Кухарева Анастасия Стефановна: другие произведения.

"Игры корифеев" last version

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:

Конкурс LitRPG-фэнтези, приз 5000$
Конкурсы романов на Author.Today
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    нет ничего, что объединяло бы и связывало их. Ничего, кроме дружбы. Это весьма странное состояние, которое позволяет людям совершать странные и страшные поступки во имя спасения других людей. А самые сильные стимулы человеческой деятельности - это любовь, страх и ... деньги. Современная жизнь молодёжных группировок имеет стороны, о которых никто не знает. Наркотики, и их влияние на судьбы подростков


   Игры корифеев 31.01.98 года 22.11. суббота
  
   Игра первая Месть
   Леонид 28.09.94 года 15.30
   Кэтти 27.09.94 года 10.20.
   Александр Литвин 28.09.94 года 18.23
   Александр 6.10.94 года 23.00
   Игра вторая Встреча 23.04.98 года 19.51.
   Олег 15.04.90 года 17.45
   Белый 20.04.91 года 9.05
   Сергей Кишмиш 3.10.91 года 17.00
   Александр Литвин 5.04.92 года 15.20
   Игра третья Перерождение 3.05.98 года 17.20 воскресенье.
   Олег 27.06.92 года 22.10
   Кэтти 27.06.92 года 22.20
   Белый 27.06.92 года 23.45
   Игра четвёртая Начало конца 8.05.98 года 21.25 пятница.
   Геннадий 28.06.92 года 20.00
   Кроль 29.06.92 года 9.50
   Александр 4.07.92 года 16.50
   Белый 21. 07. 92 года 19.40
   Кэтти 10.10.92 года 23.30
   Белый 15.10.92 года 5.30
   Белый 16.12.92 года 10.00
   Александр 24.12.92 года 18.20
   Макс 6.01.94 года 8.20
   Игра пятая Охота 24.05.98 года 11.50 воскресенье
   Александр 30.10.94 года 19.30
   Александр 31 октября 94 года 2.20 ночи
   Олег 1.11.94 года 15.00
   Макс 1.11.94 года 17.50
   Ольга 2 .11.94 года 14.00
   Кэт 2.11.94 года 10.05
   Ольга 2.11.94 года 23.30
   Ольга ноябрь 94 года
   Олег 14.11.94 года 22.20
   Олег 15.11.94 года 7-00
   Кэт 15.11.94 года 13.20
   Александр 15.11.94 года 15.00
   Кэт 15.11.94 года 18.00
   Эпилог 28.05.2000 воскресенье 13.10
  
  
   Игры корифеев 31.01.98 года 22.11. суббота
   Мёртвые не стареют, мёртвые не растут,
   Мёртвые не курят, мёртвые не пьют.
   Мёртвые не танцуют, мёртвые не лгут,
   Мёртвые не играют, мёртвые не поют.
   Крематорий "Дискотека на улице Морг".
   Кто свернул с дороги в ад, того не испугает предупреждение: "это дорога в никуда!"
  
  
   Игра первая Месть
   Это не болезнь. Если у вас что-то болит, то вы не можете об этом не думать. И пока боль не утихнет, вы - её пленник. Это нечто другое. Вы ходите, едите, говорите с людьми и при этом всё нормально. И только вам покажется: пронесло! Всё кончено! Новая жизнь! Или ещё что-то на мотив этого, как чей-то образ, чужой и к вам лично никакого отношения не имеющий, всплывёт из небытия, и всё опять покатится вниз, в прошлое ... иногда дьявол искушает меня поверить в Бога.
   Это может быть взгляд другого человека, который вам вовсе и не предназначался, и который вы увидели совершенно случайно. Увидели и вспомнили то, что вспоминать вовсе не стоило.
   Это может быть и не взгляд, а движение человека, его жест, мимика, походка. Реплика или брошенное невзначай слово. Сказавший его не вспомнит через пять минут, а вы почему-то не будете спать ночь. Потому что вспомните не только человека, сказавшего это слово лет 5-8 назад, но и события вашей жизни, связанные с этим человеком. Вы верите в то, что мёртвые могут прощать? Я - нет.
   Вы долго не сможете спать, а когда уснёте, опять будет сниться кошмар, и хорошо будет, если вы проснётесь до того, как случится самое страшное. А события всегда развиваются от плохого к худшему.
   Леонид 28.09.94 года 15.30
   "С нами такого случиться не может" - это фраза номер один в списке знаменитых последних слов. Трудно сказать, с чего всё началось, но результат налицо: звонил Саша и сказал, что самолёт задерживается, и он приедет сразу, как только сможет добраться. Дождь лил уже неделю и не было никакой надежды на то, что погода изменится к лучшему. Макс лежал в больнице с аппендицитом. Саша уехал к Ольге в Бердянск. Они должны вернуться через пару недель, но после того, что случилось с Кэт, Он не мог не вызвать Алекса раньше. Бывают в жизни моменты, когда всё складывается хуже некуда.
   Когда раздался звонок, Леонид вздрогнул, хотя и ждал его. Глянул на часы: Алекс наверняка добрался на такси, иначе он просто бы не успел. Лениво Леонид поднялся из кресла на кухне и также лениво выключил газ под чайником. Алекс наверняка промок и злой, сейчас опять будет добреть по мере отогревания. И только потом также лениво, сонно и заторможено направился к двери. Щёлкнул замок...
   Леонид помнил только щелчок и в какой-то миг успел понять, что ошибся, и что пришёл на Алекс. Дальше темнота. Дверь вылетела под мощным толчком снаружи,... когда Леонид очнулся, то почувствовал вкус крови во рту. Боль была во всём теле, он лежал на полу, с заломленными назад руками. Кто-то схватил его за волосы и поднял голову вверх.
   - Где Кэтти?
   Леонид увидел раскрывшееся перед лицом лезвие ножа. Страха не было. Это чувство незнакомо ему просто по какой-то животной тупости и самоликвидировалось где-то в глубоком детстве.
  
   Помнилось только дождливое утро и слова матери: "Не смей на эти деньги купить конфеты!" Потом - бег с зажатым в руке кошельком по подтаявшей тропинке среди грязного снега в магазин за несчастной курицей. Хотя - почему несчастной? Вполне хорошая у неё должна была быть участь - быть съеденной за последним пиршеством матери и сына. Мать начинит эту курицу гречкой с яблоками, проткнёт спичками, завяжет нитками и почти час будет мучить её в духовке. Маленький Лёнька ещё не знал тогда, что следующий праздник он будет встречать уже один. А старая бабка, выгнавшая их на улицу после смерти отца, не даст денег даже на похороны матери.
   Запомнились руки пацана на голову выше, схватившие за воротник. И его мерзкий голос: "Гони кошелёк!" Тощий Лёнька представил глаза матери, когда он вернётся домой без денег и без курицы. Ему явно не хотелось видеть этот взгляд. Лёнька сам не понял, откуда у него появилась тогда смелость и наглость дать грабителю отпор. Тот мало того, что не получил кошелька, но и сам остался с порванным воротником, в который намертво вцепился и повис тощий подросток в зашитой, не первой молодости куртке, и со злосчастным кошельком, переложенным в карман этой же куртки.
   С тех пор единожды перегоревший страх был уже призрачной и почти несуществующей эмоцией для Леонида.
  
   Чей-то ранее уже где-то слышанный голос, почти до боли знакомый, опять повторил вопрос. Леонид пытался вспомнить обладателя чуднОго баритона, но не смог. Не сумев найти ответ на свой вопрос, он почти шёпотом ответил на чужой:
   - Не знаю.
   - Жизнь отнимает у людей много времени.
   Лезвие ножа опять мелькнуло перед самыми глазами, и он потерял окружающий его мир, боль исчезла. Он летел без страха и боли вниз, в пропасть. В чёрную чужую пропасть, на дне оказались красные камни, упав на которые, он разбился. Мир, ранее полный ощущений перестал существовать. Леонид не видел, как трое перерыли всю квартиру в поисках непонятно чего и ушли, не взяв даже денег, лежавших в комнате на столе.
   Кэтти 27.09.94 года 10.20.
   Она стояла на остановке в толпе людей. Со стороны можно было бы подумать, что ждёт автобус. Но если вернуться на пару минут назад, то можно увидеть молодого человека лет 25, который, пожав ей руку, отошёл в сторону главпочтамта.
   Кэт стояла на ветру и невольно ёжилась от холода. Брат отошёл позвонить на полминуты, а ей не хотелось заходить в душное, полное людей помещение, и она осталась на остановке. Олег убежал с зонтиком, и ей теперь не оставалось ничего, кроме как стоять и ждать. Кэт смотрела на людей - мокрые лица, безучастные и тоскливые. Словно тоска, а не непогода захватила весь город. Ей хотелось только одного, чтобы перестал идти дождь. Не надо даже солнце, лишь бы только не эта заунывная капель.
   Кэт обернулась на главпочтамт, - Олега не видно, наверно, очередь. Ну почему так долго? Прошло всего пару минут, а ей казалось, что она мёрзнет уже полчаса. Внезапный порыв ветра изменившегося ветра окатил Кэт холодной волной, и она отшагнула за угол стояка, повернулась и... вздрогнула от неожиданности.
   Перед ней стоял человек, которого она считала мёртвым уже полтора года. Ростом чуть выше среднего, в серых, мокрых от дождя джинсах, и чёрной куртке. Брюнет с короткой стрижкой и немного глубоко посаженными глазами. Он совсем не изменился. Кэт узнала бы его из тысячи, такое не забывается. Парень отшатнулся от неё, на лице его появился испуг, который мгновенно сменился на удивление, а потом на злость.
   - И давно ты здесь? - его голос, немного осипший, странный, и злой огонёк в глазах испугали Кэт больше, чем услышанные слова, - Алекс тоже здесь?
   Кэт импульсивно покачала головой, что нет, оглянулась на главпочтамт, - никого. От страха у неё появилась лихорадочная дрожь.
   - А кто с тобой?
   Кэтти молчала. В горле появился ком, а в животе - страшная, пугающая пустота.
   - Ты изменила мои планы, я не ожидал увидеть тебя здесь... мне не надо теперь никуда ехать и никого искать. Они найдут меня сами. И ты знаешь, как они это сделают. В наше время жизнь практически невозможно остановить.
   Злой огонёк в глазах парня сменился на тусклый и муторный.
   - Не бойся ты так, ниже пола не упадёшь.
   Медленным движением он вытащил из куртки пистолет, и, дождавшись, когда в глазах Кэт появится осознанное выражение испуга, выстрелил один раз в упор.
   Всё это произошло за какие-то мгновения. Кэт осела вниз, на асфальт, люди расступились, и через миг около неё был Олег. Но на остановке не было уже ни того, кто стрелял, ни тех, кто мог это видеть. Несмотря на дождь, толпа людей на остановке как-то сразу растворилась. Под навесом остались только трое - Кэт, Олег и мальчик лет десяти.
   - Вызывай скорую, - голос Олега дрожал, но мальчишка побежал на главпочтамт. И следующее, что Олег сказал, он сказал уже в пустоту.
   - Быстро...
   Сам он развернул Кэт на спину, расстегнув куртку, зажал рану, попытался найти пульс, у него ничего не вышло, он слышал только стук в собственных висках. А в голове звучал голос Алекса: "Следи за ней и не оставляй её одну". Олег отвернул волосы с её лица. Оно было серого цвета, а треугольник носа и губ уже начинал синеть...
   Через час в больнице, куда доставили Кэт и где ей делали сейчас операцию, Олег позвонил Леониду и Максу. Первому, чтобы тот вызвал Алекса и организовал встречу, второму, чтобы он встретил курьера около вокзала. Сам он не собирался уезжать из больницы, пока Кэт не придёт в себя и не скажет, кто стрелял. Пуля прошла в паре сантиметров от сердца, хирург сказал, что всё будет в норме, если удастся избежать заражения и кровопотерь.
   Кто мог желать её смерти? Ведь стреляли в упор, один раз, на поражение. Это не могло быть случаем, таких случайностей не бывает. Она знала, кто стрелял, наверняка. Это не могло быть и местью. Последний год дела шли тихо и мирно, без проблем, разборок и конфликтов.
   Александр Литвин 28.09.94 года 18.23
   Он шёл от дома Леонида, шёл в никуда, просто прочь, подальше от места, где всё в крови друга. Александр уходил слегка пошатываясь, не раскрывая зонта, распахнув плащ, - ему было жарко. И очень душно, тяжело дышать, словно кто-то сжал грудь и не давал даже вдохнуть. Жар был во всём его теле, горело лицо, руки. Дождь стекал по лицу Александра, но он не замечал его, он думал, просчитывал все возможные варианты. Беда не приходит одна: Макса свалил приступ аппендицита, в Кэтти стреляли сегодня утром в упор, просто чудо, что не попали в сердце, и скорая приехала вовремя. Леониду перерезали горло в его собственной квартире. Он открыл этому человеку дверь. Александр сам должен был прийти к нему, но опоздал. Всё это сделал один человек, который знал их всех, - Кэт, Леонида, знал, что Алекс придёт к нему и увидит кровь. Всё, всё было плохо. Хорошо, что Ольга осталась в Бердянске. Тётка умерла, осталась квартира. Старая, однокомнатная, но в ней можно было спрятаться, отсидеться, залечь на дно. Да, спрятаться от. ... От кого? Кто? Кто знал их всех?
   Александр винил себя во всём, в том, что опоздал, не успел, не остановил. Возможно, Леонид остался бы жив, он мог бы всё остановить, узнать. А, может, убили бы и его. В голове крутился идиотский мотив, слышанный на кассете: "Хитри, отступай, играй, кружись, сживая врага со свету, ну что же такое жизнь, а жизнь - сплошная дуэль со смертью" - это уже было похоже на наваждение. Если бы он только знал, кто враг.
   - Сплошная дуэль, ё-моё! - пробормотал он себе под нос.
   Он шёл, слегка пошатываясь от тяжести, навалившейся на него, шёл, глядя вниз. Жар прошёл, Александр понял, что стал весь мокрый. Капли дождя стекали с волос под воротник рубашки. Стало холодно. Он шёл, не глядя под ноги, по лужам, и в ботинки промокли насквозь. Он шёл, не зная куда, по лужам, и слышал только шлепки по воде и хлюпанье в ботинках. Внезапно он понял, что сзади за ним кто-то идёт. Идёт очень давно. Шаги их сливались друг с другом.
   Александр резко остановился и замер. Человек сзади, метрах в трёх, тоже остановился. Александр медленно обернулся, глядя почему-то не вперёд, а себе под ноги. Поднял взгляд. Человек, которого он увидел, ухмыльнулся, а сам он побледнел настолько, насколько может побледнеть окоченевший от холода человек. В доли секунды он понял всё, что произошло с Кэт и с Леонидом. Стало ясно, кто убил Дмитрия Белого ещё зимой 92-ого года. Думай о других, иначе они позаботятся о тебе!
   Перед ним стоял человек, которого он считал мёртвым. Казалось, что эта страница жизни закрыта уже навсегда, но он ошибался. От осознания собственной ошибки Александру стало не по себе.
   Парень, стоявший перед ним, перестал улыбаться.
   - Трое м-могут сохранить секрет, Алекс, если двое из них мертвы. Ну, здорово, я же тебе говорил? Обещал? Я сдержу своё обещание. Извини, я пром-мазал в Кэт. Не знаю, как это уж получилось, он-но сам-мо!
   Александр не помнил, заикался ли раньше Кроль или нет.
   - Но с тобой я уже не ошибусь. А потом я найду твою сестру ... Ты помнишь, что я обещал с ней сделать? Она умрёт от той дури, которой вы пичкаете людей.
   - Их никто не заставляет, наше место займут другие.
   - Другие меня не волнуют. Да и тебе от этого легче уже не будет. Я не злопамятный, но я злой, и память у меня хорошая!
   - Хочешь сказать, что ты победил?
   - А история пишется не победителями, Саня. История пишется выжившими, банкир.
   Александр видел, как долго Кроль доставал пистолет, это длилось почти вечность.
   - Это как же надо послать человека, чтобы он выбился в люди и добился того, что и ты, Саня?
   - Тебя бы так послали, ты бы давно уже загнулся! - Саша вдруг вспомнил похороны родителей, сестру на этих похоронах. Вспомнил, как они начинали жить одни без родителей. Одни. И понял, что не может допустить, чтобы Ольга ещё раз прошла через это, потеряв теперь и его.
   - А знаешь, верю! Ничто так не портит цель, как попадание, не так ли?
   Под воздействием какого-то шестого чувства Александр понял, в чём может быть его шанс на спасение, и бросился рывком в сторону. Боль в боку, огонь ударил его в плечо и развернул в воздухе. Поскользнувшись, он бесконечно долго падал вниз. Сознание на миг исчезло, но потом он понял, что толчком ноги его развернули на спину, видел нарисованную серую маску вместо лица у человека, который убивал его, но пошевелиться не было сил. Александр видел ещё, как вздрогнул два раза пистолет, направленный в живот, подумал, что увидеть и умереть - это глупо, услышал в мёртвой тишине женский, пронзительный визг, затем звуки выстрелов и бесконечное эхо. Импульс острой, обжигающей и пронизывающей боли захватил его и унёс куда-то вниз.
   Александр 6.10.94 года 23.00
   Он проснулся от ощущения ужаса. Ему снилась Кэт. Бледно-серая маска-лицо, и мертвенно-серые кисти рук. Остов в чёрном. Она смотрела сквозь него, словно его и не видела, и говорила: "Вот так всё и начинается, и заканчивается. Это и есть начало конца, твоего конца, Саша. Это деградация личности. Когда разлагается она, разлагаешься и ты тоже..." Потом она почему-то развернулась и пошла прочь - в пустоту. А он вдруг почувствовал движение на плечах, глянул на левое и увидел, что оно начинает съёживаться и гнить. Серо-жёлтый гной стекал по предплечью...
   Александр проснулся в холодном поту, тяжело дыша, - ему не хватало воздуха. По мере того как Александр приходил в себя, он начинал чувствовать боль в плече. Вспомнились слова друга: "Иногда сильный человек бывает слабым, а иногда слабый - очень сильным, всё зависит от обстоятельств". В последнее время обстоятельства складывались не в его пользу. Сейчас он, сильный человек, лежал совершенно беспомощный, когда его друзьям угрожает опасность. Лежал не в силах подняться, при малейшей попытке пошевелиться дикая боль пронзала всё тело, и он терял сознание. Он лежал в палате на двоих. За всё время, что он здесь, у него сменились два соседа, оба умерли. Сейчас лежал третий, с колотым ранением в живот, и непонятно, насколько он здесь задержится. Самому Александру хотелось, чтобы подольше задержался на этом свете он сам.
   Лежал и думал, что уроки жизни даются бесплатно, но дорого обходятся. Он ненавидел себя и проклинал за всё. За Леонида, за Кэт, за то, что в июне не убил Кроля, всё было бы кончено. Он был уверен, что убил его тогда, и не стал наносить лишние удары. Но, видно. Кроль оказался живуч. Из четверых выжил он один-единственный. С остальными разделывался Макс. Жестоко и без колебаний.
   Не было теперь и не малейших сомнений в том, кто убил Дмитрия Белого. Кроль всё-таки расправился с ним. Эта смерть повисла в воздухе и мёртвым камнем легла на сердце Александра. Это был друг. Но кто его убил? Тогда было затишье. Из людей Кроля не осталось никого.
   Теперь всё стало на свои места и сводилось в единую, чётко прослеживаемую, страшную цепь. Кроль мстил. Белый, Леонид, Кэт, он сам тоже на грани. Кролю оставалось совсем немного, - Ольга в Бердянске, Олег на свободе. И ещё трое - Он сам, Кэт и Макс в больницах. Пятеро. А было восемь. Восемь железных людей, хорошо слаженная команда, готовая вместе своротить горы. А теперь, если Кроль сдержит своё обещание... Кроль, становилось ясно, был сейчас не один, но кто с ним? Александр понял, что впервые нуждается в помощи со стороны, а обратиться не к кому.
   Нужен уже морфий, он не мог терпеть боль. Укол должны были делать в полночь. Он подумал, что не доживёт до полуночи. Хотел позвать медсестру, но почему-то позвал Кэт. А потом провалился в забытье.
   Игра вторая Встреча 23.04.98 года 19.51.
   История - это судьба людей. Это прошлое, в буквальном смысле слова. Всё прошло, и изменить уже ничего не можешь. Хочешь кого-то вернуть, кого-то остановить, предостеречь, что-то успеть передать, но что-то изменить ты не в силах. Может, это и к лучшему. Судьба распоряжается тобой, твоей участью. Ты не можешь сказать, что ты будешь делать завтра вечером, не знаешь наверняка и с кем будешь в это время. Ты можешь планировать своё будущее, но случай сведёт тебя с людьми, которых ты не знаешь.
   Случай научит делать тебя то, чего ты раньше не умел, и заставит совершать необычные для тебя поступки. Ты за пару дней узнаешь столько нового про жизнь людей, ту, о которой раньше даже не догадывался, ты узнаешь столько нового про самого себя, про свои силы и способности, сколько не узнаешь за пару лет своей обычной жизни.
   Случай сводит вместе незнакомых людей, совершенно разных. Они, объединившись, превращаются в команду. И нет ничего, что объединяло бы и связывало их. Ничего, кроме дружбы. Это весьма странное состояние, которое позволяет людям совершать странные и страшные поступки во имя спасения других людей. А самые сильные стимулы человеческой деятельности - это любовь, страх и ... деньги.
   Олег 15.04.90 года 17.45
   Он медленно шёл по центру города. Уже цвели сады и в воздухе стоял нестерпимый аромат. Он окутал весь город и негде от него спрятаться. Лето пришло уже в апреле. Жарко и душно, чистое небо и ни ветерка. Мимо неслись радостные толпы, но настроения не было никакого. Ему не хотелось идти домой, не хотелось оставаться здесь. Дома ждала сестра, а, может, она была уже у подруги. Он сказал, что придёт в пять, а уже около шести вечера. Итог дня не утешителен, - повздорил с начальством, подписал увольнение по собственному желанию, и теперь свободен, как птица в полёте, - без работы, без планов на завтра и без денег. Шёл домой кругами, домой идти не хотелось. Всё плохо. Ни копейки денег, и вряд ли в ближайшее время он сможет найти работу. Даже если повезёт...
   - Крутой, да? - довольно громкий голос в метре сзади вывел Олега из оцепенения. Он от неожиданности вздрогнул и обернулся. Сзади за ним шли человек пять, а сзади них - ещё трое. Не пьяные. Но навеселе. Это было ещё хуже.
   - Ты здесь уже полчаса ходишь, тебе помочь найти то, что ты ищешь?
   Олег окинул взглядом говорящего и тихо, но уверенно произнёс:
   - У тебя этого всё равно нет.
   - Быть не может. У меня есть всё!
   Олег хмыкнул. У парня был явно зашкаливающий темперамент, когда он выпьет. Олега окружили, и, несмотря на все его уловки и выкрутки, дело началось со словесной перепалки, а кончилось дракой, а вернее сказать, избиением. Центр города, шесть вечера, никто не вмешался...
   Олег скоро потерял связь событий. А когда пришёл в себя, сидел в машине на заднем сидении. Человек за рулём курил. Невольно Олег застонал от боли, когда попытался сесть поудобнее. Он сидел откинувшись, почти полулежал. Рубашка была порвана и в крови.
   Парень, сидевший впереди, обернулся. Чёрные, как смоль волосы, но седина на висках. Тёмно-зелёные глаза и очень крупные скулы, наверняка предки были с востока. На вид лет 20. У парня был злой взгляд, под которым Олег невольно поморщился.
   - Жизнь - это страшная штука - плыть против течения в грязной реке. Не бойся, если до сих пор цел, то дальше всё будет нормально.
   - Где мы?
   - Во дворе. Это Западный район, не оставлять же тебя на дороге.
   - Сколько времени?- Олег, глянув на руку, не обнаружил там часов.
   - Уже полдесятого, здорово они тебя отделали. За что?
   - Ни за что. Тебе-то какое дело?
   - Никакое, я наблюдал за тобой. У тебя плохая реакция.
   - Реакция - это когда он тебя задел локтём, а ты его в морду двинул?
   - Зря ты там околачивался.
   - Они мне тоже это сказали. Там что, ходить нельзя?
   - Как тебе это по-русски объяснить? Это - место встреч. Проходить можно, околачиваться нежелательно. Тебя за мента приняли. В худшем случае - выследили бы до дома, в лучшем - разобрались сразу на месте. Считай, что повезло.
   - Ничего себе - повезло!
   - Ты жив, это главное. Для того чтобы убить, не обязательно знать анатомию. Тебя как зовут?
   - Олег.
   - Сколько тебе?
   - 20 будет в августе.
   - Долг Отечеству?
   - В армии уже был.
   - Женат?
   - Это анкета?
   - Да, - голос парня стал жёсток и зол.
   - Я не голубой.
   Парень за рулём выругался.
   - Давайте перейдем на "ты", а то мне дать по морде Вам неловко. Я тоже, но ты мне понравился, а мне нужен человек на работу.
   - А при чём тут "женат"? Наглость - второе счастье?
   - Не нужны лишние проблемы. Тебе деньги нужны?
   - Они всем нужны, а в чём дело? Хорошие бабки?
   - Тот, кто поднялся выше, просто полез раньше. Полезем вместе?
   - Тише будешь - позже сядешь, - в глазах Олега впервые появился огонёк, - Фортуна чаще всего улыбается тому, кого не замечает Фемида.
   Парень за рулём улыбнулся впервые за всё время и повернулся лицом к Олегу, протянул руку.
   - Это мне больше нравится. Тогда поехали ко мне. Литвин Александр, мне пятнадцать, - произнеся это и пожав ойкнувшему Олегу руку, он сел на место. Машина плавно набрала скорость. Через пять минут они были дома. Восьмой этаж девятиэтажки, трёхкомнатная квартира.
   - Где родители?
   - Погибли год назад в автоаварии.
   - Один живёшь?
   - С сестрой, она младше, ей четырнадцать. Ольга. Ты с ней полегче. Понял?
   Олегу было трудно соотносить то, что взрослому с сединой парню - 15 лет. Выглядел он старше двадцати и был по жизненному опыту явно старше любого из сверстников.
   - А права на машину?
   - Требуя слишком многого, можно и получить...тебя это не касается. И иди в ванну, умойся. На тебя, такого страшного, никто не позарится.
   Олег проковылял в ванну, где был вынужден принять душ. Рубашку выбросили, Александр дал чистую футболку, перекись водорода и пластырь.
   В общем, с этого всё и началось.
   У Олега три года назад мать умерла от рака. Он и сестра 14 лет росли без отца. Но Александр предупредил сразу, что не желает знать никаких родственников Олега.
   Олег оказался сильным, умным, лёгким на руку и болтливым на язык. Когда надо - заговорит зубы любому. У Александра Литвина были связи в обороте наркотиков, машина, квартира и более-менее поставленное дело. Не хватало только людей, чтобы отделиться и стать отдельной бригадой. Олег и Александр сошлись по характеру.
   Несмотря на старшинство, Олег безоговорочно признавал лидерство Алекса. Через пару месяцев, летом, на очередной встрече курьеров. Александр объявил о своём отделении. Он уходил из группировки Западников и больше не собирался продавать товар мелким оптом. Он брал на себя перевозку товара из порта Бердянска. Только доставка груза в точки на Повороте, центре Западного района, в "Дуэт" на окраинном, пригородном посёлке Мариуполя и для отдельных заказчиков. Конкретная партия товара. Оплата наличными, часть суммы - вперёд. Всё как обычно, только чтобы больше не продавать. Это была незаполненная ниша, и особо против никто и не был. Наживать врагов незачем. Алекс взрослел и поднимался, показывал себя серьёзным, деловым человеком. Несмотря на его злобу в душе и закрытость, его уважали. Иметь верного человека в серьёзном месте хотел каждый. За свои слова Алекс отвечал. Тогда же он отделился, и они остались вдвоём с Олегом. Тот безоговорочно подчинился Алексу. Он не знал и половины того, что знал и умел Алекс.
   Доставку Алекс взвалил на себя, на Олеге осталась связь с заказчиками. Нужны были ещё люди в команду. Алекс сделал из Ольги, своей сестры, диспетчера на телефон, - на приём заказов. Обучил её языку, на котором они принимались и названиям мест в городе для встреч.
   Но число линий росло, они не справлялись. Уменьшать закупки было нельзя, и были нужны ещё люди.
   Через год из соседней, распавшейся группировки попросил крышу Макс Орлов. А потом объявился и Кишмиш. Их решили завалить работой, но новенькие не только не сдались, но ещё и хорошо сработались. Что называется, спелись. Так их стало пятеро - Алекс, Олег, Ольга, Макс и Сергей.
   Белый 20.04.91года 9.05
   Он позвонил и договорился с Ольгой о встрече с Алексом за неделю до срока. До звонка о нём лично никто ничего не знал. Сказал только, что связан с Крокодилом Геной, назвал место и время встречи. Ольга подумала, что это - шутка, но Алекс только выругался. Несколько успокоившись, он рассказал, что зимой у Геннадия убили жену и сына. Геннадий ушёл из бизнеса навсегда. Саша объяснил, что "Крокодил " - потому, что аллигаторы едят людей. Эта личность контролировала весь юго-восточный берег, а теперь человек сломан. Странно, что связь через него, говорят, что он совсем опустился. На встречу, назначенную в кафе на Повороте, Алекс решил идти с Максом.
   В результате этих событий Алекс и Макс подъехали к кафе без пяти девять, оставили машину на углу здания. Сами спустились в полуподвальное помещение, где было кафе. Это было длинное помещение, тёмное и сыроватое. Столики на четырёх человек и стойка вдоль бара составляла весь интерьер. Единственное освещение - электрические свечи на стенах под потолком. Алекс и Макс прошли через вес зал и сели в углу за самый крайний столик. В кафе совсем мало людей, оно работало круглосуточно. Заказали кофе, больше ничего брать не стали.
   - Уже 9.02, скоро познакомимся, - Александр, глотнув горячего кофе, обжёгся и поморщился.
   В кафе зашли двое: один в белой рубашке, ростом выше среднего, чёрные джинсы и чёрные как смола волосы, другой - примерно такого же роста, но черты лица более крупные и одет совсем невзрачно: что-то мешкообразное и грязно-серого цвета. Алекс сразу отмёл мысль о том, что это те, кого они ждут, и перевёл свой взгляд сначала на чашку с кофе, а потом на дверь. Но Макс наступил ему на ногу под столом, и Александр глянул на него. Тот показывал в сторону. Повернув голову туда, куда указывал Макс, Александр увидел уже парня в белой рубашке, садящегося за стол рядом с ним. Человек в серой одежде остался за стойкой.
   - Здесь занято.
   - Здесь заказано, я - Дмитрий Белый.
   Алекс невольно рассмеялся. У парня не только белая рубашка, но и белая, совершенно бледная до синевы кожа. На фоне чёрных волос вообще можно подумать, что у парня наложен грим. Слишком уж было неестественно.
   - Белый - это прозвище?
   - Нет, паспорт показать? Это фамилия, но запретить думать я не могу, у людей всегда есть предрассудки.
   - Очень мило, кто за стойкой?
   Белый обернулся и, кивнув головой, позвал своего знакомого. Тот сразу подошёл и сел рядом, пододвинув себе ещё один стул. Черты лица подошедшего - крупные. Слишком большие и высокие скулы, светлые волосы, хоть и расчёсанные, но давно не мытые.
   - Леонид.
   - Ну и ради чего я сюда пришёл?
   - Белый сразу стал серьёзнее:
   - Я сам из Бердянска. У меня хорошие связи в порту.
   Алекс, словно поняв уже, о чём пойдёт речь, перебил:
   - У меня они тоже есть, и я не собираюсь их терять из-за какого-то прохвоста, у которого появились проблемы. Я плевать хотел на Геннадия и пришёл чисто из интереса.
   - Крокодил Гена тебе не безразличен, и ты не стал бы себя подставлять только ради интереса. Может, всё-таки выслушаешь меня?
   Александр невольно поморщился, и уже поняв, что всё дальнейшее предопределено почти без вариантов, устало кивнул головой...
   Из кафе они ушли только через полтора часа. Результатом беседы было присоединение Белого и Леонида к группе Александра. Те были невольными свидетелями убийства Милы - жены Геннадия и их сына. Был замешан некто, получивший прозвище Кролик за повадки трусливого зайца, а затем просто Кроль. Вместе с Белым пришли ещё семь постоянных, крупных клиентов. А у Леонида была машина, это тоже решало ряд проблем. У Белого был спокойный характер. Он был уверен в себе и легко, и быстро сошёлся со всеми.
   Итак, их стало уже семеро: Александр, Олег, Ольга, Макс, Белый, Леонид и Сергей Кишмиш, который пришёл ещё зимой 90-91-ого.
   Олег приносил деньги домой, но откуда их брал - сестре не говорил. По совету Алекса он по-прежнему скрывал от неё всё их дело. И не знакомил её ни с кем. Судьбе было всё равно угодно свести её со всеми. Но способ, который на это выпал, оказался поистине ужасен. Если бы Алекс мог знать, как всё пойдёт дальше, он бы изменил своё к этому отношение. Человек может только предполагать, но располагает обстоятельства совсем не он...
   Предвидеть то, что будет завтра, не дано никому.
   Сергей Кишмиш 3.10.91 года 17.00
   Он появился в их среде неожиданно. Высокий, светловолосый парень с вечно торчащей во рту сигаретой. Понадобились деньги - стал искать работу. Только работа бывает разного рода. Несмотря на свои 18 лет, по характеру Сергей был как 7-летний ребёнок. Алекс говорил: "И по интеллекту - тоже!" Не в меру болтливый. Сергей же на всё отвечал, что в мире существует слишком много причин для смерти, чтобы умирать еще и от скромности. В его присутствии не было места ни минуте тишины. Александра это допекало и раздражало. Во всём остальном это вполне нормальный человек. Может, немного взрывоопасный, но до такого состояния ещё надо довести. Быстрая реакция с успехом компенсировала ему отсутствие такта.
   Всё, как считал Александр, стало рушиться в тот злополучный день, - 3 октября 91-ого.
   Сергей Кишмиш и Леонид приехали в центр города. Они сидели во дворе дома на скамейке и ждали курьера, который должен был появиться с минуты на минуту, принести заказы и часть денег вперёд. На улице бабье лето, и, несмотря на приближающийся вечер, стояла духота. Сергей впервые за долгое время замолчал, невыносимо душно. Ни ветерка, на ночь должна была быть гроза, чтобы разрядить висевшее в воздухе напряжение. Через несколько минут Сергей и Леонид встали и вышли на центральный проспект, пошли к кассам аэрофлота. От очереди отделился человек в сером. Подошёл, спросил: "Сколько уже времени", и сказал, что рейс отменяется в связи с нелётной погодой. Пароль для сегодняшней встречи верный, но ни Сергей, ни Леонид никогда ранее не видели этого курьера. За полминуты они выяснили, что прежнего заменили, и решили перейти через улицу во двор другого дома.
   В тот миг, когда скрипнули тормоза, Леонид сделал шаг назад, а Сергей, почему-то вскрикнув, бросился вперёд.
   Машина, тёмно-синий жигулёнок, не останавливаясь, не тормозя, на полном ходу сбила Сергея. Его ударом отбросило на несколько метров вперёд. Сильный удар головой. Люди, переходившие дорогу, на несколько секунд оцепенели, но потом все сгрудились вокруг лежащего. Леонид тоже подошёл. Даже на расстоянии видно, что Сергей мёртв. Родных у него нет, документов и записей при себе тоже. Леонид оглянулся и в толпе разглядел курьера. Быстро выбравшись из толпы и взяв курьера под руку, быстро потащил за собой. Через десять минут они были у Александра дома. Когда Леонид втащил в квартиру оторопевшего паренька лет двадцати, Александр в первый момент даже не отреагировал, но, видя блуждающий взгляд парня, и бледное, несмотря на стоящую жару лицо Леонида, почему-то содрогнулся.
   - Где Серый?
   - Мёртв.
   - Как?
   - Сбила машина у касс.
   Ни секунды нет в свободном распоряжении.
   - Ма-акс?! - Александр сдал Максу курьера, а сам с Леонидом уехал в центр.
   Там всё ещё была толпа, приехала скорая и менты. Из пересудов в толпе сразу стало всё известно - смерть на месте, мгновенно. Машина, которая сбила его, оказалась украденной вчера вечером, и её бросили за поворотом. При обыске у убитого не нашли документов, зато нашли кокаин. Труповозка уже отъезжала, увозя тело в морг, а менты шерстили толпу на предмет того, кто что видел, и кто кого знает. Они приехали совсем незадолго до приезда Алекса и Леонида. Надо сматываться. Ничего изменить уже нельзя. Говорить, что знаешь убитого, и забирать тело, после того, как нашли наркоту, было самоубийством. Начнутся выяснения достопримечательностей в области знакомства с убитым и биографии свидетелей.
   Либо Сергей сам воровал дозы для кого-то, и его убили из-за них, либо его подставили и наняли людей, чтобы убить. Результат один, - Сергей мёртв. Никто из заказчиков не жаловался на нехватку товара. Могло быть и так, что Сергей и сам сидел на игле. Леонид не уверен на 100%, что новый курьер не успел отдать или подбросить Сергею дозу.
   Алекс вёл машину сам, впереди был разговор с курьером, но как его начать, он ещё не знал. Как себя вести, знает он или нет? Нельзя отпускать, если курьер замешан, но нельзя и терять заказчиков.
   Когда Алекс вошёл на кухню, Макс пересчитывал деньги, а курьер сидел в углу кухни на табуретке и пил воду из уже полупустой пол-литровой кружки. Алекс молча подошёл к столу и взял лист, исписанный быстрым, летящим почерком Макса. На листе были указаны четыре заказа - кто, размер оплаты, точный объём и дата. На полу у ног курьера валялась пустая, по форме спортивная сумка. Алекс, глядя на парня, кивнул на сумку, потом на стол, коротко и жёстко сказал, словно отрезал:
   - Выворачивай.
   Курьер молча поставил сумку на стол, она была уже открытой, доставали деньги. В сумке, кроме пачки сигарет и сложенной ветровки, ничего не оставалось. Парень впервые за всё время заговорил:
   - Короткий разговор приводит к большому сроку. Я так понимаю, что главный здесь ты, но если я скажу Дрозду, что твоих людей так убивают, то он не будет больше работать с тобой.
   - А ты и не говори.
   - Он всё равно узнает.
   - Откуда?
   - Много будешь знать - не дадут состариться. Я с вами работаю впервые, и меня ваши проблемы не интересуют... Я не хочу проблем для себя. Мало приятного, когда под носом убивают человека. То, что его сбили специально, это и ребёнку ясно.
   - Сколько ты хочешь, чтобы тебе перестало быть неприятно?
   - Позвони сам Дрозду,- курьер странно замялся, возникла пауза.
   - Объясни мою задержку. Я уже должен был быть на месте. Меня ждут.
   - Хорошо, но перед этим я обыщу тебя, ты сам развозишь товар?
   - Нет, только заказы и деньги.
   - Хорошо, я надеюсь, что ты здесь ни при чём,- повернулся к Леониду, - и ты тоже.
   - Что?
   - Ты тоже ни при чём...
   Алекс в ближайшие полчаса позвонил Дрозду.
   Между ними состоялся крайне неприятный разговор, в ходе которого Алекс получил заяву о полной непричастности курьера к происшедшему. А Дрозд - о непреднамеренной, но неизбежной задержке курьера, который тут же и ушёл.
   Алекс видел, как тот выходил из подъезда, закуривая сигарету.
   - Вы мне объясните, как в такую духоту можно курить?
   - Я не алкоголик, но я даже выпить захотел, не то что закурить, - Леонид подошёл к окну.
   - Лучше пьянеть от водки, чем трезветь от действительности. Ты уверен, что это не нечаянный наезд воров, которые с перепугу бросили машину за углом?
   - Я уже ничего не понимаю. Он сидел на игле?
   - А они не могли рассчитывать, что на месте Сергея окажешься ты?
   - Кто? Кроль? Он вообще ни на что не способен.
   - Бойся человека, неспособного ни на что, он способен на всё.
   - Кокос положили ему, а сбить хотели меня?!
   - А ты не видел никого в толпе?
   - Не знаю, я об этом не думал, - Леонид неожиданно для себя растерялся.
   - А ты подумай, и будь поосторожней. А за то, что привёл этого курьера, спасибо. Но Серому уже ничем не поможешь.
   Алекс резко погрустнел, да и азарт у него резко пропал. Через два дня Алекс вышел на дельца в морге. Итог был неутешителен: Кишмиш никогда не принимал наркотиков. Ни малейшего намёка на следы уколов. Подлог? Этот вопрос повис в воздухе. Ответа на него не мог дать никто...
  
   Александр Литвин 5.04.92 года 15.20
   Степь. Пейзаж за окном не менялся, и скорость, видимо, именно поэтому, не чувствовалась.
   - Слушай, 120 идёт, а словно плетёмся, - Александр улыбнулся, - Ещё немного и я усну.
   - Красотища.
   - Я здесь вырос. Кажется, трассу знаю с закрытыми глазами. Мы здесь ещё с отцом ездили. Как он нас терпел? Мы с Олькой щенячий визг поднимали, когда он обгонял кого-нибудь. А Олька лезла назад и корчила смешные рожи водилам, оставшимся позади.
   - И как же он вас терпел?
   - А ему это нравилось! Как я теперь понимаю: он просто "тащился" от нашей радости. Наверно, это и было счастье.
   - Интересно, а почему я не люблю шум, гам и визги?
   - А потому, что ты башкой работаешь. А от визга мозги имеют тенденцию плавиться.
   - Скоро пост будет, не гони.
   - Ещё пять минут. А как ты в голове всё это держишь - кто, что, кому и сколько? Я всё писал.
   - Оно само, - Олег покрутил рукой около виска:
   - Само накручивается. Система сама работает, а как - меня не колышет. Помню, и всё тут.
   Он показал на открывшуюся впереди перспективу: вдали на холме был пост Гаишников. Тормозили всех.
   - А говоришь "пять минут".
   - Отвлёкся. Ты не волнуйся. Мы - чистенькие.
   На посту всё прошло как обычно - проверили права, техпаспорт на машину. Крайне вежливо осведомились насчёт наличия оружия и наркотиков. Традиционные ответы "не был, не имею, не участвовал" - и свободен.
   Они только въехали в город, как ветер изменился. Мгновенно из ниоткуда нашли грозовые тучи, и хлынул ливень.
   - Чёрт, как я обожаю эту погоду.
   - Саня, лучше остановись. Ни хрена не видно.
   Дождь лил как из ведра. Дворники не справлялись, и в полуметре впереди действительно не было ничего видно, не говоря уже про светофоры. Саша принял вправо и остановился на краю.
   - Ты проехал на красный. Ты в курсе?
   - Правда?- Саша злостно улыбнулся, - Не моз-зет быть! Там поток машин шёл, и что, все на красный?
   - Угу.
   Дождь немного стих. К машине подбежал человек и постучал в стекло рядом с Олегом. Олег мельком глянул на друга. Тот неопределённо пожал плечами.
   Олег опустил стекло. В машину заглянул парень лет 20. В шапке. Олег уловил только вопросительно-ищущие глаза: человек окинул сидящих взглядом. А затем, почти одновременно с этим взглядом Олег ощутил на своём горле лезвие.
   - Тихо. Деньги сюда. Все. А то твоему товарищу - капец!
   Олег сидел не шевелясь.
   Взгляд Александра из светлого стал мутно-серым. Уголки губ дёрнулись наверх в злостной, едва заметной улыбке и опять вернулись на место. Он не спеша полез в карман, достал зажигалку, во втором кармане не нашёл сигарет. Лениво, непонятно кому, наверно сам себе сказал:
   - Ну и хрен с ними!
   И только тогда посмотрел на человека, держащего нож у горла Олега.
   - Ну что же ты ждёшь? Давай, режь этого придурка! Он у меня девчонку увёл, а мне с этим гадом ещё и работать приходится. С удовольствием посмотрю, как ты ему шкуру попортишь.
   Человек с ножом застыл.
   - Ты что, сумасшедший? Деньги гони!
   - Я их тебе дам! Ты его кончи, и я тебе ещё сверху добавлю. Мне самому руки пачкать не хочется! - Александр не сводил с паренька, постепенно начинающего понимать, что не он ведёт ситуацию. И уже не знающего, куда деться самому. Затянувшаяся пауза стала тягостной.
   Александр наконец-то нашёл сигареты и закурил.
   - Мне выйти или ты сам уйдёшь? Свободен!
   Человек всё ещё не шевелился.
   - Пошёл вон, идиот!
   Парень с полученного благословения убрал наконец-то нож от горла Олега и бросился бежать прочь.
   - Ну, знаешь ли? А если бы он резанул?
   - Этот перепуганный своим поступком ребёнок? Не-а. Поехали?
   - Поехали, - Олег всё ещё вертел головой во все стороны, словно разминая затёкшую от напряжения шею.
   - Саня, а у тебя что, подружка появилась? Познакомишь?
   - Пошёл ты! - Саша впервые за всё время рассмеялся:
   - Я что, похож на самоубийцу? С моим образом жизни-то.
   - А что? Хорошая идея!
  
  
   Игра третья Перерождение 3.05.98 года 17.20 воскресенье.
   Стресс - это когда ты просыпаешься с криком и понимаешь, что ещё не засыпал. Бывает такое время, которое называется чёрной полосой. То есть, когда всё рушится, и ты не в силах этому противостоять, ты можешь делать одно из двух: злиться на себя и на весь окружающий тебя мир. Можешь пытаться что-то сделать, но тебя всё равно постигнет неудача, потому что чёрная полоса в самом расцвете; или тебе остаётся найти мыло и верёвку покрепче.
   Хорошо, если ты выберешь первое, потому что время идёт, и всё когда-нибудь заканчивается. Пусть это будет хуже для окружающих, которым предстоит пережить твои выпады. Главное - пройдёт время, и всё будет в норме. Главное - ты будешь жить. Ну и что с того, что станешь уже совсем другим человеком?
   Олег 27.06.92 года 22.10
   Он ходил кругами по кухне, вытаптывая дорожку от окна к двери и к полке, на которой стояла одна несчастная банка с кофе. Олег был дома с пяти часов вечера, но сестра не появилась даже к девяти. А уже начало одиннадцатого. Всегда, когда она так задерживалась, она звонила. Сегодня звонка домой не было. У Олега ужасно ныл живот. Что-то случилось. Он это просто знал, настолько неприятным было это чувство.
   Олег, не зная, куда себя применить в этом страшном ожидании непонятно чего, теребил ключи, хватался за нож, прижимался лбом к кухонному окну. Кончилось тем, что Олег ушёл в зал, рухнув в кресло, замер и уставился на телефон. Сердце наматывало круги, и голова начинала плохо соображать. Олег не хотел звонить Алексу, вдруг будет звонить его Кэтти, а телефон будет занят.
   Иногда он думал, что вот придёт Кэт домой, он поставит перед ней чашку с кофе, и скажет: "У меня есть хобби, но оно тебе не понравится". А потом становилось страшно окунать её в новый мир, где человек - человеку отнюдь не друг, товарищ и брат. Сейчас он рассказал бы ей всё и был готов бросить всё, только бы она пришла.
   Ещё никогда в жизни такого не было. Чувство опасности и неизбежности подкатывало к горлу и становилось трудно дышать. Что-то случилось. Он чувствовал это каждой клеточкой своего тела. Смотрел на телефон и бубнил про себя:
   - Ну, ну позвони...позвони...позвони...позвони...
   Олег хотел позвонить в скорую, но боялся, что ему скажут что-то плохое.
   В тот момент, когда позвонили в дверь, Олег содрогнулся, хотя и ждал звонка, но по телефону. Потом облегчённо вздохнул и ринулся открывать дверь, (даже не глядя в глазок, хотя это уже вошло в железную привычку). Как он её сейчас отругает!..
   На пороге стоял Александр, весь в чёрном. Бледное лицо и злой взгляд. Олег не видел его таким с тех пор, как погиб Кишмиш.
   - Поехали со мной.
   - Кто?
   - Белый... и девушка с ним. Поехали, в машине разберёмся.
   У Олега, пока искал ключи, мелькнула мысль о Кэт. Но у неё были ключи. И с ней потом разберёмся...разберёмся. 50-тикопеечная монета Кэт на его ключах... Боль в сердце отдалась уколом в спину, свело руку. Олег невольно охнул.
   Сначала для Олега всё было словно игрой. Он будто попал в сказку на сцене и играл роль в новом спектакле, которую ему выдали. Но по мере того, как развивались дальнейшие события, он стал всё ярче и яснее понимать, что ни в какую сказку он не попал. Он в жизнь вляпался! И эти деньги не стоят ничего.
   Алекс сел за руль, Олег рядом. Машина рванула с места.
   - Не гони.
   - Тише едешь - хрен приедешь! - Алекс не сбавил скорости.
   - Он жив?
   - Да, он жив. Смог позвонить, - Алекс говорил медленно, словно с трудом преодолевая внутреннее сопротивление.
   - Мы с Максом забрали их с Садков. Это район частных домов. Он и девушка с ним. Их избили. Места живого нет. Весь товар забрали. Пока она без сознания, а он бредит. Как я смог понять, их было шестеро. И Белый кого-то знает. Он всё время бредит и говорит: "Нет".
   - Никогда не бывает так плохо, чтобы не было еще хуже. Что за девушка?- у Олега появилось смутное беспокойство, он не мог понять, с чем оно связано.
   - Не знаю, была с ним, когда они встретились с теми, кто их так...
   Олег теребил в руках 50-копеечную просверленную монету сестры, нанизанную на кольцо вместе с ключами, и пытался вспомнить, есть ли у Кэтти знакомые в Садках, но не смог. Да и не могли её, ей всего шестнадцать, ... хотя, причём здесь возраст?
   Кэтти 27.06.92 года 22.20
   Она пришла в себя в тёмной комнате. Вокруг не различались ни цвета, ни предметы, ни звуки. Кэт не могла понять ни то, где она находится, ни то, как она сюда попала. Не могла вспомнить, что было до того, как она проснулась. Из ощущений поняла, что лежит на кровати, накрыта до самого подбородка чем-то лёгким и тонким. Почему-то показалось, что она в море, и на миг стало смешно, но смеяться она не смогла. Попробовала пошевелиться, но не смогла. Хотела встать. Но вдруг всё тело пронзила острая боль. Ей показалось, что она закричала от боли, но она только застонала. Во тьме возник женский силуэт, он наклонился к ней. Локон волос подошедшей упал на плечо Кэт и причинил невыносимую боль, она застонала. Женщина вышла, зашёл мужчина лет тридцати. Он подошёл, снял с неё простынь. Она поняла, что не чувствует даже то, одета она или нет. Приятный мужской голос произнёс тихо и жёстко:
   - Оля, морф, быстро! - отвернулся, в его руках возник шприц. Он наклонился и спросил, как её зовут. Она не смогла это сказать. От боли, не отпускающей её, стало холодно. Уже после укола, когда боль стала стихать, она услышала голос брата и прошептала:
   - Олега... Позови Олега.
   Человек, стоящий над ней замер на миг и вышел из комнаты. Она услышала крик брата, он влетел к ней, схватил за плечо, рухнул рядом с кроватью на пол на колени. Рука его, сжимавшая плечо, причиняла боль. Кэт хотела сказать ему, чтобы он отпустил, но не успела. Темнота окутала её, и боль исчезла вместе с братом. Она ещё слышала, как Олег кричал на кого-то, и как мужчина ругал его, а потом всё стихло. Морф сделал своё дело, и Кэтти уснула.
   Олег стоял в коридоре красный и злой:
   - Ты, Саня, вообще совесть имеешь?
   - А что, по-твоему, я с ней делаю?- Александр глупо улыбнулся, за что неожиданно получил увесистый удар.
   - Придурок. Если тебя ударили по правой щеке, подставь левую ... Затем уйди под локоть и снизу в челюсть? Это же не я их так...кретин! - Алекс вытирал кровь с разбитой губы.
   - Ты, ты... - Олег со всей силы грохнул кулаком по стене, даже не поморщившись от боли в разбитых в кровь костяшках пальцев.
   - Убью! Понял?
   Алекс всё прекрасно понял, - взгляд Олега не обещал ему в будущем ничего хорошего.
   Олег не знал, что сказать Алексу, но готов был убить его, если бы это помогло Кэт.
   Белый 27.06.92 года 23.45
   Когда он пришёл в себя, хотелось пить. Казалось, что горло пересохло и горит. Алекс принёс воды и, смочив полотенце, положил его на грудь и живот. На лице лежал смоченный платок. Выглядел он устрашающе, лицо разбито. Весь был в крови, ссадинах и синяках, глубокая ножевая рана на руке. Ольга и Макс разрезали на нём то, что осталось от одежды, смыли кровь. Впервые за всё время в его глазах появилось осмысленное выражение, он уже не бредил.
   - Девушка, она...
   - Кто это сделал?
   - Кроль и его люди. Шестеро, - Белый попробовал сесть на кровати, но от боли, пронзившей живот, опять рухнул.
   - Не вставай, не надо.
   - Пошёл ты!
   Дмитрий, придя в себя на улице, смог из последних сил добраться до частного дома, позвонить оттуда Алексу, сказать тому, чтобы забрал его и девушку, сказать рыжему невысокому хозяину, чтобы не вызывали скорую и ментов, а сказали адрес, куда ехать. Сказал спасибо парню, впустившему его в дом, и вырубился. Провалился в какой-то сизый туман, из которого его время от времени вытаскивал Кроль и снова, и снова бил его.
   Сейчас, придя в себя, он вспомнил всё до малейших подробностей, удивился тому, что жив и попросил у Алекса обезболивающего. И тут же уснул, наконец-то ему ничего не снилось.
   Рассказать смог всё только на утро. Ему помогли сесть, обложив подушками. Было около семи вечера, когда он вышел из машины с большой спортивной сумкой, в которой был товар, наверху пистолет и куртка. Он шёл к Ковалю и точно не знал, где стоит дом. За десять минут ходьбы по переулкам встретил только одного человека, - девушку лет шестнадцати. Спросил, не знает ли она нужный ему дом. Она, немного замешкавшись, сказала, что объяснять долго, но она идёт почти в том же направлении, и предложила проводить, а потом она покажет. Они с ней шли несколько минут по улице, а потом свернули в переулок. Он был в полтора шириной, и метров 200-300 в длину. Слева был невысокий забор из прутьев, опутанных диким виноградом, а справа, - высокий, под два метра, сплошной забор из крепко сколоченных досок. Под тяжестью лет забор немного покосился внутрь.
   Он шёл на два шага впереди девушки, которая смеялась сзади и говорила, что уже почти пришли, ещё два поворота и нужная улица. Внезапно перед Белым словно из ниоткуда выросли три человека, они поднялись с земли, сидели около забора.
   - Ой, какая девочка.
   - Отвали.
   - Дай закурить.
   - А девочку дашь?
   - Отвали - это означает "нет".
   Белый кинул им пачку сигарет. Двое достали и закурили. До них оставалось метра полтора. Белый, не оборачиваясь, сказал: "Беги", поставил сумку на землю к забору, выхватил пистолет и отступил на пару шагов.
   - Думаю, лучше вам уйти по-простому,- направил на парня лет двадцати, - у тебя ещё вся жизнь впереди, зачем так рано кончать её под забором?
   Белый сказал, что запомнил этого парня на всю жизнь. Тот не пошевелился, не подумал даже уходить, он смотрел как-то странно, словно сквозь него, далеко назад. Сзади раздался крик девушки. Белый, обернувшись, увидел, что её, прижав к себе спиной, захватив под локоть и приставив нож к её горлу, держит Кроль. А сзади него стояли ещё двое. Видно, она, побежав, наткнулась прямо на Кроля, и он схватил её.
   - Отпусти её.
   - Брось пистолет. Ну что же ты, Белый? Дипломатия - это искусство говорить "хоро-о-ошая собачка", пока не найдешь камень поувесистей. Ты считаешь, что ты его нашёл? Литвин тебя не защитит.
   - Ты бред несёшь.
   Кроль, убрав нож от горла, ударил девушку кулаком в живот, и та осела вниз. Белый импульсивно развернулся и выстрелил в того, который смотрел сквозь него, он был ближе всех. Парень сразу осел вниз, к высокому забору. Белый опять повернулся к Кролю.
   - Отпусти её.
   - Ты думаешь это реально, что ты уйдёшь отсюда на своих двоих после того, как подстрелил моего человека?
   Это последнее, что Белый ещё помнил чётко. Потом на него набросились сразу все и смяли. Девушку отбросили на маленький забор, и она, напоровшись на прут ребром, осела вниз. Его скрутили двое, а Кроль бил его сначала в лицо, потом в живот и в грудь, по сердцу. Несколько раз спрашивал для кого товар. Он сказал для кого, не уловил момент, когда сумка исчезла. Потом двое держали его, вывернув руки за спину, а Кроль и ещё один по очереди избивали его. Под забором скулил раненый. Полным отстоем было то, что Белый никак не мог потерять сознание, и, чувствуя боль, понимал, что происходит. Один из парней поднял девушку и прислонил её к высокому забору. Он поднял её руки вверх и, сжав за запястья, практически положил её на забор. Она вцепилась в его руку зубами, и тот, заорав от боли, отпустил её и, наотмашь ударив по лицу, сбил её с ног. Белый видел, что её тоже начали избивать, что она почти сразу же потеряла сознание, и дальнейшее уже и сам понимал с трудом. Помнит, что его заставили сказать адреса: свой, Леонида, Олега и Алекса. Он не понимал, почему их не убили. Наверняка тех спугнул какой-то прохожий. Их бросили под забор и накрыли сверху диким виноградом, содрав его с забора. Очнулся он от холода, девушка была без сознания, он смог доползти - дойти до ближайшего дома, откуда и вызвал своих.
   Когда Белый закончил рассказывать, Александр отвернулся от окна, у которого стоял. У него были разбиты губы, они опухли. Белый не помнил, было ли это вчера вечером.
   - У меня один недостаток: я не умею общаться с дураками,- Белый слабо улыбнулся, - да?
   - Не страшно, если тебя оставили в дураках, хуже, если тебе там понравилось. Я убью его, Белый. Это я тебе обещаю как другу, - Алекс повернулся к Олегу, - и тебе это я тоже обещаю, надеюсь, мы всё же друзья.
   Увидев ничего не понимающий взгляд Дмитрия, он сделал паузу и сник.
   - Только не поворачивайся к нему спиной. Он как гибрид акулы и золотой рыбки. Исполняет три последних желания. Он меня достал.
   Белый застонал от боли.
   - Есть ещё кое-что, чего ты, Димыч, не знаешь.
   В комнате повисла зловещая тишина, которую никто не хотел нарушать. Олег сидел за столом, закрыв лицо руками. А Александр стоял, тупо глядя в пол, просто не мог сказать это вслух. Прошла не одна минута. Белый понял, что что-то не так, но никак не мог понять - что.
   - Она умерла?
   Олег почему-то дико захохотал, наконец-то убрал руки, открыв лицо. Скрестив руки, опёрся на них подбородком и закачался на них, перестал смеяться.
   - Дожили, предки ходили в звериных шкурах, а нам и в наших не по себе. Жива она, жива. Не всё так просто, Белый, - голос Олега стал чужим и хрипящим.
   - Сестра. Она - моя родная сестра. Кэтти. Так получилось, мы с Алексом скрывали её от вас всех, мы не хотели... Она смешная, она почти ребёнок. Я не понимаю, как это всё стало возможным... это просто бред, как ...
   - Придурки! - Белый поморщился от боли.
   По мере того, как говорил Олег. Белый понимал, что произошло. Странное состояние начало окутывать его. Он словно заново переживал всё, что произошло с ним последним вечером...
   - Олег, ему надо морф, - Алекс быстро подготовил и сделал укол.
   - Он же вырубается опять!
   Белый уснул через несколько минут. Олег, глядя сквозь Алекса, спросил у него:
   - Как мы найдём их?
   - Белый описал их. Они знают наши адреса, и лучше, если мы найдём их, а не они нас. Сейчас мы с тобой поедем к Геннадию, надо будет поговорить. Быстро поднятое упавшим не считается. А с Кролем мы разберёмся. Я, ты и Макс. Я не злопамятный, отомщу и забуду. Леонид я думаю тоже Белого не оставит без опеки... Ты о чём думаешь?
   - О том, что мне придётся менять квартиру, если Кроль останется жив. А я этого делать не хочу.
   Алекс улыбнулся. Одному - сложно, но вчетвером они достанут Кроля из-под земли. Ненадолго, правда, но достанут. А потом назад и желательно навсегда.
   Если Кроль в пределах города, то вычислить его можно дня за два, если сам он не объявится раньше. Дело начинало приобретать новые очертания.
   Игра четвёртая Начало конца 8.05.98 года 21.25 пятница.
   Сегодня вы думаете, что победа в ваших руках. Но если расслабитесь хоть на миг, то она уже не только утеряна. Завтра она просто недостижима, и вы проиграли. Всякая работа требует больше времени, чем вы думаете. Если вы держите в руках ключ к проблеме, не поленитесь его повернуть.
   Геннадий 28.06.92 года 20.00
   Они шли ему навстречу. Мила и малыш. Дул лёгкий освежающий ветер. Они шли и чему-то улыбались, а потом тени и автоматная очередь по ним. Он видел, как они падают, и копна чёрных волос Милы накрывает её лицо. Он бежал к ним, они были уже мертвы, но автоматная очередь не прерывалась...
   Геннадий проснулся в холодном поту. Опять этот сон...трещал дверной звонок. Он никого не ждал сегодня. Встал и, идя к двери, зашёл в ванну, в зеркало на него смотрел усталый человек лет 45. Он включил холодную воду и засунул под струю голову. За несколько секунд проснулся окончательно. Выключил воду, вытер лицо и волосы полотенцем. Теперь в зеркале уже отражался 35-летний человек. Глаза его блеклые и потухшие, но силу в себе он чувствовал.
   Звонок всё трещал, они знали, что он дома. Геннадий открыл дверь, как был, - в шортах и мятой футболке, с полотенцем в руках. Душа, совершившая предательство, всякую неожиданность воспринимает, как начало возмездия. Вначале он дёргался каждый день, сейчас уже нет. Он даже не собирался спрашивать, кто пришёл. Так как ничего определённого не ждал. Ничего не боялся, и вообще ему всё было безразлично. Раз пришли к нему, значит - он нужен им, а не они - ему. Подождали, - получили. Увидев на лестничной площадке Алекса с парнем, Геннадий удивился и кивком пригласил зайти. Молча, они прошли в зал. Геннадий, указав вошедшим на диван, уселся в кресло и откинулся.
   - Ну, здорово. Спишь?
   - Как видишь. Те, кто говорят, что наверху мерзко, никогда не были внизу. Пока нормально.
   - У Белого проблемы. И ты, наверно, знаешь - почему.
   - И почему же?
   Александр рассказал ему о происшедшем. После долгих пререканий Геннадий сказал, что знает, о чём речь и согласен помочь на одном условии.
   - Не один ты, Саня, вырыл себе могилу в поисках источника. Ты отдашь мне 40% прибыли с перевозок, и я сдам тебе Кроля. Вовремя предать - это не предать, а предвидеть.
   Александр замолчал, хотел сначала отказать, но потом почему-то сказал, что согласен.
   Олег, сидящий рядом, стал записывать адреса.
   - Ты не забывай, что он и твой должник, - Алекс убрал блокнот в карман, - мы с ним разберёмся, и ты получишь 20% с месячной прибыли. На этом разойдёмся.
   - Э, нет. Я хочу вернуться в дело, и мне нужны деньги. Не договоримся сейчас, я позвоню Кролю и сдам тебя тёпленьким. Моя жизнь никому не нужна, а твоя пригодится кому-нибудь. А я всё-таки получу зелёные.
   - Нет, ты сейчас позвонишь ему и забьёшь завтра в 10 стрелку в баре Лукина. Скажи, что я буду ждать тебя там завтра, ни о чём не знаю. И что меня можно взять тёпленьким и без проблем, - Александр выпрямился и, потянувшись, зевнул.
   - Звони и получишь свои 40% авансом. Я хочу сделать его раз и навсегда. Давай!
   Геннадий дозвонился Кролю и передал всё, как и сказал Александр. В тот момент, когда Геннадий положил трубку и поднял взгляд на Алекса, он увидел пистолет, направленный на себя и всё понял.
   - Если мы так мало знаем о жизни, что можем мы знать о смерти?
   - Нет неразрешимых проблем, есть неприятные решения. Спасибо за звонок, деньги пойдут на лечение ребятам и тебе на памятник. Ты всё равно сдашь меня Кролю, как сдал ради собственной шкуры Кишмиша и Белого. Свинья ты, а не Крокодил, Гена.
   - Ты так говоришь, словно я - против. Плохой, хороший... Главное, у кого ружьё! Мне всё равно, Саня, моя жизнь уже давно кончена. Никогда не показывай карточные фокусы человеку, с которым собрался играть в покер. И не относись ты так серьезно к жизни, живым вам все равно из неё не выбраться...
   - Ты и при жизни мне не нравился,- на лице Саши появилось выражение брезгливости.
   Александр скупо улыбнулся и выстрелил один раз в сердце. Предусмотренный глушитель, и всего лишь негромкий хлопок. Услышать никто не мог. Место встречи Кролю уже назначено, и к Геннадию в гости он не придёт. Из квартиры Алекс и Олег ушли тихо и незаметно. Адреса, данные Геннадием, он выбросил. В адресном бюро сказали, что таких домов на тех улицах вообще нет. Кроль был в мёртвой петле, из которой он уже не сможет выбраться.
   - Ты же блефовал насчёт Серёги, - Олег был ошарашен. Он не ждал столь быстрого развития событий.
   - Да, и он это понял. Трудно поверить, что человек говорит правду, когда знаешь, что на его месте ты бы соврал. Крокодил сам не в курсе, а то бы отреагировал. Но он сдал Белого и Леонида, это были его люди. Иногда лучше дружить с врагами, хотя бы перед их смертью. А если будешь сидеть и ждать, то дождёшься собственной.
   - Саня, таких, как он, много?
   - Если кругом крысы, значит, корабль еще плывет. Если ты не думаешь о людях плохо, то ты вообще о них не думаешь. И не мне это тебе объяснять.
   - Саш, но ведь ты... - Олег заставил себя замолчать. Пути назад не было. Алекс даже не повернул на него головы, он вёл машину словно зомби.
   Больше Олег за всю дорогу не проронил ни слова. Этот урок за предательство он усвоил с первого раза и навсегда.
   - Хорошо, когда собака - друг, но плохо, когда друг - собака. Не бойся, Олег, привыкнешь. Если не привыкнешь - подохнешь. Не подохнешь - привыкнешь! - Александр был не столько зол, сколько угрюм. В голове играл неутомимый мотив: "Уж если решать, тогда решай. А если решил - за дело! Почему бы нет?"
   А Олег был в трансе. Он будто перешёл Рубикон, и возврата назад больше не было.
   Кроль 29.06.92 года 9.50
   Алекс сидел в баре Лукина за стойкой. Ему не хотелось сдавать свой приют, но выбора не было. В зеркале он видел сидящих в глубине зала Олега, Макса и Леонида. Сейчас он всего лишь приманка. Страха нет, есть прикрытие! Договорились действовать спонтанно, сразу, как только станут видны Кроль и хотя бы его четверо людей. На меньшее идти не стоило. Алекс был готов, но вздрогнул, когда внезапно увидел в зеркале у себя за спиной человека, которого видел на фотографиях дома у Геннадия. Да и по описаниям Белого, даже без фотографий ошибиться невозможно. Алекс повернулся на сиденье лицом к Кролю, но вставать не стал. Стоящий перед ним человек усмехнулся. Уголки его губ дёрнулись вверх и застыли, в глазах появилась злоба.
   - Чего такой грустный?
   - Я не грустный, я трезвый, - Александр пытался определить, что представляет из себя внутри этот человек, о котором он столько слышал.
   - Алекс, ты сейчас пойдёшь со мной.
   - Куда ты так спешишь? Я знаю замечательный морг.
   - Ты что думаешь, я с одним тобой не справлюсь?
   - А кто тебе,Кролик, сказал, что я - один?
   - А я других не вижу, -Кроль оскалился..
   - Зря, они тебя хорошо видят. А если ты их увидишь, то тебе совсем уж хреново будет. Пошли.
   - Всё бросил и встал. Либо ты гонишь, либо я недогоняю! А что мне за это будет?
   - Посмотрим на твоё поведение.
   - С этим будут проблемы.
   - Они будут у тебя, Алекс, а не у меня. Не хочешь по хорошему? По плохому - будет хуже. Я знаю, тебе не нравится история, в которую влип Белый, давай поговорим. Что ты думаешь по этому поводу?
   - Если я скажу всё, что я думаю, то станет очень тихо.
   Кроль поднял слегка вверх руку и повёл пальцами, словно перебирая невидимые струны. К нему подошли четверо. Один из них очень похож на Кроля. Те же глаза, брови, скулы, лоб. Определённо, это брат или близкий родственник. Совпадения быть не могло.
   - Так что? Пошли?
   Алекс сидел и молчал, пока за минуту к стоящим сзади не подошли Макс, Леонид и Олег.
   - Зачем мне куда-то идти?- Александр встал,- Ты сейчас пошлёшь своего человека за товаром, который вы отобрали у Белого, иначе твоего брата сейчас пришьёт мой человек, - голос Алекса изменился и из игривого стал жёстким и злым,- Не дёргайтесь, все на прицеле.
   Кроль медленно повернулся, это была ловушка.
   - Круто. Товар продан.
   - Деньги, быстро! И никаких фокусов. Иначе вы - жмурики.
   Кроля неожиданно передёрнуло, им явно манипулировали. Он повернулся к одному из своих:
   - Ладушки, привези ему бабки.
   - Все.
   - Все, - повторил Кроль и бросил ключи стоящему рядом парню.
   - И без фокусов.
   - И без фокусов, - голос Кроля дрожал от злобы и бессилия. Но рисковать впустую жизнью брата он не мог. Фортуна сейчас отвернулась от него.
   Как только его человек вышел, Кроля понесло. Он словно сорвался с цепи.
   - Я врубился. Не знаю, чем всё это закончится. Но если ты оставишь меня в живых, то я и тебя и Крокодила Гену закопаю живьём.
   - Многое можно заставить человека сделать по собственному желанию. Гена сдох. Его уже можно закапывать.
   - Вот даже как? Семеро одного козлят? Тем более...ты покойник. И все твои - тоже. А твою сестричку я оставлю. Я посажу её на иглу, она будет жалеть, что не умерла. Я клянусь тебе... - Кроль замолчал также внезапно, как и начал говорить. Нож в руках Александра был давно приставлен к горлу Кроля. Может, он и отпустил бы его сейчас, но после слов Кроля понял, что пути назад отрезаны. И другого конца не будет. Кто знает. Может, если бы Кроль промолчал, дальнейшее произошло бы иначе. Алекс знал только одно - надо ждать. Дальнейшие 15 минут стали для него вечностью. В тот миг, когда вошёл парень, которого Кроль посылал за деньгами, все напряглись. Он протянул сумку вперёд и поставил её на столик перед Александром.
   - Открой и отойди.
   - Тот открыл сумку и сделал два шага назад. В сумке были деньги. В следующий же миг Александр оглушил Кроля рукояткой ножа по затылку, - тот упал. Два выстрела раздались почти одновременно, - Макс и Леонид стреляли в голову, и их жертвы умерли мгновенно.
   Алекс вывалил часть денег из сумки на стол, подозвал бармена, стоящего за стойкой и боящегося пошевелиться.
   - Это - тебе. Ты нас не видел. Можешь уволиться и пару лет не работать, а ещё лучше уехать. Понял?
   - Да, - бармен сгрёб деньги в какой-то пакет и растворился.
   В то время, когда все были уже у выхода, а Алекс разговаривал с барменом, Кроль очнулся и приподнялся. Бросившись под ноги Алексу, сбил его с ног. Александр быстро вскочил и нанёс Кролю несколько ножевых ударов в грудь и живот. Тот сразу обмяк. У него пошла горлом кровь.
   - Идиот! - Алекс стоял, склонившись над ним, потирая левую руку. Падая, он сильно ударил её об угол. Кроль перестал дёргаться и замер.
   - Загнулся. Готово, поехали.
   Машина отъехала от бара. Всё кончено. Из четверых в машине кровь была только на одежде Александра.
   - Саня, ты как?
   - Всё кончено, - сказал он.
   Если бы кто сказал ему в тот момент, что Кроль выживет, то он бы не поверил и рассмеялся ему в лицо.
   Если бы он знал в тот момент, что Кроль выживет, он бы сказал, что всё только начинается. Настоящий враг никогда тебя не бросит.
  
   Александр 4.07.92 года 16.50
   Кэт сидела в кресле-качалке на балконе. Он стоял рядом и смотрел на неё. Действие давления зависит от материала: одни становятся меньше, другие выше. Если бы Александр встретил её на улице, то решил бы, что Кэт - сестра Олега, настолько они похожи. Алекс не мог понять только одного, откуда у неё столько силы преодолевать эту боль. Было видно, что Кэтти сломлена ею. Постоянно дрожащие руки и бледное лицо, круги под глазами, шрам на виске, вздрагивания при любом резком движении окружающих её людей. Кэтти была напугана, этот страх жил в её глазах. И озлоблена, это слышалось в тех редких словах, что от неё можно было добиться.
   - Жизнь похожа на собачью упряжку: если ты не вожак, картина никогда не меняется.
   - Я знаю.
   Она совсем не соответствовала тому, что о ней рассказывал Олег. Сильные жизненные потрясения исцеляют от мелких страхов. Это совсем не ребёнок, это - взрослый человек, самостоятельный в словах и поступках, очень злой и очень самоуверенный. Александр не знал, что в ней привлекло его. За Кэт ухаживала Ольга, которая почти всё время теперь была дома. На некоторое время её сменяли Олег и Алекс. Очевидно одно - что Кэт нельзя оставлять одну.
   Воскресать могут только мёртвые, живым - труднее. Белому уже стало лучше, болела рана на руке и едва не сломанная челюсть. С Кэт всё хуже: она едва ходила, - болели почки. Белому уже перестали колоть морф, а Кэт без него не могла уснуть, ей уменьшили дозы. Но легче было давать ей наркотики, чем видеть, как она медленно умирает от боли.
   Она нарезала помидоры и ела их со странной жадностью, нанизывая на кончик ножа.
   - Не ешь с ножа. Будешь злой.
   - Да? - Кэт обернулась. После её взгляда Алекс уже не был уверен в смысле сказанного. Она и так была злой.
   Из разговоров с Олегом выяснилось, что Кэт словно подменили после происшедшего. Между той, какой она была раньше, и той, которой она стала сейчас, не было ничего общего. Кэт обрезала себе на добрых 30 см волосы, каре до плеч и всё. Кэт, по словам Олега, стала намного агрессивнее и злее. Она словно сломалась, а потом неправильно срослась. Олег не узнавал в ней свою сестру, хотя и знал, что она в этом не виновата. Кэт и Олег стали отдаляться друг от друга и часто ссориться, зато Кэт сошлась с Алексом. Чем дальше уходил Олег, тем ближе становился для неё её новый друг. Она словно нашла в нём защиту от окружающих. Непроизвольно, так как все слушались именно его. И опору в ближайшем будущем. Он учил её заново общаться с людьми, смотреть им в глаза. Александр видел в ней большой внутренний потенциал, скрытую, неведомую силу. Кэт притягивала его к себе. Ольга обучила Кэт языку. Кэтти приняла всё как должное, она была обязана этим людям. Да и выбора не оставалось: от Олега ещё усвоила, что обратной дороги отсюда нет, только вперёд. И на месте тебе тоже никто не позволит остаться, лишних рук и мозгов нет.
   Между Кэт и Александром установился свой, понятный только двоим язык слов и взглядов. Лишь Олег стал враждовать с сестрой, перечить Алексу у него нет оснований. Он не был против дружбы Кэт и Алекса. Он против того, в кого превращалась Кэт из маленькой простой девушки. Хотя понимал, что сам прошёл через это, и изменить или остановить ничего нельзя.
   Вместе в Кэт стал меняться и Алекс. Насколько увереннее, жёстче и спокойнее становилась Кэт, настолько угрюмее становился он. Алекс начал задумываться о будущем и опасаться. Кэт и Олег всё равно брат и сестра. Если они объединятся, то он выпадет из этого дела. Это настраивало его против них вместе, но, тем не менее, он оставался в прекрасных отношениях с каждым из них в отдельности. Олег был неизменной сильной поддержкой во всех делах, а Кэт, - его просто тянуло к ней. Однажды Алекс обронил:
   - Вы - моё будущее!
   На что Кэт только усмехнулась и сказала то, что заставило Алекса крепко задуматься:
   - Ты же знаешь, здесь нет только твоего будущего. Это - наше общее будущее, ведь все мы связаны. Ты сам это говорил.
   Алекс содрогнулся и обернулся. Глянув Кэт в глаза, понял, что рядом уже нет больного человека, нет боли и страданий, а есть друг и уверенность в нём. И неизбежность, - между ними никогда не будет близких отношений, потому что Кэт сильнее его и никогда не примет его верх. Кэт смотрела на него не мигая, и в глазах её не было ни тени слабости или боли. Алекс только в этот миг понял, какого монстра он создал собственными словами за короткий срок. Кэт, словно мягкая губка, впитала в себя цемент и окаменела.
   В течение месяца изменилось всё в их группе. Алекс, Кэт и Олег выделились как верхушка, Макс и Леонид приняли неизбежное. А Белый только однажды, когда он был наедине с Алексом в машине, опустил на переносице тёмные очки и, глядя поверх них, заметил ему:
   - Саня, на каждой горной вершине ты оказываешься над пропастью. Ты иногда обращай на Кэт внимание. Я вчера застал её со шприцем в руках в ванной. На вене следы ещё четырёх недавних уколов. Она сказала, что это только иногда, когда её мучит боль.
   - Почки?
   - Да, - Белый посмотрел на него, - ты уверен в ней?
   Алекс не смог соврать другу на этот вопрос. Сейчас он не был уверен ни в чём. Он прекрасно понимал, с какой дрянью имеет дело.
   - Спасибо, что сказал. Больше не говори никому. Я разберусь с ней. Но иногда следи за ней, ты понимаешь, о чём я говорю?
   - Ты не ответил, ты уверен в ней?
   - Да.
   - Лады.
   В тот же вечер Александр увёз Кэт к врачу, сделали УЗИ. Почки были опущены. Ей нельзя было бегать, прыгать, сутками быть на ногах. Когда ехали назад, Кэт сидела рядом с ним, откинувшись назад и глядя в пустоту.
   - Тебе надо быть полегче, не бегай столько. Отдохни... и не колись. Тебе дали обезболивающее, морф это не выход. Ты понимаешь меня?
   - Да.
   Через несколько минут молчания Александр остановил машину и повернулся к Кэт. Она молчала и смотрела вперёд пустым, ничего не выражающим взглядом. Алекс медленно взял её за подбородок и повернул её лицо к себе.
   - Если я тебя ещё раз увижу со шприцем или замечу следы от уколов, - ты пропала. Будет очень больно, так же, как и тогда, в переулке, - в его взгляде появилась угроза, Кэт хотела вырваться, но не смогла, - будет гораздо больнее, чем та боль, которую ты снимаешь. Тебя будут не просто избегать. Тебя будут презирать. Ты будешь даже не никто. Ты будешь ничто. Если мы и верблюды, то не уважаем эту гадость и тех, кто сидит на ней. Это просто способ делать бабки, не больше и не меньше. Я не хочу, чтобы мои люди говорили мне, что в моей группе есть абстиненты, чтобы мои люди знали, что в бригаде есть слабое место, не верили друг другу. Если я не в силах буду справиться с тобой, они не будут уважать меня, - Александр отпустил подбородок Кэт и, заломив ей руку, сильно сжал запястье, - я этого не позволю.
   - Мне больно, придурок, отпусти, - от резкой боли она закричала.
   - Тебе будет гораздо больнее. Мне плевать. Я сам тебя создал, я сам тебя и уничтожу. И Олег тебя не защитит, я поговорил с ним. Он сказал, что видел тебя с иглой, и что я могу делать всё, что сочту нужным.
   - Скотина, отпусти руку!
   В глазах Кэт появились одновременно слёзы от боли и страх. Сейчас она впервые испугалась сидящего рядом с ней человека.
   - Мало просто молчать, - надо постараться еще и не думать! Ещё один раз, и ты пожалеешь, что не умерла, - Алекс резко разжал пальцы, и рука Кэт ослабла. На запястье остались огромные синяки. Он не хотел делать ей больно, но другого выхода не было. От этого может излечить только страх, никакие увещевания здесь не помогут.
   Он завёз Кэт домой. И как только приехал Олег, в полпервого ночи, Алекс закрылся с ним на кухне. Они долго и тихо о чём-то говорили. Александр солгал ей - Олег ни о чём не догадывался, но теперь он знал всё. После долгого монолога Алекса Олег, не в силах сам найти выход и принять какое-то решение, сказал только одно:
   - Сапёр ошибается только один раз - при выборе профессии... Делай, что считаешь нужным, я с тобой, а не с ней, - он вышел из кухни, захлопнув дверь. В течение долгого времени больше они не разговаривали на эту тему.
   В изменившихся отношениях Олег стал правой рукой Алекса, а у Кэт иногда на лице появлялось состояние ужаса. Она отдалилась от всех, стала походить на волка - одиночку. Хотя Кэт и общалась со всеми абсолютно одинаково, она избегала Алекса и встреч с ним с глазу на глаз. Страх этот выскальзывал редко. Однажды Ольга разбудила Алекса ночью, сказав, что Кэт снится кошмар, и она не может разбудить её. Кэт металась по подушке, что-то бессвязно говорила и вскрикивала. Александру пришлось поднять её с кровати и растормошить. Кэт была вся в холодном поту. И её трясло. Ей снился сон, что Кроль жив, снилось, что их с Белым опять избивают. Всё повторялось, и выхода не было... только во сне...
   Если бы Алекс мог знать, что сон был почти вещим...
  
   Белый 21. 07. 92 года 19.40
   Белый испытывал некоторое облегчение. Он уезжал из города. Самочувствие его стало намного лучше. Он, вырвавшись из города, почувствовал себя на свободе. Ни от кого не зависит и никому ничего не должен в ближайшие 10 часов. Война позади. Нет ни кредиторов. Ни звонков.
   Свобода. Впереди долгая дорога. 10 часов в собственном распоряжении. Дорога жизни. И теперь ему принимать решение, как идти по этой дороге. Смешно, но решающим фактором для него, знамением сверху становится огромная радуга, перекинутая впереди над магистралью и ярким, жёлтым полем улыбающихся подсолнухов слева, освещённым почти заходящим солнцем. Позади - огромная чёрная туча. То, что спустя несколько минут радуга исчезнет, а по крыше автобуса ударит ледяная волна ливня, не имеет никакого значения. Человек уже увидел то, что он хотел увидеть. А ливень пройдёт, и человек ещё успеет увидеть как солнце быстро уйдёт за неровную линию горизонта, скрываясь в кровавом зареве тонких облаков. Завтра будет хорошая погода. Завтра всё будет хорошо.
   ***
   Чёрная всё поглощающая ночь. Автобус убаюкивающе ровно несётся по звёздной магистрали. Одна и та же степь за окном, и скорость не чувствуется. Белый уже начал проваливаться в сон, когда неожиданный рывок автобуса влево, на встречную. Дмитрия бросает вперёд, он ударяется о впереди расположенное кресло и просыпается окончательно. Автобус заносит и он едва не опрокидывается с трассы налево в кювет, но каким-то чудом выравнивается и уже медленно продолжает своё движение. Кто-то кричит, перепуганный водитель запоздало сигналит и орёт матом. Его успокаивает разбуженный напарник. Автобус некоторое время набирает скорость, но потом сбавляет, останавливается, и водители, закуривая, выходят. Выходят и несколько пассажиров с первых мест, а потом вываливают и все остальные.
   Белый в первый момент не понял, что произошло. Всё огромное лобовое стекло забрызгано кровью. Кто-то ухает. Потом выясняется, что на дорогу регулярно выходят табором цыгане и пытаются остановить автобус. Им это не удалось, и они забросали его вишнями. Дима смутно вспоминает, как когда-то давно на этом же промежутке дороги цыганки выбросили под колёса свёрток, якобы с грудным ребёнком. Водитель тогда не дрогнув проехал над этим свёртком, прокомментировав перепуганным тёткам в салоне: "У них там куклы или тряпки". Видно, опытный. Уже нарывался на эту же ораву.
   На 20-тиминутной стоянке остановке в Мелитополе водители отмывают лобовое стекло. А вся толпа с разинутыми ртами рассматривает этот процесс, делать-то всё равно нечего.
   Белый, остекленело глядя на целующуюся парочку, вспоминает как сам отмывал от крови руки и лицо после встречи в переулке, содрогается.
   - Чего уставился?
   Дмитрий смотрит на парня, не понимая, чего же от него хотят?
   - Чего уставился? Тоже не против?
   А, это из этой парочки... На руке парня повисает девчонка и тащит его к бабкам, у которых на маленьких столиках разложены шоколадки, семечки и жвачки. Правильно делает. Проехали.
   Кэтти 10.10.92 года 23.30
   Суббота оказалась тяжёлым днём. Когда Олег и Кэтти добрались домой, была уже глубокая ночь. Если Олег ещё делал себе что-то перекусить на кухне, то Кэтти отказалась ужинать напрочь. Она мгновенно забралась в горячую ванну, а затем и в кровать. Из состояния приятной дремоты, в которую она только начала проваливаться её выхватил чей-то скулёж. Кто-то выл. Вой постепенно нарастал. Кэт окончательно проснулась и села на кровати. Олег стоял в дверях комнаты.
   - Что это? - он пытался понять, откуда доносится вой.
   - Плач?
   Вой переместился из-за стены прямо к двери их квартиры. Кто-то начал безумно барабанить по двери, не прекращая непонятный вой. Кэтти подскочила, накинула халат. Олег открыл дверь. К ним вломилась соседка - женщина неопределённого возраста, с взлохмаченными волосами и совершенно диким взглядом.
   - Дитё умирает. Дитё умирает, помогите-е... - её слова опять перешли в вой.
   Олег отстранил женщину, она и не сопротивлялась, только с воем поплелась за побежавшими в её квартиру Олегом и Кэт. Полутёмный коридор. Яркая, залитая светом комната, открытые шторы. Ребёнок на кровати с запрокинутой головой и совершенно синим лицом.
   Кэт попробовала приподнять его.
   - Олег, вызывай скорую!
   - Что с ребёнком? - Олег тряханул не прекращающую выть женщину.
   - Не дышит! Он перестал дышать.
   Олег быстро набрал 03.
   - Скорая? Срочно, ребёнок перестал дышать...
   ...
   - Что вы ему давали? Сколько ребёнку?
   Женщина уже не выла, она просто громко скулила и причитала:
   - Умирает, дитё умирает! Таблетку растёртую. Температура у него не спадает.
   - Какую таблетку? - Олег уже орал, пытаясь перекричать вой женщины.
   - Парацетамол... детский парацетамол.
   Кэтти быстро перевернула рёбёнка на живот, свесила его головой к самому полу. Стукнула несколько раз по спине. Потом перехватила под живот и, сев на диван, положила ребёнка к себе на колени, головой всё так же - к полу, сильно сжала под грудиной. Ребёнок закашлялся. Его стошнило на пол. В рвотных массах была таблетка.
   - Адрес? - Олег назвал адрес. Он увидел, что ребёнок уже начал кашлять
   - Вроде кашляет... Кто, кто? Сосед! Приезжайте! - и положил трубку телефона.
   Кэт положила мальчика на подушку дивана. Встала, слегка пошатываясь и поправляя малышу мокрые от выступившего холодного пота волосы.
   - Воды принеси!
   Женщина побежала на кухню. Принесла чашку с водой.
   - Таблетку. Растёртую таблетку, - она сунула Кэт чашку и отошла на шаг.
   - Дышит? - Олег подошёл к Кэт, приподнявшей голову ребёнка и поившей его водой.
   - Куда он денется. Таблетка не туда пошла. Он просто подавился.
   - Таблетка! Растёртая таблетка! - Женщина тупо повторяла всё одно и то же.
   - Скорой будете сейчас объяснять. Олег, я пойду, ладно? Побудешь с ними пока скорая не приедет?
   - Да, конечно. Иди домой.
   Кэт обернулась во входной двери. Глянула последний раз на женщину. Та смотрела на Кэт испуганным взглядом.
   - Спасибо вам. Спасибо вам.
   Кэт кивнула головой и ушла, прикрыв за собой двери. Она прошла на кухню. Кэтти начинало колотить то ли от холода, то ли от волнения. Скорая приехала буквально через 5 минут.
   Врач оказался доходчивым мужиком лет 45, он пару минут говорил с Олегом на лестничной площадке, а потом долго втолковывал отупевшей от стресса мамаше основы этики и морали, выясняя у зациклившейся на словах "Таблетка. Растёртая таблетка" женщины - что же всё-таки случилось с трёхлетним малышом. Оказалось, что у него обычная простуда, повысилась температура. Мальчик капризничал и не хотел глотать таблетку, тогда мамаша просто засунула ему таблетку в горло, несмотря на сопротивление ребёнка. Он подавился и перестал дышать. Она не сообразила не вызвать скорую, не даже просто постучать мальчику по спине, а стояла над ним. Смотрела, как он начинает синеть, и начинала выть, чем и разбудила Кэт.
   - Сволочь! - Олег наливал кофе в чашку Кэт.
   - А меня колотит. Холодно. Бр-р. Море адреналина. Ночь насмарку. Я устала.
   - Сейчас посидим, поужинаешь со мной! Всё не одному. Вдвоём теплее.
   - Да уж. К чёрту такое теплее. Эту мамочку бы по башке кто-нибудь треснул за такую вот "растёртую таблетку". Я теперь не усну.
   Они ещё долго сидели на кухне, ужинали, пили кофе.
   Олег уснул сразу же, едва его голова коснулась подушки. Кэт не спала до трёх ночи, долго ворочаясь и вспоминая взлохмаченную соседку. А когда уснула, ей снилось, что она не может перевернуть переставшего дышать ребёнка, ей не хватало сил, малыш был очень тяжёлым. А когда наконец перевернула, ребёнок почему то оказался Александром. Кэт проснулась в холодном поту, горел ночник. Над ней стоял Олег.
   - Опять?
   - Нет. Всё нормально. Ложись. Всё нормально.
   У Кэт почему то очень болели руки, она потёрла их и потянулась.
   На этот раз Кэт заснула без кошмара, провалившись в глубокий сон.
   Белый 15.10.92 года 5.30
   Из этой встречи с незнакомцем Белый будет помнить каждую секунду, кроме первых минут знакомства - когда был без сознания.
   Непроглядной ночью (такая темень бывает за какой-то очень близкий к рассвету промежуток), Белый шёл к ночному поезду - встречать Макса. Алекса в городе не было. Далеко впереди мелькнул человеческий силуэт и исчез, а потом уже в пяти метрах кратковременная вспышка зажигалки и огонёк сигареты в темноте. Умершая в зародыше мысль "закурить бы", и он уже сбит с ног ударом в лицо. Он не ожидал в этот момент ничего, не понял, что произошло, пришёл в себя через несколько минут. Человек лет 30 нагло ощупывал его карманы. Белый попытался приподняться.
      - А, очухался?
      Белый что-то промычал в ответ, перевернулся, привстал на руках. Его опять сбили на землю. Мокрая после вчерашнего ливня, сбитая, высохшая, бурая трава освежила лицо, перевернулся на спину. Он лежал навзничь на спине. Стоящий над ним человек держал в руках нож и пересчитывал деньги, засунув его бумажник в карман.
      - Где товар?
      Лихорадочные мысли понеслись в голове. Человек всё знал, только в последний день изменилось расписание поездов. Человек, ждавший его, всё знал. Он всё знал. Просто кое-что не учёл. Одиночка. Ничем и никем не связанный. Значит, он - смертник.
      Внезапно паутина исчезла, и голова заработала чётко, - бежать. Любой ценой.
      - Ты не понял? Я спрашиваю: где товар? Неужели он стоит дырок на твоей шкуре.
      Бежать, бежать любой ценой. К чёрту деньги. Дом ещё недалеко. Он как раз успеет, - насквозь через стройку, перепрыгнет через забор. Он знает, - куда прыгать. И знает, - где арматура. Тип напорется на неё не хуже, чем на вилы. И что ему делать с трупом, у которого в кармане его собственные документы? Влип. Домой нельзя. Только вперёд. 6 утра. Глухой район. Это конец. Спасти может только случай.
      - Сейчас отдам, дай встать.
      - Вставай.
      Белый встал на колени, отряхнул от грязи рубашку, встал, поправил брюки и рукава, дёрнулся, - часов не было. До поезда ещё час. Успеет? Нет выбора. Злобная, идиотская ухмылка на лице придурка.
      - Ты крут.
      - Да ну?
      - Бегать умеешь? - Белый стоял на месте не шевелясь.
      - Чего?
      Придурок задумался и этого секундного замешательства хватило для того, чтобы Белый рванул с места. Ещё несколько секунд замешательства сыграли на руку. Гонка по вертикали. У Белого на неровном тротуаре подвернулась нога, и он едва не рухнул от боли, прихрамывая, Белый побежал дальше, оглянулся, - всё конец. У придурка вылетели из кармана часы Белого, он вернулся, наклонился, поднял, рывок вперёд, и возврат за выпавшей из нагрудного кармана пачкой сигарет.
   Белый, пробравшись через грязь на мокром газоне, проковылял на трассу и замер, оглянувшись на преследователя. Настоящий кретин. Неужели повезло, и оторвался? Но тот, орал матом вперемежку с "Убью" и нёсся напролом. Белый, отдышавшись, рванул с новыми силами, но тщетно, его нагонял орущий идиот. Неужели этот идиот бегает быстрее его? Нарвался. Белый уже перестал оглядываться. Да когда же он отстанет?
   Светало. Два человека бежали по дороге. Ни одной машины. Белый бросился бы сейчас к любой машине, к любому человеку. РСУ, метущиеся собаки за железными воротами. Потерянные секунды. Сторож никогда не подойдёт на подобный гвалт. Опять долгий бег. Второе дыхание. И горящее окно в частном доме. Рывок через грязь, поскользнулся и упал. Ни одного камня под рукой, даже запустить нечем. Хриплый вопль Белого: "Хозяин", и рывок через ворота. Придурок поймал его за воротник, когда он выпрямился, и прижал к забору. Две разрывающиеся собаки, огромная дворняга, боящаяся хватить за ноги, и нечто очень лохматое на привязи.
   - Убью гада, - придурок душил его мёртвой хваткой.
   На крыльцо вышел сухой старичок и следом за ним здоровый детина, мигом оценивший ситуацию, скрывшийся в сенях, и через секунду вернувшийся с ружьём.
   - Помочь? - детина обратился к придурку, приставив ствол к его голове.
   Белый слабел с каждой секундой и не уловил момент, когда его отпустили. Он упал прямо под ноги человека с ружьём, отгонявшего собак. Его подняли и посадили на скамейку.
   - Как тебя так угораздило? Вор?
   - Не, это он меня обчистил. Часы гад спёр. Время, сколько сейчас?
   - Тебе бы на себя в зеркало глянуть, а не на часы.
   Из дома вышла старушенция в халате.
   - Что случилось?
   - Мама, идите в дом, - вяло.
   - Кто это?
   - Мама, идите в дом! - более настойчиво.
   - Мне бы попить. Воды, - Белый хрипел, горло пересохло.
   Старуха скрылась и вышла с ковшиком.
   - Вон ведро, умойся хотя бы.
   Умываясь, Белый понял, что что-то не так, но что не так ещё не осознал. Он протянул руку, старуха дала ему полотенце, он вытер лицо, распрямился, подал ей полотенце.
   - Батюшки! - он охнула, отшатнулась и скрылась в доме.
   - Что?
   Детина промычал "э-э":
   - Ну, как бы тебе сказать?
   Он дотронулся до щеки. Боль.
   - Тебе далеко до дома?
   - Мне не домой. Мне на Рабочую площадку.
   - В таком виде? - детина отрицательно покачал головой, - До первого мента. Снимай куртку, свою дам.
   Белый стащил куртку, но отдавать не стал.
   - Мне бы замыть.
   - Издеваешься? - детина ухмыльнулся, но тазик из дома вынес.
   - Мой.
   Белый неистово за пару минут оттёр куртку, равномерно распределив грязь по всей поверхности, отжал, отряхнул, перебросил через плечо.
   - М-м?
   - Чёрт с ней. Спасибо.
   Белый замер у ворот, взявшись за калитку.
   - Тебя проводить? Всё равно уже не лягу.
   Белый кивнул головой.
   - Сейчас мастерку накину.
   На улицу вышли вместе. Белый идиотски улыбнулся, - разбитое лицо непропорционально перекосилось.
   - Ствол оставь.
   - Да, чёрт! Забери!
   Старичок, стоявший всё это время около собачьей будки, подошёл и забрал ружьё.
   - Батя, ложись.
   - Подожду.
   - Как знаешь.
   Они шли молча.
   Детина протянул руку:
   - Володя.
   - Белый.
   Белый понимал, что опаздывает. Частный район закончился и начались старые, заброшенные трёхэтажки. Людей выселили, но дома ещё не снесли.
   - Дальше я сам.
   - Уверен?
   - Да, спасибо.
   Володя пожал ему руку и ещё долго смотрел ему вслед, Белый оборачивался пару раз и видел силуэт под деревьями.
   На электричку он успел, но на Рабочей площадке она не остановилась, пролетев мимо, и пронеся мимо Макса. Накинул мокрую рубашку. Солнце уже поднималось, и ехидно заглядывало в глаза. Смотреть почему-то было больно, левый глаз начинал заплывать. На вокзал он не успевал. Пришлось ехать на трамвае, - ноги уже не держали. Он зашёл последний и стоял у дверей, отвернувшись от людей.
   Они встретились на районе, почти одновременно подъехав с разных сторон. Белый перешёл перекрёсток и увидел вдали друга, шедшего прямо посреди дороги - по разделительной полосе, не удержавшись заорал: "Ма-а-акс!" и понёсся к другу.
   Макс медленно обернулся, бросил сумку и замер на месте, глядя на несущегося ему навстречу ненормального Белого.
   Белый его чуть с ног не сбил, они сцепились в объятиях.
   - Не остановили на Рабочей.
   - Я видел тебя.
   Макс отстранил друга от себя:
   - Что с тобой?
   - Потом. Всё потом?
   - Кто тебя так?
   - Не знаю.
   - Сейчас?
   - Да.
   - Чёрт, я бы сам добрался.
   - Пошли отсюда.
   Макс схватил сумку. Белый за ним не успевал.
   - Макс, послушай, мне бы сесть на минуту.
   Они сидели потом ещё полчаса на ветру в каком-то дворе, начинала болеть голова. Четыре дня на травах и на пятый Белый имел уже вполне человеческий вид.
   Белый 16.12.92 года 10.00
   Он заметил их только в тот момент, когда распрямился и оглянулся назад. У него развязался шнурок на ботинке, и он его завязал. А когда встал, то увидел их. Два парня лет двадцати. Он их уже где-то видел. Но где? Лица были знакомы. Они смотрели явно на него и, не глядя друг на друга, о чём-то разговаривали. До них метров двадцать, и Белый был уверен, что знает их. Но откуда?
   Пытаясь восстановить в памяти их лица, он зашёл в подземный переход и, быстро пробежавшись, зашёл за колонну. Преследуя Белого, они зашли в переход и, не видя его, разбежались в разные стороны. Чёрт! Они пасли его. Кто? Зачем? В переходе не работал телефон. На выходе они однозначно заметят его. Немного отогревшись от ледяного ветра, Белый поднялся наверх, прошёл мимо парня, отвернувшегося сразу же, как только заметил Белого. Он резко обернулся, - человек на противоположной стороне наблюдал за ним. Белый проходил по улицам города полчаса. Эти двое уже знали, что он их видел, и шли буквально по пятам. Когда Белый сел на скамейку, они стали сзади него, а через минуту сели рядом, сжав его с двух сторон. Он не помнил их. Но явно было, что они знают его. И что он серьёзно влип. Таким не шутят. Игры кончились.
   - И что вам от меня надо?
   - Лично нам - ничего. Ты меня не помнишь?
   - Нет.
   - А зря. Ну что, банкир, девонка ещё жива или уже баиньки?
   В долю мгновения Белый вспомнил этого типа. Он подстрелил его в переулке. Его не было в тот день в баре Лукина, когда они кончили Кроля. С толку сбила спортивная шапка, натянутая до самых глаз, и изменившееся лицо,- оброс щетиной. Но глаза остались прежними - дикими и наглыми. Второго Белый не знал.
   - Я думал, что та пуля была тебе уроком.
   - Пуля - дура. А у тебя больше ничего нет.
   - Чего - ничего?
   Говоривший встал, странно посмотрел почему-то назад, за скамейку и усмехнулся. Белый невольно стал оборачиваться, но не успел...
   Когда пришёл в себя, то не понял, что происходит и где он находится. Понял одно - что стоит на коленях на снегу, и то его поддерживают за заломленные назад руки, иначе он бы упал. Болела шея и голова, - оглушили ударом по затылку. На снегу была кровь, видно его, а во рту - неприятный, страшный её вкус. Пошатываясь от боли, он смотрел на снег перед собой и думал, что его всё-таки поставили на колени. Почему так получилось? На кого они работают? Ведь Кроль мёртв. Если сами, то это конец.
   Белый поднял голову, - он был перед домом Алекса, у самого подъезда. Мела метель, и кровь на снегу заносило на глазах. Холода он не чувствовал. К нему подошёл и присел прямо перед ним на корточки человек. Белый с трудом приподнял голову, чтобы увидеть его. Кроль. Жив и здоров.
   - Прошлое не мертво. Оно даже не прошлое. Это всё из-за тебя началось.
   Белый только помотал головой, как будто пытаясь снять наваждение.
   -Надо было убить тебя там, в переулке. И всё было бы кончено. Твои друзья убили моих людей и моего брата. Ты за это ответишь сейчас. А твои друзья - потом, когда придёт их время и я решу свои проблемы.
   - Таким, как ты, надо ставить памятник! Надгробный.
   Кроль ударил Белого кулаком в живот, державший сзади отпустил его, и он упал в снег. Понял, что это уже конец, и подумал, что чем быстрее всё кончится, тем лучше. Страх исчез. Белый почувствовал дикий холод, появилась страшная боль. Последовал сильный удар ногой в живот, потом в голову, затем ещё и ещё... всё кончилось.
   Белого обнаружил у подъезда Александр, возвращавшийся домой. Отмёл снег, Белого начало уже заносить. Чёрное, разбухшее от крови лицо. Никто не подойдёт к пьяному, валяющемуся около подъезда в такую метель. Александр занёс его домой. Он и Ольга сняли с него верхнюю одежду. Белый был избит и ограблен. Ничего, - ни шапки, ни часов, ни денег, ни ключей... Он был мёртв. Один из множества ударов оказался последним.
   Кто? Безысходность и ненависть. Это было очень похоже на обычное уличное убийство. Кто? За что?
   Всё путало только одно обстоятельство, - место смерти. Его привезли сюда и выбросили? Или убили здесь? На утро Макс и Алекс размели всю площадку. Везде была кровь, - убили здесь...
   Эта смерть до 94-ого года легла на Алекса и на всех мёртвым, тяжёлым, давящим грузом. Это было умышленное убийство. Угроза? Месть или предупреждение? Будущее стало угрозой для всех. Уже не было уверенности в завтрашнем дне. Если бы Кроль был жив, то было бы ясно, - кто убил.
   Алекс слышал, как Кэт однажды сказала в никуда, думая, что её никто не видит. Сказала вслух свою мысль. Слова просто вырвались у неё и повисли в пустоте. Но не растаяли, а застыли в воздухе:
   - Это Кроль убил его, это он...
   Но Кроля никто не видел. И никто в городе о нём не слышал. Алекс отмёл эту мысль. Было невозможно, чтобы он выжил.
  
   Александр 24.12.92 года 18.20
   После смерти Белого Александр понял, что не он контролирует ситуацию. Тыла, бывшего ранее, и существенно ощущаемого в виде поддержке друзьями, не осталось. Одновременно с исчезновением тылов испарился сон, и пришёл страх за друзей. Он очень чётко почувствовал страх всем свои существом, когда начались ночные звонки. Кто-то звонил, молчал, а потом бросали трубку.
   А затем и страх перегорел. Зато у Александра появилась Цель, и он стал похож на зомби. В первое время он не мог привыкнуть к новому восприятию мира. Белого нет. Друзья молчат. Тишина, поселившаяся в их квартире стала почти вязкой наощупь. Сон у Александра пропал начисто. Он перестал даже ложиться. Вид потолка начинал вызывать отвращение.
   Мир стал дискретным. Вначале - только визуально. Все предметы стали отдельными друг от друга. Машина не несётся по дороге. Она скользит в пространстве независимо от неё. Стакан не стоит на стойке бара. Он находится на определённой высоте от пола. Просто стойка - сама по себе. А стакан - сам по себе. Живое и неживое поменялось местами. Вокруг ходят мёртвые люди. Издеваясь, подмигивает красным глазом светофор: "Путь тебе перекрыт. Как, между прочим, и доступ кислорода тоже!"
   Александр, растягивая удовольствие от мелкой мести, подталкивает стакан пальцем к краю стойки. Стакан медленно падает и разбивается. Человек видит, как медленно отлетает каждый осколок стекла, и где он останавливается, истекая последними каплями крови-вина. И только потом до Алекса доносится звук бьющегося стекла и реплика бармена: "Включается в счёт".
   Даже походка у Литвина становится летящей, ноги идут независимо от того, что сил нет совершенно. И когда он проводит рукой по воздуху, за кистью следует туманный, размытый след. Человек мутно улыбается случайному прохожему, спрашивающему не найдётся ли у него прикурить. У прохожего резко пропадает желание курить, когда он видит эту улыбку. Она появляется впервые именно в этот момент. Чужой просто обрывает себя на полуслове и уходит, не оглядываясь, прочь. Он догадывается, что Человек на грани и делиться не будет. Ничем. Ни с кем. И больше никогда.
   Именно в эти минуты Александр переступает Рубикон и принимает верное единственное решение, которое даст ему в дальнейшем покой. Независимо от того, проиграет он или выиграет. А уж выиграть он постарается. Человек вступает в игру, в которой сам отменяет все существующие правила, навсегда прощаясь со своим прошлым, с привязанностями и зависимостью от других субъектов, прощаясь с тем, кем он был до сих пор, и с тем, кем мог бы стать, если выживет.
  
   Макс 6.01.94 года 8.20
   Ночь принесла с собой мороз и, наконец-то, снег. Утром притопал замёрзший, но чем-то подозрительно очень довольный Макс. Он быстро разделся, поставил чайник на огонь, включил приёмник, стоявший на холодильнике, перещёлкнул несколько каналов пока не нашёл зарубежку. Потом обернулся к стоявшему в дверном проходе, ещё сонному Александру.
   - Ну что там у тебя? Ты на дикого жеребца похож, того и гляди, - пена пойдёт.
   - Сюрприз!
   - Не люблю сюрпризы.
   - Володьку помнишь, ну... Кузнеца. Он сторожем устроился в художественную школу.
   Саша смотрел на него совершенно тупым взглядом, словно его вырывали из сна, а он всё ещё пытался досмотреть его.
   - Ну, и?
   - Ну, и! Школа наша на сегодняшнюю ночь!
   Саша выпрямился, ухмыльнулся:
   - Прикалываешься?
   - Не-а! - Макс довольно запустил пятерню в волосы и откинул их со лба.
   - Гуляем?
   Александр согласно покачал головой:
   - Типа того.
   - Закипел, буди девчонок. Только не говори им сейчас, вечером скажем. Сегодня ещё Лёнька с Олегом должны приехать, все вместе и пойдём.
   - А ты музыку вруби погромче, сами повыскакивают. Они ждали тебя.
   - Я тебе врублю. Ты когда лёг? Одиннадцати не было, - Ольга на ходу завязывая узлом рубашку появилась в проёме, подтолкнув брата к столу.
   - Нечего видик гонять до трёх ночи.
   - Куда идём?
   - Что "куда идём"?
   - Куда "все вместе и пойдём"?
   - Подслушивала?
   - Нет, всего лишь слышала. Вы бы ещё тише говорили!
   - Тебе скажи, и тебе захочется! - Макс взял Ольгу за плечи и выпроводил с кухни:
   - Буди её, а то до двенадцати дрыхнуть будет.
   - У нас сегодня выходной!
   - А на меня вам наплевать? Я тогда сёйчас опять уеду!!
   - Нэ нада! - Ольга улыбнулась, - Нэ нада уезжать! Всё, мы через минутку! Разливайте чай. Мне одну, Кэтти - две сахара.
   - Знаю, знаю.
   - Какой хороший мальчик!
   - Вне конкуренции! - Макс с довольной физиономией стал разливать по чашкам чай, а Алекс застыл перед открытым холодильником.
   - Ольга открыла дверь в комнату, где спала Кэтти:
   - Макс приехал.
   - Угу, - Кэт уже не спала и одетая стояла, потягиваясь, у окна:
   - Снег выпал!
   Девчата, какая нехорошая редиска мёд сожрала? Вы что, обалдели? Там же пол-литровая банка была! Вам плохо не будет?
   - Не-а, - Кэт, вредно улыбаясь, уселась за стол, - Ещё купить надо будет!
   - Молодец! - Макс подвинул ей чашку и подмигнул.
  
   Двери в школу открыл им сторож. Девушки его раньше не видели. Он оказался высоким тощим пареньком. Толстый ватник смешно смотрелся на нём, и все невольно рассмеялись
   - Здорово!
   - Привет всем! Заваливайтесь! Я уже думал, что вы не придёте, и спать лёг.
   - Тебе ничего не будет, за то, что мы здесь?
   - Нет, я договорился! Я буду внизу спать, а вы идите на второй этаж. Я вам сейчас всё покажу. Только не громите ничего! Там есть зал, где стол большой. И пара диванов найдётся. Стулья возьмёте здесь, в коридоре.
   Олег, идя за сторожем в тёмном коридоре, чуть не упал, обо что-то споткнувшись. Парень осветил фонариком: вдоль стен прямо на полу стояли картины в больших рамах.
   - Осторожнее, - Володя улыбнулся, - у них здесь ремонт. Миграции населения. Ставят всё - где попало. Вот, вам сюда.
   Он открыл ключами старые деревянные двери и наощупь нашёл выключатель. Яркий свет на мгновение ослепил вошедших, привыкших уже к полумраку.
   Олег и Леонид, и Макс, зайдя в большой зал, поставили сумки на стол посреди комнаты.
   - А здесь есть другой свет? - Олег слегка поморщился: - Не дневной?
   - Здесь - нет. Но можно принести снизу настольные лампы.
   - Давай сходим. На пол поставим по углам, направим на потолок, и будет нормально. У нас свечи с собой есть, а то от этого освещения не очень... приятно.
   Олег со сторожем ушли. А все остальные, быстро достав всё из сумок, накрыли на стол...
   В углу зала оказалось огромное - до пола зеркало. Макс остановился с Кэт рядышком около зеркала, обнял за талию:
   - Смотри - какая мы замечательная пара!
   Кэтти засмеялась.
   - Ты - моя любовь!
   Алекс стал бить себя кулаками в грудь и скандировать: "Кинг-Конг жив!"
   - Глянь, Кэт, а ведь он ревнует!
   - Я ревную? Да я вас сейчас... съем! - он взял со стола нож и вилку и медленно пошёл вокруг стола, выстукивая дробь рукояткой ножа по столу.
   - Ольга, я же тебе говорил - его кормить надо. А ты? Алкоголь в малых дозах вреден! - Олег, ехидно ухмыляясь, сидел за столом.
   Он наклонился вперёд, когда Саша, обойдя его, стал быстрее выстукивать ножом по столу, затем ускорил шаг, а потом и побежал. Олег оглянулся, Ольги в комнате уже не было.
   Кэт с хохотом отскочила в сторону, а Алекс понёсся вокруг стола за Максом. Тот схватил со стола апельсин и, запустив в Сашу, попал. Тот рухнул, как подкошенный на колени и, усевшись на пол, зарычал, изображая раненного зверя.
   - Опять пожрать не дали!!!! У меня в организме, может быть, мяса не хватает!
   - Зато мозгов - в избытке. Мы играть будем сегодня? - Олег взял со стола колоду карт.
   - В покер? - Кэт стала убирать со стола.
   - В дурака подкидного! Оставь фрукты, я ещё есть буду! - Алекс встал с пола, налил себе ещё вина и огляделся:
   - Где Оля и Лёнька делись?
   - Пошли изучать достопримечательности.
   - Угу. Интересно посмотреть было бы. Пойду, найду их, и раскинем по парам на интерес.
   - Фонарик возьми.
   - А где он?
   - Около выхода.
   Александр, выпив залпом из бокала красное вино, и подхватив фонарик, направился к выходу.
   - Жди меня и я вернусь, - с пафосом выдал он, застыл в дверях и оглянулся.
   - Наверно, - голос его стал тише, - вы это...кассету смените. Мы же "Алису" брали с собой.
   Он ушёл. Макс стал перебирать кассеты, нашёл "Алису" - "Шабаш " 90-ого года и включил, приглушив звук. Сел за стол к Олегу и Кэт.
   - У меня такое ощущение, что завтра всё рухнет и не будет вот этого всего. Словно его уже нет. Де-жа-вю, - Макс невольно поёжился.
   - Де-жа-вю - это когда уже всё это было! - Кэт улыбнулась.
   - Я про это и говорю. Это всё уже было. Мы уже сидели здесь и играли. Только завтра этого всего уже не будет.
   - ЗДЕСЬ мы ещё не сидели, а вот тебя ЗДЕСЬ действительно завтра не будет.
   - Я не про это.
   - Мы знаем, про что ты. Не каркай.
   Макс разлил по рюмкам вино:
   - За тех, кто не с нами.
   Молча выпили.
   - Дай бог кривая вывезет.
   - Это установка?- Олег нехорошо ухмыльнулся.
   - Нет. Это дурацкая вера в то, чего не может быть, в принципе. И мы это все знаем! - Макс, растягивая воротник водолазки, смотрел на Олега в упор. Становилось жарко.
   - Ну почему, всё когда-нибудь закончится.
   - Только уже без нас!
   - Перестань! Мы не для этого сюда пришли! - Олег обернулся к сестре.
   - Кэтти?
   Она оторвала взгляд от колоды карт в руках Макса.
   - Я уже ничего не хочу. Раздавай на троих...
   Кэт закончила игру первой. Макс смухлевал и попался, ребята начали спорить. Кэт, выйдя из зала, спустилась вниз.
   Леонид играл на гитаре в закутке сторожа, Саша стоял и слушал. Он обернулся к Кэт.
   - Холодно здесь, - она поёжилась.
   - Если я заберу куртки, сходим на стадион?
   - Давай.
   Леонид и Ольга поднялись наверх и присоединились к играющим... Две фигуры в чёрном отделились от художественной школы и направились в сторону стадиона, находящегося рядом со школой. Остановились, оглянулись. Два окна на втором этаже светились в полумраке.
   - Ну, кого прорвало на этот раз первым?
   - Макса.
   - Чёрт!
   В воздухе повисла пауза.
   А Лёнька непробиваем, слышь? Ни разу не срывался.
   - Он из стали, - Кэт ухмыльнулась, - это мы все проржавели.
   - Кто его знает, что там у него внутри?
   - Может, всё когда-нибудь изменится?
   - Нет. Здесь всё очень круто завязано. Намертво. Никто не уходил ещё. Может случайно...
   Алекс приобнял Кэт за плечи и притянул к себе.
   - Попробуем при первой же возможности. Обещаю. Всё будет нормально.
   - Интересно, почему я тебе не верю?
   - Потому, что я сам не верю. Земные дороги ведут не в Рим...
   Кэт стало грустно, несмотря на удавшуюся, в общем, вечеринку.
   - Я не могу привыкнуть жить сегодняшним днём.
   - У меня такое впечатление, что другой жизни никогда не было. Словно я знаю тебя с рождения.
   Он неловко отстранил от себя Кэтти.
   - Всё будет нормально, - голос его не вселял уверенность.
   - Надеюсь...
  
   Игра пятая Охота 24.05.98 года 11.50 воскресенье
   Иногда бывает такое состояние, как затишье перед бурей. Тогда всё в природе застывает: нет ни пения птиц, ни шелеста деревьев. Ни один листик на них не шевелится. А потом за минуту - шквальный ветер. И ливень, и град, и гром, и молнии. А после - поломанные ветки на деревьях, оборванные провода и поломанные, ничем не помогшие зонтики.
   В такое время лучше быть дома и никуда не ходить. А если вас угораздило попасть в период затишья, то лучше не стоять и не слушать тишину, а бежать. Бежать в укрытие. И главное здесь - успеть хорошо спрятаться. Иначе от града достанется не только вашему зонтику, если он у вас вообще есть, но и вам. А свет в конце туннеля скорее всего окажется светящейся надписью "Выхода нет".
   Жизнь принуждает человека ко многим добровольным действиям. Летом 93-его Александр увёз Ольгу в Бердянск. Подальше от себя. Он сам не мог сказать, почему сделал это.
   Александр 30.10.94 года 19.30
   Одинокий волк никогда не бывает счастлив, даже если он сыт и не предмет охоты. Он шёл домой медленно. На улице было необыкновенно тихо и тепло. Но только в душе поселилось постоянное чувство тревоги. Он и Кэт не сказали никому, что Кроль жив. Было очень много работы, а страх - не помощник в таких делах. Это животное чувство начисто вытесняет разум. Александр не боялся смерти. Он боялся за Ольгу.
   Сестра переехала в Бердянск. Макс продал свою квартиру и поселился у Александра. Кэт тоже большую часть времени проводила с ними. Олег бывал каждый день или через день, но жил отдельно. Никто из них не уходил, не говоря при этом, куда идёт и когда вернётся. Ольга звонила дня через три. Там тоже было всё тихо. Здесь Кэт заменила её. Олег ездил раз в неделю в порт Бердянска к тягунам за товаром.
   Чувство тревоги не покидало его, а только усиливалось. Остановившись у витрины, невзначай обернулся. Всё вроде нормально. Толпа мирно шествовала по сумеречному городу. Парень около столба рассматривал проходящий мимо транспорт, словно кого-то ждал или искал. Алекс пошёл дальше вдоль по улице и, свернув под арку, прошёл во внутренний двор, остановился за углом и прислонился к стене дома. Послышались торопливые шаги и парень, разглядывавший транспорт, пробежал под аркой и остановился. Не зная, куда идти дальше - двор не освещался и был пуст. Здесь тупик. Только подъезды домов и всё. Другого выхода здесь нет. Он вздохнул, повернулся к Александру, и уже сделав шаг - шарахнулся.
   - Я что, привидение? Я тебе могу быть чем-то полезен? - в голосе явно звучала угроза в том, что если последует отрицательный ответ, то парню не поздоровится.
   - Не думай, я не из них. Я должен Кролю. Он сказал идти за тобой и отдать тебе это, - он протянул свёрнутый и уже помятый им лист бумаги. Александр забрал лист и, не разворачивая, сунул его в карман.
   - Пошли.
   - Куда? Я ведь ничего...
   - Пошёл, быстро.
   Парень застыл и не двигался с места, переваривая ситуацию, в которую попал.
   - Дёрнешься - прирежу. Пойдёшь со мной и всё расскажешь, что знаешь о Кроле.
   - Там, где все поют на одной ноте, слова не имеют значения. Я всего лишь его должник...
   Алекс извернувшись, прижал парня к стене:
   - Ещё слово...Заткнись!
   Кроль, сидевший в машине, видел, что из-под арки Алекс вышел уже с парнем. Шли молча и быстро.
   Алекс привёл его к себе в дом. Но когда они уже вызвали лифт, парень рванулся вниз из подъезда. Алекс, не успевая за ним бежать, прыгнул с высоты пролёта и сбил его с ног. Они покатились. Алекс увидел пронёсшееся перед ним лезвие ножа и, осознав, что другого момента остановить его уже не будет, схватил лезвие и отвёл его от себя, а сам лбом стукнул противника в лицо по носу. У того ручьём хлынула кровь, он ослаб на миг, этого было достаточно. Александр вывернулся из-под него и несколько раз, схватив за волосы, ударил его головой о пол. Добравшись до лифта, стащил с себя куртку и замотал ею руку. Из разрезанной ладони хлестала кровь.
   Когда бывший дома Олег открыл дверь, Алекс не вошёл, а ввалился. Олег потащил его в ванну и позвал Кэт. Она, увидев Алекса, ахнула, у него всё лицо было в крови.
   - Материал на швы и новокаин, быстро, - Олег орал, но Кэт видела только глаза Алекса и по взгляду его уже знала, что Кроль жив.
   Олег промыл рану, наложил швы. Алекс молча помогал забинтовывать.
   - У меня в куртке - записка.
   Олег вытащил и развернул.
   - Я твой должник! И подпись: Кроль. И внизу - сегодня жди гостей.
   - Надо уезжать.
   - Дай смою кровь с лица, надо ещё шить.
   - Это не моя кровь, а его.
   Олег только усмехнулся, но действительно, на лице не было ни царапины. Олег помог ему пройти на кухню, падая, он сильно ушиб колено.
   - Люди, оторвите свои недвижимости от стула!.. гляньте, - Кэт прижалась к стеклу.
   Они подскочили к окну. Из подъезда двое вынесли парня и затолкнули его в машину. Машина отъехала.
   - Это ненадолго, - Алекс стал угрюмым, - увози Кэт в Бердянск. Я не смогу уехать. Я останусь. Где Макс?
   - Сейчас уже должен быть, задерживается.
   Зашла Кэт с листом в руке:
   - Я никуда не поеду...
   - Из-за тебя у нас будут связаны руки.
   - Я только приведу их к Ольге.
   - Да, я не подумал, - Алекс сел на стул, - дайте мне воды. Голова кружится.
   - Тебе надо выспаться.
   - Выспишься тут с вами. Скорее уже на том свете выспишься.
   - Это ты всегда успеешь.
   Два раза звякнул дверной звонок.
   - Это Макс, - Олег пошёл открывать.
   На ходу обронил сестре:
   - Не сказал бы, что ты удивлена. Кажется, я - единственный, кто этого не знал.
   Кэт тоскливо смотрела на Алекса. Он не отвёл взгляда, но в его глазах Кэт читала, что всё кончено.
   - Это конец?
   - Почти... Ещё Ольга. Писать умеешь? Пиши - пропало...
   Александр 31 октября 94 года 2.20 ночи
   Это действительно был Макс. Он не вошёл, а влетел в квартиру. Сумку сбросил с плеча и вывернул на стол всё её содержимое - деньги и продукты.
   - Если я не покупаюсь, я с ума сойду.
   - Вода холодная, какая грязь?
   - Ну и что, - кричал он уже из-под душа, - люди - грязь. Если бы не бабки, никогда не стал бы жать этому гаду руку. Собака друг человека, а химик - враг... Хоть он, конечно, и собака.
   - Кто?- Александр нахмурился.
   - М. Там оставшаяся сумма . Всё как договаривались. Без проблем. Просто сволочь, он и есть сволочь.
   Макс, выйдя из душа, сел в зале:
   - Ладно, чего уж там, выкладывайте.
   - Кроль жив. Ты знал? - Олег напрягся.
   Макс перестал вытираться и замер с полотенцем в руках.
   - Вот как...- взгляд его остановился на полотенце.
   Кэт дала ему лист, переданный Алексу. Быстро просмотрев его, Макс бросил лист под стол и стал быстро вытирать волосы.
   - Надо сматываться?
   - Написано сегодня вечером, но уже не вечер, а ночь.
   - Но если у нас в запасе сутки, то ещё можно успеть.
   В дверь позвонили. Звонок трещал не переставая.
   - Не думаю, - Алекс откинулся и закрыл лицо руками, - что делать? Что нам делать?
   - Держаться вместе и... морду бить.
   - Тебе скорее набьют, ты его брата убил.
   - Он не знает, кто стрелял.
   - Поэтому достанется всем, - Александр встал, - только не сдавайте Олю. Я вас прошу. Для нас уже всё равно всё кончено. А её в Бердянске они никогда сами не найдут.
   Олег вдруг нервно рассмеялся:
   - Стояла тихая Варфоломеевская ночь...
   Звонок оборвался так же неожиданно, как и начался.
   Щёлкнул замок, и в дверь ввалились люди. Никто не понял, сколько их было. Всё произошло очень быстро. Они распределились по всей квартире. Олега, пытавшегося противостоять и успевшего ударить Кроля в лицо, свалили в коридоре. Ответом ему был сильный удар чем-то тупым и тяжёлым в голову. Кроль, вытирая разбитую губу, выругался:
   - Самоубийца...
   Когда вошёл в зал, усмехнулся. Кэт сидела, вжавшись в угол дивана, Макс за столом, а Александр стоял у окна. Занавеска была отдёрнута.
   - Отойди от окна и закрой тряпку.
   Александр отошёл, но гардину не закрыл.
   - К стене, Алекс, к стене. Не торопись на свои похороны! Они без тебя не начнутся...
   Один из парней подошёл к окну и, резким движением задёрнув занавески, остался стоять в углу комнаты.
   - Я же сказал, что сдержу своё обещание, что же ты так неосмотрительно?
   - Занят был, знаешь ли. Не тем, правда.
   - Пацаны твои и то лучше работают, - Кроль открыто смеялся, - а слово я сдержу. Не вздумайте шутить. Со мной девять человек, - он подошёл близко к Алексу и, глядя ему в глаза, тихо произнёс:
   - Мистик, ты думаешь, что ты ещё существуешь? Вы все всё равно скоро умрёте. Другой вопрос, насколько быстро это произойдёт. Ведь Белому досталось немного больше, чем Серому, - Кроль расхохотался.
   - Игра слов, да?
   Самый искренний смех - злорадный. Алекс понял, что если Кроль сказал даже это, то всё дальнейшее уже неизбежно. И он расслабился, его волновала только сестра. Кроль, словно поняв ход его мыслей, произнёс с издевкой:
   - Ведь её здесь нет, верно. Её вообще в городе нет. Куда же ты её спрятал?
   - Кого? - Александр оттягивал минуту развязки.
   Кроль стоял лицом к Алексу, неожиданно на затылке он почувствовал холод от дула пистолета.
   - Скажи своим людям уйти, - Макс снял предохранитель.
   - Быстро.
   - Да, - Кроль, казалось, расслабился, - конечно. Сейчас. Твоя взяла. Малый, будь добр, топай...
   Кроль, неожиданно развернувшись, сбил Макса с ног. За дальнейшие несколько минут Макса избили и вытащили из комнаты, а Александра привязали к стулу в углу комнаты, отрезав провод от настольной лампы на столе. Кроль склонился над ним.
   - Меня плохо слышно или я медленно говорю? Я не думал, что твоя подруга должна отвечать за твою сестру. Но если будешь настаивать, я это организую, - Кроль ударил его в лицо и в живот, Алекса сложило пополам, но Кроль поднял его за волосы.
   - Ты хочешь этого?
   - Из них никто, кроме меня, не знает адрес.
   - Не может быть!
   Кроль кивнул одному из своих, тому, кто был ближе. Он выхватил Кэт с дивана за руку и несколько раз сильно ударил её по почкам. Кэт закричала и упала на пол. Её не держали. Алекс, поняв, что только если он будет без сознания - это может быть шансом для того, чтобы остальных не трогали. Всё дело в том, что адрес знали все...
   - Кроль, иди сюда, не трогайте её, я скажу.
   Кроль подошёл и, склонившись к нему, получил плевок кровью прямо в глаза. Медленно распрямившись и, остервенело, вытерев с лица кровь, хотел ударить Алекса в лицо, но тот повернул голову и удар пришёлся в висок. Алекс сразу потерял сознание. Кроль выругался.
   Они бросили Макса в ванну, включив на полный напор ледяную воду. Кэт забилась в угол к стене. Кроль, зажав её и придушив, проорал, что они ещё вернутся, но Алекса она уже не увидит.
   Затем Кэт видела, как, разрезав провод, связывающий Алекса, его вытащили из квартиры. Макс очнулся от холодной воды и нашёл в себе силы выключить её и вылезти из ванны. В коридоре на полу лежал с разбитой головой Олег. Кэт лежала сжавшись на диване с совершенно отсутствующим видом. Александра в квартире не было.
   Олег 1.11.94 года 15.00
   Кэт сидела в кресле-качалке, закутавшись с головы до ног в тёплое одеяло:
   - Саша у них.
   - Что нам остаётся делать? Нас трое: ты, я и Макс. Оля не в счёт, Алекс у них. И мы не знаем, где он и где они. Плюс ко всему у тебя теперь отдельно от меня секреты.
   - Кэт лучше уехать, - Макс пропустил слова Олега, стараясь не разжигать конфликт.
   - Да. И привести их к Ольге.
   - Макс, я не думаю, что мы в силах что-либо предотвратить. Посади её на поезд в М. На вокзале постоянно столпотворение. Там легко затеряться. Я выеду сразу за вами, но поеду не на вокзал с вами, а к западникам. Буду просить у Дрозда помощи.
   - Кто ты такой, чтобы просить его о помощи?
   - Пришёл же Белый к нам?
   - И где он сейчас? - Макс начинал злиться, - если я посажу её на поезд, мы её больше не увидим.
   - Вы так говорите, словно меня здесь нет, - Кэт растерянно смотрела то на одного, то на другого, не видя выхода вообще, как такового.
   - Я никуда не поеду!
   - Малыш, тебя сейчас не спрашивают. Я хочу только, чтобы ты осталась жива.
   - Как вы меня достали!
   Через полчаса все были одеты.
   - Надеюсь, мы ещё увидимся, - Олег хотел улыбнуться, но у него не получилось.
   Все быстро оделись. Макс и Кэт направились на вокзал, а Олег на машине поехал к Дрозду. Если бы его кто-то сейчас видел, то решил бы, что парень на взводе и хочет кого-то убить, настолько Олег был зол. Голова раскалывалась. Рана опять кровоточила и причиняла боль. Сейчас главное выбраться из поглощающей всё и всех трясины. Олег чувствовал, что чем ниже падает, тем меньше его это заботит. Ему уже даже наплевать на то, что Алекс и Кэт скрыли от него.
   Макс 1.11.94 года 17.50
   Он шёл по перрону вдоль поезда. Кэт - на два шага впереди него. Полчаса он отстоял в очереди за билетом, а она сидела в углу зала ожидания, на каменном пороге, скрытая толпой народа и сумками. Вроде всё было нормально. Но как только они вышли из зала ожидания, у Макса появилось очень чёткое ощущение, что за ними следят. Чьи-то глаза словно буравили его спину и гнали вперёд. Он несколько раз оглядывался, но никого так и не увидел. Просто нервы. Сейчас он посадит её на поезд. Сам спрыгнет на перрон, когда поезд уже тронется. И Кэт будет в безопасности. Вряд ли кто-то потащится за ней в Бердянск. Главное, чтобы она уехала без проблем, а домой уже как-нибудь доберётся.
   Четвёртый, пятый вагон. Их - шестой. Суёт билеты проводнице и остаётся сам внизу. А Кэт уже поднимается в вагон. Макс, внезапно оглянувшись, увидел Кроля. Тот стоял буквально в нескольких метрах и целился прямо в Кэт.
   Максу неожиданно стало тяжело дышать, и он невольно потянул воротник водолазки вниз. Кроль заметил поворот Макса и невольно весь напрягся. В голове Макса мгновенно прокрутились события последних суток. Кэт, поднявшись вверх, обернулась:
   - Ты идёшь?
   Макс содрогнулся, отпустил воротник водолазки, и, подскочив на ступеньки и ещё не став на самый верх, сильно толкнул Кэт в вагон. Она полетела, пытаясь ухватиться за что-нибудь, чтобы удержаться на ногах. Сильно ударилась плечом о выступ и упала, что-то грохнуло. Хотела приподняться, но Макс, встав на площадку и ещё держась за поручни, неестественно выгнулся, в глазах появилось выражение удивления, он смотрел прямо в её глаза. Он и застыл всё так же, а потом отпустил поручни и рухнул вниз. Кэт охнула и, не вставая полностью, на четвереньках ринулась к ступенькам. Толпа внизу расступилась, образовав полукруг, а потом все разбежались. Внизу, с запрокинутой головой лежал Макс. Кэт спустилась к нему. Пыталась поднять, - он был мёртв. Снизу руки Кэт, приподнявшей его под спину, стали липкими. Она отпустила Макса и встала. Пустой взгляд на руки - кровь. Тёмная и отвратительно липкая.
   Кэт, как ей казалось, вечность стояла над его телом, никто не подходил, вокруг всё исчезло и растворилось. Кто-то взял её за плечи и повёл в сторону:
   - Пошли отсюда, пошли.
   Высокий незнакомый мужчина, длинные до плеч волосы и, казалось, длинные пальцы, держащие за плечо. Она послушно повернулась и пошла с ним, забыв по необходимость отъезда. Они вернулись к началу поезда и пошли на выход с вокзала, огибая состав, стоящий в тупике. В голове Кэт гудел какой-то звук, похожий на вой собаки, а в горле поселился крик, который не мог вырваться наружу и душил её изнутри. Они шли меду вплотную стоявшим товарняком и каменной стеной, отделявшей железнодорожные пути от города. Не стало фонарей, и в этот момент Кэт словно очнулась, поняла, что не знает, куда и с кем идёт, что её поезд уже, наверно, ушёл. Она остановилась. Парень сделал ещё пару шагов и тоже обернулся:
   - Пошли.
   - Куда?
   - Домой.
   - Куда домой?
   Парень оскалился и, схватив Кэт за воротник куртки, всей своей массой прижал её к стене.
   - Адрес Ольги, быстро. Считаю до трёх. Один, два...
   В голове Кэт беспорядочно понеслись мысли. Она не поняла сначала, что происходит. Потом всё стало на свои места. Вывод, к которому пришла Кэт, глядя в глаза человека, угрожавшего ей, шокировал её, - всё повторялось. Это было уже похоже на страшный замкнутый круг, из которого выхода не было. Парень сильно тряханул её, ударив о стену.
   - Три. Адрес?
   Перед лицом мелькнуло лезвие ножа. Кэт неожиданно изобразила на лице испуг, хватка парня сразу ослабла. Ударив его кулаком в солнечное сплетение, со всех ног бросилась бежать. Парень, отшатнувшись и согнувшись пополам, упал на колени, а потом стал почему-то дико хохотать. Этот хохот гнал Кэт всё дальше и дальше. Наконец закончилась стена, и она выбежала на открытую площадку. Сразу же в глаза ударил свет фар от нескольких машин. И злой, убийственно спокойный голос произнёс:
   - Кэт, хорош бегать. Адрес Ольги, ну?!
   Это был голос Кроля. Она долго бежала, в голове всё стучало. Он наклонилась вперёд и оперлась на колени. Тень шагнула вперёд и Кэт попятилась.
   - Нет, не надо, - она в панике мотала головой, не видя выхода. Его не было.
   - Чем больше у человека проблем, тем меньше ему нужно для счастья. Адрес? - Кроль подошёл почти вплотную.
   - Не надо.
   Он схватил её за руку и, не отпуская, наотмашь ударил её по лицу. Кэт упала, но он подхватил её и, держа на весу над землёй, склонился над ней.
   - Адрес, Кэт. Мне надо всего лишь адрес. И боли не будет. ... И ты будешь жить. Бойцы, как танки - однополы, мы это быстро поправим.
   В его глазах была злоба и ненависть. Эта ненависть окружила Кэт со всех сторон. Кроль отпустил её, она упала и сильно ударилась головой. Из носа пошла кровь. Её вкус был во рту.
   - Молчание означает "нет"?
   Кроль стал душить Кэт. В её глазах понеслись огни, а потом потемнело. Кэт отпустили. В глазах опять понеслись огни, и мир принял сумасшедшие очертания. Страшный низкий гул плавно перешёл в высокий вибрирующий звон. Кэт повернулась и, став на четвереньки, закашлялась, кровь шла горлом и не останавливалась, в висках появилась боль. Кроль, схватив её за волосы, запрокинул голову.
   - Адрес? Или тебя ещё и лицом об асфальт? Я тебя уже не оставлю, ты это знаешь сама. Адрес?
   Кэт, уже не слыша из-за звона его слов, видела его взгляд, и состояние страха сжало её, стало нечем дышать. Она назвала адрес, и Кроль резко оттолкнул Кэт. Она упала, ударилась, продолжая кашлять. Она слышала громкий голос Кроля, но уже не понимала, что он говорит. Машины уехали, обдав её облаком гари. Темнота и тишина окружили её. К горлу подступил давящий ком, в голове всё закружилось и со звоном потянуло её вниз. Кэт потеряла сознание.
   Ольга 2 .11.94 года 14.00
   Она спряталась. Дождь лил пятые сутки. Весь город вымер. И без того блеклые вечера стали совсем чёрными. Такой же сумрак поселился у неё в душе. Маленький ребёнок 17 лет, - она осталась совсем одна в этом, почти чужом городе. И вот уже больше года единственным гостем у неё был брат, появляющийся стабильно раз в неделю, по понедельникам. Он привозил те малые новости из Города. Кто, где, когда, за что. Он сумел изолировать её от всего, как ему казалось злого и жестокого, происходящего вокруг неё. Но он ошибался, она давно уже поняла, чем всё закончится. Страха не было. Выхода - тоже.
   Вначале было очень тяжело, - просыпаться и засыпать одной. Первую неделю, когда она оставалась впервые одна в чужой квартире в чужом городе - её бил мандраж. Лихорадка наступала вечером, с нею она ложилась спать. Потом вставала посреди ночи, часа в два-три, пила кофе и уже в нормальном состоянии засыпала до утра.
   А потом она привыкла к одиночеству. Оно стало своеобразной платой за жизнь. На праздники - дни рождения, её даже забирали в Город. Она отдалилась от всех, и одной ей стало даже легче, чем с людьми. Она невольно стала ловить себя на мысли, что ждёт отъезда Олега, когда он приезжал к ней, привозя огромные пакеты с едой.
   Дождь в ноябре имеет тенденцию не прекращаться, плавно переходя в зиму. Если не смотреть на часы, то весь день стал сплошной ночью. Она звонила в Мариуполь, но там никто не отвечал, хотя по идее всегда дома кто-то должен быть. Когда в положенный день Олег не приехал, она забеспокоилась. Но когда позвонили в дверь, - невольно обрадовалась, наверно, просто задержался.
   Когда распахнула дверь квартиры, на площадке стоял незнакомый человек. Чёрные джинсы и чёрная куртка. Взгляд был однозначен. Ольга потеряла несколько секунд и не успела захлопнуть дверь, он втолкнул её в коридор и прижал к стене.
   - Не рыпайся и будешь жить. Я так думаю, Алекс тебе обо мне всё рассказал, - он сильно сжал её горло, - я ему тут пару лет назад кое-что обещал, а обещания надо выполнять. Так что поехали.
   Она уже начала понимать, что происходит. Пыталась сопротивляться, но тщетно. Кроль крепко держал её за руки, прижав спиной к себе, а один из ещё двоих, пришедших с ним, сделал ей укол. Её отпустили, и она осела на пол, опираясь и соскальзывая по стене. Ноги подкашивались. Люди рыскали по всей квартире, переворачивая всё вверх дном.
   Потом двое подхватили её под руки и потащили, практически понесли вниз. Кто-то шёл навстречу, и один из державших её произнёс:
   - Девушке плохо, надо к врачу срочно...
   И ещё что-то, но она уже не поняла. Ноги не слушались, голова кружилась. Во всём теле была слабость. Перед глазами расходились тёмные круги. Последнее, что она помнила, это то, как её затолкнули в машину. А потом исчезли сначала все краски, а потом все звуки.
   Она не помнила, как её вынесли из машины на руках, и слова Кроля, когда он открывал дверь квартиры несшему её человеку:
   - Осталось ещё двое.
   Кэт 2.11.94 года 10.05
   Она стояла перед дверью и машинально искала ключи в карманах. Их не было. Деньги, за часть которых она добралась домой на такси, были, шейный платок весь в крови... ключей не было. Кэт сделала привычный жест, сжав пальцами переносицу, но легче от этого на этот раз не стало. Она не помнила: забрали у неё ключи, или она их просто потеряла. Когда Олег на двойной звонок открыл дверь и увидел Кэт, он испугался. Куртка прошедшей мимо него, и оттолкнувшей его Кэт, была вся в крови.
   - Где Макс?
   Он молча зашла, не закрывая дверь, не разуваясь, прошла в зал, в одежде рухнула в кресло, откинулась. Олег закрыл двери, вернулся к сестре и замер в дверном проёме. Впервые ему стало по настоящему страшно.
   - Олег, я...они знают, где Оля. Макса убили.
   Олег провёл руками по лицу, словно стирая с него грязь, а потом впился пятернёй в волосы.
   - Откуда они знают адрес? - он подошёл и сел перед ней на корточки. В голосе его появились страшные глухие ноты.
   Глядя в его глаза, полные отчаяния и злобы, она расхохоталась, не в силах больше держать в себе весь страх, который уже душил её.
   - Я не должна была говорить ему, но я испугалась. Я не могу больше, - Кэт уже просто орала на него, - Я не могу так больше. Я боюсь, боюсь, понял? Я устала, мне больно, и я боюсь...Мне больно.
   Олег встал, опёрся на ручку качалки и запустил пятерню в волосы Кэт, сжал за затылком. Она замерла. Истерика оборвалась так же внезапно, как и началась
   - Тебе сейчас лучше, чем Оле, - он отпустил её, - уж поверь мне. Я обещаю тебе одно, - если мы вообще выберемся живыми, мы всё бросим. Мы уйдём от них. Мы не будем больше банковать. Я тебе обещаю.
   - Олег, это всё я, да? - Кэт застыла, руки её вцепились в ручки кресла.
   - Да?
   Олег не смог выдержать её взгляд и отвернулся. Сейчас он не мог ничем ей помочь. И, как это не страшно было осознавать ему самому, он был слабее её.
   - Не говори ничего, я знаю сама. Я просто устала и боюсь.
   - Он просто запугивает тебя.
   Ольга 2.11.94 года 23.30
   Когда она пришла в себя, долго не могла понять, где находится. Когда всё вспомнила, хотела встать, но не смогла. Она лежала на старой кровати, с железными пружинами, продавленной в середине. Руки были связаны сзади и затекли. Попытка встать ни к чему не привела. Только закружилась голова, и ужасно хотелось пить. Попыталась рассмотреть, что окружает её. Толстые, тяжёлые гардины на окнах, стол и кровать, больше ничего в комнате не было.
   Были какие-то голоса, много и разные. Голос Кроля. Он зашёл, наощупь нашёл выключатель и включил свет. Тусклая, одинокая лампочка загорелась на свисающем с потолка проводе. За Кролем в комнату вошёл ещё один человек, он разрезал верёвку, связывающую её руки. Ольга села на кровати, потирая затёкшие запястья и ни о чём не думая. Подошёл и сел рядом Кроль, откинулся назад на локти.
   - Ну что, отошла уже? Голова кружится?
   - Д-да.
   -Ты знаешь, что с тобой будет. Но я должен дать тебе шанс. Выбирай: или я, или марафон с крэком.
   Ольга перестала тереть руки и замерла. Она знала почти всё о действии наркотиков. Поёжилась. Кроль встал перед ней, поднял за подбородок голову и глянул в глаза.
   - Так как?
   - Крэк.
   - Ну, ты даёшь! Впрочем, я тоже так думаю, - он ударил её наотмашь по лицу и быстро вышел из комнаты. Парень, который остался, достал из-за спины уже приготовленный шприц. Ольга поняла, что они в любом случае дали бы ей дозу, пыталась сопротивляться, но после удара в висок обмякла.
   Ольга ноябрь 94 года
   Всё дальнейшее происходило как в тумане. Всё смешалось. Дни мелькали как часы, минуты тянулись как дни. Всё то замирало в пространстве и времени, то рушилось в бездну. Есть не хотелось совершенно, только иногда - пить.
   В тот момент, когда вошёл Кроль, она сидела на кровати, поджав под себя ноги. Он зашёл, оставил на столе шприц с дозой и, ничего не сказав, усмехнувшись в дверях, вышел.
   Ольга долго сидела, не шевелясь, и смотрела на стол. У неё болело всё тело, невыносимо болела голова. Не хотелось никого обманывать, ещё больше не хотелось обманывать себя. Сейчас было плевать на брата, на смерть друзей, на себя. Только боль и одно желание - надо от неё избавиться. Она знала, что потом когда-нибудь выберется, но сейчас - только боль.
   Она еле встала, пошатываясь, подошла к столу, опёрлась на него. Долго стояла так, а потом ввела себе дозу. Развернулась и направилась к кровати. В дверях появился Кроль. Его хохот заглушил боль, она сразу исчезла. В голове крутилась только одна мысль - он знал.
   Изображение Кроля вдруг расслоилось и превратилось в мозаику. Человек в дверях, состоящий из осколков мозаики направился к ней. Она хотела оттолкнуть его, но ещё до того, как подняла руку, он вздрогнул и рассыпался в воздухе, осколки мозаики разлетелись вверх и в стороны.
   Ольга, потерявшая сознание, уже не чувствовала, как Кроль взял её на руки и отнёс к машине. Отдал какие-то распоряжения своему товарищу, севшему за руль. Уже когда машина отъехала, Кроль сказал в пустоту, в никуда, словно говоря сам с собой: "всё дальнейшее уже предопределено".
   Олег 14.11.94 года 22.20
   В дверь раздался звонок. Звенел, не переставая, долго, а потом оборвался также внезапно, как и начался. Олег, не останавливаясь, не медля, открыл замок. В распахнутую дверь упала Ольга. Она сидела на полу, прислонившись к двери, и когда опоры не стало, он просто упала в проём.
   Олег невольно сам упёрся рукой о стену, словно в поисках опоры. Потом поднял Ольгу с пола, как пушинку. Она сильно похудела, черты лица заострились. Одежда грязная, волосы спутанные.
   Кэт помогла Олегу раздеть её. Ольга в забытьи и ничего не чувствовала.
   - Она спит?
   - Нет, это не сон, Кэт. Глянь на её руки, - Олег развернул руки Оли наружу, и то, что увидела Кэт, заставило её содрогнуться. На венах было много следов от уколов и гноящиеся нарывы.
   - Она...
   - Да. Если она выберется, то это будет чудо.
   Около полуночи Ольга пришла в себя и больше часа пролежала в горячей ванне, которую приготовил Олег.
   - Эта вещь заменяет даже раковым больным морфий. Правда, рост опухоли не прекращается. Пошли, вытащим её оттуда, как бы она не заснула там.
   Через полчаса Ольга, закутанная в тёплое одеяло, лежала на кровати. В глазах была пустота, ничего не выражающая, ни желаний, ни страхов.
   - Я так устала...
   В ответ на услышанную новость о том, что Алекса забрали, что его нет здесь, она расплакалась. Плакала молча и долго. Она просто лежала, и слёзы катились у неё по щекам. Олег не мог видеть этого гнетущего зрелища и вышел из комнаты. Он за все годы ни разу не видел, чтобы Ольга плакала. Он не знал, как помочь ей и что сейчас надо делать.
   Он думал о поездке к Дрозду. Если бы Алекс знал о его идее, то сказал бы "Нет", но сам Алекс был в беде. Главное цель, а средства сейчас не имели значения. Как Олег рассчитается потом - это уже не имеет значения. Неизвестность и бездействие оказались хуже всего.
  
   Олег 15.11.94 года 7-00
   Олег ушёл рано утром, ещё до рассвета. Ушёл, не сказав никому ничего. Он никого не хотел видеть, хотелось всего лишь побыть в одиночестве. Встреча была назначена на 10, и Олег не знал ещё: пойдёт он на неё или нет. Он в полупустом автобусе приехал к морю, вышел за две остановки до порта. Выйдя на пирс, остановился на краю. Ветер обволакивал одинокую фигуру. Буквально через пару минут вернулся на берег, и уселся на песок. Всё в природе застыло. Сейчас Олег знал одно - он выберется из этого омута. Любой ценой. Кроль не оставит его в покое, пока жив. Выхода, казалось, не было.
   Так он просидел неподвижно больше часа, наблюдая за редкими птицами. Чаек не было. По берегу бродили вороны в поисках неизвестно чего. Решение было принято в тот момент, когда нелепая, окончательно обнаглевшая ворона подошла к нему совсем близко и попыталась клюнуть ботинок. Олег быстрым, внезапным движением схватил её за шею и мгновенно открутил ей голову. Затем, словно очнувшись, увидел у себя в руках мёртвую птицу и отбросил её прочь. Глянул на застывшее, неподвижное море, затем опять обернулся на ворону, внезапно впервые за весь день улыбнулся.
   - Чёрт, так просто!
   Начался снег. Тихие, маленькие снежинки постепенно засыпали всё вокруг. Олег лёг, вытянул ноги, накрыл лицо шарфом и забылся. На всём побережье он был один...
   За почти пустым автобусом бежали двое - молодой человек лет 25 и старушка-ангелочек. Бабка бежала давно - ей это было тяжело, и её бег почти равнялся шагу молодого человека. Олег увидел автобус давно, но почему-то думал, что подойдёт к остановке как раз. Потом в определённый момент увидел, что автобус-то уже подъезжает к остановке, а он сам ещё далеко. Тогда Олег и рванул, догнал со странной лёгкостью, но не запрыгнул, сзади позвала почти задыхающаяся от бега бабка:
   - Сынок, придержи дверь!
   Он схватился за поручень, помахал бабушке, которой оставалось метра три. И она уже не бежала, а тяжело шла. Но водитель закрыл двери, и автобус равнодушно уехал. Олег в последнюю секунду убрал руку, чтобы её не прищемила дверь.
   Почему-то он даже не подумал о том, чтобы успеть запрыгнуть, а ведь успел бы. Он просто протянул бабульке руку, и хотел помочь ей зайти. А вышло так, что сам остался на улице.
   Несмотря ни на что, он почему-то даже не позвал водителя, не стукнул кулаком по двери. А чуть не плачущей старушке вообще дал отмашку в воздухе, показывающую нечто вроде: "Ну, вы видите, я сделал всё, что мог, а он взял и уехал".
   Сколько Олег простоял вот так, глядя в пустоту - он не знал. Куда-то делась бабка со своими причитаниями по поводу ушедшего автобуса. Олег уже знал, что сейчас он не пойдёт на встречу. Он поедет в гости. К Птице. К единственному человеку, который сейчас смог бы помочь, если бы захотел. Олег знал, что он сможет сделать так, что Дрозд заинтересуется головой Кроля.
  
   Кэт 15.11.94 года 13.20
   Когда пришёл домой Олег, Кэт не сразу поняла, что происходит. Он привёл с собой чужого человека лет тридцати. Высокий, атлетического телосложения, скорее темноволосый, чем брюнет. Нос с горбинкой, глаза чуть раскосые, сам похож на птицу. Совсем невесёлый взгляд исподлобья. Олег пригласил его зайти на кухню, позвал Кэт. Человек зашёл, не разуваясь. Все сели, и первые секунды Олег молчал. А когда он заговорил, сначала Кэт изумилась, а потом испугалась. Страх сковал её.
   - Звонил Кроль. Единственным условием для жизни Алекса он поставил твой приезд к ним. Ты не бойся только. В два часа тебя заберут на машине на углу Поворота. Ты сядешь в их машину, мы будем следить за тобой. Они настолько уверены, что ты придёшь одна, что в их поведении не будет угрозы твоей жизни. Не бойся. Мы вытащим и тебя, и Алекса. Нам просто надо знать, где он.
   Чем больше это повторял Олег, тем страшнее ей становилось.
   - А если меня отвезут не к Алексу?
   - Где двое мирятся, третий оказывается в дураках. Кэт, скорее всего первым приеду туда я, - Дрозд заговорил впервые за всё время.
   - Главное - потом делай всё, что я скажу. И не забывай, что ты меня не знаешь. А степень крутизны на начальную скорость пули не влияет...
   - А если там не будет Алекса?
   - У нас нет выбора. Если тебя не будет на повороте, то его сразу убьют.
   - Ты ему веришь?
   - Кролю? У нас нет выбора, Кэт. Если нет мозгов, пользуйся опытом. Если нет опыта - доверяй! Опыт у нас с тобой, по-моему, уже есть.
   - Я боюсь одна.
   - На это он и рассчитывает, но мы будем недалеко.
   - А я буду совсем рядом, - Дрозд не улыбался. И что-то в его глазах пугало Кэт больше, чем необходимость ехать.
   - Невыносимых людей нет, есть узкие двери, Кэт. Ты, главное, если не сможешь держаться на ногах, держи себя в руках. Я приду раньше, чем ты подумаешь об этом, поверь мне.
   - А Саша говорил, что если волки съели твоего врага, то это ещё не значит, что они твои друзья, - Кэт с полным отчаянием пошла за курткой.
   Дрозд вдруг понял, что перед ним не та пустышка, которой её представил ему Олег. Он хотел её скрыть от него. Зачем?
   ***
   В 14.00 Кэт стояла на обочине Поворота. Мимо неслись машины. Ещё можно было развернуться и сбежать, но ноги не слушались. Ледяной ветер пронизывал насквозь. Кэт чувствовала, что она бы сбежала, если бы было куда бежать.
   Рядом затормозила машина, из неё вышел Кроль и, взяв Кэт под локоть, без слов затолкал её в машину на заднее сиденье. Сам сел рядом. Машина сразу набрала скорость. Кэт оказалась зажата между ним и ещё кем-то, на кого она боялась глянуть. Кроль сдёрнул с неё капюшон куртки и, схватив сзади за волосы, откинул назад. Взгляд Кэт упёрся в потолок машины, она содрогнулась.
   - Ты одна?
   - Д-да.
   - Мы здесь с Алексом поговорили и решили, что ему надо увидеть тебя перед смертью. Я сказал ему, что затем отпущу тебя, но я передумал. На твоём месте я бы стал фригидной. Как там сестричка? Я, наверно, перестарался, и ей будет трудно отвыкать от двойных доз.
   Кроль резко толкнул Кэт. Он наклонилась вперёд, и на повороте машины её резко занесло вперёд и в сторону - влево. Она практически упала на руки человека, сидящего рядом. Кроль хохотнул, а Кэт, ёжась от страха, глянула в глаза человека, на которого упала. Внезапно вскрикнула и шарахнулась от него в сторону, как от чумы. Рядом сидел Дрозд, которого представил ей Олег менее часа назад.
   - Вы знакомы? - Кроль мгновенно озлобился.
   - Нет, просто я не в её вкусе, - Дрозд небрежно похлопал её по щеке, - а ты не говорил мне, что она такая конфетка, - он наклонил Кэт вперёд и, уткнув её лицом в колени, глухо спросил у Кроля:
   - Ты ведь мой должник?
   - Потом поговорим, Птица, завяжи ей глаза.
   Дрозд чётким, резким движением завязал вокруг головы Кэт шарф и довольно туго завязал его сзади. Кроль внезапно хохотнул, когда натягивал капюшон куртки на Кэт:
   - Мне очень будет жаль Алекса, если ты не одна. Если к сердцу путь закрыт, то я в почки постучу.
   Кэт вначале ещё ориентировалась, куда едет машина, но потом потеряла счёт бесчисленным поворотам. Дрозд ехал молча. Кроль что-то сказал шофёру, попросил его остановиться, вышел из машины, потом через пару минут сел опять.
   - Поехали. Всё в норме.
   Александр 15.11.94 года 15.00
   Кэт не помнила, в какой момент отключилась, но очнулась от холода. Её поддерживал под локоть Кроль, она почти висела на нём. Её обдувал ледяной ветер, повязки на лице уже не было.
   Он повёл её в подъезд дома. Голова кружилась и несколько раз она чуть не упала.
   - Хорош, пошли к Алексу. Он соскучился. Ты его уже не узнаешь, так он изменился, - Кроль захохотал.
   Зашли в квартиру, им кто-то открыл дверь. Кроль сильно толкнул Кэт в комнату, она упала.
   - Я вас тут пока оставлю на пару минут, пока занят. Пообщайтесь, если сможете, - и закрыл дверь.
   В комнате в углу стояли стол и пустая кровать. На полу, прижавшись спиной к стене, лежал Алекс, рука его была неестественно заломлена назад. Кэт открыла тяжёлые занавески, и в комнате стало светло. Она молча села на пол рядом с ним. Алекс в забытьи, он сильно избит. Лицо заплыло, весь в крови, и то, что осталось от одежды, было разорванным и насквозь сырым. Алекс застонал.
   - Я с тобой, - Кэт осторожно дотронулась до него.
   Он застонал, и Кэт попыталась приподнять его.
   - Беги отсюда, уходи, уходи прочь.
   - Это я, Кэтти.
   - Беги, уходи отсюда. Оставь меня.
   Алекс попытался встать, она помогла приподняться и сесть ему, но он охнул и опять застонал.
   - У меня рука сломана.
   Она помогла ему дойти до кровати, и он рухнул в неё всем весом. Кровать заскрипела, и на этот скрип вошёл Кроль.
   - Ну что, Саня, в беге с препятствиями победили препятствия? Вот видишь, ты уже можешь ходить. Я же говорил, что она приведёт тебя в чувство.
   - Кроль, не надо, оставь... - Кэт сделала шаг к нему, она не знала, что делать и что говорить дальше.
   Он только засмеялся, и под его ударом наотмашь по лицу Кэт отлетела и ударилась об стол. Кроль шагнул к Алексу.
   -Тебе осталось совсем немного. Можешь попрощаться с ней, но она ещё нескоро присоединится к тебе.
   Алекс видел в тумане, как Кроль заломил ей руки и поставил её на колени. Он слышал, что Кроль что-то говорит, но не понимал слов. Пересиливая боль, он смог встать с кровати и шагнуть к Кролю, избивавшему Кэт. Со всей силы, ещё остававшейся у него, он ударил Кроля кулаком здоровой руки по голове. Кроль замер и пошатнулся. Выпустив Кэт, опёрся на стол и медленно обернулся.
   - Ты покойник, - Кроль сбил его с ног сразу же. Алекс от боли, пронзившей руку при падении, потерял сознание.
   Кэт видела, как с щелчком раскрылось лезвие ножа и метнулось к Александру.
   - Не-е-ет!
   Кроль пощупал пульс у лежавшего на полу Александра. Пульса не было.
   - Кажется, я добил его.
   Не закрывая ножа, он направился к сидевшей на полу и вжавшейся в стену Кэт.
   Выстрел прозвучал неожиданно. Кроль, сражённый выстрелом в голову, упал прямо на неё, не успевшую даже отклониться, и придавил её всем весом. Нож вошёл в руку выше локтя, хлынула кровь. Дрозд молча оттащил мёртвого Кроля, вынул нож из руки орущей от ужаса Кэт. Чем-то завязал руку, чтобы остановить кровь.
   - Алекс мёртв!
   - Бред. Оклемается.
   Кэт хотела глянуть на Александра, но голова закружилась, и мир, внезапно взорвавшись, взмыл вверх.
   Кэт 15.11.94 года 18.00
   Она сидела на заднем сиденье машины. Рядом был Олег. А впереди за рулём - Дрозд. Рука не болела. В больнице перед наложением швов её заморозили. Зато начинала болеть голова. Окружающее начинало напоминать дурной сон, тупой кошмар, который вот-вот закончится.
   Бесконечная магистраль. Машина слилась с ней, и этому не виделось конца. Кэт уже начинала засыпать от перенапряжения, когда Дрозд среди полного молчания произнёс:
   - Так что сойдёмся на установленной сумме?
   - Да. И квиты?
   - Да. Лучше большой бакс, чем большое спасибо.
   - Нас это устраивает.
   - Олег, ты знаешь, как тренировать память, чтобы уметь забывать? - спросила Кэтти.
   Но Олег на неё даже не глянул. Он смотрел на несущиеся мимо дома и остающиеся позади машины. Думал, что позади остались лучшие друзья, худшие беды и проблемы. Будущее маячило рядом. Но заслонялось полным расчётом. Олег понимал, что условленная за смерть Кроля сумма - это плоды полугода работы. Но он предпочёл, чтобы Алекс жил и банковал, чем лежал в могиле. К тому же неизвестно, чем всё кончилось бы для Кэт, Ольги и для него самого. Хорошо смеяться последним, но иногда приходится столько ждать, что смеяться уже не хочется.
   Всё сводилось к одному: чем больше у него было опыта, тем меньше хотелось к нему возвращаться. Главное в том, что они выбрались. Ещё полгода и они расстанутся с этим навсегда. Всё когда-то заканчивается...
   За рулём был Дрозд.
  
   Эпилог 28.05.2000 воскресенье 13.10
   ...Всё когда-то заканчивается, только у всех по-разному.
   Ольга, так и не сумев сойти по лесенке, умерла в январе 95-ого года от передозировки.
   Алекс долго болел. Полгода они все вместе рассчитывались с Дроздом. После смерти Ольги он замкнулся в себе, перестал общаться с Олегом.
   Дрозд, при попытке подмять под себя оставшихся из группировки Алекса, получил от него конкретный отпор.
   Олег и Кэт переехали окончательно от Алекса к себе и расстались навсегда. Олег, в отличие от Кэт, больше никогда Алекса не видел.
   Александр погиб в конце мая 96 - ого года от выстрела в упор. Убийцу не нашли.
   Кэт погибла в начале июня 96 - ого в автоаварии.
   Олег забил на всё, выжил, быстро продал квартиру и переехал в Бердянск. Мариуполь, город, родной раньше, теперь изгонял его. Везде мерещились знакомые лица и голоса. Казалось, что сейчас из-за угла выйдет кто-то из погибших друзей.
   Деньги кончились, привычки остались. Долго ездил в Турцию челноком. Женился, родился сын. Но жизнь, несмотря на всё, уже не имела смысла. Однажды, вернувшись в Мариуполь, пришёл в очередной раз на могилы друзей. Через день, уже уезжая назад домой, умер от инфаркта. Несмотря на все усилия врачей, спасти его не удалось. Говорили, что он не хотел жить. И ничего в этой жизни его уже не удерживало.

 Ваша оценка:

РЕКЛАМА: популярное на LitNet.com  
  Л.Манило "Назад дороги нет" (Современная проза) | | О.Обская "Босс-обманщик, или Кто кого?" (Короткий любовный роман) | | В.Свободина "Наследница проклятого мира" (Попаданцы в другие миры) | | В.Елисеева "Черная кошка для генерала. Книга первая." (Приключенческое фэнтези) | | Е.Вострова "Мой хозяин - дракон" (Любовное фэнтези) | | А.Минаева "Свадьба как повод познакомиться" (Современный любовный роман) | | В.Лошкарёва "Вторжение" (Любовная фантастика) | | О.Герр "Захватчик" (Любовное фэнтези) | | Н.Волгина "Стопхамка" (Женский роман) | | М.Леванова "Я не верю в магию" (Юмористическое фэнтези) | |
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
А.Гулевич "Император поневоле" П.Керлис "Антилия.Полное попадание" Е.Сафонова "Лунный ветер" С.Бакшеев "Чужими руками"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"