигель, всматриваясь в бордовые глубины своего бокала. - Сегодня отдохнём. Завтра я направлюсь в "Весёлый зеленокожий". Выясню у Проныры Кодо всё что ему известно о происходящих здесь делах. Ты же направляйся в Гильдию Чудотворцев. И во что бы то ни стало, получи лицензию на использование магии.
   - И какую лицензию мне получить? - спросил Тавлиус.
   - А что у них есть выбор?
   - Да, и довольно большой. Я об этом разузнал у Жиля. Гильдия продаёт лицензии на отдельные отрасли магии. Отдельно на боевую, бытовую, погодную и целительскую. Причём внутри каждого отдела ещё несколько подразделений. Так какую же магию мне получать лицензию?
   - Однозначно на боевую. А на какую боевую магию - смотри сам. Если хватит средств, то бери полную лицензию. Если не хватит, то на ту, которой владеешь лучше. Это уже тебе виднее.
   - Хорошо, так и поступлю. А что мне делать потом, после визита в Гильдию?
   - Ничего вернешься сюда и дождешься меня. Потом уже будем строить дальнейшие планы.
   Тут разговор был прерван подошедшей прислугой. Довольно миловидная блондинка в чистом накрахмаленном розовом передничке поинтересовалась не хотят ли господа ещё вина. Господа заказали ещё одну бутылку и беседа перетекла в другое русло.
   Постепенно оплавлялись свечи, с улицы, через открытые окна, осторожно вползала вечерняя прохлада. Зал начал пустеть - гости "Камня и снега" начали расходиться по своим комнатам. Последовали их примеру и наши герои. И не прошло пол часа, как они уже спали сном праведников.

*******

  
   Боль и злость. Злость и боль переполняли всё существо кан-Кебата. С тех пор как этот урод кан-Нарви вышиб его своим магическим ударом из тела, кан-Кебат всё ни как не мог слиться с плотью во едино.
   Он уже потерял счёт времени своего пребывания в подвешенном состоянии в глубинах астральных планов. Больше всего лича бесило то, что он не мог передвигаться в астрале. Если бы он вышел из тела по собственной воле, то пребывание здесь он превратил бы в увлекательное путешествие по различным планам тонкого мира. А так он вырван из тела насильственно и грубо. Астросом его был скручен и парализован страшной болью, которая всё не проходила с момента рокового удара. А самое обидное что и в тело физическое нормально вернуться он не мог. Шнур связывающий его тела постепенно укорачивался, подтягивая его всё ближе и ближе к вожделенному моменту слияния со своим организмом. Но всё это происходило слишком медленно - миллиметр за миллиметром.
   Вот и оставалось кан-Кебату висеть в астрале и мечтать о том, что он сотворит с поганым Арвигелем, когда сможет вернуться в привычный план бытия. В своём воображении он перебрал весь арсенал приёмов задж-морт, применив его к телу врага. Мысленно он снова и снова разрывал его на куски. Кан-Кебат даже не хотел использовать в будущей схватке магию, он хотел сделать всё именно руками, почувствовать в ладонях тёплую кровь врага и вырванные острыми когтями куски мяса.
   Время текло, ненависть лича всё больше разгоралась, и тело его было уже совсем близко. Совсем скоро он с ним сольётся, совсем скоро он избавится от боли, бессилия и унижения.
   Но что это? Какая-то неясная размытая тень мелькнула на самом краю зрения. Вот ещё раз, и ещё.
   Кан-Кебат занервничал. Только не хватал ещё приманить своей беспомощностью кого-то из вечно голодных хищников астрального мира. Тем более существ таких очертаний он в астрале ещё не встречал, а ко всему незнакомому он относился предельно недоверчиво.
   Вдруг синяя тень резко вынырнула из-за спины лича и зависла прямо перед его лицом. Какое-то время синий силуэт просто висел, постоянно меняя свои очертания. Кан-Кебат чувствовал что его пристально рассматривают, хотя определить где у существа находятся глаза он не мог.
   - Я пришёл на запах твоей ненависти и злобы Кебат. - раздался холодный и безжизненный голос. - Я могу помочь тебе разобраться с твоим врагом.
   - Во-первых я для тебя кан-Кебат Каткат, Тёмный Рыцарь Ордена Равновесия, тварь!!! Запомни это если надумаешь ещё раз ко мне обратиться! А во-вторых - кто ты такой, что имеешь наглость предлагать мне помощь? Только некоторые боги не склоняются перед мощью Рыцарей Ордена.
   Синяя тень ни чего не ответила. Вместо ответа к Кебату пришла боль. Такая сильная боль, что все мучения от удара Арвигеля отошли на второй план. Лич даже решил что он окончательно умирает. Но тут же боль ушла также быстро и неожиданно как и появилась.
   - Это ответ на оба твоих заявления Кебат. Я сильнее тебя во сто крат и могу сделать с тобой всё что захочу. Ты примешь мою помощь потому что так должно быть, а если не примешь, то окончательно умрёшь.
   Кан-Кебат понял что сила с которой он столкнулся это что-то из ряда вон выходящее. Он прекрасно осознавал что "помощь", которую ему навязывали скорее всего обернётся для него ловушкой. Но похоже, что особого выбора у него сейчас нет. Или покориться и принять помощь или окончательно умереть.
   - Я приму твою помощь, вот только в чём она заключается? - голос Тёмного Рыцаря больше не был гордым и самоуверенным.
   - Тебя сейчас отстранят от дел. И ты отправишься за своим врагом на Эймис. Там затаишься и будешь ждать моего приказа. И когда придет время сразишься с Арвигелем. Я же для этого наделю тебя силой намного превышающей твои возможности.
   - И что я буду должен за такую поддержку? - подозрительно спросил кан-Кебат.
   - Я же вроде понятно сказал - я предлагаю помощь. А за помощь я ни чего не требую взамен. Разве что некоторые небольшие услуги, но поверь их выполнение тебе самому придется по душе. Да и что ты - жалкое существо можешь мне, кроме этого, предложить? - тень превратилась в громадные синие глаза, из которых на лича нахлынул настоящий ужас. - Только не думай что можешь обмануть меня. Я найду тебя и тогда тебе не поздоровится.
   - Я всё понял... - голос лича уже даже дрожал, от былой самоуверенности не осталось и следа. - Но у меня остался один вопрос.
   - Какой?
   - Как мне тебя называть? Кому я теперь служу?
   - Нет у меня здесь имени. Я не принадлежу этим мирам. - силуэт начал быстро таять. - Когда придет время, я приду и отправлю тебя на Эймис. Жди меня и не вздумай ослушаться!
   Тень растворилась без следа, а её голос все ещё звучал многократным эхом. От этого эха Кебату стало совсем не по себе. Жуткое создание. Абсолютно непонятное и не объяснимое - и именно от этого жуткое. Лич чувствовал что идя на это соглашение он серьёзно рискует. И что если об этом узнает Безымянный, то будет крайне недоволен. Но всё же возможность уничтожить Арвигеля перевешивала все негативные последствия...
   ...Злость постепенно проходила. Лич был теперь полностью спокоен. Он знал что точно отомстит Арвигелю. И за себя и за своего друга кан-Динира. Осталось только подождать. А тот кто уже однажды был мёртвым, ждать умеет.

*******

  
   Арвигель приближался к "Весёлому зеленокожему" Этот кабак находился в портовой зоне Линдельма. Кричали чайки. Дул свежий ветерок принося с собой запах моря. По улице перемещалась разношерстная толпа. Здесь были представители всех дружественных Линуру рас: люди, орки, гоблины, гномы и даже можно было заметить одного, двух эльфов.
   Кан-Нарви проталкивался через эту толпу и думал о том, что порты всех миров похожи друг на друга как родные братья. И если ты разобрался что к чему в одном из них, то и в другом мире ты легко сориентируешься. Светлый рыцарь пристроился следом за двумя орками, в задубевших от морской соли матросских одеждах, на лицах которых легко читалось громадное желание пропустить по кружечке пивка. И не ошибся. Не прошло и трёх минут как они подошли к неприметному одноэтажному зданию с выгоревшей на солнце вывеской. На вывеске с трудом можно было рассмотреть без особого усердия намалёванного гоблина, улыбающегося во весь рот, и надпись, которая гласила: "После захода солнца вход только для гоблинов и орков".
   Парочка орков, за которыми шел Арвигель, весело перебрасываясь фразами на своём гортанном наречии, распахнули двери кабака и вошли внутрь.
   Кан-Нарви остановился у входа и осмотрелся вокруг. Рядом с дверями стояла палатка старьёвщика. Через дорогу несколько рыбных магазинчиков. Сквозь витрину одного из них было видно как сурового вида мужик разделывает внушительным тесаком громадную рыбину. По улице передвигалась толпа людей и нелюдей. Арвигель внимательно осмотрел всё цепким взглядом - вроде бы обстановка спокойная, ни чего подозрительного.
   А осторожничал он из-за того что был почти безоружным. Когда Арвигель выходил из гостиницы, портье сказал ему, что без специального разрешения военного коменданта столицы, с мечом по городу ему лучше не ходить. Времени на оформление документа не было. По этому пришлось оставить меч в "Камне и снеге". И сейчас у него был только пристёгнутый к правому бедру Великий Щит Морлака. Будучи безоружным Светлый Рыцарь предпочитал предельно проверять обстановку вокруг, дабы всегда быть готовым к нападению.
   Удовлетворившись осмотром Арвигель вошёл внутрь заведения. Внутри царил полумрак и прохлада. В нос с порога ударил резкий специфический запах гоблинской стряпни. Орков и гоблинов этот аромат сводил с ума, но Арвигелю он совсем не понравился. Кан-Нарви прошёл к свободному столику и подозвал к себе гоблина подавальщика.
   - Принеси мне вина, и если появится Кодо, скажи ему что Арвигель Нарви здесь,- сказал он гоблину и сел за стол.
   Прошло около двадцати минут пока Арвигелю принесли заказ. Всё это время он чувствовал на себе недружелюбные взгляды посетителей заведения. Видимо в "Веселый зеленокожий" люди захаживали не часто. Но через какое-то время к Арвигелю привыкли и перестали обращать на него внимание.
   Прошел час. Кодо всё не было. Бутыль вина подходила к концу. Кан-Нарви уже решил заказать ещё одну, как вдруг дверь распахнулась, впуская внутрь группу новых гостей. Первым шёл невысокий, даже по меркам зеленокожих, худощавый гоблин. Он был уже в преклонном возрасте, но при этом сохранил цепкий взгляд и живость движений. Кожа его потускнела, словно вытерлась об вечно текущее время. Из бледно-зелёной гоблинской кожи, она превратилась в бледно-серую. Пожилого гоблина сопровождали четыре здоровенных орка. Трое из них сразу же обшарили взглядами всё помещение. В их поведение явно проглядывались повадки телохранителей. Четвёртый был довольно молод и с гордостью выставлял на показ громадные золотые клыки, торчавшие из выдвинутой вперёд массивной нижней челюсти. Такие клыки означали у здешних орков что их обладатель являлся наследником княжеского рода, одного из многочисленных орочьих кланов холмов Мейхан.
   К новоприбывшим тут же засеменил гоблин-подавальщик. Он несколько раз заискивающе поклонился и что-то затараторил, склонившись к уху пожилого гоблина. При этом он указал на Арвигеля пальцем с длинным загнутым ногтем.
   Пожилой что-то сказал одному из своих телохранителей, и тот сразу же двинулся в сторону рыцаря. Подойдя к Арвигелю орк встал рядом с ним и начал внимательно рассматривать его пренебрежительным взглядом. Кан-Нарви казалось не заметил его и продолжал потягивать вино.
   - Ты что ли Арвигель Нарви?! - прорычал орк.
   - А ты что ли Проныра Кодо? - не поднимая глаз ответил Арвигель.
   - Нет, Проныра Кодо мой хозяин, и он хочет знать, что у тебя за интерес к нему!?
   - Я буду говорить с ним, а не с его прислугой! - ответил Арвигель и поднял глаза вверх. От взгляда его зелёных глаз орку стало как-то не по себе. - Скажи ему что я опоздал на две недели, но могу и совсем уйти.
   Орк развернулся и пошел обратно. Через минуту к Арвигелю подошел подавальщик.
   - Кодо ждёт вас в отдельной комнате. - сказал он, в его тоне появился оттенок уважения. - Пройдите за мной, я проведу вас.
   Арвигель встал из-за стола и проследовал за прислугой. Гоблин провёл Арвигеля к небольшой двери, возле которой стояла охрана пожилого Проныры Кодо и молодой княжич.
   - Хозяин ждёт тебя внутри, сказал один из охранников и раскрыл перед рыцарем дверь.

*******

  
   Один только взгляд на здание Гильдии Чудотворцев сразу же говорил о том кто реально заправляет делами в Линуре. Резиденция Гильдии своим великолепием затмевала стоявший рядом королевский дворец. И не только красотой, но и размерами. И правда, уже второй век реальная власть была в руках Архимага, а не короля. Просто в Линуре не принято говорить об этом в слух.
   Два века назад Дорагин IV абсолютно не оправдал чаянья своих венценосных родителей, назвавших сын в честь легендарного предка. Дорагин IV вырос слабым и безвольным, а по полнолуниям на него наподдали приступы мрачного безумья. Когда трон Линура по праву наследования перешёл к нему страну стали разрывать междоусобные конфликты. Герцог Тарогский, граф да Манри и граф да Пулен устроили настоящую войну за право быть регентом при слабоумном короле. И тут, когда этого не кто не ожидал, на сцену вышел Архимаг Гильвирус. Лучшие боевые маги Гильдии без труда уничтожили войска всех троих претендентов. После этой однозначной демонстрации силы Гильвирус без труда был назначен регентом. И получил Линдельм в свои руки.
   До этого Гильдия Чудотворцев занималась исключительно своими магическими изысканиями и продажей заклятий. Теперь же она заправляла в стране всем. Время жизни магов куда дольше чем у обычных людей. Гильвирус пережил Дорагина IV и воспитал его сына так, как было ему выгодно. Со смертью слабоумного короля, Архимаг по закону перестал быть правителем страны, но фактически новый король Юрдэн I во всех вопросах советовался с Гильвирусом, и вскоре сделал его своим главным советником. А когда родился наследник престола, Архимаг снова стал наставником принца, воспитывая его в своих интересах. Это продолжалось до сих пор, и нынешний государь Танир III во всём слушал своего обожаемого наставника Гильвируса, а Гильдия Чудотворцев уже не стеснялась показывать своё превосходство над королевской властью. Правда, как уже говорилось выше, линурцы не любят об этом говорить, это считается не разумным и небезопасным.
   И сейчас перед зданием Гильдии стоял Тавлиус, который всех этих фактов не знал, но увидев разницу между королевским дворцом и резиденцией магов, понял реальную расстановку сил в Линуре. Недолго поросматривав шедевр местной архитектуры, молодой маг решительно направился к входу.
   Поднявшись по мраморным ступеням, Тавлиус прошёл через громадную колоннаду. Все колоны были испещрены магическими знаками, которые загорались золотистым сиянием при малейшем приближение к ним. Тавлиус почувствовал как забурлила сила вокруг него и заработал целый каскад защитных и сканирующих заклятий. После этого он ощутил что вокруг возникла невидимая капсула, не позволяющая пользоваться магией. По крайней мере в этом был уверен тот кто эту капсулу задумал. А Тавлиус пока не хотел разуверять Гильдию в безупречности их системы безопасности. Поэтому он шёл дальше, как будто не замечая творящегося вокруг него магического действа.
   Наконец Тавлиус приблизился к огромной двери, в три человеческих роста. Интересно здесь бывают гости таких размеров, или это для солидности? Дверь была из чёрного дерева, и искусно оббита золотым орнаментом в виде беспорядочно переплетённых змеек. Возле двери стоял маг, видимо нёсший здесь почётный караул. Он был одет в тёмно синий балахон, с сильно надвинутым на лицо капюшоном, в тени которого полностью скрывалось лицо. Грудь чудотворца украшала массивная золотая цепь с медальоном в виде свитой в спираль змеи. Это была эмблема Гильдии Чудотворцев. Змея в Линуре считалась олицетворением тайного знания и магического умения. В руках мага был посох из серебра, довольно тонкий и изящный для того что бы служить опорой или оружием рукопашного боя. Зато вокруг ажурного навершия посоха искрилась и потрескивала настоящая молния, готовая в любой момент, по воле хозяина, поразить цель.
   Тавлиус остановился перед привратником. Маг молчал, Тавлиус тоже. Но на незримом уровне шла напряжённая борьба. Привратник прощупывал Тавлиуса, а тот маскировал большую часть своей силы и умений, так что бы их не мог обнаружить гильдейский маг. Наконец-то удовлетворившись своим осмотром (как будто охранных заклятий было не достаточно) привратник нарушил молчание.
   - Сила у тебя имеется, правда не большая. - проговорил он неожиданно тонким и мелодичным голосом. - Кто ты и что тебе здесь надо?
   - Зовут меня Тавлиус. Я хочу отчитаться перед Гильдией о применении боевой магии и купить лицензию.
   - Это похвально. - не то пропищал, не то пропел маг привратник. - Правда Гильдия больше не раздаёт лицензии кому попало, но может тебе повезёт. Можешь проходить.
   Он быстро начертил в воздухе какой-то знак правой рукой. Раздался еле слышный перезвон и двери плавно распахнулись.
   Тавлиус улыбнулся привратнику добродушной улыбкой простака и вошёл внутрь.

*******

   Дверь неслышно закрылась за спиной Арвигеля. Комната была освещена неярким приглушенным светом. Помещение было совсем небольшим, стены завешены толстыми шерстяными коврами, гасящими все звуки. Узоры на коврах были надёжно сокрыты полутьмой. Пол порывали шкуры каких-то больших зверей. Их мех чем-то напомнил Арвигелю беров из его родного мира. Посредине комнаты стоял небольшой деревянный стол. На столе раскорячился чудный бронзовый подсвечник с двумя толстыми сальными свечами. Свет от этих свечей был единственным источником освещения в комнате.
   За столом, спиной к входной двери, сидел пожилой гоблин. Как только дверь закрылась он встал и поспешно двинулся к Арвигелю. Его лицо излучало доброжелательность, но где-то, на самом дне глаз, затаились плутовские огоньки.
   - Прошу прощения кан-Нарви. - голос гоблина напомнил Арвигелю карканье ворона. - Проныра Кодо это я. Я ждал вас две недели назад. Такое редко бывает, что бы Рыцари Ордена Равновесия запаздывали, поэтому я и не ожидал уже встретить. Думал что Эймис опять выпал из внимания Безымянного.
   - Всё в порядке. Я не собирался раскрываться здесь, и такая встреча как раз на пользу конспирации.
   Арвигель прошёл к столу и сел напротив гоблина. Не надолго в воздухе повисла пауза тишины. Кодо первым её нарушил:
   - Не желает ли кан-рыцарь вина, пива или может быть какой-нибудь еды?
   - Нет, спасибо. Я хочу получить всю информацию о том что здесь происходит. - Арвигель пристально посмотрел в глаза Проныре. - Безымянному что-то не нравиться, что-то исходящее от Эймиса его тревожит. А он редко ошибается. По этому выкладывай всё что знаешь.
   - Ну что же, всегда приятно иметь дело с деловым человеком. - прокаркал Кодо. - Мой дед всегда говорил: "Чем дольше ходишь вокруг, да около, тем дольше ты от цели". А он был мудрым гоблином. Ну а в прочем сейчас речь не о нём. Хотя истории про моего деда стоит послушать, они очень поучительны.
   Кодо закашлялся тяжёлым хриплым кашлем. Достал платок из кармана брюк, отхаркнулся в него и бросил на пол.
   - Проклятый кашель!!! Всё ни как не отпускает. Годы уже берут своё. - он как-то виновато улыбнулся, словно оправдываясь за свой возраст и здоровье. Но у Арвигеля сложилось впечатление что гоблин зачем-то пускает пыль ему в глаза. - Ну а теперь о сути нашей встречи. Кан-рыцарь говорит что Безымянный обеспокоен нашим миром. И я скажу что не зря. Что-то не хорошее происходит с Эймисом, что-то не доброе витает в воздухе, и уже довольно давно. Я множество отчётов посылал в Деймор перед тем, как наконец-то отправили сюда вас. А вся задержка из-за того, что я не выявил причину своего беспокойства. Но я же не мальчик, я умею складывать вместе разрозненные факты, иначе не прожил бы до своих лет. А эти факты говорят об одном - Тьма начинает клонить весы на свою сторону. Только я не знаю кто за этим стоит и когда начнутся активные действия.
   - И какие же эти факты? - заинтересованно спросил Арвигель.
   - А вот это я как раз вам сейчас и расскажу кан-рыцарь... - сказал гоблин и придвинулся чуть ближе. Свет свечи причудливо играл на его лице, придавая ему зловещее выражение. - Фактов много и они на первый взгляд ни как не связаны друг с другом. Всё началось лет десять назад. Дело в том, что моя деятельность вынуждает меня иметь свою маленькую армию, и свою разведку. Я крупный торговец, а быть богатым не всегда безопасно. Так вот от моей разведки и стала поступать информация о том, что на Южном континенте что-то не ладно. Разросшиеся вглубь джунглей поселения стали пустеть. Население двинулось на север, к Берегу Ревущих Скал. И не кто не мог объяснить почему. Говорят: "Как-то не по себе там, как-то жутко стало жить". И не каких видимых причин из-за которых они все побросали дома и обжитые земли. Мне это показалось странным, но особого внимания я тогда этому не уделил. Всё-таки Южный Континент место странное и загадочное, в его влажных джунглях и не такое случается. Но дальше было ещё лучше.
   Кодо сделал паузу и продолжил речь зловещим шепотом.
   - Разные слухи стали сыпаться просто ливнем на меня. Говорили о возрождённых культах древних тёмных богов. На капищах Яттихора зажглись жертвенные костры. Слышал я и о том, что малдииты снова вышли в мир, и начали свою кровавую жатву.
   - Кто такие малдииты?- перебил гоблина Арвигель.
   - Это жрецы культа Малдис. Похотливой и жестокой богини. Она кровавая садистка, земли принадлежавшие ей в древности были полны ужаса и страдания. Её жрецы, мужчины и женщины, соблазняют ни чего не подозревающих жертв, и в момент оргазма убивают специальным ритуальным ножом. Сейчас правда малдииты не брезгуют и проститутками обеих полов. Видимо их хозяйка очень нуждаться в силе.
   - А что власти? Ни кто на это не реагирует?
   - Кому нужны мёртвые шлюхи? А огни на древних капищах они относят к обрядам фанатиков, пытающихся дозваться своего изгнанного бога. - Проныра снова закашлялся. - Но это ещё не всё. Зашевелились Уйахири в своей твердыне Эйвир-Батул. А их мертвая паства стала покидать пределы Мёртвых земель. И при этом Сатодгард - этот ярый блюститель Договора молчит как дохлый гном!!! Хотя святоши из Сатодгарда больше всех настаивали на том что бы Уйахири держали своих мертвяков на своей территории.
   Кодо сам себя разгорячил своим монологом. Речь его стала быстрой, глаза яростно блистали. Кан-Нарви больше не перебивал его и спокойно выслушивал этот словесный потоп, тщательно впитывая всю информацию.
   - В болотах Гаас завелась вообще какая-то невообразимая мерзость. Лучшие охотники наших кланов не вернулись с топей. И не кому рассказать о том что с ними стало. Но я сам не предавал этим событиям особого значения. Пока не произошло два случая в которых я поучаствовал лично.
   В первом случае я был в холмах Мейхан. Я гостил у клана Безлунной Ночи. У них трое охотников не пришли с болот. И вот уже много лет спустя, один из них - Утрулг, вернулся домой. Если это можно назвать возвращением. Утрулг появился вечером, и сразу же направился к шатру князя Бралга. Ни чего не говоря о том где он пропадал, Утрулг потребовал созвать совет - дескать у него важная новость. Когда совет собрался он с жаром повел речь о том что у нас появился могущественный союзник, который поддержит орков и гоблинский народ, если мы поставим "зарвавшихся" человеков на своё место. И стал долго говорить о утраченном в Великой Войне величии, и о том что человеки считают нас низшими существами. Речь вёл он со страстью, и Сатод свидетель, он таки заронил свои идеи в сердца молодым. Но князь и старейшины здраво восприняли его рассуждения. И послали его туда, откуда он пришёл. Так и сказал ему тогда Бралг: "Иди ты Утрулг в болото. К своим новым покровителям у которых просидел столько лет". Утрулг ушел, но перед уходом сказал: "Встреча наша не последняя. Скоро сами придёте к нам за помощью".
   А потом был второй странный случай. Есть у нас легенда о Рыжем. Одни говорят что он бессмертный маг, которому скучно нести на плечах груз вечности, другие что он бог или демон запертый кем-то в бренном теле, хотя кто он на самом деле ни кто не знает. О нём ни чего не слышно когда на Эймисе всё тихо да ладно. Но как только намечается какая-нибудь крупная заварушка, старик тут же появляется в мире. Рыжий ездит по дорогам Эймиса на своём ишаке и раздаёт встречным туманные пророчества и неясные советы. Иногда он вмешивается в конфликты, и не когда не известно на чьей стороне он выступит. Одно только точно знаю - встретил рыжего старика на осле, значит быть большой беде. И я его встретил. Совсем недавно, и не далеко от Линдельма.
   - И он что-нибудь тебе говорил? - заинтересовано спросил Арвигель.
   - Да, довольно туманную фразу: "Шестая линия вернулась, и пять других трепещут перед ней, но наклонить весы в любую сторону способен убивший бога человек".
   - И не каких догадок?
   - Не каких. Не про "шестую линию", не про "пять других" и так же про "убившего бога" мне ничегошеньки не известно.
   Кодо замолчал. Арвигель сидел задумавшись. Кто такой "убивший бога" он знал, но предпочитал держать это знание при себе.

*******

  
   Дверь мягко и бесшумно закрылась за спиной Тавлиуса. Когда он шел в Гильдию Чудотворцев, то ожидал увидеть совсем не то, что открылось ему внутри здания. Он ожидал или безумной роскоши, или показного бравирования магией, или монастырского аскетизма и строгости. Но ни как ни того что предстало перед его глазами.
   За дверью располагался большой квадратный холл. По центру его пролегла неширокая ковровая дорожка, на которой могло бы разместиться два человека средней комплекции, стоящих плечом к плечу. Дорожка эта упиралась в украшенную змеями дверь на другом конце холла. А вот справа и слева от неё простирались самые настоящие джунгли. Да-да именно джунгли. И они кишили жизнью, причем очень агрессивной.
   Как только Тавлиус сделал несколько шагов, заросли зашевелились и из них на мага бросилась какая-то тварь. Казалось что она состоит из одних шипов, клыков и когтей. А свои небольшие размеры тварь полностью компенсировала невиданной яростью. Тавлиус рефлекторно дёрнул посохом что бы отразить атаку, но злобное создание ударилось об воздух, как об толстое стекло, и рухнула в траву.
   И тут же вслед за ней десятки злющих существ всевозможных форм и размеров начали бросаться из зарослей на мага. Тут были мохнатые, кожистые, чешуйчатые и склизкие создания вооружённые клыками, щупальцами, когтями, иглами, клювами, рогами, клешнями и плюющиеся какой-то явно ядовитой гадостью. Все они с демоническим упорством кидались на намеченную жертву, но с таким же успехом как и первая тварь. Все их попытки разбивались о невидимый барьер у края ковровой дорожки.
   "Да эффективная защита. - подумал Тавлиус. - Стоит убрать барьер и незваный гость не пройдёт дальше холла".
   Маг невольно содрогнулся представив что бы с ним стало если бы исчезла защита. Отбиться от этой кучи разъяренных существ было бы тяжело, очень тяжело. Поэтому Тавлиус неосознанно прибавил ходу, быстро дошёл до противоположной двери и вошёл в неё оставив всю беснующуюся живность позади. И только сейчас он понял что все атаки были абсолютно бесшумными. Но от этого они казались только более устрашающими.
   - Впечатляет? - бархатистый мужской голос вернул Тавлиуса к действительности. - Лучшие представители плотоядной фауны Южных Джунглей охраняют наш вход.
   Тавлиус осмотрелся по сторонам и понял что сюрпризы от Гильдии Чудотворцев не собираются заканчиваться.
   Помещение в котором он находился было кабинетом с единственной дверью, через которую он зашёл, и окном на противоположной стене. Получается что всё громадное здание состоит из холла и этой комнаты? Не сильно похоже на правду.
   - Не ломайте голову молодой человек. Это наша защита от любопытных. Не имеющий нужного пропуска посетитель попадает только в эту приёмную и ни куда больше. Ну а если Гильдия выдаст вам пропуск, то за дверью холла вы найдёте множество коридоров и лестниц.
   Говоривший мужчина сидел за столом, расположенном сразу под окном. Стол был пуст, если не считать писчего прибора и стопки чистой бумаги. По обе стороны от стола стояли стеллажи с папками, корешки которых были надписаны неразборчивым торопливым почерком. С права и с лева от сидящего за столом мужчины, с потолка и до самых его плеч, спускались две полупрозрачные трубки.
   Сам мужчина был располагающей к себе внешности. Открытое, чуть полноватое, лицо обрамляли светло русые волнистые волосы и хорошо ухоженная густая борода. Рот растянут в приветственной улыбке, глаза из-под широких бровей, прямо таки источали радушие.
   Одет он был в темно зелёный балахон, такого же покроя как и у мага-привратника. Только капюшон был откинут на спину. На груди мага покоился золотой медальон с, уже ставшими привычными для глаз, змеями.
   Но не смотря на всю доброжелательность, что-то в нём было Тавлиусу не по душе. Казалось что всё это радушие просто хорошая актёрская игра, как улыбка профессионального торговца. Тавлиус решил быть поосмотрительней и направился к столу.
   - Присаживаётесь молодой человек. - сказал маг в зелёном указывая на невысокий деревянный стул без спинки, прямо созданный для того, чтобы держать посетителя в лёгком напряжении.
   Тавлиус подвинул стул поближе к столу и сел, зажав свой посох между коленями.
   - Меня зовут Юлэр, я маг первой ступени, повелитель растительного мира. Могу я узнать как вас зовут и что вас к нам привело.
   - Тавлиус Дер-наг - так назвали меня родители. Ступеней я ни каких не имею, но я тоже маг. Пришёл я к вам с двумя целями. - Тавлиус сделал небольшую паузу и проследил за выражением лица собеседника. Выражение не менялось. Фальшивость доброжелательности становилась всё явственнее. - Во-первых я хочу отчитаться за недавнее применение боевой магии на территории Линура, а во-вторых я хочу приобрести лицензию на использование всё той же боевой магии на вашей территории.
   - Это хорошо, если бы вы потянули с вашим приходом ещё пару дней, то Гильдия сама начала бы вас искать. И тогда наша беседа сложилась бы совсем по-другому... - во взгляде Юлэра проскользнула жёсткая искорка. - А так эти вопросы довольно быстро и просто решаться.
   Маг нагнулся и извлёк из-под стола несколько исписанных листов бумаги.
   - Вот это образцы. По ним напишите объяснительную о происшедших с вами событиях, которые вынудили вас использовать магию. Писать лучше чистую правду. Дознатчики которые будут проверять правдивость вашей писанины, моментально уличат вас во лжи. Тогда у вас молодой человек возникнут серьёзные осложнения. - опять недобрый огонёк мелькнул в глазах зелёного мага, абсолютно не сочетаясь с радушной улыбкой. - А вот по этим образцам напишите прошение и заявление, на основании которых вам выдадут лицензию.
   Тавлиус взял в руки образцы и начал внимательно их изучать, стараясь определить не таиться в их тексте какой-нибудь подвох. Через несколько минут, придя к выводу что явной угрозы в документах вроде бы нет, Тавлиус протянулся к стопке бумаги и выбрал нужное количество чистых листов. Вся бумага была великолепного качества, по краю украшенная орнаментом из переплетённых змей, и даже с водяным знаком, таким же по форме как и медальоны гильдейских чудотворцев. Похоже что на её изготовление Гильдия тратила немало золота.
   Тавлиус отцепил от пояса чернильницу, но открыв её с огорчением обнаружил что она пуста. Он давно не занимался записями и запас чернил высох по недосмотру. Этому так же немало поспособствовала недавнишняя жара.
   - Можете воспользоваться моим прибором. - сказал Юлэр увидев с каким затруднением столкнулся Тавлиус. - Кстати молодой человек извините за назойливое любопытство, какую школу магии вы практикуете?
   - Не совсем понял суть вопроса. - со слегка удивлённым видом ответил Тавлиус, надеясь таким образом побольше выяснить о практикуемой в Гильдии магии.
   - Странно... Вы наверное к нам совсем из далека приехали. - проговорил Юлэр и с явным желанием просветить провинциала продолжил. - Есть довольно много школ боевой магии. Изучая одно конкретное направление гораздо легче добиться максимальной эффективности заклятий. Я например поваливаю всеми растениями и духами лесов, полей и болот. А есть у нас ещё повелители огня, воды, земли, воздуха, животных и умерших. Так же присутствуют школы мастеров иллюзий и психических воздействий. Так к какой же школе принадлежите вы?
   - Я знаю немного заклятий из разных перечисленных вами школ. - ответил Тавлиус.
   На лице Юлэра из-под маски радушия проступила высокомерная ухмылочка.
   - Из всех по немножко! Да это просто трата времени, профанская возня! - высокомерие полностью разрушило маску "торговца". - Послушайте совета опытного мага, выберете одну конкретную школу и полностью посвятите себя её изучению. Иначе вы не добьётесь ни каких значительных успехов.
   - Конечно я так и поступлю. - стараясь скрыть иронию ответил Тавлиус. Дело в том, что деление магии на "школы" было распространённым явлением там, где маги организовывались в какие-нибудь сообщества. Как правило высшие иерархи этих сообществ прекрасно владели всем спектром доступных в их мире заклятий, а чем сильнее разбивались на "школы" их адепты, тем легче ими было манипулировать. Это Тавлиусу разъяснили в Дейморе ещё в самом начале обучения. Поэтому рассуждения Юлэра о необходимости узкой специализации в магии весьма позабавили молодого мага.
   - Будет очень хорошо если вы последуете моему совету в ближайшем будущем. - видимо решив оставить последнее слово за собой, добавил Юлэр. - А теперь не буду отвлекать вас от написания документов.
   Тавлиус придвинул к себе писчий прибор и взял в руку хорошо заточенное перо. Обмакнул его в чернильницу и начал выводить на бумаге красивые ровные буквы. Примерно на пол часа кабинет погрузился в полнейшую тишину, нарушаемую только поскрипыванием пера.

*******

  
   День перевалил за вторую половину. Солнце начало свой торжественный спуск к горизонту. Стали удлиняться тени, как бы кланяясь отходящему ко сну светилу. Вечерняя прохлада на цыпочках пробралась в разгоряченный за день город. Улицы постепенно оживлялись всё сильнее и сильнее. Кто-то спешил по делам, кто-то наоборот домой после трудового дня, а некоторые просто выбрались прогуляться и развлечься, устав прятаться по домам от дневной жары. Линдельм очнулся от дремотного дневного зноя и с радостью окунулся в объятья вечерней прохлады.
   Вдруг очень сильный ветер пронёсся по улицам города. Он прошелся буквально по всем закоулкам, хлопая ставнями и срывая развешенное на верёвках бельё. И везде где ветер настигал людей, они замирали впадая в транс и как бы прислушивались к чему-то. Слышался им в шуме ветра жуткий шепот, демонический смех и крики нестерпимой боли, перемешанные в зловещую симфонию зла. Страшная, огромной силы, злая магия управляла этим ветром.
   В течение десяти минут ветер пронёсся через весь город и исчез. И везде на улицах остались стоять люди впавшие в прострацию. Какое-то время их взгляды не чего не выражали - они были пусты и безжизненны как глаза мертвой рыбы. Но постепенно в их очах стал разгораться огонь - огонь демонической злобы. В какие-то мгновения десятки тысяч обитателей столицы стали одержимы невероятным гневом - правда пока они не знали на кого этот гнев выплеснуть.
   Как раз в это время в десяти разных местах города из тени подворотен вышли закутанные в грязно серые плащи фигуры. Обладатели серых плащей отличались друг от друга телосложением, ростом и лицами, но в одном они были похожи - у всех не хватало кисти левой руки, а правый глаз закрывала повязка. От всех них исходила злобная сила, сродни той, что чувствовалась в ветре. Каждый из десяти одноглазых с уверенностью направился к наибольшим скоплениям переполненных злобою людей. Они смешались с толпой, и через несколько мгновений над Линдельмом разнеслись крики:
   - Бей зеленокожих!
   - Лупи оркскую мразь!
   - Убивайте гоблинов! Эти твари не достойны жить вместе с людьми!
   Толпа тут же пришла в движение. Оцепенение полностью спало, и для выхода злобы появилась чёткая цель. Торговцы, моряки, гвардейцы, маги и даже приезжие бросились на поиски гоблинов и орков. Как они раньше не догадались? Вот где корень всех несчастий Линура! Хотя что это за "несчастья" ни кто точно сказать не мог. И не прошло и пол минуты как пали первые избитые насмерть жертвы беснующейся толпы. А люди в серых плащах продолжали свои выкрики, подстрекая стадо озверевших горожан всё сильнее и сильнее.
   Так началось Линдельмское Избиение, ставшее причиной несметного количества бед.

*******

  
   Свечи догорали. Света в комнате стало совсем мало. Кодо поднялся со стула, прошаркал к двери, и приоткрыв её, приказал охраняющему вход орку позаботиться о замене светильника. Ни пошло и пол минуты, как в комнатушку проскользнул гоблин-подавальщик. Кроме канделябра с новыми свечами, он принёс бутыль вина и два бокала. Всё это было расставлено на деревянном подносе, который гоблин крепко держал обеими руками, явно опасаясь его перевернуть. Подавальщик заменил канделябр, разлил вино и поспешно удалился.
   - Я всё-таки решил, что наше знакомство надо скрепить добрым вином. - прокаркал Проныра. - Не обижайте старика, кан-Арвигель, не откажите в чести выпить с вами по бокалу. Тем более что это старое Керенское. Лучшее вино во всём Линуре.
   - Не откажу Кодо. Ты много рассказал интересного. Жаль только не известен источник всех этих событий.
   - Меня тоже это огорчает. Деймор хорошо меня благодарит за информацию. И если бы я рассказал вам, кан-Арвигель, где кроется корень всех безобразий, то думаю, мог бы рассчитывать на особую благосклонность Безымянного.
   - Ты получишь свою благосклонность если и дальше будешь собирать информацию так же старательно. Это я тебе обещаю. - Арвигель отпил из бокала. - М-м-м, действительно исключительное вино! Наверно довольно дорогое, даже для удачливого торговца. Не правда ли, Кодо?
   - А вам в проницательности не откажешь, кан-Нарви. - Проныра хитро прищурился. - Я действительно не только торговлей занимаюсь. Я ещё, так сказать, оказываю покровительство многим зеленокожим дельцам, без моей помощи им было бы слишком тяжело вести дела.
   - Торговец и рэкетир в одном лице, довольно интересное сочетание.
   - Ну зачем так грубо, кан-Арвигель? Просто я помогаю менее сильным и влиятельным, а они благодарят меня за это как могут.
   - Пусть будет так. Мне без разницы чем ты зарабатываешь на жизнь. - взгляд Арвигеля внезапно стал жёстким и холодным. - Просто я люблю точно знать с кем имею дело, а твоё заявление что ты богатый торговец, ни как не увязывалось с молодым княжичем в твоей свите.
   - Прошу прощения, кан-Арвигель, я и не пытался вас обманывать.
   - Пусть так и будет в дальнейшем.
   Кодо раскрыл рот и хотел что-то ещё добавить в своё оправдание, как вдруг нечто заставило его замолкнуть. Какое-то странное ощущение ненависти и злобы навалилось на него так сильно, что он прямо физически ощутил давящий на плечи груз. Что это было он не понял, но старому гоблину стало ясно - быть беде.
   Арвигель тоже почувствовал неладное. Но не так как Кодо. Светлый рыцарь почувствовал мощную тёмную магию. Очень сильную, злую и неотвратимую - магию направленную на разрушение людской воли и подчинение внушаемым эмоциям. Кан-Нарви ощущал как чужая сила громадной волной накрывает его и начинает захлёстывать сознание. Где-то на краю восприятия мелькнула мысль: "Как глупо. Надо было поставить какой-нибудь защитный барьер...".
   Ощущение исчезло так же быстро, как и появилось. Арвигель сидел ошарашенный, и не мог понять кто оградил от такого мощного заклятья. Долго гадать не пришлось - амулет на шее довольно сильно накалился и начал жёчь кожу. Арвигель нащупал цепочку и достал его из-под одежды. Ни чего не отражающее зеркало источало жемчужное свечение. Арвигель закрыл глаза, сосредоточился, и прощупал пространство вокруг себя. И обнаружил то что и ожидал - его окружало защитное поле. Впрочем не очень мощное, как раз только от психических заклятий.
   - Что это было? - прокаркал гоблин.
   - Хотел бы я сам это узнать. - ответил ему Арвигель.
   Тут раздался ужасающий шум - кто-то с грохотом вышиб двери кабака. И сразу же сквозь грохот донеслись крики:
   - Бей дранных орков! Тут их целое кодло!
   - Мочи уродов!
   - Пусть захлебнуться своей кровью!
   Кричали люди - разъярённые и пьяные своей злостью люди.
   Арвигель вскочил с места и направился к двери. Кодо оставался сидеть, было похоже что он не сильно нервничал. Дверь в комнату распахнулась, на пороге появился орк охранник.
   - Мастер Кодо! Надо быстрее уходить - какие-то сумасшедшие напали на заведение. - прорычал он, то и дело оглядываясь в зал.
   Арвигель отстранил его и вышел из комнаты. В зале происходило побоище - толпа людей ломилась от входных дверей в глубь помещения. Вооружены люди были кто чем: палками, камнями, ножами и даже было видно несколько топоров и мечей. Внутрь проникло около двух десятков человек и ещё целая толпа виднелась сквозь распахнутые двери.
   Людям противостояло около десятка орков и несколько гоблинов. Драка только завязалась и жертв ещё не было с обеих сторон. Но по ярости нападавших было видно что это ненадолго.
   Вслед за Арвигелем из комнаты вышел Проныра, его прикрывали двое охранников.
   - Мастер Кодо! Быстрее сюда! - прокричал бармен, зелёное лицо которого перекосило от отчаянья за гибнущее на глазах заведение.
   Бармен открыл дверцу, спрятанную за стойкой и юркнул в неё. Наверняка это был резервный выход. Кодо направился к этой дверце. Казалось что ему получиться уйти невредимым из этой заварушки.
   Но тут распихивая людей в зал ворвался дико орущий громадный мужик в запачканном рыбьей чешуёй кожаном фартуке, и с внушительным тесаком в правой ручище. Одним мощным махом он снёс голову ближайшему орку, который даже не успел понять что с ним произошло. Тело простояло ещё несколько мгновений обезглавленным, из обрубка шеи фонтаном хлестала кровь. А здоровенный мужик, не останавливаясь, другой рукой оттолкнул дико визжащего гоблина, и всадил свой тесак в ещё одного орка, разрубив его от ключицы, до середины груди. Тесак застрял в теле, и здоровяк замешкавшись получил от подскочившего к нему гоблина ножом в бок. Он как-то удивлённо охнул и мешком осел на пол.
   Но дело было уже сделано - оборона орков была прорвана и взбесившиеся люди лавиной пробились в глубь зала.
   Два орка развернулись на встречу кинувшимся к Кодо людям. Но в этот момент в воздухе просвистел метательный нож и телохранители остались без работы - Проныра Кодо схватился руками за торчащую из горла рукоять и рухнул на пол.
   На Арвигеля в начале ни кто не обратил особого внимания. Всё-таки он человек, а гнев толпы был направлен против зеленокожих. Но это продолжалось не долго. Арвигель заметил невысокую фигуру в сером плаще, маячащую у входа. Этот человек не выкрикивал угроз, не бесновался и вообще вёл себя до нельзя спокойно, просто наблюдая за происходящим. Но кан-Нарви почувствовал исходящую от него силу - тёмную силу, которой было пропитано недавнишнее заклятье. Было очевидно что человек в сером плаще как-то связан с силами стоящими за этим безумием.
   Арвигель принял решение и двинулся сквозь толпу. Одно неуловимое движение рукой - и из рук низенького пузатого мужичка перекочевала в руки Арвигеля небольшая крепкая дубинка. Хлёсткий взмах и дубинка, соприкоснувшись с лысиной своего бывшего хозяина, отправила его в глубокий нокаут.
   - А-а-а! Сукин сын, гоблинский подпевала! Вырубил Мироша! Бей его ребята! - раздался истошный вопль рядом со светлым рыцарем.
   Арвигель тут же стал объектом внимания всех ближайших людей. На их же несчастье.
   Кан-Нарви ловко увернулся от нескольких ударов с разных сторон. Пригнулся уходя от сокрушительного удара топором. Подсёк чьи-то ноги, сокрушил чью-то челюсть и стал обладателем короткого меча, попутно сломав его хозяину руку.
   Фигура в сером двинулась вглубь помещения. Арвигель двинулся в сторону входа, отрезая серому путь к возможному отступлению.
   Орки падали под ударами всё прибывающих людей один за одним. Скоро Арвигель остался почти единственным обороняющемся в зале. Только возле стойки ещё огрызался, зажатый в углу, один из телохранителей, да размахивал посреди кабака, непонятно откуда взявшимся двуручным мечом, молодой орочий князь.
   Дело оборачивалось совсем плохо. Арвигель одним движением извлёк из чехла Великий Щит Морлака. Ладонь легко проскользнула в крепёжные ремни, и они тут же плотно затянулись как раз по руке. Щит как будто прирос к предплечью Арвигеля, и тут же вырос в размере. Теперь это был средней велечины круглый щит - надёжная защита в ближнем бою.
   Кан-Нарви кинулся в схватку. Если до этого он старался ни кого не убивать, то теперь он не сильно заботился об этом. Как ураганный ветер он прошелся по всему помещению, неся с собой боль и смерть. Арвигель разил врагов безжалостными и точными ударами. Там где он проходил пол щедро орошался кровью. Если бы светлому рыцарю противостояли хорошо обученные бойцы, то у них был бы шанс убить его. А у взбесившейся, не умеющей сражаться толпы не было ни каких видов на победу. Арвигель уклонялся от ударов, парировал атаки щитом, рубил и колол в ответ. Вокруг него раздавались крики боли и мольбы о помощи.
   Сражение резко прекратилось. Ещё недавно переполненные яростью люди, в ужасе, объятые паникой, выбегали из "Веселого зеленокожего". И им было чего бояться.
   Пол заведения был устлан павшими телами. Большая их часть уже принадлежали смерти. Но кое-кто ещё стонал и всхлипывал от боли. Доски пола стали красными от крови, кое-где валялись отсечённые кисти. И посреди этого пиршества смерти стоял светлый рыцарь кан-Арвигель Нарви, с ног до головы обагрённый кровью и похожий больше на демона, чем на человека.
   В зале осталось ещё двое - не верящий в своё спасение телохранитель Проныры Кодо и человек в сером.
   Арвигель мягкой тигриной походкой двинулся к незнакомцу.
   - Не вздумай двигаться или пытаться сбежать, у меня к тебе несколько вопросов. - хриплым, совсем не свойственным ему, голосом сказал Арвигель.
   Человек в сером плаще не чего не ответил. Вместо ответа он распахнул полы плаща и стала видна перевязь с метательными ножами укрытая под плащом. Арвигель сделал ещё один шаг к нему. Человек в сером резко прыгнул, полы его плаща взвились как крылья какой-то диковинной хищной птицы. Только его ноги коснулись пола - и ещё один прыжок, который выкинул тело человека в сером в окно. Единственный кто хоть что-то знал о причинах этого безумия исчез в фейерверке стеклянных брызг.
   Арвигель тихо выругался и побежал вслед за серой фигурой. Лёгким прыжком он выскочил в окно. Врага и след простыл. За окном обнаружился переулок с права выводящий на большую улицу, а с лева разветвляющейся на ещё два закоулка.
   Арвигель встал в растерянности не зная куда ему бежать.
   - Добрый мастер! - привлёк внимание рыцаря детский голосок. - Злой человек побежал туда.
   Сидящий в грязи тощий рыжий мальчишка указывал на лево. К его ногам ластился громадный, мышино-серого цвета кот.
   Арвигель недоверчиво глянул в указанную мальчишкой сторону.
   - Он повернул в правую сторону в конце переулка. - добавил пострел. - Если поторопитесь, то нагоните его.
   Арвигель решил что особого выбора у него всё равно нет, и побежал в указанном направлении. Он быстро оставил позади переулок, свернул на право и с удовольствием обнаружил что закоулок оканчивается тупиком. А в тупике стоит растерянный человек в сером плаще.
   Арвигель спокойной, даже чуть-чуть вальяжной походкой направился к незнакомцу.
   - Я же говорил тебе не двигаться. Теперь придется наказать тебя за непослушание.
   Голос Арвигеля был всё также слегка хриплым. Глаза его светились зловещим светом. Он поигрывал мечом, медленно приближаясь к противнику. Своим поведением рыцарь пытался заставить врага нервничать и совершить какую-нибудь глупость.
   Серый движением головы откинул назад капюшон плаща. Лицо его больше не было скрыто тенью. На его голове почти не было волос - кое-где торчали жидкие кустики блеклой растительности. Казалось что это следствие какой-то болезни. Правый глаз был закрыт чёрной повязкой, ярким пятном выделяющейся на фоне неестественно белой кожи. Черты его лица были опухшие и размытые, как от переизбытка жидкости. Облик субъекта был очень неприятным.
   Арвигель на какое-то мгновенье приостановился, рассматривая лицо своего противника. Серый поднял левую руку и кан-Нарви невольно взглянул на неё. На левой руке незнакомца отсутствовала кисть, а культя была замотана грязной тряпкой, сквозь которую проступали пятна крови. Арвигель задержал взгляд на уродливом обрубке и это было его ошибкой.
   Человек в сером молниеносным движением правой руки распахнул плащ и метнул с невероятной скоростью один за другим три ножа. Арвигель первый нож успел отбить щитом, второй сбил точным движением меча, а третий нож достиг цели, распаров кожаные брюки рыцаря на правом бедре и оставив глубокий порез на теле. Кан-Нарви почувствовал как брюки стали мокрыми внутри, от обильно хлынувшей из пореза крови.
   Серый в этот момент раскинул крестом руки, задрал вверх лицо и с силой прокричал:
   - Ар амзар даг ткхаш!!! - его наполненный силой голос громом разнесся по близлежащим улочкам.
   Сила заклятья подняла серую фигуру в воздух, а там где он только что стоял мостовая вздыбилась пузырём и через секунду с грохотом взорвалась. Каменные булыжники и куски слежавшейся земли разлетелись вокруг, нанося стенам домов непоправимые повреждения. Арвигель еле успел закрыться щитом, который тут же увеличился до размеров "башенного", полностью заслонив рыцаря от града из камней и комьев затвердевшей грязи.
   На месте взрыва осталась большая круглая дыра, ведущая вглубь земли. Сила державшая серого в воздухе отпустила его и он упал в яму от взрыва. Из-под земли донёсся звук его приземления, а потом топот убегающих ног.
   - Ах ты долбанный в задницу одноглазый урод!!! - рассержено выругался Арвигель поднимаясь с земли и отряхиваясь от облепившей одежду земляной крошки.
   Он ощупал ногу на месте ранения и произнёс в уме нехитрую магическую формулу, заставляя кровь остановиться, а края раны стянуться. Средство не самое надёжное, рана может снова открыться от усилия, но на первое время сойдёт. После этой процедуры Арвигель подошёл к краю дыры и заглянул вниз.
   Яма была не сильно глубокой и вела она в какой-то подземный туннель. Из дыры поднималась непередаваемая вонь, сочетающая в себе запахи гниения, нечистот, сырости и какой-то просто невообразимой дряни. Очевидно дыра вела в городскую канализацию.
   - Вот гад. Лучшего места для игры в догонялки он найти не мог.
   Мысль лезть в эту вонищу совсем не вдохновляла Арвигеля. Но особого выбора у него не было.
   Арвигель глубоко вдохнул и спрыгнул вниз.
   Через пару минут в закоулок робко и осторожно заглянул тощий рыжий мальчишка. Он широко распахнутыми от страха глазами осмотрелся вокруг. Закоулок выглядел так, словно в нём взорвалось картечная бомба. Стены зданий, которые образовывали тупик, были изрешечены булыжниками и осколками камней из взорвавшейся мостовой. Окна все до одного были разбиты. И постепенно распространялась вязкая тяжёлая вонь исходящая из дыры.
   Мальчик осторожно подошел к краю дыры и заглянул вниз. Отошел от неё, и видимо поняв что на него не кто сейчас не смотрит, сразу же изменился в лице. Его физиономия больше не выражала испуг. Даже можно было сказать что лицо мальчишки перестало быть детским. Скорее это было лицо взрослого или даже старика. Такое впечатление создавали его глаза - они резко наполнились блеском мудрости и грандиозного жизненного опыта.
   Мальчик развернулся и пошел прочь из закоулка. К нему подбежал громадный серый кот и с мурлыканьем обтёрся о его ноги. Мальчик присел, почесал его за ухом и поднявшись сказал:
   - Пойдём Мершаг. Всё в порядке, убивший бога на верном пути. - голос его тоже перестал быть детским и звучал точно как у пожилого человека.
   Сопровождаемый котом он вышел из переулка и быстро затерялся в толпе.

*******

  
   Тавлиус измочалил два пера, поставил одну, правда не слишком жирную, кляксу и в конце концов закончил порядком затянувшуюся писанину. Он старательно поддерживал своё амплуа провинциала и поэтому со стороны казалось что сотворение объяснительной, прошения и заявления потребовало от него воистину титанических усилий.
   Молодой маг с облегчением протянул вымученные бумажки, уже успевшему изрядно заскучать, Юлэру.
   - Наконец-то. - с натянутой улыбкой сказал зелёный маг, принимая бумаги. - я уже думал что поставил, вам молодой человек, слишком непосильную задачу.
   - Я действительно не шибко умею заполнять всякую документацию. - ответил ему Тавлиус, и добавил. - Надеюсь я всё написал правильно и не надо будет ни чего переписывать.
   - Я тоже на это надеюсь. - пробурчал Юлэр.
   Он бегло пробежался взглядом по исписанным мелким почерком листам бумаги. Пару раз останавливался и заинтересованно перечитывал какие-то места заново. Но не смотря на эти остановки Юлэр довольно быстро закончил просмотр литературного творения Тавлиуса.
   Удовлетворившись просмотром зелёный маг достал из стола три небольших тубуса. Свернул в трубочки бумаги и засунул их в тубусы. Отдельно объяснительную, заявление и прошение. Плотно закрыв тубусы Юлэр один за другим вставил их в стеклянную трубу справа от себя. Со свистящим звуком Футляры с документами унеслись куда-то вглубь здания.
   - Ну вот всё на сегодня, молодой человек. - сказал Юлэр, снова одев на себя доброжелательную личину. - Ваши бумаги рассмотрят и сообщат вам когда вы сможете подойти за лицензией.
   - И как долго их будут рассматривать? - спросил Тавлиус, в душу которого стали закрадываться нехорошие сомнения.
   - Обычно процедура длиться две недели, но в вашем, молодой человек, случае дело может чуть затянуться. - от Юлэра заструилось торжество напакостившего бюрократа. - Всё-таки вы упоминаете в объяснительной о вампирах, а эти твари очень давно изведены под корень. Нам придется тщательно проверить все обстоятельства вашего рассказа.
   - Но мы передали доказательства начальнику караула на въезде в Линдельм.
   - Если бы это действительно были веские доказательства, то нам бы давно об этом сообщили. - с раздражением ответил Юлэр. - Так что ни куда не уезжайте из города пока мы не проверим ваши россказни. А пока вы свободны молодой человек.
   Тавлиус резко встал, так что даже опрокинул табурет, на котором сидел.
   - Не думал я, что тем кто уничтожает нежить, Линур отплатит неверием и злостью. - молодой маг начал закипать от гнева. - Я лично приведу к вам начальника караула, вместе с доказательством правдивости моего рассказа. И надеюсь что тогда у вас не будет больше причин для дальнейшей волокиты.
   Глаза Юлэра округлились от удивления, он явно не ожидал от юноши такой наглости и непочтительности. Зелёный маг уже собирался поставить зарвавшегося юнца на место, как вдруг происходящие события приняли совсем неожиданный оборот.
   Внезапно комната наполнилась кроваво-красным сиянием. Оно было таким насыщенным, что казалось воздух загустел и стал вязким и упругим. И вместе с сиянием раздался низкий гудящий звук, как будто множество людей с силой дуют в большие морские раковины. Всё это длилось какие-то мгновения, но и этого хватило что бы ввести Юлэра в ступор. Он так и застыл с открытым ртом, собираясь произнести гневную отповедь охамевшему Тавлиусу. Сам же Тавлиус, ни чуть не скрываясь, сканировал магические волнения, пытаясь понять что происходит. Но разобраться в происходящем ему не удавалось - он везде натыкался на мощные магические преграды и щиты.
   За это время Юлэр слегка пришел в себя и начал бормотать себе под нос:
   - Нет, только не сейчас... Только не на моём дежурстве... Нет этого не может быть... Ни кто не мог на нас напасть... Этого не может быть, это какая-то учебная тревога.
   Он продолжал бормотать всякую чушь в том же духе, как вдруг дверь в кабинет распахнулась и внутрь ввалилось четверо слегка запыхавшихся магов.
   Один из них был в коричневых одеждах, другой в жёлтых и двое в огненно-красных.
   - Юлэр, это не учение и не ошибка. -т взволнованно выкрикнул жёлтый. - На Линдельм проведена мощнейшая магическая атака. Связь со всеми боевыми магами за пределами здания Гильдии полностью утеряна. Надо срочно что-то предпринимать. Ты нам нужен - ты знаком с боевыми аспектами зелёной магии.
   - Я ни куда от сюда не пойду! - ответил Юлэр, казалось что он взял себя в руки, но во взгляде угадывалась нарастающая паника. - По уставу я не имею права бросать место дежурства.
   - Юлэр очнись! Какой, к демонам, устав!? Ты понимаешь что это чрезвычайная ситуация и что возможно мы сейчас единственный боеспособные маги в Линдельме. Бросай свою долбаную канцелярию и пошли с нами.
   - Я не куда не пойду Фелган!!! - в голосе Юлэра прорезались истеричные нотки. - Вы не имеете права! Я не имею права бросать место дежурства! Не известно что там с наружи происходит! Может быть это вообще чей-то розыгрыш!...
   - Ладно Фелган, оставь его в покое. - подал голос маг в коричневом балахоне. - А то ещё чего доброго эта канцелярская крыса обмочит свои зелёные портки от страха. Пусть с ним потом Архимаг сам разбирается.
   - Ты прав Рандис, мало толку от трясущегося труса. Пусть сидит со своими бумажками.
   Жёлтый маг развернулся к двери и только тогда заметил молча наблюдающего за происходящем Тавлиуса.
   - А ты кто такой? - спросил у молодого мага Фелган. - Случайно не знаком ли с боевыми заклятьями?
   - Случайно знаком. - в тон ему ответил Тавлиус. - Но ваша Гильдия даст мне лицензию только через месяц, так что я ни чем не смогу вам помочь.
   - Я Магистр Гильдии Чудотворцев Фелган, а это Магистр Гильдии Чудотворцев Рандис. Можешь довериться моему слову, молодой человек - если ты сейчас поможешь нам, то завтра же получишь белую лицензию.
   - Что такое "белая лицензия"? - удивленно спросил Тавлиус.
   - Это лицензия на практику всех видов магии - мечта любого мага Линура. - сказал один из красных чудотворцев. - Обычно она обходиться в целую гору золота, так что не упусти свой шанс.
   - Я помогу вам всем что в моих силах. - слегка поспешно сказал Тавлиус, упускать такую возможность ему не хотелось.
   - Тогда следуй за нами. - бросил Фелган и направился вон из кабинета. - Надо разобраться что же там произошло снаружи.
   Подходя к двери Тавлиус обернулся и посмотрел на Юлэра. Тот сидел поникший и ссутулившийся. Руки его трусились и он продолжал бормотать себе под нос какую-то чушь.
   "Это же надо - какой трус! - подумал Тавлиус. - Видимо сила Гильдии начинает двигаться к своему закату. Если система принимает в себя таких прогнивших субъектов, то значит и сама система начинает подгнивать".

*******

  
   По началу Арвигель старался делать вдохи как можно реже, что бы поменьше вдыхать в себя отвратительную вонь. Но потом плюнул на это и стал дышать как обычно. Вонь была такой сильной, что казалось она проникала внутрь организма не только через нос, но и через все поры кожи. Можно было даже не дышать, но это всё равно не спасало от ужасного запаха. Светлому рыцарю ни чего не оставалось, кроме как сосредоточиться на погоне за серым человеком.
   А тот успел изрядно оторваться от преследователя. Видимо он был хорошо знаком с лабиринтом подземных коммуникаций.
   Участь Арвигеля облегчали хорошо различимые следы, отпечатавшиеся на загустевшей мерзости покрывавшей "сухой" участок пола. "Сухим" можно было назвать неширокие полосы вдоль стен туннеля, по центру же неспешно струилась речушка из нечистот. Спрыгнув в дыру Арвигель неосторожно угодил прямо в неё, и, без радости для себя, узнал что глубина помойной речки доходит ему до пояса.
   Дорогу рыцарю освещал небольшой светящийся жёлтый шарик, висящий в воздухе перед Арвигелем. Света он давал не много - наколдовывая его кан-Нарви экономил силу. Но этого освещения ему вполне хватало что бы уверено и быстро бежать по следу.
   Арвигель много раз поворачивал в боковые туннели, перепрыгивал с одной стороны помойной речки на другую, и уже был уверен что настигает врага, как вдруг след исчез. Как будто серый растворился в воздухе.
   Арвигель остановился и начал внимательно осматриваться вокруг. Он осмотрел стены, потолок, пол, перепрыгнул на другой берег - ни каких следов. Тогда он закрыл глаза, и открыл их уже с другим зрением. По всему туннелю растекались, как полосы тумана, грязно-серые дымчатые разводы. Видимо следы какой-то тёмной ворожбы, но довольно старые. Вроде бы ни чего подозрительного не было видно и с магической стороны бытия. Арвигель уже собирался вернуться к обычному виденью, как вдруг его внимание привлекла незамеченная им ранее деталь.
   Сквозь серые разводы тянулась нить, тонкая как паутина, и тоже серая, только чуть более темная. Она почти сливалась с застаревшими следами колдовства и поэтому Арвигель её сразу не заметил.
   Появлялась нить откуда-то из бокового ответвления туннеля с лева, и уходила под воду чуть позади рыцаря. Как раз в том месте где оборвались следы убегающего врага.
   Арвигель тут же понял две вещи: его враг скрывается в тошнотворной жиже, и он связан с кем-то или чем-то магической связью.
   Кан-Нарви на секунду прикрыл глаза, что бы вернуться к обыденному восприятию мира. И тут же раздался всплеск взлетающей вверх жидкости. Арвигель не открывая глаз рефлекторно прыгнул вбок. Приземлившись на другом берегу он кувыркнулся и только потом открыл глаза. Его рефлексы спасли ему жизнь - там где он только что стоял вся стена была утыкана метательными ножами, а ещё два ножа вонзились в грязищу в том месте где Арвигель приземлился после прыжка. Самого же человека в сером не было видно. Он снова скрылся в мутных водах помойницы.
   Лезть в эту жижу Арвигель совсем не хотел. Значит надо как-то выманивать от туда своего противника.
   - Похоже что ты больше ни на что не способен кроме как кидать из-под тишка ножи и сидеть по уши в дерьме. - громко насмешливым голосом сказал Арвигель. - Похоже я зря за тобой погнался, мне ни когда не уловить глиста в его родной стихии. И похоже на то что мне просто надо позвать сюда бригаду золотарей, они разберутся и с тобой и с твоими хозяевами.
   Слова рыцаря добились цели - подняв фонтан брызг из жижи выпрыгнул однорукий человек. Его единственный глаз светился призрачным тусклым светом, в здоровой руке он сжимал небольшой кривой меч, перевязь для ножей была пуста.
   - Как ты смеешь так говорить со мной жалкий смертный! - раздались слова, говорил их вроде бы однорукий, но губы его при этом не шевелились. - Мой хозяин взял мою жизнь и вернул бессмертие, взял руку и взамен дал силу, взял мой глаз и взамен подарил всевиденье. А ты поганый смертный смеешь свою вонючую пасть открывать на него!!!
   - Кажется что он ещё взял твой разум и взамен одарил глупостью и гордостью. - усмехнулся кан-Нарви и бросился в атаку.
   Первые несколько выпадов однорукий отразил довольно легко, не смотря на скорость ударов. Причём парировал он очень мощными движениями, так что Арвигелю пришлось покрепче сжать кисть, что бы удержать меч. Почувствовав силу противника Арвигель решил что бой надо заканчивать побыстрее.
   Он, яко бы, неосторожно опустил свой клинок слишком низко, открывая голову и плечи для удара. Однорукий незамедлительно воспользовался этой "ошибкой" противника, и рубанул сверху вниз, целясь в шею рыцаря. Арвигель как раз этого и ждал. С невероятной скоростью он полуприсел и при этом описал над головой дугу своим мечом. Клинок врага попал на меч Арвигеля и под силой собственного удара соскользнул вбок и вниз, а однорукий, увлекаемый инерцией своей атаки, ушедшей в пустоту, оступился и потерял равновесие. Этого мгновения хватило что бы меч Арвигеля, продолжая движение, ударил противника в основание шеи и глубоко врезался в тело.
   Однорукий рухнул в грязь. Меч рыцаря накрепко застрял внутри него. Но противник и не думал умирать. Рывком поднявшись на одно колено он метнул свой клинок в рыцаря. Да только движение вышло какое-то неуклюжее и сам меч, собственно, не был задуман для прицельных полётов. Клинок рассёк воздух довольно далеко от Арвигеля и отскочив от стены канул в помойную речку.
   - Зря ты так. - укоризненно сказал Арвигель. - Я думал временно попользоваться твоим оружием.
   - Это я попользуюсь твоим. - прохрипел однорукий, но на этот раз его губы двигались.
   С этими словами он схватил за рукоять, врубившегося до самой груди, меча и начал тащить его на волю.
   Арвигель решил не дожидаться пока серый достанет из себя застрявший клинок, и с силой ударил противника кулаком в подбородок. Ударил особым образом, как когда-то кан-Кебата. Другого способа утихомирить однорукого он сейчас не видел.
   От удара голова серого отлетела назад, раздался хруст шейных позвонков и с глаза слетела повязка, обнажая отвратительную гноящуюся рану. Но ожидаемого эффекта удар так и не произвёл - однорукий всё так же тащил меч наружу.
   Арвигель уже собирался нанести ещё один удар, всё ещё надеясь вышибить душу из противника, как вдруг почувствовал чьё-то присутствие за спиной и обернулся. То что он увидел, заставило его похолодеть.
   По обоим берегам туннеля к нему приближались девять фигур. Это были люди разного роста и телосложения, разного возраста и по-разному вооружённые. Кто с мечом, кто с топором, один с молотом, двое просто с кастетами. Но кое-что их объединяло - серые плащи и отсутствие левой кисти, а так же повязки на правом глазу.
   - Тебе лучше больше не трогать нашего брата смертный. - произнесли девять голосов, слитно как один. - Лучше не сопротивляйся смертный, что бы мы не заставляли нашего хозяина ждать нас.
   - Не дождётесь уроды! - зло проговорил Арвигель и приготовился защищаться.

*******

  
   На это раз за дверью канцелярии Тавлиус обнаружил не холл с диким зверьём, а коридор с множеством комнат. С права коридор заканчивался окном на улицу, с лева упирался в широкую лестницу с золочёными перилами. Четверо магов направились к ней. Тавлиус поспешил за ними.
   - Куда мы теперь Фелган? - спросил более молодой красный маг.
   - А ты как думаешь Тома?
   - Ну...
   - Понятно, ты как всегда вообще не думаешь. Мы сейчас идём к нашим умникам. Может они уже вычислили источник магической атаки. - ответил красному Фелган.
   Маги поднялись на два этажа выше и пройдя по коридору вошли в небольшую зелёную дверь.
   За дверью обнаружилось громадное помещение. Оно было заставлено столами с магическими кристаллами и странными приборами, вдоль одной стены стояли стеллажи с разнообразными фолиантами и свитками, остальные стены были скрыты под громадными грифельными досками, расписанными чертежами и сакральными символами. В центре помещения столы были сдвинуты так, что бы образовывать круг. За каждым столом сидел человек и отрешенно всматривался в кристалл. Столов в круге было около дюжины. Время от времени каждый из сидящих за столом что-то выкрикивал человеку стоящему возле ближайшей грифельной доски, и вычерчивающего на ней сложную схему.
   Присмотревшись к этой схеме Тавлиус узнал в ней очертания карты Линдельма.
   Фелган и Рандис направились к кругу.
   - Что вы успели узнать? - властным тоном спросил жёлтый маг.
   - Довольно много, магистр Фелган. - ответил ему один из сидящих в кругу людей, не отрывая голову от кристалла. - Кто-то использовал беспрецедентное по мощности психическое заклятье, направленное на представителей человеческой расы. Сейчас все люди в городе одержимы идеей убивать зеленокожих, и с успехом это делают. Нас спасло от безумия только то, что мы находимся внутри защитного контура здания Гильдии.
   - Это понятно, а что с нашими магами?
   - Они так же гоняются за орками и своими заклятьями наводят магический кавардак, мешая нам искать источник бедствия.
   - Ну хоть что-нибудь вы выяснили? - с волнением спросил маг в коричневом.
   - Да магистр Рандис, мы уже знаем что заклятье одновременно произнесли из десяти равноудалённых точек. А силу заклинатели черпали из источника, находящегося где-то под центром города. Но вот точное местонахождение его мы пока уловить не можем - мешает поднятые обезумевшими магами магические помехи.
   - Что же нам делать? - с волнением выкрикнул старший из красных магов.- Надо срочно прекратить эти беспорядки. Но как добраться до источника?
   - Простите моё невежество, но в чём собственно сложность? - сказал, набравшись наглости Тавлиус. - Можно провесить портал в приблизительный район расположения источника, а там всё прочешем и найдём его.
   - Ты действительно невежественен, молодой человек. - ответил Фелган. - Мы не сможем провесить портал в то место где ни кто из нас до этого не был. А как ты можешь догадаться, по канализации маги Гильдии прогулки не совершают.
   - У моей семьи, издавна хранился фамильный секрет, позволяющий провесить портал без зрительных ориентиров, просто я подумал что магистры Гильдии тоже должны им владеть. Но раз вы его не знаете, то если вы пообещаете не выпытывать его, я смогу провесить портал в нужное нам место.
   Два магистра переглянулись. И видимо для того что бы принять решение им не нужна была такая мелочь как обмен словами.
   - Хорошо, мы обещаем что не будем допытываться о твоих семейных секретах. Только давай быстрее приступай к делу. - сказал Рандис.
   - Тогда мне нужна карта звёздного неба, карта Линдельма, план канализации, чертёжный инструмент и пять минут времени.
   - Сейчас это всё у тебя будет. - заверил Тавлиуса жёлтый маг.
   И в подтверждение его слов, тут же четверо смотревших в кристаллы человек оторвались от работы и засуетились собирая нужные Тавлиусу вещи. Не прошло и минуты, как молодой маг получил всё необходимое и приступил к работе.
   Довольно быстро проведя все необходимые расчёты, Тавлиус вычислил местонахождение нужной ему точки в Соцветии Миров. А зная точное место, провесить туда портал было минутным делом. Если бы открытие портала не требовало огромного количества силы, возможно не пришлось бы ему с Арвигелем тащиться так долго в Линдельм. Ну это дело прошлое, а сейчас надо закончить работу.
   Прошла минута, ещё одна и Тавлиус закончил все необходимые вычисления.
   - Мне нужен свободный участок пола, такой что бы на нем вместился круг метров двух в диаметре.
   Магистр Рандис отдал нужные распоряжения, и на этот раз все люди оторвались от кристаллов и начали перетаскивать столы. Через несколько минут нужная Тавлиусу площадь освободилась.
   Молодой маг взял чертёжные инструменты и начал вычерчивать на отполированных досках пола подобие "Звезды Олвера". Только чуть меньше, и с меньшим количеством рун.
   Прошло ещё пять минут и Тавлиус полностью закончил работу.
   - Нам надо создать круг, чтобы активировать портал. - сказал он магам, вставая с колен и отряхивая ладони от чертёжного мела.
   - Это не проблема. - сказал Фелган. - Главное что бы портал сработал. Кстати как тебя зовут, ты так и не представился.
   - Тавлиус Дер-наг, я странствующий маг.
   - Я и Рандис уже представились тебе, когда давали обещание. Я повелитель воздушной стихии и воздушного огня - молнии. Рандис повелитель земли. Пожилой мужчина в красном - Урри повелитель огня, маг второй ступени, его молодой коллега откликается на имя Тома, он начинающий маг шестой ступени. - Фелган сделал небольшую паузу. - А какими силами управляешь ты Тавлиус?
   - Всеми по немного. Но сейчас не время для дискуссий на эту тему. Давайте создавать круг.
   - Да ты прав, надо работать! - сказал жёлтый магистр, хотя было видно что он хочет указать новичку магу, что следует придерживаться определённого направления в практике магии. - Это твой портал, поэтому говори нам что нужно делать.
   - Нам надо встать вокруг нарисованной звезды, сосредоточиться и соединить сознания. Я произнесу магическую формулу, вы её повторите. Потом мы все вольём в заклятье силу, звезда активируется и можно будет входить в портал.
   Ни кто больше не задавал лишних вопросов. Маги стали на равных промежутках вокруг нарисованной на полу звезды. Каждый молчал и максимально коцентрировался на предстоящей задаче. Потом настало время открыть свои сознания на встречу стоящим в круге. Прошло мгновение и пять разумов стали одним.
   - Ориа налэ тангкрил! - произнёс Тавлиус и одновременно с ним ещё четыре голоса. - Нарил таскана налаш-ш-ш!! Тараг танкэ Бгхаш-ш-ш!!!
   Последняя формула громом разнеслась по помещению, заставив с интересом наблюдающих за церемонией "умников" закрыть ладонями уши.
   Тавлиус и остальные маги синхронно подняли руки и с их кистей на звезду заструились потоки силы. Звезда засветилась зеленоватым светом, и в тот же момент над ней появилась зелёная, медленно вращающаяся сфера. Портал был открыт.
   Молодой маг резко оборвал единение, закрыв своё сознание и сломав таким образом круг. Пять людей снова стали сами собой.
   - Дело сделано, можно входить в портал. - с лёгкой улыбкой сообщил Тавлиус.
   - Да поможет нам Сатод! - провозгласил Урри и первый вошёл внутрь зелёной сферы.
   Не медля за ним последовали и остальные маги.

*******

  
   Очнувшись от страшной головной боли Арнодин Шарто с трудом разлепил глаза. Изменений не произошло. Голова болела всё так же и вокруг была всё такая же непроглядная тьма.
   "Неужели я ослеп?" - пронеслось в голове у Арно.
   Он поднялся со своего ложа и ощупал руками пространство вокруг себя. То что открылось его рукам ввело его в замешательство.
   Лежал он на грубой лежанке, сколоченной из кое-как обструганных досок. Стены, по которым прошлись его ладони, были влажными и земляными. Видимо он был в каком-то подземелье или подвале.
   По крайней мере радовало то, что он наверное не ослеп, просто в подземной темнице свету взяться не откуда.
   В первый миг осознания своего положения Арно почувствовал как к нему подкрадывается приступ паники. Как он сюда попал? Кто его здесь закрыл? И что, в конце концов ему делать?
   Капитан Шарто поднялся со своего грубо сколоченного ложа и держась за стену обошёл всё своё узилище. Новые открытия расстроили его ещё больше.
   Комната в которой он был закрыт оказалась совсем небольшой. Каких то восемь на четыре шага. Напротив лежанки - массивная деревянная дверь. Наглухо закрытая снаружи.
   И больше ни чего в комнате не было. Земляной пол, земляные стены и висящая в воздухе сырость.
   Арнодин на ощупь добрался к своей лежанке и сел, обхватив голову руками. Постепенно он начал успокаиваться и брать себя в руки. Он ощупал голову и нашел причину боли - все волосы на затылке слиплись от запёкшейся крови, а ближе к темечку обнаружилась довольно большая рваная рана.
   Всё становилось понятнее, он проиграл бой и попал в плен. Осталось сообразить с кем он бился и у кого в плену.
   Арно помнил только то, что выехал с пятью товарищами на поиски упырей. А вот что было потом?
   Капитан Линурской гвардии откинулся на лежанку и начал мучительно вспоминать.

*******

  
   Яркая вспышка в глазах. Земля бьёт по ногам и заставляет упасть на колени. Ладони касаются земли и погружаются в мерзкую густую жижу. И одновременно с ударом по ногам в нос ударила ужасная вонь. Эта вонь привела Тавлиуса в чувство.
   - С молодости ненавижу эти порталы. - бурчал где-то рядом старый Урри. - Особенно если они ведут в такую клоаку.
   Тавлиус осмотрелся. Находился он в канализационном туннеле. По центру медленно струилась речушка вонючей жидкости. Он и Урри выскочили из портала на левом берегу, Тома и Фелган на правом. А вот Рандису не повезло - он отряхивал свою коричневую мантию от остатков жидкости из речушки.
   Какое-то время команда осматривалась по сторонам. При этом Рандис сердито сопел и громко шуршал своей изгаженной мантией.
   Вдруг Фелган шикнул на него:
   - Ш-ш-ш, тише, дай прислушаться...
   Это было сказано таким тоном, что затаили дыхание все.
   Фелган замер как каменное изваяние и весь обратился в слух. Он простоял так около минуты, ни кто не смел издать даже шороха.
   Наконец-то жёлтый маг пошевелился.
   - Идём туда. - указал он рукой перед собой. - От туда доносится звук какого-то бормотания. Похоже на чтение заклятья.
   - А не проще просканировать местность и засечь месторасположение магической активности? - спросил Фелгана Тавлиус.
   - Конечно проще, но где гарантия что наш неизвестный враг не почувствует сканирования. Поэтому лучше хорошо послушать и пойти на звук. - ответил Фелган.
   - Слушай Фелгана, молодой человек. Он очень мудрый и слух у него отменный. - проговорил, подошедший к Тавлиусу, Урри.
   Тавлиус промолчал и двинулся в указанном направлении. Вслед за ним зашагали остальные члены команды. Воняло нестерпимо, под ногами хлюпало, время от времени в помойной речушке всплескивали какие-то создания.
   Оставив позади около десяти метров, вначале Тавлиус, а потом и остальные услышали бормотанье, про которое говорил Фелган.
   Бормотал грубый и полный силы голос, слова лились одно за другим и были абсолютно незнакомыми. Это явно было какое-то заклинание, но какое ни кто не мог понять.
   Тавлиус стал проверять свои "подвешенные" заклятья: огонь, воздух, лёд, защита, травяной капкан, каменный увалень. Всё в порядке, все заклятья на месте, собранные и скрученные лежат на дне сознанья и в любой момент готовы сработать по приказу мага.
   Пока Тавлиус рылся в своих боеприпасах, его товарищи зашептали колдовские слова. Каждый свои. По рукам Урри заструился огонь, превратив их в два пламенных крыла. Вокруг Тома закружился рой огненных шаров размером с кулак. Фелган с ног до головы покрылся электрическими разрядами, а кожа Рандиса стала тёмно-коричневой как сырая земля.
   Все маги были готовы к бою с неведомым противником.
   Отшагав ещё около трёх десятков шагов Тавлиус заметил впереди пролом в стене. Заметили этот пролом и его товарищи и сразу же прибавили шаг.
   Подойдя к пролому маги поняли что они у цели. Из дыры в стене разливался тусклый мерцающий свет. И голос, бормотавший заклинание, доносился от туда же.
   - Идите сзади меня. - Проговорил Фелган занося ногу в пролом. - И ни чего предпринимайте без моего веления.
   Он пригнул голову и шагнул в дыру. За ним последовал Рандис, потом Урри, Тавлиус и заключал шествие Тома.
   Проход был узкий. Но из-за плечей впереди идущих магов, Тавлиус видел что стены расходятся и превращаются в большой зал.
   Маги вошли в зал и остолбенели. Ни кто не мог подумать что подносом у Гильдии скрывается такое.
   Зал был круглым. Стены его были облицованы чёрным мрамором. Куполообразный потолок поддерживали громадные мраморные колоны. Весь мрамор был изрезан какими-то таинственными знаками. Знаки тускло светились багровым светом - единственным источником освещения в зале. Часть знаков была знакома Тавлиусу, другая часть остальным магам, но общий смысл надписей не был понятен ни кому из них. И наверное даже если бы они совестили известные друг другу части, то всё равно не разобрали смысла написанного. Откуда взялся этот зал? Кто его построил под городом? Или он был здесь испокон веков? Каким целям он служит? Все эти вопросы оставались неразрешёнными для магов.
   Те мгновения которые Гильдейские маги потратили на осмотр необычного помещения, Тавлиус потратил на осмотр фигуры, которая расположилась в центре зала.
   Довольно массивный человек сидел на земле, закутавшись в чёрный плащ. Лицо его было трудно рассмотреть из-за большого расстояния и плохого освещения. Но было и так понятно что читал заклятье именно он. Резала глаз одно малоприятная деталь - вокруг неизвестного колдуна аккуратным кругом были разложены отрубленные человеческие кисти. А возле его ног стояла большая каменная чаша. Тавлиус напряг зрение и смог рассмотреть что она до краёв наполнена грязно желтой жидкостью и в ней плавают зрачками к верху человеческие глаза.
   Тавлиуса передёрнуло от омерзения, и в этот момент раздался голос Фелгана:
   - Тавлиус и Тома останьтесь сзади и будьте готовы нас прикрыть. Остальные за мной.
   Сказано это было таким тоном, что ни кто не смел перечить. Фелган уверенной походкой направился к колдуну в чёрном плаще. За ним зашагали Рандис и Урри.
   Тавлиусу происходящее нравилось всё меньше и меньше. Слишком большая сила чувствовалась в незнакомом заклинателе. А его товарищи из Гильдии явно этого не замечали. Тавлиус выбрал из подвешенных заклятий защитную сферу и начал закачивать в неё силу. Что-то подсказывало ему что сейчас придется защищаться, а не атаковать.
   А тем временем трое старших магов вплотную подошли к чёрному заклинателю. Фелган остановился прямо напротив него и пристально уставился на противника. На какое-то время в воздухе повисла тишина.
   Чёрный колдун казалось не замечал подошедших к нему магов.
   Наконец-то Фелган не выдержал и нарушил молчание:
   - Кто ты, и что здесь делаешь? Именем Гильдии Чудотворцев приказываю тебе ответить или мы уничтожим тебя!
   Колдун ни как не отреагировал и продолжал бормотать своё заклятье.
   - Ну хорошо, я тебя предупреждал! - пришёл в ярость жёлтый маг.
   Он вскинул руки вверх, и с его пальцев сорвалась ослепительная ветвящаяся молния. С оглушительным треском и шипением она обрушилась на врага...
   ...И не нанеся ни малейшего вреда стекла по его чёрному плащу на землю.
   Незнакомец прервал чтение заклятья и встал. Раскрылись полы его плаща и маги с ужасом увидели что у их противника четыре руки. Он поднял нижнюю правую руку и откинул капюшон плаща.
   Все кроме Тавлиуса издали стон священного ужаса - у колдуна не было лица. Просто бесформенное месиво из бугристой бледной кожи. Ни рта, ни носа, ни ушей, ни глаз - ни чего не было.
   Стоящий справа от Тавлиуса Тома дрогнул и упал на колени. Молодой маг услышал как тот шепчет:
   - О боже! Сатод помоги нам - это же Яттихор. Сатод помоги. Сатод защити...
   Тавлиус не знал кто такой Яттихор, но и без того было понятно что дело плохо.
   Старшие маги смогли не потерять присутствие духа. Рандис выкрикнул слова заклятья и земля под ногами Яттихора дрогнула, и расколовшись хищной щелью, капканом обхватила его ноги. В тот же момент с рук Урри сорвался целый рой огненных стрел, превратив Яттихора в живой факел. И в довершение Фелган влепил в горящего противника великолепную шаровую молнию.
   Но все усилия пропали зря. Мгновение назад горевший огонь с шипением погас, разряд молнии как и предыдущий стёк на землю, а сам Яттихор с лёгкостью выдернул ноги из земляного капкана, как будто он просто чуть завяз в грязи.
   И сразу же атаковал сам. Яттихор сделала какой-то сложный жест сразу всеми четырьмя руками, и воздух вокруг него загустел и потемнел. Темнота превратилась в густую вязкую дымку. И эта дымка, с внезапностью жалящей гадюки, метнулась к стоящим рядом с Яттихором трём магам. В долю секунды дымка втянулась в их ноздри. Маги даже не успели ни чего понять - их грудные клетки раздулись до невероятных размеров и через мгновение, с отвратительным треском, полопались как мыльные пузыри, окрасив вокруг землю кровавым дождём.
   Раздался злорадный каркающий смех Яттихора. Он повернул голову в сторону Тавлиуса и дрожащего от страха Тома, и новая порция смертельного тумана кинулась на оставшихся в живых магов.
   Тавлиус схватил за шиворот дрожащего соратника, и рывком подтянул его поближе к себе. Одновременно с этим он отпустил подготовленное к бою заклятье, и воздух вокруг него и Тома загустел до твёрдости стали. Сила закачанная молодым магом в это заклинание делало защитную сферу практически непроницаемой для любых атак. Правда долго ей не продержаться - минут десять, не дольше.
   Облако дымки бессильно растеклось по сфере затвердевшего воздуха. За ней об прозрачную защиту разбился шар Чёрного Пламени. Потом какой-то жуткий монстр с громадными когтями нанёс несколько безуспешных ударов по сфере и растворился в воздухе.
   Яттихор кидал на сферу все новые и новые заклинания, пытаясь проломить защиту. Казалось запас силы у него просто неисчерпаем. А Тавлиус тем временем лихорадочно соображал что ему делать дальше. От перепуганного Тома помощи ждать не стоит, а время действия защиты неумолимо подходит к концу...

*******

  
   Арвигель сидел на корточках, оперевшись спиной о холодную стену и восстанавливал дыхание. Десять неподвижных тел лежало рядом с ним в различных позах. В уставившемся в потолок единственном глазе ближайшего мертвеца застыло выражение безмерного удивления. Сам Арвигель удивился ни чуть не меньше, когда его противники попадали один за другим, без видимых на то причин. Похоже их хозяин перестал поддерживать жизнь в телах своих одноруких воинов.
   Светлому рыцарю очень хотелось знать почему?
   Выполнили непобедимые воины свою задачу и стали больше не нужны? Или кто-то помешал их хозяину поддерживать колдовством подобие жизни в телах своих слуг?
   Арвигелю очень хотелось что бы правдой оказалось второе предположение. Но пока он мог только гадать о том что действительно произошло.
   Дыхание полностью восстановилось. Кан-Нарви сконцентрировался и переключился на другое зрение. Призрачные серые нити тянулись от каждого из десяти мертвецов. Только теперь сила не текла по ним и нити безжизненно провисли.
   - Ну что же пора встретиться с вашим хозяином ребята. - проговорил Арвигель поднявшись на ноги.
   Он сделал несколько шагов, нагнулся и выдернул из руки трупа короткий меч с широким клинком, а у его соседа реквизировал массивный кастет.
   Вооружившись Арвигель пустился бежать вдоль медленно тающих серых нитей, с каждой секундой увеличивая скорость. Ему очень нетерпелось познакомиться с хозяином одноглазых.

*******

  
   - Раскрой свою скорлупку мальчишка. - доносился до Тавлиуса голос Яттихора, хотя звук не должен был проникать внутрь сферы. - Из-за тебя и твоих друзей мне пришлось раньше времени лишить жизни своих верных слуг. Но я прощу тебя, если ты согласишься служить мне. Ты хороший маг, если умудрился поставить такую защиту, но тебе не выбраться от сюда живым. Издохнешь в своей скорлупке от голода и жажды. Так что раскрывай свою скорлупку и закончим с этим. Что бы ты не выбрал это лучше чем высиживать здесь сутками...
   Тавлиус старался не слушать эти речи. Сфере осталось держаться чуть больше минуты, о чём Яттихор по-видимому не догадывался. Надо срочно что-то предпринимать. Обнадёживало одно - раз Яттихору пришлось умертвить каких-то созданий, которых он поддерживал своей магией, значит он не всесильный. Поддерживать колдовством слуг и сражаться одновременно он не мог.
   И тут Тавлиуса осенило!
   Он схватил за плечи Тома и с силой тряхнул.
   - Очнись! Очнись! - Тома затравленно посмотрел на Тавлиуса. - Слушай меня внимательно. Сейчас я сниму защиту, а ты не переставая начинай атаковать эту дрянь огненной магией, например огненными стрелами или небольшими шарами. Только не выпускай все заклятья сразу, а по одному не давая ему передышки. Ты меня понял!
   Тома утвердительно закачал головой.
   - Смотри, сделай всё как надо, может и прорвёмся.
   Тома снова закивал.
   Яттихор продолжал увещевать Тавлиуса, напряжённо застыв при этом возле воздушной сферы, как кот возле мышиной норы.
   И вдруг сфера исчезла. Яттихор яростно бросился вперёд и в этот же момент Тома вскочил на ноги и начал выпускать один огненный шар за другим. Первый шар сбил с ног не ожидавшего подвоха Яттихора, а остальные не давали ему подняться. В тоже время Тавлиус выбил скобы из одного своего заклинания.
   Ближайшая колона чёрного мрамора с жутким грохотом взорвалась, и за считанные секунды из груды битого камня вырос каменный гигант. С оглушительным рёвом он бросился на пытающегося встать на ноги Яттихора.
   - Не прекращай атаковать Тома! - изо всех сил заорал Тавлиус. - Он может не отбиться от кулаков увальня и огненных шаров одновременно.
   Яттихор увидел новую опасность и успел кувыркнуться в сторону. Огненный шар врезался в пол. А четырёхрукий уже стоял на ногах и в каждой его руке было зажато по кривой сабле, которые он извлёк откуда-то из-под плаща. Дальше события пошли вовсе не так как рассчитывал Тавлиус.
   Яттихор увернулся от громадного каменного кулака, саблей отбил огненный шар и провернувшись на месте метнул саблю правой верхней рукой.
   Тома захрипел и рухнул на пол. Клинок четырёхрукого вылез у него из спины.
   В следующую секунду ещё один клинок окутался тьмой и обрушился на шею увальня. Тот тут же рассыпался грудой битого камня. Правда и клинок исчез вместе с растаявшим облаком тьмы.
   Тавлиус остался один на один с разъяренным четерехрукий колдуном.
   - Жалко что ты не принял моего предложения мальчишка. - проговорил Яттихор. - Из тебя вышел бы толк.
   Тёмная мгла сгустилась вокруг четырёхрукого. Тавлиус мысленно простился с жизнью и уже представил себя с лопнувшей грудью, как судьба снова оказалась к нему благосклонна.
   Серой тенью, бешеным порывом ветра, через зал пронёсся кан-Арвигель Нарви. В нескольких шагах от четерехрукого он взлетел воздух, оттянул руку с трофейным мечом и приземляясь сильно рубанул Яттихора по шее. Меч глубоко завяз в теле, Яттихор отлетел в сторону, прокатился по полу и уронил одну свою саблю.
   Арвигель тут же подобрал её и направился к поднимающемуся на ноги Яттихору.
   - Судя по твоей живучести ты хозяин десяти калек, поднявших на уши весь город. - сказал он и не дождавшись ответа продолжил. - Придется тебе кое-что мне объяснить.
   - Ты не представляешь с кем ты связался, смертный! - прокаркал Яттихор и поднявшись вытащил меч из шеи. Рана тут же затянулась.
   - Это ты не представляешь с кем связался, гладкомордый! - ответил Арвигель и что-то зашептал, как-то странно меняя интонации.- Арменэ туэрве, Арменэ лоалве, мекано ситоре, мекано валодэ, сато ватэро, сато каорэ, сато малэ, сато вайтэ.
   С этими словами Арвигель бросился в атаку. Сабля завертелась у него в руке, превратившись в шторм стали. Четырёхрукий удачно парировал несколько ударов, затем атаковал сам, но его оружие рассекло пустоту, и тут же нога Арвигеля врезалась ему в живот, заставив согнуться пополам. В следующий миг клинок Арвигеля отсёк ему одну кисть и располосовал бок.
   Яттихор упал на землю, кувыркнулся, вскочил прыжком и вытащив из-под плаща какой-то амулет разбил его об пол. Из разлетевшегося в дребезги амулета фантастическим цветком вырос портал переноса. Яттихор прыгнул в него и портал захлопнулся поглотив четырёхрукого колдуна.
   Арвигель бросил на землю саблю и подошёл к ошарашенному Тавлиусу. Тот стоял и хлопал глазам, переваривая случившееся.
   - Ну сказал бы что рад меня видеть, что ли? - изображая досаду сказал Арвигель.
   - Да у меня просто нет слов, ты спасаешь мне жизнь уже во второй раз. - ответил Тавлиус.
   - Ага, а минут за десять ты спас меня, когда заставил эту четырёхрукую гадость собой заняться.
   - Он занялся не только мной. Он убил четырех сильных магов. Убил играючи. И я думаю что меня он умертвил бы ещё легче.
   - Ты себя недооцениваешь. Как ты кстати столько продержался?
   - Закрылся глухой защитой и только потом понял что сам себя загнал в ловушку. - Тавлиус грустно вздохнул.
   - Не бери в голову, главное что ты не лежишь с развороченной грудью, как твои боевые товарищи.
   - Но от этого меня отделяли какие-то секунды. - Тавлиус призадумался и спросил. - Кстати, а что ты с ним такое сделал, что он не смог тебе противостоять.
   - С ним не чего, я заклял это место. Теперь лет триста здесь нельзя будет произнести даже простейшее заклятье. Сила полностью покинула эту территорию. Он стал здесь простым смертным, и если бы не амулет, то сейчас наш четырёхрукий друг молил бы о пощаде.
   - Ты же не умел колдовать! И откуда ты знаешь такое заклятье? - лицо Тавлиуса выражало придельное изумление.
   - Слишком много вопросов для одного дня. Но когда-нибудь я тебе всё расскажу. Когда созреешь, но не сейчас.
   Арвигель осмотрелся по сторонам. Увидел отрубленные кисти и каменную чашу.
   - Ну ладно, ты передохни. - сказал он Тавлиусу. - А я пока осмотрю здесь всё получше. Потом поищем выход наружу.
   Арвигель направился к месту проведения отвратительного ритуала. Тавлиус сел на землю и обхватил голову руками. Усталость навалилась на него страшная. Много неразрешенных вопросов не давали ему покоя. И где найти ответы он пока не знал.

*******

  
   Арно лежал на спине с закрытыми глазами. Уже несколько часов подряд он медленно и мучительно вытаскивал из кладовой памяти обрывочные воспоминания и пытался собрать из них целостную картину. Целостная картина не собиралась.
   Были какие-то обломки, разрозненные фразы и ни чего не значащие картинки.
   Арно чётко помнил как он с небольшим отрядом покинул Линдельм. Погода была хорошая, ребята думали что едут расправиться с распоясавшейся бандой разбойников (правду Арно не кому не сказал, дабы не выпустить удачи из рук), а так, как разбойники в последнее время не могли оказать доблестным гвардейцам должного сопротивления, то боевой дух отряда был на высоте.
   Они объехали несколько поселений и в каждом Арнодин Шарто расспрашивал жителей о том, не происходило ли в последнее время чего-либо странного. В одном из поселений угрюмый подвыпивший крестьянин направил отряд в деревню Малые Задиры. С его слов уже неделю в местном кабаке не появлялся ни один драчун из этой деревеньки. Хотя обычно ни что не могло заставить мужиков из Малых Задир раз в два-три дня устроить дебош в выше упомянутом заведении. За нанесённый ущерб жители Малых Задир всегда исправно расплачивались с хозяином кабака, а тот в свою очередь делал заказы на новые столы и стулья деревенскому плотнику, что позволяло плотнику достойно жить. Плотник приходился угрюмому крестьянину родным братом, и именно по этому, обеспокоенный снижением доходов родственника, он настоятельно просил капитана Арнодина проверить не натворили ли в Малых Задирах каких-нибудь бед разбойники, столь тщательно разыскиваемые бравыми гвардейцами.
   Арно не дал долго себя упрашивать и направил свой отряд в указанном направлении. Всё равно ни каких зацепок у него больше не было. Хотя он был склонен к мнению, что забияки из Малых Задир понабивали дома друг другу лица, или нашли другое место для своего весёлого времяпровождения.
   Отряд выехал на неширокую просёлочную дорогу, и на этом связанные воспоминания заканчиваются. Дальше в памяти Арно начинается дыра, заполненная бессвязными, обрывочными образами.
   Утомившись от бесплодных попыток что-либо вспомнить Арно открыл глаза. И тут же подскочил от неожиданности - в ногах его немудреного ложа сидела прекрасная зелёноглазая девушка. При чём Арно не мог представить как она сюда попала не выдав себя ни единым звуком. Какое-то время он ошарашено смотрел на неё. Она улыбалась, а её глаза казалось светились изнутри. Арно готов был наслаждаться её улыбкой вечно, он был готов раствориться в нежном сиянии её колдовских глаз. Она с кошачьей грацией потянулась, расправила плечи и встала с топчана.
   - Долго же пришлось ждать пока ты вернёшься из мира воспоминаний Арно. - проговорила девушка, голос её был тихий и успокаивающий, как шепот ветерка в вечерней листве.
   - Как тебя зовут? Как я сюда попал? - капитан Шарто был полностью очарован и говорил невпопад.
   - Зовут меня Шая. Я одна из Ночного Народа. Но можешь не бояться, мы не причиним тебе вреда.
   - На первый вопрос ты ответила Шая. - имя вампирши Арно произнёс слегка растянуто, словно пробуя его на вкус. - Но для меня до сих пор остаётся загадкой где я, и как я сюда попал?
   - Ты в моём Гнезде, последнем пристанище моего народа. - Шая приблизилась ещё ближе к Арнодину и сияние её глаз полностью овладело его сознанием. - А попал ты сюда после сражения с нашими мужчинами, но об этом я расскажу тебе чуть позже, если ты не возражаешь.
   Арно не возражал, он сейчас хотел только одного - впиться поцелуем в губы его пленительницы. И она, видимо прочитав мысли капитана, прильнула к нему и нежно, даже слегка робко поцеловала его. Они медленно опустились на топчан - разговор откладывался на неопределённое время...
   ... А где-то далеко, за сотни лиг отсюда довольно улыбалась Верховная Мать, наблюдая за происходящем в причудливо огранённом берилле.
   "Всё-таки как я была права когда назначила на место заносчивой Вайноры, Шаю" - подумала Верховная Мать и откинулась на спинку великолепной работы кресла. Она отхлебнула из золотого кубка солоноватой, пьянящей крови, и довольная улыбка ещё шире расползлась по её, уже давно немолодому лицу. План Малдис Ненасытной выполнялся наилучшим образом.

*******

  
   Недолго побродив по хитросплетениям канализации Арвигель и Тавлиус нашли выход наружу.
   Оказавшись на свежем воздухе товарищи сразу же решили идти в "Камень и снег", привести себя и одежду в надлежащий вид. По дороге в гостиницу они смогли оценить масштабы погрома в полном объёме.
   Казалось по улицам Линдельма пронёсся разрушительный смерч - многие двери были сорваны с петель, окна разбиты в дребезги, прилавки уличных торговцев перевёрнуты, а товар безжалостно растоптан ногами. То и дело в глаза бросался изуродованный труп гоблина или орка, и куда реже виднелись человеческие тела. Люди ходили по улицам в состоянии глубокого шока - явно не осознавая до конца что окружающий их ужас, это их же рук дело.
   Арвигель старался идти как можно быстрее и не обращать внимания на то что происходит вокруг. Тавлиус еле поспевал за ним и наоборот вертел головой по сторонам, стараясь получше рассмотреть картину погрома.
   Вот в канаве валяется совсем молодой орк - в руке его зажат короткий меч, о живот вспорот и кишки перемешались с городскими помоями. Вот разъяренная толпа вздёрнула на фонарный столб в меру упитанного гоблина, и вдобавок его ещё и подожгли (видимо это поработал какой-то огненный маг). На его обугленный труп по одной начали слетаться вороны. Вот через разбитое окно скобяной лавки видна лежащая на столе гоблинская девушка с задранной юбкой и перерезанным горлом. А вот валяются несколько человек, судя по всему зарубленных здоровенным орком, лежащим рядом с ними и даже в смерти не выпускающим секиру из рук. Из пустой правой глазницы орка торчал арбалетный болт - в рукопашную горожане его одолеть не смогли.
   Когда товарищи подошли к дверям гостиницы, Тавлиус уже так насмотрелся на живописные картины зверства, что к его горлу начал подбираться предательский комок тошноты. Он еле сдержался и поспешил за Арвигелем, который уже вошел в широко распахнутые двери гостиницы.
   В это день ни один орк или гоблин не остановился в "Камне и снеге". По этому внутри гостиницы не было следов тотального погрома. Правда персонал и посетители напрочь отсутствовали - все они ушли бить зеленокожих и ещё не вернулись.
   Арвигель увидев отсутствие консьержа тихо выругался себе под нос и подошел к его стойке что бы взять ключи от комнаты. Тут его тоже ждало разочарование. Обычно ключи хранились в специальной коробке, каждый на своем гвоздике с написанным рядом номерком. Но сейчас кто-то в спешке сбил коробку со стойки, она упала на пол, ключи разлетелись, и определить какой из них отпирает комнату Арвигеля и Тавлиуса, стало довольно сложной задачей.
   Арвигель раздосадовано ударил кулаком по стойке. Стоявший на ней серебряный колокольчик для вызова консьержа испуганно подпрыгнул и обречённо дзынькнув упал вслед за коробкой для ключей.
   - Не стоит нервничать кан-Нарви. - сказал Тавлиус окинув взглядом россыпь ключей на полу. - Я знаю одно несложное заклятье для открытия замков.
   - Я тоже знаю одно, самое простое. - ответил Арвигель. - Пошли, научу.
   Они быстро поднялись по скрипучей лестнице, прошли по коридору и остановились возле своей комнаты.
   - Ха-а-а!!! - с резким выдохом Арвигель ударил ногой по тому месту на двери, где был врезан хитроумный гномий замок.
   Дверь с треском отварилась.
   - Вот такое заклинание - простое и эффективное. - сказал Арвигель и прошел в комнату.
   - Эффективность действительно бесспорная. -и заметил Тавлиус. - но не придется ли нам теперь платить за сломанную дверь.
   - Хозяин спишет на погром. - коротко ответил Арвигель, уже из ванной комнаты.
   Что стоит отметить, так это то что в Линдельме номера в гостинице стоят недёшево, зато во всех был водопровод.
   За какие-то десять минут Арвигель помылся и как мог почистил одежду, после чего загнал в ванну Тавлиуса, всё время поторапливая его гневными выкриками.
   - Арвигель мы что куда-то опаздываем? - не выдержав спросил молодой маг.
   - Будешь много говорить, вместо дела, так точно опоздаем. - ответил Арвигель пристраивая за спину Разящий Луч.
   Справившись с мечом светлый рыцарь присел на стул и задумался. На какое-то время в комнате воцарилась тишина, время от времени прерываемая хлюпаньем и фырканьем, доносящимся из ванной.
   Прошло ещё пара минут. Тавлиус вышел из ванной на свет божий с мокрой головой и в кое-как отчищенной одежде.
   - Ну хоть теперь ты скажешь, куда ты так торопился? - спросил он у Арвигеля.
   Вместо ответа из коридора раздался звук раскрывающегося портала.
   - Ждал появления ребят из Гильдии. - сказал Тавлиусу рыцарь. - Не можем мы ведь предстать перед самым могущественным магом Линура, выглядящие и пахнущие как золотари-неудачники.
   - Откуда такая уверенность что нас пригласит к себе Архимаг Гильвирус? - недоверчиво спросил Тавлиус.
   - Учитывая последние события, он просто обязан нас к себе пригласить.
   В подтверждение этих слов в комнату вошли два мага. Один из них был одет в синие, другой в тёмно-серые одежды. Повелитель воды и повелитель умерших.
   - Есть среди присутствующих мастер Тавлиус Дер-наг? - шелестом высохших опавших листьев донёсся голос из-под тёмно-серого капюшона.
   - Я Тавлиус Дер-наг. - ответил молодой маг.
   - Пройдёмте с нами. - откинув назад капюшон проговорил синий маг. Голос его напоминал журчание горного ручья в знойный летний полдень. - Вас хочет видеть Архимаг Гильвирус.
   - Я с удовольствием пройду с вами. - сказал Тавлиус. - но только вместе со своим телохранителем.
   - Пожалуй так будет даже лучше. - прошелестел голос из-под серого капюшона. - Идите за нами. В коридоре ждёт портал.
   Посланцы Архимага развернулись и вышли из комнаты.
   - Ты обратил внимание на их голоса? - спросил Тавлиуса кан-Нарви. - Они сильно слились с силами которым служат.
   - Служат? Ведь они называют себя повелителями стихий.
   - Это "повелевание" чистый самообман. - ответил Арвигель. - Но об этом потом. Не стоит заставлять Архимага Гильвируса ждать.
   Тавлиусу показалось что имя Архимага Гильдии Арвигель произнёс несколько фамильярно. Так обычно произносят имена старых знакомых. Но раздумывать над этим у него не было времени. Арвигель уже вышел из комнаты и молодой маг бросился догонять его.

*******

  
   Серый ослик медленно передвигался по пыльному торговому тракту прочь от Линдельма. На его спине сгорбившись дремал худой огненно рыжий старик. Покачиваясь в такт движения осла старик казалось в любой момент готов был упасть на землю. Но этого не происходило, каким-то непостижимым образом спящий наездник держался на спине своего длинноухого скакуна. Хотя ни какой сбруи на ослике не было - старик восседал на его ни чем не покрытой спине и даже не пытался держаться за гриву или шею животного.
   На всегда оживлённой дороге такой всадник должен был привлекать к себе массу внимания. Нашлось бы множество весельчаков готовых подшутить над спящим чудаком. Но как ни странно не на рыжего старика, не на его осла ни кто не обращал ни малейшего внимания. Торговцы и селяне, гонцы и линдельмская знать на великолепных скакунах - ни кто, ни разу не удостоил рыжего даже одним взглядом. Казалось что его просто не существует для них.
   Время шло. Солнце медленно катилось к горизонту, что бы осветив край неба прощальным поцелуем заката, спрятаться под землю. Тени удлинились. Воздух стал прохладней и свежее. Летучие мыши начали вылетать на свою извечную охоту за ночными насекомыми.
   Вдруг тень одного из придорожных столбов внезапно разрослась и обрела форму человека закутанного в потрёпанный чёрный плащ. Человек вышел на дорогу и встал на пути у спящего всадника.
   Ослик сделал несколько шагов, поднял на человека в чёрном большие грустные глаза и остановился. Рыжий старик заворчал, сплюнул в пыль и приоткрыл правый глаз.
   - Глупо спать на таком оживлённом пути. - прокаркал голос из глубины плаща.
   - Глупо становиться у меня на пути, четырёхрукий.
   - У меня есть имя, старик! - в голосе человека в чёрном плаще прорезались нотки гнева. - Не забывай о должном мне уважении, хотя мы и сражаемся по разные стороны.
   - Мне не за что уважать тебя. - старик открыл оба глаза и в голосе его появилась сталь. - И на счёт разных сторон ты не прав. Я иду по своему личному пути и не придерживаюсь ни чьих сторон.
   - Почему же тогда твой личный путь всегда ломает наши планы?
   - Это не твоё дело, тёмный божок. А в прочем спроси у хозяина, он сможет тебе объяснить. Если захочет.
   - Больно ты дерзок старик. Придется научить тебя вежливости.
   Чёрный сделала один шаг. Большего он не успел. Старик чуть подался вперёд, резко взмахнул рукой и от него в сторону противника понесся бешено вращающийся вихрь. Сошедший с ума воздух взвил тучу пыли и подняв человека в плаще с силой ударил его об столб, из тени которого он появился. Столб столкновения не выдержал и разлетелся в щепы.
   Чёрный рывком поднялся на ноги, но старик каким-то непостижимым образом уже был рядом с ним. Он вроде бы легко толкнул противника в живот и тот грохнулся на землю так, как будто его лягнула лошадь. Рыжий старик наступил ему ногой на грудь и ехидно улыбнулся.
   - Пока ты не имеешь силы что бы тягаться со мной, Яттихор. А если достаточно сил у тебя и появится, то я сам тебя найду.
   Рыжий пнул Яттихора ногой под рёбра и в одно мгновение оказался на спине своего осла.
   - Передай привет своему хозяину четырёхрукий, когда вы его разбудите. - старик уже удалялся по дороге, но голос его отчётливо долетал до поверженного в пыль тёмного бога.

*******

  
   Портал захлопнулся, издав при этом характерный шипящий звук. Тавлиус внимательно осмотрелся по сторонам, в этой части здания Гильдии он ещё не был. Удивляло отсутствие роскоши, если бы маг не знал куда они направляются, то мог бы подумать что портал привёл их в какую-то суровую крепость. Стены были сложены из грубого камня, кое-где прикрытого различными щитами и образцами экзотического оружия. Окон в стенах не было, помещение освещались бездымными факелами. Похоже было что Тавлиус и Арвигель находились в своеобразном каменном мешке, и только в одной стене перед ними темнела небольшая арка закрытая грубой деревянной дверью. Видимо сюда можно было попасть только через портал, потому что единственная дверь, судя по надписи на ней, вела не наружу, а в кабинет Архимага Гильвируса.
   Тавлиус аккуратно просканировал пространство и обомлел - всё вокруг вибрировало от непомерной концентрации магических полей. Сотни разнообразных защитных и атакующих заклятий переплелись в сложный и смертельно опасный клубок. Архимаг очень трепетно относился к безопасности своего жилища.
   Тем временем сопровождающие товарищей маги Гильдии подошли к двери и остановились по обе стороны арки. Развернувшись к двери спиной они больше напоминали караульных, а не могущественных магов.
   - Архимаг Гильвирус ждёт вас за этой дверью. - прошелестел голос из под темно-серого капюшона.
   - Вы можете взять своё оружие с собой, Архимаг проявил к вам величайшее доверие. - прожурчал второй маг.
   Арвигель молча прошел между ними и, толкнув дверь, оказался в кабинете. Тавлиус поспешно зашел вслед за ним.
   Кабинет оказался довольно большим, и так же не имел окон. С потолка свисала громадная бронзовая люстра, подвешенная на массивных цепях. Только свечи на ней были совсем необычные - над отлитыми из метала колышками мерцали небольшие огоньки, похожие на мертвые огни болот. Сам кабинет был убран под стать прихожей, предельно просто и даже несколько грубо. Пол был покрыт звериными шкурами, на двух стенах висело оружие, вдоль одной стоял внушительный книжный шкаф, и возле последней стены стоял громадный письменный стол, единственная высокохудожественная вещь в комнате. Стол стоял на толстых ножках, вырезанных в виде могучих воинов, на шлемах которых покоилась необъятная столешница. Сама столешница, в тех местах где она виднелась из-под беспорядочно разложенных бумаг, была очень искусно инкрустирована тонкими золотыми узорами, сливающимися в какую-то сложную картину. С права, за столом, в стене была ещё одна дверь, ведущая в ещё одно помещение. Всё остальное место на стене занимала довольно подробная карта Северного континента.
   Арвигель подошел к столу и со своей неподражаемой недоброй улыбкой посмотрел на хозяина кабинета.
   Тот выглядел довольно интересно. Немолодой уже мужчина имел могучее телосложение, более подходящее воину, а не магу. Черты лица у него были резкие и острые, нос был с горбинкой и слегка загибался вниз, навстречу к монументальному квадратному подбородку. Одет он был в черную безрукавку, отороченную ярко красной тесьмой. Ни чем не прикрытые руки вызывали уважение рельефными жилистыми мышцами. Казалось что их хозяин более привык к работе с кузнечным молотом чем с магическими книгами. Волосы Архимага были белыми как снег, и собраны на макушке в длинный хвост. Из-за спины виднелись рукояти не то мечей, не то сабель. Отсюда было не разобрать.
   - Ну здравствуй кан-Арвигель Нарви. - Гильвирус смотрел в упор на рыцаря, а Тавлиуса казалось вообще не замечал.
   - Приветствую и тебя. - ответил Арвигель. - Только вот каким именем тебя сейчас величать не знаю, старым или новым?
   - А ты говори так, как больше привык. Здесь у стен ушей нет.
   - Ну тогда здравствуй, Вильригус. Не думал я что ты выживешь, а тем более не думал что опять за старое возьмешься.
   - А я за старое и не брался. Я просто зарабатываю себе на хлеб и помогаю королю править страной.
   - Да ты что. - Арвигель изобразил притворное удивление. - А ребята у твоего входа сами додумались слиться со стихиями, или ты подсказал?
   - Они сами просили меня научить, они просто хотели как можно лучше служить своей стране... Эти ребята это не то что было тогда на Гансаарде, я не создаю здесь армию рабов стихий, я не занимал ни у кого силы. Они сами прочувствовали суть стихий и слились с ними. И они действительно повелевают.
   - Допустим я пока тебе поверю. Думаю лишившись ног ты набрался ума. - при этой фразе Арвигеля, Архимаг болезненно поморщился. - Да и не это меня сейчас волнует. Что-то очень не хорошее происходит в этом мире. Безымянный обеспокоен. Мой единственный осведомитель убит, под носом у вашей страшной и ужасной Гильдии проворачивается грандиозная магическая акция и вдобавок у руля всё той же Гильдии я обнаруживаю бывшего нарушителя Равновесия. По этому у меня назрело к тебе множество вопросов. И если ты не захочешь со мной сотрудничать, то я могу и прогневится, а ты как ни кто знаешь каков я в гневе.
   - Не надо меня пугать рыцарь, не для того я тебя позвал сюда, что бы потом откручиваться от вопросов. А что до твоего гнева, то он мне больше не страшен.
   Архимаг хлопнул рукой по столу, под столом кто-то недовольно зарычал, и Гильвирус рывком взвился в воздух, приземлившись уже за спинами товарищей.
   У Тавлиуса от удивления чуть челюсть не отвисла. Ноги Архимага отсутствовали на уровне коленных суставов, но их заменял очень оригинальный протез - хитрой ременной системой, культи крепились к бокам какого-то приземистого и лохматого зверя. Мощные лапы зверя заканчивались острыми когтями, в красной пасти белели громадные клыки. Глаза животного почти полностью скрывались под густой шерстью, но и сквозь лохматые покровы была видна ярость переполняющая их. Зверь поднялся на задние лапы, пару раз рассёк передними воздух и снова стал на все четыре точки опоры, явно ожидая приказов хозяина.
   - Ну как впечатляют тебя мои новые ноги, Арвигель? - с гордостью спросил Гильвирус. - И что бы окончить разговоры о твоём возможном гневе я хочу сообщить тебе кан-Арвигель, что за прошедшие столетия я в совершенстве овладел искусством боя. Так что твой фокус с гашением магии может не сработать, теперь я тебе достойный противник. И не думай что я тебя боюсь, просто я тоже заинтересован в нашем сотрудничестве, и не хочу что бы ты начал дурить.
   - А я и не собирался дурить, Вильригус. Прости ну уж ни как не мог подумать что ты станешь добровольно сотрудничать с заклятым врагом.
   - Врагами мы были когда сражались за разные идеи, а теперь наши пути параллельны. Ты ищешь того кто качает здесь Равновесие, а я хочу защитить от него же свою страну.
   - Хорошо что мы нашли общий язык. - недобрая усмешка исчезла с лица светлого рыцаря. - Тогда давай присядем и обсудим происходящее здесь подробнее.
   Архимаг согласно кивнул, и его "ноги" неспеша прошествовали к столу. Там зверюга видимо легла на пол и Гильвирус теперь производил впечатление человека сидящего на стуле без спинки.
   - Присаживаетесь. - Гильвирус жестом указал на два неприметных стула, ютящихся возле книжного шкафа. Хотя Тавлиус готов был поклясться что минуту назад их там не было.
   Товарищи взяли каждый по стулу и расположились возле стола.
   - Ну кан-Арвигель познакомьте меня со своим спутником, его наверное сильно удивил наш диалог. - на лице Архимага уже не было ни капли гнева, он выглядел вполне радушным хозяином.
   - Этого молодого человека зовут кир-Тавлиус Дер-наг, он мой оруженосец. А это Вильригус бывший нарушитель Равновесия, он же Архимаг Гильвирус. - Арвигель повернулся к своему оруженосцу. - Ноги он потерял сражаясь со мной. Поэтому можно считать что нас слишком радушно приняли.
   - Кан-Арвигель, давайте наши прошлые встречи вы обсудите со своим оруженосцем чуть позже, не при мне. - Архимагу явно не доставляло удовольствия напоминания о собственном увечии. - У нас сейчас есть много куда более важных тем для разговора. И так как вы мой гость, можете задавать свои вопросы первым.
   Арвигель на пару секунд задумался и продолжил беседу:
   - Расскажите мне об этом мире Вильригус, ведь вы тут уже довольно давно обосновались.
   - Хм-м-м, с чего бы начать... Ну когда не знаешь с чего начать, то надо начинать с начала. Попал я на Эймис в конце долгого пути через разные миры. Залечив раны после финальной битвы на Гансаарде, я открывал один меж мировой портал за другим, ища подходящий мне мир. И когда моя сила уже близилась к исходу я попал на Эймис. Мне тут сразу понравилось - тихий спокойный мирок, а имея за плечами грандиозное поражение мне только и хотелось, что тишины да покоя. Я обосновался в небольшой деревеньке, познакомился с Удо. - при этих словах Архимаг потрепал зверюгу за шерсть. - И обретя таким образом новые ноги начал обучаться воинскому ремеслу и накапливать растраченную силу. Прошли годы, старые раны полностью зажили, старые страхи полностью ушли. Мне стало скучно и я решил заняться настоящим делом. Я вступил в Гильдию Чудотворцев и постепенно получил звание Архимага. И занимаю этот пост вот уже несколько сотен лет.
   Гильвирус ненадолго замолк собираясь с мыслями.
   - Это была предыстория, теперь же о главном. За годы проведённые в этом мире я успел полюбить его, он стал мне даже дороже родного мира. Но при этом я не мог не заметить что Эймис меняется, и причём не в лучшую сторону. Намного больше темных тварей стало гнездиться в нехоженых местностях, пробудились из забытья культы древних, давно изгнанных тёмных богов. На Южном континенте вообще твориться такое, что у лича глаза потухнуть могут. И тут я допустил главную свою ошибку - не стал ни во что вмешиваться. Не хотел получать по шапке если Равновесие снова качнётся из-за моих действий. Слишком памятны для меня методы вашего Ордена. Я решил повыжидать пока не придет на Эймис какой-нибудь рыцарь из Деймора, и уже потом предложить ему свою помощь. Да как видишь, просчитался... То что произошло сегодня, это злобная провокация, и пусть отвалятся у меня руки, если это не начало большой войны. Войны Линура и Холмов Мейхан. Я слишком хорошо знаю зеленокожих, чтобы наедятся на то, что их удастся убедить в том что мы не виноваты в этом избиении.
   В комнате повисло молчание Арвигель и Тавлиус обдумывали услышанное, Архимаг размышлял о невесёлых перспективах его страны.
   - Это в основном моя ошибка. - продолжил речь Гильвирус. - Я слишком ослабил контроль за подчинёнными, и видимо слишком много гнили проникло в наши ряды. Без предателей такую акцию невозможно организовать полностью незаметно.
   - Против вас работали не только простые смертные. - впервые за все время подал голос Тавлиус. - Под землёй я и ваши маги встретились с аватарой тёмного бога. Яттихора.
   - А почему ты решил что это был аватара? - спросил у молодого человека Архимаг.
   - Я думаю что полностью спустившегося в мир бога кан-Арвигель не смог бы так легко победить. - ответил Тавлиус.
   Архимаг вначале удивился, а потом добродушно расхохотался:
   - Как? Кан-Арвигель до сих пор не рассказал как он попал в ваш Орден? - Тавлиус вопросительно посмотрел на рыцаря. Тот сидел как бы ни чего не замечая. - Многие знают что кан-Арвигель стал рыцарем Равновесия после того как будучи простым смертным умудрился убить могущественного бога. Поэтому, то что он всыпал Яттихору, ещё не означает что вы столкнулись с аватарой.
   Известие просто ошарашило Тавлиуса, он уставился на Арвигеля так словно видел его в первый раз.
   - Да, это так. - наконец-то удосужился ответить Арвигель. - Но я не люблю об этом говорить.
   - Так вот что ты имел в виду когда говорил что попал в Орден не через Училище Кадетов. - Тавлиуса осенила догадка. - Конечно же Безымянняй просто не мог упустить такого ценного человека.
   - Потом поговорим об этом молодой человек. - резко осадил его кан-Нарви, и продолжил обращаясь уже к Архимагу. - Меня интересуют все ваши догадки по поводу происходящего в этом мире. Могу дать небольшую наводку. Мне мой осведомитель рассказывал о Рыжем, и упомянул о изречённом им пророчестве. В этом пророчестве явно упоминалось и обо мне. Вот оно: "Шестая линия вернулась и пять других трепещут перед ней, но наклонить весы в любую сторону способен убивший бога человек". Вам это о чём-нибудь говорит?
   Гильвирус надолго задумался. В кабинете повисла тишина. Надолго повисла. Если бы помещение освещалось обыкновенными свечами, то они бы успели полностью оплавиться и их пришлось бы заменить. Наконец-то Архимаг закончил размышлять, пригладил свои седые волосы ладонью, и начал говорить:
   - К сожалению мне ни о чём не говорит это пророчество, ясно тут только одно, что оно как-то связанно с тобою, Арвигель. И ещё я точно знаю, что Рыжий свои загадки некогда просто так не загадывает, он старается нам на что-то намекнуть. Но я не смог вспомнить ни чего связанного с какими-то ни было "линиями". Скорее всего это какой-то сюрприз из глубины веков этого мира, не зря же древний тёмный бог Яттихор вернулся именно сейчас. Правда его действия наталкивают на мысль о том, что он далеко не первая фигура в начинающейся игре. И это сильно меня беспокоит. - Гильвирус вздохнул и на несколько секунд задумался. - Я думаю в этой ситуации у нас только один выход - направиться в Сатодгард, там находиться Святой Престол Церкви Сатода. У них есть громадные архивы в которых сохранились следы истории мира до Великой Войны Богов. В любом случае святоши знают о древности Эймиса куда больше моего. Скорее всего там можно найти информацию об этих "линиях", и я уверен что она наведёт вас на более чёткий след.
   Теперь настала очередь задуматься Арвигелю. Кан-Нарви размышлял около десяти минут, и всё это время в кабинете висела умиротворённая тишина, нарушаемая только мерным посапываньем кудлатой зверюги, заменявшей Архимагу ноги.
   - Хорошо, я действительно не вижу, пока что, другого способа как нам достать нужную информацию. - наконец-то нарушил затянувшуюся паузу Арвигель. - Но государство Сатодланд и Святой Престол находятся по другую сторону Тройных Гор. И довольно далеко. По этому я хочу надеяться помощь Гильдии в провешивании портала в нужное нам место. Я думаю нам не стоит терять время на проведения ритуалов для привлечения нужного количества силы. Вы выделите нам магов для создания круга?
   - Конечно же. Но для начала я разберусь сколько их вообще осталось в городе. Здание Гильдии пустует. - Архимаг в очередной раз невесело вздохнул. - Я боюсь что избиение орков имело двойное дно. В беснующейся толпе наёмные убийцы, защищённые от психического заклятья, без труда могли уменьшить количество моих чудотворцев.
   - Похоже кто-то сильно хочет максимально ослабить Линур. - задумчиво сказал Тавлиус. - Всё идёт к тому, что войны с зеленокожими вам не избежать. Если вы останетесь с малым числом боевых магов, то князья Холмов Мейхан будут иметь замечательный шанс отомстить за своих убитых.
   - А на сколько известно мне, некие неизвестные силы давно сеют смуту среди гоблинов, и при этом многозначительно обещают помощь от каких-то тайных союзников. - сказал кан-Нарви.
   Последняя фраза произнесённая Арвигелем заставила Нахмуриться Архимага ещё сильнее.
   - Я это и боялся услышать! - выпалил в сердцах Гильвирус и с досады хлопнул по столешнице ладонью, кудлатая бестия под столом недовольно рыкнула. - Похоже что на Эймисе разворачивается грандиозная игра. И одна из первых целей этой игры - разрушение Линура.
   Архимаг в очередной раз призадумался, но сейчас не так надолго.
   - Я постараюсь как можно быстрее найти нужное число магов для круга, и напишу вам письмо к Его Первосвятейшеству Фалонию, в котором попрошу его всячески посодействовать вашим изысканиям. У меня с ним хорошие отношения, и думаю он не откажет вам в такой ситуации. Большего мы пока сделать не сможем.
   - Ну значит надо начинать действовать. - сказал Арвигель и поднялся со стула.
   Тавлиус последовал его примеру. Зверюга под столом поднялась и Архимаг приблизился к товарищам.
   - Кан-Арвигель Нарви. - сказал Гильвирус. - Я буду всячески помогать вам в выполнении вашей миссии, и в свою очередь надеюсь что если беда прейдет в нашу страну, то вы поможете мне.
   - Я ни чего не могу вам сейчас обещать. - ответил Арвигель. - Боюсь что спасать придется не только Линур, а весь Эймис. Но я сделаю всё что в моих силах.
   - Другого ответа я и не ожидал. - Архимаг ласково потрепал бурую шерсть Удо. - Тогда приступим, надо узнать какими силами мы сейчас располагаем.

*******

  
   Лёгкий, бодрящий, слегка терпковатый аромат приятно щекотал ноздри. Кэй-Аларнат чуть пригубил чашу с травяным отваром и с удовлетворённым видом откинулся в кресло. Мягкая обивка аккуратно обняла тело и Магистр Ордена погрузился в блаженное расслабление... Как всё-таки иногда было приятно выбросить из головы все проблемы и требующие неотложного решения вопросы и просто выпить изысканный травяной отвар, составленный личным, весьма искусным, травником. Кэй-Аларнат наслаждался сочетанием вкуса и запаха, старательно изгоняя из головы назойливые мыслишки...
   ... А мысли всё же с завидным упорством атаковали магистра. И все они были очень тревожными. Слишком сильно качалось Равновесие в последнее время. Недобрые вести приходили то из одного, то из другого мира. Порой даже казалось что рыцарей Ордена не хватит что бы расхлебать все неприятности. Силы Ордена рассредоточились по всему Соцветию Миров, кое-где одерживались лёгкие победы, кое-где гибли великие рыцари Ордена, но все же в целом ситуация пока что была под контролем. По крайней мере в это хотелось верить.
   И всё же Магистру кэй-Аларнату казалось что что-то выпущено из внимания. Что где-то невидимый противник их обманул. Но он не мог понять где ошибка, где висит завеса закрывающая глаза Ордену. И это было главной причиной его беспокойства. Он уже давно не сомневался что внутри Соцветия действуют тайные и очень могущественные силы, которые в отличие от Ордена Равновесия миропорядок не блюдут, а наоборот жаждут разрушить.
   По началу об этом было страшно даже думать, кэй-Аларнат даже отрицал такую возможность. Но множество разнообразных фактов красноречиво говорили о наличии в Соцветии такой силы. Магистр долго размышлял над этим, но не решался ни с кем поделиться своими выводами. И даже когда однажды неожиданно эту тему задел в приватном разговоре кан-Арвигель Нарви, кэй-Аларнат плавно отвел его от обсуждения этого вопроса. С этого момента прошло довольно много времени, и сейчас, полностью уверившись в своих догадках, Магистр решил поговорить с Безымянным об этой новой нависшей над Равновесием угрозе. Осталось только собрать во едино все факты, и придумать наиболее убедительную речь. Сейчас предстоящий разговор занимал все мысли кэй-Аларната, и даже прекрасный травяной отвар не мог помочь полностью расслабиться. Хотя о каком расслаблении может идти речь, когда столько проблем навалилось в одночасье.
   Чашка уже давно показала дно. Нужно было снова приниматься за нелёгкий умственный труд. Кэй-Аларнат нехотя подтянулся, расправил плечи, и уже было протянул руку к стопке исписанных бумаг, лежавших на рабочем столе, как вдруг раздался осторожный стук в дверь.
   - Войдите! - несколько недовольно сказал он.
   Дверь в кабинет приоткрылась и в неё протиснулся здоровенный орк, с волосами разобранными на две чёрные косы - личный телохранитель и по совместительству адъютант Магистра кэй-Аларната.
   - Прошу прощения Магистр, тут к вам какой-то недомерок, ой простите, полурослик. - кан-Гарад баг-Шардук, а именно так звали орка, недолюбливал полуросликов, и пытался подтрунивать над ними при любой возможности. - Он назвался как кир-Холси Мохноног. Пропустить его?
   - Пусть подождёт, я сейчас приму его. - ответил кэй-Аларнат.
   Гарад вышел, аккуратно прикрыв за собой дверь. Магистр слегка призадумался.
   Кир-Холси Мохноног, что же ему могло от меня понадобиться? Кэй-Аларнат перебрал в уме всё что ему было известно об этом недавно выпустившемся из Училища Кадетов полурослике, пытаясь понять что же могло привести его сюда? На ум ни чего ни пришло. Ну что же тогда он сам об этом расскажет.
   - Пусть войдёт! - крикнул Магистр, зная что карауливший за дверью орк его точно услышит.
   Дверь отварилась, вошел совсем молодой на вид полурослик. У него были слегка кучерявые каштановые волосы, вздернутый к верху нос, полноватые губы, округлые щёки и небольшой подбородок. Сильно контрастировали с общим видом глаза - черные как смоль, пронзительные и умные, они выдавали в нём сильную и хитрую личность.
   - Добрый день Магистр. - Холси согнулся в уважительном поклоне, причём чуть сильнее чем следовало бы.
   - Добрый день кир-Мохноног. - ответил кэй-Аларнат. - Какое дело привело вас ко мне?
   - Приятно видеть человека не переводящего время на пустые разговоры. - сказал Холси, при этом он прошел к креслу для посетителей и сел в него, смотря на Магистра с таким добродушным видом, что тот так и не смог отчитать его за то что он не дождался приглашения сесть. - У меня к вам крайне важный разговор, но он потребует довольно много времени. Надеюсь вы сможете мне его уделить?
   - Конечно я сейчас не сильно занят. - покривил душой Магистр. - Рассказывайте вашу проблему.
   - Хорошо. Я начну с самого начала. Как вам наверняка известно, не так давно между кадетом кир-Тавлиусом Дер-наг и Тёмным рыцарем кан-Кебатом Каткат произошел принеприятнейший инцидент, и если бы не вмешательство кан-Арвигеля Нарви, то дело могло бы закончиться смертью кадета. Так вот, я так и не дождался распределения на какую-либо службу, поэтому дабы сильно не изнывать со скуки решил придумать задание себе сам. Вы же не рассердитесь на меня за такую незначительную шалость? - лицо Холси опять выражало магическое простодушие и глядя на него Магистр снова не нашёл что ему сказать. Тем временем полурослик продолжал свою речь. - Зная о характере личей, и об их одержимости местью, я подумал что кан-Кебат обязательно решит отомстить кан-Арвигелю и кир-Тавлиусу за нанесённое унижение. А это было бы прямым нарушением приказа Безымянного, запретившего личу покидать Деймор. И что бы не дать свершиться святотатству я начал следить за ним днём и ночью. Так сказать превратился в его вторую тень. Несколько первых дней не происходило ни чего необычного. Кан-Кебат общался со своими друзьями, прогуливался по городу, посещал магазины и кабаки. Но после недели слежки он начал делать прогулки по лесу, через какое-то время я усмотрел в этих прогулках определённую систему - лич методично, день за днём прочёсывал лес в поисках чего-то ему очень нужного. Немного поразмышляв я понял что он ищет - место отправки на Эймис Арвигеля и Тавлиуса. И сегодня утром он его нашёл. Я думаю что в скором времени он кинется вдогонку за обидчиками.
   Холси замолчал. Магистр откинулся в кресло и задумался, потирая правой рукой подбородок, как он всегда делал во время тяжких размышлений. Какое-то время повисшую тишину нарушало только сопение кан-Гарада, сторожившего снаружи дверь. По прошествии пяти минут кэй-Аларнат пришёл к какому-то решению и подняв на полурослика глаза, заговорил:
   - Всё рассказанное вами довольно странно, я довольно давно знаю кан-Кебата Каткат и хотя не испытываю к нему особой симпатии, ни когда бы не подумал что он пойдёт на прямое нарушение приказа Безымянного. С другой стороны он пока ни чего непоправимого не совершил, а за прогулки по лесу наказать его я не могу. Но моё чутьё говорит что вы кир-Холси правы, и лич всё же отправится на Эймис. Остаётся только одна проблема - где он получит громадное количество энергии необходимое для построения межмирового портала. У членов Ордена необходимое количество силы ему не получить, значит ему будет помогать кто-то со стороны. И мне очень хочется знать кто это может быть. Поэтому кир-Холси ваша инициатива превращается в официальную миссию - продолжите следить за действиями лича, и будете докладывать о развитии событий лично мне. Если он таки сможет открыть портал, то не вздумайте последовать за ним. Этим займутся уже более опытные бойцы. И помните очень важно узнать кто снабдит кан-Кебата силой. Теперь можете идти, не стоит оставлять вашего подопечного без присмотра пока ситуация не проясниться.
   Холси встал и уважительно поклонился Магистру.
   - Я очень благодарен вам кэй-Аларнат что вы выслушали меня, я сделаю всё что в моих силах, что бы разрешить эту проблему.
   Кир-Мохноног развернулся и вышел из кабинета, тихо прикрыв за собой дверь.
   Магистр снова откинулся на спинку кресла, но на этот раз его лицо несло оттенок некоторого облегчения - если он не ошибался, то значит что неизвестный противник начал проявлять более активные действия. А это значит его можно будет обнаружить, и тогда бороться с ним станет куда легче.

*******

  
   Холси Мохноног был весьма доволен собой. Одним движением он поймал сразу несколько рыбёшек - помог старому другу Тавлиусу, показался на глаза великому магистру кэй-Аларнату и в конце концов получил-таки официальное задание от Ордена. Последние два пункта выполненных дел радовали его особенно сильно. Кэй-Аларнат был далеко не последним лицом в Ордене, и завладев его вниманием можно было совершить головокружительную карьеру, конечно имея для этого определённые задатки. А в своих возможностях Холси не сомневался ни единого раза. А о получении официального задания кир-Холси мечтал уже почти полтора месяца. Это было его больной мозолью - все его друзья уже давно занимались настоящим делом, один он прозябал в тихом и уютном Дейморе.
   Первым ушел на задание Тавлиус, хотя ему за его проступок следовало бы целый год сидеть безвылазно в столице Ордена. Потом ушел кир-Макметр, здоровяка забрал с собой один бесшабашный рыцарь в мир где нашлось место молоту варвара и его лекарским умениям. Кир-Дребор Гатлог был отозван с персональной миссией - что само по себе являлось чем-то из ряда вон выходящим, обычно кадеты не получали индивидуальных заданий. Один только полурослик Холси оставался в Дейморе. И не то что бы жизнь в столице Ордена ему была не по нраву, просто он давно мечтал о том что бы проявить себя настоящим героем, и теперь, и без того призрачный шанс, ускользал как песок из рук. Оставалось только одно - сжать кулаки по крепче и направлять свою судьбу своими руками... Чем предприимчивый с самого детства полурослик незамедлительно занялся.
   Холси долго думал о том как бы обратить на себя внимание руководства Ордена. Неожиданно решение пришло само собой - по Деймору разнёсся слух о том что провинившийся перед Уставом лич очнулся и отпущен под условия "домашнего ареста". Кир-Мохноног сразу же понял что это его шанс. И он начал слежку за однажды умершим магом.
   И теперь эта слежка наконец-то дала свои плоды. Холси был уверен в том что сегодня вечером все его предыдущие усилия увенчаются успехом.
   К сегодняшнему вечеру полурослик подготовился со всей ответственностью. Он запасся несколькими артефактами - "Накидкой старого Наури", придававшей использовавшему её магу временную полную невидимость, и "Глухим покровом Рргаа". Второй артефакт был невероятно редким и дорогим, и только благодаря своему природному красноречию и обаянию Холси смог получить его в своё пользование от одного из местных перекупщиков краденного. Этот артефакт позволял зациклить на определённой территории все возможные порталы, то есть говоря простым языком после запуска артефакта вошедший в портал ни куда ни отправлялся, а оставался на том же месте. Используя эти редкие вещицы Холси собирался не только проследить за личем, но и помешать ему покинуть Деймор, чем хотел добиться не только внимания, но и доброго расположения кэй-Аларната...
   ...Холси сидел в кустах не далеко от второго выхода из замка Деймор. Этим выходом обычно пользовались слуги, поставщики съестного и кан-Кебат Каткат в своих вечерних прогулках. Полурослик знал распорядок дня своего подопечного как свои пять пальцев: утро у лича длится до двух часов дня, потом он является в обеденный зал на завтрак-обед, после сего трёх часовая тренировка в Зале Поединков, затем обед-ужин, после которого кан-Кебат уединялся минут на сорок в своей комнате, и наконец на закате солнца предстояла двух часовая прогулка по окрестностям Деймора. Солнце неспешно ползло к багровому горизонту - значит подопечный полурослика должен был скоро появиться. Холси замер и старался не выдать себя ни единым способом - будь это неосторожное движение, громкий вдох или слишком сильная эмоция. Он стал спокоен как гранитная скала, стал одним целым с землёй на которой он лежал и кустами в которых он прятался. Теперь даже без использования магии он стал почти полностью невидимым - праздный посторонний взгляд просто бы скользнул по нему ни за что не зацепившись. Это искусство исчезать на ровном месте было довольно сложным в изучении, а для большинства кадетов так и просто недостижимым. Но не смотря ни на что Холси почти в совершенстве овладел им. И теперь с удовольствием пользовался плодами своей успешной учёбы.
   Река времени медленно двигалась по своему руслу, солнце почти исчезло за горизонтом, Деймор зажигал огни и готовился ко сну. Но вот наконец-то скрипнула створка двери и тёмной тенью наружу выскользнул лич. Он на секунду застыл как осматривающийся по сторонам хищник, но потом видимо осознав неуместность своего поведения распрямился и обычным прогулочным шагом направился по маршруту своего вечернего променада. Холси чуть выждал и бесшумным призраком потёк за ним вдоль стен домов, искусно сливаясь с тенями и ни чем не выдавая своего перемещения.
   На этот раз лич не стал ходить вокруг да около, а сразу направился вон из города. Подойдя к лесу он без лишних предисловий углубился в него, с треском проламываясь к месту отправки Тавлиуса и Арвигеля на Эймис. Теперь Холси был точно уверен что кан-Кебат попытается сегодня прыгнуть вдогонку за обидчиками. После непродолжительной прогулки по лесу лич и его соглядатай вышли на поляну голой выжженной земли. На поверхности безжизненного грунта до сих пор угадывался непропорциональный рисунок звезды Олвера, ни ветер ни дождь не повредил магическому чертежу.
   Лич встал рядом со звездой, полурослик замер сзади него в непроницаемой ночной тени вечнозелёных колючих деревьев. Кан-Кебат достал из-за пазухи мешочек с каким-то порошком, кир-Холси аккуратно вытащил из кармана "Глухой покров Рргаа". Тихим голосом лич начал произносить заклятье, как камни бросая в воздух странные слова, на неизвестном языке с необычной модуляцией. Потоки силы, вокруг лича, заструились по-другому, отойдя от своего обычного течения, как водоворот они закружили вокруг однажды умершего заклинателя, отдельными струйками стекая на рассыпанный перед ним порошок. Под их неумолимым воздействием порошок стал превращаться в рисунок странного иероглифа, пропитанного нездешней, запредельной мощью. Лич полностью погрузился в чтение заклятья, сила стекалась к нему мощным потоком и уже даже стала видна в виде лёгкой фиолетовой дымки для обычного зрения затаившегося полурослика. Кан-Кебат резко замолчал и стал направлять собравшуюся вокруг него мощь в уже полностью сформировавшийся иероглиф.
   Холси хоть и не видел всего великолепия магического действа, но как только услышал что лич прекратил чтение заклятья понял что выжидать больше не стоит. Он аккуратно стал перемещаться поближе к личу, готовясь в любой момент бросить ему под ноги активированный артефакт. Кир-Мохноног ни сколько не сомневался в успехе своей задумки, как вдруг события приняли совсем неожиданный для него оборот.
   Иероглиф резко вспыхнул багровым светом, как будто загоревшись адским огнём нижнего слоя астрала. И тут же воздух над иероглифом помутнел и стал другим - пространство мира нашего сливалось с эфемерной тканью астрального мира. Тот час в образовавшуюся прореху стала протискиваться громадная синяя тень. Холси пронял озноб от ощущения исходящей от тени ужасной угрозы.
   Дальнейшие события понеслись со стремительностью поединка двух мастеров меча. Тень выплеснула из себя невероятный поток силы, в десятки раз превосходящий собранный только что личем, сила впиталась в звезду Олвера, и та тут же активировалась раскрыв портал. Лич шагнул к порталу, а в это время тень провела взглядом по полурослику, и тот с ужасом понял что она его видит.
   - Придурок! За тобой была слежка!!! - раздался гневный рык сразу же в головах кан-Кебата и Холси. - Быстро в портал, я сам с ним разберусь!
   Холси почувствовал как рука сжимающая "Глухой покров Рргаа" полностью немеет и отказывается двигаться. Лич скрылся в портале, от тени отделилась призрачная эманация и заскользила над травой, сверкая холодными синими глазами. Холси увидел что иероглиф соединивший разные слои реальности начинает тускнеть и понял что шанс на спасение у него есть. Но только один.
   Он резко рванулся вперёд и за доли секунды проскочил мимо приближающейся эманации синей тени и очертя голову прыгнул в портал, который тоже должен был вот-вот свернуться...
   ...Темнота разрываемая на части цветными сполохами, невероятные потоки силы рвущие тело на части, ощущение беспорядочного движения без направления и чувства скорости. Сознание растягивается в тонкую нить, напряжённо вибрирующую и готовую в любой момент порваться. Но надо держаться, потому что когда-нибудь это закончится, потому что у любого прыжка между мирами есть конец...
   ...И вот он конец - яркий дневной свет бьёт по глазам, тело падает на невероятно твёрдую, но такую долгожданную, землю. Рука яростно сжимавшая артефакт безвольно разжимается, и тот выпадает на землю. Но полурослику сейчас не до этого - его мутит, он всегда плохо переносил межмировые прыжки...
   ...Холси поднялся на ноги и понял что портал открылся почему-то в полутора метрах над землёй. Это было странным но не самым главным вопросом на насущный момент. Полурослик осмотрелся по сторонам и увидел корчащегося на земле лича - однажды умершие переносили межмировые переходы ещё хуже чем Холси. Рядом с кан-Кебатом валялся расколовшийся шар "Глухого покрова Рргаа". Это значило что отсюда можно исчезнуть только на своих двоих.
   Что кир-Мохноног и не замедлил сделать - ему совсем не улыбалось побеседовать с пришедшим в себя личем. Полурослик попятился назад, пригнулся и полностью скрылся в зарослях буйной растительности.
   От внимания кадета ускользнуло всего два момента. Если бы он проявил больше прилежания на уроках по теории артефактов, то он бы помнил что многие из них, без специальной подготовки, после межмирового перехода в активированном состоянии разительно меняют свои свойства и мощность. И если бы он более прилежно развивал второе зрение, то в момент раскрытия "Глухого покрова Рргаа" Холси бы увидел что купол высвободившегося заклятья накрыл не десятиметровую территорию, а поднялся до небес и края его скрылись за горизонтом. Невероятной мощи "Глухой покров Рргаа" с изменёнными свойствами накрыл собой весь Эймис...

*******

  
   Солнце всходило над Линдельмом. Солнечный свет вползал на улицы и корявые закоулки, брезгливо огибая кучи мусора и отбросов, оставшихся после недавнишнего погрома. Но как ни старались солнечные лучи не измараться в неприятной грязи, всё равно пришлось освещать и эти неприглядные следы человеческого буйства. Горами мусора сейчас заниматься было не кому - все силы города были брошены на укрепление обороны. Жители Линдельма прекрасно осознавали что зеленокожим было нанесено страшнейшее оскорбление, разжигающие пожар войны между двумя расами. И по этому поселяне съезжались в город, ополченцы укрепляли стены, кузнецы без отдыха ковали броню и оружие - Линур готовился к войне.
   Именно в такое безрадостное время покидали Линдельм кан-Арвигель Нарви и его молодой оруженосец кир-Тавлиус Дер-наг. Ехали они на двух крепких лошадях, ведя под уздцы ещё по одной в качестве заводных. Лица у обоих были сосредоточенные и слегка напряжённые, предстоящее неблизкое путешествие никак не входило в их изначальные планы, и это совсем не радовало верных слуг Ордена Равновесия.
   А ведь сначала план действий предложенный Архимагом Гильвирусом, и одобренный Арвигелем казался просто безупречным - переждать пару дней пока Архимаг разберётся с оставшимися в живых после погрома магами, создать круг, провесить портал, и здравствуй Сатодгард! Но на деле всё это оказалось просто потерей драгоценного времени.
   Несколько дней наши герои отдыхали и восстанавливали силы, потом Арвигель занялся поиском и закупкой необходимого на его взгляд снаряжения, а Тавлиус перенимал некоторый аспекты местной магии у своих коллег из Гильдии Чудотворцев. Прошло ещё пару дней, товарищей навестил Архимаг и сообщил что порядок в своей организации он навёл и завтра может выделить нужное количество людей для открытия портала. Также он дал Арвигелю письмо к Его Первосвятейшеству Иерофанту Фалонию, в котором просил всячески содействовать в изысканиях предъявителей письма. Тавлиусу Гильвирус лично вручил особый перстень в виде змии кусающей себя за хвост - знак особой заслуги перед Гильдией Чудотворцев, так же указывающий на то, что его владелец является обладателем "белой" лицензии. На этом все приятные события закончились.
   Не успел Архимаг попрощаться, как в комнату гостиницы, в которой проходила встреча, без стука ворвался гильдейский маг и коротко извинившись подошёл к Гильвирусу. Опасливо поглядывая на Удо, он начал что-то тихо и очень быстро говорить своему начальнику. Архимаг слушал доклад, и его лицо становилось всё мрачнее и мрачнее. Дослушав до конца он жестом приказал магу удалиться и рассказал товарищам в чём собственно дело.
   Буквально минут тридцать назад отдел наблюдения за использованием магии засёк заклинание невиданной мощи, проанализировав его маги пришли к неутешительному выводу - заклятье полностью блокировало возможность использования порталов. Причём точно разобраться в нём чудотворцы не смогли и вообще не уверены что смогут. Как долго будет длиться эффект и какую территорию оно накрыло точно сказать не мог ни кто. Но даже по самым скромным оценкам заклятье будет действовать ещё пару лет, и многие были уверенны в том что оно накрыло весь Эймис.
   Для Тавлиуса и Арвигеля это означало только одно - полный пересмотр всех планов. Теперь им предстояло довольно долгое путешествие через Тройные горы в Святые Земли - Сатодланд. Для Архимага эта новость была просто невероятно удручающей - слишком многое в тактике боевых операций Гильдии было завязано на использование телепортации. Теперь срочно надо перерабатывать основы тактики ведения боя и обороны города, а это в условиях близящейся войны с зеленокожими, было просто катастрофой. Архимаг заверил друзей что он обеспечит их лошадьми и припасами на дорогу и в спешке покинул их общество - разбираться с неожиданно навалившимися сложностями.
   Вот так и вышло что вместо быстрого перемещения, товарищам снова пришлось отведать пыли дальних дорог, правда сейчас у них хотя бы были лошади.
   Путь их лежал на восток, по веками накатанному торговому тракту, ведущему прямо к порогу Тракта Подземного, дальше лежали ничейные земли - место жительство кочующих степных племён, за ними раскидывались просторы Сатодланда, далеко на востоке которого стоял Сатодгард. Дорога не то что неблизкая, а просто громадная.
   Но как известно всем: путь в тысячу лиг начинается с одного шага, а этот шаг уже был сделан. Земля ровно стелилась под копыта скакунов, погода была не слишком жаркой, и через несколько часов путешествие стало казаться друзьям не такой уж и плохой идеей.
   Вокруг явно читались признаки надвигающейся войны. Хутора опустели, люди двигались в основном к городу, надеясь найти защиту за его стенами. От Линдельма в сторону гор передвигались небольшие партии гномов и бывших в Линуре по делам иностранцев, всеми силами пытавшихся побыстрее покинуть страну накрытую тенью надвигающейся войны. Почти все они были с повозками или каретами, так что путешествующие налегке наши герои без труда оставляли их позади.
   День шёл за днём, лига исчезала за лигой. Остался позади дольно крупный город Кедал, тоже готовящийся к осадному положению, пару раз путешественники уступали дорогу отрядам войск, спешно марширующим к западной границе. Прошло ещё несколько дней пути. Друзья перевели дух в приграничном городке Кан-керене, и выдвинулись дальше. Впереди была граница, а за ней раскинувшиеся на пару дней пути гномьи земли, прилегающие к Подземному Тракту. Друзья рассчитывали к вечеру покинуть пределы Линура, как вдруг одна неожиданная встреча заставила их чуть задержаться...
  
  

ГЛАВА V

  
   Тахай-тал, сердце Холмов Мейхан, был больше похож на разворошенный муравейник, чем на место сбора Великого Совета орочьих княжеств. Тьма народа сегодня стянулась сюда - мрачные, до зубов вооруженные войны-орки, лёгкие гоблинские лучники, мудрые шаманы, гордые князья и безутешные родственники погибших в погроме зеленокожих. Живым ковром покрывали они пологие склоны Тахай-тал, оставив лишь на вершине холма пустой пятачок священной земли для князей. На много лиг вокруг ветер разносил ровный гул многих тысяч голосов - зеленокожие возмущённо обсуждали вероломное преступление человеков, нерешительность своих вождей, которые должны были тотчас пройти огнем и мечом по Линдельму, а не собирать всякие там Великие Советы и строили планы предстоящего похода отмщения. Кое-где вспоминали про Утрулга из клана Безлунной Ночи и про предложенный им союз, но пока что эти разговоры велись осторожно и в основном молодёжью.
   Вдруг толпа заметно оживилась - на вершину Тахай-тал наконец-то начали подниматься Великие Князья. Восемь Великих семей издавна объединяли в себе множество мелких кланов. Каждая из них имела свою специализацию и этим удерживала свои позиции в сложном мире зеленокожих. А предводители семей - Великие Князья, решали самые важные вопросы на Советах в Тахай-тал.
   Первым появился старый и дряхлый на вид орк Тангард, возглавляющий Лошадиный Череп - семью кочевых степняков. За ним появился Бралг - лидер Безлунной Ночи, в его семейство влились все кланы с криминальным настроем. Чуть позже подошли Катрыг предводитель Снежных Волков, Варадих из Гремящих Костей и Ледуг железной рукой правящий Танцующим Ветром. Все эти три семьи были сообществами воинов, и отличались друг от друга только тем что исповедовали разные воинские школы. Снежные Волки подарили зеленокожим множество безумных берсерков, Гремящие Кости были хорошо вымуштрованной армией, марширующей под рокот костяных барабанов, Танцующий Ветер пополнял ряды зеленокожих воинов искусными мастерами поединка и наёмными убийцами. То что главы воинских семейств поднялись на Тахай-тал вместе говорило о том, что они уже успели обсудить произошедшее и пришли к одному мнению, которое теперь и будут выражать на Совете. После них на вершину холма взошел гоблин Фрасс глава религиозно настроенной семьи Пустой Глаз, и единственный гоблин из числа Великих Князей. Потом толпа в страхе расступилась давая дорогу Сакдусу князю семьи Болотные Огни. Кланы подчинявшиеся ему селились на краю Болот Гаас и были посвящены во многие жуткие тайны этого места, чем и сыскали себе недобрую славу среди остальных жителей Холмов Мейхан. Последним прибыл коренастый и седой как лунь Таград-даз. Он верховодил Штормовыми Волнами - семьёй моряков бесстрашно выходящих в буйные воды северных морей.
   Князья встали кругом, лицами друг к другу, каждый из них наклонил голову и прижал кулак правой руки к сердцу в ритуальном приветствии. Толпа замолчала. Ни кто больше не смел произнести ни слова - только слышался звук дыхания тысяч зеленокожих. Тишина висела не долго, первым, по праву старейшего, заговорил Тангард:
   - Я хочу попросить о праве слова для старейших шаманов, пусть взойдут на вершину Тахай-тал к нам. Надеюсь вы не против, братья?
   По древнему обычаю если обсуждаемый на совете вопрос был слишком важным, то тогда князья призывали трёх шаманов, с учётом их голосов не могла возникнуть ситуация, когда мнения разделяются поровну и решение остаётся не вынесенным.
   В круг вошли два пожилых гоблина и один орк. Все они были в абсолютно сумасшедших одеждах, сплошь увешанных различными талисманами, амулетами, мешочками, погремушками, пёрышками и прочей шаманской атрибутикой. Лицо одного из гоблинов скрывалось под довольно жуткой маской, видимо изображающей личину какого-то демона. Они встали среди князей и выполнили жест ритуального приветсвия.
   - Все прекрасно знают из-за какого страшного преступления человеков мы здесь собрались. - начал речь Фрасс, яростно блеснув глазами. - Когда великий Праотец Шраиг открыл двери этого мира нашему народу, он не для того это делал, чтобы белокожие человеки смели унижать и убивать наших братьев. Я и мои жрецы не спали много ночей моля Праотца сказать нам свою волю... И ответ пришёл!!! Ответ этот однозначен - смерть и рабство человековским ублюдкам! Дух Праотца нашего снизошёл до общения со мной, он полон гнева, и гнев его зажёг сердца нашей семьи. И даже если остальные семьи решат улаживать конфликт с помощью низких дипломатических уловок, то тогда Пустые Глаза сами выйдут на неравный бой, хоть воинов в наших рядах и не много. Каждый наш жрец, каждый служка и храмовый воин - все возьмут в руки оружие и пойдут мстить за честь нашей расы!!!
   Довольный рокот прокатился по толпе. Пламенная речь Фрасса нашла отклик в сердцах зеленокожих. Хотя и произнесена она была больше для проформы - ни кто не сомневался что войны не миновать, просто теперь надо было как можно сильнее вдохновить народ на ратные подвиги.
   - Ни кто не собирается прибегать к дипломатии, Фрасс. - подал голос Варадих. - Если бы войска могли бы выступить сразу же, как только пришли скорбные вести, то они бы уже сейчас стояли бы под стенами Линдельма. Но на подготовку похода нужно время и не малое. Все три наши военные семьи были не готовы к такому вероломному и непредсказуемому поступку со стороны человеков. И я могу со скорбью признать что годы тихой и безмятежной жизни сделали своё чёрное дело - наша армия сможет быть на марше не ранее чем через две восьмидневки. Правда есть в этом и хорошая сторона, у нас есть время для тщательной разработки стратегии. Я хочу что бы все ясно поняли что эта война не межклановые разборки - прольются реки как и вражеской, так и нашей крови. Военная стратегия как никогда важна в этой компании. Поэтому я думаю что с особой тщательностью нам надо подойти к выбору верховного главнокомандующего.
   Варадих умолк, но и так стало понятно куда он клонит. Впрочем особого выбора кандидатур у глав семей не было. Князья переглянулись, по кругу пролетел негромкий шепоток, и снова слово взял старый Тангард:
   - Я давно и близко знаю всех вас друзья, и я думаю что ни кто не справится с этим делом лучше чем глава Гремящих Костей. В умении управлять войсками ему нет равных среди нас. Кто не согласен со мной пусть воткнёт свой нож в землю.
   Ни одно лезвие ни погрузилось в священную почву Тахай-тал. Все члены Совета были одного мнения. Дело было сделано - война началась и главнокомандующий выбран, осталось только решить некоторые сопутствующие вопросы и можно вести народ на подвиги. Казалось что больше особо важных вопросов на Совете поднимать не будут, но тут заговорил Сакдус:
   - Я как и все наши собратья не сомневаюсь в необходимости войны с человеками, но у меня есть пару замечаний которые вам просто необходимо услышать. Я думаю что многие догадываются о чём я буду говорить. А говорить я буду про Утрулга и про весть которую он принёс нам ещё год назад, но мы были глухи к нему.
   Толпа пришла в волнение, слишком сильно разнились мнения по поводу возможного союза с неизвестной силой с болот. А Сакдус тем временем продолжал:
   - Ещё год назад Утрулг первый посмел заговорить о том что человеки перестали видеть в нас просто добрых соседей и относятся к нашему народу как к грязи. Мы тогда не послушали его, мы прогнали его из-за тупого страха перед болотами. А ведь наша семья лучше других знает что на болотах опасности не больше чем в любом другом месте, там так же живут свои обитатели и ждать от них только зла - непростительная глупость. Я взял на себя смелость выяснить что же за сила послала к нам Утрулга. Потратив некоторое время мои следопыты напали таки на след... Странные существа схоронились в самом сердце болот с незапамятных времен. Зовут они себя хоргвы, обладают они необычной, но мощной магией и имеют жутких на вид и сильных слуг. Вот только число их невелико, а то бы они уже давно бы вышли из своих болотных убежищ. Но самое главное что они ненавидят человеков больше всего на свете, и поэтому с удовольствием помогут нам в войне. А помощь их нам будет очень кстати, ведь я надеюсь ни кто из присутствующих здесь не забыл какой мощью обладает линурская Гильдия Чудотворцев. Линур это не только войска, это ещё и копившие веками знания и мощь маги. И нашим шаманам, при всём уважении к ним, с гильдейскими магами не сравниться.
   - То есть ты предлагаешь нам тупить ещё пару восьмиц, пока не договоримся с болотниками?! - рыкнул ни когда не отличавшийся тактом Катрыг. Власть в семье Снежных Волков он получил по праву сильнейшего бойца, и по этому интеллектом был одарён не сильно.
   - Зачем же так грубо?- раздался тихий и невыразительный голос. - Тупить вы сможете во время маршей, дорогой Катрыг.
   Воздух справа от Сакдуса подернулся маревом, поплыл и стала проявляться фигура существа, которое оказывается всё время стояло здесь. Толпа в невольном страхе отхлынула назад - вид существа был жутким даже для считавших себя бесстрашными орков. Оно было невысокое, горбатое с бледной прозрачной кожей сквозь которую просвечивались пульсирующие синюшные сосуды. Голова существа была круглой и абсолютно лысой. Глаза грязно-белого цвета, казались пустыми бельмами, но при этом у каждого заглянувшего в них появлялось ощущение что их обладатель видит прекрасно, и возможно даже лучше чем кто-либо другой. Рот существа был просто огромен, можно было бы сказать что он от уха до уха, если бы на голове твари были уши. Толстые, дряблые губы слегка прикрывали ровные ряды громадных иглообразных зубов. Руки урода были длинные и мускулистые, ноги короткие и с невероятно большими ступнями. Облачено существо было в гибкий хитроумный доспех из плотно подогнанных друг к другу металлических чешуек.
   Все члены Совета с удивлением уставились на него.
   - Меня зовут Гибревил. - рот горбуна расплылся в ужасном оскале изображавшем улыбку, обнажив при этом сотню острых как бритвы зубов. - Надеюсь моя внешность не повредит нашему союзу. Ведь не могут Великие Князья быть трусливыми как глупые человеки? Наш народ не может больше гнить на болотах, мы хотим свободной жизни. Но глупые человеки, гномы, квенди и другие идиоты бояться нашей внешности. Ещё до Войны Богов пришлось нам скрыться в болотах Гаас. И мы готовы помочь вам всей мощью нашей магии, всей силой подчиняющихся нам тварей, если после победы вы выделите нам кусок отвоеванной земли...
   - Сакдус у тебя что мозги разжижились!!! Привести это на Совет! - не выдержал Катрыг. - В одном войске с такой дрянью я сражаться не буду!
   - Остынь Катрыг, или ты забыл что все решения здесь принимаются сообща? - осадил его молчавший до этого Ледуг. - Не забывай что маги могут прикончить половину наших бойцов пока мы до них доберёмся. Может эти хоргвы и смогут принести нам победу.
   - На болотах кроме гнили ещё ни чего ни когда не выросло. - пробурчал Таград-даз. - Я против этого союза.
   - Тише братья! Тише! Давайте не отступать от заветов предков! - громко прокричал Тангард. - Пусть тот кто против союза с хорвами воткнёт свой нож в землю.
   Раздался свист рассекающей воздух стали. Четыре ножа вонзились в священную плоть Тахай-тал. Ножи Бралга, Катрыга, Таград-даза и Фрасса. Остальные члены Совета не вытащили клинки из ножен. Тангард и Сакдус как-то по заговорщицки переглянулись.
   - Так тому и быть! Народ Холмов Мейхан заключает союз с нордом Болот Гаас. - провазглосил Тангард. - Теперь же давайте обсудим остальные связанные с походом вопросы.
   ...Совет продолжался до позднего вечера. Но толпа разошлась гораздо раньше. Рядовые орки узнали то что хотели - отмщение близиться и человеки скоро заплачут кровавыми слезами. Те кого интересовал порядок выхода войск, план наступления и количество выделенных каждой семьёй воинов оставались до самого заката. Потом разошлись и они, оставив на вершине Тахай-тал только князей и шаманов. Вскоре по одному стали расходиться и сильнейшиё мира зеленокожих. Последним с Тахай-тал ушел старый шаман, лицо которого скрывала жуткая маска. Губы его беззвучно двигались шепча слова отгоняющего злых духов заклятья - он понял что за новые союзники появились у них. В очень, очень древних сказаниях вскользь упоминалось о них. Но говорить что-либо другим он не стал, прекрасно понимая что другого способа одолеть линурских магов у них нет.
   Шаман медленно шагал шаркая при каждом шаге ногами, а с неба на него смотрело необычайно красное ночное светило, предвещая впереди большую кровь...

*******

  
   Когда до границы Линура осталось добираться не так уж и долго, дорогу с обеих сторон обступили довольно густые леса. С одной стороны это было хорошо - в тени деревьев было не так жарко, зато с другой стороны Арвигелю теперь приходилось быть всегда на стороже что бы путешествие не прервало внезапно прилетевшая из зарослей стрела. Останавливались в Кан-керене, товарищи услышали множество слухов о разгулявшихся от безнаказанности разбойниках. Большая часть войск стянулась к западной границе, в ожидание орочей атаки, и теперь случаи нападения на спешащих к Подземному Тракту путников очень участились. И хотя Тавлиус, с удовольствием извлекающий пользу из своей белой лицензии, с утра оплёл себя и Арвигеля мощнейшей защитой от стрел, рыцарь старался не терять бдительности - ведь стрела тоже может быть с колдовским сюрпризом.
   Путники уже на добрый десяток лиг углубились в лесное нутро. Вроде бы всё было тихо и спокойно - щебетали птички, ветерок игриво шелестел листвой, солнечные лучи, пробиваясь сквозь лиственный покров, ткали на траве причудливый теневой рисунок. Но вдруг какое-то смутное чувство внутреннего беспокойства стало ворочаться в душе Арвигеля. Он внимательнее стал осматриваться по сторонам, стараясь понять что вызывает внутренний дискомфорт. И когда спереди донеслась отчаянная ругань и звуки сражения, то кан-Нарви испытал даже некоторое облегчение. Он послал своего скакуна вперед, одновременно выкрикнув Тавлиусу:
   - Вступаем в бой, давно не разминались!
   Тавлиус такого же энтузиазма не испытывал, но и от битвы отклоняться не думал. Он спустил одну из скоб, держащую заклятье, и на ладони правой руки замерцал голубой магический снаряд, готовый в любой момент сорваться в сторону цели. После этого молодой маг послал свою лошадь вдогонку за Арвигелем.
   После нескольких минут бешеной скачки их глазам открылась довольно интересная картина. Посреди дороги стояла большая гномская повозка, тяжеловозы, тащившие её, сейчас больше походили на ежей, так сильно они были утыканы стрелами. Около десятка гномов валялись на земле. Было похоже что все они уже были мертвы. По крайней мере под каждым из них расплылась лужа крови, ещё не до конца впитавшаяся в землю. На крыше повозки стоял один оставшийся невредимым гном. Но что это был за гном! Он был облачён в совершенно невообразимый доспех - то там, то здесь на его поверхность выходили какие-то пружины, шестерни трубки и какие-то непонятные механизмы. Казалось что это и не доспех вовсе, а какой-то демонически сложный механизм. В руках гном держал странный металлический гарпун с очень утолщенным древком у основания. Причину такого утолщения друзья поняли сразу же - один из нападающих оказался слишком близко к гному и гарпун молниеносно удлинился, пробив наконечником аккуратную дыру во лбу врага. Ещё мгновение и оружие гнома вернулось к прежнему размеру. Вся крыша вокруг бородатого воителя была усеяна стрелами и снарядами для пращи. Видимо нападающие пытались достать его удачным выстрелом, но крепость доспехов не оставила им на это ни единого шанса.
   Нападающих же было около пятнадцати человек вооружённых кто чем: секирами, короткими мечами, корявыми луками, топорами, дубиной и одной пращей. Это явно была одна из почувствовавших вольницу лесных банд. Они бестолково топтались вокруг повозки опасаясь попасть под укол стремительного механического гарпуна, но и уйти оставив в живых свидетеля ими тоже не хотелось. Гном же отчаянно ругался вспоминая матерей, отцов, бабушек и дедушек бандитов, и перечисляя все неестественные связи в которых по его мнению они состояли с троллями, ограми, верагами и прочими монстрами.
   В следующие мгновения произошло сразу множество событий. Тавлиус спустил с ладони магический снаряд, и тот с искристым взрывом снёс голову ближайшему бандиту, Арвигель наскоку отсек руку ещё одному, а гном увидев неожиданно прибывшую подмогу соскочил с крыши повозки на землю.
   Трое вражеских лучников спустили тетивы и их стрелы полетели в самого опасного по их мнению врага, в Тавлиуса. Но столкнувшись наконечниками с магической защитой они бессильно упали на землю. В этот же момент отпустил край ремня пращник и тяжелый снаряд направил полёт в голову мага. Тавлиус злорадно усмехнулся спуская скобу ещё с одного боевого заклятья, но снаряд пращи оказался с "сюрпризом". Он с оглушающим треском прорвал магическую защиту и угодил кир-Дер-нагу прямо в лоб. В глазах мага взорвалась молния, потом их закрыла тяжелая тьма, тело на мгновение ощутило удовольствие свободного падения, после чего вкусило неприятную сторону закона всемирного тяготения. Земля прибольно ударила Тавлиуса по спине и пелена тьмы спала с глаз. Первое что увидел Тавлиус это то, что его заклятье, "ледяные иглы", пропало без толку, изрешетив верхушку ближайшего дерева. Второе что он увидел, это троих бегущих к нему бандитов и то что посох остался притороченным к седлу...
   ...Арвигель никогда специально не обучался премудростям конного боя, поэтому он сразу же выпрыгнул из седла и врубился в кучу врагов. Первый из бандитов занёс над головой дубину, но легкий росчерк меча поперёк горла лишил его жизни, и он упал испустив целый фонтан крови из рассечённой артерии. Трое ближайших к рыцарю врагов наполи скопом. Но Арвигель был не тем противником, которого можно было взять просто числом. Он парировал первый удар мечом, пропустил мимо себя рубящий взмах топора и резким пинков раздробил коленную чашечку третьему нападающему. После чего Разящий Луч начертал в воздухе сложную фигуру и двое врагов упали мёртвыми - один с вспоротым животом, второй с колотой раной между рёбер. Арвигель резким ударом добил калеку с изуродованным коленом и продолжил схватку...
   ...Тавлиус резко вскочил на ноги и присел в боевой стойке, готовясь отражать вражеские атаки. И как раз вовремя - к его ещё звенящей от удара голове рассекая воздух приближалась суковатая дубинка. Маг только и успел пригнуться, но при этом потерял равновесие и упал вперёд. Хорошо что сработали отточенные за годы проведённые в Училище рефлексы - тело само сгруппировалось и падение превратилось в кувырок. Благодаря этому невольному маневру Тавлиус оказался сзади атакующих. Его взгляд зацепил лежащий в траве бесхозный короткий гномий меч. Ещё мгновение и ладонь мага сомкнулась на рукояти. Тавлиус отскочил в сторону, разорвав дистанцию с противниками, развернулся к ним лицом и начал отражать их атаки. Один из бандитов оказался довольно неплохим фехтовальщиком, тяжёлый полуторный меч так и порхал в его руках. Поэтому искусства Тавлиуса хватало только на оборону, и вся надежда была на то что бы продержаться пока не подоспеет на помощь кан-Нарви.
   Но Арвигеля всё не было. Постепенно все мысли вылетели из головы мага, весь мир сузился до размеров места сражения. Перед глазами мелькали меч, дубина, опять меч. Рука еле поспевала отражать удары, а ведь иногда одновременно разили два или даже три противника. Тело начало кровоточить несколькими порезами. Тавлиус даже не понимал почему он до сих пор жив. Силы начали иссякать, разум мага судорожно стал искать выход, и вдруг ощутил где-то на дне сознания какую-то притаившуюся силу которая была чем-то сродни силе магии. Он в надежде потянулся к ней, и она откликнулась. Тело мгновенно налилось мощью и гибкостью, ум стал спокоен и незыблем как монолит, а движения врагов стали почему-то медленнее чем секунду до этого. Тавлиуса охватила какая-то весёлая, бесшабашная ярость - он понял что победил. Молниеносным движением он отклонил вражеский клинок, скользнул мечом вдоль атакующей дубины, и отсек её обладателю пальцы. Отразил ещё несколько ударов, и заметив брешь в обороне одного из врагов, резко выбросил кулак, с хрустом впечатав его в бандитский нос. И пока вражина не опомнилась, короткий гномий меч ударом снизу вверх вспорол ему живот. Остался один дееспособный враг, второй переложил дубину в здоровую левую руку, но атаковать пока не решался. Тавлиус провёл несколько атак, потом с удивлением понял что может сосредоточиться, и выбил скобу. С его левой руки сорвался огненный шар и пробив аккуратную дыру в груди противника врезался в растущий сзади ясень. Тело бандита мешком упало на землю. На земле корчился умирающий человек с размазанным носом, судорожно пытаясь запихнуть обратно в вспоротый живот расползающиеся кишки, а последний напавший выронил дубину и стал просить о пощаде. Схватка была окончена.
   Тавлиус с сожалением заметил что с окончанием боя, необычное состояние сознания развеялось как дым. Он осмотрелся. Оказалось что бой закончился уже везде. На земле в разных позах валялись мёртвые и умирающие бандиты. Тавлиус нашел взглядом своего начальника - Арвигель сидел на корточках, с уже вытертым клинком и смотрел на Тавлиуса. Было видно что сражаться он давно закончил и потом просто наблюдал за оруженосцем. Странный гном прислонился спиной к повозке и не то всхлипывал, не то тяжело дышал.
   Тавлиус подошел к светлому рыцарю, молодого мага переполняло возмущение:
   - Кан-Нарви, вы всё это время наблюдали за мной и не вмешались в поединок? - в его голосе сквозила обида и удивление.
   - Скажи Тавлиус, почему ты смог победить? - ответил вопросом на вопрос Арвигель.
   - Я нащупал в себе новую силу и впал в какой-то боевой транс. - несколько опешив, ответил оруженосец.
   - Когда сможешь по собственному желанию входить в этот транс, ты станешь великим воином. Но этого ни когда не произойдёт, если ты будешь рассчитывать на чью-то помощь в бою. - Арвигель встал и пошёл к гному.
   Тавлиус пристыжено опустил глаза. Он понял что только что получил неожиданный урок воинского искусства. Арвигель прочувствовал ситуацию и по этому не вмешался, видя что его подопечный раскрывает в себе новые способности. Размышления мага прервал шорох кустов за спиной. Тавлиус развернулся и увидел что бандит с обрубленными пальцами скрылся в густом подлеске. Вот и ещё один урок - ни когда не оставляй без внимания недобитого врага. Хорошо что убежал, а не вонзил нож в спину. Тавлиус вздохнул и пошел к беседующему Арвигелю и гному.

*******

  
   Гномы всегда слыли известными специалистами по части ругани, но этот экземпляр видимо был великим мастером генерирования бранных слов. Спасённый товарищами гном извергал из себя целый поток сквернословия, пытаясь снять с себя свой боевой шлем. Видимо в бою погнулась какая-то защёлка и старания гнома были безуспешными. Наконец-то под его пальцами что-то щёлкнуло и шлем разъединился на две половинки, невероятным образом сложившись в какое-то подобие откинутого назад капюшона.
   Глазам Арвигеля и Тавлиуса предстало лицо ругачего воителя. Гном был рыжим как огонь. Волосы его были жёстким и курчавыми, лицо почти до самых глаз скрывалось под густой бородой. Глаза гнома были карими, с сетью морщинок по краям, которые говорили о том что в свободное от сквернословия время их обладатель часто улыбается.
   - Меня зовут Йоргистол Твердолоб. - голос гнома оказался нехарактерным для представителей его народа, он был довольно мелодичным, а не рокочущим как горный обвал. - Если бы не ваша помощь, то эти гады (все реплики Йоргистола значительно смягчены, из этических соображений автора) наверняка бы достали меня. Они навалились на нас очень внезапно, а у меня как назло раскрутились все пружины, когда я разбирал завал на дороге. Теперь я понимаю что завал был делом их грязных лап. Видно кто-то донёс этим гнусным детям жабы и скунса о том что в охране буду я...
   Увидев полное недоумение на лицах спасителей гном на мгновение прервался, но тут же продолжил свой монолог:
   - Как вас зовут отважные воины?
   - Арвигель Нарви.
   - Тавлиус Дер-наг.
   - По вашим удивленным глазам я понял что вы не из здешних мест и не когда не слышали про механического бойца Йоргистола Твердолоба. Так вот благодаря своему чудесному доспеху я годами нагонял страх на бандитов, охраняя гномских путников, но видимо у этой банды оказался сообразительный вожак, раз он додумался как меня взять. Все мои попутчики пали под яростной атакой разбойников. Я бы тоже долго не продержался если бы не ваше вмешательство.
   - И чем же так чудесен твой доспех? - вклинился в словесный поток кан-Нарви.
   - Дык сейчас и покажу. - сказал гном и поднялся на ноги.
   Йоргистол около десяти минут крутил торчащие то там, то здесь на доспехе колесики, затягивая, судя по звуку, какие-то пружины, потом повернулся к спасителям и сказал:
   - Смотрите внимательно, демонстрации я провожу редко.
   Раздался механический щелчок, и как громадный металлический кузнечик, гном прыгнул к стоящему, метрах так в десяти, в стороне дереву. Ещё один громкий щелчок и кулак гнома с мощью тарана в щепы разнёс толстезный ствол.
   У Тавлиуса чуть челюсть не отвисла от такого чуда. Тем временем гном размеренным шагом вернулся к спасителям
   - Когда все мои пружины заведены я могу сражаться с множеством врагов, нагоняя на них ужас... - начал говорить гном, собравшись опять извергнуть из себя словесную лавину, но Арвигель бесцеремонно осадил его.
   - Сейчас не самое подходящее время предаваться разговорам. Нужно предать земле тела ваших павших товарищей и продолжить путь...
   - Как я мог забыть!!! - вскричал гном, не дав Арвигелю окончить мысль. - Нам надо спешить, к сожалению у нас нет времени даже на то, что бы похоронить моих друзей по-гномски. Старейшие объявили Экстренный Сбор, и время до закрытия Врат Долвина осталось совсем мало.
   Ответом гному опять стало полное непонимание на лицах товарищей. Но на этот раз Йоргистол Твердолоб не стал вдаваться в пространные объяснения, а с завидной скоростью нырнул в повозку и недолго погрохотав в ней выскочил с большим заплечным мешком в руках.
   - Залазьте на своих скакунов люди! - крикнул он. - Я так понял что вы тоже направляетесь к Подземному Тракту и если вы хотите успеть пройти по нему нам надо очень поспешить. Не то рискуете стоять перед закрытыми Вратами и почёсывая дупы думать перелезть ли вам горы, или подкопаться под них.
   - Йоргистол! Объясни в конце концов в чём дело! - начал закипать Арвигель.
   - Можешь называть меня Йорги, а в чём дело я объясню по дороге. Я надеюсь что вы не посчитаете меня совсем наглым если я попрошу вас дать воспользоваться одним из ваших скакунов.
   - Залазь на каурого, он не такой норовистый. - буркнул Арвигель и пошел к своему коню.
   Ни прошло и десяти минут как все трое были в седле и готовы к пути. Заводную лошадь держал под уздцы Тавлиус, на лбу которого надулась большая иссиня-чёрная шишка. Гном в седле чувствовал себя довольно уверенно, что было очень странно - обычно его сородичи опасались лошадей.
   Товарищи проскакали чуть больше лиги когда Йоргистол снова заговорил:
   - Обычно людям об этом не говорят, но вы спасли мне жизнь и я думаю что я в праве нарушить обычай. Старейшие гномы сразу после Битвы Богов приняли закон, что в случае возможности ещё одного такого громадного побоища мы гномы будем держать нейтралитет. Поэтому когда Смотрящий-в-даль увидит опасность ещё одной гигантской бойни всем отсутствующим гномам рассылается приказ возвращаться домой. Время на возвращение отпущено два дня. Срок истекает до захода солнца, после чего Врата Долвина закрываются на неопределённый срок. - Гном запустил руку в свой вещевой мешок и достал оттуда болтающийся на аралазавой цепочке кроваво красный камень. - Совсем недавно этот камень был тёмно синим, он изменил цвет вчера утром, а это означает что был объявлен Экстренный Сбор, и время у нас ровно до захода солнца, а это уже совсем скоро.
   - Если мы опоздаем, то что будет с тобой? - спросил гнома Тавлиус.
   - Буду предоставлен сам себе пока Старейшие не решат распечатать Врата Долвина. Все гномы опоздавшие к закрытию Врат остаются снаружи. Поэтому мы так гнали коней, что совсем позабыли об осторожности, и бурелом посреди дороги не показался мне странным. - гном печально вздохнул. - Из-за этой неосторожности погибло много хороших гномов и по большей части это моя вина.
   - Будешь раскисать когда мы вступим на Подземный Тракт, сейчас надо максимально собраться и развить наибольшую скорость. - сказав это Арвигель послал скакуна в галоп, и его спутникам пришлось последовать заданному им темпу.
   Дорога петляла между вековых деревьев, расстояние до Врат Долвина неумолимо сокращалось, но и солнце при этом уже почти дотрагивалось огненной кромкой до горизонта. Кони были все в мыле, но всё равно явно проигрывали гонку со временем. С каждой минутой Арвигель хмурился всё сильнее - они явно не успевали...

*******

  
   Шая вошла в Сердце Гнезда высоко подняв голову, каштановые волосы вампирши были распушены и спускались каскадом до поясницы, приходя в волнение при малейшем движении. Одета она была в ритуальные белые одежды Матери Охранительницы. По краям подола и рукавов контрастно выделялись багровые письмена, начертанные смесью из крови всех разумных народов Эймиса. Причудливые знаки складывались в мощнейшее защитное заклятье, благодаря которому, здесь в Гнезде, Шая была практически неуязвима. Эти одежды одевались Охранительницей по особым случаям, таким как "вопрос к сердцу", или не доведи до этого Малдис, атака на само Гнездо.
   Каждое гнездо было вырыто вокруг сердца. Так дети ночи назвали случайно ими обнаруженные каверны в толще земли. Это были не простые каверны - они были насквозь пропитаны древней и необузданной магией крови. Когда-то над этими местами были капища давно позабытых кровавых богов, веками кровь от тысяч жертвоприношений пропитывала землю насыщая её своей силой. В результате образовались сердца - странные полости, стены которых были красными, как будто из живой плоти, а корни растений пронизывающих их казались пульсирующими кровеносными сосудами. Если довольно долго посмотреть на стену сердца, то через время увидишь что она медленно пульсирует, словно толкая невидимую силу по венам мира.
   Эти сакральные каверны стали местами паломничества тех детей ночи, кто исповедовал пути магии крови. Потом, когда для вампиров настали тяжелые времена, и им пришла в голову идея уйти под землю, как раз вокруг таких сердец стали выкапываться Гнезда. Дети ночи черпали из этих мощных источников дополнительные силы, и иногда использовали их в качестве своеобразных оракулов - тогда, когда перед населением Гнезда стоял непростой выбор.
   Так было и сейчас. Когда Шая вошла в сердце Гнезда внутри уже собралось довольно много народу. Здесь были все старшие охотники - около двадцати мужчин, и все повелительницы крови - женщины чувствительные к магии, их было не менее трёх десятков. Все знали о чём пойдёт речь, и все были единого мнения по этому вопросу, осталось только получить одобрения от сердца.
   Шая остановилась в центре помещения и медленно повернувшись вокруг своей оси пристально всмотрелась в лица собравшихся. Увидев всё что ей было нужно она начала свою речь:
   - Все вы представляете для чего мы здесь сейчас собрались. В давние времена из-за всем известных событий мы лишились заступничества и покровительства Малдис Ненасытной. Но сейчас она вернулась в пределы мира и сила её ни чуть ни меньше чем прежде, а в кое-чём она стал сильнее. За века изгнания она скопила большую мощь и мудрость. Первыми на кого обратила свой взор Малдис стали мы, её самые верные слуги - дети ночи. Мы те, кто поможет ей вернуть былую славу, и мы первые кто пожнет самый щедрый урожай после её победы. Наконец-то у нас появился шанс вернуть своё былое величие. Но наших сил пока недостаточно, все-таки народ Линура куда многочисленнее нас.
   Шая сделала небольшую паузу наблюдая за выражением на лицах соплеменников. Переведя дыхание она продолжила:
   - Сейчас расклад сил на поверхности как ни когда удачен для нашего появления. Линур на грани войны - вот-вот в него вторгнутся полчища зеленокожих, Гильдия чудотворцев невероятно ослаблена, а в восточных провинциях постепенно воцаряется хаос, благодаря всё сильнее наглеющим бандитам. Стоит ещё чуть-чуть подождать и можно выйти и взять это государство голыми руками. Но потом нам всё равно тяжело пришлось бы держать в узде громадное количество людей считающих нас страшными монстрами. Правда, к счастью, у нас есть более лёгкий вариант.
   Вампиры начали тихо перешептываться, многие среди собравшихся в общих чертах догадывались о чём дольше поведет речь Мать Охранительница, ведь зачем ещё ей надо было столько возится с пленённым Линурским воякой?
   - Все знают что недавно наши охотники под командой ла-Тарра опустошили небольшую людскую деревеньку и столкнулись там с Линурским боевым отрядом. В тот день наше Гнездо получило много пищи и одного пленника. Собственно о нём сейчас и будет вестись речь. Я не просто так упомянула о том что Малдис обрела великую мудрость во время своего изгнания. Она придумала великолепный план, и устами Верховной Матери донесла его до моего сведения. Нам стоит ещё чуть-чуть выждать пока зеленокожие не возьмут Линдельм, а они обязательно его возьмут, на это у нас есть некоторые гарантии, после чего хаос и разрушение двинется по всей стране, так как зеленокожие утоляют жажду мести весьма кроваво. И тут как раз наступит наше время. Мы выйдем на поверхность, а к этому времени к нам стянутся охотники и повелительницы крови из всех ближайших Гнезд. Но главный плюс в том что с нами будет человек свято верящий в то что мы будем наводить порядок в истекающей кровью стране. Он соберёт ополчение которое мы используем как нашу дневную боевую силу. Я могу ручаться что за несколько недель мы оставим от зеленокожих жалкие ошмётки.
   - А не кажется что ли вам Мать Охранительница что это слишком сложный путь? - спросила одна из повелительниц крови, чьи волосы уже были сильно убелены сединой. - Гораздо проще взять Линдельм до зеленокожих и просто удерживать его. Пищи и крови для ритуалов там будет предостаточно для того что бы отбросить от стен города любую армию.
   - Кажется ты невнимательно меня слушала ла-Даира. - резко осадила повелительницу крови Шая. - Я не говоря сейчас о контроле над одним городом, я веду речь о возможности порабощения целой страны. Если мы последуем предложенному Малдис плану, то население примет нас как освободителей, и у нас будет прекрасная возможность безболезненно влиться в управление Линуром. А через время люди сами не заметят как мы возьмём полный контроль в свои руки. Но тогда они уже ни чего не смогут поделать. Мы создадим первое в мире вампирское государство. И это будет только начало...
   Речь Шаи неожиданно прервалась из-за того что стены и пол сердца неожиданно сократились. От толчка больше половины присутствующих не смогли удержаться на ногах. Последовали ещё толчки, правда не такие сильные, а затем торчащие из стен красные отростки запульсировали и начали сочиться кровью.
   Вампиры пришли в невероятное возбуждение, множество голосов слилось в сплошной гул, в котором сложно было что-то разобрать. Все они знали что означает такое поведение великого артефакта - сердце одобряет план Малдис и теперь ночной народ просто обязан ему следовать.
   Шая спокойно стояла посреди всеобщего гомона и удовлетворённо улыбалась. С самого начала она не сомневалась в том что вызовет одобрение сердца, но все равно почувствовала некоторое облегчение когда все закончилось удачей. До возвращения былого величия Ночного народа осталось совсем немного времени...

*******

  
   К Вратам Долвина товарищи подоспели как раз когда они только что затворились. Вокруг плотно сомкнувшихся створок столпилось несметное количество возмущённого народа - такого ещё ни разу не было что бы гномы Подземного Тракта закрыли проход. Обычно путники двигались по нему беспрерывным потоком днём и ночью. Теперь же гномы уже много часов впускали внутрь только своих бородатых соплеменников, заставляя людских торговцев и путешественников толпиться под Вратами в недоумении. Примерно за пол часа до заката из Подземного Тракта вышли последние из тех людей, кто зашел в него с другой стороны. Они были весьма удивлены неожиданной суровостью гномов и той поспешностью с которой их заставили проделать подземный путь, не дав остановиться ни в одном из нашумевших на весь Северный Эймис подземных кабаков. Но все равно когда створки Врат Долвина стали закрываться многие просто не могли поверить своим глазам.
   Как раз когда толпа разразилась гневными криками по поводу возмутительного поведения гномов Арвигель, Тавлиус и Йоргистол подъехали к гномьей твердыне. Арвигель сидел в седле с совершенно невозмутимым видом, его оруженосец был мрачнее тучи, прикидывая в уме на сколько теперь удлинится их маршрут, а гном так вообще скрипел зубами от досады и нервно теребил бороду. Оставалось только догадываться сколько новых хитроумнейших ругательств генерировалось сейчас в его голове.
   С громким скрежетом отъехал вбок громадный камень, нависавший как карниз над вратами, открыв за собой довольно большую бойницу в виде длинной щели. Пятеро свирепых бородачей целились через неё из громадных арбалетов в сторону толпы. Ещё один гном выглянул в окно бойницы, но в отличие от арбалетчиков, по высокомерию начертанному на его лице можно было понять что в подземном мире он занимает далеко не последнее место.
   - Это Тронгл Камнестоп. - раздраженно сказал Арвигелю Йоргистол. - Он главный глашатай Совета Старейших. Самый главный зануда и остолоп среди всех гномов Тракта. Сейчас достанет громословец и будет вещать напыщенные глупости.
   Тронгл действительно прислонил к губам металлический раструб и его голос как гром раскатился над возмущенной толпой:
   - Отныне и до момента, который в неизвестном будущем будет назначен Советом Старейших гномов Подземного Такта, Врата Долвина и Врата Крулла будут закрыты как для входа так и для выхода кого бы то ни было. Любые попытки проникнуть на территорию Подземного Тракта будут расцениваться как проявление агрессии к народу гномов и будут караться без суда, смертью на месте.
   Главный глашатай сделал паузу что бы набрать в лёгкие воздуха. Над толпой, секунду назад бурлившей как котёл, повисла гнетущая тишина. Люди не веря своим ушам переваривали услышанное. Кто-то подсчитывал в уме свои убытки, кто-то надолго прощался с любимыми и родственниками, оставшимися по ту сторону гор, а некоторые, как например Арвигель с Тавлиусом придумывали новый маршрут преодоления горной гряды.
   - Прошу всех отойти от Врат Долвина на расстояние одной лиги. - продолжил вещать Тронгл. - Отныне эта территория будет считаться запретной и появление на ней будет приравниваться к попытке проникновения за приделы Врат Долвина.
   В подтверждение серьезности своих слов главный глашатай сделал знак стоящим рядом с ним гномам и те разрядили арбалеты. Тяжёлые болты до середины погрузились в придорожные валуны, заставив округлиться глаза у множества людей. В тот же момент по склону горы вокруг Врат прокатился звук слившихся в один аккорд сотни скрежещущих щелчков. Гора стала похожа на хороший сыр - в ней открылись прорези сотен бойниц. И из каждой бойницы хищно смотрел бородач с тяжёлым арбалетом.
   Для толпы это оказалось более чем веским доводом. Масса людей пришла в движение и отхлынула от ворот. Люди бурчали и ругались сетуя на твердолобость вероломных гномов и убеждая друг друга что просто так им это с рук не сойдёт. Хотя в глубине души каждый прекрасно понимал что штурмовать гномью твердыню ни кто не будет - пустое это занятие.
   Арвигель с Тавлиусом развернули коней и отъехали назад одними из первых и по этому были уже у кромки леса.
   - Ну и что мы теперь будем делать? - спросил своего начальника Тавлиус.
   - Тоже что и раньше. Нам надо попасть в Сатодланд во что бы это ни стало. - кан-Нарви на мгновение задумался и продолжил. - Пойдём вдоль гор на север, может быть найдём способ пересечь их в другом месте.
   - А если не найдём?
   - Ты сам говорил о том что Тройные горы можно обогнуть с севера. Если по пути не найдём способа пересечь их, то дойдём до конца и обогнём.
   - Кан-Нарви вы представляете сколько мы потратим на это времени? - взволновано выпалил Тавлиус. - Не лучше ли нам остаться здесь и помочь Линуру чем сможем. Ведь здесь назревает большая война.
   - Молодой человек, - голос Арвигеля резко стал холодным как лёд. - запомните раз и навсегда - мы здесь не для того что бы помогать Линуру, Эймису или любому встречному нуждающемуся в помощи. Мы защищаем всё Соцветие, стараясь не дать нарушить Равновесие сил. А для этого нам надо выяснить где скрыт корень зла и уничтожить именно его, а не бороться с отростками которые это зло порождает. И пока что у нас есть на это время, так как благодаря предвидению Безымянного мы оказались здесь на самой завязке глобальных процессов. И теперь наша основная задача добраться любым способом до Сатодгарда и выяснить там всё что можно о возможной причине грядущих бедствий.
   Тавлиус открыл было рот что бы сказать что-то в своё оправдание, но замолк заметив что их недавнишний бородатый спутник пыхтя семенит в их направлении.
   - Вы уж извините меня мастер Арвигель, но у гномов очень острый слух - под землёй на глаза особо рассчитывать не приходится. Можешь идти себе спокойно по туннелю, а тут из-за поворота кинется долбанный грызак и схарчит тебя на завтрак. Приходиться держать ухо востро что бы вовремя услышать как грызак дышит и почёсывается. Вот из-за своих ушей я невольно и услышал о чём вы тут толкуете. Больше половины не понял, но сообразил одно - вам надо во что бы то ни стало пересечь Тройные горы. Я бы мог вам помочь. Я ваш должник, вы оба спасли мне жизнь и такой долг считается свешенным у подземного народа.
   - Ну и чем ты можешь нам помочь? - заинтересованно спросил Арвигель. - Ты знаешь перевал через горы?
   - Нет, безопасного перевала нет, но есть другой способ. Но он довольно опасный. - гном слегка замешкался пытаясь по лицам собеседников уловить их отношение к возможной опасности.
   - Продолжай. - спокойно сказал кан-Нарви. - Опасность нас не смущает.
   - Этот проход лежит под горами, но им давно ни кто не пользовался. Там когда-то обитал народ мелдисов - долбанных меднолобых уродцев. Но воины гномов уничтожили этих порождений Малдис и сифилисной жабы. После них остались пустующие туннели пронизывающие гору насквозь. Со временем в них наползло множество всяческий мерзости, и наш народ завалил входы с обеих сторон. Но при этом оставил небольшие тайные лазейки - на всякий случай. Я как раз знаю где они находятся.
   - Это всё очень хорошо. - сказал Арвигель. - Но с какой стати ты так активно рвешься помочь нам?
   - Я же сказал уже - я ваш должник. И кроме того надо же мне чем-то заниматься пока мои твердолобые соплеменники не открыли снова Врата Долвина.
   - Мы принимаем твою помощь Йоргистол Твердолоб, но имей в виду что путешествие с нами может быть довольно опасным. Раз ты добровольно предлагаешь нам свою помощь, то я просто обязан тебя предупредить о том, что мы ведём битву с очень могущественными и злобными врагами.
   - Я не трус! - гном вызывающе сдвинул брови. - Я буду идти с вами столько, сколько сочту нужным!
   - Хорошо, тогда нужно устроить привал и рано утром выдвигаться. Время играет против нас. - Арвигель был явно доволен приобретением нового союзника.
   Товарищи подъехали к краю леса и спешившись стреножили своих скакунов. Через какое-то время загорелся костер и друзья занялись нехитрыми кулинарными приготовлениями. После ужина Тавлиус прочитал сторожевое заклятье, и уставшие путники легли спать. Но сон долго не приходил к ним - каждого тревожил вопрос: что за новые испытания приготовит им предстоящий путь?

*******

   Холси был очень голодным и очень злым. Он крался уже третие сутки по следам лича, а тот как назло выбирал самые неудобные и малолюдные места для своего передвижения. Полурослик сбил себе все ноги, живот прилипал к хребту, а проклятый лич и не думал останавливаться.
   По началу идти последам умертвия было нетрудно - примятая трава, сломанные ветви кустарника и сдвинутые со своих мест камешки с головой раскрывали все перемещения лича. Но через какое-то время полурослик стал рядом со следами находить высохшие и скрюченные трупики мелкой лесной живности. Если не обращать внимания на нетронутые тлением перья и шёрстку животных, то можно было бы решить что трупы очень старые - от одного прикосновения они рассыпались в труху. Простого следопыта это явно бы сбило с толку. Но Холси не был простым следопытом и прекрасно знал что означают такие следы. И от этого понимания мороз пробежался по его коже, заставив её покрыться пупырышками. Эти высохшие в труху трупы могли означать одно - лич питался и стремительно набирался сил.
   Скоро стало всё тяжелее находить следы - пополнивший силы кан-Кебат легко обминал все препятствия и едва приминал траву при ходьбе. К концу вторых суток слежки исчезли все видимые для обыкновенных глаз знаки, и полурослику пришлось перейти на другое зрение. Он увидел слабый тёмно-серый дымчатый след тянущийся в двух локтях над землёй - лич накачался силой сверх всякой меры и уже просто леветировал не прикасаясь ногами к траве. Холси пришлось прибавить ходу - в таком состоянии умертвий способен увеличить свою скорость во много раз.
   Все третие сутки преследование продолжалась в таком же ключе. Полурослику приходилось бежать не останавливаясь и при этом тратить силы на удержание другого зрения. Он уже не так внимательно осматривался по сторонам и по этому когда вляпался в ловушку было уже поздно что-либо предпринимать.
   Холси заметил растяжку, пересекающую тропинку, в самый последний момент, когда его голень уже почти задела её. Он резко затормозил и осмотрелся - вроде бы обыкновенный охотничий силок. Кир-Мохноног аккуратно переступил через верёвку и даже не успел охнуть от неожиданности как провалился по пояс в великолепно замаскированную яму, и тут же был выдернут из неё верёвочной сеткой.
   - Хитро. - пробурчал себе под нос Холси. - Одну ловушку показывают, а вторую прячут получше. Будет мне наука на будущее.
   В это время заколыхались заросли кустарника и на тропинку выбрались четверо заросших бородами по самые глаза мужиков. Один держал в руке короткую узловатую дубинку, остальные были вооружены неказистыми луками. Наложив стрелы на тетивы они настороженно осматривались по сторонам, а их четвёртый товарищ прямиком направился к пойманному в хитроумную ловушку полурослику.
   - Точно он. - прохрипел низким хриплым голосом лесовик. - Прямо как Страшный говорил - мелкий и с мохнатыми ногами.
   Слово "Страшный" мужик прохрипел с изрядной долей страха и уважения. Он не долго порассматривал свою добычу, после чего резко взмахнул дубинкой и Холси провалился в темноту...
   ... Кир-Мохноног пришел в себя от того что нечто мокрое и очень горячее настойчиво тыкалось ему в лицо. Борясь с шумом в голове он разлепил глаза.
   Первое что увидел полурослик была ухмыляющееся рожа одного из бородачей. Он тыкал в лицо бессознательному Холси парующим куском вареного мяса. Увидев что полурослик открыл глаза, лесовик растянул рот в оскале, возможно обозначавшем улыбку, обнажив при этом неровные ряды гнилых зубов.
   - Давай жри! - проскрипел он поднеся мясо поближе ко рту пленника. - Страшный сказал что ты нужен ему живым. Он сказал что вернётся за тобой, недомерок!
   Холси молча откусил большой кусок раскалённого мяса и принялся пережёвывать его, рискуя заработать ожог ротовой полости. Но голод был превыше боязни обжечься. Откусив мясо ещё пару раз полурослик начал украдкой осматриваться по сторонам. Он лежал, связанный по рукам и ногам, в средине небольшой лесной поляны, на небе уже вовсю светили звёзды и ночное светило было довольно высоко. В нескольких шагах от него потрескивал небольшой костерок, над которым томился котел подвешенный на треножнике. Возле костра сидели три скрюченные фигуры - остальные лесовики. Ещё один человек был привязан к стволу дерева, шагах в десяти от костра. Он постоянно подёргивался, словно его било в лихорадке и издавал негромкие завывающие звуки. Холси почувствовал исходящую от него волну смертельной угрозы.
   - Что с ним? - чуть дрогнувшим голосом спросил полурослик у бородатого.
   - Что уже нажрался?! Поболтать захотелось?! - вместо ответа выкрикнул тот. После чего встал, пнул Холси ногой в живот и пошел к костру, но вдруг на секунду задержался и повернувшись, таки ответил на вопрос полурослика. - Страшный забрал его душу и обещал вернуть когда мы отдадим ему тебя.
   Бородач плюнул на своего пленника и уселся у костра.
   "По крайней мере сразу убивать меня ни кто не собирается. Это уже хорошо... Надо набраться сил и бежать от этих бирюков. Что-то мне подсказывает что Страшным эти бородачи кличут кан-Кебата, и что лич не собирается срочно мной заниматься". - с этими мыслями кир-Холси Мохноног перевернулся на бок и провалился в забытье.

*******

   Утро выдалось довольно прохладным. За ночь костёр погас и друзей пробудила, пробирающая до самых костей, ледяная свежесть. Первым проснулся рыжебородый гном. Потянувшись и громко зевнув он пригладил взъерошенную бороду и направился к своему разобранному доспеху. Тавлиуса и Арвигеля вывел из сна целый поток крепчайшей ругани, которой Йоргистол поносил того кто придумал холодные зорьки, росу, ветер и прочие прелести походной жизни. Причём всё это он высказывал ни на секунду не отрываясь от смазывания своего механического облачения и взведения в боевое положение его многочисленных пружин. Арвигель проснувшись от отборнейшей брани, молча встал и взяв меч отошел на пару десятков шагов от лагеря и начал свою тренировку. Тавлиус, открыл глаза почти одновременно с рыцарем, обречённо вздохнул и пошёл возиться с лошадьми...
   ...Дневное светило взошло над горами довольно высоко и начало прогревать промозглый воздух. Товарищи были в пути уже около часа и постепенно отогрелись от утреннего холода. Врата Долвина и гномьи укрепления довольно быстро скрылись из вида. Впереди, на сколько хватало глаз, лес почти вплотную подступал к склонам гор. Дорога превратилась в тонкую, давно нехоженую, тропку. Путникам пришлось растянуться в цепь. Первым ехал Арвигель, за ним Йоргистол и замыкал движение Тавлиус, ведущий на поводу заводного скакуна.
   Двигались до самого вечера без привала. Вокруг ни чего интересного не происходило. Щебетали пичужки, время от времени из лесу выбегал какой-нибудь зверёк. И больше ни одной живой души. Видимо все кто не успел попасть на пути Подземного Тракта решил вернуться в Линур и ждать дальнейшего развития событий. По крайней мере обогнуть Тройные горы кроме наших героев больше ни кто не пытался. День прошел совершенно не заметно, и до самого вечера товарищи почти не разговаривали - каждый предавался своим размышлениям.
   Солнце неспешно совершало свой извечный путь по небосводу, и когда огненный шар дневного светоча скрылся за кромкой лесных деревьев Арвигель скомандовал привал. Путники спешились, стреножили коней, и начали готовиться к ночлегу. Прошло довольно не много времени и в центре импровизированного лагеря разгорелся небольшой костер. Запахло жареным мясом - Тавлиус готовил нехитрую снедь из дорожных запасов. Какое-то время ели молча, потом кан-Нарви прожевав очередной кусок пристально посмотрел на гнома и спросил:
   - Мне очень приятно что ты предложил нам свою помощь Йоргистол.
   - Для друзей просто Йорги. - буркнул шумно жующий гном.
   - Ты уже об этом говорил. - невозмутимо продолжал Арвигель. - Так вот Йорги, хоть мне и очень приятно получить нового союзника, но у меня всё-таки назрело несколько важных вопросов к тебе. И от твоих ответов будет зависеть судьба наших дальнейших отношений.
   Повисла недолгая пауза на протяжении которой Арвигель сверлил глазами лицо гнома, а тот продолжал невозмутимо запихиваться жареным мясом.
   - Ладно задавай свои вопросы. - буркнул гном.
   - Вопрос первый. Путь которым ты собрался нас повести известен только гномам, и завалили они его, насколько я понимаю, ни столько из-за его опасности, сколько из-за боязни потерять свои сверхприбыли от переправы путников под горами.
   - Кое в чем ты прав. - как следует проживав ответил гном.
   - Так вот, - продолжал Арвигель. - информация о таких путях должна быть секретной даже среди гномов. Мне интересно как она стала тебе доступной, и какого демона ты собрался посвящать в неё нас. И вопрос второй. Насколько я знаю менталитет твоих собратьев, вы всегда полагались на силу своих рук и остроту секиры. Но ты что-то из ряда вон выходящее - живой странный и мощный механизм. Вот мне и интересно почему здоровый внешне гном выбрал для себя такую странную тактику ведения боя.
   Йоргистол прожевал очередной кусок, на секунду задумался, громко отрыгнул и начал говорить:
   - Арвигель, если бы ты не задал мне свой первый вопрос то я бы сам задумался о том, стоит ли мне двигаться дальше с таким тугодумным спутником. Так что отвечу я на него с радостью. Ну а ответ на второй вопрос сам всплывёт в процессе моего рассказа. - гном почесал бороду, куснул мяса и жуя продолжил. - Ты, Арвигель, видимо не плохо знаешь нравы подземного народа, но гномы Подземного Тракта слегка отличаются от остальных организацией своей жизни. Только Тродду известно, как давно какой-то умник придумал воспитывать подрастающих гномов с раннего детства обучая их будущей профессии. Кем будет повзрослевший ребёнок определяет специальная комиссия. Входящие в неё десять старых придурков по одним им известным признакам решают кем станет маленький гном в будущем. Когда маленького Йоргистола поставили перед глазами этих старых умников, они решили что быть мне учёным. Представляешь Арвигель - учёным! И это притом, что сколько себя помню мне не давала покоя слава могучих гномьих воинов. Я всегда приходил в щенячий восторг от их могучих фигур и шикарных доспехов. Но выбора у меня уже не было, пришлось изучать механические и горные науки, возится с железяками и камнями - одним словом учится книжным дисциплинам. Годы шли один за другим, я набирался опыта и сконструировал не один весьма полезный механизм. Ко мне пришла известность как талантливого изобретателя, я мог безбедно и сыто жить, но несбывшиеся детские мечты не давали мне покоя. Я долго думал о том как приобщиться к воинскому сословию, и в конце концов среди сотен законов и правил нашёл таки уловку, которая позволила бы мне сменить деятельность, не вызвав при этом бурного негодования сородичей. Оказывается в одном довольно старинном уложении законов упоминалось о том, что если гном хотел сменить сословие он может пройти определённое испытание и свершить свою мечту. Все когда-либо принятые Советом Старейших законы считаются священными и их нельзя отменить, можно только запамятовать. Так что некоторый шанс на исполнение заветной мечты у меня появился. Но тут была одна загвоздка - в моём случае испытание означало выдержать поединок с одним из наших воинов, а их с детства растили, питали и обучали определённым способом, так что они превращались в могучие машины смерти. Выиграть такой бой у меня не было ни малейшего шанса. Именно по этому случаев перехода из одного сословия в другое не было зарегистрировано и этот закон был позабыт. Я взбесился, послал всё глубоко грызаку в зад и углубился в свою работу. Прошло ещё довольно много лет, я поднялся почти на самую вершину карьерной лестницы учёных и даже стал участвовать в управлении жизнью подгорного народа. Тогда меня и посвятили во многие тайны гномов, одной из которых и есть туннели долбанных мелдисов. В моём арсенале накопилось множество разнообразных изобретений, и однажды, во время размышлений над ними, меня осенило - гном проходящий испытание на переход в воинское сословие имеет право воспользоваться любым оружием или доспехом, так если я сам не достаточно силён, почему бы мне не создать себе особый механический доспех, который обеспечил бы мне победу. Эта идея полностью захватила меня. Я отошёл от дел и несколько лет провел почти не выходя из своей мастерской. Результатом тяжелейшей работы вышел прототип моего теперешнего доспеха. Он не был столь совершенен как тот, который на мне сейчас, но все равно позволял на короткое время ускориться раз в десять, и нанести с десяток ударов сокрушительной мощи. Следующим моим шагом было незаметное проникновение в тренировочные залы наших воинов. Там я подсмотрел несколько их приёмов нападения и защиты и составил представление о том как они ведут бой. Когда я почувствовал себя достаточно готовым, я вознёс молитву Первогному и обратился в Совет Старейших с просьбой перевести меня в воинское сословие. Это вызвало громадную шумиху среди всех моих твердоголовых собратьев - где это видано что бы книжный червь подался в воины.
   Йоргистол перевёл дух, отпил из фляги которая болталась у него на поясе и увидев как сильно заинтересованы его спутники продолжил:
   - Поединок проходил через неделю после подачи моего прошения. За это время у меня в гостях успели побывать все мои знакомые и пытались отговорить меня от неминуемого позора. Я даже чуть было не дрогнул, но потом вспомнил заветы Тродда Первогнома и решил идти до победного конца.
   Схватка происходила на громадной арене, на которой проливали кровь гномы сдававшие экзамен на право называться воином. Против меня выставили сражаться старого и матёрого вояку, сейчас я понимаю что если бы он видел бы во мне возможную опасность, то меня не спасли бы ни какие механические ухищрения. Но тогда я чувствовал только кураж и безумный боевой задор. Прогремели торжественные барабаны, взвыли церемониальные горны, и с двух сторон на арену взошли я и мой грозный противник. Зрители ехидно ухмылялись в предвкушении моего позора, и отпускали всевозможные шуточки по поводу моего уродливого и громоздкого доспеха. Я был вооружен большим щитом и боевым молотом на короткой рукояти, мой противник громадным двуручным топором. Он громко зарычал и завертел своё оружие, как будто оно было из легкого тростника. Топор описывал сверкающие круги над головой, за спиной, сбоку и перед воином. Воздух взвыл под напором смертоносной стали, и мой противник без предупреждения кинулся в атаку. Но я был готов к такому развитию событий и первые удары удачно принял на щит. От них у меня должна была сломаться рука, но хорошая система амортизации сработала как надо, и все атаки прошли для меня почти безболезненно. Не дав противнику опомниться, я изрядно увеличив скорость поднырнул под его занесённый топор, и выпустив из руки молот захватил врага за пояс. Вложив в одно движение почти всю силу своих механизмов я бросил его через всю арену. Мой противник истошно взвыл и задёргал в воздухе руками, после чего мешком плюхнулся на пол. Пока он не успел прийти в себя я подобрал молот и одним прыжком оказался рядом с ним. Один точный удар по шлему - и враг надёжно оглушен. Так я стал воином. Мне пришлось пройти весь курс воинского обучения, который дался мне довольно тяжко из-за моих слабых телесных возможностей. Одновременно с воинским обучением я усовершенствовал свой доспех до того вида, в котором он пребывает и сейчас. Потом пришло время сдавать экзамен на право называться полноправным воином. На этот раз бой проходил в стандартном доспехе, но я уже был натасканным в воинском искусстве, и таки выиграл его, хоть и с громадным трудом. После официальной церемонии посвящения в воины меня направили охранять гномьи караваны, чем я с успехом и занимался до недавнего времени. Но как и раньше мне хотелось громких подвигов, по этому я и предложил вам свою помощь - что-то мне подсказало что с вами я найду множество неприятностей на свой мозолистый зад, и в итоге смогу прослыть известным героем. А это как раз то о чём я мечтал с самого детства.
   Словесный поток извергающийся из недр Йоргистола иссяк и он на некоторое время замолк, сосредоточившись на еде.
   - Твой ответ меня полностью удовлетворил. - выйдя из задумчивого состояния, сказал Арвигель. - Твоя жизнь довольно интересна и необычна для гнома и если ты действительно так жаждешь подвигов, то по пути с нами ты найдёшь их предостаточно. Я думаю довольно честно будет сказать тебе о том что наша миссия очень трудна и опасна. Мы с моим спутником члены одного древнего и влиятельного ордена, который испокон веков действует скрыто и негласно. Мы участвуем в неравной и тяжёлой борьбе с силами, пытающимися разрушить наш мир. Поэтому приключения с нами могут быть через чур опасными. Я хочу оставить за тобой право в любой момент отказаться от дальнейшего похода с нами и не считать при этом себя трусом и предателем.
   - Даже если я обделаюсь от страха, я не отступлю от намеченного пути. - буркнул Йоргистол.
   - Вот и хорошо. - ответил на это кан-Нарви. - Осталась ещё одна вещь которую мне хотелось бы знать. Ты не раз упоминал об опасностях ждущих на заваленном гномами пути, и так же о "долбанных мелдисах", так вот хотелось бы узнать подробнее и одном, и о другом.
   - Что же могу рассказать. Видно хорошо мы стёрли память о меднолобых придурках, раз даже в вашем древнем и влиятельном ордене ни чего о них не слышали. - Йоргистол как раз закончил трапезу, и вытерев рот ладонью продолжил. - Было время когда гномы безраздельно властвовали в Тройных горах. Но этому как и всему хорошему пришел конец. Неприятности начались с того момента как Латран основал на северных пиках Эйвир-Батул - город крепость для своих уйахири.
   - Кто-кто? Как ты сказал, звали основателя Эйвир-Батул? - выпалил молчавший до этого Тавлиус.
   - Ну вот, надо было в детстве расплющить себе язык молотом, как советовал мне папаша. - гном нахмурился раздосадованный допущенной оплошностью. - Я сказал - Латран. Так звали возгордившегося бога, ввергнувшего Эймис в годы кровавой резни. Его имя вычеркнуто из всех летописей. Кроме гномьих, и архива Сатодгарда. Так что если оно пойдёт дальше нас троих, то домой меня точно не пустят даже после открытия Врат Долвина.
   - А почему вы сохранили память о нём? - спросил Арвигель.
   - Тродд завещал нам всегда помнить имена своих врагов. Даже погибших. - Йоргистол опять раздосадовано поморщился. - Я прошу пусть то что слетело с моего идиотского языка останется нашей тайной.
   - Хорошо - можешь на нас положиться. - ответил за двоих кан-Нарви.
   - Ну и ладно. Тогда я продолжу. В общем с основания Эйвир-Батул для нашего народа настали довольно тяжелые времена. Мы сразу же не поладили с крылатыми, и мелкие стычки с ними постепенно переросли в полномасштабные боевые действия. Войну мы проиграли и были вытеснены из всех твердынь, кроме Подземного Тракта. Пока мы собирались с силами по соседству с нашим последним убежищем появилась новая напасть. В это время Малдис, да нагадит ей грызак на голову, как раз присоединилась к Латрану. Она привела собой многие силы, но самыми любимыми у неё были мелдисы - уродливые меднолобые придурки. Они фанатично поклонялись своей ненасытной богине, справляли все кровавые обряды, и во всю пользовались даруемой ей силой. Выглядели они мерзко и отвратительно - долговязые желтушные безгубые твари, с обязательной медной пластинкой на лбу. На пластинки они гравировали имя и чин носящего её. Мои предки собирали эти медяки как военные трофеи. Не знаю чем им так приглянулись Тройные Горы, но они вгрызлись в них не хуже нас гномов, и пока мы не успели опомниться отстроили собственную твердыню. Этого мы уже не могли выдержать. Мы начали постоянные боевые действия против незваных соседей. Война длилась очень долго, и окончилась только после Войны Богов, с падением Малдис. Лишившись своей божественной покровительницы мелдисы проигрывали битву за битвой, и в конце концов их укрепления были взяты. Когда гномьи войны вошли внутрь их коридоров, то были сильно удивлены, узнав что меднолобые прорыли горы насквозь, но не успели расширить проход, на столько, что бы можно было перебрасывать по нему армию. Туннели мелдисов оказались неудобными и неуютными для обитания гномов, а сил и ресурсов для их перестройки сразу после войны у нас не было Поэтому мы их запечатали и засекретили их существование до лучших времён. Когда через две сотни лет Совет Старейших вспомнил о них, и послал туда экспедицию, то выяснилось что в брошенных помещениях развелось столько грызаков, бесцветников, вывертней, костогрызов и прочей мерзости, что бороться с ними было через чур сложно. К тому же один из гномов бывших в экспедиции что-то невнятно бормотал о какой-то нежити. Но ему особо не поверили из-за его молодости. Совет долго спорил и в конце концов решил что будет правильнее завалить оба входа, раз уж сами не можем воспользоваться этими туннелями, то нечего и другим про них знать. Что там сейчас происходит под завалами ни кто точно не знает. Но думаю приятного мы там встретим мало. Вот и все что мне известно об этом пути, за исключением разве что схемы перехода на ту сторону гор. Её я заучил на память - так и думал что когда-нибудь точно пригодиться.
   Гном замолчал и какое-то время товарищи наслаждались ночной тишиной, лишь изредка нарушаемой уханьем совы.
   - Ну это даже больше чем я ожидал услышать. - прервал паузу Арвигель. - Я думаю на сегодня хватит беседовать, надо ложиться спать. Я подежурю первым, за мной Тавлиус, а под утро ты Йорги.
   Мага и гнома долго упрашивать не пришлось, они пожелали друг другу спокойной ночи, а Арвигелю лёгкого дежурства, и завернувшись в одеяла мерно засопели проваливаясь в объятья сна. А Арвигель ещё долго сидел вслушиваясь в ночные звуки и о чём-то размышляя, а потом вышел из света костра, завернулся в плащ, и его фигура полностью слилась с ночными тенями. Кто бы ни попытался подойти к костру, рыцаря он бы заметил в последнюю очередь.

*******

  
   Зеленокожие могут довольно быстро маршировать. А если они вдобавок злые и в боевом кураже, то марш-бросок у них проходит с потрясающей скоростью. Полчища орков двигались целыми днями, игнорируя дневной привал и останавливаясь только на ночлег с заходом солнца. Поэтому прошло гораздо меньше времени, чем рассчитывали люди, когда армия зеленокожих подошла к границам Линура.
   Людских сил на границе было не так уж и много. Зеленокожие появились куда раньше чем ожидалось и по этому основные линурские войска были только на подходе к Тарогу. Охраняли границу сейчас только немногочисленные пограничные войска и созванное в спешке ополчение. Когда разведка донесла о приближении войск зеленокожих, командующий обороной границы, полковник Вильио Ставерез решил занять наиболее выгодную для встречи противника позицию, и постараться задержать его до прибытия подкрепления.
   В нескольких лигах вглубь Линура, тракт ведущий на Тарог, пролегал меж двумя громадными холмами. Разместив на их вершинах лучников, и поставив на тракте войска, можно было бы какое-то время удерживать позиции, защищаясь против значительно превосходящего по числу противника. Полковник Ставерез так и поступил. На вершинах холмов расположилось по две сотни ополченцев, вооружённых луками. В обоих отрядах стрелков имелось множество, наспех сколоченных, переносных деревянных щитов. За ними можно было с относительным успехом пересидеть залп гоблинских лучников. Тракт между холмами перегородили врытыми в землю заточенными кольями, которые должны были не дать разогнаться вражеской коннице. За кольями ожидали появления врага шесть сотен тяжелых пехотинцев, закованных в броню и вооруженных тяжёлыми палашами. Вместе с ними было ещё две сотни ополченцев вооруженных щитами и копьями. Легковооруженным копейщикам предстояло первыми встретить напор врага, после чего расступиться, дав вступить в схватку латникам. Два отряда по полторы сотни всадников ожидали за северным холмом что бы в нужный момент обойти его и ударить во фланг зеленокожим. Осталось добавить что на северном холме вместе с лучниками находились четыре мага, а на южном три. Правда были они не особо сильными и в вооруженных конфликтах участвовало из них только двое.
   Небольшое войско довольно быстро заняло намеченные позиции и замерло в ожидании врага. Гордо реяли знамёна, нервно ёрзали новички и ополченцы, спокойно переговаривались покрытые боевыми шрамами ветераны. Час тянулся за часом, солнце уже начало клониться к горизонту когда армия зеленокожих наконец-то появилась в пределах видимости.
   Впереди вражеского войска ехали на приземистых, но мощных скакунах орки из кланов семьи Лошадиного Черепа. Они были затянуты в доспехи из прессованной особым способом кожи, которую не каждая стрела сможет пробить. За всадниками вышагивали отряды Гремящих Костей, щедро разбавленные берсеркерами Снежных Волков и мастерами клинка от Танцующего ветра. С правого и левого фланга маршировали гоблинские лучники, собранные понемногу со всех многочисленных кланов. Из-за своих небольших габаритов гоблины значительно уступали в рукопашной схватке оркам, зато лучники из них были довольно неплохие. Сзади орочьих войск, справа и слева, клубился какой-то непонятный туман, от него веяло странной, незнакомой магией. Понять что это такое линурские маги сразу не смогли и списав на самодеятельность орочьих шаманов, перестали обращать на него внимание, решив дождаться более конкретных действий. На первый взгляд зеленокожих было не более пяти тысяч, чему очень удивился полковник Ставерез, ожидавший куда большего количества врагов.
   Орки остановились в двух полетах стрелы от укрепившихся в холмах линурцев. Над одним и другим войском затрепетали сигнальные флаги, передавая отрядам приказы командиров. Человеческие лучники наложили стрелы на тетивы, воткнув перед собой в землю ещё по несколько, что бы сократить до минимума время между залпами. Копейщики поудобней взяли копья, уперев древка в землю и прикрывшись щитами. Маги ещё раз проверили подготовленные заранее боевые заклятья. Люди готовились отразить первую атаку зеленокожих.
   Громовым раскатом разнеслась дробь костяных барабанов. Орочья конница прыснула в стороны и на недосягаемом для лучников расстоянии начала огибать оба холма. Их замысел был предельно ясен - зайти врагу в тыл и атаковать. В тот же момент двинулась вперёд пехота. По прочности доспехи зеленокожих не могли идти ни в какое сравнение с линурскими, но орков было куда как больше. Ни прошло и минуты, и человеческие лучники смогли дать первый залп. Орки укрывались под кожаными щитами, но всё равно то там то здесь начали падать первые убитые и раненные. И сразу же за первым залпом лучников пришел ответ от вражеских заклинателей. Из клубящегося тумана вылетел громадный рой болотной мошкары - ядовитого и кровососущего гнуса. Эта живая туча в мгновение ока достигла человеческих лучников и с радостью набросилась на них. Среди стрелков началась сумятица, медленно перерастающая в панику - гнус лез в глаза, нос, рот, уши, набивался под одежду и при этом прибольно жалился. Вести стрельбу в таких условиях было просто невозможно. Дело попытались поправить полковые маги - один из них спустил с поводов сильный порыв ветра, что бы сдуть проклятую мошкару подальше. Но тут же он почувствовал что после прикосновения к вражескому заклятью от облака тумана к нему протянулась невидимая простому глазу связь, а вслед за ней из клубящейся серо-бурой массы метнулось туманное щупальце, искрящееся сотнями болотных огоньков. Щупальце в мгновенье ока высосало всю силу из незадачливого колдуна, после чего он почувствовал как его сердце предательски сбилось с ритма и остановилось на веки. Прошло пару секунд, маг пошатнулся и упал замертво. Его товарищи видя такой печальный исход больше не рискнули притронуться к незнакомой ворожбе и полностью сосредоточились на наступающей пехоте, поливая её огненным дождём, стрелами молний и создавая множество других неприятностей орочьим воинам.
   Тем временем забытые всеми гоблинские лучники спокойно подступили к северо-западному и юго-западному склонам холмов и начали высоко вверх выпускать смертоносный рой стрел. Отбивающиеся в панике от мошкары человеческие стрелки начали падать один за другим. Гоблинские стрелы хоть и не обладали большой пробивной силой, зато их наконечники были обильно смазаны сильным ядом. Так что хватало небольшой царапины, что бы участь раненого была предрешена. Ряды человеческих стрелков таяли на глазах. Две стрелы попали в магов и те теперь всеми силами боролись с расползающейся по телу отравой, из-за чего надолго выпали из сражения.
   А орочья пехота, хоть и изрядно потрёпанная заклятьями линурских магов, и стрелами лучников, всё же добралась до первых рядов копейщиков. Взревели безумные берсеркеры, завертелись в смертельном танце мастера клинка, обрубая древки копий и разнося в щепы хлипкие щиты ополченцев. Те запаниковали и сломали ряды куда быстрее чем нужно было. В тот же момент, гремя сочленениями доспехов, в рубку вступили тяжелые ратники. Палаши скрестились с топорами и утяжеленными секирами, крепость брони столкнулась с яростью орков и изощренными приёмами мастеров клинка. Между холмами началась кровавая баня, в которой надолго завязли пехотинцы обеих сторон.
   Пока пехота людей и орков яростно рубила друг друга, а гоблинские лучники уже взбирались на холмы, почти полностью недосягаемые для ненавистных человеков, конница зеленокожих обогнула холмы с обеих сторон. Стоявшие там в резерве всадники пограничников прекрасно понимали что сейчас они будут зажаты в клещи, но единственное что они успели сделать, это перестроиться в каре и прикрыть собою тыл сражающейся пехоте. Низкорослые орочьи кони вылетели сразу с двух сторон, они неслись лавиной, не придерживаясь ни какого построения. В отличие от человеческих всадников, орки не пользовались копьями в конных боях. Вооружены зеленокожие наездники были двумя метательными топориками и громадными двуручными топорами, которым они управлялись с завидной ловкостью даже в седле. На расстоянии нескольких конских корпусов, орки слаженно метнули топоры, раздались крики боли и несколько десятков линурских всадников упало наземь. Через секунду зеленокожие с жутким рёвом врубились в ощетинившееся копьями каре. Передние ряды орков налетели на стальные наконечники копий, их пронзало насквозь, падали проткнутые кони, с треском разлетались в щепы щиты. Люди отбросили отслужившие своё, сломанные, древки и взялись за мечи и шестопёры. И хоть сражались они умело и доблестно, всё равно их участь уже была предречена - орков было куда больше, и дрались они с просто несравненной яростью...
   ...Через пол часа битва была закончена. Человеческие защитники границ Линура полегли все до единого - зеленокожие не брали пленных и не щадили раненных. Слишком велика была их ненависть к вероломным человекам...
   ...Полковник Вильио Ставерез лежал на мокрой траве истекая кровью и не мог понять почему он до сих пор жив, если всех остальных его соратников обезумевшие орки порубили всех до последнего человека. Хотя нет, вон там, сквозь ряды мародерствующих победителей вели двух, непонятно каким чудом выживших, полковых магов. Подталкивая их в спины рукоятями топоров, четверо орков подвели их к Ставерезу и оставили возле него. Медленно тянулось время, маги о чём-то перешептывались друг с другом, полковник молчал, издавать какие-либо звуки у него не было ни каких сил. Он уже начал чувствовать что его сознание начинает мутнеть в преддверии забытья, как вдруг нечто новое заставило его собраться и отогнать зовущий дремотный покой. К пленникам, сквозь нагромождение мёртвых тел, пробирался громадный орк в невиданных для зеленокожих драгоценных доспехах, явно работы подгорных мастеров, а рядом с ним двигалось отвратительнейшее существо. Полковника передёрнуло от его белёсой прозрачной кожи и пустых бельм глаз. Подойдя вплотную к пленникам орк с ненавистью уставился на них, после чего обратился к уроду на орочьем наречии. Ставерез который немного понимал этот язык внимательно прислушался.
   - Гибревил, какого демона ты приказал оставить в живых этих бледных слизней?! - прорычал орк, даже не повернувшись в сторону уродца.
   - Я прошу меня простить доблестный Варадих, но нам будет только на руку ужас сковывающий врагов от одной вести о нашем приближении. А как враги будут знать о нашей ярости и силе, если все помрут у этих холмов? Кому-то же надо донести весть о нашей победе до своих мерзких сородичей? - голос существа был тихим и журчащим, ни как не вяжущимся с отвратительной внешностью.
   - Кажется в этом ты прав хоргв. - прорычал Варадих. - Но ты что совсем обезумел на своих топях, если решил оставить в живых двух магов и главнокомандующего?
   - Во-первых маги эти слабы и жалки - они не предоставляют для нас вреда. Во-вторых кроме мага ни кто лучше не распишет ужасность и непостижимость нашей магии. А в-третьих главнокомандующего оставлять в живых я и не собирался. С этими жалкими колдунчиками поле брани покинет только его голова.
   - Теперь твоя идея и мне нравиться. - губы Варадиха расплылись в довольной ухмылке. - Пожалуй я сам срублю голову этому слизню.
   Последнее что в своей жизни увидел полковник Ставерез была занесённая для удара секира Варадиха. Он не выдержал и прикрыл глаза. "Хорошо что хотя бы мы их изрядно потрепали" - для успокоения успел подумать он. Это была последняя мысль полковника Вильио Ставереза, годами исправно охранявшего границы Линура. Единственное о чем он не догадывался, так это то, что пал он в битве лишь с авангардом зеленокожего воинства. Основные силы Орков были только на подходе...

*******

  
   Трое всадников двигались пятый день в тени Тройных Гор. За это время ни чего значительного не происходило, казалось что этой дикой местности было глубоко наплевать на происходящие в большом мире волнения. Постепенно стали подходить к концу съестные припасы, и хоть Арвигель пару раз добывал в лесу, во время ночного привала, свежую дичь, но все равно мешки с едой начали показывать своё дно. Больше всех это беспокоило Йоргистола - гном очень трепетно подходил к вопросу сытости своего живота. И вот около полудня он беспокойно закрутил рыжей головой по сторонам, после чего обратился к рыцарю:
   - Арвигель, я довольно хорошо знаю здешние места, правда только по карте, но гномьи карты всегда отличались предельной точностью. Правда я сейчас хочу сказать не о мастерстве наших картографов. Судя по карте, здесь, чуть в глубине леса, находится довольно большая людская деревушка. В этой деревушке наши северные экспедиции всегда пополняли запасы провизии. Так вот я и помозговал, почему бы и нам не заехать туда и не наполнить свои исхудавшие мешки. А то путь нам предстоит ещё неблизкий - до одних только мелдисовых нор дней шесть ехать, как бы не подохнуть нам с голоду. - всё это гном выпалил на одном дыхании с надеждой заглядывая Арвигелю в глаза.
   - Пожалуй ты прав, Йорги. - особо не раздумывая ответил кан-Нарви. - Под землёй мы особо не поохотимся. Честно говоря я и сам задумывался где бы нам разжиться запасом еды.
   - Очень хорошо! - радостно вскричал гном. - Тогда надо всматриваться в кромку леса повнимательнее, скоро должна появиться узкая тропинка, которая и выведет нас прямиком к деревне.
   - Откуда такие подробности, Йорги? - вмешался в беседу Тавлиус. - Неужели тропа тоже была обозначена на карте?
   - Нет, просто каждая наша карта дополняется довольно увесистым томиком дополнений и комментариев. И затопчи меня грызак, если найдётся дорога или тропинка которая в них не отображена. Разве что она появилась после последней редакции карты. - гном воинственно насупился, готовый отстаивать достоинство родной картографии.
   - И что, у тебя есть с собой такая карта? - спросил Арвигель. - Откуда ты знаешь такие подробности?
   - Очень жаль, но карт у меня с собой нет. Их запрещается выносить за пределы книгохранилища. Но в своё время мне пришлось заучивать все карты на память. Это обязательный шаг для восхождения по карьерной лестнице учёных, и слава Первогному я ещё не всё позабыл.
   Рыцарь и оруженосец с уважением взглянули на своего бородатого спутника, если всё что он говорил было правдой, то в его голове хранилось неоценимо драгоценная информация.
   - Ну ладно, давай высматривай свою тропку. - улыбнувшись прервал невольную паузу Арвигель. - Поедем, раздобудем себе провианта.
   Молча проехали примерно полторы лиги, каждый из товарищей задумался о чем-то своём. Только Йоргистол сочетал свои размышления с внимательным осмотром кромки леса и неровной линии горных вершин. Вдруг он натянул поводья и остановил коня.
   - Вон там небольшой просвет между деревьями, нам туда. - сказал гном указывая пальцем в сторону темнеющих деревьев.
   Друзья развернули коней и двинулись в указанном направлении. Через пятнадцать минут они подъехали к указанному месту. Деревья слегка расступались давая протянуться по небольшой и сильно заросшей тропке. Тропинка петляла между стволами и скрывалась где-то в глубине леса.
   - Странно... - проговорил кан-Нарви и спешился, подошёл к тропинке, внимательно её осмотрел и повернулся к гному. - Дорожка выглядит так, как будто по ней ни кто не ходил несколько месяцев. Посмотри там птичье гнездо у самой тропы, вон её перегораживают целые заросли нетронутой паутины, и трава разрослась уж сильно буйно. Давно, очень давно здесь ни кто не ходил...
   Арвигель на минуту задумался.
   - Как далеко находиться твоя деревня? - закончив размышлять спросил он у гнома.
   - Три с половиной лиги. - без промедления ответил он.
   - Ладно тогда всё-таки съездим к ней. Посмотрим что там такое. И почему ни кто не выезжает из деревни так давно. Но всем быть на чеку, чувствую что это не спроста.
   Он одним движением взлетел в седло и первым направил скакуна по заросшей тропке.
   - Как кстати называется эта деревня? - спросил у гнома Тавлиус.
   - Борная. Там глубже смешанный лес переходит в дремучий сосновый бор, оттуда и название. - буркнул гном достал из седельной петли свой гарпун и стал внимательно зыркать по сторонам. Слова Арвигеля ему не понравились и заставили насторожиться.
   Тропинка действительно оказалась давно нехоженой. Ехавшему спереди Арвигелю приходилось разрывать целые пласты паутины. Трава кое-где достигала до конских животов. Складывалось впечатление что по крайней мере весь тёплый сезон здесь точно ни кто не ходил, не топтал бурьян и не нарушал идиллию паучьего царства. Постепенно лиственных деревьев стало встречаться всё меньше, на смену букам, грабам и берёзе пришли владения вековечных сосен. И вместе с изменением растительности произошла какая-то невидимая переменна в атмосфере леса. Только что он был пронизан стрелами солнечных лучей и наполнен весёлым птичьим щебетом и вот от этого ни осталось и малейшего следа. Солнечный свет щедро разбавили тени, полумрак и кое-где стелящийся по земле туман, голоса птиц стихли, а дневное тепло сменилось могильной промозглостью. В воздухе витал дух неясной угрозы.
   Лицо Арвигеля превратилось в камень, он полностью сосредоточился на окружающей обстановке, стараясь не пропустить не одного движения сосновой иголки, ни одного шепотка ветра, что бы вовремя встретить возможную опасность. Тавлиус быстро зашептал заклятье, сплетая силу в нужный ему узор. Ему не хотелось тратить запомненные заклинания раньше времени. С последним словом ворожбы над молодым магом повисло четыре огненные горошины, готовые по одной его мысли поразить цель. Они хоть и не обладали разрушительной мощью его обычных огненных шаров, но при метком попадании убить смертного могли запросто. Йоргистол нажал какой-то выступ на груди своего доспеха, и шлем, лежавший до этого как гротескный металлический капюшон, с щелчком принял боевое положение и полностью закрыл голову и лицо, оставив снаружи только буйную рыжую бороду.
   Через пару минут кони заупрямились и отказались идти вперёд. Пришлось товарищам спешиваться и брать их под уздцы. Упрямясь и фыркая они дали таки повести себя.
   Гном не выдержал первым:
   - Арвигель, может ну их к грызаку под зад, эти припасы? Что-то больно здесь неуютно, кажется мне что не найдём мы в деревне живых никого. Давай пойдём назад, денька два поохотимся да раздобудем себе харчей. - Йорги с надеждой взглянул на рыцаря.
   Арвигель остановился и повернулся к гному.
   - Раз мы уже решили идти сюда, надо доводить решение до конца. Дойдем до деревни, осмотримся на месте, и выясним что там происходит. Если действительно нет никого в живых, то тогда и вернёмся.
   Прошло ещё минут двадцать, и деревья наконец-то расступились, открыв взгляду большую засеку на которой и стояла Борная. Неказистые покосившиеся срубы выглядывали через прорехи в частоколе, залаяло несколько собак, видимо услышав фырканье коней, но ни одной живой души на встречу не вышло. Товарищи подошли к открытым и перекошенным воротам. Петли были погнуты так, словно в ворота лупили тараном, доски ворот и брёвна частокола были все изрыты глубокими царапинами, как будто орда пьяных тигров точила здесь когти.
   - Ох чую, лучше бы мы повернули обратно... - забурчал гном.
   - Йорги, ты же мечтал о подвигах. - подколол его Тавлиус.
   - Подвиги хорошо обсуждать с друзьями за кружкой доброго портера, а в процессе их совершения нет ни чего хорошего. - философски ответил гном.
   Арвигель тем временем уже зашел за ворота. Его глазам открылась картина запустения царящая вокруг. В большинстве домов окна были заколочены, а там где это не было сделано они зияли жуткими провалами, показывая разгром произошедший внутри. Кроме разрывающихся от лая собак не было видно ни какой живности - ни кошек, ни кур, ни свиней. Да и сами собаки гавкали изнутри каких-то домов, снаружи ни одна не бегала.
   Арвигель ошарашено остановился посреди этой разрухи.
   - Да-а-а, что бы здесь ни произошло, провизию мы врядли сможем купить.
   Он сделал еще пару шагов, волоча на поводу упирающегося коня, как вдруг тяжёлая дверь стоящего слева сруба резко отварилась. Из неё вылетел тщедушный мужичок заросший жиденькой бородёнкой, и беспорядочно машущий топором.
   - Пошли вон! Пошли вон сволочи! Ночь ваше время! Нечего нас и днём изводить! - не то кричал, не то рыдал он.
   Арвигель неуловимым движением извлёк из ножен Разящий Луч и ударив клинком плашмя по топорищу, выбил из рук мужичка его неказистое оружие. Топор упал в грязь, а вслед за ним на землю грохнулся буян, сбитый с ног хлёсткой подсечкой.
   - Ну давай жри меня!!! Жри урод!! Всё равно недолго жить осталось, если вы и днём лазить по земле стали! - обладатель куцей бородки зажмурился, и шумно задышал видно ожидая что сейчас его сожрут. Но прошло с пол минуты, а ни кто не вонзил в него зубов и не стал рвать плоть. Поняв что немедленная смерть ему не грозит, мужичок приоткрыл глаза и начал осторожно шарить по земле рукой, ища топорик.
   - Успокойся. Людьми я не питаюсь. - ухмыльнувшись сказал кан-Нарви. - И свой грозный топор можешь поднять, с ним ты всё равно мне не страшный.
   - Ты-ы-ы что живой человек? - удивленно спросил мужичок.
   - Как видишь. И мои товарищи тоже очень даже живые. - ответил рыцарь указав рукой на стоящих возле ворот Тавлиуса и Йоргистола.
   - Боже правый! Хвала Сатоду! - мужик казалось захлебнётся от радости. - Нита, Варик выходите! Тут люди живые! И кажется они воины могучие! Может они избавление нам принесут от тварей богомерзких.
   Захлопали двери и из деревянных домиков повыскакивало десятка два народа. Взрослые и дети, старики и молодые девицы - все были сильно измождены, а на лицах читалась печать непроходящего страха. Они обступили Арвигеля, смотря на него с надеждой, и украдкой поглядывая на замерших возле ворот мага и гнома.
   Арвигель обернулся по кругу, заглядывая в глаза и лица, и в каждом лице, в каждом взгляде он видел глубоко въевшийся ужас и отчаянье. Где-то в одном из срубов зарыдал младенец. Метнулась к нему растрёпанная мать. Арвигель не думал больше ни секунды:
   - Кто у вас старший? - спросил он. Из толпы выдвинулся крепкий мужик с телосложением кузнеца. - Рассказывай что у вас происходит. Остальные по домам!
   Люди покорно разошлись. Арвигель сел на завалинку возле ближайшего дома и подождал пока к нему не подойдут товарищи.
   - Ну давай говори. - снова он обратился к старейшине. - А мы придумаем чем сможем помочь.

*******

  
   - Ну и в грызачье же дерьмо мы вляпались, дорогие мои друзья! - в сердцах выпалил Йоргистол когда староста закончил свой рассказ.
   Гном нервно затеребил бороду посматривая то на Арвигеля, то на Тавлиуса. Рыцарь размышлял, маг казалось полностью погрузился в глубины своего разума.
   И призадуматься им действительно было от чего, довольно невесёлую историю им описал староста Борной...
   ...Странные события начали происходить ещё с зимы. Птицы, улетающие зимой на юг как всегда унеслись в свой далёкий вояж, но замена им не появилась. Пернатые обитатели крайнего севера, перебирающиеся с наступлением серьезных холодов поближе к Линуру, в этом году почему-то не прилетели. Куда-то запропастилось и лесное зверьё, охотникам приходилось забираться всё дальше и дальше в лес в поисках добычи. Деревенские жители даже и не знали что им и думать. Решили что чем-то прогневили Сатода, и стали активно молиться ему в небольшой часовенке, но зверьё от этого не вернулось. Люди были в недоумении, деревенская знахарка, которая казалось знает ответы на все запутанные жизненные ситуации, не могла ни чем помочь, а охотникам приходилось уходить в лес все дальше и дальше от деревни. Время шло, снег начал таять, проклюнулась первая зелень - в Борную пришла весна. Настал праздник Светлой памяти, во время которого издавна было заведено приносить дары на погост, дабы уважить спящих предков и отблагодарить их за дарованную однажды жизнь, за присмотр и за заботу. Погост находился в нескольких лигах от деревни и был очень древним. Молва гласила что ещё задолго до Войны Богов, там было древнее капище, но кому там поклонялись ни кто уже и не помнил. Поговаривали так же, что в толще земли, под кладбищенским холмом, схоронили живьём чернокнижника, погрешившего против Сатода. Но к этой легенде народ относился с недоверием, как к страшилке которой пугают зимними вечерами непослушных детей. В день Светлой памяти, вся Борная кроме ушедших далеко в лес охотников, да совсем малых карапузов, набрав даров направилась на погост. Был полдень, солнце весело пригревало лучами землю, люди шли весёлые, предвкушающие вечернее застолье. Но на подходе к кладбищу разговору как-то постепенно умолкли. И вроде бы всё было как всегда - "сатодовы стрелы" всё также смотрели в небо с могил, надгробные валуны как всегда пестрели выбитыми на них именами, но всё равно какое-то чувство затаившейся опасности заставило деревенский люд насторожиться и приутихнуть.
   Со скрипом раскрыли кладбищенские ворота, зашли в них и начали раскладывать дары возле семейных могил. Тем временем деревенский священник с помощью двух мужичков установил в центре погоста небольшой алтарь. Закончив недолгие приготовления он позвонил в серебряный колокольчик созывая к себе паству. Люди собрались вокруг него, все притихли пытаясь настроиться на предстоящее священнодействие. Но ни у кого это ни получалось, вместо торжественного благоговения в душу заползал мерзкий липкий страх. Священник начал читать молитву, паства зашевелила губами, беззвучно вторя ему. Обычно очень громкий и торжественный голос брата Соронима зазвучал приглушенно и даже как-то жалко. Одно за другим текли слова молитвы, но люди вместо успокоения начали в страхе оглядываться по сторонам. Дневной свет внезапно стал тусклым и блеклым, тени искривились и зашевелились словно живые, и со всех сторон стали доноситься стоны, вздохи и эхо злобных криков. Раздался протяжный шипящий звук, и из земли стал просачиваться сизый тяжелый туман, быстро заполняя собой всю территорию погоста. Священник сбивчиво зачитал молитву "Да исчезни зло!", но голос его срывался и звучал всё более жалко. Вдруг над погостом раскатился жестокий и безжизненный смех, его звук заставил людей задрожать, а некоторых и вовсе упасть в рыданьях на землю.
   - Как посмели вы жалкие смертные прийти на мою землю с такими ничтожными дарами! - разнёсся в воздухе мертвый скрипучий голос. - Не ваша бесполезная пища нужна мне, а кровь, страх и покидающая бренное тело жизнь! Все вы поплатитесь за неуважение, все станете пищей мне и моим слугам!
   В тумане стали прорисовываться тёмные фигуры, окружающие сбившихся в страхе людей. Страх сковал деревенским жителям ноги и они покорно ждали приближающуюся смерть, но вдруг старая знахарка, присутствующая на празднике, выкрикнула какое-то заклятье и начала бросать в тёмные фигуры слегка светящееся зерно из мешочка на поясе. Темные силуэты воем отпрянули назад, но тут же начали опять неспеша приближаться. Знахарка выкрикнула ещё одно заклятье и страх слегка отпустил сердца людей.
   - Бегите, бегите быстрее идиоты!!! - яростно закричала она на остолбеневших людей.
   Второй раз им повторять не пришлось, как будто крылья выросли за спиной у только что стоявших беспомощно жителей Борной. В одно мгновение они покинули пределы погоста и вдогонку им раздался жуткий, захлебывающийся вопль знахарки, а за ним скрипучий голос:
   - Убегайте, убегайте, все равно всех достану, даже за пределами моей земли.
   В страхе вернулись люди в деревню. Посовещались что делать и решили слать за помощью к гномам или в Линур. Может у них найдутся герои способные справиться с незваной напастью. Выбрали двух человек и дав им коней благословили в путь. Но к вечеру они вернулись потрясённые - несколько часов они скакали, а обернувшись назад увидели просматривающейся между деревьями частокол родной деревни. И как гонцы ни старались, отъехать дальше у них не получалось. Люди поняли что жуткий умертвий с погоста наложил на деревню сильное заклятье и уехать отсюда у них не получиться.
   Но самое страшное началось с заходом солнца. Примерно через час после того как на землю опустилась тьма за частоколом раздалось шарканье шатких шагов, невнятное бормотание и приглушенный утробный вой десяток глоток. Затем чьи-то ногти стали царапать толстые брёвна и кто-то стал мерно и сильно бить в ворота. Выглянув в щель между брёвнами, специально оставленную для стрельбы во время осады, деревенские жители увидели несколько десятков оживших трупов, упорно пытающихся прорваться за пределы забора. Одежда на мертвецах почти полностью истлела, гниющая плоть свисала отвратительными клочьями с потемневших костей, а запах который они распространяли вокруг себя вызвал тошноту даже у крепких желудком людей.
   Всю ночь жители деревни не спали и пытались как могли навредить гниющему воинству. Но на стрелы мертвяки обращали внимания не больше чем на комаров, а схлестнуться с ними в рукопашную желающих не нашлось. С наступлением утра трупы убрались к себе на кладбище. Жители Борной облегчённо вздохнули - если так будет и дальше то отбиваться от нежити можно будет довольно долго. Но они жестоко ошибались. Ещё несколько дней прошло в таком же ритме - ночью нежить атаковала частокол, днём борчане его латали и даже пытались делать немудреные ловушки на оживших мертвецов. Так прошло шесть дней, а на седьмой вернулись охотники. Вернулись они ночью, когда Борная привыкшая к ночным осадам спокойно спала. За частоколом присматривали трое часовых. Что именно с ними стало ни кто точно не знает, но живыми их ни кто больше не видел. Из пяти охотников вернулось двое, они подошли к своим домам, стали стучаться в двери и проситься внутрь. Им конечно же открыли. Родственники охотников страшно поплатились за эту ошибку. Вернувшиеся уже не были больше людьми. Посиневшая кожа, тускло светящиеся бельма глаз и перекошенные от жажды убивать рты - вот что предстало перед открывшими двери людьми. В двух несчастливых домах начался настоящий кошмар. Быстрые, безжалостные твари с лёгкостью искалечили людей, связали их, а потом открыли ворота внутрь деревни. Сквозь открытые створки вломился добрый десяток оживленных костяков, похватал связанных, воющих от боли и страха людей, и потащил их живьём в сторону погоста. Несколько смельчаков попыталось отбить односельчан, но они не смогли тягаться с быстрыми и хитрыми тварями, в которых превратились бывшие охотники, и тоже были связанны и утащены на кладбище.
   С тех пор для Борной наступили месяцы непроходящего кошмара. Кроме воющих за частоколом трупов, каждую ночь возвращались недавно похищенные охотниками люди. Они просились домой, стучали в заколоченные окна, умоляли друзей и родственников впустить их, говоря о том что им удалось вырваться из лап нежити. Пару раз неразумные борчане открывали им двери, и повторяли судьбу тех кто впустил к себе охотников. Один раз доверчивые дети впустили в дом троих путешественников, рыдавших от ужаса и доказывавших что они с трудом прорвались мимо орд нечестии, оставив умирать своих товарищей. Но опять оказалось что на кладбище путешественники побывали раньше чем в деревне.
   Так прошло несколько месяцев. Борчане поняли что по какой-то неведомой причине твари не могут войти в дом без приглашения, и по этому ни кого уже не впускали после захода солнца внутрь домов. Ночами трупы рыскали по деревне, бывшие односельчане стучались в дома рыдали и угрожали, но на них уже особо не обращали внимания. Помощи ни откуда уже не ждали, и по этому когда в Борную вступил Арвигель с товарищами, то жители по началу подумали что умертвий набрался такой мощи, что посылает своих слуг даже днём. И какая же была их радость когда они поняли что наконец-то у них появился шанс на избавление от кошмара...
   ...Староста ушел в дом пообещав накормить путешественников обедом, а кан-Нарви, гном и маг остались сидеть на завалинке, держа военный совет.
   - Говорил же я - надо вертать назад! - досадовал гном. - Слишком много здесь мертвечины бродит для троих воинов, хотя и весьма сильных.
   - Не так уж и много их, дорогой Йорги. - ответил ему Арвигель. - Мне приходилось попадать в переделки и с гораздо большим числом оживших мертвецов. И могу заверить тебя что есть немало способов как справиться с этими, на первый взгляд неуязвимыми тварями. Главное не терять присутствие духа. Куда большую проблему составляет умертвий засевший на погосте.
   - Но он должен быть ещё не сильно силён, раз он не может кладбище покинуть, и пользуется услугами бродячих костяков. - вмешался в беседу Тавлиус. - Я думаю что если мы сможем поуменьшить его воинство, то проникнув на погост одолеем и его. Вы Арвигель при мне и более могучих врагов одолевали.
   - Частично ты прав Тавлиус, но всё равно мне кажется что не всё здесь так просто. Умертвий может иметь скрытые козыри в рукаве, чего только стоит наложенное на окрестности заклятье. Простому ожившему знахарю такое было бы не под силу. - Арвигель нахмурился погружаясь в раздумье. - Думаю он не из-за недостатка силы остаётся в приделах захоронений. Что-то другое удерживает его там.
   - Что его там держит, разберёмся когда сможем на погост пробиться. - заговорил взявший себя в руки гном. - Надо придумать как деревню отбить и побольше упокоить разгулявшейся нежити. Видеться мне что запуганные борчане много не навоюют. Основную работу придется нам делать. Вот и расскажите мастер Арвигель как эту дрянь сподручнее изничтожать можно.
   - Самый лучший способ, это отрубить конечности и то, что осталось спалить. А вот как это удобнее нам будет сделать, и чем смогут в этом помочь борчане сейчас и нужно придумать. - кан-Нарви ненадолго задумался и стал излагать свой план...

*******

  
   Медленно потемнело небо. Зажглась первая звезда, и за ней, словно по команде, одна за другой загорелись яркие точки, превращая небо в волшебную жемчужную россыпь. Выплыл ущербный месяц, своим тусклым светом делающий только более обманчивее и размытие очертания предметов. Самое время распеться ночным птахам, разлетаться летучим мышам, заухать сове и демонически захохотать филину, но вместо этого зашаркали вокруг частокола чьи-то неуклюжие ноги, и забормотали, завыли леденящие душу голоса.
   Прошло несколько минут и десяток быстрых и юрких теней перемахнул через заостренные бревна ограды. И только ноги незваных гостей дотронулись земли, как тут же возле ворот с сухим треском вспыхнул довольно большой костер, украв у ночной тьмы внушительный кусок земли. Десяток неживых бельм уставился на неожиданно появившееся в ночи яркое пятно.
   Рядом с костром стоял человек. Добротная стальная кольчуга закрывала его тело до колен, предплечья скрывались под нарукавниками с торчащими на них угрожающего вида крючьями. В правой руке человек держал обнаженный меч, слабо светящийся в ночи жёлтым солнечным светом, а в левой был небольшой черный щит, словно выкованный из первозданной тьмы. Серые волосы воина были слегка взъерошены, глаза светились яростью, а хищная улыбка не обещала ночным гостям ни чего хорошего.
   - Как, замечательно! Новая жертва сама идёт в руки! - раздался голос с одной стороны.
   - Хозяин будет доволен. - вторил ему совсем детский шепот.
   - Легкая добыча, даже не интересно... - разочарованно прозвучал женский вздох.
   Человек стоял не двигаясь, круг тёмных силуэтов стремительно сужался вокруг костра. Но как только первый мертвяк вошел в световое кольцо, в воздухе просвистело две стрелы с привязанными к ним веревками, и глубоко впились в мёртвую плоть. Тварь рванулась пытаясь разорвать неожиданно появившуюся помеху, но кто-то сильно дернул за веревку и она упала наземь. Тут же стремительно завращался светящийся меч Арвигеля, и в мгновение ока мертвяк лишился конечностей, превратившись в беспомощно дергающийся обрубок. В тот же момент начался настоящий кошмар - с громадной скоростью недавнишние жители деревни бросились в атаку на наглого человека, пылая желанием разорвать его на части. Но тот оказался совсем не прост...
   Арвигель привычно вошел в состояние боевого безмыслия. Дремавшая сила радостно вырвалась на волю наполнив тело невыразимой мощью, а голову незамутнённой пустотой. Он завертелся уклоняясь от атак, приседая, прыгая, перекатываясь и толкая врагов одного на другого. Всё это время меч и щит в его руках казалось жили своей собственной жизнью, отражая удары, дробя кости и отсекая конечности. Разящий Луч чертил в воздухе замысловатые фигуры, рассекая плоть как туман. Словно какой-то безумный демон, а не живой человек, столкнулся сейчас с мертвяками в смертельной схватке. Но все новые силуэты перемахивали через забор, да и уже сражавшаяся нечисть не сильно волновалась лишившись руки или ноги, и исступленно продолжала нападать на бесстрашно рубящегося человека.
   Казалось что сейчас толпа мертвяков возьмет вверх числом, задавит навалившись всей массой наглого человечишку, но тут со стороны домов засвистели новые стрелы с верёвками, выдергивая одну тварь за другой из сражения. Громко хлопнула дверь одного из срубов, и наружу выбежал безумно ревущий с поднятым над головой топором-колуном, закованный в броню гном. За ним выскочили ещё четверо деревенских мужиков вооружённые таким же оружием. Они набросились на подстреленных вражин, сноровисто заработав топорами, превращая их в жалкие обрубки. Проткнутые стрелами твари пытались сражаться, но кто-то неумолимо дергал за верёвки с другого конца мешая им двигаться и валя на землю. Продолжали свистеть стрелы, Арвигель изничтожал особо прытких врагов, Йоргистол с помощниками вовсю пытались не отставать от него, рубя подстреленных мертвяков на мелкие куски. Через несколько минут с прорвавшимися внутрь деревни врагами было кончено, несмотря на всю их быстроту и ярость.
   Кан-Нарви остановился тяжело переводя дыхание - сражение на повышенной скорости сильно истощало организм и сейчас ему требовалась передышка. Вокруг него как оторванные лапки паука-сенокосца шевелились обрубки нежити. Ноги, кисти, туловища и руки бессмысленно дергались, а валяющиеся на земле головы гневно таращили бельма и зло скрежетали зубами. Арвигель жестом руки подозвал к себе одного из гномьих помощников. Тот торопливо подбежал, руки его слегка трусились, но он пытался не показывать свой страх.
   - Бери как можно больше людей с вилами и побросайте эту дрянь в костёр. - сказал рыцарь указав на шевелящиеся обрубки. - Наш маг позаботиться о том что бы тела сгорели побыстрее.
   Мужик нервно кивнул головой и побежал созывать народ. Не прошло и пяти минут как из домов наружу вышли все кому достались вилы, грабли, тяпки, лопаты и любой другой инструмент которым было сподручно сгребать мерзость в огонь. К ним присоединился Тавлиус. Он начал читать длинное заунывное заклятье, вытягивая силу из окружающего пространства и сплетая её в замысловатый узор. С каждым словам вылетающим из уст мага, костёр вокруг которого сражался Арвигель разгорался всё сильнее и сильнее, питаемый уже не дровами, а силой щедро вливаемой в него. Скоро пламя полыхало так, словно в мир вырвался предвечный огонь нижних кругов преисподней. Брошенные в него обрубки сгорали с неимоверной скоростью, и когда в волшебном огне полностью сгорало очередное тело, в воздухе раздавался облегченный и благодарный вздох. В этих вздохах борчане узнавали голоса своих бывших соседей и родственников.
   Прошел час. Все обрубки прогорели в костре и огонь стал утихать принимая нормальные размеры. Арвигель, отдыхавший прислонившись к стене сруба, взял в руку меч и подошел к молодому магу.
   - Пришло время разобраться с тупыми трупами, бродящими за частоколом. - сказал он Тавлиусу. - Ты готов?
   - Да, все нужные заклятья подвешены. Можно начинать. - коротко ответил он.
   Кан-Нарви обернулся вокруг себя, осмотрев двор и громко скомандовал:
   - Женщины, дети и старики быстро по домам! Йоргистол с помощниками останьтесь! Приступаем к второй части плана.
   Борчане тут же кинулись врассыпную, захлопав дверями домов и защелкав задвигаемыми щеколдами. Арвигель, гном и шестеро дюжих мужиков подошли к воротам. Тавлиус остался на приличном расстоянии от них. Он стал выпрямившись как струна и начал погружаться в глубокую концентрацию. Мужики по трое стали с двух сторон укреплённых за день створок, каждый взял в руки по крепкому и длинному бревну. Арвигель и Йоргистол стали по центру. Какое-то время стояли и прислушивались. С той стороны шаркали десяток ног. Вдруг звуки шагов перестали быть беспорядочными - нежить учуяла близкое живое мясо и направилась к воротам. Тяжёлые размеренные удары посыпались на многострадальные створки.
   - Давай!!! - закричал Арвигель и прикрылся заметно увеличившимся щитом.
   Гном метнулся к воротам, приподнял закрывающее их тяжелое бревно и в ту же секунду отпрыгнул обратно. Деревянные створки резко открылись, образовав узкую щель - дальше раздвинуться им не давали мужики упершиеся в ворота концами брёвен. Другие концы своих орудий они упёрли в землю, крепко навалившись на них и не давая нежити раздвинуть щель ни на сантиметр. Мертвяки увидев желанную добычу стали яростно щемиться в проход, но пролезть они могли только по одному. Арвигель и Йоргистол яростно рубили их, изо всех сил стараясь затолкнуть тварей обратно. И пока это у них успешно получалось. Довольно скоро под воротами образовалась большая давка - костяки со всего периметра пытались прорваться в приоткрытые ворота. Они скребли пальцами дерево ворот и частокола, неразборчиво мычали и выли, наваливались один на другого, жадно протягивая руки к такой желанной и близкой живой плоти. Вонь расползавшаяся в воздухе от полуразложившихся тел становилась просто невыносимой. Держать брёвна было все тяжелее - с другой стороны напирало не менее шести десятков оживших трупов. Жилы на мышцах мужиков казалось вот-вот прорвут кожу, все тело взмокло от пота, ноги начинали предательски дрожать.
   - Отходим!!! - наконец-то скомандовал кан-Нарви.
   Мужики бросили брёвно и вместе с рыцарем и гномом бросились в стороны от ворот. Один замешкался и резко распахнувшаяся массивная створка размазала его по бревнам частокола. Толпа жутких мертвяков, рыча и завывая, неуклюжей походкой вломилась внутрь деревни. Все твари осаждавшие Борную собрались здесь и казалось столь жалкими силами их ни за что не остановить.
   Но тут в схватку вступил Тавлиус. Он поднял вверх руки и громко закричал сакральные слова, спуская с поводов туго скрученное заклятье. Тут же земля под ногами мертвяков начала сочиться водой, мгновенно раскисая и превращаясь в жидкую непроходимую грязевую кашу. Твари завязли в ней бестолково дергаясь в жалких попытках освободить увязающие по колени ноги. Тавлиус развел руки в стороны, свел их перед грудью, сложив пальцы в замысловатую комбинацию. Мощная пульсация силы сотрясла окрестности и из земли полезли вверх побеги каких-то вьющихся колючих растений, крепко оплетая мертвяков и полностью лишая их возможности двигаться. Гниющие уродцы дергались, рычали, злобно выли, но порватиь путы ни у одного не получилось.
   - Молодец! - крикнул магу, широко раскрывший от восхищения глаза, гном. - Теперь пали их, пусть сгорят дотла!!!
   Тавлиус вытянул вперёд руки раскрыв ладони как разворачивающийся цветок. Всё тело его затряслось от пропускаемой силы - он спускал сразу несколько заклятий, одно за другим.
   Есть такая техника в магии, как "наложение". Несколько одинаковых заклятий отпускается магом одновременно, при этом они накладываются одно на другое, очень сильно увеличивая свою силу. Но пользоваться таким способом нужно крайне осторожно - слишком велик риск не совладать с выпущенной мощью.
   - Отбегайте!!! Быстрее отбегайте!!! - заорал Арвигель своим помощникам, как только понял что делает Тавлиус.
   Люди и гном со всех ног бросились от разошедшегося мага.
   И как раз вовремя. Из рук Тавлиуса вырвался поток пламени не уступающий дыханий разгневанного дракона. Даже отбежавших людей обдало нестерпимым жаром, а мертвяки и вовсе вспыхнули как головешки. Тавлиус стоял продолжая извергать пламя, вокруг него мерцала голубым светом защита защищающая от адского жара. Трупы сгорали, осыпаясь пеплом, сгорел подчистую большой участок частокола, начали тлеть стены ближайших срубов, земля раскалилась и растрескалась, а огонь из рук мага не прекращал изливаться наружу. Потускнела и стала исчезать защитное поле окружающее Тавлиуса и вместе с этим страх появился у него в глазах - он рисковал сгореть вместе с мертвяками.
   - А-а-а!!! Чтоб грызак обглодал тебе обе пятки!!! - заорал Йорги, и дернул за кокой-то рычажок на своём доспехе.
   Как подкинутый катапультой взлетел он вверх и приземлился рядом с попавшим в ловушку магом. Крепко схватил его, ещё прыжок и они на безопасном расстоянии.
   Йоргистол отпустил Тавлиуса, и громко матерясь бросился к колодцу. С поразительным проворством он вытащил из него ведро воды и окатил себя с головы до ног. Вода зашипела и запарила, соприкоснувшись с успевшим раскалиться доспехом, а у гнома вырвался вздох облегчения.
   Взгляды всех людей находившихся в этот момент на улице приковались к магу. Тот обессилено упал на колени, окинул взглядом пузырящиеся ожогами руки, и потерял сознание. В тот же момент беснующееся магическое пламя утихло как и не было.
   Деревенский люд повыбегал из домов. Глаза у многих блестели от радостных слез - они разбили мертвое войско. Хоть и были небольшие потери, но окончательное избавление от кошмара теперь не казалось невероятным.
   Ущербный месяц скрылся за тучкой. Борчане как муравьи носились по деревне, заливая тлеющие стены домов и бревна частокола, несколько женщин возилось с бессознательным Тавлиусом, смазывая его ожоги какими-то целебными мазями, Йоргистол раздавал команды на право и на лево, то и дело вворачивая крепкое словцо, и только Арвигель сидел глубоко задумавшись - он знал что главная битва ещё впереди...

*******

  
   Пришел новый день, похожий на другие как похожи между собой братья близнецы. Холси проснулся и долго лежал придаваясь размышлениям. Все мысли были однонаправленные - как вырваться из позорного плена и догнать ненавистного лича. Пока что он видел один выход - усыпить бдительность своих бородатых пленителей. И вроде бы у него это постепенно получалось.
   Распорядок дня у пленного полурослика был таков: утром его кормили той же пищей, что ели и сами лесовики, потом трое из них уходили в лес за добычей, а один оставался в лагере следить за Холси и своим полоумным товарищем; чуть позже охотники возвращались, полурослика развязывали и давали ему размять затёкшие за день конечности, после чего нагружали всяческими хозяйственными делами до самого вечера. Всё это время он был под пристальным присмотром хотя бы одного бирюка, а если ему в руки давали предмет который мог с горем пополам сойти за оружие, то тогда надсмотрщик брал лук и накладывал стрелу на тетиву. Одно неверное движение и он без колебания выстрелил бы, а в меткости лесовиков Холси убедился сполна, не раз увидев как они подстреливают пробегающее возле лагеря зверьё. Так проходил день за днем, а выхода из создавшегося положения Холси не видел.
   Постепенно полурослику получилось разговорить нелюдимых мужланов. И хотя по началу вместо вразумительных ответов, на свои многочисленные вопросы, Холси получал лишь невнятное мычание и зуботычины, но по прошествии нескольких дней он смог выдавить из одного бирюка нечто членораздельное, и наметив его как слабое звено стал атаковать расспросами в основном его. Из недолгих разговоров он узнал что звать его Сарыч, соратников своих он называл Свистяком и Жёлудем. Главарь небольшой лесной ватаги звался Громыкой, а их лишенный разума товарищ Пустычём. Жизнь у лесовиков была не лёгкой и не слишком разнообразной. Они по большей части промышляли охотой, иногда грабежом. Летом жили прямо в лесу, зимой уходили в тайную пещеру. Но жизнью своей бирюки всё равно были очень довольны - это было для их недалёких умов куда легче чем крестьянский или ремесленнический труд, а про торговлю им вообще было страшно думать - слишком уж это мудреное дело. Иногда они похищали девушек из ближайших деревень, дабы потешить свою плоть. Об их дальнейшей судьбе Сарыч умалчивал, но по выражению его бегающих глаз Холси понял что врядли несчастные долго оставались в живых. Ни чего особенного лесовик больше не рассказывал, а при вопросе о их встрече с личем вообще впадал в лёгкую панику и надолго умолкал. Видимо уж слишком сильно их перепугал однажды умерший. Зато очень любил Сарыч слушать о том что происходит в большом мире - слишком уж давно не выбирались бирюки из лесу. И хотя Холси сам практически ни чего не знал о происходящих на Эймисе событиях, но зато фантазия у него была просто превосходная. Благодаря этому своему врожденному качеству полурослик рассказывал лесовику удивительные истории о том, что якобы происходило за многие годы в окружающем лес мире. Холси ухватился за этот шанс как за свою последнюю надежду и старался не закрывать свой рот ни на минуту. Постепенно число слушателей пополнили и остальные пленители. По их реакции на свои истории полурослик понял, что они ни менее дремучи чем их соратник Сарыч. Это только подзадорило рассказчика и он более вообще не стесняясь придумывал всё новые и новые увлекательные истории.
   Так прошло еще несколько дней. Постепенно, благодаря возникшему шаткому мостику общения, бирюки стали менее пристально следить за своим пленником, а тот в свою очередь не пытался сразу же злоупотреблять послаблением охраны и выжидал удобный, для начала активных действий, момент.
   И вот сегодня этот момент наконец-то настал, решил для себя Холси. Совсем недавно у него перестала дико болеть голова, после рокового удара дубинки Громыки, и он смог в достаточной мере сосредоточиться что бы скрутить простенькое заклятье очарования. На большое его не хватило из-за маленького таланта в классической магии, но для задуманного должно было достаточно и этого. Ещё вчера полурослику удалось спрятать в складках одежды довольно острый осколок камня, кое-как могущий сойти за подобие ножа. Настал момент для решительных действий.
   Как раз сегодня за Холси оставался следить Сарыч, уже считавший пленника чуть ли не своим другом. Он как всегда покормил вечно ненасытного Пустыча, который сидел крепко привязанный к дереву, дико таращил глаза и беспрестанно подвывал. Когда кто-нибудь подходил к нему на расстояние хотя бы трех шагов, Пустычь начинал отчаянно дергаться и щелкать зубами, в надежде вырваться и вгрызться в мягкую живую плоть. Кормили его мясом, которое осторожно протягивали ему, следя что бы не тяпнул зубами за пальцы.
   После кормёжки товарища Сарыч обычно подходил к связанному полурослику, пообщаться и послушать его замечательные рассказы. В последнее время бирюк даже поддавался на просьбу чуть-чуть послабить путы. Холси жаловался ему что тугие верёвки натерли все тело, и просил слегка ослабить их, мол: все равно не куда не денусь с таким умелым и метким охранником. Сарыч подавшись на лесть и проникнувшись симпатией к пленному немного распускал крепкие узлы. Вот и сейчас перекинувшись несколькими фразами с бирюком Холси заёрзал, якобы пытаясь устроиться хоть чуть-чуть поудобнее, и потом обратился к бородачу:
   - Сарыч! Слышь Сарыч! - голос полурослика стал просительно-жалобным. - Послабь, будь другом узлы, мочи уже нет, так за ночь все тело натёрли. Ты же знаешь я ни чего плохого не сделаю, уже ведь не в первый раз.
   - Ладно, ладно. - пробурчал в бороду лесовик. - И где таких людей бабы только родют - мелких, да нежных? Как только ты по лесу до нас добрел и не сожрал тебя ни зверь, ни тролль?
   Бирюк побурчал ещё немного и подойдя к Холси начал распускать узлы. Лук со стрелами остался лежать чуть в стороне, но к поясу лесовика все равно всегда были прицеплены грубая дубинка и видавший виды охотничий нож с костяной рукоятью. Раньше этот нож принадлежал Громыке, но тот отобрав у пленника великолепный стальной кинжал и набор метательных ножей, свой нож подарил Сарычу, а красивые оружейные обновки прицепил к себе на пояс, хотя как управляться с метательными ножами он не особо представлял.
   Холси почувствовав что путы ослабли слегка шевельнул рукой и смог дотронуться до волосатой ладони лесного разбойника. В тот же миг он выдернул скобу скрепляющую его нехитрое заклятье. "Вздох святой дружбы" - так называлась эта ворожба. Довольно слабое и немудреное заклинание, и если у жертвы сильная воля, даже без магических приёмов она сможет успешно противостоять ему, порой даже сама этого не заметив. Но в этом случае полурослику повезло - сильная воля возле Сарыча даже рядом не стояла. Раздался тихий звук, как будто кто-то очень добрый и печальный тихонько вздохнул, скорбя о жестокости и несправедливости мира. И в ту же минуту Сарыч совсем другими глазами взглянул на пленника. Теперь в его взгляде легко читалась преданность и глубокое уважение к пленному.
   - Позволь я тебя полностью развяжу Холси. - кинулся было полностью освобождать от верёвок полурослика бирюк.
   - Нет. Подожди. - совсем другим, сильным и властным, голосом ответил кир-Мохноног. - Пусть придут с охоты твои друзья, отдохнут слегка, а уж потом и поговоришь с Громыкой зачем и почему надо меня освободить. Я ведь и о тебе тоже забочусь - сам подумай что скажут твои товарищи, а в особенности Громыка, если увидят что я без верёвок спокойно разгуливаю по лагерю.
   - Ты прав. Придет Громыка, Жёлудь и Свистяк и я с ними потолкую по душам.
   Они продолжали беседовать, а Холси аккуратно подпиливал узел удерживающий верёвки острым краем камня. Его план двигался в нужном направлении, как он и задумал...
   ...Прошло несколько часов. Пришли из лесу добытчики, неся прикрученную ногами к свежесрубленной жерди молодую косулю. Они бросили на землю добычу, после чего Свистяк пошел посмотреть как чувствует себя безумец, а Громыка с Жёлудем уселись на траву слегка перевести дух. Сарыч, как и рассчитывал Холси, не стал особо ждать, и тут же пошел к главарю решать судьбу новообретенного друга.
   - Громыка! - с места в карьер начал накрутивший себя за несколько часов бирюк. - Надо что-то решать с Холси! Он уже много дней валяется на земле, связанный как какой-то баран перед закланием. Мне кажется не придёт уже за ним Страшный. Отпускать надо паренька.
   - Ты что совсем тут на солнцепеке мозги себе изжарил!!! - заорал лёгкий на гнев Громыка. - Не ожидал от тебя такой дури Сарыч. Видно совсем тебе мозги изосрал своими россказнями этот маленький уродец! Да ты вообще соображаешь, что несёшь! Его поганая жизнь, это залог возвращения к нам Пустыча, а он кстати жизнь тебе спасал, и не раз!
   - Это я прекрасно помню, но кроме этого вижу во что Страшный превратил Пустыча. Сдаётся мне, что не сможет он сделать его прежним.
   - Вот и я говорю, по горлу ножом и хорош с ними обеими возиться. - встрял в разговор понявший всё по своему Свистяк.
   - Какое, к демонам, по горлу ножом?! Вы что, охренели тут оба!!? - не унимался разозлившийся Громыка. - Придется напомнить вам кто тут главный.
   Он молниеносным движением сорвал с пояса дубинку и треснул её Свистяка - тот был слегка поменьше размерами. Треснул несильно, а так что бы оглушить для острастки. Сарыч в тот же момент схватился за недавно подаренный Громыкой нож, а Жёлудь нацелился в их направлении из лука, видимо соображая чью сторону принять в неожиданном конфликте. Все на какое-то мгновенье позабыли про пленника. И зря...
   Холси, как только бирюки сцепились между собой, сбросил с рук разрезанные узлы, с феноменальной скоростью распутал ноги, и сразу же после этого воззвал к теням. Кир-Мохноног всё-таки не просто так стал выпускником Училища Кадетов. Не особо он овладел премудростям классической магии, бойцом был чуть выше среднего уровня, но в одном деле он стал мастером - в игре с тенями. Этому нелёгкому ремеслу обучал кадетов кан-Раймир, он был старым одноухим эльфом, настолько близко сошедшимся с тенями, что ему даже не приходилось тратить время на теневую песнь, что бы задействовать то, или иное умение. Холси хоть и не был его самым лучшим учеником, однако многое перенял у старого эльфа. О происхождении этого древнего искусства до сих пор спорят исследователи, и пока что выдвинули догадку что зародилось оно в среде воров умевших чувствовать потоки силы, но пользоваться ими они стали очень нестандартно, исходя из своих собственных целей. С помощью коротких теневых песен адепт взывал к теням, и те подчиняясь потоку силы помогали ему. Вот как раз к этому искусству и прибегнул сейчас кир-Мохноног.
   Ответив на призыв, тени вокруг полурослика зашевелились, оторвались от предметов, и как клочки тумана проплыв над землёй облепили его фигуру. Силуэт Холси тот час стал размытым и неопределённым, как большая серая клякса. И понять где именно в этой кляксе был полурослик, а где мираж было довольно затруднительно. Холси тут же рванул в сторону спорящих лесовиков - Громыка больше ни кого не бил, но всё ещё продолжал орать на своих подопечных. У Жёлудя от удивления округлились глаза когда он увидел стремительно приближающееся серое пятно, в котором с трудом угадывался низкорослый пленник. Он выпустил пару стрел, но они прошили тени на вылет и бессильно впились в траву. Холси бежал прямо на Громыку. Тот широко расставив ноги замахнулся дубинкой и со всей силой обрушил её на приближающуюся опасность. Его удар прошел сквозь обманчивые тени, не зацепив Холси. В это же миг полурослик пригнулся и проскользнул у бирюка между ног, затем молниеносно развернулся и выдернул из ножен на поясе лесовика свой кинжал. Не прерывая движения Холси подпрыгнул в воздух и полоснул Громыку по шее, вскрыв при этом сонную артерию. Тугая, пульсирующая струя крови окрасила алыми брызгами воздух. Громыка удивленно вздохнул и осел на траву - жить ему осталось считанные секунды. А Холси тем временем что есть мочи бежал в сторону леса, отчаянно петляя дабы не дать по себе точно прицелиться. Несколько раз стрелы со свистом вспарывали воздух - но все зря, полурослик таки добежал до подлеска и лесные тени надёжно укрыли его...

*******

   Архимаг Гильвирус сидел в своем новом кабинете и придавался тяжким раздумьям. Настроение его ухудшалось с того самого дня, когда двое оборванных магов вместе с головой полковника Ставереза принесли весть о сокрушительном поражении на западной границе Линура. После этого Архимаг не успевал разбираться в горах докладов о продвижении орочьего войска внутрь государства. Вести с мест сражений были далеко не утешительными. Линурская армия терпела поражение за поражением, изо всех сил пытаясь не пускать врага вглубь страны. Орки пёрли неиссякаемой лавиной сметая всё на своём пути. Судя по всему, все мужчины Холмов Мейхан пошли на священную войну отмщения. Линурские крестьяне в панике кинулись искать защиту за крепкими стенами городов, которые доселе считались неприступными. Но события последних дней показали что это далеко не так. Три дня назад войско зеленокожих подошло к Тарогу. Вначале Гильвирус даже увидел в этом событии хорошую сторону - орки стали возле города всеми своими силами, и Архимаг решил что может сыграть в данной ситуации в свою пользу. Осада хорошо укреплённого, почти что непреступного, города дело затяжное и нелёгкое, орочьи войска должны будут устать и измотаться, и к этому времени Архимаг мог бы подвести Линдельмские силы и попробовать разбить врага. В такой ситуации у него был бы большой шанс на успех. Но к сожалению всё пошло вопреки чаяньям Гильвируса.
   Как раз сейчас перед Архимагом лежал подробный отчёт о падении Тарога. Главнокомандующий зеленокожих опять отпустил пару живых свидетелей, дабы они в красках описали весь ужас произошедшего. Орки, подойдя к стенам Тарога, разделились на четыре, примерно равные, группы и стали лагерями с четырех сторон города. Часть их отправилась в ближайший лес рубить деревья на щиты, тараны и фашины. Горожане не особо переживали, все думали что орки надолго засядут под стенами города, а там глядишь и помощь из столицы подоспеет. Тем более одно дело побеждать на поле брани, и совсем другое провести правильную осаду. Некоторые города сидели в осаде и по несколько лет, после чего нападающие уходили ни с чем. Воины городского гарнизона прогуливались по стенам, подростки стягивали наверх стен пучки стрел со складов, мужчины затаскивали бочонки со смолой, которой предстояло кипящей вылиться на головы орков. Так прошел первый день осады - обе стороны вели подготовительные работы к решительным действиям. На второй день жители Тарога были весьма удивлены увидев, что вся заготовленная зеленокожими древесина пошла не на приспособления для штурма, а на четыре громадных костра. Возле каждого из костров засуетились уродливые белёсые создания, и хотя полностью рассмотреть их издали было просто невозможно, всё равно они внушали смотревшим на них ужас и омерзение. Целый день зеленокожие поддерживали костры, добавляя в них топливо, мерзкие блеклые твари крутились вокруг огня, бросая туда какие-то порошки, косточки, перья и время от времени проливая на угли кровь мелкой живности. Странный ритуал длился весь день и закончился глубоко за полночь. К этому моменту все жители Тарога, которые могли чувствовать силу, с трепетом поняли что белёсые существа соткали заклятье просто грандиозной мощи. Всё пространство вокруг города гудело от туго скрученных в хитрый узор потоков силы. Ворожба уродливых созданий была полностью незнакома Линурским магам, а те кто попытался протянуться к странным узорам и разобраться в них жестоко поплатились - срабатывала хитрая защита - один магический удар, скользящий по проложенному самим магом пути, и сердце незадачливого колдуна тут же останавливалось. Город обеспокоился - всем становилось понятно что это будет необычный штурм, но чего ожидать от зеленокожих ни кто не знал.
   Наступило утро третьего дня осады. И с первыми лучами солнца орки начали штурм. Белесые заклинатели спустили с поводов скрученные чары и начался настоящий кошмар. Небо над городом сильно потемнело, откуда-то появился мерзкий грязно-серый туман. Земля вокруг городских стен начала сочиться вонючей затхлой водой, и в течение пятнадцати минут вся почва вокруг Тарога, на расстоянии полёта стрелы, превратилась в настоящее болото с кочками и чахлой болотной растительностью. Защитники города недоумевали - зачем маги зеленокожих предприняли такой ход, ведь теперь их войска не смогут приблизиться к стенам. Но через несколько минут всё стало ясно. Болотная жижа стала вздыбливаться тысячами бугров, которые один за другим стали лопаться, являя миру странных созданий. Небольшие похожие на черепах животные были полностью закованы в костяные панцири. От черепах они отличались тем, что имели длинные ноги, покрытые костяными чешуйками, и плоские зубастые головы. И если бы кто-нибудь смог бы вблизи заглянуть к ним в глаза, то он бы ни нашел бы в них ни капли присущего животным разума. Чужая злая воля полностью управляла поведением этих странных созданий. Бугры лопались извергая недочерепах одну за другой, и очень быстро всё болото было полностью покрыто их панцирями. Зверушки бестолково перетаптывались с ноги на ногу на одном месте, но вдруг получив безмолвный приказ все как одна устремились к городскому рву. С бесстрашием леммингов они бросались на дно рва, заполняя его не хуже фашин, с одним только отличием, что фашины защитники имели шанс поджечь, а милых панцирных зверюшек так просто не воспламенишь. Через несколько минут ото рва не осталось и следа - он весь был заполнен тысячами панцирей.
   Защитники города выбежали на стены. Ждали команды сотни лучников, готовилась вести огонь по пристрелянным ориентирам обслуга баллист, яростно полыхало пламя под котлами с бурлящей смолой. Все ждали того что орки ринуться в атаку. Но полчища зеленокожих стояли не двигаясь с места. Вместо ожидаемой атаки на магическом болоте стали набухать новые пузыри. Только на этот раз размеры их были просто исполинские. По три громадных холма возникли за несколько минут напротив каждого из костров. Они всё увеличивались и увеличивались в размерах, и горожане с ужасом смотрели на них не зная чего ожидать дальше. Один за другим раздалась серия хлопающих звуков - пузыри, достигнув предела, лопались щедро расплёскивая вокруг себя сотни литров зловонной жижи. Когда туча мелких брызг осела на болотистую почву, взгляду тарогцев пристали странные и грозные животные. Громадные и грузные звери издали производили впечатление довольно приземистых. Выглядели они такими за счёт того что их, покрытые толстезным слоем жира, тела держались на похожих на колоны, широко расставленных в стороны, как у ящериц, ногах. Из-за этих полусогнутых ног, необъятные животы чудищ колыхались совсем недалеко от земли. Но было видно что если что-то заставит монстров полностью распрямить ноги, то их головы будут возвышаться над городскими стенами. И опять в громадных круглых глазах зверюг не было видно ни капли разума. Белёсые заклинатели полностью руководили ими, как и полчищем недочерепах.
   Снова разнёсся в воздухе беззвучный приказ, и гигантские твари все как одна двинулись к стенам и воротам города. Их тела тряслись при каждом шаге. Толстая прослойка жира гуляла волнами под твердой шкурой, а громадные костяные шары, размером с хороший снаряд для катапульты, которыми оканчивались могучие хвосты зверюг, прочерчивали глубокие борозды сзади них.
   Защитники на стенах пришли в движение, разнеслись в воздухе громкие команды офицеров, и тут же воздух потемнел от тысяч стрел. Лучники стреляли изо всех сил, стрелы одна за другой взмывали в воздух, но видимого вреда нанести зверюгам не могли, бессильно увязая в толстой жировой броне. Несколько раз выстрелила баллиста, но и её похожие на толстое копьё снаряды, только глубоко увязали в жиру, но остановить гигантов не могли. Наконец-то одна баллиста нашла таки слабое место зверя, прострелив ему насквозь колено. Зверь завалился на раненую ногу, но всё равно пытался ползти вперёд, подталкиваемый неумолимой волей уродливых колдунов. Но порадоваться этой маленькой победе защитники города не успели - гиганты подошли вплотную к стенам...
   Оказавшись около стен зверюги развернулись боком, поудобнее расставили колоннообразные ноги и начали атаковать каменную кладку. Их громадные хвосты, толщиной с хорошую сосну, описав широкую дугу обрушили на стены костяные шары на своих концах. Удары оказались просто сокрушительной силы - ни каким тараном, и ни какой катапультой нельзя было достичь таких разрушений. Два зверя атаковали ворота, не обращая внимания ни на стрелы, ни на потоки кипящей смолы. От толстых, окованных крепкой сталью створок тут же начали отлетать щепы и целые куски древесины. В других местах дело продвигалось не хуже - под ударами монстров стены трескались и дрожали, заставляя стоящих сверху защитников валиться с ног. Было ясно что долго городским укреплениям не простоять.
   Так и вышло. Минут тридцать колотили гиганты своими хвостами по стенам, и за это время защитникам города удалось вывести из строя только ещё одну зверюгу, попав ей из баллисты в не вовремя распахнувшуюся пасть. А по прошествии следующих пяти минут сначала слетели с петель городские ворота, а за ними стали оседать один за другим атакованные монстрами участки стен. Каменная кладка осыпалась вниз со страшным грохотом, поднимая тучи пыли, и хороня под своими обломками сотни защитников города. В городе началась паника - выжившие защитники стен спешно отступали в глубь городских кварталов, за баррикады сооруженные на скорую руку.
   Тем временем исполинские звери отошли от пробитых ими проломов, и начали падать на землю не подавая больше ни каких признаков жизни - бледнокожие маги забирали назад влитую в зверей силу. Быстро высохло волшебная топь, пожухла и осыпалась трухой болотная растительность. Путь для наступления орочьего войска был готов.
   Резкая дробь костяных барабанов разорвала не надолго повисшую над Тарогом тишину. До перепуганных жителей гибнущего города донеслись отрывистые фразы орочьих команд. Прошло не более десяти минут и первая волна зеленокожих воинов ворвалась в проломы. Завязался жестокий и кровавый уличный бой. Каждая новый квартал, каждая новая улица давалась оркам довольно большой кровью. Но силы защитников города иссякали, а зеленокожие всё вливались и вливались в проломы. Бои продолжались до вечера, и приблизительно за полчаса до захода солнца пали последние обороняющиеся.
   Орки вырезали всех мужчин старше семи лет, а женщин и детей угнали в Холмы Мейхан. С ними отправился обоз с их ранеными воинами. Только двоих тарогских раненных солдат, которые были на стенах и видели весь штурм, снабдили скакунами и отпустили в Линдельм, дабы они своим рассказом привели в ужас жителей столицы.
   И жители столицы таки пришли в панику. Все прекрасно понимали что зеленокожих ни что теперь не остановит до самого Линдельма. Отомстить жителям Линурской столицы - вот их главная цель. И если до падения Тарога, линдельмцы с большим скепсисом относились к возможности взятия штурмом их великого города, то теперь стало ясно что такое событие очень даже вероятно. Усугубило нарастающую панику известие о том что покинуть город морским путём не получится - флотилия дракаров под предводительством Таград-даза блокировала выход из бухты. Сами орки напасть на Линдельм не могли, сдерживаемые Великой Цепью, но и безопасно покинуть город ни кому не дали бы.
   Его величество Танир III узнав последние новости изволил закрыться со своими приближенными во дворце и предаться там безумной пьянке, мол помирать так с музыкой. Все бразды правления он передал Архимагу Гильвирусу, назначив того главнокомандующим обороной Линдельма. Отныне и без того плотный рабочий график Архимага стал просто сумасшедшим. Он целыми днями занимался просчётом вариантов обороны, командовал обустройством магических и взрывчатых ловушек на подходах к городу. Занимался размещением беженцев, перераспределением городских ресурсов и выдачи оружия с арсенала. Все нити управления городом завязались сейчас на нём. И хотя оборонный потенциал столицы был весьма и весьма высок, всё равно Гильвирус сомневался что удастся отстоять город - слишком много магов погибло во время побоища, и слишком давно не участвовал в серьёзных сражениях городской гарнизон. А особенно волновала Архимага неведомая магия безобразных союзников орков. Каждый раз они выкидывали какой-нибудь новый трюк, и Гильвирус понимал что на штурм Линдельма у них заготовлено что-то особенное. С чем предстоит столкнуться во время осады Линдельма Архимаг мало представлял и не знал как лучше подготовиться. Но приходилось исходить из того что есть, и Гильвирус пытался учесть каждую мелочь, что бы максимально повысить шансы на победу.
   А несметная орда орков тем временем неумолимо продвигалась к Линдельму...

*******

   Прошло двое суток с той ночи, когда Арвигель с друзьями наголову разбили отряды мертвяков. Оба этих дня товарищи не сидели без дела. Йоргистол собрав вокруг себя всех толковых мужиков занимался починкой царившего в Борной погрома. Арвигель обучал самых крепких телом борчан основам боя, дабы они смогли отбиваться от других нападений. Без дела валялся только кир-Тавлиус Дер-наг. Жуткие ожоги кистей, которые он получил в ходе сражения, доставляли ему страшную боль, от которой он ускользал в спасительное забытье. И хоть он наложил на себя исцеляющие заклятья, да и местные женщины не переставали смазывать раны мага целебными мазями, все равно ожоги не спешили заживать. Нанесённые мощной магией травмы нехотя поддавались лечению.
   Пролетело ещё пару дней. Борная заметно преобразилась: ровно висели наново окованные железом ворота, вычищены и убраны разгромленные дома, вернулись на место сорванные с петель двери и сломанные ставни. Вот только выбитые стекла заменить пока что было нечем. Местное ополчение под руководством Арвигеля уже увереннее стало управляться с топорами и перекованными в копья косами. Ожоги Тавлиуса уже перестали нестерпимо болеть, ему не приходилось валяться целые сутки без сознания, и молодой маг уединился в небольшом пустом сарае, придаваясь медитации и скручивая какие-то заклятия.
   Все эти дни умертвий с погоста ни чем не давал о себе знать. Потерпев разгромное поражение в деревне он предпочёл пока что не высовываться со своей территории, видимо стягивая силу для следующего удара. Он даже снял заклятее наложенное на деревню, и несколько охотников смогли углубиться в лес, пополнить припасы пищи. В принципе товарищи могли покинуть Борную, но кан-Нарви не хотел оставлять дело неоконченным. Какое-то время поразмыслив он решил что надо покончить с этим умертвием пока он снова не набрался силы.
   Для начала Арвигель хотел серьёзно переговорить со своим оруженосцем, а потом уже вплотную заняться делом. Молодого мага он нашёл в пустом сарае на краю деревни, в котором Тавлиус провел предыдущий день и уединился сегодня.
   Протяжно скрипнула дверь впуская рыцаря в уютный полумрак сарая. Пахло прошлогодним сеном, мышами и целебными мазями. Последний запах распространяли забинтованные кисти Тавлиуса. Молодой маг сидел на небольшой кучке старого сена, спиной к входу, и сразу же повернулся на звук отворившейся двери. Увидев Арвигеля он растянул губы в слегка виноватой улыбке. Лицо Тавлиуса было довольно уставшим и ещё несло печать пережитых недавно мучений. Молодой человек попытался было подняться, но Арвигель остановил его:
   - Сиди, я сюда не для церемоний пришел. - сказал рыцарь довольно жестким тоном. - И не стоит делать такое виноватое лицо. Если ты думаешь что я буду тебя отчитывать за твою ошибку, то это не так. Твои сгоревшие руки лучше всего указали тебе на то, где ты дал маху.
   - Арвигель, я и не пытался выпендриться. Я просто хотел спалить мертвяков сразу и наверняка. Не думал что высвобожу такую мощь. - перебил Арвигеля молодой маг.
   - Я слишком хорошо узнал тебя за то время, что мы провели вместе, что бы подумать о том, что ты пытался выделываться. Просто ты слишком часто совершаешь поступки необдуманно, совершенно не взвешивая будущих последствий. Вот и сейчас, если бы не самоотверженность нашего рыжебородого друга, то похоронили бы мы только кучку твоей золы. А я не для того брал с собой оруженосца, что бы принести в Деймор весть о его глупой и бездарной гибели! Настоятельно прощу впредь тщательно взвешивать свои поступки, а если захочется поэкспериментировать с магией, то взгляни на свои изуродованные кисти и вспомни чем заканчиваются необдуманные магические действия!!!
   Арвигель на секунду прервался, переводя дыхание после гневного выпада на своего подопечного. Тавлиус сидел пристыжено опустив голову и переваривал услышанное.
   - Я знаю о чём ты сейчас думаешь, и знаю что все новые находки в магии произошли только после смелых экспериментов. Но только те маги-экспериментаторы, кто тщательно просчитывал свои действия дожили до глубокой старости и умерли не от разбушевавшегося заклятья, а по другим причинам. По этому, прежде чем попытаться сделать что-то для себя новое, тщательно просчитай раскладку всех сил. Если бы ты это сделал перед тем "наложением", то ты бы понял что твоего щита не хватит. Надо было складывать два "адских дыхания" а не три, и ставить на себя две "кожи саламандры" а не одну.
   - Теперь я это тоже понимаю. - тихо вздохнул Тавлиус.
   - Ладно, оставим эту тему. Думаю ты и сам прекрасно понял свою ошибку. Я вообще то искал тебя совсем для другого разговора, да вот не сдержался. - Арвигелю надоело стоять, он взял охапку сена, кинул её на пол и присел рядом с Тавлиусом. - Думаю ты сам прекрасно понимаешь, что раз мы подвязались помочь Борной, то останавливаться на пол пути нельзя. Надо добить ту дрянь, которая окопалась на местном погосте. Я пойду туда сам. От гнома в этой битве толку мало, а ты ещё не до конца боеспособен. По этому мне нужна от тебя некоторая помощь. Во-первых мы сейчас поменяемся с тобой местами, мне нужно уединение что бы скрутить заклятье, а во-вторых на тебя ляжет ответственность в случае моей гибели увести от сюда людей. Я возьму с собой Йоргистола, издали он проследит за ходом боя, и если я проиграю он сообщит это вам. Сам понимаешь что ответственность за выполнение нашей мисси поддет тогда на твои плечи.
   - Теперь я вас не совсем понимаю. - удивлённо поднял глаза Тавлиус. - Ещё совсем недавно вы распекали меня за, то что я предлагал помочь Линуру в войне. Вы говорили что наше задание превыше всего, и помогать каждому встречному мы не имеем права. А теперь сами суёте голову дракону в пасть, ставя под угрозу всю нашу миссию.
   - Ну во-первых я не верю в свой проигрыш, не такой уж и мощный наш враг. Просто я считаю необходимым перестраховаться на случай непредвидимых событий. А во-вторых одно дело уехать из Линура, со всеми его магами и армией, и совсем другое бросить здесь этих людей, которым и помочь кроме нас больше не кому. Можешь считать это моей слабостью, но по-другому поступить я просто не могу.
   - Я не считаю ваш поступок слабостью, кан-Нарви. - в глазах Тавлиуса сквозило немалое удивление. - Просто я думал что руководствуясь первостепенной важностью нашей мисси мы покинем Борную, и разве что выведем от сюда жителей. Вы немало удивили меня своим поступком.
   - Тавлиус, мы уже довольно много пережил вместе, думаю пора перейти в общении на "ты". - сказал Арвигель. - Рад что смог тебя удивить, до этого делать удивительные вещи было твоей прерогативой.
   Кан-Нарви непринужденно рассмеялся, Тавлиус тоже улыбнулся немудреной шутке. Возникшее было напряжение развеялось как дым.
   - Похоже наши отношения выходят на другой уровень. - проговорил молодой маг. - Думаю это только к лучшему. А теперь Арвигель настала моя, очередь преподнести тебе небольшой сюрприз.
   Лицо рыцаря тотчас приобрело настороженное выражение, сюрпризы от Тавлиуса не всегда доставляли ему радости.
   - Я понял что после своей магической неудачи ещё довольно долго не смогу держать боевой посох в руках, сильно ослабив этим наш небольшой отряд. Когда боль поутихла, я стал думать о том как бы вернуть боевую силу нашей компании на прежнее место. И нашёл такой способ. - молодой маг сделал небольшую паузу, наблюдая за лицом Арвигеля. - В тот момент когда я стоял посреди разбушевавшегося пламени, помимо боли я чувствовал как сама суть огненной стихии проникает внутрь меня, в какой-то мере родня меня с ней. Когда боль в сожженных руках поутихла и я стал способен сосредоточиться, я смог призвать стихию огня, и выдернуть из огненного измерения в наш мир фамильяра, для того что бы он стал частью нашего небольшого войска.
   Арвигель облегченно вздохнул.
   - Честно говоря, дорогой Тавлиус, я сейчас ждал от тебя куда большей дурости. Но ты действительно смог удивить меня. Надеюсь что ты полностью осознаёшь всю ответственность ложащуюся на мага, который связал свою судьбу с фамильяром.
   - Я прекрасно знаю что мне придется заботиться о ней и если она погибнет, то я в лучшем случае останусь калекой на всю жизнь, лишившись части своих жизненных сил. Но я также знаю множество могущественных орденских магов, чьи фамильяры были с ними до конца жизненного пути, набравшись при этом немалой силы.
   - Ну что же, в чём-то ты и прав. Давай тогда знакомь с нашим новым союзником. - сказал кан-Нарви, присев на сено рядом с Тавлиусом.
   Молодой маг тихо произнес какое-то странное слово, раздалось шипение, похожее на звук уголька упавшего в воду, и прямо перед товарищами, в воздухе, заплясали язычки пламени. Ещё мгновение, и огоньки слились воедино, приняв форму очаровательной женской фигурки. Вот только размером она была чуть больше человеческой ладони. Огненное создание полыхало небольшими язычками огня, но при этом сохраняло четкие очертания. Длинные волосы пламенной девушки рассыпались по плечам, прикрывая её тело примерно до пояса, не сильно правда скрывая при этом небольшие округлые груди. Лицо было с тонкими, правильными чертами, узкие, поджатые губы говорили о жёсткости характера, а большие глаза светились внутренним светом.
   - Знакомься Арвигель - это Фаргон. - Тавлиус указал рукой на огненную девушку.
   - А это, как я понимаю, кан-Арвигель Нарви - ваш строгий начальник. - мелодичным голоском проговорило прелестное создание. - Я представляла его куда более симпатичным.
   - А я представлял тебя куда более угрожающих размеров, и по крайней мере хоть во что-то одетой. - парировал колкость Арвигель, и продолжил обращаясь уже к Тавлиусу. - Попроси свою союзницу впредь принимать более пристойный облик.
   Фаргон презрительно хмыкнула, и её тело обволоклось легкомысленным огненным платьицем. Впрочем оно не сильно скрывало её формы, а только подчеркивало их.
   - И как такое существо сможет усилить нашу боевую мощь, дорогой Тавлиус? - спросил у мага Арвигель.
   - Фаргон покажи на что ты способна. - приказал молодой маг.
   Девушка с быстротой молнии метнулась к стене сарая, её руки стали длиннее и тоньше, приобретя форму двух огненных клинков. Несколько взмахов, и в бревнах появились дымящиеся сквозные порезы.
   - Хорошее зрелище, но стену сарая может изрубить и неуклюжий мужик. - Арвигель встал, резким движением высвободил из ножен меч и через плечо бросил Тавлиусу. - Пусть попробует напасть на меня.
   Фаргон не дождавшись команды хозяина кинулась к рыцарю. Она с большой скоростью метнулась к лицу рыцаря, пытаясь распороть его рукой-клинком. Затем Фаргон, раскрутившись как волчок, атаковала ноги Арвигеля. Взлетела чуть выше и попыталась порезать живот или кисти противника. И хотя скорость атак огненной девушки была очень высока, но всё равно каждый её выпад натыкался на росчерк солнечного меча. Пару минут длился странный поединок, потом кан-Нарви стал теснить маленького врага, загнал Фаргон в угол и шлепнув плашмя клинком по голове, сбил её на пол.
   Дитя огненной стихии уставилось на рыцаря удивленными глазами. Ещё секунда и Фаргон, поднявшись в воздух, метнулась за спину Тавлиусу и настороженно выглянула из-за его плеча.
   - Довольно не плохой боец. - констатировал факт Арвигель. - Добро пожаловать в нашу команду Фаргон. Надеюсь что со временем ты научишься сдерживать свой вспыльчивый норов.
   - А я надеюсь что со временем вы научитесь не обижать женщин. - выпалила Фаргон и спряталась за спиной мага.
   Арвигель спрятал Разящий Луч в ножны и сел напротив Тавлиуса.
   - Попроси своего фамильяра ненадолго удалится. - обратился к оруженосцу кан-Нарви. - Нам надо закончить разговор, как и начинали - вдвоем, без лишних ушей.
   - Могли бы и лично меня об этом попросить. - Фаргон скорчила недовольную мину, и с шипением растворилась в воздухе.
   Тавлиус неодобрительно зыркнул себе за плечо, видимо собираясь одёрнуть дерзкого фамильяра, но там только вился лёгкий дымок.
   - Да... Норовистого спутника ты достал для себя Тавлиус. Советую тебе приучить её беспрекословно выполнять приказы, а то хлопот потом не оберешься.
   - Я и сам это понимаю, но из всех обитателей огненного плана, до которых я смог дотянуться, она понравилась мне больше всего.
   - Это своим голым телом она тебе что ли понравилась? - подколол мага Арвигель, заставив его слегка покраснеть.
   - Конечно её вид куда более привлекателен, чем у какой-нибудь саламандры или ифрита. Ну и характер у неё куда более покладистый чем у остальных огненных тварей. - ответил Тавлиус. - С любым другим необученным огненным фамильяром проблем было бы ещё больше.
   - Ладно, забота о её воспитании это уже твоя головная боль. Зато у нас в отряде она появилась как раз во время. Пошлёшь её со мной вместо Йоргистола. На роль наблюдателя она подойдет куда лучше гнома. Только проинструктируй девушку о том, что бы не вмешивалась в бой ни при каких обстоятельствах. Мелковата она пока для таких схваток.
   - Хорошо, я так и сделаю. - Тавлиус поднялся на ноги, болезненно морщась при каждом движении. - Насколько я понимаю сейчас тебя надо оставить одного.
   - Да ты прав. И проследи что бы мне ни кто не мешал.
   Тавлиус подошел к дверям, собрался было их толкнуть, но остановился и повернулся к Арвигелю.
   - Заклятье которое ты собрался скручивать - это то, чем ты ошарашил Яттихора? - робко спросил маг.
   - Нет у меня есть ещё пару козырей в рукаве. - ответил Арвигель. - прейдет время и я возможно тебя научу им. А пока что займись тем, что я тебе приказал.
   Тавлиус вышел аккуратно прикрыв дверь. Кан-Нарви поудобней устроился на охапке сена, и начал погружаться в транс, бережно стягивая к себе тонкие потоки силы...

*******

  
   - И всё-таки я бы посоветовал взять меня с собой! Одному соваться в логово этой долбаной мертвечины чистое самоубийство!!! - ярился Йоргистол, загородив Арвигелю выход из Борной. - Или хотя бы идите днём, а не ночью, когда эта дрянь набирается полной силы!
   - Йоргистол, я уже сказал тебе что это моя битва. На этом и покончим. Пойду я сам, и именно сейчас. Потому что днём умертвия придется из земли выкапывать, а ночью он сам ко мне выйдет. - кан-Нарви начинал потихоньку закипать. Гном мешал ему выйти заворота Борной уже десять минут, и более того он нашел поддержку в лице местного населения, которое тоже не хотело гибели славного героя. Около десятка человек стояло возле гнома и умоляюще смотрели на Арвигеля. - Можешь мне поверить - я знаю что делаю, и совсем не собираюсь погибать. Так что пожалуйста освободи проход!!!
   Гном обреченно вздохнул и отошел в сторону. Стоявшие рядом с ним люди расступились в стороны, освободив выход из деревни.
   - Только не говорите потом мастер Арвигель что я не предлагал вам помощи. - Йоргистол ещё раз вздохнул. - И ... Удачи вам!
   - Спасибо Йорги. - Арвигель дружески шлёпнул гнома по плечу. - Благодарю за заботу и могу ещё раз уверить что со мной всё будет в порядке. Всё, увидимся утром.
   Сказав последние слова Арвигель быстрым шагом вышел за ворота и растворился в сгущающихся сумерках. Вслед ему донесся скрип закрываемых деревянных створок.
   Несколько минут рыцарь шел в полной тишине, но потом чуть в стороне от тропы раздался уже знакомый шипящий звук, предвещающий появление Фаргон. Ещё секунда и яркое пламя её огненного тела разогнал ночную тьму. Увидев Арвигеля девушка подлетела к нему, но однако все равно опасливо держалась на некотором удалении.
   Какое-то время шли молча. Угнетало полное отсутствие каких-либо ночных звуков - только шелест ласкаемых ветром листьев, да возмущенный шепот потревоженной Арвигелем травы. Вся живность сбежала подольше от ужасающего соседства с выходцем из Серых Пределов. Прошло ещё несколько минут, и женская натура Фаргон не выдержала затянувшегося молчания.
   - И чем мы будем заниматься вдвоём на кладбище ночью? Надеюсь ни чем через чур извращенным? - с лёгкой издевкой спросила она у Арвигеля.
   - Ты не заметила что в нашем случае извращения физически не возможны? - ответил рыцарь.
   - Да кто знает что у вас мужчин в голове, может вы мазохист какой-нибудь?
   - Пожалуй по возвращению я попрошу твоего хозяина наложить на тебя заклятья немоты, если конечно ты сама не прикусишь сейчас же себе язык. - тон Арвигеля не обещал ни чего хорошего. Фаргон изменилась в лице и ответить не решилась.
   - Молчишь - это хорошо. - рыцарь остановился и повернулся к фамильяру лицом. - Слушай меня внимательно. Когда подойдём к погосту, находись как можно дальше от места схватки, но так что бы видеть что со мной происходит. Не в коем случае не вмешивайся, и если я всё-таки погибну, лети к Тавлиусу и сообщи ему об этом. На этом все твои обязанности исчерпываются. Тебе всё понятно?
   Фаргон утвердительно кивнула головой, всё так же не издав ни звука.
   - Вот и хорошо. Теперь пошли дальше и постарайся не так ярко светить - не стоит сильно привлекать к себе внимание.
   Огоньки на теле девушки заметно поутихли и она стала уже не так сильно заметна. Арвигель одобрительно кивнул ей и зашагал дальше к погосту.
   Тропинка протоптанная многими поколениями жителей Борной извивалась между деревьями, уползая все дальше в лес. И чем глубже уходил по ней Арвигель, со своей необычной спутницей, тем явственнее ощущалось присутствие рядом большого зла - деревья становились всё более чахлыми и скрюченными, трава пожухлой и безжизненной. Вокруг ног начал клубиться сизый туман, о котором упоминали борчане. Ощущение нависшей угрозы нависло над Арвигелем как нож гильотины. Он остановился, вытащил из ножен слегка светящийся в ночи клинок, и одел на левую руку Щит Морлака. Недолго постоял не двигаясь, тщательно прислушиваясь к окружающей зловещей тишине. Вроде бы всё тихо. Арвигель бесшумно, как крадущийся хищник заскользил вперед, приказав Фаргон, жестом руки, оставаться на месте.
   Жуткий утробный вой разбил в мелкие брызги ночную тишину. И вместе со звуком какие-то две непонятные твари бросились сразу с двух сторон на Арвигеля. Тот упал вперёд, уходя в кувырок, вовремя проскользнув под их когтистыми лапами. Твари шлёпнулись на пустое место, но тут же повернулись к рыцарю. Арвигель тем временем резко развернулся, прочертив в воздухе восьмёрку, ярко засветившемся мечом. Одна тварь, глухо фыркнув, уткнулась в землю разрубленной пополам мордой. Но все равно она пыталась подняться, скребя пожухлую траву кривыми когтями. Второе чудище не обращая внимание на судьбу соратника перло на Арвигеля, встав на задние ноги, и маша передними лапами с завидным проворством. Только сейчас стало понятно что у грузного урода четыре человеческие ноги! Но рыцарю было не до этих подробностей. Он рубанул тварь по одной лапе, отрубив этим ударом когтистую кисть. Принял на щит могучий шлепок второй лапы, отлетев от такого удара на шаг вправо. Рассёк пытающуюся укусить пасть. Прокрутился вокруг своей оси и ушел уроду за спину, вспоров при этом его брюхо. Разящий Луч засветился ещё ярче чем прежде, став похож на язык солнечного пламени. Вспоротое брюхо урода задымилось и начало тлеть. Тварь рухнула на землю и задёргалась в предсмертных конвульсиях. Арвигель тем временем подошел ко второму монстру и коротким точным ударом в сердце добил его.
   Кан-Нарви вложил меч в ножны и жестом руки подозвал к себе Фаргон. Девушка тут же подлетела к нему.
   - Круто вы уделали уродцев, мастер Арвигель, а я уже было собралась оплакать вас и возвращаться к хозяину. - промурлыкала она не сумев удержаться от издёвки.
   - Тише! - шикнул на неё Арвигель. - Лучше подсвети. Надо рассмотреть этих монстров.
   Девушка поярче распалила свои огни и глазам соратников предстала довольно мерзкая картина. Таких уродов как сейчас лежали в пожухлой буроватой траве, Арвигелю ещё ни разу не приходилось видеть. Это был кошмарный сплав живой и давно умершей плоти - плод воистину больного воображения. Оба монстра состояли из кусков разлагающихся человеческих трупов и частей тел медведей. К грузному телу лесного зверя, вместо родных ног, были невообразимым способом приделаны четыре человеческие ноги. Голова была собрана из жуткой мозаики людских и медвежьих частей. При чем если медвежья плоть смотрелась совсем живой, то человеческие куски явно не одну неделю провалялись в могиле.
   - Теперь ясно куда делась окрестная живность. Похоже звери таки не успели убежать от опасности. - Арвигель отошел от поверженных врагов. - Пошли Фаргон, думаю дальше нас ждёт что-то поинтересней.
   - Но зачем ему было так уродовать зверей? - девушка была сильно поражена увиденным. - Не проще ли было использовать их в первозданном виде?
   - Страх. Он хочет не просто уничтожить нападающих, но и до смерти напугать. - лицо рыцаря приобрело жестокое выражение. - Только он не знал что встретиться с таким как я.
   Арвигель развернулся и пошел вперёд, опять приказав Фаргон держаться на расстоянии.
   Они продвинулись на какие-то двести метров, когда увидели зависшие в воздухе над тропой два тёмных пятна. Присмотревшись стало понятно что это две разлагающиеся головы, с приспособленными на месте ушей птичьими крыльями. У каждой головы было по четыре крыла. И как назло предательская луна ярко освещала тропинку. Арвигель попытался скрыться от их глаз в тени деревьев, но было поздно - твари отчаянно замахав крыльями поднялись повыше и начали пронзительно вопить. На их крик весь окрестный лес разразился жуткими воплями и воем. Затрещал и зашумел подлесок, ломаемый десятком спешащих к рыцарю тел. Вдруг одна летучая тварь захлебнулась своим визгом и шлёпнулась вниз. Арвигель поднял глаза и увидел как Фаргон на безумном вираже подрезает крылья второму чудищу.
   - Наказание, а не девчонка. - процедил сквозь зубы рыцарь.
   Большего он сказать не успел. Со всех сторон замелькали между деревьев десятки химерных силуэтов, и первые чудища бросились на Арвигеля. Давно светлый рыцарь не попадал в такие передряги. Твари пёрли со всех сторон, и если бы Разящий луч не был таким смертоносным для порождений мрака, то тут и нашёл бы Арвигель свой конец. Уроды ошалело бросались в атаку, завертелся безумный танец со смертью. Кан-Нарви крутился, приседал, прыгал и маневрировал между деревьями стараясь всегда держать прикрытой спину. Сознание рыцаря глубоко погрузилось в боевой транс, щит дрожал от могучих ударов, кисть с мечом описывала просто невозможные траектории кромсая и протыкая врагов. Всепоглощающий боевая ярость начала заливать разум Арвигеля. Ещё пару тварей получили смертельные раны, и теперь уже рыцарь начал теснить их. Отлетали в стороны лапы и головы, мерзко воняли паленой шерстью разрезы на телах монстров, бились и корчились в агонии издыхающие чудища. Пронеслись как одна секунда ещё пару минут резни и осталось всего два уродца. Один с головой оленя, человеческим телом и какими-то крючьями вместо рук, второй - громадный волчара с человеческими конечностями. Волк прыгнул, метя вцепиться в горло, Арвигель скользнул в сторону и одним взмахом меча рассёк тварь пополам. Оленеголовый развернулся и неуклюже поскакал в сторону погоста. За ним огненным сполохом пронеслась Фаргон. Закрутились как пропеллер руки-клинки и рогатая голова упала в траву, дымя перерубленной шеей. Тело пробежало пару шагов, с разбегу влепилось в ствол дерева и рухнуло в траву нелепо задёргав конечностями.
   Арвигель опустил меч и тяжело перевёл дыхание.
   - Фаргон! - позвал он непослушную девицу.
   Та быстро подлетела к рыцарю.
   - Пожалуйста не надо наказывать меня, я же в бой не ввязывалась, только чуть-чуть помогла. - затараторила девушка.
   - Тихо, об этом потом. Лучше прижги здесь и здесь. - Арвигель присел на траву и показал на две рваные раны. Одна зияла на голени правой ноги, вторая кровавым росчерком пересекала рёбра на спине. Не уберегла даже кольчуга. Но без неё рыцаря уже бы не было в живых.
   Фаргон ярко распалила свою правую руку и тщательно припалила обе раны. На протяжении всей процедуры Арвигель только слегка поморщился, по его лицу нельзя было сказать что ему хоть как-то больно. Закончив процедуру Фаргон отлетела от Арвигеля подальше.
   - Я так и знала что вы мазохист! - донёсся до рыцаря её бессовестный смех.
   Кан-Нарви поднялся на ноги, двигался он так, словно вообще не был ранен. Рыцарь обнажил меч и зашагал к погосту. На месте побоища остались валяться зловонными грудами около двух десятков трупов.
   Весь остальной путь к кладбищу ни чего не происходило, разве что вязкий туман поднялся до уровня колен. Похоже что остатки охраны умертвия полегли в битве с рыцарем Ордена Равновесия.
   Наконец-то деревья расступились открыв взору вход на погост. Когда-то обнесённый немудреным дощатым забором, сейчас он был окружён солидным земляным валом, с торчащими как иглы ежа острыми обломками досок. Ворота тоже были укреплены сорванными с могил "сатодовыми стрелами". Перед ними стояли два громадных скелета, видимо при жизни бывшими настоящими гигантами. В руках у каждого было по внушительной дубине. Арвигель не замедляясь направился прямо к ним.
   - Стой смертный! Дальше тебе пути нет! - прошипел один скелет, даже не раздвигая челюстей.
   Арвигель не остановился. Засвистела дубинка, рыцарь скользнул в сторону. Яркий росчерк меча, и обе костяные руки, обрубленные по локоть упали на сырую землю. Ещё один взмах и скелет разрубленный пополам осыпался грудой костей. Второй костяк тут же могуче замахнулся своим сучковатым оружием. Ударить до этого ему мешал собственный товарищ, за которого так ловко ускользнул рыцарь. Но опустить дубинку скелет не успел - Арвигель прыгнул вперёд резко ударив ногой в костяную грудь врага. Скелет грохнулся об ворота, сломал собой засов и разлетелся при этом на куски.
   Не останавливаясь Арвигель вступил на территорию погоста. Красивое и ухоженное некогда кладбище сейчас было просто не узнать. Могилы были разрыты все до единой, "сатодовы стрелы" были выворочены и валялись по всему погосту в полном беспорядке. Несколькими ужасными кучами возвышались груды разделанных тел множества животных. Но самое мерзкое зрелище находилось по центру кладбища. Внушительной горой были свалены останки многих поколений борчан. Руки, ноги и головы вперемешку с костями торчали из груды разлагающихся тел. И на самом верху, как на троне восседал виновник всего этого кошмара.
   Умертвий выглядел как старая ссохшаяся мумия. Ни пол, ни возраст его определить было просто не возможно. Одет он был в какие-то странные легкие доспехи, опоясан коротким мечом и держал в руках магический жезл. Увидев Арвигеля он растянул губы в жутком оскале.
   - Вот и причина всех неприятностей сама притопала на убой. - проскрипел безжизненный голос. - Очень галантно с твоей стороны, смертный, было прийти сюда самому. Правда мне это стоило моих слуг, но ничего материала тут ещё предостаточно. Ну а ты... Ты смертный подохнешь и станешь ещё одной частичкой в куче материала для моих слуг.
   - Подохнешь сейчас ты. Чего бы это мне не стоило. - спокойно ответил Арвигель и побежал вверх по груде мёртвых тел.
   Но тут события пошли совсем непредсказуемо. Мощно завибрировала пришедшая в движение сила. Гора трупов сильно вздрогнула и отбросила от себя рыцаря на добрый десяток метров. Арвигель извернувшись в воздухе приземлился на ноги. А куча "материала" раздвигалась, распадалась на части превращаясь во что-то противоречащее разуму. Ещё пару секунд и деформированные тела слились в громадного отвратительного монстра, больше всего похожего на паука. Все тело твари состояло из сросшихся между собой кусков человеческих тел - разлагающиеся руки, ноги, головы и торсы торчали во все стороны с его поверхности. Смотреть на этот ужас без тошноты было просто невозможно. По всему погосту волнами растеклась ужасающая вонь, обильно пропитывающая воздух при каждом движении трупопаука. Тварь прыгнула стараясь растоптать человека. Арвигель отскочил в сторону. Ещё один прыжок трупопаука и опять мимо.
   - Сколько ты сможешь прыгать? Как долго хватит твоих сил смертный? - раздался сверху скрипучий хохот умертвия. - Долго ты не сможешь тягаться с моим питомцем. Твои силы тают, а Ррлаг тянет силу из самой кладбищенской земли...
   Арвигель закрутился ускользая из-под атак зловонных конечностей гигантского монстра. Вращаясь он наносил мощные удары Разящим Лучом куда только мог дотянуться. Но всё было напрасно - монстр казалось не замечал ранений. Порезы от светящегося меча тут же затягивались не оставляя и следа. Ссохшаяся тварь на горбу трупопаука от души веселилась наблюдая за тщётными попытками рыцаря сражаться с громадным чудищем. Казалось дело приняло совсем плохой оборот, но тут Арвигель преподнес умертвию сюрприз.
   Нанеся очередной бесплодный удар рыцарь отпрыгнул назад, подальше от чудища. Ещё один прыжок, и довольно приличное расстояние разделило двух неравных противников. Приземлившись на землю Арвигель присел на корточки и выбил скобы из своего заклятья. Яркая вспышка резанула глаза умертвия, и на месте где только что сидел кан-Нарви появился громадный филин. Птица моргнула большими как блюдца глазами и хлопнув крыльями взмыла высоко в воздух.
   - Беги! Беги!! Уноси быстрее ноги трус!!! - прокричал скрипучим голосом мёртвый колдун. - И побольше расскажи обо мне, что бы другие в мои владения не совались!
   Но Арвигель и не думал убегать. Поднявшись на громадную высоту птица камнем бросилась вниз, направляя свой полёт к одной из лап трупопаука. Около двух метров осталось для столкновения - вспышка и птица снова стала человеком. Взмах набравшего громадную скорость в падении меча, и мерзкая конечность отвалилась от тела. В тот же миг ещё одна вспышка и не достигший земли человек снова обратился птицей и унёсся в небеса. Трупопаук дико взвыл, разразился отборной бранью его мёртвый наездник. Но больше они ни чего не могли поделать. Раз за разом падал с неба человек с смертоносным клинком, безошибочно отсекая лапы монстра. И вот настал миг когда ожившая гора трупов рухнула на землю, бессмысленно колотя оставшимися конечностями. Лап осталось всего три штуки - две с левого бока и одна с правого. Трупопаук с такой силой хлопнулся о землю, что командовавший им мертвец слетел с него, коряво растянувшись среди изуродованных тел лесных животных.
   Филин приземлился на безопасном расстоянии от корчащегося монстра. Последний раз резанула глаза вспышка и кан-Арвигель Нарви неспеша направился к умертвию.
   - Нет! Нет!! Не подходи!!! Убирайся вон!!! - истерично вопило ссохшееся существо. - Оставь меня в покое, я ни кого не буду трогать... Я уйду в леса и буду там тихонько сидеть, отрезанный от кладбищенской силы...
   Казалось что если бы это было возможным то тварь разрыдалась бы от страха. Арвигель почти вплотную подошел к ноющему умертвию, как тот резко вскинул вперёд жезл и с его конца сорвались три шарообразных сгустка тёмной энергии. Рыцарь успел прикрыться щитом Морлака и чёрная магия расплескалась по нему не причиняя ни какого вреда.
   - Как!!! Как такое возможно! - умертвий был поражен до глубины своей черной души. - Кто ты такой!? Откуда такая сила!?
   Арвигель приставил к его гуди яростно полыхающий меч.
   - Это ты мне расскажи, кто ты такой и от куда у тебя такая сила. - зло проговорил кан-Нарви смотря в глаза умертвию.
   - А что мне с этого. Всё равно упокоишь. - прошелестел мертвец.
   - Может и пощажу. Если что-нибудь интересное расскажешь. - ответил Арвигель. - Только учти, я ложь сразу же учую. И тогда прощая твоя нежизнь.
   - Хорошо, так и быть. Только отпусти. - в голосе умертвия прорезались нотки надежды. - Когда-то я был магом. Некромантом. Довольно сильным. Имя своё я и сам уже не помню, столько лет прошло с тех пор. Я командовал мертвой армией в той войне, когда боги сотрясали этот мир. И то что ты видел сейчас лишь жалкие крохи былой мощи. А потом мой хозяин пал. Меня поймали, убили и похоронили в особом схроне, опечатав его магическими печатями. Не думай что схрон был здесь. Сюда я долго полз обессиленный, страшась солнца и пробираясь по ночам. Кто-то сломал печати и дал мне выйти. Их голоса говорили со мной по ночам. Они обещали скорое возвращение хозяина и сладкую месть. Мне надо было только копить силы и армию до нужного момента. Но пришел ты и все разрушил. Но ты ведь меня отпустишь, ты ведь обещал? Ты же не нарушишь своего слова. Правда?
   - Я обманул тебя некромант. Упокойся в тишине и мире. - смертным приговором прозвучал ответ рыцаря.
   Блеснул ярко светящийся меч, прервав последний истошный вопль умертвия. Перестал корчиться трупопаук, развалившись на отельные зловонные куски. В Борную снова вернулся покой...

*******

Глава VI

   Медленно, с ленцой, полз по небу чуть располневший месяц. Звезды пристально смотрели на грешную землю тысячами немигающих глаз. Ночь была тёплой и тихой. Ветра не было, он тоже придавался лени и уснул где-то среди буйно разросшейся травы. Негромко щебетала какая-то пичужка, стрекотал оркестр сверчков и время от времени шелестели крылья летучей мыши.
   Шая сидела в развилке двух веток старого могучего дерева. Дерево не имело названия и стояло здесь испокон времён. Когда бабушка Шаи была ещё совсем молодой, оно так же стояло здесь и было таким же древним и могучим. Некоторые вампиры вообще всерьез считали что оно выросло на самой заре сотворения мира. Шая так не считала, но не сомневалась в его глубокой древности и в том, что другого такого же дерева не найти во всём Эймисе. А ещё это было единственное место в котором, в часы глубочайшего смятения, Шая могла почувствовать себя уравновешенной и могла принимать мудрые решения. Сюда, терзаемая душевными проблемами, Шая приходила с самого раннего детства. Когда умерла её мать маленькая вампирша впервые случайно попала в это место. Тогда, спрятавшись от всего мира в ветвях громадного дерева, Шая почувствовала как паника утихает, истерика успокаивается и безутешное горе сменяется светлой грустью. После этого всегда когда ей было тяжело на душе вампирша приходила в это место и размышляла, уютно устроившись в ветвях исполина.
   Так было и сейчас, впервые за многие годы Шая столкнулась с проблемой которую не могла сама разрешить. С самого раннего детства Шаю учили относиться к людям как к жалким существам, которые только и годятся в пищу. И действительно, имея дело только с прирученными ни чего иного о человеческой расе подумать было нельзя. Да и невероятно редкие охотничьи вылазки не могли поменять её мнения. Но вот настал момент, когда по приказу Верховной Матери, ей пришлось совсем близко сойтись с человеком. И ни как с дичью, а как с временным партнёром в грандиозных замыслах её народа. По началу Шаю сильно развлекала возможность играть пленником как марионеткой, но постепенно она стала проникаться к нему некоторой симпатией. Всё-таки капитан Арнодин Шарто был не прирученным, а самобытной и довольно сильной личностью. Шае приходилось проводить с ним много времени, вести задушевные беседы, заниматься любовью и не смотря на то что капитан прибывал под воздействием её чар, он начал все больше и больше увлекать её. Это было странно, страшно и неправильно. Случаи когда вампиры вступали в любовные связи с людьми были довольно редкими и всегда порицались в вампирском обществе. То, что это странное чувство выросло из задания Верховной Матери, слегка обеляло Шаю в собственных глазах. Но она не сомневалась в том какой отклик вызовет это в её Гнезде.
   Вот теперь Шая и не знала что ей делать. По изначальному плану, Арнодин Шарто, сыграв свою роль в вампирской игре, должен был умереть. Власть в новоиспечённом государстве сосредоточилась бы сугубо в руках ночного народа. Но теперь Шая была несогласна с таким ходом событий. Она не могла сказать что безумно влюблена в человека, но терять своего странного любовника не собиралась. И теперь чувствуя себя предательницей своего народа Мать Охранительница судорожно пыталась придумать как исхитриться и придумать компромисс, при котором и Арно останется при ней, и план Верховной Матери будет выполнен. Но ни чего путного не приходило на ум, а время неумолимо вело свой отчёт...
   Шая глубоко погрузилась в себя, и казалось ни чего не замечала вокруг. Погода постепенно начала меняться. Налетел свежий ветерок, погладив траву и ласково потрепав листья древнего дерева. По темному небу поползли группки облаков, закрывая глаза звездам и слегка прикрывая луну. Стало прохладней - приближался дождь. Но Шае было все равно - все что она сейчас осязала, это только её внутренний мир.
   Вдруг тени от листьев, совсем рядом от вампирши начали сгущаться, принимая очертания завернутого в плотный чёрный плащ силуэта. Шая, не смотря на всю её самопогруженость, отреагировала с завидной быстротой - в одно мгновенье на её руках блеснули боевые когти Матери Охранительницы. А в следующий момент она уже была на земле, пристально следя за движением теней в кроне дерева.
   - Шая, деточка, не ожидала что моё появление так испугает тебя. - голос говорившей женщины показался вампирше до боли знакомым. - Столько долгих лет разлуки и теперь ты встречаешь меня как врага?
   Наконец-то Шая узнала голос и волна безумной ярости тут же поглотила её всю без остатка, полностью вытеснив недавнишние переживания. Она в мгновенье ока взбежала на дерево, взмах когтей, но тень уже на земле. Головоломный прыжок с ветвей вниз, бешеная атака когтями в полёте, но тень опять ускользнула, став при этом полностью материальной. Шая, не унимаясь, снова бросилась на противника, заколка из её причёски выпала и теперь волосы развивались каштановым вихрем вокруг обезумевшей вампирши. Она кружилась вокруг врага неистово атакуя своим оружием и нанося удары ногами. Но всё без толку - противник в момент контакта становился бесплотным и атаки рассекали лишь эфемерные тени. Вдруг после очередного бесполезного выпада Шая почувствовала что её ноги ловко подсечены врагом. Она с размаху шлёпнулась на землю, больно ударившись головой. В глазах на миг потемнело, а когда пелена спала то Мать Охранительница поняла что скручена по рукам и ногам вражеской магией так, что не может шевельнуть и мизинцем.
   - Шая, деточка, не обижайся, но ты могла себя поранить. По этому некоторое время полежи спокойно. - силуэт присел рядом с недвижимой вампиршой, из-под капюшона выглянуло женское лицо. Лицо было донельзя бледным и принадлежало женщине лет тридцати. По крайней мере так казалось на первый взгляд. Женщина была красива, но это была скорее красота безупречной статуи, идеального каменного изваяния, чем живого существа. Волосы её были каштановыми как и у Шаи, да и черты чем-то схожи с внешностью Матери Охранительницы. - Я почувствовала твою боль и не смогла не прийти. Не думала что удостоюсь такой встречи.
   - А чего ты ожидала? После того как бросила нас и Гнездо? После того как дала умереть моей матери? Ты могла бы ей помочь, ты всегда была всезнающей и сильной. Если бы ты пришла, то мама не умерла бы в мучениях. - голос Шаи казалось вот-вот сорвётся на плач вопреки легендам о том что вампиры не плачут. - А теперь убирайся, я не хочу тебя видеть!
   - Как же ты ещё наивна детка. - ласково прошептала женщина. - Ты думаешь что я не приходила к Люсьер. Не забывай он была не только твоей матерью, но и моей дочерью! Я была возле её смертного одра, совсем недолго, но достаточно что бы понять что помочь ей не сможет уже ни кто. Твою мать отравили, Шая. Цинично и злобно убили, как и тех других, пораженных загадочной "единственной болезнью вампиров". Нет ни какой болезни. Есть только растворенное в воде серебро, тайком влитое в кубок крови.
   Глаза Шаи широко раскрылись от удивления, но она всё равно не могла поверить услышанному.
   - Как я могу верить тебе, после того что ты бросила нас, уйдя в "вольные"? - последнее слово Шая произнесла с нескрываемым отвращением, словно сплёвывая с языка какую-то дрянь.
   - Ты думаешь мне легко было уйти? Легко было бросить семью и родное Гнездо? Ты глубоко заблуждаешься если считаешь так. Податься в "вольные" было самым сложным решением в моей жизни. Но другого выхода у меня не было. Моя сила приближалась к уровню высшего вампира. А я давно заметила что все высшие, кроме Верховной Матери долго не живут. Подумай об этом на досуге. И не думай что я совсем вас бросила. Я все время незримо опекаю и семью и Гнездо. Правда вот за Люсьер не досмотрел... - голос старой вампирши погрустнел, она на секунду замолкла, но тут же взяла себя в руки и продолжила. - Но не для того я показалась тебе сейчас, что бы предаваться воспоминаниям. Я последнее время пристально слежу за твоим Гнездом и теми событиями которые разворачиваются вокруг него. И скажу тебе меня они не сильно радуют. Я вижу что закручивается большая интрига и тебе пришлось занять в ней не последнее место. В общих чертах я знаю ваши "великие" планы. Я высшая и от меня мало что может скрыться. Сила Малдис просачивается назад в Эймис, и ни чего хорошего в этом нет. Ты слишком молода, а я воочию видела правление этой ненасытной суки. И могу тебя заверить ни какого "величия" для ночного народа в её планах нет и не будет. Мы все станем всего лишь картами в её игральной колоде, и только Верховная Мать возможно будет тузом. По этому я и пришла предупредить тебя - опасайся что бы благодаря твоим действиям наш народ вместо свободы не одел на себя непосильное ярмо.
   - Ты врешь. - злобно прошипела Шая. - Все твои слова ложь, а наши действия истинно правильны. На это было знамение от Сердца Гнезда. Оно ни когда не врет своему народу!
   - Своему народу!!! - фигура в плаще от души залилась обидным смехом. - Да ты представляешь детка чьей силой были созданы пресловутые сердца, и для каких вообще целей? То-то, по глазам вижу что понятия не имеешь. А знала бы не выкрикивала бы глупости с таким фанатичным видом. Ещё раз тебе говорю, думай над каждым своим шагом. Не заведи свой народ, слепо следуя заветам Верховной Матери, в ещё худшее положение, чем у него есть сейчас.
   Женщина взглянула на заметно посветлевшее небо.
   - Твоё время на исходе детка, и напоследок я хочу дать тебе ещё один совет. Я знаю о тебе и этом пленённом капитане. Случаи когда кто-нибудь из наших влюблялся в представителя другой расы не так уж и редки. Так вот полностью обратить его ты не сможешь, но это не совсем невозможно как ты считаешь. Ты можешь сделать его полукровкой, а если у вас всё будет хорошо, то позови меня. В силах высшей обратить любое существо в вампира. Главное он сам должен быть согласен на это. Без обращения ваш союз обречён. И не потому что другие осудят - наплюй на других. Просто он умрёт слишком быстро, оставив на твоём сердце кровоточащую рану.
   Старая вампирша ещё раз взглянула на небо.
   - Ну всё тебе уже совсем пора. Да и я тут подзадержалась. - женщина наклонилась и поцеловала Шаю в лоб. - До встречи внучка.
   Фигура закутанная в плащ истончилась, превратившись в тень, которую немедленно подхватил ветер и унёс прочь, подальше от готовящегося взойти солнца.
   - Не верю! Ни одному лживому слову не верю!!! - чуть не плача прокричала ей в след Мать охранительница. Но голос её уже не был таким уверенным...

*******

   Холси лежал на траве и смотрел на щедро усыпанное звездами небо. Сейчас он жалел о том что не сильно отличался прилежанием по межмировой астрономии во время обучения в Училище. Тогда бы он смог хоть примерно понять в какой угол Соцветья миров его завела слежка за кан-Кебатом. А так он имел только название мира - Эймис, да ещё знание о том что перед ним сюда направился кан-Нарви и Тавлиус. Где они, что сейчас делают и какого демона задумал лич? Эти вопросы всё время не давали полурослику покоя. Так же он не мог придумать что ему дальше делать. С Деймором он связаться не мог, выскользнуть из этого мира тоже. Но и придаваться безделью тоже не имело ни малейшего смысла. Оставалось только одно - всячески досаждать кан-Кебату. Но справиться с личем в одиночку у полурослика не хватило бы ни каких сил. Слишком сильным и древним был тёмный рыцарь кан-Кебат Каткат, а Холси Мохноног был всего лишь кадетом не получившим даже статус оруженосца. Холси перебрал в уме свои возможности - игрой теней он владел довольно хорошо, магией довольно посредственно, да и то в основном не боевой. Ещё великолепно метал ножи, но это умение считалось чуть ли не врождённым у его народа. Так что главным оружием в чужом мире остаётся хитрость и ум, которым кир-Мохнонога щедро одарил создатель. Ну что же, раз не знаешь чем точно заняться, то тогда есть только одна перспектива - копить силы для того чтобы попортить жизнь личу, или помочь сражающимся где-то здесь товарищам. А для этого полурослику однозначно нужны помощники, много верных помощников. А вот как их раздобыть Холси как раз знал - как сколачивать себе боевые отряды в чужих мирах кадетов очень подробно учили в Гильдии. Вариантов было множество, не считая возможности импровизировать, и с чего ему следует начинать полурослик уже придумал.
   Холси почувствовал что нужное ему время пришло. Он кривясь поднялся - сказывались дни плена, проведенные связанным по рукам и ногам - мышцы до сих пор ныли. Осмотрелся по сторонам и направился к ещё засветло примеченному дереву. Старый раскидистый дуб, как грозный лесной страж стоял на краю опушки, давшей приют полурослику. Мощные токи земной тяжёлой силы поднимались по его корням и скрывались в кроне, лёгкая и светоносная сила солнца впитывалась его листьями и опускалась вниз по стволу. Идеальный источник для средней руки заклинателя, не умеющего подключаться к естественным токам магической энергии.
   Холси подошёл к могучему дереву, остановился и опустился на одно колено. С глубоким уважением поклонился дереву и мысленно обратился к нему и духам леса, прося разрешение на то что он собирался сделать - не стоило сориться с хранителями того места, в котором не известно сколько времени ещё придется провести. Какое-то время полурослик молча ждал, потом из неоткуда налетел порыв легкого, слишком тёплого для этого время суток ветра, и в шелесте листвы Холси услышал многоголосое: "Разреш-ш-ш-аю".
   Полурослик встал с колен, достал из-за пояса свой, отобранный назад у Громыки, кинжал и начал аккуратно удалять кору с небольшого участка ствола. Работа длилась недолго и по окончанию её на стволе громадного дуба забелело ровное, очищенное от коры пятно. Остриём своего оружия Холси стал вырезать по окружности пятна немудреные руны. Рунная каллиграфия у него всегда хромала, и за такое творчество его бы за уши оттаскал кан-Хромуд, вечно недовольный нерадивым учеником. Но сегодня, для выполнения задуманного, полурослику не нужны были руны выписанные с точностью до миллиметра. Прошло около десяти минут и работа завершилась.
   Холси немного помолчал, предельно сосредоточился и приложил раскрытую ладонь к свежей ране на теле дерева. Неспеша слетали с губ тихие слова заклинания. Полурослик почувствовал как токи силы проникают в его руку и медленно наполняют тело, и как болезненно вздрогнуло дерево. Кир-Мохноног дождался пока достаточное количество силы не вошло в него, и с трудом отдёрнул руку. Шумно выдохнул и присел на траву. Голова слегка кружилась. Холси посидел переведя дыхание, встал и поблагодарил дерево и лесных духов, услышав в ответ одобрительный шум листвы.
   Всё, сила получена и полурослик спешно направился выполнять задуманное, на ходу сплетая и скрепляя скобами непростое заклятье, щедро напитывая его только что полученной магической энергией. Бесшумными, мягкими шагами скользил он сквозь лес, держа путь к лагерю пленивших его бирюков...
   ...Время перед рассветом самое сложное для несения дозора. Спать хочется так что ни какой мочи нет, глаза слипаются, а предательский туман и полумрак всё ещё могут прекрасно укрыть любого врага. Этой изощренной пытке был сейчас подвержен, заросший по самые глаза бородой, Жёлудь. Он из-за всех сил пялил глаза в предрассветный полумрак, разбавленный жиденьким туманом и теребил себя за поросль на лице, дабы хоть как-то отогнать дремоту. Шуршала и переговаривалась лесная живность, где-то вдалеке раздался вой какой-то неведомой доселе твари, дёргался и шумно дышал безумный Пустычь. Жёлудь заёрзал, неуютно ему теперь было в собственном лесу. Мелкорослый пленник оказался не так уж и прост, мудрый главарь Громыка бесславно погиб и что теперь делать лесовики ни как не могли придумать. Уже два дня прошли в бесплодных спорах о том как теперь жить дальше. И пока что эти споры так ни к чему не привели. И при этом где-то в лесу сидит этот проклятый коротышка, которому вполне вероятно может прийти в голову блажь отомстить за пленение. А как он уже показал - резать глотки он умеет.
   Вдруг что-то начало не нравиться Жёлудю в окружающих его звуках. Он прислушался и понял что не так - полностью умолк Пустычь. Бирюк встал на ноги, наложил стрелу на тетиву и стал небольшими шагами приближаться к привязанному к дереву товарищу. Голова Пустыча безвольно повисла, грудь не поднималась для дыхания.
   - Отмучался бедолашный... - начал было Жёлудь и осёкся увидев обильно стекающую по боку товарища кровь.
   Он подошёл поближе, всё время нервно оглядываясь по сторонам. Присел и начал рассматривать рану. Удар был нанесён сзади, тонкий клинок прошел между рёбрами и угодил прямо в сердце. Жёлудь уже хотел было вскочить на ноги и криком разбудить товарищей, как вылетевший из полумрака увесистый камень сильно ударил его в затылок, заставив мир перед глазами померкнуть...
   ... Зрение вернулось ни сразу, голова побаливала и противно пульсировала шишка на голове. Жёлудь попробовал встать, но с ужасом понял что крепко привязан к дереву. Посмотрев по сторонам он увидел в таком же положении и обоих своих друзей, привязанных к двум соседним деревьям. А прямо перед ним на траве сидел скрестив ноги мелкорослый кучерявый гад, вскрывший глотку Громыке. Лицо у него было донельзя весёлое и наглое.
   - Ну что мальчики, похоже очухались все. - заговорил коротышка поигрывая метательным ножом, после смерти Громыки ножи забрал себе Свистяк, но маленькая сволочь видно успела снять их с него. - Как вы видите мы поменялись местами. Теперь связанны и беспомощны вы, а мне предстоит решить что же с вами делать. А выбор у меня небогатый. С одной стороны стоило бы вас перерезать...
   - Холси но мы же друзья, ты же не забыл верно? - заскулил Сарыч.
   - Молчать!!! - неожиданно резко заткнул его коротышка. Тут же повисла гробовая тишина. - Так вот продолжим. Выбор у меня не богатый. Судьбу привязанного к дереву безумца я уже решил. Может и довольно жестоко, но я не верю что он смог бы стать когда-нибудь снова человеком. А вот что делать с вами я ещё не определился. Учитывая все ваши злодеяния в прошлом, нужно было бы пустить вам кровь и оставить тут зверью на поживу. Но к сожалению я слишком мягкосердечен. Да и дело мне предстоит такое, что самому не управиться - крепкие руки нужны.
   Холси резко метнул нож и тот встрял в дерево на волоске от уха Жёлудя.
   - Кажется ты невнимательно меня слушаешь бородач! - зло проговорил он.
   - Да, нет, я слушаю. Просто, это, башка сильно болит... - замямлил некогда очень уверенный в себе бирюк.
   - Башка она, поболит и перестанет, а вот разозлишь меня и жизнь тю-тю. - зловеще ухмыльнулся Холси. - В общем слушайте меня внимательно. Мне нужны верные соратники. Поклянётесь мне в верности и оставлю жить. А если нет - то пущу кровь. Что скажете мальчики?
   Лесовики все как один закивали. Ещё бы поклясться наглому мальцу можно легко, а как снимет путы - шею ему свернуть и вся недолга.
   - Только клятва мне нужна особая, будете повторять её за мной. Согласны?
   И опять дружное кивание голов.
   - Ну что же тогда начнём. Повторяйте за мной. - сказал Холси и выбил скобы из своего заклятия...
   ... Спустя полчаса отряд из трех человек и одного полурослика пробирался через лес по направлению к пещере бирюков, в которой были припрятаны все их сбережения за годы разбойничьей жизни. Время от времени каждый из бородачей бросал обожающие взгляды на своего нового предводителя. Теперь любой из них готов был идти за ним хоть в сами адские глубины и с гордостью отдать за полурослика жизнь. И так теперь будет всегда, если только Холси не решит вдруг снять заклятье...

*******

  
   Лес по левую руку странников постепенно поредел, сменился небольшими рощицами, затем одиночными деревьями, а после и вовсе уступил место холмистой степи. По правую руку отряда путешественников всё так же высился могучий горный кряж. Шли уже седьмые сутки как Арвигель с товарищами выехал из злополучной Борной. Какое-то время после сражения товарищам пришлось задержаться в деревне. Арвигель залечивал раны, Тавлиус с Йоргистолом помогали борчанам спалить всю ту мерзость, которая осталась на погосте после умертвия. Потом они с трудом отбились от предложения остаться жить в Борной, или хотя бы задержаться на праздничное гуляние. Поблагодарили борчан за предложение, собрали пожитки - и в путь.
   Впереди отряда ехал кан-Арвигель Нарви, последнее время сильно погруженный в глубокое раздумье. За ним Тавлиус, кисти которого теперь всегда скрывались под кожаными перчатками, которые ему подарила одна из благодарных жительниц спасённой деревни. Раны на руках молодого мага почти зажили, но уродливые шрамы похоже останутся на всю жизнь. Рядом с ним на неказистых лошадёнках скакали двое пареньков из Борной - им предстояло забрать всех скакунов обратно, когда странники вступят под своды потайных туннелей. Замыкал отряд воинственный Йоргистол Твердолоб - забрало на его шлеме было опущено, из рук он не выпускал многозарядный арбалет, довольно странной конструкции. Казалось рыжий гном опасается чего-то, но чего сам точно сказать не может.
   Так прошел примерно час. Путники время от времени перебрасывались короткими фразами, Йоргистол напряжённо зыркал по сторонам, но больше ничего не происходило. Вдруг гном вскинул вверх руку и закричал:
   - Стойте! Стойте! - он осадил своего приземистого скакуна и подождал пока все остальные спутники не остановятся. - Всё, дальше борчанам с нами пути нет. Мы подошли очень близко к секретному проходу. Пора им вертать домой, а нам спешиться и идти в горы.
   Путники слезли с лошадей и стали перекладывать пожитки из седельных сумок в заплечные мешки. Самые тяжелые вещи взял Арвигель, хотя Йоргистол и пытался забрать их себе, уверяя рыцаря в том что гномы по природе своей существа двужильные и им на роду написано тяжести всевозможные тягать. Тавлиусу как самому слабому в отряде сгрузили все магические свитки, амулеты, несколько артефактов и самое лёгкое из провизии. Поудобнее пристроили мешки за плечами, простились с борчанами и направились в сторону гор.
   Какое-то время пришлось пробираться через безумные нагромождения валунов, которые так и норовили выскользнуть из-под ноги и заставить путника упасть. Гном то и дело спотыкался, тихонько ругаясь в рыжую бороду, и припадая то на колено, то на свободную от арбалета руку. Арвигель невесомым шагом переступал с камня на камень, ни разу не оступившись. Тавлиус шел по следам гнома, наступая на те камни которые смогли выдержать вес его коренастого туловища. Минут через сорок пути товарищи остановились перевести дыхание.
   - Можно подумать что вас длинноухие учили ходить мастер Арвигель. - тяжело просипел гном, грузно садясь на прогретый солнцем камень.
   - Ты прав Йоргистол, невесомой походке я обучился у старшего народа. И не стоит при мне пренебрежительно отзываться об эльфах. Если ты заметил - имя у меня эльфийское. Но оно не всегда было таким. С эльфами меня связывает слишком многое, и я не потерплю необоснованных шуток над дивным народом в моём присутствии. Даже от друзей.
   На секунду в воздухе повисла тишина.
   - Уж и не думал что обижу вас этим мастер Арвигель. - ответил гном. - Просто так привыкли мы называть эльфов у нас под горами. И уж не обессудьте, большего они по моему и не заслужили. Свалили куда-то за пределы Эймиса в самом начале Войны Богов, оставив жалкие остатки своих, где-то в чащобах Южного Континента. А мы с остальными народами расхлёбывали всю заваруху. И с тех пор и занимаются только тем, что блюдут свои границы, да отстреливают всякого кто случайно их пересечёт. Так что я лучше не буду совсем их упоминать в разговоре, но уважительно отзываться о прохвостах не хочу, и не буду.
   Гном насупился, готовый отразить любые нападки со стороны Арвигеля. Светлый рыцарь на секунду призадумался, потом улыбнулся и ответил гному.
   - Судя по тому что ты только что рассказал, то в этом мире эльфы зарекомендовали себя не с самой лучшей стороны. Поэтому оставим спор о них до лучших времён. - и заметив удивлённое выражение глаз Йоргистола, Арвигель продолжил. - Да, ты не ослышался, я ни из этого мира, и мой товарищ Тавлиус тоже. Раз ты уж решил идти с нами до конца, то я думаю нам стоит быть с тобою откровенными. Мы из другого мира, и служим довольно могущественному Ордену. В Эймисе похоже начинает назревать большая беда, которая может принести крах всему Соцветию Миров. И мы здесь чтобы с этим разобраться. Я уже когда-то говорил что мы схлестнулись с силами очень могучими. Теперь ты можешь понять приблизительный масштаб этих сил. - Арвигель сделал небольшую паузу. - После всего сказанного я хочу в последний раз спросить тебя Йоргистол - ты с нами?
   - Да, конечно я с вами! - не задумываясь ответил гном. - Ведь всё оказывается гораздо интереснее чем я предполагал.
   Гном рывком поднялся на ноги.
   - Ну хватит рассиживаться! Нам надо успеть прийти на место засветло. - Йоргистол зашагал следуя одному ему известным ориентирам, осторожно переступая с камня на камень и тихонько ворча себе под нос.
   Дальше шли молча. Постепенно количество предательских неустойчивых валунов под ногами становилось всё меньше, жуткое нагромождение битого камня сменилось твердой породой под ногами. Гном заметно оживился и начал что-то пристально высматривать в крутых горных склонах. Вдруг он радостно закричал:
   - Вон, вон там потайной вход! - Йоргистол возбуждённо запрыгал на одном месте, указывая рукой куда-то на северо-восток. - Нам осталось от силы полчаса пути, и мы на месте.
   Арвигель и Тавлиус молча последовали за гномом, ни чего правда не заметив в указанном им направлении. Минут двадцать товарищи сбивали ноги, после чего Йоргистол остановился возле, вроде бы ни чем не выделяющейся, каменной стены. Гном внимательно осмотрел ровную каменную поверхность, провёл по ней руками и что-то зашептал, роняя как камни короткие, отрывистые слова. Стена задрожал и на ней стали проявляться небольшие серебристые кружочки. Йоргистол начал быстро нажимать их как только они появлялись, и после нескольких минут такого упражнения на сообразительность, в толще камня что-то громко щелкнуло и по только что идеально ровной поверхности побежала трещина, превращаясь в большой дверной проём. Монолит каменной двери мягко скользнул куда-то вбок, открыв чернеющий зев туннеля.
   - Вот и всё, можно продолжать путь. - гордо ответил гном, указывая внутрь открывшегося прохода. - Честно говоря до конца не верил что получиться открыть эту древнюю дверцу. Хорошо хоть наши мастера сделали её на славу, сколько уже стоит без присмотра, а работает как новая.
   Гном закинул мешок за плечи и уже собрался войти внутрь, как вдруг остановился и повернулся к Арвигелю.
   - Только вот об одном мы не подумали - чем светить под ноги себе будем? Факелов мы ведь не заготовили.
   - Об этом можешь не беспокоиться. Ведь не зря с нами идёт великий и ужасный чародей Тавлиус Дер-наг. - полушутя ответил гному Арвигель. - Тавлиус познакомь нашего товарища с новым членом отряда и по совместительству неплохим светильником.
   Тавлиус прошептал заклятье, вздрогнула потревоженная сила и с шкварчащим звуком появилась огненная девушка, одетая в какое-то до неприличия легкомысленное платьице.
   - А это что за рыженький милашка? - промурлыкала Фаргон. - Нас вроде бы не знакомили?
   Йоргистол изумленно хлопал глазами, так и не поняв что "милашкой" только что обозвали его - могучего и воинственного гнома.
   - Фаргон, это Йоргистол Твердолоб, наш соратник и проводник. - назидательным тоном заговорил Тавлиус. - Он поведёт нас подземными туннелями, а тебе предстоит освещать нам путь. Так что будешь находиться с нами довольно долго, без возвращения в первородное пламя.
   - Это хорошо, а то я там порядком заскучала. С вами гораздо интереснее чем там. - девушка разгорелась поярче и нырнула в туннель. - Ну что вы идёте, или будете ночевать на пороге? - донесся её озорной голос изнутри.
   - Что-то мне подсказывает что эта девчонка будет нам наказанием, а не помощью. - пробурчал Йоргистол. - Ты что Тавлиус поприличнее не мог что-нибудь вызвать? Ифрита например, или саламандру какую-нибудь злую и молчаливую?
   - Не бурчи Йорги. - осадил его Арвигель. - От вздорной девчонки иногда бывает толк. Проверенно опытом.
   Кан-Нарви хлопнул гнома по плечу и вошел в туннель. Йоргистол и Тавлиус поспешили за ним и быстро скрылись в объятьях подгорного мрака. И только эхо их шагов ещё долго доносилось из входа в подземелье...

*******

   Гулкое эхо шагов расползалось под каменным сводом. Первым шёл Йоргистол, внимательно осматривая каждый сантиметр пола в поисках скрытых ловушек. Путь ему освещала Фаргон, накручивая круги вокруг гнома и время от времени подшучивая над его рыжей бородой. Впрочем Йорги не оставался в долгу, и на все колкости находил достойный ответ. За гномом шёл Тавлиус. Он был предельно сосредоточен - сканировал пространство дабы вовремя заметить следы любой ворожбы. Сзади шел кан-Арвигель Нарви, он прикрывал тыл отряда скрываясь в полумраке - свет Фаргон до него не доставал.
   Первое время проход поражал своей пустотой - в нем не было ни чего: не следов битвы, ни бытовой утвари, ни какой-нибудь грязи, только на полу лежал древний слой пыли. Стены туннеля были идеально гладкими, как будто их не выдалбливали, а выплавили в толщи горы какой-то невероятно мощной магией. Свет испускаемый Фаргон причудливо отражался в отполированном камне стен, заставляя товарищей жмурить глаза. Так шли около получаса. Затем окружающая обстановка кардинально изменилась.
   Стены перестали поражать своей гладкостью, покрывшись тысячам выбоин от грубых ударов кирки, время от времени какие-то черепки похрустывали, попадая под твёрдый каблук сапога, а за тем по коридору эхом разнеслось заковыристое гномье ругательство и грохот какой-то потревоженной его ногой железяки. Йоргистол засмотревшись на изменившиеся стены споткнулся о покореженную, прорубленную во многих местах кирасу.
   - Вот и закончились места, где гномы навели порядок. Сейчас начнутся норы ублюдочных мелдисов. - название древнего врага гном казалось, сплюнул с языка. - Там, сзади, наши подгорные маги заплавили их поганые отнорки, и убрали весь хлам, оставшийся после войны. А впереди нас ждёт форменный хаос, полный опасности. Надо быть предельно осторожными.
   - Как вы знатно ругаетесь, дорогой гном. - промурлыкала Фаргон зависнув в опасной близости от рыжей бороды, рискуя поджечь её. - У вас есть чему поучиться.
   - Ты смотри, после такой учёбы тебя в первородное пламя больше и близко не пустят. - холодно сказал Арвигель.
   - А я там ни чего не забыла. - фыркнула девушка. - Гораздо интереснее тут, с вами по подземельям путешествовать.
   - Ладно, не время для пустого трёпа. - буркнул гном. - Путь впереди ещё не близкий. Мы и одной двадцатой не прошли. Увидите в стенах дыры - проходите мимо осторожно, мало ли какая там сейчас дрянь может прятаться.
   Отряд двинулся вперёд. Теперь туннель выглядел совсем по-другому. Стены, грубо вырубленные в горной породе, до сих пор несли на себе следы чьих-то кирок. Пол был усыпан обломками клинков, битыми костями и обрывками полуистлевших кожаных одежд. В стенах начали попадаться какие-то боковые отнорки. Они были довольно узкими, в них смог пролезть разве что полурослик, или ребёнок. Вначале эти дыры были залеплены цементирующим раствором, а потом стали зиять чёрными провалами.
   Гном приостановился.
   - Я читал про эту подземную войну. Мелдисы как глисты ускользали в эти дыры, избегая боя. Из этих же отнорков они могли нападать со спины на зазевавшихся гномов. А когда мы их крепко прижали, меднолобые уроды выпустили из потайных клеток свой разношёрстый бестиарий, и из этих долбаных дыр стали вылазить вообще невообразимые твари. - гнома слегка передёрнуло. - Я читал их описание, по сравнению с ними, грызак чистая овечка. И я думаю, то что мы до сих пор не увидали ни одного целого трупа, а только обломки костей - заслуга милых зверушек. Так что смотреть и слушать надо в оба.
   Гном поудобнее перехватил арбалет, поправил мешок за спиной и что-то буркнув себе в бороду шагнул вперёд. В этот же момент произошло сразу несколько событий.
   С оглушающим визгом из боковой дыры вылетел ком свалявшейся шерсти, весь ощетинившийся когтями и клыками. Гном упал на спину, успев выпустить во врага арбалетный болт. Стальной штырь проткнул существо насквозь и отрикошетив от стены упал на пол. Тварь это не остановило. Не замечая раны, она оттолкнулась от противоположной стены и прыгнула на Йоргистола. Но пообедать ей так и не было суждено. Яркой вспышкой промелькнула Фаргон, на крутом вираже располовинив тело монстра своими руками-клинками. Два дымящихся куска ляпнулись на побледневшего гнома.
   - Не бойся рыженький. Я тебя в обиду не дам. - проворковала девушка, и тут же отпорхнула в сторону, увидев грозные глаза гнома.
   К распластавшемуся Йоргистолу подошёл Тавлиус, помог ему подняться и заинтересованно рассмотрел труп монстра.
   Тварь была небольшой - размером с человеческую голову. Худое жилистое тело было щедро облеплено кудлатой шерстью. Это видимо и сбило Йоргистола с толку и его болт прошил только шерсть, не задев тело твари. Вооружена зверушка была острейшими когтями, а непропорционально большие челюсти щеголяли четырьмя рядами бритвенно острых зубов.
   - Да-а-а, хорошо что оно до тебя не добралось. - проговорил Тавлиус. - А то точно доброго куска мяса на тебе бы не досчитались.
   - Вот о такой дряни я и предупреждал. - пробурчал гном. - И их тут ещё много разновидностей. Надеюсь хоть грызаки не успели завестись.
   Отряд снова двинулся вперёд. Двигаться старались как можно тише. Два раза из дыр выпрыгивали "кудлатые", одного проткнул посохом Тавлиус, другого успешно подстрелил гном. Один раз из дыры в потолке высунулось нечто похожее на многоногую змею, но с жвалами как у хищного жука. Ей снесла голову метнувшаяся молнией Фаргон. Раз пять свистел меч Арвигеля, но кого он там рубил в полумраке ни кто не видел, и впрочем и не особо хотел видеть. Последним из боковой дыры плевком вылетел какой-то ком слизи, но Тавлиус успел его заморозить в полёте, а гном разбил на куски ударом бронированного кулака. После чего гном бросил на пол вещевой мешок и прокричал:
   - Всё давайте передохнём! Мы уже наверное сутки идём без остановки.
   Ни кто особо не спорил. Ближайшие дыры Тавлиус очистил огнём, вызывать который у него теперь получалось гораздо легче. Товарищи решили в каком порядке будут нести стражу и расположились на привал. Поели сушёного мяса и сухарей, выпили вина и погрузились в объятья сна, оставив Тавлиуса сторожить первым...
   ... Трудно сказать сколько часов отряд отдыхал - под землёй время течёт совсем незаметно. Двинулись в путь только когда почувствовали что все набрались сил.
   - Всё-таки хорошо что с нами есть Фаргон. - сказал гном, разминая затёкшие конечности. - Не хотелось бы тащить на себе ещё и связки факелов.
   - Если другой пользы ты от меня не видишь, рыженький, то я больше не буду прикрывать твой мозолистый гномий зад от опасностей. - ответила огненная девушка.
   - Откуда ты можешь знать какой у меня зад? - вспылил гном.
   - У меня чудное воображение. - рассмеялась Фаргон, ловко упорхнув от брошенного Йоргистолом помятого старого шлема.
   - Хватит пререкаться. - подал голос молчавший всё это время Арвигель. - Разборки будете устраивать на поверхности. А сейчас выдвигаемся.
   И снова километры каменного пола исчезали под ногами. Время от времени атаковала голодная подземная фауна, но как-то вяло, явно поумерив пыл. Настроение приподнялось, товарищи стали время от времени перешучиваться. Так прошло несколько часов пути.
   - Слушай, Йоргистол. - подал голос Тавлиус. - Мы уже движемся довольно долго, но до сих пор туннель ни разу не повернул и не разделился. Всё подземелье что ли так выглядит? Ни каких тебе комнат, залов или хотя бы пещерок. Как они тут вообще жили?
   - Хороший вопрос. - ответил магу гном. - Наши воины ворвавшиеся сюда тоже долго недоумевали. Но потом ответ нашелся сам собой. Чётко посредине туннеля, пронзающего Тройные горы насквозь, находится большой круглый зал. В нём расположен алтарь уродливой твари Малдис. И помимо основного туннеля в зал ведут ещё восемь дверей. За ними раскидывается целая паутина из множества ходов, комнат, келий, залов, грязных нор и богатых кабинетов. Где-то там находятся и раскрытые клетки мелдиского зверинца и так и ненайденная несметная казна меднолобых уродов. Со всем этим подземным царством основной туннель связан тысячами отнорков, в которые узкоплечие мелдисы легко проскальзывали, но ни гному, ни человеку не пролезть.
   - Да-а-а, наверное сложная тут была война. - задумчиво протянул Тавлиус.
   - Не то слово. Если бы не наши мудрецы, которые нашли особый порошок, то мы бы ни когда не очистили эту клоаку от скверны. Порошок сгорая испускал сизый дымок, безвредный для всех кроме долбанных меднолобых. Наши воины всё тут им засыпали и подожгли. Множество мелдисов издохло прямо в своих норах. Остатки, вовремя замотавшие лица тканью, бросились в последнюю самоубийственную атаку. Много гномов тогда полегло, но и с меднолобыми тварями было кончено навсегда...
   Вдруг гном резко остановился вскинув вверх руку.
   - Тиш-ш-ше - встревожено прошипел он.
   Йоргистол сложил шлем, снял мешок, присел на корточки и приложив ухо к полу начал напряжённо прислушиваться.
   - Странно. - по прошествии десяти минут выдавил из себя гном, брезгливо сморщив нос - Воняет грызаком, но ни чего не слышно. А ведь эта тварь ни минуты не может простоять что бы ни почесаться, засопеть или топнуть толстой лапой. Очень странно. Давайте двигаться вперёд, но только крайне осторожно.
   Товарищи медленно двинулись вперёд. Арвигель шепнул какое-то словцо, и воздух вокруг отряда как будто стал вязче и плотнее, полностью поглощая звуки шагов. Тавлиус удивленно глянул на рыцаря, но наткнувшись на сердитый колючий взгляд, быстро отвернулся и зашагал за гномом.
   Скоро стало ясно что предосторожность была излишней. Неровный свет Фаргон выхватил из темноты очертание огромной туши. Грызак валялся на боку и не подавал ни малейших признаков жизни. Воняло от него знатно и теперь уже все члены отряда морщили носы. Всё тело чудища покрывали костные наросты, напоминающие чешую, но между ними пробивались кусты грязно серой шерсти. Голова и шея грызака полностью была скрыта под костяной бронёй. Мощные мускулистые лапы украшали громадные когти. Провал пасти, зияющий на тупой и широкой морде, ощетинился длинными и острыми клыками, каждый длинной с человеческую руку. Но весь этот арсенал сейчас оказался бесполезен для своего хозяина - брюхо чудища было вспорото, груда кишок вывалилась из разреза, усиливая и без того не слабую вонь исходящую от грызака.
   - Грызак меня разорви! - вырвалось у гнома, не совсем уместное в такое ситуации, ругательство. - Не хотел бы я сейчас встретить то, что загрызло этого бедолагу.
   - А его ни кто не загрызал, дорогой гном. - сказал Арвигель, который уже успел присесть на корточки рядом с тушей и внимательно осмотреть рану. - Эту тварь зарубили, причём я ума не приложу кто, и главное как, умудрился это сделать? Ты ведь кажется, говорил что проход в горах секретный и здесь кроме нас ни кого не должно быть?
   - Похоже что теперь это не так. Да и грызаки здесь раньше не водились. - Буркнул в ответ гном. - Но я тоже не могу представить кто мог зарубать эту гадость. И понятия не имею кто это мог быть - случайный искатель приключений или поселенец неизвестного нам подземного народа. И предлагаю двигаться побыстрее вперёд, а то чувствую ещё встретим что-нибудь похлеще дохлого грызака.
   С Йоргистолом ни кто спорить не стал и товарищи снова двинулись вперёд, погружаясь всё глубже и глубже в недра Тройных гор.

*******

   Когда война, как страшная болезнетворная опухоль, расползается по просторам страны, простым людям становится не до получения прибыли. Сотнями закрываются трактиры, лавочки, магазины и ремесленные предприятия. Их хозяева в панике спасаются покидая места возможных, будущих сражений. Но так поступают не все. Некоторые дельцы остаются на месте, довольно справедливо считая, что как и защитникам, так и захватчикам надо что-то есть, пить, где-нибудь спать и во что-то одеваться. И соблазн получения прибыли оказывается сильнее инстинкта самосохранения. Из такого сорта людей был хозяин постоялого двора "Стоптанный сапог".
   Виру Феллису исполнилось совсем недавно пятьдесят три года, и он считал себя очень умным и дальновидным торговцем. Когда орки ворвались в пределы Линура, он увидев как спешно бегут в безопасные края его конкуренты и решил ни куда не срываться, а оставшись на месте поправить свои дела. Ещё бы, ведь на много лиг вокруг не осталось ни одного работающего постоялого двора. Теперь точно все путники будут искать приют в его, не сильно популярном до этого, заведении. И сперва расчет Вира оказался донельзя точным - посетители хлынули лавиной, прислуга еле успевала всех разместить и обслужить, деньги рекой потекли в кассу "Стоптанного сапога". Но через какое-то время ажиотаж поуменьшился - страна воевала и путников на дорогах становилось намного меньше. Вир уже призадумался над тем что бы последовать примеру своих конкурентов, но судьба решила распорядиться совсем по-другому...
   Совсем близко к полуночи, когда все порядочные люди давно спят, на тяжёлые ворота "Стоптанного сапога" обрушился град оглушительных ударов.
   - Хозяин отворяй ворота!!! - донесся вслед за ударами многоголосый ор.
   Заспанный Вир Феллис спустился со второго этажа, где располагалась его спальня и пройдя через обширный обеденный зал, открыл дверь и вышел во двор. Во дворе, залитом зловещим светом слегка ущербной луны, стояли конюх и главный повар - весь мужской коллектив постоялого двора. Прислуги в "Стоптанном сапоге" работало ещё довольно много, но все они были либо разбитными девицами, либо женщинами преклонного возраста. Конюх был вооружен вилами, которые он не слишком умело держал наперевес. Повар схватил в правую руку увесистый тесак для рубки мяса, левая же рука начальника кухни была вооружена видавшей виды чугунной сковородой, которой он так любил перетянуть поперёк спины какую-нибудь нерасторопную повариху. Оба насуплено смотрели на сотрясающиеся под ударами ворота и мялись не решаясь открыть их либо прогнать прочь ночных посетителей.
   - Что будем делать хозяин? - пробурчал конюх с ожиданием смотря на заспанное лицо Вира.
   - Что, что! - недовольно ответил Вир Феллис, уже жалевшей о том что покинул из-за такого пустяка тёплую постель. - Отворять надо, итак уже целые сутки ни одного нового постояльца не было.
   - А вдруг народ какой лихой? - подал голос повар. - Какой добрый человек в такое время ходить будет?
   - А собак мы что зря кормим? - повысил тон уже начавший раздражаться трактирщик. - Коль люди недобрыми покажутся псов спустим и вся недолга. Отворяйте кому сказал!!
   Повар нехотя подошел к воротам и кряхтя начал приподнимать засов. Тяжелые створки тут же с силой распахнулись сбив упитанного кулинара с ног. Свистнула стрела и через мгновенье впилась железным клювом в горло конюха. Тот выпустил из рук вилы и хлопнулся на землю, хрипя и пытаясь выдернуть из пробитого горла принесшую нежданную смерть деревяшку. Громадный патлатый здоровяк шагнул во двор и мощно замахнувшись опустил увесистый боевой топор на голову не успевшего подняться повара. Обреченный толстяк попробовал закрыться от неминуемой гибели сковородой, чугунная железка с протестующим лязгом раскололась под ударом тяжелого оружия, и лезвие топора глубоко погрузилось в голову повара. Через миг утих отмучавшийся конюх.
   Вслед за здоровяком во двор ворвались такие же патлатые люди, неопрятно одетые и вооруженные кто чем: охотничьими луками, топорами, копьями и мечами. Всего бандитов было человек двадцать. Засвистели стрелы, завизжали от боли, так и не спущенные с привязи псы. Кто-то из напавших ворвался в здание постоялого двора и оттуда раздались крики перепуганных женщин. Самым последним в ворота вошел высокий человек, одетый гораздо лучше остальных бандитов. На нём была коричневая куртка из плотной кожи, вся ушитая металлическими бляхами, черные шелковые шаровары заправленные в серые замшевые сапоги и темно-коричневый плащ с капюшоном откинутым за плечи. Лицо незнакомца было гладко выбрито, русые волосы коротко пострижены и слегка побелены сединой. Взгляд у человека был жесткий и цепкий, рот искривлен в презрительной ухмылке. Вооружен он был двуручным мечом, чья, довольно богато украшенная, рукоять возвышалась над правым плечом.
   Перепуганный до полусмерти, но абсолютно ни кем не тронутый, трактирщик каким-то шестым чувством признал в последнем бандите главаря шайки. Вир Феллис тут же бухнулся на колени и пополз к грозному вожаку.
   - Прошу вас пощадите! - запричитал толстяк хватая бандита за ноги. - Я вам всё отдам, всё золото и все запасы, только не убива-ай-йте!! Прошу вас не губи-и-и-те!!!
   Бандит брезгливо оттолкнул воющего толстяка сапогом и обратился к одному из своих подчинённых:
   - Зорик! Запри это убожество где-нибудь на время, пока оно нам не понадобится. И скажи ребятам что бы баб пока не трогали. Я хочу что бы лица у них были в порядке. Сам проверю и кто ослушается, пусть сразу горло себе перережет, легче помирать будет!
   - Слушаюсь мастер Лергет! - поспешно выпалил бандит и удалился выполнять приказы вожака, волоча за собой несопротивляющегося Вира.
   У бедного трактирщика ноги чуть не отнялись когда он услышал имя вожака напавших. Сам Лергет Кровопийца прославившийся сотнями жестоких убийств и беспрецедентных по наглости и хитрости грабежей напал на его несчастливое заведение. Столкнуться с бандой Лергета на пустынной дороге всегда означало верную гибель. Не один год королевские войска пытались поймать его, но Кровопийца казалось был неуловим. И вот теперь когда войскам не до него, Лергет видимо решил заняться чем-нибудь поинтереснее дорожных грабежей.
   Пока Вир предавался паническим размышлениям его грубо заволокли в дом, протащили через обеденный зал и заперли в чулане, где ему и пришлось оставаться на протяжении нескольких часов, в полном неведении о происходящем в его хозяйстве. Вир Феллис с ужасом представлял себе живописные картины, того что бандиты могут учудить с его домочадцами работниками и трактиром. Сцены представшие перед его разгулявшимся воображением были самыми безрадостными. Трактирщик тихонько всхлипывал оплакивая сою пропавшую судьбу, боясь при этом потревожить грабителей. Но постепенно усталость и полная темнота стала брать своё и Вир Феллис стал потихоньку клевать носом. Толстяка уже всерьез начал смаривать сон, когда дверь в его темницу отварилась и один из бандитов схватив его за руку рывком заставил встать на ноги. Вир вышел из чулана жмуря успевшие отвыкнуть от света глаза. К его удивлению никакого погрома вокруг себя он не увидел. Все было чисто и убрано, так словно постоялый двор собирался снова принимать гостей.
   За центральным столом вальяжно развалился Лергет, пристроив рядом с собой свой громоздкий двуручник. На столе красовались остатки трапезы, в которых Вир распознал лучшие блюда, которые можно было откушать в его заведении. Большая часть бандитской шайки расположилась тут же в зале и занимались кто чем - одни жадно ели, другие разговаривали между собой, третьи азартно играли в кости. Несчастного хозяина "Стоптанного сапога" грубо толкнули в спину, заставив приблизится к Лергету.
   - Знаешь толстяк, тебе сегодня невероятно повезло. - заговорил Лергет, даже не смотря на Вира. - Обычно я с удовольствием приканчиваю таких слизней как ты. Но сейчас у меня другие планы, поэтому может ещё и останешься в живых. Если будешь послушным.
   Последняя фраза почему-то вызвала приступ веселья у остальных бандитов.
   - Мы с ребятами какое-то время ещё погостим у тебя. - продолжил свою речь главарь банды. - Вы будете работать как всегда, а мы корчить из себя простых постояльцев. Для этого твоя прислуга должна привести моих парней в достойный вид - постричь, переодеть и отмыть. Мы будем ждать здесь одних важных гостей и если у нас получится встретить их как следует, то возможно я оставлю тебе и твоему семейству ваши жалкие жизни. Но для этого ты должен как следует постараться - сделать всё возможное что бы посторонний наблюдатель не смог догадаться о том что мы не случайные путники. А что бы я был уверен в твоей старательности я сообщаю тебе что твоя женушка и дети сейчас находятся в подвале и к ним приставлены мои люди, и в любой момент я могу приказать им вспороть твоей родне животы. Ты всё понял?!
   Толстяк старательно замахал головой.
   - Тогда ни стой как полный идиот. Чем лучше постараешься, тем лучше для тебя.
   Вир Феллис ещё раз кивнул головой и бросился зарабатывать себе жизнь. Его отвели в один из гостевых покоев, в котором он нашел всю свою прислугу нетронутой, но до смерти перепуганной. Кроме конюха и главного повара больше ни кто не пострадал. Вир сбивчиво описал ситуацию, и пообещав возможность спасти свои жизни начал раздавать челяди конкретные указания. Через несколько минут в "Стоптанном сапоге" началась бурная деятельность - бандитов отмывали, стригли, переодевали и распределяли по комнатам. Казалось трактир зажил своей обычной жизнью, и только затаённый страх в глазах у слуг и хозяина намекал на то что что-то не так.
   Так прошли три дня. Бандиты шатались по двору, валялись в комнатах или пьянствовали в зале. Правда допиваться до бесчувствия Лергет ни кому не давал, заботясь о том чтобы его парни были боеспособными. Толстого трактирщика и его работников ни кто особо не обижал. Разве что самых молоденьких служанок несколько раз щипнули за мягкие места, но такое с ними случалось довольно часто. Пару раз в трактир заглядывали настоящие посетители, но Вир Феллис говорил им что мест нет, и они убирались восвояси.
   Внимательно вслушиваясь в разговоры толстяку удалось узнать из-за чего на него свалились такие неприятности. Каким-то образом Лергет узнал о том что его величество Танир III решил покинуть свою страну убоявшись наступления орков на столицу. Да, воистину прошло то время когда короли сами вели свои войска. Готовя бегство государь не забыл подумать о судьбе казны. Под большим секретом часть её должны были перевезти в тайный схрон, местонахождение которого так и осталось неизвестным для осведомителя Лергета. Но зато он смог прознать маршрут по которому королевские сокровища повезут прятать до лучших времен. Путь королевских слуг проходил как раз по тракту на котором стоял несчастный "Стоптанный сапог". И по расчетам Лергета сокровища со дня на день должны были оказаться здесь. А если взять во внимание что все окрестные трактиры давно закрылись, то становилось понятным зачем нужно было захватывать именно это заведение.
   Прознав эту информацию Вир Феллис окончательно потерял покой - врядли после такого наглого ограбления Лергет захочет оставлять живых свидетелей. Толстяк решил что доживает свои последние деньки, но капризная судьба распорядилась совсем по-другому...
   Ночь наступила как-то внезапно. Темнота казалось с большим нетерпением накрыла собой всю округу. Луна где-то спряталась - тьма стояла хоть глаза выкалывай. В обеденном зале "Стоптанного сапога" зажглись свечи и факелы, распространяя неровный свет и прокапчивая и без того черный потолок. Бандиты почти все собрались за столами, за исключением нескольких человек, которые спрятались во дворе. Душегубы разбившись на отдельные компании сидели за столиками, негромко беседуя и попивая пиво. Лергет сидел в одиночестве и о чем-то размышлял. Вир Феллис угрюмо сновал между столиками разнося еду и пиво. Толстяк по привычке подсчитывал в уме убытки, моля Сатода что бы разорители поскорее убрались спать, но тут неожиданно открылась дверь. Неожиданно потому что сидевшие во дворе бойцы должны были стуком в окно предупредить Лергета о появление гостей. И по помрачневшему лицу главаря шайки можно было представить что ни чего хорошего раззяв караульных не ожидает.
   В резко распахнувшуюся дверь вошли четверо. Трое крепко сбитых бородатых мужика и какой-то кучерявый недоросль. Здоровяки были вооружены добротными шестоперами и короткими луками, на поясе коротышки болтался кинжал в довольно красивых ножнах, а на кожаной перевязи пересекающей грудь блестели метательные ножи. Четвёрка сразу же направилась к ближайшему свободному столу и стала дожидаться хозяина.
   Бородачи держались несколько напряженно, то и дело зыркая по сторонам. Недоросль наоборот был расслаблен и даже несколько чересчур развязан. Он вальяжно развалился на стуле, закинул ногу за ногу и начал обозревать зал.
   Прошло пару минут и к ним подошел Вир Феллис.
   - Прошу прощения, но сегодня свободных мест у нас нет. - начал он уже ставшей дежурной фразу.
   - Я и так вижу что у вас довольно людно. - оборвал его Холси. - Но я с друзьями могу провести ночь и за столом, если у вас найдётся несколько кувшинов приличного пива. Не будешь же ты выгонять в ночь уставших путников?
   - Но вы не понимаете, вы не можете остаться... - продолжил мямлить трактирщик.
   - Это ты не понимаешь!!! - зарычал Жёлудь, который заводился с пол оборота. Бородач привстал со стула и сгрёб Вира за грудки. - Мы останемся здесь за этим столом и то что в твоем дрянном трактире нет свободных мест нам особо не мешает. А теперь придай ускорение своей толстой заднице и быстрее принеси нам поесть и выпить.
   Толстяк, и так довольно бледный, стал белее снега и быстро зашагал к стойке. Там он стал наливать пиво из бочки в вместительный пузатый кувшин. Товарищи оставшись довольными эффектом от своей короткой, но содержательной беседы с трактирщиком, перестали обращать на него внимание и стали вести беседу между собой.
   - Мастер Холси, спасибо что уговорил потратиться на новое оружие. - обратился к полурослику Жёлудь, любовно погладив по рукоятке увесистый шестопер. - С такой игрушкой куда спокойнее чем с дубинкой. Жалко только не на ком не проверили как он бьёт.
   - А ты подожди немного, кажется мне что сегодня случай представиться. - ответил ему Холси. Он заметил что толстяк трактирщик что-то испуганно объясняет суровому человеку в другом конце зала и при этом то и дело указывает глазами в их сторону. - Появилось у меня странное чувство, что пришли мы не в то место и не в то время.
   - Да и я заметил что на нас все как-то странно зыркают. - прошипел Свистяк, явно получивший своё прозвище за шепелявый выговор. - И баб за столами нет ни одной, странно как-то это.
   - Да ладно, чё дёргаетесь?! Надо будет драться - подерёмся. А не надо будет, так отдохнём и двинем дальше. - вмешался в разговор Сарыч, и остальные бородачи с ним согласились.
   - Вот за вашу простоту вы мне и нравитесь мальчики. - рассмеялся Холси и откинулся на спинку стула.
   В этот момент к ним подошла девушка из прислуги и поставила на стол кувшин пива и четыре деревянные кружки. На время разговоры прекратились - четвёрка дегустировала пенный напиток. Пиво оказалось достаточно холодным и довольно приятным на вкус, хотя Холси честно мог сказать что пивал и получше. Кувшин опустел за пару минут и Жёлудь тут же крикнул что бы им принесли ещё. Но вместо прислуги к ним подошел невысокий жилистый тип. Одет он был в холщевые штаны и кожаную безрукавку, на ногах были не сильно стоптанные сапоги, а за поясом два небольших топорика. Лицо у незваного гостя было всё в шрамах, соломенного цвета волосы непослушно топорщились в разные стороны, а из-под жиденьких бровей сверкали до нельзя наглые глаза.
   - Парни у вас что уши навозом забиты? - протяжно заговорил обладатель соломенной шевелюры. - Вам что неясно было сказано - поднялись, взяли своего недомерка и пошли вон отсюда!
   Не успел он закончить свою фразу, как пустая кружка бывшая в руке у Жёлудя разбилась об его голову. В следующий миг новый шестопёр бородача расколол голову наглеца как тыкву. Увидев округлившиеся глаза товарищей Желудь резко развернулся и обомлел - все люди бывшие в зале повскакивали со своих мест и обнажили оружие.
   Мудрее всех среагировал Холси. Он опрокинул стол и укрылся за ним как за щитом. Свистяк и Сарыч спрятались вместе с ним. В толстые доски стола тут же с дробным стуком впилось несколько стрел. А вот Жёлудю не повезло - три стрелы глубоко впились ему в грудь, он охнул, выпустил новое оружие и упал на дощатый пол. Свистяк и Сарыч быстро достали из колчанов луки и слегка высунувшись из-за стола выпустили по стреле. Стрелы не пропали зря, о чем засвидетельствовали крики боли раздавшиеся со стороны нападавших.
   - Кидайте оружие идиоты!! - раздался властный голос. - Вас трое, а нас пятнадцать человек. Зачем зря лить кровь, всё равно вы не сможете уйти живыми. А если докажите что вы не только отчаянные, но и разумные парни, то я возможно возьму вас к себе в банду. Моё имя должно многое вам сказать. Меня зовут Лергет!
   - Вот дерьмо! - ругнулся Свистяк. - Банда Лергета! Влипли мы по самые уши, мастер Холси.
   Полурослик ни чего не ответил - он тихо напевал особую песнь взывая к теням. Ещё секунда и тень полурослика уплотнилась и начала вибрировать. Холси собрался духом и заговорил.
   - Лергет, это ты не знаешь с кем связался. У тебя есть шанс сдаться и присягнуть мне в верности, или мне придется убить тебя!
   На реплику полурослика бандиты ответили громким хохотом.
   - Ну что же ты сам напросился! - крикнул Холси и выпрыгнул из-за стола.
   Его глазам открылся зал с перевёрнутыми столами - бандиты тоже сделали себе защиту от стрел. Несколько лучников направили в его сторону хищные наконечники стрел. Посреди зала выпрямившись во весь рост стоял коротко стриженый человек вооруженный двуручным мечом. Увидев полурослика Лергет презрительно ухмыльнулся, поудобнее перехватил меч и направился к низкорослому противнику. Но тут силуэт Холси истончился, став полупрозрачным, по нему пробежала лёгкая рябь - и вот уже не один, а семь призрачных противников стояли перед предводителем банды. Все семь фигур прыснули в разные стороны, на ходу метая смертоносные ножи. В глазах зарябило от мельтешащих в воздухе призрачных лезвий. Но далеко не все из них были иллюзией навеянной тенями - один за другим начали вскрикивать лучники, держась за пробитые кисти рук. Несколько ножей чуть не достали Лергета, но он успел отбить их очень быстрыми движениями меча. Два лезвия развеялись как дым, а третье возмущенно звякнув упало на пол.
   Бандиты в панике попрятались за укрытия и семь полупрозрачных силуэтов начали кружить вокруг главаря банды. Лергет завертелся вокруг своей оси, пытаясь определить кто из полупрозрачных силуэтов настоящий. Но тут все фантомы достали кинжалы и кинулись на врага. Один высоко прыгнул в воздух, другой змеёй метнулся у самого пола, метя остриём в ноги, трое обходил Лергета с боков и ещё двое напали сзади. Легендарный бандит дико зарычал и прочертил мечом замысловатый узор в воздухе. Развеялся как дым падающий сверху фантом, пропал потеряв голову нападающий снизу противник, исчезли как утренний туман двое напавших сзади - Лергет успел развернуться и рассечь их пополам. Бандит рубанул нападающего слева врага, но тот ловко скользнул под громадное лезвие меча и ударом снизу вверх всадил кинжал ему под ребра. Острое лезвие проскользнуло под металлическими бляшками покрывающими куртку главаря банды, вошло под рёбра и пронзило сердце. Глаза Лергета удивлённо округлились, он выпустил меч и осел на пол.
   Холси выдернул из тела врага свой кинжал, осмотрелся вокруг и увидав полные суеверного ужаса лица остальных бандитов понял что все-таки победил.
   - Бросайте оружие и стройтесь у стены! - громким и максимально грозным голосом сказал полурослик. - И если кто-нибудь попробует выкинуть какой-нибудь фокус, то тогда он узнает что такое настоящее колдовство!
   Спорить особо ни кто не стал, хотя Холси и отчаянно блефовал, ни какой магии у него в запасе больше не было - всю свою силу он вложил в эту игру теней. Бандиты начали бросать на пол оружие и испуганно перешёптываясь строится у стенки. Все были в глубоком шоке - у них на глазах какой-то недоросль свалил живую легенду, самого Лергета, слывшим просто непобедимым. При этом коротышка явно был колдуном и ни кому не известно что он сможет выкинуть ещё.
   Выбрались из-за укрытия бородачи. Свистяк тут же направил лук в сторону бандитов, Сарыч подошел к лежащему на полу Жёлудю, потрогал ему шею и не почувствовав пульса грустно вздохнул и прикрыл веки павшему другу.
   Холси тем временем поднатужившись перевернул тяжелый деревянный стол, нашел валяющейся на полу стул и крикнул в сторону стойки.
   - Эй толстяк ты там не умер ещё от страха?! Давай быстро принеси мне с друзьями пива и чего-нибудь пожрать. - после чего он повернулся к стоящим у стены бандитам. - Ну что ребята, что же с вами дальше делать? Убивать всех мне не хочется - не люблю понапрасну проливать кровь. Хотя думаю вы того вполне заслужили. С другой стороны мне ой как нужны толковые сильные бойцы. Вы сейчас остались без предводителя, поэтому я думаю что если вы пойдёте ко мне на службу, то ни я, ни вы не пожалеете.
   Холси сделал паузу внимательно всматриваясь в лица пленников и заодно давая им переварить информацию. Как и когда-то на лицах бородачей физиономии бандитов выражали одну мысль - пойти на службу, а там если что не так, то можно и удавить мальца.
   - Вижу вы уже почти согласны. - продолжил речь Холси. - Но только я несколько старомоден. Поэтому я предпочитаю требовать клятву верности от своих новых союзников. Клятва это вещь серьезная и к ней надо быть духовно готовым. Поэтому я думаю что стоит вас запереть до завтра в каком-нибудь погребе. А к рассвету вы полностью определитесь и поклянётесь мне в верности. Если не передумайте. Только для тех кто передумал путь от сюда будет один - в сырую землю.
   Бандиты согласно закивали - жить хотелось всем.
   - Есть у тебя здесь погреб или подвал? - спросил Холси у подошедшего к столу трактирщика.
   - Есть, есть. - услужливо кивнул Вир Феллис. - Только там сейчас заперты моя жена и детишки. Вы же отпустите их мастер...?
   - Холси. Для тебя толстяк мастер Холси. - полурослик явно вошел во вкус нового положения. - Не волнуйся, семью твою выпустим. И тебя трогать не будем. Только тебе за это придется нас как следует накормить и объяснить что тут у вас происходило.
   - Как прикажете мастер Холси. Всё сделаем как прикажете. - толстяк с трудом верил в чудесное спасение.
   Вдруг резко распахнулась дверь - в трактир вошли трое караульных которые до этого дрыхли где-то во дворе. Бородачи тут же направили на них свои луки. Новоприбывшие опешили - увидеть такую картину они явно не ожидали.
   - Бросайте оружие и присоединяйтесь к остальным. - бросил в их сторону Холси.
   Бандиты глянули на маленького наглеца, потом на распростертого на полу Лергета и сделали правильный выбор.
   - Ну что же господа, извольте пройти в подвал. - съехидничал Холси. - Трактирщик покажи нам дорогу!
   Через двадцать минут бывшая банда Лергета была заперта в подвале "Стоптанного сапога", а Вир Феллис счастливо воссоединился со своей семьёй.
   Холси с товарищами получили великолепный ужин, после которого полурослик ушёл во двор что бы в уединение сплести нужное заклятье. А уже на следующий день его команда пополнилась на восемнадцать преданных человек.

*******

  
   Солнечный свет с трудом проникал в пещеру, рассеваясь и преломляясь походя сквозь клубы серого тумана. Туман заполнял всё пространство пещеры, скрывая под собой пол, окутывая торчащие из земляных стен корни деревьев и пряча от посторонних глаз грубый каменный саркофаг. Кто и когда был похоронен в этом саркофаге помнил разве что лесной холм в котором была вырыта эта пещера. Кости лежавшие внутри каменного ящика давно истлели, не оставив после себя и следа. Да и сама пещера не обсыпалась только благодаря чарам наложенным на захоронение каким-то кудесником древности. Теперь же существовать пещере осталось какую-то сотню лет - охранные чары сняты и ни что уже не помешает земляному потолку обсыпаться. Древнее колдовство развеял и поглотил кан-Кебат Каткат, облюбовав эту земляную нору как временное пристанище.
   Теперь же виновник будущей гибели древнего склепа сидел в грубом деревянном кресле возле самого входа в пещеру, подставив лицо искаженному солнечному свету и придавался невесёлым раздумьям. В отличии от вампиров лич не испытывал слабости перед солнцем и иногда предавшись ностальгии по тем дням когда он был ещё живым существом, любил понежиться на солнце. С того места где сейчас сидел кан-Кебат был хорошо виден лес раскинувшийся вокруг древней могилы. Среди громадных сосен как гротескные статуи стояли недвижимо стояли однажды умершие - надёжная стража лича. Они были гораздо умнее и сообразительнее чем простые зомби, но и оживить такого слугу было куда сложнее и требовало намного больше силы. Хотя эти полтора десятка часовых были всего лишь каплей в море по сравнению с тем что успел сделать за столь короткий срок кан-Кебат. Синяя тень появлялась с довольно регулярно и всегда давала новые приказы. Лич уже начал понимать что заставил себя втянуть в слишком крупную и опасную игру, пойдя на поводу у своего чувства мести. Кто знает быть может было бы лучше умереть тогда при первой встрече с тенью? Тем более что смерть уже давно не пугала Кебата. Ведь он точно знал что та за этим пределом...
   ... Тогда сотни лет назад, когда он был ещё живым и юным человеком и смерть была страшной и пугающей загадкой, тогда он сам того не зная навеки изменил свою судьбу. Он был многообещающим учеником элитной магической школы. Было время каникул, время когда можно было отдохнуть от зубрежки и нудных опытов и предаться сладостным приключениям. Некромантия ни когда не была запрещена в его родном мире. Местные маги считали что любая форма магии имеет право на существование, главное на что ты направляешь свои знания - на добро или на зло. Как раз работа с мертвыми и была любимым делом юного ученика. Тайны нежизни манили и волновали его. И вот однажды случайно проходя мимо уличной драки он увидел что несколько поддонков избивает старика. Парень бросился на выручку, нападавших он смог отогнать, но и сам был смертельно ранен. Он почувствовал как жизнь по капле вытекает из него через жуткую рану в животе. Боль было нестерпимой и он понимал что жить ему осталось считанные минуты. Но тут вмешался старик которого он защищал. Сквозь багровый туман закрывший разум и страшную боль чётко донесся его голос. Он благодарил за храбрость и предлагал путь к спасению, путь к продлению жизни, вернее нежизни. Но только для этого нужно было его согласие. И тогда стоя на краю жизни, одной ногой в Серых Пределах, сходя с ума от боли он дал согласие. Очнулся он в неизвестном ему храме, на алтаре какого-то зловещего божества. Через пару минут он понял что по-другому видит окружающие предметы и чувствует себя совсем по-другому, не так как раньше.
   Так он стал однажды умершим, так он возродился как лич. Намного позже он узнал что и случайная драка, и смертельное ранение было заранее подстроено адептами слабеющего ордена Стражей Морта - сообщества личей, которым приходилось прибегать к хитрым уловкам, дабы заполучить неофитов. Своими успехами в магии и интересом к некромантии молодой человек привлек их внимание и попался в грамотно расставленную ловушку. Он многому научился у Стражей, многое постиг сам и не один раз уходил в Серые Пределы за новой мудростью, на поклон к самому Морту. Кебат Каткат - такое имя он получил став однажды умершим, смог вернуть былую власть и силу своему ордену. Молодые маги сами стали проситься к Стажам Морта и надобность в хитрых уловках для ловли неофитов отпала навсегда. Кебат стал слишком силён и слишком велик и в конце концов возглавил Стражей. Но однажды наступил день, когда к нему пришли эмиссары Ордена Равновесия. Всего два рыцаря Светлый и Темный показали ему что его "величие" ничто по сравнению с мощью Ордена, про который он даже и не слышал до этого. Тогда Кебат принял второе по важности решение в своей жизни, оставив Стражей Морта и перейдя в Орден Равновесия. В тот же день Морт отвернулся от него, но новоиспечённого рыцаря это не особо волновало - что такое какой-то бог по сравнению с Орденом, играющим всем Соцветием...?
   ...И вот сейчас нежась на солнце и вспоминая далекое прошлое кан-Кебат решил что не так уж все и страшно. Он предал когда-то Морта, предал сейчас Безымянного - значит такая уж у него судьба быть вечным предателем. Да и какая разница на кого работать, если делаешь любимое дело - подымаешь мертвых, стягиваешь их армии в укромные места, врываешь из Серых Пределов умерших чародеев. По указке синей тени кан-Кебат вскрыл уже с десяток тайных склепов, поднял лежащих в них чародеев и дав каждому задание распустил в стороны. До поры, до времени. По расчетам лича ещё пол года такой работы позволят собрать ему громадную армию, которая заставит вздрогнуть весь Эймис. И тогда он сможет выполнить возложенную на него тенью задачу и посчитаться с Арвигелем. А пока что нужно работать и ждать, ждать когда придет время для решительных действий...

*******

  
   После находки зарезанного грызака путь по подземному туннелю стал подозрительно тихим и спокойным. Местная живность куда-то запропастилась, то ли отпугнутая яростным отпором оказанным ей путниками, то ли по какой-то другой загадочной причине. Арвигель со спутниками передвигались стараясь поменьше шуметь - смутное чувство надвигающийся опасности нависло над всеми членами небольшого отряда. Но не смотря на все старания то и дело кто-нибудь наступал на черепок или старую косточку, рождая предательский скрип или хруст. И каждый раз виновника невольного шума испепелял взглядом кан-Арвигель Нарви, у которого получалось передвигаться практически бесшумно, хоть и шел он сзади всех в полной темноте.
   Так прошло несколько часов. И вот наконец дрожащий свет исходящий от Фаргон уперся в массивные каменные дверные створки закрывшие туннель.
   - Вот мы и дошли до центрального зала. Там находиться алтарь Малдис, разрушенный нашими войнами после окончания войны. После того как мы пересечем это святилище нам останется пройти по ещё одному такому же туннелю и мы выйдем наружу уже с другой стороны Тройных гор. - тихо сказал Йоргистол. - Будем наедятся что эти уродливые двери не заклинило от старости.
   Гном подошел к двери и поднатужившись толкнул её. Ни какого эффекта не последовало. Йоргистол злобно ругнулся, щелкнул каким-то рычажком на своём доспехе, яростно взвизгнув раскрутились скрытые пружины и гном с мощью тарана врезался плечом в дверную створку. Та с грохотом упала на пол, вылетев из пазов.
   - Ну ты даёшь, рыженький! - восхитилась Фаргон поближе рассмотрев сорванную с пазов дверь. - Эта штука не заклинила, просто она открывалась в другую сторону.
   Гном слегка оглушенный от собственного удара ни чего не ответил, а только что-то невнятно промычал себе под нос.
   - Я надеюсь ты больше так шутить не собираешься? - сердито поинтересовался у гнома Арвигель. - Ещё раз так громыхнём и сюда сбегутся все местные обитатели. Давайте проходить внутрь и стараться не шуметь.
   Первой в разломанный дверной проём влетела Фаргон, за ней мягко как кошка проскользнул Арвигель, после него шурша протиснулся Тавлиус, на всякий случай наколдовавший небольшой огненный шар зависший у него над правым плечом. Последим в зал вломился пыхтя и скрипя сочленениями доспеха не до конца пришедший в себя гном.
   Зал был громаден. Потолок поддерживаемый исполинской колоннадой и исчезал из взгляда надежно укрытый покровом тьмы. Стены можно было рассмотреть далеко вправо и влево, но противоположная сторона зала была так же недоступна для взгляда. Через равные промежутки в стенах были искусно высечены ниши, внутри которых виднелись какие-то барельефы, смутно различимые в плохом освещении. С нишами чередовались каменные двери, такие же, как только что сломал Йоргистол, ведущие в хитросплетение коридоров мрачного царства мелдисов. Повсюду к камню стен были прибиты держаки для факелов - видимо раньше в зале было светло.
   Товарищи начали осматриваться по сторонам. Тавлиус подошёл к ближайшей нише и стал внимательно изучать спрятанный в ней барельеф. Арвигель, позвав собой Фаргон начал обходить зал по кругу. Один Йоргистол остался на месте и вперился взглядом в монументальный алтарь расположенный по центру зала.
   Гном не двигался с места дожидаясь пока его товарищи налюбуются на архитектуру мелдисов и обратят на него внимание. Первым подошел Тавлиус.
   - Йорги, ты видел что запечатлено на этих каменных плитах в нишах? - возбужденно спросил гнома молодой маг. - Там целые сцены обрядов и жертвоприношений ваших древних врагов. Ну и видок у них был, я тебе скажу! Длинные худые как жерди и с какими-то табличками на лбу.
   - Я тебе больше скажу Тавлиус. Уши у уродцев напрочь отсутствовали, губы тоже - тупые прямоугольные зубы росли прямо изо рта, ни чем не прикрытые. А на каждой их медной табличке, прибитой ко лбу, были выгравированы имя носителя и место в их долбаной иерархии. Поэтому и прозвали мы их меднолобыми, за то что в младенчестве каждому из мелдисов вживляли это уродство в кожу лба. Но это все ерунда. Ты лучше взгляни на алтарь. Выиграв войну наши воины разрушили и сам алтарь, и статую этой дряни Малдис. А теперь алтарь снова цел и украшен этим паскудством, как ни чего не бывало! Вот мне интересно кто же всё это восстановил?
   ...В этот момент Арвигель обошел весь зал по кругу и направился к алтарю.
   - Не нравиться мне эта статуя. - прошептала возле уха рыцаря Фаргон. - Какая-то злобная аура окружает её.
   - Я тоже это чувствую. - ответил ей кан-Нарви. - От того и хочу посмотреть на этот шедевр поближе.
   А посмотреть было на что. На круглом постаменте, возвышающемся примерно на пол человеческих роста над полом, располагался каменный прямоугольный жертвенный стол, по краям которого виднелись столбики к которым привязывались конечности несчастных жертв. Постамент и жертвенный стол был весь изрезан паутинной неглубоких канавок предназначенных для стока жертвенной крови. Канавки до сих пор оставались бурыми от тысяч литров протекшей по ним жидкости. Кровавые стоки перекрещивались вместе, закручивались в спирали и ломались в зигзагах, складываясь в сложный и завораживающий узор. Над всей этой композицией возвышалась статуя, примерно в два человеческих роста - женщина с прекрасным стройным телом и с ужасающим лицом кошмарного чудовища. Это была Малдис Ненасытная - богиня похоти и кровавых ритуалов, мать мелдисов, покровительница упырей и вдохновительница секты малдиитов. Богиня была полностью обнажена она возвышалась над жертвенником полуприсев и страстно прогнув спину, как бы на грани экстаза. Одну руку она опустила себе между ног, вторую занесла над алтарём, зажав в ладони громадный нож. Причем нож был металлическим! Как скульпторам получилось вложить его в каменную длань было совершенно непонятно. Плоский живот Малдис казалось вот-вот дрогнет от сладострастного вздоха, а её тяжелые груди заколышутся от этого движения. Но полным контрастом с телом была голова богини. Сразу в глаза бросался рот - узкая, очень длинная, хищная щель была усеяна острыми треугольными зубами, между которыми виднелся раздвоенный, как у змеи, язык. Ноздри приплюснутого носа были неестественно вывернуты наружу, уши были маленькими и плотно приплюснутыми к черепу, глубоко посаженные круглые глаза налиты лютой злобой, которая так и выплёскивалась из них. Волосы на голове были короткими и редкими, светящимися частыми проплешинами, а посреди лба рос длинный рог, слегка изогнутый назад.
   - Ну и красавица! - брезгливо сплюнул себе под ноги кан-Нарви, после внимательного осмотра алтаря. - Поклоняться такой дряни могут разве что законченные маньяки.
   Тут к рыцарю подошли Тавлиус и Йоргистол.
   - Мастер Арвигель! - возбужденно заговорил гном. - Думаю нам надо уходить от сюда. И чем быстрее тем лучше.
   - Что случилось Йоргистол?
   - Пока ещё ни чего. Но я точно знаю что это кошмарище наши войны разбили в мелкую крошку. А теперь эта похотливая тварь опять здесь во всей красе. И при чем насколько я помню наши записи, раньше она была в другой позе. Уходить нам отсюда надо, пока не столкнёмся с тем что воссоздало этот монумент. Не думаю что встреча будет для нас приятной. Тем более что нас всего трое.
   - А меня за члена команды ты не считаешь, рыжая ты борода?! - возмутилась огненная девушка.
   - А ну тихо!!! - осадил начавших было пререкаться товарищей Арвигель. - Потом отношения выясните. Йоргистол прав, нас слишком мало, а риск слишком велик. Нужно быстро определить какой выход из зала ведёт к нужному туннелю и валить отсюда как можно быстрее.
   Но тут под сводом замка разнесся раскатистый женский смех. Смех громкий, режущий уши и заставляющий сердце предательски дрогнуть от страха. Товарищи закрутились на месте пытаясь определить источник звука, и только заметив округлившиеся глаза Фаргон и проследив за её взглядом поняли то куда исходит демонический хохот.
   Смеялась статуя, закинув назад голову и опустив руку с ножом. Арвигель тут же рванул из ножен меч и закрепил на предплечье свой черный щит. Гном снял с плеча арбалет и опустил забрало шлема. Посох Тавлиуса щелкнув превратился в копьё, и в тот же миг руки Фаргон превратились в огненные клинки.
   Статуя прекратила смеяться и опустила взгляд на путников.
   - Так вот как выглядят надоедливые смертные, путающие наши планы! - каменные глаза налились призрачным сиянием и засветились животной злобой. - Ну значит недолго осталось вам это делать!! Ты - убивший бога лишняя карта в нашей колоде. Кое-кто из нас считает что следует тебя привлечь на нашу сторону, но я с этим не согласна. Намного проще тебя уничтожить. Чем я сейчас и займусь.
   Статуя хищно улыбнулась и со всех сторон донесся какой-то подозрительный треск. Гном и маг завертели головами, а Арвигель продолжал пристально смотреть на статую богини.
   - Ты собираешься убить меня с помощью своего аватара, безумная? Спустилась бы лучше сама в мир, богиня, а то боюсь у тебя не чего не получиться! - голос рыцаря был грозен, взгляд яростно сверкал и не предвещал богине не чего хорошего.
   - Яттихор уже сталкивался с тобой лицом к лицу, я не такая дура... - начало отвечать каменное чудовище но не успело закончить.
   - Бегите к выходу!!! - крикнул Арвигель товарищам и прыгнул на алтарь.
   Только его ноги прикоснулись к камню алтаря - тут же последовал ещё один толчок, рыцарь взвился в воздух и в падении нанёс сокрушающий удар мечом с верху вниз. Статуя присела ещё ниже, стараясь уйти от удара, и вскинула вверх нож, парируя атаку, но Арвигель уже бил её ногой в грудь. На этот удар Малдис не успела среагировать и грохнулась с алтаря на пол.
   - Ну все смертный, тебе точно конец, и твоим приспешникам тоже. - прошипело чудовище и бросилось в атаку на рыцаря...
   ...Друзьям Арвигеля бежать к выходу не получилось. Треск, слушавшийся со всех сторон, исходил от ниш с фресками. Каменные плиты с рисунками странных ритуалов покрывались паутиной мелких разломов. Ещё секунда и они начали рассыпаться одна за одной. В открывшихся потайных полостях стояли высохшие трупы мелдисов, по три в каждой.
   - Восстаньте верные слуги подарившие мне свою жизнь!!! Восстаньте и уничтожьте моих врагов!!! - разнёсся под каменным сводом крик злобной богини.
   Трупы зашевелились, довольно шустро повыпрыгивали из своих гробниц и ринулись на товарищей. Все усопшие были в полном боевом облачении - кольчуги, шлемы, металлические поножи. На предплечья были одеты подобия стальных рукавов, заканчивающихся широкими клинками, выступающими далеко за кисти. Медные таблички на лбах потемнели от старости, глаза тускло мерцали блеклым неживым светом.
   Гном и Тавлиус не сговариваясь стали спиной к спине. Йоргистол начал судорожно стрелять из арбалета, стараясь разить вражин в головы. Многие болты нашли свою цель, но без особого эффекта. Тавлиус крикнул Фаргон что бы она подрубала врагам ноги, послал огненный шар в грудь одному из мертвецов, проделав в ней внушительную дыру и начал выбивать скобы из заклинаний. Взвыл ледяной вихрь заморозив троих противников, каскад ледяных игл изрешетил ещё нескольких и на этом колдовство закончилось - враги подбежали вплотную. Гном отбросил бесполезный арбалет в сторону, выхватил из-за спины свой чудо-гарпун и начал яростно отбиваться от наседающих врагов. Тавлиус на пределе своих возможностей орудовал посохом, отпихивая от себя противников и по возможности отсекая и конечности. Гном глубоко вонзил гарпун в грудь одному и оживших мелдисов. Оружие застряло, Йоргистол выпустил его и начал орудовать бронированными кулаками усиливая удары пружинами. Высохшие тела отлетали от ударов на много метров, но тут же вставали и опять шли в атаку. Фаргон кружилась по низу подрубая ноги нежити, но вдруг какой-то шустрый мелдис умудрился ударить её клинком плашмя отбросив как пушинку. Фамильяр сильно ударился об стену, упал на пол и остался так лежать не подавая признаков жизни.
   Арвигель тем временем яростно рубился с аватарой Малдис. Разящий Луч раскалился до бела, превратившись в маленький язык солнечного пламени, но все равно ощутимого урона каменной статуе нанести не мог. Там где клинок Арвигеля умудрялся достать до врага оставались только слегка оплавленные полосы, сам же рыцарь был уже ранен в двух местах. Громадный нож без труда рассек кольчугу на правом плече оставив после себя глубокий порез и прочертил кровавую полосу на правой щеке Арвигеля. Рыцарь злился все сильнее - он ввязался в бессмысленный поединок с каменной аватарой только что бы дать уйти друзьям. Но те завязли в битве с толпой оживших меднолобых, и похоже что отбиться им не удастся. Ситуация становилась все более угрожающей - пружины Йоргистола растратили всю свою силу, Тавлиус тоже пропустил несколько ударов и теперь быстро слабел истекая кровью и вдобавок несколько мелдисов направились к Арвигелю явно собираясь атаковать его со спины.
   Арвигель яростно зарычал и нанёс мощный горизонтальный удар мечом. Каменная аватара отшатнулась назад, пылающий клинок рассек лишь воздух, рыцарь оступился и невольно раскрылся. Малдис радостно вскрикнув тут же рубанула ножом в открывшуюся брешь. Но это была уловка со стороны Арвигеля. Он кувыркнулся вперёд уходя от вражеского клинка, прокатился между ног статуи и моментально вскочив на ноги со всей силы толкнул её щитом под колено опорной ноги. Аватара потеряла равновесий и грохнулась вперёд, как раз на подбегающих мертвых бойцов. От оживших мелдисов осталась только труха.
   Малдис не поднимаясь с пола очень быстро пнула ногой назад, кан-Нарви успел подставить под удар щит, но это было так же эффективно, как прикрываться от удара осадного тарана. Чудовищный удар вышиб весь воздух из легких Арвигеля. Он отлетел но несколько метров и упал на землю. На какую-то секунду свет в его глазах померк. Зрение быстро вернулась, но всё вокруг полыхало кровавыми и желтыми сполохами. Уши как будто заложило ватой - ни единого звука не доносилось до рыцаря. Арвигель попробовал подняться но конечности не слушались его.
   - Ну всё отбегался. - прошептал рыцарь, отрешенно наблюдая за тем, как аватара Малдис поднимает свой гигантский нож и поднимается на ноги.
   Но тут взгляд рыцаря привлекло непонятное свечение откуда-то слева. Он с трудом повернул голову и увидел странную картину.
   Одни из каменных дверей плавились и растекалась как вулканическая лава и сквозь жидкий камень начали проступать две человеческие фигуры, держащиеся за руки. Ещё секунда и двое мужчин прошли сквозь жидкий камень. По внешнему виду они напоминали каких-то монахов. Одетые в рясы, один в красную, второй в серую, они были выбриты наголо и их голые черепа были покрыты странной татуировкой. Подпоясаны пришельцы были кожаными ремнями без пряжек, завязанными с правого боку на узел. Больше ни чего при них не было - ни оружия, ни поклажи.
   Оба монаха сорвались в бег, и через секунду были возле вставшей на ноги статуи. Аватара Малдис полностью забыла о поверженном противнике и переключилось на новых гостей. Монахи начали атаковать в рукопашную, немало удивив этой самоубийственной затеей Арвигеля. Малдис какое-то время успешно отражала атаки, но вдруг серый монах подпрыгнул в воздух и невероятно извернувшись нанёс удар ногой с верху вниз. В тот же миг произошло несколько событий: Малдис прикрылась от хитрого удара рукой и красный монах легонько прикоснулся к своему товарищу пальцем. Пространство вздрогнуло от мощного возмущения силы. Каменный пол под ногами статуи на мгновение стал жидким и она провалилась в него по пояс. Пол тут же затвердел и аватара оказалась в ловушке.
   Монахи тем временем кинулись на выручку гному и магу. Йоргистол с трудом отпихивал от себя вражин. Жизнь ему спасала только крепость доспехов, которые только прогнулись в нескольких местах. Тавлиус полностью выдохся и закрывшись сферой затвердевшего воздуха, которую он использовал против Яттихора, сидел на полу, слабея с каждой секундой. Мелдисы тупо наваливались на защиту пытаясь достать скрывшегося в ней мага. Это тоже спасло гному жизнь - большая часть врагов толпилась вокруг Тавлиуса. Но сила молодого мага стремительно иссякала и сфере оставалось держаться совсем недолго. Оба товарища уже мысленно распрощались с жизнью, но тут в толпу наседающих врагов ворвались двое монахов.
   Они закружились спина к спине в стремительном смертоносном вихре. Монахи наносили хлесткие и мощные удары руками и ногами, уклонялись и ускользали от вражеских атак. Время от времени попадая по нежити они соприкасались друг с другом какой-нибудь частью тела и тогда снова в пространстве ощущалось мощное возмущение силы. Враг попавший под такой удар вспыхивал как факел и быстренько сгорал или завязал в каменном полу. Довольно быстро треть мелдисов или полыхала, или была поймана в каменную ловушку.
   Увидев такой оборот событий Йоргистол яростно распихал ближайших врагов, подобрал валяющийся на полу посох Тавлиуса и бросился на помощь странным монахам. Тем временем смог подняться на ноги, всё-таки пришедший в себя, Арвигель и тоже подключиться к битве. Даже будучи раненным и оглушенным светлый рыцарь нанес мелдисам куда больше урона чем остальные его боевые товарищи. Через пару минут с нежитью было покончено - изрубленная на мелкие куски она не представляла угрозы и человек с гномом смогли облегченно опустить оружие.
   Вдруг откуда-то сзади раздался звук крошащегося камня - позабытая всеми статуя Малдис неестественно вывернула голову назад, выискивая глазами Арвигеля.
   - Не думай что победил, убивший бога! - заполнил помещение злобно шипящий голос. - Я ещё доберусь до тебя! И ни какие уроды с Габоска тебе не помогут.
   Сказав это статуя безжизненно застыла, оставив шею вывернутой назад - богиня забрала свою силу из аватары.
   - Ни чего, в следующий раз и я буду готов к твоим фокусам. - тихо проговорил кан-Нарви и пошел помогать слабеющему Тавлиусу.

*******

  
   Сознание медленно вернулось к молодому магу. Сквозь плотную тишину, заложившую уши стали с трудом прорываться какие-то звуки. Всё существо Тавлиуса не хотело ни чего слышать, но звуки нагло и настойчиво тревожили его. Постепенно они слились в нечто целое, оказавшись сплошным потоком гномьих ругательств. Тавлиус понял что игнорировать этот шум больше не получиться и с трудом открыл глаза.
   То, что открылось взору мага немало его удивило. Он висел на спине гнома, который перекинув руки Тавлиуса через свои плечи волок его по туннелю. При этом гном то и дело обо что-то спотыкался и тут же разряжался порцией отборной ругани. Арвигель шел чуть спереди неся в руке олений посох, а на спине все три мешка с вещами и освещая путь тусклым светом небольшого магического шарика. Правая рука рыцаря была перевязана какой-то грязной тряпкой, а шаткая походка указывала на то, что он до сих пор не отошел после поединка и идет только каким-то чудом. Но самое странное было то, что они возвращались обратно по той дороге, которая привела их к алтарю Малдис, о чём говорила маячившая спереди туша зарезанного грызака.
   - Йорги, поставь меня на пол. - сдавленно прошептал маг.
   - Тавлиус! Ты очнулся! - обрадовавшийся гном остановился, дав возможность магу стать на ноги. - Ты не представляешь какой неудобной ношей ты был. Мало того что ты не лёгкий, так ещё и твои ноги волочились по полу мешая идти.
   Тавлиус собрался с силами, борясь с предательской слабостью. Ноги были словно набитые ватой, в ушах стоял звон и голова слабо кружилась.
   - Где Фаргон? - собравшись с силами спросил маг.
   - Ускользнула на огненный план, набираться сил. - ответил Арвигель. - Её здорово досталось в этой драке, впрочем как и всем нам.
   - Почему мы возвращаемся и что это были за бритоголовые? - продолжил расспрос Тавлиус.
   - Пожалуй стоит присесть и передохнуть и заодно ответить на твои вопросы. - Арвигель с облегчением сбросил со спины неподъемную ношу, сел на пол и прислонился спиной к прохладной каменной стене.
   Рыцарь прикрыл глаза и устало вздохнув заговорил.
   - Они назвались монахами с острова Габоска. Мне это ни о чем не говорит, но наш рыжебородый друг был немало удивлен.
   - Ещё бы! - встрял гном. - Габосский Орден Пяти Начал давно не вмешивался в дела большого мира, почитай с самой Битвы Богов. После падения Латрана они безвылазно сидели на своем Габоска и не во что не вмешивались. А тут посреди туннелей мелдисов мы встречаем Габосскую диаду, да ещё в самый подходящий для нас момент.
   - Йоргистол, я с удовольствием чуть позже послушаю твои энциклопедические знания, но сейчас дай мне дорассказать Тавлиусу о причинах нашего возвращения. - прервал излияния гнома Арвигель, бородач тут же недовольно насупился. - Так вот, они назвались представителями острова Габоска, при чем говорили очень странно - одновременно произнося слова, так будто из двух тел вещал один человек. Они сказали что были посланы Орденом Пяти Начал в подземелья мелдисов задолго до нашего появления, специально что бы не дать погибнуть в ловушке двум людям. На нашего друга Йоргистола я думаю им было глубоко плевать. - при этой фразе гном насупился ещё сильнее и что-то буркнул под нос. - Они говорили о том что у них есть свои способы не попадаться врагу на глаза, поэтом около месяца он незамеченными наблюдали за тем что происходит здесь. С их слов Малдис умудрилась вывести здесь новую расу слуг, ни в чем не уступающим уничтоженным мелдисам. И только благодаря тому что наши спасители заплавили все дверные створки ведущие в зал мы смогли выжить. Если бы не это, то нам бы врядли удалось бы отбиться. Помимо оживших мелдисов мы столкнулись бы с лезущими со всех сторон новыми слугами Малдис.
   - Но не легче ли было просто предупредить нас у входа в туннели? - спросил рыцаря Тавлиус.
   - Я задал им тот же вопрос и они сказали что им было приказано проверить нашу силу. Они следили за нами весь наш подземный путь, потом наблюдали за ходом схватки и только в критический момент вмешались в события, сочтя нас достойными помощи. Теперь они дали нам возможность уйти, оставшись и удерживая тварей Малдис у входа в зал. Держать их они будут ровно два дня, за которые нам надо успеть покинуть туннель. Силы монахов уже сейчас на исходе.
   - Я так понимаю что нам повезло в том что Малдис решила сделать нашу смерть зрелищной. Если бы она вывела свои войска сразу же, то от нас мокрого места не осталось бы. - задумчиво проговорил Тавлиус. - Это большая удача что бритоголовые успели заплавить двери в зал. Остается только удивляться тому, какой сильной властью над элементами огня и камня обладают эти монахи. Такой мощи могут позавидовать многие стихийные маги.
   - У магов есть большой набор заклинаний, а Габосские монахи могут делать только что-то одно. - подал голос Йоргистол зыркнув на Арвигеля, но рыцарь больше не перебивал его. - Серые монахи разжижают камень и землю, красные поджигают что угодно, синие могут высушить любой организм, вытянув воду из вражеского тела, желтые закручивают врага в бешеном смерче и только белые имеют не смертоносный талант - они лечат любые раны. Но сила последователей Пяти Начал сжата строгими ограничениями - для того чтобы применить её им надо прикоснуться к врагу и одновременно к своему партнёру по диаде. Ни кто не знает для чего они так себя ограничивают, но как эффективны бритоголовые в бою мы видели сами. Монахи имеют ещё какие-то силы которые никогда не используют в бою и о которых наши мудрецы могли только гадать. Умение спаявать камни и проходить сквозь них как через раскалённую лаву видимо относиться к этим тайным умениям. И, грызак меня задери, но я уверен что если бы в диаде был например желтый и серый, то такой фокус у них бы не получился. Больше ни чего о монахах я рассказать не могу - наша информация о Габоска была очень ограниченной. Но думаю что Орден не спроста заинтересовался вашими персонами и нам ещё придется не раз встретить их на своём пути. Если доживём.
   - И что же теперь? Ведь путь сквозь горы для нас закрыт. - спросил совсем поникший Тавлиус.
   - А ты как думаешь? Будем обходить Тройные горы с севера. - слегка нервно ответил Арвигель. - Другого выхода у нас нет.
   - Это плохо. На пути у нас будут леса квенди. А их мало кому удалось пересечь без просу. - сказал гном подкручивая пружину на правой руке.
   - Значит будем одними из тех кому это сделать удалось. - Арвигель резко встал на ноги, так словно это не он несколько минут назад с трудом переставлял конечности. - Все хватит рассиживаться, времени у нас в обрез. Надо уносить отсюда ноги пока монахи держат проход.
   Гном закряхтел и с трудом поднялся с пола. Тавлиус нехотя встал опираясь на посох и только сейчас заметил что гарпун больше не висит у Йоргистола за спиной.
   - Он безнадёжно испорчен. - сказал гном проследив за взглядом мага. - Пришлось бросить его на поле боя. Зато у меня есть кулаки и с десяток болтов для арбалета.
   Гном демонстративно поднял сжатый бронированный кулак и Тавлиус подумал что он не уступает в размерах доброму молоту.
   Арвигель подал знак и товарищи зашагали по туннелю, стараясь идти как можно быстрее. Шли сосредоточенно и молча - потрепанным в бою телам с трудом давался вынужденный марш-бросок. Тяжелее всех было Тавлиусу - у него было порезано правое бедро, левый бок, левая сторона ребер и правое предплечье. Все раны были слегка стянуты магией, за что явно нужно было благодарить Арвигеля, у которого силы на себя не осталось и свою рану он просто перетянул тряпкой. Тавлиус размышлял по поводу того, что не смотря на показную жесткость кан-Нарви способен на очень великодушные поступки, и тут в голову магу пришел неожиданный вопрос. И он не смог удержаться что бы не задать его рыцарю.
   - Арвигель, а почему Малдис называла тебя убившим бога? - нагнав рыцаря выпалил молодой человек.
   - Потому что однажды я смог убить божественное существо. - слегка помедлив ответил кан-Нарви. - Но это очень старая история и я не хочу сейчас её ворошить.
   - Так вот почему ты попал в Орден не пройдя Училища Кадетов? - догадался Тавлиус.
   - Слишком много вопросов ты начал задавать, молодой человек. - голос Арвигеля стал внезапно острым и холодным как сталь. - Я по-моему ясно сказал что ни собираюсь сейчас это обсуждать.
   Тавлиус отстранился от рыцаря и вопросов больше не задавал. И до самого выхода из подземелья отряд двигался в полной тишине нарушаемой только сопением Йоргистола.

*******

  
   Привратное Сияние как всегда было безумно красиво. Лучи заходящего солнца преломлялись в ажурных крыльях Владычицы Ийллы и растекались вокруг тысячами разноцветных бликов. Дикое смешение красок растекалось по всей привратной площади, по Вратам Дорагина, раскрашивало в неуставные цвета бело-желтые одежды линдельмских стражников и превращало окрестные здания в подобия куч драгоценных камней, какие можно было увидеть в логовищах алчных драконов. Разноцветные пятнышки дрожали и двигались, накрывали друг друга и смешивались между собой, напоминая непрекращающийся хоровод жизни во всём Соцветии Миров. Это чудное сияние напоминало Архимагу Гильвирусу силу, порождающую все живое в универсуме, пребывающую в вечном движение и переплетающуюся в самые причудливые формы, которые только мог представить разум смертного.
   Архимаг стоял на балконе своей новой резиденции и любовался на причудливую игру красок. Он очень любил это зрелище, но всегда немного грустил, зная что придет ночь и чудо исчезнет. Исчезнет до следующего рассвета. Он опять таки видел в этом глубокий символ - символ возрождения и смерти неустанно шествующих друг за другом. И особенно неуютно ему было сейчас, когда смерть раскинула свою зловещую тень над всем Линдельмом.
   Архимаг сильно устал, на протяжении последних месяцев он работал как проклятый пытаясь предусмотреть всё что возможно для обороны столицы. Здесь будет решающий бой который определит дальнейшую судьбу Линура. Орки шли не оставляя за собой ни чего. Выжженной, мертвой полосой отмечен их путь на лице королевства. Орков как будто кто-то гнал вперёд, не давая заботиться о тылах и пути отступления. Если они не возьмут город нахрапом им некуда будет отходить - позади только пустые поселения, которые не смогут прокормить их громадное войско. Поэтому они будут драться до конца, но это не самая главная причина. Основной их целью была месть и ненависть, которую, по мнению Гильвируса, кто-то очень умело разжигал. И эту безумную ярость не остановить крепостными стенами, что уже было продемонстрировано под Тарогом. Но на этот раз зеленокожие могут обломить зубы.
   Архимаг не зря вложил столько труда в укрепление обороны города. Под защиту стен стеклись остатки Линурской армии, городские склады были заполнены продовольствием и оставшиеся в живых после недавнишней резни чудотворцы тоже не сидели сложа руки. Вся территория вокруг стен была заполнена хитроумными сюрпризами для зеленокожих. Отдельная группа магов билась над эхом оставленным многочисленными заклятьями белесых тварей, помогавших оркам. Они многое смогли выяснить об их магии и плетениях их заклятий, и теперь уродливых колдунов ждал неприятный сюрприз.
   Но все равно Архимаг был очень неспокоен, можно было бы даже сказать напуган, если бы он не обрёл власть над своим страхом многие лета назад. А беспокоил Гильвируса тот факт что во время этой войны в мир Эймиса прибыл рыцарь Ордена Равновесия. Лидер Гильдии Чудотворцев слишком хорошо помнил как стал калекой. Тогда на Гансаарде все было совсем по-другому. У него, ещё носившего имя Вильригус, была мощь и сила, древние артефакты и тайные знания. Ему служили тысячи слившихся со стихиями послушных рабов, лишенных собственной воли. Его именем пугали детей и мир содрогался от поступи его могучей армии. Вильригус упивался властью, радостно шел путем тьмы и ни что не могло его остановить. Ничто, кроме меча кан-Нарви. Рыцарь Равновесия пришел на Гансаард и триумф темного властителя оборвался.
   С тех пор много утекло воды, поверженный маг полностью пересмотрел свой взгляд на жизнь. От многих идей он отказался, и многое до сих пор не мог себе простить. И вот оны вроде бы начал обретать покой и вести размеренную жизнь, как снова мир начал катиться к хаосу. И снова Орден прислал своих эмиссаров. Только противник у кан-Нарви теперь совсем иной. Тогда, на Гансаарде, Вильригус действовал прямо и открыто, он вершил все свои злодеяния не скрываясь, от того и стал легкой мишенью для Ордена. Сейчас же события развиваются по воле невидимого кукловода. Кто-то очень могущественный дергал за ниточки и Архимаг был уверен что даже вернувшиеся в мир падшие боги не более чем фигуры на шахматной доске. Пешками они конечно же не были, но и лицо главного игрока за их действиями рассмотреть было нельзя. Это и заботило больше всего Гильвируса. Он подозревал что падение Линура всего лишь незначительный эпизод в глобальной игре, тщательно спланированной призрачным врагом. И очень надеялся что кан-Нарви успеет нанести удар в сердце зла, пока не станет слишком поздно...
   "Прошу прощения Архимаг. - раздался в голове Гильвируса голос одного из ближайших помощников, с которым он пребывал в постоянной телепатической связи. - У меня плохие новости. Дозорные сообщили что заметили армию зеленокожих. Они всего в десятке лиг от города. К утру будут под его стенами".
   - Объяви полную боевую готовность. Я скоро буду на стене и хочу там видеть всех наших магов, включая даже канцелярских крыс. Выполняй!
   Контакт оборвался. Архимаг мысленно коснулся Удо, выводя его из сладкой дремоты. Кудлатый зверь тут же поднялся и вышел с балкона, повинуясь своему обожаемому хозяину.
   ...В течении получаса Линдельм всполошился как гигантский муравейник - столица готовилась к решающей битве. Стены города заполнялись воинами и магами, горожане поливали крыши домов водой и прятали детей в подвалах и тайниках. И за всем этим наблюдало заходящее солнце, окрасившее горизонт в кровавые тона...

*******

  
   Новый день разгорался над северным континентом Эймиса. Утро выдалось промозглым и прохладным и во многих местах над землёй змеились плотные полосы холодного тумана. Робкие лучи выглядывающего из-за горизонта солнца пронзали туманную завесу делая её менее плотной и зыбкой, но утренняя дымка продолжала быть обманчивой и призрачной, искажая контуры предметов и обманывая глаза. В таком тумане легче всего потерять бдительность и попасть в ловушку или предательскую засаду.
   И именно таким утром из недр Тройных гор выбрались двое людей и огненно рыжий гном. Арвигель с товарищами отошли от входа в мрачные подземелья и остановились обсуждая свой дальнейший путь...
   ...За много лиг от них, старой обсыпающейся пещере мрачно сидел кан-Кебат Каткат, мысленно гуляя по просторам своего прошлого. Далеко к югу, под сенью берёзовой рощи раскинулся довольно большой лагерь отчаянных парней. Их предводитель - кир-Холси Мохноног, сладко спал и снился ему родной мир, в котором он совсем ещё мальчишкой играл со своими друзьями. Сон был лёгким и светлым, как бы в насмешку над всеми теми ужасами которые перенес полурослик, и которые ему ещё доведётся пережить...
   ...Ещё дальше к югу, на самом берегу Буйного океана, раскинулся город Линдельм. Атмосфера страха и напряжения висела над великой столицей Линура, а вокруг его стен дымились костры многотысячной армии зеленокожих. Лагерь орков был объят мрачным торжеством - скоро, очень скоро их священная месть должна свершиться...
   ...Совсем недалеко от места будущей баталии в трёх соседних деревеньках: Сосновке, Граково и Малых Плазунах, не было видно ни одной живой души. Не брехали собаки, ни кудахтали куры, не мычал и блеяла скотина. Зато если бы кто-нибудь излишне любопытный заглянул бы внутрь домов, то с ужасом обнаружил бы в них целые отряды упырей. Ночной народ давно занял эти деревни и теперь с нетерпением ждал когда пробьёт их час и Линур окажется в их руках...
   ...Где-то посреди паутины многочисленных Линдельмских дорог, трактов и тропок медленно брел печальный серый ослик. Рыжий старик восседающий на его спине весело насвистывал немудреный мотивчик, во всю наслаждаясь жизнью...
   ...Призрачный рассвет разливался над северным Эймисом и ни кто не знал с чем сможет столкнуться в предательском тумане.

Конец первой книги.

   23.06.2007. г. Харьков.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
   180
  
  
  
  
  
   180
  
  
  
  
  
  

 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Eo-one "Зимы"(Постапокалипсис) Т.Рем "Призванная быть любимой – 3. Раскрыть крылья"(Любовное фэнтези) Е.Азарова "Его снежная ведьма"(Любовное фэнтези) Д.Игнис "Безудержный ураган 2"(Уся (Wuxia)) Н.Самсонова "Отбор не приговор"(Любовное фэнтези) Ю.Васильева "По ту сторону Стикса"(Антиутопия) О.Обская "Возмутительно желанна, или Соблазн Его Величества"(Любовное фэнтези) М.Юрий "Небесный Трон 1"(Уся (Wuxia)) М.Ртуть "Попала, или Муж под кроватью"(Любовное фэнтези) Ю.Резник "Семь"(Антиутопия)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Время.Ветер.Вода" А.Кейн, И.Саган "Дотянуться до престола" Э.Бланк "Атрионка.Сердце хамелеона" Д.Гельфер "Серые будни богов.Синтетические миры"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"