Кротов Сергей Владимирович: другие произведения.

Ленинград-34

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:

Peклaмa:


Оценка: 7.33*32  Ваша оценка:


   Ленинград-34
   Глава 1
  
   Санкт-Петербург, Большой проспект,
   р. Карповка. 1-е ноября 2024 г., 19:40.
  
   "Семь сорок наступило, часами все отбило... Фух... Нет, все же повезло, что разыскал старую VR маску под свой мобильник. Как хорошо: часы- всегда перед глазами, руки- свободны, да и в этой кромешной тьме только благодаря камерам мобильника, захватывающим ближний ик-диапазон, можно ориентироваться. Здесь вокруг, год назад, шли наиболее сильные бои, пожары, потому и большинство квартир в окрестных домах пустуют, а там, где люди все-таки живут, в темное время они применяют светомаскировку, опасаясь грабежей хиви. Фух...".
   "Да, сколько там этого моста- метров двадцать? А все отдышаться не могу. Бег никогда не был моим коньком, тем более сейчас- в шестьдесят пять. Ладно, мост позади, теперь- потихоньку вперед поближе к стенам домов- небо патрулируют квадрокоптеры с мощными камерами. Можно, конечно, попытаться добраться до цели по чердакам, но там- другие сложности. Попробую проскочить оставшиеся метров двести по тротуару. Фух..."
   "Мое дело- техническая поддержка штаба и боевых групп, но сейчас мы попали в безвыходное положение . За последнее время провалились три пятерки и командир, оценив серьезность ситуации, попросил меня- того, кому он мог доверять на все сто (еще бы, с первого класса дружим)- проведать нашего наиболее ценного агента, точнее агентессу, живущую в "доме с башнями". К тому же, в случае задержания во время комендатского часа, старика, в отличие от более молодого нарушителя, могут и отпустить, особенно если удасться подмазать патруль. А сейчас самое время притушить эмоции парой глотков... бутылка самогона согласно булькнула. Фух..."
   "Так- первый, маячок на месте- пластмассовая бутылка из под кока-колы торчит за водосточной трубой. Теперь наддать, уже показался выступающий балкон 77-го дома, так... огибаю лестницу, ведущую вниз в подвал (без маски бы точно уже пикировал в яму, потому что кто-то аккуратно снес ограждение) и включаю "синий зуб", случайно цепляя пальцем провод наушника , штеккер которого выскакивает из разъема мобильника. Блин, только не сейчас"...
   Громкий телефонный звонок раздался в полной тишине как набат, пиктограмма телефонной трубки перед глазами перекрыла картину ночной пустынной улицы. Моя реакция была сродни реакции таракана при включении света на кухне- метнулся в сводчатый проход-щель во внутренний дворик нужного "дома с башнями", по дороге срывая маску, отсоединяя от нее телефон, подсоединяю наушники. Вспыхнувший свет сзади с улицы добавил адреналина в крови и скорости и суетливости движениям. В конце прохода валюсь за угол и понимаю- силы кончились, теперь все, я- пассивный участник событий, зритель. На улице с ревом тормозит, судя по звуку, БТР и прямо перед моим взором на противоположной от меня стене внутреннего дворика появляется четкий контур прохода (видимо повернули прожектор) и две фигуры с автоматами в нем.
   "А вот и кино началось"... Машинально делаю большой глоток из бутылки.
   Неуклюже страхуя друг друга (сразу видно- хиви), две тени медленно приближаются ко мне, двигаясь по проходу, одновременно уменьшаясь в размерах (законы оптики).
   "Засек таки, видно, меня дрон-гад..."
   - Эй, хлопцы, вертайтесь взад- веселый звонкий молодой голос легко перекричал двигатель БТРа - старшой грит, билдин не тот.
   Двое наперегонки, увеличиваясь в размерах (когнитивный диссонанс, однако), рванули к ларцу, который уже стартовал. Занавес.
   - Алло, вы еще на линии? - раздался у меня в правом ухе мужской голос с каким-то металлическим отзвуком.
   " Какой, к черту, линии? Мобильная связь отключена уже как год как, вот и экран телефона подтверждает- в наличии только "синий зуб". Но если это так, то звонящий сейчас должен быть не двлее как метрах в десяти от меня!"
   Рука потянулась к бутылке... к пустой бутылке!
   "Это я что пол-литровую бутылку самогона оприходовал? Дела..."
   - Слушаю. Кто вы такой? - и я неожиданно икнул.
   - Зовите меня Антиквар - зачастил мой собеседник -- предлагаю вам, товарищ Трубин, зайти в помещение, тут направо в паре метров должен быть черный вход в театр.
   Я с удивлением посмотрел на закопченый пролом в стене даже отдаленно ничем не напоминавший дверь, но спорить не стал и шагнул внутрь.
   " Откуда он меня знает? Мой мобильник- вовсе не телефон, это- компьютер, трекер, диктофон, прибор ночного видения с ик подсветкой, но никак не телефон. То есть в нем нет контактов, смс и входящих/ исходящих звонков. Внешне, конечно, трудно отличить- выглядит как обычный смартфон на андроиде, правда с несколькими моими програмно-аппаратными примочками, главной из которых была карта памяти, которая служила хранилищем шифрованного лог-файла. В этот файл записывалась информация с камеры, с микрофона, с датчиков положения, ускорения и тд. Копировались все загрузки, удаления, причем со всех интерфейсов. На это работали четыре кора из восьми. Таким образом, писать отчет опроделанной работе не придется, хе-хе. Здорово все-таки Антиквар хакнул мой девайс- за пару минут подсоединился ко мне через "синий зуб", подгрузил воцап- подобную апликацию, что-то еще, что дает ему информацию о моем положении. А ведь он меня сейчас не видит- мой телефон уже в кармане, вот он и прокололся с дверью".
   Голос же заскрежетал дальше.
   - Итак, Сергей Юрьевич, не буду ходить вокруг да около, я не имею никакого отношения к нынешним властям, я- антиквар и предлагаю вам сделку: вы- перемещаете один очень для меня ценный предмет, тут не подалеку, с одного места в другое (ничего криминального, просто поработаете немного лопатой); я- сообщаю вам о предателях в вашей коммунистической подпольной организации. Как вам это?- нетерпеливое молчание повисло в эфире...
   "Он еще спрашивает, да за то, чтобы получить этого гада, я готов до конца моих дней оставаться на земляных работах"...
   - Что ж звучит заманчиво, господин Антиквар, но что мешает вам самому переместить свой предмет? И еще, как я могу проверить вашу информацию?- я невольно стал подражать манере выражаться своего собеседника.
   - Я физически нахожусь далеко отсюда, перепрятать же предмет надо уже сейчас. Относительно второго вопроса, попробую убедить вас собщив некоторые детали. Решать все равно вам, хотя боюсь что стопроцентной гарантии ни вам, ни мне получить не удастся.- ответ прилетел как шарик от пинг-понга.
   - СиЗу работает в пределах десяти метров, между прочим, и, кстати, откуда вы знаете мое имя? - попытался я перехватить инициативу, попутно отыскивая место, куда бы поудобнее присесть.
   - Вы, Трубин, сейчас идете на встречу с Ольгой Крамер, которая живет в этом доме на третьем этаже. В ее подъезде на втором этаже недавно поселился одинокий дед по кличке Чубайс, который является добровольным помощником, так что, будьте осторожны. Одну из ваших пятерок сдал Марат, он- наркоман и посещает опиумокурильню на Васильевском острове. Его завербовал хозяин- Вэй, который служит в полиции. О главном кроте- после вашей работы. Если согласны, то надевайте маску и я вам нарисую место и что надо делать- я медленно опускаюсь на кучу строительного мусора, прямо где стоял.
   " Туше... Оля- племянница командира- маленькая худенькая живая как ртуть. А может теперь уже не маленькая и не худенькая? То-то он мялся: ты ее видел- она тебя знает. Двадцать пять лет назад, будучи семнадцати лет отроду, она мне проходу не давала- звонила, приходила, извинялась, краснея и бледнея попеременно. Сам не раз сгорал от стыда от подначек друзей и доброжелателей, это еще не считая домашних разборок с подругой . А затем Оля пропала, видно, пристроил ее куда-то дядя- бывший чекист. А может и не бывший, друг у меня- тот партизан еще. Да и насчет Марата все тоже может быть правдой. Показывали мне его один раз скрытно в баре (не представляя, просто его подвели к месту у стойки, где я сидел) как кандидата в мои помощники (он имел какой- то технический бэкграунд), но я отказался по какой-то причине, хотя ориентировался в основном я на свое шестое чувство. А ведь и правда- у него тогда были расширенные зрачки, а я подумал что это из-за полумрака в помещении".
   И ведь никогда я не был импульсивным человеком- работа у меня кропотливая неспешная: и вот опять.
   - Хорошо, банкуй- я решительно прикрепил телефон к маске, перед глазами мгновенно появилась карта окрестностей, вдруг она как-то вышла из фокуса, а вместо нее замигали маленькие синие прямоугольники. Хотел поправить маску, но с удивлением обнаружил, что не могу пошевелиться, а затем наступила темнота.
  
   Санкт-Петербург, Площадь Льва Толстого,
   Дом с башнями. 2-е ноября 2024 г., 19:40.
  
  
   "Как я не люблю вот такие пробуждения. Это когда просыпаешься, голова нестерпимо болит, во рту сухость, а ты не помнишь что было вчера: где был, с кем пил или с кем был, где пил. Затем бродить по квартире и искать вещественные знаки своего вчерашнего поведения. Такое случалось со мной частенько после смерти сына в эти подлые годы, еще до войны".
   "Почти полная темнота, головная боль жажда, амнезия. Вдобавок к этому болят все мышцы как после копания картошки, мозоли на руках. Поясница... И еще- я сижу... на какой-то куче?... битого?... кирпича? Погуляли".
   "Начали появляться мысли. Телефон! На месте, что странно. Полностью заряжен, что еще страньше. И главное- второе ноября 19:40... А поезд не приехал... Стала появляться память: мост через Карповку, сутки назад, первый маячок, а дальше-все, точнее- ничего. Как корова языком слизнула. Лог- файл! Так прослушать микрофон с семи сорока. На аудио, видео, геолокацию и тд ушел час. А теперь надо снова внимательно прослушать разговор".
   - Эй, хлопцы, вертайтесь взад...
   - Не то, вот тут дальше интересно- быстро промотал вперед на несколько минут.
   - ...банкуй.
   - Имя? Год? - лязгнул голос Антиквара.
   - Алекс. 2114-й.- ответил голос, похожий на мой собственный.
   - Есть, мы это сделали. Осталось два часа до переключения "окна". Прежде всего сдвинься на пару метров влево, здесь что-то мешает приему.
   - Может разломать эту стеночку под сценой?
   - Нет, не надо... еще чуть-чуть. Так, хорошо, как ты себя чувствуешь?
   - Да ничего вроде, но кажется он пьян.
   - Дареному коню в зубы не смотрят.- "Это я -конь?" - Мы почти месяц никого не смогли поймать и такая удача в последний день. Ладно стой тихо, начну тебя тюнинговать.
   " Дальше пошел технический диалог, с которым еще придется разбираться, параллельно анализируя программный код, загруженный через синий зуб, а теперь пришла пора выводов, черт, мой зад уже снял прижизненную маску с кучи мусора".
   " Итак, выводы: некто, предположительно из будущего (2114-й год), через СиЗу подключился к моему мобильнику, к его камере; затем по фотографии (очень быстро, буквально за минуту) идентифицировал и получил досье на меня и моих соратников (без квантового компьютера здесь, похоже, не обошлось, который хорош в быстром поиске в больших базах данных); закинул наживку и грамотно подсек меня, получил доступ к моим глазам, используя VR маску и телефон; захватил мое сознание (скорее просто подгрузив свое); действительно что-то покопал в паре кварталов отсюда (трэккер покажет точное место); вернул мое тело и сознание обратно, подкорректировав память; и последнее- подчистил все свои следы, где смог. Судя по всему моя следящая система для мобильников не нашла своего отражения в истории, так как этот некто о ней просто не знал. Пожалуй, это- наиболее правдоподобное и непротиворечивое объяснение всех имеющихся фактов, остальные: как-то провокация "гестапо" с целью вербовки или просто галюцинации, разбивались о факт мазолей на руках и наличия программ и аудио-визуальной информации. Звучит это все как репортаж из психушки, однако".
   "Ну и что делать? Подстраховаться надо все же... Пароль светить никак нельзя, а без него Оля не откроет дверь... Какая дверь? Там же Ваучер (примем пока слова Антиквара за правду)... Значит, на втором маячке через СиЗу надо сообщить Оле нечто такое, что известно только нам двоим. Есть такое! Как-то давно мы с подругой решили познакомить моего сына с Олей и пригласили ее на спектакль в этом театре, а я пришел один (сын категорически отказался, подруга тоже, устроив скандал), через час после начала спектакля на второй акт, мы встретились тогда в фойе у рояля. Я, помнится, рассказывал ей, что раньше здесь был кинотеатр Арс и на этом рояле ("Стайнвэй и сыновья") таперы играли разные мелодии, озвучивая немые фильмы. Оля тогда спросила: Стайнвэя вижу, а где сыновья"?
   " Я в кино,, Стайнвэй."- месседж ушел.
   " Первая запятая означала- нужна помощь, вторая- опасность. Все- теперь ждать. Двор виден хорошо, только бы не заснуть. Минут через сорок меня все-таки сморило, потому что когда я очнулся перед мной склонилась Оля... Совсем не изменилась".
   -Сережа, - я почувствовал соленый привкус на своих губах.
  
   Санкт-Петербург, Площадь Льва Толстого,
   Дом с башнями. 7-е ноября 2024 г., 18:45.
  
  
   "Чем отличаются эти люди от нас, не могу понять, вроде бы ничем, но какая разница в результатах. Они создали мощную промышленность, передовую науку, непобедимую армию в отсталой, по сути неграмотной, аграрной стране, победили в великой войне с европейским союзом во главе с Гитлером, а мы дважды, в 1991-м и в 2022-м предали свою родину".
   "Не все, конечно, предали... Оля задействовала новую связь, которую я принес и вчера получила сообщение, что подозрение о Марате подтвердилось. Боевая пятерка командира захватила обоих, Марата и Вэя прямо в заведении последнего и, обманув его довольно серьезную охрану, вынесла их в соседние развалины, где экстренно выпотрошила. Результатом чего явилась почти полная эвакуация городской агентуры и захват предателя- помощника начальника штаба. По идее я тоже должен был быть эвакуирован, так как был уже в разработке у гестапо, но Оля убедила командира переключить меня на поиск и установление связи с людьми по ту сторону "окна". Для этого я попросил некоторое оборудование, которое уже вчера было оставлено в пустующей квартире соседнего дома".
   "Вот уже второй день сижу в помещении под сценой у "окна". Обживаюсь. Тут рядом электрощит, ввод электросети в дом, сейчас пытаюсь отладить сеть (через электрическую проводку) с олиной квартирой, на беспроводное соединение я не решился из соображений безопасности- легко засечь. Здесь будет камера на небольшой гироскопоческой платформе, смотрящая в "окно". "Окно" - круглый (диаметром около метра) висящий в воздухе экран, даже не экран, а просто плоское изображение, выделяющееся на фоне окружающей тьмы мягкой подсветкой изнутри. Яркость его очень мала, так что сначала, на следующий день после моего приключения, подсвечивая себе дорогу мобильником, я просто прошел сквозь этот экран ничего не заметив. Только посадив себе шишку на макушке и изрядно намучившись натыкаясь на всякую рухлядь, (не люблю тесных помещений), догадался надеть VR- маску и прямо перед собой увидел зрительный зал, ряды сидений и людей, смотрящих на, точнее сквозь, меня. От неожиданности я замер, пораженный открывшейся картиной: на белых лицах гуляют темные тени, вдруг как по команде люди как один цепенеют от страха (сжатые губы, сморщенные лбы, сузившиеся глаза), а через несколько мгновений страх сменяется бурной радостью, некоторые даже вскакивают с мест. Увидели меня? Вроде, нет. Темнота, стоят серые фигуры с бледными лицами. И тишина... То есть ни звука. Жуткое зрелище...".
   "Как выяснилось сегодня, звуковые волны через "окно" не проходят. Кроме световых и СиЗу точно проходят средние волны- удалось поймать передачу радиостанции имени Коминтерна, из которой выяснилось, что сегодня 7 ноября 1934 года- день Октябрьской революции (да вот так, без великой и социалистической, а иногда и попросту говорят- Октябрьский переворот). Довольно просто разъяснилась и загадочное поведение зрителей: направив простейший лазерный дальномер на звуковую колонку и применив цифровой фильтр, получил довольно сносное качество звука".
   - Тихо, граждане, Чапай думать будет!- знаменитая петькина фраза из фильма "Чапаев" всколыхнула детские воспоминания: психическая атака капелевцев- отчаяние Анки- кончились патроны- и апофеоз: кавалерийская атака Чапаева на лихом коне.
   "Подумать не вредно и мне, однако. Итак, имеется "окно", через которое в обе стороны проходит, по крайней мере, видимый свет. Причем обитатели по каждую сторону "окна" разделены не в пространстве, а во времени- на 90 лет. Кроме того, сеанс связи между иновременцами длится один месяц. То есть, следуя этой логике, вскоре советские граждане из города Ленинграда будут общаться с жителями Санкт-Петербурга из 1844 года. Если, конечно, сумеют что-то разглядеть в этом бледном пятне. "Окно" это напоминает "кротовую нору" или "червоточину", как их описывали ученые, расказывающие о возможности путешествий во времени. Впрочем тут, наверное, все-таки не путешествий, а передачи информации. Забавно, что как только появилась техническая возможность такой передачи, у окна первыми появились мошенники. Ну что ж, как-то так я себе будущее (глядя на настоящее) и представлял"...
   "Кстати о будущем, пора отправляться домой, в смысле- в гости, в смысле- на олину квартиру. Путь не такой уж и близкий: сначала назад на пару домов, затем по лестнице пустующего подъезда наверх на чердак, общий с "домом с башнями", через него в олин подъезд. Эх, где мои семнадцать лет? Второй раз за последнее время вспоминаю эту песню. Первый раз- в первый день (как сильно все изменилось, вот уже дни отсчитываю от встречи с Олей) после душа окинул себя взглядом в зеркале: дряблые мышцы, шершавая кожа, морщинистое лицо, неразгибающиеся полностью суставы, поредевшая шевелюра. Бойфрэнд, блин. И решил не форсировать событий. Стремительный ритм последних дней совсем не оставлял времени на романтику, но иногда во время наших бесед, Оля не могла скрыть некоторого удивления, глядя на меня. Нет, не типа: ну что же ты Иглесиас, а скорее- что опять все сама?"
  
   Санкт-Петербург, Площадь Льва Толстого,
   Дом с башнями. 15-е ноября 2024 г., 8:45.
  
  
   "М-м-м... Все болит после вчерашнего, точнее Вчерашнего! Неделю бился над программным кодом (запускал с дебагером, шел пошагово), чтобы понять как это работает и вчера, наконец, понял. Помогла Оля с ее медицинским образованием. Программа- загрузчик, которую подгрузил Антиквар в мой мобильник, формировала пакеты информации, по структуре чем то похожие на интернетовские, а именно, в каждом пакете имелось три иерархических уровня, со своим заголовком и окончанием. Заголовок содержал адрес и некий код, который, видимо, отражал тип передаваемой информации (я сумел выделить коды визуальной, звуковой и командной информации), а окончания содержали контрольную сумму, ограничивая уровень внутри пакета и сам пакет. Каждый двоичный пакет имеет свое место- квадрат в матрице 256 на 256, итого 64К пакетов передаются параллельно. Каждый бит- импульс синего света- 1, нет света- 0, передается за одну миллисекунду. Скорость неплохая- 64 мегабита в секунду. Ну скажем, за вычетом заголовков и окончаний 50 мбит/с полезной информации. Меня грузили, согласно лог-файлу, десять минут. Таким образом, закачали лишь три гигабита информации. Что ж, весьма экономно. Скорее всего, информация была дополнительно сжата. Поразил маленький объем визуальных пакетов- так сократить их можно только если строить изображение не из пикселей, а из более крупных объектов.
   Чтобы открыть этот доступ к мозгу требуется секретный ключ с невообразимым количеством бит , который я получил безвозмездно, то есть даром (не считать же синяки на заднице от острых кирпичей). Как красиво и гениально просто! Нейроны служат и линиями связи (аксоны, дендриты), и памятью (тело нейрона) и своеобразными раутерами, направляющими пакеты по адресам в их заголовках.
   С загрузкой пока понятно, а как прочитать память? Человек построен по такой схеме, что он является потребителем информации- зрительной, слуховой, тактильной. Здесь у него широкополосная связь направленная извне вовнутрь, а наоборот, изнутри наружу, линий связи почти нет, не считая речи. Бутылочное горлышко, однако. Но как то иновременники ведь решили эту проблему?
   Оля предложила считывать электрические потенциалы с аксонов эфферентных нейронов, то есть тех, что передают возбуждение (электрический сигнал) от двигательного отдела мозга к мышцам. Ну не с аксонов как таковых, а с кожи рядом с синапсами этих аксонов. Тут меня осенило- можно использовать мою игровую (каюсь, геймер) перчатку, содержащую матрицу контактов 16 на 16, с мини контроллером, микро-коннектором для скопа и СиЗу. Когда я вижу перед собой цель, то весь мир для меня сужается до тропинки, по которой я бегу: мой хабар- перчатка, плата осциллографа- поиск и запуск программы осциллографа- подключение перчатки- мысленный приказ на сокращение мышцам руки и ... Подстраиваю аттеньюаторы напряженно вглядываюсь в экран, вроде что-то есть- несколько милливольт. Включаю цифровой фильтр, убираю шумы, определенно- есть реакция.
   Если это заработает, то считать свою память можно суток за пять. Кстати, разбираясь с программным кодом, нашел, что информация хранится в теле нейрона (скорее всего в его ДНК в четверичном коде) в виде связных списков. Каждая запись имеет кроме собственно информации, адрес предыдущей и последующей записи. Поначалу это вызвало некоторое недоумение: связный список, конечно, позволяет экономно расходовать память, удобно для копирования, вставки и удаления записей, связные записи физически могут находиться в разных местах, но ведь и доступ к ней возможен только последовательный, как в накопителе на магнитной ленте. Затем при дальнейшем размышлении подумал, что человеческая память больше похожа на CAM (контекстно адресуемую память), чем на RAM (с произвольным доступом) как в компьютере. Ведь пытаясь что-то вспомнить (формируя запрос) мы формируем контекст (образ, событие), а не метку времени, по которой содержится информация. То есть доступ к памяти возможен не только последовательно, перебирая события во времени (это долгий путь), но и мгновенно, когда образ сразу выводит на нужное место в памяти.
   Ну ладно, а теперь- контрольная закупка. Пинг через сеть! Формирую пакет: адрес одного из нейронов, управляющего большим пальцем правой руки (нашел в программе иновременцев, которая формировала сигналы обратной связи, типа- блок информации успешно записан), код информации неважен, скажем- тактильная, и оплаченный груз: "Трубин был тут". То есть пакет, который я сформировал, визуализируется мобильником, должен попасть через глаза в зрительный от дел мозга, затем в нейрон большого пальца, который будет возбуждаться в соответствии с ... Так, надеваю маску, запускаю загрузчик пакетов и чувствую неприятное покалывание в большом пальце правой руки. Срываю маску дрожащей левой рукой, на экране застыла последовательность импульсов. Читаю код по буквам: "Т", "р", "у",... А-а-а! Нобелевскую премию- в студию!
   Перчатку долой, подхватываю Олю на руки, целую. Вдруг вижу огонь, разгарающийся в ее глазах: мол, сам напал- сам и защищайся. Причем тут защита- только нападение".
  
   Санкт-Петербург, Каменноостровский проспект.
   25-е ноября 2024 г., 20:45.
  
   "Медленно движемся по проспекту в сторону дома. Оля- впереди (у нее пропуск-вездеход сотрудницы мэрии), я- за ней по подворотням и дворам. Сегодня проверяли закладку иновременцев на территории Петропавловской крепости. Пришлось немного покопать, малая пехотная лопатка увесисто напоминает о себе при каждом шаге. Нашли место довольно легко, поплутав немного в конце, из-за того что мобильник решили не брать с собой изначально. Клад оказался знатным- все сплошь фламандцы. Понятно- грабь награбленное. А перепрятывали наверное потому, что кто-то вскоре должен был случайно наткнуться на закладку.
   Вчера чуть поспорили на эту тему. Оле кажется, что любое изменение сейчас в нашем мире приведет к катастрофе весь мир. Я же утверждал, что ничего подобного с ним не случится. Впрочем, сошлись на том, что жалеть ни о том будущем, ни о нашем мире (если нам удасться откорректировать наше прошлое) ни мы, ни абсолютное большинство людей не станут.
   Мы реализуем этот план уже десятый день с того момента как я получил первый пинг. Подгрузил себе в память несколько научных книг (те что оказались в олиной библиотеке) по истории, технике, химии и физике, затем уже скачал образ всей своей памяти на компьютер. Оля также скоро закончит скачивание своей. Существует, впрочем, один вопрос, ответ на который мы не смогли найти. То, что мы задумали- по сложности не идет ни в какое сравнение с тем, что пытались сделать наши иновременцы. Поэтому и времени на эту работу нам потребуется намного больше. Мы даже не знаем сколько его надо: неделю, месяц, год или больше? Захват тела,это- преступление, как захват заложника, какими бы благородными целями это не оправдывалось. Пока сошлись на том, что операция по захвату сознания будет длиться лишь неделю без возможности её продления, то есть возврат сознания "заложнику" произойдет автоматически, вне зависимости от наших желаний".
   Тут мои мысли переключились на дополнительную юстировку оптической и гироскопической систем. Контролируя время от времени маячившую впереди в метрах двадцати олину фигурку, я завернул во внутренний дворик и быстрым шагом постарался сократить расстояние, одновременно скрываясь от света фонаря на перекрестке с Пушкарской, как вдруг с улицы раздалось рычание двигателя.
   - Стоять!- послышалось с улицы.
   Я быстро, как мог, завернул в ближайший проход на улицу и осторожно выглянул из-за угла. В трех метрах от меня, заехав одним колесом на тротуар, стоял БТР, а чуть впереди, давешние "двое из ларца", оттеснив Олю к стене дома. Третий, сидя на броне, с интересом наблюдал за происходящим, держа, впрочем автомат наготове.
   - Пропуск!- глумливо заорал "одинаковый с лица". Я незаметно переместился в тень кормы БТРа. Оля суетливо полезла за пропуском во внутренний карман пальто, довольно правдоподобно изображая испуг. С ее подготовкой избавиться от этих двух клоунов не составило бы труда, но мешал третий. На этот случай у нас имелась домашняя заготовка.
   - Погодь, я сам- грубая рука легла на ее грудь.
   Удар саперной лопатки по броне прозвучал как выстрел. Двое из ларца отреагировали вполне адекватно, бросившись на землю и отползая под днище БТРа, Оля неслышно юркнула в ближайшим пролом в стене, третий- обернулся на звук и выронил автомат. Я, не скрываясь, побежал через дорогу, стараясь отвлечь внимание на себя. Механик- водитель дал по газам и почти сразу по тормозам, даже не заметив двух смачных хлопков под колесами. Я почти уже добежал до цели, когда, повернувшись, увидел движение пушки БТРа в мою сторону, вспышку и почувствовал страшный удар в спину.
  
   Глава 2.
  
   Ленинград, кинотеатр Арс,
   1 декабря, 1934 г., 14:30.
  
   "Несколько тусклых лампочек, зажегшихся в видавшей виды люстре под высоким лепным потолком кинотеатра Арс (его бы я не спутал ни с каким другим), отделили для меня свет от тьмы и смерть от жизни. Хм, я мыслю цитатами, значит- существую".
   - Леха, вставай, скорей- коренастый рыжеволосый парень лет двадцати и высокая худощавая девушка с большими зелеными глазами на миловидном лице, обрамленном длинными русыми волосами, схватили меня за руки и потащили по широкому проходу между первым рядом сидений и сценой к большой двустворчатой двери во внутренний дворик. Мы со всего маху врубились в толпу, сгустившуюся у выхода, и гуськом выплыли наружу.
   "Знакомые до боли места, однако. Так, вижу- хорошо, даже лучше, чем отлично (скорее всего сказалась оптимизация рецепторов, заложенная в коде иновременцев). Слышу- наверное тоже не хуже, не проверишь же в этом гуле. Вплываем под арку. А, вот включилось и обоняние, тут, пожалуй, лучше бы притупить его: запахи махорки и семечек главенствовали (самые нетерпеливые уже закуривали). Уверенно детектировался деготь от сапог и, неожиданно,- легкий аромат "Красной Москвы". Это, видимо, от моей соседки справа, продолжавшей держать меня за рукав. Под ногами зачавкал мокрый снег, почти уже стемнело (часа два пополудни ?). Операцию мы с Олей планировали на 27-е ноября, подгружаемый образ моего сознания датирован 25-м, хотя надо бы, все-таки, выяснить дату и время поточнее".
   Толпа вынесла нас на площадь Льва Толстого и быстро поредела. Ввиду почти полного отсутствия какого- либо транспорта, люди сразу двинулись во всех возможных направлениях.
   - Ой, мальчики, так есть хочется, пошли на выборгскую фабрику-кухню -- сказала моя спутница, заправляя выбившийся из под платка локон и почему-то с опаской взглянув на рыжеволосого.
   - Мальчики? Какие мы тебе мальчики? Мы- без пяти минут инженеры! Совсем, Любка, в городе от рук отбилась. Ну погоди, я не посмотрю, что ты- сестра... -- даже притопнул поношенным ботинком мой, как выяснилось, коллега.
   - Ты, ты, Васька, - Люба аж задохнулась от возмущения (руки согнуты в локтях и прижаты к груди, локон вновь выбился из-под платка) -- эти свои замашки брось, я, между прочим тоже скоро стану инженером.
   - А что, и правда самое время подкрепиться- решил я вмешаться в семейную сцену. Острое чувство голода, вдруг возникшее у меня, вызвало мгновенное головокружение.
   - Ну ты, Алексей, даешь -- два зеленых, как у сестры, глаза удивленно уставились на меня, - у нас через час смена начинается, да и мы ж вчера карточки в коммуну сдали.
   " Так, блин, побольше молчи- за местного сойдешь".
   - Ой, мальчики, а это правда, что скоро карточки отменят?
   Помощь пришла вовремя, но на всякий случай делаю выражение лица- "никаких комментариев". Василий мельком взглянул на меня, не заметил никаких моих попыток вступить в разговор, приосанился (добрал солидности) и, проигнорировав "мальчиков", сообщил:
   - Дело решенное, (даже его старый флотский бушлат, казалось, расправил морщины) сам слышал, что с нового года- добавил он приглушив голос.
   - Хорошо бы, а может пойдем на "Люблю ли тебя?", через пять минут начало- Любе явно не хотелось расставаться ( с братом?).
   - Через час смена... Тридцать восьмой!.. Трамвай!.. Побежали!..- вдруг заполошно закричал Василий и не оглядываясь припустил за медленно проезжавшим мимо нас двухвагонным трамваем.
   Чмокаю Любу в щечку (разочарование на ее лице быстро сменяется изумлением) и спешу за своим товарищем.
   "Надеюсь, что она не восприняла мой порыв как предложение руки и сердца. Вот-вот, порыв. Похоже, молодые гормоны взыграли. Холоднокровней надо, жить мне тут осталось максимум- неделя (вроде бы к такому решению мы с Олей пришли), а дел- минимум на месяц.
   А трамвай- тот еще быстрый олень (скорость не более десяти километров в час), мчится, постукивая на стыках, в сторону Петропавловской крепости. На подножках дверей с обеих сторон висят экономные пассажиры. Вася прилип к заднему торцу вагона с трудом уместив свои ступни на поперечной балке на высоте нескольких сантиметров от рельсов, а правой рукой ухватился за зеркало заднего вида. Понятно... симметричная позиция слева- вакантна, хватаюсь левой рукой за держатель зеркала, ноги просовываю в щель между обшивкой трамвая и той же балкой и заглядываю через стекло внутрь вагона. Передо мной пустующее место вагоновожатого (ну правильно он сейчас в передней кабине первого вагона) и далее полупустой салон. Хотел было спросить почему бы не поехать внутри, но тут, однако, рассудок взял верх над порывом и я принялся методично свободной правой рукой инспектировать карманы. Так, никаких денег не обнаружилось от слова совсем, что полностью объясняет мой нынешний способ передвижения. За то нашелся комсомольский билет на имя Чаганова Алексея Сергеевича 1913 года рождения и две сложенные бумажки в нем, развернуть которые, впрочем, одной рукой не удалось."
   "Каменноостровский проспект, при ближайшем рассмотрении табличек на домах оказавшийся улицей Красных Зорь, перекресток с Пушкарской улицей- все вполне узнаваемо. Еще более интересно смотреть на людей, как одеты, как ведут себя. Стою, смотрю во все глаза по сторонам. А жизнь-то налаживается. Судя по всему у меня будет и стол и кров (должны же покормить работника в обеденный перерыв, чай не при капитализме живем), ну а завтра с утра двину в справочное бюро (только что одно, стоящее у остановки, миновали) и начну обходить намеченых "прогрессоров". Буду исходить из того, что мне отпущено семь суток. Именно суток, а не дней, как было и у иновременцев (вселенец в меня не спал совсем). Попробовал на себе- в течении двух суток не спал и не хотелось, работоспособность- высокая. А где двое суток, там и неделя, надеюсь. Вот чего не успели попробовать, так это откат в предыдущее сознание, но всего не проверишь. Хотя если у них вышло, то и у нас получится- код-то тот же самый".
   С душераздирающим скрежетом и скрипом, заложив лихой вираж влево, наш трамвай затрусил по Куйбышева в сторону Финляндского вокзала.
   "Васька! Васька Щербаков! Это же мой тварищ, сосед по комнате в общежитии и бригадир нашей учебной бригады второго факультета ЛЭТИ. Смогли, значит, мы с Олей сделать память "хозяина" доступной для "гастролера". Идея была простой: хронологически эти объемы памяти не пересекаются, то есть, надо было всего навсего "голову" моего связного списка подключить к "хвосту" "хозяина", но в первый раз, когда мы это попробовали, ничего не вышло. Теперь понятно, что надо было лишь набраться немного терпения. Конечно двадцать- тридцать минут на запрос- ответ -это много, но лучше чем ничего. В крайнем случае подумают что я - "тормоз". А вот что просто замечательно, так это будущая специальность "хозяина"- радиоинженер. Тут я буду как рыба в воде, а как студент- на законных основаниях могу обратиться к декану Валентину Петровичу Вологдину и зав. кафедрой Акселю Ивановичу Бергу, одним из первых в моем "бегунке". Да, жизнь определенно налаживается. Как это выйдет у Оли? Она считала, что мое появление здесь сразу же сделает невозможной ее попытку. Я убедил ее попытаться, ведь в в случае успеха мы могли бы сделать вдвое больше".
   Справа показался силуэт купола военно- медицинской академии, черный, на фоне серого питерского неба.
   " И в медицине я- "чайник"...".
   Пронзительный свист возвратил меня к действительности. Постовой милиционер, стоящий у въезда на Литейный мост, указывал на нас жезлом и усердно надувал щеки, впрочем, не двигаясь с места. Я скосил глаз на Васю, который и не думал как-то реагировать на ситуацию, всем видом показывая: делай как я. Расстояние между нами и постовым, под мерный перестук колес, понемногу увеличивалось.
   "Так, свернули налево на Шпалерную, куда это мы направляемся, интересно? Где-то здесь рядом раньше была прядильная фабрика, может туда".
   Трамвай остановился у Таврического дворца, со скрипом открылись двери и раздался хриплый голос кондукторши: "Дворец Урицкого". Вагоны заметно опустели, два десятка мужчин в военной и полувоенной форме и строго одетых женщин устремились к калитке, ведущей ко дворцу, у которой стояли, проверяя пропуска, два рослых сотрудника НКВД. В вагон поднялся лишь один из двух мужчин, стоявших у двери. Он был очень маленького роста (не больше метра пятидесяти), в галифе, нечищеных сапогах, коротком темном драповом пальто. Замызганный кожаный портфель в правой руке волочился почти по полу. Второй, сверкнув стеклом очков, крикнул первому в закрывающуюся дверь: "И.П. очень на-на-на тебя надеется".
   "Малыш" , чуть не упав от толчка внезапно тронувшегося трамвая, плюхнулся на боковую скамейку, машинально расплатился с подошедшей кондукторшей и уставился немигающим взглядом в окно. На его чисто выбритом с правильными чертами лице то возникало, то пропадало какое-то обиженное выражение, а в углу рта время от времени возникал пузырек слюны.
   - Псих какой-то! -мелькнула мысль.
   - Приехали!- прыгаем с нашей лошадки и оказываемся перед воротами Смольного института.
  
   Ленинград, Смольный, третий этаж.
   1 декабря, 1934 г., 16:15.
  
   - Так, это кто ж такие будут?- остановил нас на лестничной площадке третьего этажа пожилой сотрудник НКВД с одной шпалой на красных петлицах, с напускной строгостью рассматривая нас с Василием и бригадира электриков.
   - Михал Василич, так то ж новые электрики, вы ж сами выдали им пропуска третьего дня,- залебезил бригадир- а мы свет идем чинить в калидоре,- и уже нам- покажте мандаты.
   Мы мигом развернули наши бумажки, но внимание М.В. уже переключилось на фигуристую даму, поднимавшуюся по лестнице.
   - Светочка, все хорошеете. Давненько, давненько вас не видно было...- Суровый лик грозного начальника замироточил.
   - Вот умеете вы,... Михал... Василич..., ввести... женщину... в краску- прерывающийся от напряжения низкий грудной голос работницы аппарата, впрочем, не выказывал никаких признаков смущения, как и алый румянец на ее щеках не спешил менять цвет.
   Мой взгляд упал на подпись на пропуске: Комиссар ОО ПП ОГПУ Борисов М.В. ( Подпись), 29 ноября 1934 г.
   - Так красный цвет вам к лицу...
   "Что-то я о нем слышал... ?"
   Мы стояли на лестничной площадке у силового щита, рядом с которым был оборудован пост с телефоном на тумбочке. Рослый постовой (кубик в петлицах) отнюдь не скучал, с интересом переводя свой взгляд с одного на другую, вслушиваясь и сопереживая каждой фразе. Зазвонил телефон.
   - Старший вахтер Иванов слушает,- не пытался скрыть своей досады от не вовремя раздавшегося звонка- Вас.
   Борисов важно принял трубку, спустя секунду, нетерпеливо махнул нам что б проходили- не задерживали, вернув ее Иванову, поправил ремни и строго приказал:
   -Дурейко зови, а я- вниз, встречать Сергей Мироныча.
   Известие о прибытии Кирова распространилось со скоростью звука , что быстро привело к полной тишине и почти полному отсутствию людей в коридоре, так что по пути к месту работы наша троица встретила лишь двух- трех наиболее уверенных в себе сотрудников и стольких же посетителей, последнего- у поворота в малый коридор правого крыла здания.
   -Как же так, фондов нет. Тигры голодают. Я Кирову на вас жаловаться буду- бормотал себе под нос высокий мужчина в щегольском твидовом костюме.
   За поворотом налево открылся малый коридор: метров двадцати длиной, сводчатый трехметровый потолок с шестью лампами (одна дальняя не горела), красная ковровая дорожка, стены до метровой высоты обшиты деревянными панелями. Окон нет, двери по обеим сторонам. В конце коридора- две ступени вниз, по двери в обе стороны . Заканчивается коридор дверью на лестничную клетку, закрытой на засов. Под не горящей лампой стояла стремянка, на нижней ступени которой стоял электрик, теребивший лампочку в руках и внимательно смотрящий в открытую дверь слева по коридору. Ковровая дорожка хорошо скрадывала все звуки, так что электрик не заметил как мы подошли. Табличка у двери гласила: " Киров С.М."
   - Вот, Николай, подмога тебе, а я побёг- бригадир явно не хотел вступать в разговор с кем бы то ни было.
   -Парни, выручайте- нудным монотонным голосом зашептал электрик- лампочка не горит прямо перед кабинетом товарища Кирова. Вчера только менял, а сегодня уже не горит. Дурейко кричит, что если сейчас же не починю, то он нас, саботажников, - под трибунал. Я уж новую вкручивал, а свету- нет. На вас одна надежда, вы ж почти техники.
   -Инженеры- поправил Василий.
   - А кто такой Дурейко?- спросил я.
   "Проводка скрытая, видимо, за панелями. Ну и что теперь? Отдирать их?". Грустный взгляд Василия также блуждал по стенам.
   - Так это- другой комиссар, который по приемной. Сейчас в шахматы с секретарем товарища Кирова играют- еще понизил голос Николай,- у них в пять часов собрание, а тут эта лампа, будь она не ладна.
   "Тут где-то должен быть доступ к проводке".
   - Нет, билетов на сегодняшний актив во Дворце Урицкого у меня нет, обращайтесь в ваш райком- послышалось из-за двери приемной.
   "Ну, конечно, вот она"!
   За искусно замаскированной в панели дверцей на уровне ступеней показалась аккуратная укладка массивных медных проводов. На одном из них, в месте соединения с проводами ответвления к не горящей лампе обнаружились бирюзовый налет, а на кирпичной стене следы нагара.
   - То-то вчера здесь гарью воняло, а я подумал в столовке чо-то сожгли- повеселел Николай.
   Я бросил взгляд на дверь столовой и остолбенел. На ученической тетради химическим карандашом было написано: "Сегодня первого декабря столовая работает до 11 часов вечера".
   Машинально бросаю взгляд вправо и вижу в десяти метрах невысокого коренастого мужчину лет пятидесяти в гимнастерке, галифе, начищенных сапогах, идущего в моем направлении. За ним еще в десятке метров давешний "малыш", бежит и на ходу открывает свой портфель.
   "Киров! А позади- его убийца!"
   Прыгаю с места через две ступеньки, спотыкаюсь о верхнюю и, пытаясь сохранить равновесие, часто перебираю ногами, догоняя голову, вырвавшуюся вперед.
   "Малыш" держит в руке наган, он уже в пяти метрах от цели. Мы несемся на встречу с ним лоб в лоб. Киров останавливается, он чуть в стороне от нас, с удивлением смотрит на меня. "Малыш" поднимает револьвер на уровень плеча, направляя его в затылок Кирова- они почти одного роста. Я прыгаю руками вперед и пытаюсь подбить руку с наганом вверх.
  
   Москва, площадь Дзержинского.
   1 декабря, 1934 г., 16:15.
   Ягода.
   Нарком внутренних дел СССР Генрих Ягода открыл только что принесенный ему, красочный фолиант "Беломорско- Балтийский канал имени Сталина".
   "Сталина..., хотя никто больше меня и моего ОГПУ не сделали для постройки канала. Когда из-за кризиса на западе и требования к СССР о немедленном возврате кредитов были заморожены десятки строек первой пятилетки, мы, чекисты, не запаниковали, опираясь только на свои силы, без финансирования работ, почти без техники, сумели в рекордный срок (за два года) построить 227-ми километровый канал с 19-ю шлюзами. Хотя, справедливости ради, и надо сказать, что орден Ленина, избрание в члены ЦК и должность главы НКВД тоже стоит немало, но до реальной власти в стране осталась дистанция огромного размера. Реальная власть сосредоточена в Политбюро или, точнее, в группе, которую возглавляет Сталин. Там могут быть люди, которых пока не выбрали в Политбюро, но с их властью не может сравниться ни один нарком или секретарь ЦК. Попасть в эту группу можно двумя путями: первым- доказав свою преданность долгими годами совместной со Сталиным работы, либо вторым- проявив себя в каком-то конкретном деле работая на износ и , все равно, при условии личной преданности. Вот эта книга будет еще одним шагом в этом направлении. Специально отобранные и отредактированные (шурином Лёпкой Авербахом) статьи и репортажи лучших писателей страны во главе с Максимом Горьким, выигрышные фотографии, ненавязчиво показывают кому должна быть благодарна страна за этот канал."
   "А с Лёпкой надо что-то делать. Ида (жена Ягоды, сестра Леопольда Авербаха и племянница Я.М.Свердлова) беспокоится, что тот перессорился со многими известными писателями, что одевается как босяк. Эх, если бы только это, то можно наплевать и забыть. Но на недавних выборах на 1-м съезде Союза Писателей его прокатили повсюду где он баллотировался. А вчера получил информацию, что это произошло из-за его РАППа (Российская Ассоциация Пролетарских Писателей) и что им не доволен Сталин. Причину этого недовольства пояснил Авель Енукидзе (секретарь ЦИКа): Сталин и его группа в Политбюро затевает коренную реформу СССР от государственного устройства до идеологии. В части литературы запланирован возврат к возврату в учебные программы русских историков, писателей и поэтов прошлого, отказ от классового подхода в рассмотрении их творчества. (Поэтому Лёпку с его пролетарским искуством надо срочно куда-то убирать от греха). Будет меняться также избирательная система и структура власти".
   -Ты представляешь,- говорил возмущенно Енукидзе- Сталин собирается Коминтерн распускать.
   "А я смотрю на него и думаю: Авель, ну какое тебе дело до Коминтерна? Тебя кроме денег, выпивки и малолеток вообще ничего не интересует. Ты боишься только за свою шкуру, за то что кончится терпение у Сталина и выпрет он тебя, не посмотрит на былые заслуги, вот и плетешь свои интриги. А по мне так нормальное государство с нормальными законами всяко лучше, чем то, что творится сейчас. По сути в стране нет единой власти, первые секретари и руководители НКВД в регионах решают многие вопросы ориентируясь не на закон, а как им заблагорассудится. Да-да, я контролирую лишь центральный аппарат в Москве и , частично, в Ленинграде, а на местах в ПП ОГПУ (полномочных представительствах ОГПУ- преобразование ОГПУ в ГБ еще только началось), особенно чекисты первого призыва, по сути- махновцы, живут как князья, покрывая безобразия партийных секретарей. Я, здесь в Москве, нарком, министр по старому, хожу в солдатской гимнастерке, хотя дома в гардеробе двадцать новых костюмов. Жена не может одеть шубу и бриллианты. Изображаем из себя нищих. Даже эту книгу о Беломорско- Балтийском канале вынужден напечатать 100 экземпляров для своих на английской бумаге в Голландии, а сто тысяч - у нас, на желтой, почти оберточной, бумаге для всех остальных, включая Сталина.
   Вот в чем нельзя отказать Авелю, так это в проницательности и деловой хватке. Когда два года назад комендант Кремля Петерсон нашел на складе сейф Свердлова без ключа (охрана Кремля в то время подчинялась секретарю ЦИК) Енукидзе реагировал мгновенно. Обнаружив внутри вскрытого сейфа золото и бриллианты, а также иностранные паспорта на разные фамилии, но с фотографиями Свердлова и его жены , он подловил меня на входе в Кавалерский корпус и предложил немного прогуляться по Кремлю. С полчаса выяснял все мои (троюродный брат) и моей жены родственные связи с Я.М. Свердловым. А затем рассказал о содержимом найденного сейфа, сделал паузу и перейдя к делу, прямо спросил, не мог бы я в рамках сделки с Де Бирс продать найденные в сейфе бриллианты. От неожиданности я стал говорить, что это невозможно, что каждый камень на строгом учете, что Де Бирс не покупает ограненные алмазы, что валюта на особом контроле и тд."
   - То есть вы и рады бы заняться контрабандой, да не имеете такой возможности. Вы что же подумали, что я вам предлагаю украсть и продать ценности принадлежащие государству?- подсек он меня.
   -Да- вырвалось у меня.
   - Правильно подумали, моя доля- пятьдесят процентов- сказал Авель и беззаботно рассмеялся.
   - Тридцать,- он будет учить меня коммерции.
   "Пришлось привлечь к этому делу Сашку Лурье (начальника ИСО ОГПУ), пообещав тому 20 процентов. По мере развития нашего гешефта, Енукидзе стал делиться информацией о людях с кем он связан, их взглядах. Что-то я, конечно, знал, получая информацию от своих источников, но наши разговоры с Авелем позволили создать более ясную картину. Основными силами, с которыми он контактировал, были: военные во главе с Тухачевским, левые- Зиновьев, правые- Бухарин и троцкисты. Моя задача состояла в блокировании информации об этих оппозиционных группах, получаемой мной по оперативным каналам, причем о моем участии в заговоре знал, кроме Авеля, еще только Тухачевский. Сам Енукидзе мог рассчитывать на коменданта Кремля и нескольких его доверенных лиц. К середине 34-го года происходило накопление сил и никто не торопил событий, как внезапно Троцкий разразился несколькими письмами к своим сторонникам с требованиями об активизации и начале террора против Сталина и его группы. Зиновьевцы поддержали Троцкого. Тухачевский выступил резко против, он склонялся к дворцовому перевороту, но во время военного положения (так как считает очень вероятной начало большой войны в европе в 36-37-м году)."
   "Мне же кажется, что в связи предстоящими сталинскими реформами, количество его противников в ЦК настолько возрастет, что можно отстранить его от власти в соответствии с уставом партии. Авель обещал поговорить со всеми, как вдруг появился на следующий день и сказал, что зиновьевцы и троцкисты постановили провести теракт над Кировым и Сталиным."
   - Просто поставили перед фактом...- в его голосе проскакивали радостные нотки.
   - Ну ты понимаешь, что произойдет, если Сталин останется жив?- постарался я вернуть Авеля на землю.- Два теракта в разных городах невозможно провести одновременно. А факт первого сразу перечеркнет все расчеты для второго. Потянется след и они все (зиновьевцы и троцкисты) пойдут под нож. Меня выпнут под зад и останется надежда на военных. Если предположить невероятное, что Тухачевский выступит, то нас с тобой он во власть не позовет. А скорее всего, он просто будет сидеть тихо и ждать своей войны.
   - Бакаев планирует...
   "Хм, Иван Петрович Бакаев был председателем Петроградской Губ ЧК в 19-м, когда я был там рядовым сотрудником. Большой опыт подпольной работы, с 1905-го. Из крестьян. По-моему малограмотный, сейчас- зиновьевец. Был исключен из партии в числе 75-и видных троцкистов. После восстановления работал помощником в Леноблисполкоме, сейчас- в Москве на хозяйственной работе. Тогда в 19-м он отказался подтвердить мой дореволюционый партийный стаж."
   -Что-то я не слыхивал о нашей типографии в Нижнем в пятом годе, где ты работал.- Бакаев грозно сдвинул седые кустистые брови.- Да и в 12-м тебя арестовали за "оседлость", а не за подпольную работу. Много вас таких шустрых поразвелось в последнее время. Буду за тобой приглядывать.
   "Тогда только перевод в Москву спас меня от этого горлопана."
   "Ничего не сказал я Авелю, но с тех пор стал ежедневно отслеживать рапорта наружки по Бакаеву и регулярно проглядывать дело "Свояки" (оперативное дело по зиновьевцам). С тех пор была зафиксирована лишь одна подозрительная его поездка в Ленинград, когда не были опознаны люди, с которыми Бакаев встречался. Но места встреч- самые обычные, деловые: Электросила, ЛЭТИ. Он ведь энергетиком работает в Москве"
   Зазвонил телефон.
   -Медведь на линии- раздался ровный голос секретаря.
   "Вот так неделю назад пятилетний сын Гарик сидел у меня на коленях в домашнем кабинете и услышав, что медведь на линии, замер с открытым ртом. Пришлось отвечать: подождите, медведь, не орите, говорите чего вы хотите."
   -Соединяйте.
   -Товарищ нарком, докладываю- в трубке раздался встревоженный, с едва уловимым польским акцентом, голос начальника управления НКВД по Ленинградской области.- Десять минут назад в 16:30 в Смольном стреляли в товарища Кирова.
   Я мгновенно взмок.
   - Стрелял член партии Леонид Николаев, находившийся рядом местный работник Алексей Чаганов вступил в борьбу с ним и закрыл товарища Кирова от выстрела, но сам получил огнестрельное ранение в голову. Товарищ Киров не пострадал и находится в своем кабинете, Чаганов отправлен в больницу, Николаев задержан, у него сломана челюсть.
   В кабинете раздался звонок "вертушки".
   "Началось!"
   -Ягода слушает.- Хриплый голос выдал мое волнение.
   -Вас вызывает товарищ Сталин. На 17:30- раздался ровный голос Поскребышева (секретаря Сталина).
   -Понял. Буду.
   Поскребышев бросил трубку.
   "М-да, ни здравствуй, ни прощай. Сталину подражает..., возомнил, бл..., о себе."
   Кладу трубку "вертушки".
   -Ну что, Филипп Демьяныч, вы слышали, я спешу. Поздравляю вас и вашего сотрудника с предотвращением теракта. Вы понимаете, конечно, что предстоят многочисленные проверки, надеюсь и с документацией у вас все в порядке. Доклад каждые два часа!
   "Представляю как вытянулась у него физиономия. (Медведь внешне был похож на Дзержинского, носил такие же усы и бородку). Ловко я превратил местного работника в его сотрудника, ну да и сам он не маленький, для него в первую очередь необходимо, чтобы это был его сотрудник."
  
   Москва, Кремль, кабинет Сталина.
   1 декабря, 1934 г., 17:25.
  
   Сталин.
  
   -Так выходит, Мироныч, комсомолец грудью закрыл советскую власть от выстрела члена партии...
   -Ну, положим, он меня закрыл, а не советскую власть- на том конце провода раздался тяжелый вздох.
   -Ты для него- советская власть и ради нее парень не пожалел жизни. Как он себя чувствует?
   -Отвезли его в нашу свердловскую больницу.
   "Нашу... Как Зиновьев устроил для себя и своих приближенных "закрытую" больницу, так за восемь лет у товарища Кирова руки не дошли исправить это..."
   -Я поговорил с профессором Лангом. С его слов, пуля прошла по касательной, задев правое плечо и голову. Сильная кантузия. Он без сознания. Доктора никаких прогнозов не делают, говорят, что голова- дело темное.
   Молотов, сидевший за длинным совещательным столом первым справа, согласно кивнул своей лобастой головой. Потянул из бокового кармана элегантного темно-коричневого в полоску пиджака носовой платок и принялся неторопливо протирать, упавшее с носа, пенсне. Его тяжелый подбородок упёрся в изящно завязанный черный в белый горошек галстук, карие глаза близоруко прищурены. Рядом с ним Клим Ворошилов, как всегда чисто выбритый, в отутюженой гимнастерке с четырьмя орденами Красного Знамени, застывшим взглядом выцеливает невидимого врага. Его взгляд,однако, упирается в сидящего напротив Лазаря Кагановича, неопрятная военная форма которого, без знаков различия, выглядит как насмешка над военной службой. Он сидит вполоборота, вытянув голову и стараясь не упустить ни слова из рассказа Кирова, как бы нависая над Андреем Ждановым, полувоенный френч которого ничем не отличается от десятков и сотен своих близнецов в Кремле.
   "Приуныли? Испугались? Нет, не похоже, скорее не ожидали столь быстрого и жесткого ответа на только первые, мало кому видимые, признаки нового курса. Растерялись? Возможно. В моей пятерке есть разные люди: Каганович и Ворошилов- простые исполнители, члены Политбюро; Киров и Молотов, также члены Политбюро- хорошие организаторы, творчески подходящие к решению поставленных задач (Киров к тому же хороший оратор, журналист), но по большому счету они тоже исполнители. Единственный, кто действительно может стать лидером- это молодой секретарь ЦК Андрей Жданов. Он умен, образован, постоянно учится. Не из примазавшихся, убежденный коммунист. Правда, ему еще не хватает авторитета в партии. Ленинград может стать для него хорошей школой и отличной возможностью проявить себя. Ну, а Киров мне нужен здесь, в Москве. Надо ускорять работу над новой конституцией, Авель явно не справляется, а может и просто саботирует: за полгода ничего не сделано. Ладно об этом потом, а сейчас надо поднимать дух у соратников, как раз занятие для "простого бакинского пропагандиста"".
   - Понятно. Ну уж коли молодежь у нас такая отважная, то и нам пугаться не след.- постарался придать голосу побольше бодрости. С лицедейством у меня, правда, не ахти как, своих эмоций скрывать не умею.
   "Зашевелились. Заулыбались. В трубке послышался звук чиркающей спички. У себя в кабинете курю только сам, объясняю- я же не хожу курить к вам".
   -Но и об опасности забывать не будем. Думаю, что актив лучше отменить, дав отчет в газете, или отложить на пару дней и тогда уж, непременно, перенести его в другое место. В общем, решай сам.- Не успеваю положить трубку, как раздается хрюканье телефона внутренней связи.
   -Товарищи из НКВД в сборе,- сообщает Поскребышев.
   -Приглашайте... вместе с Ежовым, кроме Паукера(начальник ОперОд НКВД), поездка в Ленинград отменяется... И остальных, кто в Кремле.
   Первым в кабинете появился Генрих Ягода- высокий, худощавый, немного сутулый. Седой, с явно обозначившейся лысиной, усами "зубная щетка", большими карими глазами и красноватыми от недосыпания белками. Мешковато сидящая на нем военная форма с пустыми краповыми петлицами (знаки различия НКВД СССР еще не были утверждены, а председатель ОГПУ и его заместители не имели категории и, следовательно, специальных званий и знаков различия как другие сотрудники ОГПУ) и шаркающая походка довершали образ.
   За ним, опередив коменданта Кремля, буквально ворвался заместитель комиссии партийного контроля Николай Ежов, полная противоположность Ягоде. Очень маленького роста, с густой шевелюрой темных волос, гладко выбритый в тщательно отутюженном костюме полувоенного покроя.
   "И рукопожатия у них так же различны: вялое- у Ягоды, энергичное- у Ежова. Молотов прячет улыбку в усы, понятно- вчера смотрели кино про Пата и Паташона. Похоже..."
   -Прошу, рассаживайтесь, товарищи. Обождем минут пять опоздавших, чтобы не повторяться.
   "А сейчас самое время выкурить трубку. Отдавать расследование на откуп НКВД, конечно, не следует. Хотя в ОГПУ-НКВД и идет постоянная борьба группировок ("чекисты" против "северо-кавказских", "латышей" и тд), вместе с тем делают это скрытно, не вынося сор из избы. Ягода предпочитает балансировать, не стремится навести порядок и потому устраивает многих. Поэтому, встав перед выбором, правда или честь мундира, скорее всего выберет второе. Ежов- партийный работник, никак не связан с чекистами, молод, решителен, исполнителен. Работает с утра до поздней ночи. Если проявит себя в расследовании, будем выдвигать или на место Ягоды или в секретари ЦК. Ну а к ним за компанию подключим Акулова из генпрокуратуры".
   "Так, появились Андреев, Орджоникидзе, Калинин. Прячась за их спинами прошмыгнул Енукидзе, устроившись на дальнем конце стола. Его ж не звали! Ладно, пусть послушает."
   - Сейчас с кратким сообщением выступит товарищ Ягода. Сидите, сидите...
   "Встаю из-за приставного стола у окна и начинаю свои хождения взад-вперед. Старая тюремная привычка (в тесных переполненных людьми камерах это была единственная возможность разогнать кровь), к тому же, в ссылке на Енисее застудил правое ухо и теперь, чтобы лучше слышать говорящего, подхожу поближе, а в трубки прошу ставить более чувствительные мембраны".
   -... согласно доклада начальника управления Медведя, Алексей Чаганов- секретный сотрудник (сексот) оперативного отдела, работающий электриком в Смольном.- В голосе наркома прозвучали горделивые нотки.
   "Что ж, никак это не умаляет заслуги комсомольца. О! А что это Авель так зло зыркнул на Ягоду? Я смотрю, недоброжелателей у наркома внутренних дел хватает. Кто бы ни стоял за этим покушением, это попытка заставить нас отказаться от нового курса, а затем отстранить от власти. Не рано ли мы пошли на эти реформы? Не имея за собой НКВД и, в общем то, с зыбким большинством в политбюро и ЦК... Сейчас думать об этом уже поздно, надо отвечать ударом на удар иначе нас сомнут".
   -Спасибо, товарищ Ягода.- поспешно беру инициативу в свои руки, пресекая на корню любую попытку устроить митинг.- Кого вы планируете на руководство следственной группой?
   - Агранова (первый зам наркома внутренних дел СССР).
   - Хорошо, но я думаю и надеюсь что товарищи меня в этом поддержат, что в связи с исключительным характером данного преступления, будет правильно включить в группу представителей генпрокуратуры, партийных и комсомольских органов,- делую паузу и смотрю на сидящих за столом.
   - Правильно, согласны,- раздалось сразу несколько голосов. В глазах Ягоды вспыхнул огонек тревоги, но возражать он не стал.
   -Тогда предлагаю от партии товарища Ежова, от комсомола- товарища Косырева. С доступом ко всем материалам дела и правом участия в допросах.- Узкое длинное лицо наркома внутренних дел, казалось, вытянулось еще больше.- Товарищ Петерсон, сообщите о дополнительных мерах безопасности, которые будут приняты в связи с последними событиями. Нет-нет не вставайте...
   "А вот ничего и не рано, только идиот может мечтать о "спокойных двадцати годах" или об упавшей с неба мировой революции. Надо создавать нормальное государство, вступать в Лигу наций, вступать в договора и блоки с другими государствами, распустить Коминтерн, наконец, все для того, чтобы не дать международным хищникам на западе и востоке объединиться и почуять дух легкой добычи".
   -... и, таким образом, перевести Кремль с 23:00 1-го декабря полностью на пропускной режим.
   - Ну, что ж, на этом закончим,- взмокший Петерсон оказался первым на выходе.
   -Стецкий, Мехлис и Бухарин,- будем отвечать по всем фронтам и пресса один из них.
  
  
   Глава 3.
  
   Ленинград, проспект Володарского 4,
   здание ОГПУ-НКВД, быв. кабинет Медведя.
   8 декабря, 1934 г., 18:00.
  
   Лев Шейнин, следователь по особо важным делам Прокуратуры СССР.
  
   "Вот уже час переливаем из пустого в порожнее. И так дважды в день, утром и вечером. Сталин дал сроку десять дней: лебедь, рак и щука (я- определенно лебедь) без сна и отдыха рвут жилы, а "воз и ныне там". Агранов по приезде в Ленинград занял место Медведя, отстранил от работы ключевых его сотрудников и начал вместе с Люшковым дергать на допросы людей из охраны Кирова. И тут один из главных свидетелей, комиссар Борисов, погибает при аварии авто по дороге на допрос. Меня бросили на расследование обстоятельств аварии.
   Выяснилось что конвой состоял из прибывших из Москвы, водителем же был личный шофер Агранова. А дело было так: местный водитель обнаружил, что на его полуторке на рессоре переднего правого колеса появилась трещина. Он позвонил в гараж, доложил начальству и оставил машину рядом со входом в "большой дом", а сам отлучился. Когда Люшкову, помощнику Агранова, доложили, что нет машины чтобы привезти задержанного Борисова на допрос, тот распорядился взять стоящий у подъезда без дела уже битый час ГАЗ-АА и попросил у Агранова водителя на десять минут съездить в Смольный, тот разрешил. На обратном пути на улице Войкова рессора лопнула, машину повело вправо и она на полном ходу врезалась в стену дома. Борисов, сидящий в кузове, погиб, ударившись головой о кирпичную стену, конвоиры получили травмы.
   После этого, Ежов стал у нас главным, Агранов ходит за ним как побитая собака и выполняет все его распоряжения. Дал Ежову допуск к оперативным делам, к агентуре. Надо отдать ему должное, работает за троих. Не знаю даже когда он спит. За четыре дня столько накопал, что иным и за год не под силу. Большой процент сотрудников из классово чуждых слоев: офицеры, полицейские, лавочники и тд. Некоторые из них за казеный счет на конспиративных квартирах устраивают попойки со своими агентэссами, сожительствуют с ними. Сотрудники не знают оперативной обстановки, количество осведомителей измеряется всего несколькими сотнями и это на весь Ленинград. Не документируют работу с агентами: например, после смерти Борисова осталась тетрадь с одной записью: агент Алексей Чаганов и дата.
   Хотя, если бы у всех сотрудников были такие агенты, как этот Чаганов. Мало того, что безоружный бросился на вооруженного, так еще и отправил нападавшего в нокаут с переломом челюсти и, как позже выяснилось, ключицы. Теперь Леонид Николаев ни говорить, ни писать не может. Так же как и Чаганов с Борисовым по разным, впрочем, причинам. Первый все еще без сознания, а мы- в тупике.
   Правда, выяснилось это после того как две наши самые перспективные версии закончились пшиком. Первую- отрабатывали следователи НКВД и возникла она от того, что в записной книжке Николаева обнаружился телефон немецкого консула, который срочно выехал из страны через границу с Финляндией. Выяснилось также, что подозреваемый посещал латышское консульство. В коммерческом магазине неподалеку от него Николаева опознали как покупателя, который расплачивался за продукты немецкими марками. Но тут почти сразу следствие уперлось в стену: латышское консульство подтвердило, что Николаев обращался по вопросу наследства (его жена, Мильда Драуле была латышкой), а немецкое- собщило, что в списке посетителей за этот год фамилии Николаев не найдено.
   Вторая версия была более прозаичной: ревность. Дело в том, что Мильда Драуле год назад работала в архиве, который располагался в том же "малом" коридоре, что и кабинеты Чудова и Кирова. После покушения сразу поползли слухи, что Драуле было любовницей Кирова, а Николаев в порыве ревности и тд. Вся следственная группа единодушно решила поручить расследовать эту версию мне: у тебя опыт большой в таких делах, а мы сами не местные, мол, погрельцы. Ну, понятно, кому охота связываться с членом политбюро.
   Напрямую к Кирову и его подчиненным с вопросами я, понятное дело, не полез, а пошел в архив и нашел приказ заведущующего особым сектором обкома (секретаря Кирова) Николая Свешникова от 1933 года о переводе работниц архива Драуле М.П. и Левиной Д.И. в управление тяжелой промышленности и Выборгский райком соответственно по их просьбе (ну да, конечно, по собственной). Ну а дальше все было делом техники: лучшая подруга Дворы Левиной Катя с радостью приняла приглашение от молодого импозантного (не уверен, что это значит, но звучит красиво) совработника из Москвы пойти в кинотеатр Арс на "Веселых ребят". Затем вино и шоколад на конспиративной квартире (дело-то конспиративное!), бутербродики с колбаской для восстановления затраченных сил и наживка: "А ты слыхала, что сейчас творится в Смольном?".
   Если эмоциональный почти часовой рассказ Кати изложить сухим концелярским языком, то Драуле и Левина, будучи замужем, устроили "охоту" за товарищем Свешниковым, одаривая его всяческими знаками внимания, причем их соперничество в этом, однажды привело к натуральному рукоприкладству. После этого к указанным работницам были применены административные меры. Свешников, будучи опрошенным без записи, подтвердил слова Кати. Таким образом, и эта версия отпала.
   Сейчас на повестку дня выдвигаются еще две версии: псих- одиночка или группа заговорщиков (троцкисты и зиновьевцы). Меня назначают на "психа", следователей НКВД- на "заговор". Задачи им ставит, почему-то, Ежов: "Провести аресты всех бывших оппозиционеров, для начало из органзаций, где когда-либо работал Николаев...". Да это работы на год! За то у меня работы почти нет: провести психиатрическую экспертизу Николаева пока невозможно. Попробую провести экспертизу дневника.
   Осталось два дня до срока, установленного Сталиным, боюсь что выпрут нас всех куда Макар телят не гонял по итогам нашей работы. Ждем чуда...".
   В тишине раздался звонок телефона. Па-ба-ба-па, па-ба-ба-па.
   -Ежов слушает.- Схватил трубку первым наш неформальный лидер.
   -Чаганов открыл глаза.
  
   Ленинград, ул. Старорусская 3,
   больница им. Свердлова,
   8 декабря 1934 г. 18:30
  
   "Высокий, высокий белоснежный потолок. Витиеватые узоры на карнизах, розетки в углах потолка. Что это за чудо? Где я? Какое-то бесплотное существо в белом халате и колпачке заслоняет свет и напряженно вглядывается мне в лицо".
   -Больной, как вы себя чувствуете?
   "Хм, более не уместного вопроса в данный момент трудно даже вообразить. Ведь я чувствую себя великолепно! Я легко могу воспарить над этой великолепным ложем и воспарить над всеми. Почему никто не хочет рассказать мне : кто я такой? Кто мой собеседник в этих белых одеждах? Время остановилось только для меня? Я в райских кущах? Впрочем, с последним более или менее ясно- мы в больнице. Ангел, это несомненно он, ждет ответа".
   -Хорошо.- Энергично киваю головой.
   "Взрыв головной боли, отвратительный вкус резины во рту напополам с тошнотворным запахом горохового супа вызвает болезненный спазм желудка. В сознание меня вернуло громкое восклицания мужчины рядом с моей кроватью".
   -Ну что тут у вас случилось, нам сообщили, что Чаганов пришел в себя, а он...- грубый властный бас создавал небольшое эхо (вот это аккустика в помещении!).
   "Что ж одним вопросом меньше, я-все еще Чаганов".
   -Умоляю вас, говорите потише,- вступил баритон.- Разрешите представиться, я- доктор Дембо, ассистент профессора Ланга, и это я звонил по оставленному вами номеру телефона. Мой пациент на самом деле приходил в себя около полчаса назад после восьми дней без сознания, что является очень хорошим знаком, потому что свидетельствует об обратимом характере, либо отсутствии повреждений мозга. Другим обнадеживающим знаком является сохранившаяся способность больного слышать, понимать речь и говорить.
   "После восьми дней... И что я до сих пор делаю в теле Чаганова? Перезагрузка должна была произойти на седьмой день. А вообще, что произошло со мной? Упал с трамвая? Нет вроде бы, помнится, бригадир в Смольном собирался вести нас с Васькой на "аварийный" участок. Это последнее отчетливое воспоминание. Оля рассказывала, что наш мозг устроен так, что на запись информации в нейроны уходит примерно двадцать минут и если в течении этого времени вмешаться в работу мозга (особые химические вещества, сильная травма, алкоголь в больших дозах, наконец), то данные будут потеряны. А тут судя по всему еще и "вотч дог таймер" не сработал и не перезагрузил сознание, но ничего, у меня всегда есть возможность ручной перезагрузки (десять точек на голове на которые надо нажать одновременно)".
   -А когда можно будет его допросить?- На сцену вышел новый голос, тембр которого я затруднился определить (может бытьпросто пискля), прерываемый приглушенными радостными возгласами хора.
   "О, да у меня тут куча поклонников".
   -Извините меня, пожалуйста, товарищ... э-э-э,- доктор Дембо задохнулся от возмущения- не понимаю ваших знаков различия...
   -Я- начальник главного управления государственной безопасности Агранов.- Голос "пискли" явно контрастировал с должностью его владельца.
   -Несмотря ни на что,- у баритона появились металлические нотки- я вынужден вам пока отказать.- Моему пациенту нужен полный покой, это- залог его выздоровления. Завтра в десять утра намечен консилиум и по его итогам мы ответим на все интересующие вас вопросы. А сейчас прошу вас покинуть палату.
   "Потихоньку приоткрываю веки и вижу верхнюю часть распахнувшейся двери, расчитанной, наверное, на гигантов трех метрового роста и слышу цоканье подковок по паркету".
   - Верочка, сегодня вечером сократим дозу морфина вдвое.- Драматический баритон вновь приобрел лирический оттенок.
   "Так я что, под кайфом"?
  
  
   Ленинград, ул. Старорусская 3,
   больница им. Свердлова,
   9 декабря 1934 г. 11:30
  
   "Тоже четыре пары глаз, также смотрят на меня. Так, да не так. Те, час назад на консилиуме, светились умом, милосердием; эти- горят волчьим огнем и нетерпением. Что-то у меня эмоциональность бьет через край. Блин, неужели еще вчерашний морфий действует? Плохо если так, в общении со старичками- профессорами это нормально, а с этими волками нельзя, не уследишь за языком- дорога на цугундер. А с другой стороны, как должен смотреть на мир сотрудник органов государственной безопасности? Ну уж точно без сострадания.
   Что ж я такое натворил, что четыре туза смотрят на меня эдак-то? Верунчик (непоседа- медсестра) и доктора сегодня утром на мои расспросы отвечали, что, мол, все расскажет следователь. Впрочем один туз, червовый, с простым открытым лицом и орденом Ленина на лацкане, смотрит на меня по иному, даже с симпатией".
   - Здравствуйте, товарищ Чаганов.- начал пиковый туз с четырьмя ромбами на краповых петлицах, который по голосу был сразу мной идентифицирован как вчерашний пискля- Агранов.- Ваш доктор дал нам сегодня только пятнадцать минут, поэтому- сразу к делу.
   "Товарищ, а не какой-нибудь гражданин. То есть, мы на одной стороне баррикад"!
   -Попытайтесь поподробнее вспомнить, что вы делали с того момента как вы вышли из кинотеатра.
   -Мы, мой друг Василий Щербаков, его сестра Люба и я, вышли на площадь Льва Толстого и....- Неспешно начал я своё повествование с небольшими остановками, покряхтываниями и постанываниями, что в общем-то правильно отражало моё неважнецкое состояние, рассчитывая завершить рассказ через пятнадцать минут на входе в Смольный. Мои слушатели уже начали откровенно скучать, когда минут через десять от начала рассказа, на моменте остановки у Таврического дворца, меня перебил третий туз, неопределенной масти (потому что был лысым), в отлично сшитом по фигуре (довольно пухлой, надо сказать) шерстяном костюме.
   - Кто- нибудь заходил в трамвай?- маленькие коричневые глазки впились в меня как два комара.
   "Хм, а ведь действительно кто-то заходил. А, тот "псих"...".
   -Да, заходил, такой малыш, почти карлик. Я думаю ростом меньше метра пятидесяти.-Начал было я и наткнулся на тяжелый неприязненный взгляд со стороны последнего (трефового) туза.
   -Это он стрелял в товарища Кирова?- выкрикнул он (басом!).
   -Товарищ Ежов!- Агранов и лысый туз аж подпрыгнули от возмущения.
   "Ежов... Нет, ну это ж надо было так обидеть будущего "железного наркома" или "кровавого карлика"- выбирай на свой вкус. Я то ладно, а вот настоящему Алексею Чаганову каково потом будет? Стоп! Как стрелял? Когда стрелял?".
   -Там с ним был еще один человек.- Стараюсь переключить внимание слушателей. Все головы мгновенно поворачиваются ко мне.- Он провожал этого (чуть не сказал Николаева), но стоял в тени и я плохо его помню. А что с товарищем Кировым?
   -С ним все в порядке, ты его спас!- Широко улыбнулся Косарев (1-й секретарь ЦК ВЛКСМ, я вспомнил его фамилию). Агранов и лысый туз с усталыми лицами синхронно откинулись на спинки стульев как бы говоря: А чего уж там,... с кем мы работаем?
   -Да, но я ничего не помню что произошло в Смольном затем,- тут мне даже притворяться не пришлось.
   -Врачи предупреждали нас, что такое возможно,- Агранов прищурился.- впрочем об этом периоде времени мы имеем много свидетельств.
   -Товарищи, прошу на выход- голос доктора Дембо был неумолим.- Больному требуется отдых.
   Ежов и Агранов быстро устремились к двери, видимо кинулись колоть Николаева. Поднялся Косарев, подошел, пожелал скорейшего выздоровления и пригласил посетить ЦК.
   -У нас на тебя большие планы.- Потянулся пожать руку, но, видимо, увидев отбитые костяшки моего кулака, передумал.
   Затем подошел туз без масти.
   -Лев Шейнин, из прокуратуры СССР.
   -Так вы тот писатель... ну, который... "записки следователя"?- неожиданно соображаю я.
   -Какие записки?- удивленно посмотрел на меня Шейнин.
   - Ну, рассказы следователя, я читал в Известиях.
   -Ах, вот вы о чем, да, это- я.- Подтвердил польщенный прокурор.- Приятно было познакомиться.
   "Видно что записки следователя появилисть позже, а ведь мне действительно требуется отдых...".
  
  
   Ленинград, ул. Старорусская 3,
   больница им. Свердлова,
   10 декабря 1934 г. 8:30
  
   Дверь в палату тяжело подалась и в образовавшуюся дверь легко, как птичка, впорхнула медсестра Вера с газетой в руках.
   -Я так и думала!- провозгласила она, подняв газету над головой, и торжествующе посмотрела на нас с Петей- вахтером, который появился в палате вчера днем после ухода начальства без объяснения причин. Просто открылась дверь и появился он в яловых сапогах, синих галифе, зеленой гимнастерке с четырьмя треугольниками на краповых петлицах, в расстегутом белом халате и со своим стулом. Причем позднее, в разговоре с ним, выяснилось, что вахтер (первой категории)- это спецзвание, а не профессия.
   -Пляши!
   "Это она мне, что ли? Забыла как вчера с Петей, поддерживая с двух сторон, водили меня по палате, а я еле переставлял ноги? Восемь дней пролежать без движения, это- не шутка".
   -Вот!- Веруня нетерпеливо развернула передо мной свежую газету "Правда", уже не настаивая на плясках.
   "На первой странице, справа вверху, рядом с выступлением Литвинова в Лиге наций, Постановление ЦИК СССР о награждении сотрудника НКВД Чаганова Алексея Сергеевича орденом Красной Звезды. И дальше... за особые заслуги в охране товарища Кирова... Председатель ЦИК СССР М.Калинин .... Секретарь -- А.Енукидзе. Но самое интересное, это- небольшая моя фотография над постановлением, как на поспорт, в форме ОГПУ с тремя треугольниками в петлицах. Вчера вечером и всю ночь (странное ощущение- спать не хотелось совсем) вспоминал жизнь Алексея начиная от кинотеатра и назад и не нашел ничего связанного с ОГПУ или формой. И, всё же, факт остается фактом, вот "моя" фотография (сходство, правда, сейчас достаточно условное- почти всю правую часть лица занимает цветущий отёк) и я в форме. Тут одно из двух: либо провалы в памяти распространяются и на время до моего пришествия, либо кто-то из власть имущих хочет использовать меня в своих, неясных мне, целях, фальсифицируя фото".
   -Ты что, не рад?- как-то даже обиженно протянула Вера.
   -Рад, конечно,- левая часть моего лица определенно стала излучать сдержанный оптимизм.- но как-то необычно получать награду за то, чего даже не помнишь.
   -Люди ж видели, да и ранение опять же...-загалдели наперебой Вера с Петей.
   - Обеспечь, раз я достоин...- философски соглашаюсь я, предвосхищая слова поэта.
   Однако наш счастливый смех был грубо прерван уже в следующее мгновение. Ежов, Агранов и молодой сотрудник НКВД (молодой, да ранний: три ромба в петлицах!) появились в дверях. (Они что не доверяют друг другу? Ходят по трое-четверо.)... Быстрый кивок Агранова головой в сторону и Петю сдувает как ветром из палаты, Веруня впадает в ступор, но тут молодой сотрудник подхватывает медсестру под руку и галантно сопровождает ее к выходу.
   -Здравствуйте, товарищ Чаганов, я вижу вы уже знаете- глава ГУГБ кивает на газету.- Разрешите от лица службы поздравить вас с наградой. Это мой помощник, Генрих Люшков.
   Мы сейчас побеседуем, а после товарищ Люшков все запишет и даст вам подписать.
   На скороговорку Агранова успеваю только машинально махнуть головой. Больно, блин!
   - Итак,- не сбавляя темпа продолжил он.- вчера вы сообщили, что в тот вечер, около четырех часов первого декабря, на остановке трамвая "Дворец Урицкого" вы видели двух людей, один из которых вошел в трамвай, а другой остался на остановке. Все правильно?
   -Правильно.- Благоразумно не двигаю головой.
   -Только, вот, ни ваш друг, Василий Щербаков, ни кондуктор трамвая этого не подтверждают.
   -Хм, дайте подумать,- начал я раздумчиво.- Васька висел на правой стороне и не мог видеть стоящих людей на остановке с левой стороны трамвая. Кондукторша сидела на своем правом боковом месте, а за тем, как трамвай тронулся, она подошла к вошедшему мужчине и продала ему билет. Я висел на левой стороне и видел их стоящими на тротуаре, правда, было уже темно.
   -Попытайтесь, все-таки вспомнить хоть какую-то деталь- рост, во что одет, худой или толстый...- как комар монотонно пищал Агранов.
   -Рост? Ну, примерно, на голову выше первого,- начал я, покосившись на Ежова (его лицо закаменело). - Ах, да, у него калоши и очки блеснули когда трамвай тронулся. Во что одет? Не запомнил, но у него был портфель. Защелка тоже сверкнула, когда заискрили контакты над крышей.
   -Галоши, портфель и очки,- зло ухмыльнулся Ежов.- ищи-свищи такого...
   -А ещё он крикнул вслед первому, что И.П., мол, на тебя надеется.- Добавил я информации к размышлению.
   -Есть какие-нибудь мысли- кто такой И.П.?- Агранов обвел взглядом присутствующих.
   -Ну так, обычно, сокращают имя и отчество. Например, Иван Петрович.- У меня, видимо, мозги работают быстрее остальных.
   -Бакаев...- Разом выдохнули все трое моих посетителей.
   -Какой Бакаев?
   -Неважно.- первый взял себя в руки Люшков.- Что еще можете вспомнить? Как он это сказал? Акцент? Заикание?
   -Заикание..., пожалуй, да. Было небольшое заикание. Он сказал: "...на-на-на тебя".- подлил я масла в огонь.
   "Хм, вчера ночью, когда я плыл по волнам памяти Алексея, то обнаружил одну сцену, которая была сильно эмоционально окрашена. Люди обычно лучше запоминают события радостные, горесные, стыдные. Так этот случай был из последней категории: мы с Васей весной в электро-вакуумной лаборатории сожгли генераторную лампу (я отвечал за вакуумный насос, а Васька за водяное охлаждение, лампа была большая, стальная- просто открыл вентиль и не проверил наличие воды), короче, сгорел катод (анод был очень массивным). Ну сгорел и сгорел, большое дело, мы ж сами его потом за пару часов и заменили, но инженер лаборатории Шатский эти два часа стоял над душой и бубнил себе под нос: Я на-на-на вас рассчитывал, я ва-ва-вам доверял, я не-не-не могу вас все время покрывать... А потом все-таки накатал докладную Бергу. Гад! Акселю-то, конечно, все равно, просто стал называть нашу учебную бригаду "погорельцами". Такого рода события запоминаются очень ярко (в высоком разрешении) и этот его образ: пальто, шляпа, синий костюм, очки, потертый портфель из крокодиловой кожи, калоши, тембр голоса и эти его слова, как-то уж очень точно легли на темный контур незнакомца на трамвайной остановке".
   Трое следователей молча, не мигая, следили за моим лицом.
   -Понимаете, мне этот неизвестный немного напоминает одного знакомого, но это может быть простое совпадение.- Начал я подкладывать соломку.
   "Неужели этот гад подбил того маленького психа на теракт?"
   -Не волнуйтесь, Алексей,- плотоядно улыбнулся Агранов как будто прочитав мои мысли.- невиновному ничто не грозит, но мы обязаны отработать все версии.
   -Этот человек похож на Шатского Николая Николаевича, инженера ЛЭТИ.
   "Я, вообще-то, не злой, просто память у Лёхи хорошая"...
   Вошедший доктор Дембо успел только удивленным взглядом проводить спины высокопоставленных посетителей.
  
  
   Глава 4.
   Москва, Кунцево, Ближняя дача Сталина
   12 декабря 1934 г. 18:30
   Киров.
   -Коба, я душой прикипел к Ленинграду, узнал людей- люди узнали меня. Новому человеку год надо входить в курс дела.- Пытаюсь краем глаза увидеть по лицу Сталина его реакцию на мои слова.
   Мы не спеша идем по дорожке дачи, поскрипывает под ногами утоптанный снег, подсвеченный через каждые двадцать метров низкими (высотой около полуметра) электрическими светильниками, свет от которых падает вниз. Не холодно, безветренно, градусов пятнадцать мороза, но Сталин тепло одет: на нем потертый заячий полушубок, лисьи шапка и унты.
   'Нездоровится ему, похоже, но виду не показывает'.
   -К тому же покушение это, будь оно неладно,- клуб пара вырывается у меня изо рта, как у паровоза.- новый человек может, по незнанию, наломать дров. И, в конце концев, скажут, что я испугался и побежал спасать свою шкуру в Москву.
   Проходим молча мимо рядка недавно посаженных елочек и поворачиваем обратно. Смотрю на небо- сколько звезд. Со станции доносится стук колес поезда.
   -Ежов пишет из Ленинграда,- Сталин повернул к дому.- что Медведь проспал троцкистско- зиновьевский заговор. Арестован зиновьевец, некто Шатский, исключенный из партии в двадцать седьмом, ранее, после окончания института, работавший инструктором в Выборгском райкоме партии вместе с Николаевым. После исключения сначала работал у Бакаева помощником в Леноблисполкоме, а после отъезда того в Москву, в электротехническом институте.
   'Киваю головой. Помню Бакаева, тот еще в Ленинградском СНХ работал'.
   -Шатский ни в чем не признается, но его видели за полчаса до покушения вместе с Николаевым.- Заходим в просторную прихожую дачи.- А летом Бакаев посещал ЛЭТИ во время своей командировки в Ленинград.
   Из комнат еще не до конца выветрился запах краски. Нас встречает охранник, пытается подхватить полушубок, но Сталин машет рукой, мол сам.
   -Что у нас, Афанасий, сегодня на обед?
   -Так это,- охранник морщит лоб.- Щи и гречневая каша с мясом из щей.
   -Неси.- делает широкий жест, приглашая меня в дверь налево в малую столовую.
   -Пишет, что число осведомителей в Ленинграде сравнимо с их числом в каком-нибудь уездном городке. Органы в Ленинграде не знают настроений людей, не владеют ситуацией.- В дверях появляются два охранника с супницей и кастрюлей и ставят все на приставной столик.
   -Тебе налить чего-нибудь?
   У стоящего рядом Афанасия дергается рука и пустая тарелка летит на пол.
   -Нам еще с ребятами работать, а гостю с дороги можно.- Прячет улыбку Сталин.
   Отрицательно машу головой, а охранники с пылающими ушами спешат удалиться.
   'Наверняка знает про наши с Медведем и Борисовым поездки на охоту'.
   Не спеша оканчиваем обед и переходим в кабинет через просторную гостинную.
   -Сегодня также получил письмо от Алеши Сванидзе из Германии (брат первой жены Сталина Екатерины, умершей в 1907 году. Работал торговым представителем в Германии).- пыхнул трубкой Сталин.- Он пишет, что Енукидзе и Петерсон готовят заговор в Кремле, что троцкисты и зиновьевцы готовы оказать им поддержку.
   'Вот это да'!
   -Так что, в Кремле тебе храбрости понадобится не меньше.- Сизый дым заклубился по кабинету.
   -А насколько можно доверять этому...?- потянуся и я к пачке 'Беломора'.
   Сталин встал и начал кружить по комнате.
   -Не знаю. Алеша, безусловно, честный и добрый человек. Но также и наивный, его легко обмануть. В любом случае это дело надо расследовать.- Сталин начал заметно волноваться.- Ты понимаешь теперь, как мне важно иметь здесь, в Москве, людей кому я могу доверять. Авель откровенно саботирует работу по новой Конституции- за полгода ничего не сделал. Ты же- журналист, ты сможешь. Без нового избирательного закона нам смерть. Альтернативные, всеобщие и тайные выборы, с возможностью выдвижения независимых кандидатов, будут инструментом отбора во власть лучших людей. Мелкобуржуазная волна накрыла партию, сейчас идет отрицательный отбор и чистками в партии эту проблему не решить, приходят еще худшие. Лазарь не справляется с Москвой, надо найти ему что-нибудь попроще. Москва, план ее реконструкции, тоже будет на тебе. За Ждановым будет Ленинград и два дня в неделю работа здесь, в секретариате ЦК. Ничего, молодой, поездит.
   -Не беспокойся, Коба, справимся. И не из таких ситуаций выбирались. Согласен я.- Говорю улыбаясь.
   'А на душе кошки скребут. Очень уж эта информация на правду похожа. Когда страна в опасности никто к власти не рвется- пусть Сталин работает, воюет, думает где получить кредиты, чтобы построить заводы, чем кормить строителей и рабочих и обо многом еще другом. А как стало видно, что заводы работают, колхозы дают хлеб, армия крепнет; появляются 'заслуженные' товарищи с дооктябрьским стажем из щелей, где они просидели эти годы. Сталин сделал не то, Сталин сделал не так. По мне так, жёстче с ними надо, сколько раз уж их прощали, возвращали из ссылок, восстанавливали в партии. Сейчас власть Сталина держится на одном- двух голосах в Политбюро. Если что-то произойдет с кем-нибудь из нашей шестерки, а кто- нибудь из оставшихся переметнется, то всё. С новым курсом будет покончено раз и навсегда'.
   'Вроде немного успокоился, садится за стол, перед ним высокая стопка документов. Я открываю свой портфель- у меня не меньше'...

   Ленинград, Матисов остров,
   2-ая психитрическая больница.
   31 декабря 1934 г. 11:30

   'Стоим у регистратуры в классической позе просителей. Ноги полусогнуты в каленях, локти прижаты к туловищу, голова вжата в плечи, подбородок задран наверх. Стараемся поймать взгляд безымянной столоначальницы, которая задумчиво перелистывает журнал посещений.
   -Люба Щербакова, седьмая палата.- Голос Василия дрогнул.
   -Часы для посещений с трех до пяти. Сейчас у них прогулка.- Строго объявляет юная чиновница в белом халате, впрочем с интересом скашивая глаз на меня.

   'Сегодня утром меня, наконец-то, выписали из больницы. Надел, принесенное Васей, пальто, обнялся с Веруней, пожал руку Пете, поблагодарил доктора Дембо и попал в объятия 'погорельцев'. В процессе братаний, телячих восторгов и попыток всех перекричать всех, выяснилось, что бригада успешно закончила курс (я, кстати, тоже, так как обучение- коллективное) и все студенты уже получили направление на практику, а, по сути, на работу. По итогам этой практики, по заключению ее руководителей на местах, будут выданы или не выданы дипломы, которые институт вышлет на место работы. Насчет меня еще ничего не решено, а вот Вася идет на электровакуумный завод 'Светлана'. Хлопаю его по плечу, поздравляю, но вижу, что он не весел'.
   -Что случилось?- ловлю его за рукав.
   -Люба заболела. В тот день, она пошла на другой сеанс и там ей стало плохо.- всхлипнул друг.- сейчас лежит во второй больнице.
   Бригадники притихли.
   -Так,- решаю я.- Встречаемся в общаге, а мы с Васей- в больницу.
   Всю дорогу до Матисова острова промолчали, перепрыгивая с трамвая на трамвай...

   -В другое время посещения строго запрещены.- два карих глаза смотрят на меня в упор, как бы говоря- давай не молчи!
   -Милая девушка!- осторожно начал я, хотя судя по вспыхнувшим огонькам в ее глазах, обвинять в домогательстве она меня не будет.
   -Вы же знаете как благотворно влияет посещение родных на течение болезни пациентов,- добавил бархатистости своему голосу, слово 'родных' также было оценено.- Мы тихо посидим рядом на лавочке, ну пожалуйста.
   -Ну, хорошо, в виде исключения,- быстро соглашается милая девушка.- Давайте ваши документы, меня, кстати, Катей зовут.
   Быстро берет протянутый мной комсомольский билет, не удостоив вниманием васин, уже лежавший перед ней.
   -Ой, так вы тот самый Чаганов!-подскакивает с места Катя.
   'Люди читают газеты...

Оценка: 7.33*32  Ваша оценка:

РЕКЛАМА: популярное на Lit-Era.com  
  Л.Каминская "Не принц, но сойдёшь " (Юмористическое фэнтези) | | А.Эванс "Право обреченной 2. Подари жизнь" (Любовное фэнтези) | | А.Рай "Мишка для ведьмы, или Месть - не искупление" (Романтическая проза) | | И.Коняева "Павлова для Его Величества" (Попаданцы в другие миры) | | В.Свободина "Вынужденная помощница для тирана" (Современный любовный роман) | | У.Гринь "Чумовая попаданка в невесту" (Попаданцы в другие миры) | | И.Шикова "Милашка для грубияна" (Современный любовный роман) | | Б.Толорайя "Найти королеву" (ЛитРПГ) | | А.Емельянов "Мир Карика 3. Доспехи бога" (ЛитРПГ) | | В.Мельникова "Избранная Иштар" (Любовное фэнтези) | |
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Атрион. Влюблен и опасен" Е.Шепельский "Пропаданец" Е.Сафонова "Риджийский гамбит. Интегрировать свет" В.Карелова "Академия Истины" С.Бакшеев "Композитор" А.Медведева "Как не везет попаданкам!" Н.Сапункова "Невеста без места" И.Котова "Королевская кровь. Медвежье солнце"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"