Кросскун: другие произведения.

Холодное Сердце Железных Королевств

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:

Конкурсы: Киберпанк Попаданцы. 10000р участнику!
Конкурсы романов на Author.Today
Оценка: 5.46*8  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Мир, в котором сплелись магия и технология, погрузился в хаос войны. И герцогство Аренделл пало первым. Сумеет ли юная герцогиня Эльза, по воле случая ставшая обладательницей магического дара огромной силы и погрузившая страну в зиму посредине лета, выжить и защитить свою сестру Анну? Ведь завладеть этой силой мечтают многие, и они уже в пути...


   Холодное Сердце Железных Королевств.
  
   Эльза сидела, поджав ноги, и смотрела на пробегавший за окном зимний пейзаж. Ей было страшно. Страшно от скорости, с которой карета мчалась по дороге, подпрыгивая на каждом ухабе. Страшно от скрипа рессор, позволявших ей и остальным усидеть на местах. Страшно от неизвестности, в которую её уносила четвёрка отборных вороных коней.
   И особенно страшно ей было за Анну. За младшую сестру, которую Эльза случайно ранила в голову своей магией, когда они игрались в замке отца. В очередной раз она корила себя за то, что не послушалась наказа родителей и мастера-арканиста, мэтра Рауж-Фуко. В очередной раз она с ужасом прятала руки, боясь снова что-нибудь заморозить. В очередной раз она молила Морроу спасти сестру, в медно-рыжих волосах которой уже появилась белая прядь.
   Но спасение было далеко. Мастер-арканист был бессилен, как и врачи, как и жрецы храма Морроу в Лаэдри. Магия холода была большой редкостью в Ллаэле. Даже герцогу Аренделла потребовалось полгода, чтобы выписать из Меруина учителя для своей пятилетней дочери, способного помочь ей обуздать открывшийся талант. И сейчас мэтр Рауж-Фуко, этот престарелый мастер-арканист, был рядом, стараясь поддержать своими заклятиями жизнь Анны, пока непрестанно подгоняемая кучером четвёрка коней несла их карету по тракту Наковальни всё дальше в зимний край.
   Впереди, на северо-западе, находился Корск - огромный город, столица королевства Хадор, вотчины магии холода. О боевых колдунах, способных своими чарами обращать в ледяные статуи целые полки и даже самые могучие боевые машины, ходили легенды. Только им было под силу разрушить заклятье, которое медленно убивало Анну.
   Ни отец, ни мать не питали иллюзий. Хадорцы никогда не скрывали презрения и ненависти к ллаэльцам, считая их трусами и предателями, по вине которых пала старая империя. Войны вспыхивали одна за другой, а в хитросплетениях политики, интриг и шпионажа можно было легко запутаться даже самому мудрому правителю.
   Помня всё это, герцог вёз с собой много золота. Он надеялся, что жадность сможет открыть требуемые двери. А ради спасения своей дочери ему было не жалко никаких денег. Они уже помогли пересечь границу, купить новых лошадей взамен загнанных, найти проводников. Оставалось продержаться совсем недолго.
  
   Город вырастал на горизонте сперва громадным облаком смога, а затем огромной скалой из стен, крыш и труб. И над всей этой мешаниной возвышалась гора королевского дворца, видимая на многие мили вокруг. Эльза и представить себе не могла, что есть на свете такие города, дым труб которых закрывает небо, а башни подпирают облака. Именно там, в этой могучей цитадели, обитали самые искусные колдуны холода, известные людям.
   После въезда в город скорость движения снизилась столь же резко, сколь возросла скорость раздачи золота. Эльзу пугал это огромный, грязный город, пугал снег, ставший серым от пепла, пугали потускневшие знамёна, украшавшие улицы. Но особенно сильно пугали эти хмурые люди, зачастую в масках, старавшиеся получить от них денег даже за малейшую помощь или услугу. Но отец был твёрд в своей целеустремлённости, вежлив в словах, и щедр. А потому они двигались, пока не были вынуждены покинуть карету возле какого-то переулка.
   Там их встречала группа особенно хмурых мужчин. Вооружённые длинными и широкими ножами, они больше всего напоминали разбойников из сказок. Из них говорил только один, невысокий, лысый и пухлый, как шар. После небольшого торга он наконец-то дал команду своим подчинённым, и те провели всю семью вместе с самыми доверенными слугами в дом, чей чёрный ход выходил в этот самый переулок.
   В доме их встретили трое людей, которые сидели в гостиной и пили чай. Эльза не сразу поняла, что перед ней настоящие колдуны. Только когда они сказали, что их сил и знаний недостаточно для спасения Анны. Мать была уже на грани отчаяния, кода они сказали, что помочь может только их наставник - колдун-лорд. Герцог не скупился ни на слова, ни на деньги. Но даже ему пришлось достаточно долго уговаривать троицу, чтобы они помогли организовать встречу как можно быстрее.
   Встреча была назначена в гостинице, вечером того же дня. Младшие колдуны предупреждали, что их наставник поможет, только если его серьёзно заинтересовать. Потому что этот старец ценил новые загадки и знания превыше золота и драгоценных камней.
   Когда же этот колдун-лорд вошёл в зал, сопровождаемый свитой из учеников и подмастерьев, Эльза не могла скрыть удивления видом этого седовласого старца с большой окладистой бородой до пояса. Кроме расписанной рунами брони и одежды ничто не выдавало в этом человеке магической силы.
   Как и сострадания. Ни просьбы мастера-арканиста, ни предложения отца, ни мольбы матери не помогали, Старый колдун только повторил приговор, вынесенный всеми до него - Анна умирает. И магия мэтра Рауж-Фуко не в силах остановить этот процесс, только замедлить.
   Эльза была напугана. Она не знала, как быть и что делать. Отец, казавшийся до этого почти всесильным дома, был совершенно беспомощен здесь, в чужой стране. И понимая, что никогда не простит себе бездействия, в отчаянии Эльза кинулась к колдуну.
   Она нарушала все правила поведения и приличия, но ей было всё равно. Жизнь сестры была для неё важнее, чем чьё-либо мнение. Особенно после того, что она сделала.
   -Нет! Вы не можете просто так уйти! Она умрёт без вашей помощи! Вы её единственный шанс!
   И с этим криком Эльза подскочила к колдуну и схватила его за бороду. И она сама не ожидала, что это прикосновение в очередной раз высвободит её силу. Борода почти сразу покрылась инеем, а ещё через несколько мгновений до половины превратилась в одну большую сосульку. И только в этот миг герцогиня сумела подхватить свою старшую дочь на руки и оторвать от бороды колдуна-лорда.
   В комнате поднялся изрядный шум. Ни ученики, ни подмастерья, ни младшие колдуны не могли сдержать эмоций. Многие не понимали, было ли это покушением, случайностью, совпадением или же злым умыслом. Но их всех оборвал голос старого колдуна.
   -Так вот как ты ранила свою сестру?
   Эльза сама была напугана случившимся даже больше, чем окружающие, но всё же нашла в себе силы ответить.
   -Нет, мы играли, и я поскользнулась, и вместо сугроба попала в голову Анне. И теперь она умирает. Вы должны ей помочь, кроме вас никто не может этого.
   -Это будет очень сложно. И потребует очень много магии. Но я приложу все силы, чтобы спасти её. Но за это, ты покажешь мне, что ты умеешь делать. Договорились?
   -Договорились! - ответила Эльза ни секунды не задумываясь.
   -И ещё, никто и никогда не должен узнать о том, что вы увидите в этой комнате.
   -Даю слово герцога Аренделла, что эта тайна умрёт вместе с нами. - не колеблясь ни секунды заявил отец. Мать только кивнула в подтверждение его слов. Как и слуги, как и мастер-арканист.
   -Хорошо, я постараюсь помочь.
   А затем колдун-лорд принялся за работу. Ученики и подмастерья были взяты затем, чтобы подготовить зал, а младшие колдуны - чтобы напитать энергией вспомогательные чары. Вскоре Анна уже лежала на столе, окружённая сиянием голубых рун и потоками магии. Колдун-лорд творил поистине великие чары, которые как насос вытягивали заклятье из головы девочки.
   -Чтобы полностью исцелить её, мне придётся вмешаться в её мысли и воспоминания. Нужно стереть все следы магии, всякое упоминание. И о моём коллеге, мастере-арканисте, и о старшей сестре. Иначе в её мозге могут остаться следы заклятья, и недуг вернётся.
   -А можно сделать так, чтобы она не забыла сестру? Не калечить её, лишая детства?
   -Можно убрать воспоминания о магии, оставив память о человеке. Придётся корректировать много моментов, но воспоминания о детстве останутся. И придётся исключить демонстрацию магических способностей для девочки на длительное время.
   -Делайте что должно, колдун-лорд. Ради дочери я готов на всё. - сказал герцог, делая шаг вперёд и кладя руку на плечо Эльзе.
  
  
   Ученики и подмастерья уже убирали разложенные магические амулеты и стирали руны заклятий, а младшие колдуны рассеивали чары. Анна лежала на столе, спокойная и безмятежная в своём сне. Её более не колотила дрожь, а на лицо медленно возвращался привычный румянец, сменяя мертвенную бледность.
   -Надеюсь, что когда-нибудь вам удастся вернуть мне этот долг. А пока пусть ваша дочь отсыпается. Новым воспоминаниям нужно улечься и прийти в порядок. И помните, о чём я предупредил вас.
   -Можете не сомневаться, она не узнает о магических способностях Эльзы.
   -И ещё раз повторяю. То, что вы сейчас видели - запретная магия. Мне нужно, чтобы вы все дали клятву, что никогда и никому не расскажете о том, что тут произошло. Клятву крови.
   -Как вам будет угодно...
   -И помните, если о случившемся здесь узнает кто-либо ещё, вас в лучшем случае убьют. Такое знание не дозволено иметь непосвящённым.
   -Я понимаю вас, колдун-лорд.
   -И пусть ваша старшая дочь всё же покажет, на что способна. И не стоит бояться. Тут достаточно колдунов, чтобы сдержать любые чары.
  
   Эльза с тоской и скорбью наблюдала, как менялся замок её отца. Герцог не скупился на жалование рабочим и мастерам, а также на материалы. Работа шла быстро, преображая древнее родовое гнездо. И всё ради неё и Анны.
   Отныне замок был практически разделён пополам. И сёстрам более не суждено было увидеться снова, оставаясь под замком в своей половине здания. У каждой была своя спальня, столовая, гостиная, библиотека, галерея и всё, что можно было пожелать, кроме свободы.
   Родители строго следовали наказам колдун-лорда. Анна была изолирована от магии, и даже все упоминания о чудесах арканной механики, магических искусств и боевых колдунах были изъяты из её библиотеки настолько, насколько это было вообще возможно. Она отныне не могла выходить за стены замка и общаться с кем-либо, кроме родителей, слуг и стражи. Которым строго запретили даже краем слова вспоминать о магии.
   Эльза же была вообще закрыта в своей половине замка, не имея даже разрешения выйти на улицу. Ей прислуживали другие слуги, её библиотека была наполнена томами о магии, колдовстве и создании чар, многие из которых были выписаны из Братского Ордена Магов за баснословные деньги. А мэтр Рауж-Фуко отныне стал её личным наставником, советником, телохранителем, стражем и подавителем магии.
   Но даже его чар не всегда хватало, чтобы сдержать всплески силы холода, становившиеся год от года всё сильнее. Ни защитные перчатки, ни охранные амулеты, ни сложнейшая арканомеханическая система поглощения, созданная приглашёнными из Сигнара аркмеханиками и инженерами, не могли полностью остановить всплески силы. Случайное движение покрывало пол коркой льда. Неосторожный вздох закрывал окна узорами инея. А взмах руки украшал люстры и портьеры гирляндами сосулек.
   Так и тянулись года. Горожане и крестьяне в соседних деревнях старались без лишней надобности не ходить к замку, ворота которого были почти всё время закрыты. Народная молва уже давно носила по округе историю о проклятье, нависшем над дочерьми герцога. Ходил слух, что премьер-министр уже договаривался о том, кому передать герцогство во владение, когда род нынешнего правителя окончательно пресечётся. А на дворе уже стоял 604 год.
  
   -Эльза, пока нас не будет, ты остаёшься за старшую. Будь спокойна и рассудительна. Всей рутиной займутся управляющие, но если, упаси Морроу, что-нибудь случится, мэтр и советники помогут тебе. И помни, чему мы тебя учили.
   -Не показывай силу, не показывай знаний, не показывай чувств. Будь спокойна, холодна и горда.
   -Умница, дочка. Будь хорошей девочкой для всех, и ты станешь настоящей герцогиней. Твоя бабушка гордилась бы тобой.
   -Если бы только мы могли бы встретится с ней... - Эльза тяжело вздохнула, очередной раз вспоминая о своей тяжёлой доле затворницы. Слова матери не сильно облегчали горечь расставания.
   -Не волнуйся, Эльза. После завершения заседания Совета дворян в Меруине, мы вернёмся домой как можно быстрее. Обещаю, что мы будем дома ещё до нового года. - твёрдо заявил герцог, после чего улыбнулся и подмигнул дочери. - И с подарками.
   -Я буду скучать, папа. И ждать.
   -Мы тоже будем скучать. Но это наш долг. А твой долг - продолжать занятия. Береги себя и остальных...
  
  
   -Папа, мама, а вы можете всё же не уезжать? Эти другие бароны, князья и герцоги могут и сами со всем справиться. А мы без вас никак не сможем.
   -Анна, мы не можем просто так отвергнуть призыв премьер-министра. В столице намечаются очень важные события. И принять в них участие - наш долг. Ведь титул даёт не только привилегии, но и обязанности.
   Анна устало вздохнула, слушая слова отца. Ей и так было одиноко в замке. А без родителей станет вообще ужасно. Вплоть до того, что даже поговорить будет не с кем.
   -Не расстраивайся, Анна. Мы вернёмся до нового года. И привезём подарки из Меруина. - успокоила её мать.
   -И новые книги для библиотеки?
   -И новые книги тоже. А теперь обними своих родителей на прощание, и нам пора отправляться в дорогу...
  
   Когда протрубил гонец, Анна сидела на вершине башни в своей половине замка, любуясь красотой ночного неба, украшенного сиянием трёх лун. Как заворожённая она смотрела за тем, как в треугольнике между почти полным диском серебристого Кальдера, красновато-коричневым полукругом Ларис и растущим желтоватым полумесяцем Артис в небесах, среди звёзд, плыла комета.
   Три полные луны на небосводе можно было увидеть только в новый год. До него оставался всего месяц. Но сейчас на зимнем небе сияла ярко-голубая комета, прочерчивая своим дымчатым хвостом длинный след среди звёзд. Анна знала из книг, что комета - дурной знак, вестник близящихся несчастий, небесный глашатай, возвещающий о горе и страданиях, что уготованы людям. Но всё равно не могла оторвать взгляд от этого невероятного зрелища, потрясающего своей неземной красотой.
   Течение её мыслей прервали крики стражи и лязг засовов во внутреннем дворе. Оторвавшись от созерцания небосвода, Анна посмотрела вниз, на въехавшего во двор замка всадника. Она сразу почувствовала что-то неладное при появлении этого человека в перепачканной снегом и кровью одежде слуги её отца. Позабыв обо всём, она кинулась вниз.
  
   Эльза сидела у окна, следя за невероятно красивой кометой, прокладывавшей себе путь между трёх лун. В книгах по оккультизму и предсказаниям говорилось, что полнолуние - особое время, дающее дополнительную силу чарам и ритуалам, а по тому, как комета движется по небосводу, можно узнать, о каких бедах она предупреждает.
   Пока что картина складывалась безрадостная. Все книги, лежавшие перед ней, сходились в одном толковании - грядёт война, длинная и кровавая. Непонятно было только, кто, с кем и где. Из четырёх томов астрологических предсказаний вырисовывалось четыре разные картины, противоречащие друг другу. И неясно было, будет это война за веру на далёком юге, очередная лавина завоеваний, собирающаяся на северо-западе, вторжение из-за моря или что-то ещё хуже?
   Когда протрубил гонец, Эльза вздрогнула, опасаясь худшего. И чтобы немного успокоиться и унять разыгравшееся воображение, она встала из-за стола и пошла в библиотеку, где в одном из множества томов была спрятана её самая большая тайна.
   Маленький кулон, найденный ею в далёком детстве в холмах к северу от замка. На тонкой стеклянной цепочке висел испещрённый неизвестными рунами белый цилиндр, заканчивающийся прозрачной сферой. Если в неё всмотреться, то можно было различить далёкие заснеженные горы и скованные льдами моря. И от него всегда веяло холодом.
   Эльза уже не первый год пыталась разгадать загадку этого амулета. Он помогал ей сдерживать свои силы, давая облегчение в её муках. Но эффект был временный, и чем дольше она сдерживала себя при помощи амулета, тем более мощными были последующие всплески. Этот секрет она хранила и от родителей, и от советников, и от учителей, и от мэтра Рауж-Фуко. Ведь иначе его бы просто забрали, лишив её всякой надежды. Эльза чувствовала, что её сила происходит не из амулета, но подчиняется ему. Он служит всего лишь барьером, позволяющим на время остановить поток текущей через неё энергии. Но потом эту преграду всё равно сносит более мощным валом. Оставалось только разгадать его секрет, и она сможет полностью контролировать свои силы. И снова выйти в мир, к людям. И снова увидеть Анну.
   И в этот момент её размышления прервал отдалённый крик безумной боли. Крик, показавшийся ей слишком знакомым.
  
   Анна не могла поверить своим глазам. Поверить в то, что она только что прочитала. Снова и снова пробегая по строкам послания, она всё никак не могла поверить в реальность того, что было там написано. Но гонец подтверждал слова, выведенные каллиграфическим почерком на гербовой бумаге.
   Герцог и герцогиня Аренделла мертвы. Казнены по приказу премьер-министра Ллаэля, архгерцога Меруина, Дейяра Глабрина. По обвинению в предательстве и измене родине.
   Это не могло быть правдой. Но гонец был единственным слугой, которому удалось сбежать из Меруина. Раненый в руку пулей агента премьер-министра, он буквально чудом вырвался из города и добрался до замка. И он говорил, что казни до сих пор продолжаются. Уже треть Совета дворян казнена. Ещё больше арестовано и под следствием. А премьер-министр всё ещё рвёт и мечет, ища повсюду заговорщиков и предателей. Столица содрогается от развернувшейся чистки, и не только она. Волна убийств и арестов прокатилась по всем крупным городам.
   Но всё это меркло на фоне горя, обрушившегося на хрупкие плечи Анны. Никакие книги о шпионских страстях и интригах, которые она могла прочитать, не подготовили бы её к тому, что в этой грязной игре будут убиты её родители, а их честное имя будет запятнано клеймом предательства.
   Не в силах больше слушать о смерти и арестах, Анна бросилась обратно в замок. Она стремилась туда, где могла найти единственную помощь и поддержку в эти тяжёлые минуты. К двери, что вела в другую половину замка - туда, где обитала Эльза, её старшая сестра, которую она не видела с раннего детства.
   Но проклятая преграда была заперта. И ни просьбы, ни стук, ничего не могло её открыть. Ключа же на этой стороне не было ни у кого из слуг. Наконец, потеряв всякую надежду на ответ, Анна упала на колени, издав дикий крик боли, разнёсшийся по всему замку. В отчаянии, она села прислонившись к двери и заплакала - одинокая и беспомощная в этом огромном и жестоком мире.
   Поняв, что ей никто не откроет, она просто просунула письмо под дверь в другую половину замка. После чего уже не сдерживала рыданий. И только дикий крик боли с другой стороны двери дал ей понять, что она не одинока...
  
   Эльза держала письмо, а её глаза заливали слёзы, мешая читать. Но даже расплывающиеся буквы не могли более скрывать правду. Отец и мать казнены как предатели. Архгерцог Дейяр Глабрин, премьер-министр Ллаэля, лично обвинил их в измене и отдал приказ палачам.
   Боль в душе была невероятной. Слёзы текли по щекам, а крик вырвался из лёгких, заставляя звенеть стёкла в окнах и хрусталь люстр. Эльза не могла уже больше держаться на ногах, и прислонившись к двери, медленно сползала на пол. В руках она держала письмо, уже покрытое слоем льда. Даже амулет на руке не мог сдержать высвобожденную эмоциями силу, покрывавшую комнату инеем, снегом и льдом.
   И только приглушённый плач за дверью говорил о том, что Анна так же страдает от потери родителей. И теперь она так же одинока в этом огромном и опасном мире, застывшем на пороге войны...
  
   Замок был погружён в траур. Его хозяин и хозяйка были убиты в далёкой столице, и теперь их портреты были задёрнуты чёрными вуалями, а зеркала закрыты плотными занавесями. Скорбь отпечаталась на лицах не только юных герцогинь, но и слуг, и стражи. Даже жители Аренделла и окрестных деревень, доселе сторонившиеся замка, приходили к воротам, чтобы отдать дань памяти своему сюзерену. Потому что в предательство столь благородного и принципиального человека не верил никто.
   Анна и Эльза уже неделю не выходили из своих покоев. Облачённые в траурные одеяния, они пытались каждая по-своему унять душевную боль от потери родителей, оставив все заботы на управляющих и забросив занятия. Объятый скорбным молчанием, весь замок сейчас был похож на своих новых хозяек - призраков беззаботного веселья прошлого.
   И именно в этот час, когда казалось, что хуже уже ничего быть не может, судьба нанесла новый удар. Удар, который все подсознательно ждали. О котором говорили и которого боялись. К которому готовились, и всё равно не были готовы.
   Прибывший из Лаэдри на взмыленной лошади гонец нёс отчаянный клич о помощи из осаждённого города. Хадорские армии перешли границу и сокрушили пограничные гарнизоны всего за несколько часов. И теперь их легионы уже маршируют вглубь Ллаэля, сметая любое сопротивление. Элсинберг и крепость Редволл отрезаны. А королевская армия обескровлена пограничными боями, деморализована и хаотично отступает.
   И теперь архгерцог Лаэдри молил о помощи. Город не продержится долго без подкреплений. По его подсчётам хадорцев было как минимум в десять раз больше, чем солдат гарнизона и городской стражи. И по городу уже начали стрелять тяжёлые осадные орудия. Положение казалось абсолютно безвыходным, и вся надежда была на своевременные подкрепления.
   Гонец вскоре отправился на свежей лошади дальше, к Риниру. А из замка понеслись посыльные, готовясь к созыву ополчения. Приказы управляющих были однозначными, и каждый взрослый мужчина должен был взять в руки оружие и готовиться к походу на Лаэдри...
   Анна смотрела на охватившую замок суету с раздражением. Война посреди зимы? Когда все дороги завалены снегом, а на улице мороз? Это же безумие! Ведь армия состоит из людей, которым нужно что-то есть и где-то спать. Не под открытым же небом! И как провезти через снежные заносы тяжёлые пушки и боевые машины?
   Хадорцы... О безумии этих северян ходили легенды. Говорят, они часто пробовали границу на прочность в прошлые годы. И зимой тоже. Неужели в этот раз всё по-другому?
   Выкинув лишние мысли из головы, Анна поднялась на башню, откуда был лучше виден городок. Там тоже царило оживление. Люди были напуганы, ведь большая война - большая кровь. И от мысли о том, сколько может забрать эта, мороз шёл по коже. Ведь комета не просто так сияла в небесах.
   А слуги уже начали паковать самые необходимые вещи, готовясь к тому, что герцогини покинут родовое гнездо, если захватчики всё же сломят защитников Лаэдри. И пускай замок стоял у подножия гор в окружении всего одного городка и нескольких деревень, рядом проходила дорога на Ринир. И если хадорцы пойдут дальше на восток, они придут сюда.
   Анна чувствовала, как боль снова и снова терзала её сердце. Ведь родителей убили прямо перед началом войны. Как и многих других дворян. Таких совпадений не бывает. И либо премьер-министр со своим кабинетом - конченные идиоты, не увидевшие армию вторжения у своих границ, либо...
   О худшем думать не хотелось совершенно. И всё, что оставалось, это молить Морроу о силе и заступничестве, чтобы пережить эти мрачные времена.
  
   Эльза стояла у окна, смотря на то, как посыльные растекаются от замка к городу и деревням. Теперь, принимая на себя бремя правления в эти трудные дни, когда управляющие были бессильны, она понимала, как тяжело порой бывало её отцу.
   Но война пришла в Ллаэль. И личную скорбь нужно оставить, сосредоточившись на борьбе. Приказ о сборе ополчения уже отдан, стража замка поднята и готовится к возможной осаде, а слуги - к возможному бегству, на котором настаивал мэтр Рауж-Фуко. Он говорил, что его заклятий не хватит, чтобы остановить армию, а Эльза ещё не готова, чтобы применять свою силу. Тем более что её не обучали боевой магии.
   Но куда бежать? На юг, к Меруину? Но ведь хадорцы не смогут пройти мимо столицы. Там будут самые жестокие бои. На север, в горы Рула? Но гномы не любят незваных гостей, даже сильнее чем хадорцы. На восток, к Риверсмиту и Леруину? Самый очевидный ответ. Если хадорские легионы и остановят, то разве что у Риверсмита, где их путь будет преграждён водами Чёрной Реки.
   Эльза тяжело вздохнула, поймав себя на мысли о том, как легко она была готова бросить родной замок и бежать от войны. В том, что Лаэдри скоро падёт, она не сомневалась. Одинокий гарнизон не способен остановить армию. А одинокий замок?
   А ведь замок Аренделл ещё имеет некоторые шансы. Стоит пусть и недалеко от дороги, но немного в стороне. Капитан стражи говорил, что их могут просто блокировать, чтобы не задерживаться с осадой и ударить по Риниру как можно раньше. А раз есть шанс, то упускать его нельзя. Именно поэтому ополчение будет собираться в замке. Здесь же укроются жители города и деревень, насколько это возможно.
   Но ей предстояло ещё много сделать. В том числе и проверить старый подземный ход, что вёл из замка в лес неподалёку. Если их всё же будут штурмовать, а рано или поздно непременно будут, этот ход окажется единственным шансом на спасение от плена или гибели.
   И всё же комета не лгала. Война началась, придя волной завоевания с северо-запада. И это будет долгая и кровавая война. Но Эльза всё же собиралась выжить в грядущей бойне, и спасти своих людей и свою сестру.
  
   Анна с ужасом смотрела на вереницу беженцев, тянувшуюся к замку. Городок и деревни были брошены жителями, потому что хадорцы уже были на пороге. Их легионы шли с запада нескончаемой рекой. Ещё не видимые, они выдавали себя клубами чёрного дыма своих машин, поднимавшимися из-за леса.
   Вскоре они уже показались в поле перед крепостью. И в этой орде, растекавшейся по белым заснеженным лугам большим чёрно-красным пятном, было нечто особенно пугающее. В подзорную трубу были видны уже отдельные солдаты, идущие к замку широкой цепью.
   Анна поняла их план - отрезать селян от замка. Лишить людей защиты и убежища, как они уже лишили их покоя и домов. И помешать им в этом было бы практически невозможно. Она уже насчитала не менее двух сотен солдат, и это был только первый отряд.
   Внезапно громыхнул пушечный выстрел, и в снегу перед наступавшими хадорцами взорвался снаряд, предостерегая от дальнейшего продвижения. Беженцы только ускорили свой бег, стремясь поскорее достичь замка и укрыться в его стенах. Солдаты же начали петлять, двигаясь зигзагами, чтобы в них было сложнее попасть, но наступления не прекратили. Пока второй выстрел не послал снаряд прямо перед ними.
  
   Эльза стояла у окна башни, наблюдая за стрельбой. Чувствовала она себя отвратительно, ведь она приказывала людям убивать людей. Но выбора у неё не было. И это ещё хорошо, что отец не избавился от трёх последних пушек. Снарядов было немного, но на отражение первого приступа должно хватить.
   Видя через свой телескоп замешательство в рядах вражеских солдат, Эльза снова взмахнула рукой. Её движение превратилось в команду капитана стражи, а затем в выстрел последней пушки. Снаряд взорвался прямо посреди первой линии хадорцев, оставляя на чистейшем снегу не только грязную кляксу пороховой гари, но и двух упавших солдат.
   Эльза почувствовала, как ёкнуло сердце в груди. Неужели она сделала это? Неужели это её воля только что убила человека? Неужели она всё же превратилась в того монстра, которым так боялась стать всю свою жизнь?
   Но она добилась своего. Хадорцы отступили, устремившись обратно под защиту леса. Видя в телескоп, как поднимаются со снега упавшие солдаты, Эльза почувствовала облегчение. Она всё же не убийца. Пока не убийца. Этих солдат задело взрывом, но доспехи спасли им жизнь, а раны залечат врачи. Но главное сделано. Селяне получили ещё немного времени. И юная герцогиня исполнила свой долг перед вассалами, несмотря ни на что.
  
   Анна слушала слова разведчика, что отогревался у камина на кухне. Это был один из трёх дровосеков, кто вызвался добровольцем. Они ушли из замка, как стемнело. И к полуночи вернулся только один. И принёс дурные вести.
   Город буквально до краёв был наполнен солдатами. Хадорцы шли на восток форсированным маршем прямо посреди ночи. И их легионам не было числа. Солдаты, пушки, джеки и подводы сливались в одну могучую реку, устремившуюся на Ринир. А их разведчики и следопыты прочёсывали леса, охотясь на отставших беженцев и дезертиров.
   Но хуже было то, что хадорцы готовились к штурму. Встав лагерем в лесу неподалёку, они уже собирали штурмовые лестницы. И судя по всему, на приступ они пойдут не позднее завтрашнего вечера.
   Анна всё ещё с трудом могла поверить, что идёт настоящая война. И не где-то далеко, на западных границах, а прямо тут, под стенами её родного замка. И что эта война уже забирала жизни людей, окружавших её.
   И как пережить эту войну, как справится со всем этим горем без родителей? Без воли отца и поддержки матери? Юная герцогиня не знала ответа на этот вопрос. Но она точно знала, что завтрашний день станет решающим.
  
   Эльза стояла на самой высокой башне своей половины замка и наблюдала в телескоп за марширующей армией. За этой длиной вереницей огней от фонарей и факелов, протянувшейся вдоль дороги на Ринир. За теми тысячами солдат, что лавиной катились на восток, неся ужас и разрушение вглубь страны.
   Когда-то давно замок Аренделл был построен далёкими предками юной герцогини, чтобы контролировать эту дорогу. Но теперь он превратился в единственное укрытие от армии вторжения. Армии, которая была столь огромна, что могла попросту раздавить крохотный отряд стражи. А кое-как вооружённое ополчение вообще можно было не брать в расчёт.
   Эльза вдыхала морозный воздух зимней ночи, думая о том, стоит ли ей пойти в бой, обрушив свою силу на захватчиков? Или всё же скрыться, как настаивал мастер-арканист? С одной стороны, её сила огромна, и она может заставить хадорцев пожалеть о том, что они пришли с войной на её земли. Но с другой стороны, что может она одна против армии? Против десятков тысяч солдат и сотен колдунов?
   А если они пустят в дело варджеки? А если начнут бомбардировку осадной артиллерией, как сделали в Леруине? С тремя древними пушками и полусотней стражников против целой армии шансов не было практически никаких.
   Но вот против малой части этой армии шансы выстоять были, и при том весьма неплохие. Стены замка высоки и надёжны. Даже если на каждого защитника будет приходиться по десять врагов, силы двух магов должно хватить для успешной обороны.
   Разведчик сказал, что хадорцы готовят штурм. Но не всей армией, а только малой её частью. И это обнадёживало Эльзу. Пускай впереди будет тяжёлая осада, она не уронит чести своего отца и своего рода, сдавшись захватчикам без боя...
  
   После полуночи погода начала резко портиться. Тяжёлые свинцовые тучи, до этого казавшиеся незыблемым продолжением небосвода, обрушивали на землю волны снега одну за другой. А поднявшийся ветер закручивал его в невероятной мешанине пурги, скрывавший всё вокруг. Теперь ночь превратилась в сплошное мельтешение снега за окном.
   Эльза и так не могла заснуть. Она слишком хорошо знала, как можно вызвать такую бурю. Она, конечно, надеялась, что метель пришла сама, а не была сотворена колдунами.
   Хотя в этот волчий час, да в такую пургу, солдаты врага наверняка не могли продолжать движение. И уж тем более штурмовать замок. Скорее всего, прятались в своём лагере или в городе. Ведь сейчас на улице темно, хоть глаз выколи, а за снежной пеленой нельзя различить, что находится в десятке шагов впереди.
   Но герцогиня Аренделла всё равно не могла сомкнуть глаз. Какое-то гнетущее предчувствие притаилось на краешке сознания. А если смогут? А если эти хадорцы обучены воевать в снежных бурях? Их страна лежит намного севернее Ллаэля. Уж кому-кому, а не им привыкать к холодам и метелям.
  
   Анна слышала, как над замком всё сильнее и сильнее завывала снежная буря. Ещё недавно погода казалась спокойной, а ночь тихой. Но теперь ветер кидал всё новые порции снега в окна. От чего первая ночь в осаждённом замке казалась ещё более пугающей.
   Анна пыталась успокоить себя тем, что под защитой стен им ничего не угрожает. И это хадорцы будут замерзать, утопая в сугробах. Ведь в такую погоду даже плохой хозяин собаку на улицу не выгонит. А уж о войне и речи идти не может.
   Чувствуя, что от сна не осталось и тени, юная герцогиня решила всё же немного перекусить. Всё равно хуже от пары эклеров не станет. К тому же на кухне может быть найдётся ещё чего интересного. Или с кем поговорить? Потому что лежать на кровати в тёмной спальне, слушая дикое завывание ветра за окном, страшно и скучно одновременно.
   Одевшись, она пошла по тёмному замку. В некоторых залах её покоев были размещены беженцы, поэтому она пошла в обход, через галерею. Анна всё же не хотела беспокоить уставших людей, лишившихся практически всего, что имели. И поэтому она ступала среди рядов картин, освещая свой путь одинокой свечой.
   Она смотрела на пейзажи, натюрморты, и портреты предков, взиравших на неё со стен. И под их строгим взглядом ей становилось не по себе. Наконец она подошла к портрету последнего герцога Аренделла и, после минутного размышления, сдёрнула с него чёрную вуаль.
   И вновь она увидела родителей. Художник был настоящим мастером кисти, и потому герцог с герцогиней казались практически живыми. И Анна в очередной раз вспомнила о тех днях, когда они с сестрой были вместе, и родители были рядом. Временах, когда они были счастливы.
   -Как мне вас сейчас не хватает. Вы бы уж точно что-нибудь придумали. А мы с Эльзой вам бы помогли. И вместе мы бы справились. Как бы я хотела, чтобы вы были рядом и могли помочь...
   Анна склонила голову, чтобы отец с матерью не видели её слёз. Даже нарисованные маслом на холсте, их изображения были одним из последних напоминаний о былом. И понимание того, что ничего уже не вернуть, причиняло особую боль.
   Юная герцогиня так бы и стояла перед портретом своих родителей, тихонько плача, терзаемая видениями прошлого и ужасами грядущего, если бы не прозвучавший за окном выстрел.
   Анна чуть не подпрыгнула от неожиданности и испуга. Кто-то стрелял? Неужели атака? Нужно немедленно позвать стражу. Нужно предупредить ополченцев. Нужно предупредить Эльзу!
  
   Услышав приглушённый выстрел, Эльза буквально выскочила из постели. Неужели началось? Неужели это штурм? Посреди бури? Или же это ошибка и случайный выстрел? Или кто-то из стражников испугался тени и пальнул для острастки? Но времени на размышления не было. Пока юная герцогиня одевалась, громыхнуло ещё два выстрела. Теперь сомнений уже не оставалось. Их атаковали.
   У дверей спальни Эльза практически нос к носу столкнулась с перепуганной гувернанткой. Она тоже слышала выстрелы и бежала разбудить госпожу. По коридору уже нёсся мэтр Рауж-Фуко, успевший помимо всего прочего, вооружиться своим посохом.
   -Герцогиня, вам нужно немедленно покинуть замок! Я уже отдал приказ страже защищать спуск к подземному ходу любой ценой! Мы должны выходить немедленно. Они уже во внутреннем дворе и...
   -Пусть стража уводит герцогиню Анну и беженцев через подземный ход. Немедленно! Мы же должны задержать врага как можно дольше. Как думаете, колдунья-недоучка сможет остановить армию?
   -Только если ей поможет старый мастер-арканист.
   -Тогда идёмте скорее...
  
   Анна бежала по тёмным коридорам замка, надеясь добраться до двери на половину Эльзы раньше, чем враги. Она уже встретила отряд стражи и нескольких слуг, которых послала выводить беженцев. И теперь ей оставалось только поскорее добраться до преграды, которую она успела возненавидеть за последние годы. До этой белой с голубым орнаментом двери, которая отделяла её от сестры - последнего близкого человека в этом мире.
   Наконец, она добралась до зала, где стояла эта дверь. Зала, некогда разделённого пополам новой перегородкой. Не думая о возможной опасности, Анна подбежала к двери и начала стучать кулаками и даже ногами, призывая сестру бежать как можно скорее от врагов, ворвавшихся в замок. И каково было её удивление, когда дверь внезапно открылась.
   Анна чуть не упала носом вперёд, но её подхватил какой-то седовласый старик, худой и высокий. В странной мантии и с посохом, украшенным какими-то железками, пластинами и проводами, шедшими к медному набалдашнику на вершине, он был совершенно незнаком юной герцогине. А такого колоритного старика она бы обязательно запомнила.
   -Аккуратнее, герцогиня. Разрешите пройти.
   Анна чуть не лишилась дара речи от того, как этот незнакомец с ней обращался. А старик помог ей встать на ноги, после чего немного отстранил с дороги, освобождая проход для пары стражников и группы слуг.
   -Да кто вы такой?
   -Анна, почему ты ещё здесь? - спросила Эльза, замыкавшая процессию с ещё двумя стражниками.
   -Эльза! - Анна не могла больше сдерживать эмоции и повисла на шеи сестры. Слуги замерли от неожиданности, а старикан негромко кашлянул при виде такого проявления чувств.
   -Эльза, в замок ворвались враги! Тебе нужно бежать немедленно. Иначе...
   -Это тебе нужно бежать, Анна. - Эльза сделала знак стражникам, чтобы они сняли младшую сестру с шеи герцогини. - Я тоже по тебе скучала, но сейчас у нас нет времени. Тебе нужно спасаться.
   -А как же ты?
   -Я смогу о себе позаботиться. А теперь прощай, Анна. И береги себя.
   -Но ведь ты не собираешься...
   -Стража, отведите мою сестру к подземному ходу. Немедленно. Это приказ.
   -Нет. Вы не можете так со мной поступать. Я же герцогиня! - но двое стражников уже схватили под руки юную герцогиню и, не обращая внимания на титул и родословную, поволокли к спуску в подземный ход. Поняв, что теперь она окончательно теряет сестру, которую впервые увидела после десятилетней разлуки, Анна расплакалась. Только одну фразу она успела крикнуть сестре, до того, как двери закрылись: -Я люблю тебя, Эльза!
  
   -Я тоже тебя люблю, Анна. - негромко произнесла Эльза, когда стражники и слуги всё же увели сестру: - Живи и будь счастлива.
   И в этот самый момент громыхнул взрыв, выворачивая двери в зал. Только защитная аура мэтра Рауж-Фуко спасла юную герцогиню и стражников от незавидной участи быть посечёнными щепками и осколками. Останки двери ещё падали на пол, когда в коридоре уже отчётливо слышался топот множества ног.
   -Для меня было честью обучать вас искусству магии, Эльза, герцогиня Аренделл.
   И сказав эти слова, старый мастер-арканист обличил свою магическую силу в молнию, которая сорвалась с медного набалдашника его посоха и ударила во тьму коридора, на мгновение осветив множество бегущих в зал солдат. В воздухе запахло грозой, а из коридора раздался первый крик боли.
   -Для меня было честью обучаться у вас, мэтр Рауж-Фуко. - в тон учителю ответила Эльза, снимая перчатки.
   Стражники выстрелили из своих пистолетов в темноту коридора. И получили залп в ответ. Защитная аура смогла отразить пули. Но враги приближались. Они уже выбегали в тускло освещённый зал, намереваясь наброситься на герцогиню и её слуг врукопашную. Их короткие мушкетоны и окровавленные топоры выдавали в нападавших хадорцев лучше любой формы. Ведь именно такое оружие было в руках солдат захватчиков, отогнанных залпом пушек только этим утром.
   Не желая дать врагам возможности сблизиться и зарубить их, Эльза выпустила свою силу, создавая на полу слой идеально гладкого льда. Она была приятно удивлена замешательством хадорцев, когда паркет превратился в форменный каток, не дававший сделать и шага без риска упасть.
   Но даже такой поворот событий не остановил их в желании победить в этой битве. И солдаты дружно вскинули свои мушкетоны. Полдюжины наведённых стволов - достаточно серьёзный повод для паники. Эльза даже зажмурилась, взмахом руки создавая ледяную стену между собой и стрелками. И в этот момент громыхнул залп.
   Открыв глаза, Эльза увидела, что ледяная стена растрескалась и даже частично обвалилась, но сделала своё дело, остановив почти все тяжёлые пули. Но созданная юной герцогиней преграда оказалась недостаточно широка, чтобы защитить всех, и стражник справа рухнул навзничь с дырой в груди.
   В этот момент Эльза не могла ни отвести взор, ни пошевелиться, глядя на уже безжизненное тело человека, который умер ради неё и Анны. Страж, который исполнял свой долг до последнего момента, пока его сердце не было пробито вражеской пулей. И ведь сколько человек уже погибло ради них? А сколько погибнет?
   Но страх и бессилие недолго владели умом юной герцогини. Обратив их в гнев и решимость, она выскочила из-за преграды справа, обрушивая на врагов потоки льда и холода. Мастер-арканист уже обошёл преграду слева, и посылал молнии и заряды магической энергии, убивая хадорцев, пока те только перезаряжали своё оружие.
   Волна магической энергии Эльзы сделала своё дело, обращая солдат в покрытые льдом статуи. Это было одно из немногих заклятий боевой магии, которое она освоила. Созданное для защиты, оно обездвиживало врага, лишая возможности сражаться. Но в то же время не убивало. Всё ещё ей было страшно переступить эту черту - оборвать человеческую жизнь. Ведь в глубине души она понимала, что именно эта незримая линия отделяла монстра от человека.
   Но в следующее мгновение поле боя снова изменилось. Замороженные было враги, начали быстро оттаивать. Один за другим хадорцы стряхивали с себя ставший тонким лёд, готовясь продолжить бой. Эльзе приходилось лихорадочно метать потоки магической силы, чтобы сдерживать солдат, пока последний стражник и мастер-арканист пытались найти того колдуна или колдунов, которые бросили им вызов, разрушая чары герцогини.
   Но колдуны недолго скрывались. И вскоре вышли на свет. Троица, как две капли воды похожая на тех, которые встретились Эльзе в Корске. Тогда, десять лет назад. Но на этот раз они не помогали, они сражались с ней. И в доказательство этого постулата, они обрушили на герцогиню потоки магической энергии, обращённой в облака бритвенно острых ледышек.
   Своевременно поставив перед собой ледяную стену, Эльза спасла себе жизнь. А в следующий момент она послала эту самую стену навстречу колдунам, сбивая тех с ног и отправляя катиться по льду к стене зала. Устранив эту угрозу, юная герцогиня обернулась к стражнику и мастеру-арканисту, надеясь помочь им справиться с их противниками.
   Но вместо этого она стала свидетелем того, как сияющая магической энергией пуля попала прямо в голову стражнику, прошив защитную ауру мэтра Рауж-Фуко. Мастер-арканист пустил в ответ молнию с вершины посоха, после чего добавил пару магических зарядов, не прекращая при этом отступать от человека, вышедшего из-за ряда скованных льдом солдат.
   Эльза вздрогнула, когда увидела этого воина в тяжёлой пластинчатой броне, из-за спины которого торчала труба парового двигателя, выбрасывавшего в воздух облачка угольного дыма. Многочисленные проводники, а так же характерный гул не оставляли сомнений в работе арканодинамической турбины, приводивший в действие эти доспехи. А такие доспехи в армиях всех королевств носили только одни люди - варкастеры.
   Недолго думая, Эльза обрушила на нового врага потоки льда и холода, сковывая его, подобно остальным солдатам. Как она и надеялась, доспехи моментально покрылись толстой ледяной коркой, превращая хадорского варкастера в статую.
   -Эльза, сзади!
   Предупреждение мастера-арканиста было очень своевременно, потому как тройка хадорских магов уже вновь была на ногах и начинала новую атаку. И теперь они ударили разом, направляя на юную герцогиню потоки холода, стремясь сковать её коркой льда, как она сковала солдат. Она даже почувствовала, как стиснуло её ноги, приковывая к полу, не давая сделать даже шаг.
   Не ожидая, пока её окончательно заморозят, Эльза нанесла свой удар, на этот раз посылая в колдунов стену из острых сосулек. Как она и ожидала, все трое отскочили с неприличной скоростью, бросив свои чары. А без подпитки эти заклятья не продержались и секунды.
   Мэтр Рауж-Фуко в этот миг обрушил свои удары на неподвижного варкастера. Но магические заряды и даже молния отскакивали от брони и энергетического кокона силового поля доспехов. Именно поэтому варкастеры были столь грозными воинами. Эльза помнила о том, что только их особые способности и навыки могут в сочетании с системами доспехов создать поле достаточной силы, чтобы можно было пережить попадание из пушки, не получив ни царапины.
   Герцогиня уже намеревалась помочь учителю, когда с неожиданным треском хадорский варкастер скинул с себя ледяную корку, и окружённый голубоватым сиянием рунических кругов, витавших в воздухе и наполняемых его магической энергией, ринулся в атаку. Двигаясь по льду невероятно чётко и уверенно, будто идя по мостовой, он в четыре шага приблизился к мастеру-арканисту и с размаха всадил свой длинный зазубренный нож в грудь старика.
   Эльза вскрикнула от неожиданности. А хадорец резким движением высвободил оружие, позволяя обмякшему телу мэтра Рауж-Фуко рухнуть на пол вместе с посохом, который старик так не выпустил из рук даже в миг смерти. А вражеский варкастер уже атаковал юную герцогиню магией.
   Видя закручивающиеся круги рун, Эльза взмахнула руками, подымая ледяную стенку. Но даже вовремя созданный барьер не смог защитить её полностью. Потому что взрыв магической энергии попросту расколол преграду на мелкие кусочки, отбрасывая юную герцогиню прочь.
   Не удержав равновесие на льду, Эльза упала. Но подняться обратно она не успела, потому что её руки оказались прикованы к полу ледяными чарами другого колдуна. Осмотревшись в поисках нового врага, бросившего ей вызов, юная герцогиня встретилась взглядом со старым магом, которого узнала, даже несмотря на минувшие годы и краткость знакомства. Это был всё тот же колдун-лорд. И пускай за эти десятилетия он стал ещё более старым, а его борода ещё более длинной, хоть и более редкой. Перед ней стоял тот самый колдун, что спас жизнь Анне.
   -Довольно, Эльза, герцогиня Аренделл. Сегодня ты показала, чему научилась за прошедшие десять лет. Рауж-Фуко был хорошим учителем. Но общей теории и базовых техник недостаточно. Магу твоей силы нельзя останавливаться на достигнутом.
   Эльза заметила, как тройка других магов тоже влила свою силу в чары колдун-лорда, ещё больше усиливая ледяную хватку заклятия.
   -Что вам нужно? Убирайтесь из моего замка!
   -Боюсь, это невозможно. Замок Аренделл пал в ходе штурма. Но не всё ещё потеряно, Эльза. Ты можешь сохранить своё родовое гнездо. Сохранить жизнь своих вассалов. Сохранить свою честь и свою жизнь. Свою и своей сестры.
   Упоминание Анны задело Эльзу. Но не так, как ожидал этот бородатый старик. Вместо страха и отчаянья в юной герцогине вскипели гнев и ярость. Которые выплеснулись в новый поток силы.
   В мгновение ока ледяные оковы, до того плотно удерживавшие её руки, рассыпались вихрем мельчайших осколков, превратившихся в снежные потоки, закручивающиеся вокруг её рук. Эльза видела удивление, отразившееся на лицах колдун-лорда и троих его помощников когда их чары были разрушены. С хищной улыбкой она занесла руки, готовясь обрушить на мерзкого колдуна магический удар невероятной силы.
   -Никто больше не навредит Анне!
   Но чьи-то твёрдые руки подобно тискам впились в тонкие запястья юной герцогини, с силой направляя её руки вверх, уводя всю мощь магического потока под потолок. Несчастная люстра, на которую пришлась основная сила удара, мгновенно побелела, и через несколько мгновений превратилась в лёд. Неспособная больше выдерживать вес цепь с глухим треском лопнула, и вся конструкция рухнула вниз. Упав прямо между Эльзой и колдун-лордом, люстра рассыпалась тысячами осколков, усеяв пол колотым льдом.
   В зале повисло гробовое молчание. Которое оказалось нарушенным пыхтением Эльзы, пытавшейся вырвать свои запястья из рук хадорца, который поднял её над полом, чтобы не дать колдовать совсем. Всё, что она могла сделать - посылать хаотичные заряды холода в потолок.
   -Прекрати дёргаться, пока я не сломал тебе руки!
   -Нет, Олег! Чтоб ни одного волоса не упало с её головы.
   Эльза всё же достаточно изловчилась, чтобы взглянуть через плечо, в глаза тому, кто её держал. Она догадалась, что это был хадорский варкастер. И взглянув на пластины брони на руках, толстые стёкла защитных очков, закрывавшие глаза и подымавшийся из-за спины дым, она больше не сомневалась.
   -Я не буду с вами сотрудничать, колдун-лорд! - бросила Эльза приближающемуся старику.
   -Будешь, если тебе дорога сестра. Кажется, она последняя твоя кровная родственница близкого круга. - деловито заявил варкастер, для убедительности немного встряхнув юную герцогиню: - Думаю, что с ней может случиться очень много плохого, если её поймают солдаты вместе со всеми, кто скрылся в подземном ходу. Который кончается в лесу к юго-востоку отсюда.
   Эльза просто не могла сдержать стон разочарования. Её победили. Её обыграли по всем фронтам. И её поставили в совершенно безвыходное положение. Она могла бы пожертвовать собой. Но принести на алтарь семейной чести Анну было выше её сил. Ведь она дала слово защитить свою младшую сестру любой ценой. Видя, что выбора у неё действительно больше нет, герцогиня Аренделла спросила уставшим голосом: - Ваши гарантии?
   -Мои люди проводят Анну и других беженцев на юго-восток, до берега Чёрной Реки. Там она сможет сесть на паром, эвакуирующий беженцев с севера в Меруин. Оттуда она сможет уплыть в Сигнар. Если не будет задерживаться, успеет пройти до установления блокады речного транспорта.
   Слова хадорского варкастера звучали твёрдо и уверенно. Как будто этот план был придуман им уже настолько давно, что он успел заучить его наизусть. Причём дважды.
   -А для меня? - спросила Эльза, решив вытянуть из ситуации максимум, несмотря ни на что. Хоть так, но взять реванш за поражение в битве.
   -А тебе, Эльза, оставят жизнь, титул, земли и имущество, принадлежащее тебе по праву наследования. К тому же ты получишь шанс продолжить обучение, полностью обуздав свои силы и раскрыв свой потенциал. - голос колдун-лорда в этот момент можно было намазывать на хлеб вместо мёда. - Ты получишь всё, что могла бы получить в Ллаэле. И даже больше. Ты получишь силу, о которой другие только мечтают. От тебя нужно немного. Всего лишь клятва верности королевству Хадор.
   -Но как я могу принести клятву верности королевству Хадор, если мои предки уже принесли клятву верности королевству Ллаэль. - Эльза прекрасно понимала, что шансов отговориться у неё ровным счётом никаких, но признать поражение просто так она не могла. - Ведь тогда я нарушу слово предков, и своё слово тоже. А если я нарушу одну клятву, то другие мои клятвы не будут стоить даже грязи, в которую я уроню честь своего рода.
   -Я прекрасно понимаю вас, герцогиня. А потому вам будет дано время подумать над нашим предложением, если вы сейчас дадите слово чести ни злым умыслом, ни действиями, ни неосторожностью не сопротивляться аресту, не пытаться сбежать и не чинить вред войскам, имуществу и людям великого королевства Хадор.
   Колдун-лорд сформулировал всё предельно чётко. Такую клятву сдержать будет очень сложно. Но она не идёт в разрез с клятвой вассальной присяги, которую формально должна была принести Эльза при восшествии на трон своего отца.
   -Только поклянитесь сперва, что по завершении войны я с сестрой смогу вернуться домой.
   -Клянусь своей честью, что по завершении войны и ты, и твоя сестра сможете беспрепятственно вернуться в этот замок. - торжественно произнёс колдун-лорд, подняв вверх правую руку.
   -Клянусь честью и добрым именем рода Аренделл, а так же своим титулом герцогини, что не буду ни умышленно, ни действием, ни неосторожностью не сопротивляться аресту, не пытаться сбежать и не чинить вред войскам, имуществу и людям великого королевства Хадор.
   И стоило Эльзе произнести эту клятву, как хадорский варкастер разжал хватку, позволяя ей упасть на пол. Ловко приземлившись на ноги, Эльза взглянула на своих новоиспечённых тюремщиков: - И что теперь?
   -А теперь можете собрать вещи. До конца боевых действий вы будете интернированы. - сухо сообщил варкастер.
   -А когда война закончится?
   -Тогда мы вернёмся к нашему разговору, Эльза. - сказал колдун-лорд, не отрываясь от процесса освобождения своих подчинённых из ледяных оков: - И я надеюсь, что в следующий раз тебя уже не будут тяготить клятвы королевству, которого нет...
  
   Лучи тусклого зимнего солнца с трудом пробивались через полог тяжёлых облаков. Снег, уже не подгоняемый ураганным ветром, аккуратно падал на внутренний двор, постепенно скрывая следы прошедшего штурма.
   Но для Эльзы они были видны так же ясно, как будто всё случилось прямо на её глазах. Вот пятна крови в главном холле, где погибли поднявшие тревогу стражники. Вот дыры от пуль в стенных панелях. Вот следы на снегу во внутреннем дворе и кровь на стенах.
   Все её вещи уже были собраны и погружены на карету родителей, которая теперь медленно выкатывалась к воротам на только-только расчищенную дорогу. Путь снова лежал на северо-запад, в Корск. Но на этот раз напротив Эльзы, вместо матери с Анной на руках и мэтром Рауж-Фуко, державшим заклятье, сидели две горничные - единственные слуги, которых разрешили взять. Юная герцогиня чувствовала страх во взглядах этих женщин, ведь ещё вчера они служили Анне, а её в глаза не видели. Но теперь они вместе отправлялись в неизвестность.
   Пропустив въезжающие в замок подводы с новыми солдатами и пушками, карета всё же медленно выехала за ворота, открывая вид на стену с приставленными лестницами и занесённые снегом поля.
   Эльзе всё не давали покоя мысли о погибших людях. О стражниках, ополченцах, слугах. И все эти люди умерли за неё. За неё и Анну. Отдали свои жизни, чтобы дать им шанс спастись. А сколько вообще людей умерло из-за её гордыни? Десятки? Сотни? Но все эти смерти были напрасны. Раз о подземном ходе знали заранее, то это ничего бы не изменило. А раз всё было предрешено, могла ли она спасти их? Могла ли Эльза сохранить все эти жизни, просто открыв ворота замка и сдавшись на милость захватчиков?
   Отвернувшись от окна, Эльза попыталась успокоиться, чтобы не дать волю своей силе и не заморозить несчастных женщин, что плакали напротив неё. И она нашла успокоение в аккуратно сложенном полотнище, нёсшем цвета рода Аренделл - зелёный, фиолетовый и чёрный. Знамя, только вчера украшавшее самую высокую башню замка, теперь покоилось на коленях юной герцогини.
   Его отдал Эльзе хадорский варкастер. Он сказал, что она и её люди достойно сражались, защищая честь этого знамени. И в знак уважения она может забрать его с собой, дабы сохранить память о славе своего рода, которую она не посрамила трусостью. Это знамя не ляжет к ногам победителя, и не украсит трофейные залы.
   Юная герцогиня понимала, что это всего лишь мелкая подачка. Ничего не стоящий жест. Но для воина эти слова не были пустым звуком. И для её отца тоже. А потому она сохранит знамя до того часа, когда оно снова взмоет над замком. Её замком.
  
   Внешнюю дверь подземного хода открыли, когда буря улеглась. Слуги и стража с большим трудом смогли оттолкнуть заваленную снегом створку. Выход был замаскирован под небольшой холмик, сейчас больше всего напоминавший медвежью берлогу из сказок. И именно оттуда вылезали люди.
   Анна выбралась одной из первых. И пока слуги и стража помогали беженцам покинуть ход, она прошлась по лесу в сопровождении одного телохранителя, ища дерево повыше, на которое можно будет залезть. А найдя подходящее, не без труда вскарабкалась наверх, желая хоть краем глаза увидеть замок, и что творится в нём.
   Но достаточно густой лес ограничивал видимость. Только башни замка были видны из-за верхушек деревьев. Но даже отсюда юная герцогиня могла различить на самой высокой башне красное знамя, колыхавшееся на лёгком ветру.
   Замок Аренделл пал. Понимая всю горечь потери и изгнания, Анна начала спускаться вниз. Не сорваться и не изодрать платье было крайне сложно. Особенно когда голова забита мыслями, которые нужно прогнать подальше, дабы не свалиться без сил, рыдая о своей горькой доле.
   Так что сорвалась она достаточно предсказуемо. И непременно бы плюхнулась в снег, если бы не крепкие руки, подхватившие её возле земли. Это всё было столь неожиданно, что Анна даже не поняла, как умудрилась схватиться за шею этого бородатого мужчины, прижимаясь к стали его брони.
   -Герцогиня, я полагаю, что это моё место на этом дереве. - произнёс спаситель с сильным хадорским акцентом. - А ваше - с вашими людьми.
   Анна подскочила как ужаленная, вырвавшись из рук мужчины и отстраняясь от него, прижимаясь спиной к дереву. Теперь-то она могла хорошо рассмотреть этого высокого и худого брюнета в меховой шапке, жёлтом нагруднике поверх серой формы и сером же меховом плаще до земли. А так же кокарду и нашивки, отмечавшие хадорского солдата. И последней она увидала длинную винтовку с оптическим прицелом, которая была просто воткнута прикладом в снег. Стражника же нигде не было видно.
   -Вы...
   -Вдоводел. Вторая армия, одиннадцатая дивизия, восьмой легион, четвёртый пехотный полк. - солдат коротко козырнул, после чего поднял свою винтовку и сдул снег с приклада. - Может быть, опустим формальности и перейдём сразу к делу?
   -Вы будете меня убивать? - спросила Анна упавшим голосом, садясь на снег. Её руки дрожали, а разум рисовал картины самых жутких расправ.
   -Да что вы, герцогиня? Мы же культурные люди. Вы сейчас встанете и пойдёте вместе со мной к остальным беженцам. - хадорец вскинул винтовку, проверяя, не попал ли снег в затвор и спусковой механизм.- И там мы уже решим, что будет дальше. Но я обещаю вам, что мы не будем никого убивать пока не...
   Но договорить он не успел. Потому что Анна, воспользовавшись тем, что это так называемый вдоводел отвлёкся на свою ненаглядную винтовку, быстро слепила снежок и метнула ему прямо в лицо. От неожиданности хадорец чуть не уронил оружие. Сделав шаг назад, но выдал достаточно лаконичную, но, судя по всему, очень ёмкую фразу на хадорском, пытаясь одной рукой выковырять снег из глаз.
   Анна же тем временем проскочила мимо замешкавшегося врага и пустилась наутёк, стараясь как можно скорее вернуться к остальным стражникам. Но добежав до выхода из подземного хода, она увидела сидящих на снегу беженцев и обезоруженную стражу, в том числе и её телохранителя. А вокруг них по периметру стояли хадорские солдаты.
   Сама эта картина отдавала безумием. Как, каким образом враги узнали о подземном ходе, о котором она, герцогиня, не имела ни малейшего понятия? А солдаты продолжали вытаскивать беженцев из тоннеля, отправляя в круг под охрану. Её появление они тоже заметили, и ближайший хадорец даже успел сделать два шага к ней, закинув мушкетон на плечо.
   В панике Анна бросилась было назад, но тотчас налетела на того самого вдоводела. Мужчина поймал её за руки, и хорошенько встряхнул. Анна бы неприметно закричала, если бы не была ещё больше напугана его раскрасневшимся от снега лицом.
   -А ну хватит. Мы тебя спасать пришли, дура.
   И с этими словами стрелок отпустил её. От неожиданности, юная герцогиня сделала два шага назад, и не удержав равновесия, плюхнулась в сугроб, удивлённо глядя на хадорца. Такого бестактного обращения она не встречала ни разу в жизни.
   -А теперь, герцогиня, слушайте внимательно. В результате договорённости между герцогиней Аренделла Эльзой и полковником Страховым, вам и вашим вассалам даруется свобода.
   -Это как? - не поверила своим ушам Анна. - Зачем же тогда вы нас захватили?
   -Не захватили, а собрали вместе, пока вы не разбежались. И не перебивайте меня, пожалуйста. - вдоводел выглядел если не сердитым, то раздражённым точно. - В связи с текущими обстоятельствами перед вами стоит вопрос о том, как покинуть зону боевых действий. Так?
   -Так. - эхом отозвалась Анна.
   -У вас есть три варианта, как это сделать. Мы можем сейчас просто уйти, отпустив вас на все четыре стороны вместе с вашими подопечными. Но в этом случае мы никоим образом не гарантируем вашу безопасность, так же как не можем поручиться за остальные подразделения действующей армии королевства Хадор, которые могут взять вас в плен. Это понятно?
   -Понятно. - угрюмо ответила Анна. - Но для этого не нужно было нас ловить.
   -Да больно надо было вас ловить. - вспылил было хадорец, но быстро взял себя в руки. - Второй вариант, мы проводим вас и ваших людей до момента перехода через линию фронта с сохранением оружия и личных вещей. В этом случае ваша безопасность и сохранность вашего имущества гарантирована полковником и командованием второй армии королевства Хадор.
   -А с чего вам проявлять такую щедрость? - В голосе Анны сквозило сомнение. - Вы же вместо нашей охраны можете просто продолжать войну и грабёж.
   -Можем, и поэтому для исполнения второго варианта разрешения вашей ситуации мы потребуем внести две тысячи золотых монет в казну нашего полка. - с ухмылкой сказал вдоводел. - Для компенсации снижения боеспособности, материального ущерба и оплаты увольнительных для задействованного в операции личного состава.
   -Это такая особая форма грабежа? - не смогла сдержать возмущения юная герцогиня.
   -Нет, это форма финансирования боевых действий в отрыве от основных сил. - совершенно серьёзно ответил хадорец. - Мы же будем не сражаться, а охранять вас, защищая от бандитов, дезертиров и возможности захвата в плен. А ещё кормить и устраивать на ночлег.
   -А третий вариант?
   -Всё то же самое, что и во втором варианте, но только для вас и ещё двух человек на ваш выбор. Остальных мы просто отпустим. И в этом случае мы попросим внести в полковую казну всего тысячу золотых.
   -Да это даже не грабёж! Это наглое вымогательство! - Анна уже и думать забыла о страхе и неуверенности, настолько её переполняло возмущение поведением захватчиков. - Вы не имеете права требовать с нас деньги! Вы и так захватили и разграбили мой замок. Что вам ещё нужно?
   -Слушайте, герцогиня. Нам эта служба в эскорте вообще не нужна. Никому. - не стал скрывать раздражения хадорец. - И я, и остальные ребята предпочли бы не выискивать вас по этому лесу, а потом тащиться через заваленные снегом леса и поля за сотню миль, чтобы усадить вашу благородную особу на очередную плавучую калошу. Но раз полковник приказал, то я должен исполнять.
   -Но ведь о том, чтобы требовать с нас деньги, разговора не было. - язвительно заметила Анна.
   -И при этом по поводу ваших личных вещей тоже ничего сказано не было. И по поводу ваших людей. Говорилось конкретно о вашей персоне. И о том, что за вами остаётся право отказаться от эскорта по вашему желанию. Так что решайте, будете ли вы пробираться через леса и поля, отбиваясь от грабителей и дезертиров своими силами, или всё же задумаетесь о нашей помощи? И не забудьте о том, как вы собираетесь перейти через линию фронта.
   С этими словами вдоводел отвернулся и зашагал прочь. Остальные солдаты остались на местах, но не проявляли ни агрессии, ни особого интереса. Вот так всё просто. Плати или отправляйся одна и без поклажи в окружении этих неотёсанных мужланов. Никогда ещё Анна не чувствовала себя столь униженной. И в то же время столь беззащитной перед человеческой жадностью и жестокостью.
   Люди. А что будет с людьми? С её верными вассалами, что искали убежища от войны в её замке, а теперь угодили в плен. Бросить их на произвол судьбы посреди войны, от которой они бежали? Или тащить за собой на край света в изгнание?
   К решению таких проблем она была попросту не готова. Ответа не было. И ей всё ещё было страшно решать за других людей их судьбы. Поэтому Анна не нашла выхода лучше, чем просто предложить каждому выбрать свой путь.
   -Кто хочет остаться здесь, пусть встанет у выхода из тоннеля. - звонко заявила юная герцогиня, понимая, что так и не смогла до конца подавить предательскую дрожь в голосе. - Кто хочет отправиться со мной в изгнание, пусть подойдёт сюда.
   Люди, услышав призыв, начали делиться. Кто-то делал выбор сразу, почти не раздумывая. Другие же наоборот, тянули до последнего. Процесс сопровождали смешки и комментарии на хадорском, которые Анна предпочла проигнорировать, потому как даже без перевода понимала суть этих реплик.
   Итогом разделения оказались две неравные группы. Большая стремилась отправиться со своей герцогиней на юг, и состояла в основном из слуг, стражи, горожан, а так же молодых людей и детей постарше. Оставались люди среднего возраста, старики и большинство селян, особенно с маленькими детьми.
   Анна примерно посчитала по головам получившиеся группы, и поняла, что с ней отправляется около сотни человек. А такая толпа просто не сможет пройти незамеченной. Как не противно ей было признаваться себе в этом, но без помощи хадорцев они не осилят и половины пути по разрываемой войной земле.
   -Заплатите им две тысячи золотых. Я покупаю их услуги.
   -Могли бы сэкономить полчаса светового дня, если бы отбросили эти сюсюканья, герцогиня. - сказал сидевший в стороне под деревом вдоводел, поднимаясь на ноги, после чего пронзительно свистнул. - Отбой, ребята. Быстро не разберёмся. Придётся прогуляться.
   Каково же было удивление Анны, когда в ответ на эту странную реплику в лесу послышалось шевеление и переговоры на хадорском. После чего из-за деревьев показалось ещё больше людей, из которых только трое носили форму. Остальные были больше похожи на охотников и дровосеков - одеты были кто во что, хотя меховые тулупы и полушубки превалировали, как и меховые шапки. Но это была дань сезону, а не армейским порядкам. Даже знаков различия у них толком не было. Только символ перевёрнутого треугольника с подчёркнутыми вершинами - хадорский герб - был у всех. Но у кого-то на шапке, у кого-то на груди, у кого-то на рукаве. А у двух из трёх женщин, что были в отряде, он вообще оказался на вязаных шарфах.
   -Это что, бандиты? - испуганно спросила Анна у вдоводела. - Вы притащили с собой лесных разбойников?
   -Это не разбойники. - гордо заявил хадорец, раскуривая сигарету. Выпустив облако вонючего дыма, он обвёл широким жестом вновьприбывших, представляя их герцогине. - Прошу любить и жаловать - хадорские иррегулярные части. Если кто и сможет провести вас через леса и линию фронта, так это они.
   -Эти? - Анна чувствовала себя конченной дурой, которую водят за нос пытаясь убедить в том, что скисшее молоко - свежее. - Да у них даже ружей на всех не хватает.
   -Им предлагали, но они не берут. - безразлично пожал плечами вдоводел. - Да и с луком они обращаются получше многих стрелков.
   Видя возмущение и разочарование в глазах Анны, хадорец глубоко втянул сигаретный дым, после чего выпустил большое белёсое облако и продолжил более снисходительно. - Поверьте, герцогиня, лучше этих ребят вам следопытов на двадцать миль не сыскать. Да и мы будем с вами, так что бояться нечего. Лучше чем разговоры разговаривать нам сейчас ногами двигать. Нам то, конечно, всё равно. А вот вы на пароход опаздываете.
   Анна глубоко вздохнула, после чего медленно выдохнула. Повторив упражнение ещё два раза, она немного успокоилась, после чего вернулась к своим вассалам.
   -Те, кто уходит, берите вещи и начинайте движение. А те, кто остаётся... - юная герцогиня немного запнулась, но быстро нашла нужные слова. - Кто остаётся, не поминайте лихом. Надеюсь, всё обойдется, и вы будете счастливы. И когда-нибудь мы снова увидимся.
   Ответом ей стал многоголосый хор пожеланий счастливого пути, долгих лет жизни, удачи и счастья. На этом сумбурное прощание закончилось, и они расстались.
   Немногие оставшиеся начали медленно разбредаться, возвращаясь к своим домам. Остальные же пошли на юго-восток. Туда, куда ещё не успела дойти война. Туда, где среди заснеженных полей несла свои незамерзающие воды Чёрная Река.
  
   Анна перестала злиться на жадность хадорцев где-то на шестой день. Всё же слово своё они держали, и у всех беженцев была еда, место у огня на привале и по одному спальнику на двоих. Герцогине же достался персональный, и даже чистый. Что определённо скрашивало безрадостные дни перехода.
   Без помощи стражников и некоторых селян покрепче, Анна бы не выдержала этого испытания, когда за день нужно было пройти десять миль по заснеженным лесам, заметённым дорогам и пустым полям. А хадорцам было хоть бы хны. Они так и продолжали топать, даже помогая с поклажей. И при этом не оставляли своей брони, оружия и снаряжения.
   По пути им часто встречались другие хадорские войска. Наступление продолжалось широким фронтом, не останавливаясь ни на миг. И всё больше и больше солдат и машин устремлялось на восток, зачищая по дороге городки и деревни от остатков сопротивления и разрозненной армии.
   Королевская армия Ллаэля. Анна воспринимала эти слова как ругательство после того, как их попытались ограбить дезертиры. Более похожие на банду с большой дороги, чем на доблестных воинов, защищающих свою родину, эти люди в грязных и рваных мундирах напали во время стоянки, под вечер. По счастью, хадорцы быстро отбили эту атаку. И в тот день Анна поняла, почему её стражники так боялись и так ненавидели вдоводелов. Эти стрелки били без промаха, не потратив ни одного патрона впустую.
   Перейти фронт, как оказалось, не составляло вообще никакого труда. Сопровождающие просто побеседовали с очередным отрядом, после чего гордо сообщили, что следующая деревня уже свободна, а до реки и городка, где можно сесть на паром, остаётся всего восемь миль. И сообщив эти новости, хадорцы попрощались, и, оставив оружие стражи на земле, ушли на северо-восток, догонять свой полк.
   Анна же повела своих людей дальше, к реке. Но разум её был занят тем, что сказал ей вдоводел на последней стоянке, пока большая часть людей спала. И это были дурные вести - Ринир пал после двух дней боёв. И теперь на пути хадорских легионов осталось только две крупные преграды - Риверсмит и Леруин. После этого захватчиков уже вообще ничто не сможет остановить. Да и негде их уже будет останавливать. Ллаэль - не такая большая страна, тут всё рядом.
   И у них будет всего один день на то, чтобы добраться до городка, сесть на пароход и уплыть в Меруин. Послезавтра туда придёт свежий пехотный полк из Ринира, и судоходное сообщение будет прервано. Всего день для решающего броска. Восемь миль - не так уж и много, но не для измотанных недельным маршем людей. Однако дорога ещё не была разбита тысячами колёс и десятками тысяч сапог, а потому идти по простому утоптанному снегу было достаточно легко.
   Городок встретил их угрюмой атмосферой нависшей беды и ещё большим числом беженцев. Возле причала творилось настоящее столпотворение. Анне казалось, что сюда сбежалась половина Ллаэля в надежде сесть на пароход. Здесь были не то что сотни - тысячи людей. И всего четыре корабля возле причала.
   Была, конечно, ещё орава лодочников, которые предлагали за скромное вознаграждение доставить любого желающего на противоположный берег. Собственно, с их помощью львиная доля беженцев и покидала город.
   А всё потому, что к кораблям пускали далеко не всех. Пристань была оцеплена солдатами. Но это были не солдаты королевской армии Ллаэля, и даже не личная стража местного герцога. Толпу сдерживали алебардисты в серой форме и броне, действующие грубо и безжалостно, подгоняемые офицерами. Анну пугали эти вооружённые люди, которые вместо помощи и защиты беженцам раздавали только угрозы и удары, преграждая путь к спасению.
   Но ситуация прояснилась, когда появившиеся в толпе солдаты королевской армии и стража герцога начали расталкивать беженцев, создавая проход. И когда он был готов, на пристань устремились люди, до того скрывавшиеся в гостинице напротив. По богатству одежд, количеству вещей и числу слуг без труда можно было узнать дворян. Которые решили уплыть на кораблях, отказав в спасении остальным беженцам.
   Анна не знала, как быть дальше. Как найти путь к спасению? Ведь другие беженцы наврядли пропустят их вне очереди. Люди были напуганы чувством нависшей беды, буквально витавшим в воздухе. А ведь были ещё солдаты, настроенные совсем не дружелюбно. И куда бежать, что делать теперь, когда впереди толпа беженцев, а за спиной целый легион хадорцев, буквально наступающий на пятки?
   Анна была уже готова опустить руки. Но на помощь пришли стражники, слуги и горожане Аренделла. Быстро сговорившись, они подняли юную герцогиню, и самых младших детей на руки, после чего начали дружно протискиваться через толпу к коридору на пристань. При этом не особо церемонясь и не выбирая выражения.
   -Дорогу герцогине! - во всю лужёную глотку орал единственный сержант стражи, шедший впереди с пистолетом наготове. Двигаясь как таран, он по сути пробивал дорогу для того клина, в который вытянулись беженцы Аренделла. Вокруг быстро поднималась волна шума и возмущения. Но вооружённым стражникам всё же никто не решился перечить.
   -Но так же нельзя. - попыталась было протестовать Анна. - Отпустите меня, я же герцогиня!
   Но её не слушали. И продолжали нести через толпу беженцев, пока их клин не упёрся в ряд солдат королевской армии Ллаэля. Они попытались остановить движение, но быстро умерили своё рвение, когда им в животы уткнулись стволы пистолетов. Анна была напугана таким поворотом событий, ожидая, что сейчас начнётся пальба. И всё из-за неё и старания её телохранителей.
   -Вы что, не слышали приказа? - громогласно заявил высокий мужчина в богатом одеянии, останавливая солдат, которые уже спешили на помощь своим товарищам, на ходу обнажая оружие. - Пропустите герцогиню и её свиту немедленно!
   Его приказ был исполнен беспрекословно, после чего беженцы из Аренделла смогли попасть внутрь коридора безопасности. Анну тут же поставили на ноги, как и детей. И теперь они бежали вместе с остальными дворянами и слугами прямо к кораблям. Юная герцогиня была обескуражена подобным поворотом событий, но бежала довольно быстро, несмотря на усталость.
   -Что вы натворили? - спросила она, нагнав сержанта стражи. - Вы же обманули людей, угрожали оружием солдатам королевской армии. Вы били беженцев!
   -Герцогиня, я сделаю всё, что будет в моих силах, чтобы защитить вас. Я даже буду сражаться с солдатами королевской армии, наёмниками и хадорцами, ради вас. - сержант говорил не отвлекаясь от наблюдения за окружавшей их толпой беженцев, в которой всё сильнее раздавались гневные выкрики в адрес трусливых аристократов. - Потому что лучше меня разорвут на части, чем я снова увижу гнев герцогини Эльзы.
   -А почему вы не сражались тогда, в лесу?
   -Потому что мне приставили пушку к голове и пообещали прикончить вас, если я хотя бы дёрнусь. - сержант скривился, как будто у него разболелись зубы, но быстро взял себя в руки. - По счастью всё обошлось. Но поверьте мне, герцогиня, когда вас схватили, я готов был броситься с голыми руками на этих мерзавцев.
   -Вы служили моей сестре?
   -Да, герцогиня. Но сейчас не время для разговоров. Встаньте в центр группы, пожалуйста.
   Они как раз добрались до пристани, и Анна смогла увидеть картину полностью. За рядами алебардистов стояли стрелки в точно такой же серой форме и броне, держа винтовки наготове. А позади них работали грузчики и машины, перетаскивая ящики и бочонки из склада к борту кораблей. Оттуда груз поднимали лебёдками, складывая в трюмы. А тонкая нить высокородных беженцев и их приближённых стремилась к самому большому пароходу под серым флагом.
   Как и остальные, Анна поднялась на борт корабля. Каково было её удивление, когда большую часть беженцев из Аренделла остановили стрелки, выгоняя обратно за линию алебардистов. Юная герцогиня попыталась помешать солдатам, но офицер даже не стал её слушать.
   -На корабль, пока мы не вышвырнули тебя и твоё стадо взашей. - таков был ответ.
   -Да как вы смеете так со мной разговаривать? Я - герцогиня, и требую...
   Скандал не вспыхнул только потому, что сержант стражи вовремя схватил за руку Анну и почти силой втащил на корабль по достаточно узким сходням. Так и не успев высказать всё, что вертелось на языке по поводу наглого грубияна, юная герцогиня уже готовилась в гневе обрушиться на сержанта стражи. Но он заговорил первым: - Не стоит злить их, пока вас не застрелили.
   -Да разве они могут застрелить герцо...
   -Эти - могут! - грубо перебил Анну сержант, глядя ей прямо в лицо. - Это же наёмники. Для них ни ваша жизнь, ни жизни кого-либо вокруг не стоят и ломаного гроша. Это не их страна и не их народ. Для них эта война - контракт. Ради выполнения которого они убьют кого угодно.
   -И вы их боитесь настолько, что позволите меня прилюдно унизить?
   -Во-первых, их тут не менее двух сотен. - начал по пунктам перечислять свои доводы сержант. - Во-вторых, тут полно беженцев, а в случае конфликта они непременно пострадают. И в-третьих, мы в жизни не сможем остановить тяжёлый варджек, который раздавит вас в лепёшку.
   -Остановить кого? - не поняла Анна.
   -Его.
   Проследив за направлением, куда указывал сержант, юная герцогиня смогла увидеть большую машину, тащившую поднос с бочонками со склада к соседнему пароходу. Этого стального горбуна четырёх метров ростом, из вершины спины которого торчала достаточно длинная дымовая труба. От ещё трёх подобных машин, трудившихся неподалёку, этот отличался более длинными конечностями, значительно большей скоростью и ловкостью. А так же маленьким щитом, прикреплённым к левой руке и громадным мечом, прицепленным к нему сзади. Анну больше всего поразило именно это оружие. Почти три метра длинной, меч казался совершенно неподъёмным для человека. Будто его выковали специально для этого железного воина.
   -Это их машина?
   -Да. Стальные Головы всегда отличались хорошим снаряжением. - вмешался в разговор какой-то дворянин. Анне потребовалось почти минута, чтобы узнать в нём того, кто приказал пропустить её и её людей внутрь оцепления. - Именно поэтому мы заключили контракт именно с ними. Слаженный отряд, отличное снаряжение, бесстрашие и тяжёлый варджек - всё, что нужно для победы.
   -Именно поэтому они сейчас защищают корабли от беженцев? - словесный выпад от юной герцогини в сторону незнакомца последовал незамедлительно.
   -Не только. У нас всего сто пятьдесят человек стражи и солдат королевской армии. А для поддержания порядка во время погрузки и эвакуации нужны люди. И лучше Стальных Голов кандидатов на это задание было не сыскать. - менторским тоном произнёс незнакомец, после чего поклонился Анне. - Боюсь, мы не были представлены. Я - барон Гуин, правитель этого города и вассал герцога Винченсо Ла Рени. А вы, миледи?
   -Анна, герцогиня Аренделла.
   В ответ на малый поклон, который сделала Анна в соответствиями с правилами этикета в обращении с мелкими дворянами, последовал полный поклон, предписанный для обращения к более благородным особам.
   -Прошу прощения, герцогиня. Я не узнал вас сразу. Ещё раз приношу извинения за мою бестактность.
   -Почему вы не даёте беженцам сесть на корабли? Почему ваши наёмники не пускают их на причал? - Анна выплеснула на барона вопросы, давно терзавшие её.
   -Не более двадцати сопровождающих на одну семью, герцогиня. - извиняясь начал пояснять барон. - И ещё я должен выполнить свой долг перед королевством.
   -А разве ваш долг не в том, чтобы защищать ваших верноподданных вассалов и сограждан от захватчиков? Силой ваших солдат, или же эвакуацией, вы просто обязаны спасать беженцев!
   -У меня есть приказ. Я должен доставить припасы в Меруин как можно скорее. - начал объяснять барон чуть ли не полушёпотом. - На фоне этой задачи даже эвакуация дворянства - вторична. Чего уж говорить о черни...
   -Черни? - Анна была поражена до глубины души тем, как презрительно были произнесены эти слова человеком, облечённым властью. - Но ведь они такие же люди, как и вы. У них тоже есть семьи.
   -Это война, герцогиня. И для победы все мы вынуждены чем-то жертвовать.
   -Но ведь там женщины и дети. Чем они провинились? Почему должны оставаться здесь, полагаясь на милость захватчиков?
   -Потому что они не нужны. - сказал барон, надавив на последние слова. - Армии нужны припасы. Нужен порох и снаряды, которые мы им доставим любой ценой. Гражданские - вторичны. Таков приказ премьер-министра...
   -Премьер-министр - трусливый дурак, спасающий свою шкуру ценой своих подданных! - Анна вспылила и набросилась на барона, придя в ярость от его цинизма и безразличия к человеческому горю. - А если в вас, барон, ещё осталась хоть капля верности Ллаэлю, вы должны сделать всё возможное для эвакуации беженцев!
   Услышав такое заявления от юной герцогини, барон лишился дара речи. Он стоял и смотрел на неё, то открывая, то закрывая рот, похожий на выброшенную на берег рыбу. Наконец, он сумел взять себя в руки, и с поклоном удалился, буркнув напоследок дежурную фразу. - Сделаю всё возможное.
   Анна же продолжала смотреть на погрузку. В скорее, к её немалому облегчению, наёмники начали пропускать беженцев по одному, направляя к кораблям. И её вассалов в том числе. С высоты борта она видела, что это, пусть и маленькое движение, вселило в остальных людей надежду на спасение. Беженцы были рады хоть каким-то подвижкам. Рады, что их не забыли.
   -Я сделал всё, что было в моих силах, герцогиня. - сообщил запыхавшийся барон, снова подходя к ней с поклоном. - Беженцы будут взяты на корабли, которые уже загружены. Не больше грузоподъёмности. Но в сумме мы сможем вывести не более пяти сотен. Эвакуация дворян закончена, первый пароход отчаливает через десять минут. Мы отходим через час.
   -Проследите, чтобы на борт взяли как можно больше людей. И разместили подобающе. - приказала Анна, демонстрируя всю наличную гордость и уверенность. - И я благодарю вас за понимание, барон.
   -Рад был вам служить, герцогиня. Вынужден откланяться, потому как эвакуация требует моего участия.
   И с этими словами барон отвесил полный поклон и скрылся из виду. Анна впервые за последние десять дней была довольна собой. Она чувствовала, что сделала всё правильно. И ещё чувствовала испуг сержанта, который успел отойти на два шага назад, и теперь стоял возле стенки по стойке смирно.
   -В чём дело? - спросила она в недоумении.
   -Прошу прощения, что был груб с вами, герцогиня. - начал быстро оправдываться сержант. - Всё, что я делал, я делал для вашей защиты и во исполнение воли вашей сестры, герцогини Эльзы. Прошу вас проявить снисхождение к вашему верному слуге.
   -Вы сделали всё, что могли, сержант. Я не злюсь на вас. - сказала Анна, поднимая руку в примирительном жесте. Какого же было её удивление, когда сержант от этого простого движения вздрогнул и зажмурился. - Что такое?
   -Ничего серьёзного, герцогиня.
   -Это из-за моей сестры? - догадалась Анна.
   -У вас с ней очень много общего, герцогиня.
   Анна отвернулась, потрясённая словами сержанта. Неужели её сестра была настолько страшной? Неужели Эльза была столь жестока, что даже стража её боялась? И неужели она сама была такой же? Это невозможно! Это всё неправда! Она всегда хорошо относилась к окружавшим её людям. И Эльза тоже!
   А тем временем первый пароход отдал швартовы и отчалил, отходя к центру реки. Погрузка второго парохода была закончена, и на борт всходили беженцы, пока грузчики и машины старались поскорее погрузить припасы на последний корабль, когда над шумом толпы пролетел истошный вопль.
   -Хадорцы! Хадорцы!
   Размышления Анны были прерваны криком всадника, который влетел бы прямо на пристань, если бы не толпа людей, блокировавшая его путь. Отчаявшись быстро прорваться через беженцев, этот разведчик кричал во всё горло, чтобы донести послание до барона.
   -Хадорцы прошли деревню! Их пехота в пяти милях к северу! Их кавалерия уже входит в город!
   -Что он наделал, безумец! - воскликнул сержант, кидаясь к Анне. - Идёмте внутрь, герцогиня. Сейчас тут будет сущий ад...
   -А как же мои люди, которые ещё внизу?
   -Их уже не спасти. Да упокоит Морроу их души с миром.
   Анна не поняла, почему сержант был столь пессимистично настроен, но всё же последовала за ним. А на пирсе уже подымалась волна паники. Люди начали ещё сильнее напирать на наёмников, стремясь укрыться от опасности на кораблях. Видя эту картину, Анна поняла, почему сержант старался увести её как можно скорее.
   И когда она уже входила в дверь надстройки, прозвучали первые выстрелы. Понимая, что там, на пристани, остались её люди, Анна побежала к лестнице, чтобы подняться на надстройку. Добежав практически до капитанского мостика, она увидела, что эвакуация превратилась в хаос.
   Паника, овладевшая людьми, лишила их рассудка. В исступлении они кидались на наёмников с голыми руками, просто за то, что те мешали им добраться до спасительных кораблей. А наёмники в ответ открыли стрельбу, пытаясь огнём винтовок и пистолетов разогнать толпу. Толпу, где были и её люди.
   -Руби швартовы! Отчаливаем немедленно! - гаркнул в рупор выскочивший из мостика капитан. После этого команда кинулась освобождать судно от удерживавших его канатов. Из трубы уже находившегося под парами двигателя вырвался тяжёлый клуб угольного дыма, а гребные колёса начали всё быстрее и быстрее стучать по воде, увлекая корабль прочь от причала, к центру реки.
   В ужасе Анна смотрела, как разворачивалась битва на причале. Как люди в гневе скидывали в воду наёмников. Как наёмники сражались с беженцами за свою жизнь. Как варджек, бросивший очередной ящик, снял с креплений меч и бросился на людей. Как на его пути встали другие машины, подгоняемые криками грузчиков. Как люди прыгали в воду, пытаясь вплавь догнать уходящие пароходы. А в конце улицы уже показались всадники в тяжёлой красной броне...
  
   Анна сидела на крыше капитанского мостика, и тихонько плакала. Она забралась сюда при помощи сержанта, который теперь стоял внизу, ожидая её. Но сейчас юная герцогиня старалась скрыть свои слёзы от всех, даже самых верных слуг. Потому что она оказалась самой старшей из трёх пассажиров, носивших герцогский титул - самой высокородной дееспособной особой на борту. Потому что она всё ещё была ответственна за тех, кто положился на неё. И им не стоило видеть её слабость.
   Но слёзы душили Анну с того момента, как стража пересчитала беженцев из Аренделла, успевших попасть на корабль. Всего пятьдесят два человека, не считая её. Пятьдесят два из более чем сотни тех, кто отправился с ней в изгнание. И сейчас они сидели на палубе, куда выгнали всех тех, кто не попал в число приближённых к благородным пассажирам.
   А о том, что случилось с остальными, Анна старалась не думать. Но мрачные мысли всё равно лезли в голову. О том безумии, которое залило причал. О том отчаянном бое людей с солдатами, наёмниками и самими собой за шанс попытаться запрыгнуть на отходящий пароход. Снова к ней возвращались видения стреляющих в безоружную толпу солдат, мужчин и женщин, с голыми руками бросавшихся на закованных в броню и вооружённых до зубов наёмников, и машин с лязгом сошедшихся в бессмысленной битве, повинуясь приказам своих хозяев. И хадорской конницы, стремительно приближающейся с севера.
   Анна надеялась, что морозный воздух этой ночи поможет ей вернуть уверенность в себе и душевный покой. Помогало это не очень. Но, по крайней мере, ей никто не мешал, кроме плеска воды, приглушённого шума двигателя и редких криков команды.
   Но вскоре по палубе забегали матросы, туша огни. То же самое делали и на других кораблях, старавшихся держаться неподалёку. Вся небольшая флотилия погружалась во мрак.
   -Сержант, в чём дело? - спросила Анна, аккуратно подойдя к краю крыши.
   -Мы подходим к Меруину, герцогиня. Хадорцы могут быть рядом, и капитан опасается огня их артиллерии.
   -А далеко до города?
   -Не более получаса хода, герцогиня. Желаете спуститься?
   И не смотря на робкую надежду, которую Анна слышала в голосе сержанта, она была намерена увидеть всё своими глазами.
   -Не сейчас. Лучше принесите мне подзорную трубу.
   -Постараюсь найти побыстрее, герцогиня. И я пришлю стражника на смену.
   С этими словами сержант ушёл. А Анна продолжала смотреть на покрытые снегом поля, смутно различимые по краям водной дороги, которая казалась чёрной как смоль, полностью подтверждая своё название. И только отдалённые приглушённые хлопки иногда прорывались через размеренный плеск воды и стук гребных колёс.
   -Герцогиня, возьмите. - произнёс сержант, протягивая подзорную трубу, конец которой показался над краем крыши.
   -Благодарю. - спокойно сказала Анна принимая инструмент и начиная осматривать окрестности. - Вы слышали хлопки?
   -Слышал. На носу слышно ещё лучше. - сержант говорил осторожно, стараясь склонить юную герцогиню поскорее покинуть опасную крышу. - Это хадорские пушки. Фронт близко.
   -Я знаю, сержант. И я хочу увидеть его своими глазами.
   В воцарившейся тишине всё чётче и чётче было слышно нарастающую канонаду. Пока, наконец, не стали различимы на горизонте огни Меруина. А следом за ними и стены столицы, освещаемые вспышками взрывов.
   С замиранием сердца Анна смотрела за тем, как разворачивался бой. Как били орудия со стен, как вспышки взрывов вырывали из темноты поля перед городом, усеянные остатками временных укреплений. Слушая грохот пушек, свист снарядов и то вспыхивающую, то затухающую трескотню ружейной пальбы, юная герцогиня пыталась понять, что ждало бы замок Аренделл, если бы хадорцы устроили полноценный штурм, а не напали ночью, под прикрытием снежной бури.
   Внезапный свист падающего снаряда и взрыв с последующим плеском падающей воды отвлекли герцогиню от безрадостных размышлений. Опасения капитана были совершенно оправданы - по ним стреляли из пушек.
   И чем ближе они подходили к городу, тем сильнее становился обстрел. Хадорцы, судя по их меткости, не могли разглядеть корабли в темноте. Но они слышали плеск колёс и работу двигателей, а потому вели огонь, полагаясь более на слух и предполагаемый фарватер. Анна ещё раз тихо поблагодарила капитана за его предусмотрительность. Они шли ближе к левому берегу, который пока что был свободен. Но с правого берега хадорцы не прекращали стрелять.
   Поняв тщетность стрельбы вслепую, захватчики сделали новый ход, запустив осветительную ракету. Юная герцогиня удивлённо ахнула, наблюдая за тем, как в небо взвилась тонкая огненная нить, которая в следующий миг превратилась в сияющую белым алхимическим пламенем звезду. Её свет залил реку и окружавшие её поля на те несколько секунд, пока ракета висела в воздухе. Но этого оказалось достаточно, чтобы хадорские артиллеристы успели взять прицел. Снаряды начали падать значительно ближе к первому кораблю их маленькой флотилии. Пока один из них не попал в мачту, высветив на мгновение силуэт парохода и перепуганных беженцев на его палубе.
   Анна пришла в ужас, вспомнив слова барона. Ведь эти корабли везли снаряды и порох для осаждённой столицы. А что, если хадорцы попадут в трюм?
   И будто подслушав её мысли, следующий снаряд угодил прямиком в трюм. Его взрыв был заглушён рёвом вспыхнувшего пороха, который почти мгновенно превратился в громоподобный грохот. Столб ярко-алого пламени взметнулся к небесам, раскалывая корму несчастного судна. Всё вокруг оказалось озарено этим алым светом, окрасившись в разные оттенки красного. Скованная ужасом, Анна наблюдала, как изуродованные остатки парохода стремительно уходили под воду.
   -Ради Света Морроу и всех его святых, герцогиня, умоляю вас спуститься и вернуться в каюту. - страдающе произнёс сержант стражи. - Если с вами что-то произойдёт - я себе никогда не прощу.
   -Если в нас попадут, вы не успеете испугаться. - произнесла Анна бесцветным голосом.
   К её немалому удивлению, хадорцы почти сразу перенесли огонь на пароход, шедший третьим. Их корабль как будто не замечали. Юная герцогиня видела, как два снаряда пробили борт возле самой воды, обрекая судно на гибель. В подзорную трубу были отчётливо видны матросы и беженцы, что пытались хоть как-то спастись со стремительно тонущего парохода, который почти остановился и уже начал заваливаться на правый борт.
   И ещё больше поразило Анну то, что последний корабль на полном ходу прошёл мимо, даже не попытавшись подобрать кого-то из терпящих бедствие. Будто и не существовало никаких правил о спасении утопающих, о которых даже она читала.
   Единственное, что немного порадовало юную герцогиню, так это прекращение обстрела. Хадорцы, видимо, истратили все снаряды. По крайней мере ей так хотелось думать. Ведь иначе получалось, что они утопили ровно те корабли, какие хотели, пропустив остальные. А эта мысль подобно верёвке тянула из глубин сознания старательно загоняемую как можно дальше мысль о предательстве. Оставалось только радоваться, что они оказались именно на том пароходе, который сумел прорваться.
  
   Столица встречала их всей тяжестью и безрадостностью осаждённого города. Пароход стоял на разгрузке, ожидая пополнения запасов угля и решения капитана. Который договаривался с возможными пассажирами о предстоящем рейсе в Сигнар.
   Анна в очередной раз тяжело вздохнула, после чего принялась повторно пересчитывать деньги вместе с сержантом стражи и служанками. Всё же хадорцы за свои услуги забрали почти две трети заготовленного золота. А после того, как капитан назвал цену билета до Корвиса, положение казалось совсем безрадостным. И очередной подсчёт подтвердил худшие опасения - по прибытии в Сигнар у них останется чуть более ста золотых.
   Но выбора у юной герцогини не было. Бросать своих людей в городе, который каждый день подвергался обстрелам осадной артиллерии, она не желала. Потому что она уже почувствовала, как кровь стынет в жилах, когда слышишь свист падающего снаряда. И заставлять своих вассалов вновь испытывать этот ужас она считала настоящим предательством. А за предательство нет прощения.
   Но отправиться дальше на юг они смогут только через три дня, когда корабль будет снаряжен, загружен углём и возьмёт на борт дополнительных платёжеспособных пассажиров.
   А это означало только одно - юной герцогине и её вассалам придётся встречать новый год в Меруине. В этом прекрасном древнем городе, который Анна проклинала. В столице, которая забрала у неё родителей руками палачей премьер-министра Ллаэля архгерцога Деяра Глабрина - труса и предателя. В чьих преступлениях день ото дня сомневалось всё меньше людей. Особенно после того, как он закрылся во дворце правительства под защитой своих агентов, только изредка выдавая приказы для армии и ещё лояльных ему дворян.
   Анна понимала, что это будет самый мрачный праздник в её жизни. Особенно после того, как она узнала последние новости. Крепость Редволл была просто сметена за один день, а весь гарнизон перебит до последнего человека. Элсинберг продержался всего сутки, после чего тоже пал.
   И теперь по правому берегу Чёрной Реки не оставалось ни одного крупного города, свободного от захватчиков. Хадорцы захватили половину государства менее чем за месяц. И теперь вся надежда была на остатки королевской армии, которые успели кое-как отступить и перегруппироваться в Риверсмитте, и на сигнарский корпус, который сейчас сдерживал натиск хадорских легионов на Меруин.
   Именно высадка сигнарцев препятствовала отправке на юг. И именно их солдаты теперь занимали места убитых ллаэльцев в битве за столицу. И это вселяло надежду на то, что волна завоевания будет обращена вспять, как это случалось и ранее. И Анна снова сможет вернуться в родной замок. И снова увидеть Эльзу. И это будет лучшим подарком на новый год, который можно вообразить.
  
   Эльза сидела за праздничным столом, с грустью глядя на дорогие яства и напитки. Встречать новый год под арестом - такой поворот событий всего пару недель назад ей не мог привидеться даже в страшном сне. А теперь она - герцогиня Аренделла - делит стол со своими тюремщиками - хадорскими колдунами. И празднуют они новый год в роскоши обеденного зала гостиницы Лаэдри. Одном из самых красивых уцелевших зданий в центре захваченного города.
   Юная герцогиня с тоской слушала торжественные речи и здравницы на хадорском, который она достаточно хорошо знала ещё до войны. Слушать о долгожданной мести предателям старой империи, о победах и трофеях, и конечно же о грядущих битвах было особенно тяжко для неё - проигравшей эту войну пленницы.
   А война уже достигла переломной точки - хадорские легионы вышли на берег Чёрной Реки почти на всём её протяжении, осадив Меруин и Риверсмитт. И если защита столицы поддерживалась сигнарским корпусом, то на востоке вся надежда была на остатки королевской армии Ллаэля, наёмников и ополчение. И пусть города-крепости востока были могучи, на них было брошено шестьдесят тысяч солдат. И это не считая варджеков и колдунов.
   Эльза понимала, что если хадорцев не остановят сейчас, их не остановят больше никогда. Особенно после историй о штурме Редволла, когда целая крепость была за сутки обращена в руины, а гарнизон вырезан легионом, который вёл сам Мясник Хардова - человек, о котором даже хадорцы говорили с трепетом. Юную герцогиню пугали эти рассказы о закованном в тяжёлую броню безумном берсерке с даром варкастера, который подчинялся только командующему армией и лично королеве.
   А ведь там, в Меруине, сейчас должна была находиться Анна. Судя по словам колдун-лорда, она благополучно пересекла линию фронта и даже успела сесть на пароход. И наверняка в скором времени отправится в Сигнар, туда, где нет войны. Эльза была рада тому, что спасла сестру. Что её жертва не была напрасна. И что колдун-лорд и захвативший её варкастер сдержали своё слово. А это означает, что и она сдержит своё. И до конца войны не будет пытаться сбежать или кому-то навредить.
   Хотя пытаться ей даже не приходилось. Всё получалось спонтанно и совершенно случайно. И причина этому, скорее всего, крылась в подвале замка Аренделл. Эльза помнила о той арканомеханической системе поглощения, что была куплена её отцом, когда ей исполнилось десять. И только теперь она осознала в полной мере, какова была мощность этой жутко дорогой установки. И какова была её полная сила, часть которой поглощала эта система.
   Теперь она могла себя чувствовать более-менее свободно только рядом с колдунами, которые могли как подавлять её силу своей магией, так и защититься зачарованной бронёй и заговорёнными амулетами.
   Общаться с обычными людьми Эльзе теперь стало ещё сложнее. Особенно после того, как она случайно чуть не заморозила насмерть свою гувернантку, которая спала в соседней комнате. Только благодаря бдительности стражи и расторопности колдунов, её успели спасти от неминуемой гибели. И теперь обе гувернантки боялись даже заходить в её комнату, не то что прикасаться к её вещам. Но они были вынуждены делать это, потому что страх перед хадорскими колдунами был ещё больше.
   Сама же Эльза была вынуждена стать ещё более сдержанной, аккуратной и замкнутой. Её одежда постепенно преображалась, покрываясь сдерживающими амулетами и рунами заклятий, которые помогали контролировать силу.
   Но даже этого было мало. Из разговора колдунов юная герцогиня услышала, что для её охраны был выписан специальный отряд Дум Риверов - одного из самых страшных орудий в магическом арсенале Хадора. Юная герцогиня боялась этих почти мифических существ, что когда-то были людьми. Боялась этих монстров, которые были сильнее и живучее обычного человека благодаря тёмной магии, которой были пропитаны их проклятые мечи. Магии столь древней и могучей, что она пережила столетия. И до сих пор оставалась неуязвима для других заклятий, делая этих одержимых берсерков идеальным оружием для борьбы с колдунами и чародеями. Для борьбы с ней.
   От этого знания её сон стал ещё более беспокойным. Потому что видения кровавого безумия спущенных с магических цепей монстров в форме человека, неуязвимых для колдовства и жаждущих её крови, стали для Эльзы новым ночным кошмаром.
   И это ещё хорошо, что колдун-лорд понимал, что в этих выбросах холода не было её вины. Что сила, более не поглощаемая аркмеханикой, была не до конца ей подвластна. Понимал и старался помочь обуздать вновь открывшиеся возможности.
   И заодно подтянуть хадорский на более приличный уровень, потому как произношение откровенно хромало, да и с грамматикой были некоторые трудности. Всё же язык, где порядок слов в предложении подчинялся такому количеству правил, что их все мог вспомнить разве что профессор лингвистики, а простые люди вообще не знали о существовании каких либо подобных правил, был очень сложен в освоении. Но юной герцогине приходилось учиться. Учиться мыслить по хадорски. Потому что это было необходимо для понимания арканной традиции, которая уже более трёхсот лет шла своим путём, почти не связанным с другими магическими школами.
   Ну а подарками на этот новый год для Эльзы стала меховая шуба, меховая шапка и толстые кожаные перчатки на меху, покрытые мелкой рунической вязью связывающих заклятий - одежда, которую ей предстоит носить на пути в Корск, в столицу Хадора и главную цитадель ордена магов холода - Ковена Серых Владык.
  
   Анна стояла на смотровой площадке одной из самых высоких башен королевского дворца в Каспии. От высоты у неё захватывало дыхание. Находясь на вершине одной из самых грандиозных построек, созданных человеком, она любовалась невероятной красоты видом на Город Стен - самую мощную крепость в мире.
   Город, который оставался неприступным уже две тысячи лет, простирался внизу лоскутным одеялом разномастной застройки. Поделённый на кварталы огромными стенами, он охватывал левый берег устья Чёрной Реки. Отсюда были видны паруса кораблей в Сигнарском заливе. Видны заводы и фабрики, верфи и порт, жилые кварталы, университеты, величественные соборы. А люди были не более чем крохотными точками, подобно муравьям копошившимся далеко внизу.
   А также был виден Сул - раскинувшийся на правом берегу младший брат Каспии. Когда-то они были одним целым, пока гражданская война не расколола королевство полторы сотни лет назад. И до сих пор из реки торчали опоры взорванных мостов - немое напоминание о раздоре, угли которого тлели до сих пор.
   Но даже захваченная этим невероятным зрелищем, Анна слышала краем уха разговор её двоюродной тёти и полковника армии Сигнара Петорсона. Этот пожилой человек в синей форме с треугольной шляпой пугал юную герцогиню не столько пронзительным взглядом и странноватыми манерами, сколько механическим протезом, заменявшим его правую руку. И пускай железная рука имела столько же пальцев и двигалась почти как живая, даже её хозяин смотрел на эту пародию на конечность с нескрываемой ненавистью. Чего уж говорить про остальных. Хотя это он организовал экскурсию на самую вершину города, куда даже не всякого лорда пускали.
   И сейчас именно с этим человеком графиня Рита Доулган - официальный опекун Анны - обсуждала будущее юной герцогини. Будущее, которое она была готова выбрать после всех тех потрясений, что пережила во время войны и бегства в изгнание.
   А пережито было многое. Чего стоила одна неделя в Корвисе, которую пришлось провести в лагере беженцев. От одного воспоминание о царившем там запахе у Анны до сих пор возникали рвотные позывы. И если бы не кредит в банке, данный по сути под её честное слово и громкий титул, то не добралась бы она со своими вассалами до столицы, не нашла бы пусть и очень дальних, но родственников, которые дали крышу над головой и помогли вернуть долги.
   -Так вы действительно хотите научиться стрелять? - спросил полковник, с лязгом кладя механическую руку на парапет башни рядом с Анной. - Разрешите узнать, зачем столь юной и столь высокородной леди марать руки в оружейной смазке и пороховой гари?
   -Чтобы не быть беззащитной, когда я отправлюсь искать сестру. - твёрдо заявила Анна. - Я уверена, что она жива. И что её схватили хадорцы. И я не смогу жить, зная, что Эльза в плену. Потому что она пожертвовала собой, чтобы дать мне спастись.
   -И отчего же такая уверенность, что она жива? - усмехнулся Перторсон, смотря на восток. - Особенно если она в плену у хадорцев.
   -Она договорилась с ними, чтобы меня и остальных отпустили.
   -И вы точно собираетесь вернуться в Ллаэль, даже если война будет продолжаться? - спросил мужчина, глядя Анне прямо в глаза. - А если вы не найдёте там вашу сестру? Отправитесь за ней в Хадор?
   -Да, отправлюсь. И никакие хадорские легионы меня не остановят.
   Какого же было удивление Анны, когда этот мужчина раскатисто рассмеялся. Она уже была готова обозвать его грубияном и хамом, когда он положил левую руку ей на плечо и уже серьёзным тоном сказал: - Когда-то давно я был таким же горячим юнцом, готовым кинуть вызов всем ордам фанатиков Сула разом. А теперь я - инвалид, списанный из действующей армии. А вместо руки, которую раздавил хадорский варджек, у меня эта кривая железяка. Вы не боитесь, что на этом пути вам придётся пожертвовать красотой, здоровьем и даже жизнью?
   -Не боюсь. - сказала Анна, сама удивившись твёрдости своего голоса.
   -А мне нравится решимость юной герцогини. Графиня, я буду обучать вашу воспитанницу. Думаю, из неё выйдет отличный стрелок...
  
   Жизнь в Каспии, несмотря на все ожидания, не сильно отличалась от жизни в Аренделле - та же размеренность, тот же распорядок дня, те же ограничения. Временами Анне казалось, что кроме стен и некоторых лиц вокруг неё вообще ничего не изменилось.
   Хотя всё же разница была. Юг давал о себе знать, и снега тут не бывало вообще. Зима ограничивалась разве что дождями и промозглым ветром с моря. Да и размер города напоминал о себе вечным шумом, доносившимся снизу. Состав занятий тоже изменился. К прежнему списку добавился хадорский язык, дополнительное изучение сигнарского языка, истории и культуры, а так же ежедневные занятия по стрельбе в тире, который был организован специально для неё.
   А дни сливались в недели, которые вытягивались в месяцы. Новости из Ллаэля поступали всё более отрывистые и всё более страшные. Анна с трудом смогла узнать о бойне в Риверсмитте, о капитуляции Леруина, о штурме Меруина. Но главная новость, которая потрясла весь Сигнар - вторжение армий Хадора в Торнвуд и начало осады Нордгарда - самой могучей крепости на севере королевства.
   Но всё стало намного хуже, когда с началом весны война пришла в Каспию. Пришла с юго-востока в виде несметных орд религиозных фанатиков, ведомых Гариком Войлом - главой церкви Менота. Анна с ужасом вспоминала те дни, когда на город падали выпущенные со стен Сула ракеты. И если снаряды хадорских пушек пронзительно свистели, после чего взрывались, обдавая всё вокруг потоком шрапнели, то зажигательные снаряды менитов, с шипением и рёвом падающие с небес на свои цели, взрывались огненным шаром, заливая всё вокруг алхимическим пламенем, который не могла потушить вода. И только после месяца боёв новый фронт переместился в Сул, и обстрел прекратился.
   К концу весны, когда у Анны уже начало получаться достаточно стабильно попадать в мишень, ей было устроено испытание. И тётушка Рита с волнением наблюдала, как трое седовласых старцев, приглашённых наставником по стрельбе, вели этот невероятно важный экзамен. Полковник Петерсон - пусть и искалеченный, немного грубый, но очень талантливый стрелок, представлял свою ученицу на суд профессорам академии ганмагов. Если Анна пройдёт все тесты, то будет принята в орден Арканного Шторма. А это - большая честь, которой удостаиваются только талантливые стрелки, обладающие магическими способностями.
   Экзамен затянулся на добрых четыре часа. Из которых только полчаса ушло на саму стрельбу. Всё остальное время Анну заставляли брать в руки то тот, то другой материал, рисовать разные знаки, зачитывать по бумажке бессмысленные фразы, тыкали какими-то приборами. В её способностях к стрельбе не сомневался никто, и теперь в ней искали способности к магии.
   В итоге вывод был не самым радужным. У неё были магические способности, но столь малые, что даже для заклятия пули этого было недостаточно. Но у неё всё ещё был шанс стать ганмагом. Потому что по реакции на определённые материалы и геометрические формы была определена возможность создания резонаторной системы, которая может усилить её способности. Но есть опасность непредвиденных последствий в случае возникновения магической отдачи.
   Эта технология - новейшая разработка в деле усиления способностей потенциальных кадетов, созданная для увеличения числа подготавливаемых ганмагов. Армия нуждалась в восполнении потерь, но денег на проведение всех испытаний не было. Всё отнимали расходы на восстановления повреждённых укреплений, закупку новых варджеков взамен подбитых и снаряжение новых солдат. Анне же она могла подарить силу зачарованных пуль, которые позволили бы ей на равных сражаться даже с вдоводелами.
   Не смотря на протесты графини, Анна была рада возможности стать сильнее. Ведь шанс прикоснуться к настоящей мощи, которую скрывала магия, она просто не могла упустить. Потому что для поисков Эльзы ей потребуются все возможные силы.
  
   Эльза сидела за своим письменным столом, и тихонечко плакала. Гувернантки в ужасе стояли в углу комнаты, глядя за тем, как стол медленно покрывался ледяной коркой. И только газета, лежавшая прямо перед юной герцогиней, оставалась чиста от снега и льда.
   Передовица кричала о долгожданной победе. После пяти месяцев войны Ллаэль пал. Риверсмитт был стёрт с лица земли в ходе ожесточённых боёв, растянувшихся на полтора месяца. Леруин сдался без боя, когда архгерцог и совет Ордена Золотого Тигля открыли ворота перед хадорскими легионами, устрашившись судьбы Риверсмитта. Ну а Меруин, находившийся в осаде с пятого дня войны, был взят штурмом после того, как сигнарский корпус был выведен в Нордгард. И сейчас Хадор и Сигнар сошлись в войне за Торнвуд.
   И теперь газета показывала картину капитуляции поверженной страны. Дейяр Глабрин, архгерцог Меруина, премьер-министр Ллаэля, на коленях перед Гюрвальдом Ируском, командующим второй армии королевства Хадор, главнокомандующим ллаэльским фронтом, посреди павшей столицы уничтоженного государства. А рядом напечатана поздравительная речь королевы к народу-победителю и его доблестным воинам.
   Для Эльзы это означало только одно - надежды больше нет. Ей отныне не суждено вернуться в родной замок и встретить сестру. Ведь теперь между ними пролегал новый фронт, разделивший два великих королевства. Хадор и Сигнар уже столкнулись, но не нужно было быть пророком чтобы понять, что это только начало. Начало войны, которая затянется на годы.
   Анна. Она отныне живёт в Каспии, пылающей в пламени религиозной войны. Эльза получала новости о событиях за границей от своего нового учителя - колдун-лорда Ковалевского. Старик понимал, какая боль терзает сердце юной герцогини, и по отечески старался ей помочь. Помочь принять свою судьбу. Помочь познать эту чужую страну. Помочь назвать Хадор своим домом.
   Но сейчас она не знала, что будет дальше. Ведь война официально закончена. Ллаэль уничтожен. А это значит, что обещания, которые оговаривали условия её содержания, устарели. И теперь перед ней вырастала стена неизвестности.
   Эльза знала, что стоит ей дать хоть малейший повод, её убьют. И пускай арканомеханический поглотитель, привезённый из замка Аренделл и установленный под её покоями, забирал силу и у хадорцев. Это не имело значения. Потому что Дум Риверы не страшатся магии. А ведь есть ещё пушки, варджеки, Мановары и десятки тысяч солдат столичного гарнизона.
   Страх буквально витал в воздухе. Гувернантки, стража, колдуны - все боялись того или иного. Но их всех объединял страх перед Эльзой. Перед её силой, пределов которой не знала даже она сама. Силы, которая даже лёгким всплеском, малейшим выбросом покрывала льдом всё вокруг. А сама юная герцогиня боялась не совладать со своими способностями. Боялась, что не сможет сдержать особенно мощный всплеск, который, даже не смотря на работу поглотителя и заклятья, вырвется за пределы её тюрьмы в центре огромно города, приведя к многочисленным жертвам.
   Страх был вечным спутником Эльзы. Её боялись колдуны и солдаты эскорта, её боялись слуги и стража в Аренделле. Даже родители испытывали страх, когда общались с ней. Ведь даже не смотря на железную выдержку отца и мягкость матери, их дочь всё равно ощущала напряжение, которое не получалось скрыть. А она сама боялась своей силы, но ничего не могла с этим поделать. Это была её ноша, её проклятье. Так было раньше. Так будет и впредь.
   И потому она смиренно сидела под замком в замке Ковена Серых Владык. Запертая в пяти комнатах вместе с гувернантками и стражей, она только благодаря окну во внутренний двор могла следить за сменой времён года. За тем, как плыло солнце среди облаков и смога. За тем, как медленно разгоралось короткое северное лето.
   А пока королевство ликовало, празднуя величайшую победу со времён восстания. Ни захват Хеллпасса, ни присоединение Порта Владовар, ничто не шло в сравнение с аннексией Ллаэля. Колдуны говорили, что грядут большие перемены, которые коснутся всего королевства. И Эльзу в том числе.
  
   Эльза стояла на балконе, вместе с почётным эскортом колдунов, исполнявших роль охраны и подавителей её магии. Такое сопровождение было обязательным для любого выхода в город. А сегодня, в первый день лета, повод был особенный.
   В это утро солнце ярко сияло на совершенно безоблачном небе. Колдун-лорд Ковалевский с гордостью рассказывал юной герцогине о том, какие чары пришлось сотворить его коллегам, чтобы разогнать вечную пелену дыма и смога, висевшую над городом. Сегодня Корск блистал вымытыми улицами, надраенными стёклами, начищенными гербами и новыми ярко алыми знамёнами. И особенно заметно это было на дворцовой площади, раскинувшейся у подножия той могучей крепости, которая была резиденцией королевы
   Потому что сегодня, в первый день лета 605 года, должно было состояться событие, которое изменит всё королевство Хадор. Его ждали все, от мала до велика. Напряжение, казалось, витало в воздухе. Но каким бы оно ни было, оно было припасено на потом.
   А сейчас начинался парад победы, посмотреть на который и была приглашена Эльза. Это было одно из тех предложений, от которых невозможно отказаться. И сейчас она стояла на балконе одного из домов, выходивших на площадь, любуясь на открывающуюся панораму. На толпу людей, собравшихся посмотреть на парад. На идеально ровные ряды солдат и машин, выстроившихся перед дворцом. На королевский балкон, откуда правительница Хадора обращалась к своим подданным.
   Эльза не любила парады. Но даже она не могла не отметить, насколько впечатляющим было зрелище тысяч солдат и сотен тяжёлых варджеков. Пехотинцы Зимней Гвардии, пикинёры Стальных Клыков, Мановары в своих тяжёлых паровых доспехах. Солдаты полков, особо отличившихся в ходе войны.
   Но самой главной частью парада, безусловно, стала речь королевы. Эльза была поражена силой и искусностью заклятий, позволявших голосу властительницы Хадора разлетаться над площадью, достигая самых дальних уголков. Люди внимали её словам, отвечая настоящими взрывами одобрительных криков и аплодисментов.
   Эльза даже через перчатки почувствовала, как иней покрыл перила балкона, когда она услышала ключевые слова. Королевства Ллаэль больше не существует. И королевства Хадор тоже отныне не существует. Потому что они будут преобразованы, чтобы стать чем-то большим.
   "Хардская Империя исчезла, но сегодня Хадорская Империя родилась!"
   Площадь потонула в громогласном ликовании толпы. А юная герцогиня Аренделла пыталась понять, что ждёт её и её земли теперь, когда новая Империя стёрла старые границы силой своих легионов. Ведь именно это наверняка подразумевал колдун-лорд, когда давал ей время подумать. Потому что если Ллаэля больше нет, то нет того, кому клялись в верности её предки, и кому должна была поклясться она.
   Выходит, что всё было предрешено ещё тогда, более десяти лет назад? Ещё тогда, когда она показала свои способности колдун-лорду? Но ведь иначе он бы не помог, и Анна погибла. В тот момент у неё не было выбора. Не было выбора и потом. Нету выбора теперь. И не будет больше никогда.
  
   Время на размышление вышло через две недели после провозглашения преобразования королевства Хадор в Хадорскую Империю. А это означало только одно - Эльза должна сделать свой выбор. Выбор между покорностью и смертью.
   Ситуация была обрисована колдун-лордом предельно ясно. И понять его резоны было не сложно. Маг такой огромной силы - грозный враг и желанный союзник. Поэтому Эльза должна была принести клятвы верности новой империи. В противном случае её ждала смерть. И смерть от метко пущенной пули была бы ещё очень хорошей и лёгкой, особенно на фоне незавидной участи быть разорванной Дум Риверами.
   Так что выбор превращался в иллюзию. Смерть или служение. Эльза понимала, что если принесёт все требуемые клятвы, то окажется навсегда связана с Империей по рукам и ногам. Но даже в этом случае у неё будет оставаться пусть и малый, но шанс. Шанс вернуться домой и снова увидеть свою сестру Анну - последнего близкого человека в этом полном жестокости мире.
   Но в Хадоре, где древние традиции до сих пор жили, переплетаясь с современными технологиями и новыми веяниями, всё было не так просто. Даже после формального согласия Эльзы, она должна была пройти полный ритуал присяги. А для этого юная герцогиня Аренделла должна была предстать перед императрицей Хадора.
   И эта аудиенция должна была стать для Эльзы последним испытанием. Испытанием воли, выдержки, контроля и верности новому сюзерену. Ради этой короткой встречи ей сшили новое платье, где руны сдерживающих заклятий были вплетены серебряными нитями в саму ткань, а крой собирал эти узоры в защитные контуры. Её шею и запястья должны были украсить новые амулеты, а на руках предстояло носить тонкие перчатки, которые должны были сдержать самый мощный всплеск силы холода благодаря сети серебряных и платиновых нитей, что были соединены с рунами рассеивающих магию заклятий.
   Но даже после всех приготовлений и наставлений, Эльза всё ещё оставалась под конвоем восьми колдунов, которые должны были сдержать её в случае непредвиденных обстоятельств. Двое из них несли тяжёлые зачарованные посохи, чья проклятая магия делала их хозяев неуязвимыми к каким либо заклятьям. Но даже это не было финалом, и на пути к дворцу императрицы юную герцогиню сопровождал целый взвод солдат и тяжёлый варджек с пушкой вместо левой руки.
   Стасиков дворец, который, за неблагозвучностью названия, присвоенного его первым хозяином, почти все называли просто королевским, а теперь уже императорским дворцом, встречал Эльзу невероятной мощью своих укреплений. Цитадель чёрного камня взирала на окружавший её город сотнями тяжёлых пушек. А стены многометровой толщины должны были выдерживать титанические удары колоссов древности.
   Внутри же это был настоящий город в центре города, живший своей жизнью. Юная герцогиня видела солдат королевской гвардии, нёсших караул вместе с варджеками гарнизона. Слышала стук молотов королевских мастерских во дворе. Чувствовала чарующие своей притягательностью запахи с кухни.
   Но внутрь дворца не проникало ни звука с улицы. Здесь царила вечная суета, сопровождавшая работу государственной машины, управлявшей самой большой страной на континенте. Чиновники, офицеры, посыльные, посетители - все сливались в огромную пёструю толпу, которая множеством ручейков растекалась по казавшимся бесконечными коридорам и залам.
   Эльза была вынуждена ждать своей очереди на аудиенцию. Она не обижалась на занятость Императрицы, которая теперь правила почти семью миллионами подданных. Ведь сама юная герцогиня при помощи советников и управляющих не без труда справлялась с пятью тысячами своих вассалов.
   Скоротать время ожидания ей помогла компания двух курсантов военной академии - Андрея и Луки. Из короткого разговора Эльза поняла, что они были кандидатами в варкастеры. А по традиции, чьи корни терялись в веках, разрешение на обучение самых грозных воинов Родины давал лично царствующий монарх. А сами будущие варкастеры должны были принести особую присягу императрице, доказывая свою безграничную верность.
   Герцогиня Аренделла была приятно удивлена тем, как высоко её ценили. Пускай она не являлась источником сырой магической энергии, которой можно напитать защитное поле доспехов, зарядить оружие, ускорить свои рефлексы или наделить многотонный варджек скоростью и грацией, несоизмеримой с массивностью подобных конструктов. Её сила была обличена в стихию холода, а потому не пригодна для использования в сложнейших арканомеханических устройствах. За то она могла сковать в тисках своих заклятий целую роту солдат, построить ледяной мост через самую бурную реку и обратить солнечный день в снежный буран.
   И всё же Эльза почувствовала укол завести. С какой радостью она обменяла бы свою силу льда и холода на способности варкастера. На то, чтобы почувствовать мир стальными руками варджека, увидеть через меканические глаза, услышать пульс парового двигателя, о которых с таким восторгом говорили кадеты. О том, чтобы гордиться своей силой, а не скрывать её.
   Однако, очередь двигалась довольно быстро. Кадеты вскоре ушли, преисполненные ликования. Они прошли последнее испытание, и теперь им были назначены наставники. Их судьба была определена и их ждало великое будущее. А будущее герцогини Аренделла ещё скрывалась за высокими дверьми, покрытыми позолоченными узорами.
   Тронный зал встречал посетителей блеском золота и драгоценностей, величием статуй предыдущих королей, небольшим числом придворных и конечно же высотой трона. Дух захватывало от того, какие знатные особы присутствовали на торжественной церемонии присяги. Колдун лорд сказал, что тут будет и Высший Обавник Арбитр - лидер Ковена Серых Владык, и командующий столичным гарнизоном, и великий визирь. Но блеск мундиров, дорогих одежд и высоких титулов мерк перед величием хозяйки этого дворца.
   Эльза поймала себя на мысли, что она боится. Боится не колдунов, гвардейцев и стрелков, которых она заметила краем глаза на маленьком парапете под самым потолком. Она боялась высокой женщины в платье, казавшимся сотканным из золота и самоцветных камней, восседавшей на высоком троне, опираясь на длинный золочёный посох, голову которой украшала большая корона, почти целиком собранная из сияющих драгоценностей - Императрицы Хадора Аюн Ванар Первой.
   -Герцогиня Эльза Аренделл. - громогласно возвестил герольд, звонко стукнув посохом об пол. И этот удар позволил сбросить оцепенение, своевременно поклонившись императрице согласно правилам хадорского придворного этикета.
   -Мне говорили о тебе, Эльза Аренделл. Твоя сила произвела большое впечатление на моих колдунов. - голос Императрицы разлетался по помещению, усиленный акустикой зала - глубокий и властный. - Однако, я прошу тебя продемонстрировать свои возможности.
   -Ваше величество, это может быть опасно. - Эльза отчаянно не хотела колдовать здесь, где любая оплошность, даже малейшая ошибка будет смертельна. - Я ещё слишком плохо обучена и не достаточно хорошо могу контролировать свою силу. Если я буду колдовать, я могу случайно навредить вам или вашим подданным.
   -Я знаю. И раз ты тоже знаешь, то будешь осторожна. - Императрица была непреклонна. - Покажи, что ты можешь.
   Поняв, что избежать демонстрации не удастся, Эльза глубоко вздохнула, и взмахнула руками. Перчатки озарились голубоватым сиянием рун, которые рассеивали магию. Но даже силы всех заклятий и амулетов было недостаточно, чтобы остановить целенаправленно выпущенный поток холода. Пара движений, и в зале стало заметно прохладнее и пошёл снег.
   -Впечатляет. Если, конечно, защитные свойства твоих перчаток действительно так сильны, как о них говорят. - Императрица взглянула на главу Ковена Серых Владык, который в ответ только набычился, обиженный данным упрёком. - А теперь сними их.
   -Ваше величество...
   -Сними перчатки.
   Тон Императрицы говорил о том, что она не потерпит неподчинения. Беззвучно моля Морроу о помощи и защите, Эльза стянула правую перчатку, после чего взмахнула рукой, направляя потоки холода на пол. В считанные секунды дорогой наборный паркет из редких пород дерева покрыла ледяная корка настолько гладкая, что на её идеальной поверхности как в зеркале отражались лепнина и узоры потолка.
   Придворные ахнули, делая шаг назад. Колдуны встали в боевые стойки, готовясь обрушить силу своих заклятий на юную герцогиню, а королевская гвардия вскинула оружие. Они были готовы разорвать Эльзу прямо на месте. Потому что ледяная корка на полу остановилась всего в двух шагах от трона.
   -Нет.
   Голос Императрицы прокатился по погрузившемуся в напряжённую тишину залу подобно раскату грома, заставив всех до одного застыть на месте. Поднявшись с трона, она вскинула свой посох, взмахом руки приказывая своим верным стражам и колдунам отойти. Эльза же старалась как можно быстрее натянуть на руку ставшую такой непокорной перчатку.
   А Императрица тем временем подошла к границе ледяного зеркала, покрывавшего пол, и аккуратно потрогала идеально гладкую поверхность кончиком сапога. Все собравшиеся в полнейшей тишине наблюдали за происходящим, ожидая решения своей повелительницы.
   Какого же было всеобщее удивление, когда Императрица сделала шаг назад, поудобнее перехватила свой посох обеими руками, после чего оттолкнулась и вскочила на лёд, стремительно прокатившись до противоположного конца сотворённого Эльзой катка, ловко соскочив на паркет буквально в шаге от юной герцогини Аренделла.
   От неожиданности Эльза сделала шаг назад, в страхе прижав руки к груди. Она конечно же слышала о том, что Императрица очень высокая женщина. Но сейчас, оказавшись с ней нос к носу, юная герцогиня почувствовала себя маленькой девочкой. Аренделлы никогда не славились могучей комплекцией. И на фоне Аюн Ванар с её почти двумя с четвертью метрами роста, возвышавшейся даже над солдатами своей гвардией, Эльза казалась почти игрушечной.
   -Твоя сила действительно велика, Эльза, герцогиня Аренделл. - Императрица протянула руку, за подбородок поднимая голову юной герцогини и глядя ей в глаза. - А насколько велика твоя верность Хадорской Империи?
   -У меня не осталось никого, кому я была бы вера, ваше величество. Никого кроме Империи.
   -А как же сестра? - удивлённо спросила Императрица. - Она разве не достойна верности?
   -Анна навсегда останется моей единственной сестрой. Но война разбросала нас. - С грустью произнесла Эльза не отводя взгляд, в очередной раз с тоской вспоминая о последнем близком человеке в этом мире. - И теперь наши судьбы ведут нас по своим дорогам. Моя судьба - служить Хадорской Империи.
   -Мудрые слова, достойные настоящей герцогини. - С улыбкой сказала Императрица, протягивая правую руку с большим перстнем в форме герба Хадора. - Согласна ли ты служить мне?
   -Да, Императрица. - Произнесла Эльза, опускаясь на колени. Как и требовали традиции и этикет, она прикоснулась губами к перстню. Но волнение сыграло злую шутку, и перстень мгновенно покрылся инеем.
   В ужасе юная герцогиня отшатнулась, уже чувствуя стальную хватку стражи на плече. Но к её ещё большему удивлению Императрица взмахом своего тяжёлого посоха отогнала колдунов и гвардейцев. Повелительница Хадора с удивлением смотрела на свой обледеневший перстень.
   -Простите меня, ваше величество. - В ужасе пролепетала Эльза. - Это была случайность...
   -Не стоит извиняться. Но стоит учиться. - Наставительно произнесла Императрица, поправляя перстень большим пальцем. - Учиться, учиться и ещё раз учиться управлять своими способностями. А для этого, тебе нужно принести все клятвы.
   И повинуясь жесту своей повелительницы, колдуны поднесли небольшой столик, где лежали грамоты с текстами клятв. Строго следуя древней традиции, Эльза громко зачитала тексты присяги Хадорской Империи и Императрице Аюн Ванар Первой. А так же клятвы в верности Ковену Серых Владык, и обет сохранения всех тайн, что когда либо будут доверены ей на службе Империи. После чего аккуратно расписалась на всех документах.
   -Осталось последняя формальность. - произнесла Императрица, извлекая из складок своего одеяния богато украшенный кинжал. Эльза почувствовала, как замерло её сердце в этот момент. Но её новая повелительница протянула ей оружие рукояткой вперёд. - Клятвы необходимо скрепить кровью.
   Герцогиня Аренделла заметила предательскую дрожь в руках, когда она приняла кинжал. Когда снимала правую перчатку, обнажая руку. Когда уже готовилась порезать запястье, чтобы подписать бумаги клятв своей горячей кровью.
   -Не надо вскрывать вены. - С улыбкой произнесла Императрица. - Достаточно уколоть большой палец и поставить отпечаток.
   Это было на много менее страшно и болезненно, чем предполагала Эльза. Но кинжал всё равно успел покрыться ледяной коркой. Даже не смотря на защиту перчатки. Короткий укол, и вскоре три алых отпечатка присоединились к витиеватой росписи герцогини Аренделл под текстами торжественных клятв.
   -Поздравляю тебя, Эльза, герцогиня Аренделл. Отныне ты - верноподданная Хадорской Империи и ученица Ковена Серых Владык. - торжественно произнесла Императрица. - Теперь перед тобой открыты все дороги. Я надеюсь, ты сможешь постичь все тайны колдовского искусства и обуздать дарованную тебе силу, принеся свои способности на службу Империи.
   -Благодарю вас, ваше величество.
   И какого же было удивление Эльзы, когда Императрица Аюн Ванар резко развернулась, с короткого разбега снова прокатилась по успевшему немного подтаять катку и ловко соскочила перед самым троном.
   -Удачи тебе, Эльза Арендел. - сказала властительница Хадора, снова садясь на свой трон. После чего неопределённым жестом обвела покрывавший пол слой льда - И ещё, пока ты не ушла, убери это.
   Эльза почувствовала, как наливается краской. Так стыдно ей было только в далёком детстве. Ведь она умела замораживать, а не размораживать. И как убрать лёд с пола тронного зала она попросту не знала...
  
   Анна в очередной раз тренировалась в стрельбе, выпуская по мишени новую зачарованную пулю. Каждый такой патрон был на вес золота. И ряд из пяти покрытых рунами тупоголовых пуль в бронзовых гильзах стоял перед ней на столе. С тяжёлым вздохом юная герцогиня вставляла новый патрон в ствол своего магического пистолета, отгоняя мигрень, постепенно набиравшую силу каждый раз, когда она упражнялась с магией.
   Несмотря на головные боли, Анне нравилось это новое оружие. Нравилась тяжесть этого украшенного дорогими металлами и драгоценными камнями пистолета. Этого произведения оружейного искусства, чей длинный ствол, ложе, рукоять и затвор были покрыты рунической вязью, связывавшей в единую сеть металлические вставки и специально огранённые драгоценные и полудрагоценные кристаллы в уникальную систему резонатора.
   Полковник Петерсон мог при помощи этого оружия пробить броню тяжёлого варджека, попасть в мелкую монетку с дистанции в полмили и расколоть гранитную скалу даже стреляя с левой руки. Но юная герцогиня пока что могла напитать силой только самое простое заклятье, подсвечивающее пули. Каждый выстрел превращался в настоящее световое представление, когда магия окрашивала пламя сгорающего пороха в голубой цвет. А про то, каким невероятно красивым ярко-голубым болидом неслась к мишени пуля, отмечая место попадания яркой вспышкой, сказать словами у Анны не удавалось.
   А ведь заклятье подсветки было одно из самых простых. А ещё нужно было заклятье точности, заклятье силы, заклятье удара, и это только минимальная планка для предстоящего выпускного экзамена. Работы впереди было ещё много. Но Анну не страшили трудности. Она была готова выучить даже дюжину заклятий, если бы это сделало её хоть на шаг ближе к спасению сестры.
   Графиня была рада, что у её воспитанницы получается обуздать такое сложное оружие. Этот пистолет обошёлся в небольшое состояние и потребовал три месяца работы лучших оружейников ордена Арканного Шторма. Но он открывал перед юной герцогиней блестящие перспективы. Ведь благородное происхождение, помноженное на способности ганмага, сулило головокружительную карьеру в армии, дорогу к новым титулам и высоким должностям, которые можно было особенно быстро получить во время войны. Если, конечно, удастся выжить.
  
   Эльза сидела за рабочим столом в секретной библиотеке, старательно вчитываясь в строки запретного знания. Перед ней открывались самые сокровенные секреты магии холода. Извлечённые из глубин веков, как и только недавно созданные арканы и заклинания, позволяли творить такие чудеса, о которых юная герцогиня не могла и подумать.
   Вот древнее заклятье, восходящее к племенам Моргул эпохи Тысячи Городов, которое позволяло насылать ледяные ветра. А вот ритуал, доставшийся от завоевателей Оргота, который давал возможность создать ледяной клинок, который будет прочнее стали. А вот древний аркан народа Нисс, который позволял колдунам зимних эльфов буквально летать на крыльях ветра над полем боя.
   Колдун-лорд Ковалевский дал ей список обязательной к изучению литературы, но юная герцогиня старалась охватить как можно больше информации, пока у неё был доступ. Конечно, она немного жадничала. Но оставаться равнодушной перед теми невероятными богатствами знаний, что открылись в засекреченных томах, было совершенно невозможно.
   Даже не смотря на то, что проведённый после присяги полный экзамен показал не очень обнадёживающие результаты. Эльза была очень сильна в магии холода, с лёгкостью манипулируя льдом, снегом и ветром. Но всё остальное... Ни телепатия, ни некромантия, ни биомантия были ей не подвластны. О магии огня и земли даже речи быть не могло. Только немного магии шторма, и то очень ограниченно.
   С одной стороны, это было разочарованием, и в первую очередь для колдунов Ковена Серых Владык. С другой стороны, это облегчало жизнь многим, и в первую очередь самой Эльзе. Она была рада думать о том, что её сон будет спокойнее, если она не узнает, как оживляют мертвецов, призывают духов, читают мысли и творят другие, ещё более страшные ритуалы.
   И всё же ей предстояло ещё много работы. Даже в рамках доступных ей дисциплин были десятки книг, несколько разных стилей и множество заклинаний. Всё это предстояло постичь. И не только это, ведь мудрецы из покон веков говорили, что знание - сила! А сила всегда давала власть. А власть позволяла менять мир вокруг.
   И это давало Эльзе надежду, питая её силы и волю к занятиям. Ковалевский искренне радовался усердию и прилежанию своей подопечной. Организовывая лекции и практические занятия, он передавал ей опыт и навыки работы со стихией льда. А так же средства защиты от основных техник запретной магии, с которой ей придётся столкнуться по долгу службы.
   Эльзу ждало опасное и блистательное будущее. Её сила, приумноженная знаниями, позволит стать идеальным оружием в магическом арсенале Родины. Охота на некромантов, борьба с нелегальными колдунами, поиск и подготовка людей с пробуждающимся магическим даром, битва с врагами, магическая поддержка войск на поле боя и даже помощь в сельском хозяйстве. Всё это было задачами Ковена Серых Владык и теперь уже растовника Эльзы Аренделл.
   Которая надеялась, что при помощи её чар удастся закончить войну. Ведь только тогда она и Анна смогут снова встретиться и вернуться домой.
  
   Лето 608 года принесло помимо очередных ужасов войны долгожданное облегчение и радость. И ещё награду за тяжкие труды. Анна три года шла к этому знаменательному моменту - выпускному экзамену в академии ганмагов.
   И пускай испытание было сложным, заставив юную герцогиню полностью выложиться ради успеха. Сперва стендовые стрельбы, экзамены по теоретической части, и как апофеоз мероприятия - учебный бой. Старые преподаватели ордена Арканного Шторма давали жару. И пускай они не могли тягаться с Анной в скорости и ловкости, но опыт и многократно большая магическая сила давали им огромное преимущество.
   Условие победы было простое - поразить мишени, которые защищали противники. И пускай пули были с тканевыми наконечникам и минимальным пороховым зарядом, от такого удара синяк останется приличный. И это ещё в том случае, если попадание не придётся в голову или другую уязвимую точку тела, которое может стать смертельным. Графиня была очень обеспокоена происходящим и искренне волновалась за свою воспитанницу. Но это был единственный способ получить звание ганмага, а потому Анна старалась.
   И когда ловкость, меткость и настырность таки принесли ей победу, юная герцогиня смогла вкусить сладкие плоды своих трудов. По итогам экзамена, она была принята в орден Арканного Шторма как полноценный ганмаг. Более того, Анне Аренделл было присвоено звание лейтенанта корпуса ганмагов королевской гвардии. И дан отпуск перед началом исполнения своих служебных обязанностей до наступления совершеннолетия.
   Анна конечно же понимала, что звание и место в гвардии короля Сигнара было дано ей не благодаря таланту и магической силе, а благодаря деньгам графини Риты Доуган и связям полковника Петорсона. Более того, ей была предложена работа на сигнарскую разведывательную службу. Как урождённая герцогиня Аренделла, она была полезна для работы на оккупированных территориях бывшего Ллаэля.
   Теперь родину Анны называли не иначе, как Разделённый Ллаэль. Сердце юной герцогини обливалось кровью, когда она слушала новости об оставшейся далеко на севере земле, терзаемой всё новыми и новыми войнами. Остатки королевской армии и непокорной аристократией окопались в городе Ридден на юго-востоке страны, создав крохотный анклав, который пресса гордо именовала Свободным Ллаэлем. На северо-востоке, в освобождённом от хадорцев Леруине, закрепились силы Северного Крестового Похода. И теперь земли многострадального королевства озаряли костры бесчеловечных аутодаффе, а вдоль дорог высились ряды распятых на вреках людей, чьим единственным грехом была недостаточно фанатичная вера в Менота - Создателя Человечества.
   Но две трети королевства всё ещё находились под властью хадорцев. Ни восстания, ни орды фанатиков, ни партизаны Ллаэльского Сопротивления не смогли поколебать власть Империи. И к востоку от Чёрной Реки всё контролировали легионы оккупантов. И герцогство Аренделл в том числе.
  
   Эльза снова сидела за праздничным столом. И снова слушала поздравления и здравницы. Но на этот раз, их произносили в её честь.
   Сегодня, после трёх лет обучения, тренировок и идеальной службы, ей было присвоено звание колдуна. Отныне она была в круге равных. Теперь она пользовалась той же свободой и теми же привилегиями, что и другие колдуны Ковена Серых Владык. Никто более не ограничивал её свободу. Более того, Эльза была освобождена от обязательного эскорта. Хотя она всё ещё пользовалась сопровождением во время выходов в город, опасаясь потерять контроль.
   Колдун-лорд Ковалевский мог бы гордиться своей воспитанницей, если бы не погиб во время командировки в Скиров. Даже после того, как система поглотителя была отключена, всплески силы холода были достаточно малы и локальны. А перчатки и платье их почти полностью нейтрализовали. Только сильные эмоции могли позволить магии вырваться из под защитных рун.
   Поэтому юная герцогиня Аренделла подавила в себе любые эмоции. Радость, скорбь, гнев, любовь - всё было принесено в жертву безопасности и независимости. Потому что только полный контроль над своими силами давал ей достаточно свободы, чтобы действовать самой, не чувствуя за спиной чужого взгляда, когда она будет искать свою сестру.
   А в том, что она найдёт Анну, Эльза практически не сомневалась. Она уже получила достаточно свободы, чтобы самой выбирать место работы, а не ждать распределения. Её запрос на службу в Новой Умбрии уже ушёл вверх по инстанциям. Теперь оставалось только ждать, надеясь на благосклонное решение начальства.
   В очередной раз с благодарностью вспоминая наставления своего учителя, Эльза пила кисловатый клюквенный морс за колдун-лорда Ковалевского, да примет Менот его душу. Старик сдержал своё слово. А уж свой шанс она не упустит.
   И тогда герцогиня Аренделла сможет хоть и наездами, но оставаться дома. А её статус колдуна и власть в хадорской администрации позволит защитить Анну от любых вопросов и посягательств. И всё вернётся на круги своя.
  
   Через месяц после присвоения юной герцогине офицерского звания, обстановка в корне изменилась. После того как мелкие атаки и единичные рейды переросли в настоящую череду кошмарных нападений, и сигнарцы и хадорцы были вынуждены признать, что их вражда вторична перед лицом новой угрозы - армиями нежити Крикс - Империи Кошмаров.
   В газетах долго обсуждали последствия договора о прекращении огня, который был подписан лордом-генералом армии Сигнара Коулманом Страйкером, и главнокомандующим армии Хадора Гюрвальдом Ируском в руинах Пойнт-Бурна. И пока журналисты и издатели спорили, насколько прочным и долговременным окажется перемирие, заключённое посреди руин захваченного хадорцами сигнарского города, осаждённого легионами нежити Крикс, юная герцогиня Аренделла собирала вещи.
   Потому что такой счастливый случай упускать было нельзя ни в коем случае. Один Морроу знает, когда королевские полки и имперские легионы снова сойдутся в битвах не на жизнь, а насмерть. А пока их объединял общий враг, шанс беспрепятственно перейти фронт и добраться до дома был велик как никогда. А уже из Аренделла можно будет начать поиски Эльзы.
   Анна не сомневалась, что у неё всё получится. Стоит только сказать, что она согласна работать на сигнарскую разведку, и ей не только не будут мешать, ей даже помогут перейти фронт. И ещё доплатят за то, что она будет решать свои личные проблемы. А искать сестру за государственный счёт - очень хорошая перспектива. Особенно после того, как бегство опустошило родовую казну.
   Только благодаря благоразумию и дальновидности родителей, а так же доброте тётушки Риты, Анна могла жить все эти годы в изгнании почти как и прежде. Своевременные вложения отца в сигнарские и ордские компании приносили герцогине Аренделла до пятисот золотых чистого дохода ежемесячно. И пускай до её совершеннолетия все активы и счета находились в распоряжении опекуна, Анну это не смущало. Ведь она же разведчица, офицер, ганмаг и герцогиня. А это значит, что она может сама о себе позаботиться.
   Билеты на поезд для неё и сопровождающих уже куплены. После Корвиса придётся либо плыть до Меруина по Чёрной Реке, либо тащиться до Риддена по лесам и болотам. Но Анна не боялась этих трудностей. Ведь всё это были сущие мелочи на фоне её основной цели. Найти Эльзу будет не просто, но она перевернёт всю Хадорскую Империю вверх дном, если это потребуется.
  
   Через месяц пришло решение совета Ковена Серых Владык. Эльза была утверждена на должность участкового колдуна в Новой Умбрии. И более того, ей было разрешено вернуться в замок Аренделл как постоянное место жительства.
   Конечно, ей придётся озаботиться транспортом, чтобы успевать добраться до Лаэдри или Ринира по первому зову представителей хадорской администрации. Ведь это её работа - оказание магической поддержки. Но всё эти трудности меркли на фоне радости от того, что она вернётся домой. К тем залам и коридорам, по которым она так скучала. К своим верным вассалам, которых она теперь сможет защитить сама, вернув неоплаченный долг за их с сестрой жизни.
   Но возвращение домой не только обнадёживало Эльзу, но и немного пугало. Живя в стенах замка Ковена Серых Владык, она привыкла к магии. Привыкла к чародейству и заклятьям, ставшим повседневностью не только для неё и её учителя, но и для всех окружающих. Но ведь вокруг были не простые люди, а колдуны.
   Служебные инструкции же не переставали напоминать об осторожности и минимизации использования магических сил на людях вне боя. Для большинства обывателей магия оставалась недоступной, тайной, а от того пугающей. С селянами же дело было ещё хуже. И случаи, когда тройка колдунов, прибывшая в деревню для поимки только открытого мага, находила взбешённую толпу да пылающий костёр, не были редкостью. Или целый дом с запертой внутри семьёй, объятый пламенем, что было ещё более страшной практикой в глуши. И если горожане и были терпимее, то только до тех пор, пока магия не начинала нести вред им и их имуществу. В противном случае, застрелить, зарубить или четвертовать при помощи лаборджека незадачливого мага могли запросто, бросив потом труп в костёр. И только форма Ковена и зловещая репутация, окружавшая эту организацию, зачастую спасала жизни колдунам.
   Эльза не сомневалась, что в Аренделле её ждала бы та же участь, не будь она дочерью герцога и не находясь под замком и круглосуточной охраной самых преданных стражей, окружённая специально подобранными слугами. А теперь её возвращению могли помешать и другие факторы. Хотя человеческий страх, способный затмить разум толпе, нельзя было сбрасывать со счетов.
   Ллаэль сейчас представлял собой поле боя, где хадорцы сцепились с силами Северного Крестового Похода. На милосердие религиозных фанатиков иерарха Севериуса надеяться не приходилось. Только на силу и стойкость гарнизона Риверсмитта, который сейчас восстанавливали из руин, превращая в современную крепость. А ведь были ещё партизаны Сопротивления, охотившиеся на предателей Ллаэля, как настоящих, так и мнимых, а ещё на представителей оккупационной администрации. В их глазах герцогиня Аренделла была живым воплощением коллаборационизма и предательства. И оставались ещё рейды наёмников Свободного Ллаэля из Риддена, более похожие на грабительские налёты. Ордцам, конечно, плевать, чью кровь проливать за деньги. Но жалости к местным жителям подобные действия не несли ни грамма.
   Но от первых и последних должны были спасти расстояние, хадорские легионы и воды Чёрной Реки. А вот вероятность столкнуться с партизанами была очень высока. И конечно же, как можно было забыть вишенку на этом торте проблем - рейдеров Крикс. Война с этими богомерзкими порождениями некромантии и извращённой технологии обещала стать для Эльзы самым тяжёлым испытанием.
   Но уничтожать нежить - работа, к которой она была хорошо подготовлена и обучена. Да и принести долгожданный покой телам тех несчастных, которых оживили некроманты Империи Кошмаров дабы пополнить свои легионы - благородное и богоугодное дело. Да и убивать никого не придётся - они и так уже мертвы. А с людьми она уж как-нибудь справится и без крови при помощи всего того арсенала заклятий, которым она теперь владела.
   Все правовые вопросы должна была уладить церемония венчания на герцогство. Эльзе бы всё равно суждено было её пройти, пожелай она полностью вступить во владение замком и землями отца. Теперь же ей предстояло всё то же самое, только принести присягу вассальной верности не архгерцогу Лаэдри, а посаднику Владимира Цепеша - принца Умбрии.
   Эльза всё ещё с трудом понимала эту хадорскую традицию. Ведь каждая волость была почти как самостоятельное государство под властью своего принца. И уже эти принцы подчинялись непосредственно правящему монарху. По началу это вообще было похоже на чистейшей воды безумие - дюжина принцев и одна Императрица.
   Но со временем юная герцогиня привыкла и к этому. Человек, говорят, ко всему привыкает. Она уже привыкла сдерживать себя, контролируя каждое движение, каждый вздох. Эльза уже давно привыкла подавлять любые эмоции, живя без открытой радости и печали, загнав все чувства в глубину разума и души. И к этому она тоже привыкнет. Только к тому, что Анна не в соседнем зале, а где-то далеко, за тысячами миль и линиями фронтов, герцогиня Аренделла привыкнуть так и не смогла.
   А поезд уже нёс её и гувернанток в Лаэдри. Церемония венчания на герцогство должна была состояться через две недели, в самый разгар лета. Когда Эльзе исполнится двадцать один год. И новое платье, в чьём бирюзовом цвете руны защитных заклятий были практически не заметны, уже лежало в её багаже.
  
   Анна тряслась в карете по ухабам дороги. Всё же работа на разведку изрядно помогала в пути. Именно благодаря агентам разведки она смогла сесть на корабль гномов, которые стремились попасть на родину, в Рул, пользуясь перемирием.
   Виды на Корвис до сих пор навевали на юную герцогиню скорбь и печаль. В прошлый раз она видела красивый, древний город, заполненный солдатами и беженцами. Но теперь это был город-крепость, изуродованный войной. Снаряды сверхтяжёлых осадных орудий - новейшего смертоносного изобретения хадорских инженеров, превращали в руины целые дома, безжалостно уничтожая тысячелетние памятники и десятки человек. А некогда плодородные поля вокруг города превратились в ничейную землю, перерезанную линиями траншей, перепаханную пушками и залитую кровью.
   Анна была благодарна Морроу, что это доля уже миновала Ллаэль. Основные битвы давно отгремели, уступив место мелким стычкам. Которые в глубине оккупированных территорий даже не замечали. И потому ей удалось сэкономить почти неделю времени, доехав на поезде от Меруина до Лаэдри.
   Хадорцы всё же капитально взялись за управление своими новыми владениями. Меруин был уже почти полностью очищен от печальных следов осады и штурма. Даже железную дорогу протянули от самого Корска. Анна думала, что теперь скинуть владычество оккупантов будет практически невозможно. Железная дорога давала хадорцам возможность неограниченно наращивать гарнизоны, перебрасывая целые легионы с севера за считанные дни через сотни миль. В купе только об этом и было разговоров. И о том, что теперь пути будут тянуть дальше на юг, к Корвису, и на восток, к Риниру и Риверсмитту.
   Железная дорога по землям Аренделла? Это звучало совершенно дико. Но здесь, посреди оккупированных территорий Разделённого Ллаэля, она была не лейтенантом королевской гвардии, и даже не герцогиней Аренделла. Она сейчас была пусть и благородной, но всё же простой путницей, которая могла себе позволить штат служанок и охраны. Половина из которых были агентами под прикрытием, которым предстояло внедриться в Лаэдри.
   Однако, события приняли совершенно неожиданный оборот, когда в гостинице она услышала о предстоящем венчании на герцогство некой герцогини Аренделла. Множество знатных гостей стремились попасть на церемонию, которая, по словам некоторых стариков, почти не уступала в пышности и блеске коронации на царство самого короля Ллаэля.
   Поэтому Анна спешила в замок Аренделл, стремясь поскорее добраться до родового гнезда. Агенты следовали за ней, чтобы под прикрытием церемонии проникнуть в окружение дворян и представителей оккупационной администрации. Но не это занимало мысли юной герцогини.
   Если на земли отца покусится самозванец, пусть даже назначенный хадорским наместником, она застрелит его. И даже страх стать убийцей не остановит её. Потому что честь рода Аренделл дороже её душевных страданий и даже чистой совести.
   Но всё же в её сердце теплилась надежда. Ведь молва твердила не о герцоге, а о герцогине. И это могла быть Эльза, которая всё же сумела выжить и вырваться из хадорского плена. Анна почти не верила в это, пока не заметила на возвышавшиеся над лесом башне замка развевающееся знамя с зелёным, чёрным и фиолетовым цветами рода Аренделл.
  
   Эльза стояла на вершине башни. Её сердце было преисполненною гордостью. Потому что знамя её отца вновь поднималось на флагштоке. Солдаты Зимней Гвардии стояли по стойке смирно, приветствуя зелёный, чёрный и фиолетовый цвета рода Аренделл, что снова гордо реяли над округой.
   Слово, данное более трёх лет назад, было выполнено. Знамя вернулось туда, откуда было снято хадорцами после штурма. И пускай захватчики никуда не делись, замок снова принадлежал законной хозяйке.
   До церемонии оставалось всего три дня. А после этого Эльза сможет приступить к работе. И поискам Анны, чтобы вернуть её домой, под защиту родных стен. Благо что перемирие позволяло действовать более активно. А среди её вассалов непременно найдутся верные люди, которых можно будет отправить в Сигнар под видом беженцев. С учётом текущей политической ситуации и обстановки на фронте, они не вызовут особых вопросов. И смогут собрать всю требуемую информацию.
   А когда у Эльзы будут все нити, она сможет вернуть Анну домой. Даже если для этого потребуется прибегнуть к помощи наёмников и агентов Ковена Серых Владык.
  
   Анна с ужасом взирала на то, во что превратился замок Аренделл. Ворота были заменены на стальные, а со стен и башен на окружающие поля взирали стволы множества пушек.
   Конечно, если все эти истории про рейды нежити Крикс были правдой, то такие изменения были не удивительны. И тем не менее, они произошли. И теперь из резиденции герцога замок снова превратился в грозное оборонительное сооружение. И его гарнизон составляли хадорские солдаты, которые дежурили на башнях и у ворот. Ворот, над которыми со стен свисали стяги Империи.
   Когда карета остановилась у ворот, боец Зимней Гвардии подошёл осведомиться о том, кого ещё принёс леший на их голову.
   -Анна, герцогиня Аренделла. - гордости юной герцогини в этот момент могли бы позавидовать даже короли. - Открывайте немедленно!
   Солдат с удивлением посмотрел на даму, сделавшую такое заявление. В задумчивости он скрылся за калиткой ворот, буркнув только, что доложит коменданту. Анна уже была готова выскочить из кареты и обрушиться на этих хадорцев, переполняемая возмущением. С каких это пор она, герцогиня Аренделла, должна была спрашивать разрешения у какого-то коменданта?
   Но разум всё же взял верх, удержав Анну от слишком агрессивных действий. Да и ждать пришлось не так уж долго. Остальных гостей церемонии вообще не пустят в замок ещё три дня, а она уже сейчас стоит на пороге своего родового гнезда.
   Но вот, ворота наконец-то распахнулись, пропуская карету и свиту юной герцогини во внутренний двор. Внутри изменений было ещё больше. Теперь тут была организована дополнительная казарма в комнатах прислуги, ремонтная мастерская в конюшне и плац для строевой подготовки прямо на внутренней площади, возле фонтанов.
   Выйдя из кареты, Анна с горечью смотрела на ряды хадорских солдат, отрабатывавших строевую подготовку. И грохот их кованых сапог по камням мостовой гулким эхом отдавался во внутреннем дворе, навевая тоску по временам, которых больше не вернуть.
   Внутри же замок остался почти таким же, каким Анна его запомнила. Казалось, что грабёж и разорение обошли старинное родовое гнездо стороной. Мебель в залах, картины в галерее, даже подсвечники и посуда оставались на местах. Её комната тоже осталась нетронутой, как и гардероб. И пускай она выросла из всех своих старых платьев, приятно было от того, что они дожидались её тут все эти годы.
   И проклятая белая дверь оставалась на месте, снова запертая изнутри. Теперь помимо голубого орнамента её охраняло двое хадорских солдат, которые даже не дали ей постучаться. Они были непреклонны - только по специальному разрешению можно войти в покои герцогини. А это значило, что Эльза была тут. Но между сёстрами снова выросла непреодолимая преграда.
  
   Эльза стояла у окна, аккуратно наблюдая из-за занавески, как из кареты выходила Анна. Даже не смотря на годы разлуки, она узнала сестру с первого взгляда. Пусть она повзрослела, стала серьёзнее, а в огненно-рыжих волосах блестела серебром седая прядь, что стала ещё шире.
   Эльзе было больно видеть эту печать страданий, что тяжёлым грузом легли на плечи её младшей сестры. Но она была счастлива от того, что Анна жива и здорова. И снова была рядом теперь, когда у Эльзы достаточно сил и власти, чтобы защитить её. А это значит, что всё возвращается на круги своя. И завтрашний день будет лучше, чем вчерашний, не смотря ни на что. А это было лучшей наградой за терпение, труды и лишения. Оставалось только сохранить это зыбкое счастье в бушующем вихре войны.
  
   День венчания на герцогство выдался на удивление светлым и солнечным. На ярко-голубом, высоком летнем небе не было ни облачка. И пробивавшийся через занавески свет падал на паркет, заливая бликами всю комнату.
   Анна смогла проснуться только после того, как гувернантка напомнила ей о сегодняшней церемонии. Потому что за прошедшие два дня она почти выпала из реальности, поглощённая воспоминаниями о годах, прожитых код сводами замка Аренделл. Если бы не хадорский гарнизон, то можно было бы подумать, что вообще ничего не поменялось. Даже часть прислуги осталась прежней.
   Только хадорские солдаты на стенах замка напоминали о том, что идёт война. И ещё её форма лейтенанта ганмагов гвардии короля Сигнара, спрятанная в потайном отделении платяного сундука. И перевязь с патронташем, кобурой и магическим пистолетом, который она могла при желании почувствовать своей пусть и крохотной, но магической силой. Услышать отклик резонаторной системы оружия, спрятанного в чемодане с нижним бельём. Там, где его и не подумали искать пограничники в Меруине.
   Анна знала от прислуги, что главный удар грабежа после штурма пришёлся на кухню, кладовые и винный погреб, которые были безжалостно выпотрошены хадорцами. Но галерея, библиотека и жилые комнаты были вообще не тронуты. Ограниченное кровопускание было сделано сокровищнице, потому что если остававшееся золото и серебро в монетах и слитках было украдено, то украшения и фамильные драгоценности были на месте. И такое благородство и сдержанность захватчиков вызывали восхищение и недоверие одновременно.
   Однако, нужно было собираться. Платье, специально подготовленное для особых случаев, уже ждало. Светло-зелёное и чёрное с фиолетовым узором - в цветах Аренделлов, строго в соответствии с традициями. Впереди был длинный и очень важный день, обещавший что-то необыкновенное.
  
   Эльза стояла перед столиком, с грустью смотря на лист с описанием церемонии венчания на герцогство Аренделла. Подняв глаза на портрет отца, она с глубоким вдохом попробовала снова взять в руки подсвечник и пудреницу, которые должны были символизировать древние скипетр и державу.
   Попытка выдержать положенные пять минут снова провалилась. Без перчаток Эльза не могла сдержать свою силу, высвобождаемую волнением. И пускай выброс был минимален, но этого было достаточно, чтобы заявить во всеуслышание о её способностях. А ведь она специально договорилась с посадником Лаэдри, что её звание колдуна останется в тайне.
   Но как можно сохранить тайну, когда корка льда покроет скипетр? Этот древний маршальский жезл, подаренный основателю рода Аренделл во времена Войн Колоссов самим королём Ллаэля. А если блеск золота и самоцветов державы померкнет под слоем инея? Этого древнего символа власти, который когда-то принадлежал её далёкой прапрабабушке, приходившейся племянницей королю и подаренный на её свадьбу в качестве приданного во времена Войны Монет.
   От таких мыслей юной герцогине становилось дурно. Из всех приглашённых гостей о её магической силе знало всего три человека. Посадник Лаэдри, являвшийся наместником Империи в регионе, колдун-лорд, отвечавший за магическую поддержку оккупационных сил в Новой Умбрии - её непосредственный начальник, и комендант гарнизона замка Аренделл. Это не считая прислуги, но на их молчание она может положиться так же, как и её отец.
   А остальные гости? Солдат ещё могут остановить офицеры, которые к магии более менее привычны. А как быть с селянами и горожанами, которые придут в замок на торжественный пир в её честь? Да что там простые люди, если даже благородные гости могут наброситься на неё, ведомые страхом.
   А ведь она может себя уверенно чувствовать и надёжно контролировать только в перчатках. Этих нежно бирюзовых произведениях искусства, чьи серебряные и платиновые нити, в сочетании с рунами заклятий и специально огранёнными драгоценными камнями в узловых точках защитной сети, позволяли полностью подавлять случайные всплески. Но во время церемонии коронации на герцогство нельзя носить перчатки. И это оставалось самой большой проблемой.
   Угощение для гостей, подготовка торжества, и даже салюта лежала на плечах управляющих, поваров и балетмейстеров. Но её разум был заполнен тем, как сохранить свою тайну от окружающих. И в первую очередь, от родной сестры.
  
   Анна бежала в город, вспомнив о своём задании. Когда она направилась в замок, то оставила почти всех агентов и половину прислуги в таверне у въезда на другой стороне города, благоразумно опасаясь вызвать подозрения хадорцев. Но сегодня, во время церемонии, им никто не помешает. Потому что солдаты не будут всматриваться в лица каждого приглашённого.
   Город Аренделл встречал её пёстрыми флагами, запахом свежей выпечки и звуками музыки. По праздничному нарядные, горожане готовились отмечать венчание на герцогство своей госпожи, а некоторые уже начинали. Анна понимала, что люди надеялись, что возвращение законного сюзерена поможет им, облегчив бремя оккупации. Её вассалы верили, что герцогиня Эльза сможет восстановить порядок на своих землях, защитив верных подданных от грабежа, поборов и нападений.
   Но даже в этот солнечный день, когда всё казалось таким светлым и радужным, нет-нет, а кто-то вспоминал о проклятии. Анна пару раз слышала осторожный шёпот, обрывавшийся на полуслове при её приближении. Но даже из этих скудных фраз юная герцогиня поняла, что горожане знают о ней и её старшей сестре что-то такое, чего не знают они сами. Но благоразумно решила не забивать этим голову раньше времени, отложив разбирательство на день после церемонии.
   И за этими мыслями она не заметила, как выскочила на перекрёсток. О том, чтобы посмотреть по сторонам, она даже не успела подумать. Да и какие тут могут быть опасности, если она на середине улицы, а справа тянется речка Аренделл - быстрая и мелководная, которую можно перейти в брод. Короткий вскрик, конское ржание, удар в левое плечо, и Анна потеряла равновесие. Правая нога угодила в брошенное кем-то ведро, после чего юная герцогиня кубарем полетела в единственную лодку на одном из двух городских пирсов. Крохотное судёнышко, и так стоявшее на самом краю, опасно накренилось под её весом, готовое носом вперёд сорваться в воду.
   Но в последний момент лодку остановил конь, своевременно поставивший ногу на корму, возвращая ей горизонтальное положение за счёт своей массы. Пытаясь понять, что же именно случилось и кто посмел толкнуть герцогиню в эту старую лодку, Анна повернулась, снимая с глаз кусок водорослей, невесть как попавший ей на лоб.
   -Эй!
   -Извините. Вы не ушиблись? - обратился к ней очаровательный рыжеволосый всадник в белом офицерском кителе поверх тёмного жилета, синей рубашки и фиолетового галстука. Картину дополняли тёмно-синие штаны и высокие сапоги до колен.
   - Здрасте. - Анна быстро отбросила проклятый водоросль, поняв что от волнения начала тараторить. - Эээ да. То есть нет. Всё в порядке.
   -Вы уверены? - спросил всадник спешиваясь. После чего в два шага запрыгнул в лодку.
   -Да. Я просто не смотрела, куда иду. Но всё хорошо, даже очень. - Анна про себя успела даже немного удивиться тому, каким прерывистым стало её дыхание и как бешено колотилось сердце в груди.
   -О. Рад это слышать. - произнёс незнакомец, протягивая Анне руку. С его помощью юная герцогиня поднялась на ноги. И в следующее мгновение этот молодой человек изменился лицом, вспомнив об этикете, и быстро выполнил малый поклон, как и подобает при обращении к неизвестной благородной даме. - Кастелян южной Хезы Ханс, из королевства Орд.
   -Герцогиня Аренделла Анна. - Анна сделала малый поклон, предписанный этикетом для приветствия более низкородных дворян.
   -Ваша светлость. - поняв сою ошибку, Ханс моментально опустился на одно колено, скорее всего намереваясь снова принести свои извинения. Но его конь как по команде тоже попытался поклониться и поднял ногу, отчего лодка накренилась к воде. И юная герцогиня и молодой кастелян полетели вперёд, оказавшись в весьма неловком положении даже не смотря на расторопность Ханса, который успел поймать свою собеседницу до удара о дно.
   -Ох. Здрасте. Ещё раз. - произнесла Анна от неожиданности, заливаясь краской. Услышав её, конь резко наступил ногой на корму, возвращая лодку в горизонтальное положение. Тем самым отправив обоих невольных пассажиров в полёт в обратном направлении. На этот раз юная герцогиня оказалась лежащей на груди молодого кастеляна.
   -Кошмар...
   -Как неуклюже. То есть не вы неуклюжи, а я неуклюжа. Вы роскошный. Ав... -Анна запнулась, понимая, что ляпнула откровенно лишнего, грубо нарушая правила этикета, хорошего тона и даже приличия.
   -Я приношу свои извинения за то, что задел герцогиню лошадью. - произнёс Ханс, поднимаясь на ноги. - И за всё, что было после этого.
   -Ничего страшного. Честно. Я не та герцогиня. - поспешила успокоить его Анна. - Попадись вам моя сестра Эльза, было бы ууух... Страшное дело.
   Обойдя Ханса и выбравшись из лодки, юная герцогиня подошла к коню.
   -Здравствуй. - Анна легонько почесала подбородок этого красивого животного кремового окраса с аккуратно подстриженной гривой. Конь довольно заржал. Она же поспешила вернуться к теме разговора. - Но на ваше счастье, это всего лишь я.
   -Всего лишь вы... - молодой кастелян замер, не отрываясь глядя на юную герцогиню.
   -Хмм... - Анна почувствовала, что не может отвести взгляд. Более того, она просто млела рядом с этим благородным красавцем. Ведь до этого её окружали либо старые учителя, либо прислуга, либо простолюдины, с которыми она даже говорить не могла на равных. Но даже ставшее плавным и заторможенным течение мыслей оборвал звон башенных часов на ратуше, отбивавший десять часов утра. - Звонят. Церемония. Я...Я. Мне пора. Я опаздываю. Я побегу. Пока.
   И с этими словами Анна подхватила подол юбки и понеслась вдоль набережной. До начала церемонии оставался всего один час, и нужно было успеть вернуться в замок. И ещё протащить внутрь всех этих тайных агентов. Но думать об этом не хотелось совершенно. Потому что впервые за все эти годы она почувствовала себя настоящей девушкой, красивой и желанной, ради которых в романах герои совершали невероятные подвиги. За спиной послышался плеск. Но она не обернулась, а только ещё быстрее побежала. И в этот момент ей было так легко, что казалось, будто за спиной выросли крылья.
  
   В часовне замка Аренделл звучало мелодичное пение. Церковный хор собора святой Катрены из Лаэдри выводил чарующую мелодию, которая заполняла освящённые временем своды. И слова священных текстов окутывали присутствующих, нашёптывая о смирении и благочестии.
   Перед алтарём стоял сам викар Лаэдри - старший жрец церкви Морроу в Новой Умбрии. Только ему было позволено по сану совершить обряд венчания на герцогство. И его торжественная ряса, украшенная серебром и самоцветами, сияла в ярких солнечных лучах, пробивавшихся через цветные стёкла витражей. По левую руку от викара стоял посадник Лаэдри, висконт Хавронский - доверенный вассал Владимира Цепеша. Он имел право распоряжаться землями Новой Умбрии от имени своего сюзерена. И он должен был принять у герцогини Аренделла вассальную присягу от лица своего господина.
   А справа от викара стояла Анна. Сестра была одновременно и свидетелем принесённых клятв, и поддержкой в этот ответственный момент. И одно её присутствие давало Эльзе больше спокойствия и уверенности в себе, чем почётный караул и высокие гости, сидящие на скамьях. Но в тоже время вызывало тихий ужас от одной мысли о возможном выбросе силы и его последствиях для сестры, которой вообще нельзя знать о существовании магии. Что уж говорить об остальных. Ведь на церемонии присутствовал практически весь высший свет оккупированного Ллаэля. Были так же гости из Хадора и даже Орда. А ещё стоящие вдоль стен корреспонденты и журналисты, призванные освещать для широкой общественности знаменательное событие - возрождение рода Аренделл.
   А политический момент в этой церемонии играл далеко не последнюю роль. Для хадорцев это был символ законности их власти и поддержки со стороны местного населения. Для ллаэльцев это был ещё один пример покорности и смирения. А ещё это был знак того, что жизнь налаживается. Что ужасы войны остались позади и события возвращаются в привычное русло.
   Но всё это было сущими мелочами на фоне главной проблемы - пережить церемонию, ничего не заморозив. Руны заклятий, вплетённые в платье, зачарованные амулеты, спрятанные в рукавах, Эльза применила весь доступный арсенал средств защиты. Даже свой самый сокровенный секрет - таинственный амулет, который она носила на шее вместо кулона во время особенно ответственных моментов. И сейчас она полагалась на его силу.
   А нужно продержаться немного. Всего пять минут без перчаток. Всего пять минут. А скипетр и держава уже ждут своего часа на подушке фиолетового бархата вместе с короной.
   Корона герцога - символ власти, повторяющий короны архгерцогов и короля. Традиция, которая для многих пресеклась более двух веков назад. Но род Аренделлов всё ещё соблюдал старый обычай. Так венчали на герцогство отца Эльзы, а до того её деда. Корона Аренделла была простой и маленькой - пять аккуратных серебряных лепестков на неполном обруче, с большим топазом, огранённым в форму капли, на центральном, образовывали цветок. Такой же, как и на гербе Аренделлов.
   Простота короны разительно отличалась от блеска золота и драгоценных камней, что украшали скипетр. Древний маршальский жезл, который был дарован основателю рода Аренделл самим королём за смелость в битвах с хадорскими легионами три столетия назад. Эльза пыталась вдохновиться отвагой своего далёкого предка, который лично вёл солдат на бой с превосходящими силами врага, не страшась даже монструозных колоссов. И сумел одержать победу. И ей тоже была нужна победа, только не над вражескими воинами, а над собой.
   О смирении напоминала держава - приданое, которое передал обнищавший король своей племяннице, когда та выходила замуж за более богатого, но низкородного герцога. Гулкое эхо Войны Монет, которая высосала королевскую, и не только, казну почти досуха, заставив большинство герцогов продать свои короны. Эльза помнила историю о своей прапрабабке, которая ради любви и исполнения долга отреклась от пусть и крохотных, но прав на престол. А теперь юная герцогиня старалась отречься от волнения, которое всё нарастало и нарастало. Казалось, будто оно тащится за ней, подобно длинному пологу её фиолетовой мантии.
   Но время на размышление кончилось, потому что даже медленным шагом нельзя было идти к алтарю бесконечно. Хор смолк, отдавая часовню во власть тишины. Чтобы все присутствующие могли услышать слова клятв, произнесённых перед ликом Морроу. А тем временем вихрь мыслей, воспоминаний из истории и детства, а так же эхо заглушаемых эмоций били в виски подобно барабану, по силе постепенно приближаясь к паровому молоту.
   Глубокий вдох, медленный выдох. И так три раза. Мать всегда говорила, что это помогает успокоиться. И была права. Простое упражнение снова помогло Эльзе обуздать волнение, как и много раз до этого.
   Присяга заняла не много времени. Текст был в целом стандартен, повторяя клятву верности Империи. Только теперь она в дополнение к присяге Императрице клялась в верности принцу Умбрии. И по традиции, подпись под текстом, выведенным каллиграфическим почерком на гербовой бумаге.
   Хор снова запел, вознося хвалу Морроу, Светлому Близнецу и Защитнику Людей. Викар начал церемонию, читая священные тексты. Эльза же стояла на коленях перед алтарём, в смирении повторяя слова молитв. Постепенно растворяясь в этом речитативе, она погружалась в транс, который давал долгожданный покой и умиротворение. Так бы и продолжалось дальше, пока викар не взял в руки корону, подняв её над собой.
   -Пред ликом Морроу, и по его благословению, венчаю тебя, Эльза Аренделл, на герцогство. - И с этими словами он аккуратно опустил корону на голову Эльзы, по возможности получше укрепляя серебряный обруч древнего украшения в её платиновых волосах.
   Эльза встала на ноги, аккуратно переведя дух. Церемония подходила к концу. Оставалась последняя, самая тяжёлая часть. Она видела, как служитель подавал викару бархатную подушку с символами власти - скипетром и державой. Этими бесценными реликвиями, которым суждено испытать её силу воли и навыки контроля. Вот она уже готовится взять их в руки.
   -Кхм. - еле слышно кашлянул викар, привлекая внимание юной герцогини. - Герцогиня, перчатки. Их нужно снять.
   Эльза поняла, что инстинктивно попыталась обмануть окружающих, сохранив полный контроль над своими силами. Но трюк не удался, и теперь перчатки придётся снять. Самый надёжный, по сути единственный стабильно работающий сдерживающий контур. Она медленно стянула перчатки, ожидая, что сила льда и холода может вырваться на свободу в любую секунду. Но ничего не произошло. Руки были всё такими же белыми и ухоженными, с аккуратным маникюром. Как и подобает благородной даме.
   Но даже с её выдержкой, закалённой годами тренировок и подготовкой колдуна, Эльза не смогла до конца подавить предательскую дрожь в руках. Когда она только поднимала скипетр и державу, это было особенно заметно. Но ни викар, ни посадник не подали виду, претворившись, что не заметили. Анна же смотрела вообще в другую сторону, обмениваясь взглядами с кем-то из гостей.
   Наконец, викар произнёс краткое благословение, осенив герцогиню знаком рассвета Морроу. После чего, перехватив поудобнее скипетр и державу, Эльза развернулась лицом к гостям. В строгом соответствии с древней традицией, она стояла, гордо взирая на гостей церемонии. А за её спиной викар зычным голосом читал молитву, воздев руки к потолку.
   Как же долго тянулись эти минуты. Как же старый священник растягивал слова. И как пристально на неё смотрело больше сотни человек. Следили за каждым жестом, буквально не отрываясь. Эльзе было невероятно тяжело стоять так, не отводя взгляд, не закрывая глаза, не смотря на руки. Но она уже чувствовала, как похолодел металл скипетра и державы в её ладонях. И как медленно их начинала покрывать корка инея.
   -Славься Эльза, герцогиня Аренделла. - наконец-то произнёс викар, завершая обряд. И хоть прошло всего то четыре минуты, ей казалось, что церемония тянулась целую вечность. Пока гости поднимались, юная герцогиня успела бросить осторожный взор на скипетр. И с ужасом заметить, что слой инея уже начинал выбираться из под её пальцев, покрывая древний маршальский жезл.
   -Славься Эльза, герцогиня Аренделла! - громыхнула толпа гостей нестройным многоголосым хором. И в этот же миг Эльза резко развернулась, кладя скипетр и державу на подушку, которую только-только успел взять в руки викар. Схватив перчатки, она принялась натягивать их на руки как можно скорее. Но даже занятая восстановлением своих сдерживающих контуров, юная герцогиня заметила, как поползли вверх брови старого священника.
   Викар определённо заметил иней на скипетре и державе. Но ничего не сказал. Он только бросил многозначительный взгляд на посадника. Ответом стал аккуратный кивок головой и не менее выразительный взгляд. Эльза поняла смысл этого бессловесного диалога без перевода. Викар хотел было поднять шум, но посадник остановил его. Потому что ничего особо сверхъестественного не случилось и всё идёт по плану.
   Наконец справившись с перчатками и убедившись в надёжности сдерживающего контура, Эльза снова повернулась к главному нефу часовни. И снова услышала приветствия гостей. На этот раз они приветствовали правящую герцогиню, хозяйку Аренделла. Отныне она была не просто благородной дамой. Она была полноправной госпожой земель своего отца, и повелительницей для его вассалов.
   Обведя взглядом всех собравшихся, Эльза повернулась было к боковому выходу. И столкнулась взглядом с Анной. Которая одними губами произнесла: - Поздравляю.
  
   Этот день, сколь бы он не был светлым и чудесным, Эльза была готова проклинать снова и снова. Потому что за всю жизнь ей не приходилось так тяжко. Ведь если хорошенько подумать, то всегда рядом с ней был кто-то, на кого можно было положиться. Кому можно было довериться. Кто принял бы её такой, какая она есть. Кто был бы осведомлён о её силе и готов придти на помощь.
   Но не сегодня. Когда вокруг столько беззащитных людей. Не колдунов, не солдат, а простых людей. И рядом нет ни мэтра Рауж-Фуко, ни колдун-лорда Ковалевского. Даже эскорта колдунов. Из более чем сотни гостей постоять за себя сможет только один человек - её непосредственный начальник. Остальным же вообще нечего противопоставить её силе, если та вырвется наружу. Ни защитных заклятий, ни заговорённых доспехов, ни зачарованных амулетов. Ничего.
   Даже аудиенция у Императрицы Хадора не вызывала у Эльзы такого ужаса. Ведь её всё время сопровождали колдуны, а в тронном зале постоянно держали на мушке стрелки. Даже если бы все контуры защиты рухнули, а её сила полностью вырвалась на свободу, она навряд ли кого-либо убила. Не говоря уже о том, чтобы ранить Императрицу. Потому что теперь юная герцогиня знала, какие сложные арканы обеспечивали безопасность повелительнице Хадора при встречах с будущими варкастерами и колдунами.
   Сегодня же ей приходилось полагаться только на свои собственные силы. Арканомеханическая система поглотителя больше на могла придти ей на помощь. Потому что это чудо инженерной мысли и аркмеханики осталось в Корске. Теперь им была оснащена тюрьма Ковена Серых Владык, специально предназначенная для содержания магов. И рассчитывать юная герцогиня могла теперь только на свои навыки и силу воли.
   На выходе из часовни герцогиню Аренделла встречали ликующие подданные. И ещё торжественное построение личного состава хадорского гарнизона. И это тоже было частью церемонии. Эльзе снова пришлось собрать волю в кулак, чтобы проследовать спокойным шагом с гордо поднятой головой мимо восторженных горожан слева, и стоящих по стойке смирно солдат гарнизона справа. Ей было страшно даже подумать о том, сколько человек окружает её сейчас. Одних солдат две с половиной сотни. А всего внутренний двор вмещал до двух тысяч человек. И сейчас он был забит до отказа. Некоторые даже забрались на столбы освещения и лестницы на стены, чтобы лучше разглядеть торжественную процессию.
   Но испытание продолжалось. После торжественного обеда и экскурсий для гостей, которые обе герцогини благополучно пропустили, занятые своими личными делами, был намечен бал. Который должен был продолжаться до самого вечера. Главный зал замка Аренделл уже был подготовлен для приёма всех высоких гостей своей хозяйки. А во дворе уже накрывались столы для горожан и селян.
  
   Анна с большим трудом распределила агентов по замку. Теперь её часть миссии была выполнена. А профессионально подготовленные разведчики дальше уже справятся сами. Потому что подставляться, ручаясь за них, юная герцогиня не собиралась. Да и перед отправкой об этом разговора не было. Но всё равно хлопот хватало.
   Поэтому на бал она еле-еле успела. Главный зал был уже заполнен гостями, утопая в блеске драгоценностей, парадных мундиров и вечерних платьев. Играла музыка, разносили шампанское и закуски. Стоял негромкий гомон разговоров. И в это неспешное течение светского торжества она ворвалась через боковую дверь почти бегом, успев немного запыхаться.
   -Герцогиня Аренделла Эльза. - с ударом посоха возвестил герольд. Анна заметила, как через боковую дверь с другой стороны зала вошла её старшая сестра. И гордо прошествовала до трона её отца, стоявшего возле стены в окружении знамён Аренделлов, Умбрии и Хадорской Империи. Под охраной почётного караула из двух уланов Стальных Клыков в полных красных доспехах с длинными пиками и щитами наготове, древнее кресло, успевшее потемнеть от прошедших веков, ожидало свою новую хозяйку. Но она только бросила на трон мимолётный взгляд. И не села, а остановилась, обернувшись к залу и поклонившись гостям.
   -Герцогиня Анна Аренделл. - возвестил герольд, снова ударив посохом.
   Анна даже не сразу сообразила, что все ждут её. Только когда к ней начали оборачиваться вопросительные взгляды. Но поняв, что на неё смотрят, юная герцогиня поспешила подбежать к сестре, благоразумно остановившись в трёх шагах от Эльзы. Она никогда не чувствовала себя в центре внимания такого большого и блистательного собрания. Растерявшись, она даже забыла поклониться собравшимся, неловко помахав рукой в качестве приветствия.
   Благо, что герольд быстро заметил возникшую заминку, и аккуратно подвёл Анну к Эльзе, поставив сестёр практически плечом к плечу. Это было ещё более неожиданно. Но Анна всё же сумела собраться с мыслями. И, сделав один шаг в сторону от сестры, поклониться гостям согласно этикету.
   Гости приветствовали их дружными аплодисментами. Оркестр заиграл новую лёгкую мелодию, и гости начали возвращаться к веселью. Разговоры, танцы, лёгкие напитки и закуски ґ- люди наслаждались праздником. Анна несколько растерянно оглядывала зал, поправляя причёску. Теперь, после стольких лет разлуки и такого холодного прощания, она ощущала себя не в своей тарелке, стоя буквально в одном шаге от ещё недавно казавшейся недосягаемой и потерянной старшей сестры.
   -Здравствуй. - негромко произнесла Эльза.
   -А? Это было мне? - Анна даже подпрыгнула от неожиданности. Потому что не слышала голоса родной сестры долгие годы. Взглянув на Эльзу, она заметила лёгкую улыбку и осторожный кивок. - Ох. Эээ. Здравствуй.
   -Ты красивая. - с улыбкой произнесла Эльзя, глядя на свою сестру.
   -Спасибо. А ты ещё больше. Ав...-Анна поняла, что сморозила глупость, и постаралась поскорее исправиться: - Не в смысле, что ты стала больше, а что ещё красивее.
   -Спасибо. - Эльза улыбнулась, слегка поклонившись Анне, после чего вновь окинула зал и танцующие пары. - Так вот он какой, настоящий балл.
   -Да. А тут жарче, чем я думала. - Анна усмехнулась тому, насколько бессмысленна была эта фраза.
   -А балы у тётушки Риты были такими же? - спросила Эльза, любуясь красотой танца нарядных дам и их блистательных кавалеров.
   -Не знаю. Меня туда не приглашали. Да и некогда было. - ответила Анна, но в следующее мгновение вопрос, возникший в её уме почти сразу, вырвался на свободу. - А откуда ты знаешь, что я жила у тётушки Риты?
   -Мне рассказал висконт... - Эльза сделала неопределённый жест, явно не собираясь углубляться в детали причин своей осведомлённости. Но в следующий момент она уже смотрела куда-то в сторону. - А что так вкусно пахнет?
   Анна тоже заметила лёгкие нотки смутно знакомого аромата, манящего своим пряным оттенком. Не сговариваясь, сёстры повели носами, вдыхая полной грудью чарующий запах. И в следующее мгновение, повернувшись лицом к лицу, хором назвали его источник: - Шоколад.
   И почти сразу дружно рассмеялись. Всё же они были родными сёстрами, и у них было много общего. Они даже одновременно узнали по запаху одно из самых редких угощений, какое только можно было встретить на столах всего континента. Шоколад - баснословно дорогой, доставляемый кораблями по бушующим водам великого океана Мередиуса из джунглей затерянного на далёком юге континента Зу.
   Но их веселье оказалось быстро прервано герольдом: - Ваша светлость, позвольте представить. Кайязь Воровский...
   -Варавский! Кайязь Варавский. - резко перебил герольда низкий, худощавый старичок с пышными усами и совершенно седой шевелюрой, одетый в достаточно простой костюм, сдобренный большим количеством золотых цепей и драгоценных камней. - Ваша светлость, как исполнительный директор корпорации Блауставия в Новой Умбрии - вашего ближайшего торгового партнёра, имею честь ангажировать герцогиню Аренделла на первый танец.
   И выпалив эту тираду, престарелый кайязь выдал целую цепь сложных движений, состоявшую из взмахов руками, приседаний, прыжков, притопов и ударов ладонями по груди, животу, коленям и пяткам. После чего с глубоким поклоном подал руку Эльзе, не заметив, как отклеившийся парик угрожающе накренился вперёд, только чудом удержавшись на совершенно гладком черепе старика с малым нимбом седых волос по краям. Герцогиням пришлось совершить изрядное усилие, чтобы не рассмеяться в голос. Но осторожных смешков в кулак избежать им всё же не удалось.
   -Благодарю. Но я не танцую. - сказала Эльза, подавив всё ещё рвавшийся на волю смешок. - Зато сестра танцует.
   -Чудесно! Вам повезло! - воскликнул кайязь, хватая Анну за руку и утаскивая в центр зала быстрее, чем она успела начать протестовать. - Не потеряйте голову!
   -Извини. - тихонечко обронила Эльза.
   Следующие несколько минут превратились для Анны в настоящую пытку. Оркестр, как назло, играл незнакомую ей мелодию. Только посмотрев на другие танцующие пары, юная герцогиня поняла, что это был хадорский танец. И чёртов кайязь наслаждался, отплясывая вокруг неё. Прыжки, топот каблуков, взмахи руками и удары ладонями сливались в нечто неописуемое. А сам Варавский не забывал о своей партнёрше, регулярно закручивая её и подталкивая, заставляя переходить с места на место. В какой-то момент Анна подумала, что это действительно мог быть красивый танец. Если бы только она знала его. И если бы её партнёр не толкался и не наступал на ноги, а показал хотя бы пару основных движений.
   -Это такая радость, видеть вас, герцогиня. - старик умудрялся болтать, даже не смотря на высокий темп танца. И упрямо клонил разговор в свою сторону. - Давно хотел спросить, а почему на всех переговорах выступали только комендант или управляющие? И почему не было видно ни вас, ни вашу сестру? И почему ворота замка для гостей открыли только сегодня?
   -Простите, но я не знаю. - Анна поняла, что её достаточно нагло расспрашивают. И это ей не понравилось. - У меня нет ответов на ваши вопросы.
   -Нет? Ну и ладно. - не стал унывать кайязь. Вместо этого он подхватил юную герцогиню за талию и подбросил верх. Анна только охнуть успела, когда этот необычайно сильный для своей весьма скромной комплекции и неприметной внешности старик поймал её, резко развернул и почти опрокинул навзничь, держа на руках возле самого пола. - Тогда держитесь.
   Услышав эти слова, Анна только и успела, что судорожно сглотнуть. Потому что в следующий миг она уже была на ногах. А ещё через секунду юная герцогиня уже неслась через зал, бешено вращаясь. С горем пополам остановившись и сохранив вертикальное положение, она пошатываясь вернулась к сестре.
   -Если захотите повторить, я к вашим услугам! - гордо заявил Варавский откланиваясь.
  
   -Хех. Смотри, какой резвый. - произнесла Эльза, наконец поборов хохот.
   -Особенно для мужчины на каблуках... - Анна старалась прийти в себя после самого ужасного танца, какой только мог быть на этом балу. И сейчас аккуратно разминала отдавленные кайязем пальцы.
   -Ты не сердишься? - Эльзе было искренне жалко свою младшую сестру. И ещё стыдно от того, что она спряталась за её узкими плечами от этого старикана. За те годы, что она провела в Хадоре, она слышала слишком много историй о беспринципности кайязей. И старалась не дать Варавскому ни единого шанса повлиять на неё.
   От управляющих она знала, какую сеть агентов и интриг уже успела раскинуть корпорация Блауставия в Новой Умбрии. Им теперь нужны были концессии на добычу угля, железной руды и платины, залежи которых предположительно имелись в землях Аренделла. И ещё утвердить план строительства железной дороги на Ринир. И ради этого, безусловно важного для Империи дела, Варавский делал всё возможное. Но держался пока что в рамках закона и правил, а потому просто выгнать его герцогиня не могла. Да и его предложения были весьма щедрыми и заманчивыми.
   -Что ты. Я очень рада. Всё так здорово. - ответила Анна, переводя дух. На её веснушчатом лице снова сияла улыбка. И глядя прямо в глаза своей старшей сестре, она сказала то, о чём Эльза могла только мечтать: - Я бы очень хотела, чтобы так было всегда.
   -Я тоже. - ответила Эльза совершенно искренне. Но в следующее мгновение она вспомнила. Вспомнила о войне, о службе, о своих обязанностях. Вспомнила и о принесённых Империи клятвах, когда аккуратно дотронулась до броши, служившей застёжкой для её фиолетовой мантии - маленькому овалу зелёной эмали с золотым гербом Хадора в центре. Этому напоминанию о том, кому она обязана жизнью и свободой. И чьи приказы должна выполнять. Отводя глаза, Эльза с грустью облекла в слова горькую правду: - Но так не будет.
   -Почему? Ведь если мы... - в голосе Анны звучала надежда. Она подошла ближе, пытаясь взять за руки свою старшую сестру и поделиться своими смелыми идеями.
   Но Эльза заметила её движение и резко сделала шаг назад, поворачиваясь к сестре спиной и прижимая руки к груди. Её слова прозвучали особенно грубо, когда она прервала Анну практически на полуслове: - Не будет и всё!
   -Извини. Я сейчас. - произнесла Анна упавшим голосом, уходя прочь. Эльзе было стыдно за то, что она нагрубила сестре. И больно от того, что она разбила её мечты.
   Но для Анны будет лучше, если всё вернётся на круги своя, а ворота будут закрыты и впредь. Тогда она больше не увидит ужасов войны. Не станет жертвой партизан, фанатиков или нежити. И больше не будет контактировать с магией. Потому что Эльза понимала, что поставленные в мозгу её сестры колдун-лордом Ковалевским защитные блоки уже дали трещину. Одному Морроу ведомо, сколько они ещё продержатся. И сколько осталось жить неугомонной младшей сестре герцогини Аренделла.
   С тяжёлым сердцем Эльза провожала взглядом Анну, удалявшуюся в нарядную толпу весёлых гуляк. Того единственного человека в мире, ради которого она не пожалела бы ничего. Даже своей жизни. И которому она причинила столько страданий. И похоже, что причинит ещё больше, если сдержит данное родителям слово. Но она была готова заплатить эту цену, потому что ради сестры герцогиня Аренделла способна на всё.
  
   Анна продиралась сквозь гостей, которые превратились в пёструю, гудящую массу. Она больше не видела лиц и не слышала разговоров и обращений. Потому что её сердце обливалось кровью от боли, а разум затмевала пелена обиды и горя. Как, почему Эльза так обращается с ней всякий раз, как они встретятся? Почему гонит прочь, и в то же время не спускает глаз? Почему посылала шпионов в Каспию узнать, как у неё дела, а в Аренделле сама почти не разговаривает?
   Поглощённая этими мрачными мыслями, Анна не заметила, как какой-то пухлый дворянин случайно толкнул её. Массы были не равны, в потому она полетела прочь, пытаясь хоть как-то удержаться на ногах. Но, как назло, наступила на подол собственной юбки. И обязательно бы рухнула на пол, растянувшись во весь рост на дорогом паркете, если бы кто-то не схватил её за руку.
   -Позволите руку? - вежливо спросил Ханс, ставя бокал с шампанским на поднос проходившего мимо слуги.
   -Ханс... - произнесла Анна понимая, что эта констатация абсолютно очевидного факта прозвучала совершенно по идиотски. Но от неожиданности у неё просто не нашлось других слов. Да и откуда было взяться словам, которые разом вылетели из головы, когда она взглянула на блеск белоснежного офицерского мундира, который сочетался с жёлтым жилетом и алой лентой, напоминавшими о цветах ордского флага. Ханс был неотразим, и слова тут были излишни.
   Оркестр как раз закончил перерыв и заиграл новый вальс. Не говоря более ни слова, юная герцогиня и молодой кастелян начали танцевать. Они кружились по залу под звуки этой чарующей мелодии, и всё больше пар присоединялось к ним. Но Анна не замечала этого. Грусть, обида, злость на Эльзу - все эти эмоции попросту испарились, растаяв подобно утреннему туману. Потому что она танцевала с Хансом. И теперь она не хотела танцевать ни с кем другим.
   Вскоре они покинули главный зал, отправившись гулять. Они бродили по замку, рассказывая друг-другу разные истории из детства, делясь впечатлениями о выпавших на их долю странствиях и яркими воспоминаниями из прошлого.
   -И сколько ты служил во флоте?
   -Год. Не считая академии. Ходил на броненосце "Клинок Маркуса" в чине лейтенанта. - с гордостью рассказывал Ханс. - Даже в бою побывал.
   -Здорово. - Анна в этот момент была готова ловить каждое его слово.
   -Ох и знатно мы тогда вломили этим пиратам. Да только они нам ходовое колесо повредили. А пока стояли на ремонте, отец подсуетился и меня списали в запас. А через два дня мать послала меня в Хадор. - с грустью делился своими злоключениями молодой кастелян. - Отец был занят важным контрактом на строительство нового броненосца, и нужно было договориться о поставках руды. Вот и пришлось мне отправляться на север. С тех пор так и мотаюсь по Империи.
   -А я только недавно вернулась из Сигнара. - поделилась своим странствиями Анна. - С тех пор, как хадорцы захватили Аренделл, я была в изгнании. Но сейчас перемирие, и я решила вернуться на родину.
   -Постой, что это? - спросил Ханс, указывая на белоснежную прядь в медно рыжих волосах Анны.
   -Это от рождения. - юная герцогиня никогда не обращала особого внимания на эту особенность её причёски, считая эту аномалию скорее изюминкой своего образа, нежели недостатком. - Но в детстве мне казалось, что это поцелуй королевы эльфов.
   -А мне нравится...
  
   Ужин они провели на балконе, травя байки и закусывая сандвичами, пирожными и эклерами, которые стащили с общего стола, запивая всё это горячим шоколадом. Именно тут, сбежав от напыщенных аристократов, вездесущих слуг и постоянно следящих за гостями солдат, они могли побыть самими собой.
   -Погоди, сколько у тебя братьев? - с первого раза Анна не поверила свои ушам.
   -Двенадцать старших братьев. - совершенно серьёзно заявил Ханс. - Трое из них притворялись, что не видят меня. Буквально. Целых два года.
   -Как они могли... - у Анны просто не укладывалось в голове, как могут люди быть настолько жестоки к родным братьям.
   -Так принято у братьев. - стоически заявил Ханс.
   -И у сестёр. - с грустью вздохнула Анна, вспоминая об Эльзе. - Знаешь, мы с Эльзой очень дружили в детстве. Но потом она просто закрылась от меня. Не знаю почему. А потом началась война, и нас разделили сперва хадорские солдаты, а потом и линия фронта.
   -А я бы от тебя не закрылся... - с улыбкой произнёс Ханс, глядя прямо в голубые глаза Анны, осторожно беря её за руку.
   -Слушай, я могу сказать глупость? - спросила юная герцогиня, понимая что выглядит откровенно нелепо. Но других слов у неё попросту не нашлось. А смех уже рвался наружу.
   -Я обожаю глупости. - ответил Ханс с широкой улыбкой.
  
   Весь вечер они провели вместе. Герцогиня Аренделла и кастелян южной Хезы развлекались, позабыв о громких титулах, пышных нарядах и витиеватых правилах этикета. Это конечно же было ребячество. Но с каким упоением Анна отдавалась этому беззаботному веселью. Особенно вместе с таким парнем, как Ханс.
   Прокатиться по паркету галереи в носках, оставив туфли и сапоги за дверью. Проехаться по перилам винтовой лестницы, убегая от хадорских солдат. Тайком пробраться из замка в город через празднующую венчание герцогини толпу. Любоваться закатом с вершины ратуши, после чего прикинуться механическими фигурами, чтобы обмануть патруль. Бродить по улицам и набережной Аренделла, наслаждаясь восходом полного Кальдера. Пробраться обратно в замок, залезть на крышу и считать звёзды. А за тем любоваться салютом в честь герцогини Аренделла Эльзы.
   Кальдер - самая большая из трёх лун. Поэты и писатели воспевали его бессчётное множество раз, приписывая ему мистическую силу. А полнолуние было особым временем. Предания говорили, что Кальдер покровительствует влюблённым, позволяя вспыхнуть пламени страсти столь сильно, что в нём таяли даже самые холодные сердца. В его серебристом сиянии поклонники получали благосклонность самых неприступных дам.
   И в эту ночь Кальдер плыл по небосводу один, окружённый сиянием далёких звёзд. И его свет блистал в зелёных глазах Ханса, придавая ему особую красоту и мужественность. Анна думала, что её голубые глаза тоже были украшены этим серебристым сиянием, делая её ещё неотразимее и желаннее, чем когда либо. И в эти мгновения, говорить о любви было особенно сладко.
   -А можно я скажу глупость? - спросил Ханс когда они забрались на башню. И получив в ответ короткий смешок и утвердительный кивок, встал на одно колено и произнёс главные слова: - Выйдешь за меня?
   -Боюсь ошарашить тебя своей глупостью. - Анна понимала, что сейчас она похожа на деревенскую дуру, нашедшую на дороге алмаз размером с кулак. Но эмоции захлестнули её, затмив разум. Такой счастливой, как в этот миг, она не помнила себя с раннего детства. И голос её буквально искрился радостью: - Да!
  
   Эльза уже начинала постепенно провожать гостей. Уезжали те, кто жил достаточно недалеко, либо у кого была достаточно хорошая охрана, чтобы путешествовать по ночам, не опасаясь столкнуться с неприятностями. А тем временем Анны всё ещё не было видно.
   Герцогиня Аренделла уже начала серьёзно волноваться за свою сестру, с которой была слишком груба. Эльза надеялась, что обида не толкнёт Анну на какое-то необдуманное решение, которое может привести к непредвиденным последствиям. А воображение моментально начинало рисовать картины ужасной расправы, которую учиняли беззащитной юной герцогине то ожившие мертвецы, то партизаны Сопротивления, то просто банда грабителей с большой дороги. И прогнать эти отвратительные видения было чертовски сложно. Но покои Анны были пусты. А все солдаты, которых она посылала найти свою сестру каждые полчаса после захода солнца, так и не вернулись. И это больше всего беспокоило Эльзу.
   Анна же нашлась самым необычным способом. Она просто взяла и пришла сама, по пути растолкав кучу народа, таща за руку щеголеватого рыжеволосого типа. И пока младшая сестра со своим спутником прокладывали дорогу через гостей, старшая успела попрощаться с ещё одним бароном.
   -Эльза. - позвала Анна сестру, но быстро вспомнив об окружающем обществе, обратилась более официально. - Герцогиня, на минутку. Позвольте представить, кастелян Южной Хезы Ханс, из королевства Орд.
   -Ваша светлость. - поклонился Эльзе Ханс, приветствуя более высокородную даму. Ответом стал малый поклон, строго в соответствии с этикетом.
   -Мы просим... Мы просим... - начали наперебой говорить Анна и Ханс, вызвав немалое замешательство у Эльзы. Она никогда не видела сестру столь взволнованной, возбуждённой и в то же время счастливой.
   -Мы просим. Благословить. Нашу. Женитьбу. - наконец хором произнесли по словам ключевое предложение юная герцогиня и молодой кастелян. После чего дружно прижались плечами и сложили головы домиком, образовав картину полнейшего единения и идиллии.
   -Аээ... - у Эльзы от удивления отвисла челюсть. Выпученными глазами она наблюдала, как Анна с хихиканьем положила голову на плечо этого напыщенного рыжеволосого щёголя, подложив для удобства руку поверх эполета и погона белоснежного мундира. А Ханс склонил голову, прикасаясь к медно-рыжей шевелюре Анны своими грязно-ржавыми короткими волосами и бакенбардами. И при этом расплылся в идиотской ухмылке до ушей. Казалось, что эта парочка специально сговорилась, чтобы разыграть герцогиню Аренделла. И теперь оба наслаждаются тем, насколько она растеряна, поражена, обескуражена и нелепа. Эльзе потребовалось несколько мучительно долгих мгновений, чтобы вернуть дар речи и задать самый очевидный, и в то же время самый тупой вопрос: - Женитьбу?
   -Да. - со смехом ответила Анна, кивая в подтверждение своих слов, даже не снимая головы с плеча своего кавалера. Которого держала под руку с самого начала разговора.
   -Прости, я не понимаю... - попыталась было уточнить услышанное Эльза. Потому что всё это просто не укладывалось у неё в голове. Какая женитьба? На ком? На этом ордском щёголе, взявшемся невесть откуда?
   Хотя известно откуда. Орд давным давно прославился могучим флотом, неприступными крепостями и стойкими солдатами. А ещё как столица пиратства, рассадник наёмничества, безудержной контрабанды и организованной преступности, которой потворствовал сам король. Три четверти наёмников базировались там, где закон был настолько призрачным, что о его существовании многие вообще забыли. И честный ордец казался представителем давно вымершей ветви рода людского.
   -Ну, мы ещё не продумали всех деталей. За пару дней распишем церемонию. Суп, жаркое, мороженое.... - Анна пустилась в рассуждения, практически забыв об Эльзе. С упоением она рассказывала о предстоящей свадьбе, не особо заботясь о том, слушают ли её вообще кто-нибудь. Пока вдруг резко не прервала саму себя на полуслове, вновь оборачиваясь к ордцу: - А. Мы ведь будем жить здесь?
   -Здесь? - до этой секунды Эльзе казалось, что ещё больше удивить её младшей сестре сегодня не удастся. Но теперь эта шутка зашла слишком далеко.
   -Ну разумеется. - ответил Ханс, беря Анну за руки и глядя ей в глаза.
   -Анна? - безуспешно попыталась вклинится в их разговор Эльза.
   -Ооо. Пригласим твоих двенадцать братьев погостить. - заливалась в мечтаниях Анна.
   -Что? - Эльза, и без того ошарашенная, была ещё больше поражена таким заявлением. И начала немедленно, пусть и безрезультатно протестовать. - Нет.
   -Конечно, комнат нужно много, но может они захотят... - юная герцогиня уже разошлась не на шутку.
   -Нет-нет-нет. Погоди. Постой! - усилия Эльзы наконец-то увенчались успехом и Анна, казавшаяся в этот миг совершенно неугомонной, всё же остановилась и обратила внимание на старшую сестру. И пользуясь этой паузой, герцогиня Аренделла продолжила максимально серьёзным тоном, на который была способна: - Никаких братьев здесь не будет. И никакой женитьбы.
   -То есть как? - на лице Анны отразилось непонимание. Казалось, что она просто не может поверить словам своей старшей сестры. Словам, которые как топор дровосека рубили тянущееся ввысь дерево мечтаний.
   -Можно поговорить с тобой? Наедине. - Эльза понимала, что ещё один грубый отказ может окончательно разбить сердце её младшей сестры. Она видела, что Анна была преисполнена надежды и радости. Как же больно было герцогине Аренделла резать эти мечты по живому, возвращая сестру из радужного царства грёз назад, на грешную землю. Но Эльза должна была сделать это. Она надеялась, что разговор с глазу на глаз поможет унять боль от нарушенных планов. Ведь Анна была умной и рассудительной девушкой. Она бы поняла весомость доводов и резонность суждений против такой скоропалительной женитьбы. Нужно было только не повторять опять прошлые ошибки и всё ей объяснить...
   -Нет. - запротестовала Анна, снова беря под руку Ханса. - Всё, что хочешь сказать, пожалуйста, говори это нам обоим.
   -Ладно. - видя, что сестру не переубедить, Эльза решила действовать прямо и решительно, но всё же не покидая рамок приличия и вежливости. - Нельзя выходить за первого встречного.
   -Можно, если это любовь. - твёрдо заявила Анна. Но при этом её взгляд, её лицо, её голос, всё выражало мольбу о понимании и сострадании.
   -Анна, что ты знаешь о любви? - спросила Эльза, надеясь вернуть сестру с небес на землю. В конце концов, в неполные восемнадцать лет серьёзно говорить о высоких чувствах несколько рановато...
   -Побольше тебя! - в ярости выкрикнула Анна. Эльза была поражена этой впышкой гнева, отразившейся печатью злобы на веснушчатом личике её младшей сестры. Которая даже не заметила, как сверкнули драгоценные камни на перчатках герцогини Аренделла. Как на мгновение бирюзовый оттенок платья оказался подкрашен нежно-голубым сиянием рун. И за первым словесным ударом последовал и второй: - Ты только умеешь закрываться от людей!
   -Прости, но сегодня мне придётся тебе отказать. - понимая, что назревающий конфликт уже перешёл на такие интонации, что гости начали оборачиваться, Эльза попыталась свернуть неприятный разговор. В конце концов, она - герцогиня Аренделла, и младшая сестра должна её слушаться. Вне зависимости от своих сиюминутных желаний. Но даже в такие минуты нельзя забывать о вежливости и сдержанности. - Мне очень жаль.
   -Ваша светлость, вы позволите... - попытался вступить в спор Ханс. Он молча стоял с самого начала разговора сестёр. И разыгрывающаяся сцена уже успела стереть ухмылку с его наглой рыжей физиономии.
   -Нет, не позволю! - Эльза почувствовала, как нагрелись защитные амулеты у неё на запястьях. Это был дурной знак. Созданные для предотвращения особо мощных всплесков силы, эти амулеты были по сути одноразовыми. Колдун-лорд Ковалевский в своё время сравнивал их с отбойником в конце тупиковой ветки железной дороги. Стоит силе льда хлынуть наружу, они примут первый удар на себя. И пускай они разрушатся, но до того успеют поглотить достаточно магической энергии и безопасно рассеять в виде тепла. А раз они уже нагрелись, значит, продержатся они не долго. Сила холода уже рвалась наружу, высвобожденная потрясениями и переживаниями. И пускай защитные контуры пока что справлялись со своей задачей, ситуация становилась опасной. А потому ей нужно как можно скорее покинуть зал и успокоится. А ещё лучше вообще разогнать гостей. И начать с этого ордца. - И вам лучше уйти.
   И с этими словами герцогиня Аренделла повернулась прочь от своих собеседников, направившись к выходу. Анна и Ханс взволнованно переглянулись. Эльза надеялась, что они не заметили, как она напряглась. Не заметили волнения и судорожных попыток как можно скорее вернуть полный контроль над эмоциями, а так же силами льда и холода, рвавшимися наружу. Не заметили предательского блеска рун заклятий, рассеивающих магическую энергию. И что другие тоже не заметят.
   -Вечер окончен. - в голос герцогини Аренделла уже возвращалась привычная уверенность и твёрдость, присущая командам на хадорском. - Закрыть ворота!
   -Слушаюсь. - хором ответили распорядитель балла и комендант гарнизона замка Аренделл. Они уже приступили к исполнению приказа, который вызвал настоящую волну ропота среди гостей, явно не ожидавших такого резкого окончания столь приятного бала.
   -Что? - спросила ошарашенная приказом сестры Анна.
   -Потрудитесь объясниться, герцогиня. - встал из-за карточного стола в углу зала висконт Хавронский, протискиваясь через остальных гостей поближе к эпицентру событий. Как посадник Лаэдри и глава хадорской администрации в Новой Умбрии, он имел право на подобные требования. Однако Эльза оставила его без внимания. Она шла к двери. И слышала стук каблуков Анны за спиной, который всё приближался.
   -Эльза, нет! Постой! - и с этими словами Анна нагнала свою сестру и схватила за левую руку, пытаясь развернуть к себе лицом. Эльза инстинктивно дёрнулась, стараясь вырвать пальцы из захвата. И она смогла освободить свою ладонь. Но перчатка осталась в руках Анны, которая ненароком сняла её с кисти герцогини Аренделла.
   -Ааах... - возглас чистейшего ужаса вырвался из уст Эльзы. Анна совершила невозможное, непростительное, невероятное. Это было безумием, но это произошло. Самый стабильный, самый мощный, самый надёжный защитный контур разрушен. Теперь на пути у смертоносной магической силы остались только платье и амулеты. И воля самой Эльзы, изрядно пошатнувшаяся вместе с самоконтролем во время разыгравшейся только что сцены. Восстановить защиту. Немедля! Это было единственным верным, самым очевидным ответом. Делая шаг вперёд и пряча левую руку за спиной, под мантией, Эльза попыталась забрать перчатку у Анны. Которая как на зло сделала шаг назад, прижимая руки к груди. - Отдай перчатку!
   -Эльза, пожалуйста. Пожалуйста! - взмолилась Анна. Сложив руки с сжатой в них бирюзовой перчаткой в молитвенном жесте, она взывала к жалости и состраданию Эльзы. Будто не замечая нарастающего голубоватого блеска драгоценных камней и рунической вязи заклятий в бирюзе платья. - Я больше так не могу. Я не вынесу этого заточения. Я жила долгие годы под замком. Я не смогу вернутся обратно. Даже в Сигнаре у меня было больше свободы, чем в Аренделле. Эльза, я умоляю тебя! Я больше не смогу так жить!
   -Так возвращайся в Сигнар! - в гневе воскликнула Эльза.
   И эти слова ударили сильнее, чем звонкая пощёчина. Весь главный зал замка Аренделл погрузился в напряжённую тишину. Скандал, казавшийся до этого маленькой внутрисемейной заварушкой, был интересен только завзятым сплетницам и паре журналистов из светской хроники, невесть какими правдами и неправдами получившими право освещать бал. Но произнесённые слова изменили всё, придав ссоре двух сестёр откровенно политический подтекст. Да такой, что писаки только и успевали скрипеть перьями своих ручек, занося все подробности происходящего в блокноты. Посадник пошёл красными пятнами, Варавский навострил уши, протискиваясь поближе к источнику столь серьёзного компромата, а комендант застыл подобно статуи, когда в зале прозвучало название страны, которую до сих пор все считали врагом Хадора.
   Но хуже всего досталось Анне. Она отшатнулась от этих слов, будто это ей действительно влепили пощёчину. Её лицо вытянулось и посерело, губы задрожали, дыхание стало резким и прерывистым, а на голубых глазах уже начали наворачиваться слёзы. И когда Эльза отвернулась, пряча левую руку и направляясь к входу, в спину ей полетел отчаянный крик младшей сестры: - Что я сделала тебе?!
   -Хватит, Анна! - ответила Эльза почти не оборачиваясь. Потому что её саму душили слёзы. Эмоции рвались наружу, и их не получалось укротить и загнать обратно. Только что герцогиня Аренделла публично оскорбила свою родную сестру и подставила перед хадорской администрацией. Мало того, она разбила её мечту и разрушила любовь. Пускай мимолётную, легкомысленную, даже бездумную, но любовь. И всякую надежду на счастье. Эльза понимала, что делает то, что должно. Делает всё, чтобы защитить Анну. И при этом превращается в бесчувственное чудовище в глазах всех окружающих. И в первую очередь в глазах родной сестры. И от понимания этого, её душу наполняли гнев и ненависть к самой себе.
  
   -Почему ты гонишь меня!? - в сердцах кричала Анна, не веря в реальность происходящего. Такой жестокости и бессердечности она могла ожидать от кого угодно, только не от родной сестры. Это было невозможно. Эльза всегда была такой умной, такой спокойной, такой доброй, такой красивой. Она и сейчас была красива в этом сияющем платье. Но это была не прежняя Эльза. И это было той самой суровой реальностью, безразличной к человеческому горю и страданиям. - Почему ты закрылась от меня!? Ты закрылась от всего мира! Чего ты так боишься!?
  
   -Я сказала хватит! - в ярости воскликнула Эльза. Разворачиваясь через левое плечо, герцогиня Аренделла в гневе взмахнула рукой. Она хотела прекратить дальнейший спор. Но слишком поздно услышала глухой треск рассыпавшихся в пыль защитных амулетов. А вырвавшийся на свободу поток холода прочертил широкую дугу на полу, повторяя траекторию движения её руки. И почти мгновенно с совершенно гладкого паркета поднялась стена бритвенно острых сосулек, более похожих на двухметровые ледяные пики, направленные в зал под углом. Анна и ещё несколько человек только чудом спаслись, успев вовремя отскочить. А между герцогиней Аренделла и её гостями уже выросла полутораметровая стена ледяных копий.
   По толпе пролетела волна испуганных возгласов, судорожного оханья и панических криков. А ругань на хадорском, ллаэльском и даже ордском слилась в неразличимое бормотание, недопустимое в высшем обществе. Со звоном разбивались бокалы, выпавшие из ослабевших пальцев. Кавалеры ловили дам, которые от волнения и страха падали в обморок, солдаты с лязгом и шелестом выхватывали оружие, а телохранители кинулись на защиту своих нанимателей и подопечных.
   В ужасе Эльза наблюдала за тем, что она только что натворила. Она ведь уже почти дошла до двери. Она уже чувствовала её своей спиной. И теперь она видела перед собой не блистательных и высокородных гостей светского бала, а толпу перепуганных людей. Видела непонимание в глазах посадника, видела удивление в глазах Ханса, видела ужас в глазах кайязя, видела страх в глазах Анны.
   -Колдовство! - произнёс Варавский, поднимаясь на ноги за спинами двух здоровенных телохранителей, которые, казалось, буквально выросли из-под земли с непонятно откуда появившимися короткими кинжалами наперевес. - Я знал, что дело тут нечисто!
   Застыв на месте, будто прикованная к полу страхом, Эльза слышала нарастающий ропот. Слышала лязг, с которым закованные в полные доспехи уланы Стальных Клыков бежали вперёд, чтобы своими щитами заслонить висконта. Слышала страшные слова, которые всё чаще и громче звучали под сводами зала: - Маг! Колдунья! Ведьма!
   -Эльза? - почти шёпотом проговорила Анна, казавшаяся шокированной случившимся.
   С трудом нащупав ручку двери, Эльза открыла её, наваливаясь всем весом на преграду. Потому что уже видела направленные на неё кинжалы, мечи, топоры и пики. И это ещё хорошо, что гостям и их телохранителям запретили проносить оружие на бал. Солдаты же были стеснены только отсутствием огнестрельного оружия, которое вообще было под запретом на любом светском событии. Но герцогине Аренделла от этого было не легче. Она видела солдат, телохранителей и стражу, которые собирались схватить её. Её стражу, поднявшую оружие против своей госпожи.
   Как только створка отворилась, она тотчас же выскочила в коридор, налетев на своего начальника и чуть не сбив его с ног. Колдун-лорд был далеко не молод, и уж тем более не ожидал подобной встречи. От удара плечом герцогини Аренделла он отлетел на два шага, с трудом удержав равновесие. А Эльза, пользуясь моментом, пустилась наутёк. Прочь, поскорее из замка. Где столько людей, которые теперь жаждут её крови.
   -Могла бы быть и повежливее со старшими, герцогиня. - кинул ей в след колдун-лорд. Всё же он получил в грудь удар всем весом двадцатилетней девушки не самого хрупкого телосложения, что в его годах было достаточно значительным испытанием. И, судя по всему, только после этого он заглянул в зал. Потому что его следующая фраза выражала весь спектр эмоций от увиденной картины ледяного частокола. А так же всю глубину и выразительность хадорского языка.
   Но Эльза уже скрылась за поворотом коридора. Вперёд, до лестницы, дальше вниз, потом через холл, к дверям на площадь. Подземный ход заперт и охраняется, а ключи у коменданта. Единственный шанс спастись - проскочить через внутренний двор, пока не подняли тревогу. А тревогу всё ещё не подняли. Либо так силён был ужас, сковавший гостей, либо так прочна была стена ледяного частокола, преградившего путь преследователям. Юная герцогиня пронеслась мимо трёх постов хадорских солдат. Которые не только не попытались её остановить, но и вытягивались по стойке смирно, приветствуя хозяйку замка Арендел и, в какой-то степени, старшую по званию.
  
   -Вот стоило только на минутку отлучится... - всплеснул руками старый хадорец в расписанной рунами броне, входя в зал через ту же дверь, в которую всего несколькими секундами ранее выскочила Эльза. - Вот ведь дура...
   -Ведьма! - крикнул Варвский, высовываясь из-за спин своих телохранителей. - Она ведьма!
   -Молчать! - гаркнул висконт Хавронский, отпихивая замешкавшихся уланов. - Догнать и вернуть эту взбалмошную девку! Убрать это ледяное безобразие немедленно!
   -Как прикажете. - произнёс старик подымая руки.
   Анна наблюдала за его действиями со смесью страха и любопытства. Она даже успела заметить сгусток голубоватого сияния, возникший в раскрытой ладони старика, когда Ханс резко дёрнул её за руку, прижимая к себе и закрывая своим телом. - Осторожно!
   И в следующий миг ледяной частокол разлетелся мелким крошевом, получив прямой магический удар. Анна видела, что остальные хоть и были напуганы, но уже не так сильно. А хадорцы уже вообще практически забыли о страхе. Создавалось впечатление, что магию этого колдуна они воспринимали почти как должное. В отличии от Эльзы.
   -Что же вы стоите? - на ходу крикнул Варавский, первым бросаясь к дверям по колотому льду рухнувшей преграды. Да так прытко, что его телохранители с трудом поспевали за старым кайязем. - Скорее в погоню!
   -О нет... - пролепетала Анна в ужасе понимая, что становится свидетелем охоты на свою родную сестру. Последнего близкого человека в этом чёртовом замке и всём мире. Понимая, что единственный шанс спасти Эльзу - остановить её до того, как она сделает ещё что-то похуже стены из ледяных шипов, юная герцогиня сорвалась с места, бросаясь вслед за сбежавшей сестрой. - Эльза!
   А в погоню уже бросились солдаты, стража, уланы, висконт и комендант. Старый колдун тоже попытался было принять участие в этой облаве, да только безнадёжно отставал, потому что годы уже взяли своё. А вот Анна показала, что такое быстрый бег. Да и замок она знала как свои пять пальцев. Ханс с большим трудом поспевал за ней. А юная герцогиня на повороте обошла уланов и висконта. На лестнице она съехала по перилам, обогнав большинство солдат и стражу, после чего оказалась практически во главе погони. Впереди маячила спина коменданта, демонстрировавшего отличную физическую подготовку. Только Варавский с телохранителями всё равно были недосягаемы. Сказывалась и резвость старика, и тренировка его мордоворотов, и фора на старте. А погоня уже достигла главного холла.
  
   Но вот и парадные двери, ведущие прямо во внутренний двор. Эльза резким движением распахнула их, выскочив на крыльцо. Где замерла от ужаса, не смея спустится по ступеням вниз. Потому что даже не смотря на поздний час, вся площадь, покуда хватало глаз, была заполнена народом. Горожане, селяне и заезжие гости, не отличавшиеся благородным происхождением, высокими должностями, громкими титулами либо изрядными состояниями, веселились прямо во дворе замка Аренделл. Вдоль стен стояли столы с бесплатной едой и бочонки с вином, где каждый мог поужинать и выпить пару бокалов за здоровье герцогини. Два оркестра играли лёгкие и весёлые мелодии деревенских танцев, хадорских и ллаэльских. А солдаты гарнизона, которым сегодня выпала увольнительная, отплясывали вместе с остальными гостями, наслаждаясь хоть каким-то разнообразием в повседневной рутине службы.
   Но о безопасности никто не забывал. Эльза видела солдат на стенах, караульных у ворот, дежурных на башнях. Видела, что замок охраняется по всем правилам, и проскочить получится, только если не привлекать внимания окружающих. Не собирать толпу вокруг себя. Не создавать ситуации, когда её необузданная сила может стать смертельно опасной для её вассалов и гостей. Но как можно оставаться незамеченной герцогине Аренделл в собственном замке в разгар торжества в её честь?
   Первыми среагировали солдаты, стоявшие на посту возле самых дверей. Строго в соответствии с уставом они вытянулись по стойке смирно, молодцевато щёлкнув каблуками. И этот звук стал той самой искрой, что зажгла пороховой погреб. На щелчок обернулись несколько ближайших гостей, и, увидев Эльзу, восторженно ахнули: - Герцогиня!
   И это слово разлетелось по всему внутреннему двору замка Аренделл. Смолкла музыка, когда музыканты вскочили со своих мест, чтобы увидеть герцогиню. Танцующие пары, зеваки, болтуны, и даже те, кто всё ещё сидел за столами - все ринулись навстречу Эльзе. Они кричали, аплодировали, кланялись. Они восхищались ею.
   Понимая, что времени больше нет, Эльза постаралась проскочить через площадь поскорее, пока толпа не сомкнулась вокруг неё плотным кольцом, отрезая путь к воротам. Тем более что позади уже слышался топот множества сапог и гневные крики. В отчаянной попытке поскорее прорваться через своих верных вассалов, герцогиня Аренделла соскочила с лестницы и, подхватив подол юбки, побежала вперёд.
   -Герцогиня! Ваша светлость. - восторженные приветствия слышались со всех сторон, перемежаемые со здравницами, доносившимися от задних рядов. А вблизи она слышала восторженный шёпот множества голосов. - Вы восхитительны. Вы ослепительны. Это платье просто чудесно. Как оно сияет в лунном свете. Какая красота...
   Но как ни старалась, она не успела. Людей вокруг было слишком много, и они стояли слишком плотно. Эльза металась из стороны в сторону, пытаясь найти хоть малейшую лазейку в толпе. Но всё было тщетно. Очень скоро её зажали возле фонтана, окружив со всех сторон. Окружили люди, которые были готовы молится на неё. Которые восхищались её красотой. Которые демонстрировали почтение своей госпоже.
   Некоторые всё же заметили страх в бегающих голубых глазах герцогини, дёрганных жестах и сбитом дыхании. Заметили, что она прятала левую руку. Но они не понимали истинного значения происходящего. А Эльза понимала. И видела блеск рун в бирюзе своего платья, которые из последних сил сдерживали рвущуюся на волю энергию. Более того, герцогиня даже заметила, как этот голубой блеск отражался в глазах окружавших её людей, придавая их приветливым и дружелюбным лицам пугающие выражения. Но сама герцогиня Аренделла была объята ужасом от осознания того, какая катастрофа может вот-вот случится. И сколько невинных жизней может погубить этот выброс.
   -Ваша светлость, вам нехорошо? - спросила женщина, по одежде селянка, державшая на руках младенца. И в этот момент ребёнок, до того смирно лежавший в пелёнках, потянул свои маленькие ручки к герцогине.
   Эльза в ужасе отшатнулась, отступая назад. Ей было дурно от одной мысли, что она может оборвать жизнь маленького ребёнка. Даже невольно. Этот грех никогда нельзя будет смыть с души. Потому что это всё равно будет её вина, если она не сдержит рвущиеся на волю силы льда и холода, так долго удерживаемые в заточении её волей.
   Отступая подальше от окруживших её людей, Эльза случайно наткнулась спиной на фонтан. От неожиданности, и чтобы сохранить равновесие, она инстинктивно схватилась за край каменной чаши свободной рукой. Левой рукой.
   В мгновение ока сила холода, до того буквально чудом удерживаемая защитными рунами платья, одной оставшейся перчатки и волею юной герцогини, рванулась наружу, преображая фонтан. От её ладони моментально выросла настоящая корона из тонких и острых сосулек, каменную чащу покрыл толстый слой льда и инея, освещавшие фонтан свечи потухли, а вода замёрзла. Более того, выбрасываемые фонтаном вверх струи воды изогнулись, скручиваемые потоком магической энергии в невообразимые лепестки чистейшего льда, похожие на большое, прозрачное дерево неправильной формы с широкими, разлапистыми и замысловатыми листьями.
   Толпа в ужасе отпрянула от герцогини и фонтана, превратившегося в фантасмагорическую ледяную скульптуру. Со всех сторон слышались удивлённые и перепуганные голоса. Ругань, молитвы, неразборчивый лепет, женский вой и детский плач - всё смешалось воедино. Эльза видела, как матери прятали детей, а мужья прятали жён за своими спинами. Как просили высшие силы о защите, осеняя себя символом Рассвета Морроу или Креста Менота. Как пытались понять и найти объяснение произошедшему, постепенно отдавая площадь во власть тишины.
   -Вот она! Держите её! - заорал на весь внутренний двор Варавский. Эльза была поражена тем, насколько звонким и пронзительным оказался его голос. И тем, как этот сухопарый старикашка со своими дуболомами умудрился обогнать солдат и стражу. Но именно он стоял сейчас на крыльце главного здания замка, крича во всё горло свой призыв к действию и страшные обвинения. - Не дайте ведьме уйти!
   -Пожалуйста, не подходите ко мне! - взмолилась Эльза, вскидывая руки перед собой в защитном жесте. И это простое движение снова освободило её силу, послав заряд холода прямиком в крыльцо и находившихся там людей. Телохранители кайязя среагировали моментально, вовремя дёрнув своего босса в сторону, и удар пришёлся прямо на ступеньку, где только что была нога старика. Варавский, его мордовороты, а так же солдаты с поста у дверей повалились на моментально обледеневшие камни крыльца и лестницы, от которых тотчас же в разные стороны вырос частокол острейших сосулек.
   Только по счастливой случайности никто не пострадал. Толпа успела расступиться, когда старик только начал своё обращение. А потому на пути у заряда не оказалось никого. Но это было не важно. Потому что толпа была теперь объята почти животным ужасом. Люди толкались и пихались, стремясь поскорее убраться подальше от только что обожаемой герцогини, оказавшейся настоящим чудовищем.
   -Она чуть не убила меня! - крикнул Варавский, которого уже пытались поднять со льда телохранители. - Она чудовище! Она ведьма!
   -Ведьма! Ведьма! - подхватила толпа множеством голосов. В ужасе Эльза озиралась вокруг, видя как страх меняет людей. Как нарастающая паника, порождённая увиденными всплесками магии холода, туманила их разум, подстёгиваемая страшными словами, которыми в сказках пугали маленьких детей.
   -Вот оно - проклятье рода Аренделл! - громко крикнул кто-то из задних рядов. - Дочь герцога - ведьма!
   -Закрыть ворота! - гаркнул во всю свою лужёную глотку выскочивший на крыльцо комендант, с трудом сохраняя равновесие на льду. - Гарнизон в ружьё!
   Понимая, что ещё немного, и паника превратится в гнев, который затмит толпе разум, заставив верных вассалов накинутся на свою госпожу, Эльза бросилась бежать. Перепуганные люди расступались перед ней, стараясь держатся как можно дальше. Но хадорские солдаты, подгоняемые приказами лейтенантов и сержантов, уже начали приходить в себя, сбрасывая оцепенение.
   -Эльза! - крикнула Анна, только-только выскочившая на крыльцо. Но герцогиня Аренделла не слышала свою младшую сестру.
   Уже выскочивший из караульного помещения наряд у ворот принялся выполнять приказ коменданта - закрывать ворота. В каждую из толстых стальных створок упёрлось по двое солдат, поворачивая эти массивные конструкции. Даже с хорошо смазанными петлями и колёсиками под концами створок, рослым бойцам было трудно быстро закрыть такие ворота. Но Эльза была слишком далеко. Она бы просто не успела добежать.
   Решение пришло неожиданно, продиктованное скорее страхом, чем логикой и здравым смыслом. Выкинув вперёд правую руку, Эльза послала поток энергии холода прямо во врата собственного замка. Удар пришёлся как раз посреди проезда между створками внутренних ворот, покрывая землю толстым слоем льда. Не прошло и пары секунд, как обе стальные створки оказались приморожены намертво. Как и сапоги солдат, которые обнаружили себя прикованными к земле ледяными оковами. Внешние ворота настигла такая же участь всего несколькими мгновениями позже.
   Пробежав мимо застрявших во льду солдат через полуоткрытые ворота, Эльза, не оглядываясь, бросилась прочь от замка. Прочь от людей, которых она не хотела убивать или калечить своей неосторожностью. От людей, в которых уже просыпалась жажда её крови. От окриков на хадорском, приказывавших ей остановится. От людей, которые кричали ей в след страшное слово: - Ведьма!
   -Эльза! - кричала Анна, перекрывая даже гомон толпы. Она пыталась догнать сестру. Пыталась понять, что именно произошло. - Эльза, постой!
   И в этот миг громыхнул первый выстрел.
  
   -Быстрее! Стрелки к воротам! - приказы дежурного лейтенанта выполнялись беспрекословно, и отряд в полдюжины солдат, вооружённых новыми длинноствольными винтовками, выскочил за ворота вместе с офицером. Анна с трудом успевала нагнать их. И это ещё хорошо, что люди расступались с её пути. Ханс хоть и пытался держатся рядом, но отставал.
   -Стой! - гаркнул лейтенант, выстрелив из пистолета в воздух.
   -Эльза! - внутри у Анны всё оборвалось. Неужели хадорцы убьют её сестру? Убьют герцогиню Аренделла, которая принесла им клятвы вассальной присяги? Убьют за то, что она умеет колдовать без их разрешения? Но Эльза будто не слышала слов и выстрела. Она продолжала бежать, и её фиолетовая мантия развевалась от скорости, подобная огромному знамени. Анна даже успела удивиться, как быстро её старшая сестра успела преодолеть добрую сотню метров от ворот замка, всё дальше убегая через поле в лес.
   -Огонь на поражение! - приказал лейтенант, и для точности указал топором в сторону сбежавшей герцогини.
   -Нет! - крик вырвался сам собой. Но на Анну не обратили внимания. Солдаты уже готовились стрелять. Кто опускался на одно колено для устойчивости, кто просто вставал в стойку, пытаясь поймать Эльзу в прицел своих винтовок. Но они были решительно настроены убить её. Убить за магию, которая была им не подвластна.
   Понимая, что промедление будет означать смерть для Эльзы, Анна кинулась на солдат. С короткого разбега наскочив на спину первому стрелку, она не только сбила прицел, но и повалила его на другого солдата, что готовился стрелять с колена. Оба бойца не ожидали удара в спину, и выстрелы ушли в никуда. Но Анна не останавливалась. Бросаясь на других солдат, она била их по стволам винтовок и рукам, сбивая прицел, пинала ногами, мешая стать в стрелковую стойку, и вообще была более похожа на взбесившуюся фурию, чем на благородную даму.
   Но даже не смотря на все её старания одиночные выстрелы разрывали тишину ночи. Слишком много было солдат против всего одной девушки. В конце концов вакханалию прекратил лейтенант, сумевший поймать Анну. Сгребя в охапку юную герцогиню, рослый хадорец поднял её над землёй так, что она могла только ругаться и махать ногами в безуспешной попытке вырваться или на худой конец лягнуть своего врага.
   Спасение пришло в лице Ханса, который крайне своевременно вмешался в происходящее, отвесив лейтенанту прямой удар в ухо. Хадорец хоть и устоял на ногах, но разжал хватку и пошёл юзом. А вырвавшаяся из его рук Анна готова была снова ринуться в драку, когда один из стрелков выстрелил в Эльзу, и радостно воскликнул: - Попал!
  
   Эльза бежала, что было сил. А выстрелы звучали всё чаще. И пули свистели всё ближе. Она не останавливалась и даже не оборачиваясь. Потому что стоило ей только замедлить своё движение, и она бы стала лёгкой мишенью. Новые винтовки концерна Блауставия позволяли тренированному стрелку бить без промаха на две сотни метров даже без оптического прицела. И она до сих пор была слишком близко к стенам замка.
   Вот пуля просвистела над головой. А вот следующая ударила в землю впереди и немного слева, выбив небольшой фонтанчик мягкого грунта и вырванной травы из полога луга, казавшегося совершенным в серебристом лунном свете. Казалось, будто солдаты пристреливались, только готовясь послать в спину герцогине Аренделла пулю, которая станет смертельной.
   Эльзе уже показалось, что она чувствует прицел винтовки на своей спине. Чувствует взгляд стрелка, который обжигал её как раскалённый прут. Чувствовала точку на спине, точно между лопаток, куда сейчас ударит пуля. Слышала, как бешено колотится сердце в груди, будто стремящееся совершить побольше ударов то того, как будет разорвано свинцом.
   И понимая, что её жизнь висит на волоске, Эльза сделала то, чего страшилась весь день - сознательно применила магию. И для этого она должны была остановиться. А чтобы не стать лёгкой мишенью, она выбросила вперёд левую руку, создавая перед собой снежную подушку. Достаточно мягкую, чтобы можно было упасть без какого-либо риска. А в следующий момент громыхнул очередной выстрел, и герцогиня Аренделла применила весь запас своего артистизма, чтобы сымитировать смерть от пули. Картинно дёрнувшись и раскинув руки, она поджала ноги, падая в снег. Инерция тащила её всего метра полтора. А фиолетовая мантия, до того казавшаяся только помехой, крайне удачно легла поверх снежной перины, скрывая её от взгляда хадорских солдат.
   Но она всё ещё была уязвима. Лежать неподвижно в поле под стенами замка, находясь под прицелом десятков пушек и сотен винтовок - самоубийство. Хадорские солдаты уже пристрелялись. Зимняя Гвардия хорошо готовила своих бойцов, не смотря на трудности, связанные с перевооружением. И если от ворот попасть по герцогине Аренделла было достаточно затруднительно, то со стен она была видна как на ладони - идеальная мишень.
   Но выход был. И это была магия. Эльза понимала, что дальше играть в прятки бессмысленно. Слишком много человек видели её силу. И Анна в том числе. А раз тайна раскрыта, то и сдерживаться больше нет смысла. А потому пора применить арканы, которые герцогиня Аренделла учила долгие годы, чтобы стать настоящим колдуном.
   И перед тем, как снова подняться на ноги, Эльза взмахнула руками, напитывая магией свои чары. Перчатка на правой руке теперь превратилась в помеху, но снимать её было некогда. Поэтому правой рукой она только творила снег, который подхватывал раскручиваемый ею вихрь. И пускай движения были скованными, взмахов левой руки было достаточно, чтобы ледяной ветер набрал силу и напитался снегом, превращаясь в маленькую метелицу.
   Которая с каждой секундой становилась всё сильнее, окутывая Эльзу непроглядной пеленой мельтешащего снега. Под прикрытием этого бурана она сможет скрыться, оставаясь невидимой для стрелков и недосягаемой для винтовок и даже пушек. Стрельба снова возобновилась, на сей раз с гораздо большей частотой. Хадорские солдаты не видели её, а потому полагались на плотность огня, а не на свою меткость. Ход предсказуемый. Но разве колдун Эльза Аренделл будет сидеть сложа руки и ждать, когда её убьют?
  
   -Беги, Анна! - успел крикнуть Ханс до того, как получил удар прикладом по загривку, от которого он упал на колени. Солдаты отвесили ему ещё пару ударов, после чего скрутили и подняли на ноги.
   -Прекратить огонь! - гаркнул выскочивший в ворота посадник. Раскрасневшийся и запыхавшийся, он уже успел вооружиться новомодным револьвером с богатой отделкой. И с ходу обрушился на оказавшегося самым метким стрелка: - Убил?!
   -Да вроде бы нет. - начал быстро оправдываться солдат. Показывая в сторону поля, где лежала Эльза. - Вон, ещё шевелится.
   Анна посмотрела в поле, ища взглядом Эльзу. И даже не смотря на то, что её снова схватили солдаты, она смогла различить в лунном свете фиолетовую мантию сестры. И движение, сопровождавшееся мягким голубым сиянием. И от этой картины у юной герцогини будто камень с души упал. Она всё же успела. Она не дала хадорцам застрелить герцогиню Аренделла. Она вернула долг Эльзе за спасение из плена тогда, три с половиной года назад.
   Но что это за сияние? Откуда это мельтешение? Неужели это снова магия? И она окутывает Эльзу снежным вихрем, скрывая от взора сестры и солдат...
   -Огонь на подавление! Чтоб она головы поднять не могла! Уланы, схватить герцогиню и доставить сюда немедленно! - раздавал приказы посадник, размахивая револьвером. Он сориентировался в происходящем значительно быстрее, и, видя подымающийся снежный вихрь, начал действовать, подгоняя офицеров и солдат. И только когда грохот винтовочных выстрелов начал сливаться в непрерывную трескотню, всё же обратил внимание на Анну и Ханса. - И уберите посторонних!
   Юную герцогиню и молодого кастеляна солдаты уже почти дотащили до ворот, когда они услышали испуганные крики и проклятия. Воспользовавшись моментом и вырвавшись из ослабевших рук хадорца, Анна было рванулась в поле, к Эльзе. Но к своему ужасу, вместо сестры и залитого лунным светом поля увидела стремительно надвигающуюся стену снежного бурана.
   -Эльза... - только и успела произнести юная герцогиня упавшим голосом прежде, чем Ханс схватил её за руку, увлекая обратно в замок. Солдаты, лейтенант и посадник уже и думать забыли о погоне и даже стрельбе. Теперь они все бежали под защиту стен что есть мочи. А снежный вихрь, казавшийся подсвеченным изнутри каким-то мистическим сиянием, нагонял их с невероятной скоростью.
   -Скорее, закрыть ворота! - крикнул старый хадорский колдун, взмахом руки разрушая ледяные оковы ворот. Освобождённые из магического плена солдаты снова навалились на тяжёлые стальные створки и, как только бежавший последним лейтенант оказался в замке, закрыли ворота. Внутрь успел попасть только маленький вихрь, метнувший ворох снега в лица солдатам и полоснувший всех своим ледяным дыханием.
   А буран только набирал силу. Стены замка Аренделл надёжно укрывали внутренний двор от порывов ледяного ветра. Но выйдя из под арки ворот, Анна увидела, как потемнело всё вокруг. Как подымающийся ввысь вихрь затмил луну. Как буквально из неоткуда начали появляться тяжёлые тучи, закрывая купол звёздного неба. Почувствовала, как упала температура. И увидела хлопья снега, падающего на камни площади.
   -Снег! Смотрите, это снег! - доносились испуганные возгласы с разных концов площади. Горожане и селяне с ужасом наблюдали за тем, как тёплая летняя ночь оборачивалась снежной бурей. Слушали завывание ледяного ветра над стенами и башнями замка. И всё это наполняло умы и сердца тревогой и страхом. Который Анна ощущала ещё более отчётливо.
   -Ты в порядке? - спросил Ханс поправляя воротник, видя как ёжится юная герцогиня.
   -Нет! - бросила Анна. Ей сейчас было не до разговоров. Потому что голову занимали мысли об Эльзе и её магии. Неужели она и правда была ведьмой? Неужели она всегда была такой? Неужели это из-за неё и Ханса герцогиня Аренделла обрушила на собственное герцогство снежный буран посреди лета?
   -Ты знала? - спросил Ханс тише, когда догнал Анну и попытался обнять за плечи, чтобы хоть немного успокоить и согреть.
   -Нет... - прочти прошептала Анна, поглощённая тяжёлыми думами. Неужели это она виновата во всём случившемся? Ведь если Эльза лёгким движением руки может заморозить ворота замка или поднять частокол из ледяных копий, то всё становится на свои места. И нелюдимость, и затворничество, и страх сержанта стражи перед её гневом. Потому Эльза и не сбежала по подземному ходу вместе с Анной тогда, во время штурма. Она сражалась с захватчиками силой своей магии, покупая тем самым жизнь своей младшей сестре и верным вассалам. И именно её самопожертвованием объяснялась последующая учтивость хадорцев.
   -Смотрите, снег! Это снег! Герцогиня заколдовала замок! Она наслала снежную бурю! - бесновался Варавский, раздавая приказы своим телохранителям. Дёргаясь, и дрожа, он кричал на подчинённых, то отходя на пару шагов, то хватая их за грудки. - Её нужно поймать! Отправляйтесь за ней!
   -Нет! Стойте! - запротестовала Анна. Её до глубины души возмутило то, как этот старикан говорил об Эльзе.
   -Ты! - только и успел выдохнуть кайязь, прячась за спинами своих телохранителей с неприличной скоростью. А эти дуболомы вновь мигом выхватили кинжалы и сделали шаг назад, отстраняя своего подопечного от источника возможной угрозы. И их оружие теперь было направленно на Анну. Варавский только через несколько секунд выглянул из-за спин телохранителей, испуганно глядя на юную герцогиню. - И ты чудовище? И ты умеешь колдовать? И ты ведьма?
   -Нет! Нет-нет-нет! - Анне было дико слышать подобные обвинения в свой адрес. Тем более, что она была ганмагом. Пусть и не ахти каким. Но даже её куцые способности формально считались магией. И о них не нужно знать ни одному хадорцу. Особенно после всего того, что здесь только что произошло. - Я совершенно обычная.
   -И это абсолютная правда. Оу... - вступился за Анну Ханс. Но поймав её гневный взгляд, быстро понял, насколько неуклюже и оскорбительно прозвучали его слова. А потому поспешил исправиться: - Аээ... В хорошем смысле.
   -И моя сестра не чудовище! - начала было контрнаступление Анна, но оказалась сразу же перебита.
   -Она чуть не убила меня! - воскликнул возмущённый кайязь. Казалось, что он даже не намерен слушать юную герцогиню. Потому что её точка зрения противоречила его собственной.
   -Вы подскользнулись. - вмешался в разговор Ханс, надеясь успокоить Варавского до того, пока его крик не привлёк дополнительного внимания.
   -Из-за неё! Из-за её проклятой магии! - не сдавался старый кайязь.
   -Так получилось. Она испугалась. Она этого не хотела. Это всё не её вина. - Анна старалась утихомирить старика и защитить сестру как могла. В конце концов, если Эльзу считал ведьмой один хадорец, то другие с лёгкостью могли разделить его мнение. Тем более, что Варавский был явно не последнем человеком в администрации.
   -А кто же тогда виноват, если не она? - гневно рявкнул посадник Лаэдри, подходя к ним. Висконт Хавронский выглядел так, будто был в долгом запое. Раскрасневшееся лицо, ворот мундира расстёгнут, в дыхании явственно чувствовался перегар. А каждую фразу он сопровождал взмахом револьвером.
   -Это я. Я во всём виновата. - понимая, что предстоит очень тяжёлый разговор, Анна решила говорить правду, насколько это вообще возможно. И постараться защитить Эльзу от гнева хадорцев любой ценой. Даже взяв на себя вину за всё случившееся.
   -Да уж, виновата. В нападении на солдат Хадорской Империи и помощи предательнице! - вклинился лейтенант. Тот самый, что приказал солдатам стрелять в Эльзу. Анна не без удовольствия отметила, как опухло и потемнело ухо у этого долговязого хадорца. - Вы и ваш дружок уже заработали себе трибунал.
   -Как и ты, сопляк! - гаркнул висконт. От неожиданности лейтенант даже подпрыгнул, с открытым ртом уставившись на высокое начальство. Но начать протестовать и оправдываться он не успел, потому что гнев посадника Лаэдри только набирал обороты. - Какого чёрта ты приказал стрелять на поражение? Был приказ коменданта: брать живьём! Живьём! Герцогиня ещё никого не убила и ничего не сломала. Даже этот чёртов фонтан. Ну и какого лешего нужно было её убивать?
   -Но господин посадник. - всё же сумел вклинится лейтенант. - Она напала на гостей, а потом на солдат из караула у главных ворот. В соответствии с уставом, были приняты меры к устранению агрессора.
   -Какое напала? Приморозила ботинки к земле? Тебе голова дана не только для того, чтобы шапку носить и есть. - посадник уже начинал выдыхаться. Всё же беготня, потрясения и изрядная доза алкоголя на балу давали о себе знать. Но висконт всё равно довёл выволочку до конца. - Понаберут в Зимнюю Гвардию дебилов, а нам потом разгребай. Выговор тебе, лейтенант, с занесением в личное дело! И если с герцогиней что-то случится, ты у меня в рядовые пойдёшь! А теперь сгинь с глаз моих!
   Лейтенант коротко козырнул и поспешил выполнить приказ, скрываясь в толпе. А посадник с тяжёлым вздохом приложил револьвер к голове, возвращаясь к остальным участникам беседы.
   -Варавский, мать твою за ногу! Какого чёрта твои дуболомы протащили кинжалы на бал? Знаешь же, старый пройдоха, что это запрещено. - висконт обрушился на кайязя со значительно меньшей злобой и более снисходительным тоном. Но всё равно не преминул сделать зарвавшемуся старику отдельную выволочку, пока телохранители быстро прятали оружие. - И зачем было кричать как потерпевший? Тебя же не поломали, не насадили на кол, даже не подморозили. А ты поднял шум на всю Умбрию.
   -Так ведь самая малость оставалась, господин посадник. - быстро начал оправдываться Варавский. - Ещё б чуть-чуть, и не сносить мне головы. Убила бы, ваша светлость. Пред ликом Менота клянусь, убила бы!
   -Довольно! Отзови своих псов и иди выпей чего-нибудь. А то колотит всего. Не солидно для твоего возраста. - остановил поток жалоб посадник. Кайязь только крякнул, но никуда не ушёл, оставшись наблюдать за развитием ситуации и решением главы администрации касаемо последних участников инцидента. А висконт тем временем наконец-то обратился к Анне и Хансу.
   -Ну что, довольны? Закатить скандал с истерикой прямо посреди бала. Устроить сцену на виду у всего высшего света и даже прессы. - желчности посаднику было явно не занимать. - Вы же герцогиня, в конце то концов. Могли бы хоть немного думать головой. И вы, кастелян. Тоже могли бы проявить немного такта и терпения. Вы же офицер, а не девка изнеженная...
   -Да если бы я знала, что моя сестра начинает всё замораживать когда злится! - вспылила Анна. Она была до глубины души возмущена тем, что её, герцогиню Аренделл, отчитывает какой-то незнакомый хадорский дворянин. Да и где? В её собственном замке! Это было возмутительно! Это было оскорбительно! - А вот вы, похоже, всё знали. Знали с самого начала. Могли бы и поделится секретом. И тогда бы всего этого не было!
   -Не мог! Я дал слово чести... - отрезал висконт. И сейчас он был мрачнее туч, нависших над замком Аренделл. Продолжил он только после пары глубоких вдохов. - Сделанного не воротишь. Вопрос в том, что я должен делать теперь? Объявить герцогиню Эльзу предательницей и отправить по её следу солдат и охотников за головами? А вас обоих расстрелять за пособничество?
   -Нет! - хором ответили юная герцогиня и молодой кастелян. И почти сразу переглянулись, поразившись синхронности своих действий. После чего Анна собралась с духом и продолжила уже одна. - Это моя вина. Я разозлила Эльзу. И я должна её разыскать.
   -Что? - удивлённо спросил Ханс, явно не верящий своим ушам.
   -Да! - поддакнул Варавский.
   -Логичное решение. Но по чём мне знать, что вы не сбежите вслед за вашей сестрой, Анна Аренделл? - спросил висконт, ткнув дулом револьвера в живот юной герцогине. - Ваша сестра клялась мне и Империи. И не сильно горит желанием исполнить свои клятвы.
   -Эльза не предательница! Она просто испугалась. - Анна поняла, что просто так её никуда не отпустят. Необходимо было убедить хадорцев в своей правоте. Да и направленное в живот оружие заставляло мысли крутиться с бешеной скоростью. - Поверьте мне, пожалуйста. Я смогу её уговорить вернутся. И она остановит метель. И вернёт лето. И всё будет как и прежде. А послать за нами убийц вы всегда успеете.
   -Ну хорошо. - согласился висконт, убирая револьвер и махнув рукой. - Поезжайте и верните вашу сестру, герцогиня Анна Аренделл. Но помните, если через три дня на дворе будет стоять такой же холод, а лето не вернётся, то я объявлю предательницами вас обоих. А герцогство Аренделл будет стёрто с лица Империи раз и навсегда. Вы меня поняли?
   -Да, ваша светлость. - с трудом проговорила Анна, понимая, на что она подписывается этим обещанием. Если она не успеет, то в лучшем случае земли её отца будут поделены между соседями. А в худшем, Аренделл будет уничтожен в прямом смысле этих слов. - Я вас прекрасно поняла. Три дня.
   -В таком случае более вас не задерживаю. Удачи. - и после малого поклона висконт отправился раздавать приказы дальше, бормоча себе под нос: - Тут становится холоднее чем в Хадоре...
   -Подайте мою лошадь! Пожалуйста. - приказала Анна конюхам.
   -Анна, стой! - воскликнул Ханс, хватая юную герцогиню за плечо. После чего аккуратно остановил её и развернул к себе лицом. - Это слишком опасно.
   -Эльза не опасна. - заявила Анна с абсолютной уверенностью в голосе, снимая руку молодого кастеляна со своего плеча. - Я верну её, и всё будет хорошо.
   -Но ведь там полно других опасностей! - продолжал настаивать на своём Ханс. - Дикие звери, партизаны, нежить. Даже погода...
   -Я не беспомощна и смогу за себя постоять. - твёрдо заявила Анна, не желая больше слушать всякую чушь. - Я сейчас схожу переоденусь, а ты проверь, чтобы мне дали самого лучшего коня.
   В ответ Ханс только кивнул, направляясь к конюшне. Анна же поспешила обратно, в замок. А именно в свои покои. Там, в спальне, в чемодане с нижним бельём, который так и стоял не разобранный в гардеробе за ширмой, лежал её пистолет. Бегом взлетев по лестницам и промчавшись по коридорам, юная герцогиня ворвалась в комнату, выволокла чемодан, открыла, и разбросала содержимое, добравшись до фальшивого дна. Пара быстрых ударов в нужные точки, и замок услужливо щёлкнул, открывая потайное отделение.
   Анна вытащила перевязь с патронташем, кобурой и подсумком, после чего выхватила пистолет и быстро проверила. Всё в полном порядке, оружие заряжено, смазано и готово к бою. Стоит только снять предохранитель, взвести курок, нажать на спуск и выстрел последует незамедлительно. Короткая проверка резонаторной системы, и ожидаемый отклик в виде блеска драгоценных камней и знакомого шестого чувства. Того самого ощущения, когда оружие становится продолжением руки.
   Быстро спрятав пистолет обратно в кобуру, Анна было уже кинулась к выходу. Но вовремя вспомнила об одной очень важной детали. Перевязь, кобура и подсумок были не простыми и безликими. Подарок тётушки Риты отличался не только превосходным качеством, но и дорогой отделкой. Графиня Доуган всегда считала, что её воспитанница достойна только самого лучшего. И позолоченный лебедь на пряжке перевязи вместе с золотым гербом Сигнара на клапане подсумка должны были подчеркнуть достаток и патриотичность лейтенанта корпуса ганмагов королевской гвардии. Но здесь, в Хадорской Империи, проще было нарядится во всё красное и танцевать вальс перед стадом быков, чем выйти с такой перевязью на улицу.
   Но другой кобуры и патронташа под рукой не было. А время поджимало. Поэтому Анна нашла только один выход - засунуть пистолет в кобуре и подсумок, обмотанные перевязью патронташа, в походную сумку, что с незапамятных времён болталась тут же, в гардеробе. И за одно захватить денег из тайника, на всякий случай. Всё одно пара десятков золотых лишними не будут, да и карман не тянет.
   А вот документы она доставать не стала. Офицерский патент, расписка разведывательной службы Сигнара и пропуска так и остались лежать в потайном отделении чемодана, аккуратно сложенные втрое и спрятанные в красивый кожаный чехол. Потому что ходить с такими документами по Хадору - самоубийство чистой воды. За эти бумаги её расстреляют как шпионку без суда и следствия.
   Но уничтожить их она тоже не могла. Это был её пропуск через линию фронта обратно, в Сигнар. Куда Анна надеялась вернуться вместе с Эльзой, сбежав от войны и Империи. И даже сейчас, после всего случившегося, когда шансов на такое развитие событий вообще не оставалось, сжечь, возможно, самый надёжный спасительный билет она была не готова.
   Накинув на плечи плащ потеплее, Анна заперла свою комнату на ключ и побежала обратно, во внутренний двор, освещённый светом только что зажжённых факелов. Где её уже ждал Ханс, держа под уздцы серую кобылу. Варавский и висконт Хавронский тоже были тут, с интересом наблюдая за предстоящей отправкой юной герцогини на поиски сестры.
   -Не передумали? - надменно кинул посадник. Скорее всего он подумал, что Анна струсила.
   -Нет! - герцогиню Аренделла было просто так не испугать. И достойный ответ тоже не задержался. - Просто оделась по погоде.
   -Я еду с тобой. - заявил Ханс, когда конюх подвёл его коня.
   -Нет. Ты нужен здесь. - сказала Анна, останавливая его. В конце концов, она не хотела оставлять Аренделл снова во власти хадорского коменданта. И тем более не хотела снова злить Эльзу. Которой хватило всего один раз увидеть её с Хансом, чтобы устроить снежную бурю. - Позаботься об Аренделле.
   -Клянусь честью. - произнёс кастелян южной Хезы, кивнув в подтверждение своих слов и аккуратно взяв её за руку. После чего подержал стремя, помогая юной герцогине сесть на лошадь.
   Анна улыбнулась, после чего окинула с высоты седла внутренний двор замка Аренделл. Всех горожан, селян, гостей и солдат, которые с жаром обсуждали случившееся, собираясь вокруг факелов и ёжась от холода, принесённого штормовым ветром по воле Эльзы. И которые наблюдали за ней и другими представителями власти
   -Вверяю вас кастеляну Хансу! - крикнула герцогиня Аренелла так, что её услышали все. После чего уже тише сказала посаднику. - Пока меня не будет, кастелян Ханс будет исполнять мой вассальный долг.
   Висконт только кивнул в знак согласия. Молодой кастелян тоже заметил его жест. Но сохранил спокойствие.
   -Ты точно в ней уверена? - осторожно спросил Ханс полушёпотом. - А вдруг она тебе навредит?
   -Она моя сестра. - с улыбкой ответила Анна. - Она не может мне навредить.
   И после этого пустила лошадь галопом. Буря уже не так свирепствовала, и ворота снова открыли. Поля вокруг замка были засыпаны снегом. А шторм всё расширялся, пусть и ценой своей силы. И центр этого снежного вихря двигался на северо-восток. И следом за ней помчалась Анна, прокладывая себе путь через свежие сугробы.
  
   Эльза бежала, стараясь поскорее покинуть зону обстрела. Поднятая ею снежная буря надёжно скрыла её от глаз хадорских солдат. Они даже стрелять вскоре перестали. Но рисковать герцогиня Аренделла не желала, а потому бежала, не щадя ног. Потому что буря не остановит пушечные снаряды, если комендант решит применить артиллерию. Но она прекрасно понимала, что даже в своих самых удобных туфлях она не сможет далеко уйти. И поэтому применила магию, чтобы ускорить свой бег.
   И снова она поблагодарила колдун-лорда Ковалевского за его уроки. Старик хорошо её подготовил, и в магическом арсенале герцогини Аренелла было достаточно подходящих приёмов. Не сбавляя хода, Эльза начала творить заклятье, сплетая воедино старые и новые арканы. Напитанные силой холода, эти чары окутывали её, подобно снежной мантии. А крылья ветра, раздуваемые штормом, несли её над землёй быстрее, чем скорый поезд.
   Она неслась всё дальше на северо-северо-восток. Едва касаясь земли ногами, Эльза бежала туда, где она больше никому не навредит своей магией. Туда, где её не достанут солдаты, колдуны, варджеки и пушки. Туда, где она сможет жить дальше, свободная от людской войны, оков долга и цепей кровавых клятв Империи - на покрытую вечными льдами горную вершину.
   Седая Гора - самый высокий пик, граница земель герцогства Аренделл и самого Ллаэля. Дальше на север простиралась покуда хватало глаз бесконечная череда горных хребтов и вершин Рула. Гномы не любили незваных гостей, но и сами в чужие дела нос почти не совали. Конечно, бушующая вокруг их границ война вызывала изрядное напряжение и бесконечный поток нот протеста в адрес Империи. Рулские кланы до сих пор не могли простить хадорцам захват Хеллпаса. Но какое им дело до неё? Да никакого!
   Эльза понимала, что теперь все мосты сожжены. Такую бурю ей никогда не простят. Как и покушение на посадника Лаэдри, которое на неё непременно повесят в дополнение к остальным обвинениям. Измена, дезертирство, разглашение государственной тайны... В чём ещё смогут обвинить её колдуны тройки полевого трибунала, которых пошлют по её следу?
   Хотя, какое это имеет теперь значение? Нет больше колдуна Эльзы Аренделл, герцогини Аренделла, вассала Владимира Цепеша и верноподданной Императрицы Аюн Ванар Первой. Эта благородная дама погибла там, в замке. Под гневные крики толпы и винтовочные выстрелы. И вместе с ней погибло прошлое, опутанное клятвами, ограничениями и страданиями.
   -Отпусти и забудь. - таковы были её слова в эту ночь.
   Но сегодня родится новая Эльза Аренделл. Свободная от чужих приказов и людской молвы. Отныне она будет сама себе королева. И здесь, на вершине мира, в сиянии лунного света, она воздвигнет себе новое королевство. Это будет её снежный удел, где не будут властны ни лорды, ни министры, ни принцы, ни короли. И пускай легионы Императрицы, толпы фанатиков, террористы партизан и орды нежити останутся там, далеко внизу.
   Впервые в жизни Эльза ощущала полную свободу. Она могла целиком отдаться магии, не заботясь об ограничениях, сдержанности и чьей-либо безопасности. Вокруг на многие мили не было ни одной живой души, которой она могла бы нанести вред. И проклятая перчатка, так долго бывшая верным союзником и ненавистным спутником, полетела в небо и, блеснув драгоценными камнями в серебристом свете Кальдера, уносясь вдаль, подхваченная ветром.
   Эльза наслаждалась, творя самые разнообразные заклятья просто так. Проверить, что она могла это сделать. Творить снег, лёд, холодные ветра, снежные бури и даже грозы. Могла лёгким взмахом руки слепить точно такого же снеговика, которого они с Анной вдвоём лепили в детстве почти час. Могла создавать любые ледяные скульптуры, а потом разрушать их, превращая осколки в снег. Который подхватывал ветер, унося вдаль. И именно этому ледяному ветру отдала свою мантию бывшая герцогиня, расстегнув застёжку. Которую подбросила, ловко поймала, повертела в пальцах. Снова увидела золочёный герб Империи на зелёной эмали этой броши. После чего с размаху метнула с горы этот символ господства над ней чужой воли. Для которой она теперь недосягаема.
   И не останавливаясь на простой демонстрации своих возможностей, Эльза принялась создавать самые могучие чары, на какие только была способна. Впервые в жизни она применяла силу мистического амулета не для сдерживания, а для усиления. И пускай эффект был минимален, этот маленький секрет, который она пронесла через все эти годы, войну и плен, позволял ей необычайно точно фокусировать свою силу. И с его помощью, она смогла создать фундамент для своего будущего дворца из поистине нерушимого льда.
   Ну а дальше амулет был без надобности. Перебросить мост через пропасть до Седой горы. Поднять с фундамента ледяные столбы, что станут главной несущей конструкцией её нового дома. Выковать из льда стены, пол, потолок, перекрытия, лестницы и даже балкон, выходящий на восток. Всё это она делала с лёгкостью и наслаждением. Эльзе казалось, что она впервые в жизни почувствовала настоящую радость от того, какой прекрасной силой она обладает. И какие чудеса сотворены её рукой. Впервые позабыла, что такое страх.
   Кружась в танце, она создавала внутреннее убранство своего дворца, непохожее ни на замок Аренделл, ни на крепость Ковена Серых Владык. В основе большинства узоров, да и всего здания в целом, лежал правильный шестиугольник снежинки. И эту простую, и в то же время гениальную красоту Эльза вдыхала во всё, что её окружало. Гордость и радость наполняли её сердце. А полёт её фантазии не был ограничен ни закостеневшими догмами, ни заросшими пылью традициями, ни железобетонными рамками служебных циркуляров, чьи формулировки были даже суше, чем пески далёких юго-восточных пустынь.
   Наконец, ледяной дворец был готов принять свою королеву. Но не была готова королева. Эльзе уже давно осточертело это платье, сшитое её надсмотрщиками. И корона, что стягивала голову серебряном обручем весь этот невероятно долгий день. Она сдёрнула с головы древний венец герцогов Аренделла, и вскоре корона её отца, деда и прадеда, полетела в дальний угол, подскакивая на идеально гладком ледяном полу. А новая королева освободила волосы, разрушив опостылевшую причёску. И теперь коса платиновых волос свободно свисала с её плеча, как в детстве.
   А платье начало изменятся под воздействием её магической силы. Арканы трансмутации считались одними из самых сложных. Многие алхимики готовы были отдать душу за возможность обладать такой силой. Эльза владела этими чарами, но весьма однобоко. Она могла превратить материю в лёд. Но уже льдом она могла управлять как угодно. И она использовала заклятия трансмутации, чтобы перекроить своё одеяние.
   Руническая вязь сдерживающих заклятий распалась, когда составлявшие её серебряные нити превратились в узоры нового, голубого платья. Созданное когда-то из ткани, теперь оно было сплетено из чар и сшито заклятиями. Как и казавшаяся воздушной мантия, в которой сияли ледяные звёзды. Даже обувь не миновала участь подвергнутся изменению, и её ноги теперь украшали элегантные ледяные туфли на коротком каблуке-шпильке.
   И теперь она превратилась в новую Эльзу - Снежную Королеву, повелительницу льдов, властительницу холода и госпожу ветров. И выйдя на балкон, она встречала первый рассвет нового дня. Дня, когда она стала свободна. Дня, когда она более не будет скрывать свою силу. Дня, когда она больше никому не причинит вреда.
  
   -Чёртовы бабы... - ворчал Варавский, входя в отведённую ему во флигеле комнату. Оба его телохранителя шли следом, внимательно слушая босса. Который продолжал бормотать, размышляя в слух: - Старшая устроила зиму посреди лета. Младшая попёрлась за ней следом. А проекты стоят. Договоры не подписаны...
   И только когда двери комнаты были закрыты, старый кайязь перевёл дух, поправил парик, надел очки и перешёл от общих слов к делу. Его помощники как раз достали походный секретер, и исполнительный директор корпорации Блауставия в Новой Умбрии принялся за работу.
   -Герцогиня Эльза встала в позу и не желает видеть на своих землях ни рудников, ни металлургических цехов, ни железной дороги. Даже за те компенсации, что ей предлагались. - теперь речь кайязя лилась мягко и плавно. Он снова был в своей стихии - бизнесе. И зная, что никто кроме верных агентов е его не услышит, не боялся произнести пусть и не громко, главное. - Но ведьма сама подвела себя под трибунал. Осталось только довести дело до конца. А там Менот ей судья.
   Но голова старого кайязя была занята другими мыслями, которые не должны беспокоить простых исполнителей. Ситуация и до того казалась очень мутной. А теперь вообще сорвалась в пропасть неизвестности, окутанная мраком. Комендант замка Аренделл был бы и рад помочь, но не имел власти на распоряжение землями и имуществом вне военных операций. А все управляющие как один соглашались с предложенными условиями и переводили стрелки на герцогиню Эльзу. Которая сначала затеяла долгую переписку с младшими управляющими, которую довела до абсурда своими претензиями и замашками ллаэльской дворянки. А после того, как исполнительный директор корпорации Блауставия в Новой Умбрии лично приехал на встречу с герцогиней Аренделла, полторы недели держала его под стенами замка, давая от ворот поворот при всякой попытке получить аудиенцию. А в переписке качала права и заламывала бешеные цены за концессии и разрешение на строительство. И это не смотря на более чем щедрые предложения.
   И только вмешательство посадника Лаэдри позволило сдвинуть дело с мёртвой точки и таки лично встретится с Эльзой Аренделл. На балу Варавский всё же улучил момент, чтобы тайком поговорить о делах. И опять получил вежливый отказ. Герцогиню, видите ли, не устраивал вид на литейный цех с башен её замка, запах дыма и шум железнодорожной станции в её городе. Но даже дураку было ясно, что это пустые слова. Конечно, можно понять желание сохранить свою родину такой, какой она была долгие годы. Но нужно же двигаться дальше. Бизнес не ждёт. И герцогиня безусловно это понимала.
   О, нет. Она не была такой дурой, которой прикидывалась. Она была умна, образована и хитра. У неё всё время был туз в рукаве. Законодательные ограничения, влиятельные покровители среди администрации и колдунов. Магия... Чёртова магия! Варавскому становилось не по себе от одной мысли о том, что он пытался надавить на эту девку. Которая потом дважды чуть не насадила его на ледяной кол.
   Сестру тоже нельзя было сбрасывать со счетов. Анна Аренделл - тёмная лошадка, о которой ему вообще ничего не было известно до самого начала церемонии венчания на герцогство. Младшая сестра, которая три с лишним года скрывалась, судя по акценту, в Сигнаре. И теперь выскочила как чёрт из табакерки, устроила скандал и сцену с истерикой. А теперь умчалась искать взбесившуюся ведьму, поставив своим заместителем какого-то ордского выскочку. И при этом сама эта фифа явно с сюрпризом. Яблочко от яблони не далеко падает. И раз у Эльзы Аренделл под двойным дном скрывалась ледяная ведьма, то что прячет Анна Аренделл?
   А вот с ордцем проблем возникнуть не должно. Этот парень вроде бы мозгами не обделён. Но и возомнить о себе невесть что ещё не успел. Нужно будет навести справки и как следует к нему присмотреться. С таким может быть и удастся договориться. А если и он начнёт кочевряжится на пустом месте, так его то можно быстро убрать. Стоит только подкинуть пару улик, да написать анонимку в Ковен Серых Владык, и тройка колдунов быстро казнит ордского шпиона и диверсанта.
   С такими тяжёлыми мыслями старый кайязь писал записки. Отчёт о текущей ситуации руководству корпорации, а так же сообщения о случившемся для командующего гарнизоном Лаэдри и в Ковен Серых Владык. Небольшие дополнения, и картина становилась ещё более мрачной. Ровно на столько, чтобы заставить государственную машину Империи работать в нужном направлении. Наконец закончив писать, он поднял записки и два кошеля с золотом, на этот раз обращаясь к каждому из своих телохранителей по отдельности.
   -Вот эту записку ты доставишь в управление Ковена Серых Владык в Лаэдри. Обрисуешь им на словах подробности произошедшего. А эту - в дирекцию корпорации После этого отправляйся искать наёмников. - подробные инструкции - залог чёткого выполнения поставленной задачи. Варавский это усвоил давным-давно. - Запомни, Коля, мне не нужны простые головорезы. Мне нужны следопыты, снайперы и охотники на людей, которые смогут достать герцогиню Эльзу из лесов и гор, куда она сбежала. И прикончить без лишнего шума. Здесь сотня золотых. Хватит на задаток и недельный контракт. Остальное получат после выполнения задания. Если будет мало, добавишь из своих. Я потом компенсирую все дополнительные расходы.
   -Будет сделано, босс. Достану лучших, можете не сомневаться. - уверил хозяина телохранитель, беря бумаги и деньги.
   -Теперь ты, Вася. Отправляйся с этим письмом в комендатуру Лаэдри. Постарайся выбить как можно больше солдат и техники. Скажешь, что в Аренделле случился бунт. После этого отправляйся к вокзалу, в мастерские. Там постарайся получить по этой расписке в состав экспедиции хотя бы пару варджеков. Лучше всего с пушками. Вот тебе сотня золотых. Подмажешь там кого нужно. Какая бы у этой ведьмы не была магия, а от хорошего фугаса мало кто может спастись.
   -Сделаю всё возможное, шеф. - напарник был не менее уверен в своих силах выполнить поставленную задачу.
   -А теперь быстро по коням. Чтоб за сутки обернулись и привели подкрепление. Комендант замка скорее всего не даст людей для экспедиции. Поэтому придётся работать своими силами. И чтоб ни одна собака не знала, куда именно вы едете. Особенно этот ордский сопляк. Вы меня поняли?
   -Поняли, босс. - дружно ответили телохранители, на лицах которых уже прорезалась хищная улыбка.
   -Тогда вперёд. Времени мало. - сказал Варвский, взмахом руки отправляя своих агентов. Всё же прикрытие телохранителей было идеальным для его людей. Конечно, такие спецы стоили дорого. Но за то они качественно делали всю грязную работу, обеспечивая быстрое решение конфликтных ситуаций. Без хороших агентов бизнес никогда не может нормально развиваться. А эти ребята и подкупят, и украдут, и запугают, и убьют кого угодно. А если нет человека, то нет и проблемы.
   Хотя, всё же некоторые проблемы так просто не решить. Но для этого корпорации и нужен Варавский. Его опыт интриг и закулисной борьбы. Блауставия сидит далеко, в Корске. Он - правая рука Императрицы, воплощающий в жизнь её волю и видение новой Империи. А на местах эта работа ложится на плечи исполнительных директоров. И Ульян Варавский сделает всё возможное и невозможное, чтобы построить эту железную дорогу для Хадора. И если сёстры Аренделл встали на его пути, он уничтожит их.
   Менот свидетель, не корысти окаянной ради, а во имя Родины и Императрицы.
  
   -Эльза! - кричала Анна, призывая свою сестру. Солнце давно уже перевалило за полдень и теперь клонилось к закату, лениво плывя по небосводу в пелене лёгких перистых облаков. Поля остались далеко позади, как и ближний лес. И теперь лошадь с трудом пробиралась по метровым сугробам. Холмы и леса не давали ветру разгуляться и задерживали все выпавшие осадки. А снегу было много. Очень много. Юная герцогиня не помнила столь снежных зим. А ведь эти сугробы намело всего за полдня.
   -Эльза! - но ответом снова стала тишина. Только ветер завывал в кронах засыпанных снегом деревьев. Некоторые ели даже склонились почти до самой земли под тяжестью этой снежной подушки. И только тяжёлое конское дыхание нарушало гнетущую тишину.
   -Эльза! - юной герцогине было страшно. Страшно от этой мёртвой тишины. Неужели магия её сестры заморозила всё живое? В лесу же должны быть зайцы, белки, ежи, волки. И птиц с десяток видов. Во всех книгах говорилось, что летний лес наполнен жужжанием насекомых, шорохом звериных шагов и птичьими трелями. А этот лес казался совершенно мёртвым в своём белоснежном одеянии. А потому Анна продолжала звать Эльзу, боясь остаться одна в этом белом безмолвии. - Это я, Анна! Твоя сестра, которая не хотела, чтобы ты заморозила лето! Прости! Это я виновата!
   Но ответом ей стал далёкий волчий вой. Это определённо была не Эльза. Да и не та компания, с которой хотелось повстречаться Анне. А кобыла явно обеспокоилась близостью хищника. Тревожно заржав, лошадь начала оглядываться по сторонам, ища источник возможной угрозы. Юная герцогиня только и могла, что погладить её по шее, успокаивая животное. И поправить сумку с пистолетом на своём боку.
   -Конечно, всё было бы иначе, расскажи она свой секрет. - у Анны до сих пор в голове не укладывалась, как Эльза сумела так быстро сбежать. Определённо, тут была замешана магия. Но всё равно, сложно было поверить в то, что герцогиня Аренделла в бальных туфельках могла бежать быстрее всадника на лучшем скакуне. Ведь Анна уже проехала добрых десять миль и добралась до предгорья, не встретив никаких следов своей сестры. Кроме снега, завалившего всё вокруг. - Вот ведь негодница... Уоох!
   Внезапно, глухой треск разорвал тишину леса, оборвав Анну на полуслове. Не выдержав веса снежной шапки, одна из старых елей справа переломилась пополам, подняв маленький снежный вихрь, обильно смешанный с иголками и щепой. От этого звука и без того напуганная лошадь встала на дыбы, скидывая свою наездницу. После чего почти сразу помчалась прочь по проторенной ею же в сугробах дорожке.
   -Нет-нет! Постой! Постой! Вернись! - кричала Анна, скинув упавший на голову плащ. Но лошадь не слышала её, и скакала галопом прочь, обезумев от страха. Оставив свою хозяйку сидеть в сугробе под согнутой снегом елью.
   -Ххорошо. - с трудом проговорила Анна, оглядываясь по сторонам и ёжась от холода. Всё же переход от тёплых лошадиных боков и нагретого седла к сугробу был очень резким. А бальное платье, с его чулками и туфельками-лодочками, всё же было не той одеждой, в которой можно комфортно валятся в снегу. Но попытка просто подняться оказалась безуспешной. Слишком мягок был свежевыпавший снег. И слишком глубоко в него провалилась юная герцогиня. А попытка подтянутся за ветку ели, склонившейся над головой, привела только к тому, что у юной герцогини в руках оказалась оторванная еловая лапа, а потревоженная снежная шапка лавиной рухнула на Анну, засыпав ту с головой.
   -Оурх... - донеслось из-под нового сугроба. Откуда торчали только руки герцогини Аренделл. В этот момент Анна поняла, что найти Эльзу будет значительно сложнее, чем она думала. Да и одеться всё же стоило потеплее.
  
   Анна с трудом пробиралась через сугробы. Уже стемнело, а лес и не думал заканчиваться, плавно переходя в предгорье. А она прошла от силы мили две. Юная герцогиня уже успела не раз и не два помянуть свою горячность, непредусмотрительность и глупость. А так же этот лес, эту зиму, эти холмы и этот снег. Ей было холодно, и тёплый плащ зелёного цвета не сильно спасал руки и плечи, которые так кокетливо открывало её бальное платье. А в туфли уже давно набился снег, от чего ногам было в двойне холодно. Но всё же терпимо.
   А ещё юная герцогиня хотела есть. Потому, что после того самого позднего ужина на балконе в компании Ханса, у неё во рту не было ни крошки. И проку было от золота в её сумке, когда на него нечего купить и негде? И это ещё хорошо, что с водой проблем не было. Правда, когда в рот кладёшь пригоршню снега, вскоре начинает сводить зубы от холода. И это могло сойти за отдельную пытку.
   -Снег. Ну почему снег? - ворчала Анна, чтобы хоть немного отвлечься от мрачных мыслей. Она устала как собака, и с трудом держалась на ногах. Она была голодна на столько, что готова была в одиночку съесть целую утку по Корвисски. А ремень проклятой сумки врезался в плечо, напоминая о бесполезной ноше. Но главной бедой было то, что она замёрзла. А с наступлением темноты температура начала падать. И от этого в душе юной герцогини проснулся липкий страх, который был холоднее морозной ночи. Страх замёрзнуть насмерть, так и не найдя Эльзу. И именно его она гнала прочь, вслух произнося свой монолог для окружающего леса. - Могла бы обладать тропической магией. И наколдовать белый песок и тёплый...
   Она не верила своим глазам. Последние полчаса она потратила на то, чтобы с горем пополам забраться на этот пригорок. И с его вершины она видела то, о чём всего пару минут назад могла только мечтать. Из-за деревьев в ночное небо поднималась струйка белого дыма, подсвеченная снизу таким приветливым жёлтым отблеском. От одной мысли о тепле костра и горячем чае Анна почувствовала, как у неё открылось второе дыхание. Вместе с которым вырвалось всего одно слово: - Огонь!
   А в следующий момент снежный гребень пригорка, на котором стояла юная герцогиня, сорвался под её весом. И с диким визгом она кубарем покатилась вниз, в ложбину между двух пригорков. Туда, где журчала незамерзающая речка Аренделл. Зелёный плащ зацепился за какой-то сук, да так и остался на нём болтаться драной тряпкой. А она сама только чудом ничего не переломала во время столь скоростного спуска. И как назло, остановится Анна смогла только упав в реку, при этом больно ударившись задом о каменистое дно. Но хуже всего было то, что она по пояс оказалась в ледяной воде.
   -Аах. - сдавленно воскликнула герцогиня Аренделл. Хотя, прозвучало это более похоже на мышиный писк. Потому что её ноги оказались сдавлены тисками настолько холодной воды, что по сравнению с ней сугробы казались раскалённой печкой. С трудом поднявшись на ноги и подхватив сумку с пистолетом, которая по чистой случайности остановилась всего в полуметре от берега, Анна постаралась как можно скорее добраться до огня. Потому только одно единственное слово прорывалось со сдавленным дыханием через дрожащие зубы: -Холодно-холодно-холодно...
  
   Анне казалось, что она в жизни не бегала по снегу так быстро. Но даже это её не спасло. Промокшие юбки замёрзли, превратившись в ледяной колокол, сковывавший движения. А дикая дрожь, охватившая её с ног до головы, не давала сделать полноценный шаг. Вскоре она с трудом могла шевелить ногами. Ей даже казалось, что она слышит хруст льда в своих туфлях. И это ещё хорошо, что она до сих пор чувствовала пальцы ног и могла ими шевелить, не давая окончательно замёрзнуть. Обморожение стало бы настоящей катастрофой, оставив герцогиню Аренделл беспомощной калекой.
   Но она уже почти достигла своей цели. Более того, реальность оказалась лучше всех её ожиданий. И это был не одинокий костёр заблудившегося путника, охотника или дровосека. Это был большой дом с кучей пристроек, отдельно стоящим амбаром, хлевом и ещё какими-то постройками, более похожий на село в миниатюре. И тут были люди. Из печной трубы вился столб белого дыма, а из окон на снег лился мягкий жёлтый свет.
   Но попасть в дом оказалось не так просто. Чёртово замёрзшее платье не давало подняться на крыльцо. Потому что его оледеневший край оказался ниже ступеньки. Решение проблемы нашлось только после пары неудачных попыток. И Анна всё же поднялась на крыльцо. Но для этого ей пришлось поворачиваться боком, двигаясь приставным шагом в раскорячку.
   Наконец преодолев эти несчастные две ступеньки, Анна остановилась на краю крыльца, с трудом сохраняя равновесие. Всё же в заледеневшем платье это была далеко не тривиальная задача. Справится с которой удалось только используя сумку с пистолетом как противовес. И наконец убедившись в своей устойчивости, юная герцогиня перевела дух.
   И только теперь обратила внимание, что над крыльцом почти прямо перед ней висела вывеска. Она её не заметила раньше потому, что эта широкая доска, висящая под кровлей на толстых цепях, была залеплена снегом после прошедшей метели. И помня недавний урок с елью, Анна решила не рисковать. И аккуратно приподнявшись на цыпочки, стукнула пальцами по краю вывески.
   -Торговая лавка бродяги Окена. - вслух прочла юная герцогиня надпись на хадорском и ллаэльском, когда снег с глухим хлопком упал вниз. О, это был действительно подарок судьбы. Тут наверняка удастся не только согреться, но ещё и купить еды. Но даже такие сладостные мысли улетучились, когда снег упал с маленькой таблички, сиротливо висевшей в углу главной вывески. Где так же на двух языках было написано самое желанное объявление. - Ох, и сауна!
   Войти в дом оказалось не так то просто. И без того тяжёлая дубовая дверь была подпружинена. Юной герцогине пришлось приложить все оставшиеся силы, чтобы распахнуть её достаточно широко для того, чтобы пройти в своём заледеневшем платье. И когда она заскочила внутрь, то почти сразу наткнулась на вторую, точно такую же дверь.
   Но она не успела подумать ничего, потому что первая дверь, увлекаемая пружиной, как следует поддала ей в спину, пихая вперёд. По счастью, внутренняя дверь была значительно легче и открывалась не наружу, а внутрь. И потому юная герцогиня просто распахнула её, влетев в лавку. Мелодично зазвенел колокольчик, а дверь, повинуясь силе тяжести и грузу на верёвочке, захлопнулась за её спиной.
   -Хых. Механизация... - произнесла себе под нос Анна, после чего отправилась вглубь помещения, озираясь по сторонам. Комната оказалась достаточно большой и была заставлена стеллажами и полками с разнообразным товаром.
   -Ю-ху! - произнёс улыбчивый здоровяк, привлекая внимание посетительницы.
   -М? - отозвалась Анна, которую всё ещё колотило от холода, разглядывая этого продавца. А вид у него был весьма колоритный. За заставленным товаром прилавком стоял широкоплечий мужчина, сложив пальцы своих здоровенных ручищ домиком возле подбородка. И такая могучая и воинственная комплекция соседствовала с широким, добродушным лицом, весёлым блеском голубых глаз и приветливой улыбкой, сиявшей из под соломенных усов, переходящих в густые бакенбарды. Образ дополнял пёстрый свитер и вязаная шапочка, от чего весьма грозный мужик казался добродушным парнем.
   -Летняя распродажа! - радостно сообщил продавец, указывая на товары позади себя и на прилавке. - Купальные костюмы, шлёпки, и мой собственный крем для загара. Да?
   -Оу. Здорово. - улыбнулась в ответ Анна, понимая, что если бы её вчера утром ещё и мог заинтересовать купальный костюм, то только не сегодня. Как и игрушечные солдатики, резные медведи, посуда, игрушечный варджек с пушкой и даже портрет Императрицы Хадора высоко на стене за спиной продавца. А вот на консервы и другую бакалею она, может быть, и обратила бы внимание. Попозже. - А нет ли у вас пары сапог потеплей? И одежды?
   -Это в отделе зимних товаров. - с улыбкой сообщил здоровяк, указывая в сторону дальней стены. Где сиротливо пристроились верёвка и ледоруб на гвозде, сапожки и несколько свёрнутых нарядов, а так же лыжные палки и два снегоступа.
   -Оу. - разнообразие товаров и широта ассортимента просто поражали воображение. Но, как говорится, выбора не было. И это ещё хорошо, что вообще хоть что-то осталось. Понимая, что ей всё равно предстоит раскошелиться, Анна решила завести разговор. Может быть хоть продавец что-то знает об Эльзе? Может быть он видел её? - Чисто из любопытства. Тут другая девушка, скажем герцогиня, чего уж там, не проходила?
   -В такую погоду кроме вас безумных нет. - с ещё более широкой улыбкой ответил здоровяк, когда Анна подошла к нему, ставя на прилавок сапожки и кладя свёрнутую одежду.
   Внезапно, с мелодичным звоном колокольчика, входная дверь распахнулась, и в лавку вошёл человек, более похожий на снеговика. Залепленный снегом с ног до головы, в одежде непонятного цвета и неясного покроя, он стоял у входа, отряхиваясь. Анна смогла различить только красный шарф, которым было замотано лицо незнакомца, и меховую шапку. Наконец, сбив с себя излишки снега, он осмотрел помещение, стеллажи и товар.
   -Вас и его. - весело сообщил продавец, явно довольный таким наплывом клиентов. И сразу же принялся работать с новым посетителем. - Ю-ху! Летняя распродажа!
   Но новый посетитель ничего не ответил, а сразу направился к прилавку. Анне было не по себе от этого угрюмого человека, залепленного снегом так, что видны были только глаза. Она постаралась принять непринуждённую позу и вообще смотреть в сторону, оставаясь возле прилавка. Даже попыталась насвистеть какой-нибудь лёгкий мотивчик, чтобы показать свою праздность и незаинтересованность в происходящем.
   -Морковь. - обратился к ней незнакомец. А когда она испуганно взглянула в его карие глаза, то поняла, что не успеет достать пистолет из сумки. И каково же было её облегчение, когда он уточнил свою мысль. - Не заслоняй.
   -Оу. Верно. Простите. - пробормотала Анна, поскорее отходя в сторону. Потому что действительно закрывала подолом юбки лоток с овощами. А незнакомец достал связку моркови и кинул на прилавок, после чего отправился за другими покупками.
   -Ох. Такая вьюга посреди лета, да? - сказал продавец, судя по всему желая поддержать разговор. Чтобы покупателям не было скучно. - Интересно, откуда она могла взяться?
   -С Седой Горы. - ответил незнакомец, снимая с гвоздей моток верёвки и ледоруб.
   -С Седой Горы... - эхом повторила Анна, погружаясь в свои мысли. Если Эльза является источником этой вьюги, то значит, она должна быть в центре. На горе. А если это не она? Нужно будет как-нибудь уточнить...
   -С вас ровно четыре золотых. - сказал продавец незнакомцу, когда тот выложил на прилавок верёвку и ледоруб в дополнение к моркови.
   -Четыре золотых? - возмутился покупатель. И тотчас же начал торговаться. - Нет! Один золотой!
   -Нет, так не пойдёт. Это зимний ассортимент. - настаивал на своём продавец, объясняя несговорчивому клиенту основы ценообразования. - А где спрос, там и цена больше.
   -Про спрос лучше не заикайся. - угрюмо проговорил незнакомец, кивая в сторону окна. - Я льдом торгую.
   Проследив за его взглядом, Анна заметила сани, стоявшие перед лавкой. И действительно, они были нагружены льдом, нарезанным на аккуратные блоки.
   -Ууу. Тогда плохи твои деле. Ха-ха. Сейчас этого добра... - но поймав тяжёлый взгляд незнакомца, Анна запнулась на полуслове. Как бы абсурдно и комично не выглядела сложившаяся ситуация, не стоило издеваться над человеком, сыпля соль на рану. Всё же это очень обидно, когда обстоятельства отбирают твой хлеб, бросая на встречу нищете и голоду. - Эм. Сочувствую.
   -Ровно четыре золотых. Ладно, так и быть. Включу в стоимость сауну. - великодушно решил продавец, поворачиваясь в сторону двери с запотевшим окном и помахав рукой. - Ю-ху! Семья, как парится?
   -Ю-ху! - хором ответили крупный, широкоплечий парень с соломенными волосами и четверо девушек разного возраста с одинаковыми каштановыми шевелюрами. Которые были не только похожи как родные сёстры, но даже замотаны в одинаковые полотенца. Анна тоже помахала им рукой в ответ, думая о том, как хорошо было бы сейчас оказаться там, в сауне. И хорошенько прогреться после всего этого холода.
   -Но у меня только один золотой. - умоляюще произнёс незнакомец. - Поймите.
   -Понял. - сказал продавец, сгребая своей здоровенной ручищей верёвку и ледоруб в сторону, пододвигая к покупателю одну только связку моркови. - Тогда только это и всё.
   Видя, что оба мужчины намерены настаивать на своём, и конфликт вот-вот выльется в открытую форму, Анна поспешила вмешаться. Чтобы узнать у незнакомца ответ на вопрос, мучивший её последние пару минут. - Скажи мне, то, что произошло на Седой Горе, было похоже на волшебство?
   -Да! - грубо ответил незнакомец, срывая шарф с лица. Анна смогла увидеть длинный и широкий нос, мощную челюсть, достаточно широкие скулы и здоровый румянец на гладко выбритом лице. - А ну ка посторонись. Сейчас я разберусь с этим жуликом!
   -Как ты меня назвал? - спросил продавец, вставая с жалостно скрипнувшего стула. Анна невольно сглотнула от страха, впервые в жизни видя такого великана. Незнакомец же открыл рот от удивления, глядя на своего противника. А на лице здоровяка отразилось такое обиженно-жалостливое выражение, словно его оскорбили в лучших чувствах.
  
   -Ладно-ладно! Ай! - пытался успокоить этого силача задира, когда тот тащил его за шкварник одной рукой. Но великан был не преклонен, и уже вышел на крыльцо, по дороге зацепив головой своего обидчика вывеску. После чего широким взмахом отправил грубияна в ближайший сугроб.
   -Пока! - помахал на прощание такому невоспитанному клиенту Окен, закрывая двери. Он всё же не был зверем и прекрасно понимал, что бить слабых не хорошо. Даже когда те зарываются. Они потом всё равно извинятся. И придут снова, если не сильно обидятся. И этот паренёк тоже придёт. Когда остынет и будет при деньгах. Мановар ребёнка не обидит, в конце то концов. Но и торговать себе в убыток не будет.
   Закрыв за собой двери и вернувшись в лавку, он обнаружил свою первую посетительницу, которая всё ещё немного дрожа, с интересом рассматривала его старый портрет. Конечно, Окен не любил хвастаться, а потому прятал это вышитое гладью полотно от излишне любопытных глаз за своей широкой спиной, когда сидел. Но убрать тоже не мог. Подарок жены на юбилей, как ни как.
   А девчушка так и стояла открыв рот, изучая того Окена, который остался в прошлом. Любовалась отважным усатым красавцем в тяжёлых алых доспехах, опиравшегося на здоровенный двуручный боевой молот. Мановара, ветерана корпуса Разрушителей, бесстрашного воина, который в своей паровой броне шёл в бой, не кланяясь даже снарядам тяжёлых пушек. Который повидал многое на своём веку.
   Но теперь он был другим человеком - любящим мужем и отцом. Ему больше не хотелось битв и славы, которые когда-то привели его на службу ещё королеве. Любовь и нежность теперь наполняли сердце ветерана. Даже ллаэльцы приняли его с семьёй как родных. И прошлое должно было оставаться за спиной.
   -Простите за грубость. - с вежливой улыбкой сказал он, садясь на свой любимый стул и снова закрывая портрет своей могучей спиной и широкими плечами. И видя страх в голубых глазах девушки, с ещё более широкой улыбкой достал из-под прилавка тарелку с нарезанным тонкими ломтиками салом. - Домашнее сало в подарок. Поднимет настроение.
   Девчушка с искренним удивлением посмотрела на еду. После чего снова перевела взгляд на Окена, озадачено хлопая ресницами. Похоже, она всё ещё не до конца пришла в себя. Столько событий случилось за последнее время. Венчание герцогини, заморозки. Поэтому, как учтивый и чуткий продавец, он решил немного напомнить ей о теме предыдущего разговора: - Одежда, сапожки и всё?
  
   -Эээ... - процедила Анна в растерянности глядя на прилавок. То, что продавец был хадорцем, изрядно удивило её. Но при этом такой верзила оставался вежливым и учтивым, насколько мог. Да и парня того почти не бил. Только встряхнул пару раз.
   Взглянув ещё раз в окно, юная герцогиня убедилась, что сани со льдом стоят на месте, а их хозяин направился в сторону амбара. Скорее всего, решил заночевать. И у Анны в мозгу родилась одна идея. Но, в следующее мгновение она поняла, что больше не чувствует пальцев ног.
   -А сауна всё ещё включена в стоимость моркови и инструментов?
   -Конечно! - с улыбкой ответил здоровяк. - Настоящая ордская сауна к вашим услугам. Если хотите, моя жена может подогнать вам одежду по размеру, пока вы будете париться. Она у меня знатная мастерица и рукодельница. Ну что, будете брать?
  
   Наконец-то выбравшись из сугроба и отплевавшись от попавшего в рот снега, Кристофф поправил шапку и с грустью посмотрел на запертую дверь. Идти обратно в лавку и что-то требовать не было ни малейшего желания. Да и прав был этот торгаш. Пускай морковь и инструменты в городе стоили дешевле, чем четыре золотых, но и дороже, чем один. Но всё равно было жалко, что не получилось по хорошему договорится.
   И в этот момент Свен, до того пасшийся неподалёку, отвлёкся от выкапывания травы из-под снега и радостно побежал к хозяину. И принялся по-собачьи обнюхивать, ища любимое лакомство. Но на морде северного оленя вскоре отразилось искреннее удивление, вызванное отсутствием вожделенного аромата в руках и одежде хозяина.
   -Нет, Свен. Я не купил морковки. - с грустью констатировал очевидное Кристофф. И увидев печаль, отразившуюся на морде своего верного друга, поспешил утешить Свена. - За то я знаю, где мы будем сегодня спать. Бесплатно.
   Старина Окен не запирал амбар. Потому что ничего ценного в нём не хранил. Дрова, сено, некоторые инструменты потяжелее. В общем, всё то, что слишком большое и тяжёлое, чтобы его можно было просто унести, и слишком дешёвое, чтобы окупить затраченные усилия. Но именно этот амбар стал приютом на ночь для человека и оленя.
   Ужин состоял из сена для Свена, и копчёного мяса с хлебом для Кристоффа. К несчастью, еды оставалось не так уж и много. Дня на два, если не начать экономить. И как назло, денег кот наплакал. Мысль о том, что нужно было повременить с выплатой долга за сани, возвращалась раз за разом. Потому что те двадцать пять золотых сейчас нужны были бы Кристоффу значительно больше, чем мастеру из Аренделла.
   После ужина обустроили ночлег, накидав сена в кучу так, что получился приличный лежак. А чтобы прогнать тоску и дурные мысли, они со Свеном устроили себе маленький концерт. Играя на гитаре, Кристофф пел дуэтом. За себя и за своего оленя. Который тоже принимал активное участие в выступлении, подпевая по мере сил и слуха. И эти весёлые песни, со стороны более похожие на дурачество, помогли отогнать уныние, вертевшееся вокруг весь вечер.
   -Славный дуэт. - произнес кто-то звонким девичьим голосом, когда дверь амбара внезапно распахнулась.
   -Ах!? - уже почти засыпавший под последние аккорды, Кристофф подскочил на сене как ужаленный. Он опасался, что это жена Окена, или одна из дочерей, что было бы ещё хуже. Потому что знакомится с кулаками здоровяка ещё ближе не хотелось совершенно. Лежавший рядом Свен тоже вскочил на ноги, разглядывая нового человека. Но внутрь вошла та самая рыжеволосая девушка из лавки. Только теперь вместо чёрно-зелёного аляповатого платья, которое даже не закрывало плечи, она была одета в более подходящее для такой холодной погоды одеяние. Синяя плотная юбка, сапоги, голубой свитер с синими варежками и фиолетовый плащ с фиолетовой же шапочкой на меху. От прежнего платья остался только этот странный чёрный жилет без плеч с зелёно-фиолетовым узором. Причёску она тоже успела поменять, и теперь с её головы на плечи свисало две рыжие косички. Да и порозовела лицом она заметно, перестав дрожать. Похоже, что барышня была при деньгах, раз смогла купить новый наряд и ещё на сауну осталось. - А. Это ты. Чего ты хочешь?
   -Чтобы ты отвёл меня на Седую Гору. - твёрдо заявила девушка, держа в руках сумки с покупками.
   -Я не вожу экскурсии. - ответил Кристофф, ложась обратно на сено. Тащится в горы, прямо в центр снежной бури, не было ни малейшего желания. Особенно по прихоти этой богатенькой девчонки. А потому он положил упавшую было шапку на глаза, давая собеседнице понять, что разговор окончен.
   -Сформулирую иначе. - произнесла девушка с иронией в голосе. И в следующий миг Кристофф согнулся пополам, получив весомый удар в живот.
   -Ух! Ты что? - открыв глаза, он увидел, что чёртова баба кинула в него мешок, оказавшийся достаточно увесистым.
   -Отведи меня на Седую Гору. - твёрдо заявила рыжеволосая барышня, сжав свой маленький кулачок. После чего добавила более вежливо: - Пожалуйста.
   Отпихнув морду Свена, который азартно обнюхивал мешок, Кристофф развязал узел и обнаружил внутри ту самую верёвку и ледоруб, которые не сумел купить у Окена сам. Намёк был более чем очевиден. Дама оплачивает ему расходы на инструменты и всё остальное, а он становится её проводником в самоубийственном походе в центр снежной бури. Предложение конечно заманчивое, но попахивает безумием. Судя по всему, эти мысли отразились на лице юноши, когда он посмотрел на свою нанимательницу, думая о том, не чокнутая ли она?
   -Я знаю как остановить зиму. - ответила девушка на немой вопрос. Чем вызвала ещё больше вопросов. Но, с другой стороны, без денег в кармане, с товаром, который теперь и даром никому не нужен, разве у него был выбор?
   -Выходим на рассвете. - принял решение Кристофф, откладывая сумку в сторону и возвращаясь в горизонтальное положение. Всё же это был трудный день, и ему хотелось немного поспать. А потому он снова надвинул шапку на глаза, чтобы свет лампы не мешал отдыху. А чтобы барышня не скучала, он решил напомнить ей об одной очень важной детали. - И ты забыла морковь для Свена.
   И в следующее мгновение Кристофф получил мощный удар в челюсть другим мешком, в котором что-то звякнуло.
   -Ой, прости. Прости. Извини. Я не... - начала было извинятся девушка. Но оборвала себя на полуслове, снова гордо выпрямившись и напуская на лицо маску безразличия. - Выходим сейчас. Немедленно.
   И с этими словами она удалилась, преисполненная собственным величием и гордостью. А Кристофф, потирая ушибленную челюсть, развязал мешок и достал морковку, которую автоматически протянул Свену. И когда олень радостно откусил свою половину, так же бездумно принялся грызть корнеплод, глядя то на дверь, за которой скрылась девушка, то на мешок, где помимо связки моркови лежало ещё три банки консервов.
   -Ох и намаемся мы с этой бабой, Свен. - тихо произнёс Кристофф прежде, чем подняться на ноги.
  
   -Какой странный у тебя лось. - произнесла Анна, наблюдая за тем, как нанятый ею проводник запрягал своего зверя в сани. - Я и не знала, что их можно приручить.
   -Это не лось. - проворчал парень, не отрываясь от упряжки. - Это северный олень. И его зовут Свен.
   -А разве в Ллаэле водятся северные олени? - спросила юная герцогиня, вспоминая справочники по географии и животному миру, что читала когда-то.
   -Нет. Он из Хадора. - с тяжёлым вздохом ответил проводник, продолжая работу. И чтобы пресечь нарастающий поток вопросов, продолжил объяснения. - Мне его подарили в детстве Ниссы, что проходили через нашу деревню. Их племя шло на юг, в Корск. Мы с отцом помогли им добраться до Скирова и сесть на поезд. И за это они подарили мне Свена.
   -Как интересно. - Анна была удивлена тем, насколько необычной была история казавшегося вполне заурядным парня. - Ты ведь тоже из Хадора, да?
   -Да, из Хадора. - не скрывая раздражения ответил проводник, оторвавшись от упряжи и злобно посмотрев на свою нанимательницу. - Нет, я не служил в армии. Нет, я не убивал ллаэльцев. Да, я переехал после войны. Да, я простой парень, который добывает лёд с гор и привозит в город. И если мы закончили с этим, то хватит бездельничать.
   -Что? - не поняла Анна. Она не ожидала такого ответа. И не поняла выпада по поводу своего безделья. Она была на ногах уже почти двое суток, успев поспать всего пару часов. Уж кому-кому, а не этому лентяю говорить ей о работе. Хотя, после сауны, горячего супа и крепкого чая, которым её угостила жена Окена, усталости она почти не чувствовала, как и голода. Да и сна не было ни в одном глазу.
   -Слушай, барышня. Хочешь, чтобы мы быстрее поехали? Тогда помогай. - заявил парень, указывая на нагруженные льдом сани. - Отвяжи верёвку и выкинь лёд, пока я занят упряжкой.
   -Да я... Да ты... - Анна была готова закипеть от гнева и возмущения. С каких это пор какой-то хадорский мужлан будет командовать герцогиней Аренделла? - Как ты смеешь так со мной разговаривать!? Ты! Ты, лесной дикарь!
   -Во-первых, когда ты встретишь настоящих лесных дикарей, то они тебя съедят, будь ты хоть принцессой. - ответил парень, возвращаясь к упряжи. - А во-вторых, меня зовут Кристофф. И впредь называй меня по имени. И да, ты, конечно, можешь сесть на лавку и просто наблюдать за тем, как я работаю. Но тогда не обижайся за то, что отправимся мы не скоро.
   -Ладно-ладно, Кристофф. - пошла на попятную Анна, укрощая свою гордыню. Всё же времени у неё оставалось слишком мало, чтобы тратить его на воспитание этого лесного дурака. Она и так потеряла сутки, не добившись ровным счётом ничего. И теперь у юной герцогини оставалось всего два дня. А о том, что случится потом, если она не успеет найти Эльзу и уговорить её вернуть лето, страшно было даже подумать.
   А потому она пошла к саням и принялась развязывать узлы верёвок, которыми были стянуты ледяные блоки. Герцогиня Аренделла понимала, что эта работа недостойна её рук. Но была вынуждена признать правоту своего проводника. Кристофф хоть и был диким хадорцем, причём из северных лесов, да с северным оленем за компанию, его логика была неоспорима, как и прагматизм. Да и для того, чтобы найти Эльзу, нужна холодная голова, быстрый транспорт и человек, знающий дорогу. И терять два последних компонента успеха из-за разыгравшейся гордыни было по меньшей мере глупо.
   -Вот так. - наконец, с верёвкой было покончено. Кристофф как раз проверил упряжь, после чего вернулся к своей нанимательнице. Осмотрев сани, он удовлетворённо кивнул. - Ну, хоть на этом спасибо.
   А после этого начал скидывать ледяные блоки прямо в сугроб. Анна не мешала ему, усевшись в сани и терпеливо дожидаясь отправления. Олень тоже ждал своего хозяина, с грустью глядя на то, как добытый на продажу лёд из ровной кладки превращается в бесформенное нагромождение.
   -Как звать то тебя? - полюбопытствовал проводник, сталкивая очередной блок.
   -Анна. - коротко ответила юная герцогиня. Скорее ведомая привитыми манерами, чем желанием любезничать с незнакомцем.
   -И ты знаешь, откуда на нас свалилась эта зима? - спросил Кристофф, поудобнее перехватывая ледоруб.
   -Знаю. - невесело произнесла Анна. Потому что уже сказала, что знает, как остановить эту зиму. Отпираться было поздно и глупо. И немного поразмыслив, решила говорить правду. Потому что потом ей бы всё равно пришлось бы ему всё объяснять. И пусть уж лучше он будет готов к тому, что может увидеть. А то ещё начнёт истерить как Варавский. - Это герцогиня Эльза. Она заколдовала замок, город, и всё вокруг.
   -Да ну. - не поверил ей проводник, продолжая работу. - Ни один колдун не способен на то, чтобы превратить лето в зиму. Нет, я конечно слышал о том, что дочери герцога прокляты. Но по моему, это всё брехня.
   -Если бы только это было не так. - с тоской произнесла юная герцогиня, вспоминая события прошлой ночи. - Я сама видела, как она наколдовала снежный буран. Она владеет магией.
   -Погоди, значит местная герцогиня - злая ведьма? - скинув очередной блок спросил Кристофф, отрываясь от работы и выпрямляя спину. - И то, что говорили о проклятии, это всё правда?
   -Эльза не злая! - обиделась Анна. Всё же говорить гадости о своей старшей сестре она не позволила даже посаднику Лаэдри. А о лесном дураке и речи быть не могло. - И она не ведьма! Конечно, у неё есть магический дар. Но она никого не убивала и никому не делала зла.
   -Ага. Так и поверил. - бросил Кристофф, возвращаясь к работе. - Ты то откуда это знаешь?
   -Уж мне ли не знать свою сестру? - произнесла герцогиня Аренделл, подпустив голос сарказма. И была приятно удивлена тем, как вытянулось лицо хадорца.
   -Так значит, ты тоже проклята меткой ведьмы? - спросил Кристофф, начиная шарить в вещах, валявшихся в санях за сиденьем. Олень тоже насторожился, навострив уши и уставившись на юную герцогиню.
   -Нет-нет! Я самая обыкновенная. - поспешила успокоить этого горячего парня Анна. И очень своевременно, потому как тот всё же нашёл то, что искал. И достал приличных размеров топор. - И я одна могу заставить Эльзу вернуть лето. И чем быстрее мы будем на Седой Горе и найдём её, тем короче будет эта зима.
   -Хм. Ладно. - сказал проводник, засовывая топор за пояс. - Сейчас поедем.
   И когда сани были свободны от лишнего груза, Кристофф занял своё место рядом с юной герцогиней, взял поводья, и аккуратно тронул сани, разворачивая их в сторону гор.
  
   Ехали они по началу медленно, постепенно разгоняясь. И вскоре набрали довольно приличную скорость, выйдя на достаточно широкую тропу через лес. Свен легко тянул практически пустые сани, и только деревья мелькали по сторонам, выхватываемые из темноты светом одинокого фонаря.
   И чем быстрее они неслись в гору, тем меньше оставалось между ними напряжения. Анна искренне радовалась скорости. Северный олень уверенно шёл по снегу, и его широкие лапы не проваливались, в отличие от конских копыт. А сани скользили, раскачиваясь на поворотах. И юная герцогиня сама вскоре удивилась, слыша свой звонкий смех.
   -Держись крепче. - с улыбкой сказал Кристофф, когда сани накренились во время очередного поворота. - Мы, хадорцы, любим быструю езду.
   -Я тоже люблю. - весело заявила Анна, разваливаясь на сиденье поудобнее и закидывая ноги на передок саней. Где и умастила их одну на другой. Потому что теперь дела определённо шли в гору. С такой скоростью она успеет не только найти Эльзу, но и вернутся в Аренделл раньше срока.
   -Ну-ну-ну-ну-ну! Куда с ногами!? - возмутился проводник, спихивая сапожки своей попутчицы с резного дерева. - Только лаком покрыл! Ты что, в хлеву росла?
   После чего протёр рукавицей то место, где каблуки соприкоснулись с деревом. И не удовлетворившись результатом, смачно плюнул на резную доску. Да так, что брызги, подхваченные набегающим потоком ветра, полетели прямо в лицо юной герцогини.
   -Нет! Я росла в замке! - почти прорычала Анна, оттираясь от слюней этого мужлана. Который самозабвенно полировал свои сани рукавом шубы, не забывая при этом даже подышать на них, для лучшего блеска.
   -Скажи, а откуда вдруг такой ледяной приступ у герцогини? - спросил Кристофф, понимая, что девушка на него откровенно дуется за замечание о хлеве.
   -Ну, просто... - Анна немного замялась, думая о том, стоит ли говорить всю правду первому встречному. Но недомолвки в таком важном деле могли оказаться губительны. Да и этот парень кажется безобидным. - Это я виновата. Я... Я обручилась. А она разозлилась. Потому что я, видите ли, только познакомилась с ним с утра. И она сказала, что не благословит нас. И...
   -Стой! - перебил её Кристофф, непонимающе глядя на юную герцогиню. И при этом он состроил такую кислую гримасу, словно откусил кусок лимона. - Ты обручилась с тем, с кем познакомилась с утра?
   -Да. - коротко ответила Анна, погружённая в воспоминания. - В общем, я вспылила. Потом она вспылила. Я схватила её за руку и сняла перчатку...
   -Постой! - снова перебил её хадорец. Который взял вожжи в одну руку и повернулся к ней в пол оборота, более не скрывая своё удивление. - Ты хочешь сказать, что обручилась с парнем, с которым познакомилась только с утра!?
   -Да. Представь себе. - отмахнулась от вопроса Анна, снова возвращаясь к событиям прошлой ночи. - Но дело в том, что она всё время носила перчатки. И я решила, что она просто боится грязи.
   -Тебе что, родители не говорили о чужаках? - в упор спросил Кристофф
   -Да, говорили... - произнесла герцогиня Аренделл, отсаживаясь от хадорца. Замечание всё же было уместно. И для ситуации, когда благородная дама одна едет на санях по лесу с незнакомым безродным мужчиной ночью, да чуть ли не в обнимку, подходила идеально. Анна даже подумала, что её матушка упала бы в обморок, если бы смогла вообразить такое. Не то, что компания дворянина посреди шумной улицы или многолюдного балла. - Но Ханс никакой не чужак.
   -Да ну. - усмехнулся Кристофф, поворачиваясь обратно и снова берясь за вожжи. - Как его фамилия?
   -Ха. - юную герцогиню поразила наглость этого лесного дурака. Но оставить за хадорским невежей последнее слово в споре она попросту не могла. - Кастелян Южной Хезы.
   -Любимая еда? - не прекращал расспрашивать её Кристофф.
   -Сандвичи. - моментально ответила Анна.
   -Имя друга? - не унимался хадорец
   -Возможно Джон. - вспомнила рассказы Ханса о своём прошлом юная герцогиня.
   -Цвет глаз? - новые вопросы следовали один за другим.
   -Дивный... - произнесла Анна, вспоминая эти очаровательные голубые глаза. Или всё же зелёные? Да, зелёные. Ярко-зелёные...
   -Размер ноги? - допрос всё набирал и набирал темп.
   -Размер ноги не важен. - юная герцогиня уже начинала выходить из себя.
   -Вы за одним столом ели? - всё же игра в вопрос-ответ утомила и Кристоффа тоже, и он перешёл в наступление. - Что если он чавкает? Что если он мерзко ковыряет в носу?
   -Ковыряет в носу? - на лице Анны отразилась гримаса брезгливости и отвращения.
   -И ест козявки. - нанёс решающий удар в этой словесной дуэли хадорец. После чего самодовольно улыбнулся, глядя на реакцию своей спутницы.
   -Извини меня. - Анна изо всех сил старалась сдержаться и не наорать на этого дикаря и мужлана. - Он - дворянин!
   -Все парни так делают. - флегматично заявил проводник, подгоняя своего оленя.
   -Ухх. Пфф. - герцогиня Аренделл поняла, что этого дубинноголового хадорца так просто не пробить. А потому решила закрыть тему. - Слушай. Всё это не важно, когда это любовь.
   -Не похоже на любовь. - коротко кинул Кристофф, смерив её быстрым взглядом.
   -Ах. Ты что у нас, эксперт в любви? - в голосе юной герцогини буквально сквозил сарказм.
   -Хмм. Нет. - ответил хадорец после небольшой заминки. - Но, у меня есть друзья эксперты.
   -У тебя есть друзья - эксперты в любви? - с иронией спросила Анна, смакуя всю абсурдность этой фразы. -Ооо. Хватит заливать...
   -Замолчи! - внезапно оборвал её на полуслове Кристофф, начав оглядываться по сторонам. Свен тоже смотрел по сторонам, вертя головой и ушами, отчего сани сбавили ход.
   -Не-не-не. Правда. Я бы хотела увидеть... - продолжила как ни в чём не бывало Анна. Пока проводник внезапно не заткнул ей рот своей лапищей в толстой меховой варежке.
   -Всё! Тихо! - приказным тоном заявил Кристофф, останавливая сани. Анна с рыком оторвала его руку от своего лица, и уже была готова набросится на него с обвинениями в лени, трусости, хамстве и мужланстве. Но слова встали поперёк горла, когда хадорец злобно взглянул на неё и прошипел: - Тссс...
   Юная герцогиня поняла, что творится что-то неладное, и тоже начала тревожно озираться по сторонам. Сани стояли на месте, и снег под полозьями больше не скрипел. Олень тяжело дышал и напряжённо вглядываясь и вслушиваясь в темноту, тихонечко ревя. А Кристофф снял фонарь с крюка и встал с сиденья, начав пристально рассматривать окружающий их лес.
   Анна с тревогой наблюдала за происходящим. Пока хадорец не остановился, всматриваясь во тьму прямо за санями. Подняв фонарь высоко над головой, он пытался что-то разглядеть там, откуда тянулись их собственные следы. Не понимая причин такого беспокойства, юная герцогиня тоже начала вглядываться во мрак ночного леса в том же направлении.
   Какого же было её удивление, когда она смогла различить во тьме блеск множества звериных глаз, в которых отражался свет фонаря, и услышать приглушённый рык. А так же лаконичную, но очень ёмкую фразу на хадорском, значения которой она не знала. Но о смысле догадалась.
   -Свен, вперёд. Вперёд! - крикнул Кристофф, садясь на сидение и ударив вожжами оленя. Сани резко дёрнулись с места, быстро набирая скорость. Анна с трудом удержалась на сиденьк, вовремя вцепившись в спинку. А хадорец уже вешал фонарь обратно.
   -Кто это? Волки? - испуганно спросила юная герцогиня, помня множества историй о хищниках и других опасностях, подстерегавших путников в глуши.
   -Хуже! - крикнул ей в ответ Кристофф, доставая из своих вещей факел и поджигая его от фонаря. - Волки и Тарны!
   -Тарны? - Анна только читала об этих существах. Дикари! Наполовину животные, которые считались вымершими в Сигнаре и Ллаэле. Последний раз Тарны выходили из тени более двух веков назад. Тогда племена этих зверолюдей каким-то образом сумел подкупить хадорский регент. И обрушить толпы дикарей на ордскую крепость Мидфаст. Но тогда их отбросил Святой Маркус, принеся себя в жертву в ходе битвы, растянувшейся на неделю. А с тех пор их и след простыл.
   Но, если этот хадорец был прав, то Тарны не вымерли. Учёные-натуралисты и историки Каспии ошибались. Это было невероятно! Но проблема была в том, что они явно не были дружелюбны. Эти дикари считались каннибалами. И по преданиям, человечина была у них в особой цене. Сразиться с подобными тварями было невероятным испытанием. А потому Анна спросила у готовящегося к бою Кристоффа: - Что мне делать?
   - Я сам! - твёрдо заявил хадорец, перехватывая горящий факел и вожжи в левую руку. После чего вытащил топор из за ремня, поудобнее перехватывая оружие правой рукой. - Постарайся не упасть, чтобы тебя не съели!
   -Я же могу помочь! - возмутилась Анна. Она уже достала из сумки кобуру с пистолетом и подсумком. И сейчас распускала ремень перевязи, перекидывая его через плечо под плащом. Так, чтобы патронташ оказался аккурат поперёк груди, давая удобный доступ к боеприпасам.
   -Нет! - отрезал Кристофф, цепляя вожжи на крюк, вставая на сиденье задом наперёд с горящим факелом в левой руке и топором в правой, при этом отстранив Анну к самому переду саней.
   -Почему? - возмутилась юная герцогиня, как раз справившаяся с застёжкой перевязи. Всё же она была ганмагом. И даже не прибегая к магии, била в игральную карту без промаха из своего пистолета с добрых тридцати метров.
   - Я не доверяю чокнутым! - сообщил хадорец, рубанув топором первого волка, кинувшегося на сани. С рассечённой головой зверь упал обратно на снег и кубарем покатился прочь.
   -Что, прости? - спросила Анна, чувствуя, как в ней закипает гнев. И достав пистолет из кобуры, сняла оружие с предохранителя. Увидев очередного хищника, бросившегося на них, Анна Аренделл вскинула пистолет и нажала на спуск. Как на стрельбище. Ни скорость, ни тряска, ни волнение не стали помехой. Громыхнул выстрел, и руническая пуля вошла зверю точно между глаз. Волк дёрнулся всем телом, и дважды перевернувшись, повалился в снег.
   -Откуда у тебя пистолет? - воскликнул Кристофф, удивлённо глядя на пассажирку. Он и так чуть не выронил топор, когда услышал выстрел. Но вовремя взял себя в руки, видя длинноствольный, богато украшенный пистолет в руках своей нанимательницы, а не преследователей.
   -Подарок от тёти! - огрызнулась Анна, открывая затвор и позволяя гильзе упасть на сиденье.
   -Она доверяет чокнутым огнестрельное оружие? - спросил Кристофф, ткнув факелом другого волка, попытавшегося напасть слева. Опалённый зверь полетел обратно во тьму. Но погони не прекратил, а немного отстал, пропуская вперёд других хищников из своей стаи. Которые уже почти подобрались вплотную к саням.
   -Я не чокнутая! - злобно крикнула герцогиня Аренделла, загоняя в ствол новый патрон и взводя курок.
   -А кто ещё выходит замуж за первого встречного? - спросил Кристофф, осыпая ударами топора и тыча факелом в волка, который запрыгнул в сани. Зверь всё никак не хотел отступать. И только после третьего взмаха топора окровавленный хищник перевалился за борт и упал в снег.
   Конечно, эта победа над зверем была приятна тем, что ещё один источник опасности был устранён. Но хадорец в бою так размахивал руками, что чуть не зашиб юную герцогиню. Она не без труда увернулась от рукоятки факела, которой он ей чуть не разбил лицо. Но места в санях было мало, и рослый парень всё равно задел её локтем, выбив пистолет. Красивое и жутко дорогое оружие жалобно звякнуло, падая куда-то под сидение. И только отклик резонаторной системы подсказывал Анне, что её пистолет всё ещё цел и находится здесь, рядом. А не потерян в этих бесконечных сугробах.
   -А если это любовь? - прокричала герцогиня Аренделл, хватая за гриф гитару своего проводника. Новый волк был уже рядом, и она бы не успела поднять пистолет и выстрелить прежде, чем он на неё кинется. Поэтому она и вооружилась музыкальным инструментом. После чего с размаху впечатала своё импровизированное оружие в морду атакующему хищнику. От удара, гитара с жалобным звоном раскололась. Но главное было сделано, и волк кубарем полетел в сугроб.
   Кристофф посмотрел на девушку и гриф разбитой гитары в её руках с какой-то особой тоской. Похоже, он любил этот инструмент. Но эта заминка оказалась достаточной, чтобы ещё один волк уловил момент и таки схватил его за полу шубы, сдёрнув с саней.
   -Ах! - воскликнула Анна, бросая обломок гитары и ловя факел, выпавший из рук её проводника. Который упал в снег и покатился, непонятно каким чудом зацепившись за верёвку, которой только недавно был закреплён лёд на санях. Юная герцогиня поняла, что парня спасла её лень и самомнение. Потому что последний узел она даже не подумала отвязать, просто бросив верёвку в сани. И сейчас её проводник болтался на этой верёвке, волочась в колее примятого ими снега. - Кристофер!
   -Я - Кристофф! - огрызнулся парень, отплёвываясь от снега. После чего попытался подтянуться, чтобы снова забраться на сани. Но в этот миг двое волков вцепились в его сапоги. - Ай! Ау!
   Анна была поражена тем, что происходило у неё на глазах. Волки, вцепившиеся в ноги её проводника, не грызли и не драли его, а тянули на себя, не давая подтянутся. Казалось, будто они удерживали парня, позволяя сородичам нанести удар. А остальная стая отошла, уступая место другим зверям.
   Юная герцогиня никогда в жизни не видела таких больших волков. Она даже подумать не могла, что они вырастают такими здоровенными. Огромные, матёрые звери были размером с доброго бычка. На которых верхом ехали женщины в одежде из шкур. И не смотря на холод, их длинные чёрные волосы свободно развевались на ветру, подобно плюмажам кавалеристов. Потому что шапками они пренебрегали, предпочитая закрывать лица кожаными масками с украшениями из рогов и костей. Размахивая копьями с каменными наконечниками, они подгоняли своих волков, выходя на дистанцию атаки.
   Анна слышала вой и рёв, с которым наездницы отдавали команды волчьей стае. И видела, как одна из них вырвалась вперёд, занося копьё для удара. А потому бросила факел в сани и кинулась вниз, ища свой пистолет. Юная герцогиня чувствовала отклик резонаторной системы и точно знала, где именно лежит её оружие. Уже заряженное и готовое к бою.
   Быстро схватив пистолет, она выпрямилась, вскидывая оружие и произнося слова силы. Анна понимала, что обычная пуля не сможет так просто остановить такого зверя. А потому прибегла к своим куцым магическим способностям, наполняя руническую пулю энергией заклятий. Чары точности, чтобы бить наверняка, чары силы, чтобы разить наповал. И заклятье молота, чтобы отбросить цель прочь. Юная герцогиня работала так быстро, как могла.
   И когда заклятья сложились воедино, отразившись сиянием драгоценных камней на затворе и ложе, а так же голубоватым блеском рун на стволе пистолета, она нажала на спуск почти сразу. И успела буквально в последний момент. Потому что наездница Тарн уже была рядом с парнем, до сих пор пытавшимся отчаянно отмахнутся топором от волков, вцепившихся в его ноги, начиная опускать копьё в его незащищённую спину. Сияющая голубым светом наполненных магической силой рун, пуля вошла прямо в голову ездовому волку. И с яркой вспышкой раскроила зверю череп на мелкие кусочки, выплёскивая силу заклятий. Казалось, будто громадный зверь налетел на каменную стену. Обезглавленный труп дёрнулся, резко останавливаясь. А наездница Тарн вылетела из седла и плюхнулась в снег, потеряв копьё, ушедшее мимо цели.
   -Держись! - крикнула Анна, засовывая пистолет в кобуру. Потому что брошенный ею факел уже стал причиной небольшого пожара, запалив скрученный в рулон спальный мешок хадорца. И в мозгу юной герцогини возникла идея. Быстро схватив за края горящий спальник, она подняла его над головой и метнула в волков, вцепившихся в ноги Кристоффа. - Пригнись!
   Парень только и успел, что пригнутся, нырнув лицом в снег. А спальник пролетел над ним, попав прямо в зверей. Волки с визгом отцепились от ног хадорца, покатившись обратно во тьму, сверкая углями в подпаленных шкурах и на обожжённых мордах. А спальник так и полетел, более похожий на зажигательный снаряд менитов. И дикие звери шарахались от этого огненного валика, давая тем самым шанс на спасения своим жертвам.
   -Ты меня чуть не спалила! - крикнул возмущённо Кристофф, начиная подтягиваться. И для удобства схватил топор в зубы, освобождая вторую руку.
   -Но не спалила же! - в тон ему ответила Анна. И заметила, как ещё одна наездница Тарн вырвалась вперёд на своём волке, стремясь таки убить проводника юной герцогини.
   Анна выхватила пистолет и принялась его перезаряжать, коря себя за глупость и неосмотрительность. Открыть затвор, позволяя пустой гильзе отправится вниз, на сиденье. Достать новую пулю из патронташа и вогнать её в ствол. Закрыть затвор, произнести слова заклятья, напитывая пулю силой. Всё это занимало драгоценные секунды.
   А огромный волк уже почти нагнал Кристоффа. Челюсти зверя уже клацали в опасной близости от ног хадорца. А проклятая всадница Тарн потрясала копьём, встав в седле на ноги. Казалось, будто она готовится сама кинутся на спину проводнику и вцепится в его плоть своими ужасными клыками. Она уже занесла копьё для удара, начиная движение.
   Громыхнул выстрел. И сияющая пуля, заряженная магией, впилась прямо в голову огромного волка. Заклятья работали идеально, превращая пистолет в грозное и смертоносное оружие, по мощности приближающееся к пушке. Опять звериная морда оказалась смята и разорвана на мелкие кусочки в кровавом облаке и голубоватой вспышке магической энергии. И опять могучая туша налетела на невидимую преграду, моментально останавливаясь. А лишившаяся опоры наездница полетела вперёд, нелепо размахивая руками. Копьё воткнулось в снег справа от спины хадорца. Но проклятая дикарка Тарн всё же умудрилась дотянуться до Кристоффа и ухватится за его пояс.
   -Уыыы! - проревел Кристофф, когда к его весу прибавилось ещё добрых шестьдесят килограмм. Но топор из зубов не выпустил. А дикарка выхватила из-за пояса костяной кинжал, стремясь поскорее покончить с парнем, который оказался слишком живучим. Она успела занеси оружие для удара, когда метко брошенный Анной факел достиг цели, ударив горящим концом тварь Тарн прямо в маску.
   Выронив оружие, дикарка издала душераздирающий вопль боли. Схватившись обеими руками за обожжённое лицо, она пыталась сорвать загоревшуюся маску, которая была привязана к ней её собственными волосами. А сами иссиня-чёрные волосы тоже загорелись, превращая голову женщины в факел. Анна с ужасом наблюдала, как наездница Тарн упала на снег, пытаясь сбить пламя, разрывая маску и лицо своими когтистыми пальцами. И даже когда она осталась позади, её крики ещё долго оглашали темноту леса.
   -Уогрха уаха! - проревел Кристофф, подтягиваясь на верёвке. Волки хоть немного и отстали, напуганные страшной участью одной из своих хозяек, но всё равно держались неподалёку. Поняв смысл этого мычания, Анна поспешила помочь хадорцу. Благо, что кроме спальника, ничего не загорелось. Но уродливое тёмное пятно гари всё равно останется.
   Когда юная герцогиня всё же втянула за топор своего проводника, они только успели перевести дух, когда услышали рёв Свена. Северный олень заметил опасность, и предупредил своего хозяина. А впереди, там, где кончался лес, среди блестящего в лунном сиянии снега зияла тёмная расщелина провала.
   -Готовься прыгать, Свен! - крикнула Анна, бросаясь вперёд.
   -Не тебе ему приказывать, а мне! - крикнул Кристофф, сунув в руки своей нанимательнице мешки с инструментами и едой. После чего подхватил юную герцогиню на руки и что есть силы, кинул вперёд. Анна только охнуть успела, когда, внезапно, очутилась верхом на северном олене.
  
   -Прыгай, Свен! - приказал Кристофф, сбрасывая вожжи с крюка и обрубая упряжь топором. Одним ударом он рассёк кожаные ремни, отпуская сбрую от оглоблей. Всё же не зря отец учил его этому секрету на случай, если олень или конь понесёт. Но ситуация сейчас была совсем другая.
   Более не отягощённый санями, Свен буквально в два прыжка вырвался вперёд и прыгнул, легко перелетая через пропасть. А Кристофф подскочил с саней, со всей силы отталкиваясь ногами и прыгая вперёд. Сани, даже пустые, обладали достаточной инерцией, чтобы перелететь добрых две трети пропасти. Ну а дальше он летел сам, размахивая руками и ногами, стремясь зацепится топором за противоположный склон.
   И по счастью, он сумел допрыгнуть, плюхнувшись лицом в снег. Отцовский топор ушёл в сугроб до топорища, давая хоть какую-то точку опоры на зыбком склоне. Кристофф с трудом поднял лицо, выплюнул снег и поглядел назад. На стаю волков, застывших на другом краю пропасти с рыком, лаем и тяжёлым дыханием наблюдая за ним. И в их сияющих глазах была видна ярость и голод.
   Сглотнув от осознания того, что его чуть не съели, Кристофф посмотрел вниз. В пропасть, на дне которой виднелся огонь от пылающих обломков саней. Видимо, загорелось масло из лампы. И это пламя уничтожало последние обломки всего его имущества.
   -Уох. Я только выкупил сани... - простонал было Кристофф, когда его прервал бешеный вопль гнева и ярости. Взглянув на противоположный край обрыва, он увидел выскочившего из леса ездового волка. И двух наездниц Тарн, оседлавших матёрого зверя. И именно они наполняли воздух криками, желая поквитаться с добычей, которая не только ушла от погони, но и пролила охотникам так много крови. Одна из дикарок сидела в седле, обоими руками вцепившись в поводья. А другая стояла позади, держась левой рукой за плечо своей товарки, и уже замахивалась копьём.
   Кристофф понимал, что не сможет ни откатиться, ни дёрнуться, чтобы не сорваться в пропасть. Ему оставалось только лежать на этой зыбкой снежной подушке и в ужасе смотреть, как к нему на всём бегу несётся смерть. Вот они уже у самого края обрыва. Вот проклятая дикарка кидает в него своё копьё.
   Яростный боевой клич Тарнов оборвал грохот пистолетного выстрела. Как заворожённый, Кристофф наблюдал, как голубой молнией пролетела пуля, соединив призрачной линией невидимого стрелка позади него и проклятых наездниц Тарн. Как эта сияющая пуля вошла прямо в лоб сидевшей на волке дикарке, и расколола ей череп на мелкие кусочки, забрызгав всё вокруг обломками костей и мозгами своей жертвы. А метательница копья согнулась пополам, когда продолжившая своё движение пуля прошила ей живот. И судя по тому, как подкосились её ноги, когда она падала с волка на залитый лунным светом снег, у дикарки был перебит позвоночник.
   Сказать, что парень был поражён случившимся, было всё равно, что не сказать ничего. Он, конечно, слышал о подвигах вдоводелов, и мастеров-зверобоев, которые могли положить пулю из тяжёлой винтовки в цель за километр. Но чтобы так стрелять из пистолета...
   Восторженные мысли прервало копьё, воткнувшееся в снег всего на ладонь левее спины Кристоффа. Всё же проклятая дикарка успела послать свой снаряд в цель, пусть и не так точно. Но этого оказалось достаточно, чтобы потревоженная снежная шапка пришла в движение.
   -А? Нет! - воскликнул парень, чувствуя, что съезжает вместе со снегом в пропасть. Ни отчаянные попытки загрести снег ногами, ни удары топором в поисках опоры, не помогали. Обрыв был всё ближе и ближе, даже не смотря на отчаянный вопль. - Нет-нет-нет! Ааа!
   -Хватай! - крикнула Анна. Обернувшись на её голос, Кристофф увидел его ледоруб с привязанной к нему верёвкой. Недолго раздумывая, парень вцепился в него обеими руками.
   -Тяни, Свен! Тяни! - скомандовала юная герцогиня. И верёвка натянулась, увлекая Кристоффа прочь от края пропасти. Но он не был бы хадорцем, если бы бросил там свой топор. А потому он всё же изловчился и подхватил оружие своего отца. Этот старый топор, который снова стал его единственным имуществом.
   Наконец, олень остановился, и его хозяин смог перевернутся на спину, выплёвывая снег. Которого за время этой небольшой поездки волоком собрался небольшой сугроб. И прямо напротив лица. Всё же катиться в колее от саней было в разы приятнее.
   А девчонка подбежала к краю обрыва, взглянула вниз, и выдала одно короткое слово: - Жуть...
   И только теперь, переведя дух после всех этих потрясений, Кристофф позволил себе стон боли, закрывая руками лицо. Чтобы нанимательница не видела гримасы страдания и слёз отчаянья, наворачивавшихся на глаза. Только что он потерял всё, что у него было. И теперь у него даже не оставалось средств к существованию.
   -Я... Я верну твои сани. И всё что в них было. - сказала Анна, склонившись над своим проводником. Но Кристофф ничего не ответил. А только опустил левую руку на топор, закрывая глаза правой. И видя его отчаяние, нанимательница негромко произнесла: - Я... Я пойму, если ты не захочешь мне больше помогать.
   И после этого медленно пошла прочь. А её проводник так и остался лежать на снегу, проклиная свою судьбу, оказавшуюся такой жестокой. И эту чокнутую бабу с пистолетом. Которая наверняка тоже была ведьмой. И этих тысячу раз проклятых дикарей Тарн, которые, казалось, преследовали его род.
   Но ход пораженческих мыслей прервал Свен. Который ткнул носом в руку своего хозяина. И не заметив никакой реакции, фыркнул ему прямо в ухо.
   -Ох! Конечно я не хочу ей помогать! - ответил Кристофф, садясь на снег и глядя на своего самого верного друга. - Всё это вообще отбило у меня желание кому-либо помогать!
   Но Свен посмотрел на хозяина таким выразительным взглядом, что казалось, будто олень обращается на прямую к совести человека.
   -Но она погибнет одна! - сказал Кристофф, пародируя голос Свена. И когда олень утвердительно кивнул, ответил уже своим голосом: - Я переживу.
   -Ну, тогда не видать тебе новых саней. - снова озвучил мысли оленя парень. И получил одобрительный кивок. Свен определённо намекал, что не хочет расставаться с этой барышней. Даже не смотря на все те беды, что она принесла друзьям на подоле своей юбки. А потому Кристофф тоже ответил то, что думал. - Пф. Порой ты меня бесишь.
   В ответ Свен радостно заревел и вывалил язык, став ещё больше похожим на собаку. А всё потому, что уж он то знал своего хозяина как облупленного. И сразу понял, когда тот согласился с его мнением.
   -Постой! - крикнул Кристофф, снова влезая в успевшую опостылеть шкуру проводника. - Мы идём!
   -Правда? - весело откликнулась Анна, успевшая уже отойти на порядочную дистанцию, и теперь блуждавшая в трёх соснах, что-то бормоча себе под нос. - Ну да! Подходите. Присоединяйтесь.
   -Ээх. - тяжело вздохнул Кристофф, поднимаясь на ноги, собирая оставшийся инструмент и догоняя свою нанимательницу. Но всё же оставался вопрос, который нужно было решить здесь и сейчас. А потому, как только он нагнал девушку, он спросил её прямо. - Прежде чем мы куда-либо пойдём, скажи мне, только честно. Ты - ведьма?
   -Нет, конечно. - ответила с искренним возмущением Анна.
   -Вот только не нужно врать. - Кристофф был твёрдо намерен докопаться до правды. - Я всё видел. Ты колдовала. Ты стреляешь зачарованными пулями из проклятого пистолета. Ты - ведьма!
   -Я не ведьма! - злобно крикнула девушка. Но почти сразу успокоилась и ответила значительно более тише. - Я - ганмаг.
  
   -Кто? - не понял её проводник. Судя по его физиономии, он вообще слышал это слово впервые в жизни.
   -Ганмаг. Я умею стрелять из магического пистолета руническими пулями. И зачаровывать их. - начала объяснять Анна. И пускай она считала, что рассказывать лесному дураку об отличиях магических традиций ганмагов от других колдунов было пустой тратой времени, она продолжила разъяснения, не смотря на головную боль. - Мои силы очень малы, в отличии от Эльзы. Это она голыми руками может призвать снежный буран. А меня еле-еле хватает на заговор пули.
   -То есть, ты - ведьма, но слабая? - сделал вывод хадорец.
   -Да. - устало согласилась Анна, понимая, что больше не выдержит. Такого приступа мигрени у неё не было даже после выпускного экзамена на ганмага. И сейчас она с трудом держалась на ногах. - И без моего пистолета и специальных пуль, я не могу ничего сколдовать. И можешь успокоиться, я не замышляю ничего против тебя и твоего оленя. И против Империи тоже. Я просто хочу спасти свою сестру и вернуть лето. Ты поможешь мне?
   -Ээх. Дожил. Якшаюсь с ведьмами. - с грустью констатировал Кристофф, затыкая топор за ремень. - Ладно, помогу. А ты лучше сядь на Свена и поспи. А то на тебе лица нет. Да и шатает так, что того гляди упадёшь.
  
   Ханс сидел в библиотеке замка Аренделл, погружённый в глубокие раздумья. Кастелян Южной Хезы, а теперь наместник герцогини Аренделла Анны, он сидел в кресле, опираясь на свой меч. И как заворожённый наблюдал за огнём в камине. За пляской языков пламени на тихонечко потрескивающих поленьях. За рыжими отблесками, заполнявшими всё вокруг.
   А этот зал, наполненный сотнями томов, подходил для раздумий как нельзя лучше. И подумать было о чём. День выдался настолько забитым делами, что больше напоминал медленную пытку. Насланная герцогиней Эльзой буря стала настоящей катастрофой для Аренделла. Люди не были готовы к такой лютой зиме, поэтому пришлось организовывать и раздачу одежды, и заготовку топлива, и снабжение едой. А ещё надо было разместить всех высоких гостей, которые не могли из-за непогоды уехать домой.
   И отдельной проблемой было договорится с висконтом Хавронским, который рвал и метал, более похожий на медведя, разбуженного посреди зимней спячки. Посадник был в бешенстве после вечернего письма из Лаэдри. Вверенный ему город тоже накрыло снежной бурей. Холод и ветер вызвали нарушение в работах городских служб. А железная дорога оказалась завалена метровыми сугробами, из-за которых на пол дня было нарушено сообщение с Меруином и пришлось выгонять спецсостав на расчистку путей. И в довесок к этому, ещё и партизаны Сопротивления снова дали о себе знать, устроив теракт на железнодорожной станции. Отчего весь город гудел, как разворошённый улей.
   Но не это волновало Ханса. С текущими вопросами он то справится. Он даже убедил висконта не вводить войска и не начинать массовых облав и казней. Перспектива встретится с хадорскими карателями хоть немного отодвигалась. Но будущее всё равно было покрыто мраком.
   Герцогиня Аренделла Эльза была ведьмой. Более того, она была натренирована хадорскими колдунами. И это живое оружие взбунтовалось против своих хозяев. Боевая ледяная ведьма взбесилась, обрушив вечную зиму и на свои земли, и на соседей. Снег и лёд расползались от Аренделла во все стороны, уже подбираясь к Элинсбергу и Риверсмитту. И если дела пойдут так же и дальше, то всего через пару дней холода накроют Меруин. А через неделю во льдах окажется Корск.
   И тогда на Аренделл обратится гнев Императрицы. И как хотелось оказаться подальше от этого несчастного герцогства в тот миг, когда на него обрушится вся мощь военной машины Империи. Где-нибудь в Орде. А лучше всего в одном из тысячи заведений Пятерни, за ломящимся от дорогих яств столом, где вино и шампанское течёт рекой. И с горячей красоткой на коленях, в объятьях которой можно забыть даже своё имя.
   А ведь сколько раз он пытался забыться. В чаду кутежа и пьяном угаре. В объятьях страстных любовниц и в яростном звоне клинков на дуэли. В рёве шторма и грохоте битвы. Но прошлое шло за ним по пятам неотступно, как тень. Не отпускало ни на миг, постоянно напоминая о том, кто он такой, и какой рок висит над ним.
   Ханс. Тринадцатый сын своего отца в тринадцатом поколении своего рода. Неудачник, над которым издевались и насмехались все. Отец даже не помнил его имени, называя просто Тринадцатым. Братья испытывали на нём все свои шуточки и приколы. И младшему всегда доставалось на орехи за чужие шалости, потому что свалить на него вину за разбитую посуду, попорченную мебель или порванную портьеру для всех двенадцати старших братьев было буквально долгом чести. Даже слуги не сильно с ним церемонились. Он для них был просто одним из множества наследников, которые никогда не получат власти. А значит, и любезничать с ним нечего.
   Только мать относилась к нему по-человечески. Она вообще любила всех своих детей, даже Ханса. Она уговорила отца сдать тринадцатого сына в академию королевского флота, когда тому исполнилось пятнадцать лет. Она всегда следила за ним и помогала, чем могла. Именно ей Ханс был обязан своим наследством.
   Его меч - вот и всё наследство, которое он получил, когда покинул отчий дом. Отец и братья были против этого, но мать настояла. Хансу было не суждено стать полноценным кастеляном - хозяином земель его отца. Не суждено занять место в конклаве кастелянов, где он мог бы участвовать в принятии решений, от которых зависела судьба королевства. Громкий титул, тысяча золотых, место в академии - вот и всё, что было уготовано ему отцом. Кроме меча.
   Скандал гремел без малого две недели. Чтобы семейную реликвию отдали не старшему, а младшему сыну, матери пришлось превратить жизнь отца в настоящий ад. Дело уже подходило к разводу и было на грани публичного скандала, грозя выплеснутся даже за пределы королевства. И только когда над кастеляном Южной Хезы нависла тень королевского гнева, отец уступил.
   Древнее оружие, выкованное мастерами Рула в тёмные времена Восстания. Семейная реликвия, передававшаяся от отца к сыну уже почти пять веков. Оружие, которое видело больше битв, чем могли вспомнить историки. Более того, это был один из ста первых меканических мечей, созданных для битвы с Орготом. Ханс до сих пор поражался искусством гномских оружейников и аркмехаников древности. Тем, насколько филигранно был выкован клинок. Как точно и ровно были вытравлены в металле руны заклятий и вплавлены лини проводников магической энергии, тянущиеся от спрятанной в рукоятке батареи. Батареи, которую меняли раз в десятилетие вот уже без малого пять веков.
   Он тоже поменял батарею, когда взял из рук отца это оружие. И не раз убедился в его силе. Он повидал немало современных клинков. И на их фоне его меч казался необычайно простым, лёгким и аккуратным, идеально сбалансированным оружием. Оружием, которое становилось частью его самого.
   Стоило только нажать кнопку, замаскированную под украшение на эфесе, и клинок практически сливался с рукой, становясь её продолжением. Казалось, что меч сам помогал своему хозяину ставить блоки, парировать чужие удары, колоть и рубить врага. И его сияющий клинок рассекал доспехи и плоть с одинаковой лёгкостью, оставляя глубокие обожжённые раны. А то и вовсе обращал врага в пылающий факел. Ханс до сих пор помнил предсмертный вопль того несчастного, что сгорел живьём от пламени, которое породил скользящий удар меканического меча по его доспехам.
   Этот меч молодой кастелян пронёс через годы. С ним он выходил в море, развлекался в кабаках, сражался на дуэлях и вёл переговоры. Порой ему казалось, что даже отключённый, этот клинок придаёт сил и наполняет своего хозяина уверенностью, железной волей и яростью, ревущей подобно дикому пламени. Что меч был живым, и молил хозяина о битве. Молил о горячей крови врагов, которая будет кипеть на его лезвии, даруя своему господину новые победы.
   И в этот момент нерешительности и отчаяния, Ханс мог рассчитывать только на помощь своего верного оружия. Один, в этой чужой стране, окружённый людьми, которые презирали его. Для хадорцев он был человеком второго сорта. Висконт уже дал понять, что если положение не стабилизируется, а лето не вернётся, именно юный кастелян станет козлом отпущения. А это значит, что именно над ним навис топор палача.
   Анна. Мысль об этой юной герцогине грела душу и пугала одновременно. С одной стороны, она была просто восторженной дурой, которая с радостным визгом готова была выскочить замуж за первого встречного. И через неё можно было уже претендовать на герцогский титул и земли Аренделла. А для тринадцатого сына это было единственным шансом получить настоящую власть. Даже не смотря на целую стаю тараканов в голове этой рыжеволосой бестии и чёрт знает сколько скелетов в её шкафу.
   Но ведь была ещё старшая сестра, которая всё портила. Герцогиня Аренделла Эльза. Коллаборационистка, хадорская подстилка, дважды изменница, которая предала сперва Ллаэль, а теперь и Хадор. Проклятье рода Аренделл, ведьма чудовищной силы, которая обрекала собственных людей на смерть от холода и голода. Но, она была сестрой Анны.
   Убить ведьму желают буквально все. Военная машина Империи уже пришла в движение, раскручивая свои шестерни. Висконт уже затребовал карательную операцию и назначил сроки проведения чистки. Да и остальные представители администрации не сидят сложа руки. Но, если Эльза погибнет, то один Морроу знает, как долго продлится эта зима. И если он, кастелян Южной Хезы, решил связать свою судьбу с герцогством Аренделл, то нужно заставить герцогиню вернуть лето.
   А потом, будет уже проще. Хадорцы не прощают измены. Эльзу Аренделл казнят как предательницу и клятвоотступницу, тут и к гадалке не ходи. И Анна, как единственная наследница, станет новой герцогиней Аренделла. А сам Ханс станет герцогом, как её законный муж. Конечно, без благословения старшей сестры будет сложно. А если Анна погибнет до венчания в этих снегах, то придётся как-то уговаривать посадника и остальных представителей хадорской администрации.
   Но все эти вопросы были решаемы, и курс действий был ясен. Судьба впервые за почти двадцать лет улыбнулась тринадцатому сыну. Оставалось только ухватить свою удачу и не выпустить из рук. До сих пор события развивались исключительно в его пользу. И пусть так будет и впредь. А сам Ханс пока займётся насущной рутиной. Но, если ситуация изменится, он вступит в дело без страха и сомнений.
   Светает. А это значит, что время на размышление кончилось. После завтрака нужно снова браться за дело. Чтобы народ знал, что новый герцог заботится о них.
  
   Анна не помнила, как заснула. Она просто уткнулась носом в жёсткую оленью шкуру и закрыла глаза. Потому что терпеть головную боль уже было невмочь. А в следующее мгновение летнее солнце уже било в глаза, пробиваясь даже через сомкнутые веки, вместе с ослепительным сиянием снега вокруг. Юная герцогиня обнаружила себя лежащей на боку Свена перед костром, на котором Кристофф как раз готовил завтрак.
   Анна никогда не думала, что подогретая на костре консервированная говяжья тушёнка с перловкой может быть настолько вкусной. Даже без хлеба. Хотя, скорее всего, просто голод и напряжение последних дней давали о себе знать. Юной герцогине всё же было несколько неудобно есть с ножа прямо из банки. Но других приборов не было вовсе. А вместо салата, гарнира и десерта была морковь.
   После такого завтрака, наконец-то хоть немного выспавшись и отдохнув, они снова двинулись в путь. Идти пешком было довольно утомительно. И ещё хорошо, что всю поклажу навьючили на Свена. Хотя, поклажи было не так уж и много. Да и разговор толком не клеился. Не о чем было разговаривать хадорскому проводнику, чьим ремеслом была добыча льда на продажу, и ллаэльской дворянке, которая была сигнарским королевским ганмагом и шпионкой на полставки.
   А путь их лежал всё выше и выше в горы. Из-за нападения Тарнов они отклонились от прямого маршрута, и были вынуждены заложить небольшой крюк на восток, обходя ущелье. Анне было не по себе от того, что она наделала. И её мысли снова и снова возвращались к ночной погоне. К первобытной ярости волков и их хозяек. К пылавшим ненавистью глазам наездниц Тарн. И к кровавому туману, в который превратилась голова дикарки.
   Неужели она всё же перешагнула эту черту? Неужели она убила человека? И не одного! Неужели она погубила свою бессмертную душу, навеки очернив её смертью другого от её руки? Будь она правоверной мениткой, то всё было бы проще, ведь Создатель Человека благословлял убийство неверных, а нелюдей и подавно. Но юная герцогиня, подобно всем своим предкам, почитала Морроу. А ученье Светлого Близнеца гласило, что всякая разумная жизнь священна. И не было сомнения в том, что Тарны разумны. Дикарки же вели стаю волков, а не были ими ведомы. И использовали оружие, к чему неразумные звери не способны.
   Так неужели она, Анна Аренделл, превратилась в настоящее чудовище? Ведь чужую кровь не смыть с души. И даже с рук. Именно поэтому все боялись Эльзу - она могла убивать с такой лёгкостью, что это пугало. Но младшая сестра не сильно отставала от герцогини Аренделла. Её пули тоже несли страшную и кровавую смерть. Но ведь она сама к этому стремилась все эти годы изгнания. Она сама выковала из себя смертоносное оружие. Она сама превратила себя в чудовище.
   -Что это ты там бормочешь? - спросил проводник, шедший немного впереди вместе со своим оленем.
   -Я тебя пугаю? - осторожно спросила Анна поняв, что последние мысли она произнесла вслух. Она боялась, что изменения уже отразились на её лице. Что хадорец заметит, как почернела её душа и как заледенело её сердце.
   -Тем, что ты ведьма с пистолетом? Да. - ответил Кристофф не оборачиваясь. - Хотя на вид ты вроде бы ничего.
   -Я - чудовище? - прямо спросила юная герцогиня. Остановившись, она наблюдала за реакцией своего проводника. Она хотела понять, понадобится ли ей доставать оружие для того, чтобы он продолжил ей помогать.
   -С чего ты взяла? - ответили вопросом на вопрос хадорец, тоже останавливаясь. - Я тебе говорю, нормально ты выглядишь. Так что нечего стоять столбом. Пошли уже.
   -Ты боишься меня? - Анна продолжала наседать. Потому что её не устраивали такие скользкие и двусмысленные ответы. Ведь если он боится её, то что будет, когда они встретят Эльзу? - Ты боишься, что я убью тебя, как убила тех наездниц Тарн!
   -Слушай. То, что ты ведьма, меня пугает. То, что ты стреляешь из зачарованного пистолета заговорёнными пулями, меня тоже пугает. - не стал скрывать раздражения хадорец. Который был явно недоволен и задержкой, и темой разговора. - Но то, что ты убила Тарнов, меня очень порадовало. Так с этими тварями и надо...
   -Но ведь они же люди! - воскликнула Анна, чувствуя, что не может сдержать слёз.
   -Они не люди! - гаркнул в ответ Кристофф, выхватывая из-за пояса топор. И направив оружие в сторону своей нанимательницы, злобно продолжил: - И не смей ровнять ни меня, ни кого либо другого из рода людского с этими тварями.
   -Но ведь они разумны... - пролепетала Анна, испуганная такой метаморфозой своего проводника.
   -Разумны? Да, разумны! И будь они трижды прокляты! - сорвался хадорец, в ярости вогнав топор в ближайшее дерево. Снег волной хлынул вниз, но парень не обратил на это ни малейшего внимания. Казалось, будто он специально спровоцировал эту маленькую лавину, чтобы остудить свой гнев. - Они хитры. Они коварны и умны. Ты это тоже заметила. У них есть разум. Но у них нет души!
   -А разве так бывает? - спросила юная герцогиня. Потому что последнее утверждение не укладывалось в голове, что такое вообще возможно.
   -Бывает. Эти твари не ведают ни сомнений, ни жалости, ни милосердия. Их ведёт только голод. Голод и кровавое безумие их вождей. - немного успокоившись, хадорец всё же вырвал своё оружие из дерева. - С какой бы радостью я всадил этот топор в голову этой проклятой дикарки. Она чуть не убила меня! А ты спасла мне жизнь...
   -Но я же убила её. - Анна не могла понять причин такого припадка ярости у своего проводника. Конечно, неприятно, когда тебя пытается кто-то убить и съесть. Но всё же...
   -Будто в первый раз убиваешь? - спросил проводник, пародируя сарказм своей нанимательницы. - Ты же ведьма. Тебе ли привыкать?
   Но герцогиня Аренделл ничего не ответила. Она просто села на снег и заплакала. Потому что этот лесной дурак был слишком глуп, чтобы понять её душевную боль. А сердце обливалось кровью, вопрошая у разума, почему он совершил это? Почему даже не попытался отвести её руку? Она же могла просто ранить тех дикарок, заставив отступить. Но вместо этого она обрушила на них всю силу своих зачарованных пуль. И убила.
   Быстро, точно, расчётливо. Как будто это была не она. Не та весёлая и жизнерадостная девушка, которую все знали. Не юная герцогиня, но лейтенант ганмагов гвардии короля Сигнара Лето Реалтона. Полковник Петорсон мог бы ею гордиться. Но это была не Анна. В тот момент из её разума словно исчезли жалось и сострадание. Только решимость, холодный расчёт и целеустремлённость. Она решала задачу и достигла своей цели. Ценой своей чистой совести.
   -Тарны убили моих родителей. - упавшим голосом сказал Кристофф, подходя ближе. Видя страдания своей спутницы, он сел рядом, снова затыкая топор за пояс. - Мне тогда было всего семь лет. Они напали на нашу деревню ночью. Отец послал меня со Свеном за подмогой, а сам остался, чтобы помочь другим отбиться. Мать тоже осталась, чтобы спасти младшего брата. А когда пришла помощь, деревня догорала, а Тарнов и след простыл.
   -Соболезную. - почти прошептала Анна, возвращая себе дар речи. Потому что сначала она просто открыла рот от удивления. Теперь всё обретало смысл. И гнев хадорца, и его звериное чутьё. И нелюдимость, которую она успела заметить. Вытирая слёзы, она задала всего один вопрос: - Ты им отомстил?
   -Отомстил. Друзья помогли. И я вернул им долг крови. - голос парня звучал глухо в окружавшей их тишине. Даже северный олень не беспокоил их, молча сев неподалёку и с грустью глядя на своего хозяина. Похоже, Свену тоже было тяжело вспоминать прошлое. Но Кристофф всё же продолжил. - Этот топор я забрал у рейдера Тарн. Это - оружие моего отца и деда, которое дикарь взял как трофей. Всё, что у меня осталось на память о прошлых временах.
   -А как ты тут оказался? - спросила юная герцогиня, пользуясь шансом узнать побольше о своём спутнике. С которым уже сражалась плечом к плечу, и один Морроу знает, какие им ещё придётся делить тяготы и лишения. А в следующее мгновение сама поразилась своей холодной расчётливости и прагматичности. Перед ней только что человек раскрыл душу, стремясь помочь ей справится с её же страданиями. А она принялась вытягивать из него информацию.
   -После того, как мы с друзьями перебили тех дикарей, нас больше ничто не держало на севере. Да и появились новые проблемы. И мы ушли. Сперва в Сигнар, к родственникам в Тронвуд. - на лице Кристоффа на мгновение скользнула улыбка. - Но потом началась война, и лес захватила Империя. И тогда мы снова ушли. На этот раз в Ллаэль. И я остался в Аренделле. Я надеялся, что прошлое наконец-то оставит меня в покое. А оно не отпускает.
   -Забавно. А я наоборот, пытаюсь вернуть своё прошлое. Те дни, когда была счастлива. - откровение за откровение. Анна помнила об этом неписаном законе приличия. Которым так часто пренебрегали в высшем обществе. - Когда я была маленькой, у меня было всё. Но потом нас с Эльзой разделили и посадили под замок. А перед началом войны, моих родителей казнил премьер-министр Ллаэля. Архгерцог Меруина Дейяр Глабрин обманом заманил отца с матерью и верными слугами в столицу, где обвинил в измене и казнил, обесчестив мой род. Вот так предатель обвинил честного и благородного человека в собственных грехах.
   -Подло. - коротко прокомментировал услышанное хадорец. - Позорная смерть.
   -А через две недели наш замок взяли штурмом, а меня захватили в плен. Но моя старшая сестра Эльза договорилась с хадорским полковником, и меня отпустили. После чего я была вынуждена отправится в изгнание. В Сигнаре я провела три с половиной года. Я готовилась вернуться домой и спасти Эльзу из плена. А когда добралась до Аренделла, то узнала, что она и так свободна, но теперь поклялась в верности Империи. И когда казалось, что всё будет по старому, случилось всё это. - Анна обвела рукой заваленные снегом предгорья и леса. - И теперь мою сестру обвиняют в предательстве. А у меня всего три дня, чтобы найти её и вернуть обратно. Иначе, Аренделл будет уничтожен.
   -Как уничтожен!? - воскликнул Кристофф, вскакивая на ноги. Свен тоже подпрыгнул, готовый бежать по первой команде хозяина.
   -Я не знаю. - честно призналась Анна. - Может быть его просто преобразуют, разделив между соседними герцогствами. А может быть, обратят в руины, как Риверсмитт.
   -И сколько времени осталось? - судя по виду хадорца, он решил, что вместе с Аренделлом приказали уничтожить лично его.
   -Двое суток. - честно ответила герцогиня Аренделл. - До заката завтрашнего дня, если быть точной.
   -Так чего расселась, дура! - крикнул проводник, хватая за руку свою нанимательницу. После чего одним рывком поднял её на ноги. - Нам ещё обратно идти. Чай не ближний свет.
   -Хам! - воскликнула Анна, влепив Кристоффу пощёчину. А когда проводник убрал руку и отстранился, держась за щёку, она отряхнулась и пошла сама. И пояснила для этого мужлана: - Я тебе не сельская клуша. Прояви хоть немного уважения.
   -Как прикажете, барыня. - обиженно сказал парень, плетясь следом. А когда Свен подошёл сбоку и аккуратно толкнул хозяина под локоть, Кристофф потрепал по загривку верного друга, негромко сказав тому на ухо: - Я же говорил, намучаемся мы с этой бабой...
   -Я всё слышу! - крикнула Анна. - Не отставайте там. Дорогу кто показывать будет?
  
   Дальше они шли молча. Юная герцогиня чувствовала себя отвратительно. Но ответить на вопрос, что же на неё нашло, всё никак не удавалось. А найти этот ответ стоило бы, и поскорее.
   Кристофф шёл на два шага впереди, вместе с Свеном. Человек и северный олень молчали, игнорируя свою взбалмошную нанимательницу. А Анна корила себя за то, что дала волю рукам. Пускай её проводник был груб и неучтив, но он искренне пытался помочь. И если и обидел её, то не со зла. А вот герцогиня Аренделла могла бы проявить больше такта в отношении к единственному спутнику. От которого зависела целиком и полностью.
   Продолжая отмерять шагами путь через сугробы, она совершенно чётко понимала, что ей нужно что-то сделать. Что-то сказать, чтобы восстановить испорченные отношения между нею и хадорцем. Не дать этому расколу превратится в бездонную пропасть. Пока он ещё не решился бросить её в горах и спасаться от гибели своим ходом. Но ей всё никак не удавалось подобрать подходящие слова. А время уже подходило к полудню, и яркое летнее солнце плыло высоко в голубом безоблачном небе. Но даже ему не удавалось растопить окружающий снег и лёд. Лёд, который подобно стене вырастал между спутниками.
   Наконец, они обогнули пропасть, вышли из леса и снова выбрались на склон горы. Отсюда открывался прекрасный вид на окрестности. На заснеженные леса, холмы, и на лежащий на юго-западе городок с замком, скованные льдами. И всюду, покуда хватало глаз, земля была белой от выпавшего снега. Это казалось невозможным, но это было правдой. Зима накрыла всё на десятки миль вокруг. И вздох сам вырвался из груди юной герцогини. - Ах! Аренделл.
   -Он весь обледенел. - произнёс поражённый Кристофф. Парень только сейчас отвлёкся от пути в гору и обратил внимание на вид, что лежал позади. И, судя по всему, тоже был поражён открывшейся картиной герцогства, погружённого в ледяное безмолвие.
   -Ничего. - как можно более весело и жизнерадостно произнесла Анна, стремясь подбодрить своего спутника. - Даю слово, Эльза его разморозит.
   -Правда? - в голосе хадорца сквозил скепсис.
   -Да. - задорно ответила юная герцогиня. Но увидев мрачное лицо своего спутника, продолжила более мягко. - Прости меня пожалуйста. За то, что ударила тебя. Я... Я не знаю, что на меня нашло.
   -Да чего уж там. Я не злопамятный. - улыбнулся Кристофф. Анне было приятно, что её усилие не пропало даром. Всё же не так просто перешагнуть через дворянскую гордость. А хадорец продолжал мыслить вслух. - А герцогиня такая же отходчивая?
   -Да. Я в ней уверена. - твёрдо заявила Анна, вспоминая о времени. Которого оставалось катастрофически мало. - Нам надо идти. К Седой Горе туда?
   Она показала правой рукой на северо-восток, продолжая при этом смотреть на Аренделл. Её многострадальный дом, на который жестокая судьба обрушивала всё новые и новые напасти.
   -Хех. - усмехнулся Кристофф, аккуратно беря руку юной герцогини под локоток, и осторожно смещая чуть левее и заметно выше, поправляя указанное направление. - Вернее, сюда.
   -Ооо... - протянула Анна, видя заснеженную горную вершину, что, казалось, подпирает сам небосвод. На эту вздымающуюся над облачной мантией невообразимую кручу, с которой ветер срывал снег, образовывавший белёсый шлейф, протянувшейся далеко на восток.
  
   Дальше идти было проще. И цель была уже видна. Да и разговор удалось завязать. А за непринуждённой беседой и дорога казалась не такой долгой и изнурительно монотонной.
   -Так почему тебя зовут Кристофф? - пыталась понять Анна ответ на самую большую загадку, что оставалась у этого хадорца. - Почему не Иван? Или скажем Олег?
   -Прадеду обязан. Это в его честь меня так назвали. - парень понял, что эта барышня от него не отстанет, пока не добьётся своего. А так как каждый факт из его биографии вызывал целый каскад новых вопросов, старался отвечать как можно более полно и развёрнуто. - Он не был хадорцем. Он был ордским наёмником. Во время Первой Торнвудской войны он сражался за Сигнар и попал в плен. А выкуп за него никто не заплатил. Потому его и сослали под Скиров, присудив десять лет каторги на лесоповале. А когда его за хорошее поведение отпустили досрочно, он никуда не уехал. Потому что дома его уже давно никто не ждал. А тут он женился, да так и осел. А мне вот потом с таким именем объясняй каждому полицейском, что я не шпион и не иностранец.
   -Так ты говоришь, жил в Скирове? - переспросила Анна у своего проводника. - А это где?
   -Это на севере Хадора. И не в самом Скирове, а в Скировской Волости. - терпеливо объяснял особенности географии и топонимики своей малой родины Кристофф. - Наша деревня была неподалёку от озера Грейввотер. Летом народ возделывал землю и собирал грибы да ягоды, а зимой охотился в лесах и ходил на заработки. Отец два раза брал меня с собой, когда присоединялся к артели. Он и другие рабочие добывали лёд с озера, и на санях отвозили в Скиров.
   -И там был спрос на лёд? - усмехнулась юная герцогиня. - Даже зимой?
   -Даже зимой. - подтвердил ходорец. - Наш лёд был чистый, как стекло. Без копоти и заводской сажи, которой засыпано всё в Корске и Хардове. Добытый нами лёд не только в местные ледники шёл. Его даже по железной дороге в столицу везли. Чтобы было, что добавлять в напитки благородным господам да кайязям.
   -А где ты берёшь лёд в Аренделле? - поинтересовалась Анна. Потому что этот вопрос не давал ей покоя всё последнее время. Уже минут десять. - И тем более летом.
   -С ледника Седой Горы. - не стал скрывать Кристофф свою коммерческую тайну. - Там же и озеро, где лёд удобнее всего по зиме нарезать. Оттуда ещё ваша речка вытекает. Ну та, что через город проходит.
   -Знаю-знаю. - поспешно отмахнулась Анна, увлечённая необычным зрелищем. - Ты только посмотри...
   Юная герцогиня даже не заметила, как у неё перехватило дыхание от одного вида той красоты, которая их окружала. Они как раз вышли к замёрзшему водопаду, который соединял бассейн у ледника с озером. И любовались ледяными каскадами. Казалось, будто вода замёрзла почти мгновенно, так и оставшись висеть в воздухе потоками чистейшего льда.
   Кристофф только молча кивнул. Он тоже был поражён красотой замёрзшего водопада посреди заснеженного леса. С улыбкой он провёл рукой по ивовым веткам, низко свисавшим под грузом намёрзшего льда. Говорят, что такое только изредка бывает на берегу хадорских великих озёр - ледяной дождь. И потревоженные им веточки пришли в движение, издавая мелодичный звон десятков и сотен маленьких ледяных капелек, более похожих на крохотные стеклянные колокольчики.
   Свен же просто наслаждался окружающим великолепием, бегая от одного дерева до другого. Но, услышав перезвон ледяных веточек, потревоженных Кристоффом, поспешил к иве. Где и принялся с азартом мотать головой, так что его рога, цепляясь за ветки, создавали ещё больше мелодичного перезвона.
   -Не знала, что зима может быть такой... - Анне было сложно подобрать слова, чтобы описать увиденное. - Такой красивой.
   -Конечно, она красивая. - ответил ей кто-то. - Но почему зима должна быть такой белой?
   Юная герцогиня переглянулась со своим проводником, после чего оба продолжили движение вперёд. Но на этот раз более аккуратно, во всю оглядываясь по сторонам. Кристофф даже положил руку на топор. А Анна открыла застёжку кобуры, освобождая свой пистолет. Так, на всякий случай.
   -Почему бы не добавить цвета? Сюда бы алого, салатового или жёлтого. - продолжал свои рассуждения голос. - Нет! Жёлтый на снегу? Брр! Ужас!
   Анна осторожно положила ладонь на рукоятку пистолета, на дюйм вытащив его из кобуры. Кристофф же достал топор из-за пояса, но держал его практически у самого лезвия.
   -Хы-гы-гы-гы. - рассмеялся голос, казалось что уже совсем рядом, буквально в упор. Юная герцогиня и её проводник медленно повернулись, посмотрев друг на друга. После чего одновременно опустили глаза, увидев стоящего между ними снеговика с метр ростом. От неожиданности Кристофф замер как столб, а Анна ойкнула. А снеговик , внезапно, повернулся к ней и спросил: - Согласны?
   -А-а-а-а! - в ужасе закричала герцогиня Аренделл, вскидывая руки. От страха она и думать забыла о пистолете. И чтобы хоть как-то отбиться от этого наваждения, с силой пнула этого уродливого монстра.
   От удара голова снеговика отделилась от туловища, и, пролетев по высокой дуге, упала прямо в руки Кристоффу. Который от неожиданности уронил топор и так и застыл, глядя кусок живого снега.
   -Привет. - дружелюбно сказала голова снеговика.
   -Скорее пока! - ответил хадорец, кидая эту говорящий кусок снега с бегающими глазками и пучком веток вместо волос прочь от себя. Прямо в руки Анны.
   -Ах! - воскликнула юная герцогиня, поймав голову. И почти сразу кинула её обратно. - Мне не надо!
   -Не уроните. - успел вставить снеговик, пока его голова находилась в полёте.
   Кристофф, в руках которого снова оказался этот слишком болтливый ком снега, почти сразу же кинул его обратно. - Лови!
   -Не надо! - крикнула Анна, опять поймав голову. И тотчас же отбросила обратно.
   -Постойте. - снова подал голос снеговик.
   -Да это же просто голова. - с улыбкой сказал Кристофф, который поймал голову. И опять кинул её Анне.
   -Да хватит! - возмутилась Анна. Юная герцогиня поняла, что хадорец просто развлекается, издеваясь над ней.
   -Давайте начнём сначала. - предложила голова снеговика в её руках.
   -Ой фу! Чудовище! - воскликнула юная герцогиня, преисполненная отвращения. И понимая, что только она может прекратить это безобразие, Анна что есть силы метнула голову прямо в туловище снеговика, которое бегало между нею и Кристоффом. От удара снеговик повалился навзничь, откатившись где-то на пол метра. После чего поднялся на ноги, осматривая людей и присоединившегося к ним северного оленя, чьи рога были обильно увиты намотавшимися на них ивовыми веточками.
   -Ой! Стойте. Что тут происходит? - спросил снеговик, пристально изучая их. И то, что его голова была прикреплена к телу вверх ногами, его ни сколечко не смущало. - Вы что тут, играете в летучих мышей?
   -Эээ. - Анна поняла, что это существо безобидно. Более того, она находила его смутно знакомым. Только вот было в нём что-то не правильное. Голова? - Сейчас. Одну секунду.
   И с этими словами она подошла к снеговику, сняла голову, перевернула в нормальное положение, и водрузила обратно.
   -Оу! Спасибо! - радостно сказал снеговик.
   -Пожалуйста. - с улыбкой произнесла Анна. Чем бы оно ни было, это создание её определённо забавляло.
   -Я - идеален. - гордо сообщил снеговик, осматривая себя, свои камни-пуговицы и руки-веточки. - Вся моя жизнь будто бы перевернулась.
   -Хем. Ну, почти. - Анна быстро достала из своей сумки очищенную морковку, которую не съела на завтрак. И улучив момент, юная герцогиня воткнула корнеплод в лицо снеговику. Как раз туда, где должен быть нос. Какого же было её удивление, когда морковь почти целиком ушла в снег. Да так, что её обратная сторона оказалась торчащей из затылка.
   -Ой. Прости. Перестаралась. Прости. Прости. Я... Я. Тебе больно? - в ужасе начала тараторить Анна. Она боялась, что могла навредить этому существу.
   -Оу! Голова... - произнёс снеговик, концентрируя свой взгляд на получившемся носу-морковке. После чего начал прыгать, махать руками, и другими способами демонстрировать счастье. - Ты издеваешься? Я просто в восторге! Такой хорошенький! Такой аккуратненький! Единооо...
   Договорить снеговик не успел. Потому что Анна воспользовалась моментом, и вдавила обратный конец морковки в затылок этого создания, придавая ему более привычный вид.
   -Ой! О! - сфокусировав взгляд, снеговик пару секунд изучал свой новый, здоровенный красный нос. После чего вынес заключение: - Так тоже чудесно!
   -Итак, друзья. Давайте знакомится. - наконец унял свои эмоции снеговик. И с широкой улыбкой, он обратился к людям и оленю, растопырив свои руки-палочки. - Здравствуйте. Я - Олаф. И я люблю жаркие объятья.
   -Олаф? - спросила Анна, удивлённо разглядывая снеговика. Она точно помнила это имя. С ним было связано достаточно много воспоминаний из детства. Но каких именно? Кто был этот Олаф? Друг детства? Паж? Или ещё кто-то? И только повнимательнее присмотревшись к самому снеговику, юная герцогиня вспомнила. Вспомнила далёкое детство. Вспомнила, как она дурачилась вместе с Эльзой в зимнем саду. Как они слепили точно такого же снеговика. И как её старшая сестра произнесла ту же фразу, которую сейчас снеговик повторил слово в слово. - Ну конечно! Олаф!
   - А вы значится? - осторожно спросил Олаф, терпеливо дожидавшийся, пока Анна разберётся в своих воспоминаниях.
   -Оу. Эмм. - юная герцогиня поняла, что пауза затянулась. И дальше молчать было бы уже не прилично. - Я - Анна.
   -А что у вас за осёл такой странный? - спросил в пол тона тише снеговик, делая шаг в её сторону и смотря на Кристоффа и Свена. Которые стояли рядышком, с интересом наблюдая за происходящим.
   -Это Свен. - представила северного оленя Анна.
   -Понятно. - кивнул снеговик. - А оленя как зовут?
   -Свен. - на этот раз в подтверждение своих слов юная герцогиня показала рукой на северного оленя. Который уже во всю принюхивался к запаху моркови.
   -Ааа. Понятно. Ладно. Меньше надо запоминать. - весело сказал Олаф. А в следующую секунду очень своевременно отпрыгнул от Свена. Который наконец-то понял, откуда именно пахнет морковью, и попытался откусить кусочек лакомства, торчащего из этой двигающейся снежной кучи. Но снеговик и глазом не моргнул. - А! В нос меня хотел чмокнуть? Какой шалун!
   -Олаф, тебя Эльза сделала? - спросила Анна. Она понимала, что нормальные снеговики не умеют разговаривать и ходить. А это значит, что тут была замешана магия. И она знала только об одной колдунье в Аренделле.
   -Да, а что? - ответил Олаф, уставившись на юную герцогиню.
   -Невероятно... - произнёс Кристофф, отделяя от снеговика руку-палочку. После чего принялся её крутить и разглядывать со всех сторон.
   -Ты знаешь, где она? - с надеждой в голосе спросила Анна
   -Да, а что? - всё так же ответил ей Олаф.
   -А можешь к ней отвести? - юная герцогиня даже не верила своему везению. Неужели ей посчастливится найти Эльзу, не обходя всю Седую Гору от основания до вершины?
   -В чём же секрет? - спросил Кристофф, сгибая руку Олафа. Палка не только не сломалась, но и разогнулась обратно, снова став совершенно прямой. После чего резко дёрнулась, ударив хадорца по лицу. - Ай!
   -Хватит, Свен! Тут разговор важный! - крикнул возмущённый снеговик, вырывая свою деревянную руку из ладоней Кристоффа. И воткнув её обратно, продолжил отвечать, как ни в чём не бывало. - Да, а что?
   -Я скажу что. - ответил проводник раньше, чем его нанимательница успела открыть рот. - Эльза должна вернуть лето.
   -Лето? -Удивлённо спросил Олаф
   -Угу. - кивнула Анна, подтверждая слова хадорца.
   -Ооо! - залился в восторге снеговик, вызвав не малое удивление у всех присутствующих. - Не знаю почему, но я всегда млею когда думаю о лете. И о солнце. И обо всём горячем...
   -Да ну! - усмехнулся Кристофф. - Похоже, ты никогда не сталкивался с жарой.
   -Нет. - искренне ответил Олаф. - Но иногда, я люблю закрыть глаза и мечтать о том, что будет, когда придёт лето...
   И снеговик с головой окунулся в мир своих грёз. Анна и Кристофф с удивлением слушали этот рассказ, состоявший из самых дивных и радужный мечтаний, какие только можно было сочинить. А Олаф всё продолжал и продолжал нахваливать лето.
   -Разочаруем? - с ухмылкой спросил Кристофф, смотря на снеговика, распинающегося в пляске своего воображения.
   -Только попробуй! - пригрозила Анна, ткнув хадорца локтем в бок. Так, для убедительности.
   -А сказать то надо. - произнёс проводник тише, чтобы не отвлекать Олафа от его фантазий.
   -Скажешь - пристрелю! - так же тихо ответила юная герцогиня, метнув на своего спутника убийственный взгляд.
   -Скорее! К Эльзе! Сюда! - внезапно воскликнул Олаф, возвращаясь из мира фантазий и грёз к суровой реальности. - Давайте же вернём лето!
   -Я иду! - весело ответила Анна, пускаясь бегом за снеговиком, который оказался весьма проворным. И очень быстро перебирал своими коротенькими ножками.
   -А она может. - с грустью сказал Кристофф Свену, который так и остался стоять рядом с хозяином. - А сказать то всё равно надо будет.
  
  
   Варавский стоял в обеденном зале гостиницы на въезде в город, любуясь работой своих агентов. Судя по отчётам, все запущенные им механизмы и схемы пришли в движение. Но действия Сопротивления, а так же непогода, вносили свои коррективы. И на данный момент у него в активном резерве были только наёмники.
   -Неужели во всём Лаэдри не нашлось ни одного косситского охотника? Или вдоводела в увольнительной? - спросил старый кайязь, строго глядя на своих телохранителей.
   -Все увольнительные отменены, босс. - быстро ответил Коля, поглаживая свои каштановые усы. - А все до одного следопыты и снайперы брошены на охоту за террористами Сопротивления.
   -И с солдатами проблема. Они тоже задействованы в облаве. Каратели будут заняты до следующего утра на зачистке трущоб. - вклинился в разговор Вася, не забыв почесать щеку под рыжим бакенбардом. Будто опасаясь, что разгневавшийся начальник выскубет даже эту растительность с его лица. - Но там вроде бы уже нашли конспиративную квартиру Сопротивления. И в комендатуре обещали отправить карателей как только они освободятся.
   -А с этим что прикажете делать? - ехидно спросил старый кайязь, широким жестом обводя сидящих перед ним наёмников. - Да за такие деньги... Двести золотых! Это просто грабёж!
   -Ниссы - лучшие следопыты, каких только можно найти на сотню миль вокруг, босс. - поспешили успокоить хозяина телохранители. - Они с крайнего севера, им эти леса, горы и снега как родные. К тому же, они специализируются в охоте на ведьм.
   -Хм. - Варавский ещё раз осмотрел всех десятерых зимних эльфов, что сидели перед ним. Шестеро мужчин и четверо женщин. От безусого юнца, до старой карги, которой хрен знает который век уже отроду. - Это правда?
   -Правда. - коротко кинула зимняя эльфийка, отвечая на хадорском.
   -Именно так, господин. - подтвердил её слова самый крупный Нисс.
   -И что же у вас есть для охоты на ведьм, что стоит две сотни золотых? - ещё более ехидно осведомился кайязь, готовясь торговаться. По его прикидкам, цену можно было сбить как минимум вдвое. - Кроме луков, разумеется.
   -Опыт. - ответила старуха скрипучим голосом. - Опыт и два колдуна.
   -Где? - встрепенулся Варавский.
   -Прямо перед вами, добрый господин. - произнесла старуха, поднимая руку ладонью вверх. И направила свою магическую силу к потолку, отчего в зале пошёл снег. После чего юнец встал с места, и в пару движений разрушил заклятье. Не забыв поинтересоваться у хадорца. - А теперь вы нам верите?
   -Верю. - коротко кивнул кайязь, подавляя дрожь. Всё же старик не любил магию. Более того, он её искренне боялся и ненавидел. Но, без магии не бывает джеков и прочих чудес аркмеханики. И не только. А потому с ней приходилось мириться. - Вы наняты. Один контракт на всех. Одна основная цель. Срок - неделя. Стоимость - двести золотых монет.
   -Мы согласны. - хором произнесли мужчина и женщина Нисс. Которые были вожаками этой стаи, как про себя отметил Варавский. Но дальше зимняя эльфийка продолжила одна. - Задаток в сто золотых мы уже получили. Назовите имя цели и форму подтверждения выполнения заказа.
   -Основную и промежуточные цели вам сообщат дополнительно. - произнёс старый кайязь, к которому снова вернулась прежняя решительность. Исполнителям не стоит знать больше, чем необходимо для выполнения задачи. Иначе, они могут разболтать лишнего. Или, не дай Менот, сделать свои выводы из ситуации. А там и начать искать свою выгоду. - С этого момента вы переходите под командование моих людей. Они сообщат вам все дополнительные инструкции. Готовьтесь к выходу.
   -Хорошо. Мы будем готовы выступить по вашему первому слову. - кивнул нанимателю Нисс, поворачиваясь к своим соплеменникам.
   А старый кайязь снова застегнул шубу и надел шапку-ушанку, выходя на улицу. Потому что наёмникам ещё нужно довести приказы до своих безграмотных сородичей, которые не знали хадорского. И не к чему мешать этому процессу.
   А сам Варавский уже направлялся обратно, в замок. Ему предстоял очень трудный разговор с висконтом Хавронским и теперь уже наместником Хансом. Если они снова не дадут разрешения на проведение войсковой операции, наёмникам придётся действовать тайно. Что будет не самым лучшим вариантом. Потому как идти против воли администрации - вести очень рискованную игру.
  
   -Ну и что дальше? - спросила Ланисса, когда хадорцы ушли. Даже разговаривая на нисском, которого люди почти не знали, она всё равно не забывала об осторожности. - Это и есть то пророчество? Лезть в горы не пойми зачем. И это в то время, когда тут разбушевалась ведьма, которая сковала льдом всю Новую Умбрию?
   -Да. - коротко ответила старая колдунья, которой помогал подняться на ноги её юный ученик. - Именно об этой девушке и говорилось в пророчестве. Она нашла нашу священную реликвию. И черпает силы именно из неё.
   -А что скажет наш юный брат по этому поводу? - спросил Гастор, расправляя плечи.
   -Кодексы Панриса и Велиссы указывали на возвращение кулона Ниссора. - бодро ответил юный искатель. Он уже и не обижался, что все люди считали его, урождённого иосианина, зимним эльфом. "С кем поведёшься, от того и наберёшься" - говорили хадорцы. Да и мало кто из людей особо горел желанием разбираться в сортах эльфов. - Все знаки на небе сошлись. Точно так, как гласят тексты. Это наш шанс!
   -А если эти хадорцы станут у нас на пути? - деловито осведомилась Ланисса, которая всё ещё довольно скептически оценивала всё это мероприятие.
   -А то ты не знаешь? - с улыбкой ответил Гастор, проверяя, как его клеймор выходит из ножен. - Если будут мешаться, пустим в расход. А пока они платят, то пусть крутятся рядом. Зарубить их мы всегда успеем. А до весны их всё равно никто не найдёт.
  
   Ханс шёл по городу, раздавая тёплую одежду местным жителям. Ллаэль, закрытый горами Рула от полярных ветров с севера, не знал таких холодов. И над Аренделлом нависла безрадостная перспектива вымирания. Люди и так утеплялись как могли, надевая на себя чуть ли не всю имевшуюся дома одежду. И пускай горожане выглядели довольно комично, особенно когда поверх костюмов и плащей закутывались в одеяла и пледы, их можно было понять.
   Аренделл гудел, готовясь к длинной зиме. Топлива не хватало, потому что многие горожане не успели запастись на зиму. А то, что имели, уже сожгли в отчаянной попытке согреть свои дома. Молодой кастелян был горд тем, что ему удалось уговорить коменданта выделить солдат для заготовки дров. Зимняя Гвардия уже была снаряжена зимней же формой, и хадорцы не страшились ни морозов, ни тяжёлой работы. А потому общественные поленницы, организованные по его приказу, не пустели.
   -Накидки! - кричал Ханс, неся аккуратно сложенную одежду. Хадорцы пренебрегали подобными мелочами, полагая, что все, кому надо, сами придут за помощью. Да и значительная часть солдат сейчас была занята на лесоповале. Поэтому такая нудная, и в то же время нужная работа, легла на плечи юного кастеляна и тех десятерых стражников замка Аренделл, которые всё же подчинялись ему, как наместнику герцогини Анны. - Кому нужны накидки?
   -Аренделл признателен вам, ваша светлость. - сказала благодарная женщина, беря накидку из рук Ханса. Наместник вежливо улыбнулся в ответ. Работа была, конечно, не из приятных, но хадорцы сами отдали ему эту блестящую возможность заработать поддержку горожан. Люди будут помнить, как он им помогал, и как от них отвернулись военные и администрация. А это значит, что его популярность, в конечном счете, позволит склонить чашу весов при назначении нового герцога в его пользу.
   -Замок открыт! - зычно крикнул молодой кастелян, выйдя на центральную площадь Аренделла. Прямо перед ратушей. Отсюда был виден и замок, и большая часть городка. И тут было больше всего народа. - Суп и горячий грог в главном зале!
   И его призыв был услышан. Скоро новость разлетится по всему городку. И те, кто не может самостоятельно согреться, стянутся в замок. Где есть приличные запасы топлива и продовольствия. Всё же становится герцогом мёртвого герцогства крайне не хотелось. А потому Ханс передал оставшиеся накидки свободному стражнику, стремясь поскорее вернутся к более насущным делам. - Вот, раздайте людям.
   -Наместник Ханс! - пронзительно крикнул Варавский, выходя на площадь с другой стороны в сопровождении своих телохранителей. - Мы что, должны сидеть тут и замерзать, пока вы раздаёте даром самый ходовой товар Аренделла?
   -Это приказ герцогини Анны! - ответил Ханс, которого уже начинала бесить подобная меркантильность. Казалось, что этот старик готов делать деньги на всём без исключения. И на человеческом горе в особенности. Одно слово - кайязь. Об их беспринципности и жадности ходили легенды.
   -Об этом я и говорю! - вцепился в слова молодого кастеляна Варавский. И повис, подобно боевому псу. - Вы не думали, что герцогиня Анна вступила в сговор со злой ведьмой? Чтобы погубить нас!
   -Не смейте перечить герцогине! - резко ответил Ханс. Уж кому-кому, а не этому старому жулику учить его жизни и давать советы. Такому палец в рот не клади, откусит по плечо. И ещё добавки попросит. - Как её наместник, я постараюсь защитить Аренделл и от измены!
   -Из-из-измены? - заикаясь произнёс кайязь, которого буквально колотило от злобы. Укол пришёлся в самую больную точку. Ведь где это видано, чтобы исполнительного директора корпорации Блауставия в Новой Умбрии обвинял в измене какой-то ордский выскочка?
   -Не утруждайте себя этим, кастелян! - надменно сообщил висконт Хавронский, выезжая на площадь на своём вороном коне. В сопровождении четвёрки закованных в полные доспехи уланов Стальных Клыков, он выглядел более чем внушительно. Особенно на фоне пешего Вавравского и двух его телохранителей. - А изменников и предателей оставьте профессионалам.
   -Что вы имеете в виду? - встревоженно спросил Ханс. Потому что понимал, что посадник Лаэдри темнит. И явно замыслил какую-то пакость, чтобы макнуть ордца лицом в грязь. Просто потому, что он мог и хотел это сделать.
   Но вместо висконта на вопрос молодого кастеляна ответил пронзительный свист, более напоминавший паровозный гудок. Горожане и стража замерли, встревоженные подобным звуком. И в наступившей тишине стал различим отдалённый лязг и грохот тяжёлых шагов.
   -О нет... - только это сумел выдавить из себя Ханс. Потому что он знал, что может издавать такие звуки.
   И подтверждение его худших опасений не заставило себя долго ждать. Потому что в начале улицы, из-за поворота с дороги на Лаэдри, показался тяжёлый варджек. Стальное чудище четырёх метров ростом, чьи характерные черты не оставляли сомнения в государственной принадлежности. Как и герб Империи на лобовой броне. И эта здоровенная машина, выкрашенная в зелёный, красный и чёрный, на всех парах неслась к площади. Прохожим оставалось только разбегаться в стороны, чтобы не быть затоптанными этим многотонным монстром.
   -Какая пунктуальность. - радостно произнёс висконт, взглянув на башенные часы ратуши. Варавский же попятился прочь, прячась за спины своих телохранителей. Ну а Хансу пришлось собрать всю свою смелость в кулак, чтобы не дрогнуть перед машиной, что неслась прямо на него.
   Выбежав на площадь, варджек резко сбавил ход, и вскоре остановился совсем, замерев всего в двух шагах от молодого кастеляна и посадника Лаэдри. И уставился на людей немигающим взором своих меканических визоров, сияющих желтоватым пламенем в глубине стальной головы. После чего всё же разжал кулаки, отпуская оглобли саней.
   Ханс очень удивился такой находчивости хадорцев. Вместо того, чтобы везти варджек на санях, они запрягли его в эти же самые сани. Которые загрузили углём до половины. И именно с этой кучи топлива, присыпанной снегом и прикрытой брезентом, спрыгнуло пятеро человек. Двое механиков, которые сразу же принялись за работу, проверяя варджек после длинного марша. Ещё двое сержантов Зимней Гвардии, которые принялись распределять по площади другие сани, запряжённые на сей раз более привычными скакунами, организовывая выгрузку солдат.
   Но всё это было мелочью на фоне последнего, пятого пассажира. Чёрная зимняя форма на меху. Ярко-алая тяжёлая броня сверху. Форменная шапка-ушанка с обычной армейской кокардой. Жёлтые знаки отличия на доспехах, отмечающие за своим хозяином ранг капитана. Но всё это было мелочью на фоне его тяжёлой меканической сабли, крупнокалиберного пистолета, соединённого с системами доспехов толстым силовым кабелем, и дыма, поднимавшегося из-за спины варкастера.
   А в том, что этот светловолосый, гладко выбритый парень с прямым носом и уставшими, мутными серо-зелёными глазами был варкастером - сомнений не оставалось. И финальной частью образа был знак у него на щитке доспеха у левого наплечника. Собачья голова и метла на фоне перевёрнутого треугольника герба Хадорской Империи. И это было худшим, что могло случиться. Ханс слишком хорошо знал, кто носит этот знак.
   Каратели. Цепные псы Императрицы. Набираемые из самых кровожадных солдат и офицеров, которых не пустили на фронт по тем или иным причинам. Те, кто должен был обеспечить прядок на оккупированных территориях. Те, о которых с ненавистью говорили даже соотечественники и сослуживцы. Те, кто обращал против непокорных жителей самое ужасное и бесчеловечное вооружение из арсенала Империи. Те, чьим главным оружием был страх.
   А капитан подошёл к висконту, поправляя на ходу болтающиеся на шее защитные очки, после чего козырнул, доложив по форме: - Капитан Краснов прибыл в ваше распоряжение. Со мной один варджек три усиленных взвода Зимней Гвардии, санитарный отряд и отделение технической поддержки. Готовы приступить к выполнению поставленных задач.
   -Добро пожаловать в Аренделл, капитан. - ответил посадник Лаэдри, слезая с коня. После чего подошёл ближе и пожал руку карателю. - Сейчас вам и вашим бойцам лучше отдохнуть с дороги. Работы будет много. И я думаю, никуда она не денется. Я уже отдал все необходимые распоряжения. Вас расквартируют в замке Аренделл. А уже завтра...
   На этот раз висконта прервало громкое конское ржание. И буквально через пару секунд, на площадь выскочила взмыленная лошадь. Перепуганное животное встало на дыбы, когда варджек повернулся к нему на встречу. А после этого начало метаться по площади в поисках выхода, шарахаясь от людей как от огня.
   -Стой! Стой. - Ханс вышел вперёд, пытаясь успокоить эту белую кобылу. Которая была готова ломанутся прямо сквозь толпу, спасаясь от неведомой опасности. Улучив момент, молодой кастелян схватил лошадь за болтавшиеся поводья. И повиснув на них, сумел заставить животное сконцентрировать внимание именно на нём. А после этого успокоить её не составило особых трудностей. - Вот так. Спокойно. Спокойно...
   -Лошадь герцогини Анны! - внезапно воскликнул один из стражников.
   -Она исчезла? - удивлённо спросила какая-то женщина.
   Но Ханс уже не слушал окружающих. Он с тревогой смотрел на север, в сторону гор. А в голове у него кружился вихрь мрачных мыслей. Анна пропала. Неизвестно, где и как. Заблудилась? Похищена? Погибла? Схвачена партизанами Сопротивления? Разорвана дикими зверями? Или просто замёрзла насмерть? А ведь они так и не поженились. И у юного кастеляна формально нет никаких прав на корону герцога Аренделла.
   -Где она? - спрашивали горожане, вторя его собственным мыслям. - Где герцогиня Анна?
   -Герцогиня Анна в опасности! - крикнул Ханс, ещё раз бросив тревожный взгляд в сторону гор. - Я прошу добровольцев поехать со мной на поиски!
   -Мы готовы, ваша светлость! - моментально ответили стражники.
   -Мы с вами! И мы тоже! И мы! - отвечало всё больше мужчин и даже некоторые женщины.
  
   -От меня пойдёт отряд лучших следопытов, милорд! - громогласно заявил Варавский. После чего старый кайязь уже шёпотом обратился к своим телохранителям. - Берите Ниссов, отправляйтесь с ними и будьте готовы ко всему. Если натолкнётесь на герцогиню Эльзу, положите конец этой зиме. Вы меня поняли?
   В ответ его верные агенты только молчаливо кивнули. Но по их хищным ухмылкам и блеску охотничьего азарта в глазах старый кайязь понял, что его гончие взяли след.
  
   -Боюсь, вам не удастся отдохнуть с дороги, капитан. - с глубоким вздохом произнёс висконт. - Потерять теперь ещё и наместника я не могу. Поэтому я прошу вас и ваших людей присоединиться к поискам.
   -Слушаюсь, господин посадник! - бодро ответил варкастер, коротко козырнув. - Мы приступим к поискам беглянки немедленно. Как только пополним запасы горючего. Мы выступим через час.
   -Вот и отлично. Уланы в вашем полном распоряжении. - заявил посадник, снова садясь на коня. - Я возвращаюсь в замок. Постараюсь уговорить коменданта выделить ещё людей. Желаю удачи в поисках.
   И с этими словами висконт Хавронский пришпорил коня, поскакав вместе со своими уланами в сторону замка.
   -Кузьмич, проверить джека и заново заправить! - начал отдавать приказы варкастер почти сразу, как только посадник ускакал прочь. - Остальным - готовить транспорт и достать топливо!
   -А разве вы привезли этот уголь не для Аренделла? - удивлённо спросил Ханс, показывая на гружёные сани. - В городе и так проблемы с топливом и ваша помощь была бы...
   -Это - топливо для варждека. - отрезал капитан, даже не удосужившись дослушать до конца молодого кастеляна. - Мы и так сожгли много угля во время форсированного марша. И нам нужно пополнить запасы, чтобы машина не встала на пол дороги.
   -Но зачем вам тяжёлый варджек во время поисков герцогини Анны!? - возмутился Ханс. Потому что замашки этого карателя его откровенно пугали.
   -Для подавления возможного сопротивления. - бросил хадорец, теряя всякий интерес к наместнику. Вместо этого он вернулся к варджеку и положил ладонь на стальную маску, заменявшую машине лицо.
   -Но горожане не отдадут вам уголь. - не отставал Ханс. Потому что сейчас не комендант, не посадник и даже не старый кайязь были его головной болью. А варкастер, который уже вознамерился казнить Анну. Иначе, зачем ещё тащить с собой варджек в горы. И было необходимо отговорить его от этой затеи любой ценой. - У них и так мало топлива. Им же будет нечем согреть свои дома и семьи.
   -Тогда мы реквизируем уголь. - всё так же холодно ответил варкастер, снова взглянув на молодого кастеляна. - И сани, и лошадей, и припасы. А тех, кто попытается сопротивляться, расстреляем.
   -Не надо репрессий. - понимая, что этого чугунноголового отморозка просто так не пробить, Ханс решил действовать иначе. Давить на логику, которой этот хадорец следовал, по крайней мере на первый взгляд, неотступно. - Я сам займусь подготовкой экспедиции и снабжением. Только давайте договоримся сразу.
   -О чём? - казалось, что впервые с начала разговора варкастер проявил хоть какую-то эмоцию. Но сказать, что отражало это движение бровью, было сложно. Это с равным успехом мог быть интерес, раздражение и гнев.
   -Ни вы, ни ваши люди не будете убивать герцогиню Анну Аренделл. - начал было перечислять условия Ханс. Но его тут же перебили.
   -Почему? - холодно спросил варкастер, кладя ладонь на рукоятку пистолета.
   -Она моя невеста! - вспылил молодой кастелян. Которого уже порядком бесил этот человек, у которого под толстой бронёй надменности и гордости скрывался не только холодный разум, но и поистине ледяное сердце. - И вы не убьёте ни её, ни герцогиню Эльзу Аренделл, пока их вина не будет доказана.
   -Хмм. - хадорец задумался на минуту. Но потом кивнул. - Логично. Но только, если они не будут оказывать сопротивления.
   -И как наместник Аренделла я попрошу от вас и ваших людей подчинятся мне в ходе проведения операции. - Ханс играл ва банк. Всё или ничего. Либо он будет контролировать ситуацию, либо катится по воле обстоятельств. И если в первом случае у него на руках были почти все козыри, то во втором он бы оказывался всего лишь пешкой в чужой игре.
   -Только на время поисков. - быстро ответил капитан, найдя логичный выход из сложившейся ситуации. - В случае возникновения сопротивления, и тем более вооружённого столкновения, командование переходит ко мне, как к старшему офицеру. И над вами, и вашими людьми тоже.
   -Согласен. - коротко кивнул Ханс.
   -Кроме того, вы обязуетесь через час обеспечить наличие саней и лошадей для всех участвующих в операции. А так же тонну угля для варджека. - сформулировал свои условия варкастер. - Если вы всё это сделаете в срок, то вы достаточно хороший лидер, чтобы за вами можно было идти. В противном случае, можете забыть о нашем соглашении. По рукам?
   И капитан всё же убрал руку с пистолета, протянув Хансу ладонь в стальной перчатке. Молодой кастелян не колебался ни секунды, крепко пожав руку карателя. - По рукам.
   -Я отправляюсь в замок. Приму командование над преданными мне силами гарнизона. - сообщил варкастер, уже направляясь к выходу с площади. - Встречаемся через час на этом же месте. Надеюсь, вы меня не подведёте, наместник.
  
   Эльзе было скучно. Она конечно же понимала, что изоляция и одиночество - единственный шанс спасти себя от людей, а людей от своей необузданной силы. Но это всё равно было тяжелым испытанием.
   Раньше она тоже жила затворницей. Но, рядом с ней были люди. Родители, учителя, слуги, стража, колдуны. С ними можно было поговорить, обсудив новости. Были книги, за чтением которых можно было скоротать досуг. Была куча дел, которые занимали её дни.
   Но не теперь. Поспешное бегство из замка Аренделл оставило это всё позади. И пускай она была свободна, ей было скучно. Эльза и так сделала всё, что хотела, обустроив свой ледяной дворец. Если бы всё это делали простые люди, им бы потребовались месяцы, если не годы труда. Но для её магии это всё было минутным делом.
   И ещё один вопрос не давал покоя новой Снежной Королеве. Голод. Потому что со времени позднего ужина на балу, она ела только лёд и снег. И вдвойне обидно ей было от того, что она знала заклятья трансмутации, которые позволили бы ей создавать практически любые блюда. Но, она не могла обратить лёд в какую-либо другую материю. Её сил и навыков не хватало даже на то, чтобы обратить вспять процесс превращения в лёд другой материи. Чего уж говорить про преобразования льда в материю, которой он никогда и не был.
   Именно поэтому Эльза проводила время перед ледяным зеркалом. Это было по сути единственным доступным ей развлечением. И источником информации об окружающем мире. Этот аркан был разработан Ковеном Серых Владык на основании старых заклятий Ниссов. И она повторила его, выковав изо льда идеально гладкое зеркало, по периметру которого высекла руны заклятий.
   И теперь, это зеркало не только отражало красоту белоснежного лица, голубых глаз и платиновых волос своей создательницы. Наполняемое магической силой, оно прокалывало пространство, показывая картины далёких горных вершин, скованных льдом морей и заснеженной тундры. Эльза знала только ту форму заклятия, которая позволяла смотреть на мир через одну из бессчётных миллиардов снежинок, связывая её с зеркалом силой наложенных чар. Хотя ходили слухи, что одному из колдун-лордов удалось совершить прорыв и создать заклятье, которое позволяло привязать ледяное зеркало к стеклу.
   Но сейчас Эльза думала не об этом. Она думала о своей судьбе, скользя взором по заснеженным горным вершинам, которые даже летом не теряли своих ледяных шапок. Она искала ответ на вопрос, можно ли выжить в таких условиях? Ведь жили же Ниссы на севере Хадора. И даже ещё севернее, там, куда не доходила человеческая цивилизация. А если там могли выжить северные эльфы, то чем она хуже?
   Наконец, ей улыбнулась удача. И она нашла трёх Ниссов, которые сидели на привале у маленького костерка в предгорье, готовясь пообедать. Судя по теням, это был северный склон горы, где снег не таял. Но не эти детали привлекли внимание Снежной Королевы. Колдун-лорд Ковалевский в своё время показывал ей Ниссов, которые приходили в Корск. Старик говорил, что великое горе обрушилось на весь их род, и теперь северные эльфы находятся на грани вымирания. И только теперь Эльза смогла сама увидеть, что за проклятье гнало беженцев на юг, в хадорские города и крепости.
   Склонившиеся у костра Ниссы были неправильными, искажёнными существами. По сравнению с большинством сородичей их ноги были длиннее, и более напоминали лапы ящера, пальцы на руках заканчивались толстыми когтями, из предплечий торчали роговые пластины и костяные шипы, а волосы на голове на половину превратились в перья. Завершала картину чрезвычайно развитая мускулатура, не свойственная эльфам.
   А заняты эти три урода были тем, что готовили обед. Один жарил зайца на костре, второй нарезал замороженную рыбу тоненькими полосочками, а третий раскладывал травы и другие приправы и специи, при этом шевеля губами. Заклятье ледяного зеркала не позволяло ни услышать звук, ни почувствовать запах. Оно позволяло только наблюдать, видя картины, отдалённые на сотни и тысячи миль. Но подстёгиваемое голодом воображение услужливо рисовало и непередаваемо чарующий запах свежего мяса, зажаренного на мхе, еловых и берёзовых веточках. А так же бормотание повара, который выбирал приправы по вкусу, чтобы получше совместить строганину из сёмги с заячьим мясом. Да так чётко, ясно и заманчиво, что Снежная Королева поспешила сглотнуть слюну и хоть как-то подавить недовольное урчание пустого желудка.
   Решение родилось само. Голод всё же достаточно сильный стимул, чтобы заставить мозг работать с невероятной скоростью. И пока в стремительном потоке мыслей один вариант действий сменялся другим, она даже не заметила, как протянула руку к еде. И только когда её пальцы столкнулись с ледяной гладью зеркала, в её голове родилась идея. И это холодное касание позволило Эльзе скинуть оцепенение. А когда оковы этого транса были разорваны, она уже точно знала, что именно должна делать.
   Сняв с шеи цепочку с амулетом, Эльза взяла в руки этот мистический артефакт. И пускай он был весьма посредственным усилителем, он был идеальной фокусирующей призмой для её магии, позволяя сконцентрировать силу до такой степени, что она даже не могла себе это представить.
   И сейчас она держала амулет за цилиндрическую часть, вглядываясь в прозрачную сферу. Сконцентрировавшись, она направила свою магическую силу в этот артефакт, стремясь создать заряд достаточной мощи, чтобы проломить границы реального мира. Она читала о заклятьях телепортации, но они были доступны только самым талантливым, опытным и искусным арканистам, требуя при этом колоссального количества магической энергии. Только единицы сумели овладеть этим арканом, получив возможность перемещаться в пространстве с небывалой скоростью на небольшие расстояния.
   Ей же нужно было телепортировать к себе еду, находящуюся за тысячу миль. И для этого нужно было собрать как можно больше силы. Но, чем больше магической энергии она вливала в амулет, тем чётче становились видны руны на внутренней стороне сферы. Эльза не верила своим глазам. За долгие годы изучения этого артефакта, она ни разу не видела ничего подобного.
   А руны становились всё чётче, сплетаясь в круги заклятий. Это были не хадорские, не ллаэльские, ни сигнарские руны. Даже со знаками языка захватчиков Оргота они не имели ничего общего. Это были письмена на эльфийском языке, которого новоявленная Снежная Королева никогда не учила. И не смотря на все старания, она не могла прочитать ни слова.
   После нескольких напряжённых минут безрезультатных попыток, в отчаянии и ярости Эльза почти прошипела грубое ругательство на хадорском. Потому что язык северян был на много более богат выражениями, которые подошли бы к данной ситуации. Да и по сравнению с другими языками, звучал наиболее внушительно и содержательно. И каково же было её удивление, когда после произнесённых ею слов, руны начали меняться, приобретая более знакомый вид. Не прошло и минуты, как все письмена внутри кулона оказались выведены по хадорски.
   И прочитав эти надписи, Эльза узнала формулу заклятья, которое позволило бы ей достать объект, который она видела в своём ледяном зеркале. Стоило только проговорить правильные слова, и направить силу холода и ветра через определённые руны, высеченные на самом зеркале. И это было невероятно. За одно это заклятье половина колдунов Ковена Серых Владык готовы были не только сбрить свои бороды, но отдать души. Потому что это был идеальный инструмент разведки и шпионажа.
   Но голод очередной раз напомнил о себе недовольным урчанием пустого желудка. Поэтому впечатления и раздумья были оставлены на потом. Эльза принялась творить чары, наполняя своей силой требуемые руны на зеркале и создавая правильный вихрь. И когда всё было готово, она направила вихрь прямо через зеркало к зайцу, которого только-только сняли с огня и посыпали солью.
   Это стоило сделать только ради того, чтобы увидеть морды мутировавших Ниссов. Которые были шокированы видом неизвестно откуда появившегося снежного вихря, который вырвал у них из рук вертел с заячьей тушей, тарелку со стоганиной и мешочек соли, после чего потушил костёр кучей невесть откуда взявшегося снега и растаял в воздухе так же внезапно, как и обрушился на их головы.
   Они так и остались сидеть в молчаливом оцепенении, пытаясь осознать произошедшее. А тем временем у себя во дворце новая Снежная Королева создавала стол, посуду и приборы, чтобы было куда положить обед, доставленный снежным вихрем прямо через ледяное зеркало. Это заняло немного времени, и вскоре обед был сервирован согласно полному этикету.
   Когда жареный заяц и замороженная рыба заняли своё место на ледяных блюдах, Эльза рассеяла чары, погасив зеркало. Вновь повесив амулет на шею, Снежная Королева приступила к трапезе. И даже не смотря на то, что мясо получилось жестковатым и пересушенным, а строганина была совершенно несолёной, обед вышел необычайно вкусным. Или это голод давал о себе знать.
   Наевшись, Эльза предалась размышлениям. Сидя за столом и вертя в руках ледяную вилку с нанизанным на неё кусочком заячьей шейки, она думала о том, что сделала. Ведь по сути это было воровство. Пускай с применением магии, но от этого воровством это быть не переставало. И она только что забрала еду у другого. И вполне возможно, обрекла тех троих на голодную смерть.
   Но если посмотреть с другой стороны? Ведь Ниссы тысячи лет жили на севере, сторонясь людей и почти не контактируя с ними. А теперь же они бегут со своих земель в Хадор. Где они являются существами второго сорта и должны доказывать своё право на гражданство. Где они живут только благодаря милости Императрицы, которая повелела приютить беженцев и помочь им адаптироваться. Где им пришлось отречься от своего прошлого, своих традиций и даже своей сути, чтобы влиться в общество Империи. Чтобы выжить.
   А прогнали зимних эльфов из их северного края именно эти мутанты. Эльза слышала краем уха, что они называли себя Легионом Эверблайта. И что эти твари не только охотились на своих бывших сородичей, стремясь пополнить свои ряды путём превращения оставшихся Ниссов в себе подобных монстров. Говорят, они уже покусились однажды на земли Империи, но были разбиты и отброшены обратно, на север.
   А раз эти мутировавшие Ниссы были монстрами и врагами собственного рода, не говоря уже о людях, то вредя им, она делает доброе дело и помогает своим сородичам. Более того, она исполняет свой долг перед Империей, защищая северные границы от этих врагов. А это значит, что её совесть чиста. В конце концов, они даже не люди. Тем более, она никого не убила. Да и небольшое голодание, говорят, полезно для здоровья.
   Но воровать всё равно не хорошо. Эльза отдавала себе отчёт в том, что подобный способ добывать себе еду слишком ненадёжен. Потому что она может и не найти больше такой лёгкой добычи. Но, у неё был выход. Амулет подсказал ей верную формулу заклятья. А это значит, что он может подсказать правильный аркан для обратной трансмутации. И тогда она более не будет зависеть от обстоятельств. И более не будет знать голода. Нужно только будет хорошенько поработать, чтобы узнать все секреты этого такого знакомого, и такого таинственного артефакта.
  
   Когда они всё же вышли с центральной площади Аренделла в поход на поиски пропавшей герцогини Анны, Ханс очередной раз поразился тому, сколько сил было брошено против одинокой девушки. Висконт и капитан постарались на славу, и комендант дал добрую сотню солдат. Это не считая карателей и добровольцев. Всего в горы отправлялось более двухсот человек.
   И будто этого было мало, хадорцы вооружились до зубов. Топоры, мушкетоны, винтовки - мелочи, которые были почти у каждого. Каратели несли в добавок ко всему ручные ракетные установки, которые по мощности заряда уже вплотную подходили к полевым пушкам. И пушки тоже были. Целых две штуки, снятые со стен замка Аренделл. Лёгкие полевые орудия, не смотря на скромное название, были достаточно грозным оружием, уже способным подбить варджек. На фоне всего этого арсенала копья и алебарды стражников, а так же более чем скромное вооружение добровольцев, выглядели просто жалко. Ну и конечно же, как можно было забыть про вишенку на этом торте милитаризма. Звезду этого парада, материальное воплощение мощи военной машины Империи - тяжёлый варджек под контролем варкастера.
   Молодой кастелян был мрачнее тучи. Верхом на своём коне он вместе с уланами Стальных Клыков следовал в начале колонны, прямо позади саней капитана. Которые снова тянул варджек. Решение было более чем разумным и логичным. Многотонный стальной монстр пропахивал настоящую траншею в сугробах, а тяжело гружёные сани сминали рыхлый снег, образуя полноценную дорогу. По которой уже без труда можно было следовать хоть пешему, хоть конному.
   А колонна изрядно растянулась. Подумать только, двести человек. Почти пятьдесят саней - буквально все, что нашли в Аренделле. Да и коней забрали почти всех. Ханс ещё долго будет помнить, как обращался к горожанам с крыльца ратуши, прося помочь. Прося дать сани и лошадей. Прося поделится углём. Прося помочь спасти герцогиню Анну.
   Которую горожане любили, даже не смотря на насланную Эльзой зиму. Ради неё люди выгребли последние запасы угля из кузницы и даже своих домов. Ради неё мужчины покидали свои семьи, и с одним топором или старым мушкетом отправлялись в горы. Ради неё ллаэльцы даже позабыли свою неприязнь к захватчикам, везя хадорских солдат на своих санях. Более того, ей сочувствовали, считая жертвой злых чар своей сестры, оказавшейся ведьмой. Которая и прокляла старого герцога и герцогиню. Молодой кастелян находил этот феномен весьма забавным. Люди ненавидели старшую сестру и боготворили младшую, лишь бы снова не оказаться под прямым управлением оккупационной администрации. И тем самым играли ему на руку.
   В авангарде двигались наёмники. Ниссы - зимние эльфы. Они пешком шли по снегу быстрее, чем всадники. Варавский действительно постарался на славу, невесть откуда достав этих спецов. Которые работали чётко и слаженно, идя в сотне метров впереди. Более того, они нашли следы лошади герцогини Анны, даже не смотря на весь тот снег, что выпал с момента её отъезда из Аренделла. Вот где настоящие мастера следопыты.
   Однако, собравшаяся компания всё равно вызывала подозрение. Особенно те, кто сидел на санях с углём. Каратель, дряхлый колдун-лорд, двое телохранителей Варавского, которым подчинялись Ниссы, двое механиков, а так же двое эльфов. Старая карга и юнец, почти мальчишка, который всё время что-то старательно записывал в свою книгу. А старуха была явно не простой. Без оружия, но с кучей всяких амулетов и оберегов. Ну просто мечта инквизитора. Такую ведьму можно отправлять на костёр без суда и следствия после первого же взгляда. Но, у неё был жетон Ковена Серых Владык - разрешение на занятие практической магией. А раз ведьма была лицензированным колдуном, то и претензий к ней быть не могло.
   Но всё же стоило отдать должное тяжёлому варджеку. Кодьяк - так называлась модель этого чуда хадорской инженерной мысли. Почти одиннадцать тонн стали, оснащённые самым мощным паровым двигателем и самым большим бойлером из всех машин подобного класса. Конечно, прожорливость у этого монстра был просто ужасная. Но именно благодаря ей автоматон прокладывал себе путь практически через любые препятствия. Его не останавливали ни сугробы, ни кусты, ни одинокие деревца. Всё, что было меньше, он просто ломал, даже не сбавляя хода. А подгоняемый заклятиями своего хозяина, он обеспечивал достаточно приличную скорость движения колонны.
   А их путь лежал всё дальше и выше, в горы. Туда, куда стремилась Анна. Туда, где скрылась Эльза. Потому что буран смещался в том же направлении, когда она его создала, убегая из замка. Опасностью встретится с взбунтовавшейся боевой колдуньей и объяснялось такое количество солдат, тяжёлого оружия и техники. Но в душе Ханс надеялся, что всё это не понадобится. Что удастся договориться миром. Что герцогиня снимет наложенное на Аренделл проклятье, остановит зиму и вернёт лето. До того, как её казнит этот каратель, по сравнению с которым даже его варджек казался более-менее человечным.
  
   Снеговик уверенно вёл их к горной вершине. Кристофф в очередной раз задавался вопросом, зачем он вообще теперь нужен этой барышне? Раз она с пистолетом, да ещё и ведьма, то и сама может за себя постоять. И получше него. А этот Олаф покажет дорогу. Вот и выходило, что проводник превратился в почётный эскорт для герцогини. А Свен - в носильщика.
   А забрались они уже довольно высоко. Лес остался далеко внизу, и теперь они шли по леднику. Снег на этой вершине не таял никогда. Точнее, таял, но не весь. Просто не успевал растаять за лето, превращаясь в ледяной панцырь, медленно сползавший вниз. А вот на самой вершине он не таял никогда. Но до неё оставалось совсем немного.
   Их путь лежал через продуваемые всеми ветрами скалы, торчавшие из снега как клыки дракона. Кристоффу не нравилось это место. Особенно из-за множества здоровенных сосулек, что росли со скал вбок, по направлению ветра. Острые и длинные, они больше были похожи на ледяные пики, направленные против тех, кто осмелится пойти к горе. И казалось, что они были созданы не случайно, а натыканы тут по чей-то вполне осознанной воле.
   -И как ты планируешь остановить эти заморозки? - спросил он, чтобы хотя бы немного развеять скуку и апатию от своей новой роли. И отвлечься от окружения, которое было откровенно враждебно им.
   -А? - откликнулась Анна, которая с любопытством рассматривала горизонтальные сосульки в этом ледяном частоколе. - Я просто поговорю с сестрой.
   -И это твой план? - искренне удивился Кристофф, поражённый такой наивностью своей нанимательницы. Идти на свидание с ведьмой, пусть даже и родной сестрой, просто так? Это было похоже на безумие. Особенно после того, что сделала эта ведьма с целым герцогством, если не страной. И потому парень попытался аккуратно намекнуть своей спутнице о том, чтобы она хотя бы подумала, что будет говорить. - Значит, мой бизнес зависит от разговора двух сестёр?
   -Ага. - весело ответила юная герцогиня, бодро топая следом за снеговиком.
   -Агх! - только и успел воскликнуть Кристофф, с трудом гася скорость. Потому что за разговором он отвлёкся от дороги, и теперь упёрся лицом прямо в вершину длиннющей сосульки, которую заметил в самый последний момент. Ещё бы пол шага вперёд, и его голова оказалась бы нанизана на этот ледяной кол. В таком положении его следующий вопрос прозвучал наиболее весомо. - Ты совсем её не боишься?
   -Ну с чего бы? - отмахнулась от вопроса Анна. Почти как от надоедливой мухи.
   -Да. Я уверен, что она очень милая, славная. И окажет нам тёплый приём. - встрял в разговор Олаф. И развернувшись головой и верхней частью туловища, начал болтать, активно жестикулируя. И сам того не заметив, налетел на одну из сосулек. Которая проткнула верхнюю часть его туловища насквозь, выйдя и груди и выбив камень- пуговицу. При этом нижняя часть снеговика так и продолжала топать, пока не налетела на скалу, от чего упала в сугроб. И только в этот момент Олаф заметил, что с ним что-то не так. - Ой! Смотрите. Я - шашлычок. Ха-ха-ха.
   Кристофф закрыл глаза варежкой, только покачав головой. Как ледяная ведьма, которая наслала проклятье на все земли, покуда хватало глаз, не смогла дать своему созданию хоть немного мозгов? Этот снеговик был туп как пробка. Удивительно, что он ещё знал, куда их ведёт. Хотя, теперь понятно, зачем он нужен Анне. Если этот Олаф заблудится, заведёт их не туда, или сбежит, то именно на плечи прежнего проводника ляжет задача вывести нанимательницу из гор.
   -Сейчас помогу. - сказала Анна, подходя к снеговику и снимая его с сосульки. Аккуратно стаскивая Олафа с ледяной пики, она сделала два шага назад. И на третьем оступилась, повалившись навзничь в сугроб и уронив верхнюю часть снеговика. - Ай!
   -Не напорись на сосульку. - с улыбкой сказал Кристофф, помогая барышне подняться на ноги.
   -Я зацепилась за что-то. - задумчиво произнесла Анна. И почти сразу кинулась разгребать снег, ища причину своего падения. - Тут есть нечто. Похоже на натянутую верёвку.
   -Да кому нужно натягивать верёвку здесь? - удивлённо спросил проводник. - Тут люди бывают реже, чем раз в десятилетие.
   -Ах! - воскликнула юная герцогия, выдернув из под снега край фиолетового полотнища с замысловатым орнаментом, вышитым вдоль края. Которое оказалось вмёрзшим в основание сосульки на камне, за который зацепилось. И глядя на эту тряпку, Анна изменилась лицом, а её руки задрожали. - Это же мантия Эльзы!
   -Значит мы идём верной дорогой. - подбодрил свою нанимательницу хадорец. - Поспешим, и успеем обернуться до заката.
   -Конечно успеем. - весело заявил Олаф, который всё же сумел самостоятельно собраться воедино. И быстро проверив свою целостность, он снова понёсся в гору. - Тут совсем немного осталось.
   Они шли всё дальше и дальше. Пока через полчаса не подошли к практически отвесной скале, преградившей им путь. Куда идти дальше, было совершенно не понятно. Да и проклятый снеговик встал как вкопанный, с идиотской улыбкой любуясь окружающим пейзажем.
   -Что дальше? - весело спросила преисполненная энтузиазма Анна, любуясь на каменную стену. Скала была добрых сорок метров высотой, не изобиловала уступами, по которым можно было бы без труда подняться вверх.
   -Хмм. Хмм. Крутовато. - пробормотал Кристофф, снимая со Свена сумки и доставая инструменты. Лезть на скалу ему не хотелось совершенно. Но, судя по всему, выбора не было. Такое недоступное место - идеальное убежище для ведьмы. Если та умеет летать, конечно. - У меня только верёвка. И ты не умеешь взбираться.
   -Кто сказал? - задорно спросила юная герцогиня.
   Но проводник не обратил внимания на свою барышню. Вместо этого он сражался с узлом, которым была стянута верёвка. Ведь сам же завязал. Да затянул так, что теперь не распутать. И толстые рукавицы ну совершенно не помогали в этом деле. Пришлось даже прибегнуть к зубам, как к предпоследнему доводу. Оставался конечно ещё нож, но эта верёвка обошлась ему слишком дорого, чтобы так просто срезать даже непокорный узел.
   Внезапно, северный олень аккуратно стукнул рогом по спине своего хозяина. А когда Кристофф оторвался от верёвки и посмотрел на своего верного друга, Свен с рёвом указал ему на скалу. И на нанимательницу, которая на эту скалу карабкалась.
   -Что ты делаешь? - спросил проводник, глядя на девушку, которая лезла на скалу, даже не подвернув подола своей юбки.
   -Я. Иду на встречу. С моей сестрой. - ответ получился отрывистым и приглушённым. Потому что юаня герцогиня отчаянно пыхтела и сопела от усердия.
   -Ты расшибёшься. - сказал Кристофф, отмечая отсутствие у своей нанимательницы какой-либо страховки.
   -Рыыых! - таков был ответ Анны, которая как раз подтягивалась до очередного выступа. И закинув локоть правой руки, зацепилась на новой высоте, болтая ногами в воздухе.
   -Я бы не вставал туда. - сказал хадорец, видя как юная герцогиня оперлась ногой за недостаточно надёжный выступ. Который откололся, стоило ей только перенести на него свой вес.
   -Не отвлекай меня! - злобно крикнула Анна, пытаясь нащупать ногами новую точку опоры.
   -И сюда. - и словно следуя словам хадорца, история повторилась. Но на этот раз в ответ помимо сопения и пыхтения полетело ещё и совсем неразборчивое бормотание. Понимая, что эта ведьма заводится, Кристофф поспешил пойти на попятную. А то вдруг она и впрямь решит его застрелить. - Может Эльза не хочет тебя видеть?
   -Я тебя не слушаю. - ответила девушка не оборачиваясь. - Мне надо сосредоточиться.
   -Эхх. - в очередной раз поразился упёртости своей спутницы Кристофф. Определённо, эта барышня была из той породы, которая если и вобьёт себе что в голову, так потом не успокоится. Как там говорили мужики? Варджек на бегу остановит и ноги ему оторвёт? Но попытаться переубедить её всё же стоило. И до того, как она себе что-нибудь сломает. - Обычно, те, кто уходят в горы, хотят остаться одни.
   -Никто не хочет быть один. Кроме тебя конечно. - ответ прозвучал несколько резковато. Даже не смотря на сопение и пыхтение девушки. Но в рамках допустимого.
   -А я и не один. - с усмешкой ответил Кристофф. - У меня есть друзья, забыла?
   -Твои эксперты в любви? - даже не смотря на сбитое дыхание сарказму юной герцогини можно было только позавидовать.
   -Да, эксперты в любви. - ответил хадорец, ни капельки не смутившись ни тоном, ни содержанием этого словесного выпада.
   -Мне осталось чуть-чуть, правда? - спросила Анна, которая всё же нашла опору. И даже забросила ногу на этот выступ, что торчал сбоку. Да так и повисла враскоряку, пытаясь отдышатся. - На такой высоте даже дышать трудно.
   -Хех. - усмехнулся Кристофф, любуясь висящей на высоте трёх метров девушкой. И ведь если он кому скажет, что снимал со скалы ллаэльскую аристократку, никто не поверит. А если ещё расскажет, как она висела, нелепо раскорячившись и цепляясь на немногочисленные выступы, так его самого засмеют. Поэтому всё случившееся останется их маленькой тайной. А он пока спасёт эту взбалмошную барышню. И перекинув верёвку через плечо, он пошёл ловить свою упрямую нанимательницу. - Не сорвись.
   -Эй, Свен! - крикнул снеговик, внезапно появившись откуда-то сбоку. - Не знаю, поможет ли это, но я нашёл лестницу, которая ведёт прямо к горе!
   -Ха-ха! Отлично! Лови! - произнесла Анна, кинув взгляд на своего спутника через плечо.
   А в следующую секунду она оттолкнулась от скалы и полетела вниз. Кристофф еле-еле успел среагировать, не без труда поймав девушку. Которая пусть и была довольно миниатюрной, но благодаря высоте всё же заставила хадорца крякнуть.
   -Спасибо. - мило улыбнулась нанимательница своему проводнику, похлопав того по плечу. И почти сразу соскочила на снег, побежав за снеговиком. - Это была проверка на реакцию.
   Кристофф только и мог, что покачать головой, глядя на удаляющуюся прочь барышню. Потому что приличных слов, чтобы описать всё это, у него не было. А ругаться в присутствии женщины вроде бы и нельзя по столь незначительным причинам. Тяжело вздохнув, он потрепал по загривку подошедшего к нему Свена, и уже вмести они отправились за Анной и Олафом.
   Проход действительно был. Достаточно широкой, чтобы можно было спокойно идти по одному. Узкой террасой уводя их в обход скалы, к южному склону горы. Где был виден достаточно широкий и достаточно пологий склон, по которому можно было подняться до их высоты без каких либо трудностей. Если бы они не сделали крюк в четыре мили до замёрзшего водопада. Но Олаф провёл их кратчайшим маршрутом. И благодаря именно этому крюку и последующему обходу по террасе, Свен учуял что-то в снегу. Остановившись на пол дороги, принялся раскапывать что-то своей широкой лапой.
   -Ну что там, Свен? - спросил Кристофф когда заметил, что его верный друг отстал. - Нашёл чего интересного?
   Ответом послужил радостный рёв. А через минуту северный олень уже догнал своего хозяина, держа в зубах какую-то бирюзовую тряпку. Парень даже не сразу понял, что это, и откуда его питомец это достал. И только когда Свен подбежал вплотную и почти сунул эту тряпку ему в руки, Кристофф смог разглядеть в этом предмете бирюзовую перчатку.
   -Эй! - окликнула их Анна. - Ну где вы там?
   -Ничего себе... - пробормотал Кристофф, изучая перчатку. Длинная, тонкая, скроенная на женскую руку, она поражала воображение сложностью орнамента, красотой отделки и блеском драгоценных камней. Конечно, снег и слюна Свена несколько портили впечатление от созерцания этого произведения искусства. Но даже не смотря на это, хадорец понимал, что этот предмет стоил в разы дороже, чем его сани. И может быть, даже его жизнь.
   -Ты что, оглох? - крикнула Анна ему на ухо, для надёжности ткнув кулачком в спину.
   -Посмотри. - сказал проводник, поворачиваясь к своей нанимательнице и показывая ей найденную перчатку. - Похоже, это тоже от твоей сестры.
   -Ах! Перчатка! - воскликнула юная герцогиня, делая шаг назад. После чего принялась ожесточённо рыться в своей сумке. Пока не извлекла другую, точно такую же перчатку. После чего выхватила из рук хадорца находку его оленя и сложила их вместе. Перчатки образовали идеальную пару. После чего девушка уже не сдерживала эмоций - Я знала! Я знала, что в этом всё дело!
   Но проводник молча смотрел на свою нанимательницу, искренне не понимая причину столь бурной реакции на вполне заурядное событие. Ну подумаешь, перчатку потеряла. С кем не бывает? Герцогиня тоже ведь из плоти и крови.
   -Перчатки! - воскликнула Анна, для наглядности потрясая ими перед носом Кристоффа. - Из-за них всё произошло! Когда я сорвала перчатку с руки Эльзы, она начала всё замораживать. А когда она потеряла вторую, зима накрыла герцогство, став ещё злее и холоднее.
   -И что теперь? - спросил всё ещё не понимающий этой логики Кристофф.
   -И теперь, если Эльза наденет перчатки, то всё закончится! - юная герцогиня буквально сияла от радости. Как будто она нашла золотую жилу. - Это же зачарованные перчатки! Я сама видела, как они светились, когда Эльза колдовала. Они рассеивают магию!
   -И ты думаешь, что она так просто даст надеть на себя эти зачарованные перчатки? - в голосе хадорца сквозило сомнение. Потому, что окажись он на месте ведьмы, он бы никогда не позволил надеть на себя подобную штуку. Это же всё равно, что самому себя заковать в кандалы.
   -Я ей просто верну эти перчатки. - весело ответила Анна, пряча их обратно в сумку. Хотя, она всё же не забыла почистить правую перчатку, сковыряв замёрзшие слюни. - Она сама их наденет. Я уверена. И тогда всё вернётся на круги своя. Пошли скорее.
  
   И когда они всё же обогнули скалу, дворец предстал перед ними во всём своём великолепии. Он как будто вырос на той небольшой площадке, что была на юго-восточном склоне горы возле самой вершины. Эта чарующая, ажурная ледяная конструкция, переливавшаяся разными оттенками голубого и сверкавшая в лучах заходящего солнца. Невероятный, невозможный, неземной, он поражал точностью пропорций, совершенством форм, и красотой лаконичного убранства. Эти колонны, скаты, контрфорсы, балконы и единственная ледяная лестница, что была перекинута через расщелину прямо к парадным дверям - всё было просто идеально.
   -Ух ты... - протянула Анна, любуясь великолепием ледяного дворца.
   -И всё изо льда... - только и сумел выдавить из себя Кристофф. Потому что он в жизни не мог себе даже представить, что лёд может быть таким красивым. И тем более, что из него можно построить такие хоромы. Ему даже дышать было тяжело от восторга, обрушившегося на его непутёвую голову. Определённо, все беды и несчастья последних дней стоили того, чтобы увидеть нечто подобное. - Сейчас расплачусь.
   -Пожалуйста. - обронила Анна, проходя мимо. - Не стесняйся.
   -Ля-ля-ля! - напевал снеговик, ужасно фальшивя, скача по ступенькам перед юной герцогиней. - Шу-шу-шу!
   Свен тоже захотел присоединиться к остальным и получше рассмотреть это чудо архитектуры вблизи. Но, широкие оленьи лапы просто скользили по льду, не давая зверю никакой точки опоры. Он только и мог, что недовольно реветь в своей отчаянной попытке подняться с ледяных ступеней.
   -Эмм. Ладно, не нервничай. Давай я помогу. - сказал Кристоф Свену, беря того под брюхо и снимая с лестницы. - Вот так, дружок. Посиди пока здесь.
   И когда северный олень всё же сел, грустно хрюкнув от разочарования, его хозяин смог сам начать подъём по этой ледяной лестнице. Которая была абсолютно совершенна. Ни одного шва, ни одной неровности. Идеально гладкие полупрозрачные ступеньки, через которые была видна пропасть. Он даже присвистнул, проведя рукой по перилам, на которых не было ни малейшего следа неровностей. Только одно слово было достойно этого великолепия. - Идеально.
  
   Анна стояла на пороге ледяного дворца, не решаясь постучатся. Потому что снова межу ею и Эльзой была дверь. Эта вечная преграда, что всегда была закрыта. И в ту ночь, когда она распахнулась, они оказались разделены войной на долгие годы. Так и стоя с занесённым кулаком, юная герцогиня думала о том, не было ли это их с сестрой проклятьем.
   -Постучи. - тихонечко подсказал Олаф.
   Поглощённая мрачными мыслями, она даже не заметила, как прижала левую руку к сердцу. И как нащупала ленту перевязи с патронташем у себя поперёк груди. Даже через рукавицу она ощутила холод метала застёжки в форме сигнуса. Золотой лебедь - герб Сигнара, призванный отличить ганмага королевской гвардии.
   И запоздалая мысль очень своевременно пришла в голову. Эльза же клялась в верности Империи. Она не должна видеть ни перевязь, ни пистолет. И тем более знать о том, что Анна - ганмаг. Потому что это может испортить любые попытки примирения. И это ещё хорошо, что её хадорский проводник был весьма диким и дремучем парнем. Иначе мог бы убить её, или на худой конец просто сдать властям как шпионку. Которой она была на пол ставки.
   -Постучи! - уже настойчивее сказал Олаф, покуда юная герцогиня сражалась с застёжкой перевязи. А когда всё же победила, быстро скрутила ремень с патронташем вокруг кобуры с пистолетом и подсумка. И когда она уже прятала их в сумку, снеговик спросил у Кристоффа. - Почему она не стучит?
   Анна тем временем перевела дыхание и снова занесла кулак, готовясь постучатся в ледяные ворота. Но ей всё равно не хватало духа сделать это. Поэтому она постаралась как можно глубже вдохнуть разряженный горный воздух и успокоится.
   -А вдруг она не умеет стучать? - высказал оригинальную гипотезу Олаф.
   Но Анна всё же победила свою нерешительность и трижды ударила в створки ледяных ворот. Которые откликнулись низким и гулким эхом. И с третьим ударом разошлись в сторону, со скрипом и скрежетом льда, трущегося об лёд, открывая проход.
   -Ах! Ха! Открыла! - воскликнула юная герцогиня. Она совершенно не ожидала, что это окажется так просто. - Не то, что раньше.
   Кристофф и Олаф замерли, молча любуясь внутренним убранством ледяного дворца, открывшимся им с порога.
   -Ой! - вспомнила об одной важной детали Анна, готовая уже сделать шаг внутрь. И быстро повернулась к своему проводнику. - Тебе лучше подождать меня здесь?
   -Что? - не поверил своим ушам Кристофф.
   -Однажды увидев меня с парнем, она всё заморозила. - коротко объяснила возможный итог появления перед Эльзой с незнакомцами юная герцогиня.
   -Но... Но ты только посмотри! - начал протестовать хадорец, активно размахивая руками. - Весь этот дворец изо льда! Лёд - моя жизнь!
   Но в ответ она смогла только пожать плечами, да развести руками. Потому что результат предыдущего такого визита был виден вокруг на сколько хватало глаз.
   -Пока, Свен! - сказал снеговик, проходя между двух людей во дворец.
   -И тебе тоже, Олаф. - произнесла Анна, вовремя поймав его за руку-веточку.
   -Мне? - удивлённо спросил снеговик, глядя прямо в глаза юной герцогине. И в этот миг на его белом лице отразилось столько скорби и отчаянья, будто его лишили самой заветной мечты.
   -Буквально одну минуточку. - сжалилась над несчастным созданием Анна. Всё же он был слишком наивен, почти как меленький ребёнок. И ей совершенно не хотелось обижать его.
   -Ладно. - согласился Олаф, отходя обратно. И как только юная герцогиня переступила порог, принялся негромко считать. - Один. Два. Три.
   Створки начали закрываться, как только Анна вошла внутрь. Обернувшись, она заметила своего проводника, который сидел вместе со снеговиком на первой ступеньке лестницы. И когда двери с глухим стуком закрылись, они оба уже хором считали секунды. - Четыре. Пять...
   -Ого. - только и могла сказать Анна, осматривая внутреннее убранство дворца. Большой зал заливал нежный голубой свет, лившийся сверху через огромную ажурную люстру и узор на потолке в форме снежинки, которая буквально светилась изнутри. Пол был гладкий, как каток. Юная герцогиня с трудом смогла удержать равновесие, и была вынуждена двигаться значительно аккуратнее, идя к одной из двух лестниц, что полукругом огибали ледяной фонтан и сходились на небольшом балконе, ведя вглубь дворца.
   -Эльза! - позвала она свою старшую сестру. - Это я, Анна!
   -Анна? - осторожно спросила герцогиня Аренделла, выходя на балкон.
   -Ооо. Эльза. Ты так изменилась. - произнесла Анна, поражённая новым обликом своей сестры. Этим сверкающим и переливающимся голубым платьем с длинной воздушной мантией, с которой сияли ледяные звёзды. И толстой косой платиновых волос, свисавшей с плеча. Она никогда не видела её такой. Но быстро поняв, какую глупость сморозила неподумав, поспешила исправиться. - В смысле, к лучшему. И тут всё так красиво.
   -Спасибо. - с улыбкой кивнула Эльза, всё так же стоя на балконе. - Я и сама не знала, что способна на такое.
   -Прости меня за всё. - начала свою речь Анна, медленно поднимаясь по лестнице. - Если бы я только знала...
   -Нет-нет! Всё нормально. Ты не должна извинятся. - произнесла Эльза, поднимая руки в примирительном жесте и на два шага отходя вглубь от края балкона и лестницы. - И лучше тебе уйти. Пожалуйста.
   -Но я только пришла. - удивилась Анна. Так быстро от неё ещё никто и никогда не пытался отделаться.
   -Твоё место в Аренделле. - сказала Эльза, делая ещё три шага назад.
   -Как и твоё. - произнесла юная герцогиня, в надежде напомнить своей сестре о принесённых клятвах.
   -Нет. Анна, моё место здесь. - с грустью произнесла Эльза, подходя к краю балкона, кладя руки на перила и глядя вниз, на ледяной фонтан. - В одиночестве. Где я могу быть собой. И никому не навредить.
   -Кстати, по поводу этого...
  
   Терпение первым лопнуло у Кристоффа. В конце концов, он не бездушный и безмозглый снеговик. А потому, поднявшись на счёте сорок, он подошёл к дверям, и тихонечко их приоткрыл. Так, чтобы в образовавшуюся щель было видно происходящее.
   Отсюда он прекрасно видел и фиолетовый плащ Анны, и сияющее голубым платье герцогини Эльзы. Но не очень хорошо слышал разговор. Считающий секунды снеговик был слишком громок, заглушая всё, что можно.
   А сам Олаф, заметив, куда направился его товарищ по ожиданию, сам сорвался с места на счёт пятьдесят. И пристроившись сбоку, открыл створку дверей ещё шире, чтобы самому видеть происходящее.
   И как только минутный отсчёт был завершён, с радостными криками Олаф рванулся во дворец. Кристофф только и успел, что шарахнутся в сторону, прячась за колонну. Потому что ему очень не хотелось познать на своей шкуре гнев ледяной ведьмы. А снеговику то что, ему хоть кол на голове теши, он и не заметит.
  
   -Шестдесят! - разнёсся по залу чей-то радостный вопль.
   -Стой. Что это?- встревоженно произнесла Эльза, опасаясь худшего. Но неизвестно как открывшиеся двери уже снова закрывались, повинуясь воле хозяйки дворца. А маленький снеговик уже летел со всех ног к Анне. И по дороге продолжал кричать свои приветствия. - Привет! Я - Олаф! Люблю жаркие объятия!
   -Олаф? - Снежная Королева не верила своим глазам. Она слепила похожего снеговика ради забавы. А он теперь прибежал в её ледяной дворец. Сам!
   -Ты меня слепила. - осторожно произнёс Олаф останавливаясь рядом с Анной, виновато сложив руки-веточки. - Ты помнишь?
   -И ты живой? - у Эльзы всё ещё в голове не укладывалось, как такое возможно. Ведь она не изучала заклятья анимации конструктов.
   -Да. - скромно ответил снеговик, осматривая себя и шевеля пальцами деревянных рук. - Вроде того.
   Эльза со страхом взглянула на свои ладони. Анимация конструктов - одно из сложнейших заклятий. Сделать из неживого живое за всю историю Ковена Серых Владык удавалось единицам. Большинство шло по пути наименьшего сопротивления, создавая механические подобия жизни в виде всевозможных меканических сервиторов, автоматонов и других конструков. Вершиной развития этого направления были варджеки, которые оживали благодаря энергии парового двигателя и арканомеханическому мозгу - кортексу. Вторым путём было оживление того, что когда-то уже было живым - некромантия, запретное тёмное искусство, само знание о существовании которого было тяжким бременем.
   Но Олаф был из снега. Не из стали и не из мёртвой плоти. Из простого снега, камней и веточек. И он был живой. Пускай и неосознанно, но она создала жизнь. Не отняла, а подарила. И от этой мысли на душе у Эльзы стало тепло и радостно. Её сила могла творить настоящие чудеса, невероятные и прекрасные.
   -Он как тот, что мы слепили в детстве. - сказала Анна, присев рядом со снеговиком и кладя руку ему на плечо.
   -Да. - вспомнила Эльза те светлые и беззаботные времена. Когда родители были живы, когда они были вместе. Когда они были счастливы.
   -Эльза, мы были так дружны. - с надеждой произнесла Анна, глядя в глаза своей старшей сестры. - Мы можем опять быть вместе.
   Герцогиня Аренделла улыбнулась. Это было именно то, чего ей не хватало все эти годы. Но, заметив белую прядь в медно-рыжих косах Анны, она вспомнила. Вспомнила ту ночь и зал в замке отца, засыпанный снегом. Эльза вспомнила, как поскользнулась. Как попала в голову Анны магическим зарядом. Как побледнело лицо её младшей сестры, впавшей в кому. И как эта белизна появилась в её волосах. И внутри Снежной Королевы всё похолодело от страха.
   -Нет! Не можем. - сказала Эльза, пряча руки, поворачиваясь спиной к сестре и уходя в глубь дворца. - Прощай, Анна.
   -Эльза, стой! - воскликнула юная герцогиня, вскакивая на ноги.
   -Я пытаюсь защитить тебя! - крикнула бывшая герцогиня Аренделла своей младшей сестре.
   -Ты не должна защищать меня! - кричала Анна, бежав по лестнице следом. - Я не боюсь!
  
   Когда двери захлопнулись, Кристофф смог перевести дух. Подождав ещё с минуту, и убедившись, что более ничего не происходит, он попробовал снова открыть створки и поглядеть, что же происходит внутри. Потому что любопытство было сильнее страха. Ведь в эти мгновения решалась судьба Аренделла, если не всей Новой Умбрии. И его судьба в том числе.
   Какого же было его удивление, когда через получившуюся щель в дверях он смог увидеть фиолетовый плащ Анны, мелькнувший на балконе. И услышать обрывки разговора на повышенных тонах. Создавалось стойкое ощущение, что сёстры не ладят. И при том достаточно крепко.
   Понимая, что играет с огнём, Кристофф распахнул ворота и вошёл во дворец. Он прекрасно отдавал себе отчёт в том, что связался с силами, которые были недоступны его пониманию. И что ставкой в этой игре была жизнь, если не душа. Но он бы никогда не простил себя, позволь он Анне в одиночку сгинуть в этом логове ледяной ведьмы. Пусть она тоже была ведьмой, но она спасла ему жизнь. И теперь он не мог бросить её просто так. И потому держал топор наготове.
   А юная герцогиня уже бежала по лестнице куда-то вверх и вглубь замка. Только её фиолетовый плащ мелькал за полупрозрачными ледяными стенами в десятках отражений. Поэтому определить, где именно находится его нанимательница, проводник мог только по голосу. Который то становился громче, то затихал. И теперь было уже непонятно, ссорятся ли сёстры, мирятся или просто разговаривают.
   -Я могу помочь! - крикнула Анна.
   -Иди домой! - ответила её старшая сестра.
   Кристофф аккуратно подымался по лестнице в полном молчании, вслушиваясь в отдалённые голоса. Которые изрядно искажались акустикой ледяного дворца. Только некоторые отдельные слова и обрывки фраз были ещё хоть как-то различимы.
   -Да! Но... - пыталась запротестовать юная герцогиня.
   -Постой! - повысила голос Эльза, перебивая младшую сестру.
   Олаф тоже был рядом. И тоже шёл в полном молчании, старательно вслушиваясь в диалог. В этот момент человек и снеговик были едины в своих желаниях. А потому они не проронив ни звука продолжали аккуратное движение вперёд.
   -... от меня подальше убегай! - голос герцогини Аренделла звучал значительно чётче теперь, когда Кристофф достиг лестницы. Оставалось пройти два лестничных пролёта не сворачивая, и он бы нагнал обоих ведьм.
  
   -Всё совсем не так! - крикнула Анна.
   -Как это не так? - спросила Эльза, не понимая причин её настойчивости. Ведь её младшая сестра своими глазами видела, насколько опасной может быть ледяная магия. И насколько номинальным был её контроль над этими силами.
   -Ты всё неверно поняла! - продолжала наседать юная герцогиня.
   -Что неверно поняла? - эхом отозвалась ей бывшая герцогиня Аренделла, чувствуя, что начинает терять терпение. И что у неё внутри уже закипает гнев на такую упрямую и такую непокорную сестру.
   -Весь наш город... - начала было Анна, но вдруг резко осеклась на полуслове. После чего зажмурилась, заломив руки, и всё же закончила предложение. - вьюга замела...
   -Что? - не поняла свою сестру Снежная Королева. Эта метафора была слишком неуместна для такого серьёзного разговора.
   -Ты, похоже, устроила вечную зиму. Повсюду. - прямо сказала юная герцогиня, объясняя случившееся.
   -Повсюду? - Эльза не верила своим ушам. Неужели весь тот снег, что нанёс сотворённый ею буран, не растаял в тот же день? Под прямыми лучами летнего солнца? Невозможно! У неё не было столько сил! Или всё же было? Или она действительно могла сковать льдом целое герцогство? Или даже больше? А может быть, это был результат применения амулета? Этого мистического артефакта, о котором она сама не имела точного представления? Больше всего похоже на то.
   Сокрушённая, Эльза с трудом могла дышать. Вот чего стоила Аренделлу её свобода. Вот к чему привела не сдерживаемая никакими ограничениями магия. Она своей рукой обрекала тысячи, десятки тысяч человек на мучительную смерть от холода и голода в объятьях вечной зимы.
   -Но ты сможешь всё разморозить. - весело заявила Анна. Кажется, она заметила отчаянье своей сестры.
   -Не смогу! - Эльза была готова разрыдаться от осознания того, что она наделала. Какую катастрофу вызвала её легкомысленность. И какое горе обрушилось на головы множества людей по её вине. - Я не знаю как!
   И подстёгиваемая этой бурей эмоций, её магическая сила снова вырвалась на свободу. В зале пошёл снег, который начал закручиваться вокруг своей королевы.
   -Конечно сможешь! - поспешила подбодрить её младшая сестра. - Знаю, сможешь!
   -Я так глупа... - произнесла Эльза, отворачиваясь прочь. Анна всё продолжала что-то говорить, пытаясь поддержать и утешить её. Но разве могли слова помочь укротить бурю, которая бушевала в сердце Снежной Королевы?
   -Вместе мы можем свернуть горы! - кричала Анна. А подымающийся ветер всё быстрее и быстрее закручивал снег, которого становилось всё больше. - Не надо бояться! Вместе мы можем укротить эту злую бурю! И спасти Аренделл!
   -Проклятья мне не снять! - воскликнула Эльза, озвучивая приговор самой себе. Потому что её дар был именно проклятьем. И остановить собственную магию она была не в силах. Никто был не в силах! - Ты не понимаешь!
   -Не бойся! - кричала юная герцогиня, которая будто читала мысли своей страшной сестры. - Вместе мы можем всё поменять!
   -Анна ты испортишь всё опять! - в отчаянии кричала Эльза, чувствуя как слёзы проступают у неё на глазах. Потому что она ощущала, как контроль над её магическими силами ускользал от неё, как песок сквозь пальцы. - Ты должна бежать! Спасайся! Пока не поздно!
   -Мы можем обратить эту зиму вспять! - кричала Анна, с трудом удерживаясь на ногах. Потому что поднявшийся в зале ветер превращался в настоящий снежный буран. Она даже была вынуждена закрыться от него полой своего фиолетового плаща. Но она и не думала уходить, стараясь вернуть свою сестру. - Вместе мы можем вернуть всё. И быть снова счастливы, как прежде!
   -Нет! - крикнула Эльза, взмахнув руками. И повинуясь её жестам, снежный вихрь превратился в воронку, которая стягивалась к ней. Снежная Королева пыталась спасти свою сестру от страшной смерти. Она старалась загнать свою силу обратно, внутрь себя. И ей это почти удалось.
   Она спрессовывала магическую энергию в своей груди, прекрасно понимая, что это смертельно опасно. По сути, это было почти самоубийством. Ведь если ей не удастся подавить и рассеять этот заряд, он может обратить в лёд её саму. Но магическая сила была столь велика и свирепа, что для надёжности бывшая герцогиня Аренделла снова прибегла к помощи мистического амулета, пытаясь удержать холод в себе.
   И это ей удалось. Под воздействием артефакта, заряд магической энергии сжался в крошечный шарик у неё в груди. Только за тем, чтобы в следующий миг взорваться, разлетаясь по сторонам широким горизонтальным диском. И тело Эльзы не было для этой силы помехой ни в малейшей степени. Она никогда не ощущала дискомфорта от низких температур. Холод был её стихией. И поэтому он пощадил её, обрушившись на всё, что было вокруг. Кроме неё самой. И её пронзительный крик заглушил сухой шелест и треск, с которым ледяные заряды прошивали стены.
  
   -Ах! - воскликнула Анна, когда её грудь пронзил один из десятков белоснежных зарядов, которые вылетели из тела её сестры во всех направлениях. Бритвенно острый, этот осколок магической силы вошёл ей прямо в сердце, заставляя согнутся пополам от боли. Дыхание перехватило, а в глазах помутнело. - Ах...
   -Ах! - воскликнула Эльза, обернувшись к ней лицом. И в ужасе переводила взгляд с сестры на свои ладони и обратно.
   -Анна! - крикнул Кристофф, влетая в зал с топором в руках. И проскользив по льду, он остановился на коленях аккурат возле своей нанимательницы, бросив оружие и помогая ей встать. - Тебе не больно?
   -Нет. Ничего. - холодно ответила Анна, опираясь на руку своего проводника. И уже поднявшись на ноги, злобно взглянула в глаза своей сестре. - Мне не больно.
   -Кто это? - испуганно спросила Эльза, прижимая руки к груди. Но тут же встряхнула головой, отгоняя дурные мысли. - В прочем, не важно. Просто уходите прочь!
   -Нет! - воскликнула юная герцогиня, бросив взгляд на свою варежку. Следов крови не было. А значит, ничего страшного. Просто небольшой укол холода. - Я знаю, мы можем решить это вместе!
   -Как!? - в отчаянии кричала Эльза, пока по её щекам катились слёзы. - Какими силами ты остановишь зиму? Или меня?
   -Если не я, то тебя остановят войска Империи! - гневно воскликнула Анна, делая шаг вперёд. - Висконт поклялся стереть Аренделл с лица земли, если ты не остановишься, Эльза! Срок выходит завтра на закате! И твоя магия не остановит хадорские легионы! Ты хочешь, чтобы наш дом превратился во второй Риверсмитт?
  
   -Я не могу обратить зиму вспять! - крикнула Снежная Королева, которую душили слёзы. Худшие опасения сбывались - её заклеймили предательницей. И теперь военная машина Империи оживала, направляя свой гнев на непокорное герцогство. На её слуг и вассалов, которых она поклялась защищать перед ликом Морроу. И как остановить десятки тысяч солдат, которые не страшились холодов и метели, она не знала. Как не знала того, найдут ли они её, чтобы принести ей лично жестокое и кровавое возмездие Императрицы. Но даже это будет к лучшему. И может быть, хоть пуля мастера-вдоводела положит конец её мукам. - У меня нет сил, чтобы снять это ледяное проклятье! А теперь убирайтесь, пока целы!
  
   -Анна, пора уходить. - аккуратно произнёс Кристофф, беря её за руку и с опаской глядя на стены. Потому что покрывший их было иней начал с треском темнеть, превращаясь в лёд.
   -Нет! - грубо ответила Анна, отталкивая руку своего спутника. Она ни за что не отступит от цели, которую уже почти достигла. После чего начала рыться в своей сумке. Перчатки должны были лежать сверху. - Я не уйду без тебя, Эльза. И у нас есть способ остановить всё это.
   И с этими словами она достала из сумки бирюзовые перчатки своей сестры. Те самые, чьи самоцветы так ярко сияли, когда их хозяйка пыталась колдовать. И Кристофф, и подоспевший таки Олаф не без интереса наблюдал за происходящим. И при всём при этом хадорец не забыл поднять топор, держа его теперь за топорище. А снеговик просто подошёл к своим друзьям, с опаской глядя на Анну.
   -Нет! Слишком поздно! - воскликнула Эльза, взмахивая руками. И в её ладонях засияли заряды магической энергии. - Эти перчатки только сдерживали мои силы. У них нет власти, чтобы загнать зиму обратно.
   -Анна! - испуганно крикнул Кристофф, перехватывая топор и готовясь к драке. Олаф же поспешил спрятаться за ногу хадорца, с ужасом наблюдая за гневом своей создательницы.
   -Я не уйду, Эльза! - крикнула юная герцогиня, делая ещё один шаг вперёд. Она не страшилась магии. Лучше умереть сейчас и быстро, чем познакомится с хадорскими застенками и палачами. - И ты пойдёшь со мной! У тебя нет выбора!
   -Нет! - гневно крикнула Эльза, метнув магические заряды в пол перед своей сестрой. - Это у тебя нет выбора! Ты уйдёшь!
   И к ужасу юной герцогини и её проводника, с пола, в окружении снежного вихря, поднялся громадный снеговик, в добрых четыре метра роста с пустыми глазами и здоровенной пастью. И этот монстр с рёвом пришёл в движение. И растопырив свои здоровенные ручищи, заканчивавшиеся четырьмя толстыми ледяными пальцами, начал наступать на них.
  
   Это был один из тех моментов, когда Кристофф чувствовал себя совершенно беспомощным. Попытка ударить монстра топором закончилась тем, что этот снеговик просто схватил оружие двумя пальцами и вырвал у него из рук. А в следующее мгновение сгрёб свободной рукой и его, и Анну, которая азартно ковырялась в сумке, тщетно пытаясь выхватить свой пистолет.
   Олаф успел достаточно далеко убежать. Но огромная тварь поймала его на лестнице. После чего направилась к выходу из дворца. Все крики, протесты и увещевания этот снеговик-переросток тупо игнорировал. Покуда не дошёл до дверей, которые открыл своим задом наружу. И это не смотря на то, что створки открывались только внутрь.
   -Хватит! - кричала возмущённая действиями этого урода Анна. - Отпусти нас!
   -Уходите! - всё же удостоил своих жертв хотя бы одним словом этот снежный голем. И в следующее мгновение запустил проводника с нанимательницей в полёт по лестнице. Кристофф и Анна проехались по этому шедевру ледяной архитектуры от начала и до конца, пересчитав задами все эти чёртовы ступеньки. И только лязг их зубов, превративший возмущённый крик в неразборчивое дребезжание, сопровождал этот процесс до тех пор, пока они не плюхнулись в сугроб. Свен, чей язык оказался примёрзшим к ледяным перилам, так и сидел рядом, с любопытством наблюдая за происходящим.
   -Я к вам! - крикнул Олаф, когда огромный снеговик оторвал его голову и запустил через пропасть отдельно от туловища. И маленькому снеговику ещё повезло, потому что но впечатался затылком в облепленный снегом камень прямо над головами своих друзей.
   Анна и Кристофф только-только поднялись на ноги, отряхиваясь от снега, когда Олаф, вынужденный наблюдать за своим старшим, и крайне агрессивным братом, предупредил их об опасности: - Берегись! Зашибёт!
   Проводник и его нанимательница поспешно плюхнулись обратно в сугроб. И именно благодаря этому их не впечатало в камень другими частями снеговика. А хадорцу ещё не снесло голову его же топором, впившимся в снежную шапку как раз там, где только что было его лицо.
   -Ах! - воскликнула Анна, переполняемая гневом и возмущением. И быстро поднявшись на ноги, она сгребла пригоршню снега и слепила довольно приличных размеров снежок. - Очень некрасиво бросаться людьми!
   -Стой-стой-стой! - запротестовал Кристофф, поспешно ловя свою нанимательницу за руки. Этот снежный монстр и так был опасен и зол на них. Огромное чудище так и осталось стоять в дверях ледяного замка своей создательницы, загораживая проход своей массивной тушей. - Герцогиня, расслабься!
   -Пусти. - зашипела барышня на своего проводника. А когда тот не послушал, почти проревела. - Пусти!
   -Успокойся! - уверенно произнёс Кристофф, держа свою нанимательницу за руки. Девушка явно была в бешенстве. Но это не могло быть поводом бросится с голыми руками на гигантскую снежную образину. Которая сейчас уже не проявляла никакой агрессии. И стараясь успокоить такую горячую на руку герцогиню, её проводник повторил уже более тихо и медленно. - Успокойся.
   -Ладно-ладно! - крикнула Анна, поняв, что не сможет вырваться из медвежьих лап хадорца. В конце концов, лёд добывать - не на пяльцах вышивать. И силы парню было не занимать. - Я спокойна!
   -Оставь его в покое. - произнёс проводник, медленно убирая руки от своей нанимательницы.
   -Спокойна. - утвердительно произнесла девушка уже нормальным тоном, прекращая дёргаться. Освободившись из лап проводника, барышня снова приняла гордый и надменный вид, отворачиваясь прочь от этого снежного монстра.
   -Отлично. - произнёс Кристофф, отворачиваясь. Всё же уже не маленькая девочка и должна думать своей головой. И он подряжался в проводники, а не в няньки. А ещё нужно собрать вещи, отцепить Свена и как-то спустится вниз...
   -Рррах! - с надрывам проревела Анна. Которая уличила момент, когда её спутник отвлёкся и не мог ей помешать. И со всех сил запустила снежок в монстра, стоявшего на пороге ледяного дворца.
   -Да сколько можно!? - спросил возмущённый Кристофф, повернувшись к своей нанимательнице и в сердцах всплеснув руками. Вот ведь неугомонная баба. И всё ей неймётся залезть куда подальше, да найти побольше приключений известно на что.
   А пущенный ею снаряд по высокой дуге перелетел пропасть, ударив в тушу снежного монстра. Конечно же, обычный снежок рассыпался, не нанеся ровным счётом никаких повреждений зачарованному снегу голема. А вот гигант, до того меланхолично наблюдавший за этой сценой, пришёл в ярость. И его громоподобный рёв наполнил воздух, заставляя вздрогнуть, как показалось Кристоффу, сами горы. Но это был далеко не конец. Глаза монстра засверкали голубоватым магическим блеском, а ноги, руки, спина и бока ощетинились кусками льда, вылезшими невесть как из снежной туши.
   -Ну вот! Теперь он в бешенстве! - воскликнул проводник, констатируя очевидное. В первую очередь для того, чтобы показать этой чрезмерно настырной барышне, к чему приводит слепая ярость, избыточная агрессия и непродуманное поведение.
   -Оййй... - почти пропищала Анна, наблюдая за тем, как снежный монстр пришёл в движение. И теперь гигантский и очень злой снеговик спускался по лестнице, двигаясь прямо на них.
   -Я отвлеку его! - крикнул Олаф, подавая самую здравую из возможных идей. Даже не смотря на своё незавидное положение разбросанного по камню разными кусками. И видя некоторое замешательство своих друзей, снеговик напомнил им, что нужно делать: - Шевелите ногами!
   Кристофф быстро выхватил свой топор из сугроба, схватил за руку Анну и бросился бежать. Свен тоже не отставал, очень своевременно таки отодрав свой язык от перил ледяной лестницы. И следом за ними припустили ноги и туловище Олафа, всё же сумевшие отлепится от камня.
   -Это я не вам! Стойте! - крикнул снеговик, в безнадёжной попытке вернуть своё тело обратно. А громадный монстр пронёсся мимо, тяжело ступая своими толстыми ногами. От чего голова Олофа тоже отлепилась от камня и плюхнулась носом в сугроб. Откуда он уже гнусаво сообщил: - Так будет немножко сложнее.
   -Сюда! - крикнул Кристофф, ведя Анну к южному склону горы. Он был значительно круче восточного, и подняться тут было невозможно. За то быстро спустится - проще простого. А им нужно было хоть как-то оторваться от снежного монстра, чьи широченные ноги почти не проваливались в сугробы. Так что тварь нагоняла их, не смотря на все усилия. И путь к спасению был только один - съехать по крутому заснеженному склону. Куда монстр, скорее всего, не рискнёт сунуться. - Прыгай.
   Анна на ходу поправила сумку, а Кристофф снял с плеча верёвку, чтобы не потерялась и не мешала скользить. И когда они прыгнули, рёв снежного монстра прозвучал в опасной близости от их голов. Быстро сгруппировавшись и вытянувшись в полный рост, хадорец прижал руки к груди, удерживая топор и верёвку. Но его нанимательница, явно не катавшаяся с ледяных гор в детстве, летела вниз, бессмысленно размахивая руками.
   -Осторожно! - крикнул что было сил проводник, предупреждая девушку об опасности налететь на скалу, что торчали из снега то тут, то там. На такой скорости даже лёгкое касание могло закончиться в лучшем случае переломом. А в худшем - гибелью.
   -Ааааа! - истошно вопила Анна, которая всё же зацепила локтем снег, от чего её закрутило вокруг своей оси. И не смотря на то, что она замедлилась, это хаотическое движение каким-то чудом позволило ей благополучно избежать встречи со скалами на пути вниз.
   Обогнав свою спутницу, Кристофф спокойно погасил скорость и вскочил на ноги, готовый бежать дальше, если тварь всё же найдёт путь вниз. Только для того, чтобы оказаться тотчас же сбитым с ног Анной. Которая просто летела по инерции дальше, даже не пытаясь тормозить. Пока не остановилась, ударив своего проводника под колени, сделав парню форменную подсечку.
   И не успели они подняться на ноги, как гигантский снеговик был уже рядом. Тварь не сильно напрягалась со спуском, просто спрыгнув по скалам. И такая проворность столь массивного голема из столь ненадёжного материала, как снег и лёд, вызывала неподдельный ужас.
   -Бегом! Бегом! - крикнул Кристофф, вскочивший на ноги с неприличной скоростью, уже на ходу подхватывая Анну и утягивая за собой. И бежали они весьма быстро, в надежде оторваться от монстра в начинавшемся неподалёку лесу. Но огромный снеговик не отставал. Тварь просто шла напролом, с рёвом ломая встававшие на её пути деревья. Более того, она догоняла их.
  
   Анна слышала за спиной жалобный треск деревьев, ломаемых толстыми ледяными пальцами. Слышала тяжёлую поступь здоровенных ног и утробный рёв гигантского снеговика. Это чудище явно намеревалось их убить. И даже зачарованные пули его бы не остановили. Ведь он был слеплен магией из снега и льда. Как и Олаф, которого и разрывали на части, и протыкали насквозь, а ему всё было ни по чём.
   И когда ледяные пальцы в очередной раз клацнули в непосредственной близости от головы юной герцогини, она заметила дерево, согнутое в дугу под тяжестью снежной шапки. Как раз вершиной по направлению их бегства. И у неё появилась идея. Ловко проскочив под этой аркой, Анна вцепилась в ветки возле верхушки этой ели, сбивая ногой лишний снег в ожидании удачного момента.
   -Что ты делаешь!? - удивлённо крикнул хадорец, замедляя свой бег и наблюдая за действиями своей спутницы.
   И как только снежный монстр остановился, растопырив лапы перед тем, как вырвать с корнем несчастную ель и добраться таки до такой дерзкой девчонки, она просто отпустила ветки. И дерево, чья потревоженная снежная шапка уже заметно осыпалась, распрямилось подобно огромному хлысту, ударив чудище в голову. Гигантский снеговик, совершенно не ожидавший такого поворота, отшатнулся прочь. И, сделав два шага назад, с возмущённым рёвом повалился навзничь. При этом по дороге сломав рукой ещё одну ель, которая упала не него сверху.
   -Ха! - радостно крикнула Анна, догоняя своего проводника. - Как я его!
   -Здорово! - с улыбкой откликнулся Кристофф, снова ускоряясь. Но вскоре он резко остановился, рукой преградив путь своей нанимательнице. - Стой!
   И сделал он это как раз вовремя, потому что они выскочили из леса на край обрыва. И буквально сразу у них из-под ног сорвался кусок снежного карниза, падая вниз. Туда, где клубились облака, закрывая вид на округу, который скорее всего должен был быть действительно захватывающим. Но подумать об этом не получалось. Потому что из леса уже слышался гневный рёв снежного монстра.
   -Тут метров тридцать. - произнесла Анна, осторожно глядя вниз с края обрыва.
   -Скорее под сотню. - отозвался Кристофф, разматывая верёвку. После чего быстро обмотал её вокруг себя, привязывая к поясу. При этом он оставил конец в добрых четыре метра длинной, которым и привязал к себе нанимательницу. Девушка только охнула, когда парень с силой затянул узел на петле вокруг её талии. После чего схватил топор и воткнул его в снег, принявшись раскапывать лезвием яму в форме полукруга.
   -Зачем это? - спросила Анна, следя за действиями своего проводника
   -Делаю снежный якорь. - ответил хадорец, не отрываясь от работы.
   -Ага. А если упадём? - с сомнением спросила юная герцогиня, видя как он укладывал в получившуюся траншею верёвку.
   -Там внизу огромные сугробы. - поспешил успокоить её Кристофф, заткнув топор за пояс и проверяя надёжность якоря. - Всё равно, что прыгнуть на подушку. Надеюсь.
   Рёв монстра снова донёсся до их ушей. На сей раз уже ближе.
   -Так, Анна. - быстро позвал парень свою спутницу, скидывая длинный конец верёвки с обрыва.- На счёт три.
   -Ладно. - согласилась юная герцогиня, стараясь хоть немного подготовится к предстоящему спуску. Она вообще-то не боялась высоты. Но когда речь шла о такой высоте, страх подымал голову сам собой.
   -Один. - начал отсчёт хадорец, обматывая верёвку вокруг руки.
   -Как будет три, я сразу прыгну. - произнесла Анна, чтобы подбодрить себя. И тут же добавила, ответ на невысказанный вопрос, а сможет ли она?. - Да!
   -Два. - её проводник последний раз проверял натяжение верёвки и надёжность снежного якоря.
   -Сразу прыгну! - стиснув кулаки произнесла юная герцогиня, чтобы придать себе решительности.
   -Спокойно. - произнёс Кристофф, заметив напряжение своей спутницы.
   Рёв снежного монстра раздался ещё ближе. И за ним последовал треск. Обернувшись на которые, они оба увидели, как из леса вверх взмыла сломанная у основания ель. И пролетев по высокой дуге с пол сотни метров, упала всего в трёх шагах от Кристоффа, обдав того с ног до головы вихрем поднятого снега.
   -Три! - крикнула что есть мочи Анна, прыгая с обрыва вниз.
   -Кудааа!? - попытался было возмутится поспешностью своей нанимательницы проводник. Но верёвка, что связывала их, сдёрнула его с место так резко, что с него облетел весь налипший снег, а последний слог растянулся в крике.
   -Ох! - только и сумела выдавить из себя Анна, когда натянувшаяся верёвка сдавила ей живот, выбивая дух. От рывка её фиолетовая шапочка на меху сорвалась с головы и полетела куда-то в туман.
   -Резковато. - не без надрыва бросил хадорец, удерживая их общий вес. Хотя, его меховая шапка осталась при нём, как и топор за поясом.
  
   -Ох. Что-то я не в форме. - произнёс Олаф, выбежав из леса. Спуск с горы действительно не прошёл для него даром и собран он был ну просто абы как. Но всего полминуты активных манипуляций над собой позволили снеговику принять более привычный вид. - Так-то лучше.
   Приведя себя в порядок, Олаф осмотрелся, ища своих друзей. Потому что он всё время шёл по их следам. И не найдя их, принялся кричать. Даже не замечая треска ломающихся деревьев, грохота тяжёлых шагов и недовольного рёва снежного монстра.
   -Эй! Анна! Свен! Снежок переросток давно отстал! Где вы?
   Но улыбка быстро исчезла с лица маленького снеговика, когда над ним нависла тень его старшего собрата. Который проломил настоящую просеку в лесу, выйдя на край обрыва с заметным опозданием. И сейчас этот монстр нависал над Олафом, по-видимому, размышляя о том, стоит ли отвлекаться на то, чтобы очередной раз разорвать на части эту надоедливую мелюзгу.
   -Ты! - воскликнул Олаф, догадавшись о том, кто именно стоит за его спиной. И с широкой улыбкой маленький снеговик развернулся лицом к своему большому брату, стремясь завязать разговор. И тем самым купить время для своих друзей. - А мы как раз о тебе говорили. Только хорошее. Только хорошее.
   Огромный монстр где-то полминуты изучал своего маленького собрата. Пока не решил, что эта мелюзга не достойна его внимания. И не направился к краю обрыва, куда вели следы беглецов.
   -Стой! - истошно завопил Олаф, пытаясь остановить гигантского снеговика. Но его сил было слишком мало. Он только и смог, что повиснуть на ноге этого монстра, вцепившись руками-веточками в кусок льда, торчавший из его колена.
   -Я стараюсь! - кричал Олаф, в отчаянной попытке хоть как-то помочь своим друзьям. - Но пока что выходит не очень!
   Однако, он всё же добился определённого успеха в своём начинании. Огромный снеговик остановился, недовольно взглянув на докучавшую ему помеху. И потратил ещё с полминуты, чтобы скинуть надоедливую мелюзгу со своей ноги прямо в обрыв.
  
   -Эй! - удивлённо воскликнул Кристофф, вида падающего на него сверху Олафа.
   -Олаф! - крикнула Анна, провожая взглядом пролетевшего мимо снеговика.
   -Я с вами, ребята! - крикнул им на прощание Олаф, который в полёте распался на части, задев один из выступов скалы, да так и скрылся в тумане.
   -Давай быстрее. - сказала юная герцогиня своему проводнику. Потому что приказы были излишни. Он и так прекрасно слышали, что происходило наверху всего несколько секунд назад. Монстр был уже рядом, и чем быстрее они скроются в тумане, тем выше их шансы уйти от погони. К тому же, хадорец и так прибавил скорости без дополнительных понуканий.
   Внезапный рывок прервал их движение. А вскоре они начали такими же рывками быстро подыматься обратно.
   -Стой! - возмущённо воскликнула Анна, напуганная таким поворотом событий. - Куда!?
   -А? Эй! Это не я! - воскликнул ошарашенный Кристофф. Потому что стравливаемая им верёвка больше не уходила вверх, а оставалась в руках. Их рывками поднимали обратно. И с каждым рывком они раскачивались всё сильнее, угрожающе приближаясь к скале. И юная герцогиня, которая болталась ниже, раскачивалась ещё опаснее. - Анна, держись!
   Анна же видела, как две огромные снежные ручищи, торчащие над краем обрыва, наматывали верёвку на свои ледяные пальцы. Монстр нашёл их, и теперь старательно подтягивал к себе. Но ей самой было не до размышлений и страха. Она старалась не ударится о скалу. Приходилось крутиться, чтобы каждый раз приближаться к каменной стене ногами, а не головой. И ещё при этом постараться развязать верёвку.
   Но верёвка слишком крепко держала юную герцогиню. Хадорец затянул узел слишком сильно, и она просто ничего не могла с этим поделать. И у неё даже не было ножа, чтобы освободится. Только пистолет в сумке, который ещё надо будет умудриться достать. И потом не потерять при падении.
   Кристофф тем временем как-то изловчился и начал подтягивать к себе свою нанимательницу, чтобы она не разбилась о скалу. Ухватив верёвку, которой они были связаны, он начал втягивать её к себе, наматывая полученную петлю на ногу. Анна была поражена этой воздушной акробатикой в исполнении своего проводника. Которому удалось сократить разделявшее их расстояние с четырёх метров до одного.
   И тут очередной рывок сыграл с хадорцем злую шутку. Потому что парня хорошенько приложило головой о скалу, когда их качнуло в сторону преграды. От удара его не спасла даже меховая шапка, которая слетела с его головы и упала куда-то вниз. Кристофф потерял сознание, безвольно повиснув на верёвке. Анна не полетела вниз только потому, что её проводник как раз зацепил очередную петлю. И всё ещё удерживал её вес.
   -Кристофф! - в ужасе, юная герцогиня попыталась подтянуться сама и посмотреть, что именно случилось с её спутником. Жив ли он ещё, или удар проломил ему череп? Благо, что на это у неё хватало сил. Она же была ганмагом, и стреляла из достаточно тяжёлого пистолета. А для того, чтобы бить в цель без промаха, нужна твёрдая рука. Чтобы оружие не дрожало и прицел был верным. Да и весила она не так много, чтобы эта задача была для ней непосильной. В два перехвата она смогла дотянуться до Кристоффа и заглянула в его закатившиеся глаза.
   И в этот самый момент снежный монстр поднял их над краем утёса. И юная герцогиня и её проводник оказались буквально нос к носу с громадным чудовищем. Которое взглянуло на них своими пустыми глазницами, в которых блеснуло голубое магическое пламя. И в следующее мгновение раскрыло пасть так широко, что Анне показалось, что эта тварь сейчас проглотит их обоих, даже не пережёвывая.
   -Идите прочь! - заревел громадный снеговик. И из его пасти вылетел поток ледяного ветра и ворох снега, моментально покрывшего обоих людей с ног до головы. Кристофф даже очнулся от этого рёва, который потряс весь окружающий лес и сами горы. И теперь с ужасом взирал в лицо снежного чудовища.
   -Уходим. - не своим голосом произнесла Анна, подтягиваясь повыше и выхватывая нож хадорца из ножен у него на ремне за спиной. После чего одним ударом полоснула верёвку над своим проводником. Отточенное лезвие с необычайной лёгкостью рассекло натянутые волокна. И они с диким криком полетели вниз, оставляя громадного монстра с пустой верёвкой в руках. На что голем только хмыкнул, развернулся и ушёл восвояси.
  
   Падение было чем-то невероятным. Анне показалось, что она летела, нелепо размахивая руками и ногами в воздухе, почти минуту. Обрыв был явно не в сотню метров высотой, а раза в два выше как минимум. Но даже не смотря на всё это, она выжила. Пускай она почти по горло провалилась в сугроб, но хадорец был прав. Снег принял её в свои мягкие объятья, погасив набранную за время падения скорость. Правда, пятки всё равно ныли от удара.
   -Ах! Ха! И правда, как на подушку. - сумела произнести юная герцогиня, возвращая себе дар речи и отмахиваясь от окружающего её снега, всё ещё не веря в то, что она жива. И не ушла в сугроб с головой. Однако, попытка выбраться из этих снежных объятий оказалась неудачной. А ещё она заметила движение рядом. И обернувшись, радостно воскликнула: - Олаф!
   -Я не чувствую ног! - воскликнул Олаф, отчаянно дёргая загнутые концы башмаков Кристоффа, торчавшие из снега прямо перед ним. Как именно снеговик умудрился на половину собраться, было не понятно. Но от этого его истерика только набирала обороты. Как и громкость его воплей. - Я не чувствую своих ног!
   -Это мои ноги! - произнёс Кристофф. выныривая из сугроба позади Олафа и отплёвываясь от снега. После чего хмуро взглянул на снеговика, выгребая из-за шиворота полушубка забившийся туда снег.
   -О! Будь другом, поймай мой зад. - быстро сориентировался в ситуации Олаф, видя свою нижнюю половину, бегущую мимо. Хадорцу только и оставалось, что с тяжёлым вздохом остановить снежные ноги, и водрузить на них верхнюю половину снеговика. И когда Олаф снова был в сборе, он расплылся в широкой улыбке. - Какое блаженство.
   Кристофф не разделял его радости, продолжая отряхиваться. А вот Свен, неизвестно как нашедший их, наоборот, был очень рад встречи со снеговиком. Анна заметила, как запыхался северный олень. Хотя, это было не мудрено. Потому что он сделал крюк в добрых три мили, чтобы обогнуть утёс. При этом он до сих пор тащил навьюченную на себя поклажу с едой и инструментами. И похоже, изрядно проголодался. Потому что почти сразу попытался откусить кусок морковки, заменявшей снеговику нос.
   -Ой, Свен! Ты нашёл нас! - радостно воскликнул Олаф, ловко уворачиваясь от зубов Свена. После чего прижался к нему щекой, гладя по подбородку. - Ах ты мой оленчик...
   -Не говори так с ним. - сердито произнёс хадорец, отстраняя снеговика от своего оленя.
   -Ну хватит. - легко согласился Олаф, отходя в сторону. - Мне щекотно. Ха-ха-ха.
   Парень вздохнул ещё тяжелее, вылезая из сугроба и вставая на ноги. Анна подумала, что Кристофф недолюбливал Олафа. Или ревновал Свена, к которому снеговик питал такие нежные чувства. Но это было всё мелочью. И юную герцогиню сейчас беспокоило то, что она не могла вылезти из сугроба. Тем более, что ей уже становилось холодновато от сидения в снежных объятиях.
   -Подожди. - произнёс проводник, видя безрезультатные попытки своей нанимательницы выбраться из сугроба. И быстро подойдя к ней, он взял её подмышки и одним движением выдернул из снежного плена, поставив на ноги рядом. - Вот так.
   -Спасибо. - произнесла Анна, стряхивая с юбки излишки снега. После чего с тревогой посмотрела на своего спутника. - Как голова?
   -А! У! Ха-ха. - отозвался Кристофф, когда девушка прикоснулась к его голове. После чего поспешил отшутиться. - Да у меня это. Крепкие черепа кости.
   -А у меня нет костей. - подал голос Олаф, привлекая всеобщее внимание. - И черепа.
   -Ну иии... Что теперь? - спросил у герцогини Аренделла её проводник, ожидая дальнейших приказов.
   -Что теперь? - эхом отозвалась Анна, не понимая вопроса. А в следующую секунду осознание случившегося обрушилось на неё, подобно ведру ледяной воды за шиворот. - Что теперь!?
   Она не добилась ничего! Эльза не послушала её! Аренделл обречён! А она будет объявлена предательницей Империи и казнена. Зима не прекратится, и висконт сожжёт герцогство дотла, не оставив и камня на камне от города и замка. Как уже было в Риверсмитте и Фишербруке. Перед глазами юной герцогини уже стояли картины пылающих домов и расстрелянных жителей. Хадорские солдаты, марширующие с винтовками и топорами наперевес, заливающие всё вокруг пламенем огнемётов. Варджеки, что разбивали кулаками каменную кладку стен. И тяжёлые пушки, что перемалывали древние укрепления замка бетонобойными снарядами. Все эти картины ужасного разрушения, бесчеловечного кровопролития и тотального уничтожения воображение услужливо показывало ей во всей красе. Как и вид дымящихся руин, что останутся на месте её малой родины.
   -Ооо! Что же теперь делать!? - в голосе Анны отчётливо слышалась паника. Потому что теперь она была беспомощна. И её ждала впереди только тьма неизвестности. От волнения она схватилась за щёки и даже начала мыслить вслух. - Она меня выгнала! Как я теперь вернусь к людям, ничего не сделав? Зима то не кончится! И висконт объявит меня предательницей! И меня казнят за измену! А Аренделл сотрут с лица земли! И где ты тогда продашь свой лёд? И вообще...
   -Нет-нет-нет. Мой лёд сейчас не так важен... - поспешил успокоить её Кристофф. Но уже в следующее мгновение он осёкся на полуслове и удивлённо уставился на неё. И появившаяся было улыбка исчезла с лица хадорца, когда он потянул к ней руку. - Как твои волосы.
   -Что!? - возмутилась юная герцогиня, отпихивая его лапу. Не вежливо придираться к причёске дамы. Тем более, пережившей столько всего за последние полчаса. Так что её негодование было более чем логичным. - Я упала с горы! Посмотри на свои!
   -Нет. Смотри. - настаивал на своём проводник, тыча в левую косу своей нанимательницы. - Они белые!
   -Белые? - не веря словам хадорца, Анна сама взяла в руку свою правую косу и присмотрелась повнимательнее. И с ужасом заметила, что некогда одинокая белая прядь превратилась в достаточно широкую полосу белоснежных волос. Которая теперь составляла половину косы, вытесняя её природный, медно-рыжий цвет. - Это... Что?
   -Так она ранила тебя магией, да? - с испугом спросил Кристофф
   -Жутко выглядит? - Анна слышала, как дрожал её голос. Она отчаянно пыталась сдержаться и не расплакаться. Ведь выходит так, что тот самый заряд, которым Эльза полоснула её в сердце, был магическим проклятьем? Неизвестным заклинанием, а не просто уколом холода? Но что это значит? И как она могла поступить так с родной сестрой?
   А её спутник застыл с открытым ртом, пытаясь подобрать подходящие слова. Казалось, что на простодушном лице этого парня даже отобразился весь незамысловатый мыслительный процесс, протекавший в его голове. Пока он наконец-то не произнёс короткое: - Нет.
   -Ты колебался. - тотчас же вклинился в разговор снеговик. А чтобы на него обратили внимание более рослые люди, Олаф снял с себя голову и поднял вверх на вытянутых руках. Так что теперь его макушка было не многим ниже подбородка Анны
   -Нет! Неправда. - моментально огрызнулся Кристофф. После чего сразу же вернул всё внимание к своей спутнице. - Анна, идём. Тебе нужна помощь.
   -Идём. - с лёгкостью согласился Олаф, топая вслед за хадорцем. - А куда?
   -К моим друзьям. - совершенно серьёзно ответил парень, выуживая из сугроба свою меховую шапку. Которую быстро отряхнул о колено и нахлобучил на голову.
   -Экспертам в любви? - спросила юная герцогиня, с сомнением глядя на своего проводника. Но всё равно пошла за ним следом.
   -Экспертам в любви? - эхом повторил её слова снеговик.
   -Ага. - утвердительно кивнул хадорец, поворачиваясь к ней лицом. И продолжил идти спиной вперёд, при этом не забывая её успокаивать. - Не волнуйся. Они всё-всё исправят.
   -Ты уверен? - в голосе Анны сквозило сомнение.
   -Однажды, я уже это видел. - с улыбкой произнёс Кристофф, поворачиваясь обратно и ведя их с горы на северо-запад.
   -Я, кстати, тоже эксперт в любви. - не преминул похвастаться Олаф. На что Свен, шедший самым последним, что-то ехидно проревел.
  
   Когда к вечеру колонна дошла до предгорья, скорость движения резко упала. Пускай варджек мог пройти через практически любые препятствия, взобраться на достаточно крутые склоны и выкорчевать все встречные деревья, лошади просто не могли тянуть сани при таком уклоне. Поэтому приходилось искать обходные пути, а это вызывало задержку.
   Ниссы отрабатывали своё жалование на совесть. И судя по хмурым рожам телохранителей Варавского, брали за свои услуги очень и очень приличные деньги. Но, они нашли то место, где Анна спешилась, и, похоже, не по своей воле. Нашли даже её зелёный плащ, который болтался изодранной тряпкой на какой-то ветке. Но самое главное - они нашли то место, где её видели последний раз.
   -Торговая лавка бродяги Окена. - прочитал вслух надпись на главной вывеске Ханс. Для него было удивительно то, что в такой глуши вообще могло существовать хоть что-то подобное. С кем торговать то в этих лесах и горах? С волками и медведями? А ведь ещё была маленькая вывеска с припиской к основному объявлению. - И сауна.
   -Спасибо, наместник. - язвительно произнёс каратель, спрыгивая с саней на ходу. Потому что варджек продолжил маршировать дальше, освобождая место для остановки других саней. - Но я полагаю, что тут все умеют читать по-хадорски.
   -Ю-ху! - произнёс здоровяк, вышедший на порог лавки, любуясь на небывалый наплыв гостей. Настоящий великан, каких ещё поискать. И окинув быстрым взглядом колонну из саней, забитых солдатами и гражданскими, а так же пропаханную в снегу дорогу и коптящий небо жирным угольным дымом тяжёлый варджек, зычно добавил по-хадорски. - Добро пожаловать!
   -Вы не видели тут девушку? - быстро спросил Ханс, стремясь не дать карателю испортить всё своим безудержным самомнением и командирскими замашками. Потому что страх хорош только как крайнее средство, когда нужно получить помощь от человека, который вполне может быть готов оказать её и так. - Ростом чуть ниже среднего, глаза голубые, волосы рыжие с белой прядью. Была одета в зелёное платье с чёрным верхом.
   -Видел. - кивнул здоровяк улыбаясь. - Час назад у меня спрашивали о девушке какие-то эльфы. Но я им ничего больше не сказал. Не доверяю я им.
   Ниссы, которые в основной своей массе уже собрались тут, набычились, хмуро глядя на великана. Похоже, что они были обиженны таким недоверием. Из-за которого им пришлось притащить сюда всю колонну.
   -А нам скажете? - всё же вступил в разговор каратель, стягивая защитные очки и внимательно осматривая такого крупного свидетеля.
   -Расскажу, товарищ капитан. - теперь уже серьёзно ответил лавочник. - Только пожалуйста, сперва скажите, кто вы? И зачем вы ищите эту милую девушку?
   -Она моя невеста! - воскликнул Ханс, перебив карателя. Который теперь выглядел достаточно глупо, оставшись стоять с открытым ртом. Но варкастер быстро сориентировался в ситуации и замолчал, злобно глядя на молодого кастеляна. - Она ушла вчера на рассвете и до сих пор не вернулась. Вы не знаете, куда она направилась?
   -Ооо! Поздравляю! Отличный выбор, молодой человек. - расплылся в широченной улыбке великан, даже легонько зааплодировав приятной новости. - К сожалению, я не могу сказать точно, где она сейчас. Но перед уходом она говорила о Седой Горе.
   -Седой Горе? - эхом отозвался каратель, как пёс вцепившись в ниточку утерянного было следа. Ханс понял, что это та ещё ищейка. Именно из таких и получаются самые лучшие охотники на непокорных. - Вы знаете, где это? Можете показать дорогу?
   -Это не далеко. Миль десять на северо-восток. - вежливо ответил здоровяк. - Если вам интересно, то девушка, которую вы ищите, купила новую одежду. Теперь она в синей юбке, голубом свитере с чёрным жилетом без плеч и фиолетовом плаще с фиолетовой шапочкой.
   -Спасибо за ценную информацию. - коротко кивнул каратель. - Что-нибудь ещё, что нам стоит знать?
   -Да. Она оставила своё старое платье у меня на сохранение. - значительно тише произнёс лавочник, обращаясь к Хансу. - Раз вы её жених, может быть, вы захотите забрать его?
   -Конечно. - быстро кивну Ханс. Но сейчас он думал не о платье. - Скажите, как добраться до Седой Горы?
   -На санях, да? - усмехнулся здоровяк. - Не так уж и сложно. Мой сын вам покажет. Он исходил тут всё вокруг.
   -Она ушла одна? - резко спросил капитан, рассматривая присыпанную снегом кучу из аккуратно нарезанных ледяных блоков.
   -Нет. Она уехала на санях вместе с другим покупателем. - быстро ответил лавочник, проследив за взглядом варкастера. - Она оплатила его покупки, так что полагаю, что они работают в паре. Вы этого парня легко найдёте. Он ездит на северном олене.
   -Северном олене? - хором переспросили Ханс и каратель.
   -Да-да. Самом настоящем. - весело кивнул здоровяк. - Он тут такой один.
   -Вы слышали? - резко окликнул Ниссов капитан. - Ищите следы саней, запряжённых северным оленем!
   -Давайте. - поддакнул один из телохранителей Варавского, давая добро своим подчинённым. Которые почти сразу сорвались с места, побежав искать требуемые следы.
   -Ю-ху! Девочки! - окликнул своих детей лавочник, помахав им рукой. - Аккуратнее с варджеком. Он может обидеться.
   Каратель дёрнулся, услышав эти слова. После чего коротко ругнулся в стальной ворот своих доспехов и зажмурился на пол минуты. - Я приказал варджеку не трогать детей. Они могут больше не бояться. Только пусть будут аккуратнее и не трогают движущиеся и нагретые части.
   -Большое спасибо, товарищ капитан. - произнёс здоровяк, с доброй улыбкой глядя на карателя. - Они у меня не видели варждека с тех пор, как мы сюда переехали. А этот для них вообще новая модель. Пусть полюбуются, да?
   Ханс с трудом верил в то, что видит. Конечно, этот лавочник по комплекции превосходил любого солдата в отряде. И наверняка мог бы раскидать дюжину человек в рукопашной. Но, он без какого либо страха смотрел и на хадорских солдат, и на Ниссов, и на карателя. При этом держался уважительно, но не унижаясь. И в разговоре постоянно использовал это словечко - "товарищ". Это искусственно выведенное обращение, которое стирало титулы, ранги, звания и даже пол человека, к которому было адресовано.
   Ну конечно же. В армии Империи это слово было обязательным в обращении со старшими по званию. И оттуда оно растекалось повсеместно, крепко укореняясь в повседневном языке. Лавочник явно отслужил в хадорской армии не один год. Может быть, даже не в линейной пехоте. Скорее всего, это был один из Мановаров. И комплекция подходящая, и смелость, граничащая с безумием. Ханса всегда пугали эти люди, добровольно одевавшие доспехи, которые могли в случае малейшей неисправности сварить своего хозяина живьём в облаке перегретого пара.
   -Пускай. - кивнул варкастер, возвращаясь к теме разговора. - Чем ещё вы можете помочь нам?
   -Могу предложить широкий ассортимент товаров. Сейчас как раз идёт летняя распродажа. - начал было работать по накатанной лавочник. Но, наткнувшись на ледяной взгляд карателя, быстро сменил стратегию. - Но для вас я могу предложить продовольствие и припасы. Консервированная тушёнка, каша, посуда. Для воинов нашей доблестной армии скидка.
   -Отлично. Берём. - коротко кивнул варкастер. После этого обращаясь уже к Хансу. - Закупите продовольствие и недостающий инвентарь, наместник. А то ваши люди не готовы к длительному походу.
   -Хорошо. Я займусь этим. - недовольно отозвался Ханс. Ему было противно исполнять приказы этого цепного пса Империи. Который был прав, чтобы его черти драли. Далеко не все добровольцы взяли с собой достаточно еды для длительной экспедиции. И именно молодой кастелян, как организатор поисков, нёс всю ответственность. В том числе и материальную.
   -Привал на час! - гаркнул каратель во всю свою лужёную глотку. - Всем поесть и подготовится к продолжению марша! Накормить лошадей! Кузьмич, проверить и дозаправить джека!
  
   Ханс чувствовал, как похудел его кошелёк после покупок. Всё же три ящика тушёнки, два мешка крупы и почти стог сена стоили не дёшево, даже не смотря на заявленные скидки. И только горячая еда, которую лавочник предоставил оптовым покупателям в качестве бонуса, немного скрашивала ситуацию.
   Жаркое из картошки с грибами и свиным гуляшом в горшочке. Только что из печи. Хозяйка постаралась на славу, и даже такое простое сельское блюдо было невероятно вкусным. Офицеры ели в доме за обеденным столом. Всё равно все дочери лавочника были во дворе, с интересом наблюдая за тем, как механики проверяли ходовую часть варджека, закидывали снег в котёл и заполняли бункер углём из саней. И единственный сын хозяина был там же, объясняя Ниссам дорогу до Седой Горы, ориентиры и возможные опасности на пути.
   Каратель тоже был во дворе. Взяв свою порцию, он отправился следить за работами и ожидать донесений от следопытов. Ханс не понимал, чем вызвано такое пренебрежение элементарным бытовым комфортом. Это же последний тёплый дом на чёрт его знает сколько миль пути. Хотя, сытый не поймёт голодного. Это у варкастера за спиной постоянно горит огонь и работает паровой двигатель арканомеханической турбины. А ещё говорят, что силовому полю этих доспехов можно придать дополнительные свойства, окутав себя облаком тёплого воздуха. С таким подогревом не мудрено не страшится любых холодов.
   -Странный у вас командир, товарищ лейтенант. - произнёс лавочник. Он тоже сидел за столом вместе с женой, составив компанию высоким гостям. И для поддержания беседы, здоровяк завёл разговор со вторым по старшинству офицером в отряде. - Такой суровый, аж жуть.
   -Хых. - усмехнулся хадорец с полным ртом. И только прожевав, ответил. - Есть такое дело. Но другие на его месте давно бы уже себе пустили пулю в лоб. А он держится.
   -А что такое? - с интересом спросила хозяйка, ставя на стол кружки для чая.
   -Он - каратель. - коротко бросил Ханс. И по тому, как помрачнел лавочник, и как тихонечко осенила себя крестом Менота его жена, он понял, что дальнейшие пояснения излишни.
   -Если б только это... - протянул лейтенант, выгребая остатки гуляша из горшочка. И только когда с едой было покончено, он продолжил свой рассказ с вопроса. - Вы слышали когда-нибудь о человеке по фамилии Краснов?
   Все отрицательно покачали головами. На что хадорец только улыбнулся, готовясь рассказать интересную историю свежим слушателям.
   -Дело было не так давно. Я тогда сам ещё курсантом был. Дружина - наша лучшая военная академия, готовила и варкастеров в том числе. - пустился в объяснения лейтенант. - У них, как у старших офицеров, конечно были и казармы отдельные, и своё расписание, и даже столовая своя. В общем, мы - пехота, с ними не пересекались никак.
   -И к чему это? - спросил Ханс, который прекрасно помнил свои годы, проведённые в академии флота.
   -Так в том то и дело. Этот капитан тогда со мной на одном курсе учился. Ну и выпуск у нас был общий. - продолжал хадорец, не обратив внимания на неудобный комментарий. - И тут, буквально за день до торжественной церемонии присвоения звания, разразился жуткий скандал.
   -Из-за него? - спросила жена лавочника, захваченная этой историей, как и любая другая женщина.
   -Из-за него самого. - кивнул лейтенант, начав раскрывать подробности. - Была там у него одна зазноба. Красотка, аж загляденье, а ещё отличница боевой и теоретической подготовки. Он с ней сошёлся на занятиях то ли по тактике, то ли по стратегии. Не суть. Его друган закадычный тоже там шашни крутил с одной курсанткой. Но в чём весь фокус? Если друг этого Краснова себе девку из народа нашёл, то он сам за дворянкой приударил.
   -А он сам разве не благородных кровей? - удивился Ханс. Потому что он считал карателя по меньшей мере равным.
   -Нет конечно. Сословный ценз на звания уже сто лет как отменён. - бодро заявил хадорец. - Он из мещан. И отец и мать - инженеры на заводе в Корске. Он сам, конечно, был образованный и начитанный. И главное, та дворянка его тоже любила. Но то всё присказка.
   Лейтенант сделал небольшой перерыв, отпивая горячего чая из чашки, любезно поданной хозяином дома. И тем самым давая слушателям время обдумать услышанное.
   -А сказка такова, что за день до выпускного в академию приехал отец той самой дворянки. Он должен был присутствовать на церемонии присвоения звания. Ну и пошёл поговорить с дочерью. А Краснов со своей зазнобой, заранее сговорившись, пошли просить благословения на свадьбу у её папаши. А папаша то был не абы кто, а брат одного из Великих Принцев, да ещё с должностью в Верховном Командовании. Ну и как он прознал, что жених безродный, жутко оскорбился. Потому что слишком сильно старые традиции почитал. И отдать дочь за простолюдина ему родовая гордость не позволяла.
   -Ну и дела... - протянул лавочник. - Чем же ваш капитан думал, когда с такой высокородной девушкой роман крутил?
   -Да в том то и дело, что он не знал, что она из благородных. - раскрыл главную интригу лейтенант. - Боялась она, что он захочет жениться на её титуле, а не на ней самой. Вот и не сказала ему ничего. Так вот, отец этой девушки был настолько в бешенстве, что хотел парня вообще в рядовые разжаловать, и бросить на фронт в штрафную роту.
   -Вот так и пострадал человек за любовь... - грустно произнесла хозяйка, вытирая краешком фартука наворачивающиеся слёзы.
   -А не слишком ли круто? - с сомнением спросил здоровяк, явно не веря своим ушам.
   -Круто. Скандал стоял на всю академию. - легко согласился лейтенант. - Да в том то всё дело, что парень то был подготовленным варкастером. Такие на дороге не валяются. И за него вступились преподаватели и даже сам командующий Дружиной. Они то его и вытащили. Но бесследно такое не заканчивается. На церемонии присвоения звания он стоял плечом к плечу со своим другом. И если одному дали ковника вне очереди и все почести, а так же командную должность в Торнвуде, то второго понизили до капитана, и направили в Лаэдри, в каратели.
   -Так он не сам стал карателем? - удивился Ханс. Потому что ему казалось, что этот варкастер был прирождённым карателем и не ведал другой службы. Холодный, расчётливый и жестокий, этот человек подходил для подобной работы лучше, чем любой безумец или кровожадный маньяк.
   -Ну как не сам? У него был выбор. Либо подчинятся приказам командования, либо познакомится с расстрельным взводом. - без каких либо дополнительных пояснений обрисовал картину лейтенант. - Вот он и стал карателем. Уже полгода при исполнении. И глядя на него, поражаешься, сколько воли и мужества в этом парне. Быть карателем, делать всю самую грязную работу, и при этом не свихнутся. Говорят, больше года никто не выдерживает. Только конченные маньяки и безумцы. А у кого не хватает духа жить с этим, находят более короткий выход...
   И вместо продолжения хадорец молча поднёс палец к виску, показывая воображаемый пистолет. А Ханс всё слушал и думал, почему? Почему лейтенант рассказывал всё это? Почему очернял своего пусть и временного, но всё же командира? Неужели этот капитан был обладателем того самого редкого дара достать всех окружающих в кратчайшие сроки? Нет! Пускай он и выбешивал, тут явно замешано что-то большее. Но что?
   Лейтенант действовал весьма умело, высказываясь с одной стороны уважительно по отношению к человеку, который ещё не потерял разум и не нырнул в бутылку с такой тяжёлой работой. Но с другой стороны, он выставлял напоказ все пороки своего начальника. Его недальновидность, наивность, а впоследствии холодность, бессердечность, расчётливость и жестокость.
   Человека, который был на грани бездны. Человека, чьё честное имя уже было смешано с грязью, а карьера уничтожена росчерком пера высокопоставленного недруга. Человека, на котором до конца его дней останется клеймо карателя. Молодой кастелян даже почувствовал жалось и сочувствие к настолько искорёженной судьбе.
   Хотя, понятно было, что двигало лейтенантом. Страх, ненависть и зависть. Он боялся карателя, который мог застрелить его на месте за любой намёк на трусость и неподчинение. Он завидовал варкастеру, чьи способности давали ему в огромные привилегии, не смотря ни на что. И он ненавидел человека, который явно успел ему насолить. Возможно, ещё в академии. Скорее всего, они не поделили ту самую девушку, о которой шла речь. Иначе лейтенант так не заострял бы внимание на её красоте, скромности и благородстве. Ревность толкает людей на многое. И скорее всего, этот человек сыграл далеко не последнюю роль во всей этой истории.
   И сейчас он продолжал свою игру, стремясь окончательно уничтожить своего врага. Этим и объяснялась такая осведомлённость лейтенанта в делах капитана. И наместнику Аренделла была уготована главная роль в этом деле. Лейтенант то и рассказал всё это, по сути, специально для Ханса. Расчёт его был прост и понятен. Молодой кастелян мог повлиять на посадника Лаэдри. Которому подчинялся каратель. И если у варкастера наберётся слишком много жалоб, а ещё лучше, обвинение в некомпетентности, превышении полномочий или пособничестве врагам Родины, его точно казнят. И тогда место в сердце красавицы освободится для нового, более настойчивого, достойного, и похоже, благородного поклонника.
   -Но этот, говорят, не сломался. Ещё даже не начал спиваться и гулять. - значительно тише продолжил лейтенант, глядя в глаза Хансу. - Наоборот. Говорят, живёт чуть ли не по уставу. Из развлечений оставил только чтение. Натащил кучу заумных книг по механике и инженерному делу. А в работе... В работе, говорят, с особым рвением выкорчёвывает Сопротивление. Любых пособников. А тех, кто давал им приют или держал конспиративные квартиры, он публично казнил при помощи своего варджека.
   -Вы долго служили вместе, раз так хорошо осведомлены. - протянул лавочник, с тоской глядя на лейтенанта. - Трудно, наверное, быть карателем?
   -Не, я застрял в другом омуте. Гарнизонная служба. - махнул рукой хадорец. - Сидишь в этом чёртовом замке, охраняешь этот чёртов город, про который бы вообще все забыли, если бы не герцогиня-ведьма. А что до осведомлённости, так этот капитан фигура достаточно широко известная в армейских кругах. Его зачистка в Элинсберге была названа чуть ли не эталоном оперативной работы карателя. О ней даже в газете писали. Быстро, чисто, эффективно. Он нашёл ячейку Сопротивления на одном из складов и уничтожил. Без лишней крови, и в то же время без капли жалости или сомнения. Говорили, что из дюжины партизан выжило только двое. Которым его варджек раздавил ноги, чтобы они не могли убежать. А санитары не дали им умереть, чтобы было кого допросить.
   Молодого кастеляна даже несколько передёрнуло от такой холодной и расчётливой жестокости. И тут он понял, почему лейтенант рассказал всё это. Тут не было ни хитрого плана, ни запутанной интриги, ни застарелой обиды, которые он видел как мотивы такого откровения. Всё же наместник слишком долго вертелся в высшем свете с его многослойными интригами, а потому пытался разглядеть двойное дно даже в действиях простолюдинов. Когда всё было на много проще. Хадорец рассказал всё это специально, чтобы отомстить ордцу за тот удар в ухо. Не имея возможности просто так побить дворянина, которому формально подчинялся, лейтенант решил поселить в его сердце страх. Страх перед карателем. Перед человеком с искалеченной судьбой и мёртвой душой. Перед всеми теми ужасами, что срывала тьма в сердце этого варкастера, прикрытая ширмой логики, уставов и служебных формуляров. Страх перед той мучительно медленной смертью и ужасными пытками, что уготованы Хансу, если он не справится с этим заданием. И ему это вполне удалось.
   -Вот где папа! - весело заявила младшая дочь лавочника, открывая дверь и забегая в комнату. А следом за ней вошёл варкастер, держа в руках пустую посуду. Комната мгновенно погрузилась в гробовое молчание. Как будто каратель пришёл именно за ними, услышав их разговор.
   -Большое спасибо за ужин. - сказал капитан хозяйке с небольшим кивком, ставя горшочек на стол. - У вас настоящий талант. А у вас золотая жена, хозяин. Берегите её.
   -Берегу как могу. - с улыбкой сказал лавочник, приобняв жену своей здоровенной ручищей. - Вы не останетесь на ночь?
   -Нет. - коротко бросил варкастер. И только после затянувшейся паузы, повисшей в комнате, догадался, что это прозвучало весьма грубо. И всё же продолжил. - Нам нужно продолжать поиски. Следопыты сообщили, что следы саней отклонились от первоначального маршрута к горе. И причиной тому было нападение хищников.
   -Анна... - упавшим голосом проговорил Ханс, опасаясь худшего.
   -Пока не нашли. - резко оборвал его каратель, уже разворачиваясь на выход. И уже от дверей снова обратился к лавочнику с женой. - Благодарю за гостеприимство и оказанную помощь. Но зов долга не позволяет нам погостить у вас до утра. Всего хорошего.
   И с этими словами капитан вышел прочь, более не оборачиваясь. Лейтенант и наместник с трудом смогли его догнать. Одеваться пришлось на ходу. А каратель уже орал приказы во всю свою лужёную глотку, готовя отряд к продолжению похода.
   -Хватит держать меня за идиота! - злобно крикнул Ханс в спину варкастеру. - Что нашли ваши следопыты?
   -Следы крови. - лаконично ответил капитан, даже не соизволив обернутся. - Ниссы говорят, что это волки. И что следы зверей и саней совпадают по времени. Лично я не верю в совпадения. А вы?
   -Они нашли Анну? - молодой кастелян уже не в силах был сдержать эмоций. Потому что этот хадорец просто издевался над ним. Все эти недомолвки в таком важном деле не то, что раздражали. Они просто бесили.
   -Нет. Я же вам это уже говорил, наместник. - надменное спокойствие карателя только подливало масла в пламя ярости, бушевавшее в сердце ордца. Ханс стиснул кулаки, отчаянно сдерживаясь, чтобы не нагрубить и уж тем более не набросится на того, кто имел право казнить его без суда и следствия. А капитан продолжал как ни в чём не бывало. - Ниссы разделились. Половина пошла по следу герцогини Анны. Вторая пошла на разведку дороги на Седую Гору. Мы сейчас пойдём до того места, где свернули с пути сани вашей невесты. Там будет новый привал.
   -Хорошо. - почти прошипел Ханс, давя клокочущий в его душе гнев. Всё верно. Всё строго логично. Каратель слишком хорошо знал своё дело. Его аргументы и выводы были непогрешимы. Тем более, что сам молодой кастелян стремился отыскать свою невесту как можно скорее. Но хадорец уже снова начинал командовать всей операцией. Как дикий зверь, почувствовавший запах крови, он рвался вперёд. Чтобы впиться своими клыками в ещё живую плоть.
   -Тогда поднимайте ваших добровольцев. Они задерживают отправку. - сказал варкастер, снова залезая на сани с углём, пробуждая варджек к жизни. - Вперёд! Выдвигаемся!
  
   -Сосредоточься. - разносился по пустым залам ледяного дворца голос его хозяйки. Которому вторил тревожный стук каблуков по ледяному полу. Потому что не было покоя Снежной Королеве после всего того, что произошло всего несколько часов назад. - Подумай.
   Но буря, бушевавшая в сердце, смешивала все мысли в неразборчивую кашу, из которой разум выхватывал только обрывочные образы. Которые невозможно было связать в логическую цепочку из-за скорости и сумбурности этого рваного потока. И ничто не помогало привести в порядок мысли, мечущиеся в вихре эмоций на границе сознания подобно снежинкам на ветру.
   Эльза уже перепробовала все мыслимые и немыслимые способы успокоится и сосредоточиться. Но ни дыхательные упражнения, ни растирания снегом, ни ужин, ни отдых, ни пощёчины не помогали прояснить голову. Еда не лезла в горло, а сна не было ни в одном глазу. Да что там, бывшая герцогиня Аренделла даже не могла усидеть на месте от переполнявших её эмоций. Потому она всё кружила по лестницам, коридорам и залам своего дворца в попытке найти для себя хоть какую-то точку преткновения. Любой угол, любой закуток, где она бы могла остановиться и подумать. Но знакомые комнаты и обстановка, созданная её собственной рукой, сейчас казались Снежной Королеве чуждыми и враждебными.
   А перед её взором одна за другой вставали картины ужасных видений, которые всё продолжало и продолжало услужливо подкидывать разыгравшееся воображение. Вот Анна, согнувшаяся пополам от боли, когда её задело взрывом энергии холода. А вот Аренделл, скованный вечными льдами, заметённый снегом, пустой и покинутый. И только ветер стучит ставнями по разбитым стёклам в окнах. И такими же заброшенными окажутся и Лаэдри, и Меруин, и ещё множество более мелких городов. А если эта зима не остановится? А если холод и лёд продолжат расползаться по земле? И вот уже ей видится Корск, чьи заводы встали раз и навсегда, а бессчётные дома смотрят на кажущийся бесконечным лабиринт улиц пустыми глазницами выбитых окон. И так повсюду. И нет ни одной живой души в этом безмолвном царстве вечного холода и бесконечной зимы.
   -Подумай! - приказала Снежная королева сама себе.
   Империя не сдастся просто так. Аюн Ванар Первая не та женщина, что опустит руки и молча встретит гибель своего государства, сколь бы неотвратимой она не была. Это было видно в её глазах даже на том множестве портретов и репродукций, что висели повсеместно в кабинетах во всех административных зданиях и присутственных местах Империи. А это значит, что будет война. И воображение сразу же явило картину хадорских легионов, марширующих в бой за свою Родину и Императрицу. Десятки и сотни тысяч солдат, что текли безудержной лавиной, сливаясь в огромную бесформенную массу. Тысячи пушек, чьи залпы обращали в руины города. Сотни варджеков, которые перемалывали любое сопротивление. И Аренделл, объятый пламенем. Отряды безликих в своих противогазах штурмовых коммандос, марширующих по его улицам ровными колоннами и заливающих всё боевыми газами, огнемётами выгоняющие несчастных жителей из домов. Прямо под проклятые мечи Дум Риверов, упивающихся кровавым безумием бойни.
   От этих образов Эльзе становилось дурно. Но ведь её не оставят в покое. И как назло, воображение уже порождало новые картины. Бросало на стены пятна теней ассасинов, бесшумно подкрадывающихся к ней из-за ледяных колонн. Рисовало блеск солнца на оптике прицелов вдоводелов, укрывшихся на склонах гор, выцеливая её в окнах и дверях. И тихий шёпот заклятий колдунов, что подбирались к стенам её дворца под прикрытием своих чар, ведя на поводках запрещённых арканов завывающих от своей безумной жажды крови Дум Риверов, которые разорвут несчастную девушку, даже не смотря на всю её магическую силу.
   -Смирись. - сказала Эльза самой себе.
   А может быть, так будет лучше? Может быть, смерть освободит её от этого ледяного проклятья? Может быть, это единственный способ остановить зиму? И более не нести боль, страдание и горе людям и всему миру, скованному во льдах. Или это только ухудшит и без того отчаянное положение? И сила холода, более не связанная оковами плоти, обрушит ледяное проклятье на ещё большее число невинных жертв? Или единственной возможностью спасти Аренделл и Ллаэль было бегство Снежной Королевы? Как можно дальше, на северный полюс. Туда, где зима и так вечна. И где она не сможет заморозить ничего, потому что там всё и так было заморожено самой природой. И уже там, где на тысячи миль нет ничего и никого, кроме снега и льда, она сможет спокойно умереть. И своей рукой освободить мир от проклятья по имени Эльза Аренделл.
   -Смирись! - таково было наилучшее решение. И таков был её приказ самой себе. Потому что только так она могла быть уверенна, что от её действий всё не станет ещё хуже.
   А что будет с Анной? Кто теперь позаботится о её младшей сестре? Этой неугомонной рыжей бестии. Кто защитит её от ужасов войны? Кто убережёт от магии? Особенно теперь, когда она была ранена энергией холода. Ведь это потрясение могло повредить и даже разрушить защитные блоки, созданные колдун-лордом Ковалевским более десяти лет назад. И снова открыть дорогу тому самому заклятью, что чуть не убило её. Неужели это будет тот самый щеголеватый ордец? Или посадник найдёт ей другого жениха, за которого она будет вынуждена выйти, чтобы не лишится титула и земель? Или же на младшую сестру просто повесят все грехи старшей и казнят в назидание остальным дворянам, наглядно демонстрируя цену неповиновения?
   -Смирись! - в отчаянии крикнула Эльза, чувствуя как её сердце обливается кровью от боли. Но ответом ей стал глухой треск. И осмотревшись, она увидела тот самый зал, где они с Анной спорили. Где случился выброс магической энергии. И где идеально гладкие полупрозрачные ледяные стены по кругу покрывали неровные пятна инея. Которые теперь расползались мохнатыми лапами во все стороны. И из центра которых ледяными иглами росли острейшие сосульки, разрушая строгую красоту идеальной геометрии зала.
   Эльза в ужасе наблюдала, как её безудержная сила уродовала её собственный дворец, но ничего не могла с этим поделать. Она не знала, как снова обуздать выпущенную на волю магическую энергию. Как укротить бурую в душе? Как побороть нерешительность, сомнения и страх? Как жить дальше, зная о том, сколько горя она принесла своим верным вассалам? Как жить с клеймом предательницы и ведьмы? Как жить, зная, что она опять причинила боль Анне своей магией? И что делать теперь, чтобы хоть как-то исправить сложившееся положение? И как при этом не сделать всё ещё хуже?
   Ответов на все эти вопросы у неё попросту не было. И впереди была только тьма, чернее которой невозможно было вообразить. А Снежная Королева до сих пор не знала, что ей делать, и к чему приведут любые её действия. А потому она снова села перед своим ледяным зеркалом, опять беря в руки свой амулет. На этот раз она уже целенаправленно заряжала его магической энергией, чтобы он снова ожил. Чтобы мистический артефакт снова подсказал требуемое заклятье для своей хозяйки. Чтобы она смогла взглянуть в будущее. При помощи арканов предсказания приподнять вуаль неизвестности над грядущим. И найти ответы на все те вопросы, что не давали ей покоя.
   Руны снова сплетались в круги заклятий. Как она и рассчитывала, это снова было изменение ледяного зеркала. Только значительно более сложное и глобальное. Работы было много, и она затянулась дотемна. Нужно было в правильной последовательности нанести тройное заклятье по периметру прежних, соединив старые и новые чары воедино. И когда все требуемые руны уже были высечены во льду, Эльза напитала их своей магической силой, заставляя зеркало оживать. И опять её отражение померкло, уступая место мельтешению снега в бесконечной вьюге возможного и выныривавшими из-за этой пелены картинам грядущего.
   Но образы, появлявшиеся один за другим на зеркальной глади, были ещё более смутными, чем её собственные мысли. Эльза видела Анну и её спутника, скачущих на олене куда-то по сугробам. Видела Ханса, сражающегося со штормовым ветром снежной бури. Видела тяжёлый варждек Империи, сошедшийся в битве с тем самым снежным монстром, которого она создала своей магией. Видела наступающих бомбардиров Мановаров, которые поливали неизвестную цель снарядами своих реактивных гранатомётов. Видела штурмовых коммандос, что шли вперёд, выставив перед собой настоящую стену из штурмовых щитов, из-за которой торчали только дула карабинов и жала огнемётов с пляшущими на них запальными огоньками. Видела колдуна Ковена Серых Владык с проклятым орготским посохом, что гнал в бой отряд Дум Риверов. Видела стены замка Аренделл, окутанные облаками пороховой гари от орудийных залпов. Видела хадорских солдат, сошедшихся в рукопашной с какими-то дикарями в звериных шкурах с примитивнейшим оружием. Видела престарелого колдун-лорда, что обрушивал свои заклятья на неведомого врага бок о бок со старой ведьмой Нисс и совсем юным эльфийским магом. Видела странного человека в длинном чёрном балахоне, вооружённого каменной косой на длинной рукояти из перекрученного дерева, за спиной которого хищно сияло множество звериных глаз. Видела хадорского варкастера, замершего с занесённой для удара меканической саблей и связанным каким-то кабелем с его доспехами пистолетом, нацеленным прямо на неё.
   Все эти образы, явленные ледяным зеркалом с такой пугающей чёткостью, вызывали панику. Эльза понимала, что пути назад нет. Что колёса судьбы уже вращаются, подчиняясь неизвестным ей законам и последовательностям. Как шестерни незнакомого механизма, созданного безумным гением с одному ему только ведомой целью, но при этом работающего с пугающей точностью.
   Но в то же самое время, её не покидало чувство какой-то неправильности увиденного. Было в этих картинах грядущего что-то, что она упускала. Что-то знакомое, скрывавшееся за ужасом неминуемого разрушения. Что-то, что она знала о главных участниках предстоящих событий. Не только об Анне с её спутником, Хансе и колдун-лорде. И о незнакомце в балахоне с косой, и о варкастере она знала что-то важное. Но она не могла выудить эти знания из глубин памяти. Не могла сказать, откуда взялось такое странное оружие у закутанного в чёрное человека. Не могла вспомнить, где видела варкастера, в котором угадывались знакомые черты даже не смотря на надвинутую на лоб меховую шапку и толстые защитные очки, скрывавшие глаза.
   Казалось, что ответ уже близко. Стоит только повнимательнее всмотреться в эти образы. Уловить ту самую незначительную деталь, что ускользала от неё ранее. Найти ту мелочь, что была ключом к разгадке этого ребуса. А для этого нужно сделать картины более ясными, сфокусировав свою силу через призму амулета. Для Снейжной Королевы это не составляло каких-либо трудностей.
   Какого же было её удивление, когда применение мистического артефакта не принесло никакого видимого эффекта. Эльза повторила процедуру фокусировки, вновь концентрируя свою силу в амулете, после чего направила её в зеркало через требуемые руны, усиливая заклятие. Отчего количество видимого снега и хаотичность его движения только возросли, размывая картины грядущего.
   Пока и они не исчезли совсем, уступив место абсолютной темноте, залившей гладь ледяного зеркала. С ужасом Эльза взирала в эту черноту, окружённую голубоватым сиянием рун заклятий. Пока не различила слабый зеленоватый огонёк, который постепенно разгорался, будто всплывая со дна этого чернильного омута. Двигаясь всё быстрее, он разделился надвое, стремительно приближаясь к скованной страхом Снежной Королеве. Пока она не смогла различить два сияющих глаза.
   Не на шутку взволнованная этим видением, бывшая герцогиня Аренделла поспешила погасить зеркало, прекратив подпитку наложенных заклятий магией. Но к её ужасу, видение не исчезло. Чары всё ещё действовали даже без её участия. А ещё через секунду это зеленоватое сияние, отразившись от обратной стороны ледяной глади зеркала, осветило длинные стальные когти, удерживавшие человеческий череп с горящими глазами. Которые не отрываясь смотрели из бездны прямо на Эльзу, озаряя этим неживым зелёным свечением весь зал, придавая льду кислотный оттенок. Не способная оторвать взгляд, она практически застряла в кошмарном сне, обернувшемся явью. И в этот момент ей показалось, что она взглянула в глаза самой смерти.
   А в следующее мгновение ужасное видение исчезло. Потому что Снежная Королева разорвала наложенные чары, в панике нанеся зеркалу прямой магический удар. Она целилась в череп, и её сила расколола ледяную гладь, обратив произведение магического искусства, по праву достойное величайших колдунов, в мелкое крошево. Разлетевшиеся по залу сотни ледяных осколков всё ещё звенели в ушах Эльзы, перекрываемые гулким эхом бешено колотящегося сердца, когда она не без труда встала, отходя подальше от остатков пережитого кошмара.
   Дрожащими руками поправляя причёску, она пыталась осознать увиденное. Почему её заклятья вышли из-под контроля, начав жить своей жизнью? Ведь без её магической энергии зеркало оставалось просто идеально гладкой ледышкой с высеченными на ней рунами. Что означал этот ужасный образ, что так сильно напугал её? Её - подготовленного колдуна Ковена Серых Владык. Которая знала всё, что нужно знать о некромантии для борьбы с ней. Но только одна догадка объясняла случившееся. Один ответ, который был настолько страшен, что Эльза боялась даже допускать мысль о возможности подобного.
   Но Снежная Королева была вынуждена принять именно этот вариант как единственное логичное объяснение случившегося. Она привлекла внимание другого мага. Некроманта. Возможно даже более сильного, чем она сама. И не известно, удастся ли ей противостоять его чарам и сразить это порождение тьмы в случае битвы? А если это колдуны Ковена Серых Владык? Она всегда догадывалась, что чародеи, использующие проклятое оружие и артефакты Оргота, не остановятся даже перед изучением некромантии для достижения своих целей. И выследить предательницу Империи - достаточно важная задача, чтобы прибегнуть к запрещённым арканам.
   Внезапный гулкий шелест где-то наверху отвлёк Эльзу от всех этих тяжёлых раздумий. Звук был настолько неожидан и настолько не похож на треск льда и хруст снега, что это пугало. Но природа этого шума был непонятна. Слишком сильно искажала все звуки акустика дворца. И как назло, шелест больше не повторился. И сколько не вслушивалась Снежная Королева в гнетущую тишину своих покоев, она так и не смогла различить ничего подозрительного.
   Немного успокоившись, Эльза сочла этот шелест просто игрой воображения. Галлюцинацией, порождённой её разумом после всех этих потрясений. После ужасных картин будущего и кошмарного явления чуждой магии. Она даже подумала, что пережитые события сделали из неё параноика. И что если так пойдёт и дальше, она скоро начнёт шарахаться от собственной тени. А виной всему были усталость, расшатанные нервы и невероятное напряжение прошедшего дня. Сказывались и работа над зеркалом, и переживания после визита Анны, и тяжкое бремя знаний, что теперь легло на хрупкие плечи Снежной Королевы.
   Она видела будущее. Зима будет остановлена, чего бы это ни стоило. А герцогство Аренделл будет стёрто с лица земли. Огнём и мечом - так принято карать непокорных в Империи, чья военная машина уже пришла в движение. Всё уже предрешено.
   И понимая, что ей уже не под силу что-либо исправить, Эльза пошла спать. Потому что дальше мучить себя терзаниями и догадками не было никакого смысла. Сделанного не воротишь - так говорили в Хадоре. А ещё говорили, что утро вечера мудренее. Может быть теперь ледяная кровать с перинами из легчайшего снега под инистым балдахином смогут успокоить и убаюкать свою непутёвую хозяйку? Даровать ей хотя бы пару часов забвения, которые позволят придти в порядок мыслям и улечься эмоциям. И уже после этого взглянуть на всё свежим взглядом.
   Но даже находясь на грани истерики, готовой перерасти в панику, Снежная Королева не забыла о безопасности. Пускай её ледяной дворец стоит на вершине горы вдали от поселений, но ведь её ищут. И не абы кто, а войска Империи и могучие колдуны. А это уже достаточно весомая угроза. Пока что найти её смогла только Анна, которую привёл Олаф. Остальным придётся сложнее, так что время ещё есть.
   И чтобы полностью обезопасить свой сон, Эльза слепила ещё одного снежного монстра, как две капли воды похожего на предыдущего. И теперь один голем охранял ворота дворца, а другой будет охранять её спальню. Чтобы никто, даже самые прыткие следопыты, ловкие ассассины и могучие чародеи не смогли застать её врасплох. Она же ледяная ведьма с подготовкой колдуна, и может справиться практически с любой угрозой. Если её не убьют во сне, конечно.
   А потому она аккуратно инструктировала своего нового стража, предупреждая, чтобы он сперва кричал погромче, если заметит что-то или кого-то подозрительного. И ни в коем случае не нападал первый. Она не хотела лишней крови. А вид огромного снеговика, от чьего громоподобного рёва дрожали ледяные стены, должен сам по себе отпугнуть большую часть возможных недоброжелателей. И заодно разбудить его хозяйку.
   Как только с этим было покончено, а снежный гигант молчаливо кивнул в знак понимания, Эльза снова услышала гулкий шелест. На сей раз совсем близко. Но снеговик на это никак не среагировал, будто и не было никаких посторонних звуков. А его госпожа уже не на шутку обеспокоилась происходящим. Потому что в этом гулком шелесте она различила звук множества хлопающих крыльев. Словно большая стая птиц пролетала мимо балкона её дворца.
   Это был дурной знак. Эльза читала о заклятьях контроля, позволявших получить власть над разумом зверя, птицы, или даже человека. И эта стая вполне могла оказаться разведкой Ковена Серых Владык. Но зачем посылать их в таком количестве? Не проще ли отправить одну птицу, которая сможет увидеть всё, что нужно, оставшись не замеченной. А потом колдуны просто считают информацию из её разума, узнав всё, что желали узнать.
   Но её размышления прервал внезапный лязг, от которого она даже подпрыгнула на месте. А звук повторился. А затем ещё и ещё раз. Тяжёлый металлический лязг. Словно здоровенные стальные ноги стучали по идеально гладкому ледяному полу. И Снежная Королева пришла в ужас от осознания того, что по её дворцу разгуливает варджек. Ведь это было самое логичное и надёжное решение - взять боевой автоматон, чья броня сможет выдержать любые известные ей атакующие заклинания. А если конструкт окажется ещё и под воздействием защитных чар, то его будет вообще невозможно остановить. А тяжёлое вооружение, присущее всем боевым машинам Империи, просто разорвёт и снежных стражей, и её саму. А созданный Эльзой голем громогласно заревел, ощетинившись ледяными шипами. После чего встал в боевую стойку, широко раскинув руки с толстыми ледяными пальцами, готовый бросится на незваного гостя.
   Который как раз показался в дверях зала. И взглянув на этого стального уродца, бывшая герцогиня Аренделла испытала не шок, а удивление и некоторое разочарование. Эта машина не имела ничего общего с грозными тяжёлыми варджеками Империи. Стимджек, а судя по чёрному угольному дыму, это был аппарат именно этого типа, был на треть ниже и почти втрое уже любой из известных хадорских боевых машин. Да и выглядел откровенно несуразно - непропорциональная туша на двух длинных худосочных лапах, что заканчивались мощными когтями. Рук у этого конструкта не было вовсе, а из решётки высокого горба над его головой лился зеленоватый свет и гул работающей аркмеханики. Дополняли картину частично облезшая красная краска, пятна ржавчины, а так же великое множество всевозможных чайников, кастрюль, сковородок, мешков, коробок, свёртков и прочего скарба, притороченного к машине. А финальным штрихом к открывшейся картине оказался сидящий на вершине стимджека крупный чёрный ворон. Который громогласно каркнул, как только машина остановилась.
   Эльза в замешательстве смотрела на происходящее. Сама картина отдавала неким сюрреализмом. Скорее даже безумием больной фантазии. Старый, ржавый, уродливый автоматон в её ледяном дворце царапает пол и коптит потолок дымом и сажей от сгорающего угля, катая на себе птицу? Которая при этом ещё кричит на снежного голема? Но ведь так не бывает! Да этот стимджек должен был быть разорван на части первым монстром ещё внизу, у ворот во дворец. Как он попал сюда? Да какая разница!?
   -Уничтожить! - выкрикнула приказ своему ручному монстру Снежная Королева.
   И в следующую секунду огромный снеговик с хищным рёвом пошёл в атаку. А стимджек резко присел, будто бы напуганный видом надвигающегося на него снежного чудовища. После чего развернулся и на своих куриных лапах припустил что было мочи восвояси. Ворон с трудом удержался на вершине этого стального уродца, громко каркая и размахивая крыльями. Но всё равно не спрыгнул с машины, которая теперь с грохотом и лязгом неслась по лестницам и залам, преследуемая стражем Снежной Королевы.
   Эльза прекрасно понимала, что это был, скорее всего, просто отвлекающий манёвр. Но она не могла проигнорировать угрозу от стимджека. Даже такого несуразного, как этот. И это ещё хорошо, что он появился до того, как она легла спать. И пускай у автоматона ноги были длиннее, чем у её голема, бегать по ледяному дворцу вечно он не сможет. Топливо раньше кончится. Но стимджек добился главного - она осталась одна. И чтобы исправить это упущение, Снежная Королева снова прибегла к своей магической силе, накапливая в руках достаточный заряд для создания нового голема.
   Но стоило ей только поднять руки, готовясь завершить заклятье, как двери балкона распахнулись настежь. А из сгущающейся ночной темноты в зал ворвалась огромная стая ворон, чьё карканье моментально заполнило помещение, заглушая все остальные звуки. В ужасе Эльза наблюдала, как множество чёрных птиц собиралась в огромную воронку, кружащуюся в центре зала. И понимая, что времени на раздумья у неё осталось, она всё же закончила заклятье, обрушив заряды энергии холода на ледяной пол. И снова в возникшем магическом вихре из снега встал громадный голем. Снежный монстр с рёвом ожил, готовясь защищать свою госпожу от угрозы, которая только что приняла материальный облик. Незваный гость тоже закончил своё заклятье, и вихрь из птиц распался. Вороны метнулись в разные стороны, от чего Снежная Королева была вынуждена даже пригнуться, чтобы её не задели крылом.
   Когда Эльза резко распрямилась и развернулась к этому дерзкому магу, собираясь уже натравить на него снежного стража, то так и замерла с поднятой рукой, не способная отдать приказ. Потому что слова команд застряли в моментально пересохшем горле. Вороны разлетелись в стороны, рассевшись по углам, карнизам и сосулькам, откуда теперь уже молча наблюдая за происходящим. А в центре зала стояла хозяйка этой стаи - старая, горбатая, одноглазая женщина. Одетая в непередаваемую мешанину шкур, тряпок, кусков брони и ещё неизвестно чего, увешанная колдовскими амулетами, она опиралась на странный посох из почерневшего дерева, украшенный резьбой в виде кричащих лиц. Которые словно перетекали одно в другое, беззвучно вопя от нестерпимых мук. Пальцы старухе заменяли длинные стальные когти, а из-за спины поднималось несколько разнокалиберных труб, по дыму из которых можно было определить работу какой-то арканомеханичской установки, скрытой под её одеждами, украшенными птичьими черепами. А вот к посоху были привязаны уже человеческие черепа, чьи пустые глазницы сияли зеленоватыми огнями.
   -Ну что, красавица? - спросила старуха хриплым голосом. Который прозвучал особенно грозно в той тишине, что овладела залом. Только лязг ног стимджека раздавался где-то вдалеке. - Налюбовалась в зеркальце?
   Но вместо Снежной Королевы ответил её верный страж. Который с рёвом сделал шаг вперёд, стремясь защитить свою госпожу. Как и все его собратья, он пригнулся, разведя руки в стороны и растопырив пальцы. И при этом не забыл ощетиниться ледяными шипами. Но на старуху это не произвело никакого эффекта. Она просто подняла свой посох, ожидая дальнейших действий монстра. Эльза заметила, как сильнее засияли глаза черепов. И как вокруг посоха закружились иссиня-чёрные руны незнакомых ей заклятий. Огромный снеговик успел сделать ещё три шага к своему противнику, когда в дверях зала снова показался стимджек. Ворон, неизвестно каким чудом сумевший усидеть на вершине конструкта, громко каркнул, предупреждая свою хозяйку о готовности.
   А в следующий миг старуха ударила посохом об пол. Глаза черепов ярко блеснули, на мгновение озарив своим зеленоватым цветом весь зал. А из горба стимджека в спину стража Эльзы ударил толстый луч зелёного света. Который впился в снег как раскалённый добела стальной прут. И только для того, чтобы сдёрнуть несчастного голема с места, вышвыривая его прочь из зала. С жалобным воем снежный монстр пролетел мимо своей госпожи и упал навзничь практически под ноги механического уродца. Но старуха не ограничилась этим. Ещё один удар посоха, и в дверном проёме выросла толстая ледяная стена, намертво отсекая зал от остального дворца. Ещё одно заклятие, и из возникшего из неоткуда пятна абсолютной тьмы выскочил стимджек, встав аккурат позади своей хозяйки.
   -Так то лучше. - произнесла старуха, усмехнувшись произведённому впечатлению. И от этой ухмылки её лицо, покрытое непередаваемой мешаниной морщин и шрамов, стало ещё более пугающим. И видя страх в глазах своей собеседницы, продолжила уже более серьёзным тоном. - Ты знаешь, кто я?
   -Да. - сдавленно произнесла Эльза, стараясь вернуть твёрдость и уверенность в её дрожащий голос. Потому что она узнала в этой сгорбленной старухе того, о ком даже самые старые и опытные колдуны боялись говорить вслух. Она сама не верила в то, что стоящее перед ней создание вообще существует. До этого момента. Снежная Королева не боялась людей, но перед ней стоял не человек. Под этой личиной скрывалось нечто более страшное. Гораздо более страшное. Но бывшая герцогиня Аренделла всё равно произнесла это вслух, скорее для себя, чем для своей собеседницы. - Вы - Старая Ведьма Хардова.
   -Верно. - просипела старуха, делая пару шагов вперёд. - А раз так, то ты должна знать, зачем я тут.
   У Эльзы внутри всё похолодело. Потому что она знала, зачем приходит Старая Ведьма Хардова. У неё были сотни имён. И первый раз о ней тогда ещё маленькая герцогиня услышала в шесть лет, когда мать читала ей книгу с хадорскими сказками. Где Иван-дурак и Иван-царевич отправились спасать принцессу, похищенную злым колдуном. И если первому горбатая Баба Яга, а именно так звали это существо в той сказке, подарила волшебный меч, сразивший злодея, то второго она сварила живьём и съела за непочтительность и наглость. Но это была просто древняя сказка, которой пугали деревенских детей.
   А реальность была пострашнее любой сказки. Эльза своими глазами видела формуляр, предписывающий любому колдуну Ковена Серых Владык беспрекословно подчинятся Зеванной Агхе, Старой Ведьме Хардова. Более того, она могла принимать командование над любыми силами Империи, не считаясь ни со штабами, ни с Верховным Командованием, ни с руководством Ковена. И это был официальный документ. Более того, это был личный приказ Императрицы!
   А внутри самого Ковена Серых Владык ходило много легенд и слухов об этом существе. В своё время Эльза не поленилась, и кое-что разузнала об этой Старой Ведьме. Она не верила в правдивость этих историй, рассказываемых полушёпотом, считая их просто любопытными байками о вымышленной женщине, которая якобы была ветераном Ковена. Потому что какой человек в здравом уме и твёрдой памяти поверит в то, что кто-то прожил две с половиной тысячи лет, своими руками выковал первую корону ещё Старой Империи, и кто четыреста лет назад подсказал королю Иварду Цепешу, как именно вернуть былую силу и славу Родине.
   Но всё это было правдой. И эта старая, сгорбленная женщина теперь стояла всего в пяти шагах от Эльзы, буравя её взглядом своего единственного зелёного глаза, аккуратно перебирая своими стальными когтями по посоху. Ведьма определённо ждала ответа от своей собеседницы, оценивая её выдержку и смелость.
   -Вы пришли убить меня за то, что я сотворила эту зиму посреди лета. - упавшим голосом произнесла бывшая герцогиня Аренделла. Она понимала, что у неё нет ни единого шанса в битве с бессмертной сущностью, которую не смогли убить ни захватчики Оргота, ни некроманты Крикс, ни тысячелетия, стёршие в пыль некогда великие города и народы. А потому, собравшись с духом, Снежная Королева продолжала: - Я... Я не буду сопротивляться. Только если вы пообещаете мне кое-что.
   -Зачем мне обещать тебе что-то, если я могу просто вырвать твоё сердце, Эльза Аренделл? - спросила Старая Ведьма, подходя ещё ближе. - Но мне всё же интересно, что ты хочешь в обмен на свою жизнь и душу?
   -Анна. - произнесла Эльза, начиная пятится прочь от этого существа, которое, как оказалось, хотело вырвать из неё не только сердце, но и душу. - Пообещайте, что она будет жить долго и счастливо. Наворожите ей удачи. Вы же можете.
   -Хе-хе-хе. - рассмеялась Старая Ведьма, видя, как Снежная Королева упёрлась спиной в ледяную стену зала аккурат между двух торчащих сосулек. И её скрежещущий смех подкосил ноги девушке, которая медленно сползла по стене и села на пол, склонив голову перед своей ужасной собеседницей. - Как это трогательно. Ты готова пожертвовать собой ради сестры, судьба которой неразрывна с твоей собственной.
   -Что вы хотите этим сказать? - удивлённо спросила Эльза, вскинув голову и уставившись на старуху, один вид которой заставлял трястись поджилки даже у видавших виды ветеранов. Которая уже была на расстоянии вытянутой руки.
   -Что твоей сестре суждено умереть до тебя. - коротко ответила Старая Ведьма, после чего необычайно резким движением выкинула вперёд правую руку и схватила бывшую герцогиню Аренделла за горло. - И чем дольше проживёшь ты, тем дольше протянет и она. Так что если хочешь спасти Анну, будь хорошей девочкой и делай то, что я тебе прикажу.
   -Что вы хотите? - сдавленно произнесла Эльза, чувствуя, как бритвенно острые лезвия стальных когтей впились её в кожу.
   -Для начала, чтобы ты прекратила всё это безобразие с зимой посреди лета. - совершенно спокойно произнесла Старая Ведьма, глядя ей прямо в глаза. - А потом уже ты пойдёшь извиняться перед Владом и Аюн за всё то, что ты тут натворила. Может быть, они и пощадят тебя.
   -Но я не умею. - честно призналась в своём бессилии Эльза. - Я не знаю как. Я не могу обратить свои заклятья вспять. И не могу остановить зиму.
   -Знать заклятье окна грядущего, и не знать простейшей разморозки? Ты удивляешь меня, Эльза Аренделл. - покачала головой Старая Ведьма, поднося свой посох поближе к Снежной Королеве. Так, чтобы свет из глаз привязанных к нему черепов осветил её лицо. - Хотя... Всему есть объяснение.
   Эльза не поняла этой реплики. Она зажмурилась при виде черепов и уже ждала, что стальные когти вот-вот разорвут ей горло, позволив горячей крови залить пол и платье, освобождая бывшую герцогиню Аренделла от страданий. Но вместо этого, рука её собеседницы разжала хватку. И теперь холодные стальные когти аккуратно скользили по её шее и плечу, пока не зацепили серебряную цепочку амулета.
   -Мне следовало догадаться, что без него тут не обошлось. - с грустью произнесла Старая Ведьма, подымая на цепочке мистический артефакт на уровень глаз. Самый большой секрет Снежной Королевы был сейчас её власти. - Ты всё ещё хочешь спасти свою сестру, Эльза Аренделл? Ты хочешь уберечь свой дом от уничтожения? Ты хочешь прекратить эту зиму?
   -Больше всего на свете. - честно ответила Эльза. - Если бы я только знала как...
   -Ты узнаешь, если переживёшь эту ночь. - сказала Старая Ведьма, склонившись ещё ближе к своей жертве. - Но запомни, разбить ледяное сердце - легко. Растопить лёд в сердце - сложно. Не дай обстоятельствам сделать из тебя монстра. Не дай почернеть своей душе и окаменеть своему сердцу. Сумей простить тех, кто будет сражаться с тобой не по своей воле, а по зову долга. И не дай погибнуть тем, кто связан с тобою кровью.
   -Но что всё это значит? - непонимающе спросила Эльза. Она догадалась, что это было предсказание. Но она не поняла его смысла. Всё это было похоже на пустой набор высокопарных слов, не более. - Как я должна это понимать?
   -Будущее не предопределено. - с улыбкой произнесла Старая Ведьма, глядя на девушку через прозрачную сферу мистического амулета. - Каждый сам творит свою судьбу. Твоя судьба и судьба твоей сестры в твоих руках.
   -Но как же так? - в недоумении пролепетала Эльза. - Ледяное зеркало ведь показало будущее. То, что уже предрешено. Я не смогу ничего изменить.
   -Окно грядущего показывает только самый вероятный вариант из бессчётного множества. Ничего ещё не предрешено. Я плету судьбы из нитей возможного с тех самых пор, как Менот создал род людской. Уж кому-кому, а мне ты можешь поверить. - сказала старуха, отпуская амулет и свою жертву. После чего не торопясь направилась обратно к центру зала, на ходу продолжая рассказывать Снежной Королеве о её предназначении. - Твоя судьба отныне связана с Империей. Сделай всё верно, и ты обретёшь счастье. У тебя будут и власть, и богатство, и слава. Ты вознесёшь имя рода Аренделл на новые высоты. И ты найдёшь того, с кем ты разделишь все горести и радости грядущего.
   -Но как я узнаю... - Эльза попыталась спросить у Старой Ведьмы главное, видя появление в воздухе иссиня-чёрных кругов рун, отмечающих зарождающееся заклятье.
   -Сердце подскажет, а разум поймёт. - произнесла старуха, когда сорвавшиеся с места вороны снова начали закручиваться в вихрь вокруг своей хозяйки и её стимджека. - Если ты не дашь им пасть во мрак.
   И в этот момент стая птиц полностью окружила Старую Ведьму мельтешащей стеной из движущихся тел и машущих крыльев. А ещё через мгновение эта воронка распалась. Вороны ринулись через открытые двери балкона в ночную тьму. И через минуту об этом страшном посещении уже ничего не напоминало. Пол был всё так же идеально гладок, без единой царапины от стальных лап стимджека. Ледяные стены были так же покрыты инеем и сосульками. А проход был свободен, словно и не было никакой ледяной стены. И оба снежных стража стояли, удивлённо глядя на свою госпожу, сидящую возле стены.
   -Он убежал. - наконец-то произнёс один из големов, глядя на свою создательницу.
   -Хорошо. - бесцветно обронила Эльза, пытаясь заново собрать картину мироздания, что только что была разрушена этим кошмарным визитом. Но, она помнила о предупреждении. И новый приказ уже был готов. - Отправляйтесь вниз. Дежурьте у лестницы. Не давайте никому даже приблизится к дворцу.
   И оба снежных монстра молча кивнули, отправляясь исполнять команду своей создательницы. А сама Снежная Королева, не без труда встав с пола, на негнущихся ногах пошла в спальню. И там, упав на кровать и свернувшись на снежной перине, она тихонечко заплакала.
   Даже Старая Ведьма Хардова - монстр, пришедший из глубины веков, живущий вне времени и плетущий из нитей человеческих судеб полотно истории, считала Эльзу чудовищем. Чего же тогда ей ждать от простых людей? И пускай её пощадили сейчас, но какое это имеет значение? Ведь за ней уже идут колдуны и легионы Империи. Аренделл уже приговорён к уничтожению. И какой смысл в сопротивлении?
   Анна. Ей не суждено пережить старшую сестру. И если Снежная Королева всё ещё любит её, то она не имеет права опустить руки и склонится перед обстоятельствами. Она должна бороться. Она должна выжить любой ценой. И пускай Старая Ведьма говорила загадками. Множественность толкований всегда была свойственна предсказаниям, какие бы астрологи, оракулы или пророки не несли их людям. И это был далеко не самое мутное пророчество, что ей довелось слышать. Но разве можно верить словам этой старухи? Словам существа, которое тысячи лет манипулировало людьми. Чьими марионетками становились короли, колдуны и полководцы. Чьи интриги растянулись на столетия. Но разве у бывшей герцогини Аренделла был выбор?
   Был. Между борьбой и предательством. Либо она будет биться за себя и свою сестру, либо Анна будет обречена на скорую смерть. А ведь её младшей сестре только недавно исполнилось восемнадцать. У неё ещё вся жизнь впереди. И она не запятнана проклятьем ведьмы. Она молода, красива, умна и свободна. Перед ней открыты все дороги. Разве можно лишить её всего этого? Эльза прекрасно понимала, что старуха манипулировала ею. Что именно слова Ведьмы Хардова породили эти мысли. Что предсказание, да и весь разговор были сплетены так, чтобы заставить её сердце обливаться кровью от боли, а совесть терзать разум с новой силой. И что у неё опять не было выбора.
   Вскочив с кровати, Снежная Королева снова вышла в зал, звонко цокая каблуками по ледяному полу. Потому что отчаянье и страх уступили место гневу и решительности. Пережить эту ночь? До рассвета осталось всего несколько часов, так что это не та проблема, которая может показаться не решаемой. Старой Ведьме Хардова нужна была живая Эльза, которая будет сражаться за свою жизнь. И она получит то, зачем приходила.
   Когда двери балкона открылись, то на высоком, безоблачном небе, затмевая свет далёких звёзд и сияние стареющего Кальдера, полыхало северное сияние. Эльза была удивлена таким необычным феноменом, который обычно наблюдался только на севере Хадора. И никогда не был виден южнее Охка и Скирова. Тем более тут, в Ллаэле. Но и зимы посреди лета тоже никогда прежде не бывало. И потому она недолго любовалась красотой этих широких зелёных всполохов на чёрном бархате небосвода.
   Выйдя на балкон своего ледяного дворца, она без труда смогла различить в лунном свете и отблесках северного сияния всех троих своих стражей. Снежные монстры просто стояли перед началом лестницы, вглядываясь в ночную темноту. Как им и приказывали. Но, этого может оказаться недостаточно. Стимджек наглядно продемонстрировал слабость снежных конструктов - их скорость. Поэтому Эльза решила действовать в двух направлениях, и первым делом она снова собрала заряды магической энергии в своих руках и швырнула их вниз. Все три снежных голема обернулись за звук и замерли, наблюдая, как из сияющего вихря с рёвом поднимается их четвёртый собрат.
   -Займите места по сторонам у лестницы! - выкрикнула приказ своим стражам Снежная Королева. - Замаскируйтесь и глядите в оба!
   Все четыре снежных монстра дружно кивнули, после чего отошли от лестницы в разные стороны шагов на пять, где свернулись калачиком, став похожими на огромные снежные шары. Или камни, облепленные снегом. Они даже втянули ледяные шипы, чтобы более не привлекать к себе внимания.
   Удовлетворившись увиденным, Эльза отправилась обратно, глухо хлопнув дверями балкона. И уже в зале, она снова взяла в руки мистический артефакт, наполняя его силой. Но её первый вопрос был продиктован скорее надеждой, чем логикой. Вопрос, который она уже задавала. И на него кулон снова ответил не то. Как и в прошлый раз. Этот амулет хранил в себе величайшие тайны магии холода. Но не содержал ни одного заклятья, ни одной подсказки к тому, как растопить лёд. И поэтому показывал ей простое заклятье защиты от холода. И ничего больше.
   Досада и разочарование недолго владела разумом Снежной Королевы. И на её следующий вопрос ответ оказался значительно более развёрнутым. Конечно, создание полноценного боевого ледяного голема было значительно сложнее, чем её самодельные снежные монстры. Но, он должен был стать заметно проворнее, крепче, а главное - обладать способностью к магии. Хотя, наделить конструкта полноценным магическим даром невозможно. Но, можно схитрить и дать ему набор готовых заклятий, уже сформированных и заряженных требуемым количеством энергии, которые он сможет использовать, как снаряды в пушке. Такой воин сможет уже постоять за себя значительно лучше огромных снеговиков. Хотя, те и отличались значительно большей силой, невероятной живучестью, и могли быстро восстанавливать повреждения подручными материалами, на что были не способны ледяные големы.
   Следующий час с лишним Эльза потратила на то, чтобы выковать трёх ледяных воинов. Высокие, стройные, почти ажурные, они заметно отличались от наспех слепленных коренастых снежных монстров. И больше всего времени ушло на то, чтобы вытравить во льду все требуемые руны. Но за то теперь у каждого конструкта в руках было десять боевых заклятий, по пять в каждой. В правой руке скрывались фростболты, они же ледяные болты или ледяные стрелы - простое и мощное атакующее заклятье, способное не только пронзить противника тяжёлым и острым снарядом, но и покрыть толстым слоем льда. А в левой руке был спрятан фростбайт, или же укус холода - излюбленное заклятье хадорских колдунов, которое на короткой дистанции наполняло воздух настоящим потоком из бритвенно острых ледышек, идеально поражая множественные мелкие цели.
   Но не эти достижения были гордостью Снежной Королевы. При помощи дополнительного заклятья, она могла на прямую управлять своими ледяными големами на расстоянии. Более того, при помощи амулета она могла видеть мир их глазами, стоило только произнести требуемое заклятье и посмотреть внутрь мистического артефакта. А немного сконцентрировавшись, она могла управлять любыми движениями конструкта, словно надев его личину. Словно это у неё самой было четыре метра роста, длинные конечности, мощные ноги и тяжёлые кулаки, в каждом из которых заключено по несколько мощных боевых заклинаний. Только так она сможет быть уверена, что её создания не причинят зла невинным. И ещё сможет точнее направить своих слуг в бой против того, кто будет желать её крови.
   И когда двое ледяных големов отправились вниз, чтобы стать по бокам лестницы, претворившись просто статуями, созданными для украшения входа во дворец, Третий конструкт остался стоять в центре зала, охраняя спальню и покои своей создательницы. А их хозяйка всё же отправилась спать. Потому что уже с трудом держалась на ногах. Невероятное нервное напряжение этого длинно дня, помноженное на работу и переживания, заявили о себе в полный рост. А до рассвета оставалось всего четыре часа.
   Эльзе был необходим отдых, потому что она уже была выжата как лимон. И когда она плюхнулась на свою снежную перину, она почти моментально провалилась в глубокий сон. Снежная Королева с радостью окунулась в это благостное забвение, лишённое каких-либо сновидений. Ибо только так она могла хоть на мгновение обрести покой и свободу от всех тех терзаний, что мучали её. И от бремени ответственности, что снова легло на её плечи.
  
   Когда стемнело, колонна остановилась на привал возле замёрзшего водопада у подножия ледника. Сейчас лагерь вовсю готовится к отбою. Расставляли часовых, определяли порядок дежурств, ужинали, расстилали спальники на санях. И теперь строгая красота этого живописного места сияла тысячами огненных искр в свете костров и факелов, отражённом в ледяных кристаллах, которыми были увешаны ветки ив на берегу озера. Хадорцы называли подобный феномен ледяным дождём - ещё одно свидетельство невероятной магической силы герцогини Аренделла Эльзы.
   Механики опять ковырялись с варджеком. Ханса крайне удивило решение варкастера не глушить машину на ночь, тем самым сэкономив драгоценный уголь, а оставить под парами. Но у карателя, как всегда, было логичное объяснение. Оптическая система автоматона позволяла тому видеть в темноте почти как днём. И таким образом у отряда появлялся ещё один очень глазастый наблюдатель, способный раздавить любого чужака, кто осмелится попасться ему на глаза.
   Но разум наместника Аренделла занимало не это. Анну так и не нашли, как и её спутника. Потому они и прошли дальше, мимо точки встречи, пока к закату не достигли этого озера. Но следопыты нашли разбитые и сгоревшие сани в пропасти на востоке. Ниссы уверяли, что не нашли ни тел, ни следов крови среди обломков. За то нашли следы мужчины, женщины и оленя на другой стороне пропасти. Нашли несколько кровавых пятен на снегу на пути следования саней, и следы костра. А ещё обломки гитары, потухший факел и короткое копьё с каменным наконечником, что валялись сейчас неподалёку.
   Которые совершенно не интересовали Ханса, в отличии от бронзовой гильзы. Неизвестно каким чудом Ниссы сумели отыскать такую крохотную вещь в этих бесконечных снегах и глубоких сугробах. Каратель разрешил молодому кастеляну изучить улику только в его присутствии, и теперь не сводил с него взгляда. Потому что если копьё ещё можно было с натягом отнести к оружию проводника, нанятого юной герцогиней, то гильза выпадала из общей картины.
   Этот маленький бронзовый цилиндр, открытый с одного торца и с вмятиной от бойка на противоположном, лишённый каких либо отметок или маркировки. Внутри была отчётливо различима свежая сажа. И если принюхаться, можно было до сих пор уловить тонкий запах пороховой гари. Калибр пули и длина гильзы были относительно небольшим. Скорее всего, стреляли из пистолета, при том значительно более скромного, чем имперские ручные пушки. Хадорцы свято верили в то, что чем больше, тем лучше. Так они строили крепости, корабли, заводы, машины и дома. По такому же принципу делали и оружие. Смешно сказать, но именно поэтому Зимняя Гвардия до сих пор использовала эти древние мушкетоны - не смотря на множество недостатков, калибром они значительно превосходили сигнарские винтовки. А ещё из них можно было стрелять картечью, что превращало морально устаревшее оружие в страшную машину смерти на близких дистанциях.
   Варкастер всё равно вынужден был стоять неподвижно, потому что механики проверяли его броню, готовя к возможному бою. Поэтому он терпеливо ждал, пока наместник герцогини Аренделла удовлетворит своё любопытство. Ханс не знал, стоит ли отнести это на счёт паранойи капитана, служебных инструкций или же буквы устава. Но работа не останавливалась ни на мгновение, и пока старший механик проверял состояние парового двигателя и генератора арканодинамической турбины, его младший коллега тестировал систему проводников, опутывавшую доспехи, а так же надёжность креплений бронепластин, состояние генераторов защитного поля, компенсаторов и остальных систем. Доспехи варкастера - штука очень сложная и дорогая. Но, они превращали своего носителя в настоящее живое оружие. С которым молодому кастеляну приходилось считаться, постоянно оглядываясь на его мнение.
   Но это всё было лирикой. А на практике, перед ними сейчас стояло несколько очень важных вопросов. Кто стрелял? И главное, в кого? Унитарные патроны с металлическими гильзами стоят втрое, а иногда и впятеро дороже бумажных патронов такого же калибра. И в первую очередь применяются в автоматическом оружии - самозарядных карабинах и пулемётах. Винтовки и пистолеты под гильзовые патроны тоже производят, но они менее распространены, и используются в основном специальными подразделениями. Слишком дорого было снабжать каждого солдата таким оружием и подходящими боеприпасами.
   А вот на тех, кто сражается в самых тяжёлых условиях, где от надёжности оружия зависит значительно больше, чем жизнь даже подготовленного солдата, денег не жалели. Но откуда было взяться подобным бойцам в глухом лесу? Тем более, в компании стаи волков? Этот вариант отпадал, уступая место другим. Потому что иначе Ниссы обязательно обнаружили бы чужие следы. Но они не нашли ничего подобного.
   Оружие проводника? У которого не хватило денег на покупку инструментов? Вообще бред какой-то. Такой оборванец не смог бы себе позволить даже содержать подобное оружие в порядке, не то, что достать к нему боеприпасы. Украл? Маловероятно. Такой пистолет не утаить просто так, и он обязательно привлек бы внимание. Трофейное? Да он бы продал его в первой же лавке, или заложил ростовщику. Наградное? Да он вообще служил?
   Все варианты отпадали, уступая место только одному. Эта версия не нравилась Хансу, но другого объяснения у него не было. Анна. У неё было достаточно денег, чтобы позволить себе такое оружие. У неё было множество возможностей достать себе подобный пистолет. И главное, у неё был мотив. Юная герцогиня была изгнанницей, прожившей три года в Сигнаре. И для хадорской оккупационной администрации младшая из сестёр Аренделл выглядела более чем подозрительно. Да она и сама рассказывала, как натерпелась во время бегства. Так что иметь оружие для неё было более чем логично. Тем более, что лёгкий пистолет под унитарный патрон был достаточно прост в обращении, чтобы с ним без труда смогла справиться даже девушка.
   Судя по мрачному взгляду карателя, он пришёл точно к такому же выводу. Потому что его доспехи уже были проверены, и готовы к работе. Механики уже утрамбовали снег в котле, и засыпали уголь в бункер силовой установки. Стоит только варкастеру зажечь огонь в топке парового двигателя, активировав арканодинамическую турбину, и его броня будет готова к бою в считанные минуты.
   И как только с профилактикой и подготовкой снаряжения было покончено, механики удалились, оставив старших офицеров практически наедине. У костра вместе с ними сидели только лейтенант, колдун-лорд и телохранители Варавского.
   -Пока что у вас не должно быть причин для беспокойства, наместник. - негромко произнёс каратель, подходя к Хансу и забирая гильзу. - Ношение огнестрельного оружия не запрещено законами Хадорской Империи.
   -Я знаю. - кивнул молодой кастелян, покорно возвращая улику капитану. - Но я не видел у герцогини оружия, когда она покидала замок.
   -Может быть, вы просто не заметили? - как бы невзначай поинтересовался варкастер, аккуратно заворачивая гильзу в тряпочку и пряча в один из своих подсумков.
   -Такое сложно не заметить... - протянул Ханс, вспоминая подробности позапрошлой ночи. Как налетела снежная буря. Как Анна бросилась вслед за своей сестрой, даже не сменив бального платья. Только накинула сверху плащ, да взяла сумочку. Или маленькую сумку? Молодой кастелян не помнил точно, но, возможно, именно в этот момент Анна достала оружие. Тем более она говорила, что может постоять за себя.
   Остальные уже укладывались спать. Колдун-лорд так вообще улёгся на снег, укутавшись в свой плащ, и уже спал. Хотя что ему, старому чародею, собаку съевшему на ледяной магии, от холода то сделается? Лейтенант устроился на санях, вместе с механиками. Телохранители Варавского разворачивали спальники, ковыряясь в своих вещах, что-то тихонечко обсуждая. А Ханс решил устроиться поближе к огню, подложив под бок еловых веток и попону со своего коня.
   Ниссы всё ещё были в разведке, куда их послал капитан. Они уже нашли следы Анны и её спутника здесь, совсем неподалёку, и теперь старались догнать её. А ещё уточнить дорогу на вершину, по которой пройдут лошади и сани. Потому что проводник вёл юную герцогиню совсем не той дорогой, о которой говорил сын лавочника. И ещё, зимние эльфы сказали, что к следам двух людей и северного оленя прибавился четвёртый, неизвестный след, который они не смогли опознать. И никто не знал, был ли то зверь, птица, или что ещё похуже.
   А думать о том, что может быть хуже, совершенно не хотелось. Ханс и так хорошо помнил страшные истории о фарроу, гатроманах, диких троллях и других богомерзких тварях, населявших глухие леса, болота и горы. И людям зачастую приходилось силой отвоёвывать у них жизненное пространство. И хвала Морроу, что человек уже покорил силу пара и пороха, создав достаточно мощное оружие, чтобы сражаться с этими монстрами как минимум на равных.
   Укутавшись потеплее, Ханс всё же попытался заснуть. Но в голову постоянно лезли дурные мысли. А что будет, если он не справится? Что если Анна погибнет, а её тело будет разорвано и сожрано дикими зверями, так что даже опознавать будет нечего? И как он докажет, что она не сбежала в Сигнар? Тем более, что он за неё поручился перед висконтом Хавронским. И вся ответственность перед Империей ляжет на наместника герцогини Аренделла. А если герцогиню Эльзу не удастся усмирить и вернуть лето?
   И перед мысленным взором молодого кастеляна уже вставал трибунал тройки колдунов, что выносил ему приговор, а за тем появлялся Краснов, который вел его в пыточную камеру. Где с абсолютным спокойствием, точным расчётом и холодным прагматизмом руководил действиями палачей. И пока заплечных дел мастера терзали свою жертву, капитан всё так же спокойно и безэмоционально рассказывал все подробности и особенности каждой применяемой пытки, а затем обрисовывая во всех деталях последующую казнь.
   А потом каратель зашёлся в диком хохоте, настолько безумном и кровожадном, что даже палачи пришли в ужас. Но это было только началом. Доспехи варкастера засияли, когда форсированный паровой двигатель выбросил из трубы столб пламени и клуб чёрного дыма, а арканодинамическая турбина жалобно завыла от перегрузки, в кратчайшие сроки напитывая энергией все системы. А капитан сорвал с лица защитные очки, явив горящие безумной жаждой крови глаза, и впился невесть откуда взявшимися стальными когтями в шею своей жертвы, испустив протяжный вой.
   Ханс проснулся, резко сев на спальнике и схватившись за меч. Вокруг был всё такой же безмолвный зимний лес. Негромко трещали угли в костре, да и только. Лагерь мирно спал, и только факелы часовых двигались по периметру. Даже телохранители Варавского самозабвенно дрыхли, укутавшись в спальники с головой. Про остальных и говорить не приходилось. Это был долгий день, и все валились с ног от усталости.
   Кроме карателя. Капитан всё так же сидел на полене, оставшемся от упавшего дерева, что пустили на растопку. В полных доспехах, снаряжённый и готовый к бою, варкастер будто ждал чего-то с минуты на минуту, уставившись во тьму ночного леса. Двигатель его брони не был активирован, и его гул не нарушал окружающую тишину. В которой был отчётливо различим приглушённый вой.
   Хансу потребовалось почти минуту напряжённо вслушиваться в окружающее пространство, чтобы понять, что источником этого звука действительно был каратель. Который сидел и тихонечко пел про себя, стиснув челюсти. В результате получался нечленораздельный приглушённый вой, в котором с большим трудом угадывалась мелодия новой патриотической песни, которая всего за полгода стала невероятно популярной по всей Империи. Ещё бы не стала, с таким-то текстом: "Жила бы страна родная, и нету других забот".
   Молодой кастелян ничего не сказал. Нечего было говорить о человеке, у которого кроме Родины за душой не было уже ничего. Он только отвернулся прочь, укутавшись поплотнее, да обняв свой меч. Всё же было в этом оружии что-то мистическое. Именно его присутствие помогло успокоиться. Ощутить щекой тепло, исходящее от рукояти. Почувствовать запах стали, подогретой энергией дремлющих заклятий. Ощутить скрытую в нём силу, что позволяла сразить любого, даруя уверенность и покой. Даруя спокойный, крепкий сон и долгожданный отдых.
  
   И снег, и ветер,
   И звёзд ночной полёт
   Меня и моё сердце
   В тревожную даль зовёт...
  
   Мелодия, которая не без труда различалась в вое карателя, убаюкивала похлеще любой колыбельной. И даже слова этой песни, что сами по себе всплыли из памяти, чтобы воззвать слушателя к отваге, смелости, борьбе и свершениям во славу Родины, не были преградой сновидениям. Столь сладким и желанным, что в их реальность попросту не верилось. Столь ярким и чётким, что их правдоподобность не вызывала сомнений.
   Снова церковный хор выводил чарующие мелодии священных текстов в часовне замка Аренделл, а старый викар читал молитвы, ведя церемонию бракосочетания. Снова все скамьи нефа забиты благородными гостями, а по бокам толкнутся вездесущие журналисты. И вот он, кастелян Южной Хезы Ханс, на глазах у всех собравшихся целует свою законную жену - герцогиню Аренделла Анну.
   А вот уже герцог Аренделла Ханс восседает на троне. Рядом со своей женой, герцогиней Анной. Их окружает почётный караул стражи и уланов Стальных Клыков, а перед ним склонились в поклоне и висконт Хавронский, и кайязь Варавский, и колдун-лорд и каратель. И ещё множество гостей, удостоенных чести посетить его замок. Ему возносили хвалу и хадорцы, и ллаэльцы. Ему - спасителю лета, победителю ведьмы. Ему, кто сумел поймать Эльзу Аренделл и привести на суд. И тройка колдунов полевого трибунала Ковена Серых Владык уже вынесла приговор своей бывшей соратнице по магическому ремеслу.
   Наказание за измену Родине - смерть. Но даже не смотря на казнь Эльзы, которую тогда ещё молодой кастелян привёл на суд, Анна была рада женится на нём. Была рада, что не осталась одна в это трудное время тяжких испытаний. Была рада, что её вероломная сестра заплатила за то, что чуть не убила её. Ведь что может быть страшнее, чем последний близкий человек на свете, что не только поднял на тебя руку, но и обрушил силу ледяных чар? И только любовь спасла герцогиню Аренделла от пули, которую она уже готова была пустить себе в голову.
   Но ни власть, ни богатство, ни слава, ни молодая и прекрасная супруга, что так свежа и страстна, по настоящему не грели его сердце. И сколь ни были желанны все эти блага, как заслуженная награда за пережитые страдания, ничто не могло сравниться с признанием. С видом отца и всех двенадцати братьев, что склонились перед ним в полном поклоне, приветствуя более благородного дворянина. Тринадцатый сын в тринадцатом колене своего рода превзошёл их всех. Каким бальзамом на израненную душу была эта картина. Как отец силится вспомнить его настоящее имя, усердно хмуря брови и морща лоб. Как бегают глазки у троих старших братьев, что не способны найти слова для разговора после стольких лет молчания. И как мнутся остальные, вспоминая все свои выходки и приколы, которыми терзали самого младшего.
   И слёзы счастья на глазах матери, чей тринадцатый сын всё же пробился наверх. Чей Ханс всё же обрёл долгожданное счастье. Чьё сердце не обмануло, когда она вступилась за него перед отцом, братьями и даже родовыми традициями. Она была рада, что её надежды оправдались. И что ещё один её ребёнок нашёл своё место в этом мире. И пускай отец до сих пор бухтел, называя его чуть ли не предателем Орда, что продался имперцам, для неё это не имело значения.
   И вот, теперь он восседает на троне Аренделла, опираясь на свой верный меч. На клинок, что верой и правдой служил его роду пять веков. На оружие, которое было готово поддержать своего хозяина в трудную минуту. Которое приходило на помощь не только в пылу сражения, но даже среди тишины закулисных интриг. Которое готово было вселить уверенность в момент нерешительности. Подсказать, куда бить и где ставить блок. Где ждать засады, где расставлены ловушки, откуда ждать удара.
   Меч, в котором были не простые руны. Над чьим клинком работали лучшие мастера древности ещё в те времена, когда меканика только начинала вытеснять магию. Когда оружие зачаровывали не только батареями, проводниками, переключателями и сменными руническими пластинами. Меч, что взывал к своему хозяину, даже не будучи активирован. Он разжигал чувства, наполняя пылающим гневом и клокочущей яростью при виде врага. Чья рукоятка начинала излучать пульсирующее тепло, которое легонько покалывало руку, отдаваясь в мозгу ощутимым чувством тревоги в случае засады.
   Прямо как сейчас...
   Внезапная догадка разорвала радужную ткань сновидений. Клинок снова взывал к своему господину, предупреждая об опасности. Пробуждаясь ото сна, Ханс аккуратно перехватил меч обратным хватом, зажимая ножны левой рукой. Он готов был вскочить со своего спальника и рубить в тот же миг. Но вокруг всё было тихо. Слышалось только сопение спящих спутников, да треск угольков в костре. Даже варкастер перестал выть.
   Тихонечко приоткрыв глаза, Ханс смог различить в свете костра сани с углём и спящих на них механиков с лейтенантом. А так же остальной лагерь за ними. С этой стороны всё было тихо. Значит, враг решил зайти со спины. Как бы его увидеть и не спугнуть? У молодого кастеляна была одна идея. Претворившись будто бы он поплотнее укутывается в плащ, он аккуратно перевернулся на другой бок, лицом к костру. И через несколько секунд медленно открыл один глаз, оглядывая окрестности. Всё тот же лес, сверкающий множеством замёрзших капель ледяного дождя на ветвях. Всё те же огни факелов часовых, двигавшихся по периметру группами по двое, проверяя посты. И ещё нечто, оказавшееся сгорбленной старухой в рваном тряпье, что вышла в круг света от костра и, опираясь на длинный посох, ковыляла прямиком к карателю, который всё так же сидел и смотрел на лес.
   -Здрав будь, милок. - на чистейшем хадорском проскрипела старуха варкастеру, выходя на свет. Конечно, она использовала устаревшие обороты, имевшие хождение среди простолюдинов, но её речь была вполне понятна ордцу. Так неужели именно об этой старой карге предупреждал его меч?
   -И ты здравствуй, бабушка. - произнёс капитан, внимательно изучая незваную гостью. Её грязные и рваные одежды, которые не давали ей замёрзнуть только за счёт количества намотанных на неё тряпок. Её морщинистое лицо с всего одним зелёным глазом. Старый, почерневший посох и корзину, надетую сверху на горб. - Какая же нелёгкая занесла тебя сюда?
   -Да вот, пошла по ягоды, а тут вьюга как налетела... - старуха махнула рукой, остановившись в трёх шагах от карателя, внимательно его изучая. - Так что не до ягод нынче. Еле-еле из чащи вышла. А тут глядь, огоньки сверкают. Дай, думаю, посмотрю. Может прогреться удастся.
   -Понимаю... - протянул варкастер, наверняка думая о том, действительно ли эта старуха уже два дня блуждала по лесу, или всё же лгала ему. - Но как ты прошла мимо часовых?
   -Да ведь я не первый год по лесам хожу, милок. - улыбнулась старуха. - Уж волков или медведя обмануть поди сложнее, чем человека. Да и они с факелами все. Видны как на ладони. Ну, и что б они мне сказали? Прогнали бы наверняка.
   -Хех. Ладно. - капитан махнул рукой, приглашая свою собеседницу поближе. - Подходи, погрейся. Если голодна, так у нас каша с тушёнкой есть. Можешь поужинать.
   Хансу пришлось совершить над собой изрядное усилие, чтобы не то, что не присвистнуть, даже не пошевелится. Потому что на его глазах творилось невозможное - безжалостный каратель проявил сострадание к нищенке.
   -Спасибо тебе, милый человек. - поклонилась ему старуха, подходя ближе к огню. - Но я не голодна пока, до дома аппетит поберегу. Там как раз картошечка томится.
   -Ну, как говорится, было бы предложено. Тогда с собой в дорогу возьми. - сказал капитан, протягивая старухе банку тушёнки.
   -А вот за подарок спасибо. Не откажусь. - незнакомка аккуратно взяла банку, быстро спрятав в своём тряпье. После чего протянула руки к огню, встав в метре сбоку от варкастера.
   -Ты мне вот что скажи, бабушка. - перешёл к делу каратель. Всё же раздавать казённые харчи просто так он не имел права. Даже если за них платил из своего кармана наместник. И он об этом тоже прекрасно помнил. - Ты здесь никого кроме нас не видала?
   -Как же не видала? Видала. - быстро ответила старуха, глядя в глаза своему собеседнику. Сегодня видела парня с девушкой и оленем. Очень громко разговаривали. Их вёл снеговик на Седую Гору.
   -Снеговик? - удивился капитан, явно не веря собственным ушам. Хансу приходилось всё сильнее сдерживаться, чтобы не выдать своё бодрствование ни резким движением, ни выпученными глазами, ни вздохом удивления. Потому что происходящее час от часу становилось всё безумнее и непредсказуемее.
   -Да-да. Такой небольшой, с метр ростом и морковкой вместо носа. Болтливый до жути. - быстро объяснила старуха. И, видя удивление в глазах варкастера, быстро продолжила. - Это ещё что. Позавчера ночью тут над лесом ледяная ведьма пролетала.
   -А куда она полетела? - быстро спросил каратель, ухватившись за ниточку той самой ценной информации, ради которой, судя по всему, он и терпел общество этой неопрятной нищенки.
   -Да всё туда же, на Седую Гору. - махнула рукой в сторону вершины старуха. - Она там такое устроила... Всю ночь на самой вершине зарево полыхало от того, как она там колдует.
   -Ну, я до неё доберусь... - прошипел Краснов, стиснув кулаки.
   -А не боишься то, против ледяной ведьмы идти, что лето в зиму обратила? - Ехидно спросила нищенка, искоса глядя на своего собеседника. - Силёнок то хватит, чтобы с такой чародейкой справится?
   -Не боюсь. Нечего мне уже боятся. - прямо ответил каратель. Отвернувшись от старухи, он снова уставился на заснеженный лес. На эти капли ледяного дождя на ветвях ив, что в свете костров и факелов сияли, подобно звёздам на небосводе. - А что до силёнок, то солдат должно хватить. С запасом брал. И если Менот мне даст немножечко сил и терпения, я её сам прикончу.
   -Похвальное рвение. Только так тебе зиму не остановить. - произнесла старуха. - Ты знаешь, что тебе не суждено пережить эту ночь?
   -Что? - дёрнулся было варкастер, хватаясь за саблю. Но старухи на месте не оказалось. Ханс замер от ужаса, потому что прямо у него на глазах нищенка, только что гревшаяся у костра, просто растаяла в невесть откуда взявшемся облаке непроглядной черноты, которое исчезло следом так же быстро, как и появилось. А каратель продолжал вертеть головой, оглядываясь вокруг. Но он не замечал то, что видел молодой кастелян.
   И только когда капитан повернулся в сторону леса, то снова смог разглядеть свою собеседницу. Только теперь среди её лохмотьев виднелись пластины брони, из горба торчали дымовые трубы силовой установки арканоденомической турбины, а руки заканчивались длинными стальными когтями. И её единственный зелёный глаз сиял потусторонним зеленоватым светом, как и пустые глазницы черепов, привязанных к её посоху. От одного взгляда на это мистическое существо, в которое превратилась безобидная нищенка, кровь стыла в жилах.
   -Но я могу помочь тебе изменить твою судьбу. - произнесла старуха своим скрежещущим голосом, направив прямо в лоб карателю свой стальной коготь быстрее, чем тот успел выдернуть саблю из ножен. А вокруг её руки уже закручивались иссиня-чёрные круги рун заклятий. - Если ты поклянёшься мне в верности.
   -Я уже заключил сделку с... - попытался было возразить капитан. Но острейший коготь уткнулся ему в лоб, оборвав на полуслове.
   Ханс понимал, что если даже варкастер, с его тяжёлой бронёй и усиленными магией рефлексами не смог защитится от этой ведьмы, то его шансы вообще стремятся к нулю. Но он не мог позволить какой-то ведьме испортить всё то, к чему он так долго стремился. Ему везло, и он решил бороться за свою удачу, чтобы не упустить тот самый шанс, что давало ему провидение. И это ещё хорошо, что старая карга его не заметила. Или попросту не обратила внимания.
   И пока старуха была сосредоточена на карателе, он быстро вскочил на четвереньки, перехватив меч. В следующую секунду он бы уже бросился на это мерзкое существо, на ходу выхватывая клинок из ножен и одним взмахом срубая ей голову. Но ведьма среагировала так быстро, что это казалось невозможным. Молодой кастелян не успел даже оторвать руки от земли, как в его сторону уже смотрел посох чёрного дерева, украшенный жуткой резьбой в виде множества кричащих лиц, что словно перетекали из одного в другое. И пара черепов, что была привязана к этой палке, уставились на него своими пустыми глазницами, что пылали потусторонним зелёным светом.
   -Не спеши умирать, Ханс из Южной Хезы - произнесла старая ведьма, даже не глядя в его сторону. После чего, склонившись ещё ближе к карателю, спросила у своей парализованной жертвы - Кому ты служишь?
   -Я служу Родине! - выкрикнул варкастер, из последних сил пытаясь сохранить выдержку, пока стальной коготь медленно погружался в его голову. А незнакомые руны перед его глазами скручивались в неизвестное заклятье. На которое он смотрел так же неотрывно, как и сам Ханс на всю эту сцену. - Я не изменю клятвам!
   -И за это ты получишь награду. - произнесла старуха, и её испещрённое морщинами и шрамами лицо исказилось в самодовольной ухмылке. А в следующий миг вращавшиеся кругами вокруг её руки руны заклятий преобразились, меняя форму и загораясь голубым сиянием. И через секунду даже Ханс заметил, что это было уже совсем другое заклятье, на которое варкастер всё так же тупо пялился широко открытыми глазами. А ещё через пару секунд руны потухли, а старуха убрала свою когтистую руку, на которой не было никаких следов крови. - Теперь у тебя есть всё, чтобы пережить эту ночь и исполнить свой долг.
   -Заклятье... - с трудом пролепетал варкастер, схватившись руками за голову. Похоже, сейчас он изо всех сил старался заново собрать воедино свои перемешанные магией мысли. И восстановить логичную картину материалистического мироздания, которого он, судя по всему, до селе строго придерживался.
   -А что до тебя, тринадцатый сын в тринадцатом колене. - ведьма обратила свой взор на скованного почти животным ужасом молодого кастеляна. И пока капитан сидел, схватившись за голову и не способный на дальнейший разговор, она сосредоточила своё внимание именно на наместнике герцогини Аренделл. - У тебя и так есть всё, что может пригодиться в грядущем. И даже больше. Отринь сомнения и страх, и ты получишь всё, о чём мечтал. Но помни, только Эльзе Аренделл под силу остановить зиму, которую она сотворила. Верни её в замок, и только там чары будут сняты. Смело иди к своей цели, Ханс из Южной Хезы. Не останавливайся и не сдавайся, и ты обретёшь желаемое.
   Ханс только и сумел, что молча кивнуть в ответ. Потому что у него не было слов. Откуда эта ведьма знала его имя? Да к чёрту это, откуда она знала о его проклятии тринадцатого сына в тринадцатом поколении? Откуда она знала об его тайных желаниях и страстях? Да что это вообще за существо, что так легко манипулировало людьми.
   -Что это за заклятье? - спросил варкастер, который всё же сумел несколько прийти в себя.
   -Стальная плоть - простые и надёжные чары. Они позволят тебе сберечь жизни твоих солдат. И твою собственную тоже. - спокойно пояснила старуха. - Я была неприятно удивлена тем, что ты не знал этого заклятья. Чему вас вообще теперь учат?
   -Меня готовили сражаться, опираясь на варджеки. - моментально ответил Краснов. Ханс не понимал причин такой откровенности. Если только ведьма не заколдовала капитана, подчинив его своей воле. - Поддержка пехоты не была в числе приоритетных направлений подготовки.
   -Запомни, не машины начинают и заканчивают войны, а люди. Варджеки могучи, но им не под силу заменить солдат. - менторским тоном произнесла ведьма, покачав пальцем. - И ещё одно. Я дала тебе знания и силу, но за это ты мне должен.
   -Что должен? - автоматически спросил варкастер, всё же убирая руки от головы, мутным взором глядя на свою жуткую собеседницу.
   -Должен заплатить за силу кровью моих врагов. - теперь уже совершенно серьёзно произнесла старуха, глядя прямо в глаза карателю. - Принеси мне голову того, кто встанет у тебя на пути этой ночью, и мы в расчёте.
   -Хорошо. - согласился капитан, не сильно задумываясь. Окажись Ханс на его месте, он тоже бы согласился недолго думая. Потому как это ни коим образом не противоречило обязанностям, присяге и служебному долгу карателя. Он должен уничтожать врагов. А части тел поверженных противников никого особо не волновали.
   -И запомни. С чем бы ты ни столкнулся, что бы ни встретил, не отступай, не сдавайся и не опускай руки. Исполни полученные приказы. Все полученные приказы. - варкастер даже вздрогнул, когда услышал последние слова этой старухи. И уставился на ведьму выпученными глазами, уже готовясь оспорить её слова, когда она продолжила. - И не дай погибнуть Эльзе Аренделл. Потому что только она сможет спасти тебя от тебя самого.
   -Но что это всё значит? - непонимающе спросил капитан.
   -Ты поймешь, когда придёт время. - произнесла старуха, отступая от костра и скрываясь в тени. - А сейчас веди на битву своё войско. Тебе пора выступать.
   А затем она просто растаяла в пятне черноты, которое исчезло так же внезапно, как и появилось. И снова вокруг воцарилась тишина, и только капли ледяного дождя на ветвях деревьев сияли маленькими звёздочками в свете костра. Следы на снегу - единственное оставшееся напоминание о том, что тут вообще был кто-то посторонний.
   В задумчивости, капитан потёр лоб, после чего поглядел на перчатку. Крови не было. Вообще никаких следов. Будто и не вгоняла ему в голову стальной коготь старая ведьма. Но что она говорила? Что надо готовиться к битве. И что Эльза Аренделл должна непременно выжить. Но откуда она всё это знает? Как попала в лагерь, и как исчезла?
   Эти вопросы теперь не давали покоя обоим свидетелям мистического посещения. Не без труда Ханс всё же поднялся со своего спальника и на негнущихся ногах подошёл к карателю, который сидел, в задумчивости смотря на свою перчатку. Остановившись рядом, наместник герцогини Анны почти шёпотом спросил у хадорца: - Что это было?
   -Это была Старая Ведьма Хардова. - бесцветным голосом почти прошептал каратель, переводя взгляд с перчатки на заснеженный лес. - Кто-нибудь ещё видел?
   Оглянувшись вокруг, молодой кастелян был поражён. Кроме капитана и его самого, никто не видел ведьмы. Все свободные от дежурств спали, и даже крик варкастера, которому в голову вгоняли стальной коготь, не смог никого разбудить. А что до часовых, они продолжали всё так же ходить по периметру лагеря, не проявляя никаких признаков беспокойства.
   -Нет. Никто не видел. - коротко ответил Ханс всё так же тихо. - Все спят либо не заметили. И не услышали тоже.
   -И мы с вами тоже ничего не видели, наместник. - произнёс каратель, всё же взглянув в глаза молодому кастеляну. - Не стоит пугать людей попусту. Это существо... Караульные всё равно были бы бессильны.
   -Но кто же она, эта Старая Ведьма? - удивлённо спросил ордец, стараясь всё же не повышать голоса. - И почему мы должны об этом молчать?
   -Вам лучше не знать, что скрывается под этой личиной, наместник. Потому что счастье в неведении. - всё так же спокойно ответил варкастер, не отводя взгляд. - И я был бы рад не знать даже того немногого, что мне известно о существе, что приходило сюда. Никто не знает всей правды об этом легендарном создании. Хадорская земля скрывает много зловещих, тёмных тайн. Старая Ведьма Хардова - одна из них. О ней ходит слишком много слухов, легенд и жутких историй. Нашим солдатам скоро идти в бой, и я не хочу, чтобы их головы были забиты пустыми суевериями и страхами.
   -Может быть, вы и правы. - негромко согласился Ханс, размышляя о том, разговаривает ли он с тем самым Красновым, с которым он вышел из Аренделла? Или перед ним теперь сидела всего лишь безвольная марионетка, управляемая ведьмой? - Вы в порядке?
   -Нет, не в порядке. Я не знаю, что она со мной сделала. - прямо ответил варкастер, снова уставившись в лес и подпирая голову руками. Эта странная привычка карателя - не смотреть на того, с кем разговариваешь, теперь раздражала ещё сильнее. - И вот что, утром вы попросите Ниссов, чтобы их маги тайком проверили меня. Я попрошу колдун-лорда тоже проверить. Надеюсь, что это позволит с уверенностью установить, что же именно она со мной сотворила. И с вами.
   -Да, так будет лучше. - согласился молодой кастелян. Потому что более логичного и продуманного решения в данной ситуации попросту не было. Ведь не заковывать в кандалы обоих командующих поисковой операцией. Тем более, что за спиной одного из них стоял одиннадцатитонный боевой конструкт.
   Наместник герцогини Аренделла не знал, что будет дальше. Спать больше не хотелось, а из головы всё никак не выходили слова старухи. Забавно, а он ведь собирался разрешить капитану действовать по его усмотрению. И в тайне надеялся, что каратель сделает всю грязную работу. Ведь ему уже не привыкать к чужой крови на своих руках. А теперь ему придётся приложить все усилия, чтобы привести герцогиню Эльзу в Аренделл живой. И один Морроу знает, каких усилий будет стоить снова обуздать взбесившуюся ледяную колдунью. А если Старая Ведьма лгала? А если это была ловушка? Может быть, нужно было наоборот, поскорее прикончить Эльзу, уничтожив тем самым источник этой зимы и первопричину всех бед?
   -Менот создатель... - пролепетал варкастер, смотря куда-то вверх. Проследив за его взглядом, Ханс тоже поднял глаза к небесам, где разгоралось северное сияние. Здесь, в Новой Умбрии, на сотни миль южнее Скирова и Охка, где этот феномен изредка появлялся. Но сейчас широкие всполохи зеленоватого сияния прочерчивали небо и вместе со стареющим Кальдером, вышедшим из-за гор, освещали землю. И он теперь тоже как заворожённый наблюдал за этим небесным пламенем.
   -Господин. - негромко обратился женский голос с небольшим шипящим акцентом. Медленно опустив глаза, каратель и наместник наткнулись взглядом на запыхавшуюся женщину Нисс. Одну из двоих главарей в отряде следопытов. Которая тяжело дышала, ожидая в компании одного из своих сородичей, пока самый старший командир в отряде, к тому же не спавший, сфокусирует на ней внимание.
   -В чём дело? - всё так же негромко спросил капитан. Если лагерь не разбудили его крики при разговоре со Старой Ведьмой, то виной тому была магия, а не крепкий сон. И не стоило понапрасну тревожить людей. Им не нужно знать о том, что тут произошло или только произойдёт. Молодой кастелян придерживался той же позиции, успев даже удивиться тому, насколько синхронно они с капитаном мыслили в этот момент.
   -Господин, мы разведали дорогу до горы. Там пройдут кони, сани и ваша машина. - поспешила ответить зимняя эльфийка. - Но есть очень большая проблема. Эта дорога занята.
   -Кем? - удивлённо спросил варкастер, которому явно пришлись не по душе подобные слова.
   -Там идёт другой отряд. Идёт прямо к вершине Седой Горы. Идёт пешим строем, но довольно быстро. - спешно докладывала разведчица. - Мы не смогли подойти близко. У них были собаки или волки. Мы напали на их тыл и убили несколько отставших. Это были Тарны.
   -Тарны? - новости были всё хуже и хуже.
   И вместо ответа Нисса приняла из рук своего сородича свёрток из кожи, который тот держал за узел в левой руке всё время разговора. И быстро размотав его, явила капитану и наместнику отрубленную голову. Скошенный лоб, вытянутая морда с длинными клыками в звериной пасти, заострённые уши. Это уже точно был не человек.
   -Сможем их перехватить до вершины? - капитан уже понял, что именно хотела от него Старая Ведьма Хардова. И молодой кастелян тоже, даже не смотря на отвращение, которое ему пришлось побороть, чтобы не потерять лицо в глазах наёмников.
   -Перехватить нет. Догнать да. - после короткого раздумья ответила эльфийка. - Наш отряд сможет зажать их на вершине горы. У них не будет выхода.
   -В таком случае, веди нас. А своего бойца пошли собирать остальных. У нас будет каждый меч на счету. Пусть встречают нас на дороге к горе. - и видя некоторое замешательство Ниссы, что легонько кивнула в сторону своих непосредственных нанимателей, варкастер поспешил её успокоить. - Если они не повторят мой приказ слово в слово, я насажу их головы на пики.
   Зимняя эльфийка поняла всё без дальнейших пояснений, и с поклоном беззвучно отошла в сторону, где принялась инструктировать своего подручного. А каратель встал на ноги, ещё раз проверяя себя и своё снаряжение.
   -Боюсь, что после этого у вас и ваших добровольцев больше не будет выбора, наместник. - деловито сообщил варкастер, достав пистолет из кобуры и проверяя наличие патрона в стволе. - Если сейчас уйдут те, кто не может или не хочет сражаться, я не буду их винить. Они не давали присяги и не являются солдатами.
   -Полагаю, что здесь вы таких не найдёте. - ответил Ханс, проверяя то, как легко выходит меч из ножен. - Если эти Тарны угрожают герцогине Анне, то они разорвут их голыми руками.
   -Надеюсь на это. - уже привычно безэмоционально ответил варкастер, заканчивая проверку. Только убедившись, что всё было на месте и в полной готовности, именно так, как и должно быть, он принялся за активные действия. И, как следует прочистив горло, капитан гаркнул во всю свою лужёную глотку: - Рота подъём!
  
   -Смотри, Свен. Звёзды проснулись... - подал голос снеговик, похлопав по боку северного оленя, на спине которого он ехал со времени последнего привала. Кристофф искренне не понимал, какого лешего этот Олаф путешествует верхом, когда он и Анна должны идти пешком. Свен всё же нуждался в отдыхе, и не стоило его перегружать. И потому сейчас парень тащил все сумки на себе, благо их было немного. А снеговик? Да как он вообще может уставать? Хотя, последние полчаса он молчал, что не могло не радовать. А сейчас опять заговорил.
   Звёзды проснулись. Ха! Они уже вторые сутки были на ногах. Пережили падение с утёса, нападение Тарнов, гнев ледяной ведьмы и её снежного чудовища. Преодолели добрых десять миль подъёма и почти восемь миль спуска, от чего теперь еле-еле держались на ногах. Не мудрено, что уже стемнело, а на небе высыпали звёзды. Но Свен, посмотрев вверх, радостно заревел.
   Удивившись такой реакцией своего друга, Кристофф тоже поднял взгляд к небесам. И замер, поражённый открывшейся картиной. Потому что на небосводе ярко сияли широкие полосы зеленоватых всполохов. Которые он видел всего третий раз в жизни. И предыдущие оба раза эти языки холодного зелёного пламени появлялись в небесах далеко на севере, когда он ещё жил в Скировской волости. И то, там это было редким событием, что появлялось далеко не каждый год. Потому что северное сияние всегда предвещало долгую зиму и позднюю весну.
   -Эй, не отставай! - окликнула его Анна, которая заметила, что он отстал. И, видя встревоженный взгляд своего спутника, что остановился посреди дороги, тоже посмотрела вверх. Да так и замерла с открытым ртом, любуясь на диковинное светопреставление. Судя по всему, она впервые в жизни видела нечто подобное. И только через минуту она не без труда смогла задать один вопрос: - Что это?
   -Это - северное сияние. - объяснил Кристофф. И, предваряя последующий град вопросов, сразу же пустился в объяснения. - Говорят, это сияние Северной Пальмиры - града Деда Мороза, что стоит на самом Северном Полюсе. Говорят, что его населяют души тех, кто замёрз насмерть и сгинул в снегах. И что оттуда этот древний дух в личине старца выходит осенью, чтобы принести в мир холод и сковать реки льдом. И что северное сияние - отблески пира, что он даёт в честь своей победы. И что весна будет очень долго сражаться с зимой, чтобы принести людям летнее тепло, как завещал Менот.
   -А если серьёзно? - скептически спросила Анна, явно недовольная таким ответом. - А то мне сейчас как-то не до шуток.
   -Ну, говорят, что умники в Корске до сих пор спорят, что же это такое. - на сколько мог честно ответил Кристофф. - Да всё равно ничего толком не сказали. А народ то с этим всем рядом живёт. Чай лучше ведает, чем столичные балаболы.
   Юная герцогиня ничего не сказала. Только искоса взглянула на своего проводника, после чего закатила глаза и пошла вперёд, захлопнув полы плаща поплотнее, ёжась от холода. Даже здесь, где было значительно теплее и не было ни снега, ни льда. Ведь они уже почти спустились в долину гейзеров, что лежала на запад-северо-запад от Седой Горы. Это было единственное место на сотню миль вокруг, которое не замерзало даже в самые лютые морозы. Согреваемая энергией гейзеров и теплом горячих источников, долина стала идеальным убежищем для тех, кому не нашлось места во внешнем мире. Которое могло спасти и её.
   Но с каждым часом Анне становилось всё хуже. Заклятье ледяной ведьмы давало о себе знать, медленно замораживая девушку заживо. Кристофф и так изо всех сил старался ей помочь. На привалах он разводил костёр и кормил барышню горячей едой, умудрившись даже кое-как сварить суп в банке с тушёнкой. Но всё это было только временной помощью. И с каждым разом проходило всё меньше времени, прежде чем его нанимательницу начинало колотить от холода.
   И осознание собственной бессильности бесило парня. Потому что он чувствовал себя виноватым в том, что не мог спасти девушку, что была готова умереть за свою малую Родину, и за него тоже. Которая смело отправилась в горы и шагнула во дворец ледяной ведьмы, чтобы вернуть людям лето. Которая приняла на себя весь гнев своей сестры, спасая остальных. И которая теперь медленно и мучительно умирала у него на глазах. Но что он мог сделать, чтобы разрушить чары? Он ведь был простым ледоробом. Он не умел колдовать. Вся надежда была на помощь его верных друзей. А ему нужно только отвести к ним свою нанимательницу. А времени оставалось всё меньше и меньше. До первого привала она продержалась четыре часа. Потом три. Теперь два. И это ещё хорошо, что горячая еда и жар от костра могли придать ей немного сил, хоть ненадолго отгоняя смертельные объятья холода.
   -Замёрзла? - осторожно спросил проводник, видя, как колотит от холода его нанимательницу.
   -Немного. - как можно более весело и непринуждённо ответила Анна. Но, прозвучало это всё равно несколько натянуто. Особенно с учётом того, что она уже начинала стучать зубами от холода.
   -Ахссс. Эмм... - замялся парень, поспешно убирая руку, которую уже было протянул к девушке, чтобы приобнять её. Потому что ему тут было уже жарко, и его тепло могло помочь ей. Но он вовремя заметил холодный, злобный взгляд, что метнула в него юная герцогиня. Он - всего лишь проводник, и не имеет права касаться её благородной особы без разрешения. Тем более, прижиматься к ней своей вонючей, немытой тушей.
   -Вот. Иди сюда. - позвал её Кристофф, подходя к парящей дыре в небольшой кочке. Это была одна из множества отдушин, через которые на поверхность выходил пар. И где Анна могла бы согреться, не поступившись своей дворянской честью и гордостью. Горячие источники находились ниже в долине, а гейзеры ещё ниже, почти у самого Кипящего Озера.
   Это была граница с Рулом. Северный склон долины формально уже принадлежал гномам. А южный ещё был герцогством Аренделл королевства Ллаэль, а ныне волости Новой Умбрии Хадорской Империи. Удалённость и труднодоступность делали эти места безлюдными. А вода в Кипящем Озере была ядовита для людей и зверей. К тому же, отношения с Рулом у Империи были натянутыми уже по меньшей мере тысячу лет, со времён захвата легионами ещё старой Империи Хеллпаса. Говорят, у гномов очень хорошая память. И два народа откровенно сторонились друг друга. И пускай кое-где в больших городах и существовали компактные поселения гномов, общей картины это не меняло.
   И именно здесь, где горы были почти непроходимы для больших отрядов и техники, а одиночка не смог бы уйти достаточно далеко, нашли убежище от бушующей войны его друзья. Где их не трогали ни реквизиционные команды, ни продотряды, ни марширующие полки и легионы. И где они могли более не бояться, что очередная битва между великими армиями Сигнара и Хадора снова прогонит их из домов, в считанные минуты обращённых в руины пушками и тяжёлыми варджеками. Сама долина помогала им защищаться от врагов. Тут они были сами себе хозяева. Тут они не были ни презираемыми дикарями, ни дармовой рабочей силой, ни бесплатным пушечным мясом, что погонят в бой за Короля или Императрицу.
   -Кстати. На счёт моих друзей. - начал было объяснять своей нанимательнице положение вещей Кристофф. Потому что уже на своей шкуре успел убедиться и в крутости её нрава, и в твёрдости её руки, и в меткости её глаза. А ещё в гордости, изрядном самодурстве и надменности, что будто бы волнами накатывали на неё, превращая в целом приятную девушку в ужаснейшую барыню, какой и врагу своему не пожелаешь в хозяйки. Но, она была ведьмой с пистолетом, которая била своими зачарованными пулями без промаха. Поэтому с ней приходилось считаться. - Ну, они не друзья, а скорее родня.
   И произнеся последнюю фразу, хадорец замолчал, наблюдая за реакцией своей спутницы. Но юная герцогиня не демонстрировала ни злобы, ни антипатии. Только любопытство. По крайней мере, ей было интересно узнать побольше о своём проводнике. И это обнадёживало.
   -В общем, после того, как родителей убили Тарны, у меня остался только Свен. - осторожно продолжил Кристофф, стараясь не упустить момент благосклонности со стороны своей нанимательницы. - И они взяли нас к себе. Так что они не совсем друзья. Скорее, приёмная семья.
   -Правда? - с интересом спросила Анна. Казалось, что от былой ледяной надменности и гордости не осталось и следа.
   -Да. Не хочу тебя пугать, но они бывают несносными. - парень понимал, что нужно успеть подвести разговор к главному, пока они не дошли до деревни. И пока юная герцогиня никого не подстрелила. - И громкими. Очень громкими. Ещё они упрямые. Порой даже жёсткие. Гордые. И тяжёлые. Очень тяжёлые. Но, это ничего. Пойми, они добрые и славные. И они...
   -Кристофф, я уже их люблю. - поспешила успокоить его Анна, оборвав на полуслове. Потому что от волнения хадорец начал тараторить. И спокойный, ровный и нежный голос его спутницы резко контрастировал с его собственным. И он помогал сбросить напряжение и отринуть страх.
   -Ну, тогда пообещай мне, что не будешь доставать свой пистолет и уж тем более стрелять. Что бы ты не увидела, что бы не подумала. - наконец-то сказал главное проводник, ожидая реакции своей нанимательницы. И, видя сомнение и непонимание во взгляде юной герцогини, поспешил объяснить свои требования. - Если начать размахивать оружием, тебя могут неверно понять.
   -Логично. - кивнула Анна, обдумав слова хадорца. После чего поправила сумку и закинула её за спину, под плащ. - Обещаю, что не буду доставать оружие и уж тем более стрелять в твоих друзей.
   -Вот и отлично. Потому что мы уже пришли. - Радостно сообщил Кристофф, заворачивая за большущий валун.
  
   Анна спокойно следовала за своим проводником, стремясь поскорее добраться до обещанной помощи. Потому что ей было жутко холодно. Холод словно накатывал волнами, исходя даже не снаружи, а уже изнутри. И теперь ей приходилось искать внешние источники тепла, чтобы поддерживать температуру своего тела в пределах допустимого. И хотя горячий пар из расселин и отдушин в этом изрядно помогал, она понимала, что долго так продолжаться не может. Она была слишком умна, чтобы не заметить наметившуюся тенденцию. А потому старалась не отставать.
   К её удивлению, за скалой обнаружилась стена, собранная из грубо отёсанных камней, за которой виднелись деревянные крыши. А в небольших воротах возле самой скалы их встречало чудовище. Вскочившая на ноги горбатая тварь была трёх метров роста, и сжимала в своих здоровенных лапах огромный топор. Синяя кожа с каменными вкраплениями на плечах, спине и подбородке, гребень из толстых одиночных тёмных шипов вместо волос на голове, кривые ноги, казавшиеся непропорционально маленькими на фоне длинных и мощных рук с широченными ладонями, кончавшимися четырьмя толстыми пальцами.
   Юная герцогиня мёртвой хваткой вцепилась в ремень своей сумки, с ужасом наблюдая за тем, как навстречу им выходил дикий тролль. Она и раньше видела троллкинов, но только мельком и издалека. И в этих тупых синекожих громилах она не находила ничего интересного. Просто ещё один вид разумных существ, что пытался интегрироваться в человеческое общество, проиграв людям в борьбе за господство над континентом. Но, среди всего семейства троллей действовало одно простое правило, которое ей рассказал в своё время полковник Петорсон, успевший поучаствовать в нескольких кампаниях по усмирению диких племён. Чем тролль больше, тем сильнее, живучее, тупее и агрессивнее.
   А её проводник как ни в чём ни бывало шагал на встречу с троллем, который, судя по размеру и одежде, состоящей из одной набедренной повязки в клеточку, не далеко ушёл от животного. И злобно потрясал своим огромным топором, смотря на приближающегося человека. И когда до зверя оставалось всего четыре шага, Кристофф остановился и выкрикнул какую-то фразу, смысла которой Анна попросту не поняла. И к её глубокому изумлению, монстр остановился, принявшись более пристально рассматривать хадорца. Потом принюхался как следует, после чего опустил топор, сделал два шага вперёд и протянул руку, сжав пальцы в здоровенный кулак. Кристофф тоже сжал руку, и подойдя почти вплотную к троллю, ударил своим кулаком по его кулаку.
   А после этого ритуала, тролль рыкнул что-то невнятное, и просто развернулся и ушёл куда-то за скалу. Подойдя ближе, Анна заметила, что у зверя был устроен соломенный лежак под навесом в углу между скалой и стеной. Куда тот и плюхнулся, положив топор рядом, и лениво развалился, меланхолично наблюдая за людьми и оленем. А снеговика он вообще проигнорировал. Хотя, Олаф лежал не шевелясь, и тролль мог просто не обратить на него внимания.
   -Идём скорее. - позвал свою нанимательницу проводник, пригласительно махнув рукой. - Билл не любит, когда к нему пристают.
   Юную герцогиню не нужно было приглашать дважды. Потому что она и так хотела поскорее уйти прочь от твари, которая может раздавить её одной рукой. И которую с одного выстрела даже ей не убить. С таким существом она бы предпочла встретиться на дистанции в сотню метров, где она могла бы спокойно нашпиговать его руническими пулями, заряженными самыми разрушительными заклятиями из её магического арсенала.
   -Ну, вот мы и пришли. - сказал Кристофф, обводя широким жестам всю небольшую деревушку, на единственной улице которой они и стояли. - Вот моя семья. Мой клан.
   -Эээ... - протянула герцогиня Аренделла, пытаясь понять, что имел в виду её спутник. Который отправился приветствовать тех немногих обитателей этого убогого поселения, что ещё бодрствовали. В большинстве своём это были какие-то совсем мелкие тролли, наряженные в грязные лохмотья, если вообще одетые. Не особо разбираясь в сортах троллей, Анна про себя окрестила недотроллями этих существ, что были втрое, если не вчетверо меньше того монстра, что встречал их у ворот.
   А мелкие твари даже отвечали хадорцу, пусть и без особого энтузиазма. В основном они ограничивались короткими приветствиями, продолжая ковыряться в мусоре, валяться вдоль стен, жевать какую-то дрянь или мастерить что-то из подручных материалов. Но некоторые вступали в короткую беседу, перекидываясь с парнем парой фраз.
   Всё поселение было под стать своим обитателям. За достаточно высокой внешней стеной стояла всего дюжина растянувшихся вдоль стены круглых каменных лачуг, которые назвать домами даже язык не поворачивался. Почти без окон, одноэтажные, с коническими крышами без вершины, набранными из деревянных щепок, и дыркой вместо дымохода, эти строения из грубо отёсанных камней даже на сараи тянули с трудом. Со стороны скалы так вообще были просто входы в пещеры. Казалось, что всё вокруг было сделано на скорую руку и без каких-либо намёков на эстетику и архитектуру. Тупо, грубо и уродливо - под стать обитателям этого поселения.
   Хотя, некоторая логика всё же присутствовала в организации этой деревни. Стены были достаточно толстые, с лестницами на вершину для защитников и даже парапетом, чтобы воинам было удобнее стрелять с защищённой позиции. А снаружи стена выглядела просто нагромождением камней. Сточная канава тут тоже была, но текла с дальнего конца деревни, где по ходу стоял хлев, через стену вниз, в долину. И общая загаженность и захламлённость были скорее результатом действий недотроллей, чем первоначальным замыслом местных жителей.
   -Но это тролли! - крикнула было Анна своему проводнику, чтобы вернуть его обратно. Потому что глупо ждать помощи от дикарей, которые не далеко ушли от зверей и были практически поголовно безграмотными. Куда уж им до вершин магического искусства. - Они не люди!
   -Он свихнулся. - осторожно ответил Олаф так, чтобы кроме юной герцогини его никто не услышал. Хотя, до них и так никому не было дела. Кристофф просто отмахнулся от этих неблагозвучных слов. А всем недотроллям на них было попросту наплевать, даже не смотря на достаточно громкий окрик Анны. Они так и продолжали заниматься своими делами, вяло реагируя на окружающий мир и даже на возвращение старого друга, каким без сомнения являлся для них проводник герцогини Аренделла.
   -Я отвлеку их, а ты беги. - предложил план действий снеговик, после чего пошёл вперёд и похлопал по плечу ближайшего недотролля, привлекая его внимание: - Здравствуй, семья Свена. Я очень рад знакомству.
   Мелкая тварь, и так без особого интереса наблюдавшая за происходящим и скорее присоединившаяся ко встрече Кристоффа за компанию, с удивлением посмотрела сперва на руку-веточку, что легла ему на плечо, а затем медленно перевела взгляд на снеговика, тупо уставившись на него выпученными глазами.
   -Гусс, а ты похудел! Тебя прямо не узнать! - весело общался парень с одним из самых прилично одетых недотроллей. - Будь другом, позови Деда Папеля и остальных. У нас очень большие проблемы.
   -Я люблю тебя, Анна. И прошу, беги. - прошептал девушке Олаф. Пока собеседник хадорца отправился в один из домов, а остальные его сородичи продолжали всё так же ленно поддерживать беседу, словно и не было никакой герцогини Аренделла в их деревне. Даже Свен привлекал к себе больше внимания, потому что с ним хотя бы здоровались. Для девушки это было даже обидно. Но снеговик вовремя заметил, что недотролль поворачивается в её сторону, и быстро хлопнул того по плечу, снова захватывая всё его внимание. - Так вы и есть те самые эксперты в любви? Оу!
   -Что ты стоишь? Беги. - прошипел Олаф Анне в отчаянной попытке удержать внимание недотролля на себе. А на улицу начали выходить уже более крупные обитатели этого странного поселения, среди которых превалировали уже нормальные троллкины.
   -Кажется, мне надо лучше пойти. - решила воспользоваться моментом Анна. Потому что терять и дальше время в этой позабытой Морроу дыре было попросту бессмысленно. Ведь что могут сделать эти грязные, вонючие, грубые, безграмотные существа с заклятьем, которое наложила Эльза - ведьма ужасной силы и боевая колдунья, наверняка подготовленная хадорцами. И чтобы не привлекать к себе лишнее внимание, девушка начала небольшими шажками и без резких движений плавно отступать к воротам.
   -Нет-нет! Анна! Стой! - услышав слова юной герцогини крикнул Кристофф, в надежде остановить её. Похоже, он всё ещё свято верил, что тролли могут решить эту проблему.
   -Кристофф вернулся! - громко завопила одна из троллкинш, выйдя из дома на порог. Да так, что перебудила всю деревню. И вскоре улица, которая по совместительству была и площадью, оказалась запружена синекожими разного возраста и размера. Мужчины, женщины, дети, пара настоящих троллей с кожей какого-то зеленоватого оттенка. Их всех объединяли клетчатые одеяния совершенно одинакового рисунка, словно из одного отреза. Разве что только женщины носили длинные юбки, а мужчины отдавали предпочтение своеобразным туникам поверх штанов, но с обязательной для всех полоской клетчатой ткани, перекинутой через правое плечо. И это при том, что младшие троллкины были одеты значительно скромнее. И все вместе они подняли такой хай, что в этом гомоне потонули все окружающие звуки.
   -Кристофф вернулся! - весело закричал снеговик, прыгая от радости на месте, по видимому, пытаясь слиться с остальными жителями деревни. Правда, он всё равно выглядел белой вороной. Пока вдруг резко не остановился, и обернувшись к тому самому недотроллю, с которым всё это время разговаривал, удивлённо спросил: - Стойте! Он - Кристофф?
   -Угу. - выдавил из себя недотролль, всё ещё не до конца понимая, какого чёрта к нему пристал это говорящий снеговик? И как снеговик вообще может разговаривать?
   -Кристофф! Дай ка взглянуть на тебя! - кричала одна особо крупная троллкинша, протискиваясь сквозь толпу собратьев. При этом она умудрялась переорать всех остальных троллей, что уже было подвигом. Потому что в этом гаме Анна даже свои мысли слышала с трудом. И добравшись таки до парня, сперва крепко обняла его, потом покрутила, осматривая с разных сторон, а затем попыталась стянуть с него шубу под дружный хохот всех остальных синекожих. - Снимай одёжку! Я простирну!
   -Нет-нет! Я останусь в одежде! - запротестовал хадорец, ловко вырываясь из её здоровенных лап. И, воспользовавшись секундой затишья перед новой волной гама и криков, быстро перешёл к делу. - Я рад всех вас видеть, но где Дед Папель?
   -Он спит уже. - ответил один из молодых троллкинов, подымая вверх топор, более похожий на секиру. - Смотри, какой я топор себе смастерил, пока тебя с нами не было.
   -Да фигня всё это. - быстро перебил его другой синекожий постарше. - Мы с братом мою волынку починили, что порвали на свадьбе у Галлы. Теперь звук даже лучше, чем был раньше.
   -Молодёжь... Лишь бы новыми побрякушками хвастаться. - протянул старый троллкин, опиравшийся на толстую дубину вместо трости, подымая в ладони какой-то маленький желтоватый камушек. - У меня камень из почки вышел. Сам!
   -Да что вы все фигнёй страдаете? Нет никому дела до вашей ерунды! О главном ему рассказать надо! - перекричал всех здоровенный троллкин, который, похоже, был тут за главного. По крайней мере, он один носил полные доспехи и здоровенный двуручный меч в ножнах за спиной. Да и все остальные быстро заткнулись, слушая своего вождя, который продолжал уже спокойным голосом. - У нас же без тебя великое событие свершилось. Хигстон договорился с Хью и остальными троллями из озера. И теперь собирает их слюни и желчь в стеклянные колбы, и продаёт в Лаэдри. Говорит, там на алхимической фабрике за эту дрянь хорошие деньги платят! И просят везти им ещё! Ты понимаешь, парень? Мы теперь богаты!
   -Это просто замечательно! - радостно воскликнул Кристофф, быстро возвращая разговор в более продуктивное русло. - Но сейчас нам очень нужна ваша помощь!
   -Кому это вам? - удивлённо спросил вождь, осмотрев сперва самого парня с ног до головы, а потом окинув взором деревню. И заметив Анну, которая уже прошла половину пути до ворот, ткнул в её сторону пальцем. - Тебе и ей?
   И повинуясь его жесту, все до единого синекожие обернулись в её сторону, удивлённо уставившись на юную герцогиню широко открытыми глазами. Анна ещё подумала, что эта орава сейчас решит, что она к ним с неба упала. А ведь у неё уже почти получилось уйти из деревни, не привлекая внимания.
   -Он привёл девушку! - радостно воскликнула одна из троллкинш. И в следующее мгновение вся толпа зашлась в радостном гомоне, переходящим в восторженное ликование. И к ужасу Анны, синекожие бегом бросились к ней. И как она не старалась убежать, её путь преградил тот самый тролль у ворот, что просто встал поперёк дороги, загородив своей тушей весь проход. И тогда она кинулась к лестнице на стену, в надежде спрыгнуть с другой стороны.
   Юная герцогиня попала в полностью безвыходную ситуацию. С одним пистолетом у неё не было шансов против целого племени, а монстра, что преградил ей путь к спасению, одной пулей не сразить. И у неё не будет времени на перезарядку. Да даже на то, чтобы достать оружие из сумки и приготовить к бою, у неё не было времени, потому что её уже схватили за плащ и подол юбки троллкины своими здоровенными лапами. И сдёрнув с лестницы, подняли на руки, с радостными воплями неся её в центр деревни.
   -Что вы делаете?! - кричала Анна, что есть сил стараясь вырваться из их лап. - Отпустите меня немедленно!
   Но её никто не слушал. Со всех сторон летели восторженные крики, комплименты, всевозможные эпитеты, и даже весьма сальные шуточки в её адрес на хадорском. По крайней мере, дикари проявляли уважение к своим гостям, почти не скатываясь на свой родной язык, который больше напоминал по звучанию рёв раненого бизона. И вскоре её отчаянное сопротивление и вопли увенчались успехом, потому что троллкины попросту скинули её. И она непременно бы упала в грязь немощёной улицы, если бы не Кристофф, что умудрился крайне своевременно поймать её на руки.
   -Что тут происходит? - гневно спросила нанимательница у своего проводника.
   -Эээ... - протянул хадорец, ставя девушку обратно на ноги. - Лучше не сопротивляться.
   -А ну ка. - протиснулась вперёд та самая троллкинша, что до того пыталась стащить одежду с Кристоффа. И как только добралась до юной герцогини, резко взяла её за плечи своими толстыми, крепкими ручищами и принялась крутить, осматривая со всех сторон. - Худовата ты, конечно. Но это ничего, откормим.
   -Тётушка Бумхильда! - взвыл парень, умоляюще глядя на собеседницу своей нанимательницы. - Пожалуйста, на надо!
   -Эй! Поаккуратнее! - возмутилась Анна такой наглостью и таким фамильярным обращением. Она же была герцогиней! - И не трогайте меня. Я...
   А троллкинша вдруг схватила её за голову так, что та не могла даже разжать челюсти. И принялась изучать со всех сторон, прямо как лошадь на рынке, совершенно не обращая внимания на неуклюжие попытки освободиться, пинки по ногам, а так же гневное шипение и рык благородной дамы, которую ещё никто и никогда так не унижал. А мерзкая дикарка была чертовски сильна, и всё приговаривала: - Волосы густые. Глаза горят. Нос дышит. И зубы все есть.
   -Прости, Анна. Прости... - простонал упавшим голосом хадорец. А всё остальное племя с интересом наблюдало за этой экзекуцией, ожидая вердикта этого инспектора, что не преминул даже проверить нос и уши девушки, а так же осмотреть все зубы.
   -Да как ты смеешь трогать меня своими вонючими лапами!? - в ярости выпалила Анна, как только синекожая отпустила её голову. -Ты... Ты мерзка-ааа!
   -Сиськи что надо. И задница крепкая. - с довольным видом заявила троллкинша, сперва ущипнув девушку за левую грудь, а потом схватив за зад. Анна зашипела, заливаясь краской и переполняясь гневом. Такого хамского, вульгарного и пошлого обращения с ней не позволяли себе даже хадорские солдаты, когда взяли её в плен. Да что тут сравнивать? Ведь хадорцы были людьми! А это вообще не люди! Да с них ещё станется начать прилюдно проверять, является ли герцогиня Аренделла девственницей! Грязные, тупые, мерзкие животные, у которых на уме только похоть, жратва и убийства! И она сейчас достанет свой пистолет и вышибет мозги этой дикарке за нанесённое оскорбление. И не важно, что её потом убьют, изнасилуют, а труп скормят троллю. Она никому не простит такого унижения! И как назло, эта мерзкая скотина обняла её, стиснув руки и не давая пошевелиться, с радостью объявив на всю деревню: - Отлично! В самый раз для Кристоффа!
   Вся улица тонула в ликовании толпы. А нанимательница гневно взглянула на проводника, который покраснел как рак от стыда, и в отчаянии закрыл лицо ладонями. Герцогиня Аренделла уже была готова обрушиться на него со всей той невероятной яростью, что клокотала сейчас в её душе, когда понимание ситуации ударило в мозг подобно грому среди ясного неба. Парень не виноват. Ему действительно не смешно, а очень стыдно. Потому что он тоже считает такое поведение недостойным ни его, ни его благородной спутницы. Но всё дело в том, что троллкины их активно сватали. И при этом явно против их воли.
   -Слушайте. Вы нас неправильно поняли. - начал объяснять сложившуюся ситуацию Кристофф. - Мы пришли сюда не по этому.
   -Во-первых, не смейте меня больше трогать! Никто! - злобно крикнула Анна, всё же вырываясь из лап дикарки. После чего немедленно перешла в атаку. - Во-вторых, если ты ещё хоть раз попытаешься меня облапать, я тебя убью своими собственными руками! И в-третьих, я не намерена выходить замуж на этого мужлана! Ни за что!
   -Что не так, милая? - обиженно спросила троллкинша, уперев руки в боки. - Чего так разъярилась то? И почему ты сторонишься такого парня?
   -Что? - удивлённо спросил Кристофф, уставившись на женщин выпученными глазами. - Анна, не надо...
   -Он, по-твоему, что, некрасив? Или неуклюж? Или молчалив? - резко вмешалась в разговор другая дикарка. - Да ты в своём уме? Это ж парень хоть куда!
   -Эй, хватит! - попытался было остановить этот разговор возмущённый подобными эпитетами хадорец, стараясь замять нарастающий конфликт. Но его как назло окружили молодые троллкины, оттащив сторону. И каждый из них старался похлопать по плечу, пожать за руку и поздравить проводника с отличным выбором и удачной женитьбой. Не обращая никакого внимания на его протесты! - Оставьте меня в покое!
   -Я сказала нет! - твёрдо ответила Анна, стараясь из последних сил не начать стрелять в этих мерзких тварей раньше времени. Потому что они, кажется, поняли, что обидели её. И рациональная часть её сознания непрестанно трубила о том, что она успеет сделать максимум один выстрел до того, как они её скрутят. А о том, что может случиться после этого, лучше было даже не думать.
   -Да ты только посмотри, какой мужчина пропадает! - влезла уже третья дикарка. - Да я бы сама за него с радостью вышла, будь он троллкином.
   -Эй! - возмутился молодой троллкин, которого последняя фраза явно задела за живое.
   -Да успокойся ты! Не уйду я от тебя! - крикнула она своему избраннику. - А ты, красотка, пожалей же парня. Ему из наших невесту искать нельзя. Ему нужна из своих, из людей.
   -Да какое мне дело!? - юную герцогиню уже просто бесили эти свахи с галантностью коров и тактом свиноматоматок, пытавшиеся женить её на этом хадорском мужлане. - Это его проблемы! И я вообще не за этим сюда пришла! Мне нужна помощь!
   -Ну так мы и пытаемся тебе помочь! - продолжали теперь уже чуть ли не хором напирать троллкинши. - Ты глаза то разуй и посмотри повнимательнее, от чего отказываешься. Разве он труслив? Нет! Разве он ленив? Нет! Разве он скуп? Нет! Подумаешь, немного молчалив. Он же не из городских неженок. Парень с нами вырос, и твёрд как гранит! Ты за ним будешь как за каменной стеной!
   -Возможно. Но я пришла не за этим! - продолжала упорствовать Анна, начиная понимать, что её собеседницы были либо слишком упрямы, либо слишком тупы, чтобы понять её. И у юной герцогини сложилось впечатление, что ей будет проще притвориться, будто она согласна с их доводами и выйдет замуж за безродного лесного дурака. А уже потом, когда она получит обещанную помощь, она всё равно пристрелит эту наглую дикарку, что посмела её облапать. А ещё, по возвращении домой прикажет коменданту замка Аренделл, чтобы он организовал карательную экспедицию в эту долину. И сровнял этот гадюшник с землёй, перебив всё это ублюдочное стадо до последнего недотролля...
   -Стойте! Стойте! Да хватит! - злобно крикнул Кристофф, отбиваясь от кучи радостно галдящих приятелей. - Она обручена с другим парнем, ясно!?
   -Мда... Дело дрянь. - протянул заводила этой банды молодых повес, явно любивших надраться и подраться. А его приятель тотчас же подал идею: - Да убьём его и дело с концом!
   -Вы что, сума сошли? - схватился за голову хадорец, придя в ужас от подобной перспективы. - Хотите, чтобы я заживо сгнил на каторге, мотая срок за убийство?
   -Да не волнуйся ты так. - поспешил обнадёжить его другой троллкин. - Мы его потом съедим. А без трупа что тебе предъявят? Да ничего! Подумаешь, без вести пропал...
   -Он - дворянин! - в отчаянии воскликнул проводник, пытаясь хоть как-то остановить эту кровожадную ватагу. - Империя будет за него мстить!
   -Да ладно. Мы от неё уже дважды уходили. Уйдём и ещё раз. - поспешил успокоить его заводила. А самый молодой троллкин из банды, внезапно, высказал достаточно разумную мысль: - Да может и не дойдёт до этого. У неё же нет ни ожерелья, ни браслета, ни кольца, как у людей принято. Значит, она свободна.
   -Дело малой говорит! - дружно загалдели остальные синекожие. - Ты просто поднажми! А как уберёшь соперника с пути, так сразу жить легче станет! И она будет твоей! А что с бабами делать надо, ты и без нас знаешь.
   Кристофф со стоном закрыл лицо руками. Потому что это непонимание, упорство и целеустремлённость, что не раз помогала троллям выжить, теперь превратилась для него и Анны в непреодолимое препятствие. Это всё равно, что пытаться плыть против течения в водопаде. Как не греби, а всё равно вниз смоет.
   -Да хватит уже ломаться. Тоже мне недотрога выискалась. - продолжала наседать троллкинша. - Хочешь, чтобы мы тебе помогли? Так мы ж стараемся, как можем! А ты только ерепенишься попусту.
   -Я не ерепенюсь! - огрызнулась юная геоцогиня, стараясь поскорее обуздать свой клокочущий гнев. Раз она решила играть в поддавки с троллями, нужно сделать так, чтобы они ей поверили. А с перекошенным от ярости лицом она немногого добьётся. - Я стараюсь принять взвешенное решение.
   -Да что ж у вас, людей, всё так сложно?! - всплеснула руками дикарка. - Вот всё не как у троллей. Нравится парень? Так не стой, а бери! Вот скажи мне, он смел?
   -Да. - ответила девушка, замечая изрядную долю раздражения в своём голосе.
   -Он силён? - тот час же спросила другая сваха.
   -Да. - голос юной герцогини уже был значительно спокойнее и лился плавнее.
   -Он красив? - на этот раз подала голос третья троллкинша.
   -Наверное... - гнев, обиду и ярость всё же удалось укротить, загнав в дальний угол сознания. Пока.
   -Не наверное, а невероятно красив! Так что хватит бизона за яйца тянуть. - самодовольно провозгласила та, которую звали Бумхильдой. - Ты хотела, чтобы мы тебе помогли?
   -Да! - Анна даже кивнула в подтверждение своих слов. Потому что её расчёт оправдался и эти тупые твари всё же ей помогут. - Именно этого я и хотела.
   -Тогда хватит лясы точить. Давай, одевайся. Сейчас проведём ритуал, и всё будет как надо. - с радостью заявила троллкинша, хлопнув в ладоши. - А ну, девочки, подготовьте её к церемонии. Бухенстильд! Подымай свою ленивую жопу и готовь парня! Она согласна!
   -Чудно! - отозвался вождь племени, так же хлопнув в ладоши. - Эй, парни! Готовьте Кристоффа, я сейчас вернусь!
   -Что? Нет! Постойте! - попытался было протестовать хадорец, но его никто не слушал. Троллкины схватили обоих людей и потащили в разные стороны.
   Где принялись наряжать в ритуальные одежды. Анна не сопротивлялась. Кто знает, может быть, этот наряд обязателен для того, чтобы ей оказали помощь. Клетчатая туника, зелёный плащ, ожерелье из грубо обработанных полудрагоценных камней, венок из цветов и ягод. Герцогиня Аренделла ощущала себя конченой дурой, которая участвует в представлении цирка уродов в роли клоуна. Но она не сопротивлялась, надеясь поскорее пережить это унижение. Потому что холод, до сих пор отгоняемый гневом и яростью, снова напомнил о себе. Через пять минут она уже была готова к ритуалу, и троллкинши вывели её в центр деревни, где на большом полене стоял вождь с длинным свитком, исписанным какими-то корявыми знаками, в которых с большим трудом можно было угадать незнакомую руническую вязь.
   Ватага молодых троллкинов вела Кристоффа с другой стороны. Парня тоже нарядили в церемониальные одежды. При этом, на ряду с клетчатой туникой и зелёным плащом, на него нацепили доспехи, собранные из кольчужной юбки, кирасы сигнарского Грозового Клинка и наплечников хадорских Стальных Клылков, а обычная железная цепь у него на шее разительно контрастировала с золотом крупного менитского креста, который на ней висел. Завершали этот аляповатый наряд корона из палок и здоровенный топор, что в руках у парня казался огромной секирой.
   Увидев его, Анна не смогла сдержать хохот. И её проводник тоже рассмеялся, прекрасно понимая всё безумие и комичность ситуации. А троллкины времени не теряли и быстро подвели их к вождю, где поставили плечом к плечу, после чего почтительно отошли на несколько шагов назад и наконец-то заткнулись, пытаясь изобразить благоговейное молчание, пока их лидер нараспев читал что-то по свитку на тролльском языке.
   -Согласна ли ты, дева, взять Кристоффа в законные мужья? - внезапно спросил в лоб Анну вождь по хадорски.
   -Что? - юная герцогиня просто опешила от такого резкого поворота событий, уставившись на дикаря с открытым ртом.
   -Мы вас венчаем. - спокойно заявил троллкин с таким видом, будто объяснял ей самые очевидные и элементарные вещи на свете. И, видя её реакцию, решил немного подсказать. - Скажи да.
   -Нет! - крикнула что есть мочи Анна, окончательно теряя терпение. Женить себя на хадорском мужлане диким троллям в богом забытой дыре она не могла себе позволить даже на пороге смерти.
   -Как нет!? - удивилась троллкинша, которая всё это и затеяла. - Ты же сама сказала, что согласна!
   -Да вы меня слушали, тупые курицы!? - орала юная герцогиня, позабыв обо всём на свете, на ходу срывая с себя эти уродливые церемониальные одеяния только для того, чтобы запустить в этих проклятых свах. - Но нет, куда уж вам! Дуры недоразвитые! Я не люблю его! Я обручена с другим! Я не буду ни на ком жениться в этой выгребной яме!
   -Анна, успокойся. - осторожно произнёс Кристофф, оглядываясь на вытянувшиеся лица троллкинов вокруг. Потому что вся толпа погрузилась в молчание, поражённая таким мощным приступом ярости у такой хрупкой девушки. И только Бумхильда отчаянно ловила элементы свадебного наряда, чтобы не дать им упасть в грязь.
   -А ты, не смей даже близко ко мне подходить! - герцогиня Аренделла разбушевалась не на шутку. И теперь перенесла свой гнев на незадачливого хадорца. - Ты обещал, что они мне помогут! Обещал, что они снимут заклятье! А вместо этого, хотел на мне женится! Подлец! Мошенник! Жулик!
   И с этими словами она отвесила ему три звонкие пощёчины. От чего по толпе пошли настоящие волны ропота. Но гнев уже затмил разум девушки, и юная герцогиня не остановилась на этом. Наоборот, она только ещё больше раздухорилась.
   -Тупые твари! Скоты безмозглые! Дикари! Отребье! Уроды! - орала Анна, что есть силы вцепившись в ремень сумки. И резким движением выдернув её из-за спины, открыла клапан, стремясь поскорее достать пистолет. И при этом не замолкая ни на секунду. - Как вы вообще посмели явиться на мои земли!? Ворьё! Подлецы! Проходимцы! Вы у меня землю жрать будете! Всех сгною на каторге! Я вас...
  
   Кристофф в ужасе наблюдал, как бушует его нанимательница. Которая в глазах клана уже набрала себе грехов на смертный приговор. Она нанесла оскорбление клану словом. Она угрожала клану. Она ударила во время церемонии венчания его - почётного члена клана. И тем самым отвергла его пред ликом проматери Дунии, нанеся всему клану столь страшное оскорбление, что его можно было смыть только кровью. Троллкины ещё не растерзали её только потому, что были в оцепенении, скованные шоком - настолько неожиданной и яростной была эта вспышка гнева со стороны такой хрупкой и на вид безобидной девушки.
   Анна схватилась за сумку и уже потянулась за оружием, когда парень бросил церемониальный топор и кинулся к ней, чтобы остановить её. Чтобы не дать пролиться крови. Ведь это он виноват, что привёл её сюда. Ему стоило бы догадаться, как отреагирует на её появление Бумхильда и остальные женщины, которые полоскали ему мозги женитьбой уже не первый год. А он, как последний дурак, заболтался и развесил уши. И наломал дров.
   Внезапно, гневная речь юной герцогини оборвалась чуть ли не на полуслове. А сама девушка согнулась пополам, силясь сделать вдох. Словно кто-то ударил её в живот со всей дури. Хотя, до ближайшего троллкина было не менее трёх шагов.
   -Анна! - Кристофф еле-еле успел поймать свою нанимательницу, потому что ноги её подкосились, и она начала со стоном заваливаться вбок. И когда она упала ему на руки, он даже через одежду почувствовал, насколько её тело было холодным. А от одного взгляда на мертвецки бледное лицо юной герцогини, всего несколько секунд назад покрытое красными пятнами от гнева и ярости, по спине пробежали мурашки.
   -Ахх... - сдавленно воскликнула Анна, держась за сердце. А по её медно-рыжим волосам волнами расползалось белизна. Всего через мгновение она уже была наполовину седая.
   -Она замерзает! - в отчаянии крикнул проводник, стараясь поддержать свою непутёвую спутницу хотя бы теплом своих рук. - Скорее, помогите! Она может погибнуть!
   -А ну ка отойди от неё! - приказал Бухенстильд, на ходу доставая из ножен свой двуручный меч. - Сейчас я ей буйную голову то снесу. Для надёжности.
   -Нет! - с вызовом крикнул Кристофф, стараясь как можно лучше закрыть Анну телом от вождя и толпы, которая всё же сбросила оцепенение, и теперь пылала жаждой мести. - Я не дам вам убить её!
   -Ты чего, парень? - удивился Бухенстильд, непонимающе глядя на хадорца. - Она ж тебе не пара. Ты сам слышал, как она унизила тебя перед всем кланом. Это она же тебя по роже отходила прямо во время церемонии венчания. Так что ты это, не глупи. Просто брось её и отойди, чтоб я тебя не запачкал.
   -Нет! Я не могу! - крикнул Кристофф, прижимая Анну поплотнее, чтобы по ней нельзя было нанести удар, не задев его. - Я перед ней в долгу! Я должен ей жизнь!
   -Что!? - от удивления вождь замер с занесённым над головой мечом, не способный нанести удар. - Ты должен жизнь этой стервозной соплячке!?
   -Да! Она спасла мне жизнь! - твёрдо заявил парень, глядя вождю прямо в глаза. - Вчера ночью на нас напали наездницы Тарн с волками. И если бы она их не убила, я бы сейчас с вами не разговаривал.
   -Да как она могла перебить дикарок Тарн!? - возмутилась Бумхильда, которая не только сумела поймать все запущенные в неё предметы свадебного наряда, но и раздать их своим помощницам, освобождая руки для предстоящей трёпки, что теперь грозила дерзкой девчонке. - Тем более со стаей волков!
   -Она - ведьма! - коротко ответил Кристофф. - Она убивала их магией. И твоё счастье, тётушка, что она не убила тебя после того, как ты с ней обращалась.
   -А что тут такого? - раздражённо спросила Бумхильда, делая два шага назад. - Подумаешь, недотрога выискалась...
   -Что тут за шум? Что за переполох? - спросил пожилой троллкин, выходя на свободное от сородичей пространство вокруг главных виновников событий. - Опять разбудили старика...
   -Дед Папель! Сюда! - позвал старого шамана Кристофф. - Помоги ей!
   -Ну, что тут у тебя? - пожилой троллкин всё же доковылял до парня и, осмотрев девушку, протянул вперёд руку, дотронувшись до её лба. И тотчас же отдёрнул обратно, словно прикоснулся к раскалённому добела железу. - Ах! Чувствую сильную магию!
   -Её ранила ледяная ведьма. - быстро объяснил случившееся хадорец. - Ты ведь ей поможешь? Как ты помог Сигбулду, когда его ранил колдун...
   -Сигбульда спас не я, а мой учитель - Старик Капель. - грустно сказал шаман, перебив парня. - Я не знаю всего того, что знал он. А этот ритуал очень сложный. Я был только учеником, и видел его всего один раз. Я не знаю, получится ли у меня...
   -Но ты ведь попытаешься, да? - с надеждой спросил проводник, с ужасом понимая, что значили слова старого троллкина. - Ты же не бросишь её умирать?
   -Попытка не пытка. Но я не могу ничего обещать. Проклятье очень сильное. - сказал Дед Папель, покачав головой. - А сейчас отнеси её ко мне в дом. И пусть собираются мои помощники и остальные. Мне потребуется вся сила клана, чтобы снять такое заклятье.
   Повинуясь словам шамана, Кристофф поднял Анну на руки и понёс в дом, не обращая внимания на чёртовы доспехи и свадебный наряд. Где он и положил свою спутницу на каменный алтарь, стоявший в центре единственной комнаты, возле очага, и в повседневной жизни игравший роль стола. Другие троллкины уже заносили волынки, барабаны, дудки и флейты, а женщины занимали места для хора. Чтобы сила их голосов и мелодии музыки помогли чародеям творить заклятья, наделяя их силой клана. А ученики шамана раскладывали амулеты и расставляли камни, иссечённые рунами заклятий.
   -Кристофф, выйди ка на минутку. Есть важный разговор. - окликнул хадорца с порога Бухенстильд, призывно махнув рукой, и, видя нерешительность парня, добавил: - Здесь ты уже ни чем не поможешь.
   Анна лежала у огня, мелко дрожа от холода. Дед Папель готовил обряд, доставая из тайника древние свитки заклятий, а так же всевозможные склянки с какими-то травами и настоями, пока его помощники расставляли камни с вырезанными на них знаками силы вокруг стола в порядке, известном только шаманам. Женщины распевались, а мужчины проверяли инструменты, готовясь к ритуалу. И проводник действительно уже ничем не мог им помочь.
   А потому он со вздохом пошёл наружу, ожидая от Бухенстильда как минимум хорошей выволочки за такую буйную гостью. И это будет ещё хорошо, если троллкин не даст по шее для большей внятности, а то рука у него тяжёлая. А вождь уже стоит на улице мрачнее тучи, так что разговор будет тяжёлым.
   -Тарны. Они правда напали на вас? Когда? - с ходу спросил Бухенстильд, когда Кристофф приблизился к нему, только открыв было рот, чтобы начать объяснятся. - Только отвечай честно. Я понимаю, что любовь зла и всё такое. Но с такими вещами, как угроза клану, не шутят.
   -Клянусь пред ликом Менота и Дунии, что это чистая правда. - ответил парень, несколько удивлённый подобной постановкой вопроса. - Они напали на нас прошлой ночью, когда мы ехали на Седую Гору. Три наездницы на боевых волках и стая в дюжину обычных. Они гнали нас километра три. Из-за них я потерял свои сани.
   -Где именно они на вас напали? - осторожно спросил вождь, понижая голос.
   -В лесу на юго-западном склоне. - ответил Кристофф, тоже понижая голос. Пускай он и не понимал причин, почему эта история должна быть сокрыта от остальных. - Сперва волки, затем появились наездницы. Нам пришлось свернуть на восток, чтобы они не смогли перерезать нам дорогу. Они нас загнали на обрыв у пропасти. Пришлось прыгать. Мы спаслись и ушли дальше, на северо-восток. Санями пришлось пожертвовать, и они сгорели.
   -И сколько тварей Тарн убила эта девка? - прямо спросил Бухенстильд, кивнув в сторону дома шамана. - Ведь если бы она перебила всех, вам не пришлось бы жертвовать санями и прыгать через пропасть. Верно я говорю?
   -Верно. - согласился парень, понимая, что его пытаются подловить на лжи. - Она убила двух наездниц Тарн, и ещё одну ранила. Кроме того, она убила двух простых волков, и неизвестно сколько ранила. Просто их было слишком много против нас двоих. И если бы нас окружили, они бы просто разорвали нас.
   -Ну а ты-то сам как сражался? - уже более благосклонно спросил вождь. - Не посрамил честь клана?
   -Я убил троих волков. Потом меня сорвали с саней и чуть не загрызли. - честно ответил проводник, признавая превосходство своей нанимательницы в деле убийства. По крайней мере, не зазорно, что тебя обошла ведьма, а не простая баба с улицы. Вот только про волшебный пистолет никому лучше не знать. А то не ровен час, сопрут ещё. - Она спасла мне жизнь, убив наездниц и зверей. Без них стая потеряла единство.
   -Верно. Знаешь, всё же ты попробуй её как-нибудь уломать. Девка то стоящая. Тем более, что клану ведьма будет впрок. - улыбнулся Бухенстильд, подмигнув хадорцу. - А все эти крики с рукоприкладством и истерикой спишем на проклятье. Магия - такая штука, что от неё никогда не знаешь, чего и ожидать. Может быть, она была не в себе? Или одержима? Дед Папель скажет, что с ней не так. А пока ты лучше переоденься. Нечего шастать в свадебном наряде.
   Довольный тем, что конфликт герцогини с кланом удалось замять хотя бы на время, Кристофф с радостью отправился переодеваться. Скинув с себя эти дурацкие доспехи и украшения, он снова почувствовал себя человеком. А ещё почувствовал навалившуюся усталость, что накопилась за те почти двое суток, что он был на ногах. Анна то хоть немного поспала, пока ехала на Свене вчера утром, а он вообще глаз не сомкнул.
   Но, он всё равно был в ответе за девушку, которая доверилась ему. Которая уже не раз бы погибла без его помощи. И которая готова была умереть за него и всех остальных, чтобы остановить зиму. Он не мог бросить эту взбалмошную барыню, а потому направился обратно в дом Деда Папеля. И уже возле порога услышал отчаянные вопли.
   -Нет! Не надо! Отпустите! - надрывался Олаф где-то за углом. И его голосу вторил рёв Свена. Испугавшись за своего друга, Кристофф бросился на звук, стремясь как можно скорее остановить то, что там творилось.
   Открывшаяся ему картина отдавала откровенным безумием. В закутке за домом шамана, возле поленницы, стайка пигмитроллей окружила отдушину, откуда подымался горячий пар. В которую четверо из них пихали активно сопротивляющегося снеговика, разорванного на части, покуда остальные удерживали за рога, ноги и хвост северного оленя, что стремился помочь своему белому другу.
   -Вы что творите!? - в ужасе заорал Кристофф, подумав, что эти чёртовы ворюги решили съесть его друга. А потому он выхватил из-за пояса свой топор, гаркнув так грозно, как только мог: - Да я вас за Свена в капусту порублю!
   -Да ничего мы с ним не делали, Кристофф. - быстро заявил заводила этой шайки, что руководил всем процессом, на всякий случай отпрыгивая подальше от разгневанного человека. - Это он к нам пристал, когда мы попытались с этой тварью разделаться.
   -А снеговик чем вам не угодил? - удивлённо спросил хадорец, ткнув топором в сторону Олафа, который воспользовался моментом и по возможности отстранился от столба горячего пара. Вышло это у него только частично, а голова уже начинала подтаивать.
   -Так он же одержим! Сам ходит, сам говорит. Ко мне приставал! - не унимался пигмитролль. - А что, если это шпион, которого к нам друиды подослали? Они ведь любят подобные фокусы.
   -Никакой это не шпион. - устало произнёс Кристофф, засовывая топор обратно за пояс. - Это друг Анны. Отпустите его. Он безобиден.
   -Да разве безобиден? - возмутились пигмитролли. - Ходит тут всюду. Выглядывает. Вынюхивает. Шпионит! Точно шпионит!
   -Отпустите его! - гаркнул Кристофф, помня об особенностях ментальности этих мелких тварей. Пигмитролли, которых зачастую звали просто пигмеями или пигами, были в целом безобидными существами. Умные, способные к работе и весьма неприхотливые к условиям жизни, они были ужасными лентяями. А ещё отличались отсутствием всяческого самоуважения, стадностью, подражательством и трусостью. Они даже не считались членами клана, и в деревню их пускали только потому, что их можно было заставить работать, помогая женщинам по хозяйству. И то, для этого нужно было регулярно шпынять их. Для профилактики.
   Поэтому его окрик и грозный вид подействовал лучше логических доводов и долгих убеждений. Опасаясь гнева хадорца, пиги моментально отпустили Свена. И Олафа, который почти сразу собрался воедино и вприпрыжку рванул к человеку и спрятался за его ногами, благодарно заявив: - Спасибо, Кристофф.
   -Вот так то. И чтоб больше я от вас подобных фокусов не видел. Все поняли? - спросил парень, обводя взглядом всю ватагу. Пигмитролли быстро закивали головами, демонстрируя понимание и покорность. - Вот и отлично.
   И когда человек и северный олень со снеговиком на спине вышли обратно, группа тотчас же распалась, потеряв к происходящему всякий интерес. В конце концов, у них были дела поважнее, чем охота на говорящий кусок снега: пожрать, поспать, и сделать порученную работу, пока по шеям не дали. И об этом происшествии завтра из них никто и не вспомнит, вернувшись в повседневную рутину.
   -Ну так что, Анне помогли? - спросил Олаф, когда угроза осталась позади.
   -Уже помогают. Я надеюсь, что с ней всё будет хорошо. - ответил Кристофф, думая о том, что это ещё хорошо, что снеговика поймали пигмеи. Попадись он на глаза троллкинам, его бы уже давно выкинули в озеро, где он гарантированно бы растаял. - Но тебе лучше пока никому не попадаться на глаза. И не разговаривать. Держись возле Свена. Когда Анне станет легче, я позову вас.
   -Хорошо. - сказал Олаф, удаляясь вместе со Свеном в дальний конец деревни.
   А Кристофф направился обратно в дом шамана. И буквально на пороге столкнулся с Бухенстильдом, который взял парня за руку и потащил в сторону, буркнув только: - Кристофф, есть дело.
   -Что ещё? - взволнованно спросил парень, ожидая худшего.
   - Я не спрашивал при всех, потому что не хотел будоражить клан и пугать народ, но всё же, что происходит там, снаружи? - чуть ли не шёпотом спросил вождь, склонившись к своему собеседнику, когда они зашли за угол. - Снег лёг на края долины и опустился так низко, как никогда раньше. Все пастбища замело. Бизонам нечего есть. Пастухи волнуются. А в большом мире как?
   -Всё ещё хуже. - прошептал на ухо лидеру клана хадорец. - Зима накрыла всю Новую Умбрию. Покуда хватает глаз, всё завалено снегом. Аренделл скован льдом.
   -Дуния милосердная... - прошептал Бухенстильд, поражённый такими новостями. - Откуда же такая напасть на наши головы?
   -С вершины Седой Горы. - Кристофф решил, что глупо скрывать такую информацию от клана. Они должны знать, что происходит, и чем это может им грозить. Чтобы у них был шанс уйти с этих земель до того, как всё станет слишком плохо. - Там окопалась герцогиня Аренделла - ледяная ведьма, что прокляла свои земли.
   -Так это она заколдовала твою подругу? - догадался вождь.
   -Да, это была она. - кивнул парень, довольный тем, что его теперь понимали. - Анна пошла к ней, в надежде договориться по хорошему. Но была ранена магией. А потом ледяная ведьма создала огромного снежного монстра, которого натравила на нас. И нам пришлось спасаться бегством.
   -Ну и дела... - протянул Бухенстильд, погружаясь в раздумья. - Как думаешь, клан сможет с ней справиться?
   -Нет. - честно ответил парень, понимая бесперспективность попытки силой решить эту проблему. - Я видел её силу. С ней сможет справиться только Империя с её бессчётными пушками, солдатами и колдунами. Наш клан она просто сметёт, если узнает о нашем существовании.
   -Если она наслала зиму на всю Новую Умбрию... Ты прав, мы с ней не справимся. - вождь принял решение, которого от него и ожидал хадорец. - Подождём, что скажут наши разведчики, которых я послал вчера утром осмотреть окрестности.
   -А когда они вернутся? - удивлённо спросил Кристофф, вспоминая, что Бухенстильд нарушил свой собственный приказ, которым строго настрого запрещал всем членам клана покидать долину, дабы не привлекать к деревне лишнего внимания.
   -Должны были вернуться сегодня до заката. - хмуро произнёс вождь. А их всё нет. И не известно, где их теперь искать.
   -Дела... - протянул Кристофф, понимая, почему Бухенстильда так поразили вести о нападении Тарн. Если эти дикари тоже пришли сюда, то клану не будет покоя. И кровь будет литься в бесчисленных стычках, пока не останется кто-то один - клан или племя. Потому что людские деревни и уж тем более города будут не по зубам налётчикам Тарн. - Ладно, я пойду к Анне. Узнаю, как там она.
   -Иди. - кивнул вождь. - Думаю, у Деда Папеля найдётся, что вам сказать.
   Всё же переступив порог дома шамана, Кристофф увидел то, как вершится магический ритуал. Барабаны задавали ритм, флейты, дудки и волынки выводили заунывную мелодию, которой уже вторили голоса хора. И этот тяжёлый, пульсирующий звук заставлял оживать камни, руны силы на которых тоже пульсировали в такт музыке. А возле алтаря, при помощи трёх своих учеников, Дед Папель колдовал, сплетая чары из древних свитков с силой трав и камней.
   Анна лежала на алтаре, мирно спящая под звуки музыки. И пускай она была всё так же бледна, её более не колотила дрожь. И только салатовое сияние рун на камнях и голубоватое сияние витавших в воздухе рунических кругов заклятий, смешиваясь с желтоватом светом факелов и костра, освещали дом причудливой смесью мирского и мистического свечения, придавая всей обстановке достаточно странный вид, отбрасывая на стены жутковатые тени.
   А старый шаман, достав из склянки щепотку какой-то травы, читал над ней заговор, выводя непонятные пассы рукой. После чего резко развернулся к очагу и метнул траву в огонь. Пламя взметнулось к потолку, окрасившись в зелёный цвет, после чего из очага поднялся тяжёлый клуб белого дыма, который не ушёл вверх через дыру в крыше, а собрался в большое облако. И это облако, повинуясь движением Деда Папеля, начало смещаться к Анне, пока не зависло в двух метрах над девушкой, сжавшись до размеров алтаря. А ещё через минуту, дым образовал девичий силуэт, который один в один повторял контуры тела юной герцогини.
   Затаив дыхание, Кристофф наблюдал, как шаман плеснул в огонь настой из другой склянки, и а затем протянул руку, вытянув из подымавшегося дыма клубок тумана столь же белого, как свежевыпавший снег. И, подойдя к юной герцогине, аккуратно подул на этот дымный шар, направляя его тонкой струйкой ей в лицо. А в следующее мгновение Анна сделала глубокий вдох, втягивая носом весь дым без остатка. На секунду она задержала дыхание, изогнувшись дугой на алтаре. А потом её тело обмякло, и девушка упала обратно, выдохнув уже чёрный дым. Который поднялся вверх, вливаясь в зависшее над юной герцогиней облако, изменяя его.
   -Дуния - праматерь всего сущего, спаси и пощади... - в ужасе прошептал старый троллкин, делая шаг назад и глядя выпученными глазами на изменившееся облако над головой. - Где Кристофф? Позовите его кто-нибудь. Скорее!
   -Я здесь! - сказал хадорец, выходя вперёд. - В чём дело?
   -Посмотри сюда. Ты видишь это? Видишь? - спросил у парня Дед Папель, дрожащей рукой указывая на два смутных пятна, вокруг которых закручивались вихри дыма внутри облака в форме силуэта девушки. Первое, в районе груди, пульсировало холодным голубым сиянием. А второе, в голове, было настолько чёрным, что буквально поглощало свет, исходивший из крохотной белой искорки в самом центре.
   -Что это? - в ужасе спросил Кристофф, наблюдая за невиданным проявлением магии. Потому что он не был наделён ни колдовской силой, ни знаниями заклятий. Но даже он понимал, что это - посторонняя магия в теле его нанимательницы.
   -Это - наложенные на неё заклятья. - принялся объяснять парню шаман. И первым делом он ткнул в светлое пятно. - Вот это - свежее заклинание. Очень сильная магия холода. Я не знаю этих чар. Именно это заклятье убивает её сейчас.
   -Понятно. - кивнул проводник, думая о том страшном роке, что постиг его нанимательницу. - А это?
   -А этто... - запинаясь произнёс шаман, показывая пальцем в пятно черноты. - Это - страшные чары. Тёмная магия. Запретное искусство. Его наложил очень могучий и искусный колдун.
   -Так она действительно была проклята? - в ужасе спросил Кристофф. Потому что даже он слышал, какие ужасы таила в себе тёмная магия.
   -Ооо. Тут всё не так просто... Видишь? - спросил Дед Папель, указывая на маленькую белоснежную точку в центре пятна черноты. - Это - точно такое же заклятье, что убивает твою девушку сейчас. Но оно старое, очень старое. А это заклятье тёмной магии блокирует его.
   -В смысле? - не понял хадорец.
   -Старое ледяное заклятье было обезврежено и разрушено, но не до конца. Слишком сильные чары, которые способны восстанавливаться со временем. - принялся объяснять тонкости наложенных на юную герцогиню заклинаний шаман. - А тёмное заклятье не даёт ему возродиться, питаясь магической силой этой девушки. Она достаточно могучая колдунья, но эти тёмные чары отбирают у неё почти все силы. И они повреждены. Но чародей, что создал это заклятье, был великим мастером, и потому оно до сих пор держится, не давая старому ледяному проклятью вновь обрести силу и убить её.
   -И зачем ты мне всё это рассказал, Дед Папель? - с трудом спросил Кристофф, пытаясь осознать, понять и принять всё то, что он только что узнал.
   -Потому что это твоя девушка, и ты должен принять решение. - произнёс старый троллкин, смотря парню прямо в глаза.
   -Какое решение? - в ужасе спросил хадорец, чувствуя, как бешено колотилось его сердце в груди от волнения.
   -Если я отступлюсь и оставлю всё, как есть, то она до рассвета обратится в лёд. Навечно. - с грустью произнёс шаман. - А если я попытаюсь снять с неё чары, то я разрушу тёмные заклятья тоже. И старые ледяные чары смогут снова обрести силу. Пускай позже, но это неизбежно. И слившись с остатками нового заклятья, которое я не могу уничтожить полностью, они убьют её.
   -И ты не сможешь с этим ничего сделать? - в отчаянии спросил Кристофф, перед которым со всей пугающей чёткостью предстала картина Анны, обращённой в ледяную статую.
   -Я не могу. - с горечью произнёс Дед Папель, расписываясь в своём бессилии. - Заклятье слишком глубоко поразило её сердце. Оно сковало льдом саму душу. А душу нельзя исправить. Когда старое заклятье повредило её голову, другой чародей перекроил её разум, чтобы вырезать все следы ледяных чар. Видишь эти тёмные пятна на краю вихря? Это следы его работы. Ей переписали память. Но разум переделать можно, а душу нельзя.
   -Но ведь должен быть какой-то способ? - взмолился Кристофф, вцепившись в одно из ожерелий шамана. - Хоть что-то? Не может же быть так, чтобы не было никакого решения. Никакой надежды...
   -Если и есть решение, то я его не знаю. - ответил Дед Папель, отрывая руку парня от своих украшений. - Старик Капель знал. Но он же погиб почти четыре года назад. А в свитках магических знаний сказано, что только знак истинной любви может растопить лёд в сердце и оживить душу.
   -Что это за знак? - удивлённо спросил парень, уставившись на старого троллкина.
   -Я не знаю. - отмахнулся шаман. - Ты лучше скажи, мне проводить ритуал или нет? Если я оставлю всё как есть, она не увидит рассвета. Если я проведу ритуал, то у неё будет время максимум до заката, если держать её в тепле.
   -Делай свой ритуал, шаман. - твёрдо сказал Кристофф, направляясь на выход из дома. - А я найду ответ на вопрос, какой знак истинной любви может спасти её.
   Выйдя на улицу, хадорец почти сразу воткнулся в толпу разгневанных троллкинов, что воинственно потрясали горящими факелами и оружием, слушая речь вождя. Бухенстильд призывал всех воинов с оружием в руках защитить их женщин и детей от нависшей угрозы, отстояв в бою свои земли и честь клана, на которые снова покусился давний враг.
   -Что тут происходит? - в ужасе спросил Кристофф, обоснованно полагая, что эта толпа собралась для того, чтобы убить Анну. А может быть, и его заодно.
   -Тарны снова вышли на путь грабежа и войны! - возвестил Бухенстильд, услышав вопрос из толпы. - Они вновь пришли на наши земли! Они окружают нашу долину! Они напали на наших разведчиков у Седой Горы и убили почти всех! Только Жиль сумел уйти, и принести нам эти печальные вести.
   И с этими словами вождь показал на израненного пигмитролля, что сидел возле его ног. Пигу досталось по первое число, и казалось, что на нём не осталось живого места. Лишившись правой руки, весь в пропитавшихся кровью повязках, он даже кружку держать не мог. Поэтому его отпаивали пивом сородичи, помогая по мере сил прийти в себя под пристальным взором Бумхильды.
   -Тарны пролили кровь клана! И должны заплатить за это своей кровью! - громогласно возвестил Бухенстильд, потрясая мечом над головой. - И мы заставим их в ней захлебнуться! Они идут на Седую Гору! Они не так далеко, чтобы мы не смогли их догнать! И они не увидят рассвета!
   -Даа! - взорвалась кровожадным ликованием толпа, потрясая оружием. - Убьём их всех! Пусть заплатят кровью за своё вероломство! Смерть им! Смерть!
   -Берите только оружие и доспехи! Бросьте к чёрту спальники и рюкзаки! Пойдём налегке! - приказал вождь, подавая пример всему клану. - Зовите всех больших братьев! Тарнам помогают друиды с их монстрами! Поэтому мы должны быть готовы ко всему! И мы будем готовы!
   -Даа! Возьмём старших братьев! - взревели троллкины пуще прежнего, всё больше и больше охватываемые кровожадной злобой и охотничьим азартом. - Пусть развлекутся! Билл давно никого не убивал!
   -Выходим через пять минут! - возвестил Бухенстильд, взмахом меча указывая на ворота. - Попрощайтесь со своими жёнами и детьми! Потому что не все смогут увидеть их снова! И забудьте про жратву! Она нам не к чему! Сегодня мы будем завтракать трупами наших врагов!
   И повинуясь его словам, троллкины разбежались по своим домам и пещерам, чтобы ещё раз проверить доспехи и оружие, сбросить всё лишнее, проститься с родными и близкими, и снова выйти к воротам. Клан готовился к битве за свою жизнь, поэтому в бой собирались идти все свободные мужчины. И для битвы они доставали лучшее оружие - мечи, топоры и молоты, а так же самопалы, винтовки и мушкетоны, которые были когда-то украдены или собраны с полей сражений ещё в Торнвуде.
   О старших братьях тоже не забыли, и троллей снаряжали оружием и бронёй. Которую согласны были носить только Билл и Лори. На Хью и остальных нацепить хоть какие-то доспехи не получалось даже с боем, потому что они их попросту съедали. Что ещё взять с диких троллей, выросших на берегу кипящего озера в облаках ядовитых испарений и привыкших питаться камнями. Для них металл был лакомством.
   Со всеми троллями разом мог совладать только Хелбух - кузнец клана, который был своего рода колдуном. Но не обычным колдуном. Он не знал ни ритуалов шамана, ни особо сложных заклинаний. Он был варлоком - разговаривающим с монстрами. Он был одним из немногих, кто был способен подчинить своей воле даже самых диких и свирепых старших братьев. И наполнить их невероятным гневом, превратив в чудовищное оружие войны. А те, в свою очередь, питали его энергией своей неукротимой, животной ярости, позволявшей ему колдовать и демонстрировать чудеса боевого искусства.
   Да, а ведь когда-то кланом руководил Бушгавг - настоящий варлок, а не бывший чемпион Бухенстильд с самоучкой Хелбухом, что с молотом обращался у себя в кузне лучше, чем в бою. Когда-то клан мог выставить до сотни воинов, а не три с половиной десятка кое-как вооружённых ополченцев. Кристофф помнил эти времена. Помнил тех воинов, что заставили рейдеров Тарн кровью заплатить за жизнь отца, матери и всех остальных, вырезав под корень всё то поганое племя. Но, эти времена остались в далёком прошлом. Потому что прежний вождь погиб вместе со Стариком Капелем и своей свитой, когда отправился по осени на совет всех кланов по призыву Мадрака - великого вождя союза кланов Торнвуда. Когда на переговорах на них вероломно напали давние союзники - друиды.
   С тех пор прошло почти четыре года. Много воды утекло, и много крови. Клан обнищал и был обескровлен сперва поражениями на поле боя, а потом и переездом, более похожим на бегство. Ведь что могут сделать даже самые отважные, умелые, бесстрашные и стойкие воины, когда на каждого приходится по сотне врагов, до зубов вооружённых самыми смертоносными изобретениями человечества? Кто может устоять перед имперскими легионами и королевскими полками, что сошлись в безудержной бойне, сметая всё на своём пути? Две великих армии были подобны жерновам, которые перемалывали всё, что оказывалось между ними. Крепости и форты стирались с лица земли, города пылали, а немногочисленные деревни обращались в пепел. И этой войне не было видно конца и края.
   -А ты, Кристофф, пойдёшь с нами? - спросил Бухенстильд, подходя к парню и кладя ему на плечо свою здоровенную четырёхпалую руку. - Знаю, ты давно не пачкал топор в крови Тарнов по своей воле. И сегодня тебе выпал отличный шанс. За сани отомстишь, в конце то концов.
   -Я не могу. Анна всё ещё в опасности. А я перед ней в долгу. - с грустью произнёс хадорец. - Я бы с радостью присоединился к вам и снова пустил Тарнам кровь. Но, сперва я должен узнать, что такое знак истинной любви. Только это может снять проклятье ледяной ведьмы.
   -Ну, брат, с этим я ничем помочь не могу. - честно признался вождь, убирая руку. - Я и так оставляю здесь Деда Папеля и всех его помощников. Хотя, в бою от их заклятий было бы больше проку, чем тут.
   -Когда я снова буду в Аренделле, я сообщу в комендатуру о Тарнах. - пообещал Кристофф, надеясь подбодрить вождя. - Имперцы будут не рады такому соседству. И наверняка проведут зачистку поскорее.
   -Лучше не надо. - поспешно отмахнулся Бухенстильд. - А то они и нас зачистят заодно, пусть и ненароком.
   -Эээх. Жаль, что сегодня я бесполезен. - с грустью вздохнул парень, понимая, что не сможет помочь клану, который помог ему. Уже который раз.
   -Ты уже сделал своё дело. - доверительно сказал вождь, потрепав по голове хадорца. - Если бы я не знал, кто скрывается на вершине Седой Горы, я бы не решился атаковать первым.
   -А что изменилось от того, что я тебе рассказал о ледяной ведьме? - непонимающе спросил Кристофф, силясь постичь логику троллкина, который явно что-то задумал.
   -Эхх. Молодой ты, парень. И много ещё не понимаешь. - с улыбкой произнёс вождь, склоняясь к хадорцу и шепча ему на ухо: - Тарны - игрушка в руках друидов. А друиды заварили всю эту кашу ради того, чтобы добраться до ледяной ведьмы. Мы расстроим их планы. И тем самым отомстим и за Бушгавга, и за Старика Капеля, и за всех погибших братьев.
   -Думаешь, там будет так много друидов? - с сомнением спросил Кристофф, всё ещё до конца не понимая замысла Бухенстильда.
   -Дело не в количестве убитых друидов, а в масштабности сорванных планов. - самодовольно заявил вождь своему собеседнику. - Захватить ледяную ведьму великой силы и сделать её одной из них - весьма хитрый план. А главное - очень важный для них. Иначе они бы не гнали Тарнов в такую даль. И мы сорвём его! И за этот провал друиды сами накажут провинившихся так, что мы и вообразить не сможем. У этих подлецов всегда на уме были одни интриги. Они протягивали нам руку помощи, держа за спиной наточенный топор. Но нас им больше не обмануть!
   -Бухенстильд! Хватит лясы точить! Вам выходить уже пора! - громогласно заявила Бумхильда, подходя к мужу и вручая тому шлем. - Только постарайся вернуться живым. Договорились?
   -Уж постараюсь... - проворчал троллкин, нахлобучивая шлем на голову.
   -А ты, тётушка Бумхильда, не знаешь, что может быть знаком истинной любви? - спросил Кристофф без особой надежды, словно ткнув пальцем в небо.
   -Возможно, поцелуй любимого. - ответила троллкинша, немного задумавшись. А потом быстро взяла за загривок своего мужа и крепко поцеловала его взасос. - Я люблю тебя, милый. Не оставь свою жену вдовой.
   -Дуния поможет, так не оставлю. А теперь пора. - утешительно произнёс Бухенстильд, отходя от жены и вскидывая меч над головой, обращаясь к воинам клана: - Пришло время битвы! Так не посрамим честь предков и клана! Все за мной бегом! Кто отстанет, сам в Кипящее Озеро выкину! Вперёд!
   И все собравшиеся на битву троллкины с дружным рёвом и воем понеслись за своим вождём. Вместе с ними бежали и старшие братья - пятеро троллей. А ещё с дюжину пигмеев в довесок, вооружённых невесть откуда взявшимися ножами и пистолетами. Итоговый отряд был уже достаточно грозной силой, пускай и не шёл ни в какое сравнение с былой мощью клана. Но Бухенстильд вёл очень рискованную игру, оставив деревню практически без защиты. Троллкиншы, конечно, не сдадутся без боя и смогут за себя постоять, но против рейда Тарн они не выстоят.
   Поглощённый этими тяжкими думами, Кристофф присел на камень возле дверей дома шамана, ожидая завершения ритуала. Ему всё никак не давал покоя вопрос о знаке истинной любви. Поцелуй любимого? Да что за бред? Люди даже лошадей целуют. Но ведь это не значит, что между человеком и животным может быть истинная любовь! Или всё же может? И как понять, что это истинная любовь? В чём вообще измеряют истинность любви? Не в килограммах же! Чёртовы колдовские шарады...
   За тяжестью мыслей дала о себе знать и тяжесть накопившейся усталости. Проводник так и продолжал сидеть, ожидая свою нанимательницу, когда сон всё же взял верх, утягивая его в объятия сладостного забытья.
  
   Варавский шёл по скудно освещённым коридорам замка Аренделл, погружённого в тревожную тишину зимней ночи, нарушаемую разве что приглушённым стуком его каблуков о паркет. Лунный свет проникал внутрь через окна, смешиваясь с отблесками северного сияния, придавая обстановке мистический зеленовато-серебристый оттенок. И свет одинокой свечи в руках старика лишь немного разгонял тени, освещая тому путь к намеченной цели.
   И снова кайязь мысленно поблагодарил прабабку Императрицы, что отменила сословный ценз ещё сто лет назад. Тогда, после тяжелейшего поражения в Торнвудской Войне, королева Аюн Ванар Пятая столкнулась с нехваткой кадров - так много благородных господ полегло на полях сражений. И с тех самых пор для простых людей была открыта дорога и в армейское командование, и во власть. Конечно, за сотню лет многое изменилось. Теперь деньги и связи значили даже больше, чем громкий титул. И именно поэтому для Варавского почти все двери в замке были открыты.
   Почти, но не все. Покои герцогини Эльзы всё ещё были недоступны для всех, кроме коменданта и висконта Хавронского. Но старика и не интересовали те магические секреты, что пыталась спрятать от посторонних старшая сестра. Связываться с колдунами - себе дороже. Она же явно была под крылом у Ковена Серых Владык, а знакомство с оперативником этой организации совершенно не входило в планы кайязя. Потому что такие встречи даже ему не сулили ничего хорошего.
   А вот покои герцогини Анны охранялись значительно скромнее. Потому что там поселили часть благородных гостей, застрявших в замке из-за непогоды. Беженцев разместили отдельно, отведя им часть комнат прислуги и общие залы внизу, а потому они не были помехой. А вот личная охрана некоторых дворян вполне могла помешать достижению цели этой ночной прогулки.
   Кайязю нужен был компромат на герцогинь Аренделл, чтобы получить рычаги влияния них, и в ходе последующих переговоров выбить таки все требуемые концессии и разрешение на строительство железной дороги. Старшая сестра и так закопала себя с головой своими выходками, устроив зиму посреди лета. А что скрывает младшая? Ведь не может быть, чтобы человеку нечего было скрывать! Особенно после того, как она пропала на три с лишним года, после чего выскочила как чёрт из табакерки. Всегда найдётся какое-нибудь неосторожное письмо, мелкая интрижка на стороне, или ещё какой грешок, оглашение которого может если не уничтожить человека, то с высокой гарантией изрядно подмочит репутацию. А за сохранение такого секрета логично ожидать определённой благодарности и сговорчивости.
   И как назло, в коридоре действительно обнаружилась пара телохранителей, охранявших покой своих нанимателей. Один сидит у входа в начале коридора, второй стоит дальше, возле дверей как раз перед поворотом к комнате герцогини Анны. Хотя, это было предсказуемо, а потому сюрприза не получилось. Просто пришлось несколько подкорректировать план действий.
   -Заблудились? - негромко осведомился наёмник, вставая со стула и подымая повыше трёхрожковый подсвечник со столика неподалёку, пристально изучая вышедшего на свет старика. При этом оба телохранителя явно смутились золотом цепей и блеском драгоценных камней на шее у незваного гостя в сочетании с достаточно простой одеждой.
   -Нет. Я как раз иду в библиотеку. - совершенно спокойно заявил кайязь, продолжая идти как ни в чём не бывало. Воистину, наглость - второе счастье. И он использовал её на полную катушку, но не переходя границы дозволенного. - Бессонница, знаете ли, лучше всего лечится достаточно занудной книгой.
   Телохранители переглянулись, но ничего не ответили. Всё же в замке было много гостей, а этого старика они видели в обществе висконта, и не раз. Это был слишком важный человек, чтобы поднимать шум, и слишком опасный, чтобы вставать у него на пути без особой причины. Уж наёмники то понимали, когда перед ними рафинированный аристократишка, а когда настоящий хищник, что прошёл школу жизни на улицах Корска.
   Спокойно войдя в библиотеку и закрыв за собой дверь, Варавский поставил подсвечник на столик и сел на диван перед потушенным камином, задумавшись о том, как обойти возникшее на пути препятствие. Убить телохранителей? Не лучший вариант. Слишком много шума, слишком много грязи, слишком много вопросов. Подкупить? Вполне возможно. Но, опять же, много шума, много вопросов, и ещё много золота в пустую. Обойти? Не так-то просто. На другой лестнице стоит караул из солдат гарнизона, отсекая простолюдинов от знати. А с ними возникнет ещё больше проблем и вопросов.
   Встав с дивана и подойдя к книжным полкам, Варавский пробежался взглядом по подборке литературы, ища хоть какую-то подсказку, что поможет сдвинуть мысли с мёртвой точки. В основном это была история, география и общие гуманитарные науки, с небольшим количеством философии и точных наук. А ещё беллетристика, при том не самого высокого качества, за то в изрядных количествах. Младшая сестра отнюдь не блистала отменным литературным вкусом, отдавая предпочтение любовным романам и авантюрным приключениям. Однако, это натолкнуло старика на одну интересную идею.
   Да чем чёрт не шутит? Нужно ехать, пока везёт. Менот не выдаст, свинья не съест! А потому он взял с полки томик "Невероятных приключений Гастона Леру в Корске", поднял свой подсвечник со стола и вышел в коридор, прямо к телохранителям. Которые предсказуемо встрепенулись, услышав звук открывающейся двери.
   Спокойно пройдя мимо них дальше по коридору, Варавский всё так же невозмутимо проследовал мимо спальни герцогини Анны и остальных комнат, пока не свернул на следующем повороте. Где ещё через десяток шагов остановился возле стоящих у стены доспехов. Присев на корточки, он положил книгу за стальным поножем, при этом негромко чихнув, замаскировав тем самым подозрительный звук. И уже на книгу он беззвучно поставил подсвечник, погасив пальцами пламя свечи. Вокруг вновь воцарилась тьма, нарушаемая только мягким лунным светом, смешанным со свечением северного сияния, что падали на паркет через окно в торце коридора, у лестницы.
   Вслушавшись в тишину спящего замка, Варавский остался доволен. Он не слышал шагов за спиной. Телохранители решили, что он ушёл совсем, и более не представляет угрозы для их нанимателей. А потому потеряли к нему всяческий интерес. И если не привлекать их внимание шумом, то они ничего и не заметят.
   Как только его глаза немного привыкли к темноте, старый кайязь на ощупь достал из потайного кармана меканический фонарь. Конечно, арканомеханический прибор ночного видения был бы удобнее, да только подобное устройство вне армейских подразделений, и в первую очередь отрядов специального назначения и разведчиков, вызывало слишком много вопросов. А вот достаточно простой фонарь с арканодинамической батареей не вызывал никаких подозрений. А возможность регулировки яркости и широты конуса при весьма компактных размерах, делали его идеальным инструментом в руках мастера.
   А Варавский был настоящим мастером. Аккуратно поднявшись на цыпочках, он пошёл обратно, к спальне герцогини Анны, лишь немного подсвечивая себе дорогу фонарём на минимальной яркости, чтобы не выдать себя ни предательским бликом, ни лишним шумом. Паркет был сработан как надо и не скрипел, а мягкая подошва на носках сапог кайязя позволяла ему ступать почти беззвучно. Это был один из множества маленьких секретов и трюков, позволявших ему решать проблемы и находить выходы из сложных ситуаций ещё тогда, когда он не был ни исполнительным директором, ни кайязем.
   Тихонечко подойдя к углу и аккуратно выглянув в коридор, Варавский убедился, что телохранители вернулись на свою территорию. Они действовали точно так, как от них требовалось, не покидая вверенный им пост. Их наниматели действительно могли спать спокойно. Но с фантазией у ребят было туговато, иначе они хотя бы изредка ходили проверять соседние коридоры.
   Отогнав нахлынувшие воспоминания и лишние мысли, старик всё так же беззвучно подкрался к двери в спальню герцогини Анны, где опустился на колени, аккуратно заглянув в замочную скважину. Внутри было темно, но в лунном свете была различима кровать и ещё какие-то тряпки. А вот механизм замка было не разобрать.
   Вот уж и впрямь старость не радость. Варавский был ещё достаточно здоров, если не считать некоторых проблем с почками и печенью - наследия бурной молодости. Но не это его печалило, и даже не лысина, которой он стыдился, а то, что он сдавал зрением. И без очков уже даже читать толком не мог. Не то, что заниматься такой тонкой работой, как вскрытие замка. Поэтому ему пришлось идти на риск, повысив мощность фонаря, поправляя очки и по новой вглядываясь в механизм. По счастью, наёмники не заметили света за углом. А замок оказался достаточно простым сувальдным механизмом, разве что не заводского производства. И достаточно старым, чтобы след от ключа был отчётливо различим на фоне покрывших пластины окислов.
   Он ожидал более сложного вызова, но проблема всё же была и требовала решения. А потому старый кайязь взял фонарь в зубы, и осторожно извлёк из другого потайного кармана связку отмычек. Действуя практически бесшумно, он аккуратно выбрал наиболее подходящую, сдвигая все остальные в сторону так, чтобы они не звенели во время работы. А после этого Варавский принялся за дело. Аккуратно вставив отмычку в замочную скважину, он начал медленно поворачивать её, стремясь почувствовать пальцами возможные ловушки, что мог оставить в замке мастер в виде защитной сувальды, которая блокирует механизм, если его открывать не родным ключом.
   Но сегодня удача была на стороне кайязя. Правильно подобранная отмычка беспрепятственно провернулась, и замок сухо щёлкнул. Звук оказался достаточно громким, и его явно услышали телохранители за углом. Варавский дёрнул дверь за ручку, но та не поддавалась - замок был закрыт на два оборота. А коридоре уже послышались осторожные шаги наёмников, что шли проверить источник подозрительного шума.
   Дело пахло жареным, а потому кайязь больше не осторожничал, и резко повернул отмычку ещё раз. Не сдерживаемая больше левой рукой связка предательски звякнула, но замок снова послушно щёлкнул, и дверь отворилась. Не мешкая ни секунды, Варавский снова вскочил на цыпочки, выдернул из замочной скважины отмычки и быстро прошмыгнул в открывшийся проём, поспешно прикрыв за собой дверь. После чего погасил фонарь и замер, вслушиваясь в шаги наёмника в коридоре. Который вскоре как раз остановился напротив двери в спальню герцогини Анны, наверняка тоже вслушиваясь в окружающую тишину.
   Через пару минут до слуха кайязя донёсся приглушённый окрик другого телохранителя. После чего послышались удаляющиеся шаги наёмника. Всё же, на их участке не произошло ничего необычного, а до других частей замка им не было дела. И платил им не комендант, а их непосредственные наниматели. Варавский про себя отметил, что этим парням далеко до вершин оперативной работы. Могли бы проявить хоть капельку фантазии и всё же проверить ближайшие двери. Нет, из таких парней выйдут хорошие головорезы, но никак не агенты.
   Но старик всё равно не спешил включать фонарь, даже когда звук шагов в коридоре окончательно стих. Потому что он снова ощутил давно забытые чувства того самого волнения и опасности, до предела обострявшие восприятие и заставлявшие разум работать с небывалой скоростью, что так часто сопровождали его в молодости, когда он только начинал свой путь со дна на вершину. Когда он был просто задиристым уличным мальчишкой, что встал на кривую дорожку преступности, не видя для себя будущего ни как заводской рабочий, ни как солдат, ни как дворник или грузчик.
   Но сейчас не время для воспоминаний о былом. Надо сделать дело и убираться поскорее, а уже потом придаваться ностальгии по бурной молодости. Потому что если исполнительного директора корпорации Блауставия в Новой Умбрии поймают с поличным на краже со взломом, отмыться будет очень сложно. Но доверенные агенты на задании, а больше некому поручить такое щекотливое дело, как обыск в комнатах герцогини Анны. Вот и пришлось уважаемому человеку взяться за старое.
   Включив фонарь, Варавский внимательно осмотрел комнату, состояние которой можно было описать только одним словом - кавардак. Не заправленная кровать, разбросанная повсюду одежда и обувь вперемешку с нижним бельём, открытый комод, с края второго ящика которого даже свисал забытый чулок, и полнейших хаос на туалетном столике. Кайязю даже на минуту показалось, что комнату уже обыскивали до него, и при том на столько нагло, грубо, неряшливо и совершенно не заботясь об оставленных следах, словно здесь провернулся целый взвод карателей в поисках партизан Сопротивления.
   Такой беспорядок с одной стороны развязывал руки и позволял не особенно аккуратничать, а с другой стороны, спутывал все карты, потому что совершенно непонятно было, что и где искать в этом хаосе, к которому давно не прикасалась рука гувернантки. Что, в свою очередь, могло говорить как о лени и нерадивости прислуги, так и о скрытности хозяйки комнаты, что не давала проводить уборку. А вот за это уже можно было зацепиться.
   Кайязь действовал быстро, но осторожно. Благо, что богатый опыт прошлой жизни изрядно помогал ему в этом нелёгком деле. Проверить туалетный столик с его множеством флаконов, баночек, расчёсок и прочего бабского барахла. Не забыв по дороге посмотреть в шкатулку с драгоценностями, где кроме пары браслетов, комплектов серёжек, колец и колье не нашлось ничего стоящего. Как и на самом столике.
   Дальше был комод, в котором не было ничего, кроме тряпья. И кровать, в которой ничего подозрительного на первый взгляд обнаружить не удалось. А потрошить матрац и подушки было ещё слишком рано. Та же история повторилась и с сундуком, и со шкафом, и с прикроватной тумбочкой. Везде было одно только бабское тряпьё, косметика и прочий девичий мусор. И ни одной бумажки, ни одной записки, а только пара томов любовных романов, между страниц которых тоже не нашлось ничего стоящего. Совсем ничего! Может быть, стоило начать с рабочего стола герцогини? Хотя, кто хранит опасные бумаги в кабинете, который будут обыскивать в первую очередь? Спальня всегда была одним из самых сокровенных тайников - всегда доступна, всегда на виду, и обыскивать довольно сложно. А в невинность Анны Арендел не верилось совершенно. Нужно ведь только поискать получше.
   Осмотр подоконников, портьер, балдахина над кроватью и даже картин не принёс ровным счётом ничего. Варавский уже готов был опустить руки, когда заметил одну маленькую деталь. Нижнее бельё герцогини - все эти корсеты с вышивкой, лифчики с кружевами, панталоны с рюшечками и прочая дребедень, что могла бы заинтересовать его, будь он хотя бы лет на десять моложе, по большей части валялась сверху. И, что самое главное, в основном оно лежало возле ширмы, при этом будучи чистым и почти не мятым. Создавалось ощущение, будто его просто разбросали по комнате в самый последний момент, и при том явно в спешке.
   Присмотревшись повнимательнее к тому узору на полу, что создавали разбросанные предметы дамского туалета, Кайязь достаточно быстро понял, откуда они были выброшены - из гардероба, открытую дверь в который прикрывала от его взора ширма, украшенная висящими сверху ночной рубашкой и панталонами. А вот это уже было что-то, более похожее на нормальный тайник. Рядом, легко попасть, доступ посторонним ограничен, а в этих горах тряпья сам чёрт ногу сломит, пока отыщет что-либо. И выполняется главное условие надёжного тайника - никто не знает, где он и что в нём спрятано.
   Внутри гардероба порядка было заметно больше, чем в спальне. Хотя, это объяснялось тем, что большинство висевших здесь платьев просто не налезли бы на юную герцогиню. И непонятно было, почему их не выбросили и не продали, но у каждого свои причуды. А вот новые платья были прямо из чемоданов, которые так и стояли почти не разобранные, словно Анна Аренделл готовилась покинуть замок при первой же возможности. А это настораживало и вызывало самые мрачные подозрения. А не засланная ли эта девица?
   Но, если она даже не распаковывала толком чемоданы, то с них и нужно начинать. А потом уже переходить к коробкам на полках и вдоль стен. Потому что времени не так уж и много, а работы просто завались. Вот и выбирай, проверять всё поверхностно, или перерыть тщательно, но только некоторую часть возможных тайников, которые с лёгкостью могли находится в любой коробке, в любом кармане, где угодно.
   Но сперва чемоданы, и начать стоит с самого большого. В первом обнаружился ворох платьев. Во втором и третьем - только шляпки, перчатки и чулки. А вот предпоследний чемодан преподнёс сюрприз, потому что он оказался практически пустым. Только одинокие белые трусики с кружевами сиротливо лежали на деревянном дне аккурат по центру, красноречиво сообщая о том, откуда было выброшено всё то нижнее бельё, что покрывало комнату.
   Быстро отложив в сторону трусики, старик принялся за изучение чемодана, которой определённо заслуживал особого внимания. Осмотрев его со всех сторон, покрутив так и сяк, кайязь вскоре убедился, что глубина чемодана явно не совпадала с высотой, и достаточно конкретно. А когда он его потряс, внутри что-то зашуршало. И при этом никаких видимых замков, запоров и кнопок ни на чемодане, ни внутри него не было, а секрет определённо был.
   Помня об осторожности, Варавский достал свой засапожный нож и принялся выковыривать второе дно, пытаясь поддеть его край. Но тайник был сделан добротно, и засунуть лезвие в узкую щель не получалось. Пришлось бы долго ковыряться, сначала расширяя зазор, потом выискивая и вырезая замок, который мог быть и не один. А время поджимало.
   Прекрасно понимая, что быстро и по-тихому с тайником не разделаться, кайязь решил играть ва-банк. Незаметно вытащить чемодан и разобрать его на мелкие кусочки в своей комнате не получится - часовые непременно обратят внимание и пресекут любые попытки выноса вещей из покоев герцогини. Но отступать перед такой добычей Варавский был не намерен. А потому он быстро сорвал с вешалок несколько платьев и кинул их на пол, образуя своеобразную подушку, на которую уложил чемодан. После чего прикрыл дверь в гардероб и принялся ногой выбивать это проклятое второе дно к чёртовой матери. Тайник был сработан надёжно, а замки были крепкими. Но после третьего удара каблуком, в который старый кайязь вкладывал чуть ли не весь свой вес, доска жалобно треснула. А следующий удар с ещё большим треском таки проломил фальшивое дно, открывая доступ к содержимому потайного отделения.
   Переведя дух, Варвский тихонечко подобрался к двери в спальню и приоткрыл её, вслушиваясь в тишину ночного замка. Всё же он наделал достаточно много шума, даже не смотря на предпринятые меры предосторожности. Но в спальне было всё так же темно и тихо, а из коридора не доносилось ни окриков, ни звука шагов. Удача явно была на его стороне, и треск ломающегося дерева со звуком ударов не услышали ни наёмники, ни часовые, ни другие гости.
   И теперь, убедившись, что его никто не потревожит, старый кайязь вернулся к чемодану и всё же выломал до конца фальшивое дно. Его взору открылось содержимое тайника - небольшой свёрток, обмотанный белой тканью. Размотав которую, он обнаружил достаточно толстый кожаный конверт, украшенный золочением и рельефным рисунком. И когда Варавский перевернул его, то почувствовал дрожь в своих пальцах, державших тот самый желанный приз - компромат против Анны Аренделл. Потому что на конверте красовался символ золотого лебедя на фоне голубого щита - герб заклятого врага Империи, королевства Сигнар.
   Осторожно открыв его, кайязь увидел несколько сложенных втрое бумаг, которые были приколоты к вершине конверта одна над другой. И пускай старик не был особо силён в сигнарском, до этого изучая ордский, как язык более близких торговых партнёров, но даже с его скудными знаниями быстрого взгляда на содержимое бумаг хватило, чтобы понять всю их ценность. Пропуск для лейтенанта Анны Аренделл и сопровождающих через линию фронта. Распоряжение об оказании полного содействия сотруднику Разведывательной Службы Королевства Сигнар Анны Аренделл. Расписка в том, что Анна Аренделл является внештатным агентом Разведывательной Службы Королевства Сигнар, и все её действия направленны на благо короля и государства. Офицерский патент на имя Анны Аренделл - лейтенанта ганмагов гвардии короля Лето Реалтона...
   Варавский не верил своим глазам. Младшая сестра герцогини Эльзы была не просто родственницей, а сигнарской шпионкой. Более того, она тоже была ведьмой! Пускай и не такой открытой и сильной как её старшая сестра, но человеку, который обучен стрелять из магического пистолета зачарованными пулями, лучше не вставать на пути. А он ещё танцевал с ней на балу... Но он всё же был прав, и она тоже ведьма!
   Но это всё мелочи. Кайязь прекрасно понимал, какой мощный инструмент воздействия на сестёр Аренделл попал к нему в руки. Оглашения любой из этих бумаг будет достаточно, чтобы герцогиню Анну расстреляли без суда и следствия прямо у крепостной стены. А все вместе они позволят подставить под сомнение даже верность Империи герцогини Эльзы, пустившей свою сестру на церемонию. Хотя, о какой верности может идти речь, когда дело касается взбунтовавшейся ледяной ведьмы? А вот кастеляна Ханса, этого ордского сопляка, который был назначен наместником Аренделла по представлению герцогини Анны, и который был ей чуть ли не любовником, этот компромат сотрёт в порошок руками административной машины Империи.
   Но всё это детали. Теперь Анна Аренделл со всеми потрохами и всем её окружением в его руках. И это главное! Она будет делать то, что он ей прикажет, если она ещё хочет жить. Так что стоит немного повременить с оглаской, чтобы сперва получить разрешение на строительство и все требуемые концессии. Бесплатно! Всё же герцогине Эльзе стоило тогда принять его предложение, получив очень щедрую компенсацию. А теперь герцогиня Анна обойдётся тем, что сможет провести ещё недельку на свободе. Потому что он всё равно сдаст шпионку и врага Империи, пусть и чуточку позже, когда придёт время.
   А пока что ему нужно убираться отсюда. Потому что к нему могут возникнуть вопросы, даже не смотря на важность его находки. О которой сейчас никто не должен знать. Именно поэтому старик аккуратно сложил все бумаги обратно, закрыл конверт и спрятал его в один из множества потайных карманов на обратной стороне его жилета. На цыпочках покинув гардероб и подойдя к двери в коридор, кайязь замер и прислушался, стараясь уловить признаки слежки. Но снаружи всё было тихо, а потому он снова опустился на колени, заглянув в замочную скважину. В коридоре было темно, а это значит, что никто не стоит возле двери и не караулит его.
   Поднявшись на цыпочки, Варавский аккуратно приоткрыл дверь, выглянув через получившуюся щель. Наёмников видно не было. Наверняка караулят свой участок, не отходя от дверей своих нанимателей. Видимо, этим дворянам действительно было кого бояться. Но это обстоятельство играло ему на руку. Поэтому он спокойно вышел в коридор, аккуратно прикрыв за собой дверь, и всё так же бесшумно на цыпочках пошёл обратно. Закрывать замок не было никакого смысла, потому что дело уже сделано и компромат получен, а подобные мелочи больше не имели значения.
   Свернув за угол и дойдя до доспехов, старик поднял с пола подсвечник и книгу, после чего отправился дальше по коридору лестнице. Где спустился на этаж ниже, прошёл до парадной лестницы, а уже там отключил и спрятал фонарь в карман и зажёг свою свечу от другой свечи, в канделябре на стене. Потому что эту лестницу освещали постоянно, а внизу находился пост охраны, отсекавший знать от черни. Солдаты спокойно пропустили его, потому что для них не было принципиальной разницы между кайязем и дворянином. А так как он не нёс с собой ничего запрещённого или подозрительного, то и вопросов к нему не возникло.
   Наконец-то добравшись до своей комнаты во флигеле, Варавский быстро выволок свой походный секретер, и на этот раз более внимательно изучил украденные им бумаги. Потому что получить обвинение в клевете, если документы окажутся поддельными, было бы очень неприятно для человека его ранга. Именно поэтому он разложил бумаги на секретере, и принялся внимательно изучать их в свете лампы и фонаря, стараясь сопоставить все известные ему признаки подлинности с имевшимися имперскими аналогами.
   К немалой радости кайязя, по всем признакам офицерский патент был настоящим. А на пропуске, расписке и предписании на просвет нашлись странные полосы, явно нанесённые на бумагу алхимическим путём. Нет, это явно были оригиналы, со всеми необходимыми средствами защиты. И герцогиня Анна Аренделл была лейтенантом ганмагов гвардии короля Сигнара и внештатным агентом Разведывательной Службы королевства Сигнар - врагом народа и Империи.
   Вернув все инструменты на их законные места, Варавский всё же отправился спать. Ведь формально и отмычки, и фонарь, и множество других весьма специфических предметов были собственностью его агентов, которые те получили как часть контракта от корпорации. Другой вопрос, что они не пользовались всем сразу, беря только необходимое для текущего задания и минимальный набор на случай непредвиденных ситуаций, а всё остальное было в полном распоряжении кайязя. И сегодня он отработал своё звание и положение на полную катушку, сослужив добрую службу корпорации и Империи. И добытые бумаги он теперь никому не отдаст, надёжно спрятав столь ценный компромат в потайном отделении походного секретера. И уже лёжа в кровати, Варавский позволил себе улыбнуться, вспоминая давно ушедшие годы и его бурную молодость на улицах Корска.
   Да, то были лихие времена. Жизнь у братвы не из лёгких. Но это определённо лучше перспективы топтать казённые сапоги или вкалывать на заводе от гудка до гудка. Да и братия помогла скрыться от вербовщиков в своё время, и не ему одному. Многих из тех, кто был с ним тогда рядом, уже давно приняла сырая земля. Разборки, облавы, и прочие тяготы жизни в тени собирали обильную и кровавую жатву. А потому Ульяну приходилось вертеться, продвигаясь по карьерной лестнице с самого дна. Сперва мелкие кражи, потом домушничество, потом медвежатничество и даже уличный грабёж. А как только представился шанс, он ушёл в мошенничество, потому что полиция начала лютовать так сильно, что даже устоявшиеся связи спасали далеко не всегда. И это ещё хорошо, что ему хватило в своё время мозгов не прогулять всё наворованное да награбленное, оставив себе достаточно неплохой стартовый капитал.
   А дальше всё завертелось. Торговля оружием, потом рыночные и финансовые махинации, поддержка одних кайязей и помехи другим за соответствующее вознаграждение, организация подпольных производств и спекуляции. А ещё игорный бизнес, теневые ссуды и прочая мелочь. Время шло, бизнес развивался, и сын сапожника и прачки оброс деньгами, связями и влиянием, став вхожим во многие высокие кабинеты. Даже открыл собственную фирму, для прикрытия своих тёмненьких делишек.
   И именно тогда, когда он было уже решил, что отныне он недосягаем для закона и конкурентов, а его деньги, связи и собственные навыки, дополненные своей оравой лояльных головорезов, обеспечат ему полную свободу, к нему пришли. Пришли прямо посреди бела дня. И не кто-нибудь, а колдуны Ковена Серых Владык. Которые не только превратили всех охранников, вышибал и прислугу в скованные льдом статуи, но и опутали самого кайязя своими проклятыми чарами, вытащив прямо из кабинета его особняка в Корске.
   И даже после стольких лет он до сих пор вздрагивал от ужаса, вспоминая свою беспомощность. Он мог бы выпустить потроха любому их них своим кинжалом чуть ли не с завязанными глазами, но он был всего лишь марионеткой в руках этих чародеев. Когда твои ноги идут сами по команде колдуна, ведя тебя против твоей воли в карету, чтобы увезти неизвестно куда, а разум может только исступлённо биться в клетке неуправляемого тела, до безумия остаётся всего один шаг.
   И всё только для того, чтобы кинуть его под ноги человеку, по фамилии Блауставия - великому визирю, личному советнику и правой руке тогда ещё королевы Аюн Ванар Одиннадцатой. Кайязь, владевший самой мощной корпорацией в стране, за восемнадцать лет своего регентства при тогда ещё несовершеннолетней королеве практически монополизировавший железнодорожный и речной транспорт, и уже пустивший руки в металлургию, машиностроение, горное дело и оборонный сектор, не обращал внимания на мелкую рыбёшку без очень уважительной причины. Но те, на кого падал его взор, на своей шкуре узнавали как неслыханную щедрость королевской казны, так и невероятную силу государственной машины, подкреплённую безжалостностью системы наказания.
   Если Варавский не безосновательно считал себя мастером агрессивных переговоров и закулисной игры, то Блауставия был настоящим гроссмейстером. И от его предложения невозможно было отказаться, не потеряв голову. Потому что в папке, которая лежала на его столе всё время той непринуждённой светской беседы, было достаточно доказанных преступных эпизодов на гарантированный смертный приговор незадачливому кайязю с полной конфискацией имущества. И при этом прозвучал весьма прозрачный намёк, что никто не узнает, куда исчезнут жена и дети несговорчивого коммерсанта, когда его фирму национализируют.
   Разговор тот был очень тяжёлый, даже не смотря на кажущуюся для непосвящённых лёгкость, непринуждённость и некоторую шутливость. Фирму пришлось продать на довольно невыгодных условиях, позволив своему детищу влиться в корпорацию, а самому превратиться из хозяина в управляющего. Но, в замен Варавский получил не только прощение прежних грехов, но и защиту от новых, которые он наделает на работе у Блауставия. А ещё государственные заказы, финансовую поддержку и доступ к высококвалифицированным кадрам. Крутиться приходилось как белке в колесе, но всего за год обороты утроились, а небольшой механический цех разросся до настоящей фабрики, производившей детали для машиностроения. Но, как говорится, выбирая между плахой и пряником, всегда лучше брать пряник.
   А за последующие пять лет даже видавший всякое Варавский проникся страхом и искренним уважением к человеку, который создал эту империю в Империи. Даже будучи управляющим в своей фирме, ему пришлось заново учиться искусству агрессивных переговоров, только на гораздо более высоком уровне. Там, где беседа с гранатой без чеки в руках не была чем-то из ряда вон выходящего. Там, где распоряжались десятками и сотнями тысяч золотых, не отрываясь от обеда в роскошном ресторане. Там, где рождалась Империя.
   Жизнь - штука очень сложная и дрянная. И организованная преступность была всего лишь одним из инструментов в руках государства. И чем крупнее, сильнее и богаче была братия, тем крепче и короче был поводок, на котором держали её главарей. Их руками делали грязную работу, о которую не хотели мараться ни полиция, ни колдуны. Им позволяли проворачивать свои делишки до тех пор, пока они не несли прямой вред государству. За любую неосторожную выходку их нещадно штрафовали. А за неповиновение отлавливали и казнили, или отправляли на каторгу, бросая их заживо гнить в шахтах и на рудниках, отрабатывая долг Родине. А теперь доходило даже до того, что братии отправляли отряды своих головорезов в качестве иррегулярных частей на фронт, где эти отчаянные парни показали себя как неплохие лазутчики и диверсанты.
   И даже сам Варавский, по молодости относившийся к восторженной пропаганде и напыщенному патриотизму как к откровенному идиотизму, теперь не мог не признать величия замысла, над которым сам работал не покладая рук. Потому что всё, что он делал в прошлой жизни, было всего лишь мышиной вознёй у ног колосса. Он сумел за долгие годы заставить течь в свою сторону всего несколько тоненьких финансовых ручейков. А теперь он управлял движением могучей денежной реки, которая была всего лишь частью экономической мощи корпорации Блауставия.
   Но именно благодаря таким людям, как он, корпорация росла и развивалась с невероятной скоростью, выполняя все задания, которые ставили перед ней Императрица и великий визирь. И это был именно тот случай, когда цель оправдывает средства. Сам Блауставия обрёк в слова эту формулу лучше, чем любой философ или учёный: Аюн Ванар - Первая Дочь Родины, икона для своего народа, которой нельзя пачкать руки в грязи. И он взял на себя это бремя и всю эту грязь, чтобы помочь своей воспитаннице построить величайшую империю в истории.
   И Варавский делал много страшных вещей, не скупясь ни на золото, ни на кровь, чтобы выполнить поставленную задачу. Империи нужны были заводы, железные дороги, новые шахты, и он организовывал строительство, невзирая на цену. Потому что теперь его вела вперёд не только непомерная жадность, самомнение и наглость. И даже если эту мысль вложили в его голову колдуны своими проклятыми чарами, старому кайязю было плевать. Он засыпал с мыслью о том, что служит не только себе, но и Хадору.
  
   Бешенный темп ночного марша задавал варждек. Чёртова машина, подстёгиваемая заклятиями своего хозяина, пёрла напролом через любые препятствия, сметая всё, что оказывалось у неё на пути. Снег разлетался во все стороны, кусты сминались под его стальными ногами, а деревья жалобно трещали, когда их всем своим весом ломала и выворачивала с корнем многотонная туша автоматона, питаемого магией и паром.
   Люди, как и кони, были уставшие и злые. Никто не понимал причин внезапного подъёма и такого поспешного марша, а командование хранило молчание. Операция, которая и без того была не очень похожа на поисково-спасательную, окончательно превратилась в карательную. И ощетинившиеся оружием солдаты на санях, которых несли к вершине нещадно подгоняемые лошади, были ярким тому свидетельством.
   Хансу пришлось приложить изрядные усилия, чтобы убедить добровольцев отправиться с ним дальше. Потому что люди были недовольны и уже задавались вопросом, зачем они здесь? В конце концов, их всё же удалось убедить в том, что герцогиня Анна скорее всего попала в плен к герцогине Эльзе, которая окопалась на вершине Седой Горы. И спешка вызвана в первую очередь опасением за жизнь и здоровье сестёр Аренделл, а не жаждой их крови карателями.
   Молодому кастеляну тоже приходилось не сладко. И он снова трясся в седле, в окружении стражников замка Аренделл и уланов Стальных Клыков. Капитан готовился к бою, а потому заранее распределил роли и порядок подчинения. Солдаты гарнизона оставались под командованием своего лейтенанта, а сам Краснов, помимо общего командования, лично руководил карателями, наёмниками и артиллерией. Хансу досталось руководить добровольцами, как из числа стражи, так и гражданскими, а ещё кавалерией в лице уланов Стальных клыков, как единственному конному офицеру в отряде.
   А скорость была действительно впечатляющей. Всего за три часа они преодолели восемь миль достаточно крутого подъёма, вплотную подойдя к границе подлеска. Капитан определённо понимал, что ещё немного, и гружёные сани дальше не пройдут, и тогда людям придётся спешиться. А до рассвета оставалось не так много времени. И чтобы исполнить предсказание, он торопился, как мог. Ханс даже начал беспокоится, что из-за форсированного марша варджек выработает весь свой запас угля раньше, чем они достигнут вершины. И тогда придётся делать остановку как минимум на полчаса, чтобы стравить пар, заправить бойлер новой порцией снега и загрузить топливо в бункер, а потом дожидаться, пока давление пара достигнет требуемого уровня. Оставив отряд без поддержки тяжёлой техники перед битвой с Тарнами. И пускай дикари наверняка были плохо вооружены, они могли причинить много хлопот просто за счёт численности и лучшего знания местности.
   И именно в этот момент прозвучал первый выстрел.
   Злые с недосыпа солдаты, которые и так были на взводе из-за боевой готовности, вскинули винтовки и мушкетоны, выискивая возможные цели в окружавшей их темноте, которую с трудом разгонял свет факелов и фонарей. Но никто на них не нападал. А всё новые выстрелы звучали один за другим где-то впереди. Пока их не заглушил громоподобный рёв, напугавший лошадей. Возницам пришлось не сладко, но они всё же сумели успокоить животных, не дав колонне распасться и потерять сани.
   -Держать строй! Не сбавлять хода! - гаркнул каратель, вставая на санях и вскидывая пистолет. - Мест не покидать! Оружие к бою! Кавалерия вперёд! Доложить о противнике!
   Повинуясь его словам, уланы Стальных Клыков вышли из калеи и начали по рыхлому снегу медленно обгонять варджек, который всё так же продолжал идти вперёд, лишь немного сбавив скорость, пропуская всадников. Остальная колонна тоже продолжала движение, пусть и не так слаженно, несмотря на осторожное замечание лейтенанта о том, что они идут походным строем в возможную засаду. Но капитан даже не удостоил вниманием его мнение, а звуки стрельбы и рёва, к которым теперь ещё прибавились дикий вой, крики боли и лязг, которые не мог заглушить даже работающий двигатель боевой машины, явно исходили не из ближайшего окружения. Нисса же внезапно спрыгнула с саней, и обогнав джека на два десятка шагов, принялась на ходу вслушиваться в какофонию отдалённой битвы.
   -Что это? - спросил Ханс, догоняя сани варкастера и по возможности успокаивая своего коня, пока стражники пытались хоть как-то догнать уланов по рыхлому снегу вокруг.
   -Тарны не используют огнестрельное оружие. - твёрдо заявил каратель, сдвинув на лоб шапку и защитные очки, напряжённо вглядываясь во тьму. - Но если судить по рёву, то это, скорее всего, именно они. И они с кем-то сражаются. Кем-то, у кого есть огнестрельное оружие. Но с кем именно?
   -А какие есть варианты? - удивлённо спросил наместник герцогини Аренделла, пытаясь представить, какие ещё вооружённые отряды могли находиться сейчас на склонах Седой Горы. Гномы? Исключено, потому что они никогда не отличались мобильностью своих войск и просто не смогли бы перебросить солдат через границу за такие сжатые сроки, да и открытое столкновение с единственным торговым партнёром Рулу ни к чему. Хадорцы? Но тогда если не капитан, то посадник Лаэддри точно должен был бы об этом знать и предупредить их. Партизаны? Слишком далеко от любых дорог, городов и стратегически важных целей, и им тут просто нечего делать, и слишком неудобно прятаться. Фанатики Менота? Но они не могли перейти Чёрную Реку незамеченными, да и далеко до них. Крикс? А вот это уже более возможный вариант. Их отряды были замечены за использованием огнестрельного оружия, пусть и в небольших количествах. Некроманты Империи Кошмаров в большинстве своём основывали свою тактику на ордах нежити, что накатывались на врагов волна за волной, пока у тех не заканчивались боеприпасы и бойцы, заваливая их трупами в прямом смысле слова.
   -Учитывая окружение и предполагаемое вооружение противника, это либо Тролли, либо Фарроу. - выдал свои предположения капитан после короткого раздумья. - И те и те являются полудикими племенами, обитающими в глуши. И были замечены за использованием огнестрельного оружия, как трофейного, так и кустарного производства.
   -Анна! - воскликнул Ханс, придя в ужас от подобной перспективы. Ни дикие Тролли, ни антропоморфные кабаны Фарроу не были дружелюбными племенами. Напротив, по всем имеющимся свидетельствам и описаниям, они были свирепыми тварями, не гнушавшимися человечиной. И упаси Морроу юную герцогиню от встречи с подобными лесными жителями.
   -Прошла другой дорогой! - рявкнул каратель, осаживая молодого кастеляна и удерживая от необдуманных действий. Потому что тот уже было направил лошадь в сугроб, покидая калею от саней, чтобы поскорее ринуться вперёд. - Приказа отделяться от отряда не было!
   -А если это её убивают!? - с вызовом кинул Краснову Ханс, ожидая от того если не помощи, то хотя бы невмешательства в спасение попавшей в беду девушки. Потому что по договору с варкастером, он должен был в бою подчиняться приказам капитана, который без промедления пустит пулю в спину молодого кастеляна в случае любого неповиновения.
   -Колонна стоп! Цель прямо по ходу! - внезапно гаркнул капитан, разворачивая машину и останавливая сани боком, вскинув пистолет в сторону противника, которого видел только он один. Точнее, видел его варджек, но Ханс помнил, что благодаря своим способностям, варкастер мог видеть окружающее глазами машины, с которой был ментально связан, используя преимущество ночного видения автоматона. - Огонь по готовности!
   -Не стреляйте! - в ужасе крикнула Нисса, выскакивая из темноты перед карателем, размахивая руками. Потому что всадники и солдаты на остановившихся санях уже направили свои винтовки, пистолеты, мушкетоны и даже ракетомёты в сторону предполагаемого противника, следуя примеру своего командира. - Не стреляйте! Это мои братья! Они вернулись с разведки!
   -Отставить огонь! - скомандовал капитан, вскидывая ствол пистолета вверх. Но не убрал его в кобуру, так и продолжая держать оружие на изготовку, наблюдая за тем, как во тьме сверкнули глаза зимних эльфов, постепенно выходивших на свет. И тотчас же обратился к наёмникам, как только они подошли поближе: - Доложить текущую обстановку на маршруте! Немедленно!
   -Там бой, господин! - практически выплюнул самый рослый из зимних эльфов, являвшийся одним из главарей этого отряда наёмников. Силясь как можно скорее восстановить дыхание после бега по глубокому снегу, он стоял, опираясь на свой лук, жадно глотая ртом горный воздух. - На тылы Тарнов напали! Троллкины!
   -Троллкины? - удивился каратель, возвращая пистолет в кобуру и спрыгивая с саней. - Сколько их? Как далеко от нас? Сколько дикарей они связали боем?
   -Синекожих около полусотни. Есть несколько чистокровных троллей. Меньше половины имеют ружья и пистолеты. - начал рассказывать разведчик, немного отдышавшись. А для большей наглядности, он достал из ножен за спиной двуручный меч с длинным и слегка изогнутым клинком, которым начал рисовать примерную схему на снегу. - Идут с запада, вот отсюда. Тарны растянулись вокруг горы, обходя южный склон вершины. Там слишком круто, и подняться невозможно. Они будут подниматься по юго-восточному склону, вот здесь. Троллкины ударили им в спину, и сейчас Тарны разделились на две группы. Первая продолжает движение к горе, вторая вступила в бой, и скоро уничтожит синекожих.
   -Сколько дикарей в каждом отряде? - деловито спросил капитан, извлекая из ножен собственную саблю. Ханс, лейтенант, колдун-лорд и телохранители Варавского тоже подошли к карте, участвуя в этом импровизированном военном совете.
   -Сколько ушло на Седую Гору, мы не знаем. - честно признался Нисс. - А против троллкинов выступило около сотни дикарей. Мы заметили несколько магов и монстров, которыми они управляли.
   -Монстров? - удивлённо спросил Ханс, спешиваясь и подходя к наёмнику поближе, чтобы продолжать дальше уже в пол голоса. - Каких ещё монстров.
   -Одного каменного голема, двух оборотней и грифона. - в тон ему ответил зимний эльф, так что его услышали только находившиеся рядом офицеры. - Я полагаю, что у них есть как минимум один варлок.
   -Кто? - удивился Ханс. И ещё больше он удивился, когда старая ведьма и колдун лорд чуть ли не хором тихонечко ругнулись каждый на своём языке, а эльфийский мальчишка нервно закусил губу. - Варлок?
   -Боевой колдун, погонщик монстров. - коротко объяснил значение этого термина варкастер, покрепче сжимая рукоятку своего клинка, после чего снова обратился к наёмникам. - Как вы оцениваете шансы троллкинов на успех?
   -Они обречены. - коротко сказал Нисс. - Они использовали внезапность и растянутость колонны Тарнов, насколько это вообще было возможно. После того, как дикари подтянутся к месту сражения и пустят в бой своих монстров, они просто сомнут троллкинов.
   -Сколько они продержатся? - спросил капитан, ткнув кончиком сабли в знак битвы на карте, нарисованной зимним эльфом на снегу.
   -Ещё четверть часа, не больше. - коротко ответил зимний эльф, не понимая причин такой заинтересованности старшего командира отряда судьбой троллкинов.
   -Наш маршрут? - спросил варкастер, в задумчивости разглядывая схему.
   -Мы должны были выйти из леса вот тут, а потом двигаться на восток до более пологого склона, по которому мы сможем подняться. - принялся объяснять Нисс, показывая маршрут по схеме кончиком своего клинка. - Но там сейчас идут Тарны. Если мы возьмём отсюда восточнее, то мы сделаем крюк, но обогнём стычку и выйдем на след уходящих дикарей.
   -И оставим у себя в тылу отряд неизвестной численности и оснащения? Да ещё с варлоком? - Ханс даже успел удивиться той желчности и сарказму, что прорезалась в голосе карателя, когда он задавал эти риторические вопросы. А ведь ему казалось, что капитан не способен на подобные эмоции. - Дикари должны быть уничтожены! Или, по крайней мере, ослаблены на столько, чтобы троллкины смогли покончить с ними уже без нашей помощи. Идём прежним маршрутом!
   -Но мы завязнем в бою на неизвестно какой срок! - попытался оспорить подобное решение Ханс. Пускай глаза карателя уже заволокла пелена кровавой ярости, но о спасении Анны забывать было нельзя.
   -А кто вам сказал, что мы будем останавливаться, наместник? - спокойно поинтересовался каратель, сметая схему сапогами и возвращаясь обратно на свои сани. - Мы сделаем рейд. Пройдём на полном ходу, обрушив на дикарей свинцовый дождь из всех стволов, а кавалерия прикроет наш отход. Тарны будут деморализованы, и вынуждены перенести фокус внимания сперва на нас, а после нашего отхода обратно на синекожих. Если троллкины не смогут использовать этот шанс, чтобы повернуть ход боя в свою сторону, то, Менот свидетель, такие тупые и никчёмные твари не достойны права жить.
   -Дерзко. Но может сработать. - выдал свой вердикт колдун-лорд.
   -Могут быть большие потери. - протянул лейтенант, явно не очень воодушевлённый подобным планом. - Особенно если дикари сумеют убить или ранить лошадей, запряжённых в сани. Да и может возникнуть ситуация дружественного огня с троллкинами.
   -Проблемы троллкинов Империю не волнуют. - надменно бросил каратель, уже взобравшись на кучу угля, откуда начал раздавать приказы. - Слушай мою команду! Мы идём в рейд против богомерзких дикарей Тарн! Возницы, сани должны идти в колонне по одному в колее! Не сбавляйте хода, держите строй и чего бы вам это ни стоило, не останавливайтесь! Солдаты, открывать огонь по готовности! Стреляйте во всё, что будет двигаться, и при этом будет не в форме! Патронов не жалеть! Кавалерия, на вас фланги и прикрытие отхода! Гражданские, просто постарайтесь не застрелить никого из своих и не упасть с саней! Подбирать вас будет некогда! Уланы, на вас самые толстые цели! Подрывные наконечники к бою! Атакуйте только по приказу!
   Ответом капитану служили короткие подтверждения полученных приказов, а так же лязг затворов проверяемого оружия. Молодой кастелян тоже машинально проверил, как меч выходит из ножен, скорее повинуясь всеобщему порыву, чем объективной необходимости.
   -А теперь выступаем, у нас мало времени! - крикнул каратель, садясь в сани, рванувшиеся с места. Потому что подстёгиваемый его магией варджек снова набирал ход.
   Ханс понял задумку варкастера - использовать массу и инерцию набравший ход машины и гружёных углём саней как таран, пробивая путь для всей колонны. А скорость и большое количество огнестрельного оружия должны были гарантировать свободный проход через возможные препятствия. И кучу трупов дикарей, если хадорские солдаты будут достаточно меткими. Но что делать с монстрами? Положиться на подрывные наконечники на пиках уланов Стальных Клыков, которыми те могли при определённой сноровке даже подбить варджек? Ведь пушки не могут стрелять с саней, тем более на ходу.
   Все тактические выкладки карателя были довольно сомнительны, и успех зависел в первую очередь от неожиданности и дерзости рейда, помноженных на скорость и огневую мощь отряда. Хотя скорость была понятием относительным, для колонны в пятьдесят саней. И всего четырнадцать кавалеристов, чтобы прикрыть отход всей этой толпы. Но с другой стороны, это единственный способ догнать отряд Тарнов, устремившийся к вершине Седой Горы, до того, как они достигнут своей цели.
  
   Отряд перестроился для атаки, так что кавалерия теперь двигалась по краям колонны, прикрывая фланги копья, наконечником которого был варджек. Ниссы всё же шли пешком впереди и несколько в стороне, предпочитая не вступать в открытый бой, а поддерживать основные силы стрельбой с безопасного расстояния. Командование тоже разделилось, и если во время поисков почти все офицеры ехали вместе с капитаном, полагаясь на командную цепь сержантов, то теперь они распределились в полном соответствии с буквой устава, и лейтенант, как заместитель командира, ехал на третьих санях с конца колонны. Двое последних саней были специально освобождены, чтобы было кому подбирать упавших и отставших, если возникнет необходимость и будет возможность. Но выделили их в первую очередь для того, чтобы забрать из боя Ниссов, которые будут прикрывать прохождение всей колонны через силы Тарн.
   Ханса поражали эти существа, которые, казалось, вообще не чувствуют усталости. Только сделали по паре глотков из своих фляг перед выходом, и снова были бодры и сильны. Определённо, у зимних эльфов была припасена не вода и даже не вино или водка, которой иногда подбадривали себя хадорские солдаты, пока офицер не видит. Молодой кастелян и сам был бы не прочь хлебнуть подобной дряни перед боем, чтобы голова была яснее, рука твёрже, а глаза не слипались. Хотя, предчувствие нависшей угрозы вместе с отзвуками приближающейся битвы достаточно хорошо справлялись с этой задачей, заменяя усталость волнением.
   Бой давал о себе знать не только и не столько одиночными выстрелами, которые даже с большой натяжкой нельзя было назвать залпами, сколько криками, рёвом, воем и воплями. А так же периодическими голубыми и зеленоватыми вспышками и отблесками желтоватого пламени между деревьев. И пускай что Тарны, что Тролли были дикарями, заварушка у них была знатная, можно даже сказать, с огоньком.
   Расчёт капитана сработал практически идеально, и их удар пришёлся прямо во фланг сил Тарн, что уже начинали теснить синекожих. Поле боя было залито светом факелов, горящих деревьев и трупов, периодически озаряемое вспышками пламени и магической энергии. Троллкины, уже почти окружённые дикарями, сражались с отчаяньем смертников, обрушивая могучие удары мечей, топоров, молотов и дубин на своих врагов с нескрываемой ненавистью. Тарны же на это отвечали поистине первобытной яростью и с животной кровожадностью вновь и вновь кидались на своих противников с топорами и копьями. И оба племени не даже не помышляли о бегстве или отступлении, оглашая лес своими воплями и боевыми кличами, сливавшимися в невероятную какофонию битвы.
   И в этот хаос на полном ходу врубился тяжёлый варджек, прокладывая себе дорогу прямо через дикарей. Варкастер мастерски управлял своим автоматоном, и боевая машина прошла прямо через центр фланга Тарн, которые уже завершали охват сил Троллкинов. Стоявший над полем боя шум оказался идеальным прикрытием для атаки, обеспечив внезапность появления колонны. И когда дикари заметили многотонный стальной конструкт, что нёсся прямо на них, для многих было уже слишком поздно.
   Ханса даже передёрнуло от тех истошных воплей, преисполненных животного ужаса и нечеловеческой боли, что издавали эти существа, перекрывая все остальные звуки, когда их втаптывали в снег стальные ноги тяжёлого варждека, и только для того, чтобы окончательно раздавить гружёными санями. Кодьяк в полной мере оправдывал грозную славу машин своего класса, оставляя после себя широкий кровавый след на снегу. Даже с руками, занятыми оглоблями саней, боевая машина всё равно старалась убить и покалечить как можно больше врагов, активно используя не только ноги, но и шипы на тыльных сторонах своих стальных кулаков и даже собственный корпус. И благодаря магии варкастера, которая повышала не только скорость движения варджека, но и его рефлексы, и скорость реакции, большинство ударов достигали цели. А огромная масса, приводимая в движение чудовищным давлением в котле выведенного на форсаж парового двигателя, делали даже скользящий удар смертельно опасным. И молодой кастелян прекрасно видел, как тела Тарн, похожие на сломанные куклы, отлетали в стороны, когда их даже по касательной задевал боевой автоматон.
   А за тем ехавшие на санях вместе с карателем чародеи обрушили всю силу своих заклятий на тех, кто всё же сумел увернуться от ног и кулаков стального монстра. Это был настоящий магический шторм, который буквально сметал всех дикарей, которым не посчастливилось оказаться неподалёку. Колдун-лорд, как самый опытный и могучий маг, вносил главный вклад в этот вихрь энергии и смерти, прорубая в рядах Тарн широкие просеки потоками бритвенно острых ледяных лезвий. Старая ведьма Нисс со своим учеником добивали оставшихся одиночными ледяными стрелами и магическими зарядами. А варкастер выбирал себе особенные цели - вражеских магов, отличавшихся чёрными балахонами, на которых он обрушивал не только силу заклятий ветра в виде воздушного клинка, разрубавшего с одинаковой лёгкостью доспехи и плоть, но и всю мощь заряженных магической энергией пуль. И пускай ему не был доступен арсенал зачарованных пуль ганмага, даже этой грубой накачки хватало, чтобы из крупнокалиберного пистолета сделать точное и смертоносное оружие, по мощности стремительно догонявшее полевую пушку. Его примеру следовали телохранители Варавского, только помимо магов они выцеливали командиров, в которых тотчас же пускали стрелы из невесть откуда взявшихся арбалетов. Ниссы давали о себе знать, стреляя в спину дикарям и их колдунам, облегчая работу кавалерии.
   Ханс тоже не отставал, идя за санями капитана слева, и добивая тех, кто умудрялся пережить магический шторм, и тех, кто пытался контратаковать колонну или хотя бы приблизится к ней. Но пока что таких было не много. Сказывалась и внезапность атаки, и яростный натиск тяжёлого варджека, и сила трёх с половиной колдунов. Всё же называть эльфийского подростка полноценным магом у молодого кастеляна язык до сих пор не поворачивался.
   Но думать надо было скорее не об этом, а о том, как не потерять ни коня, ни голову в этой вакханалии убийства. Рубящий удар сверху, и дикарь падает на снег с рассечённой головой. Этот враг уже нежилец. Но их вокруг ещё предостаточно, даже несмотря на то, сколько их уже погибло. Вот очередная женщина Тарн кидает своё копьё с каменным наконечником в несущегося на неё улана Стальных Клыков, который отражает удар щитом. А в следующее мгновение его боевой конь сминает дикарку, топча её копытами, пока всадник наносит удар лучнику своим копьём, и сработавший подрывной заряд буквально разрывает несчастно пополам. А улан резким движением вырвал оружие обратно, уже насаживая на вершину своей пики новый наконечник с новым подрывным зарядом.
   Бой окончательно превратился в хаос. И чем глубже колонна вклинивалась в ряды Тарн, чем чаще слышались выстрелы, тем громче становились панические крики. Казалось, что дикари уже дрогнули, и что теперь бой идёт на равных. Даже троллкины, окружённые и израненные, воодушевились, видя смятение в рядах своих врагов, и теперь крушили их с удвоенной силой. Приблизившись к центру боя, наместник герцогини Аренделла смог различить четырёх здоровенных троллей, двое из которых даже были снаряжены неким подобием доспехов, что сцепились с двумя громадными монстрами, с виду похожих на мифических оборотней, в самом сердце водоворота битвы, образуя её ядро. Свыше трёх метров ростом, мохнатые твари, что выглядели на половину людьми, на половину волками, с невероятной яростью бились с синекожими верзилами, клыками и когтями разрывая плоть своих врагов. Тролли, пусть и уступавшие по размерам своим оппонентам, отвечали не меньшей яростью, осыпая противников градом ударов, используя для этого огромные топоры, позволявшие хоть немного компенсировать разницу в комплекции бойцов.
   -Это хадорцы! Они пришли нам на помощь! - заорал крупный троллкин в полных доспехах, являвшийся, судя по всему, предводителем этого отряда, вскидывая над головой здоровенный двуручный меч, после чего обрушил его на Тарна, разрубая того от плеча до поясницы. - Слава Империи! Слава Императрице!
   -Слава! - дружно гаркнули синекожие, демонстрируя лояльность новой силе, что выступала на их стороне. И в это самый миг из темноты ночного неба с диким визгом и клёкотом на отряд троллкинов спикировало нечто. И только у самой земли в свете факелов Ханс смог разглядеть контуры грифона - широкие крылья, звериную тушу, когтистые лапы и хищно загнутый клюв. Тварь вцепилась в одного из синекожих и выдернула того из строя, быстро взлетая обратно, чтобы избежать ударов в спину со стороны его собратьев, разразившихся ещё большим потоком гневных криков и брани на своём ревущим языке. Троллкин всё же оказался достаточно тяжёлым, и грифон не сумел подняться высоко. Вместо этого, он по широкой дуге перемахнул через основные силы дикарей, просто оттащив свою жертву в сторону, где и бросил несчастного на растерзание небольшой группе Тарнов, после чего скрылся во тьме ночного неба.
   Ханс хотел было прорваться поближе и подробнее разглядеть произошедшее, когда поле боя осветила очередная вспышка магической энергии, зеленоватым лучом соединившая торс варждека с крупным, пульсирующим салатовым светом кристаллом во лбу человекоподобной фигуры, казавшейся собранной из камней, покрытых вязью сияющих рун. Высокий, худосочный, с непропорционально крупными голенями и предплечьями на фоне достаточно скромного туловища, каменный голем не производил особо сильного впечатления. Тем более на фоне оборотней. Но именно его магический удар поразил стального монстра, прокладывавшего путь всей колонне. И это ещё хорошо, что Кодьяк полностью оправдывал славу хадорских тяжёлых варджеков как самых тяжело бронированных и живучих боевых машин на свете - одиночное попадание он просто не заметил.
   Но картина боя уже успела кардинально поменяться. Тарны, оказавшиеся между двух огней, были практически полностью вырезаны. Троллкины воспользовались ситуацией, сместив своё внимание на другие направления, стараясь хоть как-то удержать свой строй, под яростным напором дикарей. А с другой стороны колонны, ружейный огонь солдат Зимней Гвардии, стрельба Ниссов и действия кавалерии всё же позволили уничтожить всех тварей Тарн, что пережили первый удар.
   Но это были хорошие новости. А плохие новости состояли в том, что остальные дикари всё же перегруппировались, и, под командованием своих вожаков, ринулись в контратаку. И теперь основной удар всех не связанных боем сил Тарн был направлен на колонну, что уже практически пробила их ряды. На солдат обрушились всё, что только было у дикарей: стрелы, копья, топоры и даже магия. И это ещё хорошо, что оборотни не могли выйти из боя с троллями, потому что этим монстрам не составило бы никакого труда разорвать строй и остановить колонну, попросту опрокинув несколько саней.
   Но и без этого дело приняло дурной оборот. И пускай бойцы Зимней Гвардии были хорошо снаряжены для боя, а толстые кирасы их доспехов позволяли пережить большинство не прицельных попаданий. Но, даже не смотря на это, их отряд понёс первые потери, и, на глазах у Ханса, один солдат упал с саней, когда метко пущенная стрела попала ему в голову.
   -Кавалерия, в атаку! - выкрикнул приказ наместник герцогини Аренделла, направляя коня наперерез очередному дикарю, что кинулся на шедшие третьими сани с двумя каменными топорами, намереваясь зарубить коня. Быстро преодолев колею и разделявшее их расстояние, молодой кастелян с боку зашёл к дикарю, уже занёсшему оба топора над головой, и нанёс широкий рубящий удар, держа клинок почти горизонтально. И старый меканический меч не только отрубил этой богомерзкой твари левую руку выше локтя, но и снова явил всю свою мощь, высвободившуюся в виде вспышки пламени, мгновенно охватившего воина Тарн с ног до головы. Выронив второй топор, обречённый дикарь с безумным воплем повалился на снег, отчаянно пытаясь потушить огонь, что пожирал его плоть. Его мучения продолжались не долго.
   Уланы и стража замка Аренделл последовали его примеру, стараясь перехватить как можно больше воинов до того как они достигнут колонны. Но их было слишком мало, чтобы остановить всех. И солдатам пришлось не только отстреливаться, но и отбиваться от наседавших дикарей. Но в этой ситуации мушкетоны давали бойцам Зимней Гвардии явное преимущество, потому что недостаток точности на коротких дистанциях уже не играл особой роли, а тяжёлые пули прошивали Тарнов насквозь, оставляя в трупах большие рваные дыры. Да и топоры были у хадорских солдат не просто так, и обращаться с ними они умели. Так что с приказами вперемешку с бранью, они держались, и держались достаточно неплохо.
   Несясь вперёд по утоптанному снегу сквозь хаос, царивший на поле боя, Ханс продолжал рубить и колоть. И в этот миг он был един со своим мечом, который получил столь долгожданный кровавый пир. Активированный клинок, украшенный сиянием рун заклятий, напоённых энергией арканодинамической батареи, теперь был в своей стихии. Созданный для битвы сотни лет назад, он ликовал, снова отнимая жизни и проливая кровь. И с каждым ударом, с каждой смертью, меч становился всё ближе к хозяину, а его голос становился всё сильнее и отчётливее. Как и куда ударить, чтобы обойти неуклюжую защиту дикаря, как поставить блок, отведя удар топора, что должен был выбить молодого кастеляна из седла. И куда направить коня, чтобы убить ещё больше врагов. Этих богомерзких тварей, что оскверняли землю самим фактом своего существования. Нелюдей, которые не имели права жить!
   Мастера древности всё же знали, что делают, и голос меча не мог полностью заглушить разум своего хозяина даже в пылу битвы, позволяя сохранить контроль над ситуацией тому, кому хватало воли совладать с этим оружием, не став его рабом. Клинок был прекрасным советчиком, и в индивидуальной схватке Ханс готов был доверить ему свою жизнь, но в бою, где он должен командовать отрядом, слепая ярость рукопашной стала бы помехой. А потому Ханс постарался отстраниться от кровожадных призывов своего оружия, направляя коня вперёд, к началу колонны. Он, конечно же, рисковал, пересекая линию огня солдат на санях, но это был единственный способ быстро добраться туда, где его присутствие могло оказаться критическим. Потому, что если дикари всё же сумеют подбить или ещё как остановить варждек, колонна окончательно встанет. И тогда отряд будет вынужден вступить в бой на самых невыгодных условиях - растянутый и без тяжёлого оружия.
   Бойцы Зимней Гвардии демонстрировали отличную выучку, отстреливая тех, кто умудрялся пережить вихрь магических атак с ведущих саней, и при этом, не задевая кавалеристов. Варджек уже не мог убивать дикарей так же эффективно, потому что те попросту разбегались в стороны, устрашившись участи своих сородичей, что посмели встать на пути у боевой машины. И основная работа по их истреблению теперь лежала на магах. Колдун-лорд старался изо всех сил, и, глядя на его работу, любой бы проникся страхом и уважением к Ковену Серых Владык, который готовил таких могучих чародеев. Даже старая ведьма Нисс не могла с ним тягаться, а остальные и подавно. Ну а варкастер, со своими одиночными атаками, на его фоне выглядел откровенно жалко. Вот что бывает, если пытаться успевать везде и всюду. Хотя, своей цели он достиг, и маги дикарей были истреблены практически полностью. Одно слово - каратель.
   -Варлок! - внезапно крикнул эльфийский юнец, показывая своим жезлом в сторону группы Тарнов, стоявших в стороне от основной битвы. - Там варлок!
   Поднявшись в седле и взглянув в указанном направлении, Ханс заметил того самого троллкина, которого грифон вырвал из строя сородичей и швырнул на растерзание дикарям. Синекожего поставили на колени и крепко держали за руки несколько крупных воинов, а женщина в богато украшенной маске, вооружённая двумя костяными кинжалами, вокруг которых сияли круги перекрученных желтоватых рун, освещавших сцену готовящегося убийства, занесла своё оружие над подготовленной жертвой.
   -Убить! - выкрикнул приказ капитан, который как раз перезарядил свой пистолет и уже вскинул оружие, выцеливая варлока. Громыхнул выстрел, и заряженная магической энергией пуля пробила крупную дырку в плече ведьмы, которая тотчас же затянулась обратно. Ханс просто не верил своим глазам. Он только что сам видел попадание. Но теперь на теле и одеждах этой женщины не было и следа. И только грифон завыл от боли в вышине.
   И в этот самый миг дикарка резким движением вогнала оба костяных клинка в грудь троллкина. Синекожий громила дёрнулся, испуская сдавленный крик, после чего его тело обмякло, начиная заваливаться на спину. А поганая колдунья Тарн вырвала кинжалы, искрящиеся магической энергией, вытягиваемой со струйками ещё горячей крови из трупа несчастной жертвы. И взмахнув своим ритуальным оружием в воздухе, дикарка обратила энергию смерти в заклятье, соединив оба кинжала и направляя их на варджек. Вокруг скрещенного оружия мгновенно вспыхнул новый рунический круг, а с напоённых кровью костяных лезвий сорвалась молния, соединяя сияющей, изломанной дугой кинжалы с торсом боевой машины, на мгновение осветив голубоватой вспышкой всё поле боя. Получив магический удар, варджек дёрнулся, будто бы споткнувшись о невидимое препятствие, а сорвавшаяся с его корпуса малая электрическая дуга впилась в доспехи варкастера, заставив сверкнуть перегруженное защитное поле, спасшее жизнь карателя ценой своего отключения. Все сидевшие на ведущих санях с трудом удержали равновесие после рывка, вызванного сбоем в работе автоматона от попадания молнии.
   Ханс пришёл в ужас от увиденного. Цепная молния - очень мощное заклинание магии шторма, которую считали титульной для сигнарских колдунов. Ей отдавали предпочтение в королевских академиях из-за удобства взаимодействия с оружейными системами, созданными на основе шторм-технологии - электрическими пушками, грозовыми клинками и молниевыми разрядниками. И ещё пять минут назад молодой кастелян не поверил бы, скажи ему кто-либо, что ему предстоит увидеть цепную молнию, сотворённую неуязвимой дикаркой Тарн из принесённого в жертву троллкина.
   -Убейте эту тварь! Отомстите за Нигбельда! - завопил вождь троллкинов, указывая мечом в сторону варлока Тарн. И повинуясь его словам, один из троллкинов выскочил вперёд, и с яростным воплем взмахнул здоровенным молотом, окружённым сиянием желтоватых рун, запуская магический заряд в дикарей, только что принёсших в жертву его соплеменника. Сгусток энергии пролетел над головами Тарнов, которые еле-еле успевали пригнуться. Но цели своей он не достиг, взорвавшись большим огненным шаром с явным недолётом, превратив двоих лучников в пылающие факелы.
   -Кортекс закоротило! Скорее, помогите кто-нибудь! - наконец-то крикнул варкастер, обращаясь к другим магам, указывая на спину замедлившего ход автоматона. Похоже, капитана всё же изрядно тряхнуло цепной молнией, даже не смотря на доспехи, тёплую одежду и защитное поле, и ему потребовалось несколько секунд, чтобы прийти в себя. После чего он поднялся на ноги, обращаясь уже ко всем, кто его услышит: - Огонь по этой ведьме! Всем, кто может! Уничтожить её!
   И показывая пример всем остальным, быстро перезарядил свой пистолет и выстрелил в варлока Тарн. Но заряженная магией пуля сразила не колдунью, а одного из её телохранителей, который грудью закрыл погонщицу монстров от неминуемой гибели. Остальные воины перестроились, создавая настоящий живой щит, чтобы своими телами заслонить от пуль дикарку, что отдавала приказы не только им, но и своим монстрам. И повинуясь её командам, каменный голем отступил поближе к ней, дав ещё один безрезультатный магический залп по автоматону, а грифон с воплем и клёкотом налетел на конструкт, ударив того всем своим весом, силясь остановить и попутно сбить его с ног. Но массы были не равны, а потому тяжёлый варджек практически не заметил удара, продолжая своё движение. Грифону же пришлось спасаться бегством, чтобы не оказаться раздавленным стальными ногами многотонного конструкта, что упрямо шёл вперёд, не смотря на все полученные удары.
   Видя всю опасность сложившегося положения, колдун-лорд пришёл на помощь капитану, послав собственный магический заряд в спину стального конструкта. Варджек сразу же встрепенулся, будто сбрасывая с себя оцепенение и сонливость, после чего снова набрал ход, устремляясь в атаку. Кодьяк повторил манёвр грифона, влетев на полном ходу в голема и снося того всем своим весом. Одиннадцать тонн стали, разогнанных до скорости бегущего со всех ног человека - страшная сила. И каменный истукан, который явно имел на много более скромную массу, полетел прочь с жалобным скрипом и скрежетом, попав прямо в грифона, который притаился позади него, готовясь к следующей атаке. Под истошные вопли крылатой твари, оба монстра оказались сбиты с ног столкновением, неуклюже повалившись на утоптанный прошедшим отрядом снег.
   Но такой эффектный удар стоил варджеку скорости. И пускай он не остановился полностью, но толчок от столкновения оказался весьма значительным, и всем пассажирам на санях пришлось приложить немало усилий, чтобы просто удержаться на своих местах, не свалившись в снег и не попав под копыта и полозья остальной колонны. Которая тоже была вынуждена сбавить скорость, чтобы не врезаться в ведущего.
   Положение оказалось критическим. Рейд лишился своей главной составляющей - скорости. И более того, варджек и командирские сани по сути уже прорвались через ряды Тарн, обогнув их командную группу и выскочив к ним в тыл. Но остальная колонна ещё была в центре той самой сечи, из которой только что вырвался сам Ханс. Подобная задержка могла стоить жизни многим солдатам и добровольцам, ставя под угрозу успех всей операции. И нужно что-то срочно предпринять, чтобы не дать дикарям воспользоваться возникшей заминкой и нанести отряду непоправимый урон.
   А дикари как раз перешли в атаку, подгоняемые воплями варлока. Ради этого отчаянного натиска они даже отозвали часть нападавших на троллкинов. И нужно было действовать как можно скорее, пока они не смяли сани и не убили магов, из-за которых их племя уже понесло огромные потери. И пускай защитная аура, поднятая эльфийским юнцом, помогала отражать копья и стрелы, она была бесполезна против топоров и дубин воинов Тарн, кинувшихся на них врукопашную, невзирая на вражеский огонь.
   Ружейная стрельба слилась в непрерывную трескотню, ставшую новым фоном к битве наравне с криками, командами и руганью. С рёвом пролетела ракета, запушенная ракетомётчиком карателей в атакующих Тарнов, но, не попав в центр толпы дикарей, взорвалась сбоку, оставив только один посечённый осколками труп на снегу. Ещё нескольких убили стрелки огнём своих винтовок. И всё равно этого было мало, чтобы остановить контратаку.
   -Кавалерия, за мной! В атаку! - выкрикнул Ханс, направляя своего коня наперерез дикарям. За ним последовали двое уланов Стальных Клыков и пятеро стражников Аренделла, оказавшихся неподалёку. И если первые просто на всём ходу врубились в дикарей, прокладывая себе дорогу грудью своих боевых коней, как и положено тяжёлой кавалерии, удостаивая ударом пики только самых крупных воинов, даже не тратя взрывные наконечники на тех, кого считали недостойными подобной чести, то вторые действовали подобно лёгкой кавалерии, ограничиваясь выстрелами из пистолетов и ударами копий и мечей на проходе, после чего отъезжали прочь, не желая понапрасну рисковать.
   Молодой кастелян, не обладавший ни толстым щитом, ни тяжёлыми доспехами, ни боевым конём, специально натренированным топтать врагов копытами, тоже старался не дать противнику шанса ударить в ответ, разя врагов на повал. Очередной заход к дикарю, на этот раз со спины. Широкий горизонтальный взмах, и уродливая голова воина Тарн покатилась прочь от тела, которое сделало ещё два шага, прежде чем упасть ничком перед санями капитана.
   И в этот момент другой дикарь встал на пути наместника Аренделла, который даже не заметил, откуда выскочил новый враг. Могучий воин схватил коня под уздцы, пытаясь повалить вставшее на дыбы животное грубой силой. Ханс почувствовал, как запаниковал его скакун, увидев перед собой клыкастую пасть этого урода, удерживающего его, одной рукой пригибая к земле, другой занося топор для того, чтобы окончательно добить коня. Не долго думая, ведомый скорее голосом своего оружия, нежели разума, молодой кастелян выкинул перёд свой меч, пытаясь дотянутся до врага колющим ударом, но дистанция была слишком велика.
   И в этот самый момент руны заклятий, вытравленные вдоль клинка, вспыхнули особенно ярко, а с кончика меча сорвался сгусток чистого пламени. Ханс даже успел заметить блеск огня, отразившийся в широко раскрытых от ужаса глазах дикаря. И в следующий миг сгусток ударил Тарна прямо в маску, закрывавшую лицо воина, моментально охватывая того огнём с ног до головы, обращая в вопящий от нестерпимой боли факел. И это ещё хорошо, что конь сумел вырваться из ослабевшей хватки пылающего врага, ударом копыта отбросив обречённого прочь.
   Пытаясь сбросить с себя шок от увиденного, Ханс поднялся в седле, осмотрев поле боя ещё раз. Его контратака спасла командование отряда, но цена была велика. Двое стражников и один улан были убиты, своими жизнями заплатив за шанс для карателя и остальных чародеев переломить ход битвы, окончательно уничтожив варлока Тарн и её приспешников, руководивших действиями всех дикарей.
   Каменный голем всё же сумел подняться на ноги, дав очередной магический залп, но на этот раз в Ханса. По счастью, луч зелёного света не достиг своей цели, пройдя выше и левее головы молодого кастеляна. Словно этот монстр был оглушён столкновением и не мог взять правильный прицел для стрельбы по чему-то, что было меньше тяжёлого варджека. Грифон же вовсе поплёлся куда-то в сторону, волоча по снегу повреждённое крыло.
   -Уничтожить варлока! - снова выкрикнул приказ капитан, перезаряжая пистолет.
   Но его приказы были и так очевидны, а потому все солдаты и маги сосредоточили свои усилия на истреблении вражеских командиров и погонщицы монстров. С рёвом пролетела новая ракета, на этот раз, впившись прямо в центр живого щита, созданного по приказу варлока. И её взрыв разорвал одного лучника в кровавую кашу, опрокинув на почерневший от алхимической гари снег ещё двоих, истекающих кровью из многочисленных ран. Пули тоже собирали свою жатву, но не могли достичь заданной цели - так много было дикарей, что готовы были умереть, чтобы спасти жизнь своей предводительнице.
   Но когда колдун-лорд обрушил на них свои заклятья, это было больше похоже на бойню. Потоки бритвенно острых ледяных лезвий буквально разрывали дикарей на части, прорубая широкие полосы в их рядах. Старый маг старался изо всех сил, и даже его лицо перекосилось от напряжения - столько сил и энергии он вложил в эту решительную атаку. Наместник даже не знал, сколько дикарей убил этот седовласый колдун всего за несколько секунд, но по всему выходило, что не меньше дюжины. И именно этот яростный натиск открыл шаманку всем остальным.
   А уж остальные не заставили себя ждать. Первой среагировала старая ведьма Нисс, послав одну за другой две ледяные стрелы в колдунью Тарн. Ханс отчётливо видел, как эти крупные сосульки, более похожие на ледяные клинки, впивались в плоть дикарки. И как рассыпались в мелкое крошево в сиянии рун её защитных заклятий, а раны на её теле затягивались прямо на глазах. И только обезумивший от боли грифон выл так, словно это в него впились заклятья чародейки зимних эльфов.
   Телохранители Варавского несколько отставали только потому, что перезаряжали арбалеты, используя странную систему рычагов для натягивания тетивы и укладывая на направляющие новые болты из своих подсумков. Усатый стрелял с двух рук, но промахнулся, попав в руку воина, который играл роль ассистента и телохранителя варлока. От этого попадания дикарь повалился на снег, где дёрнулся пару раз и замер, более не подавая признаков жизни. А безусый напарник, стреляя с одной руки навскидку, оказался более удачлив, попав прямо в живот колдунье. Но, к ещё большему ужасу молодого кастеляна, арбалетный болт просто вылез обратно, упав к ногам варлока, словно кто-то вытолкнул его с другой стороны. Это было немыслимо! И только громкий треск отвлёк его внимание от этой бессмертной сущности. Обернувшись на звук, Ханс увидел, что у каменного голема отвалилась правая рука, которую словно раскололи огромным молотом.
   Атаки эльфийского юнца вообще не возымели никакого эффекта, и все его магические заряды ушли в молоко. И дикий смех погонщицы монстров в полной мере демонстрировал её презрение у тем жалким людям, что посмели бросить ей вызов. Которые самоуверенно возомнили, что их доспехи, ружья, машины и заклинания стоят хоть чего-то против тех свирепых монстров, и тех первобытных, невероятно могучих сил, которыми она управляла.
   И именно в этот момент капитан нанёс свой удар. Перезарядив пистолет, варкастер поднял оружие стволом вверх, а чтобы сэкономить время, провёл по своему врагу магическую атаку. И снова воздушный клинок нанёс удар, подобно сабле рубанув дикарку поперёк груди, пересекая её туловище от плеча до поясницы. И снова рана начала затягиваться сама собой. И снова послышался истошный вопль грифона, который внезапно оборвался, красноречиво сообщая о том, что монстр испустил дух. И в этот момент в глазах у варлока отразился страх. Хансу показалось, что даже со своей позиции посреди поля боя он сумел различить в глазах этой женщины, ярко сверкавших под маской подобно глазам дикого зверя, тот самый страх - чистый, первобытный, всепожирающий, животный страх смерти, чья тень уже накрыла её и всех, кто находился вокруг.
   И в этот момент каратель выстрелил из своего пистолета. Усиленные магией рефлексы позволили ему бить без промаха, и тяжёлая пуля пробила грудь дикарки, попав прямо в сердце. И в этот самый миг все остальные звуки заглушил истошный вопль оборотней, преисполненный безумной болью и отчаяньем. И пока тело варлока падало на снег, подобно марионетке, которой разом обрезали все нити, этот вопль продолжал звучать над полем боя.
   Как только труп колдуньи Тарн повалился навзничь на снег, что успел потемнеть от пролитой ею крови её жертв, сражение превратилось в избиение. Лишившиеся погонщицы, оборотни рванулись прочь из боя, топча всех, кто оказывался у них на пути. И не разбирая дороги, понеслись в сторону леса, силясь как можно скорее спастись от трёх оставшихся троллей и покинуть поле битвы. Напуганные их воплями и тем, что недавние союзники снова превратились в неуправляемых чудовищ, Тарны дрогнули. А без командира некому было снова собрать их воедино, и даже мелкие заводилы и вожаки, игравшие роль сержантов в этом отряде, не знали, что делать теперь, когда против них были троллкины, солдаты, колдуны и варджек. И видя всю отчаянность своего положения, дикари пустились наутёк.
   Колонна тем временем снова набирала ход. В спину бегущим Тарнам всё так же летели пули. Солдаты стреляли по убегающим, но не преследовали их, оставив это развлечение троллкинам. Синекожие и так потеряли больше половины своего отряда убитыми, а каждый второй был тяжело ранен, но, судя по их гневным воплям, они пылали праведным гневом и жаждой мести.
   Варджек снова дал полный ход, ускоряясь и проходя мимо трупа грифона и голема, который снова превратился в кучу мёртвых камней и деревяшек. Но Ханс не спешил догонять капитана и остальных. Вместо этого он задержался на поле боя, наблюдая за бегством последних дикарей и пытаясь подсчитать понесённые отрядом потери.
   Картина выходила довольно скверная - порядка десяти убитых, и вдвое больше раненых. И это только на первый взгляд, а значит, цифру можно смело умножать на два. Пятая часть боеспособных сил. Дурные вести перед грядущим боем. Ведь на Седую Гору ушёл больший отряд, оставив защищать свои тылы только малую часть своих сил. А раз тут были и оборотни, и голем, и грифон, и свыше сотни дикарей, да ещё с колдунами и варлоком, то что ждало их в предстоящей битве?
   Думать об этом было страшно. Да и каратель дело своё знал. В конце концов, его план сработал, а расчёт полностью оправдался. Скорее всего, и для боя с основными силами Тарн у него есть план. Это явно не тот человек, который сунет голову в пасть оборотню, не имея никакого плана. Или сунет? Или каратель так рвётся в бой, потому что теперь он ищет смерти? Чтобы умереть с честью от руки врага, не запятнав себя самоубийством, которое для менитов Старой Веры было страшным грехом? Нет, не похоже. Он слишком сильно помешан на службе, и будет стараться выполнить задание любой ценой. И понесённые потери наверняка были ниже тех, которые капитан закладывал в свои расчёты. Но, он вёл своих солдат в бой, сам находясь на переднем краю, и его нельзя было обвинить в трусости.
   Плывя по раскинувшемуся потоку мыслей, Ханс отчаянно старался отстраниться от воспоминаний о том, как сжёг того дикаря. Как с его меча сорвался клубок чистого пламени, превращая здоровенного воина в факел, вопящий от нестерпимой боли. Без контакта клинка с жертвой. Но ведь это не могло быть. Не должно быть! Невозможно! Когда-то молодой кастелян, тогда ещё лейтенант королевского флота, специально обращался к аркмеханикам, чтобы узнать побольше о своём оружии. Как раз после того случая на дуэли. Они сказали, что руническая формула позволяет поджигать только то, к чему прикоснётся клинок, и то не всегда. Первоочередная её задача - повышение точности и силы удара. Не больше и не меньше. Меч был не способен на дистанционные атаки. И голос клинка, который был обусловлен элементом заклинания связи, которое было грубым предшественником существующих нынче формул, используемых в доспехах и оружии варкастеров, тоже был не способен на такие фокусы.
   Но как тогда объяснить случившееся? Ханс точно не был варкастером, это подтвердили ещё во время обучения в академии. И явных магических способностей, чтобы передать сквозь меч свою энергию, у него не было. Да и заклятий он никаких не знал. Так, нахватался немного поверхностной информации от коллег во время службы, чтобы знать, с чем имеешь дело в бою. Но плести заклятия его никто и никогда не учил. Конечно, в его роду были колдуны, но последний маг в их семье скончался в позапрошлом столетии. Неужели это его способности? Неужели это его сила убила дикаря? Но тогда почему он не замечал этого раньше? Молодой кастелян помнил, что ему всегда нравился огонь, что языки пламени в камине всегда успокаивали и утешали его. Но он никогда не замечал за собой открытых проявлений магии. Тем более, магии огня.
   Так был ли тот огненный заряд проявлением его силы? Или аркмеханики ошиблись, не сумев правильно прочитать древнюю руническую формулу? Ведь они так и не разобрались до конца в устройстве меча, прозрачно намекая на какие-то пассивные механизмы, скрытые его создателями. Или это результат заклятий, что наложила на него и капитана Старая Ведьма Хардова? Ведь недаром она явилась только им двоим, обманув всех часовых и отведя глаза караульным. Надо будет спросить у ведьмы Нисс, что она увидела вместе со своим учеником? И что увидел колдун-лорд? Может быть хоть они, со всем их многолетним опытом чародейства, смогут сказать, что происходит с ними?
   Но ответ на эти вопросы можно будет получить только во время остановки перед решительным броском на вершину. Ниссы сказали, что кони не смогут втащить гружёные сани даже по пологому юго-восточному склону. И солдатам придётся спешиться, преодолев последнюю милю пути пешком. Именно тогда будут проводить перекличку, организовывать полевой госпиталь для помощи наспех перевязанным раненым и охранение для оставленных коней, и саней с припасами. И тогда можно будет перекинуться с колдунами парой слов с глазу на глаз, чтобы не привлекать к случившемуся внимания ни солдат, ни уж тем более добровольцев.
  
   Эльза проснулась от ощущения странного покалывания в ладони, пробившегося сквозь тёмную пелену сладостного забвения. И невесть откуда взявшегося чувства тревоги, которое будто витало в воздухе, настойчиво стучась в её сознание. А ведь она только что закрыла глаза. Казалось, что не прошло и пары минут с тех пор, как она легла в постель. Снежная Королева даже подумала, что события прошедшего дня довели её до расстройства сна, переходящего в откровенный невроз. Пока она не почувствовала новый укол в ладонь, словно маленькие холодные иглы прикасались своими острыми концами к подушечкам её пальцев, которые сжимали мистический амулет.
   Резко сев в постели, бывшая герцогиня Аренделла встряхнула головой, прогоняя остатки сонливости, после чего быстро взяла амулет в обе руки, направляя в него свою магическую энергию. И взглянув в прозрачную сферу на его вершине, она прочла сверкавшие внутри руны заклятья, которое связало этот загадочный артефакт с разумом ледяного голема, что стоял неподвижно у начала лестницы к воротам замка Снежной Королевы идеальной ледяной статуей.
   И теперь, смотря на мир глазами своего стража, на все эти заснеженный горные вершины, подсвеченные блеском стареющего Кальдера, и звёзды, что уже начинали тускнеть на востоке, предвещая скорый рассвет, Эльза видела причину тревоги. По склону горы к её замку шли чужаки. В темноте нельзя было разобрать, сколько именно их было, даже используя магическое зрение ледяного конструкта. Только смутное движение теней в темноте. Но, были хорошо различимы две фигуры, приближавшиеся к порогу её нового дома. Воины в странных жёлтых доспехах с зелёными узорами поверх кольчуг и с плащами из волчьих шкур на плечах, что быстро шли вперёд, держа копья наготове. И при этом, у них не было ни факелов, ни фонарей. Только красноватые кристаллы на копьях, излучавшие тусклый свет. Казалось, что они прекрасно видят в темноте, и света тускнеющих звёзд, заходящей луны и этих кристаллов для них было более чем достаточно.
   Отдав големам повторный приказ не реагировать на этих чужаков, Эльза встала с постели, и на ходу по привычке поправляя причёску, отправилась на балкон. Двое - явно не та сила, которой стоит бояться. Скорее всего, это просто парламентёры. И со стороны Снежной Королевы было бы невежливо не удостоить их аудиенции. И небольшой демонстрации, дабы отбить желание докучать ей в дальнейшем. А то вчера у неё было слишком много посетителей. И для большей убедительности, бывшая герцогиня Аренделла быстро создала ещё одного снежного монстра, как две капли воды похожего на своих братьев, которого и отправила вниз, прогнать чужаков. А пока он будет неспешно идти к дверям, ей хватит времени побеседовать с незваными гостями.
   Повинуясь взмаху её руки, двери балкона открылись практически беззвучно, а потому появление хозяйки ледяного замка осталось незамеченным воинами, что с опаской разглядывали ледяных големов, которые так и стояли подобно статуям. Посторонний наблюдатель без магических знаний никогда бы не смог прочитать рунические формулы высеченных во льду заклятий и определить природу этих конструктов, и тем более их магический арсенал. А так как её приказы были однозначны, то бояться этим посетителям нужно было не ледяных и снежных стражей, а её саму. Потому что в магическом сиянии вокруг её рук уже закручивались вихри снега.
   Когда воины заметили странные, подсвеченные сиянием магической энергии снежные вихри, что извивались в воздухе подобно длинным хлыстам, бежать было уже поздно. Вскинув копья, они попытались хоть как-то защититься от обрушившихся на них потоков ледяного ветра и колких снежинок. И их испуганные крики разнеслись над горами, когда их, ослеплённых, потерявших оружие и пытающихся хоть как-то сбежать от этого наваждения, облепило снегом, с невероятной силой прижав руки к туловищу, а затем и вовсе подняв в воздух.
   -Доброе утро, джентльмены. - произнесла бывшая герцогиня Аренделла на хадорском со всей своей гордостью и надменностью, разглядывая до смерти перепуганных визитёров. Скованные ужасом и снежными путами, воины болтались в воздухе, неуклюже дёргая ногами, пока магические вихри удерживали их над балконом так, что хозяйка ледяного дворца могла заглянуть им в лицо. И видя практически животный страх в их глазах, что сверкали из прорезей шлемов звериным блеском, Эльза почувствовала, что гости готовы к беседе по душам. - Что вы делаете на моей горе?
   -Мы... Нас... - начал было объясняться заплетающимся языком один из воинов, но вскоре всё же взял себя в руки. - Посланы мы были сыскать вас, госпожа.
   -Кем? - строго спросила Снежная Королева, про себя отмечая странный говор этого человека. Заметный акцент и архаичные обороты выдавали в нём жителя глубинки, скорее всего с северо-запада Империи. И как именно его занесло сюда, тем более с таким снаряжением?
   -Доргмадом Чистильщиком, из Чёрных друидов! - выкрикнул его товарищ, стремясь спрятать свой страх под напускной бравадой и дерзостью. И при этом демонстрируя сильный сигнарский акцент. Хотя бы с падежами не путался. Однако, уж кого-кого, а южанина в этой глуши бывшая герцогиня Аренделла ожидала встретить меньше всего. - Он послал нас передать вам слово Круга Орбороса.
   -А почему он не принёс его сам, если он так хотел, чтобы я получила столь важное послание? - спросила Эльза с нескрываемым сарказмом, немного подтягивая своих собеседников поближе, чтобы не повышать голос для беседы. Потому что теперь всё встало на свои места. Они не были слугами ни Короля, ни Императрицы. Они подчинялись друидам.
   -Он... - с вызовом кинул сигнарец, но осёкся. После чего отвернулся, пытаясь подобрать хоть какие-нибудь слова. - Он...
   -Занят тем, что собирает армию? - гневно спросила Снежная Королева, которая не желала смотреть на эти жалкие попытки сочинить хоть какое-нибудь враньё, пусть даже самое никудышное, чтобы спасти свою жизнь.
   Но вместо ответа воины только испуганно переглянулись, явно поражённые такой проницательностью хозяйки ледяного дворца. Пауза затягивалась. Было похоже, что незваные гости сговорились хранить молчание, или им было приказано не отвечать на подобные вопросы. Но они явно не знали, с кем связались. Подготовка колдуна в Ковене Серых Владык включала в себя много предметов, которые были не по душе тогда ещё юной герцогине Аренделла, но сейчас, даже те минимальные навыки в форсированном дознании, что она получила от колдун-лорда Ковалевского, были весьма кстати.
   Подняв ладони чуть выше, Снежная Королева начала сжимать кулаки, обращая снег в лёд, который сжал её собеседников с такой силой, что они не смогли сдержать стонов боли, вырвавшихся через сжатые зубы. Казалось, что ещё немного, и ледяные тиски просто переломают им все рёбра, обрекая воинов на страшную и мучительную смерть.
   -Да! - выкрикнул хадорец, не выдержав пытки. - Да, госпожа.
   И хватка заклятья сразу же ослабла, позволяя обоим мужчинам вздохнуть полной грудью. Эльза не была садисткой, и ей было неприятно пытать людей, но эта информация была ей жизненно необходима. Старая Ведьма Хардова не лгала - за ней пришли друиды Орбороса.
   -Хм. Какое совпадение... - произнесла Снежная Королева, хищно улыбнувшись своим собеседникам, после чего ослабила хватку своих заклятий.
   Воины с криками ужаса полетели вниз, замедлившись только у самой лестницы, на ступени которой он и упали. Но не успели они подняться на ноги, как из распахнувшихся дверей ледяного дворца с рёвом вышел снежный страж, направляясь в их сторону. Стоя на четвереньках, они с ужасом наблюдали, как на них надвигался огромный монстр.
   -Не стоит недооценивать силу снега и льда. - грозно сказала Снежная Королева с балкона своего ледяного дворца, после чего взмахнула рукой, приказав своему снежному стражу: - Выкинь их с моей горы.
   И когда снежный монстр пошёл в атаку, оба воина моментально вскочили на ноги и бросились наутёк. По-хорошему, их нужно было просто выкинуть в пропасть. И если бы Эльза до сих пор состояла на службе Империи, то она бы просто заковала их в лёд с ног до головы, позволив солдатам сделать своё дело. Даже после всех этих тренировок у неё до сих пор не поднималась рука на человека. А это были именно люди, такие же, как она сама или Анна. Так что пусть побегают от её ручного чудища. Этот снежный страж остудит горячие головы среди друидов. А одним големом больше или меньше, какая разница? Всё равно слепить нового - дело одной минуты.
   Но, она не могла проигнорировать угрозу, что исходила от них и той организации, которую они представляли. Круг Орбороса - сила, что стояла за кулисами множества событий. Ковен Серых Владык находился в состоянии перманентной войны с Чёрными друидами, которые всё время вели свою игру, и в чьих планах не было места Империи. Не способные выстоять в открытом бою против хадорской военной машины даже пары часов, эти интриганы и манипуляторы всегда били со спины, нанося удары по уязвимым местам, и чаще всего чужими руками. Нападения на отдалённые поселения, рейды Тарн, атаки на обозы и линии снабжения войск, диверсии на рудниках, лесопилках и даже железной дороге - всё это было делом рук Чёрных друидов. И в этих нападениях не было никакой видимой системы. Хотя, скорее всего, система всё же была, но понимали её только сами друиды. И потому служебные инструкции предписывали уничтожать их и их пособников без пощады, а все алтари и капища сравнивать с землёй, разбивая каждый камень и сжигая каждое дерево, нёсшие на себе следы их магии.
   Круг Орбороса обратил своё внимание на Снежную Королеву, и это событие было совершенно предсказуемо. Это должно было произойти рано или поздно. А с учётом той зимы посреди лета, которую она наслала на собственные земли, гнев друидов был неизбежен. И то, что они прислали парламентариев, а не боевых волков и оборотней, о которых она слышала множество жутких историй, говорило с одной стороны, об уважении к её силе, а с другой, к возможному желанию перетянуть её на свою сторону.
   От этой мысли Эльзу даже передёрнуло. Её и так считали предательницей Ллаэля - королевства, которого больше нет, а теперь её считали ещё и предательницей Хадорской Империи, взбунтовавшейся против своих начальников, сеньоров и командиров. Но предать человечество и веру в Морроу, окунувшись в ересь поклонения разрушительным силам, которые олицетворял Червь Пожиратель, принеся свою магическую силу и знания на службу вероломным друидам и дикарям Тарн, было попросту немыслимо. Помогать нелюдям уничтожать человеческую цивилизацию и род людской. Да лучше смерть в бою с этими тварями, чем служение им!
   От этих мрачных мыслей Снежную Королеву отвлёк кулон, что снова взывал к ней, посылая волны тревожных ощущений и тихонечко покалывая кожу холодом. Неужели, эти парламентёры сделали круг и вернулись? Или же это новые незваные гости? Или друиды и их приспешники всё же сумели победить снежного монстра, не смотря на его силу и живучесть?
   Снова оживив амулет своей магической силой, Эльза снова взглянула на мир глазами своих ледяных стражей. И от открывшейся в кулоне картины она почувствовала, как ей перехватило дыхание. Потому что теперь к ледяному дворцу Снежной Королевы рвалось целое войско. Десятки воинов с копьями и арбалетами, сотни дикарей Тарн, а так же боевые волки, оборотни и винторогий сатир прокладывали себе путь через снег, лавиной ужаса устремившись к её чертогам. Снежного монстра нигде не было видно, а значит, что у друидов есть эффективный способ борьбы с анимированными конструктами, которых и так слишком мало для отражения такой массированной атаки.
   Ситуация была критическая. Круг Орбороса явно учёл, что Снежная Королева может оказаться весьма несговорчивой особой, а потому друиды использовали все силы, которые они сумели стянуть к Седой Горе за эти двое суток. И теперь, когда непокорная ледяная ведьма продемонстрировала им свою силу, они обрушили на неё всё, что у них было. И выиграть эту битву ей будет очень не просто. А времени на размышления оставалось очень мало - враг был уже рядом.
   -Отправляйся вниз. - приказала бывшая герцогиня Аренделла своему ледяному стражу, чтобы не терять времени. - Займи позицию в холле перед парадной дверью.
   Ледяной конструкт пришёл в движение, отправляясь выполнять приказ. А сама Снежная Королева, ещё раз убедившись, что двери балкона надёжно закрыты, а первых дикарей от лестницы отделяет, по крайней мере, сотня метров, после чего принялась колдовать. Накачивая амулет магической энергией, она желала получить ответ на вопрос, который сейчас был для неё жизненно важен. И когда внутри амулета засверкали руны магической формулы, она без лишних раздумий активировала это заклятье.
   Конечно, она рисковала. Но она прекрасно понимала, что вся её стража, сколько не наделай она снежных и ледяных конструктов, будет сметена ордой дикарей и боевых монстров, которых поддерживают магией друиды и их гвардия наёмников. Говорят, чтобы победить чудовище, нужно самому стать чудовищем. А чтобы на равных сражаться с варлоком, нужно либо иметь полноценную армию, либо быть варкастером с парочкой тяжёлых варджеков. Либо самой стать варлоком, взяв ледяных големов под прямой ментальный контроль и лично направляя их в бой, при этом оставаясь в безопасности. А ещё через них можно будет отдавать приказы снежным стражам, что тоже немаловажно.
   Наконец, сияющие руны полностью сложились в круги, образуя сложное заклятье, и в следующий миг Эльза издала сдавленный крик, потому что её сознание оказалось разделено на четыре неравные части, словно в её голову вбили три клина, каждый из которых требовал к себе внимания. Три новые пары глаз, три новых источника звуков и ощущений, три новых тела добавились к привычной картине реальности, став жестоким испытанием для разума Снежной Королевы. Теперь он понимала, о чём говорили ей те кандидаты в варкастеры три года назад - это ощущение действительно было чем-то невероятным. И пускай заклятье не позволяло ей напитывать своих големов магической энергией, оно давало ей полный контроль над их действиями, а так же самое быстрое и точное управление, о каком можно было только мечтать.
   Немного освоившись с новыми ощущениями, Эльза поспешно выскочила на балкон. Конечно, ей следовало опасаться снайперов, но глазами своих големов она видела, что арбалетчики находятся достаточно далеко, отставая от волны дикарей Тарн, которых от лестницы отделяли считанные шаги. Эта орда была идеальной целью для заклятья, которое Снежная Королева обрушила на них с балкона своего ледяного дворца. Фризинг Грип, оно же Ледяные Оковы, оно же Замораживающая Хватка - эти чары были проверенным временем оружием в арсенале магов холода практически всех известных школ, достаточно сложные, но до сих пор не превзойдённые в своей эффективности. Блеск рунических кругов вокруг руки, и из раскрытой ладони срывается заряд чистого холода, направленный в ближайшего дикаря, который не успел не то, что среагировать, даже удивиться перед тем, как превратиться в скованную льдом статую. А заклятье продолжало работать, перескакивая с одного воина на другого, пока целая дюжина Тарнов не оказались в плену ледяных оков, перекрывая дорогу всем остальным.
   В ответ полетели арбалетные болты и стрелы, но цели своей не достигли. Потому что Эльза не стала ждать, пока враг начнёт стрелять, а поспешила скрыться за дверями своего дворца. И уже оттуда принялась действовать, на ходу командуя големами и творя заклинания. У неё было слишком мало войск, чтобы выйти победителем из этого боя, а большие и неповоротливые монстры были не в силах полностью остановить орду дикарей, которая свяжет их боем, покуда остальные воины просто обойдут их, беспрепятственно проникнув во дворец. А потому она создавала новых снеговиков одного за другим. Небольшие, коренастые, с короткими ногами и длинными руками, заканчивающимися внушительными ледяными когтями, они были всего лишь бледной копией своих старших братьев. Но, для их создания требовалось значительно меньше магической энергии, и она могла делать это одной рукой, оставляя по паре снежных воинов через каждые четыре шага, которые тотчас же устремлялись за ней следом.
   Но Эльза не замечала этого, потому что ей было чертовски сложно бежать по лестнице и колдовать, одновременно направляя действия своих ледяных големов, которые дружно вскинули руки и атаковали подступающих врагов точно так, как она и рассчитывала. Потоки холода и бритвенно острых ледышек ударили в самую грущу наступающих, прорубая широкие полосы в рядах дикарей, которые в ужасе отхлынули прочь. А ледяные статуи пришли в движение, издав грозный боевой клич, пробудивший снежных монстров, которые до этого маскировались под сугробы. И уже эти стражи Снежной Королёвы с рёвом пошли в атаку, обрушивая на воинов Тарн чудовищные удары своих мощных лап и ледяных когтей.
   Всё же засада удалась, внеся хаос в ряды неприятеля. Друиды явно не рассчитывали, что Круг Орбороса встретит достойного противника в одинокой девушке, пусть и являющейся могучей колдуньей. Но теперь, оказавшись лицом к лицу с шестью големами, им пришлось изменить свою тактику. Тарны мало что могли противопоставить чудовищам, которые не уступали боевым зверям их хозяев, которые только выходили на позицию для атаки. А это значит, что у бывшей герцогини Аренделла ещё есть в запасе немного времени, чтобы принять правильное решение, скорректировать свою тактику и подготовить свои силы для решительной битвы.
   Оборотни, боевые волки, сатир - все эти твари были не простыми боевыми монстрами. Ковен Серых Владык собрал достаточно информации об эти порождениях тёмных ритуалов друидов. Способные к множественным мутациям, обусловленными зачаточными магическими способностями - побочным эффектом процесса их создания, без погонщика они были не многим более, чем просто дикими зверями, опасными даже для самих друидов и их союзников. Но их было много, и их определённо контролировал варлок.
   Варлок - вот кем был тот человек в чёрном балахоне с каменной косой, которого видела Эльза в своём ледяном зеркале. Чёрные одежды друидов, оружие, созданное при помощи магии - ей стоило бы догадаться с самого начала. Она просто не смогла сразу вспомнить о его возможной связи с Кругом Орбороса. Но теперь, когда она увидела монстров, всё встало на свои места.
   Варлок - представитель магической традиции, полностью противоположной и чуждой всем классическим школам и направлениям. Если варкастер был источником сырой магической энергии, а сила других магов была обличена в ту или иную форму, но тоже исходила от них самих, то варлок был просто призмой, преобразователем, который сам по себе не был способен сотворить даже самое элементарное заклятье. Эти маги черпали силу из ритуалов и от своих зверей, преобразуя их животную ярость и гнев в магическую энергию, которая позволяла им колдовать, усиливать рефлексы, залечивать раны, и не только. Их связь с монстрами была настолько глубока, что варлок мог даже переносить на них полученные им ранения, мог лечить их своими чарами, мог, подобно варкастерам, использовать их как свои дополнительные личины, при желании контролируя любое их движение.
   Варкастер и варлок - две стороны одной медали. Первые возвысились, опираясь на промышленность и технологии, породившие сложнейшие системы варджеков и доспехов, которые питались их магической энергией и углём, создавая стальное ядро любой армии. Вторые основывали своё могущество на древних и запретных знаниях, вбирая в себя энергию кровавой ярости, которая вела в бой ужасных монстров, стоявших на острие воинств дикарей, что осмеливались бросить вызов человеческой цивилизации и прогрессу. Если варкастера лишить его варджеков, которые были всего лишь машинами, останется могучий колдун, который может всё так же эффективно уничтожать врагов своими заклятиями и усиленными магией рефлексами - настоящее живое оружие под защитой толстой брони и силового поля. А если варлока лишить его боевых зверей и големов, останется обычный воин, ни чем не отличающийся от остальных на поле боя - просто человек и только. Конечно, есть ритуалы крови, которые могут дать ему немного магической энергии ценой его собственных жизненных сил, но это - шаг отчаянья и извращённая форма самоубийства.
   Для победы нужно было нейтрализовать варлока. Убить его самого, что будет практически невозможно за спинами его телохранителей, или убить всех его боевых зверей, лишив источника магической силы. Второй вариант был предпочтительнее, потому что Эльза всё ещё не хотела убивать человека, пусть даже и врага. А вот убивать бездушных тварей можно без каких-либо зазрений совести, как и дикарей Тарн. Потому что они не люди, а значит, нет греха в том, чтобы лишить их жизни.
   Теперь её цели были кристально ясны и понятны: уничтожить дикарей и монстров, а людей взять в плен, заточив в ледяные оковы своих заклятий. Определённо, подобный исход был бы идеальным, дав ей отличный козырь для общения с представителями хадорской администрации. Ведь если она бросит к их ногам поверженных врагов Империи, может быть, они простят ей эту зиму посреди лета? И ещё бегство из Аренделла, которое было больше похоже на дезертирство.
   Добравшись таки до главного холла своего дворца, Эльза остановилась на балконе, скапливая в руках достаточный магический заряд для создания большого монстра и концентрируясь на картине боя, которую видели два ледяных голема. Потому что боевые волки, оборотни и сатир, для которых разбежавшиеся дикари освободили дорогу, всё же пошли в атаку.
   И этот удар был страшен. Со всего разбегу сатир врезался в ближнего левого снежного монстра и боднул того что есть силы своими закрученными рогами. Удар был настолько мощным, что огромный страж Снежной Королевы с жалобным воем кубарем покатился по снегу к краю обрыва, с которого и сорвался в пропасть, что отделяла ледяной дворец от склона горы. Крайний справа снеговик тоже вскоре разделил эту незавидную участь, когда напавший на него оборотень нанёс ему несколько быстрых ударов, выведя из равновесия, а потом обхватил вокруг пояса, и подобно борцу поднял в воздух, а затем с кровожадным рыком метнул в пропасть. Ещё один оборотень, отличавшийся серебристой шкурой, с воем выплюнул из пасти поток магической энергии, впившийся в плечо оставшегося слева снежного стража и оторвавший тому руку, после чего на него набросились остальные боевые волки, разрывая несчастного конструкта на части. А последний оборотень, вооружённый здоровенным мечом, напал на последнего снеговика, обрушив на него несколько могучих ударов, рассекавших того словно раскалённый добела прут. И когда изрубленный страж пал, превратившись в бесформенную кучу снега и льда, тварь резко отскочила прочь, опасаясь возмездия со стороны ледяных големов, которых отчаянно пытались связать боем воины Тарн.
   Эльза как раз успела закончить создание очередного снежного монстра, которого отправила на помощь остальным стражам, чтобы он отомстил за погибших собратьев и проложил дорогу для той толпы в полсотни малых снеговиков, которую она успела создать. А сама она принялась накапливать новые магические заряды, готовясь создать очередного бойца, направляя свою волю к ментально контролируемым големам, ведя их в контратаку.
   Потеря четырёх снежных монстров - очень тяжёлый удар. Но Снежная Королева могла по праву гордиться своими ледяными стражами. Заклятье позволяло ей сделать их почти такими же быстрыми, как и она сама. Конечно, до уровня даже начинающего варкастера ей было очень далеко, но это уже было больше чем ничего. Снова взметнулись вихри потоков льда и холода, истребляя богомерзких дикарей и расчищая путь для предстоящей атаки. Оба ледяных голема запустили по ледяной стреле в белёсого оборотня, вогнав оба снаряда в его грудь и заставив взвыть от боли, а после этого каждый избрал свою собственную цель. Находившийся слева от лестницы, конструкт напал на сатира, и схватив того за рога, со всей силы бросил тварь в пропасть, куда та только что выкинула снежного стража. Этот монстр отчаянно упирался и сопротивлялся, но это его не спасло, и он с душераздирающим рёвом полетел вниз, навстречу своей смерти. А находившийся справа голем последовал к оборотню, попытавшись повторить подвиг своего собрата. Но мерзкая тварь оказалась слишком ловкой, и ледяной конструкт только и мог, что нанести ей пару неточных ударов, которые только сильнее раззадорили зверя.
   Проводя такую контратаку, Эльза рисковала, оголяя спину ледяных големов и лестницу, по которой нёсся её снежный монстр, решительно разметавший уже начинавших оттаивать воинов Тарн, прокладывая путь для армии Снежной Королевы, которая всё же закончила заклятье, создав ледяного командующего для своего воинства. Комплекцией не уступавший Мановару в полных доспехах, с могучими руками и длинными ледяными когтями, прочный и быстрый, этот конструкт должен был стать тем самым ассассином, который прорвётся через ряды дикарей и боевых зверей, добравшись до варлока. В одиночку даже такой боец не сможет убить погонщика монстров, но он отвлечёт внимание. Достаточно, чтобы бывшая герцогиня Аренделла, отчаянно не желавшая бросать в бой своего последнего ледяного голема, успела пополнить ряды своей снежной стражи.
   А друиды всё же поняли всю опасность, что исходила от ледяных големов, и сосредоточили все свои усилия на их уничтожении. Потеря сатира и множества воинов Тарн так же влияли на их действия, а потому варлок предпочёл сосредоточить атаки своих монстров на том страже Снежной Королевы, что сражался с оборотнем справа от лестницы. Решив на этот раз не рисковать и действовать наверняка, он направил вооружённого мечом оборотня на подмогу своему собрату. И под градом ударов когтистых лап и явно зачарованного клинка, голем вскоре превратился в кучу колотого льда у ног мохнатых чудищ, что издали громогласный победный вой, который моментально подхватили Тарны, предвкушая близящееся торжество. А Эльза пыталась побороть столь неуместную фантомную боль, которую она ощущала в этот миг, ведь это её тело кололи и рвали на части боевые звери Орбороса. Это её останки легли к их ногам. Она прекрасно понимала, что это не что иное, как отдача - расплата за глубину ментальной связи и полноту контроля. И что она сама жива и здорова, а погиб всего лишь ледяной конструкт - бездушная скульптура, анимированная её магической силой и не способная ощущать боль. А тем временем, на оставшегося слева голема обрушился град стрел, болтов и копий, которые не могли нанести ему серьёзного вреда. В отличие от магических зарядов, которые посылали в него друиды и варлок, ради такого случая даже подошедшие поближе к центру боя. И от ударов их заклятий конструкт с трудом удержался на ногах, а на его торсе появились отчётливые выбоины. Дикари же перестраивались, готовясь вместе с наёмниками вступить в бой с малыми снеговиками, которых были не в силах остановить крупные монстры.
   Подавляя фантомную боль от магических ударов, что впивались в её тело так же, как в тело голема, Эльза всё же смогла завершить заклятье, выковав ледяного командующего для своей маленькой армии. Который тотчас же кинулся в атаку, потому что вся требуемая информация уже была заложена в его разум, и теперь всем смыслом его существования было уничтожение заданной цели - варлока, чей образ тоже вложила ему в голову Снежная Королева, которая продолжала создавать всё новых и новых солдат для своего воинства.
   Но этот тяжкий труд уже приносил первые плоды. Бывшая герцогиня Аренделла заметила глазами голема, что боевые волки, которые до этого добили одного из её снежных стражей, разорвав того на части, вышли из-под контроля своего погонщика. Ослеплённые яростью и кровавым безумием битвы, свирепые монстры набросились на ближайшую цель, которую видели - своих собратьев. И теперь двое боевых зверей с небывалым ожесточением разрывали третьего, упиваясь горячей кровью и живой плотью на своих клыках, совершено позабыв о приказах своего хозяина и сражении, что бушевало вокруг. А это могло означать только одно - варлок был на пределе своих сил, и уже не мог сдерживать ярость всех своих тварей, принеся боевых волков в жертву, дабы сохранить полных контроль над оборотнями. Потому что если эти разъярённые чудовища сбросят поводок метальной связи, то последствия их безумия будут гораздо страшнее гибели одного зверя.
   Бой достиг своей кульминации, когда пехота Снежной Королевы врубилась в ряды дикарей. Конечно, снеговики уступали воинам Тарн и в силе, и в скорости, и в ловкости, и в боевых навыках. Но на стороне этих снежных солдат были многочисленность, слаженность и нечеловеческая живучесть. Арбалетные болты и стрелы прошивали их насквозь без какого-либо вреда, а копья только немного замедляли, пока снеговики не выдёргивали их, обращая захваченное оружие против его бывших хозяев. И только совершенно изрубленные или разорванные в клочья магическими зарядами не вставали вновь, кидаясь в бой с холодной решимостью и невероятным упорством. Дикари погибали, когда на место поверженного снеговика вставало двое новых, разрывавших врага своими ледяными когтями, пока их собрат собирался воедино, чтобы снова броситься в атаку.
   Друиды явно понимали, что в битве наступил перелом, и если они быстро не ответят на сложившуюся ситуацию, то потерпят неминуемое поражение. А потому они бросили в бой резервы - тот самый туз в рукаве, который приберегали на экстренный случай. Эльза слишком поздно заметила это странное зеленоватое мерцание позади рядов дикарей. А в следующее мгновение оно уже окрасилось оранжевым, приняв форму двух огненных шаров, которые взорвались прямо посреди её воинства, заливая снеговиков потоками жара и пламени, которое плавило их с пугающей быстротой. Оборотни тоже вступили в бой, обрушив на солдат Снежной Королевы всю свою чудовищную силу и ярость: давя, разрывая когтями и зубами, они собирали обильную жатву. Но больше всего потерь её армии нанесли магическая атака белого монстра и зачарованный клинок его собрата - они попросту разрушали чары, что вдохнули жизнь в эти скульптуры, обращая своих жертв в обычный снег и колотый лёд. Друиды тоже не скупились на заклятья, всеми силами стараясь уничтожить ледяного голема и истребить как можно больше снеговиков. И с учётом дополнительной магической поддержки, они достигли весьма значительных успехов.
   Эльза с трудом сдерживала отчаянье, потому что теперь против неё вышли каменные големы - Мировые Стражи. Невероятно прочные, медленные и тяжёлые конструкты были настоящими магическими орудиями в руках друидов - настолько мощными были заклятья, которые приводили в движение этих рукотворных монстров, что возвышались над полем боя почти на пять метров. И два таких каменных голема по утоптанному сотнями ног снегу шагали на штурм ледяного дворца, обрушивая на его защитников магические залпы.
   Соотношение сил снова было не в пользу бывшей герцогини Аренделла - её солдат уничтожали быстрее, чем она успевала лепить новых, снежный монстр завяз в драке с дикарями Тарн, а ледяной голем только чудом ещё не развалился после всего того града попаданий и магических ударов. Нужно было срочно менять тактику, потому что если дела пойдут так же, силы Круга Орбороса просто уничтожат её войско. Эльза понимала, что должна лично вступить в бой, обрушив на друидов и их марионеток всю мощь своих заклинаний, но риск погибнуть от метко пущенной стрелы, арбалетного болта или магического удара был слишком велик, даже не смотря на все известные ей способы защиты.
   У неё был план, который мог позволить ей колдовать без опаски, но для его реализации ей нужно было время. Поэтому она сосредоточилась на управлении повреждённым големом, попутно накапливая заряды для создания нового снежного монстра. Потому что нужно было нанести как можно больше урона врагам, не позволив хаосу боя и козням друидов спутать ей все карты. Отдав голосом ледяного конструкта приказ об атаке своему воинству, она направила его навстречу боевым волкам, которые всё ещё находились ярдом. И даже не смотря на все полученные повреждения, голем сумел убить одного зверя, сломав тому хребет могучим ударом сжатых кулаков, а затем разрядить свои заклинания в Тарнов, очищая от этих дикарей дорогу остальным снежным воинам.
   И эта атака наконец-то смогла достичь главной цели - оборотня с мечом, до которого добрался снежный монстр, обрушив чудовищные удары своих ледяных когтей на эту омерзительную тварь. Но это порождение тёмных ритуалов друидов не издохло и не выпустило меч, даже держась за вспоротое брюхо и вопя от боли в перебитых рёбрах. Остальные снеговики добились ещё более скромных успехов, потому что без такого численного перевеса им теперь было значительно сложнее убивать воинов Тарн. Но, они расчистили путь для своего ледяного предводителя, который врубился в ряды дикарей с небывалой эффективностью. Вот что значит индивидуальный подход и внимание к деталям на фоне слепленных на скорую руку безликих стражей. Этот вихрь ударов собирал обильную жатву, покуда ледяной ассассин прокладывал дорогу к своей цели.
   Но всё это были мелочи, потому что Эльза уже слепила и отправила в бой очередного снежного монстра, а теперь снова прибегла к помощи своего амулета. И пока она наполняла его магической силой, перегоняя последнего ледяного голема поближе, друиды всё же сумели собраться с силами и практически остановили контратаку её войска. Огненные шары и магические снаряды всё так же эффективно уничтожали снеговиков, даже не смотря на то, что варлоку пришлось направить всю свою магическую силу на лечение раненых оборотней, чтобы вернуть им боеспособность. И было страшно смотреть, как под действием его заклятий ужасные раны затягивались на глазах, а казавшиеся полудохлыми твари бросались в бой с новыми силами. Ледяной голем более не мог выдерживать столь яростный обстрел и пал под магическими ударами, рассыпавшись грудой колотого льда. Его снежный собрат прожил немногим дольше, оказавшись изрубленным мечом до состояния бесформенной кучи снега. И теперь от лестницы к дверям ледяного дворца армию Круга Орбороса отделало всего два десятка солдат Снежной Королевы и один гигантский страж.
   Но всё это было не важно. Подавив фантомную боль от гибнущего голема, Эльза смогла сконцентрироваться на артефакте и том заклятье, что сияло кругами рун внутри стеклянной сферы. Ей доводилось много слышать об устройствах, известных как аркноды, или дуговые узлы - разработанные в Сигнаре, они являлись ретрансляторами магии, которые устанавливали на варджеки. Питаемые энергией силовой установки боевой машины, они позволяли варкастерам обрушивать свои заклинания на врага с безопасного расстояния и даже из надёжного укрытия, не рискуя поймать пулю снайпера или шальной осколок. Промышленность Хадора не производила аркноды по причине острого дефицита редкоземельных металлов, которые все без остатка забирало производство кортексов для варджеков в вечной попытке утолить безмерный аппетит военной машины Империи.
   Именно поэтому Ковен Серых Владык искал заклятье, которое позволило бы использовать в качестве ретрансляторов магии машины без установки дополнительных дорогостоящих систем. Колдун-лорд Ковалевский рассказывал своей ученице о подобных чарах, которые были найдены в ходе исследования наследия Оргота. Но, они требовали человеческой жертвы, которой суждено было стать одноразовым ретранслятором, заплатив своей жизнью за подобный трюк - цена, которая была приемлема для жестоких оккупантов и рабовладельцев древности, но не для Империи. Поэтому поиски и исследования продолжались, в надежде найти решение этой проблемы.
   И подобное заклятье действительно существовало, записанное в этом загадочном артефакте его создателями, как и подозревала Эльза. Конечно, оно было не идеально, и требовало полного погружения в управление големом. Но, пока она будет его поддерживать, кулон будет связан с ледяным конструктом прямым энергетическим каналом, и все заклятья, что она пропустит через эту магическую призму, будут выходить не из её рук, а из ретранслятора. И теперь пришла очередь Снежной Королевы достать этот туз из рукава, показав друидам, что они не единственные чародеи на этой горе. А пока он выдвигается на позицию, она успеет слепить ещё одного чудовищного снежного стража.
   Да и обстоятельства всё сильнее и сильнее подталкивали к такому ходу. Когда ледяной голем вышел из ворот и начал спускаться по лестнице, то его глазами Эльза увидела, что друиды бросили в бой все резервы, и казалось, что уже почувствовали вкус скорой победы. У Снежной Королевы оставалось всё меньше и меньше солдат, способных сражаться со свежими отрядами дикарей и наёмников, а оборотень всё же добрался до её снежного монстра, попытавшись выкинуть того в пропасть, но страж ледяного дворца сумел вырваться из лап этой твари. Остальные боевые звери Орбороса были сосредоточенны на уничтожении снеговиков, и только ледяной ассассин продолжал свой путь к назначенной цели, сея смерть на каждом шагу. Побитый, покрытый сколами и трещинами от полученных ударов, именно он прорвался через ряды дикарей и уже врубился в отряд друидов, чья магическая поддержка была критически важна для победы над её войском.
   И именно в этот момент её чары оказались наиболее действенными. Эльза прекрасно видела слабые места в боевых порядках Круга Орбороса. Варлок рисковал оборотнями, надеясь закончить битву как можно скорее, но при этом оставлял в тылу каменных големов, образуя ядро второй волны атаки и приберегая источник магической энергии на случай, если что-то пойдёт не так. А то, что всё пойдёт совсем не так, как он рассчитывал, Эльза могла ему гарантировать. И первым делом она наслала на оборотня, сошедшегося врукопашную с её стражем, простое заклинание Ледяной Клетки, замедлив его движение ровно на столько, что снежный монстр наконец-то сумел схватить эту тварь, и со всего маху метнуть в пропасть, куда она только что пыталась выкинуть его самого. Это уже был болезненный удар для друидов, но Снежная Королева даже не думала останавливаться, послав в ближайший отряд Тарнов заклятье Ледяных Оков. И снова магический заряд поразил цель, перескакивая с одного дикаря на другого, обращая грозных воинов в покрытые льдом статуи, которые с лёгкостью раскалывали её снежные солдаты. А чтобы не подставлять голема под магические атаки друидов, она окутала его снежным вихрем, который скрывал ледяного конструкта от стрелков и чародеев, размазывая его контуры в постоянном мельтешении.
   Теперь Эльза прекрасно видела глазами голема всю картину боя, и ту решительную атаку, в которую варлок бросил все наличные силы в отчаянной попытке остановить ледяного конструкта, которого она превратила в своего аватара. Повинуясь его приказам, дикари и наёмники насели на снеговиков с удвоенной силой, старательно расчищая дорогу оборотню, который набросился на чудовищного стража ледяного дворца со всей своей звериной яростью, изрубив того своим зачарованным мечом до состояния бесформенной кучи снега и льда. А тварь со светлой шкурой возглавила атаку на ледяного голема, первой обрушив на него свой магический удар, который миновал всю поставленную защиту, словно её и в помине не было. Бывшая герцогиня Аренделла даже вскрикнула от боли - настолько была сильна отдача от этого попадания в живот. Определённо, этот оборотень использовал заклятье, содержащее в себе элемент, разрушающий магию, который и позволял его атакам миновать защитные барьеры и так эффективно истреблять солдат Снежной Королевы. Остальные атаки были не так страшны - арбалетные болты, стрелы и копья на такой дистанции были не способны повредить лёд, из которого Эльза выковала своего стража, а магические атаки друидов были неточными и слишком слабыми, чтобы нанести существенный урон. Если атака оборотня была подобна крепкому удару под дых, то отдача от этих заклятий напоминала скорее неловкие тычки. А огненные шары, посланные в её аватара каменными големами, вообще не достигли своей цели, бессмысленно опалив своими взрывами стены ледяного дворца.
   Положение было слишком шатким. С одной стороны, у друидов было явное преимущество в живой силе и боевых зверях. С другой стороны, ни оборотни, ни каменные големы, не могли состязаться в магической силе с аватаром Снежной Королевы, который нёс смерть и опустошение их войску, объединяя вокруг себя защитников ледяного дворца и придавая их действиям максимальную эффективность. Но сколько их осталось, этих защитников? Всего дюжина снеговиков и один снежный монстр, не считая ледяного голема - слишком мало, чтобы остановить орду дикарей и боевых зверей их хозяев. А бывшая герцогиня Аренделла слишком занята боем, чтобы успевать лепить новых бойцов для своего войска. Так что вся надежда была на ледяного ассассина.
   Светало, и лучи восходящего солнца уже окрасили облака в небесах, отгоняя мрак к подножью гор. И в этих зыбких предрассветных сумерках было отчётливо видно, как предводитель армии Снежной Королевы прокладывает дорогу к своей жертве, оставляя за собой кровавый след из умирающих врагов. Этот ледяной конструкт уже был сильно повреждён магией, но всё ещё сохранял свою силу и скорость смертоносного удара. Он уже пробился через дикарей, он уже перебил вставших у него на пути друидов, он уже оторвал головы наёмникам, которые являлись телохранителями погонщика монстров.
   И в этот самый момент в бой вступил сам варлок - Догмад Чистильщик из Чёрных друидов Круга Орбороса. Глазами ледяного голема Эльза отчётливо видела его развевающийся чёрный балахон и каменную косу на деревянной рукояти, с которой он кинулся на её воина. Быстро сократив дистанцию, воевода дикарей широким взмахом своей косы сделал подсечку ледяному ассассину, а когда тот повалился навзничь, вскинул своё оружие над головой, обрушив на лежащего врага мощный удар сверху вниз. А потом ещё и ещё один, работая в бешеном темпе, доступным только тем, чьи рефлексы были усилены магией. И под ударами этого магического оружия, зачарованный лёд кололся вдребезги, разлетаясь брызгами мелких осколков каждый раз, когда острая коса вонзалась в тело несчастного конструкта. После третьего удара создание Снежной Королевы перестало шевелиться, а после четвёртого окончательно рассыпалось в бесформенную кучу льда у ног победителя.
   Не желая сдаваться на милость Круга Орбороса, Эльза обрушила всю мощь своих заклятий на проклятого оборотня с мечом, вогнав в его серую тушу две Ледяные Стрелы подряд - одну от себя и одну от голема, который со всего хода влетел в эту тварь, обрушив на неё удары своих кулаков. Друиды явно не успели полностью излечить своего монстра от ран, которые были нанесены ему до этого, а потому это порождение их тёмных ритуалов всё же издохло, повалившись навзничь и выронив свой зачарованный меч. Но бывшая герцогиня Аренделла не останавливалась, направив на ближайших дикарей потоки бритвенно острых льдинок. Укус Холода пользовался заслуженной популярностью у колдунов Ковена Серых Владык за свою простоту и эффективность против живой силы противника, и грозная слава этого заклятья вновь подтвердилась, оставив широкие просеки в рядах воинов Тарн. И устрашившись ужасной участи своих сородичей, остальные дрогнули. И даже оставшихся снеговиков хватило, чтобы отбросить их назад.
   А варлок спокойно перешагнул через останки поверженного ассассина, вкидывая оружие над головой и готовясь обрушить свои заклятья на аватара Снежной Королевы. Каменные големы, подсвеченные блеском накопленной для очередного залпа магической энергии, тоже пришли в движение, подходя ближе и готовясь вступить в рукопашную, где их тяжёлые кулаки могли сыграть не менее важную роль, чем их магические атаки. Уже были отчётливо видны круги перекрученных зеленоватых рун, что закручивались вокруг рук погонщика монстров.
   И в этот самый момент вдалеке протрубил рог. И этот сигнал обратил волну атаки вспять. Наёмники, которые большую часть боя старались держаться у флангов и непосредственно охраняли варлока, поддерживая атаку стрельбой из луков и арбалетов, моментально начали отступать, сохраняя боевой порядок. Тарны же просто кинулись бежать, бросая раненых и умирающих сородичей. А друиды подняли облака тумана, прикрывая отход своего войска. И только тот, кого звали Догмадом Чистильщиком, сперва пустил огненный шар в ледяного голема, и только после того, как этот магический заряд поразил свою цель, отвернулся от ледяного дворца и без оглядки побежал прочь.
   Эльза схватилась за голову, ощущая нестерпимую боль и жар пламени, что пожирал её лицо. Отдача был столь же сильна, сколь был велик урон, полученный её аватаром. Не в силах терпеть эту боль, Снежная Королева разрушила своё заклятье, разорвав связь с конструктом. И в тот же миг всё исчезло. Больше не было ни боли, что терзала её, ни огня, что пожирал её лицо, ни поля боя, усеянного свежими трупами, ни склона горы, по которому отступали её враги, ни неба, на котором разгорался рассвет нового дня. Вокруг неё теперь снова был чистый и спокойный холл её ледяного дворца, с навечно замёрзшим фонтаном в центре и лестницами, полукругом расходившимися от балкона, на котором стояла бывшая герцогиня Аренделла, держа в руке свой зачарованный амулет.
   С трудом приходя в себя после всех пережитых потрясений, Эльза слепила ещё одного снежного монстра. Просто так, на всякий случай, вслушиваясь в окружающую тишину всё то время, пока она накапливала в руках необходимый заряд магической энергии. Но ни крик, ни рёв зверя, ни шипение магического огня, ни треск раскалываемого льда, ни звук шагов - ничто не нарушало тишины, что царила вокруг. И когда очередной верный страж с рёвом поднялся с пола, как и все его братья готовый беспрекословно исполнить её волю, даже ценой своей жизни, она отправила его наружу, передать приказ остальным - вернуться на начальные позиции возле лестницы и замаскироваться обратно. Потому что нельзя было исключать возможность того, что это было ложное отступление, призванное втянуть войско Снежной Королевы в преследование, которое обернётся ловушкой, открыв друидам путь к её дворцу.
   И пока чудовищный снеговик мерно шагал к воротам, бывшая герцогиня Аренделла поспешила подняться наверх, на балкон, откуда открывался вид на окрестности. Именно оттуда она сможет рассмотреть, куда же именно устремились её враги, какую хитрость замыслили и что собрались предпринять. Потому что она не могла поверить, что Круг Орбороса просто так отступится, особенно тогда, когда до цели остался всего один последний рывок. Стук каблуков по ледяному полу и ступеням гулко разлетался под сводами ледяного дворца, а лестничные пролёты и залы, которые уже начинал заливать захваченный ледяным шпилем солнечный свет, она почти пробегала, стремясь поскорее добраться до своей смотровой площадки и увидеть ответ на вопрос, который терзал её сейчас.
   Раскрыв двери нараспашку, Снежная Королева вышла на балкон, полной грудью вдохнув чистый горный воздух. Здесь не ощущался запах, но отсюда картина поля боя открывалась во всей своей пугающей масштабности. Снег, обагрившийся от пролитой крови, тела раздавленных её монстрами, разорванных ледяными когтями её солдат или просто изрубленных и замороженных заживо её собственными заклятиями усеивали подступ к лестнице во дворец. Тут сложили головы десятки, если не сотни воинов, принесённых друидами в жертву своей победе наравне с боевыми зверьми, чьи крупные мохнатые туши резко контрастировали с трупами дикарей, а так же немногочисленных наёмников и друидов, которые всё же заплатили за свои интриги и коварство. И посреди всего этого хаоса и кровавого безумия стоял опалённый и оплавленный ледяной голем - поврежденный, но не сломленный. Снежные монстры опять притаились по краям от лестницы, претворяясь сугробами, за которыми спрятались их меньшие собратья, которых осталось совсем мало.
   Отступающее войско Круга Орбороса тоже было видно, хотя они уже проделали изрядный путь к спуску с горы. Эльза заметила, что теперь каменные големы плелись позади, как и друиды, в то время как дикари и наёмники вырвались вперёд. Казалось, что этот отряд снова приготовился к бою, но на этот раз её ледяной дворец был у них в тылу, а лицом они были обращены к тому, кто сейчас поднимался на гору из темноты, что заливала предгорья.
   Но как бывшая герцогиня Аренделла не вглядывалась в сумерки, притаившиеся в тени соседней горы, она не могла разглядеть новых визитёров. Только смутно мерцающую вереницу огней, растянувшуюся поперёк юго-восточного склона, который был самым удобным для подъёма на Седую Гору. Понимая, что невооружённым глазом ей толком не удастся ничего разглядеть, Эльза прибегла к магии, быстро создав четыре линзы изо льда, что был прозрачен, как родниковая вода, после чего закрепила их на корпусе самодельного телескопа, быстро намороженном на перилах балкона вместе со штативом. Конечно, ей было далеко до мастерства профессиональных оптиков с прославленных фабрик Волинграда или Орвена, но прибор вышел довольно неплохой. И направив полученный телескоп на эти загадочные огни, она принялась магией перемещать линзы, стараясь правильно настроить резкость.
   Наконец поймав оптимальное положение линз, Снежная Королева смогла рассмотреть эти огни, оказавшиеся факелами в руках солдат Зимней Гвардии. Развёрнутой цепью, с оружием наготове, они поднимались на гору, идя в форменную атаку на её дворец. Скользя взглядом вдоль их рядов, бывшая герцогиня Аренделла видела как обычных линейных пехотинцев, так и отряды стрелков с новыми длинноствольными винтовками, а ещё ракетомётчиков, которых наверняка прислали в усиление. Но тяжелее всего ей было видеть ополченцев - селян и горожан, что с оружием в руках вышли против своей госпожи. Как и стражники замка Аренделл, которые ехали на конях позади закованных в тяжёлые латы уланов Стальных Клыков. И с ужасом Эльза заметила массивный корпус тяжёлого варджека, который маршировал в центре этого отряда. Пламя вырывалось из его дымовых труб, а визоры блеснули желтоватым блеском, когда хадорская боевая машина растопырила руки, набирая ход. Битва за Седую Гору была ещё далека от завершения.
  
   -Почему арбалеты? - недовольно спросил капитан, заметив оружие, которое перезаряжали телохранители Варавского, готовясь к новому бою. И вместо того, чтобы отправиться дальше по своим командирским делам, принялся их отчитывать, будто своих срочников. - Думаете, от ваших механических стреломётов будет толк? Взяли бы по карабину и не смешили людей.
   -Арбалет тише. - коротко ответил Коля, который опять взял на себя роль ведущего. Но так как варкастер был явно недоволен таким ответом, всё же высказал дополнительный аргумент: - И скорострельнее.
   -Попросили бы у своего нанимателя револьверные карабины. - выдал рекомендацию каратель. - И точнее, и скорострельнее, и надёжнее. Особенно если под патрон с металлической гильзой.
   -Пулей либо бить наповал, либо калечить. Иначе цель уйдёт. - вступил в разговор Вася, видя что напарник уже медленно закипает. Не стоит ссориться с человеком, у которого за спиной рота вооружённых до зубов солдат и многотонный стальной монстр. Особенно, посреди этих чёртовых гор, где кроме верного товарища никто не прикроет твою спину. - А арбалетом можно так пригвоздить человека, что он и цел останется, и пока болт не вытащит, никуда не дёрнется.
   -Логично. - выдал каратель после короткого раздумья. - Передайте приказ Ниссам: сестёр Аренделл брать живьём, в целости и сохранности. На поражение без моей команды не стрелять. Понятно?
   -Понятно, товарищ капитан. - угрюмо буркнул Коля, кивнув в подтверждение своих слов. И когда каратель всё же оставил их в покое, отправившись проверять артиллеристов, агенты кайязя смогли вздохнуть свободнее. Всё же соседство с этой имперской ищейкой, которая вечно что-то вынюхивала, суя свой нос куда не надо, изрядно действовало на нервы. И ничего с ним нельзя сделать, даже послать куда подальше. Потому что он каратель, и он тут главный. А если кто против этого хоть слово вякнет, так того быстро расстреляют на месте, не отходя от кассы.
   Остановка была короткой, и отряд спешно готовился выдвигаться на вершину горы пешком. Местные организовывали стоянку для саней и лошадей, механики опять ковырялись с варджеком, непонятно как добрасывая уголь в бункер при работающем двигателе, чтобы хоть немного продлить время работы автоматона, а санитары разворачивали полевой госпиталь и оказывали помощь раненым в стычке с дикарями. Солдаты проводили перекличку и проверяли снаряжение, пополняя боезапас перед грядущей битвой. Капитан раздавал приказы, а наместник в очередной раз взывал к ополченцам, уговаривая их пойти в бой.
   Оперативникам тоже нужно было подготовиться к бою. Механический арбалет с барабанным магазином - штука дорогая, сложная, и довольно тяжёлая. Но, беззвучность, превосходная точность и скорострельность с головой покрывали все недостатки. А тяжёлые болты из закалённой стали в сочетании с блочным механизмом натяжения тетивы позволяли при достаточно небольших габаритах оружия пробивать даже тяжёлые доспехи. Тут даже было крепление для оптического прицела, на случай, если потребуется стрелять на большие дистанции.
   Но, у каждого оружия были свои недостатки. И у этих арбалетов он был всего один, но большой - перезарядка. Чтобы полностью зарядить барабан, нужно было либо менять его на запасной, что было тем ещё приключением, либо по очереди укладывать каждый болт на своё ложе, после чего поворачивать механизм, чтобы повторить процедуру. За то в бою не нужно отвлекаться на всякую ерунду - всё делала механика. Расположенный сверху над арбалетом рамочный рычаг, в боевом положении находящийся прямо над ложем, давая механизму дополнительную защиту от повреждений, позволял перезарядить арбалет всего двумя движениями. Достаточно взяться за скобу, что в случае неполадки играла роль упора для ноги, и с силой потянуть её вверх и на себя, и система рычагов уже натянула тетиву. Опустил её обратно, и барабан сам повернулся, услужливо подготовив болт к выстрелу. Остаётся только прицелиться и нажать на спуск.
   И так до тех пор, пока болты в барабане не кончатся. А их там всего шесть. После этого приходилось работать по старинке, доставая новые болты из колчана и укладывая их на ложе перед каждым выстрелом. Но с другой стороны, это позволяло при желании быстро менять тип боеприпасов перед каждым выстрелом. И это опция была весьма востребована, потому что Варавский не скупился на снаряжение, достав своим агентам много чего интересного, и даже кое-что запрещённое.
   Зажигательные болты, которые при попадании выплёскивали из разрушаемой внутренней полости алхимическую смесь, загорающуюся от контакта с воздухом и не гаснущую даже в воде, идеальные для всякого рода диверсий. Разрывные болты с зарядом взрывчатки, достаточным чтобы оторвать голову медведю. А ещё отравленные болты - грязный приём, который делал арбалет ещё более смертоносным. Достаточно одного касательного ранения, даже поцарапаться о лезвие, и яд, созданный лучшими алхимиками Лаэдри, проникнет в кровь жертвы, которой после этого останется жить не больше минуты. И свои последние мгновения умирающий проведёт в судорогах и конвульсиях, пока его сердце не остановится. Всё же ллаэльцы были отборными подлецами, изобретя такое множество ядов, что хадорцам и не снилось. И теперь это оружие тайных убийств, дворянских интриг и закулисной борьбы перекочевало в арсеналы Империи, вместе с остальными трофеями.
   Спецболтов было немного - всего по пять штук каждого типа. И при этом по два отравленных болта они уже потратили. Хотя, лучше было пустить их в этих чёртовых дикарей и их ведьму, чем сложить голову посреди того леса. Всё равно корпорация оплачивает все расходы на снаряжение. Ну а сейчас выбор болтов для укладки в магазин был особенным. Первый обычный, потом два зажигательных, потом один разрывной и два отравленных. Если капитан не ошибся, и впереди будет бой, то такой набор будет оптимальным, и, прокручивая барабан, можно будет выбрать требуемый тип боеприпаса для любой цели. Потому что если на них опять нападёт какое-то чудище, то вполне возможно, оторвать ему лапу, подпалить или отравить его будет лучшим решением. А с дикарями можно разобраться и простыми болтами, которые всегда в колчане под рукой, в то время как специальные уложены в подсумке-футляре. Внешний ряд - отравленные, средний - зажигательные, внутренний - разрывные. Так что даже в пылу боя не перепутать.
  
   Ниссы ожидали отправки, пытаясь хоть немного отдохнуть. Действие тонизирующего отвара заканчивалось, и нужно было принимать новую дозу, чтобы на ходу не упасть от усталости. Два глотка этой кислой дряни, и сон отступит на несколько часов, уступив место бодрости. А прилив сил и энергии для предстоящей битвы был необходим. Когда находишься на ногах вторые сутки подряд, без стимуляторов не обойтись. Тут главное меру знать. Стоит только немного переборщить, и без этого пойла уже жизнь будет не в радость, или просто подохнешь от переутомления или разрыва сердца.
   Люди готовились к бою, который будет значительно жарче той стычки, которую их командир назвал рейдом. И наёмникам не удастся остаться в стороне, расстреливая подсвеченных огнями факелов дикарей, находясь в безопасности под защитой темноты и деревьев. А ещё старый чародей что-то замыслил, а потому призвал к себе обоих магов из их отряда. И ничего с этим не поделать, потому что он - колдун-лорд Ковена Серых Владык, в чьей власти лишить их разрешения на занятия практической магией. И тотчас же казнить за несанкционированное колдовство.
   Ланисса была зла, как тысяча чертей. Драка с Тарнами не входила в её планы. Тем более, полноценная битва. Она уже думала, как выбить из хадорцев побольше золота за дополнительную опасность и за сумасшедший режим работы, когда её позвали. Как раз те двое, которых поставил командовать над их отрядом старикашка, который их нанял.
   -Вы звали нас, господин. - подойдя поближе, почтительно обратилась наёмница к представителю нанимателя, которому должна была беспрекословно подчинятся в рамках контракта.
   -Да. - коротко кивнул усатый, взмахом руки подзывая её ближе, после чего показал на спину капитана. - Слышали его приказы?
   -Сестёр Аренделл брать живьём, без команды на поражение не стрелять. - слово в слово повторила слова карателя зимняя эльфийка, демонстрируя отменный слух и внимание к деталям. - Младшая рыжеволосая, в фиолетовом плаще и синей юбке с чёрным верхом. Как выглядит старшая нам не известно.
   -Эльза Аренделл - платиновая блондинка, чуть выше своей младшей сестры Анны, глаза голубые, была одета в бирюзовое платье с чёрным верхом и фиолетовой мантией. - сообщил наёмнице приметы герцогини Аренделла агент заказчика, после чего знаком подозвал её ещё ближе. А когда она подошла, остановившись от него на расстоянии вытянутой руки, он быстро схватил её за локоть, подтянул к себе и прошептал ей на ухо: - Она ваша главная цель. Убейте герцогиню Эльзу Аренделл.
   -Но господин, а как же капитан и наместник? - всё так же шёпотом возмутилась эльфийка, с большим трудом удерживаясь от того, чтобы не вырваться и не ударить побольней этого хама, провонявшего гарью, угольной пылью, потом и ещё какой-то алхимической дрянью так, что ей заложило нос. И ещё не заявить об этом новом приказе во всеуслышание, позволив капитану насадить их головы на кол, как он и обещал ей ранее. Но, кодекс чести наёмника, который всё равно не утратил свой смысл и по сей день, хоть и соблюдали не все и не всегда, не позволял разглашать детали контракта третьим лицам. Да и арбалет с взведённой тетивой в руках напарника этого грубияна, как бы невзначай направленный в их сторону, не располагал к скандалу. - Он обещал казнить любого, кто ослушается его приказов. И нас тоже.
   -Каратель - наша забота. - злобно прошипел в острое эльфийское ухо представитель заказчика, которому явно не понравилось это заявление. И причина его недовольства была ясна как день: Ниссам платят они, а не капитан, и подчиняться они должны в первую очередь им, а не этому цепному псу Империи, как его тут все называли. - Скажете, что она первой на вас напала. Мы вас прикроем. Но Эльза Аренделл должна умереть.
   -Мы так не договаривались. Открытый бой против превосходящего противника, обман представителей командования и администрации, убийство герцогини. - всё так же шёпотом возмутилась Ланисса, изо всех сил стараясь не показывать брезгливости и отвращения к этому человеку, который шептал значительно громче, чем того требовалось, чтобы она его услышала. А ещё не стоило забывать про Гастора, который наверняка уже тихо бесится от ревности. Но, они всего лишь изгои, бродяги в чужой стране, а потому вынуждены мириться с чужими обычаями и повадками. А она вынуждена мириться с этим вонючим, усатым уродом, из которого нужно выбить побольше денег за такую наглость. - Мы требуем повысить сумму оплаты.
   -Сто золотых сверху контракта, но герцогиня Эльза Аренделл должна умереть. - почти прорычал ей на ухо хадорец, больно стиснув локоть. - Она - ведьма. Она ваша главная цель. Понятно?
   -Да, господин. Герцогиня Эльза Аренделл умрёт. - кивнула наёмница, вырывая свой локоть из его руки и делая шаг назад, продолжая уже в полный голос: - Я передам остальным.
   -Готовьтесь к выходу. - громогласно заявил его безусый напарник, вскидывая свой странный арбалет на плечо. - Пойдёте в общем строю вместе с нами.
   -Как прикажете, господин. - произнесла зимняя эльфийка, быстро возвращаясь к своим сородичам. Как раз вовремя, чтобы остановить Гастора до того, как он выхватит меч и зарубит обоих представителей нанимателя. Он и так был очень ревнив, а эта сцена подействовала на него как красная тряпка на быка, и он уже кипел от ярости, стиснув рукоятку клеймора, готовый к атаке.
   -Что он сказал тебе? - почти выкрикнул её любимый на нисском, как только она подошла немного поближе. В его глазах уже плясал огонёк безумного бешенства, а ноздри раздувались от тяжёлого дыхания преисполненного гневом воина. - Он причинил тебе боль?
   -Нет. - коротко кинула Ланисса, скрестив руки на груди и якобы невзначай прикрыв локоть и возможный синяк ладонью, не желая лишней крови. Только не сейчас, когда они окружены солдатами, которые обратят против них своё оружие в тот же миг, когда они дадут хоть малейший повод усомниться в своей лояльности. Время мести наступит потом, когда их работа будет выполнена. - Он передал новые инструкции.
   -Почему же он так их передал? - саркастически поинтересовался зимний эльф, с подозрением глядя то на неё, то на представителей заказчика. Об их отношениях в отряде прекрасно знали все, как и о взрывном характере Гастора. А потому никто и не пробовал оказывать ей знаки внимания, чтобы избежать стычки со столь могучим воином и отменным мечником. А вот посторонние об этих тонкостях не знали, и поэтому часто становились объектом, как им казалось, немотивированной агрессии. - Он обидел тебя?
   -Он обещал повысить сумму контракта на треть, если мы убьём ледяную ведьму, которая сидит на вершине горы. - подойдя ближе и обняв своего возлюбленного, прошептала ему на ухо Ланисса. К её немалому облегчению, она почувствовала, как начало успокаиваться дыхание Гастора, который тоже обнял её, подавляя неуместные эмоции и переходя к делу, прямо спросив её: - Это ту, которую капитан хадорцев приказал брать живьём?
   -Да. Нас наняли, чтобы найти её и убить. Они сказали, что капитан - их забота. Что мы должны убить ведьму любой ценой. - Ланисса играла, демонстрируя нежность объятий в первую очередь для людей, чтобы у них не возникло желания подслушивать, о чём шепчется эта парочка. А на их ухмылки, сальные шуточки и зависть Ниссам был плевать. - Я не верю, что они нам заплатят. Для них проще сдать нас капитану, свалив на нас всю вину, словно мы не подчинились их приказам, а золото забрать себе.
   -Я тоже не верю им, любимая. - тихонечко ответил Гастор, поглаживая её по волосам. - Но у нас есть своя цель, которая важнее всей этой суеты. Нужно будет поговорить с нашим искателем. Мне кажется, что нас послали убить эту ледяную ведьму не случайно.
   -Мне тоже. Я позову их, пока не поздно. - тихонечко ответила она, отстраняясь.
   Уже звучали приказы, и солдаты начали движение. Освещая путь огнём факелов, они выстраивались широкой цепью, стремясь охватить юго-восточный склон и отрезать возможный путь отступления для дикарей и ведьмы. И в центре этого развёрнутого фронта шагал тяжёлый варджек, для которого этот подъём не был в тягость, даже не смотря на гружёные сани, которые он тащил. Но на этот раз в санях был не уголь. Вместо топлива боевая машина тащила в гору снаряды и пушки, чтобы облегчить труд артиллеристам. Лёгкие полевые орудия, даже не смотря на своё название, были слишком тяжелы, чтобы их расчёты смогли тащить их в гору на руках, не отставая от основных сил. А для автоматона эта нагрузка, похоже, не играла особой разницы.
   Ниссы заняли позицию позади саней, рядом с командованием и кавалерией. Всё ради того, чтобы побеседовать со своими магами. Хотя, как можно обсуждать что-то важное, когда рядом едет на санях вместе с пушками колдун-лорд Ковена Серых Владык? Ведь кто может поручиться, что уж этот седовласый старец, умудрённый опытом десятилетий чародейства, не знает их языка? Даже основ может оказаться достаточно, чтобы понять, что их отрядом движет не просто нажива.
   А с учётом той магической силы и мастерства, которые этот старик продемонстрировал в первой стычке, у него может оказаться достаточно знаний, чтобы сделать правильные выводы. И тогда это будет означать смертный приговор для всех Ниссов. Ковен Серых Владык - не та организация, которая остановится перед убийствами на пути к такому призу, как кулон Ниссора - сокровенная реликвия их погибающего народа. По приданиям, он был выкован руками богов тысячи лет назад и являлся ключом к силе самой зимы. И за такую власть люди готовы на всё, и не только люди. И страшно было представить, какие неисчислимые беды обрушились бы на мир, попади этот могучий артефакт в руки врага, если даже неумелая ведьма с его помощью сковала бесконечной зимой целую страну.
   Но, как на зло, Раисса - их старая колдунья и предсказательница, тоже ехала на санях с пушками. Ей, как и колдун-лорду, разрешили занять место среди ящиков со снарядами только из уважения к их преклонным годам. Даже капитан шёл своим ходом, хотя ему удавалось держать весьма хороший темп благодаря своим заклятьям. Да и наместник на своём коне крутится рядом. Слишком много лишних ушей для серьёзного разговора. Даже на нисском.
   По счастью, ученик Раиссы шёл на своих двоих, и шёл как раз к ним. И судя по тому, как он был обеспокоен, у него было какое-то важное дело. Хотя, может быть, это было волнение перед скорой битвой? Он же был ещё слишком юн, чтобы идти в открытый бой, а они его уже втянули в эту кровавую пляску смерти. Но, на обычное возбуждение и мандраж это было не похоже. Слишком уж сильно он торопился. Паренёк даже помахал им рукой, как только заметил, привлекая внимание, не забыв даже негромко позвать их: - Гастор! Ланисса! Идите сюда!
   -В чём дело, Валшар. - спросила Ланисса, которая уже понимала, что ничего хорошего он ей не скажет. Всё же годы скитаний и наёмничества не проходят даром, и она уже нутром чувствовала дурные вести.
   -Я говорил с колдун-лордом. Он приказал, чтобы мы с Раиссой шли вместе с ним. Он очень сильный и опытный маг, но он сказал, что ему привычнее работать в тройке. - отрывисто выпалил юный искатель, силясь восстановить сбивающееся дыхание. - Капитан уже утвердил это решение. И представители заказчика не смогли ему возразить. Мы пойдём вместе с ним по центру. А вам приказали идти вперёд, на разведку.
   -А мы что, теперь будем без магической поддержки? И на передовой?! - возмутился Гастор. Воин и так был на взводе, а новость о том, что они должны будут идти навстречу толпе дикарей и без магов, была последней каплей. - Да что этот старый хрен о себе возомнил? Думает, мы просто смазка для мечей, пушечное мясо, которое можно пустить в расход? Да пусть он...
   -А разве это не так? Разве мы для них являемся чем-то большим, чем просто пушечным мясом? - жёстко спросила Ланисса, прерывая своего возлюбленного на полуслове. - Не будь дураком, Гастор. Мы для них никогда не станем равными. И их капитан с радостью бросит нас на растерзание орде Тарнов, чтобы сберечь жизни своих солдат.
   -Знаю. Мы же не являемся гражданами Империи. Нас даже не будут считать в потерях. - хмуро ответил её возлюбленный, смиряя свои гордыню и гнев. Потому что она была права, и он это прекрасно знал. Против фактов не поспоришь, а потому он махнул рукой, крикнув приказ остальным: - Скорее! Обгоняем этот металлолом, идём вперёд и смотрим в оба! Увидим Тарнов первыми - выживем!
   -Это не всё. Есть и хорошие вести. Очень важные. - сообщил искатель когда они по широкой дуге огибали центр отряда, понизив голос так, чтобы его могли услышать только они. И точно не смог бы услышать ни наместник, который ехал достаточно далеко, ни капитан, ни колдун-лорд, которые были достаточно близко к варджеку, чтобы звук работы механизмов боевого автоматона заглушил разговор эльфов. - Я долго советовался с Раиссой, и мы уверены, что сам Ниссор послал нам этот шанс.
   -Шанс подохнуть, сложив головы под топорами Тарнов во славу Империи, которой на нас плевать? - осведомился Гастор, скорчив кислую рожу и показывая несвойственную ему саркастичность и язвительность. Ланиссе не нравилось, когда он пытался корчить из себя оратора, лицедея или ещё кого. Она любила его таким, какой он был - сильным, простым, временами даже грубоватым, но при этом честным, жизнерадостным и страстным.
   -Шанс исполнить предсказание. То, о чём другие наши братья могли бы только мечтать. - восторженно вещал юный искатель не сбавляя шага, а его глаза уже блестели исследовательским азартом. - Мы всё проверили, насколько это было вообще возможно. Орден Искателей и множество оккультистов народа Нисс долгие века искали пропавшую реликвию. И теперь всё сходится.
   -Что сходится? - непонимающе спросила Ланисса, пока они удалялись от варджека. Потому что не зачем им соседствовать с этой вонючей, лязгающей и чадящей грудой металла, если они хотят первыми заметить дикарей. И выжить.
   -Всё! Все знаки на небе, все знамения, все приметы. То, что узрели жрецы и шаманы в видениях грядущего. То, что было записано в кодексах Панриса и Велиссы среди великих пророчеств. Всё, до мельчайших деталей. Дева с волосами лунного металла вернула к жизни кулон Ниссора, выдернув его из пучин забвения. И легионы дикарей осадили вершину, дабы свергнуть власть зимы над летом. И даже звёзды и луны на небосводе встали так, как было предсказано. Но никто не знал, где именно этому суждено случиться. Многие искатели рыщут по всему континенту, ища ключи к решению загадок прошлого, и этой в том числе. И многие команды искали пропавшие реликвии народа Нисс. И теперь, именно нам выпала эта великая честь. Если мы вернём кулон Ниссора, наши имена войдут в историю!
   -Только бы ещё дожить до этого светлого момента... - протянул Гастор, который от гнева и раздражительности уже склонялся к фатализму, граничащим с апатией.
   -Мы должны дожить и выполнить нашу священную миссию, которая была возложена на нас самими богами! - пафосно заявил Валшар, во всю размахивая руками. - Вы не понимаете, у нас просто нет выбора. Это - наше предназначение. Было предсказано, что кулон Ниссора вернётся, когда над миром нависнет великая опасность.
   -И эта штука всех спасёт, да? - на этот раз не выдержала уже Ланисса. Этот поток пафосных речей от восторженного юнца даже она была не в силах больше терпеть. - Так где была эта реликвия, когда наши боги умирали? Где была эта сила, когда Эверблайт разрушал наши города? Где был этот проклятый кулон, когда драконьи выродки и мутанты истребляли наш народ? Где, я тебя спрашиваю?
   -Смертному не дано познать божественный замысел. - ловко парировал искатель, явно не обираясь сдаваться. - Если они пожелали, чтобы кулон Ниссора вернулся именно сейчас, на то есть причины. С его помощью мы сможем уничтожить Легион Эверблайта и вышвырнуть полчища Скорн обратно, за Разлом. Вы сами видите, что с его помощью сделала одна человеческая ведьма. И если, не приведи Ниссор, эта реликвия окажется в руках богомерзких некромантов Крикс, или ещё кого похуже, весь Имморен будет обречён сгинуть во льдах бесконечной зимы.
   -Хватит! И без твоих речей тошно! - злобно рявкнул Гастор, беря в руки лук и готовясь встретить врага. - Говори по делу, или проваливай под юбку к этой старой ведьме, сопляк. Нам убивать эту их герцогиню, или как.
   -Мы с Раиссой не верим, что она отдаст кулон Ниссора добровольно. Люди слишком жадные существа, особенно когда дело касается силы и власти. - совершенно спокойно ответил Валшар, но уже без былого задора. Всё же слова воина задели этого молодого арканиста за живое. - Скорее всего, она встанет в позу, будет сопротивляться или попытается сбежать. Так что убьём её. Кулон Ниссора дороже любой крови, которую вы можете пролить сегодня. И заказчик останется доволен.
   -Пусть будет так. - кивнул Гастор, доставая стрелу из колчана за спиной и укладывая на лук, продолжая говорить всё так же негромко, при этом пристально глядя куда-то вперёд. - А теперь возвращайся к остальным и передай капитану, что у нас гости.
   Искателю не нужно было повторять дважды, и он бегом кинулся назад, навстречу остальным силам. Ниссы же доставали луки и, повинуясь жестам Ланиссы, осторожно смещались влево, поближе к южному склону. Потому что она тоже заметила странные зеленоватые отблески ближе к вершине. А это означало, что Тарны и ведущие их друиды были предупреждены об их появлении, и о том, чтобы в очередной раз ударить в тыл дикарям речи и быть не могло. И этот бой будет очень тяжёлый.
  
   Ханс ехал на своём коне неподалёку от капитана, погружённый в раздумья. Он пытался осмыслить то, что услышал от колдун-лорда и магов Нисс, а так же все остальные события этой ночи в свете новой информации. И эти мысли вгоняли его в глубокое уныние. Даже тот факт, что с ним до сих пор оставалось больше половины добровольцев и все стражники замка Аренделл, которые были согласны идти за ним хоть на вершину Седой Горы, хоть в жар великой пустыни, хоть на приступ удерживаемого фанатиками Леруина, не мог воодушевить его. Потому что теперь всё обретало совершенно иной смысл, встав с ног на голову.
   Старая Ведьма Харова действительно заколдовала их. И его, и, в первую очередь, карателя. Молодому кастеляну пришлось выслушать целую лекцию от юного эльфийского арканиста, который изо всех сил пытался объяснить ему природу магии. Из всего этого потока информации, который был вывален на столь неподготовленного слушателя, Ханс понял только то, что магическая энергия происходит из Уркаэна - тонкого плана бытия, мира духов и обители богов. Все без исключения колдуны являются проводниками этой энергии в материальный мир, и именно благодаря этому могут творить всевозможные заклинания.
   И теперь эта энергия доступна и ему. Всего несколько часов назад это казалось немыслимым, но теперь это был свершившийся факт. Он теперь тоже являлся источником магической энергии, как и любой другой чародей. Только его сила была обличена в стихию огня, что ограничивало форму её проявления, но это именно она была причиной того сгустка пламени, что сжёг дикаря, до которого он не смог дотянуться своим клинком. Волнение, напряжение и отчаянное желание сразить врага, подстёгиваемые яростью битвы, позволили этой энергии вырваться наружу, даже без специальных знаний, подготовки и начальной тренировки. А его меканический меч сыграл роль проводника и преобразователя, сформировав из этой энергии примитивный огненный шар, который оказался весьма эффективным, даже не смотря на свою простоту.
   Но если с ним самим всё было достаточно просто, то с Красновым всё было намного сложнее. Варкастер, как объяснил эльфийский юнец, является источником сырой магической энергии в её изначальной форме, которая и позволяет ему творить все то, на что не способен ни один другой чародей. Этой энергией питаются системы его доспехов, создавая мощное защитное поле, заряжается его оружие, повышая точность и убойную силу, ускоряются его рефлексы и главное - напитывается кортекс варджека, благодаря чему обычно неуклюжие движения массивного конструкта становится быстрее и точнее, чем можно ожидать даже от лучших фехтовальщиков. А дополнительные заклятья превращают эти одиннадцать тонн стали в поистине неудержимую машину смерти. Но за такие возможности ему приходится платить тем, что он ограничен в количестве доступной ему энергии. Другие маги могут усилием воли превысить этот лимит, зачерпнув больше силы и творя более сложные и могучие заклятья, но при этом рискуя потерять контроль над этой энергии, со всеми вытекающими из этого плачевными последствиями. Но теперь, Краснов находился посередине между этими двумя группами колдунов. Эльф сказал, что он от природы очень чувствителен к любым проявлениям магии, и что он видит это так, будто к капитану теперь идёт дополнительный поток энергии, не такой чистой, чтобы он смог пользоваться ею, как обычно, но вполне подходящей для чародейства и плетения заклинаний. Переводя это на язык нормальных людей, каратель остался на прежнем уровне возможностей как варкастер, но стал значительно сильнее как колдун. И теперь он может напитать энергией больше заклятий одновременно.
   Теперь было понятно, что имела в виду Старая Ведьма Хардова, говоря о помощи в грядущей битве. Но если с карателем всё было очевидно, то случившееся с самим Хансом вызывало у него больше вопросов, чем ответов. Что толку с обретённой им силы, если он не умеет ею пользоваться и понятия не имеет, как ею управлять. Да он даже не знает, сможет ли он её контролировать. И эта неопределённость вселяла страх в его сердце. Потому что он знал, что ждёт несанкционированного колдуна в любом государстве. Что Хадор, что Сигнар, что Орд - нигде не церемонились с необузданными магами, которые были опасны для окружающих. Ковен Серых Владык, Братский Орден Магов, Инквизиция и орден Иллюминати - все они исполняли функции контроля над колдунами. И теперь он стал их целью. От одних названий этих организаций непосвящённого бросало в дрожь, но кастелян Южной Хезы, как дворянин, офицер королевского флота и просто любознательный человек, знал несколько больше. И это знание не несло ему радости.
   Братский Орден Магов - формальное объединение всех чародеев Железных Королевств. Рождённый в мрачные времена Восстания, он долгие годы оставался монополистом на применение магии, диктуя свою волю даже королям. И пускай его влияние уже не то, что прежде, а подготовкой ганмагов, варкастеров и других колдунов теперь, по примеру северян, занимаются военные академии, но орден до сих пор очень силён. Это как ещё одно государство, рассыпанное по территории остальных королевств своими твердынями, представительствами и школами, со своей армией и полицией, не допускающее посторонних в свои дела. В этом с магами могли посостязаться только алхимики Ордена Золотого Тигля, которые некогда владели монополией на производство пороха и вообще любых химикатов и реагентов, защищая свои производства и секреты армией, которая не уступала многим королевским полкам. Хадорцы скинули власть Братского Ордена Магов, выковав Ковен Серых Владык, который держал не только полную монополию на магию в Империи, но был её неотъемлемой частью. На его поддержку опиралась и промышленность, и армия, а его колдуны были и контрразведкой, и тайной полицией, и инструментом политических интриг, и орудием устрашения и укрепления власти Императрицы на оккупированных территориях. Северяне вообще были настоящим проклятьем для всех не подконтрольных им монополий, стирая их с лица земли в своих владениях. Орден Золотого Тигля до сих пор не оправился после потери своей штаб-квартиры в Леруине и всех производств в Ллаэле, которые теперь работали на Империю. Да и для Братского Ордена Магов уничтожение их твердыни в Меруине было весьма болезненно.
   Инквизиция и орден Иллюминати стояли особняком. Это были карательные организации, созданные специально для противодействия магам. Иллюминати отделись от Братского Ордена Магов свыше трёхсот лет назад. Причины этого до конца не ясны, но ходили слухи о коррупции, внутреннем расколе и борьбе за власть внутри Ордена, в которой применялись даже тёмная магия и запретные заклятья наравне с подкупом и убийствами. И из этой смуты родился орден охотников на колдунов, который быстро взяла под своё крыло церковь Морроу. И пускай в их рядах практически не было чародеев в виду застарелой вражды с Братским Орденом Магов, их методы и средства были достаточно эффективны. Инквизиция же была создана двести лет назад королём Сигнара после вспышки ведьмовства. Подробности тех событий вообще мало кому известны, но говорят, что несанкционированные маги, колдуны, ведьмы и некроманты в те дни лезли буквально отовсюду, как грибы после дождя. С тех пор Инквизицию дважды запрещали и разгоняли, а потом создавали вновь. Король Винтер Реалтон четвёртый, ныне свергнутый и изгнанный правитель Сигнара, сделал из Инквизиции свою собственную тайную полицию, направив всю её мощь на проведение политических чисток и репрессии. Его младший брат Лето поначалу очередной раз разогнал Инквизицию, но восстановил её вскоре после начала войны. И теперь её агенты не только охотились на ведьм, но так же выискивали предателей и шпионов наравне с контрразведкой.
   И теперь для каждой из этих организаций он - цель. А с учётом политической ситуации, только Братский Орден Магов может оставить его в живых, заточив в одной из своих твердынь до тех пор, пока его не сочтут безопасным и не выдадут соответствующую лицензию. Остальные же его просто казнят, если узнают о его магических способностях. Потому что даже громкая фамилия и титул не гарантировали спасения, когда вопрос касался магии. Максимальное снисхождение, которое теоретически можно было ожидать - арест и выдача Братскому Ордену Магов для прохождения подготовки. И это ещё очень хорошо, что Ниссы не рассказали об этом колдун-лорду, который просто констатировал, что ни наместник, ни капитан не находятся под воздействием какого-либо постороннего заклинания.
   Но он нашёл следы тёмной магии, которая коснулась карателя. Старый чародей сказал, что, судя по остаточному фону, в разум варкастера были внедрены новые воспоминания, и причём довольно грубо. Хотя, его сознание, восприятие и остальные воспоминания повреждены не были. Словно тот, кто наложил на него эти чары, точно знал, что именно нужно сделать, чтобы не навредить его разуму, но действовал в спешке, а потому не особенно заботился о тех крайне болезненных ощущениях, которые в это время пришлось испытать Краснову.
   Теперь же перед Хансом стояла очень сложная дилемма. Подавлять