# Ассасин 3 (Часть 2. Глава 3)

Дмитрий Сергеевич Кружевский

## Глава 3.


Мощные гранитные блоки темно-серого цвета, подогнанные так, что в щели между ними не прополз бы и муравей, они едва видны и то только из-за того, что применяемый для скрепления раствор был белоснежного цвета. К тому же все отполировано чуть ли не до зеркального блеска, довершают все арочные своды с неуместно смотрящейся здесь причудливой лепниной.

- Ну как тебе?

Я поворачиваюсь к стоящему за моей спиной Райзену и пожимаю плечами.

- Красиво, но прочно ли? Все эти арки, резные колонны, лепнина....

- Мастер Далар обещал, что тысячу лет простоит, а ему я верю, как самому себе.

В моей голове сразу возникает образ вечно юморящего коренастого гнома в грязной робе, и я лишь молча согласно киваю. В строительстве Далар не просто авторитет, а практически легенда и если он дал свое веское слово, то скорей всего так оно и будет.

- А еще я вспомнил одну сказку твоего мира, что ты мне как-то рассказывал, помнишь, как там открывалась тайная дверь.

Я непонимающе смотрю на архимага, а от уголков его глаз стремительно разбегаются смешливые морщинки. Он театрально вскидывает руку с зажатым в ней посохом.

- Меллон.

Я провожу пальцами по камню, ощущая шероховатость веков. Нет, Далар не соврал - стены так же прочны и монолитны, как и много веков назад, а пролетевшие над ними годы выдаёт лишь толстый слой пыли под ногами, кой-где отвалившаяся лепнина, да погасшие светильники, чьи прогнившие останки торчат то тут, то там угрожая нас своими проржавелыми клыками.

- И куда дальше?

Я оборачиваюсь. Гая стоит на развилке, а вокруг нее словно спутники вокруг планеты, вращается сразу несколько светящихся шариков. Некоторые из них порой срываются со своих причудливых орбит, уносясь в темноту, дабы осветить нам дальнейшую дорогу.

- Направо, - автоматически бросаю я, практически не задумываясь. Оказывается, память до сих пор цепко держит в своих объятиях все изгибы этого тайного тоннеля, некогда связавшего личную лабораторию Райзена с подземным городом гномов и одновременно являющимся отходным путем на случай падения крепости, что вел к сокрытой двери на склоне Скалистых гор.

Молча идем дальше. Свет путеводных шаров то и дело выхватывает из темноты кой-где отвалившуюся облицовку, какой-то полусгнивший мусор, а под подошвами ботинок то и дело похрустывает каменная крошка. Все же прошедшие века дали о себе знать и в паре мест массивные потолочные плиты уже избороздили паутины довольно глубоких щелей, откуда вниз то и дело сыплются мелкие осколки вперемешку с землей, собираясь на полу в уже довольно большие кучи. Пройдет еще какое-то время и все это рухнет, погребя под толщей гор сокрытые здесь тайны.

Поворот, еще поворот, дверь. Я жестом прошу Гаю отойти в сторонку. Нет, никаких магических заклинаний - обычный гномий замок, правда, с небольшими хитростями; малозаметная плитка хоть и с трудом, но вдавливается в стену, еще одна меняется с ней местами, затем поворот ее на сто восемьдесят градусов. Ничего. Я озадаченно делаю шаг назад.

- Что-то не так? - Флойрина подходит ближе и с интересом разглядывает тяжелую кованую дверь, украшенную замысловатой резьбой.

- Не знаю. Замок не срабатывает, может Райзен что-нибудь изменил после моего ухода.

Чародейка подошла ближе и, проведя рукой над поверхностью двери, обернулась.

- Я не чувствую тут никакой магии.

- А тут ее и не должно быть замок-то обычный механический, возможно что-то заклинило. Черт, придется резать.

Я потянулся за катаной, однако чародейка меня остановила.

- Подождите, господин Лекс, пропустите, можно я попробую.

Я молча пожал плечами, сделал несколько шагов назад, оперся спиной о стену и, сложив руки на груди, глазами указал на дверь, мол, "прошу, мадам волшебница, она вся ваша".

Зейнара подошла к двери, на ходу потирая руки, на миг замерла, что-то бормоча себе под нос, затем с силой впечатала ладони в ее поверхность. Глухой удар, густой, спертый воздух подземелья колыхнулся, словно от дуновения невидимого ветра, а изо всех щелей "прыснули" облака пыли вперемешку с каменной крошкой, заставив меня, мысленно матерясь, отскочить от стены, спешно прикрыв лицо рукавом куртки. На какое-то мгновение мне показалось, что своды тоннеля пошли волнами и готовы рухнуть на наши головы, но в следующий миг все успокоилось.

- Зйнара, какого хрена..., - выдохнул я, отплевываясь от заскрипевшего на зубах песка, но сразу же замолчал, так как со стороны двери раздался протяжный скрип.

Невидимые шестерни, видимо приведенные в чувство неожиданной встряской, с диким скрежетом и почти животным стоном принялись отрабатывать возложенные на них функции, поворачивая массивную плиту двери на своих петлях. Черт, а ведь когда-то ее можно было открыть одним легким толчком, даже не думал, что тут какой-то механизм.

Темнота по другую сторону. Гаины шарики тут же рванулись в открытый проход, освещая своим призрачным светом еще один короткий коридор, заканчивающийся на этот раз обычной кованой дверью, чья некогда украшенная причудливыми узорами поверхность потемнела от времени, пыли и ржи.

"Звуковой удар. Судя по тому, что я слышала, в шестерни попал камень, поэтому дверь не могла открыться. Магия чародейки раздробила его..."

- Спасибо за пояснение. Прямо сразу полегчало, - пробурчал я, вытряхивая пыль из волос, что заставило сидящую на плечах Колючку, пару раз потешно по-кошачьи чихнуть. -Этому проходу чертова прорва веков. Она же могла тут нас всех похоронить.

"Думаю она все предусмотрела".

Я скосил глаза на драконицу.

"А не слишком ли ты ей стала доверять?"

"Я ей и не доверяю", - кончики ее крыльев дернулись, царапнув щеку. - "Однако не думаю, что она настолько сумасшедшая, что решит самоубиться подобным способом"

"А вот с этим можно поспорить..."

- Лекс, тут не заперто.

Я посмотрел на Гаю, которая уже приоткрыла дверь и вместе с чародейкой осматривали скрывающуюся за ней комнату и, проведя пальцем по голове драконицы, поспешил к ним.


Дверь распахнулась буквально от легкого тычка и я, секунду помедлив, шагнул внутрь, замерев на пороге: длинный стол, точнее пара столов, стоящих буквой "Т", придвинутые к ним массивные стулья с высокими спинками, шкафы чьи широкие полки буквально ломились от книг и различных причудливых артефактов, небольшое бюро в углу, чьи дверцы хоть и едва слышно, но противно скрипели при открытии, постоянно заставляя меня невольно передергивать плечами. Все как тогда - замерший во времени, законсервированный кусок прошлого.

- Все истлело...

Чародейка показала мне распадавшиеся в руках куски пергамента и, стряхнув их на пол, потянулась к стоящей на полке книге. Большинство из страницы посыпалось вниз бумажным дождем, а оставшиеся крошились при попытке их перевернуть, поэтому Флойрина просто осторожно стряхивала их по очереди, пробегая глазами по едва различимым на них строчкам.

- Похоже, это описание какого-то эксперимента, - наконец резюмировала она, кладя опустевшую обложку обратно на полку, отряхивая руки и жадным взглядом пожирая ряды книг. - Тут надо все срочно законсервировать и изучить. Такое богатство, согласна, подруга?

Гая, с задумчивым видом стоявшая рядом и с отрешенным взглядом рассматривающая лежавший на полке невзрачный камешек, вздрогнула, вопросительно посмотрела на чародейку, затем равнодушно пожала плечами.

- Не думаю, что у нас будет на это время. Мы конечно можем закристаллизовать эти книги, но это поможет только сохранить их в нынешнем состоянии. Вскроешь кристалл, получишь груду мусора.

- О, девочка, поверь, я знаю десяток способов как этого избежать, правда нужна лаборатория...но при желании можно и здесь. Например, если для стабилизации взять...

Я не слушал. Воспоминания накатывали волнами, размывая реальность, заставив меня замереть посередине комнаты на полпути к столу.

Посереди кабинета стоит огромный волк и скалит зубы на Тавора, который, скрестив руки на груди, со скучающим видом смотрит на огромное животное.

- А вот и остальные пожаловали, - маг жестом приказывает убрать выхваченное нами оружие, и мы нехотя подчиняемся с подозрением косясь на огромную зверюгу.

Волк косится на нас, нервно дергает хвостом и, повернувшись в нашу сторону, опускается на задние лапы. Он действительно огромен и даже сидя почти на голову выше хозяина кабинета, только вот волк ли это. Белоснежной окраски, с густой лоснящейся шерстю, мощными лапами и пронзительным взглядом своих зеленых глаз, в которых "плескается" ум несвойственный диким зверям. Кончики ушей темно-коричневые с небольшими кисточками, как, впрочем, и кончик пушистого точно у лисы хвоста.

- Лайс, - неуверенно шепчет стоящая справа от меня Таиль, которая, не смотря на недвусмысленный жест мага, руки с эфеса своего клинка так и не убрала.

- Я смотрю, вы знакомы с этими существами? - улыбка мага равнодушна и несколько натянута. - Но это существо не лайс, так что можете не бояться.

Эльфийка бросает в его сторону равнодушный взгляд, неопределённо поводит плечами и вкладывает свой клинок в ножны.

- Сам ты существо, маг, - неожиданно произносит сидевший рядом зверь. - Еще один такой выпад, и я тебе точно голову откушу.

- Ты уже пробовала это сделать, Ри, - в голосе мага слышится неприкрытое ехидство. - Давай не будем повторять старые ошибки.

Я обхватил взорвавшуюся фонтанчиками боли голову руками и, рухнув на колени, застонал, периферическим зрением отмечая безвольно поникшую Колючку, которая кулем сползла с моего плеча, рухнув на пыльный пол. Гая рванулась ко мне, но Зейнара крепко ухватила ее за руку, рванув назад.

- Стой, дуреха, замрешь сама!

Этот вскрик несколько привел меня в чувство. Я попытался подняться на ноги, но мир вновь поплыл цветным калейдоскопом, каждый из лепестков которых был воспоминанием моего прошлого. Они крутились туда-сюда, поражая в моей голове новые вспышки боли, затем резко сложились в единую картину.

Волчица вздыхает и вдруг начинает резко уменьшаться в размерах. Ее шерсть быстро исчезает, точно всасываясь куда-то внутрь, лапы утончаются, а морда с каждым мгновением все явственнее принимает человеческие очертания. Зрелище довольно жуткое, а местами вызывает невольное омерзение. К счастью вся трансформация заняла меньше минуты и перед нами предстала высокая обнаженная женщина. Смуглая, с белоснежной гривой волос, что мягкими волнами струились практически до колен, прикрывая рвущуюся на волю сквозь их плотную завесу тяжелую грудь. Мощные руки и ноги, перевитые гибкими мышцами, широкие бедра, чуть более узкие плечи и тонкая талия. Женщина тряхнула головой и, зыркнув на нас своими пронзительно изумрудными глазами, с легкой улыбкой приняла из рук Тавора протянутый им халат, который за мгновение до этого маг извлек прямо из воздуха.

- Что нравлюсь? - ее насмешливый взгляд смотрит прямо на меня, почему-то заставляя смущаться.

- Просто интересно, - бурчу я, смутившись еще сильнее, одновременно стараясь не обращать внимания на гневные взгляды Таиль.

- Она была красива в этот момент, не так ли? - говорит Тавор широко улыбаясь.

Что-то не так. Этого не было, да и сам маг как-то резко постарел, а его привычная вечно расстёгнутая рубаха с причудливым рисунком и щегольские брюки сменились на потертую, засаленную мантию.

- Привет, Лекс, - маг делает шаг навстречу и воспоминания сыплются на пол, разбиваясь на мелкие осколки, царапая мне руки, капли крови скатываются на пол, и эта боль проясняет сознание, заставляет прийти в себя.

- Райз? - я замотал головой, а затем с непониманием уставился на стоящего предо мной старика. - Не может быть, ты жив!

Моя вытянутая рука проходит сквозь его плечо, вызывая в ответ лишь легкую саркастическую усмешку.

- Я давно мертв, Лекс. То, что ты видишь перед собой, лишь отпечаток сущности того, кого ты знал под именем Райзена Тавора.

- Ты призрак?

- Не совсем.

- Ничего не понимаю, - я посмотрел на опешивших магичек, в глазах которых так же читалась полная растерянность, затем вновь повернулся к магу. - Может пояснишь?

- Тебе рассказать технологию создания или так, вкратце? - хмыкнул он, опускаясь на колено перед распростершейся на полу драконицей и проводя рукой над ее головой.

Колючка вздрогнула всем телом, словно от разряда электричества, открыла глаза, огляделась и медленно поднялась на лапы.

"Не человек, энергия. Странная сила, ни злая, ни добрая, не живая", - раздался в моей голове ее дрожащий голосок.

- Так кто ты? - повторил я свой вопрос.

Старик наблюдающий за драконицей, которая медленно ковыляла к стоящим у шкафов Гае с Флойриной при этом не отрывая от него взгляда своих глаз, поднялся с колена и, устало посмотрев на меня, произнес:

- Я тень прошлого, Лекс. Тень, отпечаток того, кто был твоим другом...

- Ты это уже говорил об этом.

- Да? - седые брови мага приподнялись, он на миг нахмурился, затем кивнул. - Возможно. Слишком много времени прошло, кристаллы памяти разрушаются, сущность теряется. Повтори свой вопрос.

Я удивленно переглянулся с подошедшей и вставшей рядом Зейнарой в глазах которых блестело плохо скрываемое любопытство, а пальцы потрескивали от изящного плетения, и вогнал себя в режим инозрения. Мир послушно изменил свои краски, показывая мне свою сокрытую сторону и я, бросив быстрый взгляд на того, кто назвался именем моего старого друга, тихонько присвистнул. Тот, кто стоял перед нами был не человек, а сгусток странной радужной субстанции, принявший очертания человека. Но самое интересное, что к этому существу от стен комнаты тянулось десяток разноцветных лучей, словно питая его переливчатое тело. Неужели ему это удалось....

- Ты голограмма.

Губы старика тронула улыбка и он молча указал на стену откуда бил один из лучей. Стараясь не упускать его из виду, я попятился к указанному месту.

- Там ручка, сбоку от полочки, - подсказал Райзен не двигаясь с места. - Потяни вбок.

Часть стены послушна ушла в сторону, открыв нашему взору довольно большую нишу, стены которой от самого низа до потолка были покрыты желтыми кристаллами внутри которых роились разноцветные огоньки. Некоторые из них стояли в углублениях в стене на небольших металлических подставках украшенных причудливой вязью рунического письма гномов, но большинство росло прямо из стен, пола, свисали гроздями с потолка, напоминая своим видом причудливые сталактиты.

- Значит у тебя все-таки получилось, - я обессиленно оперся плечом о стену, чувствуя себя почему-то выжатым словно лимон.

- Да, Лекс, получилось. Не сразу конечно. Потребовались десятилетия опытов, а уж сколько было бессонных ночей, - в голосе мага послышались нотки грусти. - Но, как видишь...

Он указал на нишу.

- Как видишь, твои рассказы о компьютерах и компьютерных хранилищах информации не прошли даром, я все же смог создать нечто подобное и при помощи магии, хотя ты и не верил в такую возможность. Год за годом я...он записывал в эти кристаллы свои воспоминания, свои мысли, свои чувства. Год за годом я рос и становился им. Теперь я то, что осталось от него, я память, след того кого звал Разеном Тавором и одновременно я и есть Райзен Тавор.

- Но зачем? - спросил я потрясенно.

- Потому что я ждал тебя, надеялся, верил, что ты вернёшься.

- Но зачем?!

Райзен тяжело вздохнул и, отведя взгляд тихим голосом бросил.

- Потому что я совершил ошибку, мой друг, страшную ошибку.

- Дорогой, - рука Гаи опустилась мне на плечо, заставив меня вздрогнуть. - Может и нам объяснишь, что тут происходит, и кто ... или что это...

Я покосился на эльфийку в глазах которой в буквальном смысле слова пылал огонь, затем на Тавора и, тяжело вздохнув, подошел к столу, отодвинул один из стульев и, убедившись, что он все еще прочен, устало плюхнулся на него, совершенно не заботясь о пыли густым слоем покрывавшей его сиденье. И что я должен сказать? Я обвел взглядом своих спутников. Гая смотрит на меня выжидающе, глаза светятся огнем, а в правой руке горит переливчатый шар файербола, дай волю разнесет тут все к чертовой матери и едрени фени заодно, хотя, судя по всему, растеряна и даже напугана. Чародейка тоже явно "не в своей тарелке", но реагирует более сдержано, а во взгляде больше интерес, нежели испуг. Колючка забилась в угол, но судя по ощущениям и редким отголоскам ее мыслей в моей голове страха в ней нет, скорее некое раздражение. А вот кому реально на все пофиг, так это Рикворду, парень вообще в последнее время впал в какой-то странный ступор, словно утратил интерес ко всему происходящему. И даже сейчас, тупо стоит у двери пялясь перед собой невидящим взглядом. Не нравится мне это, судя по возрасту у парня похоже начался переходный период когда их подхлестываемая гормонами волчья натура рвется наружу ....черт, ну почему все так не вовремя.

- Лекс...

- Да, да, - я провел рукой по волосам, ероша их и, указал пальцем на старого мага - Это, Гаечка, мой старый друг и товарищ, а так же твой предок Райзен Тавор. Точнее не он, а его как бы информационная копия, голограмма, запись. В общем, прошу любить и жаловать.

- Голо..что? - глаза Гаи превратились в две щелочки.

- Голограмма.... черт...не важно, - махнул рукой я, - просто сбрось свои заклятия, он нам не враг, да и навряд ли может нам чем-то навредить.

- Уверен?

Я посмотрел на эльфийку, поднялся и, подойдя к магу, резким движением воткнул руку ему в грудь, помахав ею внутри, что заставило его образ пойти волнами.

- Видишь? Это всего лишь картинка в воздухе.

- И как же эта картинка смогла вырубить двою драконицу и почти вырубить тебя? - с ехидством в голосе поинтересовалась Гая не торопясь сбрасывать заклятия.

Блин, а действительно, как? Причем я даже ничего не почувствовал, никакого магического воздействия, просто стало плохо и все, да и Колючка ничего не чухнула. Странно. Я вопросительно посмотрел на Райзена, но ответ пришел совершенно с неожиданной стороны.

- Ты не внимательна, дорогуша, посмотри сама, - Флойрина подошла ко мне поближе, шаркнула сапогом по камню пола и кивком головы указала вниз на выбитый в нем знак. - Рунный пояс защиты. Судя по всему действует, как сигнализация и настроена на пропуск лишь определенных личностей, остальных оглушает,... однако учитывая вот эти мелкие руны вокруг основного знака...

Она опустилась на одно колено и взмахнула рукой заставив взвиться в воздух облачка пыли. Опутывающие руну мелкие значки вспыхнули зеленым светом.

- Древний язык гномов, плохо понимаю, - чародейка, нахмурив брови, повела рукой над знаками, - Предупреждение.... не внемлющие...что-то связанное с вспышкой света.

Все дружно (даже Рикворд) посмотрели в дальний угол комнаты, где на полу темнело огромное черное пятно, словно там некогда разводили костер.

- Райз!?

- Руны приняли твою кровь, Лекс и теперь не опасны.

- Это правда, - подтвердила Флойрина, поднимаясь и отряхивая руки. - Вязь разрушена, теперь это всего лишь причудливые рисунки на полу.

- Понятно, - я мельком бросил взгляд на свою ладонь, покрытую мелкими уже затягивающимися порезами и вновь посмотрел на Райзена.

- Так в чем ты ошибся, дружище, и зачем ждал меня?

Тавор посмотрел на меня усталым взглядом.

- Я совершил ошибку, Лекс, и в своем безудержном любопытстве обратился к силе камня Дайлорана.

- Но я же...

Повелительный жест руки заставил меня умолкнуть.

- Осколки можно собрать, Лекс. Однако главная проблема не в этом, - он на мгновение умолк. - Главная моя ошибка в том, что я забыл, кто моя ученица, забыл, кем была ее мать. Зло коварно мой друг и, несмотря на то, что ты убил посланника, его часть осталась в ней, перешла по наследству через кровь, через душу.

Он виновато опустил голову.

- Прости, друг. Я понял это поздно, слишком поздно. Увы, зло хорошо умеет скрываться, прятаться за маской добра, а я оказался недостаточно мудр и прозорлив. Прости. Из-за меня Зерно Хаоса проросло, и ты снова должен спасти этот мир...спасти свою дочь.


Широкое лезвие ножа с хрустом врубилось в кустарник, больше ломая, чем срезая его ветви со скукожившимися и покрытыми инеем от утреннего морозца листьями.

Гувер выругался сквозь зубы, стянул перчатку и, проведя пальцем по покрытому зарубинами лезвию, потянулся к висевшей через плечо сумке. Вынув оттуда точильный камень, он уселся на ствол поваленного дерева и принялся неторопливо править лезвие, одновременно наблюдая за окружающей суетой. Зачем коммандеру понадобилось расчищать в лесу неподалеку от выстроенного форта площадку приличных размеров, да еще бросив на это всех свободных людей и даже перетянув с раскопа часть техники, оставалось только гадать. Правда было у него предположение, что раскопки принесли какой-то результат и площадку готовят для приема грузового дирижабля, о чем как бы намекало некое подобие причальной башни, возведенное в первую очередь у дальнего конца площадки, однако его смущал тот факт, что для перемещения груза Эллар в любой момент мог воспользоваться портальным камнем (прибывший на подмогу отряд доставил несколько довольно крупных кристаллов талавира) и отправить находку прямиком в столицу. Впрочем, спросить было не у кого. Своих спутников полковник не видел уже несколько дней, так как всех их перевели на дальний раскоп, а его окончательно "заперли" в форте, позволяя лишь небольшие прогулки по окрестностям. И вроде бы видимой охраны не было, но выходя за ворота, Гувер буквально затылком чувствовал чье-то незримое присутствие, не покидающее его до самого возвращения за стены, и это начинало напрягать. Надо было на что-то решаться и срочно. Пока его статус просто повис в воздухе: из "своих" его как бы исключили, но и "чужаком" он не стал, однако как долго это сможет продолжаться, сколь долго коммандер сможет его защищать? В сложившейся ситуации предложение Расрака уйти было бы самым идеальным выходом, вот только с момента их разговора минуло почти десять дней, а волк так больше и не объявлялся.

Эндрю вздохнул и с новой силой принялся водить бруском по лезвию ножа, хмуря брови.

Нужно уходить. Но как он мог бросить остальных? С Арией было понятно, тот по уши ушел в отношения со своей Нел и бегал за ней точно послушная собачонка, выполняя все прихоти эльфийки. Баркин и Дворкин - тут сложнее. Насколько ему известно историк увлекся раскопками не хуже Сагера и просто чах над найденными артефактами и записями, другое дело гном. Тойран явно не горел особым желанием здесь оставаться, наоборот все последние дни, что они находились вместе в стенах форта, он постоянно ворчал, что они не ушли, пока была возможность. Что ж, сейчас думая об этом Гувер все больше склонялся к мысли, что возможно впервые за все их путешествие гном был прав, и им следовало рискнуть, но сожалеть о прошлых ошибках смысла не видел.

Глухой, монотонный, гаркающий звук, идущий откуда-то сверху, заставил его отвлечься от раздумий и задрать голову в поисках источника. Сперва над поляной появился черный как смоль нос, следом за которым проследовало огромное размалеванное темно-зелеными пятнами приплюснутое тело, под брюхом которого выделялась, блестя серебром метала и бликуя стеклами иллюминаторов, массивная чечевица гондолы. Тон гула сменился на более низкий, так как включился реверс, заставивший хвостовые винты дать обратный ход, замедляя продвижение воздушного корабля. Пронзительно проревела предупредительная сирена, заставившая взвиться в воздух стайки прятавшихся в деревьях птиц, а эльфийских солдат побросать инструменты и разбежаться в разные стороны. Вниз устремились веретенообразные иглы фиксирующих якорей, которые словно огромные пики впились в подмерзшую землю. Тут же словно из-под земли появилась пара боевых магов, которых от обычных солдат отличала темно-синяя форма, и якоря, повинуясь их заклятиям, буквально вгрызлись в землю по самые крепежные кольца. Натужно завыли спрятанные в углублениях гондолы притяжные механизмы, и огромное тело дирижабля медленно двинулось вниз, с ювелирной точностью коснувшись своим носом причальной башни, а его хвост завис над верхушками деревьев, почти касаясь их своими стабилизаторами.

- Тяжелый родарский бомбер, серии "Угнетатель", - озадаченно пробормотал полковник, втыкая нож в землю и убирая точило в сумку. - Он то тут что забыл?

Тихое похрустывание веток от тяжело опустившегося на землю тела, ветерок хриплого дыхания. Гувер покосился на торчавший рядом нож, затем медленно повернул голову, встретившись глазами с лежащим на земле черным волком.

- Давно тебя не было, - произнес он как можно более спокойным голосом, выдергивая нож и вытирая его о пожухлую траву у ног. - Я уж думал, ты не появишься.

"Следили. Не мог уйти. Новая не доверяет" - раздался у него в голове голос Расрака.

- Что-то изменилось?

"Да. Надо уходить, срочно, сегодня, сейчас".

- Прямо сейчас? - растерялся полковник.

"Да, сейчас", - волк поднял голову, посмотрев угрюмым взглядом на дирижабль. - "Там зло. Тот, кто прилетел, убьёт, меня, тебя, всех кому не поверит, в ком увидит угрозу. Темный, злой, мощный, коммандер не защитит, не указ. Уходить, сейчас или поздно".

- Но...

"Тот, кто за тобой следил - мертв", - Расрак оскалился. - "Надо уходить. Разгрузка летающей машины, не заметят, суета, не ждали так быстро".

- А мои товарищи?

Волк медленно повернул голову, смотря на полковника холодным равнодушным взглядом, затем медленно, словно нехотя, кивнул.

"Предупрежу, пусть идут, кто согласится. Значит пока один. Уходи к дальнему раскопу, тот, что у упавшей скалы, там пусто. Жди до вечера. Не приду, иди на юг".

Волк поднялся на ноги, коротко рыкнул, прощаясь, и в два прыжка скрылся среди деревьев, оставив Гувера в раздумьях. Несколько долгих минут полковник сидел неподвижно, смотря перед собой отсутствующим взглядом, затем тряхнул головой и, встав, решительным шагом направился в сторону форта, на ходу убирая широкий нож в закрепленные на поясе ножны, но дойдя до края просеки, быстро оглянулся и свернул в лес.