Круковский Валерий Владимирович: другие произведения.

Часть 5 У последней черты Глава 7

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Творчество как воздух: VK, Telegram
 Ваша оценка:

  Часть 5 Глава 7
  
   Начавшийся после полудня дождь продолжался почти двое суток, не останавливаясь ни днём, ни ночью. Льющаяся с неба холодная вода вымыла с улиц Ансиса всю пролитую кровь, заодно почти избавив город от тошнотворного запаха разлагающейся плоти ( Локлир содрогнулся, представив себе, что творилось бы в столице, оставайся все эти сотни мёртвых тел под палящими лучами Афрая). Чтобы дать возможность горожанам найти своих родственников, на ночном совещании было решено собрать всех погибших жителей там, где их было больше всего - на Храмовой площади и Драгунской улице. Специальным командам стражников поручили обойти восточную окраину Ансиса, близлежащие улицы и Старый город, собирая на повозки всё ещё живых своих и чужих бойцов. С павшими солдатами решили разбираться в последнюю очередь, к тому же хоронить их собирались в разных местах. Тогда же Локдир заявил, что погребение горожан и бойцов будет оплачено из казны герцогства, а последним пристанищем генерала фос Фларостира станет гробница в главном храме Ансиса и всего Тивара.
  
   Всё это, однако, было уже потом, когда не суливший ничего хорошего день наконец-то закончился, и насквозь промокший Локлир спустился с башни своего замка, сумев напоследок увидеть сквозь пелену дождя атаку Свитгонского полка, буквально втоптавшего в грязь остатки последнего тангесокского эскадрона. Ещё не успев переодеться, герцог узнал, чем закончилось сражение в северной части города. Опытные наёмники Стиванла, Ланделел и уланы в зелёных мундирах, четверть из которых были вооружены пиками, быстро рассеяли наскоро обученных тиварских драгун и без особых потерь прорвали строй столь же неопытных пехотинцев. Всё изменилось, когда вражеская конница втянулась в узкие улицы Старого города, многие из которых были сплошь застроены двухэтажными каменными домами - любимыми жилищами пекотов из клана Ультор.
  
   Незваных гостей встретили десятки арбалетов, луков и гальдотов, метавших металлические диски с острыми краями (это старинное оружие использовали только упорные сидарис, ведь умение направить в цель летящий по дуге диск достигалось месяцами тренировок). Попавшие под обстрел уланы отбивались как могли, файерболы Ланделела и его учеников крушили крыши и стены, а много чего повидавшие уритофорцы без раздумий вламывались в дома, убивая там всех, кто попадался им на глаза. Исход этой беспорядочной схватки было невозможно предугадать, но когда в бой вступили пришедшие в себя пехотинцы, Стиванл понял, что пора уносить ноги. Опытные бойцы смогли пробиться к Северным воротам, но там они лоб в лоб столкнулись со спешившим в Ансис отрядом капитана Дусмили. Ругаясь на трёх языках, фос Враймут сходу ударил сотнями ледяных стрел, скосившими большую часть появившихся перед ними врагов. Вспыхнувшая заревом защита Ланделела выдержала первую магическую атаку, но пущенная Каскалем огненная волна оставила после себя только дымящиеся трупы.
  
   Напряжение не сразу отпустило герцога, поэтому во время ночного совещания он ещё не замечал ни мокрой одежды, ни синеющих от холода пальцев. Разобравшись с ранеными и мёртвыми, Локлир приказал собрать рассыпанный перед баррикадами тальдос, ничуть не сомневаясь, что столичных бандитов очень заинтересует этот магический порошок, и только тогда почувствовал лёгкий озноб. Прикинув, что городским целителям сейчас хватает работы и без его персоны, герцог счёл разумным ещё раз переодеться.
  
   Переступив порог своей спальни, Локлир по привычке бросил взгляд на портрет Бескиель и уже не смог отвести глаза в сторону. В лице матери явно произошли какие-то изменения, но как он ни всматривался в картину, так и не смог понять, что именно привлекло его внимание. Забыв про мокрую одежду, герцог продолжал стоять перед портретом, вновь и вновь разглядывая столь знакомые ему черты. В какой-то момент ему показалось, что за нарисованными на холсте глазами открылся какой-то новый мир, и из этих неведомых далей на него изливается тепло и величественное спокойствие высших сил, поддержавших его в трудный час. Но даже если всё это просто привиделось уставшему Локлиру, он всё равно знал, кому обязан благосклонностью владыки этого мира. Опустившись на одно колено перед портретом, герцог молча склонил голову, застыв в немой благодарности самой близкой ему женщине, продолжавшей заботиться о нём даже после своего ухода.
  
   Царившую в покоях тишину нарушил тихий звон, означавший, что за дверью стоит офицер или сановник со срочным сообщением. Выдохнув воздух, Локлир встал и жестом разрешил Ярдеро открыть дверь. Узнав, что в замок прибыл долгожданный гонец от генерала рит Бараса, герцог кивком головы отпустил капитана и начал расстёгивать свой тяжёлый от впитавшейся влаги мундир.
  
   Донесение командующего Центральной армией разрешило главную загадку вчерашнего дня: куда, собственно, делся почти двухтысячный коренжарский отряд? Утреннее сообщение о том, что магическое искусство магистра Шосфая не позволило Орде пересечь Ортильский мост, не объясняло, почему коренжарцы не воспользовались переправой у Тлусанской излучины. Весь день герцог и его офицеры с тревогой смотрели на восток, надеясь только на мужество команды Мафдата рит Лайфиса и единственный свиток Кибари-Кан. И вот теперь всё встало на свои места. Узнав о том, что вражеская конница обошла его армию, рит Бараса немедленно отправил к Ортильскому мосту все свои кавалерийские части, надеясь тем самым помочь магам Викрамара, которые, без сомнения, будут защищать переправу до последней возможности. Не всё сложилось так, как рассчитывал старый генерал, но отчаянный бросок его конницы сыграл свою роль: до Арбура оставалось меньше центуды, когда они встретились с несущимися во весь опор коренжарцами. Бойцов рит Бараса было в два раза меньше, но их противники напоминали скорее стадо испуганных коз, чем отряд отчаянных головорезов. Не оказавшие организованного сопротивления коренжарцы были рассеяны, оставив на земле сотни тел в ярких одеждах, после чего переправляться на правый берег Арбура стало просто некому.
  
   Когда стало ясно, что ни сегодня, ни в ближайшие дни новой атаки на Ансис не предвидится, обстановка в зале стала более спокойной. Почувствовавшие облегчение генералы и сановники стали переговариваться между собой, после слов канцлера на мрачном лице адмирала рит Шаринквера появилось некое подобие улыбки, а генерал рит Нейстулат первый раз за ночь поправил свои пышные усы. Локлиру самому очень хотелось услышать что-нибудь весёлое, сдобрив удачную шутку бокалом хорошего вина, но до конца войны было ещё далеко, поэтому спустя какое-то время он напомнил присутствующим о вопросах, требующих незамедлительного решения. Прежде всего надо было определить, что делать с понесшими большие потери добровольческими ротами и эскадронами. Так как входившие в них пехотинцы и драгуны уже получили какой-никакой боевой опыт, их можно было либо направить на пополнение поредевших частей Центральной и Западной армий, либо после переформирования оставить в Ансисе, то есть в составе Первой армии.
  
   Однако при всей своей важности этот вопрос был лишь частью проблем армии Тивара, которой явно не хватало солдат, лошадей и главное - подготовленных и сплочённых частей. И это притом, что от Тангесока и Коренжара не было ни малейших намёков на готовность к переговорам, а банды Непшита вместе с анерами клана Берто, спустившимися ради наживы с Ретугульских гор, продолжали терзать восточное побережье полуострова. Если же к этому прибавить явный сговор Тильодана с танкисами, десятки кораблей его флота и незаконное присутствие небрисских солдат в Ферире, отбитая атака выглядела всего лишь небольшой передышкой.
  
   Локлир не стал щадить чьего-либо самолюбия, прямо заявив, что он ждёт не патриотических пафосных заявлений, а конкретных предложений о наращивании боевых возможностей герцогства. Да, за счёт беженцев и горожан Тивар смог сформировать несколько полков в той или иной степени боеспособной пехоты, однако без необходимого количества хороших лошадей невозможно было не то что создать новые кавалерийские части, но даже пополнить уже существующие. В этой ситуации оставалось уповать на пехоту и боевых магов, которые по приказу Локлира получили право использовать любые магические формулы Викрамара.
  
   Но существовали и другие проблемы, которые могли стать реальными препятствиями на пути укрепления армии Тивара. Локлир не только хорошо их знал, но и потратил немало времени, обдумывая все возможные способы их решения. Кое-какие ответы он нашёл в старых книгах и свитках, другие стали плодом долгих бесед со знающими людьми и пекотами. Составив своё мнение, герцог тем не менее не спешил его высказывать, ведь ему было интересно узнать, что думает по этому поводу военная и государственная элита страны. И пауза после его последних слов не оказалась излишне долгой.
  
   - Ваше высочество, тысячи новых людей в мундирах не станут армией, если у них не будет опытных командиров. Не так давно мы уже обсуждали эту проблему, решение было найдено, но оно породило некие нежелательные разговоры, - генерал рит Мускашир, ведающий подготовкой армейских резервов, тщательно подбирал слова, ведь тема была весьма чувствительной для дворян, к тому же после сорока двух лет службы ему не сразу удавалось подбирать достаточно приличные для герцогского замка слова. - Ваше высочество, у нас до... ну, много офицеров, которые считают, что их золотые нашивки не для быдла. И хрен с этим что поделаешь...
  
  - Господин барон, ваш род известен своими заслугами перед Тиваром, но позвольте задать вам вопрос: кем был ваш отец, досточтимый Апокас рит Мускашир, перед получением своего первого офицерского звания?
  
  - Это, ваше высочество, каждой собаке известно. Папаша дослужился до сержанта, а когда он не помер после рубки на Илугине, ваш дед дал ему золотые нашивки.
  
  - Благодарю вас, господин генерал. Особо хочу сказать, что я, клянусь Альфиром, никогда не посмел бы умалить заслуги вашего отца - героя Второй весенней войны. А теперь, господа, ответьте мне: сколько за этим столом потомков имперских дворян? Половина?
  
  - Ваше высочество, я без раздумий готов выполнить волю правителя, но, боюсь, не все дворяне герцогства будут готовы с вами согласиться, - мгновение поколебавшись, генерал рит Нейстулат счёл необходимым уточнить: - Они, конечно же, исполнят приказ, не останутся при своём мнении.
  
  - И раз за разом будут обсуждать это в своей компании, куда они не примут вчерашних сержантов?
  
  - Именно так, ваше высочество. Пройдут годы, прежде чем всё это как-то сгладится.
  
  - Годы... А воевать надо будет уже завтра. Что же, господа, благодарю вас за откровенность. А теперь я, как правящий герцог Тивара, приму сворё решение, - обведя взглядом насторожённые лица генералов и сановников, Локлир высказал давно выношенную им идею. - С сегодняшнего дня в армии Тивара вводится новое звание - алтасар, который будет иметь права и полномочия лейтенанта, но без получения именной дворянской грамоты. Знаками отличия алтасара будут нашивки той же формы и размера, что у лейтенанта, но не золотые, а серебряные. Готов выслушать предложения господ генералов по присвоению новых званий алтасаров сегодня вечером.
  
  - Ваше высочество, позвольте уточнить. Следует ли относить ваше распоряжение к сержантам, получившим офицерские нашивки за последние недели?
  
  - Ну уж нет, господин генерал! Извольте выполнить моё распоряжение полностью, в том числе и в отношении дворянского статуса! Это касается и погибших. Они кровью заплатили за свои звания. И похоронены они должны быть в соответствии с уставами!
  
  - Да, ваше высочество, воля короны будет исполнена, - рит Нейстулат, служивший фос Контанденам не один десяток лет, сразу узнал этот блеск в глазах, требующий беспрекословного подчинения. - Их семьи также получат соответствующие выплаты.
  
  - Граф, очень хорошо, что вы это вспомнили, хотя я сомневаюсь, что у многих из них найдутся семьи. Да, и ещё! Надеюсь, всем понятно, что жалование и похороны алтасаров должны ничем не отличаться от лейтенантских?
  
  - Ваше высочество, если я не ошибаюсь, подобное звание было во времена становления империи. Кажется, этих почти офицеров называли номоканами. На досамском языке это вроде как "ведущий людей". Почти то же самое, что алтасар на старотиварском. Короли Досама, тогда ещё короли, умели ценить храбрость. Случалось, что служившие им люди получали нашивки номоканов раньше, чем снимали ошейник раба.
  
  - Граф, я восхищён вашими познаниями! - Локлир высоко ценил главного дипломата Тивара фос Теонесте и был очень доволен тем, насколько искусно он поддержал решение герцога (дворяне, конечно, не любили делиться властью, но им, несомненно, польстила бы некая связь с традициями легендарной империи). - Я тоже хотел назвать наших новых командиров номоканами, но, боюсь, это могло бы насторожить многие страны Бонтоса.
  
  - Ваше высочество, это было мудрое решение, - почтительно склонив голову, фос Теонесте еле заметно улыбнулся одними губами. - Из-за этой войны все такие нервные...
  
   Локлир был удивлён тем, что генералы с пониманием отнеслись к появлению алтасаров, однако это было только частью его плана по реформированию армии. Существовало, например, неписанное правило, согласно которому в случае отсутствия ротного или эскадронного капитана его замещал командир первого взвода, который даже в мирное время имел немало дополнительных обязанностей. Герцог считал, что для этих офицеров следовало бы ввести звание первого лейтенанта, при этом вместо обычных взводных сержантов им в качестве помощников следовало бы назначить хотя бы одного-двух алтасаров. Не менее важной представлялась ему возможность поощрения наиболее опытных солдат путём присвоения им новых для Тивара званий - фертелей и мастер-фертелей.
  
   Не сомневаясь в обоснованности своих планов, Локлир тем не менее опасался затевать все эти преобразования во время войны, к тому же он хорошо знал, насколько военные всех рангов держались за свои традиции. Острая необходимость заставила его генералов принять решение о появлении алтасаров, и на сегодня этого было вполне достаточно, тем более, что были вопросы ми поважнее.
  
  - Господа, не мне вам объяснять, что война любит деньги не хуже портовых шлюх. Свою цену имеют каждый меч, лук, копьё или синтагма. Солдат к тому же надо одевать, кормить и хотя бы иногда радовать их медными и серебряными монетами. В казне Тивара ещё достаточно золота, но пополняющий её поток оскудел. Беженцы не работают, нет торговли, нет налогов и пошлин. А деньги нужны уже сегодня. Господа, я готов выслушать ваши предложения.
  
  - Ваше высочество, вы совершенно точно назвали причины, в силу которых казна Тивара начинает испытывать недостаток средств, необходимых для покрытия военных расходов, - управляющий финансовым ведомством фос Лафонту был как всегда очень аккуратен в выборе слов, стараясь не допускать даже намёка на возможность какой-либо неоднозначности. - В отношении источников наполнения казны считаю своим долгом отметить, что особые обстоятельства требуют особых мер, принятие которых в обычных условиях зачастую считается нецелесообразным.
  
   Герцогу далеко не каждую неделю приходилось встречаться с фос Лафонту, ведь большинство внутренних вопросов обычно обсуждались с канцлером, хорошо знающим все стороны экономики и политики Тивара. Тем не менее Локлир уже имел возможность оценить достоинства главного казначея, в том числе его исполнительность и педантичность во всём, что касается государственной казны. Но у этих достоинств была и оборотная сторона - этот худощавый старик с орлиным профилем был не только упрям, но и всячески противился любым изменениям раз и навсегда заведённого порядка. Именно поэтому Локлир не сомневался ни в том, что последует за словами об "особых мерах", ни в том, что эти предложения его не устроят. Рит Корвенци советовал ему просто огласить своё решение, тем более что фос Лафонту было необязательно присутствовать на военном совете, а сам он испытывал сильное потрясение после того, как вчера утром взбесившийся любимец семьи атоти Бонс выцарапал глаз супруге графа Тишинте.
  
   Герцог недооценил выдержку фос Лафонту, ничуть не уступающую его упрямству и работоспособности, благодаря которым хромой от рождения четвёртый сын провинциального дворянина смог достичь своей высокой должности. Застывшее лицо графа лучше всяких слов говорило о его состоянии, но он удивил Локлира ещё больше, продолжив излагать свои соображения.
  
  - Ваше высочество, к числу обычных мер относится повышение налогов, получение кредитов, а при определённых обстоятельства и конфискация. Повысить налоги, конечно, можно, но в разорённой стране, большую часть которой Ансис не контролирует, собрать сколь-нибудь существенные суммы без излишнего озлобления населения не представляется возможным. В связи с тем, что большинство значимых банков и торговых домов так или иначе находятся в руках клана талмади, дальнейшее расширение финансовых обязательств перед ними следует расценивать как потенциальную угрозу долгосрочным государственным интересам. Столь же неприемлемой в настоящее время является какая-либо конфискация имущества или денежных средств.
  
  - Господин граф, всё это...
  
  - Ваше высочество, я готов принести любые извинения, если вы сочтёте мои слова в какой-то степени недопустимыми или оскорбительными, но я обязан довести до вашего сведения свои предложения.
  
  - Хорошо, граф, можете продолжать.
  
  - Благодаря вас, ваше высочество. Как главный распорядитель казны, я возьму на себя смелость утверждать, что Тивар является достаточно богатым и благополучным государством. По крайней мере, был таковым до начала этой проклятой войны. То же самое можно сказать и о многих жителях Тивара и Ансиса в первую очередь. А после всего того, что им довелось увидеть на улицах... - голос фос Лафонту дрогнул, но через мгновение он продолжил говорить, - ...и в своих домах, тиварцы знают, чем для них может обернуться поражение. Ваше высочество, вы можете предоставить состоятельным горожанам выбор: потерять всё или помочь своему герцогу победить.
  
  - Граф, к чему вы клоните? Я хотел бы узнать это прямо сейчас.
  
  - Ваше высочество, я предлагаю подготовить кредитные грамоты на различные суммы, которые казначейство будет продавать состоятельным жителям Тивара.
  
  - И что они получат взамен?
  
  - Надежду, ваше высочество. Надежду на то, что смогут сохранить свои головы и кишки, а их жён и дочерей не будут насиловать коренжарцы и убивать харварлы. Ваше высочество, такая надежда стоит дорого.
  
  - Господин фос Лафонту, всё это, конечно, правильно, но за надеждой люди обычно идут в храм, а не в казначейство. - Локлир уже начинал чувствовать раздражение из-за того, что этот упрямый и словоохотливый старик так и не сформулировал суть своего предложения. - Граф, хотелось бы всё-таки понять, чем ваши грамоты будут отличаться от нового налога на богатых горожан? И почему, собственно, вы называете их кредитными?
  
  - Ваше высочество, люди слабы, и жадность иногда бывает слабее страха. Но мы можем сделать жадность нашим союзником. Если корона гарантирует возврат вложенных средств и каждый год будет выплачивать какой-то процент от стоимости кредитной грамоты, это сможет убедить самых жадных, глупых и недоверчивых.
  
   Локлир был поражён услышанным, причём изрядную роль тут сыграло острое чувство досады - как он сам мог не додуматься до этого? Ему стало ещё обидней, когда в услужливой, но не слишком расторопной памяти тут же начали всплывать воспоминания о чём-то подобном в истории империи и трудах по экономике и финансам. Получив ощутимый щелчок по самолюбию, живой мозг молодого герцога заработал с удвоенной скоростью, и через пару мгновений его внутреннему взору уже открылись все детали и последствия появления кредитных грамот.
  
  - И если мы сделаем процентную ставку немного выше, чем в банках талмади, Тивар сможет послать этих самодовольных наглецов куда подальше, - представив себе надутые лица пекотов в шитой золотом парче, Локлир не стал сдерживать довольную ухмылку. - Граф, а ведь ваши грамоты со временем сами могут стать неким подобием денег, их начнут покупать и даже платить ими налоги.
  
  - Совершенно верно, ваше высочество. Одно время империя широко использовала свои денежные обязательства, пока их реальная стоимость не упала недопустимо низко. Император Босеврут разрешил выпускать эти бумаги своим наместникам, но они не заботились о своевременной выплате процентов и последующем возврате их полной стоимости.
  
  - Ну уж нет, этого я никогда не допущу! Господин фос Лафонту! При всё уважении к вам, на этих кредитных грамотах первой будет стоять моя подпись! Если потребуется, я заложу фамильные драгоценности, но все платежи будут исполнены вовремя.
  
  - Ваше высочество, следует ли понимать вашим слова таким образом, что на этих бумагах будет две подписи?
  - Разумеется, господин граф! Что за финансовый документ без подписи главного казначея? Мало того, я предлагаю сразу же начать называть эти кредитные грамоты лафонтами. Думаю, нам не стоит ждать, пока горожане придумают им какое-то своё прозвище. Тем более если оно окажется не слишком приличным... Лафонты - это коротко и понятно, к тому же мы всегда будем помнить, кому Тивар обязан их появлению.
  
  - Ваше высочество, я не думаю, что достоин подобной чести. Я только выполнял свой долг управляющего финансами короны.
  
  - И выполняли вы его прекрасно. К тому же я, как правящий герцог Тивара, сам буду решать, кто чего достоин. Да, граф, у меня есть ещё один вопрос. Какую цену вы собираетесь установить для своих грамот или уже - лафонтов?
  
  - Ваше высочество, я полагал начать с десяти золотых. Потом двадцать, пятьдесят и так далее до тысячи золотых.
  
  - Граф, я бы не стал ограничивать готовность жителей внести свой вклад в победу. Давайте начнём с одного золотого, а ещё лучше с пяти серебряных монет. Это будет вполне по карману обычному ремесленнику, а мы сможем накормить нескольких солдат.
  
  - Будет исполнено, ваше высочество.
  
  - Хорошо. Граф, я жду вас завтра с первыми рисунками лафонтов. Не гонитесь за красотой, всё должно быть просто и лаконично. И не забудьте место для большой герцогской печати. Так, господа, если не случится чего-нибудь из ряда вон выходящего, мы встретимся завтра около полудня.
  
   Локлир остался стоять во главе стола, с интересом наблюдая как генералы и сановники поздравляют фос Лафонту с толковым и очень своевременным предложением. Последним к нему подошёл улыбающийся фос Варадан. Канцлер молча пожал ему руку, потом отступил назад и склонил свою седую голову перед пытавшимся остановить его казначеем. За все проведённые в замке годы молодой герцог видел подобное выражение чувств со стороны обычно сдержанного фос Варадана всего несколько раз, и это лучше всяких слов говорило о значимости так неожиданно прозвучавшего предложения. Проводив их взглядом, Локлир вновь подивился, насколько он ошибался в фос Лафонту, считая его не более чем аккуратным, опытным и честным исполнителем.
  
 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"