Кротов Сергей Владимирович: другие произведения.

Чаганов: Война- Часть 3

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Загадка Лукоморья
  • Аннотация:
    Книга пятая, часть третья.


   Чаганов: Война. Часть 3.
  

   Глава 1.
  

   Финляндия, Выборгский залив.
   район острова Койвисто.
   31 января 1940 года, 21:10.
  

  - Сюда, товарищ лейтенант,- сопровождающий приподнимает кусок брезента, лежащий на высоком сугробе, яркий в ночной темноте луч света, вырвавшийся наружу, слепит обоих,- голову поберегите.
  - Товарищ полковник,- громко рапортует вошедший в сторону тёмной фигуры, возившейся у жарко натопленной железной печки, в центре землянки,- командир сводной роты морской пехоты Тихоокеанского флота лейтенант Бойченко прибыл в ваше распоряжение.
  - Я- младший лейтенант Лиханов, командир сапёрного взвода, а товарищ полковник отдыхает,- машет он куда-то в бок.
  - Полковник Мамсуров,- сбрасывает с себя полушубок и рывком садится на топчане широкоплечий начинающий седеть брюнет,- вы опоздали на час и десять минут, лейтенант.
  - Виноват, товарищ полковник, последние десять километров пришлось идти на лыжах...
  - А мне вас рекомендовали как хорошо подготовленного командира,- резко перебивает его Мамсуров, внимательно глядя на Бойченко,- учтите, я нянчится ни с кем не собираюсь, предупреждаю об этом вас в первый и последний раз. Сколько бойцов вместе с вами?
  - Шестьдесят два, товарищ полковник.
  - Кричевский! Вацлав!- кричит полковник с места, из-за полога появляется обветренное лицо провожающего,- устройте людей лейтенанта.
  - Уже, греются в сарае.
  - Хорошо, тогда прошу к столу,- Мамсуров раскрывает свёрнутую пополам карту,- мы находимся вот здесь, на острове Безымянный. Это финский остров, необитаемый, но из-за того, что он такой маленький метров 800 на 200 в самом широком месте постоянного гарнизона на нём нет. Раньше здесь был пограничный пост, который на ночь уходил на остров Койвисто, но вот уже с месяц- никого. В этом узком до полукилометра проливе, который отделяет его от Безымянного, довольно сильное течение и поэтому даже в эти морозы очень тонкий лёд...
  - У берега сантиметров 40-45, а в середине пролива даже полыньи встречаются под снегом,- подтверждает словоохотливый лейтенант.
  - ... Остров Койвисто,- чеканит слова Мамсуров, сурово взглянув на недавно призванного в армию сапёра,- на нём расположены две финские береговые батареи 254-х и 152-х миллиметровых пушек. На этом полуострове, тоже Койвисто, ещё одна- третья. Все они являются нашей целью... Для уничтожения этих и других береговых батарей, расположенных на северном побережье Финского залива, будет привлечена авиация Ленинградского военного округа и Балтийского флота. Воздушные удары начнутся в пять часов утра 2 февраля...
  - Наконец-то,- вырывается у Лиханова, он тихонько подталкивает морпеха в плечо.
  - ... Наша задача,- продолжает Мамсуров,- дать при помощи огней целеуказание бомбардировщикам, батареи хорошо замаскированы в хвойных лесах и на этой карте их расположение показано приблизительно. О первых двух достоверно известно лишь то, что они расположены на юго-восточной оконечности острова Койвисто в двух километрах от деревни Саренпя. Местоположение третьей батареи известно точно- на берегу залива неподалёку от железной дороги Ленинград- Выборг у станции Куолемаярви. Для выполнения задачи сегодня и завтра в течении тёмного времени суток взвод лейтенанта Лиханова начинает разминирование подходов к каменным надолбам, здесь и здесь в стороне от дзотов, и обеспечивает проходы в проволочных заграждениях...
  - Товарищ полковник,- не выдерживает сапёр,- я считаю, что из-за высокого снежного покрова в этих местах разминирование вряд ли возможно, да и не нужно, снег сильно уменьшает давление на взрыватель мины.
  - ... Хорошо, под вашу личную ответственность,- тяжело вздыхает Мамсуров,- учтите, товарищ лейтенант, если кто-нибудь из моих диверсантов или морских пехотинцев подорвётся на мине, то я по законам военного времени расстреляю вас перед строем. Товарищ Бойченко, вы будете прикрывать сапёров, в случае их обнаружения отвлекаете противника огнём. Надеюсь, что этого не случится, так как это поставит под угрозу выполнение боевой задачи.
  * * *

  Ленинградская область,
  Район станции Лебяжья.
  1 февраля 1940 года 19:00.

  - Товарищи,- напрягает голос капитан Филатов, пытаясь перекричать железнодорожные шумы у себя за спиной,- слушайте приказ командующего Северо-Западного фронта...
  Сдавленный гул проносится на пристанционной площади.
  - ... командарма второго ранга Захарова и члена военного совета товарища Жданова...
  Тусклый свет фонарей неясно освещает шеренги танкистов в чёрных стёганых штанах, бушлатах и утеплённых шлемах, тёмные силуэты танков за их спинами лишь едва угадываются.
  - 'Терпению советского народа и Красной армии пришёл конец. Пора проучить зарвавшихся и обнаглевших политических картёжников, бросивших наглый вызов советскому народу, и в корне уничтожить очаг антисоветских провокаций и угроз Ленинграду! Товарищи красноармейцы, командиры, комиссары и политработники! Выполняя священную волю Советского правительства и нашего великого народа, приказываю: войскам Северо-Западного фронта перейти границу, разгромить финские войска и раз и навсегда обеспечить безопасность наших границ и города Ленинграда- колыбели пролетарской революции. Мы идём в Финляндию не как завоеватели, а как друзья и освободители финского народа от гнёта помещиков и капиталистов. Мы идём не против финского народа, а против правительства, угнетающего финский народ и спровоцировавшего войну с СССР. Мы уважаем свободу и независимость Финляндии, полученную финским народом в результате Октябрьской революции. За нашу любимую Родину! За великого Сталина! Вперёд сыны Советского народа, воины Красной Армии, на полное уничтожение врага'!
  Комбат опускает листок сприказом, в который ни разу в течение своей речи не заглянул.
  - Вольно, разойдись! Командиры рот ко мне.
  * * *
  - Мехкорпус получил задачу,- обступившие Филатова командиры склоняются над картой,- форсировать Финский залив, захватить посёлок Ино, вот здесь, и оседлать приморскую железную дорогу. Затем во взаимодействии с частями 7-ой армии наступать вдоль неё на Выборг и далее на Хельсинки. Наш батальон идёт в авангарде мехкорпуса сразу за разведротой мотострелков взводом сапёр, которые уже проверили путь. Толщина льда по маршруту достигает 80 сантиметров, этого достаточно чтобы выдержать наши танки, конечно, при условии соблюдения между ними установленной дистанции. Ледовая дорога очищена от снега тракторами до берега за исключением последнего километра, чтобы раньше времени не раскрыть свои планы. В местах, где лёд ещё недостаточно крепок установлены деревянные настилы, рядом с которыми будут регулировщики из штаба корпуса. Предупреждаю: ни в коем случае не уходить с полосы влево... Если лёд затрещит,- не останавливаясь, делать поворот вправо и полным ходом идти обратно. Не доходя до белофинского берега, остановиться и тщательно просмотреть берег на предмет поиска удобных выходов на него. Дождаться сигнала от корпусной разведки- две зелёные ракеты, это означает, что сапёры проверили толщину льда, обычно лёд у берега толще, чем на глубине. По этому сигналу вперёд колонны выходят трактора с треугольными снего-отвалами, за ними- танки. В случае если противник обнаружит пехоту и откроет по ней огонь, поротно разворачиваемся в боевой порядок: первая рота направо от дороги, вторая налево, третья и четвёртая соответственно и на максимальной возможной скорости идём на штурм. По данным разведки никаких надолбов и минных полей на участке от Ино до Сартавала нет, имеются лишь обычные проволочные заграждения и пограничная стража. Берег пологий, песчанный. Напоминаю об особой важности поддержания постоянной радиосвязи как внутри рот, так и со штабом батальона.
  - Здравствуйте, товарищи,- в дверях появляется жилистая фигура командира 25 механизированного корпуса комдив Соломатин в сопровождении незнакомого капитана,- Филатов, пусть твои люди подождут пока в коридоре.
  - Покурите на перроне,- кивает комбат подчинённым.
  - Знакомься, капитан Маргелов, командир отдельного лыжного батальона,- хмурится Соломатин,- командующий фронтом поставил перед нами задачу обеспечить ему выход к железнодорожной станции Ино. Маргелову выделен автотранспорт для перевозки, он пойдёт в твоих тылах. Дальше ваши пути расходятся, лыжный батальон идёт на восток в сторону Терийоки.
  * * *
  - Хорошие у тебя ребята, Маргелов,- прощаются два комбата у развалин старого форта, а мимо них мелькают белые фигуры с вещмешками и карабинами за спиной из передового охранения лыжного батальона.
  - Сам отбирал,- польщённо кивает тот, поправляя глубокую деревянную кобуру от маузера,- все спортсмены- лыжники, даже мастера спорта имеются.
  - Слушай, а что это за карту такую диковинную, ты из валенка доставал?
  - А эта,- Маргелов вытаскивает из-за голенища блеснувшую в лунном свете карту на вощённой бумаге,- финская, туристическая в Ленинграде в магазине купил, подробная, лучше нашей из разведотдела. Комиссар, дай-ка свою такую. Вот, это моя благодарность тебе за помощь, капитан. Значит, чтоб удача тебе не изменяла, надеюсь встретимся ещё. Пора мне, а то боюсь не догоню своих орлов.
  - Спасибо, тебе тоже, бывай,- Филатов смотрит вслед поднимает голову к небу, прислушиваясь к новому шуму в добавок к рёву двигателей , выходящих на берег танков,- наши... ТБ-3.
  * * *
  - Товарищ капитан, нашли,- изо рта высокого широкоплечего разведчика валит пар,- нашли их логово, там, где вы и отметили на карте. В сосновом бору, на вершине холма... большая бревенчатая изба, крыша черепичная на ней огромная антенна и рядом на земле несколько высоких, столбы с проводами, похоже по ним электричество получают, дальше караулка. Проволочные заграждения вокруг, по дорожке ходят двое часовых. Расчищенная дорога ведёт вниз в Терийоку, на ней следы от автомобильных шин.
  - Веди,- сильно толкается лыжными палками комбат.
  * * *
  - Перед нами пункт радиоперехвата финской армии,- шепчет Маргелов, сгрудившимся вокруг командирам,- который шпионит за нашими войсками и флотом. Командующий фронтом поставил перед нами задачу захватить его, но захватить так, чтобы ни один волос не упал с тех, кто нём служит, за исключением наружной охраны, конечно. В целости и сохранности должны остаться не только люди, но и вся техника, что имеется на объекте и вся документация. Ни один листок бумаги не должен быть уничтожен. После штурма батальон занимает круговую оборону до момента соединения с частями Красной Армии. Штурмовать пост будет разведвзвод лейтенанта Петрова, первая рота седлает дорогу, вторая- держит оборону по периметру.
  
  Ленинград, Штаб Ленинградского военного округа,
  Площадь Урицкого, 10.
  2 февраля 1940 года, 03:45.
  

  - Товарищ Голованов,- член Военного совета Северо-Западного фронта Жданов нервно облизывает пересохшие губы,- объясните мне из каких таких соображений вы выбирали цели подчинённой вам авиации. Почему надо в первую очередь надо бомбить какие-то береговые батареи по всему побережью Финского залива, если весь Балтийский флот, по крайней мере, ещё месяц будет прикован к своим базам? Разве не умнее было бы заняться сперва бомбардировкой финских войск на Карельском перешейке?
  Захаров опускает голову, делая вид, что читает, лежащий перед документ.
  - Военная наука говорит, что нет, не умнее,- начальник ВВС, не дождавшись поддержки от командующего, отвечает сам,- она утверждает, что на первом этапе при таком численном преимуществе над финской авиацией нам следует сосредоточиться на завоевании господства в воздухе. Для этого мы должны разделить наши силы в определённой пропорции по двум задачам: нанесении ударов по аэродромам и противовоздушной обороне противника, а также защитой своих баз.
  - Какое отношение береговые батареи имеют к финской авиации?- бледное лицо секретаря ЦК стало ещё белее.
  - Они имеют отношение к противовоздушной обороне противника, товарищ Член военного совета. Эти батареи защищают крупные укреплённые районы, вокруг таких городов как Выборг, Хельсинки, причём в свою очередь защищены зенитными батареями. Причём почти все береговые батареи могут обстреливать не только море, но и сушу, так что косвенно при их атаке мы оказываем поддержку и нашим сухопутным войскам...
  - Понимаю,- немного успокаивается Жданов и делает маленький глоток из стоящего перед ним стакана с водой,- как вы, товарищ Голованов, вообще оцениваете финскую авиацию?
  - Организационно боевая авиация Финляндии делится на три полка. Первый находится возле Выборга, в его составе около 80 самолётов, в основном бипланы голландского производства устаревших конструкций...
  - Учтите, что с началом боевых действий количество самолётов у финнов может сильно увеличиться, капиталисты всех стран не упустят момент, чтобы навредить Советскому союзу...
  - Да, мы учитываем такую возможность, товарищ Член военного совета, все цифры я привожу по данным воздушной разведки на текущий момент... Этот полк отвечает за непосредственное прикрытие войск противника. Второй полк, который находится между Хельсинки и Выборгом, примерно в 20 километрах севернее Котки, имеет на вооружении около 60 современных истребителей-монопланов. Он отвечает за противовоздушную оборону Финляндии. Наконец, третий авиаполк, бомбардировочный находится у города Иматра, что в 60 километрах от Выборга и предназначен для действий по тылам противника. В его составе около 20 двухмоторных английских бомбардировщиков. Ещё на вооружении противника до 40 гидросамолётов, разбросанных по всей стране от Аландских островов до Печенеги. Как показывает авиаразведка большинство самолётов противника на сегодня оснащено лыжами и рассредоточено по полевым аэродромам, в качестве которых выступают замёрзшие озёра...
  - Так что же вы собрались бомбить, озёра?- снова хмурится Жданов.
  - Штабы на базовых аэродромах и самолёты на выявленных полевых. Так как все они находятся в зоне видимости наших радиоуловителей, мы сможем засекать места их взлётов и посадок, а также перехватывать самолёты противника в воздухе.
  * * *
  - Уходят вроде, товарищ полковник,- шепчет Бойченко, прислушиваясь к затихающему гулу самолётов, снимает каску и сдвигает набок шерстяной подшлемник.
  - Это не наши,- Мамсуров напряжённо глядит в бойницу 'крепости', сооружённой сапёрами из, вырезанных в слежавшемся снегу, 'кирпичей' в двухстах метрах от острова,- нашим ещё рано.
  - Товарищ полковник,- в 'крепость', потолок которой составляла белая простыня, вползает возбуждённый Лиханов,- прошли наши, хорошо прошли!
  - Тихо! Сам вижу,- резко обрывает его Мамсуров, бросив быстрый взгляд на фосфоресцирующие стрелки своих часов.
  - Бойченко,- шепчет сапёр, толкая в бок лейтенанта,- а бомберы-то наши не заблукают, ночь всё-таки, как думаешь?
  Полковник, не поворачиваясь, с размаху бьёт сидящего на корточках Лиханова по лбу кулаком, тот от неожиданности валится на спину.
  - Ещё одно слово,- так же не поворачиваясь шипит он,- пристрелю. Сапёр сзади обиженно засопел.
  - Букет, ответьте садовнику, приём,- полковник надевает наушники, висящие на шее, и щёлкает тангентой, подключённой к портативной радиостанции,- где бобры? Понял, отбой. По местам, готовность десять минут, сверим часы, сейчас 5: 50... Через несколько минут Бойченко, энергично работая локтями и коленями, уже почти достиг места, где в сугробах притаились его бойцы, когда в небо с громким шипение взвились две сигнальные ракеты- зелёная и красная.
  Вскоре плавно спускающийся к морю каменистый берег, поросшего высокими елями острова, окрасился яркими синеватыми огнями. За несколько минут очаги пламени разрослись и пожелтели, охватив кроны деревьев. Со стороны острова донеслись далёкие крики, заглушаемые хлёсткими выстрелами. В тот же момент возле пылающих елей как шляпки грибов стали вспухать и расти кверху мигающие серые облака, а через пару секунд по ушам больно ударила взрывная волна.
  - Вперёд!- громко крикнул Бойченко, напрягая все силы и не прячась, то и дело проваливаясь в высоком снегу, он побежал по направлению к приметным надолбам на берегу.
  'У-2',- мелькнуло в мозгу удивлённого морпеха, когда над головой промелькнули хорошо узнаваемые силуэты самолётов, подсвеченные неровным светом горящих деревьев.
  * * *
  - Это чем же мы их так?- повторяет, сидящий на бетонном бортике артиллерийского дворика, Лиханов, потрясённый видом валяющихся тут и там обгоревших тел артиллерийской прислуги.
  - Товарищ лейтенант,- к Бойченко подбегает боец в порванном на локтях маскхалате,- в башне есть живые...
  - Веди сюда.
  - ... они это, не могут идти, контуженные из ушей и носа кровища, головой трясут, ползают по полу, тыкаются в стены, не видят, похоже, ничего.
  - Дзот на берегу сгорел, живых тоже нет... На шестидюймовой батарее никого не осталось, повреждён ствол одного орудия,- понеслись доклады от командиров взводов.
  'Вот тебе и У-2,- лейтенант привычным движением забрасывает самозарядку за спину,- техника стоит целая, а живую силу пожгло всю, действительно, чем это мы их'?
  Откуда-то из глубины острова раздалась пулемётная очередь.
  - Товарищ полковник,- Бойченко обращается к Мамсурову, что-то говорящему обступившим его штатским в военной форме,- разрешите продолжить выполнение задачи?
  - Давай лейтенант, удачи, весь остров прочесать, чтобы ни один... Лиханов, хватит сиднем сидеть, проверить и восстановить, если потребуется, все огневые точки. Выполнять!

  Хельсинки, Брюнспарк,
  Министерство обороны.
  2 февраля 1940 года, 10:00.

  - Господин министр,- разменявший восьмой десяток бодрый и подтянутый Маннергейм выглядел моложе своего пятидесятилетнего собеседника,- я явился сюда чтобы возложить на себя обязанности главнокомандующего финской армии.
  - Прошу вас, фельдмаршал, присаживайтесь,- министр обороны Ниукканен указывает дрожащей рукой на стул,- мне кажется вы немного торопитесь...
  - Я расцениваю бомбардировки наших береговых батарей Россией как объявление нам войны,- презрительно поджимает губы Маннергейм, оставаясь стоять,- со мной письменное распоряжение президента Свинхувуда об автоматическом назначении меня главнокомандующим в случае войны.
  - Но позвольте, барон,- министр обороны 'пускает петуха',- Россия не объявляла нам войны, возможно это всего лишь провокация русских, давление на нас с целью получения уступок на переговорах. Кроме того, я не уверен, что президент Каллио и премьер Каяндер готовы согласиться с вашим назначением. Прошу понять меня правильно, но по данному вопросу должно быть решение действующего президента, поддержанное голосованием кабинета министров.
  - Но промедление в этом вопросе, может иметь непоправимые последствия для нашего государства...
  - Я немедленно свяжусь с президентом по данному вопросу, фельдмаршал,- голос Ниукканена обретает твёрдость,- правила должны быть соблюдены.
  - Позвольте мне хотя бы ознакомиться с данными Генерального штаба о текущем положении на границах.
  - Моё разрешение не требуется, фельдмаршал, запросите их в установленном порядке, вы имеете на это право, ведь вы председатель Совета Обороны,- наклоняет голову министр показывая, что аудиенция закончена.
  * * *
  - Толмачёв, переводи,- Маргелов сбрасывает маскхалат на пустой письменный стол, занимающий половину тесной комнатки с маленьким окошком под потолком, и садится на единственной стул,- фамилия, звание, должность.
  - Майор Халламаа, комендант данного пункта армейской связи,- опережает переводчика плотный финн с кровоподтёком под правым глазом и руками, связанными за спиной,- я говорю по-русски.
  - Пункта связи, говоришь, ну-ну,- довольно улыбается капитан, сличая фотографию на документах и оригинал,- а у меня есть другие сведения.
  Лицо майора закаменело, сзади скрипнула дверь и в комнатку заглядывает комиссар.
  - Вот смотри, Иван Петрович, какого жирного гуся мы с тобой ущучили. Перед нами сам майор Рейно Халламаа, начальник отдела радиоразведки финского Генерального штаба. Глаз с него не спускать, Толмачёв, увести. Давай, комиссар, показывай, что тут ещё у нас в сети попалось.
  - Приёмники, товарищ капитан, американские, - глаза батальонного радиста горят,- 'Натионал НэХэ- 100', сорок штук и один радиопеленгатор 'Маркони', два мощных радиопередатчика, один коротковолновый. Две шифровальные машинки, одна совсем новая.
  - Люди?- Маргелов оборачивается к лейтенанту Петрову.
  - Двенадцать операторов, работали по четыре часа в сутки, трое дешифровщиков, один из них профессор математики, два шифровальщика, три офицера...
  - Хорошо, офицеров отделить, остальных- в сарай под замок,- комбат обводит взглядом большую комнату, уставленную радиоаппаратурой,- а наше радио тут послушать можно?
  - Конечно,- радист щёлкает тумблером и крутит ручку настройки приёмника.
  '... Образование Народного Правительства Финляндии,- в комнате зазвучал бархатный голос диктора Левитана,- сегодня в городе Терийоки'...
  - Терийоки, слышали это ж где мы...
  - '... по соглашению ряда левых партий и восставших финских солдат образовано народное правительство Финляндской Демократической республики. В его состав вошли-Отто Куусинен, председатель правительства и министр иностранных дел, Маури Розенберг- министр финансов'...
  * * *
  - Дозорный, больше ход,- поправляет очки командир танковой роты старший лейтенант Иванович, заметив, что расстояние между ним и разведчиками начинает сокращаться. 'До Сартавала ещё километров восемь,- думает он, упираясь руками в крышку люка и напряжённо всматриваясь в еловую стену справа, начинающую розоветь на самом верху, мимо которых несётся его радийный БТ-7,- хорошо бы успеть подойти к посёлку до рассвета'. Комроты снимает рукавицу, лезет в карман комбинезона, надетого поверх ватника и бросает в рот кусочек шоколада.
  'Горький,...- морщится он,- но работает что надо. Почитай, уже десять часов в машине, а голова свежая, никакой усталости. Годная штука, слышал, что только для лётчиков и нас танкистов, да и то не для всех, только тех, кто служит в мехкорпусах. Ценят нас... а что, такое задание обычной танковой бригаде не дашь... форсировать по льду Финский залив, выйти на приморское шоссе, совершить марш по нему на запад и, преодолев оборону противника в Сартавала и Сейвясте, к полудню завязать бои на основной линии обороны финнов у Маурилы. А что, силёнок у нашей... 'тактической группы', раньше и не слыхали про такие, предостаточно: восемьдесят танков нашего батальона, дивизион гаубиц, батальон мотострелков на тяжёлых грузовиках и разведрота на бронемашинах. Это если не считать сапёрную и автомобильную роты. Всё своё везём с собой: и горючее, и боеприпасы, и питание. А в случае чего и мост можем починить, и дорогу от мин и снега расчистить. Во главе нашей ТГ- капитан Филатов, герой Халхин-Гола, уважает его командир мехкорпуса, поэтому и ставит перед нами самые ответственные задачи. Считаю, что сам-то он будет ожидать подхода главных сил корпуса у Ино, а уж затем стает двигаться вслед за нами. Хотя откуда мне знать, вполне может так статься, что главные силы ударят финнам в тыл'...
  - Товарищ старший лейтенант, мины на дороге,- в шлемофоне Ивановича раздался встревоженный голос командира разведчиков,- дальше за ними лесной завал.
  - Чёрт,- комроты щёлкает тумблером на рации,- комбат, минированный лесной завал впереди.
  - Всем стоп,- мгновенно реагирует Филатов,- командир сапёрной роты, организовать разведку проходов через минное поле. Там справа по карте болото отмечено, проверь, может быстрее будет обойти по нему этот участок, если выдержит танки. Мотострелки, занять оборону на опушке леса. Остальным- усилить наблюдение за воздухом, быть готовыми к атаке спереди, флангов и тыла.
  * * *
  - Сможешь разминировать, лейтенант?- танк Ивановича вплотную подъезжает к месту остановки головного отряда.
  - Попробую,- неуверенно отвечает тот, не отрывает головы от круглой металлической, припорошенной снежком мины, похожей на большую перевёрнутую эмалированную тарелку,- только я с такими раньше не встречался, наверное- английские.
  'Брёвна толстенные, свежий спил. Ох намучаемся мы с ними пока столкнём с дороги. Попробовать через болото',- крутит головой комроты.
  - Товарищ командир,- на полотно дороги взбираются два сапера в наушниках, с тяжёлыми рюкзаками за спиной и длинными металлическими штангами с кольцом на конце,- есть проход!
  - Точно?- строго спрашивает их командир, поднимаясь с колен.
  - Точно, миноискатель не врёт,- любовно поглаживает штангу высокий розовощёкий сапёр,- мы его флажками пометили.
  - Надо ещё лёд на болоте проверить,- крутит головой лейтенант, ища заместителя- так, старшина возьми двух бойцов и быстро за пешнями...
  - Постой, лейтенант,- останавливает его Иванович,- Преображенский, как думаешь, твои разведчики на БА-30 смогут пройти?
  Откуда-то из-за завала послышались одиночные выстрелы, командир сапёров, стоящий спиной к завалу, дёргает головой, и начинает валиться на комроты.
  - Ложись,... все за броню,- кричит комроты, бросаясь на землю, ему на ноги падает тело лейтенанта.
  Преображенский ныряет в открытую дверь броневика, ревёт, работающий на холостом ходу, двигатель и грозная машина мягко скользит на лыжах по пологому склону вниз, оставляя за собой на снегу гусеничный след. Колонна взрывается пулемётными очередями и пушечными выстрелами.
  - Прекратить огонь,- несётся по радио команда Филатова, через минуту стрельба наконец прекращается,- командиры подразделений, у меня через десять минут. Последними в высокий штабной фургон на базе ЗИС-5 поднимается запыхавшийся командир артдивизиона.
  - Опаздываете, капитан Корейский,...- хмурится командир группы, дожидаясь пока тот втиснется между командирами танковых рот, сидящих на узкой скамейки вдоль борта.
  Когда Филатов сердился на кого-нибудь он переходил с провинившимся на вы.
  -...Докладывай, Преображенский.
  - Болото замёрзшее, товарищ капитан,- заторопился командир разведбата,- танк держит. Дальше за завалом ручей, мост через него взорван, на той стороне проволочные заграждения и эскарп, за ним позиции пехоты. По моему броневику огонь открыли два станкача, точно били надо отметить, так что делаю вывод артиллерии у них на этом участке нет...
  - Младший лейтенант,- Филатов переводит взгляд на пожилого сапёра из штатских, заменившего убитого командира,- тебе долго мост наводить?
  - День, не меньше,- неторопливо отвечает тот.
  - Ясно,- насупился капитан, гоняя языком потухшую папиросину из одного угла рта в другой, слушайте, чего я командовать буду.
  - Преображенский, продолжай выявлять огневые точки противника. Иванович, ищи по флангам подходящее место, где танки пройдут, надо обходить эту позицию, надеюсь на тебя, так как возиться со взрывом эскарпа и строительством аппарели времени у нас нет. В крайнем случае будешь обходить позицию по льду залива. Капитан Корейский, ваш дивизион организует короткий артиллерийский удар по позициям противника. Вторая танковая рота, поддержишь его огнём прямой наводкой. В это время мотострелки силами роты под прикрытием брони выходят на берег и броском форсируют речку, накапливаются у эскарпа, затем по окончанию артподготовки- атака. На подготовку даю два часа. Время начала операции 12:00. Остальным не расслабляться, проверить технику, дозоры по обе стороны дороги. Свободны.
  Разом поднявшиеся с места командиры занимают всё пространство фургона.
  - Петрович,- дождавшись когда все выйдут, Филатов поворачивается к начальнику штаба танкового батальона,- доложи обо всём наверх и это, лично проверь связь со всеми подразделениями. А я проеду вдоль колонны, посмотрю... Растянулись мы шибко, километров на пять, думаю...

  Выборгский залив, остров Койвисто.
  3 февраля 1940 года, 09:00.

  - Слушай, лейтенант, а что это они так долго,- Мамсуров кивает на повреждённую взрывом башню управления батареи и флотских прикомандированных, копошащихся возле длинной металлической трубы, опирающейся посередине на массивную стойку,- не ладится у них что-то?
  - Да нет, товарищ полковник,- успокаивает его Бойченко,- просто наладка оптического дальномера очень кропотливое дело и забирает много времени. К тому же, уцелел только один прибор, тот, который стоял на десятидюймовой батарее...
  - Ты лучше скажи, зачем они этот дальномер сюда притащили, стоял бы на месте.
  - С той башни вид только на море, почти совсем берега не видно, склон холма мешает, товарищ полковник, а эта находится выше, с неё дальше видно, но главное- дальномерная башня поворотная, её можно на ост довернуть, то есть берег отсюда виден.
  - А чего они ночью настраивают, не видно ж ничего?
  - Ночью они проверяют настройки на бесконечно далёкий объект, сейчас луна есть, её удобнее использовать чем звёзды, а когда рассветёт уже будут измерять расстояние до цели.
  - Всё равно не пойму, так они здесь будут расстояние мерить...
  - Так точно, товарищ полковник, но пересчитать установки наведения для пушек другой батареи несложно, а те будут стрелять с закрытых позиций, без видимости цели...
  - А дальше, лейтенант, как в той оперетте: 'трубка 15, прицел 120, бац-бац и мимо'...
  - Вот чтоб такого не случилось, они и колдуют над дальномером. Точность измерения от много чего зависит, ту же температуры воздуха взять. Случается, что в течении дня приходится несколько раз подстраивать дальномер. Правда на корабле артиллеристам ещё труднее, чем береговикам, тут хотя бы ни пушку не трясёт и цель не убегает.
  - Товарищ полковник,- к ним подбегает посыльный из штаба,- разрешите обратиться к товарищу лейтенанту, финны зашевелились. На лыжах идут, не таятся, в составе примерно полуроты.
  - Давай, Бойченко, удачи тебе,- хлопает его по плечу Мамсуров.

  Финляндия, город Миккели,
  Ставка Главнокомандования финской армии.
  4 февраля 1940 года, 14:00.

  В учительскую, на скорую руку превращённую в кабинет Маннергейма, врывается возбуждённый полковник Талвела, начальник штаба Ставки, приглаживая редкие волосы, не прикрывающие красную лысину.
  - Слава богу, мой маршал, вы живы,- облегчённо выдыхает он, сбрасывая на ходу свою шинель адъютанту,- что у вас с головой?
  - Со мной всё прекрасно, лёгкая царапина,- счастливо улыбается Главнокомандующий, осторожно прикасаясь к марлевой повязке,- а вот офицерам оперативного отдела генерального штаба, которые ехали в последнем вагоне повезло меньше, ударной волной от бомбы его сбросило с насыпи, много раненых и убитых. Пришлось добираться сюда на дрезине.
  - Я думаю, это предательство,- недоверчиво смотрит полковник на обычно депрессивного шефа,- спецпоезд выехал из Хельсинки ночью, о его маршруте знало всего несколько...
  - Пусть об этом думают жандармы, Талвела,- легкомысленно машет рукой Маннергейм,- какие последние новости с фронта?
  - Прошу вас к карте, фельдмаршал...
  'Он счастлив,- в голове полковника мелькает догадка,- война- вот его жизнь'.
  - На севере наши войска...
  - Начните с Карельского перешейка, именно там решается судьба Финляндии,- перебивает его Маннергейм.
  - Слушаюсь,- Талвела берёт в руку учительскую указку,- за последние сутки линия фронта на юге претерпела значительные изменения. Русские, развивая своё наступление силами одной моторизованной и одной пехотной дивизии вдоль приморского шоссе, вышли к укреплённому району Инкиля. К Куоккала, Терийоке, Лауторанта и Ино добавились Сартавала и Сейвясте...
  - Что с центром радиоразведки в Терийоки?- хмурится маршал.
  - Посланный в разведку самолёт обнаружил на его месте огромную воронку.
  - Понятно, а с пунктом в Ланденпохье?
  - С ним всё в порядке, продолжает работать, мой маршал.
  - Лучше бы и его тоже. Русские нас водили за нос, а наши центры , как послушные дети, передавали их дезинформацию в генштаб. Подумать только, премьер за две недели до начала войны настаивал на демобилизации, свернул все работы в укрепрайонах... Послушайте, полковник, насчёт дивизий русских перед нашими позициями у Инкиля. Может так статься, что и тут наша разведка занижает их силы?
  - ... Эти сведения получены непосредственно от разведорганов частей, противостоящих там русским. Так что, зная привычки наших офицеров, я думаю, они скорее преувеличивают численность противника. Русские вчера попытались сходу захватить укрепрайон, но наткнувшись на убийственный огонь из наших новейших дотов, с большими потерями откатились на исходные позиции...
  - Я вообще не понимаю на что они рассчитывали,- качает головой фельдмаршал, поглядывая на карту,- наверное у них тоже с разведкой не всё в порядке. Здесь у нас самые мощные укрепления на всём перешейке, целых восемь укрепрайонов, 63 дота.
  - Они рассчитывали на артиллерию,- по лицу Талвелы пробегает тень,- на нашу артиллерию. Оказалось, что часть орудий береговой батареи на острове Койвисто остались невредимыми...
  - Каковы в целом потери наших береговых батарей?
  - ... Я бы оценил их процентов в двадцать от живой силы и орудий. Батареи западнее Хельсинки не пострадали совершенно. Наибольшие потери понесли батареи на островах близ Виипури, но не на острове Койвисто...
  - Полковник, говорите уже, не делайте драматических пауз.
  - ... Эти орудия уже сутки ведут обстрел наших прибрежных укрепрайонов, фельдмаршал,- выдыхает он,- выведены из строя два новейших дота: трёхамбразурный двухэтажный номер 6 и двухамбразурный номер 7, поврежден дот номер 5...
  - Что?!- воскликнул обычно выдержанный Маннергейм,- русские расчистили себе путь на Виипури, их разведка, в отличие от нашей, своё дело знает хорошо. Всё что осталось у них на пути это- одноамбразурное старьё фронтального огня.
  - Ваша оценка, мой маршал,- опускает голову Талвела,- как всегда точна.
  - Что вы предприняли, полковник?
  - Мои полномочия для передислокации войск не подтверждены документально... к тому же мой штабной опыт достаточно скромен... прошу направить меня в войска, в район Суоярви, он вчера был оставлен без боя. Вы же знаете, что этот пункт является ключевым в нашей обороне севернее Ладоги. Если мы сейчас же не отобьём его обратно, то русские прорвутся в тыл нашей основной линии оборны...
  - А с кем я останусь в Ставке, кого пошлю на Карельский перешеек?- начинает терять терпение Маннергейм.
  - В Ставке может остаться генерал-лейтенант Эш,- набычился полковник, не обращая внимания на то, что фельдмаршал готов взорваться,- в конце концов он является начальником генерального штаба.
  - Паркетные генералы хороши в мирное время,- тяжело вздыхает маршал, усилием воли справляясь со своими чувствами,- я не могу доверить войска человеку, у которого весь боевой опыт заключается в командовании запасным батальоном в тылу. Эш также не имеет достаточной штабной подготовки... хотя, признаюсь, не это главное. Боюсь, что я не смогу простить ему того, что он, профессиональный военный, стал палачом своих товарищей, которые выступили в Мянтсяля в 1932-ом против засилья красных в Финляндии. Я бы вышвырнул его из армии не раздумывая, но у Эша много покровителей в правительстве...
  Талвела согласно кивает головой.
  - ... Пааво,- Маннергейм впервые назвал полковника по имени,- я тебя прошу вступить в командование 'Армией перешейка', а генерала Эстермана я заберу к себе в Ставку в качестве начальника штаба, он всё же поспособнее Эша...
  - Но почему я? Есть много...
  - Потому что ты финн,- не даёт ему закончить фразу фельдмаршал,- тебя знают в армии, ты- народный герой. У тебя есть воля и ум чтобы восстановить положение на главном участке фронта. Надо во что бы ни стало не допустить прорыва основной позиции, я понимаю, что первую и вторую позицию в предполье нам уже не удержать, русские танки уже в их тылу. Твоя первоначальная задача не допустить окружения войск прикрытия, отвести их в укрепрайоны основной позиции...
  - Как же быть с обороной Севера Ладоги?- полковник с тревогой глядит в глаза Маннергейма.
  - Обещаю, что Ставка поможет генералу Хегглунду. Сегодня же дам приказ о передаче резервной дивизии с запада Виипури в состав 4-го корпуса и... о назначении генерал-лейтенанта командиром этой дивизии. По рукам?
  - Слушаюсь, мой маршал,- щёлкает каблуками Талвела.

  Посёлок Сейвясте,
  штаб ТГ 25 мехкорпуса.
  5 февраля 1940 года, 8:00.

  - Явился, Иванович,- Филатов исподлобья смотрит на остановившегося в центре комнаты командира танковой роты,- давай, докладывай, как ты умудрился про... потерять пять танков. Какой был приказ?
  - Провести разведку боем, товарищ капитан,- лейтенант опускает голову,- лучший комвзвода... прошёл в ложбине между разбитыми дотами, пехотное прикрытие драпануло. Подошёл вплотную к второй линии, что севернее Маурилы, а тут... в общем бронепоезд финский долбанул прямой наводкой... не было его там вечером, как из-под земли вырос...
  - Твою ж... курсирующий, значит... что экипажи?
  - Три механика остались, товарищ капитан,- оживляется Иванович, поднимая голову,- весь день просидели в кустах, а ночью сумели завести один танк, что меньше всего пострадал. Машина за день охолодела, масло остыло, стартер отказал, так они попеременно три часа рукоятку крутили. Наконец застучал мотор, сначала на двух свечах, отогрелся, потом на трёх. По дороге пятерых раненых подобрали, пехота соседа справа, на задней броне вывезли. Так что не пять, четыре танка потерял, а пятый, наши ремонтники сказали, что легко починят...
  - Хорошо устроился, Филатов,- в клубах пара в бревенчатую избушку ввалиливаются две фигуры в белых полушубках.
  - Здравия желаю, товарищ комбриг!- вытягивается капитан и тихонько добавляет,- свободен Иванович.
  - Знакомься,- Соломатин снимает меховую шапку с опущенными ушами,- командир 39-ой отдельной легкотанковой бригады полковник Лелюшенко, сменщик твой. В общем, передаёшь в течение дня свой участок полковнику. Надулся, ты успокойся, Филатов, у тебя другая задача будет. Пусть твой начштаба введёт товарища Лелюшенко в курс дела, а мы с тобой тем делом о ней и поговорим. Доставай карту...
  - Прошу сюда, товарищ комбриг.
  - Хватит тебе, Филатов, заниматься несвойственными на задачами. Прорывать укреплённую оборону противника должна пехота и танковые бригады её поддерживающие. Мы же должны не на месте сидеть, а двигаться, громить врага там, где он слаб, где не ждёт нас. Короче, заправляешься топливом, пополняешься боеприпасами и к 20:00 будь готов к выполнению новой задачи.
  * * *
  В глубине леса, перепаханного гусеницами танков, бело -зелёной вереницей выстроились боевые машины. Со стороны дороги к бревенчатой финской избушке, ломая по пути мелкие деревца, подъезжает командирский БТ. Из люка танка ловко, по-кавалерийски выпрыгивает Лелюшенко.
  - Пошли посмотрим, лейтенант, на супостата,- широко улыбается он, пожимая руку Ивановичу.
  - Без маскхалата нельзя, товарищ полковник.
  Это правильно, - командир бригады передаёт порученцу белый полушубок,- говорят, что белофинны охоту устроили на командный состав, тех кто в тулупчиках, давай веди на НП. Командиры, выйдя на опушку леса, пригнулись, легли и поползли вперёд к наблюдательному пункту. В небе над их головами загудел и пошёл в сторону противника Р-5, возле которого серебристые истребители устроили карусель.
  - Это артиллерийский корректировщик, товарищ полковник,- спрыгивает в замаскированный окоп перекрытый сверху еловыми лапами,- опять сейчас начнёт их позиции долбать. У наших на островах батарея крупнокалиберная, точно бьёт все доты перед нами уничтожила...
  - А что ж вы вперёд не идёте?- отрывает бинокль от глаз полковник.
  - Да, попробовали вчера,- вздыхает Иванович,- но тут неподалёку, вон за тем леском ихний бронепоезд повадился к нам в гости, даст пару залпов и в кусты. Танки наши жжёт гад, никак не можем его прищучить. И вообще, по данным разведки большое подкреплении к противнику подходит, все станции на нашем участке войсками забиты.
  Впереди за лесом показался чёрный дым, через несколько секунд доносится звук разрыва. Пара истребителей тут же переходит в пике, из их носов вниз полетели яркие молнии, вторая- отворачивает вправо, в сторону моря, а третья- бросается на перехват бипланов, показавшихся вдалеке над самыми верхушками деревьев.
  - 'Ястреб-1', 'ястреб-1',- возбуждённо закричал в микрофон стоящий неподалёку командир с побелевшими щеками,- почему бросили 'Филина'?
  * * *
  - Не забыл ещё Маргелова, Филатов?- Соломатин кивает на знакомую фигуру, молодцевато выпрыгнувшую из кабины грузовика,- он пойдёт вместе с тобой.

  Выборгский залив,
  Район мыса Ристиниеми.
  7 февраля 1940 года, 01:00.

  - Филатов вас вызывает, товарищ капитан,- Маргелов принимает от радиста тёплую гарнитуру.
  - Ну как там Филатов?- лежащий рядом комиссар едва дождался пока командир закончит короткий разговор, похожий на абракадабру.
  - Со снегом воюет, один трактор сломался, сейчас работает только один уголок, рассчитывают подойти завтра к вечеру. Разведчики на бронемашинах уже на подходе, но они нам не сильно помогут нам здесь со своими пулемётами, тут пушки с осколочными снарядами нужны.
  Оба осторожно выглядывают из-за торосов в двухстах метров от берега, который можно различить лишь по верхушкам кольев проволочных заграждений, утонувших в высоком снегу. Эти торосы явились настоящим спасением для передового отряда лыжников, когда двое суток назад неожиданно невдалеке вспыхнувший прожектор с мыса Ристиниеми, где расположилась двенадцатидюймовая финская береговая батарея, и ливень ружейно-пулемётного огня отделил его от остального батальона.
  Конечно, под покровом ночи, особенно когда зайдёт луна, вполне можно было вывести бойцов из мешка, но Маргелов решил оставить разведчиков здесь, чтобы отвлечь врага от разведгрупп, направленных в обе стороны в поисках другого места, подходящего для выхода танков на берег. Танкам мехкорпуса по замыслу командования фронта предстояло перерезать шоссе и железную дорогу, вьющиеся вдоль побережья и соединяющие Выборг и Хельсинки. Лыжникам же была поставлена задача захватить батарею, перекрывающую своим огнём весь Выборгский залив аж до острова Койвисто.
  Двое суток разведчики провели на льду, прячась за торосами. Достаточно было бойцу приподнять над снегом шлем, чтобы о него чиркнула пуля снайпера или короткой очередью хлестнул пулемёт из амбразуры дзота. Эти метры ровного льда впереди казались непреодолимыми, но разведчики твёрдо решили преодолеть это страшное голое пространство и решение было найдено. Способ назвали 'подснежное плавание'. Выбрав участок, где торосы подходили к берегу на ближайшее расстояние, бойцы вырывали снежную яму, ложились в неё и, прижавшись подбородком к груди, опустив голову, начинали сверлить надетым на нее стальным шлемом ход в снежной стене.
  С наступлением темноты, медленно, метр за метром, как кроты, ползли они в снегу, в то время как их товарищи из автоматических винтовок отвлекали на себя внимание белофиннов. Один за одним, по трём едва заметным траншеям, бойцы отряда проползали открытое пространство, добирались до берега и там окапывались.
  - Будем танкистов дожидаться или сами попробуем, командир?- волнуется комиссар.
  - Если не обнаружат 'пловцов', то будем ждать,- сквозь зубы отвечает Маргелов,- ну а если...
  * * *
  - Здесь главнокомандующий,- полковник Талвела подхватывает рукой тонкую бумажную ленту, которая полезла из аппарата Бодо,- доложите обстановку.
  - Нахожусь со штабом на железнодорожном вокзале в Виипури,- пожилой телеграфист быстро застучал по клавишам печатающего устройства,- обстановка напряжённая, все крупные станции на восток и запад от города подвергаются бомбёжкам. Переброска подкреплений и снабжение боеприпасами фронта по железным дорогам через Виипури остановлена. Ввиду нехватки автотранспорта воинские части передвигаются в пешем порядке, грузы перевозятся гужевым транспортом, в основном в тёмное время суток из-за чего на дорогах возникают заторы, а скорость движения падает ещё больше. Русская авиация господствует в воздухе, нашу я в последнее время даже не видел. На севере и в центре перешейка наши войска отошли на основную позицию и вполне организованно занимают оборону. Главную тревогу вызывает положение на южном участке основной позиции. Не прекращающийся огонь береговых батарей с острова Койвисто практически уничтожил укрепрайон Инкиля основной позиции и серьёзно повредил наши укрепления на линии Энкеля. Нет никакой надежды, что наша авиация сможет решить эту проблему. Разведка обнаружила большое количество русских танков у Мурилы, которые растянулись на много километров по приморскому шоссе. С востока по восстановленной русскими железнодорожной ветке Терийоки-Койвисто началась переброска стрелковой дивизии противника, наши же войска, которые я направил на южный фланг всё ещё находятся у Йоханнеса, поэтому предлагаю без промедления начать отвод наших войск на юге с линии Энкеля на тыловую позицию Няюки- Колккала, а ещё лучше на позицию Суммакюля- Ремпётти. Прошу немедленно начать переброску в этот район 6-ой резервной дивизии, без неё нам основную позицию не удержать. Каково положение наших войск на Ладоге и Севере, есть ли возможность получить подкрепление оттуда?
  - В Лапландии события развиваются крайне неудачно. Наши малочисленные силы не выдержали удара стрелковой дивизии и танковой бригады русских. Полуострова Мотка и Средний, город Петсамо потеряны, мы остались без выхода к Баренцеву морю. Противник, не встречая на своём пути сопротивления, продолжает продвигаться вглубь нашей территории. Дальше на юг до севера Ладоги ситуация неплохая. Русские не проявляют особой активности, возможно это связано со снежными заносами на немногочисленных дорогах. Наши силы там также немногочисленны- неполная дивизия, у русских, по крайней мере, три стрелковые дивизии. Единственная возможность откуда можно снять войска- северное Приладожье, но это было бы крайне неосмотрительно, русские вдвое превосходят нас на этом участке, а в случае переброски наших войск на перешеек их преимущество станет подавляющим. Поэтому предлагаю вам рассчитывать на свои силы, маневрируйте войсками на перешейке, снимайте с пассивных участков. Шестая резервная дивизия остаётся в моём подчинение, он начала выдвижение в район юго-восточнее Виипури с целью занятия второй оборонительной позиции. Удачи и да поможет вам бог!
  * * *
  - Господин фельдмаршал,- в дверях кабинета появляются адъютант с начальником шифровального отдела,- вам личное послание от рейхсмаршала Геринга.
  - Радиограмма?- поднял брови Маннергейм, получая бланк с расшифровкой.
  Дождавшись, когда оба выйдут, маршал быстро пробегает глазами длинное сообщение.
  - Срочно соедините меня с премьер-министром,- хватается он за телефон,- да, я жду у аппарата.
  - Что стряслось, господин главнокомандующий?- в трубке раздаётся встревоженный голос Рюти.
  - Кое-что произошло,- несмотря на неплохое знание Маннергеймом финского языка, гласные он всё-таки произносил по-шведски,- я не имею возможности в данный момент покинуть ставку, а говорить по телефону...
  - Я немедленно выезжаю к вам, фельдмаршал.
  - ... Советую воспользоваться автомобилем, господин премьер-министр, русские устроили настоящую охоту за нашими паровозами.
  'Может быть и не стоило звонить Рюти,- телефонная трубка ложится на рычаги,- лучше было позвонить президенту? Нет, премьер молод и энергичен, он не станет затягивать решение вопроса. Доводы Геринга неоспоримы- кстати, его осведомлённость о положении дел на фронте поразительна. Не иначе как кто-то из нашего Генштаба делится ей с германцами. Хотя чему удивляться, по сути, всё наше военное руководство в Великую войну служило в Прусском егерском батальоне- вот только его совет идти на любые условия ради соглашения с Россией о перемирии- это просто неслыханно. Но что самое удивительное его совет идёт в разрез с интересами Германии, так как чем сильнее Россия будет связана войной на Севере и дольше длится наша война, тем безопаснее будут тылы их армии, изготовившейся для удара по Франции, а то что такой удар скоро состоится не вызывает сомнения ни у кого из серьёзных политиков в Европе'.
  Рука фельдмаршала потянулась к коробке кубинских сигар.
  'Скорее всего Геринг смотрит в будущее, он опасается большевизации Финляндии в случае нашего поражения, что неизбежно бы привело к появлению русских в долине реки Торнио, то есть на расстоянии четырнадцати миль от столь важных для немцев залежей железной руды. Рейхсмаршал так низко оценивает финскую армию и сильно переоценивает свою? Трудно сказать, но пока факты говорят, что последние шесть лет все прогнозы и замыслы руководителей Третьего Рейха неизменно воплощаются в жизнь'.
  Маннергейм с наслаждением пыхнул сигарой.
  'А германцы неплохо осведомлены не только о финской армии. В радиограмме Геринг перечисляет номера и состав русских дивизий, не только уже брошенных в бой, но и только готовящихся вступить в него. Без всякого сомнения они имеют очень серьёзные источники в Советах на самом верху, видимо, в русском Генеральном штабе... и ещё там в самом конце был такой лёгкий намёк- '... любые ваши территориальные потери будут временными'... Что это значит, если не раскрытие своих планов, что следующей целью Гитлера будет Россия'?

  Глава 2.

  Москва, Кремль,
  Приёмная Сталина.
  9 февраля 1940 года 16:30.

  Бросаю вопросительный взгляд на Поскрёбышева, тот кивает на дверь в кабинет- можно заходить. Сталин в точности тем же движением указывает на стул.
  'Интересно, кто кого копирует'?
  У вождя кроме меня единственный посетитель- комкор Смородинов, начальник Оперативного управления, оба стоят у расстеленной на столе карте.
  - Таким образом, форсировав по льду Выборгский залив,- докладывает комкор,- 25-ый мехкорпус под командованием комдива Соломатина, с боем вышел на берег, и пройдя по руслу замёрзшей реки, сегодня к 14:00 перерезал Приморское шоссе. Затем, выставив заслон в сторону Выборга, начал по нему наступление в сторону Котки, не встречая при этом организованного сопротивления...
  - Прошляпили,- удовлетворённо хмыкнул Сталин.
  - ... Действующий вместе с ним отдельный лыжный батальон, командир капитан Маргелов, штурмом взял береговую батарею на мысе Ристиниеми, захватив исправной одну из двух 305-миллиметровых пушек. По нашим прикидкам, эта пушка позволит нам вести огонь по полуострову Койвисто и воспретить движение поездов, вот в этом месте, по железнодорожной ветке, от Выборга к городу Койвисто...
  - Хорошо, хорошо,- с удовольствием затянулся папиросой вождь.
  - ... что затруднит переброску пополнения и снабжение последнего укрепрайона, стоящего на пути наших войск к городу Выборг. По сообщению из штаба Северо-западного фронта, которое я получил перед выездом, танковая бригада полковника Лелюшенко завязала бои за город Койвисто.
  - Надо непременно наградить отличившихся, товарищ Смородинов,- прощаясь с начальником Оперативного управления, вождь задерживает руку комкора.
  - Слушаюсь, товарищ Сталин.
  'Приносить хорошие вести, конечно, легко и приятно',- тяжело вздыхаю я.
  - Что у вас, товарищ Чаганов?- чутко реагирует на это вождь.
  'Третий раз перечитывает'.
  - Вот значит как,- наконец размыкает сжатые губы вождь,- дезинформации быть не может?
  - Полностью исключать этого, конечно, нельзя, товарищ Сталин. Доподлинно известно от станции радиоперехвата Разведывательного управления в Ленинграде, что передача велась из Берлина на частоте, на которой работает передатчик Имперского министерства авиации. Подтверждение приёма радиограммы получено из района Миккели, куда на днях переместилась из Хельсинки Ставка Главнокомандования финской армии. Связь осуществлялась с использованием немецкой шифровальной машинки 'Энигма', причём применялись новые роторы, образцы которых нам удалось захватить на финской станции радиоперехвата в Терийоки.
  - Задержите Смородинова,- вождь берётся за телефонную трубку,- пусть зайдёт ко мне... в течение часа никого ко мне не пускать.
  - Сведения совершенно точные,- выдыхает Сталин когда за начальником Оперативного отдела закрывается дверь,- выходит, недостаточно мы чистили военных. Просто уму непостижимо, немецкий агент сидит в Генеральном штабе Красной Армии.
  - Или в штабе Северо-Западного фронта...
  - Тоже возможно,- согласно кивает головой вождь,- вот только непонятно как мы будем искать шпиона. С одной стороны, число имеющих доступ к таким сведениям лиц невелико, а с другой, если начать проверку, то надо привлечь к этому делу контрразведчиков из НКВД, всем станет ясно, что в Генштабе ищут шпиона, к тому же их надо вводить в курс дела, допускать к, так сказать, святая святых... как бы только хуже не стало. Это не говоря о том, что о проверке сразу станет известно немцам.
  - Товарищ Сталин, поручите это дело Мальцевой, она справится. Помните, как она за два дня вычислила Волкова. Если, например, товарищ Шапошников возьмёт в свой секретариат новую помощницу, то на неё никто и внимания обращать не станет. То есть, конечно, станет, но не в том смысле...
  - И никто не узнает?- усмехнулся вождь,- Мальцева личность у нас известная.
  - Не узнает, ручаюсь, товарищ Сталин. Пострижётся, покрасит волосы, родной муж не узнает. Кроме нас троих и товарища Шапошникова о проверке знать не будет.
  * * *
  - Товарищ Куусинен,- вождь остановился и внимательно взглянул на собеседника,- что вам известно о Петриченко, что он за человек?
  - Лично я с ним никогда не встречался,- глава Финляндской Демократической Республики, чутко уловив недовольные нотки в голосе Сталина, мгновенно встал в оборонительную позицию,- из справки НКВД о нём мне известно, что в 1917 году он был в числе руководителей Советской республики матросов на острове Нарген, примыкал к анархо-коммунистам. В 1918-ом после захвата германцами Таллина, на кораблях Балтийского флота ушёл в Хельсинки, затем в Кронштадт. Через три года возглавил Кронштадтский мятеж, после его разгрома бежал в Финляндию. Живёт в Хельсинки пользуется большим авторитетом в среде русских моряков, за свои просоветские взгляды сидел в белофинской тюрьме.
  - Это понятно, я тоже прочёл эту справку, но вот что мне непонятно, почему вы включили в свою записку о положении в Финляндии мнение Петриченко о том, что якобы в Финляндии созрела революционная ситуация, будто бы трудящиеся готовы с оружием в руках выступить против буржуазного правительства, что солдаты воткнут штыки в землю, а население радостно встретит Красную Армию. Это ваши слова, товарищ Куусинен?
  - Мои, товарищ Сталин. Для своей записки я воспользовался материалами Разведупра Красной Армии, ведь Петриченко агент военной разведки, причём ещё с 20-х годов. Коминтерн тогда направил...
  - Так вот,- вождь недовольно прерывает сбивчивую речь собеседника,- по итогам первой недели военных действий ничего подобного не происходит. Несмотря на неудачный для белофиннов их ход в плен никто не сдаётся, а в городах не отмечается никаких волнений гражданского населения. Более того, рабочие, часто сверхурочно, продолжают трудиться на военных производствах. С чем по-вашему, товарищ Куусинен, это связано? На кого ваше правительство собирается опираться?
  - ... Разведупр...,- закашлялся глава правительства.
  - Оставим в стороне Разведупр,- жёстко обрывает его Сталин,- за свои ошибки он будет отвечать сам.
  - ... Будем опираться на городское население,- продолжил Куусинен более уверенно,- я знаю свой народ, он поддержит любое финское правительство, которое обеспечит ему сытую и безбедную жизнь.
  - Городское население, значит,- скептически усмехнулся вождь,- а если городскому населению, например Швеция, предложит более сытую жизнь, то долго ваше правительство удержится у власти?
  - Сразу с приходом к власти в столице начнём разворачивать антишведскую пропаганду, товарищ Сталин,- голос главы республики обретает силу,- мы не станем сразу призывать к классовой борьбе, просто выступим с заявлением, что 5 процентов шведского населения Финляндии владеет 80-ю процентами всех её богатств...
  - Разве?- брови вождя прыгают кверху.
  - ... Точные цифры объявит специально назначенная комиссия министерства финансов.
  - Хм,- вождь прячет улыбку в усах,- получается, что не классовая, а национально-освободительная борьба, интересно... Национализировать их богатство станете? Швеция воспротивится...
  - Нет, товарищ Сталин, не станем,- глава правительства расправляет плечи,- предложим Швеции решить этот вопрос выделением крупного несвязанного кредита... Купим в СССР пшеницу, в Америке машины, нахлебниками не станем.
  - Это вы всё сейчас на ходу придумали, товарищ Куусинен?
  - Про Швецию вы, товарищ Сталин, на мысль навели, а про кредит уже думали с министром финансов, только хотели у вас просить.

  Москва, Антипьевский переулок д.2,
  Кабинет начальника Генерального Штаба.
  10 Февраля 1940 года, 14:00.

  - Вот, товарищ Черников,- сидящий за столом Шапошников кивает вошедшему в кабинет седому комдиву,- знакомьтесь, это товарищ Мальцева... Комдив растерянно пожимает руку молодой девушке в военной форме.
  - ... Она будет временно прикомандирована к вашему отделу. Поручите товарищу Мальцевой разбор личных дел действующего командно-начальствующего состава Генштаба. Вы уже получили их из 5-го Управления?
  - Так точно.
  - Я вас, Александр Никифорович, прошу без промедления предоставлять любые документы, которые она попросит. Возможные отлучки товарища Мальцевой и вопросы о ней объяснять тем, что она жена большого начальника. Вам понятен приказ, вопросы есть?
  - Никак нет, товарищ командарм первого ранга.
  * * *
  - Вот, товарищ сержант,- Черников открывает ключом кованую железом дверь, за которой обнаруживается просторная комната без окон,- здесь и находятся личные дела... В
   свете вспыхнувшей под потолком тусклой электрической лампы Оля замечает три груды связанных шпагатом картонных папок, лежащих прямо на цементном полу.
  - Вы не удивляйтесь,- Черников берёт с единственного стула, другой мебели в комнате не было, толстую папку,- отдел кадров в Генштабе организовался только вчера. Нет правильнее сказать восстановлен только вчера. После известных событий 1936 года, наш отдел был расформирован, а все дела переданы в 5-е кадровое управление Красной Армии. Штат отдела кадров Генерального штаба ещё не утверждён, кроме нас с тобой имеется ещё два командира, позже я представлю вас им. Раз уж вам всё равно разбирать эти дела, то позвоните в хозчасть и пусть выделят вам шкафы или полки какие-нибудь. Здесь у нас старший командующий состав, эта побольше- средний и в углу Академия Генерального штаба. Вручаю вам папку с перечнем личных дел, ключ от архива, его в конце дня сдавать в комендатуру и печать, дверь в архив должна быть на ночь ею опечатана. Телефон пока только в моём кабинете. Успехов, сержант.
  - Спасибо, товарищ комдив.
  'С какой кучи начать? Здесь где-то спрятался мой шпион,- Оля с хищным нетерпением взглянула на папки,- стоп, прежде всего стеллажи, потом Оперативный отдел, начиная с головы, Академию в последнюю очередь'.
  * * *
  'Ну вот начало положено,- девушка с удовлетворением обводит взглядом полки с аккуратно расставленными по алфавиту личными делами и бросает взгляд на часы,- что, уже семь утра? Надо позвонить Чаганову и перехватить чего-нибудь'.
  За дверью раздаётся чей-то надсадный кашель.
  - Вы что же, голубушка,- Шапошников заглядывает в полуоткрытую дверь,- и домой не уходили? Завтракали? Нет, а буфет у нас работает круглосуточно, знаете что, давайте-ка лучше пойдём ко мне, я угощу вас отличным кофе.
  - С удовольствием, сейчас только архив опечатаю.
  - Борис Михайлович,- Оля с наслаждением вдыхает аромат напитка,- что вы можете сказать по поводу радиограммы? Можно ли по её тексту определить, что из себя представляет наш объект, где служит, какой у него опыт?
  - Знаете, голубушка, я об этом со вчерашнего дня только и думаю,- Шапошников достаёт из ящика письменного стола коробку папирос,- понимаете какое тут дело, текст безусловно составлял очень информированный военный специалист. Ему известны номера и состав наших воинских частей действующих на Карельском перешейке, на основе этих данных он дал довольно точный прогноз как будут развиваться события на этом участке. Это сразу наводит на мысль, что шпион сидит либо в оперативном отделе Генштаба, либо в штабе Северо-Западного фронта, что сразу сужает поиск. Но трудность здесь в том, что перехваченная радиограмма послана не шпионом, а дошла до нас в пересказе. Вот представьте, сидит такой технический работник, например, в управлении военных сообщений Генштаба или штаба фронта, и просто записывает в блокнот график движения поездов с нашими частями. Или даже в военно-топографическом управлении, хотя зачем, он может быть обычным чертёжником, который готовит карты для начальства... Передаёт их немцам, а анализом поступивших сведений занимается уже немецкий Генеральный штаб. Вот у нас и создаётся впечатление, что мы имеем дело с предательством на самом верху....
   - Борис Михайлович, вы же на тубазиде,- укоризненно качает головой девушка,- с таким диагнозом вам категорически нельзя курить.
  - Да мне уж всё равно,- машет он рукой,- за такое расстреливать мало...
  - Я найду этого гада, товарищ командарм первого ранга,- Оля, перегнувшись через стол, решительно забирает папиросы,- не сомневайтесь. Будет он петь как канарейка, под наш аккомпанемент. Пусть Кейтель стреляется...
  * * *
  - Товарищ Мальцева,- навстречу поднимающейся по лестнице Оле бежит сильно надушенная секретарша Черникова,- вас к телефону, из аппарата товарища Кирова...
  'Да что ж ты на меня смотришь с такой ненавистью, никто у тебя начальника отбивать не собирается'.
  - ... вот здесь аппарат...
  - Слушаю,- девушка грациозно опирается о краешек стола.
  - Аня?- в трубке слышится голос Свешникова,- соединяю с Сергеем Мироновичем.
  - Папа, ну как ты себя сегодня чувствуешь?- быстро говорит Оля и вопросительно смотрит на затаившую дыхание секретаршу.
  - Отлично чувствую, дочка,- рассмеялся Киров.

  Финляндия, станция Каукола,
  Неподалёку от Котки.
  12 февраля 1940 года, 07:00.

  - Это что за маскарад?- брови комдива Соломатина грозно сошлись на переносице.
  - Разрешите представиться, товарищ комдив, заместитель командира 1-го финского корпуса Народной армии Финляндии полковник Мерецков.
  - А почему форма польская?- взгляд командира мехкорпуса остановился на шитых серебром погонах парадной формы.
  - Такую выдали, товарищ комдив.
  - Садись, полковник, в ногах правды нет,- Соломатин указывает на скамейку, идущую вдоль борта штабного фургона,- так ты что по-фински говоришь?
  - Да нет, все по-русски понимают,- Мерецков трёт побелевшие уши,- костяк-то корпуса состоит из моей бывшей горнострелковой дивизии.
  - Тогда понятно, чаю дайте товарищу Мерецкову. Послушай, я приказ из штаба фронта получил, ну чтобы организовать поддержку твоим частям, но мне неясно какие у тебя силы, какая твоя задача?
  - Мой приказ простой, товарищ комдив,- полковник двумя руками обхватил эмалированную кружку, согревая озябшие руки,- водрузить знамя корпуса на крыше Президентского дворца в Хельсинки. Основные силы корпуса находятся на Карельском перешейке, где ведут бои вместе с 39-ой легкотанковой бригадой...
  - С Лелюшенко?
  - Так точно, товарищ комдив,- Мерецков шумно отхлёбывает из кружки,- а сюда по льду переброшен только 1-й горнострелковый полк и лёгкая артиллерийская батарея 45-и миллиметровых пушек, две с половиной тысячи штыков.
  - Не густо,- с шумом выдыхает Соломатин, принимая от начштаба карту с нанесённой обстановкой,- я думал мне подкрепление посылают... ладно, ситуация у меня такая... мы с тобой вот здесь находимся. Как видишь, мои хлопцы захватили станцию Коувола и перерезали железную дорогу, которая соединяет Выборг, Хельсинки, а также запад и центр Финляндии между собой. Белофинны, конечно, пытаются выбить нас со станции, но пока сил у них на этом участке немного.
  В фургон, быстро закрывая за собой дверь, вваливается молодой чернявый военный в белом полушубке.
  Знакомься, товарищ Мерецков, это мой заместитель майор Черняховский. Далее... по данным разведки по Приморскому шоссе от Котки до Хельсинки никаких частей финской армии не замечено. Лишь у посёлка Порвоо у деревянного моста есть небольшой заслон, состоящий из шюцкора, так что тут у твоего полка трудностей быть не должно.
  * * *
  - А-а-ня,- Оля оборачивается на крик.
  На выходе из здания наркомата обороны она замечает женскую фигуру в беличьей шубке.
  - Марианна? Ты чего тут делаешь?- девушка легко сбегает по гранитной лестнице на тротуар.
  - Мужа жду,- улыбается Толстая, разглядывая её военную форму,- он служит здесь в Генеральном штабе, а мы к папе собрались на дачу. А ты почему тут, да в таком наряде?
   - Кхм-кхм,- сзади раздалось вежливое покашливание, два высоких военных комдив и комбриг вопросительно смотрят на Олю.
  - Женя...,- защебетала Марианна, глядя на комдива,- это моя приятельница Аня Мальцева, она у нас в институте работает заместителем по режиму. А это мой муж- Евгений Александрович Шиловский, его сослуживец- Фёдор Иванович Трухин.
  'Вот же влипла',- опускает глаза Оля, успев отметить, как вдруг отхлынула кровь от лица комбрига.
  - Увы уже нет, не справилась с обязанностями,- вымученно улыбается она и всхлипывает,- теперь служу здесь в отделе кадров.
  - Не отчаивайтесь, сержант,- сочувственно улыбается комбриг, худой с узким лицом, длинным носом и глубоко посаженными маленькими глазками,- военная карьера она такая, череда взлётов и падений, а вы ещё так молоды.
  - Вас подвезти до метро?- вежливо предлагает Шиловский, открывая дверь подъехавшей к обочине 'эмки'.
  Марианна, чуть не плача, берёт Олю под руку.
  - Нет, спасибо, я здесь живу неподалёку.
  'Молчи лучше... сержант проживает в центре Москвы,- Оля, ничего не видя перед собой, бредёт вдоль длинной строительной ограды вокруг строительства Дворца Советов,- а что было говорить? Ну, конечно, они мне не поверили, но даже виду не подали, хотя должны были сразу понять... в режиме и отделе кадров работают люди из госбезопасности... А Трухин, типа, об этом не догадывается... 'военная карьера она такая'... Шиловский и Трухин, откуда они? Что-то не припомню таких... скорее всего из академии Генштаба, только их дела я ещё не просматривала... Но если из академии, то каким боком они имеют доступ к оперативной информации на фронтах? Никаким. А летом, когда мы с Шейниным искали убийцу Киры... что тогда сказала Марианна? 'Отпуск у мужа отменили, так как он выехал в войска на инспекцию'. Из Академии Генштаба преподавателей направляют в войска для инспекции! Стоп, куда это я бегу? К Черникову мне надо, приказы посмотреть'...
  * * *
  - Будете говорить с товарищем первым,- телефонист передаёт трубку Соломатину.
  - Как ранен?- рычит комдив в трубку,- я его пятнадцать минут назад видел... угу, угу... Черняховский, погоди. Ты вот что, комиссар, жди у аппарата.
  - Слушай, майор, сюда. Мерецкова ранили тяжело, комполка убит. 'Кукушка' подстерегла, они, понимаешь, вдвоём рекогносцировку устроили, верхом решили перед колонной погарцевать... Полковника лишь то спасло, что нога у него в стремени запуталась, потому и жив остался, вынес его конь из под обстрела. Комиссар у него из гражданских, так что, принимай командование...
  - Товарищ комдив, я же танкист,- взмолился майор.
  - ... возьмёшь танковую роту у Филатова. Приказ слышал? Водрузить красное знамя над главным финским дворцом.
  - Преображенского на броневиках, лыжников Маргелова и автомобильный батальон,- загорелись глаза у Черняховского.
  - Хорошо, забирай, но автобат вернёшь, как только до Хельсинки дойдёшь,- на секунду помедлил с ответом Соломатин,- но остальные два финских полка я забираю себе, поставлю их станцию оборонять, не пристало мехкорпусу в пехоту превращаться. Встретимся в столице, начальник штаба пишите приказ.
  - Что там с Мерецковым?- вслед за вышедшим Черняховским в фургон заглядывает начмед в круглых очках с мгновенно запотевшими стёклами.
  - Надо срочно эвакуировать в Ленинград, товарищ комдив, в Военно-медицинскую Академию. Автотранспортом не довезём, кровь нужно переливать. Без 'Стрекозы' не обойтись.
  - Какой ещё стрекозы?
  - Скорой воздушной помощи, товарищ комдив.
  - А где я тебе тут посадочную площадку для самолёта найду?
  - 'Стрекозе' не нужна площадка, она может сесть прямо на шоссе. Нам её в январе на курсах переподготовки показывали. Товарищ комдив, свяжитесь с штабом армии.
  - Радист,- не поворачиваясь приказывает Соломатин,- вызывай штаб фронта.
  - Ну что встал в дверях- не лето, товарищ Вассерман,- за занавеской монотонно бубнит радист,- садись, докладывай, что у нас с потнрями.
  - На данный момент,- военврач, устало опустившись на скамейку, начинает тряпочкой протирать стёкла очков,- на текущий момент имеем 24 убитых и умерших от ран, 77 раненых из них...
  * * *
  - Лаврентий Павлович, Мальцева на проводе,- зачастила Оля,- помощь ваша нужна.
  - Что тебе, быстро говори?
  - Нужен допуск к делам оперативного учёта.
  - Ладно, заходи,- в трубке слышится тяжёлый вздох Берии,- нет, иди сразу к Новаку, я распоряжусь.
  * * *
  - Здравствуй и прощай, тороплюсь, я на неделю в Ленинград,- торопливо чмокаю в щёчку супругу, с которой сталкиваюсь в прихожей.
  - Постой-постой, тебе фамилия Трухин ничего не говорит? Комбриг, старший преподаватель кафедры оперативного искусства Академии Генерального штаба?
  - Это который власовец что ли?- ставлю 'тревожный' чемоданчик на пол.
  - Власовец, что ты о нём знаешь?- не мигая смотрит на меня Оля.
  - Он был то ли правой рукой Власова, то ли сам Власов- правой рукой Трухина, так сказать, 'мозговой' центр русской освободительной армии. А почему ты спрашиваешь? Думаешь он есть 'крот'?
  - Не уверена, но доступ к оперативной информации с Северо-Западного фронта у него есть. В данный момент он прикомандирован к группе 'операторов', поддерживающих связь Генштаба с фронтом. Посмотрела его личное дело, странное оно, родственники- сплошные враги народа: брат и отец расстреляны как организаторы контрреволюционного восстания, другой брат уволен из армии, а Шапошников берёт его, беспартийного, по рекомендации Шиловского в Генштаб. Причём Трухин был курсовым командиром и у Власова, и Буняченко, ещё одного власовца. Берия разрешил посмотреть свои материалы по Трухину, в них нашла два рапорта сексотов о том, что он в бытность в конце 20-х начштаба 7-й стрелковой дивизии в Украинском военном округе, на окружных учениях имел неформальные контакты, не поверишь, с немецкими военными атташе Кёстрингом и Нидермайером. Потом я сама выяснила, что и Шиловский был на одном из этих учений войсковым посредником, всё одно к одному...
  - Так чего ты ждёшь? Хватай их и коли,- беру в руки чемоданчик.
  - Нет, чувствую я, что это 'пустышка'. Схватить подозреваемого много ума не надо, только вот скрыть этот факт вряд ли удастся, коллектив Генштаба небольшой, но очень информированный... Настоящий агент затаится, его хозяева заподозрят утечку, начнут вдумчиво её искать, дальше продолжать? Я должна быть уверена, что он на самом деле немецкий агент, тогда можно будет через него дезу скармливать.
  - Всё, пока, реально опаздываю,- прижимаю Олю к себе,- жалко, конечно, что без тебя, ты бы мне очень помогла...
  * * *
  - Это просто сказка какая-то, товарищи,- начмед с обмороженным лицом просовывает руки в рукава халата, а медсестра помогает завязать его сзади,- представьте себе странный такой самолёт с винтом на крыше и в хвосте, точнёхонько садится на площадку в десять на десять метров. Спереди пилот, спиной к нему сидит военфельдшер. Винты ещё продолжают крутиться, а он открывает боковой люк в кабине и машет нам, мол, давайте носилки. Спрашивает у меня знаками- раненный крови много потерял?- открывает ящик, там ампула с кровью, с двух сторон от неё трубки резиновые отходят, на одном конце игла от шприца, на другом- манометр и резиновая груша. Вводит иглу в локтевую вену, пару раз надавил на грушу...
  - Что вот так холодную кровь?- вытаскивает изо рта папиросу пожилая военврач с мелкими пятнами крови на халате.
  - ... Я им тоже об этом кричу, а он мне, мол в этом ящике подогреватель крови стоит. Вы понимаете, в этой 'стрекозе' имеется передвижная система для переливания крови с подогревом!
  - А у нас даже в дивизионном медпункте такого нет,- с досадой тушит папиросу она.
  - Какое-то совсем новое изобретение, я такого даже в НИИ переливания крови не видел,- грустно кивает другой доктор,- нам рассказывали на курсах, что 'стрекозу' эту в Москве испытывали, в институте Экспериментальной Медицины.
  - Ну, значит, и у нас скоро будет, товарищи,- уверенно говорит Вассерман,- испытают в полевых условиях, проверят всё и запустят в производство.
  - Так что с Мерецковым-то?
  - Думаю всё будет в порядке, через минуту у него уже щеки порозовели, наполнение пульса улучшилось, дыхание выровнялось... Да, совсем забыл, у фельдшера этого видел такой необычный прибор для измерения артериального давления: манжета с грушей от аппарата Рива-Роччи, только вместо ртутного манометра стрелочный...
  - Ну наконец-то,- загудели доктора,- сколько мы их побили уже.

  Ленинград, Штаб Ленинградского военного округа,
  Площадь Урицкого, 10.
  13 февраля 1940 года, 07:45.

  - Кто у нас следующий, товарищ Моргунов?- обращаюсь к начальнику Управления военно-технического снабжения Северо-западного фронта.
  - Инженер Макаров,- коренастый пожилой комбриг достаёт очередную бумагу из высокой кипы,- предложение по уничтожению огневых точек.
  'Любопытно'.
  В кабинет влетает худой высокий брюнет в помятом костюме, прижимая к груди свёрнутыми листами ватмана.
  - У вас пять минут,- строго предупреждает его Моргунов. Макаров поспешно прикрепляет, вытащенными из кармана кнопками, листы, его с лёгкой сумасшедшинкой взгляд упирается в комкора.
  - Сухопутная торпеда!- громко провозглашает он, указывая пальцем на чертёж,- способна с лёгкостью уничтожать белофинские доты! Четыре электродвигателя смогут независимо управлять по радио четырьмя колёсами и разгонять торпеду, несущую около тонны взрывчатки до 40 километров в час и поражать цель на расстоянии до трёх километров...
  - Вынужден отклонить этот проект, товарищ Макаров,- прерываю инженера,- он очень сложен в реализации. Не понятно, как такая тяжёлая торпеда по заснеженной пересечённой местности сможет преодолеть это расстояние не перевернувшись. К тому же электродвигатели потребуют мощных аккумуляторов, что ещё более утяжелит конструкцию.
  - 'Заснеженной',- счастливо улыбается он, поднимая указательный палец кверху,- на этот случай у меня подготовлен ещё один вариант торпеды- снеговой: на лыжах... и с реактивным двигателем! Её скорость достигнет двухсот километров в час, а направление её движения будет удерживаться гироскопом!
  - А вот это интересное предложение, товарищ Макаров,- поощрительно прихлопываю рукой по столу,- только где ж её чертежи?
  - Они ещё не готовы.
  - Понимаю вы были заняты колёсным вариантом... что ж продолжайте работать, как будете готовы, советую послать материалы прямиком в ракетный институт. До свидания, товарищ Макаров.
  - Товарищ Чаганов,- осторожно поглядывает на меня Моргунов,- там же глубокое изрытие местности перед укреплениями противника будет, зароется торпеда в землю...
  - Непременно застрянет, Радион Николаевич.
  - Так зачем вы его обнадёживаете?
  - Если мы откажем ему категорически, то он тут же бросится жалобы товарищам Жданову и Кузнецову кляузы писать, мол, вредительством мы тут с вами занимаемся. А так пока он будет свои мысли на бумаге оформлять война закончится. В спокойной же обстановке такое предложение у специалиста сразу в корзину для мусора пойдёт, я прослежу.
  - Здравствуйте, товарищи,- в комнате появляется седой старичок с военной выправкой,- моя фамилия Фёдоров, я изобретатель, член ВОИЗ...
  'Всесоюзное общество изобретателей'.
  - Хотел бы напомнить военному руководству о своём изобретении, которое я сделал в 1897 году: саморазогревающаяся консервная банка. Прошу заметить, что в 1915 году российская промышленность начала выпускать тушёнку в таких банках для армии, но вскоре прекратила по причине недостатка жести и продуктов. Между тем её устройство очень простое: консервная банка имеет двойное дно, под первое помещается негашёная известь и вода. При повороте днища они смешиваются с выделением тепла, достаточного для разогрева мяса. Всё это происходит без выделения дыма и быстрее, чем при разведении огня.
  - У вас чертежи с собой, товарищ Фёдоров? Отлично, обещаю вам, что сейчас же лично позвоню товарищу Микояну по этому вопросу, уверен, что он без промедления даст команду одному из ленинградских предприятий для организации производства ваших банок...
  * * *
  - Иванович,- в наушниках раздаётся голос Черняховского,- сено подвезли для твоих лошадок, встречай телеги...
  - Товарищ майор, разрешите сделать остановку в двух километрах дальше по дороге, здесь сужение лес прямо к обочине подступает...
  - Добро.
  - Стой,- щёлкает тумблером комроты, когда хвост колонны показывается из леса,- командиры взводов, подготовиться к встрече топливозаправщиков, прижаться к обочине, держать дистанцию. Преображенский, ко мне. На танках, растянувшихся вдоль шоссе на полкилометра, начали лязгать башенные люки, Иванович, сняв шлемофон, полез наружу. В хвосте колонны показалась вереница грузовиков, с металлическими бочками в кузове.
  - Как думаете, товарищ старший лейтенант,- из переднего люка показалась голова мехвода,- что это громыхает?
  - Кажись со стороны железки,- неуверенно замечает комроты, прислушиваясь к далёким взрывам,- белофинны лупят по нашим основным силам... со стороны моря... крупный калибр.
  - А по нам могут шандарахнуть?
  - Это вряд ли, мы скрытно идём, в основном по ночам, дистанцию держим. Это как из пушки по воробьям,- Иванович вдруг насупился,- разговорчики, готовьте танк к заправке, товарищ Бойко...
  В эту секунду со стороны соснового бора, что метрах в ста от дороги затрещали станковые пулемёты, огненная метла прошлась по колонне по копошившимся у своих машин танкистам.
  - К бою!- кричит Иванович, бросаясь к броне, но его голос тонет в грохоте боя.
  Тяжёлая пуля обжигает грудь, его отбрасывает назад прямо на руки подбежавшего к нему Преображенского. В хвосте колонны раздаётся сильный взрыв, огненный гриб вырастает над топливозаправщиком.
  - Товарищ командир, товарищ командир,- повторяет тот, глядя в помертвевшее лицо Ивановича,- мехвод, в машину!
  В два прыжка разведчик взлетает на броню, ныряет в люк и ловким движением втыкает штекер шлемофона в рацию.
  - Товарищ майор, докладывает лейтенант Преображенский, я в машине комроты, он убит.
  - Преображенский,- облегчённый вздох слышится в наушнике,- принимай командование ротой, выясни обстановку, прими меры к отражению атаки...
  - Взводные, ответьте, я за командира,- переключается на ротную сеть лейтенант.
  - Второй на связи, Преображенский, ты?
  - Я, подавить пулемёты противника справа.
  - Третий слушает...
  - Прикрой заправщики, они возле тебя.
  - Где четвёртый?
  - Четвёртый слушает...
  - Занять оборону по левую сторону дороги...
  - Разведчики, кто меня слышит?- немного успокаивается Преображенский.
  - Сержант Васин, товарищ лейтенант. Финские танки у нас, семь штук, занимают позиции для атаки.
  - Понял тебя, сержант, назначаю тебя командиром взвода, приказываю огнём из пушек и пулемётов уничтожить танки противника.
  - Четвёртый докладывает, вижу лыжников со стороны моря.
  - Встреть их как следует, четвёртый.
  * * *
  - Три танка, два заправщика, двенадцать убитых и раненых,- полковой комиссар, сжимая кулаки, наступает на опустившего голову Преображенского,- да тебя за это надо под суд отдать, нет, расстрелять перед строем...
  - Товарищ Терёшкин,- главный редактор корпусной газеты берёт комиссара за локоть.
  - Моя фамилия Тервонен,- зло выдёргивает руку комиссар,- а ваша, между прочим, Лахти!
  - Не виноват лейтенант в этих потерях,- рубит слова Лахти,- наоборот, товарищ Преображенский возглавил роту взамен погибшего командира и организовал отпор врагу. Рота подбила пять танков, остальных обратила в бегство, уничтожено до сорока белофиннов...
  - Достоверно подтверждено подбитие только двух танков,- качает головой Преображенский,- второй наехал на пенёк и застрял...
  - Молчи лейтенант,- хором рявкнули на него комиссар с редактором.
  - ... Мой корреспондент уточнил потери врага в штабе,- тоном, не терпящем возражений, продолжил главный редактор,- бригадный комиссар Егоров, то есть Аалто, поздравил нас с успехом, завтра в нашей газете 'Народная армия' будет материал об этой победе. Товарищ Аалто приказал готовить представление отличившихся к награде, свободны лейтенант...
  
  - Слушаюсь,- расправляет плечи Черняховский.
  - Как, майор, собираетесь выполнять приказ о взятии Хельсинки,- редактор важно поворачивается к майору.
  - Работаем над этим...
  - Ну-ну, работайте, только учтите, у вас остаётся трое суток, на 17 февраля товарищем Куусиненом намечена ратификация советско-финляндского договора, она должна произойти в столице в Президентском дворце.
  * * *
  - Кто-нибудь знает, где он хоть находится этот дворец?- Черняховский обводит взглядом подчинённых.
  - Я знаю, товарищ майор,- Маргелов достаёт свою туристическую карту из-за голенища валенка,- вот здесь на самом берегу, на портовой площади.
  - Действительно,- Черняховский ставит химическим карандашом точку на своей карте,- прямо на берегу, опрометчиво как-то...
  - Президента там наверняка нет,- скребёт небритую щёку капитан,- прячется где-нибудь, что не подумаешь.
  - Пусть прячется, Маргелов, он нам и даром не нужен. Договор мы не с ним подписывать собираемся. А пустое здание охранять больших сил не отрядят, как думаешь?
  - Всё-таки порт рядом, его точно без охраны не оставят, товарищ майор. Потом, как до этого дворца добраться-то? Кругом островов тьма и на каждом, небось, не большой, но гарнизон. Разведать бы надо путь...
  - Так, какое от нас до дворца расстояние?- Черняховский берёт в руку курвиметр и начинает прокладывать маршрут в обход островов,- выходит 27 километров...
  - Даже если идти налегке, то за ночь, ну чтобы туда и обратно, не управимся, товарищ майор. Сами посудите, снег высокий, торосы...
  - Это если весь путь на лыжах идти, а мы твоих хлопцев на санях по морю доставим на бронеавтомобилях. Конечно, остаток пути к дворцу надо будет идти на своих двоих.
  - С броневиком другое дело, тут тебе и рация, и пулемёт станковый, а на ваших я и пушку видел. Взрывчатку, опять же, взять с собой можно. Реальное дело, за ночь легко обернёмся.

  Хельсинки, Торговая площадь,
  Президентский дворец.
  15 февраля 1940 года, 20:45.

  - Господин фельдмаршал,- президент Каллио, пожилой статный мужчина с длинными седыми, как у Дон-Кихота, усами, едва сдерживается, чтобы не закричать в трубку,- я- президент Финляндии, я имею право знать истинное положение на фронте. Оставьте эти ваши отговорки. Красные уже находятся в двадцати километрах от столицы по Приморскому шоссе, по железной дороге расстояние ещё меньше...
  - Господин президент,- закашлялся Маннергейм,- вы меня давно знаете, я никогда не ставил под сомнение это ваше право. То, что я вам докладываю, это не отговорки. Это реальная ситуация, которая у столицы значительно более устойчивая, чем на Карельском перешейке, на севере Ладоги и в Лапландии. Войск у красных на подступах к Хельсинки совершенно недостаточно, они не смогут захватить столицу, я совершенно в этом уверен. Мы перебросили с островов и запада страны силы, которые равны их силам или даже превосходят их...
  - Хорошо, что у вас есть такая уверенность, барон,- уже более спокойным тоном отвечает Каллио.
  - ... Но на Карельском перешейке назревает кризис. Русские сосредоточили крупные силы пехоты на центральном участке основной оборонительной позиции от Суммы до Вяйсянена, подтягивают к ней крупнокалиберную артиллерию. Прорыв нашей обороны в центре- вопрос времени. Противник вышел к городу Койвисто, наши войска здесь отступают на вторую оборонительную позицию на подступах к Виипури. Господин президент, надо активизировать переговоры с русскими, больше недели-двух нам не выстоять, с потерей Виипури путь на Хельсинки будет открыт и тогда вам придётся подписывать не мирное соглашение, а безоговорочную капитуляцию.
  - Как активизировать?- тяжело вздыхает Каллио,- русские не хотят вести с нами переговоров.
  - Совместными усилиями военных и дипломатов: мы снимаем корпус с севера Ладоги и по железной дороге перебрасываем его на юг к Виипури.
  - Отдать Ладогу? Как это возможно, господин фельдмаршал?
  - Именно так, этим мы укрепим оборону Виипури, возьмём в клещи группировку русских, прорвавшуюся к Хельсинки и уничтожим её. По моим данным в её составе находится так называемый 1-й финский корпус красных. Это будет победа, которую давно ждёт наш народ. После неё русские будут вынуждены пойти на переговоры с нами...
  - Вы что-то сказали о дипломатах, господин фельдмаршал?
  - ... Министр иностранных дел Эркко совершенно не подходящая фигура, он сначала войны сбежал в Швецию и мне непонятно чем он там занимается. Вдвоём с какой-то писательницей они обхаживают госпожу Коллонтай, которая ничего не решает, вместо того чтобы ехать в Великобританию, Францию, Германию, добиваясь чтобы они ускорили доставку нам военной помощи, вместе с Америкой организовали дипломатическое давлении на русских.
  В кабинет заглядывает секретарь и показывает президенту на часы.
  - Мы продолжим наш разговор позже, барон,- поднимается Каллио,- у меня скоро радиоэфир, обращение к нации...
  * * *
  - Поближе к микрофону, господин президент, хорошо,- ассистент кивает головой и садится к пульту,- три, два, один, эфир.
  - Господин президент, русские на Торговой площади, они атакуют президентский дворец!- в радиорубку влетает секретарь.
  - Как русские? Вы что пьяны?- глаза Каллио подозрительно сузились, через открытую дверь донеслась близкая пулемётная дробь и взрывы гранат.
  Оператор в панике срывается с места, отталкивает стоящего на пути секретаря и вылетает из радиорубки, за ним, спотыкаясь, ассистент с круглыми глазами.
  - Господин президент,- в дверях возникает запыхавшийся капитан, комендант дворца,- нас атакуют русские, неясно какими силами. Вам лучше пока оставаться в этой комнате, здесь нет окон. Я пришлю вам охрану.
  - Ты понимаешь, Юхани, что происходит,- вмиг постаревший Каллио обессиленно опускается на стул,- десять минут назад этот надутый индюк Маннергейм убеждал меня, что, мол, русские не смогут войти в столицу, что у них недостаточно сил для этого... Он предатель, он ради того, чтобы получить единоличную власть в стране готов сдать Хельсинки врагу,... может быть оно уже снюхался с русскими, они ему пообещали? Он слишком долго жил в России, его жена русская... шведам нельзя доверять... это они заплатили продажным политикам, чтобы отменить сухой закон в стране...
  - Что же нам делать, господин президент?- голос секретаря задрожал.
  - Я не знаю, Юхани,... у меня в кабинете был пистолет, принесите его, живым я не сдамся.
  - Не говорите так,- секретарь приседает от близкого взрыва,- вы нужны народу.
  - Я старый больной человек,- роняет голову на руки Каллио.
  * * *
  - 'БиБиСи Европейская Служба, слушайте блок на немецком языке, последние новости',- Маннергейм возвращается к письменному столу.
  - Господин фельдмаршал!- в кабинет Главнокомандующего врывается генерал Эш,- переключите на Хельсинки, выступление президента!
  - Вы, генерал, считаете, что у меня есть время слушать его проповеди для идиотов по четвергам?- Маннергейм окинул вошедшего холодным взглядом.
  Эш, не обращая внимания на это, бегом пересекает комнату, и щёлкает переключателем диапазонов.
  - Что вы себе позволяете!- подскакивает со стула фельдмаршал.
  - Русские ворвались в Президентский дворец!
  - '... Десять минут назад этот надутый индюк Маннергейм убеждал меня, что русские не смогут войти в столицу, что, мол, у них недостаточно сил для этого'... Главнокомандующий застывает с открытым ртом.
  - ...'Он- предатель'...
  - За-заткните глотку этому идиоту! Кто у нас командир батареи на острове Куйвасаари? Мериля? Прикажите ему стереть в порошок президентский дворец!
  - Господин фельдмаршал,- кровь отхлынула от лица генерала,- стрелять по Хельсинки, по Президентскому дворцу, лейтенант Мериля никогда не выполнит такой приказ!
  - ...'шведам нельзя доверять'...
  Маннергейм обессиленно падает на стул.
  - Один дурак может навредить Финляндии больше, чем целая армия русских,- загробным голосом говорит он, глядя в потолок.
  - Может быть следует связаться с президентом, господин Главнокомандующий?
  - Надо звонить премьер-министру,- поднимает голову Маннергейм,- вся надежда на Рюти, пусть объявит на всю страну, что Каллио сошёл с ума, что он берёт власть в стране в свои руки...
  - Премьер-министр ещё в пути из Оулу, в его канцелярии ожидают, что он прибудет в столицу завтра к полудню.
  - Ленарт,- Главнокомандующий окончательно берёт себя в руки,- приказываю вам связаться с командующим гарнизоном Хельсинки, русских в городе не может быть много, там наверняка небольшой отряд, прошедший по льду залива. Поставьте ему задачу освободить президента. Вы правы, при штурме дворца лучше обойтись без артиллерии.
  - Слушаюсь, господин фельдмаршал.
  * * *
  - Разрешите, господин генерал-лейтенант?- в кабинет, не дожидаясь приглашения, по очереди стали заходить штабные офицеры.
  - В чём дело, господа?- голос Эша предательски дрогнул.
  - Мы решили поговорить с вами,- вперёд решительно выдвинулся лысый коренастый полковник,- по нашему мнению, после ужасного выступления президента маршал Маннергейм больше не может занимать пост Главнокомандующего. Мы считаем, что он должен немедленно подать в отставку, передав свои обязанности вам как начальнику Генерального штаба. Президент тоже должен сложить свои полномочия.
   - Спасибо, конечно, за доверие,- облегчённо вздыхает Эш,- но не лучше ли будет, полковник Хенрихс, если такое решение примет парламент или премьер-министр?
  - Нет, господин генерал, время дорого. Чтобы предотвратить разложение на фронте и в тылу надо действовать быстро.

  Глава 3.

  Москва, Кремль, кабинет Сталина.
  16 февраля 1940 года, 16:00.

  - Вы уверены, товарищ Мальцева,- вождь остановился перед сидящей рядом с Игнатьевым Олей,- что Шиловский и Трухин не причастны к утечке сведений, имеющих стратегическое значение?
  - Да, товарищ Сталин, мы уверены. Ни тот, ни другой в период подготовки операции доступа к оперативной информации не имели. Точно установлено, что в то время Трухин находился в Мурманске, а Шиловский хоть и был в Ленинграде, но занимался инспекцией военных училищ.
  - Это хорошо,- вождь было двинулся к дальней стене кабинета, но остановился,- так может у них был сообщник?
  - Это полностью не исключено, товарищ Сталин,- твёрдо отвечает Оля,- и всё же мы склоняемся к мысли, что Шиловского и Трухина ничего не связывает, кроме служебных отношений в Академии Генерального штаба. Поэтому мы рассматривали их отдельно. Наибольшие подозрения у нас вызывал Трухин в связи с его близкими родственниками, расстрелянными за участие в контрреволюционном мятеже. Кроме того, в 1926 году на военных учениях под Киевом он был замечен наружкой ОГПУ в компании немецкого военного разведчика Кёстринга, который сейчас является военным атташе Германии в Москве...
  - Вот,- вождь взмахивает трубкой, зажатой в кулаке,- надо брать этого Трухина в оборот.
  - Безусловно надо, товарищ Сталин,- кивает головой девушка,- мы направили в НКВД соответствующее представление, но сейчас решили сконцентрироваться на источнике утечки. Одновременно с изучением личных дел работников генштаба наша наружка села на хвост наиболее активным сотрудникам германского посольства, так сказать, зашла с другой стороны. Одна из них, жена известного журналиста, хорошо владеющая русским языком, время от времени наведывалась в Новодевичий монастырь. Удалось выяснить, что она посещает квартиру известного в прошлом поэта Садовского, друга Александра Блока и Андрея Белого. Садовскому сейчас за 60, у него парализованы ноги. Германофил, монархист, очень религиозен. В честь победы германцев в Польше написал такое стихотворение:
  
  'Немцам
  Христос воскрес! Спешите братья!
  Из мглы кровавой октября
  Мы простираем к вам объятья,
  Зовём свободу, ждём царя!...'
  - Ну и так далее.
  - НКВД об этом 'бывшем' знает?- глаза вождя недобро сузились.
  - Знает, этим у них занимается секретно-политический отдел, но, насколько мне известно, их считают безобидными ворчунами, которых иногда используют для сбора информации.
  - Продолжайте, товарищ Мальцева.
   - ... Свою квартиру, а точнее просторный подвал монастыря, Садовский превратил в клуб для 'бывших'. Попасть туда человеку с улицы невозможно, только по рекомендации члена клуба, но доподлинно известно, что там устраиваются спиритические сеансы, гадания на картах, литературные чтения. Агент нашей службы Барченко из НИИ ЧаВо...
  Сталин усмехнулся.
  - ... известный в Москве медиум, несколько раз посещал этот клуб, устраивал там свои сеансы. С его помощью нашим 'установщикам' удалось вычислить большинство лиц, посещающих 'Воронью слободку'. Среди них оказалось известные люди, например, супруга товарища Микояна...
  - Что она там делала?- лицо вождя закаменело,- кто её рекомендовал?
  - Ей гадала на картах жена Садовского, товарищ Сталин. А вот по чьей рекомендации Ашхен Лазаревна попала в клуб установить не удалось.
  Губы вождя беззвучно зашевелились.
  - Мы понимали, что допрос жены члена Политбюро мог вызвать ненужный шум и раскрыть наше расследование, поэтому решили от этого отказаться. Помог случай. Один наш сотрудник...
  - Этот сотрудник вам сейчас докладывает, товарищ Сталин,- подал голос Игнатьев.
  - ... обратил внимание на запись в личном деле капитана Соболева, офицера связи начальника Генерального штаба, что его рекомендовал на должность товарищ Микоян. Дальше всё было просто, мы быстро выяснили, что Соболев- двоюродный брат одной из посетительниц клуба. Он имел доступ к картам финской операции. Негласный обыск квартиры капитана ничего не дал, поиск тайника мог занять много времени, поэтому решили применить технические средства- невидимые метки. Пометили ими подошвы немцев, для этого использовали коврики перед дверью квартиры Соболева и служебных квартир немцев. Особый прибор, который 'видит' метки, помог нам обнаружить тайник, служивший для передачи сообщений. Полагаю, что задержание немецкого шпиона и его дальнейшего использование следует поручить НКВД...
  - Вы что же, товарищ Мальцева, считаете, что товарищ Микоян причастен к этому делу?
  - Нет, не считаю. Наверное он просто выполнял просьбу жены: 'помочь хорошему мальчику, сыну её подруги'. Но это тоже потребует разбирательства.

  Карельский перешеек, станция Кямяря.
  16 февраля 1940 года, 17:00.

  Ко входу одноэтажного каменного вокзала, освещаемого неровным светом от горящих на путях вагонов, подъезжает колонна из трёх бронемашин.
  - Товарищ красноармеец, где комполка?- из среднего броневика слышится властный голос.
  - Здесь в здании, товарищ командир,- часовой в высоких валенках перестаёт переминаться с ноги на ногу.
  - Здравия желаю, товарищ комбриг,- командир полка майор Рослый спешит через зал ожидания к командиру дивизии,- прошу в мой штаб.
  - Молодец, майор,- расстёгивает на груди полушубок комбриг Алябушев,- твой полк первым в нашем корпусе прорвал основную линию финской обороны. Товарищ Жданов лично позвонил и попросил меня передать вам и вашему полку поздравления от Военного Совета фронта.
  - Служу Советскому Союзу!- невысокий комполка становится по стойке смирно.
  - Но почивать на лаврах не советую,- продолжает комбриг, неодобрительно осматривая кабинет начальника станции с добротной тяжёлой мебелью,- командование фронта поставило перед нашей дивизии новую задачу, сходу прорвать вторую линию обороны противника и выйти к городу Выборг. Твой полк находится на острие нашего наступления, и он ближе всего ко второй линии противника, до неё всего пара километров. Враг ещё не успел на всём протяжении линии отойти и занять укрепления, поэтому приказываю в течение ночи выдвинуться вперёд, а утром штурмом взять укрепления белофиннов.
  - Товарищ комбриг, как же так? Без подготовки, доразведки,- упавшим голосом спрашивает Рослый.
  - Как ты не понимаешь, майор,- сдвинул брови Алябушев,- время дорого. Нельзя допустить, чтобы враг успел изготовиться к обороне. Скажи, сильно тебе твоя доразведка помогла на основной линии? Много чего нового нашёл, что бы отличалось от данных из штаба корпуса?
  - А как быть с проходами для танков, подрывом надолбов, организацией артогня?
  - Насчёт мин не волнуйся, майор, корпус передаёт тебе штурмовой инженерно-сапёрный батальон, я его на полчаса обогнал, не больше. За ним идёт гаубичный полк, наш дивизионный. Извини, крупнокалиберную артиллерию не дали. Ты не тушуйся, ведь январе проводил учёбу и с теми, и с другими? Проводил... вот показывай на поле боя чему научился в Академии.
  * * *
  - Похоже пока отбились,- Маргелов осторожно выглядывает из чердачного окна Президентского дворца на Торговую площадь, освещённую неверным светом догорающей в порту постройки,- уже полчаса тихо. Но вы тут не расслабляйтесь, бдите внимательно. Когда тот сарай погаснет, зажигательными врежьте вон по той шхуне.
  - Есть не расслабляться, товарищ капитан,- пулемётчик ласково поглаживает приклад своего пулемёта,- не беспокойтесь, встретим как положено, если сунутся.
  - Я пошёл к Петрову,- комбат бесшумно исчезает в темноте, а следом за ним спешит порученец с трофейным финским автоматом.
  Четыре здания, в том числе и дворец, составляющие правительственный квартал, вплотную крышами и стенами прилепились друг к другу. Пулеметы на крышах, броневики на перекрёстках узких улочек вокруг квартала и мешки с песком в окнах первых этажей, превратили его в настоящую крепость, о стены которой разбились днём все атаки шюцкора.
  'С мешками повезло,- комбат подтягивается на поперечной балке, легко перебрасывает через неё своё тело и оказывается на чердаке Верховного суда,- вовремя они ремонт здесь устроили'.
  - Докладывай, Петров, обстановку,- напрягает зрение Маргелов, навстречу ему поднимается командир взвода разведки.
  * * *
  - С президентом что-то?- комбат, в очередной раз обойдя посты по периметру квартала, возвращается к штабу, устроенному в подвале дворца, и сталкивается с санинструктором.
  - Да сердце у него бьётся с перебоями, товарищ капитан, старый он, боюсь помрёт.
  - Ты постарайся, сержант,- кладёт ему на плечо руку командир,- живой он нам нужен.
  - Товарищ Маргелов,- из-за шторы, отделяющей медпункт, на голос комбата появляется голова Джека Алтаузена, фотографа, навязанного ему главным редактором,- я больше ждать не могу! Это ж такие кадры, им место на первой странице всех мировых газет! Красный флаг на флагштоке Президентского дворца! Прошу немедленно отправить мою плёнку в тыл!
  - Я своими бойцами так рисковать не могу,- тяжело вздыхает Маргелов,- мынаходимся в окружение.
  - Дайте мне броневик,- трясёт пышной шевелюрой фотограф,- я прорвусь!
  - Нет у меня лишнего броневика,- начинает злиться комбат,- и вообще, не буду я грех на душу брать.
  - Товарищ капитан,- издалека начинает кричать возбуждённый Петров,- уходят штурмовики!
  - Товарищ капитан,- с другой стороны коридора к Маргелову спешит радист,- наши ребята из мехкорпуса взяли железнодорожный вокзал!
  - Товарищ капитан?- Алтаузен просяще смотрит на комбата.

  Финляндия, город Миккели,
  Буфет гостиницы 'Кюлькюля'.
  17 февраля 1940 года, 14:00.

  - Любезный,- обращается к официанту Маннергейм, откладывая в сторону нож и вилку,- мне показалось или в самом деле был взрыв? Если это бомбёжка, то что-то я не услышал прежде сирену воздушной тревоги.
  - А-а-а!- тот, сломя голову, бежит из зала в сторону подсобки.
  Вдруг совсем неподалёку что-то ухает, от пулемётной очереди наверху звенят разбитые стёкла. Нахмурившись, фельдмаршал поднимается, неторопливо отсчитывает деньги и идёт к лестнице.
  - Странно,- оглянувшись, Маннергейм не находит рядом с собой охрану, приставленную к нему путчистами.
  Пройдя в свой номер, он подходит к шкафу достаёт с полки старый бинокль и осторожно выглядывает из окна.
  - Что за чёртовщина!- бормочет маршал, в его поле зрения попадает танк со свастикой на башне, ведущий огонь по зданию Ставки, из окон в него летит граната, а у входа в штаб распластались тела убитых солдат в финской форме,- диверсанты? С танком? Здесь? Как такое возможно? У входа в гостиницу резко тормозит легковой автомобиль, пролетев дальше по утоптанному снегу метров на тридцать, из него выскакивает трое вооружённых людей. Отпрянув от окна, Маннергейм обводит взглядом номер, его рука инстинктивно тянется к кобуре, но не находит пистолета, отобранного при аресте.
  'Нет, живым я русским не дамся',- он распахивает оконные створки и с трудом взбирается на высокий подоконник.
  - Мой маршал, вы свободны,- в комнату врывается полковник Талвела.
  Маннергейм поворачивается на голос, его правая нога скользит по жестяному оконному откосу, покрытому снегом. Нелепо взмахнув руками, он едва не падает вниз, но в последнее мгновение подбежавший полковник успевает схватить его за локоть.
  * * *
  - Пааво, почему ты здесь? Какова обстановка на Карельском перешейке?- бледный, вновь надевший форму Маннергейм, держась за перила, медленно спускается по гостиничной лестнице.
  - Разве вы не слыхали, господин фельдмаршал, что происходит в стране?
  - Нет, радио со вчерашнего дня молчит, газеты только местные...
  - После путча штабистов в армии началось брожения, сражаются только кадровики, среди призывников массовое дезертирство,- Талвела опускает голову,- русские разрезали мой корпус пополам, основная и тыловая позиции прорваны. Войска на западе перешейка отошли к Виипури, где в данный момент идут бои. Я с остатками одной дивизией отступил на север к станции Кавантсари чтобы по железной дороге отходить к Миккели. По отрывочным данным можно сделать вывод, что русские танки уже в Хельсинки.
  - Где Рюти, Каллио?- останавливается перевести дух Маннергейм.
  - Каллио, господин фельдмаршал, в плену у русских. Рюти с частью тыловиков, береговой пограничной стражи и шюцкором отступает к Турку...
  - Нужно срочно связаться с Рюти, - Маннергейм и Талвела выходят на воздух,- Турку- это тупик, он должен отходить к Тампере, только так мы сможем перехватить две основные железнодорожные магистрали ведущие на север и к шведской границе. Если русские займут Тампере, то через три дня будут в Оулу и прервут всякое сообщение с внешним миром. Оулу- ключевой пункт, без него мы будем не в состоянии обороняться... Постойте, что это? Ставка горит?
  Из окон двухэтажного здания школы, где размещается Ставка Главнокомандования финской армии, вырываются длинные языки пламени.
  - Предатели должны быть наказаны,- цедит полковник сквозь сжатые зубы,- я приказал уничтожить путчистов. Вы, господин фельдмаршал опасаетесь за связь? Ничего, мы свяжемся с Рюти по телеграфу, предлагаю проехать к на станцию...
  * * *
  - Граждане Финляндии,- несётся из репродуктора,- говорит Хельсинский радиоцентр, в 20:00 слушайте выступление президента... В зале ожидания железнодорожного вокзала Миккели повисает мёртвая тишина.
  - ... Повторяю, граждане Финляндии, говорит Хельсинский радиоцентр, в 20:00 слушайте выступление президента.
  * * *
  - Ну что будем делать, товарищи?- мягко спрашивает первый секретарь Ленинградского обкома, обводя колючим взглядом собравшихся,- будем выполнять задание ЦК или нет?
  'А что тут сделаешь?- с интересом краем глаза рассматриваю спартанскую обстановку бывшего кабинета Кирова,- умер Каллио, некому выступить по радио, задание выполнить невозможно, хотя'...
  - Разрешите мне, товарищ Жданов,- прерываю затянувшуюся паузу, во время которой все участники совещания сидели, понурив головы,- я хочу кое-что спросить у товарища Нусимовича...
  - Да, конечно, товарищ Чаганов,- в глазах Жданова вспыхивает надежда.
  - ... Скажите, у вас в Радиокомитете сохранились записи выступлений президента Каллио?
  - Разрешите уточнить?- как на пружине подскакивает с места тот.
  - Звоните отсюда,- кивает на столик с телефонами Жданов,- городской- крайний справа.
  - Имеются записи, товарищи- радостно сообщает Нусимович через минуту.
  - Отлично, я вот что подумал, при современном развитии техники из слов и предложений, которые произносит человек, можно составить любую речь, записать её на плёнку и выдать в эфир. Помнится мне мы в прошлом году выделили Ленинграду звукозаписывающее оборудование: магнитофоны, смесители, другие приборы. Вы, товарищ Нусимович, установили его у себя?
  - Установили, товарищ Чаганов, на улице Герцена. У нас на Радиовещательном узле очень им довольны.
  - Что-то я не понял, товарищи,- встряхивает шевелюрой Мехлис,- как это любую речь? А интонация, а громкость? Не похоже будет...
  - Надо попробовать, что мы в конце концов теряем?- вступает в разговор второй секретарь Кузнецов,- а так надежда есть...
  - Правильно, товарищ Кузнецов,- облегчённо вздыхает Жданов,- обеспечьте товарищам всё необходимое для работы, а вас, Алексей Сергеевич, я попрошу возглавить техническую сторону дела. Товарищ Мехлис, у вас речь с собой? До выхода в эфир, товарищи, времени осталось совсем мало, всего пять часов, надо торопиться...
  * * *
  - Никуда не годится,- со вздохом снимаю массивные наушники,- хоть я в финском и не бум-бум, но даже мне заметно разницу, когда он говорит фразу целиком, а когда мы составили её из кусков...
  Нусимович согласно закивал.
  - А мне кажется,- подаёт голос молодая черноволосая девушка-звукоинженер, стоящая у громоздкого шкафа с надписью 'Престо',- не так уж и плохо, поправить надо всего несколько мест в середине и конце записи. Так давайте пригласим артиста и перепишем их.
  - Что вы себе позволяете, товарищ Спектор?- как ужаленный подскакивает руководитель Ленинградского Радиокомитета,- товарищ Чаганов кажется ясно выразился...
  - Погодите, товарищ Нусимович, а ведь хорошая идея...
  - Где же мы найдём сейчас артиста со знанием финского языке?- сдувается он и сползает вниз по спинке стула.
  - Не нужно знание финского,- приободряется стушевавшаяся девушка,- достаточно чтоб он хорошо звукам подражал...
  - Постойте, куда вы? Товарища Нусимовича здесь нет,- из-за двери раздаётся громкий голос референта начальника Радиокомитета.
  - А мне сказали здесь,- в аппаратную распахивается дверь, на пороге появляется тщедушная фигура с очень знакомым лицом и рослого амбала, держащего того за руку,- так вот же он...
  - Аркадий, не до тебя,- раздражённо начинает Нусимович и вдруг осекается.
  Все находящиеся в помещении молча глядят на популярного артиста Райкина, два фильма которого вышли на широкий экран в прошлом году.
  - Прошу прощения,- смущённо бормочет 'звезда',- а я думал Яша от меня прячется, платить не хочет... так мне подождать или я уже пойду?
  - Стойте,- хором отвечают все собравшиеся.
  * * *
  - ... Я призываю всех воинов Финляндской Республики,- в аппаратной мягко шипит тонфолевая пластинка,- честно выполнивших свой воинский долг, ради сохранения своих жизней сложить оружие и живыми вернуться к своим семьям. Не поддавайтесь на разглагольствования политиканов о Великой Финляндии о русских варварах, пришедших убивать и жечь, и тому подобных сказках. Не верьте этому! Финляндия не будет разрушена, она так и останется независимым государством со столицей в Хельсинки, во главе её будет стоять финн, а те инородцы, кто столетиями грабил финский народ и его природные богатства, наоборот сбегут к себе на родину в Швецию... Отто Куусинен, затаив дыхание, вслушивается в каждое слово, несущееся из громкоговорителей.
  - ... Спросите себя, кому выгодно чтобы Финляндия воевала до последнего финна? Кому угодно, только не нам и русским. Их матери, также как и наши, хотят дождаться дома своих сыновей. Граждане Финляндии! Я, также как Главнокомандующий, как премьер- министр и депутаты парламента, в равной степени несут ответственность за то положение, в которое оказалась моя страна. Прошу у вас прощения за это...
  'Я устал, я- Мухожук'...
  -... Мы не оправдали ваших надежд, мы все должны уйти. Новой Финляндией будут управлять другие люди, те, которых вы изберёте, когда ситуация в стране позволит провести новые выборы...
  - Сильная речь, товарищ Чаганов,- трясёт мне руку Куусинен,- поздравляю вас. Если бы я не знал, что Каллио умер, ни за что бы не догадался, что говорит кто-то другой. Такая речь посильнее целого корпуса будет!
  - Спасибо, Отто Вильгельмович, надеюсь, что глава правительства новой Финляндии не обойдёт наградами весь коллектив, который работал над речью?- подначиваю Куусинена.
  - Обязательно наградим,- совершенно серьёзно отвечает тот. 'Интересная строка в личном деле намечается,- краем глаза замечаю, как Райкин что-то нашёптывает на ушко девушке-звукоинженеру и оба смеются,- 'участвовал в советско-финляндской войне, награждён финским орденом''...
  - Я слышал, что вы, товарищ Куусинен, собираетесь в Хельсинки?- стоим на выходе из Дома Радио, поджидая обкомовский ЗиС.
  - Сегодня вылетаю в Хельсинки, там рядом на льду посадочную площадку расчистили, завтра утром ратифицируем большой договор,- премьер-министр хитро подмигивает мне,- а затем уже буду по радио выступать, сам, обойдусь без помощи Райкина.
  - А со стороны Союза кто подписывать будет?
  - Полномочный представитель, товарищ Деревянский, мы вместе едем.
  * * *
  - Это точно? Как вы такое допустили, товарищ Жданов?- разбуженный под утро Сталин, сидя на диване и держа в одной руке телефонную трубку, другой поправляет на плечах старую лисью бекешу.
  - Совершенно точно, товарищ Сталин,- с того конца провода доносится тяжёлый вздох,- бронеавтомобиль, на котором ехал товарищ Куусинен со своим секретарём, сошёл с ледовой дороги и взорвался на мине в Хельсинском тороговом порту. Шедший впереди броневик товарища Деревянского дошёл до Президентского дворца благополучно.
  - Срочно выезжайте в Москву,- бросает трубку вождь, с трудом справляясь с волной раздражения, накрывшей его.
  Шлёпая босыми ногами по начищенному паркету кремлёвской квартиры, Сталин подходит к письменному столу, к 'вертушке'.
  - Товарищ Берия,- после трёх гудков тот отвечает,- через полчаса жду вас у себя в кабинете. Захватите с собой дела на Гюллинга и Ровио.

  Кремль, кабинет Сталина.
  18 февраля 1940 года, 22:00.

  - Какие будут предложения по кандидатуре председателя Финляндского правительства?- вождь обводит непроницаемым взглядом членов Политбюро, собравшихся за столом для совещаний,- что думает по этому поводу НКИД?
  - По-моему,- осторожно отвечает Молотов,- никого кроме Гюллинга нам сейчас не найти. Швед по происхождению, в прошлом социал-демократ, депутат сейма, в революцию начальник штаба Красной гвардии, один из основателей Финляндской коммунистической партии, член заграничного бюро ЦК компартии Финляндии, секретарь Скандинавского комитета Коминтерна. Имеет опыт партийной и советской работы в СССР- работал председателем Совета народных комиссаров Карельской АССР...
  - Он, кажется, был снят с этой работы за 'контрреволюцию и национализм',- Сталин останавливается напротив наркома иностранных дел,- не так ли?
  - Да, это так,- Молотов косится на Берию, который недавно, после удачной операции с 'польским золотом', стал кандидатом в члены Политбюро,- но, как мне кажется, в этом отстранении было слишком много личных мотивов, скажу прямо, ведь ни для кого не секрет, что его сильно недолюбливал товарищ Куусинен: сначала изгнал его из Коминтерна, затем...
  - Товарищ Берия?- вождь переводит строгий взгляд на наркома внутренних дел.
  - Действительно, никаких прямых доказательств контрреволюционной деятельности товарища Гюллинга органам найти не удалось...
  - Ну хорошо,- смягчается Сталин,- а не трудно ли ему будет выполнять свои обязанности на новом посту, ведь он инвалид?
  - Я даже не заметил при встрече, что у него нет ноги,- почувствовав поддержку, Молотов заговорил увереннее,- удачный протез, а в общем, Гюллинг очень активен, у него острый ум, завидное образование...
  - Ему надо приставить хорошего заместителя из военных,- подаёт голос Ворошилов,- Анттилу, например. Боевой командир, командир 1-го финского корпуса, воевал в гражданскую, прошёл Испанию...
  - Найдите Гюллига,- коротко бросает Сталин в трубку местного телефона,- а пока рассмотрим персональный вопрос товарища Микояна. Прошу высказываться...
  * * *
  - Как же так, товарищи?- бледный, как мел, Микоян тяжело поднимается со стула, обводя просящим взглядом сидящих рядом членов политбюро,- ведь вы же меня все давно знаете, со многими из вас мы сражались бок о бок в Гражданскую, устанавливали советскую власть на Кавказе, большая часть моей жизни прошла на ваших глазах...
  - Никто ваших былых заслуг не отрицает, товарищ Микоян,- жёстко прерывает его Киров,- но факт остаётся фактом, ваша жена...
  - Ну что взять с дуры-бабы, ходила к гадалке, её что в тюрьму теперь?
  - Ваша жена, товарищ Микоян, гражданка СССР,- морщится Ворошилов,- поэтому обязана отвечать за свои поступки перед советским законом...
  - Речь идёт, насколько я понял из доклада товарища Берия, о шпионаже,- почти кричит глуховатый Андреев,- 58-ая статья пункт 1 а), 10 лет лишения свободы с конфискацией всего имущества.
  - Но она же не знала!- кровь бросается в лицо наркома. - Это не освобождает от ответственности,- в голосе председателя Верховного Совета почувствовалась железная нотка,- её степень определит суд, который и назначит наказание.
  В кабинете повисает зловещая тишина.
  - Это так, - Киров прочищает горло, Микоян с надеждой поворачивается к нему,- но не она же просила устроить германского шпиона в наш Генеральный штаб. Правильно я понимаю, что она 'ничего не знала'?
  - Погодите, мы, конечно, не будем подменять собой суд,- Сталин возвращается к письменному столу,- но поскольку в деле замешан член политбюро, то мы просто обязаны принять участие в расследовании. В допросе товарища Микояна наряду с Генеральным Прокурором примут участие два наших товарища. Я думаю, что будет справедливо, если он сам выберет их.
  Микоян затравленно оглядывается по сторонам.
  - Товарищ Каганович... и товарищ Молотов,- выдавливает из себя он.
  - До окончания расследования,- согласно кивает вождь,- товарищ Микоян будет находиться в отпуске. Товарищи Каганович и Молотов предоставят результаты расследования политбюро, а в случае подтверждения подозрения и на пленуме ЦК. Кто за это предложение прошу поднять руки.

  Москва, завод 'Темп',
  Большая татарская, 35.
  19 февраля 1940 года, 10:00.

  - К вам Хруничев,- в трубке раздаётся хрипловатый голос 'Грымзы',- примете? 'Как некстати,- бросаю взгляд на часы,- Курчатов поди меня уже заждался'.
  - Михаил Васильевич, вы не против поговорить у меня в машине,- выхожу в приёмную, застёгивая чёрное драповое пальто со светлым каракулевым воротником,- я очень спешу?
  - Спасибо, Алексей Сергеевич,- нарком проворно срывает с вешалки в точности такое же, и устремляется за мной, на ходу просовывая руки в рукава.
  - Что за срочность?- спрашиваю у Хруничева, не дожидаясь пока тот устроится на просторном заднем сиденье моего ЗИСа.
  - Я... по поводу... Артёма Ивановича Микояна,- не может успокоить дыхание после быстрого шага нарком,- надо что-то решать с его кандидатурой на должность Главного конструктора И-200. Документы я направил в НКВД месяц назад, а оттуда ни ответа, ни привета.
  - Советую вам, Михаил Васильевич, начать подыскивать другую кандидатуру,- делаю загадочное лицо и поднимаю указательный палец кверху,- этот вопрос точно не решится быстро, а может быть даже никогда...
  - Понимаю,- не ведёт бровью нарком,- тогда может быть назначить Гуревича?
  - Вридом,- киваю ему, глядя в окно как машина пролетает по мосту,- думаю, что так будет лучше. Поликарпову уже сообщили, что у него забирают И-200?
  - Нет пока,- мнётся Хруничев.
  - А как у Николая Николаевича продвигается проект И-180 под М-82?
  - Сейчас получше, Алексей Сергеевич... Сначала он правда ждал безредукторный М-88-ой, а теперь когда Запорожье Климову передали, так ему деваться некуда. Тем более, и Туполев, и Ильюшин, и Сухой, и Лавочкин уже начали эту работу.
  - Как дела с выпуском И-289?
  - Лучше, чем у многих. Рассчитываем, что годовой план будет,- Хруничев подозрительно смотрит на меня,- если его нам не изменят в сторону увеличения. Есть такие слухи, не знаете, Алексей Сергеевич?
  - Сильно не изменят, Михаил Васильевич, дюраля не хватает. На следующей неделе будет заседание по алюминию... Однако надежду на резкое увеличение его производства придётся оставить. Думаю, следует напирать напирать на самолёты смешанной конструкции и из дельта-древесины. Скоро это тема станет очень горячей, поэтому мне нужен подробный отчёт о выполнении решения Совета Труда и Обороны по заготовке авидревесины. Подготовьтесь к вопросу какие исходные материалы нужны для производства дельта-древесины.
  - Будет сделано, Алексей Сергеевич, я вот ещё, что хотел спросить,- осторожно начинает Хруничев,- мы остановили подготовку валового производства, передали Запорожье Климову, а что тогда будет с ДБ-3, ведь запас М-87-ых выработаем и всё, придётся с вооружения снимать?
  - Никто нам снимать, конечно, не позволит, но и новые самолёты больше строить не будем. Поэтому надо посчитать всё, потребности, запас... похоже, надо будет оставлять небольшое производство для имеющегося флота ДБ-3... Подумайте с Климовым, он возможности этого завода хорошо знает, а то может быть лучше перемесить производство М-87-ых в другое место. Дальше, когда у нас подведение результатов конкурса эскизных проектов штурмовика? Первого числа? Я обязательно буду. На следующий день высотного разведчика, отлично. Вполне может статься, что и на ближний бомбер смешанной конструкции придётся объявлять...
  * * *
  - Бажанов Борис Георгиевич,- мертвенно бледный мужчина лет сорока в помятом стильном костюме с бинтовой повязкой на правой ноге облизывает сухие покусанные губы,- родился в 1900 году в городе Могилёв-Подольский...
  - Погоди-погоди не части, показания записывать не успеваю,- атлетически сложенный следователь особого отдела зло смотрит на тщедушного арестанта,- та-ак, место и время ареста?
  - ... Задержан в больнице города Миккели,- старый длинный шрам на правой щеке Бажанова наливается кровью,- где мне делали перевязку в связи с ранением ноги.
  - Встать!- свирепо кричит на арестанта следователь, подскакивая со стула навстречу вошедшему в допросную,- здравия желаю, товарищ генеральный комиссар госбезопасности.
  - Вольно, Рясной, пусть сидит,- Берия с любопытством сверху вниз смотрит на Бажанова,- как вы оказались в Финляндии?
  - Через Швецию.
  - Вы очень бледны,- нарком внимательно смотрит в глаза арестанту,- хорошо себя чувствуете?
  - Чувствую себя неплохо, тюремный врач осмотрел меня, немного болит голова.
  - А почему повязка на ноге?- ехидно щурится Берия.
  - Сползла,...- криво улыбается Бажанов.
  Следователь удивлённо переводит взгляд с одного на другого.
  - ... В боевых действиях не участвовал,- продолжил арестант со вздохом,- случайное ранение получил в тылу при атаке финских войск на Ставку своего главнокомандования...
  - Вы находились во время боя в Ставке?- лицо Берии становится каменным.
  - Да, находился.
  - С какой целью?- нарком занимает место следователя, прогнав того со стула нетерпеливым жестом.
  - Надеялся встретиться с лицом, кто исполняет обязанности фельдмаршала Маннергейма,- без колебаний отвечает он,- у меня с собой было для него письмо от председателя Русского общевойскового союза генерала Архангельского...
  - Вы правильно решили, Бажанов... у вас единственная возможность избежать высшей меры наказания по статье за измену Родине- это рассказать всё, что вам известно о РОВСе, военной эмиграции, словом о значительных людях, с которыми вы встречались за границей... Товарищ Рясной, вы свободны, пригласите сюда товарища Меркулова.
  - Мне бы хотелось получить гарантии сохранения жизни от Сталина,- красная волна загуляла вдоль шрама арестанта.
  - Вы кем себя вообразили?- пенсне падает с носа наркома,- вы не в том положении, чтобы ставить условия. Слова наркома внутренних дел вполне достаточно. Кстати, чтобы рассеять все ваши сомнения, скоро вы встретитесь на очной ставке со своим старым знакомым- Троцким. Да-да, на самом деле он жив и здоров, пишет свои мемуары. У вас, кажется, тоже есть склонность к литературе... Но это потом, а сейчас есть совершенно неотложные вопросы, которые надо прояснить: вы встречались с Маннергеймом?
  - Встречался, 15 февраля. На следующий день он был отстранён от должности группой офицеров генштаба и посажен под домашний арест. Затем освобождён из под стражи другой группой, прибывшей с фронта и в тот же день, по слухам, на поезде отбыл в город Оулу, что на шведской границе.
  * * *
  Сильно обогнав 'прикреплённого' из ВОХРа, навстречу сильному ветру по запорошенной снегом дорожке бегу от Главного корпуса к 'котлу'. Заметив меня, два охранника открывают тяжёлую стальную дверь и пропускают внутрь пристройки. За второй дубовой дверью в небольшую комнату набилась куча народу, в центре которой возвышалась голова Курчатова.
  - Все наверх,- даёт он команду в микрофон, неотрывно глядя на 'большой' телевизионный экран, стоящий на возвышении.
  - Здравствуйте, товарищи,- повышаю голос, чтобы перекричать сирену, вой которой доносится снизу из реакторного зала,- прошу простить за опоздание.
  - Как раз успели, Алексей Сергеевич, сейчас начинаем, только закончили последний слой,- понеслось со всех сторон от 'апостолов' и технических помощников Курчатова.
  - Продолжайте, Игорь Васильевич,- мне уступают место рядом с ним у пульта.
  Тот дожидается пока на пульте погаснет индикатор с надписью 'Дверь Р.З.', одновременно с этим выключается сирена, и, поплевав на указательный палец, придавливает вниз большую красную кнопку 'Стержни'. Послышалось гудение электродвигателя и в движение приходит стальной трос с отметками белой краской через каждые 10 сантиметров. Все завороженно смотрят на полосатую 'змею', ползущую из отверстия в стене, проползающую сквозь блок под потолком и скрывающуюся в катушке.
  Через несколько секунд, когда трос проходит через первую красную отметку, из громкоговорителя, подсоединённого через усилитель к датчику нейтронов, слышатся первые щелчки. Присутствующие затаили дыхание. Дробь в репродукторе становится быстрее, через несколько секунд он заговорил со скоростью пулемёта. Световые вспышки неонок на чёрном щите управления реактором сливаются в красновато-жёлтое сияние. Курчатов убирает палец с кнопки, переводит дыхание, затем молча проверяет показания немногочисленных приборов и снова решительно нажимает на кнопку. И бьющие по ушам щелчки наконец-то сливаются в один сплошной гул.
  'Бушует атомное пламя, впервые в мире! Нас не догонят'!
  - Ура-а-а!- нестройный хор присутствующих тут же умолкает, как только Курчатов поднимает вверх левую руку, правая продолжает давить на кнопку подъёма стержней.
  - Давайте быстро взглянем какая критичность у 'котла',- его взгляд не отрывается он указателя мощности реактора,- а потом уж... и это, радио выключите.
  Щелчок, стержни встали на концевик, правая рука нависает над кнопкой аварийного сброса стержней.
  - Что-то совсем не растёт,- чешет мочку уха длинный худой Александров.
  - Немного растёт, кажется,- тянет шею невысокий Зельдович.
  - Упала, по-моему,- безразлично замечает Алиханов.
  - Действительно,- загораются глаза у Курчатова,- немного подросла, а потом упала...
  С минуту в комнате стояла напряжённая тишина.
  - Опять начала расти,- замечает стоящий рядом со мной Харитон.
  - Ребята, что у нас с теплоотводом?- Курчатов хватается за трубку местного телефона,- заслонка не двигается?
  - Нет, Игорь Васильевич,- доносится из неё зычный голос,- как вы и сказали, открыта на полную.
  - А что если нагревание урана и графита влияет на выход нейтронов?- подаю голос в полной тишине,- активная зона нагрелась, поток нейтронов упал, началось охлаждение, в результате, которого поток вновь вырос.
  - А что очень может быть, Алексей Сергеевич,- поворачивается ко мне Курчатов,- очень даже... Давайте проверим...
  - Игорь Васильевич!- в комнату влетает техник, измеряющий интенсивность измерений,- там до вашего домика излучение доходит!
  Курчатов тут же стучит по кнопке, и перед глазами быстро замелькали белые и красные полоски на разматывающемся тросе.
  'М-да, неаккуратно это мы, ведь есть же удалённый пульт управления'...
  - Всё будем заканчивать, впредь на большую мощность будем пускать только на расстоянии,- виноватым голосом говорит он и тут же веселеет,- ура, товарищи! Прошу всех ко мне домой, это дело надо отметить. Разносолов не обещаю, но...
  * * *
  - А что, товарищ Чаганов,- перебивает меня захмелевший Зельдович,- ордена тоже будут закрытыми? Пощупать-то их позволят?
  - Даже носить можно, но говорить за что на самом деле получены- нельзя,- ставлю пригубленный бокал на стол.
  - А в Москву вернуться можно будет?- Ершова следует моему примеру.
  - Боюсь, что пока нет,- на пороге дома в облаке пара возникает Оля, собравшиеся в гостиной встречают восторженными восклицаниями,- хотя поездки туда на машине в сопровождении 'прикреплённых' не возбраняются.
  Сразу несколько человек бросаются помогать ей снять беличью шубку.
  - ... Хочу сразу предупредить,- супруга в платье по мотивам 'коллекции Орловой' награждает кавалеров ослепительной улыбкой,- поскольку работы по проектам в ещё самом начале, но уже принёс первый результат, то режим здесь в Лаборатории 2 будет только ужесточаться. В Покровском-Стрешнёво, где вы живёте, к шлагбаумам на дорогах вскоре добавятся проволочные заграждения по периметру посёлка. Намечено строительство магазинов, стадиона, школы, в общем всего чего не хватает для нормальной жизни семейных сотрудников.
  Выпив со всеми шампанского, Оля берёт меня за рукав и шепчет на ухо:
  - Пора, едем к Хозяину, он ждёт нас на Ближней даче.
  - Что это ещё за Нью-Васюки?- под нашими ногами скрипит недавно выпавший снег,- кто это такое 'наметил'?
  - Подготавливаю постепенно людей к неизбежному,- недовольно передергивает она плечами,- до окончания проекта жить придётся за колючей проволокой. Кстати, думаю, Сталин об этом сейчас и заведёт разговор.
  * * *
  - На мой взгляд, это событие историческое,- замечаю вдруг, как Сталин и Киров, сидящие напротив меня в малой столовой, осунулись и постарели в последнее время,- в СССР впервые в мире осуществлена управляемая цепная ядерная реакция. Наши учёные далеко обогнали в этом своих западных коллег. По моим прикидкам, на два-три года. Этот успех открывает нам прямой путь к созданию атомной бомбы, оружия невиданной разрушительной силы.
  - Насколько разрушительной, Алексей?- хмурится Киров.
  - На первых порах, Сергей Миронович, её взрыв может равняться одномоментному взрыву 20 тысяч тысячекилограммовых тротиловых бомб, но в дальнейшем эта сила может достичь миллиона таких бомб и даже более...
  - Бомбы- это хорошо, товарищ Чаганов,- Сталин разбавляет вино нарзаном из запотевшего хрустального графина,- но меня сейчас больше волнует другой вопрос, когда мы сможем рассчитывать на запуск атомных электростанций? Рост нашей промышленности серьёзно ограничен нехваткой электроэнергии, особенно в европейской части Союза...
  - Ты скажи лучше, этот твой 'котёл' сколько электричества может давать?- чиркает спичкой Киров, прикуривая папиросу.
  - Этот атомный реактор- экспериментальный, он не предназначен для выработки электроэнергии, но он открывает путь к проектированию очень мощных электростанций, многократно превосходящих Волховскую ГЭС и даже Днепрогэс. Причём для станций, работающих на уране не потребуются ни ежедневный подвоз десятков составов с углём, как для тепловых, ни затопления обширных территорий плодородных земель, как для гидроэлектростанций. На топливе, которое уместится в одном-двух вагонах атомная станция сможет работать много месяцев...
  - Но?- вождь делает маленький глоток из бокала.
  - ... Но, чтобы достичь такого результата, товарищ Сталин, нужны многомиллиардные капиталовложения для создания новых отраслей промышленности, в которых будут работать сотни тысяч, если не миллионы высококвалифицированных людей. Сегодняшний эксперимент показал, что это не фантазии учёных, что это дело реальное и что овладение энергией атома- один из важнейших путей развития науки и техники во всём мире.
  - Кхм,- вождь с тяжёлым вздохом тянется к коробке папирос,- длинный путь начинается с первого шага, какие, по-вашему, самые первые неотложные меры надо принять, чтобы обеспечить развёртывания работ по атомной теме?
  - На мой взгляд,- быстро отвечаю я,- расширение уранового рудника в Таджикистане, строительство где-то поблизости горно-химического завода, где будет происходить выщелачивание урановой руды, производства концентрата и, конечно, расширение географии поиска месторождений урана- Сибирь, Средняя Азия, Украина- и открытие учебных заведений по подготовке специалистов атомной промышленности. Кроме того, начать строительство промышленного реактора для наработки взрывчатки атомной бомбы.
  - Готовьте ваши предложения, товарищ Чаганов, в ближайшее время организуйте совместное совещание в Совнаркоме Научно-технического совета Спецкомитета, Академии Наук и Госплана. Товарищ Мальцева, у вас тоже есть какие-то предложения по этому вопросу, так?
  - Есть, товарищ Сталин,- встрепенулась Оля,- во-первых, необходимо решить вопрос о переводе центра работ по Атомному проекту из Москвы на восток, по крайней мере, на Урал или в Горьковскую область. Обеспечивать сохранение режима секретности в столице исключительно трудно, особенно при расширении круга лиц, участвующих в работах. Проще и дешевле обеспечить охрану периметра, пропускной режим и люстрацию корреспонденции небольшого городка где-нибудь в провинции. Во-вторых, сейчас военизированная охрана Спецкомитета занимается только контрразведкой, на мой взгляд, этого недостаточно. Нужно начать активные разведывательные мероприятия за границей...
  - Опять вы за своё, товарищ Мальцева,- хмурится вождь,- хлеб хотите отобрать у НКВД и Разведупра?
  - Нет, товарищ Сталин, недостатка работы у них перед войной не будет, просто хочу облегчить себе и им жизнь. Вот простой пример, в Норвегии с 1934 года в городе Веморк работает завод по производству тяжёлой воды...
  - Тяжёлой воды?- удивлённо смотрит на девушку Киров,- что это за зверь за такой, Анечка?
  - Тяжёлая вода отличается от обычной тем,- прихожу на помощь Оле,- что в ней два атома водорода замещены двумя атомами дейтерия. Дейтерий- это изотоп водорода, у которого в ядре находится дополнительный нейтрон...
  - Хватит-хватит, Алексей, ты мне по-простому скажи, зачем твоя тяжёлая вода нужна?
  - Она позволяет упростить конструкцию атомного реактора и удешевить топливо для него...
  - У нас в стране есть тяжёлая вода, товарищ Чаганов?
  - Есть, она находится повсюду в самой обычной воде, товарищ Сталин, но в очень малых количествах. Чтобы добыть её оттуда нужно затратить большой количество электричества. Просто скажу для справки, что один грамм тяжёлой воды стоит 190 рублей, а в реактор её нужно залить десятки тонн ...
  - Золотое у нас электричество выходит,- трёт скулу Киров.
  - Правильно, Сергей Миронович, поэтому тяжёлую воду мы в наших реакторах не будем использовать. Вместо него применяем графит, он дёшев и буквально лежит у нас под ногами...,- натыкаюсь на нетерпеливый взгляд супруги.
  - Дорога тяжёлая вода или нет,- перебивает она меня,- это не существенно для тех стран, которые решили начать свою атомную программу после открытия деления урана. А таких иностранных государств сейчас по крайней мере четыре- Америка, Германия, Англия и Франция. В Норвегии, кстати, себестоимость тяжёлой воды не так высока, так как электричество получается от расположенной неподалёку у водопада гидроэлектростанции. 19 долларов- это цена, которую предложили норвежцы МакГи при поставке одного килограмма...
  'Что за наезды? Я ж об этом ей сам рассказал'...
  - Вы, товарищ Мальцева, начали говорить об НКВД и Разведупре,- в глазах вождя промелькнула лёгкая усмешка.
  - Да-да, товарищ Сталин, так вот когда я обратилась к ним за информацией по заводу в Веморке, то выяснилось, что ни там, ни там никаких сведений о нём не имеют, сотрудники не имеют представления зачем нужна тяжёлая вода. Поэтому я считаю, что в целях поддержания режима секретности нашего Атомного проекта и получения информации о схожих проектах наших врагов, следует создать при Спецкомитете, с подчинением непосредственно председателю СНК, полноценную службу, которая бы занималась и разведкой, и контрразведкой по данной теме.
  - Почему просто не дать такое задание уже существующим органам?- с сомнением качает головой вождь.
  - Потому, что все сведения будут всё равно переданы в Спецкомитет, только пройдут через много рук. В обратную сторону от пойдут вопросы на что агентам обратить особое внимание. То есть, в случае 'протечки' враги узнают не только, что узнали мы, но смогут по тем вопросам, что задаём мы, оценить трудности и степень нашего продвижения...
  - А у вас, выходит, 'протечки' быть не может, товарищ Мальцева?
  - И у нас может быть, товарищ Сталин, только искать будет проще и быстрее, чем меньше инстанций, тем лучше.
  - Ну хорошо, я подумаю над этим,- вождь поднимается со стула,- но учтите, вы меня пока не убедили.
  * * *
  - Нет, ну ты скажи,- вырывается у Оли, когда мы оказываемся на воздухе,- почему он против? Потому что я- женщина, глупая?
  - О чём ты? Многие мужчины душу бы дьяволу отдали, чтоб оказаться на твоей должности. Тут другое, хотя с мужчинами ему прощаться, конечно, проще. Ты уже не помнишь о своих похождениях в Германии и Японии, не говоря уже о Харбине? Если бы на твоём месте был кто-то другой, то его бы уже давно со службы попёрли, несмотря на...
  - Ах тебе, значит, я должна быть благодарна, что меня ещё не попёрли. Ты такой же как они все, кто пользуется моей помощью, как шпиона найти, так товарищ Мальцева выручайте, а как оценить её работу...
  'Критические дни советской разведки'.
  - Да успокойся, не решил он ещё ничего, а то бы и приглашать к себе не стал, думает он, взвешивает, можно ли отдавать такое большое дело в руки... В общем не хочет терять контроль над ситуацией, чтобы такой поток информации мимо него проходил. Типа, семейная пара между собой поговорила, обсудила, а остальных по боку. А говоря об оценке твоего труда, я тебе так скажу, ты забываешь откуда мы сейчас вышли, тебя сам Сталин пригласил на встречу! Вот она истинная оценка, а орденам он особого значения не придаёт, он не Брежнев.

  Глава 4.

  Московская область,
  Аэродром 'Подлипки'.
  21 февраля 1940 года, 10:00.

- Вынуждены признать, Алексей Сергеевич,- Челомей, стоящий у доски, с прикреплённым к ней ватманом, опускает голову,- что три подряд неудачных испытания крылатой ракеты Х-1, имеют одну и ту же причину: неустойчивую работу системы навигации...

  'Как это работает,- напрягаю зрение чтобы рассмотреть мелкие надписи на чертеже,- м-м, понятно... у ракеты в хвосте стоит передатчик, который излучает импульсы сантиметровых волн. Две РЛС на земле принимают эти сигналы и по кабелю пересылают их на пульт управления, оператор видит на экране перед собой два импульса один над другим. Если эти импульсы расположены на одной линии, значит ракета идёт точно не цель. Если верхний, сдвинут влево относительно нижнего, то на лицо отклонение влево, если вправо- то вправо. В первом случае оператор по радио, грубо говоря, передает команду 'точка-тире', во втором- 'тире точка' На самом деле, конечно, эти команды значительно сложнее, чтобы обеспечить высокую помехозащищённость. Прибор управления на ракете, распознаёт команды и передаёт их на автопилот. Неплохо задумано, но'...
  - Скажите, товарищ Челомей, а в чём именно проявляется эта неустойчивость?- прерываю неловкое молчание, повисшее в кабинете директора авиазавода.
  - Это вам, Алексей Сергеевич, лучше объяснит наш специалист по навигации товарищ Кисунько.
  К доске, сильно волнуясь, подходит худой юноша с густой шевелюрой.
  'Вот так растут люди в наше время, не без моей помощи. Человеку нет ещё и 22-х, а он уже главный специалист по радионавигации в ракетном КБ. Хорошо объясняет, грамотно, одно слово- математик'.
  - Позвольте, товарищ Кисунько,- прерываю докладчика,- понятно как вы выводите ракету на курс, но как измеряете текущее расстояние до ракеты?
  - Генератор на ракете запускается по импульсу от наземной станции, товарищ Чаганов. Это система схожа с активным автоответчиком, на схеме это часть не показана.
  - Почему вы выбрали эту систему, она ведь значительно сложнее, уменьшает полезную нагрузку? Насколько я помню мы первоначально планировали установить на ракете уголковый отражатель.
  - С пассивным ответчиком энергия вернувшегося сигнала обратно пропорциональна четвёртой степени расстояния до ракеты, а с активным- только квадрату.
  - Это ясно, товарищ Кисунько, сильно увеличивать мощность передатчика РЛС мы не можем, но можно поднять антенный коэффициент: увеличить размер антенны, сделать её более направленной...
  'Подозреваю, что радиотехнический отдел не захотел возиться с модернизацией 'Подсолнуха', типа, бери что есть'.
  - ... А так выходит, что теперь у вас на борту появилась куча задержек в электронной схеме одновибратора, которая зависит от температуры окружающей среды. Небось на земле схему проверяли? А наверху она сильно ниже...
  Докладчик повесил голову.
  - ... В общем так, товарищ Кисунько, возвращаемся к исходной схеме. Срочно готовьте требования к доработке РЛС: мощность, не забудьте её можно менять не только изменением амплитуды сигнала, но и его длительностью. Посчитайте антенну. Радиотехники, обратитесь к Лосеву, он вам выделит более чувствительные датчики приёмника. Товарищ Пересыпкин, проконтролируйте ход работ, чтобы ни у кого из участников не возникло соблазна увильнуть от выполнения своей части. Ровно через месяц я приеду на испытания. Отсюда до полигона Мулино примерно 300 км, то что надо. Я договорюсь с военными об организации мишенного поля.
  * * *
  - Здравствуйте, товарищи!- встречаю 'вертолётчиков' в центре кабинета директора 289-го авиазавода,- прошу, присаживайтесь.
  Вошедшие, поздоровавшись со мной, Хруничевым и Сухим за руку, гуськом проходят к столу.
  - Вчера я разговаривал,- сажусь во главу длинного стола,- с наркомом обороны и начальником Генерального штаба об опыте применения вашего вертолёта в Финляндии. Они считают его исключительно успешным...
  Напряжённые лица 'вертолётчиков' разом повеселели и расслабились.
  - ... Наиболее удачным им кажется применение вертолёта ВЛ-1 в качестве артиллерийского корректировщика, для целей связи, разведки и как санитарного. Товарищ Будённый назвал их воздушной конницей и попросил нас поскорее организовать крупносерийное производство ваших аппаратов. Ввиду столь успешного дебюта вертолётов, Совет Народных Комиссаров постановил полностью передать 289 авиазавод в наркомат авиапромышленности и существенно расширить производственные мощности. Намеченное ранее строительство Минского авиазавода отменяется, а точнее, переносится сюда в Подлипки, где в течение года будет построен большой сборочный цех для производства вертолётов. Ваше КБ также расширяется и становится заводским, и, кроме того, головным по вертолётостроению...
  Вижу, как директор и главный конструктор завода Сухой встревоженно поднимает голову.
  'Представляю себе, что сейчас чувствует Павел Осипович: вчера проиграл конкурс на штурмовик, уступив Ильюшину, а сегодня завод отжимают. Но думаю, что в итоге статус-кво будет соблюдено: у Ильюшина ведь уже зарубили дальнейшее развитие ДБ-3, а Сухому ещё неизвестно о том, что новый дальний бомбардировщик под М-82 скорее будет проектировать он в КОСОС-ЦАГИ'.
  - ... Наряду с задачей сопровождения ВЛ-1, перед КБ товарища Миля будет поставлена задача разработки нового аппарата одномоторной схемы: многоцелевого четырёхместного вертолёта под новый двигатель мощностью около 600 лошадиных сил,...
  ''Половинка' от М-82'.
  - ... который со следующего года запускается в валовое производство в Молотове. Вопросы?
  - А что будет с аппаратами поперечной схемы?- опередил всех подтянутый брюнет лет тридцати пяти.
  - Принято решение сконцентрировать все наши усилия и ресурсы, товарищ Братухин, на конструировании аппарата одномоторной схемы, как наиболее перспективного,- тоном, не допускающим возражений, отрезаю я,- то же самое касается тех конструкторов, которые занимаются автожирами, работы по ним будут остановлены. В КБ Миля временно переведены товарищи Камов, Изаксон, Жеребцов, Брагинский и другие... Наша армия очень рассчитывает, что КБ и завод выполнят планы правительства.
  'Не слишком ли я жёстко?- смотрю я на насупившихся конструкторов,- нет, не слишком, война идёт'.
  - А теперь уже я спрошу товарища Миля. Полгода назад вы начали исследования несущего винта с реактивным приводом. Какие успехи?
  - Мы решили прекратить работы в этом направлении, товарищ Чаганов,- потупился он,- это связано с недостатками пульсирующего двигателя для его применения в нашей области. При испытаниях обнаружилась значительное падение тяги двигателей при поступательном движении аппарата по сравнению со статическим значением до 50 процентов. Отмечен также большой расход топлива и шум. Кроме того, сильно падают авторотационные качества винта из-за большого сопротивления корпуса двигателей.
  - Ну что ж, отрицательный результат- тоже результат, товарищи. Я понимаю желание конструктора в создании оригинальных образцов летательных аппаратов и научных исследованиях, связанных с ними, но хочу ещё раз повторить, надо сфокусироваться на совершенствовании уже проверенной практикой конструкции...
  - Товарищ Чаганов,- подаёт голос Сухой, не поднимая головы,- а что решили с запуском в производство 'Иванова'?
  - Так, спасибо 'вертолётчикам', вы свободны,- дожидаюсь пока за последним закроется дверь,- ничего ещё не решено, Павел Осипович, но думаю, что этот вопрос будет решаться без вас, вам же будет доверена другая работа, уверен, что вам она придётся по душе. Товарищ Хруничев расскажет вам поподробнее... Прошу меня извинить, я вынужден вас оставить.
  * * *
  - Здравствуйте, Борис Михайлович,- вождь отрывает глаза от бумаг,- у вас что-то срочное?
  - Нет, товарищ Сталин, точнее да,...- помедлил Шапошников.
  - Слушаю вас, присаживайтесь.
  - Хочу попросить вас о переводе на другую должность или об отставке, если вы сочтёте нужным,- начальник Генерального штаба тяжело опускается на стул.
  - Продолжаете винить себя за того шпиона?- Сталин поднимается из-за письменного стола и подходит к Шапошникову.
  - И это тоже, товарищ Сталин,- кивает он,- но главное, что здоровье не позволяет исполнять должность надлежащим образом.
  - Здоровье?- вождь открывает коробку 'Герцеговины Флор',- вам не стало лучше после приёма тубазида?
  - Помогло лекарство, товарищ Сталин, меньше кашляю. Правильнее было сказать- возраст, сил не хватает. Чувствую себя стариком, помехой на пути молодых кадров...
  - О ком это вы, Борис Михайлович?
  - О комкоре Захарове, товарищ Сталин,- глаза Шапошникова жадно блуждают по коробке папирос,- полагаю, что Матвей Васильевич уже достоин того, чтобы возглавить Генеральный штаб. Успешная операция, которую он спланировал и провёл столь малыми силами в Финляндии, всем показала кто чего стоит...
  - Ну-у, всякий может когда-то ошибаться, Борис Михайлович,- вождь чиркает спичкой,- важно уметь делать выводы из ошибок... А вот будет ли у Захарова такой авторитет в Генеральном штабе как у вас?
  - Авторитет создают победы, товарищ Сталин,- ноздри Шапошникова задрожали от аромата табака,- а поражения очень быстро приводят к его утере. Комкор Захаров отлично подготовленный оператор, я за него ручаюсь.
  Вождь поднимается со стула и начинает в задумчивости привычно прохаживаться по кабинету.
  - М-да, задали вы мне задачку, Борис Михайлович. Вы же понимаете, что начальник Генерального штаба работает в паре с наркомом обороны. Сработаются ли они вместе, найдут ли взаимопонимание? Взгляды на войну у них могут отличаться, они ведь из разных поколений.
  - Согласен, товарищ Сталин, опасность такая существует. Ну тогда выходит, что и наркома обороны надо менять.
  - Кого бы вы могли предложить в наркомы вместо Будённого?- хитро щурится вождь.
  - Командарма второго ранга Рокоссовского,- быстро отвечает Шапошников,- у них с Захаровым одинаковый подход к планированию боевых операций. То, что осуществил Рокоссовский на Халхин-Голе очень напоминает действия Захарова в Финляндии и германцев в Польской компании.
  - Пожалуй вы правы, Борис Михайлович, напоминает,- Сталин задумчиво смотрит в окно на Арсенал,- вот только масштаб боевых действий на Халхин-Голе да и в Финляндии не сопоставим с войной в Польше. Сумеют ли совладать Захаров с Рокоссовским с управлением не десятками или сотнями тысяч штыков, а с многомиллионными фронтами? Знаете же как бывает, поставь хорошего мастера директором завода, а он дело завалит.
  - Если смотреть на дело с такой точки зрения, то ни ваш покорный слуга, ни кто-либо другой в сейчас в Красной Армии тоже такими фронтами не командовал, всё равно придётся 'неопытного' ставить. Тогда уж лучше тех, кто хорошо проявил себя в современной войне, чем когда-то двадцать лет назад...
  - Хм,- вождь вновь садится напротив Шапошникова,- такие назначения- это вопрос политический, нужно учесть как на это посмотрят не только наши военные, но и враги. Согласитесь, Борис Михайлович, странно будут выглядеть такие замены на фоне успехов Красной Армии на поле боя. Могут решить, что в СССР в среде военных вновь созрел заговор. Именно по таким делам судят о силе страны и её вооружённых сил.
  - Как сказал один китайский мудрец, товарищ Сталин: 'война- это путь обмана, поэтому даже если ты способен, показывай врагу свою неспособность'... Так может быть нам стоит подыграть противнику?

  Москва, Красная площадь,
  21 февраля 1940 года, 12:00.

  Быстро срываю с головы каракулевую шапку и последним успеваю подставить своё плечо под ручку катафалка, с установленной на нём белой керамической урной, увитой красными гвоздиками. Распоряжавшийся церемонией Маленков обжигает меня недовольным взглядом. 'Кто там впереди?- вытягиваю шею, чтобы разглядеть несущих передние носилки,- Сталин, Киров, Ворошилов, Молотов... Несут Куусинена... А мы, значит, его секретаря, так и не узнал его фамилию, потому что опоздал на церемонию прощания. Рядом со мной идёт Косыгин, впереди Булганин, четвёртого не вижу'...
  Процессия по узкой дорожке поворачивает к Кремлёвской стене, направо от Мавзолея.
  'Так, сзади кандидаты и члены Политбюро, секретари ЦК,- краем глаза при повороте успеваю рассмотреть, что твориться за моей спиной,- Микоян с ними, но идёт как бы сам по себе, не в группе. Полезно, всё-таки, посещать похороны, много чего интересного узнать можно... Инесса Арманд... Серго Орджоникидзе... а вот и два свежих проёма в стене'...
  'Отто Вильгельмович Куусинен'. Еще пара шагов и мой взгляд цепляется за другую фамилию... Андропов'...
  У свежеустановленной плиты Куусинена многолюдно: рядом с седой женщиной, первой женой, стоят дети и внуки, в стороне от них рыдает молодая женщина, по виду моя ровесница.
  'Третья жена'?
  - Алексей,- со слезами мне на грудь падает Айно Андреевна,- какое горе!
  'Вот как оно бывает,- перевожу взгляд на беременную женщину с маленьким ребёнком, стоящую у 'нашей' плиты,- а если б меня послушался, работал где-нибудь в Сибири по специальности, остался бы жив'.
  * * *
  - Алексей, здравствуй,- у Спасской башни меня перехватывает Голованов,- есть пять минут? Такое дело, ты в курсе, что наркомат авиационной промышленности выступает против включения в план этого года самолёт СХ-1 Бендуковича?
  - Сельскохозяйственный?- увлекаю его за собой, в сторону Васильевского спуска,- а почему это волнует военных?
  - Это Бендукович его так назвал из своих соображений,- горячо начал Голованов,- а на самом деле самолёт может выпускаться в нескольких вариантах, как пассажирский на 6 человек; санитарный- 4 раненых, военфельдшер и санитар; техслужба, снабжение, химслужба. Самолёт многоцелевой, он очень нужен нам в войсках, особенно если оглянуться на опыт Освободительного похода и Финляндии.
  - Да-да, припоминаю. Простой в производстве деревянный биплан с одним мотором. А-а понимаю, Тушинский авиазавод не может увеличить производство двигателей МГ-31 для него. Больше их часть в этом году уйдёт на вертолёты. Вот Хруничев, наверное и решил, что в первую очередь надо выполнить военный заказ, а сельскохозяйственный- оставить на потом.
  - Как-то надо выходить из ситуации, Алексей.
  - Хорошо, Александр Евгеньевич, посмотрю, что можно сделать.
  - И ещё одно,- держит меня за руку он,- скажи ты подписываешь списки конструкторов, кто едет в командировку в Германию?
  - Я визирую их, а что такое?
  - Нельзя вычеркнуть из них Поликарпова?
  - Почему?
  - Понимаешь, у него скоро государственные испытания И-182-го...
  'И-180 с двигателем М-82'.
  - ... а я, Алексей, слышал краем уха, что интригует кое-кто из конструкторов против него. Вот потребует госкомиссия что-то исправить или добавить к образцу, а главный конструктор уехал на полгода. Посыплются предложения о разделении его КБ на несколько по числу проектов и всё под благовидным предлогом. Не уверен я, что сможет молодёжь без него довести его проекты, как бы не скинули их на свалку и не занялись своим творчеством.
  - Ты, Александр Евгеньевич, не нагнетай,- машу рукой водителю, чтобы подъехал поближе,- никто им своевольничать не позволит, но за предупреждение спасибо буду держать руку на пульсе.
  * * *
  - Олег, ну что ты опять взбрыкиваешь?- заходим с Лосевым в его кабинет на Опытном заводе,- Пересыпкин уже двух директоров сменил, тебе подавай третьего. Ты пойми, нет у него в запасе такого чтоб и полупроводниках понимал как ты, и план выполнял, и коллектив в кулаке держал...
  - Ты не понимаешь, Алексей,- на лице Лосева появляется страдальческое выражение,- это директор Опытного завода полупроводникового производства, а не директор прачечной. Я устал с ним воевать, он всё время норовит брак из мусора достать и снова отправить его на проверку, вдруг в этот раз пройдёт по параметрам. Нудит каждую минуту, что надо снизить требования, иначе плана не будет, чтоб выход годных диодов был не 10% как сейчас, а по меньшей мере- 50.
  - Ну зачем сразу увольнять? - пытаюсь урезонить разошедшегося научного консультанта.
  - Не хочешь его, увольняй меня,- бычится Лосев,- я вместе с ним работать не буду...
  - Подумаю, что можно сделать,- зло прерываю его,- ты мне лучше вот что скажи, как продвигаются работы по сплавным триодам? Без них не удаётся реализовать компактный блок управления многоканальным неконтактным минным взрывателем.
  - Плохо продвигаются,- вздыхает он,- это только кажется, что если отработал технологию сплавного диода, то сплавной триод пойдёт сам собой, так вот хочу тебе доложить, что нет. Невозможно контролировать растекание индия по германию одновременно сверху и внизу подложки. Получается большой разброс в площадях коллекторного и эмиттерного переходов, ну и соответственно на выходе большая разница электрических параметров. К тому же базовый слой надо сделать как можно тоньше, ну и в итоге имеем сплошь и рядом замыкание переходов.
  - Высоту таблетки индия пробовал менять?
  - Пробовали, не получается,- морщится Лосев.
  - Вы в обычной атмосфере сплавляете? Вот, а угол смачивания от неё и зависит. Влажность, состав- всё влияет. Попробуйте работать в водороде.
  Лосев зависает на секунду, что-то прикидывая, и выдаёт:
  - Послушай, Алексей, ты случайно не атлант? Всё сходится: прилетел к нам с Марса, влюбился в местную девушку, революцию в науке устраиваешь...
  - Сам сейчас, Олег, придумал или услышал от кого?- пронизываю его суровым взглядом.
  - Сам... сейчас,- смущается Лосев.
  - Если сам и сейчас, то ничего, учти, мне смятение умов в коллективе без надобности. Ну а чтобы тебя успокоить, скажу, жизни на Марсе нет.
  * * *
  Последним захожу в кабинет Сталина, Поскрёбышев не успевает прожечь мне дырку в спине. Вождь, поморщившись, сухо кивает на стул.
  'Виноват,- мысленно оправдываюсь перед вождём,- хозяйство на Большой Татарской разрослось до невозможности, завис с компьютерщиками и вспомнил о заседании заместителей СНК в Кремле только за 5 минут до его начала. Хорошо ещё, что не я на этой неделе отчитываюсь, а Первухин'.
  - ... На Ишимбайском нефтепромысле,- продолжает руководитель химического Спецкомитета,- второй квартал отмечается падение добычи нефти, которое связано в основном с уменьшением дебета скважин. Наши специалисты считают, что началось истощение месторождения и темпы падения добычи будут со временем только нарастать. В прошлом году мы резко увеличили количество геологоразведочных партий и нефтепоисковых скважин. Их бурение не останавливается и сейчас. Наиболее обнадёживающим на сегодняшний момент является район на границе Башкирии, Татарии и Оренбургской области. На одной из скважин в конце прошлого года на глубине около 1100 метров обнаружились признаки нефтеносности, а буквально неделю назад, уже с глубины 1700 метров забил нефтяной фонтан с небывалым дебитом около 300 тонн...
  'Смотрю, что для Сталина это не новость'.
  - ... В 12 километрах от неё на соседней скважине неподалёку от села Ново-Шугурово буровики также обнаружили признаки подхода к нефтяному пласту. Это говорит о том, что возможно скоро будет открыто ещё одно очень крупное месторождение нефти. Сейчас планируются работы по детальному исследованию прилегающих районов посредством геологической съёмки и полевой геофизики. Кстати, хочу передать благодарность от наших геофизиков товарищу Чаганову за новейшие очень чувствительные акустические приборы, которые очень нам помогли в изучении структуры горных пород в этом районе... 'Ничего принципиально нового в них нет, просто пьезокерамика становится всё доступнее, ну и от нежной механики самописцев избавились, хотя прибор, конечно, далёк от совершенства: вместо рулонной бумаги применяем фотопластинки, по которым бегает луч светового осциллографа'.
  - Товарищ Первухин,- морщины на лице вождя немного разгладились,- а вы уже думали откуда возьмёте оборудование для нового нефтепромысла? Учтите, мы устраивать 'тришкин кафтан' не позволим.
  - Думали, товарищ Сталин, заявки в наркомат Внешней торговли и Госплан уже готовятся.
  'Стоп, Микояна на заседании нет'...
  - Хорошо, но пошлите эти списки только товарищу Чаганову, покупкой оборудования пока товарищ Микоян находится в отпуске будет заниматься он. Что-то хотите сказать, товарищ Малышев?
  - Хочу предложить, товарищ Сталин, добавить в тот список аппараты для производства спецкаучука для производства шин новых тяжёлых грузовиков Ярославского автозавода. У нас в НАТИ провели испытание покрышек из спецкаучука, результаты превзошли все наши ожидания. Эти шины в десятки раз, не смогли точно определить, более устойчивы к истиранию, чем сделанные из Ярославского каучука.
  - Что за спецкаучук?- вождь поворачивает голову к Первухину, тот смотрит на меня.
  - Экспериментальный, товарищ Сталин, по заказу товарища Чаганова...
  - Это каучук, который разработал в Америке ныне покойный русский эмигрант профессор Остромысленский,- прихожу на помощь Первухину,- мы купили его компанию, патенты и заодно все бумаги из письменного стола. Там был и этот самый бутадиенстироловый каучук. Академик Ипатьев посчитал, что разработка перспективная, вот мы и заказали небольшую партию на заводе искусственного каучука.
  - Включите, товарищ Чаганов, и это оборудование в Особый список,- кивает вождь.
  'Была, не была'.
  - Товарищ Сталин,- пользуюсь благоприятным моментом, когда вождь в хорошем расположении духа,- я прошу вернуться к вопросу о закупке в Америке машин для производства нитей из перлона, материала, который по своим свойствам превосходит шёлк.
  - Госплан против,- быстро реагирует Вознесенский, не глядя на меня,- насколько мне известно из перлона в Америке делают женские чулки. Я тратить валюту на баловство не позволю.
  - Товарищ Сталин,- тоже не гляжу на первого заместителя председателя СНК,- но перлон нам нужен не для этого. Мы закупили небольшое количество перлоновых чулок. Наши специалисты изучили свойства нитей и выяснили, что ткань, изготовленная из них, неплохо держит автоматную пулю и мелкие осколки артиллерийских снарядов, гранат и мин, значительно лучше шёлковой брони. Поэтому у нас возникла идея сшить из перлона лёгкие кирасы для пехоты, танкистов, лётчиков и артиллеристов. От винтовочной пули она, конечно, не спасёт, но...
  - Включайте в список всё необходимое, товарищ Чаганов,- прерывает меня вождь,- это нужное дело. Товарищ Косыгин, подключайтесь к этому вопросу, это по вашей части. У вас всё, товарищ Первухин? Тогда на сегодня закончим, все свободны...
  Заместители облегчённо вздыхают и охотно вскакивают с мест.
  - ... А вас, товарищ Чаганов, я попрошу задержаться,- у самой двери окликает меня Сталин, Вознесенский, не успев затормозить, толкает меня плечом.
  - Ты, конечно, Алексей, слыхал о так называемом 'моральном эмбарго',- продолжил вождь, когда двери кабинета закрылись,- которое собираются ввести американцы по отношению к нам...
  'Как не слыхать'.
  - ... Госдепартамент и Конгресс на словах дистанцируется от этих действий, кивая на промышленников и банкиров, но ни для кого не секрет откуда ветер дует. Это их месть за советско-германский договор и Польшу. Эта политика, если она не изменится в скором времени, грозит нанести серьёзный удар по нашей промышленности, в первую очередь оборонной. Уже сейчас началось торможение, полная отмена выполнения наших заказов, не только военных, отказ от заключения новых контрактов. Этот ущерб не может быть восполнен переносом заказов в Германию, поскольку они ограничены размером кредитного соглашения, номенклатурой товаров и сильной загрузкой немецкой промышленности внутренними заказами. Поэтому перед нами в полный рост встала задача отмены или значительного ослабления американского эмбарго...
  'Вот даже как'.
  - ... Для того, Алексей, чтобы тебе стало понятно то, о чём я буду говорить потом, придётся обратиться в недавнюю историю. Когда в середине 20-х годов перед нашим правительством встала задача поиска средств на индустриализацию страны, то быстро выяснилось, что новые кредиты мы сможем получить только за океаном. Европа страдала от последствий империалистической войны свободных средств было не так много, но самое главная трудность для нас заключалась в том, что мы отказались от выплаты царских долгов, поэтому любая наша просьба о новых кредитов натыкалась на требование оплаты старых. Мы, естественно, пойти на это не могли, так из-за огромных выплат не оставалась бы средств на подъём промышленности. В какой-то мере остроту ситуации сглаживали иностранные концессии, но в основном они были связаны с добычей и вывозом за рубеж нашего сырья... Сталин наливает себе в стакан воды.
  - ... Американцы тоже были держателями царских долгов, но их было не так много, во много раз меньше, чем мы были должны французам и англичанам, и американцы не требовали немедленной оплаты. Кроме того, некоторые наши бывшие товарищи имели давние связи в американских финансовых кругах...
  'Это он о Троцком'?
  - ... в частности, в окружении банкира Якоба Шиффа, непримиримого врага царского самодержавия. Небольшую часть долга перед ним нам удалось оплатить золотом через шведский банк. Этим занимался Литвинов. Однако я не хочу, Алексей, чтобы у тебя сложилось представление, что именно Шифф является кредитором нашей индустриализации. На самом деле все эти Варбурги, Шиффы, Коэны, Барухи, Зелигманы, Лебы, Голдманы составляют сплочённую финансовую группу. Эти еврейские кланы, в основном выходцы из Германии, работают вместе не один десяток лет, переплелись сотнями родственных связей. Именно они владеют Федеральной резервной системой Соединённых штатов, без их солидарного решения не решается ни один крупный финансовый вопрос в Америке, в том числе и выделение кредитов СССР или ввод эмбарго...
  - А как же Ротшильды, Морганы и Рокфеллеры?- вырывается у меня.
  - Ротшильды не так широко представлены в Америке,- Сталин садится на стул напротив меня,- их вотчина Европа, но, по некоторым сведениям, Морганы и Зелигманы представляют их интересы в Новом Свете. Рокфеллеры же в основном занимаются промышленностью. Это я всё тебе рассказываю, Алексей, чтобы ты понял- изменить ситуацию может изменить решение этих финансовых воротил, а не миссис Пост, даже американский президент не в силах сделать это...
  'А зачем же он тогда начал этот разговор? Мой потолок- это Марджори и президентский сынок'.
  - Вы планируете, товарищ Сталин, послать меня в Америку для встречи с кем-то из этих банкиров?
  - Кхм-кхм,- поперхнулся водой вождь,- эти 'небожители', думаю, даже со мной встречаться бы не стали. Эти олигархи действуют иначе, из-за кулис, дёргая за нужные верёвочки, где-то через президента, где-то через Госдеп или Конгресс. Товарищ Литвинов, по нашей просьбе два дня назад по своим старым каналам в одном из банков Шиффа, попросил о неофициальной встрече его представителя с нашим. Сегодня пришёл положительный ответ из Вашингтона, из Госдепартамента...
  'Бандиты назначили встречу'.
  - ... Судя по скорости ответа, там заинтересованы в переговорах не меньше нашего. Очевидно, что это связано с близкой агонией финского режима. Забегали и шведы, и германцы с американцами... отбою нет от посредников и миротворцев. Где они все были до войны? Возможно Америке не нравятся наши успехи на севере Европы, где у неё в Швеции и Финляндии есть серьёзные экономические и политические интересы и они захотят за столом переговоров получить от нас какие-то уступки...
  'Как-то странно, запрос послан Шиффу, а отвечают нам из Госдепартамента'.
  - ... Переговоры пройдут в Стокгольме,- рука Сталина потянулась к папиросе,- через пять дней. Место встречи в данный момент согласовывается по линии Иностранного отдела НКВД. Учтите товарищ Коллонтай не в курсе твоей основной миссии, для неё- ты экономический советник на переговорах по урегулирования послевоенных советско- финско-шведских отношений. Разумеется, ты будешь находится в Швеции под чужой фамилией с дипломатическим паспортом...
  'Интересно, а Олю он отпустит со мной'?
   - Товарищ Мальцева поедет с тобой, Алексей,- вождь читает немой вопрос в моих глазах,- она сейчас получает материалы, с которыми надо вам будет ознакомиться до отъезда.
  * * *
  - Какое взять?- Оля строго смотрит на себя в зеркало, прикладывая то одно, то другое платье.
  - Если ты оденешь зелёное платье, то люди подумают, что ты из 'Гринпис', а если розовое...
  - Спасибо, что напомнил,- кивает она, не меняя выражение лица,- чуть не забыла положить в чемодан твой голубой костюм.
  - Я думаю, смокинга будет достаточно, кстати, а как ты собираешься везти свои драгоценности?
  - Зря смеёшься,- срывается с места супруга,- я звоню Орловой, вы, кажется, с Александровым одной комплекции...

  Швеция, Стокгольм,
  Аэропорт Бромма.
  26 февраля 1940 года, 14:00.

  Шведский таможенник у стойки возвращает наши дипломатические паспорта и, мрачно взглянув на большие кожаные чемоданы, кивает на выход.
  'Да что у неё там, кирпичи?- снег поскрипывает под нашими ногами,- блин, ну что за дела, таможня в ангаре у рулёжки, а до аэровокзала по дорожке ещё метров двести пилить, надо срочно колёса к чемодану изобретать'.
  - С благополучным прибытием, товарищи,- на привокзальной площади меня забирает один чемодан большеголовый плотный мужчина,- разрешите представиться- второй секретарь посольства Ярцев. Пройдёмте к автомобилю.
  'Резидент Ино НКВД Рыбкин собственной персоной, с началом войны перевели в Стокгольм из Финляндии'.
  Шофёр чёрного лимузина с красным флажком на крыле с трудом втискивает наши чемоданы в небольшой багажник.
  - Товарищ Коллонтай сегодня очень занята,- не без яда замечает Рыбкин,- встречается со своими друзьями, бежавшими из Финляндии... Устроились? Давай, Хрусталёв, гони. Александра Михайловна в посольстве почти не бывает, поселилась в особняке в богатом районе на 'благородной' улице Виллагатан. В двухэтажном здании под свою квартиру заняла верхний этаж, внизу представительские комнаты, прислугу предпочитает нанимать местную, сын с невесткой работают в здесь в торгпредстве...
  Оля , сидящая рядом закатывает глаза.
  'Скорей бы уж что ли приехали'.
  - ... Ну вот так и есть,- с радостью крякает Рыбкин, когда машина сворачивает на тихую улицу,- говорил же ей...
  Возле чугунных ворот особняка толпа народа скандирует по-русски:
  'Большевики, вон отсюда'!
  Заметив лимузин, возбуждённая толпа несётся к нему.
  - Сдавай назад, быстро!- стучит Оля по плечу водителя.
  Булыжник, запущенный рукой худого длинноволосого юноши со звоном, врезается в боковое стекло шофёра, его голова падает на руль, двигатель глохнет, по кузову забарабанили камни, кто-то отламывает красный флажок.
  - Двери не открывать! Тащи его к нам,- толкает меня в бок супруга,- Ярцев, да спрячь ты пистолет!
  Водитель, как собака, трясёт головой, капли крови летят по всему салону. Привстав с места, подхватываю шофёра за плечи и выдергиваю его с места на себя. Оля, на мгновение мелькнув воздухе ногами в капроновых чулках, проскальзывает на его место, бьёт локтем по лицу, показавшемуся в окне, и поворачивает ключ зажигания. От перекрёстка в нашем направлении, неспеша гарцует конная полиция, оттесняя зевак к тротуару.
  Взревевший мотор лимузина и пронзительный визг клаксона заставляет окруживших нас людей сделать шаг назад. Рывками, резко тормозя и пугая толпу, машина ринулась вперёд. Охранники представительства у ворот засуетились, открывая тяжёлый навесной замок. Лихо загнав лимузин между колонн портика, Оля тормозит и поворачивается ко мне:
  - Ну как он?
  - Жить будет, но с поломанным носом...
  Выскочив из машины, с опаской гляжу на улицу:
  'Слава богу, вроде никого не переехали'.
  Конные полицейские оттирают маленькую женщину с булыжником в руках, а из подъехавшего автомобиля уже выгружаются фотокорреспонденты.
  - Все живы?- пожилая седенькая женщина с волевым взглядом тяжело спускается по каменной лестницы держась за перила.
  * * *
  - Очень приятно с вами познакомиться, Алексей Сергеевич,- Коллонтай слабо пожимает мне руку,- я вам очень благодарна. Вы должно быть не слыхали о последних событиях. Сегодня утром, как сообщает местная пресса, наши бомбардировщики бомбили шведский порт Лулео. Я не могу в это поверить, кому нужен этот богом забытый порт откуда экспортируют брёвна и доски? И это в то самое время, когда наметились первые сдвиги в наших переговорах со шведами по вопросу признания нового правительства Финляндии! Мне нужна позиция Москвы, а у нас шифровальная машина не работает, в Стокгольме нет электричества. Свет нам включают только вечером на пару часов, сидим при свечах как в прошлом веке, да-да, всё это прекрасно помню, я родом из прошлого века...
  'Ха-ха-ха, продолжает по привычке кокетничать'.
  - К сожалению, Александра Михайловна,- на автомате отвечаю я,- я здесь с женой... Коллонтай довольно хмыкает и пожимает руку Оле.
  - Заболтала я вас совсем,- спохватывается она,- Анна Ивановна, покажите пожалуйста дорогим гостям их комнату и приготовьте кофе. Через полчаса жду вас в голубой гостиной.
  * * *
  - Что же вы, товарищ Сурогин,- строго гляжу на шифровальщика посольства,- заранее не озаботились покупкой генератора?
  - Виноват, товарищ Чаганов, отключение электричества начались только с войной. Мы уже заказали генератор, но это дело не быстрое. Раньше пользовались телеграфом, но опять-таки из-за войны в Финляндии начались задержки, корреспонденты подолгу держат канал, платят за время вдвойне.
  - Открывайте жёлтый чемодан,- улыбается Оля,- там аккумуляторные батареи и зарядки к ним, извини, но твои вещи пришлось оставить дома.
  Счастливый Сурогин, сгибаясь под тяжестью своей ноши, вылетает из комнаты.
  - Почему только мои? Вот что сейчас делать, у меня вечером встреча в 'Гранд-Отеле', а я весь в крови.
  - Не только твои, сама почти голая,- Оля рассматривает у зеркала порванный подол платья,- чулки порвала...
  А что во втором чемодане?
  - Пистолеты, патроны, наши миниатюрные рации, документы, деньги,- одним движением Оля срывает с себя платье.
  - Войну решила устроить в этом сонном царстве?- быстро сглатываю слюну.
  - Это не нам, к сожалению... это для группы Кузнецова. Они завтра выезжают в Норвегию. Взрывчатку купят на месте, местные товарищи обещали...
  'Должны успеть до немецкого вторжения... Не видать никому тяжёлой воды из Верморка, особенно если ещё и гидроэлектростанцию рвануть'.
  - ... А сейчас... пробежимся по магазинам!-и Оля легко делает захват 'кольцо' над головой,- ну что до сих пор жалеешь, что ты здесь с женой?
  * * *
  - Вам, Алексей,- рука Коллонтай с чашкой заметно дрожит,- непременно надо встретиться с Маркусом Валленбергом хозяином 'Эндшильд-банка'. Я могу легко это устроить.
  - Было бы прекрасно, Александра Михайловна,- учтиво киваю я,- вы не знаете случайно, он владеет акциями компании SKF?
  - Нет, не знаю, но здесь говорят, что их клану принадлежит вся Швеция. Давайте сделаем так, завтра в МИДе министр Гюнтер устраивает встречу, где мы будем обсуждать советско-шведские отношения в послевоенном мире. На ней будут присутствовать представители деловых кругов, и том числе и Маркус. Вы можете присоединится ко мне...
  Фарфоровая чашка выскальзывает из руки внезапно покрасневшей женщины и летит под стол.
  - Александра Михайловна,- сидящая рядом с ней Оля придерживает её за талию,- пойдёмте я вас провожу...
  - Давление двести на сто двадцать, а она кофе пьёт,- через полчаса супруга возвращается из покоев Коллонтай,- дала ей таблетку, уснула, так что бегом по магазинам, денег побольше бери...
  * * *
   - Слушаю вас,- лощёный метрдотель ресторана 'Гранд-Отеля' встревоженно осматривает меня.
  'Увы, всё что смогли с супругой найти подходящего в магазине готового платья'.
  - Меня ожидает в 'Дубовом' кабинете мистер Смит,- по-английски отвечаю ему я.
  - Следуйте за мной,- решает он после секундной заминки.
  'Вот это сюрприз!- мне навстречу с дежурной улыбкой поднимается безупречно одетый седой джентльмен за шестьдесят,- Бернард Барух, советник и 'серый кардинал' американских президентов от Вудро Вильсона до Франклина Рузвельта, так вот почему ответ пришёл от Госдепартамента'.
  - Добрый вечер, мистер Барух.
  - Здравствуйте, товарищ Чэганофф,- с улыбкой отвечает он,- вы один, знакомьтесь, это мой переводчик Кеннет Соловый. Будете что-нибудь пить? 'Я-то видел его лицо в американских газетах, неужели Барух читает советские'?
  - Нет, спасибо. Вы не против если я буду отвечать вам сам?
   Отлично,- советник указывает мне на стул за круглым столом напротив себя,- так дело пойдёт быстрее.
  - Вы проделали длинный путь, мистер Барух, спасибо вам.
  - Вовсе нет, я приехал в Стокгольм из Лондона, где находился по делам, мистер Че, вы позволите мне вас так называть?
  - Конечно, так проще.
  - Итак, спрошу прямо, зачем мистер Сталин попросил о встрече?
  - Он хочет предложить свою дружбу американскому народу и взаимовыгодную торговлю. Просим отменить 'моральное эмбарго'.
  - Он выбрал себе друзей, заключив пакт с Германией, мистер Че.
  - Но Америка же дружила с Англией, хотя та имела аналогичный договор с Третьим Рейхом.
  - Англия не нападала на Финляндию,- заиграл желваками мой собеседник,- и вообще зачем нам с вами торговать? Ведь вы хотите 'повесить нас на верёвке, которую мы вам продадим', не так ли?
  'Но зачем-то ты сюда приехал, не ради же 'никелевой концессии' в Финляндии. Как-то мелко для такого человека'.
  - Вы цитируете шотландскую пословицу, мистер Барух,- чуть расслабляю галстук, чтобы ослабить хватку сорочки, сдавившей мне шею,- не думаю, что она применима к Западу в нынешней ситуации. Мы можем поговорить с глазу на глаз?
  - Ступай, Кен, подожди меня в баре.
  - Вы должно быть заметили,- продолжаю я, когда дверь за переводчиком закрывается,- что в последнее время политика СССР в отношении капиталистических стран начала меняться. Мы резко сократили финансирование Коминтерна, предложили зарубежным компартиям блокироваться на выборах с социал-демократическими в целях предотвращения прихода к власти партий войны. В той же Финляндии мы не собираемся проводить 'советизацию', после войны в Европе мы полностью выведем наши войска оттуда. Финляндия останется буржуазным независимым и дружественным СССР государством...
  'Не перебивает, слушает внимательно'.
  - ... с другой стороны, Соединённые Штаты, в тоже самое время тоже начинают менять свой курс в сторону социализма, я имею ввиду 'новый курс' президента Рузвельта: вводятся элементы планирования в промышленности и сельском хозяйстве, социальные гарантии рабочим, произошло сокращение рабочей недели. Лично мне кажется, что начинается процесс сглаживания противоречий между капиталистическим и социалистическим способом производства. Я бы назвал это процессом конвергенции...
  - Сталин тоже разделяет эти ваши взгляды?- перебивает меня собеседник.
  - Насчёт конвергенции не думаю,- быстро отвечаю я,- впрочем я с ним на эту тему не говорил. Сталин- пожилой человек, ему трудно будет поменять свои взгляды, да и его соратники этого ему не позволят...
  'Задумался Барух, но по лицу не понять захватил ли он наживку'.
  - ... Если вы решитесь на потепление в наших отношениях, если оно произойдёт в результате моего визита, то это безусловно подняло бы мой авторитет и авторитет, связанных со мной людей в руководстве страны, в глазах Сталина.
  - Вы мне предлагаете неравноправную сделку, мистер Че,- наконец разлепляет губы мой собеседник,- хотите получить товар сейчас, а деньги когда-то потом, если получится. Я совершенно не уверен, что вы и ваши люди смогут прийти к власти. Поэтому хочу получить что-то реальное сейчас, а не через десять лет.
  - Что вы бы хотели получить, мистер Барух?
  - Смотрите, нашему правительству будет трудно пойти на нормализацию, так как вы торгуете с Германией. Наши союзники, в первую очередь Англия и Франция, зададут нам резонный вопрос на чьей мы стороне? И это я не говорю о Сенате, там администрацию просто уничтожат. Мы хотим разрыва торгового соглашения между СССР и Германией, торговля между вашими странами должна быть полностью прекращена.
  - Не думаю, что с этим будет проблема, если вы сможете предложить большие объёмы, более широкий ассортимент товаров, включающий военные, более привлекательные цены и короткие сроки исполнения заказов. Безусловно нам должен быть предложен соответствующий торговый кредит.
  - Ну и аппетиты у вас, молодой человек,- рассмеялся Барух,- считаю, что будет достаточно, если только в одном из пяти пунктов условия будут лучшими, а в остальных- не хуже.
  - Пусть так,- легко соглашаюсь я,- но попробовать стоило. Однако снова встаёт вопрос о доверии, у нас тоже нет уверенности, что Соединённые Штаты станут добросовестно исполнять свою часть сделки. Хотелось бы, чтобы наши экономические отношения были подкреплены военно-политическими.
  - В данный момент, мистер Че, это невозможно в Госдепартаменте и Сенате преобладают силы, которые выступают за политику 'изоляционизма', невмешательства в европейские дела.
  - Я это понимаю, но очень скоро, буквально через три месяца в Европе начнётся новая эскалация. Германия атакует Францию. Настроения в Штатах после неизбежного поражения англо-французских войск резко поменяются. Поэтому было бы неплохо заранее подготовить совместную политическую декларацию наших стран, осуждающую агрессора. В тех условиях к ней без всякого сомнения присоединится и Великобритания.
  - У вас, мистер Че, превратное представление о силах французской армии и её союзников,- в тоне Баруха слышится усмешка.
  - Возможно и так, если считать численность войск их вооружения, но в современной мобильной войне, которую демонстрируют германцы, этот фактор отступает на второй план. Впрочем, я спорить не буду, до этих событий времени осталось совсем немного. Отмечу только, что на мой взгляд союзное командование возлагает слишком большие надежды на 'линию Мажино', опыт завершающейся финской войны показывает- они легко могут оказаться напрасными.
  - Оставим сугубо военные вопросы военным,- хмурится Барух,- и поговорим о географической политике...
  * * *
  На выходе из 'Гранд-отеля' попадаем в окружение возбуждённой толпы репортёров. Несколько квадратных 'бодигардов' Баруха с лёгкостью пробивают ему дорогу к огромному чёрному лимузину, а мои попытки в одиночку проделать то же самое успехом не увенчались.
  - Мистер Чаганов, почему вы прибыли в Швецию тайно по фальшивому паспорту?- многочисленные яркие фотовспышки слепят меня.
  'Вот это я влип... кто, интересно, меня сдал? Свои, американцы, шведы или немцы? Как-то надо выкручиваться'...
  - Чтобы избежать ситуации, в которой я сейчас оказался. Только паспорт не фальшивый, а самый настоящий, я получил его в наркомате иностранных дел. Министерство иностранных дел Швеции было проинформировано об этом по дипломатическим каналам. Это обычная практика, когда стороны не хотят привлекать к визиту внимания общественности.
  - Вы планируете встретиться с премьер-министром?
  - Надеюсь, что господин Ханссон после нарушения конфиденциальности моего визита, всё же примет меня.
  - Какова цель вашего визита?
  - Подготовка большого торгового соглашения между четырьмя странами- Швецией, Норвегией, Финляндией и СССР.
  - О чём вы разговаривали с советником президента Рузвельта Барухом?
  - Без комментариев. Спасибо, надеюсь с вами встретиться на пресс-конференции по окончании переговоров с премьер-министром.
  Рыбкин машет мне, высунувшись из подъехавшего такси.
  * * *
  - Можешь не беспокоиться 'жучков' в 'Дубовом кабинете' точно не было,- шепчет на ухо Оля,- Кузнецов всё хорошо проверил. В зале ресторана крутилась пара подозрительных типов, мужчина и женщина, но близко к дверям кабинета не приближалась. Коля пытался заговорить с ними по-немецки, те напряглись. Отвечали по-шведски с сильным английским акцентом. Репортёры подъехали к 'Гранд-отелю' через полчаса после тебя, скорее всего они их и вызвали, мужчина до их приезда бегал к телефону.
  - Да, неудачно всё прошло... Нет разговор был нормальный, вот только непонятно, что теперь предпримут шведы, могут и выслать... Молотов меня сожрёт.
  - Да, не успела тебе сказать. В посольской машине обнаружилось пулевое отверстие, винтовочная пуля пробила машину насквозь. Её нашла жена Рыбкина неподалёку от ворот посольства. Калибр 7.9, похоже на Маузер. Выстрел произведён сверху с крыши здания через дорогу, по заднему сиденью машины, когда она заезжала в ворота. Думаю, что стрелял снайпер. Если б знала, не пустила бы тебя на встречу с Барухом.
  - Это что получается, нас с аэропорта вели?
  - Нет я бы заметила, хотя... если у снайпера были помощники, то один мог встречать в аэропорту, видеть с какой стороны ты сел и позвонить второму, который ждал звонка и демонстрацию организовать у ворот, чтобы машина притормозила.
  - Тогда выходит, что информация утекла от нас...
  - Да, вполне возможно, - вздыхает Оля,- как из Москвы, так и из посольства. И утекла она немцам. Что-то Коллонтай долго нет. Надеюсь, ей удастся разрулить ситуацию...
  - Слушай,- пытаюсь отвлечь загрустившую подругу,- по дороге на встречу я купил шведскую газету на английском языке. Ты знаешь кого арестовала конная полиция у нашего посольства?
  - Какую-то женщину с камнем.
  - И ты знаешь как её зовут? Астрид Линдгрен!
  - Ну всё, значит скоро в печати появится 'Карлсон, который живёт в тюрьме'...
  * * *
  - Предположим, что это случайность,- бросает раздражённо премьер Ханссон, нервно прохаживаясь по своему кабинету-салону в стиле ампир,- что ваши лётчики плохо знают географию и метили в финский объект по ту сторону Ботнического залива, но почему же ваше правительство не объяснит это шведам и не извинится за эту неприятную случайность, как принято в международной практике? Я, конечно, признателен вам госпожа посол, за выражение вашего личного сочувствия пострадавшим, но неужели Москве не понятно, что этого недостаточно. Необходимо сделать это официально и как можно быстрее, чтобы не происходили те самые эксцессы возле вашего посольства, на которые вы жалуетесь...
  - И ещё одно,- на лице министра иностранных дел Гюнтера появляется кривая усмешка,- вы не подскажете, госпожа посол, что за господин гостит у вас в посольстве и почему он хочет встретиться с премьер-министром?
  - Вам, видимо ещё не доложили, господа,- голова Коллонтай мелко задрожала,- но час назад ваша полиция, обследуя мой автомобиль, который подвергся нападению, обнаружила в нём два пулевых отверстия, позднее была найдена и пуля. Так что я не стала бы называть покушение на посла иностранного государства простым эксцессом.
  - Что?!- побледневшие шведы растерянно глядят друг на друга, премьер первым берёт себя в руки,- я попрошу вас обождать в приёмной, госпожа посол.
  Через полчаса, наполненных звонками и беготнёй секретарей, Ханссон лично приглашает Коллонтай в свой кабинет и подводит к кофейному столику, сервированному для чая.
  - Моё правительство,- премьер также присаживается напротив гостьи,- глубоко сожалеет о случившемся. Я поручил министерству внутренних дел провести скрупулёзное расследование этого преступления, о его результатах будет сообщено советской стороне.
  - Господа,- Коллонтай благодарно кивает Гюнтеру, наливающему чай в её чашку,- видимо расследование займёт много времени, поэтому я предлагаю обнулить наши взаимные претензии и двигаться вперёд. Что скажете?
  - Мы согласны,- быстро отвечает премьер-министр.
  - Отлично, тогда мы можем перейти к вопросу, о котором сообщил журналистам вице- премьер Советского правительства Алексей Чаганов. Москва официально подтвердила его полномочия о ведении переговоров по заключению экономического соглашения...
  - Слушаем вас, госпожа посол.
  - Господин Чаганов, прежде чем начать переговоры с правительством, хотел бы сначала встретиться с представителями деловых кругов Швеции, узнать их настроение. Пока не пойманы преступники, я предлагаю устроить эту встречу в нашем представительстве, ну а место официальных переговоров с правительством Швеции вы выберете сами.
  * * *
  - Хозяин одобрил наши с Коллонтай действия,- отрываю глаза от шифровки, которую пять минут назад мне вручил Сурогин.
  Оля облегчённо вздыхает:
  - Ну слава богу, а то уж, грешным делом, подумала, что пора паковать чемоданы. Молотов, небось, сейчас скрежещет зубами.
  - Его можно понять, тебе бы понравилось, если б посторонние стали распоряжаться твоими вохровцами?
  - Ну да, ну да,- рассеянно отвечает супруга, думая о своём,- ты как сейчас думаешь, может зря ты отказался пересказать Баруху содержание 'письма'. Всё-таки бумага- это документ.
  - Да пойми ты, Барух- не шпион какой-нибудь, у него другие масштабы, он мыслит другими категориями. Это как золотыми часами забивать гвозди, можно, но не надо.
  - Но посылать по почте, тоже не то,- Оля закусывает губу,- надо чтобы источник информации внушал доверие...
  - Коллонтай?
  - ... Как ты себе такое представляешь? Советский посол сливает стратегическую информацию заклятым врагам англичанам?
  - Пусть тогда, не знаю, 'письмо' выкрадут,- начинаю сердится я,- скажем повариха, она ведь местная.
  - Так Петрова его в Стокгольмскую полицию снесёт,- не сдаётся Оля,- Рыбкина установила, что каждое воскресенье Анна Ивановна в церкви о чём-то шепчется с женой какого-то типа, который ходит в полицейской форме. Скорее всего, он из отдела полиции, который занимается контрразведкой...
  - Постой, а Рыбкина докладывала об этом Коллонтай?
  - По её словам, докладывала, но та только отмахивается, мол, где я найдут в Стокгольме такую повариху... В общем-то, насколько я помню, сразу после войны Коллонтай подозревалась в связях с французской разведкой. Наши органы в 1945-ом захватили в замке в Судетах архив французского МВД, который в 1940-ом был вывезен немцами из Парижа. Там в материалах Второго бюро, разведка и контрразведка, нашлось агентурное дело Коллонтай, которая якобы состояла на связи у резидента бюро в Стокгольме Дефера...
  - Чушь какая-то.
  - Не скажи,- качает головой Оля,- это не значит, конечно, что Коллонтай была французским агентом, но возможно, что-то интересное для их разведки рассказывала. А резидент это в её папочку записывал, ну и для отчётности присвоил ей агентурный номер...
  - Тогда всё складывается, французский резидент получает информацию от своего агента. Уверен, что он сразу доложит об этом в Париж.
  - Да как ты не поймёшь,- шипит супруга,- не может Коллонтай владеть такой информацией! Ты можешь, так как вращаешься в самых высших кругах, а она- нет!
  'Упрямая, как'...
  - Так через неё эту информацию просто передают,- с трудом справляюсь с раздражением.
  - С чего это вдруг? Почему через неё? Первое, что французы подумают, что через Коллонтай распространяется деза. Надо было действовать по плану через Баруха...
  - Давай я передам, мне поверят?
  Оля на секунду задумывается:
  - Тебе нельзя, мало ли как оно потом аукнется, а я могу... В крайнем случае, если этот факт всплывёт, а наши враги наверняка захотят тебя притопить, посадят меня в тюрьму как Жемчужину, а муж продолжит трудиться в команде вождя, он ведь был не в курсе. Хорошо всё складывается...
  - Тогда уж лучше Рыбкин пусть передаёт...
  - Я, я должна,- злится Оля,- мне поверят. Пусть Коллонтай устроит коктейль для коллег с жёнами, я легко письмецо вручу и англичанке, и француженке.
  - Два письма каждой,- озаряет меня,- садись пиши...
  - Сделаю потом фотокопии,- кивает она.
  * * *
  - Так, что у нас получилось?- беру в руки два листка, исписанных мелким бисерным почерком супруги.
  '... получили достоверные сведения, что в Комитете начальников штабов Великобритании началось планирование авиационных ударов по Баку, Батуми и Грозному с авиабаз в Иране, Турции и Сириии, а также морских- из акватории Чёрного моря, аналогичные планы разрабатываются и французскими военными... осуществление подобных планов приведёт к ответным действиям со стороны СССР, вплоть до объявления войны агрессорам и вступления в военный союз с Германией, Италией и Японией... мы хотели бы избежать такого развития событий... в Германии принят окончательный оперативный план войны с Союзными силами в Бельгии, Голландии и Франции... дата наступления ещё не определена, предварительно это конец апреля- начало мая этого года... детали плана тщательно скрываются, но генерал полковник фон Бок в разговоре с фон Браухичем, по сообщению нашего источника, дал ему такую оценку: 'Мне не даёт покоя ваш оперативный план. Вы знаете, что я за смелые операции, но тут перейдены границы разумного, иначе это не назовёшь. Продвигаться ударным крылом вдоль линии Мажино в 15-ти километрах от неё и думать, что французы будут смотреть на это равнодушно! Вы сосредоточили основную массу танков на нескольких дорогах в гористой местности Арденн, как будто авиации противника не существует! Вы надеялись форсировать Маас выше Намюра, хотя французы уже занимают позиции в этом районе южнее Динана и им будет необходима для выхода к реке на участке Динан - Намюр только четверть того времени, которое необходимо нам... Что вы будете делать, если форсирование Мааса не удастся, и вы крепко застрянете между границей и Маасом в бездорожье Арденн?.. И наконец, как вы вообще представляете себе операцию, если противник не сделает вам услуги и не вступит в Бельгию? Думаете, он так и пойдёт в бельгийскую ловушку? Вы играете ва-банк!'...
  - Как считаешь, нормально получилось?- испытующе гляжу в глаза Оли.
  - Авантюрно, конечно, выходит,- супруга по привычке принимается крутить локон,- но получше, чем мы планировали в Москве. Предполагается, что Гитлер уже отказался от первоначального плана Генерального штаба с главным ударом в Бельгии в пользу 'плана Манштейна', хотя мы наверняка не знаем произошла ли в этой истории утечка первоначального плана германского наступления в результате 'Мехеленского инцидента'. В самом деле, вероятность того, что он произойдёт очень мала - редкое сочетание множества маловероятных событий. Хотя сама я считаю, да и некоторые историки тоже, что не было никакого инцидента, была операция прикрытия. Кто-то из военных слил оперативный план противнику потому, что он просто ему не нравился. Это мог быть тот же Манштейн, хотя исключать действия Канариса тоже нельзя. Исходя из этого, Генеральный штаб сухопутных войск представляет военному руководству новый план, а фон Бок соответственно выступает его критиком...
  - Правильно, умница,- чмокаю Олю в щёчку,- а ещё хорошо то, что мы ничего не утверждаем, в дезинформации нас не заподозрить, а ненавязчиво намекаем генералам, сидящим в Лондоне и Париже- надо шире смотреть на вещи и тщательней планировать операции.
  - Согласна, но давай, всё-таки, ещё раз взвесим, стоит ли нам вмешиваться во всё это? Как бы не навредить, что после кровопускания во Франции Гитлер станет тщательней готовиться к войне против нас. Отсрочка в её начале работает в обе стороны, разве не так?
  - Нет, я по-прежнему считаю,- задирает подбородок супруга,- что отсрочка более выгодна нам, наши темпы развития выше, чем у немцев. Германская экономика- банкрот, в стране не хватает сырья для промышленности и продовольствия для населения. Держать в мобилизованном состоянии бездействующую армию дополнительный год- очень дорого. Я вообще думаю- самое вероятное, что отсрочки войны не будет, просто Гитлер будет вынужден начать кампанию следующим летом не полностью к ней готовым и с потрёпанной армией. У него выбора нет.
  - Пусть так,- миролюбиво киваю я,- скажи, что у нас с Норвегией?
  - По плану, завтра утром Кузнецов выезжает на поезде в Осло, его группа- кто как, на самолёте, машине. Он получил сообщение, что взрывчатка получена.
  - Повтори ему ещё раз, в первую очередь должна быть разрушены все турбины гидроэлектростанции в Веморке.
  - Не надо ему ничего повторять,- передёргивает плечами Оля,- всё тысячу раз переговорено. Взрывные устройства будут у каждой турбины, а на химическом заводе мы решили задействовать взрывчатку на основе аммиачной селитры, которая на нём самом и производится. Все основные компоненты под рукой- не объект, а мечта диверсанта. Следы будут вести через Швецию, Данию, Германию и Голландию в Бельгию, паспорта по которым группа будет пересекать границы Швеции и Норвегии- бельгийские...
  - Ну да, а там пусть разбираются кто стоит за ними- французы, немцы или англичане.
  - ... Уходить будут через порт Берген в Испанию, подробности нужны? 'И чего злиться, просто поинтересовался'.
  - Понятно, но я вообще-то, спрашивая о Норвегии, имел ввиду её оккупацию немцами. Что думаешь, может слить англичанам дату немецкого нападения на Данию и Норвегию?
  - Я тоже об этом думала, но тут получается тришкин кафтан. У бриттов сильный флот, но катастрофически не хватает пехоты. Если они пошлют добавочную дивизию в Норвегию, то её придётся снимать с фронта во Франции. А для нас то на то и выходит: немцам будет тяжелее в Норвегии, но легче во Франции.
  - А если взглянуть на это с другой стороны: в Бельгии, Голландии и Франции война идёт в основном сухопутная. Вермахт там по любому победит, а вот в Норвегии англичане, имея подавляющее преимущество на море и получив дополнительную пехоту, смогут удержать Тронхейм и Нарвик, а это контроль над северной и центральной Норвегией. Гитлер с этим никогда не смирится и там откроется настоящий фронт на суше и на море, так как для него в этом случае могут возникнуть проблемы с поставками шведской руды.
  - Логично,- кивает Оля,- тогда будет лучше, если мы французам сольём информацию о немецких планах во Франции, а англичанам- в Норвегии. И тоже в виде донесения агента из немецкого генштаба, мол, Гитлер принял решение оккупировать Норвегию, но окончательная дата ещё не назначена. Но самое позднее 15 апреля, так как потом ночи будут слишком короткими, а скорее всего до 7 апреля из-за начала новолуния.
  'Хм, Черчилля цитирует, голова'.
  - Решено,- трясу кистями, занывшими от длительного 'разговора' знаками.
  - Я в 'бункер',- в голос отвечает супруга.

  Глава 5.

  Москва, Большой Ржевский переулок д.11
  5-й дом Реввоенсовета.
  28 февраля 1940 года, 19:00.

  - Женя, что с тобой? На тебе лица нет,- Марианна Толстая с порога, стряхнув шубу с плеч на пол, бросается к мужу.
  - Всё хорошо, Маня,- бодрится Шиловский.
  - Я же вижу.
  - Просто устал немного, шесть часов длилась проверка.
  - Тебя допрашивали в НКВД?- глаза жены расширились от страха.
  - Нет-нет, сегодня старших офицеров Генерального Штаба возили в ВИЭМ на кафедру к профессору Лурии.
  - Вас проверяли на этом его ужасном приборе, полиграфе?
  - А ты, Маня, откуда о нём знаешь? Хотя понятно, об этом даже в газетах, говорят, писали. Да, и на нём тоже.
  - А это не больно?- Толстая пытается хоть что-то разглядеть в непроницаемых глазах мужа,- электричество всё-таки...
  - Не больно, совсем ничего не почувствовал,- рассмеялся он,- надеваешь на руку перчатку, от которой идёт множество проводов в прибор и ничего не происходит. Полиграф, кстати, был наиболее приятной частью проверки. Отвечай себе на вопросы типа: вас зовут Евгений Александрович Шиловский? Вы знакомы с Эрнстом Кёстрингом?...
  - Кто это?- пугается Марианна
  - Немецкий военный атташе в Москве. Это было легко. Потом вопросы стали потруднее: когда в последний раз вы бывали в Новодевичьем монастыре? Вам нравятся стихи поэта Садовского? Ну и тому подобные... А лаборант при этом смотрит не на тебя, а на табло своего прибора и что-то записывает в клетки огромной таблицы. Потом перчатки сняли и пошли вопросы на сообразительность, например, даётся несколько картонных фигур и надо выяснить которая из них лишняя или показывают на секунду пять предметов, а потом просят в самом конце экзамена их перечислить...
  - Ненавижу такие вопросы,- сжимает кулачки Марианна.
  - ... С этим я тоже более или менее справился, но самое трудное задание было для меня такое: дают несколько страниц машинописного текста и ставят задачу по головному телефону, мол, читай текст вслух и при этом подчёркивай каждую встреченную букву 'А', а также зачёркивай каждую букву 'Е'. Через минуту новый приказ- 'А'- зачёркивай, 'Т'- подчёркивай. И приказы эти идут всё быстрее и быстрее...
  - Зачем же так людей мучить?- всхлипывает Толстая.
  - Полагаю, хотят понять хороша ли у тебя память, способен ли ты не терять голову в трудной обстановке, ещё что-то есть, наверное, чего я не понял. Видимо чистку в Генштабе хотят устроить основательную после известных событий.
  - Шапошникова тоже проверяли, Женя?
  - Нет, Бориса Михайловича не проверяли,- вздыхает Шиловский,- поговаривают, что уходит он из Генштаба.
  * * *
  - Мне всё же, господин Чаганов, непонятно,- мой собеседник, пожилой поджарый джентльмен с редкими рыжеватыми волосами, насмешливо улыбнулся, обнажив жёлтые крупные зубы,- на какой основе мы будем строить наши торговые отношения? В особенности после того, что ваша страна натворила в Финляндии. Не думаю, что в Северной Европе остались деловые люди, готовые пойти на сотрудничество с Советской Россией. Зачем это нам?
  'Так что же ты здесь делаешь, зачем пришёл на встречу со мной'?- мелькает мысль, когда переводчик заканчивает фразу.
  - Я понимаю ваш озабоченности, господин Валленберг,- опережаю Коллонтай, готовую начать полемику,- но, поверьте, они беспочвенны. Все капиталовложения, сделанные в Финляндию, вне зависимости от национальной принадлежности инвестора будут гарантированы новым правительством. Советский союз не собирается лишать Финляндию независимости, но и не собирается терпеть у власти в ней людей, связанных с прежним агрессивным режимом. Мы видим Финляндию нейтральной демократической страной, с территории которой никогда не будет исходить военная угроза для СССР.
  - Ваша армия останется в Финляндии, господин Чаганов?
  - Красная Армия постепенно будет выводиться из Финляндии по мере стабилизации обстановки и в конечном итоге там останется ограниченный контингент на территории нескольких арендованных военных баз, в основном на островах Финского залива и в Заполярье. Вы, господин Валленберг, спросили у меня зачем Швеции торговать с Советским Союзом? Вы видимо считаете, что эта торговля более выгодна для нас, чем для вас, хотя именно Швеция, а не СССР имеет экономику, ориентированную на экспорт. Я вам скажу парадоксальную вещь, наша страна хочет наладить с вами торговые отношения, чтобы Швеция продолжала оставаться нейтральным государством.
  - Поясните пожалуйста вашу мысль, господин Чаганов.
  - Хорошо, предлагаю вам рассмотреть один из возможных вариантов развития ситуации в Европе. Допустим, что в скором времени германская армия захватит Данию и начнёт войну с Англией в Норвегии. Таким образом, Германия сможет этими двумя ударами поставить под контроль основные морские торговые пути Швеции на севере и юге. Гитлер сможет диктовать вам свою волю, что кому продавать, по какой цене и в каких количествах. В любом случае вы лишитесь доходов от торговли с западными странами, а это как-никак 40 процентов вашего экспорта и 60- импорта. Ваша страна станет сателлитом Германии, а не нейтральным государством. Возможность же торговать ещё и с нами позволит вам стоять на двух ногах, а не на одной и не подчиняться диктату Гитлера. Так давайте не дожидаться неизбежного, а уже сейчас начинать работу над торговым соглашением. В нашей стране вы найдёте то, чего вам не хватает и в чём вам не поможет Германия: нефть, пшеница, удобрения. Наш рынок сможет легко поглотить всю продукцию вашего машиностроения, любые объёмы железной руды. Мы сможем через свою территорию обеспечить транзит ваших товаров в Европу и Америку...
  - Заманчивое предложение,- мой собеседник стряхивает пепел сигары в хрустальную пепельницу,- но пока я вижу два препятствия на пути реализации этого плана. Во-первых, наше общественное мнение сейчас резко настроено против русских и во-вторых, мало кто из банкиров захочет выдать вам торговый кредит, по крайней мере на тех условиях, что вы получили от Германии.
  - Общественное мнение- это, конечно, серьёзно, господин Валленберг. Однако если социал-демократическое правительство, которое имеет большое влияние на профсоюзы, проявит политическую волю и с вашей помощью правильно сориентирует редакторов крупнейших газет, то всё может быстро поменяться. Я слышал, что профсоюзы сейчас рассматривают вопрос об отмене своего же постановления о бойкоте немецких товаров, несмотря на категорическое неприятие германского национал-социализма. Мне кажется, что шведское общество в достаточной степени прагматично, чтобы сделать нужный нам с вами выбор...
  'Не возражает, тогда продолжим'.
  - ... С другой стороны, у нас нет необходимости форсировать этот процесс. Мы можем просто создать шведско-финскую акционерную компанию со штаб-квартирой в Стокгольме или Хельсинки. Советский Союз внесёт долю Финляндии золотом, которое будет служить обеспечением, гарантией возврата шведских кредитов. На первых порах вообще нигде не будет упоминаться, что товары идут в СССР, формально вы будете поставлять их в Финляндию.
  - В Стокгольме, господин Чаганов.
  Коллонтай, переводящая удивлённый взгляд с меня на Валленберга, даже не пытается вставить слово.
  - Хорошо, в Стокгольме. Чтобы у вас было представление о масштабах нашей будущей торговли, могу привести всего несколько примеров: СССР готов уже сегодня подписать контракт на поставку 4000 грузовиков компании 'Volvo' LV120 и 7000 тонн шарикоподшипников 'SKF' в год.
  * * *
  - Эрвин, каким ветром тебя занесло к нам в Стокгольм?!- широко раскрывает объятия Александр Целлариус, плотный сорокалетний брюнет, поднимаясь из-за стола.
  'Неужели адмирал собирается выгнать меня со службы?- ёкает в груди у военно-морского атташе Германии в Швеции,- один промах и всё"?
  - Да вот, решил проведать старого друга,- фальшиво улыбается нежданный гость из Берлина майор Штольце, а его холодные маленькие глазки косятся на помощника хозяина кабинета, оторвавшего голову от бумаг.
  - Ты не голоден, дружище? Я знаю здесь неподалёку отличную забегаловку,- Целлариус торопливо засовывает документы со стола в сейф.
  - Это и есть твоя забегаловка?- подмигивает Штольце, оказавшись в 'бункере' посольства.
  - Канарис отзывает меня?- голос атташе дрогнул.
  - Пока только отстраняет от руководства операцией 'Возмездие', будешь подчиняться мне. Докладывай, в чём причина провала, снайпер подвёл?
  - Второй патрон дал осечку, Эрвин,- переводит дух Целлариус,- пока возился с ним машина ушла из сектора обстрела. Оружие было в порядке, стрелок отличный, чемпион Финляндии. Этот патрон... шанс, что его разорвёт- один на миллион или того меньше...
  - Почему снайпер был один?- зло перебивает его Шольце,- ты должен бога благодарить, что адмирал решил не отдавать тебя под суд. Просто не смог быстро найти замену твоему финну. Ты пойми, объект- личный враг фюрера! Второй ошибки тебе не простят, да и не только тебе, полетят головы и адмирала, и моя, и твоя. В общем, план меняется, теперь исполнителями будут мои диверсанты, а твой снайпер нужен для отвода глаз, он даже стрелять не будет. На месте ликвидации объекта должен остаться его труп с винтовкой. Это хорошо, что снайпер- чемпион, значит личность полиция установит быстро, как и оружие, из которого было произведён выстрел при первом покушении. Мотив очевиден- месть русским.
   - Объект стал очень осторожен,- задумчиво произносит атташе, глядя себе под ноги,- все встречи проводит в резиденции посла. Правда от моего шведского источника мне стало известно, что готовится встреча Чаганова и премьер-министра Ханссона, источник считает она произойдёт завтра вечером на коктейль-приёме во Дворце Наследных Принцев ...
  - Карту!- командует Шольце.
  * * *
  - Штольце в Стокгольме,- обхватываю сзади Олю и легонько прикусываю мочку её уха.
  - По твою душу,- вырывается Оля из объятий,- говорила тебе, что это немцы. Откуда известно?
  - Только что получил радиограмму из Москвы, перехватили вчера утром, а сегодня уже расшифровали,- гордо выпячиваю грудь и снова приближаюсь к супруге.
  - Чёрт, чёрт,- выставляет кулачки перед собой она,- Кузнецов уже уехал... Всё, коктейль-пати отменяется.
  - Не может быть и речи,- я тоже умею злиться,- от моей встречи с премьером Ханссоном слишком многое зависит...
  - Да пойми ты,- раздувает ноздри супруга,- тебе по дороге туда десять раз голову прострелят... и не тебе одному, между прочим.
  'Она права'.
  - Так придумай что-нибудь чтоб не прострелили,- моё раздражение требует выхода,- ты же у нас профи.
  Из-за дверей комнаты послышалось чьё-то сопение.
  - Входите,- одновременно выкрикнули мы.
  - Радиограммы из Москвы вам, товарищи,- в дверном проёме показывается тощая фигура шифровальщика Сурогина.
  'Сталин утверждает все обязательства, что я сделал в разговоре с Валленбергом,- быстро пробегаю глазами по тексту шифровки,- и по грузовикам, и по буровому оборудованию, и по пшенице с удобрениями, а про то, что надо отменять встречу с Ханссоном- ничего'.
  Напрягаю память, запоминая множество наименований товаров и чисел, расписываюсь на бланке, возвращаю дешифровку Сурогину и радостно поворачиваюсь к Оле.
  - Берия советует возвращаться в Москву,- замелькали в воздухе пальцы супруги,- через два дня приезжают его 'волкодавы', будут нас отсюда вывозить.
  'Советует, ответственность с себя Берия снимает. Всё он понял, зачем сюда Шольце пожаловал, но Сталину не доложил, иначе бы не через два дня, а прямо сейчас нас выворачивало наизнанку в воздушных ямах по пути в Москву. Всё логично, я ему конкурент, а друзей в политике вообще не бывает'.
  - Придумай что-нибудь,- шепчу задумавшейся супруге.
  * * *
  - М-м-м,- стонет Оля, закатывая глаза,- это просто божественно, можно ещё?... Сурогин, сидящий напротив за обеденным столом, смотрит на неё широко раскрытыми глазами и громко сглатывает слюну.
  - Вы- кудесница, Анна Ивановна, вкуснее эклера я никогда не ела... Коллонтай, польщённая этими словами даже больше чем повариха, победно смотрит на не любящего сладкого Рыбкина.
  - Спасибо,- нервно вскакивает он со стула,- прошу меня извинить, дела.
  За ним повставали с мест и другие, концовка праздничного ужина в честь нашей победы над Финляндией оказалась смазанной.
  - Алексей Сергеевич,- повисает у меня на руке Александра Михайловна,- прошу вас ко мне в кабинет, мы должны обсудить с вами план завтрашней встречи с Ханссоном.
  - Конечно хочу,- кричит Оля пьяненьким голосом,- и не только рецепт, но и взглянуть на вашу кухню, Анна Ивановна, давайте сейчас?
  * * *
  - Что вы делаете?!- пискнула повариха когда Рыбкина сзади хватает её за руки.
  - Молчи, и слушай меня,- железные пальцы Оли сходятся на дряблой шее женщины,- мне известно, что ты шпионишь здесь. Так вот не думай, что это сойдёт тебе с рук. Ты знаешь как поступают с такими как ты?...
  Ноги Анны Ивановны подкашиваются, но Рыбкина крепко держит её, не давая упасть.
  - ... Я переломаю тебе руки, ноги, шею, позвоночник,- безумный взгляд девушки блуждает из стороны в сторону,- и выбью все зубы. Ты думаешь я не посмею? Ещё как посмею! Я вывезу твоё тело из посольства в лес, брошу на снег, а остальное довершат голодные звери... Какая, блин, впечатлительная...
  Чертыхнувшись, Оля, достаёт из кармана платья пузырёк с нашатырём.
  - ... Но перед этим я всё равно узнаю на кого ты работаешь,- продолжает девушка, как только Анна Ивановна приходит в себя,- будешь говорить?
  - Я всё расскажу, всё,- её голова замоталась из стороны в сторону,- они меня заставили, вы знаете, как тяжело русским жить в Швеции? Меня выгоняли с работы из всех мест, куда я смогла устроиться, мы с сыном голодали. Когда я нашла место в советском посольстве лейтенант Лундквист поставил условие: или я сообщаю ему обо всём, что я увижу и услышу тут или он отберёт у меня сына, а меня саму посадит в тюрьму...
  - О чём ты докладывала ему в последний раз?- Оля не даёт возникшей паузе затянуться.
  - Мелочи всякие,- залепетала повариха,- когда будет приём в посольстве, о болезнях Александры Михайловны, где вы с мужем расположились, ещё отпечатки ваших пальцев на посуде.
  - Не замечали, Анна Ивановна,- голос Рыбкиной звучит почти по-дружески,- может быть кто-то ещё из персонала посольства этим же занимается?
  - Не замечала,- кивает повариха,- хотя... видела раз на улице как второй водитель Карл маршировал вместе с 'Коричневой гвардией' у германского посольства. Я думаю, что он нацист, но здесь ведёт себя тихо, скромно, приветливый такой.
  - Карл сейчас стал первым,- кусает губы Рыбкина,- вы знаете, Петраков лечится после ранения...
  - Это хорошо, Анна Ивановна, что вы не стали запираться,- глаза Оли добреют,- если будете нам помогать, то с вашим сыном всё будет в порядке. Вы сами продолжите работать в посольстве, но теперь станете передавать лейтенанту Лундквисту только то, что скажет вам ваш куратор товарищ Рыбкина, согласны?
  Зарёванная повариха часто-часто закивала головой.
  - И не вздумай крутить,- губы Оли растянулись в угрожающей усмешке,- а то это будет последний день твоей жизни.
  * * *
   - Ты меня извини, Эрвин,- вкрадчиво замечает Целлариус, пользуясь тем, что после сытного завтрака Шольце подобрел и расслабился,- но оба наших плана страдают некоторым авантюризмом. Посуди сам, для ликвидации объекта в посольстве у нас явно не хватает сил, четыре человека - это несерьёзно. По сути, успех операции полностью зависит от того, сумеет ли водитель незаметно провести боевую группу из гаража по боковой лестнице к комнате, в которой находится объект. А если его там не окажется? А если, охрана обнаружит группу до того, как она сумеет подняться на второй этаж? Объект сможет легко улизнуть, ведь контролировать периметр мы не сможем, к тому же сзади оно выходит на огромный парк...
  Штольце продолжает невозмутимо ковыряться зубочисткой в чёрном зубе.
  - ... Второй план мне нравится больше, водитель останавливается на условленном перекрёстке, группа расстреливает автомобиль из автомата и добивает выживших. Вероятность успеха в этом случае выше, но опять-таки многое зависит от водителя. А что, если он струсит или ему прикажут ехать другим маршрутом? Не лучше ли будет посадить боевиков на автомобиль, чтобы они ехали следом за машиной посольства и сами выбирали удобный момент для нападения. К тому на нём легче покинуть место атаки...
  - Автомобиль- это всегда след,- цыкает зубом Шольце и морщится от боли.
  - Угнать перед акцией, а ещё лучше захватить силой,- мягко возражает Целлариус,- шофёра застрелить рядом с финским снайпером...
  - Хм, неплохая мысль... только я думаю, захватывать надо грузовой автомобиль, протаранить легковушку так, чтобы мокрого места от неё ни осталось. Без единого выстрела. Пока полиция будет разбираться, пока найдут шофёра. Я с ребятами буду уже в Германии.
  - Гениально,- преданными глазами смотрит на шефа Целлариус. * * *
  - Сталин разрешил переговоры по поводу лидокаина,- залетаю к себе с радиограммой в руках и вижу Олю в сером сиротском пальто, в тяжёлых мужских ботинках, закутанную в мышиного цвета платок, - куда это ты ни свет-ни заря, у нас же через два часа встреча с представителями 'Астры'?
  - У тебя встреча,- подмигивает мне довольная своим видом супруга,- а у меня других забот выше крыши.
  - Как? Это же твоя тема.
  - Моя тема,- Оля резко на каблуках поворачивается на каблуках в мою сторону,- а кто недавно умолял: придумай что-нибудь. Ты собираешься вечером на коктейль?
  - Собираюсь...
  - Ну вот, тогда я должна лично взглянуть на наш маршрут. Не провожай, хотя нет, давай на боковую лестницу, проверишь не болтается ли там кто, знак подашь. 'Что-то она в последнее время стала совсем невыносимой, грубит'.
  * * *
  - Господин Чаганов,- президент фармацевтической компании 'Астра АБ', высокий худой старик, недовольно пожевал губами,- наша компания не заинтересована в новом анестетике. Нас вполне устраивает новокаин, тем более что мы держим на него патент. Наш крупнейший инвестор господин Валленберг попросил меня встретиться с вами, но это не означает что компания пойдёт на покупку лицензии на выпуск вашего препарата. Это противоречит нашим коммерческим интересам. А вот приобрести лицензию на противотуберкулёзный препарат мы согласны, если, конечно, условия будут выгодными.
  - Увы, господин Свенсон,- делаю покер-фэйс,- все права на производство тубазида проданы компании 'Пфайзер', в соглашении с ней есть условия, что мы не продаём лицензии другим компаниям до 1945-го года. Я хочу чтобы вы поняли, наш анестетик по всем статьям превосходит новокаин: во-первых, он не требует коки, которую вам приходится импортировать из Южной Америки, его сырьём является ячмень; во-вторых, проблемами новокаина является его малая продолжительность действия и то, что он должен быть разведён непосредственно перед употреблением, наш препарат лишён этих недостатков. Кроме того, токсичность его меньше, чем у новокаина. Резюмирую, совершенно очевидно, что выпуск на рынок такого анестетика сражу же поставит крест на новокаине. Что я ещё хочу подчеркнуть, ваша компания является первой кому ВИЭМ предлагает этот препарат, уверен, что 'Пфайзер' в случае вашего отказа с удовольствием заключит с нами новое соглашение на тех же условиях что и с тубазидом.
  'С 'Пфайзером', конечно, проще, но класть все яйца в одну корзину опасно',- делаю движение, как будто поднимаюсь со стула.
  - Мы можем ознакомиться с текстом соглашения, которое вы заключили с американцами, господин Чаганов?
  * * *
  - Аня, скажи,- раскрасневшаяся в длинной лисьей шубе Рыбкина наклоняется вперёд, чтобы сбоку попытаться разглядеть лицо Оли,- а что это такое ты капнула в кофе нашего водителя. Обычно из него единого слова клещами не вытянешь, а тут 'Остапа понесло'?
  - Микстуру,- её взгляд продолжает автоматически каждые несколько секунд обегать причудливые сугробы по сторонам аллеи парка, подсвеченные высокими серыми облаками,- 'сыворотку правды' или её ещё называют 'болтунчик'. Секретный препарат, применяется для того, чтобы развязать объекту язык. 'Растормаживает' психику и уменьшает 'сопротивление', если хочешь подробнее разобраться в этих механизмах почитай Фрейда. Ты, Зоя, теперь одна из очень небольшого числа сотрудников, кто знает о препарате. Само собой, что рассказывать о нём ты никому не можешь, даже своему начальству, включая мужа.
  - Не волнуйся, от меня никто ничего не узнает, а вот Карл не расскажет?
  - Не расскажет, он когда сегодня проснётся ничего помнить не будет. Давай, мы уже близко, повтори последовательность своих действий.
  - По словам Карла, - Зоя с трудом прячет улыбку и продолжает серьёзным тоном,- каждое утро с 9 до 10 часов в кондитерской 'Сундбергс' на Железной площади его ожидает невысокий человек лет пятидесяти, седой, с крупным мясистым носом и голубыми глазами. Он назвался Хуаном. Я захожу в кондитерскую одной из первых, занимаю столик слева от входа у окна и заказываю кофе и круассан. Как только увижу входящего внутрь Хуана неспеша допиваю кофе, расплачиваюсь и иду по набережной направо от выхода, сажусь на трамвай и возвращаюсь на нём в торгпредство.
  - Всё верно. Головой на улице не крути, используй своё зеркальце, убедись, что за тобой нет 'хвоста'. Остальное моё дело.
  * * *
  'Рыбкина прошла',- Оля поднимается со скамейки и со скоростью немногочисленных прохожих бредёт по направлению к 'Сундберсу'.
  Перед ней, вывернув из-за угла, в кондитерскую вваливаются четверо высоких угрюмых парней в одинаковых чёрных пальто и уверенно направляются к длинному столу, в голове которого завтракают двое.
  - Гутен морген,- кивают те.
  'Шольце вижу, не знаю кто с ним, четверо наверняка прибыли по нашу душу. Кто первый сказал о морге?'.
  Оля обеими руками в перчатках выхватывает из карманов пальто наганы и, решительно шагнув в сторону немцев, одновременно жмёт на спусковые крючки. Три шага, шесть выстрелов, слившихся в три оглушительных хлопка и шесть тел с простреленными головами, растворяются в едкой пороховой дымке.
  'Как в тире',- мысленно пометив распластавшихся кто где немцев крестиками, Оля круто разворачивается на каблуках, её наганы загуляли по фигурам впавших в ступор посетителей у прилавка.
  - Не смотреть на меня,- рявкнула она по-английски,- на пол, лежать!
  К её удивлению, никто кроме одного моряка не выполнил её команду.
  'Бессмертные что ли или просто тормозят?- Оля стремительным броском перекрывает выход из кондитерской, предотвращая попытку побега, и становится спиной к двери,- нет, просто в английском ни бум-бум. Эх, говорила мама- учи языки'.
  - Эй, морячок, скажи им, чтобы лежали тихо пять минут после моего ухода, у меня тут напарник дежурит у выхода.
  'Другое дело, дисциплинированный народ',- Оля сбрасывает с себя пальто, накидывает на плечи женскую шубку с вешалки-треноги, вместо платка- симпатичную шапочку, с сожалением глядит на свои рабочие ботинки и испаряется за дверью.
  * * *
  - Водки принести?- с жалостью гляжу на дрожащие Олины руки, которыми она перебирает содержимое бумажника жертвы.
  - Нет, не надо,- трясёт головой она,- мне ещё на коктейль-парти с тобой идти. Хочешь, чтобы от меня там перегаром разило?
  'Железная женщина, замочила шестерых на завтрак и как ни в чём не бывало собралась на вечеринку. А с другой стороны взглянуть, ну на кого ей было рассчитывать: на мужа, который мухи не обидит? Радикально решила поставленную мной, кстати, задачу'...
  - Он- финн,- Оля бросает на стол фотографию и письмо,- ты по-фински читать можешь?
  - Чуть-чуть, времени было на учёбу совсем немного... дешифровки по военной тематике могу со словарём, а тут же наверно на бытовые темы, почерк женский.
  - Коллонтай!- легко взлетает со стула супруга.
  Через пять минут она возвращается с письмом в руках:
  - Жена ему пишет, гордится им, желает побольше русских убить. Он снайпер, я сейчас вспомнила, что у него действительно характерная мозоль была на указательном пальце. Уверена, что это он стрелял по машине. Если шведская полиция его идентифицирует, то подозрение может упасть на нас.
  - А откуда они узнают, что это он стрелял?- обнимаю супругу за плечи,- не должен он был оставить отпечатки на своей 'лёжке'.
  - По пуле определят, которую мы передали в полицию, если винтовку найдут.
  Вежливый стук в дверь прерывает наше долгое молчание.
  - Вот, всё что удалось купить,- Рыбкина протягивает Оле кипу газет,- дневных издаётся только две, остальное- бульварные листки. Да, и как вы просили финско-русский словарь, было только дореволюционное издание.
  'Обе нетерпеливо смотрят на меня, значит и переводить мне'.
  Со вздохом беру в руки первый листок:
  - 'Хрупкая девушка расстреляла в центре Стокгольма шестерых своих насильников'!
  'Всего три раза в словарь заглянул, ха-ха... Что это за издание, понятно- 'Шведские феминистки'... Заулыбались женщины, хороший знак'.
  - 'Британская 'Мата Хари' свела счёты с германскими шпионами в кондитерской 'Сундсберс''!
  'Смеются, хорошо'.
  - 'Агенты Кремля хотят поссорить Англию, Германию и Швецию'!
  'Погрустнели... Дальше, судя по фото Свена Линдерута, это издание компартии'.
  - 'Выстрелы в столице: Гитлер находит предлог для оккупации Швеции'.
  'Широкий спектр мнений, а что говорит официальное издание 'Афтонбладет'? Хм, прячет голову в песок, типа криминальные разборки иностранцев'.
  - Вы слышали?- в комнату без стука врывается взволнованная Коллонтай с газетой в руке, её подозрительный взгляд упирается сначала в Рыбкину, потом переходит на Олю,- слышали, ой, что сейчас начнётся, что начнётся...
  'Вот интересно, Оля вообще думала о последствиях своих действий? Не уверен. Интересно, Рыбкина не сдаст её Берии? Боюсь теперь, как бы товарищу Чаганову не назначили новую жену'.
  - Хорошо, что все здесь. Александра Михайловна, вам телеграмма из Москвы и вам тоже, Алексей Сергеевич.
  - К нам едет,- голосом городничего декламирует Коллонтай, близко поднося листок к глазам,- первый заместитель НКИД товарищ Потёмкин.
  Все поворачивают головы в мою сторону, но я, быстро пробежав текст, молчу.
  'А мы с Олей на том же самолёте улетаем в Москву. Занавес'.

  Москва, Кремль,
  кабинет Сталина.
  2 марта 1940 года, 23:00.

  - На этом, пожалуй,- вождь обводит строгим взглядом своих заместителей,- на сегодня закончим. Да, товарищ Вознесенский, что вы хотели?
  - Напоминаю всем,- цедит он сквозь зубы, сверля меня злым взглядом,- что послезавтра крайний срок для подачи замечаний по реализации плана наркомата обороны и Генерального штаба по строительству укреплений на новой границе. Товарищ Чаганов, никаких персональных отсрочек для вас не будет.
  - А я и не прошу никаких отсрочек, товарищ Вознесенский, всё что мне нужно, так это несколько контрольных цифр, связанных с привлекаемыми к строительству трудовыми ресурсами и выделяемыми фондами. Их список был отправлен в Госплан ещё две недели назад, но как я узнал перед заседанием в своём секретариате они до сих пор не получены.
  - Я прослежу, чтобы вы их получили сегодня же,- бросает он, собирая бумаги со стола и не глядя на меня.
  'Кажется, Сталину доставляет удовольствие наблюдать за наши постоянными пикировками. Впрочем, это его стиль- поддерживать конкуренцию между подчинёнными. Надо, кстати, это взять на заметку: если подчинённые в коллективе смотрят в рот начальству и поддакивают другу, то так и до беды недалеко. Плохо, что Вознесенский не может сдержать своих чувств, или это всё же неплохо? Явный враг, лучше скрытого, не даёт расслабляться'.
  - Товарищ Чаганов, останьтесь,- вождь манит меня зажатой в кулаке трубкой.
  'Вознесенского аж передернуло'.
  - ... Я хочу поговорить с тобой, Алексей, о твоей жене,- после долгой паузы продолжает он, начиная свои обычные хождения по кабинету,- мне кажется, что она сильно злоупотребляет тем доверием, которое ей оказывает наше руководство. Товарищ Мальцева, конечно, исключительно талантливый работник... Некоторые её заскоки можно объяснить молодостью, но с течением времени они не уменьшаются, а наоборот начинают принимать опасные гипертрофированные формы, как для неё самой, для окружающих её лиц и для интересов государства... Скажи, тебе было известно заранее о её планах устроить бойню в центре Стокгольма?
  'Донесла-таки Рыбкина или кто-то ещё следил за ними с Олей'?
  - Это случилось из-за меня, товарищ Сталин,- быстро отвечаю, чтобы вождь не заподозрил меня в неискренности,- встреча с премьер-министром Ханссоном была слишком важна, чтобы её отменять из-за немецких диверсантов, поэтому я попросил Мальцеву сделать всё возможное...
  - И она сделала,- саркастически усмехнулся вождь.
  - Никто бы на её месте в одиночку не сделал бы лучше, товарищ Сталин.
  - Мы ещё не знаем, чем всё это закончится для нас. Поставлены под удар советско- германские отношения. Что произойдёт если шведская полиция найдёт след, ведущий к нам?
  - Германия не будет заинтересована в раздувании скандала, так как в ответ мы сможем обвинить её в покушении на меня. В том кафе, судя по сегодняшним сообщениям шведской прессы, вместе с майором Штольцем был ликвидирован финский снайпер, у него в квартире обнаружена винтовка, из которой выпущена пуля, пробившая машину полномочного представителя СССР в Королевстве Швеция. Наоборот, германцы, товарищ Сталин, будут спускать эту историю на тормозах, шведы также в ней выглядят не в лучшем свете...
  - Я смотрю вы с Мальцевой стали через чур самостоятельными,- взрывается вождь,- кем вы себя возомнили? Учите, у нас незаменимых нет...
  - Товарищ Сталин,- перебиваю вождя пока ситуация не стала необратимой,- мы виноваты, нашим действиям нет оправдания, готовы понести любое наказание.
  - Ступайте, товарищ Чаганов,- делает он глубокий вдох,- я подумаю как с вами поступить.
  'А на самом деле виноват только я, разве не замечал, что Оля уже давно из всех возможных выбирает самое радикальное решение... да хрен бы с той Швецией, тоже мне пуп земли'.
  * * *
  'Переживает,- чувствую, как супруга уже в пятый раз проходит мимо моего домашнего кабинета,- и пусть помучается, могла бы посоветоваться со мной в конце концов... Ладно, возвращаемся к нашим баранам. Задача- за год построить линию укреплений на новой границе... около 6 тысяч дотов и других укреплений, это без учёта строительства подъездных и рокадных дорог в их полосе. На всё вместе плюс вооружение выделяется более полумиллиарда рублей, в основном из бюджетов Белоруссии и Украины, оттуда же будет и основная рабочая сила. Союзный бюджет финансирует только вооружения. Сапёры будут составлять не более десятой части из общего наряда рабочей силы в 150 тысяч человек. Солидный план, на первый взгляд... если не знать, что к началу войны в части строительства он был выполнен примерно на треть, а в части артиллерии и того меньше. Причины? А чёрт его знает, надо разбираться. Первое, что приходит на ум это низкая производительность бетонных работ, связанная с недостатком строительной техники, тут также надо учесть их сезонность, в поле в мороз бетонировать невозможно. Второе- нехватка строительных материалов: железо, цемент, песок, щебень... да-да, последние два тоже не везде можно найти, так как для особо прочного бетона, который идёт для строительства дотов, эти фракции должны быть крупными по сравнению с цементом, иначе даже при значительном расходе цемента получится брак'...
  - Что делаешь?- Оля, кротко встаёт рядом.
  - Да вот, замечания пишу к плану строительства оборонительных сооружений на новой границе,- отвечаю, предварительно щёлкнув переключателем генератора 'белого шума'.
  - Напиши, чтобы не заморачивались и строили древесно-земляные.
  - Серьёзно? Как у тебя всё просто, НКО и Генштаб предлагают план, в котором сосредоточен огромный опыт, накопленный несколькими поколениями, а тут приходит такой Чаганов и 'ничтоже сумняшеся' заявляет: 'фтопку'. Надо Сталину доказать, что этот план невыполним, привести свои доводы, а потом уже что-то предлагать своё. Я вот тут начал прикидывать сколько же цемента потребуется для всех этих укреплений. Возьмём среднее такое сооружение в 250 кубических метров бетона, на каждый кубометр пойдёт 400 кг портленд-цемента. Умножаем это на 6000 таких ДОСов и получаем 600 тысяч тонн цемента. А это, на минуточку, почти 11 процентов его годового производства в СССР. Дальше, чтобы успеть закончить заливку бетона в тёплое время года надо построить многие сотни передвижных бетонных заводов, на них должны работать десятки тысяч высококвалифицированных строителей, включая инженерно-технических работников. Возникнет огромная нагрузка на транспорт: 600 тысяч тонн цемента, 3 миллиона тонн песка и щебня надо к этим кочующим заводом как-то подвозить, причём цемент издалека, так как в Белоруссии нет мощных цементных заводов. О сотнях тысячах тонн арматуры я вообще молчу.
  - Уверена, что Совет Обороны это не остановит: транспорт, цемент и металл перераспределят,- Оля берёт в руки проект плана в твёрдой обложке,- тем более что сам план рассчитан на два года, а в уме они держат три- до конца пятилетки.
  - Это они сейчас, а после Франции забегают, начнут сроки сокращать...
  - Цемента, говоришь, не хватает? А твой морозоустойчивый 'бесцементный' бетон не подойдёт?
  - Подойти-то подойдёт,- чешу небритую щёку,- но он бесцементный только в смысле, что без портленд-цемента. Всё равно нужно перемалывать отходы металлургического производства, щёлочи добавлять. Шлакощелочной цемент, это всё равно цемент. Одно дело построить участок для его получения сравнительно небольшой производительности 500 тонн в год для реактора, а другое...
  - Что замолчал?
  - Да вот подумал, чем шлакощелочной бетон хорош... а хорош он тем, что не нужен ему крупный песок и щебень, как для бетона на портленд-цементе. Подойдёт супесь, глина, а в идеале, любой грунт, что ты вынул на земляных работах тут же на месте строительства укрепления. Смотри, для конструктивного бетона необходимо чтобы удельная поверхностная площадь заполнителя, крупного песка или щебня, была в пределах 1 к 1000. То есть, чтобы связать заполнитель частицы цемента должны быть во столько меньше его. А частицы глины, наоборот, в 1000 раз меньше частиц цемента, поэтому их портленд-цемент связать не может, бетон не получится. Так вот, шлакощелочной цемент глину вяжет, там идёт химическая реакция с участием едкой щёлочи, при которой образуются дополнительные вяжущие. Ты понимаешь, основные затраты на перевозки падают на заполнитель...
  'Стоп, а ведь ей совсем неинтересно, зачем тогда разговор завела?'
  - Скажи, Хозяин меня простит?- в Олиных глазах сверкнула слезинка.
  - Не за что ему тебя прощать, ты выполняла мой приказ, так я ему это и сказал.
  - А тебя простит?- супруга кладёт руки мне на плечи.
  - Может быть не сразу... не знаю. Я ему нужен, хотя бы как связник с Барухом, с Пост, с МакГи, со шведами, да и как к своему заместителю нет у него пока претензий.

  Москва, завод 'Темп',
  Большая Татарская, 35.
  19 марта 1940 года, 10:00.

  - Здравствуйте, товарищи,- пожимаю руки гостям,- проходите, присаживайтесь.
  'Устинов насторожен и хмур, Грабин же наоборот радостный и нетерпеливый. Их можно понять: первому не нравится, что его подчинённый через голову своего наркома посылает жалобу наверх, второй радуется, что его послание возымело действие'.
  - Товарищ Сталин поручил мне разобраться с вашим письмом, товарищ Грабин,- достаю из папки машинописный документ и кладу его перед собой,- в нём вы пишете, что вашу пушку Ф-22 УСВ зажимает ГАУ, настояв на её выпуске слишком малой партией. Я правильно понимаю, товарищи?
  - Совершенно верно, товарищ Чаганов,- опережает наркома главный конструктор,- годовой план 1000 штук, это просто курам на смех, ведь Красная Армия быстро увеличивается, растёт число дивизий, в случае войны дивизионные пушки будут просто на расхват...
  - Но таков мобилизационный план, товарищ Грабин, я вам скажу даже больше, эти 1000 пушек в этом году могут стать последними, заказанными армией, поскольку план окажется полностью выполненным. Я не собираюсь сейчас обсуждать вопрос о том хорош мобилизационный план или плох, это находится вне моей компетенции...
  Грабин опускает стриженную наголо голову.
  'К Сталину пойдёт жаловаться'.
  - ... Меня волнует другой вопрос, а достаточно ли хороша эта пушка, чтобы она стала основной дивизионной?
  - Ф-22УСВ прошла все испытания, товарищ Чаганов,- в голосе Устинова послышался металл,- принята на вооружение и поставлена на валовое производство.
  - Я не об этом, товарищи. Достаточно ли она хороша в технологическом плане, дешёвая ли она? Потому что, если с началом войны ваш завод не сможет резко увеличить её выпуск, не полагаясь на смежников и без увеличения числа заводов, производящих её, то нам производственникам такая пушка будет в тягость. Нам нужна конструктивно простая, лёгкая, технологически совершенная мощная пушка, выпускаемая на потоке. Вот скажите, товарищ Грабин, сколько пушек ваш завод может выдавать сейчас?
  - Думаю, что две-три тысячи,- удивлённо смотрит на меня конструктор.
  - А нужно будет в 10-20 раз больше по в несколько раз меньшей отпускной цене.
  - Зачем столько?- у Устинова вытягивается лицо.
  'Чтоб, когда клюнет жареный петух не устраивать аврал'.
  - Столько, может быть и не понадобится,- сбавляю тон,- сказано лишь для того, чтобы обратить внимание конструкторов и технологов на то, что многие стоящие на вооружении образцы вооружений, как пушки и гаубицы, очень дороги и малотехнологичны, а следовательно, мало подходят для массового производства. Военные этого не видят, а конструкторы и технологи должны над этим работать непрерывно до момента снятия образца с вооружения.
  - Вы очень правильно это сказали, товарищ Чаганов,- оживляется Грабин,- конструкторские бюро должны плотнее работать с заводчанами, мы пытаемся это делать, но иногда это невозможно. Возьмём, например, ситуацию на нашем заводе. Нам передали для производства гаубицу М-30 КБ Мотовилихинского завода, которая совершенно не подходит нам по технологии. Мы не можем вносить никакие изменения в чертежи, либо менять технологию без согласования с разработчиками, а конструкторы товарища часто не хотят идти нам на встречу...
  'Хмурится Устинов, получается, что это камень в его огород'.
  - ... Наше КБ также участвовало в конкурсе, но, при лучших своих характеристиках, наша гаубица было совершенно несправедливо отвергнута ГАУ. Судите сами, Ф-25 на 400 килограмм легче, чем М-30, больший угол наведения, лучшую подвижность и является дуплексом с 95-миллиметровой пушкой...
  - Товарищ Грабин,- не выдерживает нарком,- Ф-25 имеет дульный тормоз, а это нарушает условия конкурса!
  - Во всём мире используют дульный тормоз,- конструктор не удостаивает наркома взглядом и продолжает упорно смотреть на меня,- современные приборы артиллерийской разведки могут легко засекать пушку по звуку вне зависимости от силы звука выстрела и клубов пыли, но только у нас ГАУ запрещает применение дульного тормоза!
  - Условия конкурса обязательны для всех его участников, товарищ Грабин, разве не так?- конструктор снова роняет голову,- так, но то, что вы интересуетесь последними достижениями зарубежной артиллерийской науки это очень хорошо. Представьте себе, я тоже интересуюсь. Недавно по линии нашей разведки я получил материал, где наткнулся на одну любопытную конструкцию дульного тормоза...
  'Только не надо тяжело вздыхать, товарищ Грабин'.
  - ... На этой гаубице он многощелевой, и газ из первой, ближайшей к казённой части, щели тормоза направлен вперёд под углом примерно 60 градусов к диаметральной плоскости орудия. Эта часть газа образует заслон для газа, выходящего из всех последующих щелей назад примерно под тем же углом. Таким образом газ из почти всех, кроме первой, щелей исполняет положенную работу, тормозит откат, но далее он натыкается на газовый заслон и рассеивается, не доходя ни до ушей расчёта орудия, ни тем более до земли. То есть основные возражения военных против дульного тормоза, что он мешает расчёту и демаскирует огневую позицию поднятой пылью, отсутствуют. Автор изобретения, неправильно классифицировал его и по этой причине оно было отвергнуто. То есть, полезно просматривать не только принятые патенты, но и отвергнутые тоже.
  'Вот так лучше, открытым ртом знаменитого конструктора удовлетворён'.
  * * *
  - Таубина пригласите,- не дожидаясь пока Грабин дойдёт до двери, хватаюсь за трубку местного телефона.
  - Присаживайтесь,- сухо, не выходя из-за стола, кивком встречаю вошедшего в кабинет очередного конструктора и показываю на стул напротив Устинова.
  Щегольски одетый невысокий, начинающий седеть брюнет, по-свойски берётся за спинку стула, поворачивает его и садиться лицом ко мне, боком к наркому и начинает непринуждённо осматривать мой кабинет.
  - Ну и что, товарищ Таубин, будем с вами делать?- отрываю взгляд от бумаг.
  - А что такое?- недовольно встряхивает он головой.
  'Второй Шпитальный? Вроде нет, тот чистый администратор, а этот, говорят, талантливый конструктор, генератор идей'.
  - Жалуются на вас все... и авиаконструкторы, и производственники, и военные. Вы много обещаете, но не торопитесь исполнять обещанное. Нехорошо, так можно и лишиться своего КБ.
  - Но,...- Таубин начинает подниматься.
  - Сидите,- холодно прерываю его я,- и не только КБ, но и свободы. Может быть работа в специальном бюро под охраной НКВД простым инженером или даже чертёжником пойдёт вам на пользу, как думаете, Дмитрий Фёдорович?
  - Пожалуй,- кивает Устинов,- я даю согласие на арест Таубина.
  - Вы постоянно срываете сроки, где ваша 23-х миллиметровая пушка с темпом стрельбы 600 выстрелов в минуту, где ленточная подача для неё, где крупнокалиберный пулемёт? То, что вам удаётся подать на испытания, неизбежно проваливают их. Вы ничего не доводите до конца, провалив один проект, вы берётесь за другой, мы не будем этого больше терпеть. Для нас последней каплей стало то, что недавно 37-мм мотор-пушка вашего КБ при установке в истребитель И-289 конструктора Лавочкина просто не вписалась в пространство в развале цилиндров двигателя. Вы со Шпитальным оставили 'воздушный истребитель танков' Поликарпова без пушек, на которые он рассчитывал. Вашей пушки просто нет, а пушка Шпитального неподъёмная.
  - Дайте мне ещё немного времени, товарищи, я всё исправлю,- закрутил головой конструктор.
  - Я уже согласовал с военными вопрос о прекращении работ ОКБ-16 над авиапушками. Вы бездарно растранжирили огромные государственные средства, Таубин, но самое страшное то, что вы потеряли время.
  - Оставьте мне 37-и миллиметровку, товарищи,- почти кричит конструктор,- я обещаю, что через полгода она будет готова и как мотор-пушка и как крыльевая, с ленточным питанием.
  - Ну что, Дмитрий Фёдорович, поверим Таубину в последний раз?
  - Даже не знаю, Алексей Сергеевич, ведь люди не меняются. Надоели мне хуже горькой редьки жалобы на ОКБ-16: срывы сроков, недокументированные изменения в чертежах...
  Глаза Таубина наполняются слезами, от уверенного в себе франта не остаётся и следа.
  - Ну хорошо,- вздыхаю я после долгой паузы,- принимаю ответственность на себя. Срок- 6 месяцев, то есть ваше КБ должно подать на испытание не позднее 19 сентября 12 авиапушек: 6 моторных и 6 крыльевых, последние с синхронизацией, чтобы не разворачивали самолёт при стрельбе. В тактико-технических требованиях этот пункт должен быть добавлен. Также вносится пункт об ограничении пиковой отдачи 4000 килограмм, это новое требование от авиаконструкторов. Делайте что хотите, добавляйте дульный тормоз, сокращайте длину ствола, вводите дополнительные демпферы, но без выполнения этого условия пушка не будет считаться успешно прошедшей испытания.
  - Я согласен,- не задумываясь выпаливает Таубин,- я не подведу вас, товарищи...
  'А вот в этом я как раз не уверен'.
  - Время пошло, товарищ Таубин.
  * * *
  - Скажите, Дмитрий Фёдорович,- выбираем столик у окна в пустой послеобеденной столовой,- а как у вас дела с дегтярёвским станковым пулемётом? Когда будет полигонные испытания?
  - На будущей неделе во вторник,- Устинов с наслаждением вдыхает аромат грибного супа,- заводские пройдены успешно...
  - Я как-то упустил из вида,- тоже берусь за ложку,- к чему Дегтярёв с ГАУ в итоге пришли?
  - Убрали зенитный режим, сократили максимальную прицельную дальность до 2000-2500 метров в зависимости от типа пули.
  - А вес?
  - Оставили прежним, тут военные не отступили ни на шаг, а с начала вообще хотели на 3 килограмма уменьшить.
  - А с конкурсом на самозарядную винтовку, есть какие-то новости?- покончив с макаронами по-флотски, берусь за компот.
  - Идут ещё испытания,- Устинов хлебом вымакивает подливу котлеты,- Симонов впереди и по кучности, и по точности, по весу практически одинаковые. Сейчас статистику набираем по отказам.
  - С участниками конкурса по пистолетам-пулемётам определились?
  - Пока трое: Шпагин, Шпитальный и группа студентов из Артиллерийской академии.
  В дверях столовой появилась Оля в сером драповом пальто с воротником из чернобурки, увидев меня она призывно махнула рукой.
   - Ну что у тебя?- попрощавшись с Устиновым, поворачиваюсь к супруге, нетерпеливо теребящую вязанную варежку.
  - Постоянный пропуск в Кремль у меня отобрали,- всхлипнула Оля, подхватив меня под руку,- звоню Игнатьеву, его нет на месте, узнай почему.
  - Потому, что уволили тебя из Международного отдела ЦК... ну не плачь,- приобнимаю супругу за плечи,- бывает, всё наладится ещё...
  - Ты знал,- отворачивается она от меня.
  - Полчаса назад Поскрёбышев звонил, сказал, что в Особом секторе ваш отдел ликвидирован, все сотрудники уволены. Ну что ты в самом деле, у тебя работы как у Жучки блох: и в Спецкомитете, и в ВИЭМе, и на Мосфильме. Пройдёт время, всё успокоится. Такими людьми как ты, не разбрасываются, думаю, воспитывает тебя Хозяин, посмотреть хочет как ты удар держишь.

  Московская область,
  Аэродром 'Щёлково',
  20 марта 1940 года, 08:30.

  Снегоуборочный 'ГАЗ' с 'уголком' притормозил у конца самой длинной в Союзе бетонной взлётной полосы у стартовой 'горки', развернулся и пошёл в обратную сторону. Из ангара показался необычного вида маленький самолётик без винта, толкаемый облепившими его техниками. Наверху 'горки' самолёт останавливается, механики забивают под переднее и два боковых колёса тормозящие башмаки, и расходятся в стороны, у машины остаются двое.
  - Сейчас будет производиться заправка баков самолёта А-1 топливом,- даёт пояснения, стоящий сзади нас с Хруничевым начальник отдела Жидкостных Реактивных Двигателей Душкин,- 710 килограммами азотной кислоты и керосина.
   'Увы, турбореактивный двигатель Люльки до сих пор не готов. Семь месяцев назад, когда из Ленинграда пришло сообщение, что двигатель выдержал на стенде 10 часов, показав при этом тягу 450 кгс, появилась надежда, что первый полёт будет именно на нём. Но затем быстро выяснилось, что на испытание был поставлен, по сути, макет, который даже по габаритам не мог влезть в фюзеляж. Чтобы ускорить дело, я предложил использовать в опытном ТРД некоторые готовые детали от поршневых моторов. Были организованы командировки сотрудников Люльки по авиационным заводам, откуда они вернулись с подкачивающими и напорными топливными насосами, коловратными блоками для маслосистемы, свечами, электроиндукционными стартерами. Первый опытный турбореактивный двигатель, который можно было поставить на самолёт стал приобретать реальные видимые черты, но до его первого пуска осталось по крайней мере ещё три месяца. Поэтому для демонстрации лётных возможностей реактивного самолёта было решено использовать ЖРД'.
  - Здравия желаю, товарищи,- к нам сбоку подходят Голованов и Филин, начальник НИИ ВВС,- это значит и есть ваша 'птичка'? А что ближе подойти нельзя?
  - В целях безопасности, товарищ командарм второго ранга,- Филин с неодобрением смотрит на А-1.
  - А как же в случае чего её эксплоатировать на аэродроме, а товарищ Душкин?
  - Работаем над этим, товарищ Голованов,- постукивает он ботинком о ботинок от холода.
  - Безопасность, б***,- едва слышно чертыхается, стоящий поодаль Чкалов, затем громче, повернувшись к военным,- скажи, Саш, почему пацану этому можно, а мне нельзя? Ты посмотри на этого дылду, да он в кабину не вместится.
  - Галлай с самого начала работал над этой машиной, Валерий Павлович,- как от зубной боли морщится Голованов,- и на буксире на ней летал, и на аэродром много раз садился. Всё не хочу об этом больше.
  'Лавочкин Марку больше доверяет, а где он, кстати? А, как обычно вместе с Черняковым на дальнем конце взлётной полосы'.
  Снегоуборочная машина, закончив работу, возвращается на стоянку.
  - Заправка закончена, давление в баках в норме,- в динамике приёмника, установленного рядом на столике, послышался хрипловатый голос Галлая,- разрешите взлёт?
  - Взлёт разрешаю.
  - От хвоста!
  Из хвоста самолётика вырывается длинная жёлтая огненная струя, далеко сзади, поднимая в воздух клубы белого пара, смешанного со снегом, он трогается с места и катится под гору, подрагивая на шестиугольных бетонных плитах широкой 60 метровой полосы. Жуткий рёв заставляет присутствующих вздрогнуть, широко раскрытыми глазами они смотрят как через десять секунд облако за самолётом исчезает и он резко уходит в высоту.
  Поднявшись метров на двести, лётчик, не убирая шасси переводит машину в горизонтальный полёт. Рёв двигателя накатывается и отступает пока самолёт несколько минут кружит вокруг аэродрома, закладывая плавные виражи. Неожиданно факел исчезает и наступает абсолютная тишина. Ещё мгновение и машина начинает плавное снижение прямо по центру полосы...
  'Только бы сел, только бы сел',- у меня затряслись поджилки.
  В момент касания полосы передняя стойка шасси подламывается и переднее колесо, опередив самолёт и подпрыгивая на стыках плит, несётся вперёд. Нос машины ныряет в белый туман, из которого вылетают жёлтые искры. Пожарные и медики реагируют мгновенно, но ещё до того, как они достигают места, туман рассеивается и становится видно, как Галлай, подняв фонарь, с трудом выбирается из кабины.
  'Не зашибся? Да вроде нет, ходит вокруг самолёта свободно легко... А ведь действительно дылда, он с самолётом почти равны по высоте'.
  - Ну, рассказывай, рассказывай, как оно было?- Чкалов широкими плечами бесцеремонно раздвигает толпу, обступившую лётчика.
  - Не расскажешь словами,- с лица Галлая не сходит счастливая улыбка,- я за управляемость боялся, не будет ли любое отклонение или там боковой ветерок, когда сила тяги приложена в хвосте, увеличивать это отклонение. Не было такого, нормально машина управляется, как с винтом.
  - Даже лучше,- съязвил Чкалов,- носом можно тормозить...
  * * *
  - Подвезёшь до Москвы?- к моему 'ЗИСу' подходит озабоченный Голованов,- обсудить надо кое-что...
  Вместо ответа распахиваю перед тяжелую дверцу 'членовоза'.
  - ...Как у тебя дела с тем прицелом, о котором мы в прошлом году говорили, а Алексей Сергеевич? Ты понимаешь, Халхин-Гол и Финляндия показали, что наши лётчики в бою плохо стреляют. Боюсь, что в связи готовящимися решениями по увеличению числа лётных училищ, средний уровень лётчиков ещё больше упадёт. Я понимаю, что задача сложная, но можно что-то сделать? С рефлекторным прицелом мы далеко не уедем, кровь из носу нужен гироскопический. На тренажёрах с рефлекторным прицелом результаты вроде неплохие, а в реальном бою всё в молоко. Воздушный бой- это бой на виражах, там совсем другие упреждения. Не даёт нам там противник шанса, по прямой летать не хочет.
  - Да я понимаю, Александр Евгеньевич, что основной вклад в погрешность вносит угловая скорость самого самолёта. Для того, чтобы её учесть нужно к рефлекторному прицелу добавить двухстепенной гироскоп, решающее устройство, сельсин и двигатель для сферического зеркала. Всё это нужно уместить в маленькую коробочку, чтобы в кабину влезла и пилоту не мешала. За границей такие прицелы тоже не производятся, поэтому брать за образец нечего. В последнее время у нас вроде бы наметился прогресс, но в ближайшие полгода результата не жди...
  'Если удастся воспроизвести миниатюрный пьезокерамический вибрационный гироскоп из будущего, то можно будет с уверенностью сказать, что через 6 месяцев подадим прицел на испытания. Идея устройства довольно проста: склеиваются два маленьких бруска пьезокерамики с противоположной поляризацией- на один из них напыляются два электрода- закрепляются по торцам на двух держателях. Простейший генератор синусоидального напряжения раскачивает бруски, причём кода один сжимается, то другой расширяется. Если начинать закручивать эти бруски вокруг вертикальной оси, то сила Кориолиса, возникающая при этом, будет генерировать напряжение, пропорциональное угловой скорости. Это напряжение с помощью дифференциального каскада легко снимается с тех же самых электродов. Затем напряжение Кориолиса наряду с напряжениями, отражающими дальность и высоту цели поступают в аналоговым вычислитель. Ну а вычислителем выступит сумматор, построенный на операционных усилителях, основным кирпичиком которых будут служить стержневые лампы. Результирующее выходное напряжение вычислителя станет управлять приводом моторчика постоянного тока, отклоняющего зеркало. Теперь стрелку, маневрируя своим самолётом, будет достаточно загнать цель в рамку прицела, не заботясь ни о каких упреждения и нажать гашетку. Асы, конечно, будут нос воротить, мол прицел сужает угол обзора, но для среднего, а особенно начинающего стрелка прицел будет незаменим, однозначно'.
  - Полгода, говоришь,- замолкает Голованов, прикидывая что-то в уме.
  - Я смотрю, не нравится тебе наш ракетоплан-перехватчик, Александр Евгеньевич.
  - Не нравится, сам посуди как мы в поле будем азотную кислоту возить, когда её ни один бак не держит? Заправленным самолёт долго держать нельзя, значит перед самым вылетом заправляться. А если взлетишь, то топливо кончится через пять минут...
  - Неправильно рассуждаешь, во-первых, возить авиаторам кислоту в поле не надо, так как перехватчик ПВО будет работать вблизи крупного промышленного объекта; во-вторых, он будет работать в связке с радиоуловителем, то есть время для заправки и взлёта будет достаточно; в-третьих, ты видел сегодня какая у А-1 скороподъёмность, он за пару минут окажется выше любого бомбера, а оттуда спикирует и расстреляет его...
  - А попадёт ли лётчик куда-нибудь на такой скорости? У него даже времени, Алексей, не будет, чтобы в прицел глянуть, не то, что прицелиться.
  - Ему и не придётся целиться, выпустит ракеты по бомберу и на посадку. К тому же на серийном образце запаса топлива хватит минут на 10-15, а значит он успеет атаку повторить снизу. Это бомбер не сможет даже увидеть перехватчик.
  - Постой, ты говоришь о тех своих 20-миллиметровых реактивных снарядах?
  - Именно, Александр Евгеньевич, это тебе не РС-82, их знаешь сколько можно под крылья перехватчика подвесить. Смотри, я понимаю твои опасения насчёт кислоты на самолёте, поэтому мы уже работаем над азотнокислотными окислителями, способными снизить агрессивность кислоты. Причём не один Душкин этим занимается. Ты широко смотри на ситуацию...
  - А нельзя ли калибр снарядов увеличить? Или вообще оставить только пушку в носу... нет, две? Потому что если атаковать с пикирования близкого к вертикальному, то перехватчик может и рефлекторным прицелом обойтись.
  - Всё можно сделать, Александр Евгеньевич, только заниматься этим надо, технические требования к передатчику составить, тактику обдумать.
  - Сделаем, Алексей, не волнуйся. На какую скорость горизонтального полёта можно рассчитывать?
  - На уровне моря 850 километров в час примерно, на 5000 метров- до тысячи. Практический потолок двенадцать километров.
  - За сколько минут он сможет туда забраться?
  - Не более двух минут.
  - Так это же меняет дело,- глаза лётчика загораются,- с такой скороподъёмностью он же любого высотного разведчика достанет. Ты, наверное, видел последнюю разведсводку, месяц назад взлетел новый германский высотный самолёт-разведчик 'Юнкерс-86Р' с дизельными двигателями. А на днях стало известно, что он достиг 10000 метров. Хотя теоретически крупнокалиберными зенитками его достать можно, но практически- нет. Сейчас как раз составляем ТТТ на разработку высотного истребителя, но уже стало понятно, что с существующими двигателями он туда будет карабкаться, если вообще удастся, минут пятнадцать. За это время разведчик на 100 километров уйдёт. А с твоим ракетопланом- другое дело: разместить по звену на Москвой, Ленинградом, Баку, на западной границе эскадрилью и сеть площадок подскока через каждые сто километров, чтобы быстро перебрасывать перехватчики и наше небо будет на замке!
  'А куда делись сложности с логистикой поставок азотной кислоты? Как 'клюнет жареный петух', так все проблемы сразу исчезают'.
  - Ещё вопрос,- Голованов снова нахмурился,- помнишь наш разговор месяц назад о транспортном самолёте Бедуковича? Так вот 'воз и ныне там', отмахивается от него Хруничев, ты бы провёл с ним воспитательную беседу.

  Глава 6.

  Москва, ул. Большая Лубянка д.13
  Клуб НКВД. 25 марта 1940 года, 13:00.

  - Девушка, соедините пожалуйста с номером К1 77 77,- Оля ребром ладони протирает запотевшее стекло в телефонной будке.
  - Слушаю, кто говорит?- в трубке раздаётся низкий мужской голос с кавказским акцентом.
  - Товарища Берия по срочному делу,- приказным тоном отвечает она.
  - Ждите.
  - Что у тебя?- буквально через несколько секунд в трубке слышится голос всесильного наркома.
  - У меня тут появилась свободная,...- начинает Оля.
  - Ты где?- перебивает он.
  - В телефоне-автомате на улице, там, где в последний раз встречались.
  - Буду через десять минут.
  Перебежав через дорогу, девушка укрывается от первого весеннего дождя под аркой . Большой чёрный 'Бьюик' появляется на дороге даже раньше и тормозит, перекрывая движение в сторону Бульварного кольца, задняя дверь машины открывается.
  - Не промокла?- Берия освобождает место рядом с собой, на которое прыгает Оля,- заверни в переулок и погуляйте все пока...
  Водитель и оба охранника быстро выполняют приказание, даже не пытаясь взглянуть на девушку.
  - Что случилось?- нарком поворачивается к Оле и цепляет на нос пенсне.
  - Я слышала, что на предстоящем пленуме ЦК Микоян будет выведен из состава политбюро, так?
  - Еще не решено окончательно, будут ли переводить в кандидаты или вообще, как голосование покажет.
   - Думаю, что вам будет интересно узнать кое-что о вашем сопернике на это место- Маленкове. Это ведь он донёс товарищу Сталину о том, что на самом деле случилось в Стокгольме?
  - Я не знаю точно, дорогая, но больше-то некому. Сам я не докладывал, а Хозяин позвонил мне сам и затребовал радиограмму от Рыбкина. У меня ведь в коллегии наркомата точно есть люди Маленкова. Так что у тебя на него есть?
  - Вы наверно не знаете, вас тогда не было в Москве, но я участвовала в операции с прослушкой дачи Ежова. Дежурила по соседству, составляла письменные отчёты для руководства, и передавала их помощнику Сталина Маленкову. Маленков не был в курсе об операции по установке прослушки, это происходило на дне рождения Ежова, там же и произошёл их откровенный разговор...
  - Он может сказать, что сделал это нарочно, чтобы прощупать Ежова...
  - Положим, что так, но эта провокация исчезла из отчёта...
  - Откуда это тебе известно?
  - Я сама её не включила,- Оля достаёт из кармана пальто небольшую картонную коробку,- а это магнитная плёнка, на которой записан этот разговор. Её я сохранила.
  - Тогда он обвинит тебя,- Берия быстро хватает протянутую коробку.
  - Он не хранил мои рукописные отчёты. Насколько я знаю, он сам перепечатывал их в единственном экземпляре для Сталина, а копию сжигал.
  - Это хорошо,- глаза наркома засверкали,- тогда сделаем так, плёнка была найдена при обыске в кабинете Фриновского и долгое время хранилась в его деле...
  - Правильно, мне бы не хотелось в этом деле участвовать.
  - Но всё равно ведь придётся...
  - Скажу, что не помню, три года прошло,- Оля открывает дверцу,- до свидания, Лаврентий Павлович.
  'Не придётся,- девушка бредёт по тротуару, не замечая дождя,- потому, что не имею я никакого касательства к прослушке. И ещё потому, что не было на самом деле никакого разговора, а вот плёнка есть, даже лучше настоящей'.
  * * *
  - Что ты отдала Берии,- меня пробивает холодный пот,- плёнку с разговором Маленкова с Ежовым? Откуда она у тебя взялась? Все плёнки были у меня в сейфе и на них не было такого разговора.
  - По порядку,- отстраняется от меня Оля, выходя из-под зонта на дождь,- да; взяла в твоём сейфе; не было, я его составила в нашей звукозаписывающей лаборатории из фраз того и другого на дне рождения Ежова, помнишь, Маленков там длинную речь толкнул?
  - Что за разговор?- хватаю супругу за руку и прижимаю к себе.
  - Ничего особенного,- хмыкает она,- беседа бывшего заведующего отделом руководящих партийных органов ЦК со своим заместителем о том, как нам обустроить страну после Сталина. Ежов расписывает перспективы, Маленков почтительно поддакивает.
  - Бред какой-то.
  - Не скажи, помнишь Шапиро заместителя Ежова, так вот он до расстрела дал показания на Маленкова, не слово в слово, но смысл тот.
  - Но зачем тебе это, Оля? Неужели не понимаешь, что плёнки были только у меня? Да и любой эксперт по аудиозаписям...
  - Все твои плёнки на месте и полностью стёрты, а та которую якобы нашли у Фриновского производства другой компании. По поводу этой записи, я сама могу всем нашим экспертам сто очков вперёд дать, подготовка и опыт имеются. Да и не будет Хозяин никого со стороны привлекать, тебе её даст и попросит проверить.
  - Ты не ответила зачем,- под руку идём по ночной набережной Москва-реки вдоль будущего Театра Эстрады.
  - А потому что нельзя быть терпилой,- взрывается Оля,- надо отвечать ударом на удар, задумал Канарис против тебя дурное, получай фашист гранату, настучал Маленков- лови ответку. Только тогда тебя будут уважать и бояться. Ты думаешь этот Маленков- добродушный толстячок, хороший семьянин и добрый товарищ? Нет, он из того же теста, что и Ежов, карьерист, на пути к власти не остановится не перед чем, это он подвёл под вышку 'ленинградцев'. Лично принимал участие в допросах и от него в конечном счёте зависело, что он доложит Сталину о результатах расследования: получат ли они 'десятку' за растраты и хищения или вышку по 58-ой. А заговор против Берии кто возглавил, думаешь Хрущёв? У него мозгов, связей и влияния бы не хватило. Тут даже без формальностей обошлись, пришли в дом к члену Политбюро два фельдъегеря и просто застрелили. Понравилось Маленкову и его окружению так дела решать: нет человека- нет проблемы. Сказки об аресте и суде над Берией это для совсем уж простого народа. Зачем?... если ты ввязался в войну за власть, то должен понимать, что на кону твоя жизнь, причём не только твоя, но и многих людей, которые надеются на тебя и доверяют тебе. Помяни моё слово, ничего ему не будет, вывернется он, мол специально выведывал, что на душе у Ежова, но осадочек на душе у Сталина останется. Если нам повезёт, то бросят Маленкова на периферию...
  - Как будто Берия лучше.
  - ... Он хотя бы дело умеет организовать, а Маленков только - чего изволите?
  'Ой, прав Сталин... слетела Оля с катушек'.
  - А мы с тобой чем лучше будем, если станем облыжно обвинять людей?- силой затаскиваю супругу под зонт,- уверена, что во вкус не войдём? Нет человека- нет проблемы. Вот смотри, станем мы с тобой в силу входить, да это уже происходит, к успешному человеку потянутся люди, типа единомышленники, встанут с нами плечом к плечу и вытолкнут нас на самую вершину пирамиды. С виду твои соратники, а на самом деле большинство из них заинтересован только в том, чтобы использовать эту власть в шкурных интересах и начнут требовать награды. За что боролись?... И станем мы заложниками своей команды: шаг вправо, шаг влево, прыжок на месте...
  - Чистить надо периодически своё окружение,- огрызается Оля,- не выводить его из-под контроля карательных органов.
  - Боюсь, что на их место придут такие же, неоткуда взять других. А что бывает, когда органам дают чрезмерную власть объяснять тебе, надеюсь, не надо. Чтобы изменилось это положение, должно смениться не одно поколение и каждое из последующих должно быть лучше прежнего.
  - На деле вышло совсем наоборот,- супруга берёт меня под руку.
  - А работать приходится с теми кадрами, которые есть сейчас, не дожидаясь коммунаров. Поэтому единственно возможная форма правления сейчас у нас, это когда наверху великий всевидящий вождь-отец, а далеко внизу группировки, стерегущие друг друга: военные с чекистами и партийные с производственниками. Только одна из группировок начнёт брать верх, государство начинает шататься. Особенно такая ситуация становится опасной при смене вождя, так как у всех группировок возникает соблазн взять верх. Причём даже если Сталин в конце своей жизни объявит меня своим преемником, даже если при этом я буду председателем Совета Министров, группировки этого не примут и развяжут войну. Передавать власть надо задолго до 1953 года с подстраховкой, лучше всего лет за пять-десять, в течение которых радикально омолаживать эти самые группировки.
  - А Киров?
  - Что Киров, отправят они его на пенсию или послом в Монголию, как Молотова.

  Москва, Кремль,
  Свердловский зал.
  28 марта 1940 года 12:40.

  'Сталин сам выступает на пленуме ЦК с докладом о внешней политике, а не поручает сделать это Молотову,- в зале устанавливается абсолютная тишина,- логично, скоро ему выступать на Шестой сессии Верховного Совета с докладом о деятельности правительства, хочет обкатать'.
  - Теперь, когда военная операция закончилась и подписан мирный договор между СССР и Финляндской Народной Республикой, можно подвести кое-какие итоги. Главным из них является то, что Красной Армией полностью ликвидирована военная угроза Ленинграду и всему нашему Северо-Западу. Несмотря на то, что бывшие финляндские власти соорудили на Карельском перешейке, на их взгляд неприступные железобетонные и гранитно-земляные военные укрепления, Красная Армия всего за неделю сумела прорвать их и в течение четырёх недель полностью уничтожить финляндскую армию, как организованную силу. Эти военные укрепления, протянувшиеся на десятки километров в ширину и вглубь, окружённые противотанковыми рвами и подкреплённые устройством многочисленных минных полей, составляли так называемую 'Линию Маннергейма', построенную под руководством иностранных специалистов по образу и подобию 'Линии Мажино' и 'Линии Зигфрида'. Сколько труда, материалов и денег было вложено в эту линию и где она теперь?...
  Зал оживлённо загудел.
  - ... По условиям Мирного договора финнам предстоит снести её за свой счёт. Думаю, что нашим военным специалистам следует сделать серьёзные выводы из этого факта. Ну более подробно на военных вопросах остановится в своём докладе об уроках операции нарком обороны товарищ Будённый, а я перейду к политическим итогам...
  'Похоже 'Линия Молотова', в том виде, что предложил Генеральный штаб отменяется... это хорошо, бетон нам пригодится, так как на ближайшие полтора года намечено огромное строительство на Урале и в Сибири заводов-дублёров предприятий, которые расположены западнее Днепра. Надеюсь также, на положительное решение в правительстве вопроса о начале строительства реактора-наработчика плутония по самому быстрому и дешёвому варианту. Курчатов ещё окончательно не определился, но идея с воздушным охлаждением, по типу английского 'Уиндскейл', запала ему в душу'.
  Как всегда, заскочив последним в овальный зал, я упустил состав президиума и его рассадку за длинным на возвышении столом от колонны до колонны.
  'Маленкова нет? Так, где же он,- вытягиваю шею,- здесь, в третьем ряду справа от центрального прохода, разделившего зал пополам. Быстро у нас в ЦК принимаются решения'. Маленков- Секретарь ЦК, наряду со Сталиным, Кировым и Ждановым. Год назад он на съезде заменил Андреева, который, несмотря на стремительную потерю влияния, всё-таки сохранил своё место в Политбюро. Но, скорее всего ненадолго, на предстоящей вскоре партийной конференции это будет исправлено. Состав Секретариата важен по той причине, что аппарат ЦК, то есть, отделы и другие структурные единицы, напрямую подчиняются ему, а не Политбюро или Оргбюро. От секретарей ЦК зависит будет ли рассмотрен тот или иной вопрос, поднятый отделом, когда и какое решение будет принято по нему.
   Каждый секретарь имеет свой участок работы. Маленкову в наследство от Андреева досталась та часть аппарата, которая выполняла функции, связанные с управлением административными и хозяйственными органами. Причём за ним же осталось Управление кадров ЦК, что потенциально делало Маленкова наиболее могущественным человеком в ЦК, да и в государстве, так как все кандидатуры на государственные должности проходили через Маленкова. Ему подчинялась почти тысяча партийных функционеров в ЦК, для сравнения Кирову- лишь около полутора сотен, также как и Жданову. Да и функции у двух последних были не в пример более скромными: Киров курировал Управление делами ЦК, которое в основном занималась обслуживанием самого же аппарата ЦК, а Жданов- контролировал все низовые парторганизации страны.
  Однако всемогущество Маленкова было во многом кажущимся, поскольку он был лишь исполнителем воли Сталина, но потенциал у этой его должности был огромным, ведь он мог контролировать назначения на должности во всех наркоматах военной промышленности, НКВД и наркоматов иностранных дел, внешней торговли, финансов и Госбанка. До сих пор у меня с Маленковым никаких проблем не возникало, но, конечно, исключительно из-за того, что Сталин дал мне карт-бланш в кадровых вопросах. Оля весь этот расклад прекрасно представляла, так как уже достаточно давно вращалась в аппарате ЦК. Международный отдел, в котором она служила, напрямую подчинялся Сталину, хотя формально относился к Управлению Делами, то есть был под крылом у Кирова. Поэтому даже косвенно через неё Маленков достать меня не мог. Не пересекались мы с ним никак, так зачем Оля начала войну? Видимо решила нанести упреждающий удар.
  На следующий день после нашего разговора с ней под дождём на набережной Москвы-реки, как она и предсказывала, меня вызвал в свой кабинет хмурый Сталин и, откашлявшись, спросил:
  - Скажите, товарищ Чаганов, есть способ проверить, является ли магнитная запись фальшивкой или настоящей?
  - Да, товарищ Сталин, такие методы существуют.
  - Вот возьмите бобину,- вождь протягивает мне небольшую коробку,- это надо сделать срочно, не привлекая к этому посторонних людей. Кстати, у вас не осталось плёнок, на которые записывались разговоры на даче Ежова три года назад?
  - Сами плёнки остались, товарищ Сталин, но, насколько мне известно, разговоры с них стирались сразу же после перепечатки их на бумагу. Отвечал за это кто-то из помощников товарища Маленкова, так же как и за машинописную копию. В мой отдел вернулись уже стёртые катушки.
  - Да, я знаю... Поторопитесь, товарищ Чаганов. Через два часа я уже снова был в кабинете.
  - Плёнка механических склеек не имеет,- стоим со Сталиным друг перед другом в кабинете, а за столом с интересом слушают Молотов и Киров,- нет явных признаков монтажа записи, слова собеседников не обрываются, в основном не меняют громкости, интонации соответствуют разговору, фон разговора звон посуды, отдалённые неразборчивые разговоры, присутствует по всей длине плёнки. Запись была сделана на одном и том же магнитофоне и этот магнитофон доработан у меня в отделе, совпадает частота и уровень тока подмагничивания...
  'А Оля-то действительно профи, так смонтировала запись с фоном, что все проблемные места-склейки кусков разговора забиты натуральным шумом. Не знаю теперь как будет выкручиваться товарищ Маленков, но добивать его не стану'.
  - ...Однако полностью исключить возможность фальсификации исключить всё-таки нельзя. Сейчас звукозаписывающая аппаратура на Западе бурно развивается, в специальных студиях на более современной аппаратуре, чем та, что мы использовали три года назад, можно творить и не такие чудеса.
  
  
  
  
  
  


Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"