Кухарева Анастасия :) @ Средин Николай :): другие произведения.

Зубр и компания.

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:

Конкурсы: Киберпанк Попаданцы. 10000р участнику!

Конкурсы романов на Author.Today
Женские Истории на ПродаМан
Рeклaмa
  • Аннотация:
    Мы разъехались и расстались с условием никогда не появляться в жизни друг друга... Хочешь жить - научишься вертеться. Продолжение следует


   Содержание.
   История первая. Непонятки на Рождество.
   История вторая. Практика неприятностей.
   История третья. Презумпция виновности.
   История четвёртая. Чудес не бывает.
   История пятая. Чужая игра.
  
   История первая. Непонятки на Рождество.
  
   Олег.
     
      Утро началось не так, как было запланировано. Я совершенно не помнил, как вырубил будильник. Дальнейшее, что произошло, порядком вырубило самого меня из чёткого восприятия реала. Я встал, потянулся и, подойдя к окну, отдёрнул занавески. Оппаньки! Было бы интересно увидеть собственную физиономию в тот момент. Впрочем, в тот момент мне было не до неё. За окном лежал снег. Сказать, что я изумился - это не сказать ничего. Снег был в июне. Мне предстояла сессия. Вчера придурок препод завалил меня на трояк. И сегодня я планировал идти выяснять отношения к декану на чашку и не только с кофе...
      Рука невольно потянулась к полке, на которой вчера вечером красовался недавно приобретённый билет на море - предмет рецидива хронической зависти окружающих. Билета не было. Календаря над полкой тоже. Этот долбаный водопад висел над полкой все четыре года, что я учился в универе. Я с завидным постоянством менял под пейзажем сам календарь. Сейчас его не было. Я замер, боясь оглянуться и осмотреть всю комнату, вдруг не будет хватать ещё чего-нибудь. Я заставил себя подойти к холодильнику и открыть его. Вчера в нём оставались колбаса, недоеденная банка тушёнки, пара яиц и оставленный Светкой высокий стакан с йогуртом, который мне запретили хавать под страхом смертной казни. Всё.
      Открыв холодильник, я сел перед ним. Это всё покупал не я. Продуктов, как таковых вообще не было. Было много бутылок, бутылочек, баночек, скляночек, масса всего нарезанного и упакованного в прозрачные коробки. Пачки таблеток. Я этого не покупал. До сих пор в своём холодильнике я хозяйничал сам. И не только в нём. Я захлопнул холодильник, и всё ещё сидел на полу, осматривая комнату, когда в дверь постучали. Комната явно была моя, так как на вешалке висела МОЯ куртка. Но то, что хозяйничал в ней не только я, тоже было очевидно. В дверь настойчиво стучали. Откуда-то я знал, что она не заперта.
      - Да! - и это мой голос? Дохлый, испуганный хрип. Я решил молчать, кто бы ни зашёл.
      Зашёл в комнату высокий, смуглый парень. По-свойски запустил сумку с плеча на стол и наклонился надо мной.
      - Ну? Ты как после вчерашнего?
      Я не нашёл ничего лучшего, чем неопределённо промычать в ответ. Я понятия не имел, с кем имею честь общаться.
      - Ты понимаешь, что ты козёл? - он выпрямился, отошёл к окну и закурил.
      - Снег выпал.
      Я всё ещё сидел на полу.
      - Может ты всё-таки встанешь? Не июнь месяц.
      - Не июнь? - тупо переспросил я, поднимаясь. - Как не июнь? А что тогда?
      - Ты чего? Крыша поехала?
      - Да, - скромно согласился я, - Что сейчас?
      - Декабрь, - немного брезгливо сказал парень. - Новый год скоро. Дальше будешь дурачка валять?
      - Я не помню ни фига.
      - Ни фига? Сейчас ты скажешь, что не знаешь, кто я, - прищурился парень.
      - Не знаю, - я растерянно пожал плечами.
      - Хватит, - парень затушил окурок. - Выметайся.
      - К...как? - я моргнул.
      - Надевай свою куртку и вали отсюда. Хватит.
      - Но... это же моя квартира.
      - Олежек, у тебя пять минут, - зло сказал парень. - А потом я тебя спущу с лестницы. Время пошло.
     
      Мобильник работал. Наверно, кто-то следил эти полгода за заполнением счета. Может быть, я сам?
      Светка трубку сняла быстро, но совершенно не обрадовалась звонку.
      - Олег, я же просила.
      - Да? - а что я еще мог сказать?
      - Когда ты перестанешь мне названивать?
      - Свет, ты чего?
      - Ясно. Короче, всё, Олег. Пока.
      Ей было всё ясно. Здорово. А я мёрз возле угла собственного дома, который больше моим, похоже, не был. Проверил деньги в кармане - на кофе вполне хватало, и зашел в знакомое кафе.
      Кафе тоже изменилось - столики новые, другая музыка, незнакомая официантка. Меня она тоже не узнала.
      В записной книжке телефона хранились теперь уже не только знакомые номера. По ним я звонить не рискнул. Начал с друзей.
      Кредит закончился на четвёртом. Лиcтнул SMS-ки. Позавчера пришло сообщение, что мне отключат звонки. Я его не читал.
      Все четверо слышать меня не хотели. Разговаривать - тем более.
      Я перебрался на почту.
      В деканате говорили вежливо, даже пожалели, что не смогут помочь, если я решу восстановиться.
      То есть, получилось, ни жилья, ни Светки, ни денег, ни друзей, ни учёбы. Ничего. Ложись и помирай.
      Или замерзай. Под новогодней елкой... В новый не знаю какой год...
     
      Я не мог ответить на один единственный вопрос, в какой момент всё рухнуло? Чётко построенная цепь не сработала. И я даже не знал, в каком звене произошёл сбой.
      Через час я уходил из Города. Город этот меньше, чем за сутки занесло снегом. Занесло настолько, что идти можно было только по трассе, где время от времени меня обгоняли медленно ползущие машины. Такая же нерасчищенная, как уже не видный рядом тротуар, но всё-таки дорога. Некоторые из машин останавливались, водители приоткрывали дверь рядом со мной, уже немного пошатывающимся от усталости ч и пытались сказать нечто вроде:
      - Садись, братан, подвезём.
      Но я только отрицательно мотал головой, не вынимая заиндевевших рук из символических карманов. Пока шёл, я несколько раз падал, и в карманы уже успел набиться и растаять снег. А потому меня не грело ничего. Я привык слышать слово "ненавижу" так же часто, как и слова "люблю" и "уважаю". И теперь я уходил туда, где нет людей, которые произносят эти ничего не значащие слова. Я понятия не имел, куда попаду, но зарёкся, что не вернусь в этот Город никогда
      Жизнь свалилась на меня очередным оглушающим сигналом догоняющей машины. Сумасшедший водила нёсся на скорости под хорошую сотню на совершенно неадекватной к такой скорости трассе. Не миг меня, забывшегося в своих мыслях, и вышедшего уже непосредственно на колею, обдало порывом, я шарахнулся от машины. Поскользнулся, не удержался и рухнул прямо в нанесённый ветром сугроб. Выкарабкавшись из сугроба, я отряхнул снег с лица и рук.
      Мелькнула мысль о том, что самоубийца на грязном Мерседесе не доедет до места назначения. Отсутствие ветра грело уже почти ничего не чувствующее лицо.
     
      Макс.
      Я никогда не останавливался на магистрали и не подбирал голосующих на дороге. Однажды, давно, пару лет назад один из таких голосующих едва не сделал шаг ко мне под машину. Уже притормаживающий, чтобы его подобрать, я едва не снёс шагнувшего под колёса придурка, но вовремя успел принять влево, тут же оглашенный сигнал сзади от несшейся мазды и опять вправо. Маленького выплеска адреналина в кровь хватило мне для того, чтобы больше никогда никого не подбирать на дороге и уходить подальше от них на крайнюю левую.
      Сейчас я не гнал, был на расслабоне после удачной недели. Я выиграл при удачной сделке всё, что мог. А потому тащился почти на автомате под 50, не дёргался на обгоняющих и слушал Duval.
      Из некоего забытья меня вытащил покачивающийся в самом центре сугроба на окраине дороги чёрный силуэт. В одну нелепую секунду я послал к чёрту данное самому себе обещание не останавливаться на трассе и, неожиданно для самого себя, дал по тормозам.
      Машину пронесло ещё немного, и остановило в метре за покачивающемся на ветру силуэтом. Я медленно сдал назад и приоткрыл дверь. Силуэт повернулся к приоткрывшейся двери, и тут меня передёрнуло. Мгновенно пропало ощущение расслабленности. Ещё несколько секунд, глядя на потерянного Олега, не делавшего ни малейшего движения к машине, я раздумывал. Мысль захлопнуть дверь и уехать даже не допускалась. Проснулись, как оказалось, не совсем погашенные злость и обида.
      - Садись, - натянуто скованно приказал я.
      Большим искушением было выйти из машины, как минимум вывалять этого шустрого мальчика в снегу, а как максимум дать по морде. Хорошо так дать. За всё. Хорошее. Причём безнаказанно. Редкий шанс.
      Олег посмотрел непонимающим взглядом, пожал плечами и, похоже, собрался топать дальше.
      - Олег, стой!
      - Вы меня знаете?
      Он, по-видимому, решил повалять дурака. Говорил уже нечётко, слоги сбивались - замёрз, наверно.
      - Не зли меня, - я всё ещё старался быть вежливым, - и не студи машину. Хуже будет.
      Олег пожал плечами, отряхнул снег и забрался в машину. Меня опять передёрнуло. То ли от холода, то ли от подступающего к горлу нетерпения. Так бы и треснул подзатыльника.
      Но что-то было не то. Что? Я ещё не мог понять. Пока я только наблюдал за новоявленным соседом. Чёрные распухшие руки. Слезящиеся глаза. Красное до синевы лицо. И это - Олег?
      Если Олег решил поиграть - пожалуйста. Инга уехала к родителям в Германию на Рождество. Можно будет обзвонить всех, кто искал Олежека. А таких наберется немало. Тех, кто захочет подъехать скрасить вечерок перед праздниками. Зубр и Игорь будут не прочь.
      Я покосился на пассажира. Надо будет куда-нибудь его сплавить, пока звонить буду. Ни тени страха. Только усталость и смертная тоска. Равнодушие. Едет, уставившись вперед. И молчит.
      - Чего молчишь?
      Я ждал чего угодно - просьб о пощаде, долгих путаных объяснений, дурацких оправданий, блестящих "разводов", которыми прославился Олег за каких-то полгода. Чего угодно - но не молчания.
      - Извините, - застенчиво попросил Олег. - Я не просил вас останавливаться. Если хотите - остановите, я выйду. Денег у меня всё равно нет.
      - Ага. Как же. Не дождешься!
      Невольно я хохотнул:
      - С каких пор ты мне выкаешь?
      Олег удивленно посмотрел на меня. Прекрасный актёр. Просто восхитительный. Именно то, про что все рассказывала Светик. Но сейчас не на того напал. Я его живым в землю урою, но получит он по полной за всё.
      Олег пожал плечами и дёрнулся - скорее, от холода. Невесело улыбнулся.
      - Вы что, маньяк?
      На секунду во мне взмыло нечто, похожее на злость. Только почему-то стало смешно. Сидит рядом со мной, в принципе порядочным бизнесменом, бывший хитрый аферист, который смог развести всех. И теперь, когда ему видно случайным образом колоссально не повезло, он, а вернее ОНО, сидит рядом со мной и обвиняет меня в том, что я - маньяк.
      Метель набирала обороты. С трудом различалось нечто, стоящее далеко впереди на трассе, и я сбавил скорость.
      - Хуже. Я для тебя хуже, чем маньяк. Я для тебя на ближайший вечер - инквизитор. Вот только дай доехать.
      Олег не отреагировал на моё предупреждение совершенно никак.
      - Что с тобой первым сделать? Морду набить или кое-что пониже?
      Олег тупо смотрел в пустоту.
      Я ещё сбавил скорость, и мы медленно обогнули по встречной полосе две стукнувшиеся тачки. Хороший такой древний бус, и нечто, похожее на мерс, непонятно-грязного цвета. Вернее то, что от него осталось. Кому-то не повезло.
      - Ты вообще меня слышал?
      - Э-э? Слышал...
      - Чай. Просто чай.
      - Не понял...
      - Чёлт, вылубаюсь. Така лень. Оттаиваю. Вы не плотив, еси я поспю.
      Олег плавно стекал по сиденью, и его клонило почему-то к дверям. Не хватало, чтобы этот придурок вылетел из-за случайно открывшейся двери. Кажется, мой вечер накрылся. Только наметишь компанию отдохнуть - всегда сорвётся.
      - Нам ещё полчаса пилить. Хотя... бесполезно.
      Я от беспомощности дал по тормозам и остановил. Олег спал. Убить бы его. Но такого вот съёжившегося и заснувшего за минуту в тепле машины человека даже будить было жестоко.
      Я расстегнул с большим трудом его совершенно уже мокрую куртку, и попытался залезть в карман. Ничего. Какой-то мусор, старые билеты, скомканный лист, мобильник. Ни ключей, ни денег, ничего. Я сам не знал, что же я хочу найти. Я отвернул с багровых рук края свитера, выехавшего из рукавов куртки. На них начинал оттаивать замёрзший снег. Шерстяные рукава набились снегом, замёрзли и превратились в ледяные трубы. Он же отморозит к чёртовой матери руки.
      Я смотрел на его лицо. Это был не совсем Олег. Это - совсем не Олег! Я достаточно хорошо разбираюсь в людях. Человек, бросивший на последнем курсе институт, и жестоко поломавший жизнь моей сестре. Человек, на одном вдохе угробивший репутацию Зубра, умышленно уничтоживший две фирмы, и сознательно засадивший невиновного в тюрьму. Он просто не мог вот так вот завалиться ко мне в машину и заснуть. Если только он не был пьян. А пьян он не был.
      Витька Зубр искал Олега последних две недели. Я не знал о нём ничего, он не появлялся нигде. Что я и ответил Зубру на его звонок. И вот у меня в машине сидит дитё человеческой подлости. Более того, он спит в моей машине. А Светка...
      Я всё-таки набрал ей.
      - Привет.
      - Привет, Макс, - уставший тихий голос.
      - Занята?
      - Угу. Не очень, скоро освобождаюсь.
      - У меня здесь в машине твой Олег спит.
      Пауза. Долгая пауза.
      - Не поняла...
      Голос у неё сбился, стал глухой и немного хриплый. Ей всё ещё больно. Убью гада. Убью я его, вот пусть только проснётся.
      - У меня в машине спит твой Олег.
      - Это розыгрыш?
      - Не-а.
      - Шутишь?
      - Я не шучу. Я хотел заехать к Вовке. Мы с ним договаривались на вечер, остановился на трассе подобрать замёрзшего чувака, решившего пешком дойти до могилы. А им оказался твой Олег.
      - Он не мой!
      - Ну не твой, извини.
      Пауза. Долгая пауза.
      - И чего ты мне звонишь?
      - Я его Зубру сдам.
      - Сдавай его куда хочешь. Он его грохнет! И правильно сделает!
      Начинает психовать.
      - Но, Света...
      Только оставь меня в покое и не звони больше!
      - Света, послушай...
      - А пошли вы все!
      Бросила трубку. Она права, Зубр долго церемониться не будет. А ей всё ещё больно. Убью! И куда мне его везти? К себе домой?
      Я потрепал Олега по щеке. Нуль эмоций. Надо снять с него куртку. А то он в ней всё сиденье мне намочит.
      Я долго пытался тормошить Олега, но он спал мёртвым сном. В конце - концов я плюнул на собственные уши и рубанул на всю громкость звук. Всё ещё тихо играющий до сих пор Vision взвыл и вывел Олега из состояния сна. Он дёрнулся и попытался сесть ровно, протерев руками лицо. Я убавил звук, а потом и совсем выключил.
      - Я вырубился? Это же надо так замёрзнуть. Чёрт, какая дубарина.
      - Слышь ты, придурок, куртку сними. Мокрая она.
      Олег послушно стянул за рукава куртку и, скомкав, оставил её у себя на коленях. Потом так же неловко стянул свитер. Рукава - снежно-ледяные трубы сложились пополам. От них отвалился кусок снега, и Олег неловко стряхнул его себе под ноги.
      - Извините.
      - Мы на ты.
      - Извини.
      - За что?
      - За снег.
      - Ты ничего больше мне не хочешь сказать?
      Олег повернулся ко мне и я узнал тот взгляд, который я видел в его глазах последние полгода, что знал его. Это был Олег. Чёрт, это невозможно сыграть
      - Мерседес разбился.
      - Что? - теперь уже не въезжал я.
      - Мерс. Грязный мерс разбился. Самоубийца за рулём, он чуть не сбил меня на дороге. Я сказал себе, что он не доедет и он не доехал. Поехали домой, а?
      Теперь стало холодно мне. Я всё-таки развернул назад в город. Иного пути с этим идиотом в салоне уже не было.
      - И?
      - Как я скажу, так и получается, - Олег говорил слегка дрожащим голосом.
      - Ты пьян?
      - С удовольствием бы сейчас водочки для согрева души человеческой.
      - Типа она у тебя есть. Куда едем?
      - К тебе. Разговор есть, - Олега начинало колотить от холода.
      - Так ты меня знаешь?
      - Было бы странно, Макс, если бы я не знал брата своей благоверной. Я сдохну у тебя в машине от пневмонии. Ты этого хочешь?
      - Вы развелись.
      - Э-э... кто?
      -Ты и Света.
      - Э-э.. когда? Ты что, сбрендил?
      - Четыре месяца назад. Она достаточно натерпелась с тобой.
      - Ну, знаешь ли! Она, стерва, с...
      Олега понесло на мат, мне осточертело то, что я не понимаю происходящего вокруг, я дал по газам и заорал от злости:
      - Как ты попал ко мне в машину?
      Олег оборвал себя на полуслове, застыл и с сумасшедшим взглядом повернулся ко мне...
      - Как?
      - Я тебя подобрал на дороге, - хмыкнул я, наслаждаясь испугом и растерянностью во глазах Олега. - А то б ты насмерть замерз.
      - О, как! - пробормотал Олег. Похоже, начал успокаиваться. - Не гони, скользко же...
      - Тише едешь - дальше будешь, согласился я. Хотя, тише едешь - хрен приедешь, тоже имеет смысл.
      - Я его найду, - пообещал Олег. Зло сказал, но так, что стало ясно - найдет.
      - Кого?
      - Шутника. Нас вчера не так много было, вычислю. Сволочь. Интересно, что он мне подсыпал?
      - Тебе к психиатру надо.
      - Думаешь, паранойя? - оскалился Олег. - Да нет, тут все хуже. Может, Зубр кого подкупил?
      - Вряд ли. Он тебя лично убить хочет.
      - Это да, - согласился Олег. - Может, ты? А, Макс? Ладно, давай сначала ко мне. То есть к Сане.
      - Я тебе что, таксист?! - взорвался я.
      - Это тебе к психиатру надо, - озабоченно сказал Олег. - Хочешь, найду врача получше?
      - Слушай, - я затормозил и съехал на обочину. - Хватит. Кончай прикидываться шлангом.
      - Значит, дуешься, - кивнул Олег.
      - Ты в курсе...
      - А как же! Светка рассказывала всё подробно. И как ты квартиру продал, и как из города смывался, как будто тебя Интерпол искал...
      - И?
      - Ну и посмотри на себя. Машина. Жена. Дача и дом. Чем ты недоволен?
      - Я?! - такого поворота дел я не ожидал. То есть, он меня подставил, а теперь я же еще и дурак?!
      - Слушай сюда, Макс, и не пропадёшь. Если бы на тебя тогда не наехали, ты б Ингу встретил?
      - Ты и про...
      - Я много чего знаю, - оборвал Олег, словно мог читать мои мысли.
      - А может и могу, - улыбнулся Олег. - Ты б разве вообще этот бизнес затеял? Так бы и сидел на месте инженера, и боялся нос высунуть на улицу. Разве нет?
      - Слушай, умник...
      - Да или нет?!
      - И ты еще на меня...
      - Да или нет?!
      Я отвернулся. Посмотрел на потемневшую дорогу, на маленький сугроб, уже выросший на капоте. Если ставить вопрос так, то ответ получался "да".
      - Так что заводи машину и поехали. Считай меня твоим личным бенефактором.
      - Кем-кем?
      - Тачку заводи, а то снегом занесет - не откопаемся, - Олег дождался, пока я снова завел машину. - Благоприятный фактор, фактор, меняющий твою жизнь к лучшему, даже если при этом приходится жизнь ломать. Помнишь, где я живу?
      - Помню, - сквозь зубы ответил я. Я разозлился и решил, пока Олег к себе пойдет, сделать Витьке звонок.
      - Светка там как?
      - Заткнись.
      - Не вопрос.
     
      Доехали быстро.
      - Подожди здесь, - сказал Олег. - Я по быстрому с Саньком переговорю, потом к тебе двинемся.
      - Ко мне?
      - А ты уже забыл? Разговор есть. Давай, не скучай, я быстро.
      Трубку Витька снял быстро.
      - Привет, тебе Олежек надо?
      - Подарок на Новый Год? - ухмыльнулся Зубр. - Где он? На блюдечке с голубой каемочкой? Или в подарочной упаковке?
      - Он у себя. Адрес знаешь?
      - Так это ж не его квартира. Там же Саня...
      - Сейчас он там. Потом ко мне собирается.
      - И ты его пустишь?
      - А почему бы нет? Игорьку еще позвони.
      - Ну ладно... Э, Макс, если шутить...
      - Без шуток. Давай.
      - К нему уже не успеем. К себе жди в гости, - хохотнул Зубр.
     
      Олег.
      Саня, видимо, ужинал. По крайней мере на звук открываемой двери он вышел из кухни, в домашнем халате, с тарелкой в руке. Сначала он изумился, а потом зароготал, чуть не подавившись.
      - Вернулся? Протрезвел?
      - Ага. Спросить забыл, - сказал я, закрывая за собой дверь [совсем обнаглел] .
      - Что и кто мне вчера подсыпал? Ты меня пригласил - так что должен знать.
      - Олег, ты чего? - улыбка поблекла. - Ты что?
      - Сань, не зли меня, - предупредил я. - Давай, вспоминай быстрее, меня человек ждет.
      - Да я...
      - Ну, так звони тем, кто знает, - я присел на тумбочку для обуви. Посмотрел на часы. Засёк время. - У тебя три минуты.
      Саня спёкся на первой. За что я его не любил - он никогда не умел врать. Слабак. Он сел на пол прямо в дверном проёме.
      - Не вчера. Это не вчера было.
      - А когда? Зубр, Игорь, Макс, Инга, Светка, ты и я. Кто подсыпал?
      - Ты попал, все, кого ты назвал - тебя ненавидят.
      - За что? Что я вам плохого-то сделал? Вы все без меня где были?
      Этот вопрос я задавал в пустоту. Я вытянул их всех. Полгода назад они были ничем и никем. Чем дальше, тем хуже. Ужасно болела голова. Память возвращалась какими-то отрывками. Часть я вспоминал, часть оставалась вне моего ведения.
      - Так... [башка раскалывается] когда вечеринка была?
      - Две недели назад.
      - И где я был эти две недели?
      - Не знаю.
      Под моим взглядом он сжался. Ещё и трус.
      - По крайней мере - не я.
      - Кто меня в общагу затащил, и мои вещи по комнате разбросал? Я же там уже полгода не живу. Что было за эти две недели?
      Саня отрицательно покачал головой как слабоумный. Нечто среднее между жалостью и презрением. Я прошёл в комнату, переступив через него:
      - Я заберу свои документы.
      - Их Зубр забрал...
      - Твою мать! С вами, ребятки, не соскучишься!
      В шкафу я нашёл себе чистую одежду. Этот урод, заселившись в мою квартиру, пользовался всеми моими вещами, даже не изменив их положение в квартире.
      - Олег, не психуй!
      - Я психую? - я натягивал уже тёплую дублёнку. Эти уроды оставили меня в осенней куртке в такой мороз.
      - Я абсолютно спокойно всех вас удавлю. Советую искать новую жилплощадь.
      - Ты подписал договор дарения.
      - Я его перепишу так, что мало не покажется. И после анализов, которые я сдам сегодня, любой суд отменит тот договор.
      - На улице половина девятого.
      - Приёмное отделение в городской работает круглосуточно.
      - Олег! - он с идиотским выражением лица загородил мне выход из квартиры.
      - У тебя на кухне сидит чек, который меня отравил, а ты меня не выпускаешь.
      Саня непроизвольно обернулся на кухню. С выражением лица, которое можно было скорее назвать заинтересованным, чем удивлённым. Он однозначно не знал, кто это сделал. Воспользовавшись моментом я слегка заехал ему левой. Он отлетел, и я вышел из квартиры, аккуратно закрыв за собой дверь. У соседей был больной ребёнок, незачем зря беспокоить...
      Откуда я знал, что тот болен? Чёрт знает что!
     
      Макс.
      Олег решительно вышел из подъезда и уселся рядом со мной. С одной стороны я чувствовал себя предателем, с другой стороны я просто-напросто спасал свою шкуру.
      - Мобилу дай, позвонить надо.
      Олег определённо приходил в себя. Как я влип! Зачем только я Зубру звонил? Я с искусственно сыгранным равнодушием протянул ему трубу. Заметил?
      Олег нашёл в своём мобильном какой-то номер и быстро набрал его на моём, каким-то чудом не глянув на последний набранный номер.
      - Здравствуй, Оля. Это Олег. Я не со своего звоню. Ты на работе?
      ...
      Олег вышел из машины и последнее, что я слышал, было:
      - Я подъеду сейчас? Мне нужна будет твоя помощь...
      Он долго говорил. Потом нажал сброс, сел в машину и... стёр все набранные номера, прежде, чем я смог забрать у него трубу. Шустрый мальчик.
      - Макс, даже не пытайся. Я тебе потом дам пять баксов на счёт. Хватит с верхом.
      - Мы едем?
      - Едем. В городскую.
      - Не понял.
      - В городскую больницу. У меня там девочка дежурит из лаборатории. Она мне сделает кое-какие анализы. Вы же меня напичкали какой-то дрянью...
      - Олег, никто тебя ничем не пичкал!
      - Что ты говоришь? Не может быть. Сам с ума сошёл, да?
      - Кто тебя знает...
      Около городской он оставил меня в машине без телефона. Смылся меньше, чем на пять минут. Я даже не успел ничего придумать, как он уже опять сидел рядом со мной.
      - Поехали к тебе?
      Я промычал в ответ.
      - Макс, а Макс, тормозишь!
      - Как вы мне все надоели!
      - Кто "все".
      - Ты! Зубр!
      - А что Зубр?
      - Где тебя носило эти две недели? Тебя Зубр разыскивал.
      - День ото дня не легче. Я думал, что это или он, или ты меня оформили.
      - Куда оформили?
      - А кто вас знает! У меня к тебе разговор есть.
      - Ну, давай!
      - Сейчас доедем и в тепле с кофе всё обговорим.
      - Давай начинай. Ещё десять минут.
      - А что, у тебя нас уже ждут?
      Я выругался.
      - Ты можешь толком сказать, чего ты хочешь-то от меня. Вот остановил на свою голову. Сейчас бы Вовка, девочки...
      - А что Инга?
      - Умотала к предкам.
      - Умница!
      - Так ты скажешь?
      - Угу. Мне нужна твоя помощь. Потому что у меня крыша едет.
      - Обнадёживающее начало.
      - Я влип не знаю пока во что. Но влип конкретно и выхода на данный момент не вижу. Я не желаю никому из вас зла. Но вы, люди вокруг меня, творите чёрт знает что. Здесь работает какая-то дурацкая система. Я понятия не имею, что и как происходит. Но сводится всё к тому, что тот, кто желает мне зла, получает его же обратно. Причём довольно быстро и со стопроцентной вероятностью исхода событий в порядке, предсказанном мною.
      - И? - я уже смутно начинал понимать, что происходит.
      - Вы ходите кругами. Я не занимаюсь гуманитарной помощью. Тет-а-тет. Ты - мне, я - тебе. Но когда на мне пытаются ехать, причём нагло и с угрозами... Я ведь тоже человек, не железный. Я срываюсь, понимаешь? Как скажу, так и будет.
      - И? - я сбавил скорость и ушёл на крайнюю правую.
      - Ты чего?
      - Давай рассказывай. Я слушаю.
      - Мерс грязный на дороге. Он чуть не сбил меня. Я подумал, что он не доедет, и он не доехал.
      - Это я уже слышал.
      - Зубр полез на вечеринке в наше с тобой дело? Полез. Что я ему советовал?
      Я напрягся.
      - Заниматься своей семьёй.
      - Что было за эти две недели? Давай выкладывай, - он уже видел всё по моей физиономии. Скрывать что-либо было бессмысленно.
      - У него мать с инсультом.
      - Вот он теперь ей и занимается.
      - Ну не только ей. Но и это тоже.
      - Прикинь - как мне с этим жить? Как проклятый.
      - Мои тебе соболезнования.
      - А Саня? Он получил квартиру по договору дарения. За долю в бизнесе. Где же моя доля. Куда вы меня выперли?
      - Никто тебя не выпер!
      - Ага, я сам уехал к чёртовой бабушке!
      - Понятия не имею! Кстати тебя Зубр искал, знаешь за что?
      - Ну?
      - Ключи от его склада у тебя были и у него.
      - Ну.
      - Склад обчистили. За одну ночь всё вывезли. Ты знаешь, на сколько товара там было?
      - Это не я, Макс. Это тот, кто развёл всех нас.
      Олег сидел и хохотал рядом. А мне было совсем не смешно. Мы подъезжали к моему дому. Через полчаса - максимум здесь будет Зубр. Тогда все сказки кончатся.
      Мы остановились около последнего подъезда. Я жил в первом.
      - Чего так далеко?
      - Олег, не стоит ко мне идти.
      - Зубр?
      Я молча смотрел на него. Он всё понял.
      - Спасибо, Макс. Я отблагодарю. А почему мы со Светкой развелись?
      - Не помнишь?
      - Пока нет.
      - Сам вспомнишь. Не хочу об этом.
      - Ок!
      В мою дверь постучали. Я слегка обернулся. Зубр резко открыл дверь, и я едва не вывалился из машины.
      - Приехали? Вылезайте!
      Зубр был неизменен. Ничего хорошего Олегу не светило. Они решили даже не пачкать пол в моей квартире.
     
      Олег.
      Зубр никогда не отличался особым умом.
      Вот и сейчас, вместо того, чтобы заблокировать меня в машине и отвезти, куда захочет, Витёк полез сначала к Максу. Игорь, понятное дело, знал, кого надо держать, но он был далеко. А двое громил, ждавших чуть вдалеке, понятное дело, решили, что бить будут Макса, и пассажир просто сваливает с места разборки, чтоб под ногами не путаться.
      Ошибку они поняли быстро, когда Игорь закричал мне в спину безнадежно глупый вопрос "Куда?!"
      Вперед, куда ж еще? Приходилось бежать наугад в дальнюю арку, второй выход из внушительного двора между многоэтажек, и надеяться, что даже если у громил есть оружие, стрелять они не станут.
      Орал что-то несуразное Зубр, Игорька уже слышно не было, зато слышно было сладкую парочку, решившую меня догнать. И ведь догоняли, сволочи.
      Можно было бы попробовать завернуть за угол, а потом попробовать поймать челюсть одного из них на кулак. Можно было бы, если б я знал каратэ. Или хотя бы бокс.
      Или знал?
      Сложнее всего было резко остановиться на льду. Хватило ума отодвинуться от стены и пытаться свалить того, кто бежал по внешней дуге. В запястье что-то щелкнуло, туша побежала дальше, а я уже мчался назад, чувствуя, что времени оглядываться нет.
      Игорёк ехал за нами на машине. Трюки, когда вспрыгивают на капот и пробегают по крыше, я видел только в кино. Жить захочешь - и не такое сумеешь. Коротко вскрикнули громилы, выбегающие за мной прямо под колеса автомобиля. И не успел затормозить Игорёк, выворачивающий шею посмотреть, куда ж я такой ловкий денусь.
      На машине я все-таки поскользнулся и грохнулся боком на асфальт, пытаясь найти взглядом Зубра. Витёк чесал вдоль домов двора, и что-то очень неприятное было у него в руке.
      - Кинь! - закричал я, вскакивая. - Кинь, хуже будет!
      Он затормозил на пару секунд, их мне хватило.
      Сработали рефлексы, и в подъезд я не просто побежал, а сделал сначала кувырок через голову, потом рывок с четверенек и упал за дверь, повалив выходившую девушку.
      Выстрел.
      - Какой этаж? - выдохнул я, поднимаясь на ноги. Схватило ушибленный бок, но подать девушке руку всё же удалось.
      - Что?
      - Ты на каком живешь?
      - На втором.
      - Открывай, - сказал я, подхватил девушку и забежал наверх. Поставил перед дверью, надеясь, что не ошибся квартирой. - Открывай. Быстрее!
      Я боялся, что сейчас она впадет в ступор и придется искать ключи в сумочке самому, и открывать, а Зубр-то уже на подходе... Закрыто было на один оборот - и дверь уже распахнулась. Я вбежал на кухню, выбил окно, вскочил на подоконник и спрыгнул обратно.
      По лестнице с топотом нёсся Зубр, рычал "С дороги!".
      Я вжался в стену, в последний момент схватив табуретку.
      Витёк сразу рванул к окну, и начал искать меня.
      За этим занятием он и получил табуреткой по голове и свалился на подоконник. Ствол выпал. Очень хотелось его застрелить. Очень. Но вывалить в окно было разумнее. Хозяевам здесь он на фиг не нужен. И при этом желательно головой вниз. Хоть и снег, а мало ли... Вдруг повезёт.
      Девушка всё так же стояла в прихожей, широко раскрыв глаза.
      - Тебя как зовут? - спросил я.
      - Катя.
      - Я еще вернуть сказать "спасибо", Катя. Верь мне.
      - Ну да. Всегда рада, - отозвалась девушка. Наверное, на автомате.
      Во дворе произошли некоторые изменения.
      Игорёк суетился вокруг помятых громил - скорость у машины была небольшой, да и заторможенной реакцией они, похоже, не страдали. Так что теперь вдвоём хромали к подъезду, и уже прихромали достаточно близко.
      - Назад! - закричал я, выставляя пистолет, боком сдвигаясь к машине Макса. - Шаг - стреляю! Игорь!
      Макс сидел, уткнувшись лицом в руль.
      - Макс, живой? - рассмотреть, что с ним, не получалось - громилы были слишком близко, чтобы отвлечься на секунду. - Заводи мотор!
      Макс зашевелился, и я обошёл машину, не опуская ствол. Открыл дверь, дождался, пока заревёт мотор, а потом несколько раз выстрелил в машину Игорька, стараясь попасть по колёсам. Громилы и Игорь сразу упали мордами в снег. Разве что не хватало, чтоб машина Игорька рванула.
      Глаза у Макса были мутные, но мысль пробивалась. Да и движения становились увереннее. Это хорошо.
      - Всё хорошо будет, - пообещал я.
      - А типа есть выбор. Куда едем? - спросил Макс. И добавил, чуть улыбнувшись. - Шеф.
      - Ну, у тебя и шуточки. С каких это пор шефом назначают смертника? Трубу дай.
      - А ты её мне отдавал?
      - Да, извини. Я начал рыться в карманах.
      - Какой ты стал вежливый за последние сутки.
      - Макс, полегче на поворотах. А то не доедем.
      - Куда?
      Этот его вопрос я оставил уже без ответа. Я набрал Зубра. Он как раз вежливостью не страдал.
      - Да, урод.
      - Это я, а не Макс. Остынь, Зубр. Это не я сделал твой товар.
      - А кто?
      - Не менее интересные вопросы душат и меня: кто и что мне подсыпал, когда мы с тобой последний раз пили? И какого хрена ты забрал у Сани мои документы? Я что, уже труп?
      - Я почти был в этом уверен. Склад грохнули, одновременно ты пропал... Подъезжай. Обсудим.
      - Счас же. Я может ещё и торможу. Но не до такой же степени.
      - Олег!
      Я нажал сброс. Больше ничего толкового он мне сказать не мог. Остынет, проспится и завтра к утру будет адекватным.
      - Куда едем?
      - Окошко девушке вставить надо. Холодно спать-то будет.
      - Там уже менты. Хочешь познакомиться лично?
      - Не стоит. Завтра утром.
      Зазвонил мой собственный сотовый. Звонила Ольга из клинической лаборатории.
      - Да, солнышко.
      - Олег, ты не поверишь....
      Но выбора особого не было. Я поверил Оле. Оказывается, я провалялся без сознания все две недели. И этой дозировки мне хватит на всю дальнейшую жизнь. Поверил настолько, что уже знал - кто и что. Оставалось только выяснить, почему ему приспичило меня скинуть. Ещё бы немного и я оказался законным образом в психушке в качестве овоща. Видно что-то или кто-то его прижал, и я начал мешать настолько, что понадобилось меня вышвырнуть на улицу. Значит он всё-таки оказался шустрее, и едва не оставил нас всех в дураках.
      - Поехали на главпочтамт!
      - Куда?!?
      - Переговорный работает круглосуточно. И в десять вечера - это единственное место, где мы можем купить то, что нам надо.
      - Я с тебя дурею! - Макс захохотал впервые за день.
      Это уже хорошо. Я уже знал всё, что будет дальше. Оставалось только всё это устроить.
     
      Светлана.
     
      Звонок разбудил. Железная привычка отключать на ночь мобильный дала сбой в этот день. Наверно, оставалась надежда услышать ещё одну новость от Макса. И я уснула на диване, даже не раздеваясь, забыв про всё на свете. Я схватила трубку.... Это не мобильный. Звонили в дверь. Достаточно настойчиво.
      Когда-то я не открывала дверь без традиционного "кто". Но сейчас список тех, кто мог вот так вот завалиться в полдвенадцатого ночи, был достаточно ограниченным. Это могли быть только два человека.
      За дверями стояли Зубр и Игорь.
      - Только вас мне не хватало для полного счастья.
      - Макс и Олег заходили?
      - Заваливайте, не напускайте холода, сквозит. Заходили. Знаешь ли, до сих пор сидят на кухне и водку пьют. Наверно, знаешь в честь чего.
      - А ты ещё и шутишь. Как жизнь?
      - Потихоньку.
      - Уже оклемалась?
      - А то как же?
      - А хахаль где?
      - Где я его тебе возьму в два часа ночи? Нормальные люди дома спят, а не по чужим квартирам ходят с дурацкими вопросами.
      - Чаем напоишь?
      - Может ещё и первое - второе? Сто грамм могу налить, а то шли бы вы лучше!
      Игорь не задавал ни одного вопроса, сопровождая Зубра тенью.
      - Зайдёте? Или в дверях пить будете.
      Зубр, не оглядываясь на сопровождающего, скинул куртку, прошёл в комнату и рухнул в кресло за журнальным столиком, заваленным рекламными газетами.
      - Работу ищешь?
      - Нет, одно объявление.
      Игорь то ли стесняясь, то ли нервничая, уселся на диван. Я налила три стопки.
      - С каких это пор ты пьёшь водку?
      - С сегодняшних.
      - И что же сегодня такого?
      - Крыша едет от того, что вы с Олегом устроили.
      - Знаешь?
      - Да.
      Зубра понесло. Я только успевала наливать. Он неумолимо добрел и тупел по мере наполнения. Что и требовалось.
      - И всё-таки этот идиот мне всегда нравился. Когда он только всё успевает? Жаль будет...
      Взгляд Зубра перенёсся на газеты...
      - Объявление нашла?
      - Ага.
      - И что искала?
      - Не поверишь.
      - Хватит заливать. Чё там?
      Я, едва усмехнувшись, подсунула ему два обведенных Олегом объявления на разных страницах. Зубр тупо перечитывал их несколько раз. А потом его пробило:
      - Твою мать! Вот урод! Убью!
      - Я так думаю не ты один! Игорёк, не дёргайся, всё в норме! - Олег вышел из кухни в тот самый момент, когда Зубр начал орать.
      Зубр с трудом приподнялся из низкого кресла:
      - Извини, брат. Ошибка вышла.
      Зубр стоял молча, неуклюже расставив руки то ли для объятия, то ли в попытке пожать Олегу руку. Игорь сидел, вжавшись в диван. Олег положил на стол ствол:
      - Твой. Только незаряженный.
      - Извини придурка!
      - Проехали, Зубр! Когда обрадуем мальчика?
      - Я так думаю, сейчас, - сказал Макс.
      - Правильно, - кивнул Витек. - Поехали.
      - Вы... - начала я.
      - Не откладывай на сегодня то, что надо было делать вчера, - пожал плечами Олег. - Вперед, братва.
      Ушли все быстро. В двери Олег, выходящий последним, обернулся.
      - Прости меня за то...
      Я только кивнула, пытаясь его выпроводить за дверь.
      - Простишь? - он встал на пороге.
      - Простишь?
      - Да!
      Он всегда умел добиваться своего.
     
      Макс.
      В дверь звонил Зубр. Водка не пошла ему на пользу.
      Бил ногами, кричал, что будет с Саней, если тот сейчас же не откроет.
      Игорь дежурил под окнами - мало ли.
      Я и Олег держались у стены. Ждали.
      - Ну чего ты... - начал Саня, недовольно высовываясь на пьяного Витька.
      Нас он заметил поздно, попробовал шмыгнуть назад, но не успел. Олег внёс его в квартиру, и припечатал к стене. Я забежал следом, проверил комнаты. В спальне - Олежкиной спальне - сидела девица, недовольно щурясь на яркий свет.
      - Сань? Это кто? - капризно спрашивала девица.
      Зубр дал отмашку Игорю подниматься, Олег загнал Саню на кухню, в угол, сам сел на табуретку, поигрывая пистолетом.
      - Братва, вы чего? - залепетал Саня, подгибая голые колени к голой груди. - Чё случилось? Зубр?! Ты чё, с ним?!
      - Со мной, - кивнул Олег. - Сам признаешься?
      - В чём?
      - Кто склад взял, урод?! - закричал Зубр. - Где товар?!
      - К-какой склад? - начал заикаться Саня.
      - Короче, - сказал Олег. - Давай колись. Макс, ставь чайник. У тебя времени, пока вода закипит.
      Кран чихнул, прокашлялся, но вода все-таки потела. Электрочайник на два литра - минуты две-три закипать.
      - А потом? - лицо у Сани задергалось, взгляд остановился на загоревшейся кнопке "вкл".
      - Поливать тебя будем, - хохотнул Зубр. - Как растение.
      Саня сглотнул.
      - Сань, кто это? - вошла девица. - Ой!
      - Вали отсюда, поняла? - поднял глаза Олег.
      - Конечно, мальчики. Я оденусь, ладно?
      - У тебя минута, - бросил Игорь, поднялся. - Я прослежу.
      Чайник зашипел.
      - Он там, рядом, - мучительно сглатывая слюну заговорил Саня. - Через два склада.
      - Ключи? - спросил Олег.
      - Там, - Саня начал рыдать. - В бар-сетке. На красном брелке...
      - Документы на квартиру там же? - уточнил Олег.
      - Да...
      Мы обговорили нюансы. Игорь с ребятами умотал на складские помещения. Саня притих, и они с Олегом мирно рассматривали упаковки с колёсами и обсуждали ближайшее будущее. Мне всегда нравилось то, как Олег рассказывает сказки. Игорь отзвонился, что товар найден.
      Забулькала в третий раз вскипевшая вода, с резким щелчком погасла лампочка.
      - Ну что ж, - хмыкнул Зубр. - Готовься к водным процедурам.
      - Вы чего? А? Я же всё сказал. Вы что? Вы...
      - А как насчёт того, что кровь за кровь? Или нам тебя отпустить с миром? Как скажешь, так и будет.
      Саня вжался в угол, затравленно оглядывая нас по очереди. Витька подошёл к чайнику попробовал ладонью температуру, отдёрнул, подул на пальцы. Хлопнула дверь, вернулся Игорь.
      - Хорошая девочка, - сказал Игорь.
      - Глотай. На водичку, запей - Олег распотрошил две пачки и поставил перед ним стакан с водой из-под крана
      - Я... Я не буду это пить...
      - Тогда растворим в кипятке, и сами зальем, - согласился Витек. - А, Олежек?
      - Лучше под суицид оформим. Обожрался мальчик таблеток и концы откинул...
      Через десять минут Саня давился, но жрал сам. Потом, когда уже начал отключаться, сполз на пол и заскулил.
      - Больше нам здесь делать нечего, - сказал Олег. - Забираем всё, что надо и сваливаем.
      Вышли на улицу. Морозило. Сыпал снег, хлопьями, новогодний. Метель утихла. Ничего себе денёк.
      Ребята Зубра утащили почти дохлого Санька. Найдут то, что от него останется, весной, когда сойдёт лёд.
      - Я Зубра отвезу, - сказал Игорь. - Давайте.
      - Давай, - Олег обнял Витька, Игорька. - До завтра. Макс, отвезёшь к Светке?
      - К Светке?
      - А куда?
      - Садись.
      Ночные улицы - пустые.
      - А как ты догадался?
      - А больше некому. Девочка из лаборатории состав дряни сказала. Доступ к ней - только у него. Ключи от склада только у меня да у Зубра. Витёк свои с собой таскает, значит, не через него. Я и подумал, что если я ожил, то Саня побыстрее захочет квартиру продать и свалить из города. А он, идиот, объяву не только на квартиру дал, но и на товар тоже. Ему не до того, что такой товар - эксклюзив. И ближайшая поставка - весной. Мы ж на этом и собираемся бабки срубить. И телефон свой дал, мобильник. Кретин.
      - А чё за таблетки были?
      - А я что, запоминал? Колёса какие-то. Башню сносит будь здоров. А он мне, гад, десяток скормил. Надеялся, что замерзну, наверное - знал меня, падла. Я б и замёрз. Спасибо, Макс! [ Так я ему и сказал, что это за колёса. Упаковка неприятно холодила руку в кармане.]
      - Слушай, а что ты про мерс говорил? Про то, что всё, что говоришь, случается...
      - Я говорил?! - удивился Олег. Нахмурился, вспоминая. - А... Это я, наверное, под кайфом еще был. Бред нёс. Прикинь, думал, июнь на дворе. Сессия... к декану идти хотел.
      Я не выдержал и засмеялся. Сказывалось нервное напряжение.
      - А я поверил. Прикинул на все события - сходится. А ведь всё сходится! Ты как сказал, что...
      - Мало ли что я сказал, перебил Олег, - Это ещё ничего не значит! [надо менять тему]
      - Не скажи...
      - Ольга сказала, если б я на улицу не вышел, не выморозил эту дрянь из себя, всё, хана. Жив бы остался, но без мозгов. И зачем Саня все это заварил?
      - Я так думаю, он эту гадость где-то раздобыл, и придумал, куда применить. Идиот. Думал, все шито-крыто, и он слиняет под шумок.
      - Может... Приехали.
      - Ну, с наступающим!
      - С наступающим!
      - А если она не откроет? Может подождать тебя?
      - Откроет! Не жди!
      Олег захлопнул дверь.
      - Не пустит она его, не пустит, не пустит,- бубнил я себе под нос как заговор, почти засыпая от усталости за рулём.
      Я уехал. А Олег, уверенный (как всегда) в своих силах, так и остался стоять на улице в три часа ночи под Светкиными окнами.
  
  
   История вторая. Практика неприятностей.
  
   Макс.
     
      Я пытался создать фаербол - огненный шар. Сидел в позе лотоса, от которой ломило в коленях. Настоящее японское кимоно сидело мешком. А между ладоней упорно ничего не хотело формироваться.
      Я даже не чувствовал пульсации Силы.
      Ничего удивительного - я её ни разу не чувствовал. Несмотря на горы проштудированной литературы, на практике я был также далек от магии, как и в самом начале. Конечно, при условии, что магия была в принципе.
      Сзади тихо открылась дверь.
      - А что это ты здесь делаешь? - Олег повертел головой, осматривая комнату.
      - Ты меня как нашёл?
      - Я знал, что здесь, - пророкотал Олег. - Выследил, выследил, не переживай.
      Занятия были безнадёжно сорваны. Со скрипом и стоном я выпрямил ноги, втянул сквозь зубы воздух. Странно, я на него не сердился.
      - Чего следил?
      - А, ребята попросили, - Олег бесцельно бродил по квартире. - Зубр говорит, чей-то с нашим Максом не то. Мяса не ест, водки не пьет, пропадает где-то вечно. Боялся, что ты в секту вляпался. Ну, я и решил, надо тебя выручать. А это что?
      Олег присел на корточки перед горой книг. Взял одну, полистал. Потом вторую.
      - Ты чё, серьезно? - спросил Олег, отложив десятую книжку. - Ты чё, всё это прочитал?
      - Ну... да.
      - И как? - давясь смехом уточнил Олег. - Научился вызывать духов? Или повелевать стихиями?
      - Пока нет...
      - Дерзай! - в голос заржал Олег, повалился на спину - на ковёр. - И... давно?!
      - Не очень...
      - Ты что, серьезно то воспринял? Что я перед Новым Годом ляпнул, обожравшись колёс? Макс, ты что, правда?
      - Совпадений слишком много, - буркнул я. - Нет, чтобы смеяться, научил бы.
      - Чему? - хохотал Олег. - Я же не Гудвин! Великий и ужасный! Ну, ты даешь, Макс... Что я теперь Зубру скажу? Скоро будет у нас свой Мееэээ-мерлин...
      - Ладно, хватит блеять, - я неуверенно поднялся на ноги. Пошатнулся. - Тебе чай делать?
      - Давай... Кофе не пьёшь?
      - Нельзя.
      - Ну-ну... - Олег явно давился смехом. - Ну-ну...
      - Не нукай, не запрягал.
      - А, мы ещё и огрызаться умеем? Значит, жить будешь. Кончай, Макс, дурака валять. Ты нам нужен.
     
      Олег.
     
      Сказать, что я был зол - это не сказать ничего. Я был в бешенстве. На мою больную голову не хватало только инфантильного сумасшествия Макса. Это оказалось из рубрики "лучше бы пил и курил". Я был бы рад, если бы он просто запил. А так, оказалось, дитё развлекается.
      - Ты идёшь? Чай остывает.
      Я с трудом заставил себя подняться с мягкого ковра и пройти на кухню. В чашке, подсунутой мне под нос, оказались какие-то мутные помои.
      - Это что?
      - Трава.
      Я, едва сдерживая себя от злости, вылил тошнотворное содержимое в умывальник.
      - Макс, тебя сразу убить или ты хочешь получить удовольствие?
      - Шутишь?
      - Я редко когда шучу, но ты меня достал. В этом доме кофе молотый есть?
      Макс неопределённо повёл рукой:
      - Где-то там должен быть.
      Я перевернул всю полку и нашёл вполне сносную арабику. За последние несколько дней я спал не больше пяти часов в сутки, что весьма плохо сказывалось на моей нервной системе. Но после четвёртой чашки кофе мне уже казалось, что если я лягу, то буду спать неделю. Я разрывался между психопатством Зубра, товаром и клиентами, которые считали себя пупом земли, а Макс медитировал в своё удовольствие.
      - Ты расскажешь мне? - Макс явно начинал нервничать.
      - Если ты завтра вместо меня не поедешь в рейс, то завтра будет некому рассказывать. Потому что я сначала тебя угроблю, а потом и сам разобью машину на хрен. Я уже почти сплю за рулём, пока ты здесь...
      - Не набирай обороты. Я поеду.
      - Неужели госпожа Совесть? Или бабки кончились?
      На слове "бабки" у Макса появилось в глазах вполне осмысленное выражение, что уже радовало. Вполне адекватная реакция человека в бизнесе. Я думал, что процесс будет более долгим.
      Зазвонил мобильный. Третий раз звонила Катюша, и я третий раз не мог ничего хорошего ей сказать.
      - Кать, солнышко, извини, я занят. Я тебе завтра перезвоню.
      - Хорошо. До завтра.
      Если бы я знал, где я буду завтра, и что будет завтра и послезавтра, я бы точно бросил всё к чёртовой матери прямо в тот самый момент, когда услышал её звонок. Однако, предвидеть будущее дано только Нострадамусу.
      - Собирайся. Нас ждут. И если твой чай с травкой содержит дрянь, то лучше не пей. Тебе всё-таки придётся сидеть за рулём.
      Позвонил Зубр.
      - Ну, как он там? Живой?
      - Не то слово.
      - Едет завтра?
      - Да.
      - Тащи его сюда и езжай домой, отсыпайся.
      - Угу! Отбой.
      А типа я был способен в этом состоянии на нечто большее?
      Я так и сделал: вытолкал Макса из квартиры, заграбастав у него на память одну книгу по йоге. Завёз этого вундеркинда на склады и, послав всех, умотал домой спать.
      Приняв горячий душ и вытянувшись впервые за несколько дней в чистой постели, я уснул, кажется, прежде, чем голова дотронулась до подушки.
     
      Макс.
     
      Неприятности начались с диких воплей Зубра. Игорь стоял между нами, не давая нравоучениям перейти в мордобой.
      Продолжились маршрутом - так далеко я не ездил ни разу. И, естественно, совсем не знал ни клиента, ни города. Я посмотрел на озверевшее лицо Витька, на сдержанно-злого Игоря, и понял, что говорить про свои проблемы явно не стоит. Как говорится, солдат должен выполнить приказ, а уж потом обжаловать.
      Конечно, я заблудился.
      К вечеру выехал к складам клиента.
      И вот тут узнал, что весь день у меня были цветочки. Ягодки поспели только сейчас.
      - Где Олег? - спросил клиент, Аркадий Иванович, как-то неприятно играя скулами. За спиной у него громоздились несколько людей в чёрном. Еще двое запирали гараж, один полез в кабину грузовика. Что-то мне здесь не нравилось. Совсем не нравилось.
      - Я за него, - я попробовал перевести все в шутку. - А чё это ваши ребята?
      - Ты за него, - кивнул Аркадий Иванович. Обернулся, развел руками. - Ладно. Тогда будем с тобой вопросы решать.
      - Давайте попробуем, - нервно заметил я. Мужик в грузовике, кажется, пытался его завести. - Эй! Кончай баловаться!
      - Тише, Макс, - сказал Аркадий Иванович. - Ключи отдавай.
      - Да вы что?
      - Короче, те принтеры, что вы нам месяц назад спихнули...
      - Ну?
      - Шлангом прикидывается, - сплюнул кто-то за спиной Аркадия Ивановича.
      - А что-то не так?
      - Всё не так. Все не так. Забирайте их на хрен. И гоните деньги назад. Пока не будет денег, ваш грузовичок у нас пропылится. А нет, подадим в суд. Еще и штраф оттяпаем.
      - А?
      - Когда деньги вернёте?
      - У... - я прочистил горло. - Наверное, не будет столько нала. Все...
      - Слушай, не зли меня. Короче, у вас сроку - неделя.
      - А потом?
      - Я себя кидать никому не давал. И не дам. Усёк? Так Олегу и передай.
      - Да что с принтерами-то?
      - Хрень.
      - Дай, я объясню, - выступил вперед парень, молодой еще, может, сын Аркадия Ивановича? - Короче, там когда картридж меняешь, потом принтер захлопываешь, он крышкой к черту кабель отрезает. Начисто. Вся партия такая.
      - Люди обижаются, мы людей обижать не можем, нам с ними работать, - сказал Аркадий Иванович. - Мы забираем принтеры, отдаём бабки. Если вы деловые люди, вы тоже так сделаете. Если не деловые - вам в бизнесе делать нечего. Я вас оттуда выкину. Это ясно?
      - Я позвоню Олегу?
      - Такие дела по телефону не решаются. Я думал, Олег - настоящий мужик. Не верил, что про него говорили. Я говорил, Олег - мужчина, он приедет сам, он извинится, сразу отдаст деньги, сразу заберет свой товар. А Олег не приезжает, и я не знаю, это его обманули, или он решил меня обмануть? А тебя подставить? Но если он хочет тебя подставить, то я тебя не трону. Иди себе, расскажи все Олегу, попроси приехать и всё уладить. Времени - неделя. Ты всё запомнил, Макс?
      - Да. Наверное.
      - Ключи отдай.
      - Не дам.
      - Тогда мы сами возьмём. А тебе еще домой ехать.
      - Не будь дураком, - сказал молодой парень.
      Хорошо ему говорить. Не у него Зубр спросит, где грузовик.
      - Макс, Олег деньги вернёт, мы ваш грузовик отдадим, - продолжал парень. - Если он ошибся. А если он нас кинуть хотел...
      Парень пожал плечами.
      - А на чем я домой доберусь?
      - На ковре-самолете.
      Я отдал ключи. Что еще оставалось?
      Они о чём-то тихо спорили. Донеслось нечто вроде "ехать надо..."
      Вышел со склада, пройдя в неизвестном направлении до частных домов, сел на скамейке, набрал Олега. Долгие гудки - не берёт. Отсыпается, гад, что ли. Зубру звонить бесполезно. Даже вредно для здоровья. Разве что Игоря набрать... Так, Игорь без Олега ни фига не решит...
      Я закурил. Посмотрел на темнеющее небо. Почесал в затылке и пошёл ловить попутку. Что говорить - обдумаю по дороге. Авось придёт светлая мысль в голову. Очень бы этого хотелось...
      С попуткой, мягко говоря, мне не повезло...
     
      Олег.
     
      В первый раз я проснулся я с жутким чувством голода. Это чувство поселилось комом в горле, и меня начинало мутить. Я назло всем залез в холодильник, вытащил оттуда две сосиски, неопределенного срока давности, на скорую руку засунул их в микроволновку. Выглушил половину кружки кофе, не осилив вторую, и, благополучно доковыляв до дивана, вырубился без зазрения совести. Имел на то полное моральное право.
      На мобильном остались неотвеченными два вызова. Один - Макса, второй Катин. На первый я не стал перезванивать чисто принципиально - пусть сами без меня разгребаются. Хоть что-то могут они без меня сделать или нет? Кате я хотел позвонить, но, глянув на себя в зеркало - быстро передумал. Увидит меня такого страшного - это будет последняя моя с ней встреча. Пусть девочка подождёт ещё один день, и всё будет в порядке.
      Во второй раз я проснулся сквозь дурацкий сон. Мне снилось, что на столе прыгает будильник. Старый, из моего детства, звонит и прыгает. Я бегаю вокруг стола и пытаюсь попасть по будильнику рукой, чтобы его выключить. Но не могу его поймать. Всё кончилось более тривиально, чем можно было предположить: я разгрохал - таки кружку с остатками кофе, благополучно смахнув её со стола. Звонили в дверь. Судя по тому, сколько длился сон - звонили давно и настойчиво.
      На площадке меня ждал сам Аркадий Иванович. И не один. Это ещё что за явление природы? Ребята Ивановича затащили мне на кухню дохлого и совершенно невменяемого Макса.
      - Дрыхнешь? А другу твоему немного нездоровится. Сел в машину к чужим людям и сознание потерял. Хорошо, что люди наши оказались - подвезли три с половиной сотни километров. И я знал, где ты ошиваешься. Видишь, как мы тебе помогаем? Что ж ты нас кидаешь?
      - Я?
      - Олег, давай просыпайся. И оставь Макса в покое. Он в ближайшие часа четыре вряд ли чего сможет тебе рассказать...
      Я тщетно пытался посадить Макса на полу к стене. Он упрямо съезжал на пол. Иванович меня обрадовал последними новостями, и я понял, что попал. Один из тысячи шанс попасть на бабки из-за паршивой техники выпал именно на меня. Пока я оттягивал время и разыгрывал перед Иванычем непонятки, а сам скоротечно искал выход из ситуации, в дверь позвонили. Я никого не ждал.
      - Ждёшь кого?
      - Нет.
      - Открывай, - Иваныч кивнул на дверь.
      - Сейчас уйдут.
      - Открывай давай. А то ты здесь прикидываешься бедненьким, а тебе, может, бабки принесли.
      Я сидел.
      - Мне самому открыть? Мамочку напугаю.
      - Нет у меня мамочки. Сам знаешь.
      - А кто есть?
      Я открыл дверь.
      Когда говорят, что хуже не бывает - не верьте.
      Бывает.
      Передо мной стояла Катя, а за мной - вредный Иванович. Он отстранил меня и пропустил Катю в квартиру.
      - Какие люди. И как тебя зовут, милая?
      - Кому милая, а кому не очень. Мы с вами на брудершафт не пили ещё.
      - Хочешь выпить? Устроим.
      - Катя...
      Я не успел ни его удержать, ни её подхватить. Я ничего не успел. Потому один из придурков Ивановича так придушил меня сзади, что едва не свернул мне шею. А после серии подлых ударов самого Ивановича я уже ничего не хотел.
      - Это тебе, чтобы ты чуть медленнее двигался и чуть быстрее думал. Катя поедет с нами. А ты постарайся к вечеру сделать бабки. Мы отзвонимся и заберём их. Завтра утром мне надо быть уже в городе. И либо с деньгами, либо без них я там буду. И для тебя будет лучше, если я там буду с бабками. А ты здесь с подружкой. При ином раскладе она будет в худшем состоянии, чем Макс сейчас...
      Я практически не помнил дальнейшего, не уловил момент, когда они ушли, и куда делась Катя. Пришёл в себя на диване. Надо мной стояли Макс и Витька Зубр, с кухни пришёл Игорь.
      - Здорово, неандерталец.
      - Почему неареталец? - я даже не мог сразу выговорить это слово.
      - Потому что ты с такой мордой разукрашенной на него похож.
      Вот этого-то я как раз уже и не помнил.
      - Аркадий мутит?
      - Не-е, это наши проблемы...
      Я рассказал Зубру. Витька был неизменен в своём репертуаре.
      - Ну, так кинем их...
      - У них девчонка моя.
      Первый вопрос они прогорланили в один голос:
      - КТОО?
      - Как они Светку нашли?
      - Тогда придётся платить.
      Челюсти отвисли как у Макса, так и у Зубра. Я невольно заржал, увидев их физиономии. Но смеяться почему-то оказалось больно.
      - Не Светка.
      - Этот гад ещё и смеётся с разбитой мордой. Когда ты всё успеваешь только?
      - Когда вы за мной по ночам гоняетесь.
      Макс вышел из комнаты, а Витька наклонился за мной:
      - Запускай систему на уничтожение.
      - Чего?
      Он офонарел. Совершенно.
      - Кончай дурака валять, Макс всё рассказал.
      - Она сама работает, и я понятия не имею как.
      - Шутишь?
      - Нет, Зубр.
      Макс принёс с кухни кружку с какой-то вонючей отравой.
      - Пей.
      - Что это такое?
      - Трава.
      - Откуда?
      - Я из дома привёз.
      - После твоей травки крокодилы по комнате летать не будут?
      - Не будут! Пей!
      Сморщившись вначале, я выпил почти всё. Оказалось очень даже ничего. Почти приятно на вкус и очень сладко. Сколько же он туда сахара набузовал?
      Если Макс уже смотался домой, то прошло уже как минимум больше четырёх обещанных Иванычем часов.
      - Сколько сейчас времени?
      - На очередное свидание опаздываешь?
      - Макс, остынь, - буркнул я. - У кого какие идеи?
      - Вломить им и забрать девку, - сказал Зубр. - Они не на своей территории. Вряд ли их сильно много. Соберём ребят...
      - А девочку под шумок шлепнут.
      Зубр пожал плечами.
      - Зато бабки не теряем...
      - Войну начинать - не выход, - сказал Игорь. - Надо деньги искать. Я несколько человек знаю. Постараюсь пробить.
      - А отдавать как будем? - засомневался Макс.
      - Это потом решим, - встрял Зубр. - Может, их кинем.
      - Макс?
      - А что я? Надо было технику проверять...
      - Короче, тогда так, - заговорил я. - Игорь и я ищем деньги. Везде. Под любые проценты. Макс, берёшь ребят, забираешь Светку - сидите дома, стреляете по любопытным на поражение. Не хватало ещё, чтоб её забрали. Зубр, собираешь всех, кого сможешь. Я попробую пробить, где Иваныч и сколько их. Может, возьмем штурмом. Сразу после того, как заберем Катьку. Возражения есть? Игорь, если что, кредит оформляй на меня.
      - Не брат, так не пойдет, - не согласился Витек. - Если уж залепа - то одна на всех.
      Игорь кивнул.
      Зазвонил телефон. Трубку сорвал Зубр, рявкнул "Да?!"
      - Тебя, - протянул мне. - Не он.
      - Олег, - незнакомый мужской голос, мужчина уже не молодой. - Где там Катя?
      - Хотел бы я знать.
      - Она от тебя когда ушла?
      - А вы, собственно, кто такой?
      - Отец Катин.
      Может, Аркадий Иваныч уже и родителям ее позвонил? С него станется...
      - Вы только не волнуйтесь, я всё улажу.
      - Так, парень. Давай, выкладывай, что случилось.
      - Да вы не...
      - Не зли меня, Олег.
      - Ее похитили.
      - Выкуп требуют?
      - Не совсем...
      - Ты виноват?
      - Косвенно...
      - Да что ты... Ладно. Срок - когда?
      - Завтра.
      - Сиди дома. Я сейчас подъеду.
      - Мне...
      - Я сказал: дома сиди.
      Я почесал затылок. Пересказал разговор.
      - Не нравится мне это, - сказал Зубр. - Макс езжай к бабам своим, а я с Олегом родителя этого подожду.
      - Я тоже поеду, - поднялся Игорь. - Чем раньше начну...
      - Слышь, а кто у неё батя? - спросил Зубр, между звонками нашим людям.
      - А я откуда знаю?
      - Ну, ты даёшь...
      - А я что, жениться на ней собирался, что ли? Чтоб с родителями знакомиться...
      - А фамилия у неё?
      Я назвал. И только потом понял сам, что сказал.
      - А это не "Граф"?
      - Да ну, вряд ли... Мало ли однофамильцев.
      Судя по подъехавшему кортежу, однофамильцев в городе было до смешного мало. Из машины вышел Граф, охранники помчались проверять подъезд.
      - Гы, - единственное, что смог выдать Витёк. - Кажется, это не мы попали. Кажется, это Иваныч вляпался... Я те всегда говорил, что НАШ город - это одна большая цивилизованная деревня. Здесь все всех знают. И друг другу если не брат или сосед, то или учились, или сидели вместе.
      - Пошёл ты со своим чувством юмора.
      - Ну, ты попал, Олежек!
      Витька ржал в голос. Мне стало почему-то, по вполне определённой причине, совсем не до смеха. Нашёл, блин, себе девочку.
     
      Макс
     
      Двоим из четвёрки, выделенной Зубром, я сказал ехать сразу домой - к Инге, двоим - ждать возле подъезда Светки. Позвонил жене, попросил не беспокоиться, напоить людей чаем и ждать меня. Я скоро буду.
      - Во что ты опять влип?!
      - Приеду - расскажу, - пообещал я, отключая телефон. Светка трубку не поднимала.
      Ребята Зубра уже ждали у дверей. Курили.
      - Тачка подозрительная, - кивнул Паша. - Номера смотри.
      - У неё там музыка орёт, - добавил Миша. - Светка обычно тише делает.
      - А типа ты у неё часто бываешь?
      - Что делать будем? - спросил Паша.
      - Я звоню в дверь, - решился я. - Вы вышибаете дверь, ну и по обстановке...
      - Их там не больше четырех, - кивнул Миша, становясь к стене, чтоб в глазок видно не было. - Справимся.
      На звонок отозвался незнакомец. Спросил из-за двери "Кто?!"
      - Открывай! Свои! - рявкнул я. - Брат я!
      Заскрипели замки.
      - Тимох! Под окна! - заорал Миша, налегая плечом. Рухнул на дверь, придавил открывавшего.
      Паша метнулся в зал, я - на кухню. Светка сидела за столом, вытаращив глаза.
      - Чисто! - отозвался Паша.
      - Ты? - хлопнула ресницами Света.
      - А это кто? - я кивнул на коридор, на полуоглушённого парня, которого втаскивал Миша.
      - Отморозок, - пожала плечами Светка.
      - Ну, вы даёте, - парень приложил руку к разбитой губе, посмотрел на пальцы. - Сейчас наши вернутся, они ж вас положат.
      - Смотри, тебя положим, - буркнул Паша.
      - А вам резона нет. Так хоть прикрыться мной можете. А так вас всех...
      - Сваливать надо, - решил я.
      - Или засаду делать, - предложил Миша.
      - Слинять можем не успеть, - почесал переносицу Паша.
      - Валяйте! Делайте, что хотите, а я поехала к парикмахеру!
      - Ага. Счас же! - я всегда дурел от её непосредственности...
     
      Олег.
     
      О вежливости Графа и о его манерах общаться с людьми перед их смертью ходили легенды.
      - Что, Олег, трудно быть Богом? Интерфейс тебе уже приукрасили?
      Я даже не пробовал улыбнуться. Чувство юмора ушло быстрым шагом от меня в тот момент, когда я увидел взгляд Графа. И ЭТОТ взгляд не обещал мне ничего хорошего при любом исходе дел.
      В городе я боялся только одного человека - Графа. Потому, что я знал, на что готов идти сам ради достижения цели. Я боялся его потому, как он был таким же, как и я. Только старше. Он не проигрывал. Как и я. Никогда.
      Я и представить не мог, что Катя - его дочь. Даже внешне ничего общего. Только разрез глаз и их взгляд. Общий на двоих: въедливый и полный животного магнетизма. Это то, что привлекло меня к ней и то, чего я не смог сразу увидеть.
      Трудно играть роль кого-то или чего-то перед человеком, который знает тебя как облупленного. Знает всю изнанку и подноготную: чем ты дышишь, что ты ешь на ужин и с кем. Знает: как ты работаешь и с кем. Он знает все нюансы и начинку, мотивацию и подводные камни отношений. Потому, что сам прошёл через все твои ступени и успел уже достичь бОльшего.
      Что ещё оставалось сказать?
      Граф был такой же сволочью в бизнесе, как и я.
      Я знал это.
      И он знал, что я это знаю.
      За это он уважал меня.
      А я боялся его до содрогания, потому что знал, на что он способен.
      Но вида не подавал.
      Вот об этом-то страхе он и не догадывался.
      - Рассказывай. И желательно всё.
      Я не знал, как сказать всё, но зато сообразил на взлёте, с чего начать:
      - Я не знал, что она - ваша дочь!
      - Не надо о Кате в третьем лице. Она пока что ещё жива...
      Чёрт! Если так пойдёт дальше, то ещё после пары реплик мне даже аванс платить не придётся за отдельную жилплощадь на глубине чуть меньше двух метров под землёй.
      Так или иначе, иногда заикаясь и повторяясь, но я рассказал всё. Начиная от сути хренотени в принтерах и заканчивая тем, что досталось самой Кате от Аркадия свет Иваныча.
      - И всего-то?
      - А вам мало? - меня всё-таки передёрнуло на сарказм.
      - Он ещё и язвит. Жить будешь долго и нудно с таким характером. С полным кошельком, но вечно битой мордой.
      Многообещающе. Значит, жить всё-таки буду. Но то, что морду набьют - это тоже на все сто.
      Закончили мы с Графом тем же, чем и начали:
      - Я не знал, что вы - Катин отец!
      - Зато я прекрасно знаю, с кем встречается моя дочь. И мне нравится, как вы работаете.
      - Мы вытащим её, я обещаю.
      - Вряд ли она нуждается в вашей помощи. Вытаскивать придётся вас самих.
      В коридоре послышалась перебранка. Тон возрастал прямо пропорционально времени. И не прошло и минуты, как в комнату ввалились Макс и два придурка Зубра. Следом за ними вкатились люди Графа. Светки рядом с ними не было.
      - Ты не поверишь! Она уехала.
      - Куда?
      - Понятия не имею! Свинтила на светофоре в неизвестном направлении!
      Совершенно растерянный Макс стоял, растопырив руки в разные стороны, в его рукав вцепился мёртвой хваткой человек Графа. На Макса было жалко смотреть. Граф улыбнулся. Его лицо выражало наш диагноз: нечто среднее между "придурки" и "детский сад". И это только начало. Граф дал знак своему человеку. И тот отпустил Макса.
      - Извини, Граф. У нас здесь детский сад.
      - Не то слово! Тебе когда позвонит Аркадий...
      Зазвонил телефон.
      - Ты скажи, что бабки нашёл.
      Я стоял над телефоном, и меня начинало колотить.
      - Поднимай, давай!
      Граф взял трубку и сунул мне к уху.
      - Ну что, Олег, нашёл бабки?
      - Да, нашёл.
      - У тебя там менты что ли?
      - Нет.
      - Напряжённый ты какой-то. Расслабься. А откуда зелень?
      - От верблюда!
      - Вы ещё и этим занимаетесь? Я в вас не сомневался.
      - Пошёл ты! - я не удержался и рявкнул.
      - Не хами! А то бона будет. Подъезжай давай через полчаса на трассу на выезд из города, заберёшь девочку. Зелень не забудь дома. А то рванёшь с места и забудешь. И не валяй дурака. А то у меня ребята не глупые, но нервные. А нервы - это всегда плохо.
     
      Макс.
     
      На трассу мы успели, правда, Аркадий Иванович нас уже ждал.
      Стоял, небрежно привалившись к машине, а в машине сидела девушка - видимо, Катя. Сходство с Графом не просматривалось, разве что в тяжести взгляда. Девушка злилась, но судя по тому, как с ней обращались - без почтительности, отцом не угрожала. Мести хотела, наверное.
      Я сглотнул. Не хотел бы я связываться с такой семейкой.
      Вышли мы вчетвером почти одновременно. Олег - с сумкой, Витек достаточно демонстративно достал пистолет, сунул за ремень. Игорь настороженно рассматривал три машины, выстроившиеся на обочине. Наверное, прикидывал, сколько там может поместиться людей, и с каким вооружением.
      В принципе, если бы мы собрали всех, то, положив две трети, могли бы закончить здесь.
      Это без учета тех, кто мог бы приехать позже выяснять отношения.
      Я оглянулся на машину сопровождения - ребята не высовывались. Правильно.
      Где-то далеко впереди Граф уже перегораживал трассу...
      - Все принёс? - спросил Аркадий Иванович. Потрепал девушку по щеке, усмехнулся, встретив яростный взгляд. - Без обмана?
      - Девушка в порядке? - зло спросил Олег, отдавая дипломат. - Катя, ты как?
      Девушка кивнула.
      - Грузовик наш где? - вышел вперед Зубр. - И товар?
      Олег сделал жест "уймись".
      - Поехали, - широко улыбнулся Аркадий Иванович. - Заберёшь все. А еще лучше Олежек поедет, вместе с Катей.
      Олег сплюнул.
      Сразу ощетинились бойцами машины Аркадия Ивановича.
      Выскочили наши ребята.
      - Поехали, - кивнул Олег. - Только Катю отпусти.
      - С чего это, Олежек? Она мне понравилась...
      - Не борзей, - сказал Витёк. Просто так сказал. Аркадий Иванович несколько секунд размышлял.
      - А то... - начал было узнавать возможные перспективы Аркадий Иванович.
      - Уговор - это уговор, - сказал Игорь. - Лично мне Катя по барабану.
      - И что? - прищурился Аркадий Иванович.
      - Твои орлы снимают Олега... - Игорь щелкнул пальцами. Получилось неожиданно громко. - А потом...
      - Иваныч, за тобой еще должок, - сказал Олег. - За мою морду. И за его.
      Он кивнул на меня.
      - Расплачиваться будешь позже. Не добавляй лучше ничего.
      - Мальчик научился угрожать?
      - Короче, - вышел вперёд Игорь. - Или Олежек едет с тобой один, или бабки назад.
      - Ага, - Витёк поравнялся с Игорем, закрыл Олега. - Решай давай.
      Он мог бы положить нас всех. При условии, что сам остался бы жив. А это было очень вряд ли, учитывая близость и отмороженность Зубра. Аркадий Иванович открыл дверцу машины, махнул рукой Кате "выходи", и следом Олегу - "прошу".
      - Я позвоню номер грузовика уточнить, - сказал Олег, пожимая мне руку.
      - Хорошо, - кивнул я.
      Игорь уже провожал Катю к машине, а Витёк ссутулился, исподлобья провожая взглядом уезжающих.
      - Папа в курсе? - спросила Катя.
      - Какой у него номер? - спросил я.
      - Что?
      - Телефон у бати какой?! - заорал я. - Они ж сейчас все три машины угробят!
      - Да? - спросил в трубке Граф. Выслушал все. Записал номер машины, в которой поехали Аркадий Иванович с Олегом.
      - Спасибо, - сказал Граф. - Но если ты решил подставить своего главного, номером ошибся, не думай, что ты его намного переживёшь. Кате привет.
      Там началась стрельба, и мой звонок сбросили
      - Ты чего так побледнел? - спросил Игорь. - Успел?!
      - Успел, - кивнул я. - Кате привет. А тебе я сейчас объясню наше будущее при таком раскладе...
     
      Олег.
     
      - Ну что, - говорил Граф. - Пора платить.
      Машины Аркадия расстреляли в мелкое сито. Тот автомобиль, в котором мы ехали, просто остановили. Приказали выходить. Шофёра и телохранителя положили сразу. А нас двоих подвели к Графу.
      - Времени мало, - сказал Граф. - Дайте ему нож.
      Ему - это мне.
      - А мне? - осип Аркадий Иванович.
      - Обойдёшься, - пожал плечами Граф. - Дайте им место, закончить разговор по-мужски. Убивал уже, Олежек?
      Я отрицательно помотал головой.
      - Всегда что-то бывает в первый раз.
      Я пытался понять, что сделал бы я на его месте. Чтобы я сделал с собой?
      - Ладно, если руки пачкать не хочешь, сразу скажи, - разрешил Граф.
      И я понял, что если откажусь, то пристрелят обоих. На один труп больше - какая уже разница? А отдавать дочь слизняку - так проще слизняка раздавить.
      Мелькнула мысль и о том, что если бы я был не я, а Граф, то мне - Графу я - Олег сто лет был бы не нужен. Речь шла не о смерти, а об уважении. Граф требовал спектакля, и ему было в лом самому бить мне морду. Решение было принято молниеносно.
      - Места... - голос охрип. Я кашлянул. - Места дайте побольше. И не надо мне нож, я ему так шею сверну, - я порывисто отшвырнул нож в пыль.
      - Как хошь!
      Иванович был старше и неповоротливее. Его было жалко даже бить. Не то, что убивать.
      - Вряд ли. Не твой день сегодня. Будете вякать - пришью обоих!- Граф не поленился, достал нож из пыли. И, вытерев его об одежду Аркадия, зажал нож в его же руке.
      - А так один из вас если и не уйдёт отсюда на своих двоих, то жить точно останется.
      Я понимал и чувствовал, что Графу нельзя было верить. Сам я мог переиграть ситуацию за пять минут в любом варианте, дающем более благополучный для меня исход.
      Аркадий шёл на меня, держа нож остриём кверху. Гад оказался не таким простым, как его можно было представить. Взгляд у него пустой был, мерзкий и бесцветный. Он не махал перед собой лезвием, как делает большинство придурков. Он шёл целенаправленно, и знал место удара. При таком раскладе дел медлить было нельзя. Одно ножевое ранение под таким углом лезвия оказывается, как правило, смертельным.
      Дальнейшее было как в тумане. Хуже всего, что я даже не мог заставить себя ненавидеть Аркадия, чтобы полноценно выиграть этот бой. И чувство беспомощности и злобы оттого, что я лишь пешка в чужой игре, внезапно переполнило меня. Но злоба и ненависть эта была направлена в адрес Графа. А от Аркадия я всего лишь пытался увернуться, что мне почти удавалось. Я даже несколько раз заехал по нему. Но этот скот успел каким-то образом резануть меня. Нога подвернулась на ровном месте. Я уклонился, но не до конца, и он - таки резанул мою куртку и задел по рёбрам. Я невольно взвыл.
      В эту секунду у Графа зазвонила мобила. Аркадий повернулся, а я успел извернуться и зажал его у земли. Шея Аркадия оказалась зажатой у меня под мышкой. И я всем своим весом лёг на него. Он и встать не может, и про нож забыл - дышать не может. И меня заклинило - бок у самого болит - в глазах темнеет. Не увернулся бы я, точно бы он мне лёгкое пропорол под рёбра. Давлю гада. И отпустить не могу, и чувствую сам, что он слабеет. А сам вижу взгляд Графа, сам смотрю со всей ненавистью к нему, а душу Аркадия.
      А Граф по трубе разговаривает, но не разговаривает, а только странно как-то "да"... "да"... "нет"... "да". И сам на меня смотрит с дикой злобой и чувствует наверняка всё, что я про него думаю. Сделал он знак своим людям: меня оттащили от Аркадия. Тот упал и кашляет - дышать нормально ещё не может.
      Граф наклонился к нему:
      - Ещё раз появишься в городе - живым не уедешь.
      И ко мне:
      - Поехали, сукин сын. Не знаю, как ты это делаешь, но твоих рук дело.
      Аркадия оставили на трассе, а меня затащили в машину на заднее сиденье. Ныл и почему-то был мокрым левый бок. Я, пересиливая боль, заставил сам себя стащить куртку. Аркадий таки - полоснул не только кожанку, но заодно и меня. Битловка ужасно воняла кровью.
      - Запачкаешь машину - выгрызать кровь будешь, понял?
      - Граф, может, ты мне всё-таки скажешь, куда мы едем? - я всё-таки подложил куртку под бок.
      - Катя в больнице.
      - Какой диагноз?
      - Тебе виднее. Мне здесь Макс тявкнул кое-что по телефону. Снимай давай.
      - Что?
      - Систему свою б... Инфаркт у неё...
      - Твою мать! - Я выругался, - сами вы ... Вылечить её я не могу. Только рецепт дать могу!
      - И?
      Граф смотрел на меня уже молча и выжидающе.
      - Оставь меня в покое, Граф. Твоё зло к тебе же и возвращается. И к людям, которых ты любишь. Доступно?
      - Саня, не гони! Гаёвых не хватало на нашу задницу! - во взгляде Графа, отражавшемся в зеркале заднего вида, исчезло самолюбование. Он начал думать. Чем больше он молчал, тем серьёзнее становился его взгляд. До него начинало доходить.
      - Чем больше ты меня будешь ненавидеть, тем хуже будет ей. И здесь я уже ничего поделать не смогу. Ты её сам в могилу загоняешь. Остынь, Граф. Просто попытайся про меня забыть.
      Зазвонил в кармане куртки телефон. Я не брал.
      - Возьми трубу!
      Пока я с большим трудом вытащил её, звонок сорвался. Но набрали опять. Макс. Я поднял:
      - Да.
      - Ну, ты, брат, даёшь! Здесь такое сейчас было...
      - Что с ней?!
      - Сердце прихватило конкретно. Откачали. Жить будет. Ты там как? Живой?
      - Нет.
      - Очень смешно. Мы тебя ждём?
      - Да.
      - Скоро вы?
      - Да....
      Граф выжидающе смотрел на меня. В поиске то ли приговора, то ли помилования. А я не мог ему ничем помочь. ВСЁ зависело только от него.
      - Откачали её.
      - Спасибо.
      - Пошёл ты, Граф!
      ...
      Вечером Макс, Зубр и братва Графа умотали отмечать братание народов. А мы с Графом сидели у меня дома. Вернее к двум часам ночи он сидел, развалившись в моём кресле, пьяный уже в стельку, а я лежал пластом с ноющим боком. Временами стреляло в висках и чесались руки. Так и подмывало встать и вытолкать его за шкирку на улицу.
      - А знаешь, я тебя зауважал, когда ты нож отбросил.
      - Он мне бок пропорол.
      - Заживёт, как на собаке!
      - Бум надеяться. Но тебе легко говорить.
      - Не-е, я тебя зауважал. Люди - они как мусор. На него рявкнешь, и он стелется выполнять - рад стараться. Таких, как ты - мало. Всё больше слепых щенков и тупого повиновения.
      - Сам такой!
      - Да-а, был когда-то... - Графа в очередной раз понесло на монолог...
      Всё, происшедшее за последние пару дней, казалось мутным и чужим. Словно было не со мной. До последних секунд я надеялся, что всё не так серьёзно. Но теперь никаких сомнений у меня не оставалось. Система работала. Чётко и страшно отслеживаясь через всю мою жизнь.
      Меня сморило от усталости, я уже не понимал невнятных слов пьяного гостя, и показалось, что ещё немного, и я плавно засну под его монотонное бурчание. Но Граф умудрился вырубиться раньше меня. А я ещё долго лежал и слушал его храп.
      Повезло мне с тестем.
      Ничего не скажешь.
  
   История третья. Презумпция виновности.
  
     Олег
     
      - Нет, Олег, ты мне скажи, мы под Графом теперь или мы сами по себе?
      Вечер, похоже, опять пропадал. Вместо того, чтобы по нормальному отдохнуть, Зубр опять напился и решил в который раз выяснить всё и до конца. Игорь молчал и пил, что обычно и делал при таких разговорах. А Макс и вовсе надувался на весь мир, меня и Катю в частности. За то, что мы посмели пренебречь его сестрой. И доказывать ему, что никто ни с кем не ссорился, было бесполезно - Макс оказался упрям, как осёл.
      Даже уши у него, кажется, удлинились. Или он решил, раз не получилось стать волшебником - Гэндальфом, податься в эльфы? С помощью хирургии? Не, бред. Выспаться мне надо...
      - Сами по себе, - отвечал я, чтобы успокоить Витька. Действовало это не сильно успокаивающе, но хоть не заводило Зубра больше.
      - Да? А почему тогда наши грузовики возят его товар его клиентам? А?
      - Потому что на этих перевозках мы зарабатываем в два раза больше, чем когда возили свой товар своим клиентам, - спорил я с Витьком в одиночку.
      Хотел бы я сам знать: какой у нас теперь статус? Граф просил помочь, выручить и платил хорошие бабки. Отказаться я, в сущности, не мог. И не только из-за Кати. Работа с Графом обещала такие перспективы, какие нам и не снились в самых сладких снах... И отказаться в самом начале было бы, как минимум, глупо.
      - Значит, мы под Графом.
      - У нас остались свои маршруты. И если бы вы тут не напивались через день, а работали...
      - Или ты поменьше у Катьки своей торчал, - вякнул Макс.
      - Закрой пасть, - попросил Игорь. Вроде как двое дерутся - третий не лезь. И на том спасибо.
      - Пасть закрой! - рявкнул я. - Ты-то кого нашёл?! А?!
      - Ну, хватит, хватит, - засуетился Игорь. - Сейчас начнём делить...
      - Игорь, вот ты мне скажи, мы теперь под Графом или сами по себе? - начал допрос по кругу Зубр.
      Я застонал. Макс нагло ухмыльнулся, не подозревая, насколько сильно я хочу испортить ему и ухмылку, и прикус зубов. Я закрыл глаза, начиная считать до десяти. Нет, лучше до ста.
      - Слушай, Зубр, чего ты хочешь? - нарушал однообразие бесед Игорь. - Отделиться?
      - Я хочу сам вести свои дела!
      - Мы и ведём свои дела.
      - Вместе с Графом. И сколько там наших дел?
      У Макса зазвонил телефон. Витёк уставился на Макса, как на врага народа. А Макс после "Да" начал бледнеть, потом краснеть, потом выдавил "Сейчас позову" и протянул мне трубу. Значит, звонили люди Графа - почему-то они привыкли держать связь через Макса.
      - Олег? - раздался в трубке голоса зама Графа. - Плохие новости.
      - Слушаю, - сухо сказал я. Могли бы и мой номер запомнить. - Граф сам не мог позвонить?
      - Не мог, - что-то мне не понравилось в его тоне.
      - Что? - спросил я, смутно начиная догадываться, почему бледнел Макс.
      - Убили его, - сказал зам. - Такие дела.
      - Кто?
      - Никто не знает. Кое-кто на вас грешит. Так что приезжай.
      - Куда?
      Мне назвали адрес. И я повторил его вслух.
      - А Катя?
      - Она ещё не знает. Надо сначала дела решить. У тебя двадцать минут.
      - Сейчас буду.
      Я засунул мобилу в карман. Только этого не хватало. На меня пялился мгновенно протрезвевший и присмиревший Макс. Игорю было не до меня. А Зубр готов был меня съесть.
      - Побежишь к Графу?
      - Поеду.
      - Ну, вы, млин, даёте! Тебя только пальчиком поманит и ты на задних лапках: туси-пуси.
      - Ты пьян, Зубр. Проспишься - поговорим.
      - Как заговорил-то! А ты побежишь Графа ублажать?
      - Нет, б... Я его хоронить поеду.
      Зубра передёрнуло.
      - Вот за что я тебя, Олежек, ненавижу - так это за твоё хреновое чувство юмора. Никогда не привыкну.
      Вряд ли Зубр мог так сыграть. Он был непричастен. Наверно.
      - Зубр, я не шучу. Поедешь со мной? Мне бы не хотелось одному отвечать за вас всех.
      - Что ты несёшь? За что отвечать-то?
      - Графа замочили.
      - Ну-ну.
      - А пошли вы все! - я понял, что объяснять им что-либо сейчас бесполезно. Они просто не в состоянии меня услышать.
      Я встал и вышел, не закрывая за собой дверь. За мной на улицу выскочил только Макс. Я, неожиданно для самого себя, остановился прямо перед подъездом, пытаясь понять - ЧТО мне сейчас придётся говорить. Макс, вылетев из подъезда на всех парусах, едва не сшиб меня с ног.
      - Я с тобой. Только за руль ты. Я это...
      - Ещё бы.
      - Олег, не психуй.
      - Я спокоен, как удав.
      - Многообещающе. Не хотел бы быть твоим кроликом.
      - Вот ты знаешь, что мне им сейчас говорить? Зубр пьёт уже неделю. Он уже всему городу растрезвонил про то, как он уважает Графа.
      Макс молчал, тупо уставившись вперёд.
      - Почему я должен разруливать ваши ситуации и лечить ваши проблемы? Что я вам? Кто я вам?
      Макс улыбнулся.
      - Что здесь смешного? Мне удавить его хочется.
      - Кого?
      - Зубра.
      - А он тебя любит.
      - Чего? - я дал по газам.
      Макс зароготал в голос.
      - Не гони!..
      Макс не унимался.
      - Чего ржёшь?
      - Нервное. Анекдот вспомнил.
      - Валяй.
      - Да ладно, проехали.
      - Расскажи анекдот. Хоть посмеюсь перед смертью.
      - Ладно. Зубр рассказывал про тебя анекдот: "Беседуют два врача. Один другому говорит:
      - Жаль Юрьевича, хороший специалист был. Уволили.
      - Чего так?
      - С пациенткой переспал!
      - Было бы за что увольнять!
      - Вот и я про что! Было бы за что увольнять!  А всё равно жаль: хороший был патологоанатом!"
      - И я, значит, Юрьевич? И причём здесь я? С каких пор меня в патологоанатомы зачислили?
      - Только не говори, что ты не в курсе.
      - Не в курсе чего?
      - Как тебя зовут за глаза.
      - Как?
      - Док!
      - И с чьей это подачи?
      - Зубра!
      - Убью!..
      Мы подъехали к названному дому. Гадать, в какой подъезд заходить не пришлось, нас уже ждали.
      - Здорово, Макс.
      К нему люди Графа относились почему-то с бОльшим уважением. Ему пожали руку. А меня только пропустили вперёд, натянуто вежливо указав на дверь.
      В чужой квартире в кресле откинувшись полулежал до боли знакомый человек с перерезанным горлом. Мерзко пахло кровью и ещё чем-то кислым.
      У меня зазвонил телефон. Катя.
      - Ответь. Только без трёпа. Поаккуратнее.
      - Да, Катя.
      - Ты где?
      - Извини, я занят.
      - Всё нормально?
      - М-м...угу.
      - Не верю. Что-то у тебя с голосом.
      - Извини, я занят. Будь на связи, я тебе через полчаса перезвоню,- я нажал сброс.
      - Умничка, хороший мальчик. Поехали, пообедаем. Тебя уже ждут. А здесь скоро будут менты.
      - Что-то у меня с аппетитом. Запах, знаешь ли.
      - Тебя не спрашивают, Олег. Тебя ставят в известность.
      Я понял, что сказки кончились. Здесь уже не я вёл ситуацию. Макс тенью шёл за мной. Его посадили в мою машину. А меня крайне вежливо подвели к чужому джипу. Чёрт с вами. Обедать - так обедать.
      - Олег, ты какое мясо любишь - сильно или слабо зажаренное?
      - Предпочитаю сырое.
      - Разгребёмся со всем этим дерьмом и сработаемся!
      - А типа есть выбор?
      На город быстро опускалась ночь.
     
      Макс.
     
      Привезли Олега в ресторан. Мне никто не мешал идти следом. Хорошо.
      В отдельный зал, где уже сидели пятеро "приближенных", мрачно жевавших спагетти. Спиртного, как ни странно, не было. Хотя почему странно - они же не Зубр, чтоб по пьянке все решать. Это древние скифы решение, принятое по пьяни, потом обдумывали трезвыми. А то, что решили на трезвую голову, проверяли, напившись в дым.
      - Приехал, - прищурился Паша. Большой, объёмный Паша, первый из равных.
      - Хорошо.
      - Как я мог отклонить такое заманчивое предложение?
      - А ты не зубоскаль, - осадил его Паша. - Не приехал бы, вас бы уже всех в бетон закатали.
      - А ты не пугай, - Олег еще не сел - поэтому смог нависнуть над столом, над Пашей.
      - Тише, - вступил еще один - бритый, плечистый и не очень высокий, со звездочками шрамов на щеках. - Садись, не бузи. Нам не козёл отпущения нужен. Мы гада должны найти.
      Я тихо отошёл в уголок, устроившись за пальмами.
      - Не, на тебя никто не гонит, ты пойми, - заговорил Паша. - Но твой Зубр...
      - Его кто-то видел?
      Плечистый положил руку ему на плечо.
      - Олежек, если бы Зубра кто-то видел, мы бы с тобой по-другому разговаривали. Не здесь. И не так.
      Я сглотнул, вспомнив рассказы про людей Графа, умеющих узнать правду у мёртвого. Да и расшевелить не менее мёртвого на потеху Графа.
      - Если это Зубр, тебе лучше сразу застрелиться. Прямо здесь и сейчас.
      - Это не Зубр, - чётко выговорил Олег.
      - Хорошо, - кивнул плечистый. - Что ты за своих людей отвечаешь.
      - Отдай Зубра, и мы тебя не тронем. Ни тебя, ни Макса, - предложил Паша. - А с Зубром наши люди поговорят.
      - Нет, - покачал головой Олег.
      - Тогда найди их, - сказал плечистый. - Мы тоже искать будем, не думай. Но если через сутки не будет зацепок, будем крутить вас. Ты понял, Олежек?
      - Меня зовут Олег, - Олег стряхнул руку плечистого. - А почему не Паша? Он же теперь станет на место Графа?
      - Если бы, - ухмыльнулся Паша.
      - Решать будет сходка, - сказал плечистый. - Люди еще подъедут, тогда и решим. Но когда все соберутся, мы должны им показать уши того, кто это сделал.
      - Ладно, - Олег пожал плечами. Посмотрел на часы. Встал. - Раз- два- три- четыре-пять, я иду искать. И если это кто-то из вас...
      - Мы свернём ему шею, - кивнул плечистый.
      - Или тебе, - Олег посмотрел в глаза плечистому. Как будто там что-то можно было увидеть! Это тебе не я или Витёк... - Я найду его. Или их. До завтра.
      Я выскользнул тенью за Олегом - никто не задерживал, никто не следил.
      - Сядь за руль, - бросил Олег. - Поехали, покатаемся.
      Олег пытался закурить - вот только руки тряслись. На светофоре я отобрал сигарету и зажигалку, подкурил для него.
      - Идеи есть? - спросил Олег.
      Это я у него хотел спросить.
      - Может, отдать им Зубра? - предложил я.
      - Ты чего, Макс? Совсем охренел?
      - А что? Даже если не он...
      - Да не он это, - отмахнулся Олег, страдальчески поморщившись.
      - Нас в покое оставят. А так всех четверых под откос.
      - Я уже понял, - кивнул Олег. - Заткнись. Ещё раз такое предложишь - из машины выкину.
      Опять зазвонил телефон. Олег посмотрел на экран:
      - Твою мать! Да скажите же ей кто-нибудь!
      - Да, Кать. Я еще не освободился. Извини. Да чего ты... А я откуда знаю? Я у Графа мальчик по доставке, сама знаешь. Если не отвечает - значит, и мне не ответит. Не выдумывай. Извини, я занят. Как только освобожусь. Да. Да. Тебе бы позвонили. Я пойду. Ложись спать. Завтра увидимся. Спокойно ночи.
      Олег курил, откинув сиденье по полной.
      - Куда едем? К нашим? - спросил я.
      - Нет, - отозвался Олег. - Останови.
      - Олег?!
      - Езжай к орлам, дай им расклад. Думайте.
      - А ты?!
      - Надо в одно место зайти. Послушать соловьёв.
      Чувство юмора у Олега всегда было своеобразным. Он вышел посреди ночного проспекта. Я не отъезжал. Он с минуту стоял рядом со своей же машиной. Я за рулём его тачки чувствовал себя полным идиотом. Хотя желание уехать и кинуть его здесь было огромным. Сейчас проветрится, остынет и сядет в машину. Он действительно направился к моей двери. Сейчас скажет: "Выметайся!"
      - Бабки есть?
      - Чего?
      - Макс, не тормози! Сколько у тебя с собой?
      Я, не въезжая, полез в бумажник.
      - Десять енотов. Одиннадцать.
      - А наших?
      - Остатки прежней роскоши. Мало. Сколько надо?
      - Давай всё.
      - Зачем? Здесь мало.
      - Давай. У тебя ещё есть.
      Я, ни фига не понимая, отдал ему одиннадцать зелёных и жалкие остатки наших.
      - Езжай к Зубру - поговори с ним, когда он протрезвеет. И не давайте ему пить. Увижу его пьяным - получишь ты. Понял?
      - Ни фига не понял! Олег!?
      Но он уже закрыл дверь и пошёл прочь - в дворы. Идиот! Я просигналил ему пару раз, но он не обернулся. Что мне оставалось делать? Я поехал к другому идиоту. При таком раскладе им оставалось не так уж долго.
     
      Олег.
     
      Что мне оставалось? Я тормознул маршрутку и вернулся к людям Графа.
      - Что? Уже?
      - Привет. Замёрз летом. Ветер поднимается. Штормового не передавали?
      - Всё шутишь?
      - В окошко глянь! Буря поднимается.
      - И что?
      - Давай выйдем - вдвоём поговорим.
      Павел наклонился к центру стола, к нему приблизились его соседи. Он им что-то сказал. Все трое встали и ушли, не забыв косо на меня посмотреть.
      - Не хочу я никуда идти. Садись.
      Я отодвинул тарелки.
      - Есть хочешь?
      - Я жрать хочу.
      Он подозвал официантов, и я скромно заказал себе. Павел добавил ещё несколько блюд к моему заказу.
      - Говори.
      - Тот, кто убил Графа - знает всех нас. Знает, что Зубр не любит Графа. Знает, что Зубр пьёт, что подозрение сразу упадёт на него. Давай угробим Зубра. И посмотрим, что будет дальше. Его просто-напросто подставляют.
      - Кто?
      - Давай так: тот, кто заварил всю эту кашу - он чего хочет?
      - Понятия не имею. Что угодно. Сейчас может такой передел пойти... Рассыплется всё, как карточный домик.
      - Кто первый сказал, что это Зубр?
      - Я! - Паша впервые оскалился и зароготал.
      - Да уж. Ладно, проехали. А почему ты решил, что это - Зубр?
      - Он угрожал Графу.
      - Витька Зубр угрожал Графу?
      - Угу!
      - И кто при этом был?
      - Все!
      - А где я тогда был?
      - У Кати. Зубр тогда ревел, что за тебя должен пахать, пока ты с ней...
      - Не, я дурею с этих русских. У меня крыша едет. Какой-то спектакль. Дурацкий спектакль. И мимы вместо шутов.
      Я замолчал.
      - Всё сказал?
      - Жрать хочется.
      - Они быстро делают здесь. Вон - несёт уже, - Павел оглянулся, и действительно - к нам направлялся официант.
      Я за пару минут уничтожил свой заказ. Паша молча подвинул мне свой.
      - Ешь, голодающее Поволжье.
      - Я не могу ничего делать, когда голоден. Башка не варит в другом направлении.
      - Верю. Я тебе верю. Чёрта бы с два, у тебя был такой аппетит, если бы ты был в этом замешан.
      - Если б ты знал, сколько сожрал за последние сутки Витька Зубр, у тебя отпали бы все подозрения в его адрес.
      - Да?
      - Да!
      Мы подозвали официанта, и нам освободили стол.
      - Давай так: я невиновен и я это знаю. Зубр невиновен. Это знаю я, но доказать не могу. Тот, кто убил Графа - тот и подставляет Витька. Он чего хочет? Его смерти? Давай организуем. Давай организуем свой спектакль. Оставив вне пресса всех присутствующих при том разговоре.
      - Ну, знаешь ли!
      - Так кто там был из наших? Не из ваших, а из наших?
      - Зубр и ...
      Паша задумался и на лице у него отобразился тяжёлый умственный процесс. По мере того, как он вспоминал, мимика у него не менялась. Но взгляд...
      - И кто ещё?
      - Макс.
      - И кто ещё?
      - Усё.
      - Шутишь?
      - Нет!
      - Даже так? Может кто из ваших?
      - Не знаю. Всё может быть.
      - Ладно. Давай угробим Зубра. И меня. И посмотрим, что скажет на это наш урод.
      - Когда?
      - Немедленно. Пока я опять не проголодался.
      - Давай все контакты.
      Я оглянулся в поисках бумаги. В захудалом ресторанчике сразу же нашлись и ручка и бумага. Пока я писал имена, адреса и телефоны - больше всех я ненавидел себя. За то, что был слеп.
      Павел быстро просмотрел список.
      - Док - он и в Африке Док. Почерк у тебя - удавиться можно.
      - Не язви. Где не понял?
      Он показал, я подправил.
      - Доступно?
      - Более чем. Поехали кое-куда съездим. Нам понадобится помощь этого человека.
      Когда я узнал - куда и к кому мы едем - я от всей души поблагодарил Павла, что он не кинул меня одного.
     
      Макс.
     
      Олег появился только после обеда.
      Всю ночь Игорь обзванивал друзей, приятелей и случайных знакомых, пытаясь выяснить, кто хотел убить Графа, кто мог бы, и кто, наконец, мог бы решиться. И если хотели не так мало человек, несколько кое-как могли, то решиться из них не мог никто.
      Игорь аккуратно выписывал людей и контакты в список и отдавал мне - проверить, где они, что они, чем дышат и где были, когда резали Графа.
      - Игорёк, - сказал я. - Мне один из людей Графа говорил, бывает, что у простого человека сносит крышу, он идет и убивает. Не думая о последствиях. А потом ложится на дно, и его никак не отыщешь и не вычислишь. Только если видел кто. Но ведь не видели.
      - И что?
      Я пожал плечами. Игорь сплюнул и начал звонить дальше.
      Многие уточняли - разве это не Зубра рук дело? Не его, да? Точно? Хмыкали и только тогда начинали отвечать на вопросы. Или вешали трубку - считая нас за компанию с Витьком покойниками, причем заразными.
      Сам Зубр зашился в угол офиса, заготовив пистолет.
      - Для себя, - сказал Витёк. - Вас-то им трогать незачем. Доказать я ничего не смогу. Но живым не дамся. Я слышал про мастеров Графа. Нет уж.
      Он тоже пробовал было позвонить - но с ним если и говорили, то исключительно матом и не по делу.
      Олег где-то катался почти сутки - сутки, которые нам дали на поиски. Игорь хотел позвонить Кате, но я его отговорил. И он продолжал опрос - в надежде, а вдруг где-то что-то слышали хотя бы краем уха.
      Слышали - но только про Зубра, что и следовало ожидать.
      - Зубр, ты какого хрена тогда начал при всех орать? - не выдержал Игорь. - А ты, Макс, удержать не мог?!
      - Он ещё подначивал, - отозвался Витёк.
      - Я думал, у Зубра мозги есть, - возражать не имело смысла.
      - У трезвого есть, - вздохнул Игорь. - Как будто сам не знаешь...
      - Да я и сам, - отвернулся я.
      - Да чтоб вас! - ругнулся Игорь. - Когда уже Олег приедет?!
      Олег приехал только после обеда. Серый и очень мрачный.
      - Какие новости? - Олег успел спросить первым. - Что-нибудь нарыли?
      - Список составили, - отозвался Игорь. - Врагов. Проверяем.
      - Ну-ну, - кивнул Олег. - Сколько там метров список?
      - Фамилий двадцать.
      - Это крупных врагов? - уточнил Олег. - А если учесть всю шпану? Всех тех, кто случайно мог узнать, что Граф будет без охраны? А если учесть тех, кому лавры Вито Корлеоне не дают покоя? Полгорода наберется. А еще заезжих сколько...
      Игорь пожал плечами.
      - А у тебя что? - спросил я.
      - Ни хрена, - Олег развел руками. - Предположений до хрена, и ни одного сколько-нибудь стоящего доказательства. Ничего, с чем можно идти к людям Графа. У вас, я так понимаю, тоже?
      - Пока - да, - согласился Игорь.
      - Сутки - это мало! - сказал я.
      Олег открыл рот, потом махнул рукой и ничего не сказал.
      Зубр откашлялся. Похоже, на самом деле в горле пересохло.
      - Давайте скажем, что это я, - предложил Витёк. - Если по-другому никак.
      - Это неправильно, - сказал Игорь. - За все проблемы мы отвечаем вместе.
      - А ты представляешь себе, какие это проблемы, дурачьё? - грустно улыбнулся Олег. - Это не проблемы. Это уже абзац.
      - Док прав, - сказал Зубр. Олега передёрнуло. - Смысл всем... Я по дурке кричал, мне и отвечать. Давайте письмо напишу и застрелюсь.
      - Или на камеру признание запиши, - хмуро посоветовал Олег.
      - А есть? - выразил готовность Витька. Олег только покачал головой и поднял глаза к потолку.
      - Олег, ты что, с ним согласен? - спросил Игорь.
      - В общем да, - кивнул Олег и сразу сник Зубр. - Только отвечать мы вдвоём будем. Я за Зубра поручился.
      - Зачем?!
      - Тихо, Зубр! Это же не ты. Просто нам не повезло. Мы не успели найти гада. И ответим только за это. А вам двоим подставляться нечего. Найдёте его потом. За нас отомстите.
      - Олег, - начал Игорь.
      - Тихо, я сказал! Всё, игры закончились. Зубр, садись пиши, что хотел. У нас ещё полтора часа есть. Потом вы звоните людям Графа, и говорите, что у вас есть признание Витька, но сам он - и я - убежали. И что они нас могут перехватить на шоссе.
      Витёк нашарил тетрадку, отыскал на столе ручку и сел выводить признание.
      - Шоссе скажете реальное - я буду рядом, прослежу.
      - А может... - начал я.
      - Тогда и вас убьют. Поедете следом. Может, нам повезёт. Тогда передадите бумажку людям Графа, через мелочь какую-нибудь, а сами зашьётесь на неделю. Потом появитесь - не сразу, разузнав, что и как. Игорь, ты меня слушаешь?
      - Это... как-то все неправильно...
      - Игорёк, а кто обещал, что всё будет правильно? Я? Когда?
      - Шутишь ещё, - проворчал я.
      - А что мне теперь? Реветь крокодильими слезами, что ли? Зубр, долго ещё?
      - А? Нет, всё, - Витек протянул бумагу Олегу, тот быстро пробежал глазами, отдал Игорю.
      - Макс, звони.
      - Олег... - начал я.
      - Мне что, самому позвонить? - спросил Олег.
      - Тебе зачем подставляться? - закончил я.
      - Док, он прав, - влез Зубр.
      - Игорь? - спросил Олег.
      - Я думаю, отвечать все должны. И я, и Макс тоже.
      - Ты знаешь... - начал я. Совсем мне не улыбалась такая перспектива.
      - Как говорится, я был с вами в хорошие дни, я буду с вами...
      - В могиле, Игорь, ты по любому будешь, - кивнул Олег. - Но не сегодня.
      - Тогда и ты... - снова заговорил Зубр.
      - А я - дело другое. Я за вас всех в ответе. Был. Вот и проотвечался. Всё, базар окончен. Пора сваливать. Макс, я дождусь звонка или нет?!
      - Чёрта с два. Не буду я звонить.
      - Не будешь звонить кому?
      В дверях стоял Павел. И цвет лица Олега по сравнению с физиономией Павла был просто радужным.
      - Кому звонить? Мне? И что нового я должен услышать? Очередную сказку?
      - Не тормози, Паша, ты же знаешь, что Зубр этого не делал.
      Сказка неумолимо шла к назначенному концу. Олег вместо того, чтобы сглаживать, невольно взвинчивал ситуацию. Совершенно серый Паша так и стоял в дверях.
      - И откуда у тебя, Олег, такая уверенность? Может, это потому, что ты сам грохнул Графа? Он же тебе тоже мешал?
      Но вместо того, чтобы направиться к Олегу, Павел почему-то пошёл ко мне.
      - Сами заварили - сами расхлёбывайте. Давайте закончим этот цирк. Правда, Макс?
      - Что? Что, правда?
      - Правда: пора заканчивать? - Павел подошёл ко мне так близко, что казалось ещё секунда и он, склонившись, откусит мне нос. И ещё какой-то знакомый запах. От него чем-то пахло, и я никак не мог уловить - чем.
      - Не понял!
      - Проехали. Нам пора. Нас ждут.
     
      Олег.
     
      - Проехали. Нам пора. Нас ждут.
      Повисла пауза. Зубр словно отсутствовал, Игорь напрягся, я пытался как-то контролировать ситуацию, чтобы Паша чего не выдал. Первым паузу не выдержал Макс. Впрочем, любой, над кем бы в этот момент зависла Пашина туша, выдал бы тоже самое:
      - Кто?
      - Наследный принц. Что ж ты думал: я вас решать буду? Я исполнитель. Пешка. Такая же, как и вы. Так что поехали.
      Дальнейшее происходило как в тумане. Витька долго завязывал шнурки, словно за это время мог что-то придумать. Если он и пытался что-либо изменить, оставалось только надеяться на то, что он не испортит всё бесповоротно. Куда делся Игорь - я не успел уловить. Макс долго и нудно дрожащими руками под направленным на него стволом скручивал сначала Зубру, а затем и мне руки за спиной скотчем. Я молчал. Надо отдать Максу должное - завязал еле-еле, только чтобы держался. Я бросил взгляд на Зубра, тот озлобленно морщился. Видно, Витьке он перетянул посильнее моего.
      Зубр, медленно и неповоротливо выходя из квартиры, внезапно резво рванул вниз по лестнице. Я молча замер на площадке. Павел лишь ухмыльнулся:
      - Там его примут. Не советую, а то ведь мог и кувырком... Например вот так.
      Павел внезапно толкнул Макса, и он, не удержавшись, полетел вниз головой. На площадке пролётом ниже Макса занесло в угол. И, очень вряд ли, что в результате этого полёта он себе ничего не сломал. Макс застонал.
      - Вставай давай. Я тебя тащить не буду. Здесь пристрелю - уборщицу жалко будет. Ей твои мозги отмывать придётся.
      Макс с трудом поднялся.
      - Топай. Топай. И приходи в себя. Тебе ещё работать сегодня придётся.
      - Не понял.
      - Не бойся, поймёшь.
      Выйдя первым из подъезда, я очутился прямо перед открытыми дверьми подогнанной газели. Меня неаккуратно затолкнули внутрь, и я угодил кому-то, судя по возгласу - Зубру, головой в ноги. В первую секунду я хотел оглянуться - глянуть - куда делся Макс. Но потом, кажется благодаря Павлу, стало очень темно и тихо.
     
      Зубр.
     
      Будь, что будет. В общем-то, я смирился - после того, как внизу меня перехватили и просто забросили в машину. Следом Олег заехал мне головой по коленям. А мордоворот Графа - только что выпрямившемуся Олегу по голове.
      Олег съехал на пол, и я, со связанными за спиной руками, которые уже переставали что-либо чувствовать, мало чем мог ему помочь. Вывезли нас за город. Как я понял, на чью-то полузаброшенную дачу. Тем не менее, каменный забор, который я успел заметить прежде, чем меня затолкнули в стены дома, был нехилый.
      Сзади кто-то поддерживал ругающегося Олега.
      - Не заткнёшься, пасть залеплю.
      Олег замолчал. Паша был вежлив как никогда. Нас с Олегом посадили на стулья и завязали глаза.
      - Они обречены. Жить хочешь? Не коси под ребёнка, всё равно не поверю. Ведь ты уже убивал, - кому-то говорил Паша. - Одним больше, двумя - без разницы. Либо ты будешь третьим. Хочешь быть третьим?
      - Нет, - ответил Макс.
      - Вот и думай. Сейчас принесут ствол.
      - А кто вместо Графа?
      - А почему тебя это волнует в такой момент? Я б на твоём месте о душе побеспокоился.
      - К чёрту душу, - Макс нервничал.
      - Даже так? Далеко пойдёшь. Так что?
      - Да.
      - Давай!
      И тишина. А затем шаги и щелчок прямо перед моим лицом. Потом ещё один. И ещё. И ещё. Просто щелчки. И ругань Макса.
      - Может, тебе нож дать? - спросил Паша. - Ножом привычнее? С предохранителя снял, дурик?
      - Хватит с меня ножей, - пробормотал Макс. Опять пошли щелчки. - Что за...
      - Кого зарезал?
      - Я? Паша, ты что?
      Звуки глухих ударов. Чьё-то падение.
      Нам сняли повязки с глаз и развязали руки. Я пытался растереть застывшие кисти рук, а на полу у моих ног на четвереньках стоял Макс. Я мало чего понимал. Олег встал со стула и, пошатываясь, направился к выходу на улицу. Его никто не задерживал. Только Павел что-то тихо спросил у него. Олег отрицательно покачал головой и вышел.
      - Скажешь - кого убил - оставлю в живых. Обещаю.
      Я не ждал услышать здесь этот голос, вздрогнул и обернулся. За моей спиной оказалась Катя. Ещё больше дёрнулся Макс. Он, почти на четвереньках, не разгибаясь, попытался отбежать в угол, но его опять вышвырнули почти за шкирку на середину комнаты. Катю было не узнать. Что-то в ней изменилось. До меня быстро дошло - что. Но я не верил своим глазам. Наполовину седые волосы. Наверно, у меня оказалось слишком много эмоций на лице, и я не сумел их спрятать.
      - Рот закрой. Не успела покрасить, знаешь ли, - она только положила руку мне на плечо. - Извини их.
      - Ты просишь или... ?
      - Или.
      Она направилась к Максу.
      - Так что, скажешь? Или так сдохнешь?
      Макс истерично рассмеялся.
      - Я-то здесь при чем?! Вы чего?!
      - Да?
      Катя хмыкнула и подала знак Паше, неопределённо проведя по воздуху рукой:
      - В общем, Макс, у тебя минута. Мне ещё похороны организовывать. Кого убивал?
      Макс затравленно смотрел на Катю, на Пашу, на меня. Я уже понял, что Графа повесили на Макса. Только почему...
      Паша пожал плечами. К Максу придвинулись люди - охрана Графа. И Макс сломался, опустил голову. Ответил тихо, но четко.
      - Графа.
      - Неправильный ответ, мальчик. Отца.
      Катя вышла из комнаты. Я всё так и сидел, машинально потирая кисти. Макс отрешённо сидел на полу, поджав колени. Меня подняли под локоть и выпроводили.
      На улице в беседке курил Игорь. Олег стоял приобняв Катю сзади за талию. Я не понимал ничего. Игорь протянул пачку сигарет.
      - Так ты теперь ... главная.
      - Сейчас же. Мне больше делать нечего. Только с вами разборки клеить.
      - А как же?
      - Пусть мальчик знает: что делал - ради кого и чего. Чтоб жизнь в аду раем не казалась.
      - Да с чего вы...
      - Охранник признался, что Макс узнавал, когда отец один будет. Без охраны. Говорил, очень личный разговор. Он же скорешился почти со всеми. Думал, что охранник не скажет - побоится. Он и боялся. Пока у него выбор был. А больше никто знать не мог. Только если вели. Но хвост бы заметили и отрезали.
      - Что с ним теперь будет?
      - Павел решит. Меня это уже не касается.
      - Зубр, ну что ты к ней пристал? С тебя выпивка.
      - Док, вот ты бы уже заткнулся!
      - Ну, правильно, опять я во всём виноват. Если б не я...
      - Если б не он, тебя бы уже точно грохнули.
      - Уйди, Паша. Не хочется тебя сейчас видеть.
      - А придётся. Придётся. Шучу. Ладно, валите-ка отсюда. Чтобы ноги вашей здесь не было через пять минут.
      - Тачку дай, - кажется сегодня и я имел право требовать что-то у людей Графа.
      - А пешком по лесочку слабо надцать километров? Хорошая прогулка вам не помешала бы.
      - Дай тачку, - потребовал и Олег. - Завтра тяжёлый день будет.
      - Слушаюсь, Док, и повинуюсь.
      Паша кинул ему ключи, Олег поймал их на лету и, проходя мимо меня, едва не сшиб меня плечом:
      - Я тебя убью, если меня кто ещё сегодня так назовёт. Понял?
      - Да.
      - Вот и умница.
  
  
  
  
  
   История четвёртая. Чудес не бывает.
  
      Олег.
     
      На похоронах Графа было много чужих для нас людей.
      Инга скоропостижно продала дом и уехала к родителям. О Максе больше никто из нас принципиально не заговаривал. Его имя ушло в забвение вместе с теми печальными событиями. Словно заговор молчания, на который были согласны все.
      Павел занял место Графа. Связь с ним быстро сошла на нет, как и все рабочие контакты. И мы с Катей спустя неделю, забив на всё и всех, уехали на месяц в горы. Пара месяцев после нашего приезда прошла настолько тихо и спокойно, что мы в один день внезапно обнаружили, что за окном - осень. Горячая пора.
      Жизнь сложилась так, что я категорически не верю в чудеса. Их нет. Не бывает потому, что просто не может быть. Они не имеют права на существование. Как марсиане.
      И вот одним дурацким утром, которое во всех притчах почему-то называют прекрасным, Зубр назвал мне имя новичка. В этот момент я обнаружил за собой странную способность, о наличии которой у себя хорошего и не подразумевал даже. И называется это: вера в чудо. Час назад я, как последний дурак, поверил в чудо. Чтобы убедиться в его отсутствии, необходимо и достаточно сделать всего один звонок новичку, чтобы забить стрелку. Надо было услышать голос. Но я оттягивал с этим звонком до последней минуты.
      Когда-то давно, когда мы все ещё были все вместе, и работали на Корпорацию, у нас был Ромка. Никто и никогда не называл длинноволосого тощего пацана иначе. На Романа он не тянул, а назвать его Ромой - это всё равно, что Микки Мауса обозвать по латыни. Он не откликнется. Ромка ушёл из Корпорации самым первым. До него первым дошло, чем всё закончится. Потом соскочить успели ещё двое, среди которых был и я. Мы разъехались и расстались с условием никогда не появляться в жизни друг друга.
      Остальные попали-таки под пресс нервотрёпки на судебном процессе по поводу финансовых махинаций в Корпорации. Комитетчик, натаскивавший всех нас при приёме на работу, оказался полезным как никогда. В конторе не осталось ни одного человека, который не был ему благодарен. А когда-то над его речами по поводу верных способов уничтожения информации и надлежащих способов её хранения, смеялись абсолютно все, стоило ему повернуться к нам спиной. В конце концов отпустили всех задержанных, так и не сумев ничего доказать. Не хватило доказательств. Но, тем не менее, нервы подпортили всем и основательно. Ромка и мы двое, вовремя услышавшие Ромкины предостережения, сумели всего этого избежать.
      Спустя столько лет я, благополучно работая совсем в иной структуре, по инерции использовал всё те же указания "три раза за день уничтожай все записи, которые не понадобятся тебе далее". И мне плевать было на то, что теперь смеялись надо мной. Потому как я не мог сказать братве где был и что делал три или четыре недели назад. Мне было наплевать. Главное было в том, что Система работала и я знал, что мне НАДО ДЕЛАТЬ В БУДУЩЕМ. Прошлое меня не волновало.
      Так сложились обстоятельства, что я не люблю работать с новичками. Они вечно во всё вляпываются и не слышат с первого раза всё, что им говоришь. Оттянув до 21-30 вечера, я позвонил Новичку, о котором я не знал ничего, кроме имени и номера, оформленного на подставное лицо... Далее тянуть уже было некуда: через пять минут он отключит трубу и всё. Чуда, как оно обычно бывает, так и не случилось: сначала очень долго не поднимали. Потом где-то фоном долго пререкались, а затем совершенно другой, сиплый, прокашливающийся голос:
      - Извините, Роман не может подойти к телефону. Он спрашивает место, где он сможет вас встретить завтра утром в 9-00.
      Очень интересно, чем может быть он занят.
      - Чем он так занят, что не может взять трубу?
      - Извините, Роман не может подойти к телефону. Он спрашивает место, где он сможет вас забрать завтра утром, - весьма настойчиво и угрожающе вежливо.
      Кто-то рядом с разговаривающим со мной человеком ругнулся. Не Ромкины интонации. Тот, в отличие от нас, никогда не позволял себе опускаться до мата. А, чёрт с ними, пусть делают, что хотят. И я, назвав место на трассе, отключил трубу. До завтрашнего утра - выходной. Куплю себе пиво и завалюсь спать. Сквозь сон прорывалась мысль о чуде. О том, что завтра в 9-00 в кафе на заправке около кольцевой я открою дверь подъехавшей машины и увижу Ромкины патлы...
      Утро выдалось монотонным. Я не стал допивать свой кофе, и, заставив себя влить в глотку последний глоток, оставил чашку на обувной полке. Подъезжая к определённому месту, собрался по привычке заехать на заправку. Оттуда всё видно, и там можно около часа проторчать около кафе, не привлекая внимания. Так вот, подъезжая к заправке, я едва не свернул себе шею: в назначенном месте уже стоял бус. Я глянул на часы: 8-40. Он что, ночевал здесь? Не заправляясь, я кинул машину около кафе и решительно направился к бусу, с каждым шагом становясь всё злее.
      Подойдя к машине, увидел совершенно чужого, коротко стриженного человека в чёрных очках. Стукнул по лобовому. Он открыл мне дверь.
      - ЗдорОво. Чего так рано?
      Он кивнул.
      - Клиенты всё равно раньше не приедут. Придётся ждать.
      - ЗдорОво. Мы не будем ждать, - он начал отъезжать.
      Я дёрнулся. Ромкин голос. Он снял очки. Ромка. Коротко стриженный, немного потолстевший, повзрослевший, поседевший Ромка.
      - Ты откуда?
      - Сюрприз!
      - Откуда ты, твою мать?!
      - Считай, что я в очередной раз спасаю твою шкуру.
      - Но нас будут ждать люди!
      - Угу! И не только они!
      - То есть?
      - Праздники кончились, пора раздавать долги. Там облава.
      - Откуда ты знаешь.
      Он улыбнулся. Его, Ромкина улыбка, на совершенно чужом лице.
      - У меня везде свои люди. И я всё про вас знаю. На данный момент даже больше, чем ты сам знаешь про своё будущее.
      Я перестал дёргаться и поверил ему.
      - Поворачивай.
      - Куда?
      - Назад. У меня там люди.
      - Какие к чёрту люди? Там сейчас такая каша.
      - Какая каша? У меня же там Зубр, ребята!
      - Какие жеребята? С каких пор ты в зоологи записался? Какой Зубр? К чёрту Зубра! Давно в каталажке не прохлаждался? Ты и им не поможешь, и сам вляпаешься!
      - Поворачивай! Или я выпрыгну!
      - Я знал, что ты сумасшедший. Но не знал, что до такой степени! Жизнь тебя ничему не научила! - Ромка дал по тормозам и едва не снёс легковушку, разворачиваясь на встречную со среднего ряда.
      - И этот самоубийца учит меня жить!
     
      Зубр.
     
      Что-то было не так.
      - Что-то не так, - сказал я.
      - Что? - проворчал Игорь, еще раз просматривая документы.
      - Точно не знаю.
      - Когда узнаешь - тогда и говори. Витёк, ну и так проблем хватает...
      Я пожал плечами и начал сворачивать к первому магазину Анатольевича.
      - А чего так гаёвых много? Ну, на каждом повороте.
      - Ищут кого?
      Зазвонил телефон.
      - Витёк! - кричал в трубку Олег. - Вы ещё не на месте?
      - Уже подъезжаем, - проворчал я, глянув на часы - без десяти, чего орать?
      - Уезжай, - выдохнул Олег. - Потом объясню. Быстрее.
      - Как скажешь, - я дал по тормозам и вывернул руль. - Куда ехать?
      - Кто это? - поднял голову Игорь.
      - Олег.
      - На склад пока не надо. Давай... в забегаловку нашу.
      - Понял.
      - Трубку дай, - попросил Игорь. - Алло! Олег! Что случилось? Точно? Ладно, поговорим. Анатольевичу ты позвонишь? Мне самому? Так не хорошо... Олег! Ладно, - убрал трубу. Повернулся ко мне. - Там облава.
      - О-па.
      - На месте объяснит.
      - Ну, поехали.
      В ресторане Олег сидел с новичком, с Ромкой. Причем вид у них был, как будто они отучились вместе всю школу. Олег кивнул нам на свободные места. Пододвинул меню.
      - Что за фигня? - сразу начал я. - Какая облава? Откуда узнал?
      - От меня, - сказал новичок.
      - А ты откуда знаешь?
      - Сорока на хвосте... - начал новичок. Я поднялся и сгрёб его за грудки.
      - Откуда?
      - У вас всё нормально? - подскочили охранники.
      - Да, - я не выпускал новичка. - Парень выйти хочет.
      - Витёк! - Олег не поднимался. - Сядь! У нас всё нормально, спасибо.
      Я выпустил новичка, уселся на место. Ромка отряхнулся.
      - Связи у меня есть. Человечек один обязан был,- пояснил Роман, - Связи - это всё.
      - Вот именно, - сказал Игорь. - Что за облава?
      - Плановая. Ищут все. Наркотики, оружие, динамит. А когда ищут ОНИ, то ОНИ находят. Даже если отродясь травку только в кино видел.
      - Анатольевич... - начал я.
      - Уже в камере. Или будет - очень скоро. И очень надолго. Хорошие места у него.
      Игорь поморщился.
      - Лучше было бы... - начал Олег.
      - Теперь на нас повесят, - сказал Игорь. - Мы не приехали. Мы - знали. Не предупредили. Никого волновать не будет, что не успели.
      - Ты на нары хочешь? - спросил Ромка. - Ну, так вперёд.
      - Тише, - потребовал Олег. - С Анатольевичем некрасиво вышло. Будем решать...
      - Склады наши сожгут, - сказал Игорь. - Шиш убережёшь. Скидывать надо всё.
      - Если успеем, - кивнул Олег.
      - Мы так почти признаемся, - сказал я.
      - А они по любому сожгут, - отозвался Олег. - А убытки потом не возместят.
      - Кто нас подставил? - спросил я. - Или это плановый шмон? Чистка города?
      - Помнишь - мазда около универа вспыхнула вечером? Хозяина помнишь? Мальчик учился в одной группе с другим мальчиком по фамилии Бахта.
      - Сын мэра города!
      - Угу. Так вот: этот сын спустя некоторое время женился на девушке погорельца. Серьёзные люди, - сказал Ромка.
      - Твою мать! Откуда ты только знаешь? Договориться с ними можно? - спросил Игорь. - Чего они хотят?
      - Ваших клиентов. Мешаете вы, ребятки на этом рынке
      - Когда дела делают так, договориться нельзя, - помрачнел Олег.
      - Они возьмут сами. Всё, - согласился Ромка.
      - Это мы ещё посмотрим, - пообещал Олег.
      - А тут и...
      - Заткнись, - оборвал я новичка.
      - Витёк, - цыкнул Олег. - Сколько этих серьёзных людей?
      - Пятеро, - пожал плечами Ромка. - Бахта и крыша. Это - главные. А так... около сотни будет. С лишним.
      - Вызовем тяжелую авиацию, - предложил Игорь.
      - Нет, - покачал головой Олег. - Не исключено, что с их подачи. Чтобы мы сложились или прискакали на лапках. Попробуем разрулить сами.
      - Потом дороже будет, - заметил Ромка.
      - А оно в любом случае слишком дорого, - отрезал Олег.
      - Олег, - сказал Ромка.
      - Док, - позвал я.
      - Короче. Игорь, постарайся по крайней мере перекинуть на надёжные склады. Которые за нас жечь не будут. Все равно - предупреди, что могут быть проблемы. Скажешь правду - мы чистые, вовремя узнали. От кого - не их дело. Это ясно?
      - Я человек пять возьму, - сказал Игорь.
      - Вряд ли, - засомневался Ромка.
      - Что вряд ли? - поднялся я.
      - Вряд ли они попробуют вас убить, - сказал Ромка. - Не сейчас.
      - Мы должны успеть до "тогда", - сказал Олег. - Зубр, бери ребят, всех, надо бы разведать немного - что в конце концов здесь происходит. Просто посмотрите пока что, послушайте. Анатольевича вытаскивать надо. Собаки у него. Дети. А их кормить надо. До вечера ничего не делать. Склады, магазины, Ромка, покажешь?
      - Вы с ума сошли.
      - Ромка.
      - Раньше ты другой был, Олег.
      - Я теперь - другой. Ты с нами?
      - Да.
      - И... вот ещё что. После всего, может быть, придётся уехать из города. Будьте готовы.
      - Война? - тихо спросил Игорь.
      - Ещё нет. Только присматриваемся. Всё.
      - А ты? - спросил я.
      - Отзвонюсь. Ромка, спасибо. Помоги Зубру, он хороший человек.
      Олег мне явно польстил. Такого за ним раньше не наблюдалось.
      - Поехали, - пожал плечами новичок. - Плохая идея.
      - У Дока плохих идей не бывает, - сказал я. - У него бывают ужасные идеи.
      - Да я уже понял, - кивнул Ромка. - Поехали.
     
      Олег.
     
      Бахта не был первокурсником. Ему лапши на уши не навешаешь. Эта сволочь шла по трупам к власти, не остановится он и сейчас. Меня тихо начинало колбасить оттого, что я не знал, что происходит вокруг. И больше всех мне не нравился Ромка. Я не нашёл ничего оригинальнее, как поехать домой. Но дома стены не радовали. Сидя в них я не решу ничего. Вакуум. Информационный вакуум. Если хотели подставить Анатольевича, то причём здесь мы? А если нас, то на кой чёрт Бахте дался Анатольевич?
      Я послал всех в те места, откуда не возвращаются, и позвонил Серёге. Сергей Андреевич Корсак, 28 лет от роду, работал в ОБЭП, был порядочной сволочью и моим ангелом-хранителем в одном лице.
      - Здорово.
      - При. Вет.
      Голос у него совсем не изменился. Так он говорил, когда у него кто-то был на приёме. Вечно кого-то обрабатывает.
      - Занят?
      - Перерыв в полвторого.
      - Пообедаем вместе?
      - За твой счёт, - сказал Серёга и хохотнул:
      - Я блины люблю.
      - Ненавижу.
      - Блины? Зря!
      - Тебя.
      - Ладно, подъезжай к половине.
      ***
      В двадцать пять минут я подъехал до содрогания знакомому зданию ОБЭП. Только идиот умудрился покрасить стены этого милого заведения в ядовито-зелёный цвет. Серёга уже стоял на улице и разговаривал с таким же зелёным лейтенантиком милиции. Вот дунешь, кажется, на такого, и он улетит. А всё туда же. Серёга заметил, что я подъехал, и быстро свернул разговор. Лейтенант пошёл к входу в здание, а Серёга направился ко мне. Усевшись в машину, он кинул назад свой портфель.
      - Как жизнь?
      - Не поверишь.
      - Да ну? Выкладывай, давай.
      - Сейчас как дам!..
      Пока мы ехали, я ему изложил свою точку мировоззрения на происходящее.
      - И что ты по этому поводу думаешь? - спросил я у него, потягивая обжигающий кофе и глядя на Сергея, со всей человеческой любовью размазывающего тающее масло по только что испечённому блину.
      - Олег, ты словно вчера родился!
      - Ты по-русски можешь сказать?
      - Вы здесь вообще не причём и моё - тебе: не лезь!
      - Даже так?
      - Они Анатольевича убирают с поля. Вы им сто лет не нужны. А магазины, раскрученные им, отойдут под галереи вин.
      - Но ведь Ромка...
      - С каких пор ты кому-то веришь?
      - А почему я должен верить тебе?
      - Ты не должен мне верить. Ты сам узнаешь всё это через неделю. Но тогда уже будет поздно - ты куда-нибудь точно влезешь.
      - А откуда Ромка...?
      - И в самом деле - задай ЕМУ такой вопрос. Причём здесь я? А ещё лучше - поинтересуйся - кто у него живёт.
      - Кто?
      - Я тебе и так много сказал.
      - Но...
      - Может ещё и блины за мой счёт?
      - Серёга!
      - Олег!
      - Ладно, - наигранно угрожающе прорычал я.
      - Вот и поговорили! А знаешь, что я сейчас вспомнил?
      - Что?
      - Твою морду, когда я у тебя отпечатки снимал.
      - Ну-ну, - я изобразил.
      - Вот-вот: именно это выражение лица. Ты не знал: что и как будет дальше.
      Я промолчал.
      - Я тебе помог?
      - Да. Спасибо.
      - Только я тебя умоляю: не лезь. Там наши на всё будут закрывать глаза. Доступно?
      - Более чем. Сколько за блины?
      - Два рубля.
      Я улыбнулся.
      Полтора года назад он отмазал меня, смягчив статью, и отпустил под амнистию. Благодаря ему я остался на свободе. Благодаря мне он владел информацией о городе чуть больше своих сослуживцев.
      Но иногда Серёга знал намного больше, чем я.
      Но даже он не мог сейчас ответить мне на вопросы: чем я так мешаю Ромке? Почему он меня в это дело втягивает? Кто у него живёт? И как в конце концов помочь Анатольевичу? Мне нравилось то, как он ведет свои дела. Мне нравился он как порядочный человек, и я не мог с собой ничего поделать.
      Зазвонил телефон. Зубр.
      - Да.
      - Олег, здесь такое дело. Игорь уехал с Ромкой на Восточный и пропал. Ни у одного, ни у второго не отвечает телефон.
      - Поздравляю,- процедил я сквозь зубы, - на машине с товаром?
      - Да.
      - А ты где?
      - А ты где?- в унисон мне и моим же тоном ответил мне вопросом Зубр.
      - Блины ем, знаешь ли.
      - С ментами? - Зубр хмыкнул.
      Серёга, видно, слышащий громкий голос Зубра, улыбнулся во всю пасть. Я не выдержал и состроил Серёге рожу.
      - Хуже. Он хуже, чем мент. Только не говори мне, что вы следили за мной всё это время.
      - Нам тут Ромка кое-что сказал...
      - Ромка то, Ромка сё. Этот козёл нас подставляет. Кинул он нас. Развёл по полной. Кинул и товар спёр. Ты где?
      В ответ мне раздалось довольно выразительное "Твою мать..."
      Мимо трубки: "Я вас слушаю" и далее понеслась ругань Зубра, визгливый женский и громкие мужские чужие голоса.
      - Что там у тебя? Ты где?
      В ответ прозвучало злобное "На улицу выйди..." и кому-то не в трубку: "Ну, блин, вы даёте!"
      Серёга подскочил первым, я - вторым. На улице в десятке метров от кафе стоял Зубр, а рядом милицейский газик и двое в форме. Я сделал шаг к ним, но Серёга решительно сжал мой локоть:
      - Не лезь. Они его загребут в любом случае, а так и тебя заодно. Ты ему здесь полезнее будешь.
      - Отвали!
      От собеседников Зубра донеслось:
      - Зачем же вы хулиганите? Бабушку напугали.
      - Кто хулиганит? Я? Какую бабушку? Твою мать! Это бомж!
      - Сопротивление оказываете при задержании.
      - При задержании за что?
      - За хулиганство!
      Двое неумолимо с каждой секундой теснили Зубра к газику, он пятился. Я вырвал локоть от Серёги и решительно направился к Зубру:
      - А что, собственно говоря, здесь происходит? - я пытался, чем мог, привлечь внимание толпы. Привлекать было нечем, кроме громкого голоса.
      - Хулиганство!
      - Предъявите удостоверения!
      ...
      Удостоверений не оказалось. Хулиганства тоже. Серёга утопал почти вслед за уехавшими новобранцами, а Зубр так и остался стоять посреди улицы.
      - Олег, что это было?
      - Поехали домой, Зубр. Чудес не бывает.
      До дома мы так и не доехали.
     
      Зубр.
     
      Что кто-то кого-то разводит, стало ясно. Или новичок-Ромка Дока. Или этот ОБЭПовец Дока. Или Ромка с Доком на пару нас с Игорем - может, решили вспомнить молодость, а двух балласта скинуть с парохода. Как вариант - кто-то Ромку.
      Было бы проще взять кого-нибудь за жабры и задать много вопросов.
      А в самом центре был Ромка. Надо было его прижать, пока можно было.
      Остановили нас люди Анатольевича.
      Просто перегородили дорогу спереди и сзади, и вышли поговорить.
      Много их вышло, человек восемь, ясно - все со стволами. Сразу не убили, и на том спасибо. Олег сидел, барабаня по рулю, и не поворачивая головы следил глазами за приближающимися парнями. Подошли четверо - еще четверо взяли на прицел - чтоб не дёргались.
      - Выходите, - предложил один из четверых, со сломанным носом.
      - Не хотите салон пачкать? - спросил Док.
      Я проверил свой пистолет.
      - Не дёргайся, - приказал парень, подошедший с моей стороны. - Только дёрнись...
      - Оставь, Зубр, - согласился Олег. - Господа хотят поговорить.
      Разговор они начали оригинально - дав Доку в зубы, плотно скрутив мне руки за спину. Олег поднялся.
      - Ты с кем встречался? - спросил со сломанным носом.
      - Когда? - улыбнулся Олег. - Я деловой человек. Плотный график.
      - Клоун ты, а не деловой человек. Короче. Ты Анатольевича посадил - ты и вытаскивай.
      - Вы что?
      - Док, утром взяли Анатольевича, а ты обедаешь с ментом. Поужинай с ментом - и чтоб утром Анатольевич был на свободе.
      Олег засмеялся. Я попробовал дёрнуться, когда Дока опять свалили с ног - бесполезно. Олег лежал, и смеялся, не пытаясь подняться.
      - Завтра посмеёмся, - пообещал со сломанным носом. Меня отпустили, загрузились в машины и укатили.
      Олег сел.
      - Зубр, ты слышал, что если тебя собираются повесить и спрашивают последнее желание, надо попросить стакан воды? Мало ли что измениться, пока за водой будут ходить...
      - Нет, - не понимал я его веселья.
      - За водой для нас уже пошли.
      - Док...
      - Звони Игорю, - Олег поднялся, сел за руль. - Авось хоть здесь повезёт.
      - А сам?
      Док кивнул на асфальт, на рассыпавшийся мобильник. Нагнулся подобрать Сим-карту. Игорь остался недоступен.
      - Сколько человек мы можем собрать?
      - Десять-двенадцать. Не больше, - я пожал плечами. - Против Анатольевича... Они нас на ходу в порошок сотрут.
      - Сотрут, - кивнул Олег, вышел из машины. - В любом случае. Бери всех ребят, хватай Катю и езжай занимай круговую оборону на даче. Ключи есть? Стрелять на поражение во всех, кто крупнее вороны. Объявится Игорь - тащи к себе.
      - Объявится Ромка...
      - Он не объявится.
      - Док, а ты...
      - А у меня дела.
      - Опять с ментами? Док, я тебя одного не отпущу.
      - Зубр, мне надо, чтобы Катя была в безопасности. Она ушла от дел, Павел если и почешется её защитить - время мстить уже будет. Игорь где - хоть бы живой вернулся. Не будь маленьким, Витёк. Давай, как приедете на дачу - отзвонись.
      - Док, что ты...
      - Потом.
      - А если тебя...
      - Тогда звоните в милицию. Или Павлу лучше. Авось вытащит.
      - Только под себя подомнёт.
      - Живой шакал лучше мёртвого льва.
      - Ты как сейчас меня назвал?
      - Это не я. Это Экклезиаст. Книжки читать надо, Зубр. Хоть иногда. Давай, не тяни. Отзвонись.
     
      Олег.
     
      Шансов было мало.
      Но выбора не оставалось.
      Найти телефоны верхушки Анатольевича.
      Прикинуть путь отступления.
      Дождаться звонка Зубра.
      А потом - звонить по очереди, и оскорблять, жёстко и грубо, пока абонента не проймёт до самых "мама, не горюй". И звонить следующему, и гнать по трассе, и ловить в зеркало преследователей.
      Пришлось повторяться - пронимали их, по сути, одинаковые ругательства. После третьего звонка тёмный "Опель" сделал явную попытку догнать меня и прекратить безобразия - хулиганство по телефону. После седьмого у них это почти получилось - одной рукой выворачивая руль, я чуть не слетел в кювет. Восьмой был последний - и удалось полностью сосредоточиться на дороге. Скорости у нас были почти равные, но я специально заполнил бак под завязку - оставалось только мчать вперед и молиться.
      Маршрут я выбирал долго - без светофоров, с транспортными развязками, петли - чтоб никто не догадался, куда я еду. Собственно, хотел бы я посмотреть на такого проницательного. Ехал-то я просто "подальше". Гнал на пределе, с трудом вписываясь в повороты.
      Ребятки в опеле нервничали. Очень уж хотели догнать и получить награды. А может, боялись не догнать. И совершали глупые ошибки. А на такой скорости ошибаться можно только пару раз.
      На четвертый раз опель улетел в сторону, перевернулся несколько раз через крышу и замер где-то далеко сзади на обочине.
      Километров через полста я оставил машину на стоянке, оплатил неделю вперёд. Поймал попутку и вернулся в город. Кто будет искать меня там, откуда я только что с таким шумом сбежал? Особенно в гостинице на окраине с видом на лес. С этим самым лесом на случай бегства.
      Раньше я никогда не использовал Систему сознательно - она всегда срабатывала сама. И не было никаких гарантий, что получится. Тогда оставалось только дождаться утра и застрелиться. Или начать войну с Анатольевичем, что отличалось от первого варианта не так сильно.
      С другой стороны, освободить я его мог, только взяв СИЗО штурмом.
      И то не факт.
      А так оставался хоть какой-то шанс.
      Номер в гостинице я выбрал с видом не на лес, а на дорогу. Не хотелось бы последним узнавать о своей участи.
      Прихватил внизу в ресторане бутылку водки. У мерзкого лоточника внизу купил древний Nokia. Когда я закрыл за собой дверь и рухнул на кровать, я понял, что спёкся. Это было уже слишком. И как самое смешное - больше всего было жалко свою разбитую мобилу. Я даже смутно понимал, что челюсти моей досталось по заслугам - при данном раскладе этого было практически не избежать. И коль заехали - значит помнят, думают обо мне и ценят. Но вот мобила была ни в чём не виновата.
      Наконец-то можно было хоть немного расслабиться, но меня наоборот начинало колотить. Верный признак того, что система пошла на запуск. Или я просто перенервничал, и сдавалось нервное напряжение. Я встал, с трудом открыл бутылку и выглушил из горла не менее стакана. Даже через полчаса я не запьянел ни на капли. Единственным эффектом было то, что прошла дрожь. Меня перестало колотить, и я наконец-то смог вставить Сим-карту в мобильник.
      Через десять минут меня пробило на хохот, - я в этом городе явно пользовался спросом и уважением. Перезванивали все, кому не лень. Даже те, чьих номеров я не знал. Больше всего меня рассмешил на экране номер самого Тимура Анатольевича. Если он в СИЗО, то кто имел честь звонить с его номера? Я уже начал подумывать о том, чтобы отключить телефон, но определился Катин номер. Я поднял трубку.
      - Олег?
      - Да. Всё нормально?
      - Не совсем. Про эту дачу все знают.
      - Да. Точно. Дай трубку Зубру.
      Возникла маленькая, но пауза.
      - В чём дело, Олег? Ты где?
      Зубр тормозил как всегда.
      - Езжайте на дачу на Орловского, и чтобы в городе вас не было. Ни её, ни тебя!
      - Но ведь мы договаривались...
      - Ты меня услышал?
      - Да.
      - И давайте побыстрее. Всё.
      - То сюда, то туда....
      - Зубр.
      - Здесь такое дело...
      - Какое?
      - Я с твоим ОБЭПовцем говорил...
      - С Корсаком?
      - С ним! И ничего не понял!
      -То есть?
      - Он что-то лихорадочно нёс про давние счёты и Светку.
      - А Светка здесь при чём?
      - Вот и я не понял.
      - Ладно, время покажет. Сматывайтесь оттуда.
      - Ладно, пока...
      Я, не разуваясь, прилёг на кровать и сам не заметил, как вырубился. Проснулся от тихого звука поворачивающегося в двери ключа. Я едва успел привстать и сесть на кровати. Дверь отворилась, и в проёме появился знакомый мне силуэт. Я невольно дёрнулся, но остался сидеть на кровати. За ним вошли ещё трое. Двоих я не знал, но на них мне в данной ситуации было уже наплевать. Третьим оказался Ромка. А вот первый... Это был изменившийся не в лучшую сторону Макс, но от этого он не переставал быть живым.
      Ромка, ухмыльнувшись, кивнул на полупустую бутылку:
      - Уже готов. Сам заправился.
      - Игорь где?
      - Вечно тебя чужие люди волнуют. Ты бы о себе позаботился.
      - Обо мне другие позаботятся.
      - Вот это - вряд ли. Кому ты теперь нужен?
      В доли секунды я понял ВСЁ. Словно сложная мозаика сложилась у меня в голове. Всё стало на свои места и до меня дошло, что пытался мне сказать Корсак.
      - Ему! - я кивнул на Макса.
      Кажется, я оказался прав. Макса перекосило от едва сдерживаемой ярости. Ромка даже не успел его остановить, Макс налетел и рухнул на меня всем весом, пытаясь задушить. В кровати что-то хрустнуло, её перекосило, и она запросто провалилась. Я перекинул Макса вперёд головой о стену. Он полетел, с грохотом сминая под себя светильник с тумбы, а я вскочил, тут же оказавшись в руках гостей. Они оказались совсем не цивилизованными гражданами. С одним Максом я справился бы запросто, но с двумя волкодавами да после профессиональной Ромкиной обработки - дохлый номер. Они, так и не сумев поставить меня на колени, трудно, однако, было стоять на перебитых ногах, завалили меня на пол.
      Я пытался стереть с разбитого лица кровь, начинающую застилать глаза, а Макс разрывался надо мной в монологе. От ужасной боли, разрывающей голову изнутри, я не понимал ни одного слова из того, что он нёс. Боль от острой пронизывающей постепенно становилась тупой, зато появился звон - низкий и противный звон, давящий на меня со всех сторон. Макс, так и не дождавшись от меня никакой реакции на свои слова, начал опять наносить жестокие удары. И кто только натаскивал эту суку?
      Ромка оттянул Макса от меня. Видимо, на какое-то время я всё-таки отключился, потому что пришёл в себя уже лёжа на полу около окна. Я попытался сесть, что мне почти что удалось. Ромка что-то втюхивал Максу, который так и порывался подойти опять ко мне.
      У Макса зазвонил телефон, и он вышел из номера, а Ромка подошёл ко мне, скрутил ноги и попытался связать руки. Я сплюнул кровь.
      - Ты думаешь, что я смогу встать?
      Ромка убрал скотч от рук.
      - Почему?
      Ромка молчал.
      - За что?
      - За деньги. Он мне хорошо платит.
      - Ромка, тебе не на кого будет их тратить.
      Ромка выпрямился и замер рядом со мной.
      - Ром, неужели ты до сих пор не понял? Чудес не бывает...
      Последним, что я видел, когда он склонился ко мне - были его глаза, полные страха. Один здоровый человек, который, кажется, стал чертовски богат за последние пару часов, боялся другого человека, не способного даже подняться на ноги. Затем всё куда-то провалилось.
      Когда пришёл в себя, надо мной уже опять был Макс.
      Злой.
      - Где они? - спросил Макс.
      - Кто? - спросил я, Ромка отодвинулся в сторону - к окну.
      - Зубр. И Катька. Где они?
      - Сюда едут, - усмехнулся я. - Подожди полчаса.
      Усмешка вышла совсем кривой и некрасивой.
      - Я их всё равно найду. Катьке и тебе особая программа приготовлена, вам понравится. Если скажешь сам - обещаю, Игорька и Зубра просто пристрелю. Ну?
      - Макс, у тебя совсем крыша съехала. Ты себя кем возомнил?
      - Олежек, ты вообще расклад не сечёшь. Знаешь, где у меня этот город и как я его держу? Знаешь, как я тебя нашёл?
      - Звонок отследил?
      - Не-а. Тебя тут охранник мой опознал и отзвонился. И он тут не случайно, - у меня везде свои люди.
      - Знаешь, Макс, на чём ты погоришь? На разговорах своих. И поганых спецэффектах. Хочешь убить - убивай. Не трепись.
      - А я не убить хочу, Олежек. Я мести хочу. Просто убить - это слишком легко. Это не для тебя. Ты будешь дохнуть долго. Ты меня просить будешь, чтоб я тебе разрешил сдохнуть.
      - Макс, месть не греет. Сходи к психоаналитику. А еще лучше к психам ляг подлечиться.
      Кажется, это я сказал зря. Глаза у Макса совсем сумасшедшие стали.
      - Олег, скажи ему, - встрял Ромка. - Так на самом деле проще будет.
      - Ничего. Припечём, запоёт, - кивнул Макс. - Готовься, Олежек. Будет больно, обещаю. А ещё на свою...
      Зазвонил телефон. Макс послушал, помрачнел, как-то странно посмотрел на меня.
      - Ты здесь заканчивай и вези его к нам, - приказал Макс. - Я пошёл. Будем на связи.
      - Не на ту лошадь ты поставил, Ромка, - сказал я, когда Макс ушел. - Эх, Ромка... Развязывай меня давай. А то этот козёл мне по пальцам заехал, сам не размотаю.
      - Лошадей на переправе не меняют.
      - Ромка, я тебе серьёзно говорю. Жив будешь. Не здоров и не здесь, но жить будешь.
      - Олег, ты на самом деле не знаешь, с кем связался.
      - Ты прав. С сопляком.
      - Поднимайся.
      - Как?
      Ромка вышел - вернулся с двумя мордоворотами. Они меня подняли и понесли, не особенно заботясь о моей сохранности. На улице ждала всего одна машина. И ещё один волкодав.
      - Меня что, втроём брать ехали? - обиделся я. - Не дорого ж вы меня цените!
      - Хватило, - пожал плечами Ромка. - Грузите.
      Втолкнули на заднее сиденье.
      А потом умерли.
      Подкатили две машины и с ходу открыли стрельбу. Первым сняли Ромку, вторым - водителя. Два мордоворота попробовали отступить к деревьям, даже успели выстрелить по разу. На второй раз времени им не хватило.
      Из машины выскочил Зубр, сгрёб меня и запихал - рядом с Катей.
      И рванули с места. Катя нелепо пыталась раскрутить скотч на моих ногах, пока Зубр, сжалившись надо мной и ней, не подал мне нож.
      - Вы почему не на даче?
      - Спасибо скажи, - отозвался Зубр.
      - Спасибо. А куда мы сейчас едем?
      - Увидишь.
      - Витёк, ты меня сразу высади, - резко сказал я. - Или пристрели, как Ромку.
      - Нервы? - обернулся Зубр.
      - Хуже.
      - Витя, он прав, - согласилась Катя.
      - Времени нет.
      - Мы ещё не доехали.
      - Игорь позвонил. Сказал, что Ромка с Максом, что его закрыли с товаром на складе чёрт знает где под городом. Говорил, Макс совсем больной стал, сказал, что соберёт нас вместе и мстить будет.
      - И мстя его будет страшна, - проворчал я.
      - Ну, а ему кто-то позвонил, сказал, где ты. А Макс кричал, куда едет и зачем. С одной машиной за тобой дёрнулся. Теперь за Игорем едем.
      - А как он тебе позвонил?
      - С мобильного.
      - Допустим, мозгов у Макса не прибавилось. Но Ромка-то должен был его трубу забрать.
      - А у Игоря где-то второй в заначке был. У него, наверное, и третий есть. Отключённые, пока не надо. Игорь - он голова!
      - Это склады чьи? - я начал обдумывать операцию.
      - Хрен его знает.
      - Там что, вся его гвардия?
      - Повторю для самых умных: хрен. Его. Знает.
      - А у нас двенадцать стволов? И что мы там будем делать? План у нас есть?
      - Есть, - отозвался Зубр. - Приедем и всех положим.
      - Мне нравится, - кивнул я. - Лучше вы ничего не придумали.
      Катя мне всё время пыталась стереть кровь с лица, что было не очень-то приятно и даже болезненно.
      - Не надо. Потом.
      - Ты бы видел себя в зеркало.
      - Спасибо, с меня сейчас вполне достаточно, что я себя чувствую. Это уже хорошо.
      Зазвонил телефон Витька.
      - Да, Игорь! - обрадовался Зубр. - Да, забрали. Да? Хорошо, поднажмём! Газуй! Они всю охрану сняли и умчали куда-то. Придурки!
      - Куда? - удивилась Катя.
      - Надо полагать, нас в гостинице накрывать, - оскалился я. - Максу позвонили - предупредили, наверное, что вы едете. Он и слинял, и подмогу вызвал.
      Когда мы приехали - всё оказалось очень быстрым. По сути перестрелки не было вовсе - охрану убрали в два счёта.
      Когда мы уезжали - с товаром, нашим и ещё тремя грузовиками, в качестве возмещения морального ущерба, Витька не удержался и прошёлся бензином по тому, что нельзя было увезти. Загорелось всё очень быстро и даже немного красиво. Никогда не думал, что один вид огня будет меня греть.
      Оказалось, на одном складе хранили бензин для перевозок - мы отъехали уже достаточно далеко, когда позади нас замечательно ухнуло праздничным фейерверком нам в след. Витька заржал, Катя вздрогнула, а я только поморщился от боли в начинающих опухать ранах.
      На два дня мы уехали на Орловского. Мне надо было немного оклематься после всего, что было.
     
      Корсак.
     
      Олег был неизменен. Звонок его был как нельзя кстати. Меня даже не удивил его здоровый голос.
      - Привет. Занят?
      - Здорово. Для тебя и сейчас - нет.
      - Меня здесь к тебе пропускать не хотят.
      - Всё шутишь?
      - Более чем. Спустись вниз.
      Я кинул все дела на фиг и спустился с третьего этажа. На пропускном действительно сидел хорошо загримированный Олег. Я сказал Петровичу, что этот - ко мне и выписал на него пропуск.
      - Будешь выходить - отдашь.
      - Помню, помню.
      - Поднимайся, поднимайся. Ты чего боком?
      - Да так, проехались по мне немножко.
      - Катя рисовала? - спросил я и показал на его неплохо загримированную физиономию.
      Этого, наверно, делать не стоило.
      - Тебя это волнует? Зубр рисовал.
      - Ты с чем пожаловал? Говори сразу.
      Олег показал наверх:
      - Поднимемся к тебе, поговорим. Не здесь же.
      Когда мы добрались до кабинета, я попросил Виталика выйти покурить.
      - На пятнадцать минут.
      - На десять, - перебил меня Олег.
      - Смотри, а то он такими темпами выселит скоро тебя отсюда.
      - Угу. Буду держать под контролем.
      Когда я закрыл за Виталиком дверь и повернулся, Олег уже сидел на моём столе.
      - А у тебя здесь ничего не изменилось.
      - Только не говори, что ты соскучился.
      - Ты почему мне не сказал сразу насчёт Макса?
      - Потому что я не так одинок, как ты. Ну, вы, блин, натворили новостей. Весь город гудит.
      - Это уже не новости.
      - Ты прав. Тебя ищет полгорода и это уже не новости.
      - Не капай на мозги.
      - А какого ты сюда пришёл? О погоде поговорить? Нельзя было договориться?
      - Нельзя. Слушай...
      Я выслушать-то - выслушал, да только мне не понравилось всё то, что запланировал Олег.
      - А ты уверен, что он поверит?
      - А у тебя есть другие варианты? Ты уверен, что я ночью не повешусь в камере от голода или холода?
      Я вытащил Олегу из стола два листа бумаги и пододвинул ему ручку:
      - Пиши.
      Олег поморщился брезгливо и полез во внутренний карман куртки, достал исписанный мелким безобразным почерком лист.
      - Ненавижу вашу жёлтую бумагу. На, я дома всё написал. Передай через пацанов Анатольевичу. Пусть снимет пресс. И позвони, напомни мне - я тебе бумаги белой куплю.
      - Хорошо зашифровал, - кивнул я на лист, - ты уверен, что Тимур захочет в этом почерке разбираться.
      - Захочет. Это в его интересах. Пусть знает, откуда корни растут.
      - Будь осторожнее. Может не стоит? - я провёл перед его лицом исписанным листом.
      - Стоит, стоит. Пока. Спасибо.
      Я расписался в пропуске Олега, и он ушёл. Смутно верилось в его задумку. Было что-то неуловимое в этом парне. Какой-то животный магнетизм и власть. Не в то время он родился. Не в то время.
     
      Олег.
     
      Корсак не побоялся и согласился помочь. Это уже был плюс. На пропускном, когда я отдавал пропуск, один тип за далёким столом заговорил обо мне и показал на меня пальцем. Что он говорил, я не слышал, но то, что речь шла обо мне - однозначно: менты оборачивались. Было крайне неприятно выходить из этого здания. Их взгляды жгли спину едва ли не на физическом уровне...
      На следующий день позвонили, достаточно вежливо поговорили со мной, и не только о погоде на ближайшие несколько лет. И уже вечером я приехал в дом Тимура. Его жена с маленьким сыном уехали в целях безопасности, пока всё не утрясётся, в другой город, а огромный двухэтажный особняк и два не менее огромных пса - волкодава остались на попечение старшего сына Александра, которому не было ещё и семнадцати. Вот его содержание повесили уже на меня. Чтобы мальчик никуда не влип и ничего не натворил, чего деткам в этом возрасте делать не стоит. Мальчику с гривой до плеч, которой позавидовала бы любая девчонка, было на меня откровенно наплевать, мне на него, честно говоря, тоже. Но Анатольевич знал меня, я знал его людей. И меня почти не спрашивали.
      То, что Тимура подставили, знали все. Анатольевич распустил всех своих людей на вольные хлеба, сеть его магазинов накрылась и отошла Бахте. Следствие было скоротечным, дали три года. Было хорошо, что так мало. Избежать тюрьмы уже было нельзя, а Сашке ещё предстояло заканчивать выпускной класс школы.
      Макс куда-то исчез. Никто ничего про него не слышал.
      Предстояла весёлая зима. Чудес не бывает. Оставалось принять неизбежное и жить дальше.
  
  
   История пятая. Чужая Игра
  
  
   Олег.
  
   Сашка оказался толковым пацаном. Только иногда я забывал, что он ещё учится в школе. Я ни разу не видел его дома за учебниками. Он всегда умудрялся делать уроки в школе. Единственный раз, когда я у него cпросил про это, услышал в ответ довольно тяжёлое:
   - Отец никогда не лез в мои дела.
   - Я тебе не отец.
   - Это верно.
   Хоть бы улыбнулся, зараза.
   Приходилось много работать. К вечеру я уставал и был выжатым, как лимон. Плюс ко всему Катя вернулась работать в группу Павла, о чём меня просто успели поставить в известность, и преподнесли, как уже свершившийся факт. Таким образом, я видел её только после десяти вечера, и то, только тогда, когда ночевал дома, а не был где-то в рейсах.
   Надо отдать Зубру должное - раз в пару недель он вытаскивал нам всех в ресторан, где хоть немного удавалось поговорить не о работе.
   Сначала каждый день, потом через день, затем пару раз в неделю, но я всё-таки появлялся у Сашки. Две его псины на дух меня не переносили, и единственным, кого они подпускали к себе и позволяли кормить - был хозяин.
   Пару раз я заставал Сашку пьяным.
   - Тебе не рано?
   - Кто ты такой, чтобы мне указывать?
   Я молчал в ответ, он тоже замолкал.
   Несколько раз я заставал у него подружку - маленькую брюнетку хохотушку Алину, которая поднимала меня на смех, пытаясь выяснить у Сашки - кем я ему прихожусь.
   Два раза в месяц я подкидывал Сашке денежку на дом и пропитание. Где-то, насколько я понимал, он ещё и сам успевал крутиться. Поскольку сам он никогда денег не просил.
   Одним декабрьским вечером, когда я уже добрался домой, выпил кофе и почти завалился спать, я всё-таки решил поехать к нему. От моего дома до его было десять минут на машине. Я остановился не подъезжая к его воротам, и подошёл к калитке. Свет в доме не горел. В это время он по любому должен был быть дома. Собаки дальше метра за калитку меня не пропустят, так что заходить бесполезно. Наверно куда-то ушёл или спит. Бог с ним. Но когда его не было на следующий день и на следующий, появилось смутное ощущение тревоги. Когда я приехал к нему в четвёртый раз, за калиткой выли обе псины. Я всё-таки позвонил. Мне, как и прежде никто не ответил. Собаки выли. Я обернулся, не представляя, что делать дальше, и вздрогнул от неожиданности: передо мной стояла хохотушка Алина в чёрном идиотском берете и чёрном пальто. У неё не было раньше ни того, ни другого.
   - Олег, где Саша?
   - Я у тебя то же самое хотел спросить.
   - Олег, где Саша?
   - Откуда я могу это знать?
   - Но ведь ты...
   Она замолчала, неприятно посмотрела сквозь меня, словно кто-то стоял за моей спиной. Когда я начал поворачиваться, чтобы увидеть, на кого же она так посмотрела, собаки взвыли очередной раз, и я...
   И я проснулся в холодном поту. Это был всего лишь сон. Но настолько неотделимый от реальности, что я нарисовать мог взгляд Алины. В квартире наверху скулила собака. Сосед в очередной раз забыл покормить бедное животное. Я сел на диване, пытаясь прийти в себя от дурацкого сна.
   Кати не было - неприятно пустовала кровать. Только громко стучали часы, показывая половину первого. Резко, зло зазвонил телефон. Я подпрыгнул почти до потолка. И понял, что ничего хорошего мне не скажут так поздно. Только не поднимать - бесполезно. Найдут.
   - Да?
   - Где Саша?! - до звона в ушах закричала в трубке Алина.
   Она что, тоже видела этот сон? Или я ещё не проснулся?
   - Дома должен быть.
   - Я у него дома! Нет его!
   Её, значит, собаки пускают. Животные, одно слово.
   - Алина, чего ты от меня хочешь? Откуда ты мой телефон...
   - Он тут записан в книжке! Сашка сказал, что придёт в десять! И до сих пор...
   - Ну, он же не маленький мальчик.
   - Он бы позвонил! Он всегда звонит!
   - Взрослеет, значит...
   Женская тревога страшная сила. Заразная.
   - Нее-ет: он у Серёги был. А я звонила уже. А Сашка от него ушёл. А до дому не дошёл. А сказал, что домой идёт. Сюда. Вот.
   Как она меня достала этим "а"!
   - Короче, успокойся. Я сейчас обзвоню людей, поищу, поспрашиваю. Может, он у друзей...
   - Я уже обзвонила всех! Может, с ним что-то случилось! Может, его...
   Повезло парню с девушкой, ничего не скажешь.
   - Как же. С ним случится. Да он сам кого хочешь... - начиная нервничать, я зевнул. - Может, загребли менты за пьянство. Да мало ли за что. Проверка документов. А деткам после десяти на улице без предков - ни-ни. Всё. Сядь, сделай себе чай, как только узнаю - перезвоню. Ясно?
   - Вы только не забудьте!
   - Ага.
   Я снова зевнул, теперь - до хруста в челюсти. Она ко мне на "вы", вместо осточертевшего из её смазливого ротика "ты". Это уже хорошо. Умылся ледяной водой, поставил кофе. И полез в записную книжку искать нужных людей и телефоны.
  
   Зубр.
  
   Звонил телефон.
   Олег.
   Конечно. Кто еще догадается звонить в четыре утра? Дёрнуло меня именно в эту ночь поставить телефон на зарядку.
   - Алло, Витёк! Сашка пропал.
   - И что? До утра нельзя подождать? - проснулась Анька, начала хлопать ресницами. Наверное, готовилась взлетать.
   - Нельзя. Подъезжай к дому Анатольевича. Помнишь?
   - Помню. Мне в рейс... Игоря уже поднял?
   - Он уж давно здесь.
   - Ну, конечно. Маленький мальчик по стройке гулял... Еду.
   Анька не успела послушать, кто на проводе.
   - Док звонил, - я поднялся. - Я поехал.
   - Что такое срочное в четыре...
   - Уже полпятого почти.
   - Док? А не пациентка?
   - Хочешь, поехали, - достали меня уже сцены ревности. - Только будешь в машине мёрзнуть, пока будем дела решать. А это может быть надолго. Ну?
   - Я тебе звонить буду. Я вам всё равно не дам...
   - Спи ты уже.
   В дом меня пропустила Алина, усмирительница собак. Олег горбился над чашкой кофе. Игорь курил в форточку. В форточку заметало снег. Алина села в кресло и отключилась.
   - Вы ей сколько колёс скормили, изверги? - спросил я. - Он что, первый раз пропал?
   - Его нет нигде, - отозвался Игорь. - Такого не было.
   - А теперь случилось. Было из-за чего...
   - Тут ещё Олегу звонили, - наябедничал Игорь.
   - Выкуп требовали?
   - Нет, - заговорил Олег. - Это Павел звонил. Извинялся за Катю, оставили её на ночную смену на приём товара. Утром запускать будут.
   - Это её проблемы.
   - Нет, это - мои проблемы, - не согласился Олег, - я её сто лет не видел. Живём вроде вместе, а я уже скучать скоро буду. Теряем друг друга мы. Теряем. Расходимся, как в море корабли. И завтра она всё утро работать будет.
   - Логично.
   - Зубр, шёл бы ты со своей логикой!
   - Ты же первый начал.
   - Извини.
   Ну, если уже Док извиняться начал, то дела хреново пошли.
   - Так ты думаешь, Сашку похитили?
   - Всё может быть.
   - Надо было к нему охрану приставить, - прогудел Док.
   - Ну и шлёпнули б твою охрану, - зло отозвался Игорь. - Была бы мальчику травма на всю жизнь.
   - Ну и что? - спросил я.
   - Будем ждать, - сказал Игорь. - Если похитили - объявятся. По моргам и больницам уже звонили. В милиции узнавали. Олег три машины отправил патрулировать.
   - У тебя совсем башню сорвало, Док?!
   - Если Тимур узнает...
   - Бахту пробили?
   - Пытаюсь, - ответил Игорь. Выбросил окурок. Закрыл форточку. Виновато смахнул снег на пол. - Ещё Макс неизвестно где...
   Зазвонил телефон. Подняла голову Алина, посмотрела на нас бессмысленным взглядом и заснула дальше.
   - Вот дрыхнет, так дрыхнет!
   Телефон звонил. Док морщился, как от зубной боли. Поднимать пошёл я.
  
   Олег.
  
   Поднимать пошёл Зубр.
   Я быстро записал номер на определителе, дал Игорю:
   - Пробей-ка.
   Игорь ушёл звонить в соседнюю комнату.
   - Да, - Витёк послушал звонившего пару секунд и молча протянул мне.
   Взять трубку-то я взял, только сразу отнёс её от уха на полметра, в связи с громким ором и знакомыми интонациями Макса по поводу того, какой козёл берёт трубку, когда звонят Доку. Слушал я долго и нудно, не прерывая, затем мне надоело выслушивать это одному, и я включил громкую связь.
   Зубр невольно хохотнул:
   - Да, мальчик сорвался с тормозов. Совсем сорвался!
   До Макса наконец-то дошло, что дыхания в трубке не слышно.
   - Док?
   - Да, солнышко. Выпустил пар? Полегчало?
   - ТВОЁ солнышко может завтра погаснуть. Возьми трубку, Олег. Выключи громкую связь.
   - У меня секретов от Зубра нет.
   - Там не только Зубр. Пожалей девочку, - дай поспать.
   Я дёрнулся. Машинально глянул на закрытые плотно занавески.
   - Жучка поставили, - проскрипел Зубр, почти не разжимая зубов.
   - Витька, как всегда прав. А ты тормозишь. Возьми трубку.
   - У меня нет...
   - А у меня есть не только субъект, которому будет очень больно, если ты будешь упрямиться, но и новости.
   Я всё ещё сидел рядом с телефоном, когда Зубр снял трубку и протянул её мне.
   - Вот и умница. Здесь у меня твой мальчик спит дрянью накачанный в одном из соседних домов... А ведь мог и не спать. Ну, ты меня понимаешь.
   - Это не мой мальчик, и вообще это - не тот ребёнок, с которым можно так шутить. Его отец тебе шею свернёт. Ты чего хочешь, Макс?
   - А почему ты не спросишь меня: какие новости?
   - Какие новости, Макс?
   - Его отец уже ни мне, никому другому шею не свернёт.
   Я молчал. Не потому, что не хотел отвечать, а потому, что мне начинало становиться хреново.
   - Ты меня понял?
   - Нет.
   - Тимур умер сегодня ночью.
   - Отчего?
   - Неправильный вопрос.
   - Почему?
   - Неправильный вопрос.
   - Подскажи мне правильный.
   Игорь подсунул мне лист с написанным адресом, и показал, что ребята уже поехали туда. Это совсем недалеко. Я смял лист.
   Я стормозил, видимо сдавалась бессонная ночь, и на автомате сказал "хорошо".
   - Что же здесь хорошего?
   - Хорошо: подскажи мне правильный вопрос.
   - Я не буду занимать твоё ценное время, тебе ещё Катю разыскивать. Просто это сделано, чтобы подтвердить серьёзность моих намерений, о них вы узнаете позже в своё время. А пока, чтобы сына не хоронили вслед за отцом, твоя подружка должна быть утром у меня.
   - Э-э... какая?
   - Не язви. Ты меня понял, и это - хорошо.
   - Она даже не со мной. Она у Павла.
   - А вот это меня не касается, меняем деток завтра. Потому как...
   Макс бросил трубку прежде, чем успел договорить.
   - Перезвонит?
   Я покачал головой:
   - Вряд ли.
   - Что "отчего"? Что "почему"? - Зубр уже что-то жевал. В этом доме всегда было, что поесть.
   - Тимура убили.
   - Ё-моё!
   Витька сел, где стоял, чуть не промазав мимо стула:
   - Не может быть!
   Игорь выругался:
   - Разводят нас, как малолеток...
   - Не думаю. Поеду я к Паше.
   - Зачем?
   Я объяснил.
   - Ты её отдашь?
   - Я этого не говорил, но на стрелку её привезти надо.
   - С любопытством посмотрю, как ты будешь объяснять расклад Павлу.
   - Эту красавицу куда?- Игорь кивнул на Алину.
   - Пусть спит до утра.
   - Очень смешно.
   - Да мы вернёмся раньше, чем она проснётся! - я перенёс ей на диван и накрыл одеялом. Нуль эмоций. Даже дыхание не сбилось. Видит третий сон.
   Машины назло нам неумолимо занесло снегом.
  
   Зубр
  
   Павел послал Олега не сразу.
   Он нас встретил, угостил кофе, внимательно выслушал, зачем мы приехали.
   - Кто тебе этот пацан? - спросил Павел. - Кто ты ему? Тимур умер.
   - И что? - помрачнел Олег.
   - Перед кем у тебя обязательства? Перед собой? Тогда и рискуй собой. А Катю трогать я тебе просто не дам.
   - Она не вещь.
   - Но ты приехал ко мне сначала, а не позвонил ей. И правильно сделал, а теперь начинаешь выкручиваться. Попробуешь как-нибудь её достать - вообще больше не увидишь, понял? Я тебя сам урою, без всяких Максов.
   - Ну, - возразил я.
   - А ты, Витёк, присмотри лучше за своим старшим, чтоб глупостей не делал. И ты, Игорёк. Ещё какие-то вопросы? Ну, вот и хорошо.
   Останавливать Павла никто и не попытался. С такой оравой охранников получилась бы только драка, и явно не в нашу пользу.
   - Ну и что будем делать? - спросил я, отхлёбывая кофе. Зазвонил телефон. Анька требовала сказать, где я и когда буду. - Сижу в кафе с ребятами. Буду вечером. Всё, пока.
   - Попробуем удивить Макса и не приедем? - предложил Игорь.
   - Тогда он убьет Сашку... - выдавил угрюмый Олег.
   - Смысл?
   - Доказать серьёзность своих намерений. Он же идиот.
   - Посадим снайпера на месте стрелки - и снимем... - начал я.
   - Мы место еще не знаем, - напомнил Олег. - И узнаем за полчаса. Не успеем никак. Скорее, там его стрелки будут.
   - Тем более нам там делать нечего, - согласился я с Игорем. - Макс же без башни совсем. Перещёлкает нас, заберёт Катю и пристрелит Сашу твоего. При любом раскладе. Какой ему смысл сейчас слово держать? Да еще зуб у него на нас.
   - Ментам звонить все одно бесполезно, - подумал вслух Олег. - У него наверняка там уши есть...
   - Слушай, нам надо, чтобы на стрелке был кто-то, похожий на Катю, так? - спросил Игорь.
   - Э, - возразил Олег. - Ты нехорошее задумал.
   - Отдавать ты её по любому не думал, так? Так какая разница, она это будет или Алина? Погнали к тебе, вещи подберём, заскочим за Алиной и поедем на стрелку.
   - А если она не согласится?
   - Она Сашку любит? Значит, согласится.
   - А что на месте делать будем? - спросил я.
   - Разберёмся по дороге. Пошли, - Игорь поднялся первым.
  
   Олег.
  
   Всё с самого начала пошло не так, как было запланировано. Ни нами, ни Максом.
   Макс ждал, рядом с Сашкой, с десятком стрелков - это только видимых. Сколько могло еще попрятаться по норам, нельзя было даже предположить. Мы были на трёх машинах - четырнадцать человек, плюс Алина.
   - Ну, привет, братья, - сквозь зубы бросил Макс. - Уговорили-таки Пашу. Круто.
   - Сашку отпусти, - потребовал я.
   - Ты мне Катю покажи сначала. Она это или так, шваль какая?
   Витька бережно вывел из машины Алину.
   Алина сразу же забыла всё и кинулась к Сашке. Охранники дёрнули стволами в её сторону. Слетела шапка и вуаль, закричал Сашка, закричала Алина. Завопил Макс, вытащил пистолет и выстрелил в Алину. К счастью, в грудь - в бронежилет, в голову целить не додумался.
   Вот только Сашка про бронежилет не знал. И никто прыти от него не ожидал, а он кинулся на Макса, боднул в подбородок, свалил в снег, и, кажется с голодухи, захотел загрызть его зубами.
   Людей Макс подбирал под стать себе - без мозгов. Поэтому все они направили стволы на Сашку и начали ждать, пока можно будет выстрелить.
   Мы ждать не стали. Витёк дал отмашку стрелять, пригибаясь, метнулся к Сашке. Игорь прыгнул за мной, помог втащить кашляющую Алину в машину. Зубр следом затолкал орущего, остервенелого Сашку, завалился носом вперед на него.
   Перестрелка шла полным ходом. Самые умные попрятались за машинами и в рельефе местности. Глупые уже остались лежать на снегу.
   Люди Макса старались убить побольше наших, заскакивающих по машинам.
   Игорь стрелял по колесам, высунувшись в окно, поймал пулю в грудь, сполз по сиденью, потеряв пистолет в снег.
   Рванули с места, набрали скорость и помчались подальше.
   - Сволочи! - орал Сашка. - Да лучше б он меня убил!
   - Цыц! - я пытался в зеркало рассмотреть, что там с Зубром.
   - Хорошо стреляют, гады, - с трудом высказался Игорь, растирая грудь. - Ушиб будет, Витёк? Ты как?
   - Да как вы могли!
   - Жива твоя Алина, - Игорь повернулся назад. Перевёл дыхание. - Броники на всех.
   - А кровь чья?!
   - Зубра, - я скрипнул зубами. - Посмотри, куда его.
   Застонал Витёк, закашлялась Алина. Лазарет на колесах. Игорь выглянул в окно, помотал головой - погони пока не видно. Ни с мигалками, ни от Макса.
   - У меня руки связаны, - сказал Сашка. - Как я посмотрю? Кажется, в руку... возле плеча.
   - Жить будет, - выдохнул Игорь.
   - Да пошли вы все! Куда мы едем?
   - Ко мне.
   - Всё, отбой! Останавливай! Мы сами дойдём!
   На мою голову Сашке развязали руки. Я понятия не имел, чем его накачали, но он был слишком агрессивен даже для моего тогдашнего взведённого состояния. Он меня чуть не удавил. Слава Богу, Игорь его усадил.
   - У тебя полный дом жучков и людей, которые их сейчас ищут.
   - Какого чёрта? Откуда?
   - И я хотел бы знать. Так что пока что едем ко мне...
   Ребята проводили нас почти до дверей и уехали. Если я думал, что дома смогу хоть немного расслабиться, то я ошибался на все сто. Когда я вставил ключ в дверь и попытался зайти, дверь рванули изнутри с такой силой, что я едва не налетел на... Катю.
   - Ну, Олег!
   - Всё потом. Помоги нам.
   Мы пытались хоть как-то помочь Витьке.
   - Всё сейчас. Что происходит? Какого мне Паша указывает, что делать, а что нет?
   - Катя, успокойся!
   - Я успокойся? На том свете с вами успокоишься!
   - Тебе поспать надо. Поставь чайник.
   - Может тебе ещё и кофе?
   - Кипяток не для кофе, это для операции. Витька ранен.
   - Ты ...
   - Я!
   Она поняла мой взгляд и выскочила из комнаты на кухню. Но от её презрительного взгляда мне стало не по себе.
   И в ближайшие несколько минут мне досталось от всех. От Кати я услышал - "последний мерзавец". От Сашки - "жаль, что тебя там не грохнули". Витька даже под местным обезболивающим, в состоянии, близком к лихорадочному, посылал всех, а заодно и меня. Игорь, в отличие от остальных, молча и достаточно хладнокровно помогал мне резать, доставать пулю и зашивать.
   Катя с Сашкой уединились на кухне, без комментариев выставив оттуда Алину. Алина после пары неудачных попыток прорваться на кухню, шастала туда - обратно, не находя себе места и мешая нам.
   - Алина, сядь ради Бога. Не маячь.
   - Они там...
   - Он не в её вкусе, она его не съест.
   - Олег, если вам смешно, то мне нет.
   - С каких это пор ты ко мне на "вы"?
   - С недавних. Довели.
   - Исправляйся, давай.
   - Исправлюсь!
   - А знаете, я жрать хочу!
   У Витьки наконец-то вместо осипшего хрипа прорезался голос. Оказывается, он знает ещё что-то кроме мата.
   Катя вышла с кухни с таким лицом, что я решил молчать, что бы она ни сказала.
   - Алине семнадцати лет нет!
   - А у тебя мобила не отвечает! Мы её не на панель выставляли!
   - Зубр, заткнись!
   - О, ещё одна! Зайка, полегче на поворотах, а то снесёт. С меня Аньки хватает. В этом доме пожрать мне кто-нибудь даст?
   Я пошёл на кухню, заглянул в холодильник и понял, что не помню, когда ел дома в последний раз.
   - Нечего здесь есть.
   - Док, поехали ко мне. Анька накормит!
   Я закрыл холодильник и повернулся. Передо мной стояла Катя.
   - Что у тебя с мобилой? Почему не отвечаешь?
   - Я понятия не имею, где он. Я просто про него не помню.
   - Я звонил тебе раз десять.
   - Извини. Олег, ты понимаешь, что ты делаешь? Куда вы их тянете. Им нет семнадцати.
   - Я не тяну. Я пытаюсь его спасти, если я не сумел вытащить и спасти его отца.
   - Это не твоё дело! Он мёртв и пути назад уже нет!
   - Кто мёртв?
   Сашка мрачнее тучи стоял сзади неё, оперевшись плечом на дверной проём и скрестив на груди руки.
   "Не может быть, чтобы Макс ему не сказал!" - кажется, эта мысль пронеслась одновременно у меня и у Кати.
   - Кто мёртв?
   Я не мог ему это сказать, и Катя не выдержала первой:
   -Твой отец.
   - Когда?
   Сашка уже заводился.
   - Сегодня ночью.
   - Почему мне не сказали?
   Я молчал. Катя тоже.
   - Почему? Почему? Мне! Не сказали! - Сашка уже орал, - я что, не имею права это знать?
   - Мы думали, что Макс тебе первому сказал.
   - Они думали! Вы ещё и думать умеете?
   Сашка со всего размаха смахнул со стола на пол три полных чашки горячего кофе и сахарницу. Сахар полетел мне под ноги, кипяток - на пол и на него самого. Но он даже не почувствовал. Чашки вдребезги.
   - Сволочи! Какие же вы сволочи! Один Алину под пули подставляет, а вторая мне ещё и зубы заговаривает! Друг друга достойны! Далеко пойдёте!
   Он схватил Алину за локоть и буквально вытолкнул её из квартиры на лестничную площадку.
   - Чтобы я вас больше не видел! - Сашка так грохнул дверью, что едва не разбил замок.
   - Вот и поговорили. Пожалуй, мы тоже поедем, - Зубр поднялся с дивана и уже стоял посреди комнаты, - Я, вообще-то, тоже считал, что ему Макс сказал. Но поймал он вас, а не меня. А почему Макс не сказал? Хотел, чтобы мы его обрадовали?
   - Витька, езжай домой, а то меня твоя благоверная съест. И спасибо.
   - Да ладно тебе уже. Не кисни. А ты, - Зубр повернулся к Кате. - Если ещё раз пасть откроешь на меня - порву, как Тузик - грелку. Ясно?
   В состоянии, близком к трансу, мне трудно было понять - то ли шутит он, то ли нет.
   Катя закрыла за ушедшими Игорем и Зубром дверь и вернулась в комнату. На ней не было лица.
   - Катя, тебе надо поспать.
   - Угу. Я потом там уберу, - Катя сделала неопределённый жест в сторону кухни.
   - Я просто не верю, что все ушли. Крыша едет.
   - И не только у тебя. С вами действительно можно с ума сойти. Паша сказал, и я испугалась за вас. Он не разрешал мне ехать, но я бросила всё и ушла.
   Она легла на диван и заснула прежде, чем я успел накрыть её покрывалом.
   Когда я задёргивал занавески, пытаясь создать в комнате хоть какой-то полумрак, Катя перевернувшись на другой бок, сквозь сон выдала достаточно чёткое:
   - Чтоб ты сдох!
   - Кто? - от растерянности я не нашёл, что ещё спросить у крепко спящей Кати.
   - Ты, Макс, кто же ещё?
   У меня наверно челюсть отвисла от изумления. Она с ним на "ты" и так спокойно?
   - Катя?
   - Олег, достал в конце концов, дай поспать хоть часик! То один, то другой! Так и сдохнуть можно.
   - Кто другой?
   Она мне ничего не ответила. Кажется, я всё-таки не был знаком со всем происходящим вокруг меня.
   Давала знать себя бессонная ночь, и меня упрямо склонило ко сну. Снился ночной неосвещённый городской проспект. Почему-то весь перекопанный, с ужасными ямами, кучами песка и разбросанными грязными камнями. Разбудил меня звонок Сашки. Не прошло и полгода!
   - Да.
   - Олег, извини меня. Я сорвался. И я не прав. Мне Алина всё рассказала. Спасибо Вам.
   Я молчал. Говорить было чисто физически тяжело.
   - Спасибо, что вытащили меня.
   Я молчал.
   - Олег, ты слышишь меня?
   - Слышу, слышу. Я сплю. Всё нормально, проехали.
   - Пока?
   - Пока, - согласился я.
   Я не помнил, как опять заснул. Снился старый район из детства и заросшая кустарником дорога к моему дому. Я пытался прорваться сквозь кустарник, но это мне практически не удавалось.
   Проснулся я от голосов на кухне. Голосов на кухне было несколько. Какие-то знакомые или нет? Ничего не мог понять!
   Я не мог понять того, где я нахожусь, и сколько времени прошло. Потом вспомнил всё, заставил себя встать и отдёрнуть занавески. За окном - ночь и огни в окнах не светятся. Сколько времени? Два часа ночи? Три? Кати на диване не было, покрывало валялось на полу около дивана. Они там без меня вполне нормально справлялись. Голоса были немного на повышенных тонах, но не сильно.
   Мелькнуло искушение лечь поспать. Может, они и без меня разберутся? Но я не стал поддаваться этому искушению, меня тревожил один вредный вопрос - кто? И я открыл дверь на кухню. Лучше бы я этого не делал. Застывшие пятна на полу от разлитого кофе никто не вытирал, и осколки чашек не собраны. Этих людей беспорядок не отвлекал.
   - Привет, Док! Выспался? - у Макса оказался вполне человеческий голос.
   Передо мной, откинувшись на спинку кухонного углового дивана, сидел Макс. Перед ним - облокотившись на стол и, поигрывая кухонным ножом, сидел со слегка разукрашенной физиономией Сашка. За то время, пока я спал, кто-то уже хорошо заехал ему. Кати не было.
   - Где Катя?
   - Её здесь нет.
   - Это я вижу. Где она?
   - Олег, сядь, поговорим.
   - О чём?
   - О нас.
   - Чего ты хочешь?
   - Олег, я тебя знаю, как никто другой: ты из тех людей, которые выслушивают молча, а потом произносят "слушай сюда". Поэтому Кати здесь нет.
   - Это я уже понял.
   Сашка за всё время не проронил ни слова. Здесь и сейчас права голоса он уже не имел. И это ему, кажется, уже успели объяснить.
   - Садись.
   И я сел.
  
   Зубр.
  
   Назойливо звонили в дверь.
   Анька вскочила и бегом улетела в прихожую. Можно было даже глаза не открывать.
   Потом в прихожей началась возня, шипение Аньки "Не пущу! Он спит!", требовательное "Уйди!" и "Не дури!" Игоря. Глаза пришлось разлепить, проверить время - утро. Десять с копейками. Он что, в рейс меня хочет отправить? Док - тот мог бы, но чтоб Игорёк...
   - Ань, пусти человека! - крикнул я, сел в кровати. Голова закружилась, но ничего, с шеи не упала.
   - Они тебя под пули, а ты... - кричала Анька, топая следом за Игорем. - Ему-то, небось, ничего, а ты...
   - Сделай кофе, - сказал я сквозь зубы. Посмотрел на возмущенное лицо и добавил:
   - Пожалуйста.
   - Где Олег? - Игорь сел в кресло, откинул голову на спинку, закрыл глаза.
   - Дома, - я пожал плечами.
   - Не угадал, - вздохнул Игорь. - Мобила не отвечает. Дверь не открывает. Внутри - никого.
   - Подожди, если он дверь не открыл... - оказывается, не смотря на глухую боль и перезвон колоколов, голова еще могла что-то соображать.
   - Мы её вынесли, - устало пожал плечами Игорь. - Я думал, убили его. Ни следов борьбы, ни крови, ничего - только бардак на кухне не убрали. И еще три чашки в умывальнике. Кто-то к нему приехал и увёз обоих. Без особого сопротивления. А мне Паша звонил, орал, куда мы Катьку дели. И что он с нами сделает, если сумели обменять на Сашку.
   - Дай догадаюсь, - что ещё могло случиться плохого? - Сашка тоже пропал.
   - Угу.
   - Жив хоть?
   Игорь развёл руками.
   - Труп пока не нашли.
   Я невольно хмыкнул.
   - Алина тоже сгинула.
   - Все следы ведут к Максу.
   - Ага. Плюс надо с ментами что-то решать. Чтобы вчерашнее замять, надо многим жизнь подсластить. Придётся делать без согласия Олега. Я сегодня занят по горло.
   - И ты хочешь, чтоб я прошвырнулся по городу и поискал Дока? - усмехнулся я. Осторожно потёр подбородок, чтобы голова не вздумала лопнуть от боли. - У меня температура. Башка гудит. Какой из меня поисковик - спасатель?
   - Какой есть, - тяжело поднялся Игорь. - В первую очередь отыскать Катьку, чтоб Паша не нервничал. Потом Олега, Сашку с Алиной можно не искать, всё равно Тимур уже... Давай, Витёк. Удачи. Держи на связи.
   - Кофе не попьёте? - язвительно осведомилась Анька.
   - Да, Зубр, - спохватился Игорь. - Антибиотики, чуть не забыл. По капсуле три-четыре раза в день. Будет хреново - пей больше. Всё.
   - Я тебя никуда не пущу! - заявила Анька, когда дверь за Игорем закрылась.
   Я пожал плечами. Рука заныла. Найду Макса - убью.
   Чтобы я сделал на месте Олега? При таком раскладе?
   Нашёл трубу.
   - Ты выключила? - спросил я, набирая номер Игоря.
   - А чтоб не звонили!..
   - Ещё раз сделаешь, руки вырву, - пообещал я, слушая долгие гудки. - Алло! Игорь, слушай, а Док не мог просто уйти? Забрал Сашку своего с Алиной, Катьку, бабки - и рванул к чертовой бабке? А?
   - Мог, - тускло согласился Игорь. - Но ты остальные версии тоже проработай. Отбой.
   - Один умным оказался, - заговорила Анька. - И ты завязывай.
   Зазвонил телефон. Незнакомый.
   - Алло! - заорал в трубке Док. - Ты чего трубу не брал?!
   - Выключил.
   - Да чтоб... Короче, запомни Витёк - ты болен!
   - Чем?! - спросил я машинально.
   - Придумай! Хорошо так болен. И если у тебя не будет температуры под сорок, и если ты трупом не притворишься, то из тебя его сделают! Насовсем! И Катю ты ночью у меня не видел, понял?!
   - Док, ты где? Что вообще...
   - Верь мне, Зубр. Ты болен - это раз. И Кати у меня вчера не было - это два! Понял?! Я тебя вытащу! Только...
   Откуда он меня собрался вытаскивать, я так и не успел спросить. Сначала перебить не сумел, а потом и так ясно стало - когда входная дверь с грохотом упала, и вбежали громилы Паши. Один выхватил трубку, двое завалили меня мордой в пол, -зацепив рану. Я взвыл, Анька завизжала, обоим дали по голове. Кажется, мне первому.
   Очухался я в казематах Графа. Называть их Пашиными язык бы не повернулся - всё оборудовал и наладил Граф, и не важно, что принадлежат они уже другому.
   Разозлённый Паша и еще несколько человек стояли передо мной, а я сидел, привязанный к стулу и смотрел на Аньку, прикрученную к стулу напротив. Голова болела ещё сильнее, и приходилось напрягаться, чтобы не "поплыть". Трупом можно было и не притворяться. Я им почти был.
   - Где Катя? - спросил Паша.
   - У тебя, - я пожал плечами. - Я её уже сто лет не видел.
   - Не видел? - Паша навис надо мной. - Она вчера к Олегу пошла.
   - У Олега её не было.
   - Вы её хотели Максу отдать. За Сашку.
   - Я - не хотел.
   - Олег хотел!
   - Отбили мы пацанёнка, без всякой Катьки. А если ты её потерял, нечего на меня стрелки переводить.
   - Справедливо, - кивнул мужик в темно-синем костюме, в очках. В подвале - в очках черных, придурок. - Не знает он.
   - Скажет, если нажать, - пообещал Паша.
   - Ну, если нажать, он что угодно скажет, - не согласился мужик. - Зубр, ты Графа завалил?
   - Вы чего? - шевельнулась дикая мысль - треснулся я башкой на лестнице и привиделось мне всё, а на самом деле вот только сейчас меня водой облили, чтобы за Графа спросить. А Анька тогда откуда? - Его же Макс...
   - Да нет, - заговорил Паша. - В том-то и дело, что Олежек твой народ мутит. Кричит, Макса подставили ни за что, а убийца кто-то из нас. Из приближённых. И Катька вернулась, чтобы проверить подозрения возникшие, и нарыла что-то, а мы и её убрали. Говорит, кто-то из нас дела делает не хорошие и не красивые, и просит справедливость восстановить, за убитую жену и тестя отомстить. А если не Макс убил, то кто? Ты, Зубр.
   - И Катьку тоже я тогда?
   - Не сходится, - кивнул мужик в очках. - Его вчера подстрелили, он вон чуть сидит. А Катя вчера еще у тебя была, Паша. Живая и здоровая.
   - Ты знал, что Олег не верит? - снова навис Павел. - Что копает?
   - А Док мне не отчитывается.
   - Отвяжите его, - распорядился мужик в очках. - Посадите в комнату с комфортом. Если сбежит - сам уши отрежу.
   - Паш, а почему всё-таки Макса не завалили, когда можно было?
   - А за него хороший человек попросил. Ну... очень хороший. Отказать не смогли.
   - А теперь, выходит, человек нас от ошибки спас, - ухмыльнулся мужик в черных очках. - Могли невинного хлопнуть...
   К счастью, Анька очнулась только в золочёной клетке. И я с чувством исполненного долга смог завалиться на кровать и отключиться.
  
   Олег.
  
   Сашка держался молодцом. Не ныл. Не спрашивал, уверен ли я. Не впадал в панику и отчаяние.
   Хотя ему терять было больше, чем мне. Макс довольно чётко дал понять, что там же, где сегодня - Алина, завтра к утру могут оказаться и его мать с малым братом. Алина составила компанию Кате на неопределённый промежуток времени. Что-то ещё предстояло объяснять её предкам.
   Макс выставил всего одно требование - уничтожить организацию Графа как класс. Или перебить всех, или сделать так, чтобы "один хороший человек" смог прибрать к рукам все их дела без особого напряга для себя.
   - Это невозможно, - сказал я.
   - Док, ты можешь всё, - похлопал меня по плечу Макс.
   - Но мне надо время.
   - Во времени, Олежек, я тебя не ограничиваю, - улыбнулся Макс. - Работай, сколько надо. Но как только мои люди скажут, что ты отлыниваешь, ленишься, или нос повесил, мы Катьке нос отрежем. А заодно и её новой подружке, слышь, Сашка?
   - Она-то причём? - спросил я. - Если это дело моё, твоё и Графа, то есть Паши, отпусти пацана, Макс. Не впутывай и его.
   - Поздно, Олежек, поздно. Удачи вам, ребята! Если до обеда ничего не завертится, я откушаю Катю и не только на жаркое. И советую вам сегодня же закрутить счётчик среди людей Павла. Иначе Катерина окажется в худших природных условиях. Доступно?
   - Доступно.
   - Ты же не хочешь, чтобы она научилась ценить одиночество?
   - Нет.
   - Вот и договорились.
   Макс ушёл, аккуратно поставив свою чашку в умывальник:
   - А ведь мог и разбить, правда, Олежек?
   Я не ответил. Он также до отвратительного аккуратно и тихо закрыл за собой двери. Я промолчал, а Саня ограничился ёмким:
   - Убью на хрен, и совесть мучить не будет.
   После тяжёлой ночи к утру я вспомнил римлян, "разделяй и властвуй", и решил попробовать раздор в компании тёплых друзей. Выбора особого не было. Оставалось разыграть карту пропажи Кати. Шансов было мало, но хоть видимость деятельности была. А там - как пойдёт. Хотя больше всего хотелось повеситься самому. И всё. И ничего больше не будет. И никого.
   К вечеру мне удалось уговорить Макса. И он разрешил Алине позвонить предкам, чтобы менты, поднятые на её розыски, не мешали мне работать. Девочка жизнерадостным голосом сказала, что останется на недельку у подруги в деревне. А заодно и выучит экзамены. Не знаю, что она им наплела, но они больше не звонили Сашке.
   К вечеру я уже немного владел ситуацией. Зубр отдыхал с Аней в апартаментах Павла. Сам Паша, взведённый моим звонком с утра до "не хочу", начал остывать, и с ним можно было разговаривать, не опасаясь поворачиваться к нему спиной. Стрелку забивать он отказался, и нам с Сашкой пришлось ехать к нему. Выбора не было - Зубр нужен был мне только на свободе. Мы сто раз обговорили все нюансы того, как и что мы будем говорить и как действовать. Но увидеть самого Бахту рядом с Павлом я никак не ожидал. На кой я понадобился Максу при таком раскладе - было совершенно не понятно. Меня удостоили роли пешки. При его присутствии мысль о разговоре с Павлом тет-а-тет отпадала автоматически. Наверняка рядом есть и ещё одни глаза и уши. И к концу игры я должен был сто процентов попасть под раздачу. Хотя я и так был в этом почти уверен, оно, как закон природы меня совсем не радовало.
   - Где она?
   - Где Катя?
   Я успел отследить мимику Павла и задать этот вопрос одновременно с ним самим.
   - Извини.
   Главное успеть извиниться первым.
   - Чай-кофе?
   - Пожалуй. Мороз не хилый.
   Чайник, уже взведённый и стоявший в углу на столе оформили тут же.
   - Он почему с тобой? - Павел кивнул на Сашку.
   - Катю я уже отпустил к тебе. Что-то я давно её не вижу.
   - Перестань.
   - Я ещё и не начинал.
   - Пожалуй, я поеду. Не буду вам мешать, - Бахта хладнокровно отрешённо пожал Павлу руку. Не пропустил и меня. Уже отворачиваясь от меня, он едва заметно с одобрением сквозь язвительный прищур глаз посмотрел на меня.
   - Ну... разбирайтесь. До завтра.
   Бахта ушёл.
   - Это кто?
   - Не задавай идиотских вопросов. А типа вы не знакомы?
   - Представь себе.
   - Мэр.
   - Шутишь?
   - Нет.
   - Охренеть. На кой ты ему сдался?
   - Тебе скажи.
   - Это он Макса отмазал?
   - Если ты не хочешь, чтобы тебе посылали, не задавай глупых вопросов.
   - Мне Зубр нужен.
   - А мне Катя.
   - Паша, если ты не заметил - мне тоже.
   - Но ты не про неё здесь и сейчас.
   Моя мобила дала себя знать. Я злорадно улыбнулся.
   - Хозяин сети "Каскад" звонит. Объяснишь человеку? Мол, так и так, не даю водилу. Я за сегодняшний день уже троим сказал. Осточертело уже! Иначе я ему сейчас сам скажу, что это ты человека не даёшь. Тогда у него на тебя зуб будет.
   - Зубр всё равно в состоянии нестояния.
   - Когда я его выпроваживал ночью домой - он вполне нормальный был. Так что если это твои люди Зубра оформили, то с тебя, Паша, и спрос. Ты мне его дай, не фиг выходные устраивать. Я к утру приведу человека в форму.
   - Не думаю, что у тебя это получится.
   - Получится. Способ знаю.
   Мобила замолкла и через секунду заиграла вновь, как и было оговорено с Санычем.
   Паша, он упрямый. А будет ещё и злой.
   - Отключи.
   - Не могу, - я покачал головой, - Фура уже загружена.
   - Езжай сам!
   - Я и так уже полгорода на уши поставил из-за Кати, а теперь какие-то холодильники повезу?
   - Поставь Игоря.
   - Он напился вдрызг.
   - Ну, млин, ребятки, с вами не соскучишься. Достал! Я тебе своего водилу дам.
   - Ок!
   Что и требовалось доказать. Я сразу же поднял трубу:
   - Здравствуйте, Кирилл Александрович... Извините, что не поднимал, в машине трубу оставил... Да, завтра будем. На 10-30, как и было назначено... Да, до свидания.
   Я бросил упрямый взгляд на Пашу. Если он думал, что так я с него и слез, то он ошибался.
   - До свидания. Вот уладили один вопросик. Кто поедет?
   - Миша.
   - Ок. Давай мне телефон этого вундеркиндера. Но ты мне Зубра всё равно отдай. Мне, Паша, помощь от тебя нужна, а не головная боль.
   - Как ты меня достал!
   - Я ещё и не начинал!
   Павел, быстро отлистав, набрал один из последних набранных номеров:
   - Миша! Тащите сюда эту парочку. И прихвати с собой документы - ты с ними поедешь.
   Я с искусственным равнодушием промолчал, застёгивая куртку.
   - Миха с вами поедет сейчас. И теперь, ребятки, он в вашей команде. И завтра утром - он поедет вместо Зубра. И упаси тебя, Господь Бог, если с ним что случится.
   Когда Зубра ввели - у меня ёкнуло сердце. Не верилось, что он мог так играть. Кажется, ему действительно было хреново. На Аню я вообще старался не смотреть. Не сказать, чтобы мне было стыдно, но что-то из этой области. Где-то в глубине подсознания я понимал, что где-то сейчас стоит Катя или в лучшем случае сидит, пока я здесь понтую. Но пока я старался об этом не думать. Потому что от одной мысли о ней мозги переставали работать, хотелось выть и лезть на стенку.
   Дальнейший расклад на сегодня от меня не зависел. Миха ехал сейчас с нами. И до завтра он будет нашим соглядатаем. Жалко, конечно человека, но если не он, то кто-то из нас. Хвост нам не нужен. Завтра с ним случится несчастный случай и на Паше повиснет ответственность за наш груз. Я запускал счётчик с подачи Макса, чувствуя себя последней сволочью. Но при любом исходе сегодняшнего дня, Бахта стирал Павла и его группу. Оставалось найти способ - как выжить самому, спасти девчонок и вытащить Павла и хоть кого-то из его людей.
   Сашка и Миша вывели под руки начинающего плыть Зубра. Анька бегала между ними, больше мешая, чем помогая. Когда я выходил самым последним вслед за ними, Павел меня остановил за рукав куртки, протянул сигареты и, указав на Сашку, выдал:
   - А ты хорошо выдрессировал пацана! Особо не вякает!
   - Он не собачка и дрессировке не поддаётся.
   - Не ты? А кто? Отец?
   - Он - самоучка. Найдёте Катю - сообщи мне.
   - Угу.
   Доехали мы тихо - мирно.
   А дома Анька, невзирая на то, что рядом Миха - совершенно чужой человек, закатила мне концерт. Миша минуте на пятой начал недвусмысленно улыбаться, окончательно подписав себе приговор. Даже с учётом того, что вряд ли он успел бы об этом кому рассказать, о том, что на меня орёт баба, я всё равно дал ей пару пощёчин и, затащив без особых церемоний в ванную, засунул её голову под холодный душ.
   Слава Богу, до Ани всё-таки дошли слова, которые я сказал сквозь её вой под ледяной водой.
   Зубру вкатили лошадиную дозу антибиотиков и уложили спать под присмотром Ани. Мишу напоили кофе с коньяком и заперлись вдвоём с Сашкой на кухне. Собственно, на кухне мы просто говорили ни о чём, так, на всякий случай. Если сумел подслушать - спал меньше. Если не сумел - пусть подозревает. И стучит, пока может.
   Утром Витьку стало совсем плохо.
   Кричать Аня уже не кричала, просто тихо впадала в истерику.
   - Значит так, - подытожил я, - Саш, езжай с парочкой в больницу, послушай, что доктор скажет. Если доктор будет спрашивать слишком много, напоешь ему Земфиру.
   - Что?! - поперхнулся Мишка.
   - Я иду стричься, меня убивают, из МК-и стреляют, - напомнил я, - Туда Игорь должен подъехать, он отмажет, если что. Если проспался, конечно... Ты главное помалкивай, если не уверен. Мишка, везёшь фуру, доедешь - отзвонись. Я пока попробую с другими клиентами договориться.
   Я дождался, пока Мишка уехал и пошел на почту. Отследить звонок с мобилы сложно. Но с Пашиными возможностями возможно всё.
   - Алло, Макс! Мне твоя помощь нужна.
   - Всё шутишь?
   - Слушай, сейчас моя фура едет в "Каскад". Водила - Пашин. Ты должен убрать его так, чтобы товар пропал с концами.
   - Ладно, - подумав, согласился Макс. - Там кто?
   - Миша какой-то...
   - Сделаем. А ты не расслабляйся.
   - Давай.
   Я набрал ещё один номер - значимого человека в организации Графа. В синем костюме обычно ходил, в очках чёрных. Андрей.
   - Алло! Это Олег звонит.
   - Давай быстро.
   - Меня Паша убрать хочет. Угрожает.
   - И что?
   - Я жить хочу.
   - Все хотят. Ладно. Подъезжай. Я к тебе людей приставлю. Отбой.
   Андрей не сказал - но по тону было понятно, что люди будут меня охранять не только от Паши, но и от побега. А если узнают, что я элементарно гружу всех подряд, эти же люди меня и оформят. И чёрт с ним, главное, чтоб быстро... Чёрт с Катькой... Я вспомнил про неё, и меня опять стало колотить.
   - Молодой человек, вы долго ещё? - застучала в окошко девушка. Делать ей нечего - никого на почте, - Вам плохо?
   - Плохо, - кивнул я, - Сдачи не надо.
   - Может я помочь чем могу?
   - Спасибо.
   Приехал я к Андрею быстро. Потом долго топтался в предбаннике. Долго и обстоятельно разговаривал, объяснял, почему тогда поверил в виновность Макса, а теперь начал подозревать, что всё было совсем не так.
   Позвонил Сашка - Зубра оформили как положено. В стационар. С температурой 40 и подозрением на пневмонию. Весело.
   - Игорь уже там?
   - Нет ещё.
   - Короче, забирай Витька, дуй в другую больницу. Только Игорька дождись. Ты меня понял?
   - Олег, ты видел...
   - Я всё видел! Его там просто убьют. А не убьют, так ментам сдадут. Мы, знаешь, какой шухер устроили на той стрелке? Нет? Ухо в окно высунь и послушай. Так что делай, что хочешь, но чтоб через десять минут вас там не было. Если Аня начнет шуметь, дай в зубы.
   Потом я ждал, пока отыщутся нужные люди, пока меня с ними познакомят, пока договоримся, как будем взаимодействовать...
   В десять тридцать пять зазвонил телефон. Макс.
   - Человек уже поехал. Должен был уже полчаса назад быть.
   Я дал Мише ещё десять минут. На фарс-мажор.
   Зашел в местную забегаловку.
   На какие-то несколько секунд я даже захотел, чтобы у Макса не получилось. И все остались бы живы. Может, Миша в пробке застрял. С фурой, с непривычки. Или заблудился, как Макс когда-то. Или его где гаёвые тормознули, и он не сможет поднимать мобилу. И он сейчас жив - здоров подвозит товар...
   Мобилу Миша не поднял. И я позвонил другому.
   - Алло, Паша. Куда твой орёл делся?
   - Олег, - охрип от злости Павел. - Если с Мишкой что-то случилось...
   - Где мой товар, Паша?
   - Я тебя сам урою. Ты не рад будешь, что родился. Где Мишка?!
   - С товаром уехал. Час назад. И ещё - убери своих людей, Паша.
   - Каких людей?!
   - Что вокруг меня роятся. Скажешь, не твои?
   Паша выдал трёхэтажным и бросил трубу. Его можно понять.
   Эти звонки надо было давать прослушивать - скорее всего, Макс мог следить и за мной, и за Пашей. Может быть, и за Володей тоже. Еще одним, из Графовых. Самое хреновое было в том, что я не мог ни к кому обратиться. Я не знал, кто ещё из всей этой своры мог быть человеком Макса. Пока надо было озаботить всех. И вытащить Павла на разговор, чтобы он ушёл без присмотра. Но сейчас это было практически невозможно.
   - Добрый день, Володя. Это Док. Мне ваша помощь нужна.
   - Док?.. Тот, что про Графа опять волну поднял, да?
   - Да, тот. У меня Паша человека из строя вывел. Дал своего человека товар отвезти. И ни человека, ни товара. Паша пытается на меня же повесить...
   - А это не ты?
   - Не я. Смешная шутка, да. Только мне чего-то не смешно. Что я Паше сделать могу?
   - А я - что?
   - А это вам виднее.
   - Мутишь ты что-то Олег.
   - Не я. Я Катю найти хочу. Надеюсь, она живая ещё.
   - Ты актёром не думал стать?
   - Да пошёл ты...
   - Ладно, не кипятись. Найдется твоя баба. И за Графа ещё оттянемся. Я тут по своим каналам пробью.
   Я поднялся, подошёл к стойке.
   - Извините, у вас телефона нет? А то у моего, заразы, батарейка сдохла. Я заплачу.
   - Да ладно, - пожала плечами девушка. - Звоните.
   В состоянии лёгкого мандража я набрал номер Макса.
   - Привет, герой. Где мой товар, не знаешь?
   - Очумел что ли, Док? - заржал Макс.
   - У Паши может быть?
   - Как он может быть у Паши, если...
   - А ты подумай.
   - А?... А! Вон ты про что...
   - Ну, ты узнай, лады? Сделай, всё, что можешь. Давай.
   - Проблемы? - спросила девушка, - Вас не тошнит?
   Где-то я видел уже это лицо. Где? Чёрт меня знает.
   - Тошнит. От самого себя. Дайте мне водки... Хотя рано ещё. Кофе. Просто кофе.
   Люди Андрея спросят, куда я звонил и о чём говорил. Пытаюсь выяснить, где товар. Что тут странного?
  
   Макс.
  
   Бахта отдал довольно чёткие указания. Что, кто, где, когда и почём. Граф значился в этом раскладе первым, Пашин водила на тот момент - последним. После смерти Графа моё мировоззрение откорректировали достаточно жёстким образом. Больше я не мог позволить себе никакой самодеятельности. И всё равно мне было уже тошно. Мне наплевать, что я угробил свой авторитет среди братвы, не подлежащий восстановлению. Мне в то время не было страшно умирать, но мне определённо становилось страшно жить. Я никому и ничего не мог сказать.
   Девчонок мы оформили в первую же ночь, изолировав за городом одну от другой, и поставив благополучие одной в зависимость от поведения другой. Когда выпендриваться будет одна, по мозгам за неё будет получать другая. На себя людям чаще наплевать. До дочери Графа дошло всё быстро. А вот Алине пришлось долго объяснять, пока я не нарушил установленное самим собой правило. Девочка сразу стала тихой и спокойной.
   Не знаю, что творилось у Кати на сердце, но мне казалось страшным узнать, что происходило у неё в голове.
   - Ты - единственная, с помощью кого можно манипулировать Доком. Ты лично мне сто лет не нужна. Но ты знаешь, что терять мне уже нечего. Поэтому, если мне будет надо, я и тебе шею сверну. Одним больше - одним меньше.
   - А ты не боишься?
   - Конец определён. А так может ещё и выплыву. Тебя, детка, вообще нельзя выпускать, потому как тебя первую уберут. Тебя весь город ищет. А город голодный и злой. А следом и меня. Люди Бахты - как не выполнившего, а зверьё, оставшееся после твоего отца, как твоего же исполнителя. А здесь ты в безопасности. Почти. Если чего не выкинешь.
   - Макс?
   - Отвали, - я и так сказал ей слишком много.
   Ни Алина, ни Катя не видели никого, кроме меня. Замки были идеальные и никаких соседей. Пацаны Бахты, приезжавшие со мной, к ним не заходили. С Алиной я вообще не разговаривал.
   - Не рыпайся, и будешь жить. Недолго осталось. Нам надо, что Сашка твой малость поработал на нас.
   Она затравленно молчала.
   Я понимал, что человек мало о чём может логично думать, если его заботит своё физическое состояние. А потому на всякий случай и во избежание я позаимствовал у охраны Бахты пару наручников для дам. За первые сутки они хорошо дали понять возможности и способности.
   Дока я прижал его же подружкой хорошо. А вот насчёт Алины я уже сомневался. Чтоб я себе кого-нибудь когда-нибудь? Никого кроме проститутки. Зависеть вот так вот от другого человека. Ни в жизни! Хотя со стороны Бахты я был такой же пешкой, как и Док в моих руках. Смутно в глубине души верилось только в то, что Док со своей дурацкой, неуёмной жаждой жизни сможет всё это разрулить. Но после того, как он лично повесил на меня самого Пашиного водилу - мне стало уже по барабану.
   Мысли о том, чтобы оставить с носом самого Бахту - я даже не допускал. Я всё ещё сидел на колёсах по милости его варваров. Дьявол в аду - образ положительный, так что, немного подумав, я оставил себе роль Дьявола, нежели предпочёл бы оказаться жареной курицей с обгорелыми крыльями ангела.
   Док позвонил с неизвестного номера и прикинул мне - куда оформить его холодильники. Мне никогда не нравился его юмор. Ну, правильно: пока я мечтал о том, что он страдает из-за Кати, он мучился неизвестным нахождением своего товара. Эта зараза нигде и никогда своего не отдаст просто так.
   Я соизволил спросить разрешения у Бахты, и там же, на Пашиной территории оставил не только холодильники, но и самого Мишу с его огнестрельным в упор. Пусть сами разгребаются. Я не думал, что они разгребутся настолько быстро.
  
   Олег.
  
   Я вспомнил, где видел это лицо. Она и тогда оказалась единственной, кто спросил меня - как я себя чувствую. С тех пор мы стали чуть старше и менее затюканы моралью. Поэтому она, слив воду, и перешла сразу к "вас не тошнит?" Наверно, у меня опять зелёный цвет лица.
   - Саша?
   Девушка улыбнулась.
   - Узнали всё-таки.
   - Саш, ты чего на "вы"?
   - Мало ли, - девушка пожала плечами. - Сколько лет. Может, ты уже большим человеком стал.
   - Ага. Больше некуда.
   - Как ребята? Витька? Игорёк?
   - Нормально, - кивнул я, радуясь, что она не спросила про Макса и не надо врать. Мысль работала чётко. Было ясно, что надо попытаться сделать. - У тебя планы на вечер есть?
   - Так сразу? - засмеялась Саша.
   Кто её тогда привёл на вечеринку? Кажется, Макс. Точно, Макс - и Светка пилила его потом несколько дней, что родной брат приводит соперниц. А у меня тогда получился замечательный вечер. Вначале напился в дым, потом Саша вывела в какой-то сад, привела в чувство, и мы долго говорили. Ни о чём и обо всём. Без всяких задних мыслей - чему Светка, естественно, не поверила. Как давно это было. Когда мы ещё были вчетвером. Не было Кати и Графа. Был молодой задор и перспективы...
   - Не надо, - Саша коснулась руки. - Лучше расскажи, в чём проблема.
   - В двух словах не расскажешь...
   - Садись... Или нет, заходи лучше сюда, меньше дёргать будут, - Саша пустила меня за стойку, усадила на табуретку, приготовила кофе. Посетителей было мало - она почти не отвлекалась.
   - Это нормально?
   - Конечно. Могут ко мне друзья придти? Работе-то не мешает.
   - Какой я друг...
   - Мой. Или ты думаешь, что за один вечер нельзя стать друзьями?
   - Ты так легко друзей заводишь? - говоря ни о чём, можно было отодвинуть время просьбы. Хотя бы чуть-чуть.
   - Нет, - строго ответила Саша. - Я друзей вообще не завожу. Друзья - не собаки. Но если уж сдружились...
   - Извини.
   - Ничего, - девушка улыбнулась. - Тяжелый день был. У тебя, наверное, ещё тяжелее.
   - Ну да, - я опустил голову. - Убьют меня, наверное, скоро.
   - Не смешно.
   - Я и не шучу. Или меня, или... - зачем ей рассказывать, кто такая Катя, куда делась Светка, что случилось с её другом Максом. А Макс её так и представил тогда - "Мой друг Саша", - Так уж лучше меня.
   - А что-нибудь сделать можно?
   Я хрустнул челюстями, решая, пойти напрямик или все же сыграть. Стоит ли жизнь Кати девушки Саши?
   - Я не хочу тебя впутывать.
   - Ты скажи, что сделать можно, а я сама решу, ладно? Не маленькая уже.
   - Мне надо встретиться с одним человеком. Один на один. И чтобы никто не знал, кто его пригласил.
   Саша прищурилась.
   - Тебя пасут?
   - И телефоны, скорее всего, на прослушке. Мой и его. И вокруг постоянно глаза и уши. И неизвестно, кому доверять можно. Скорее - никому.
   - Я могу передать ему записку, - Саша клюнула. И сказала именно то, что я хотел. Если сорвётся - ей некого будет винить, она сама предложила. Я скрипнул зубами.
   - В букете, - рассмеялась Саша. - Ты купишь букет в подарок?
   - Я не могу.
   - Ну да, точно. Ну, денег дай, сама по дороге зайду. Пиши записку.
   - Ты же не знаешь, кому нести.
   - А кому? - удивилась Света. - Он кто, президент, что к нему не пустят? Не валяй дурака, пиши давай. У меня рабочий день через полчаса заканчивается, а я хочу домой пораньше попасть.
   - Я...
   - Перестань. Бумага-ручка есть? Чудо ты, Олег. Сейчас бумаги принесу. Если кто подойдёт - попроси подождать, я быстро.
   Вот так всё просто...
   Она взяла и, быстро прочитав, порвала.
   - Не то пишешь. Не так надо.
   - А что надо?
   - Букет большой для меня. И ручку в сумку. Я сама ему всё напишу при встрече.
   Вот так всё просто... Просто везёт?
  
   Макс.
  
   Этого звонка я никак не ожидал.
   - Привет, - сказала в трубке Саша. - Ты куда пропал? На кофе не зайдёшь?
   - Зайду, - согласился я.
   - Тогда заедь за мной, ладно? Я тут по делам бегала. А потом обещаю лично сварить тебе самый вкусный кофе!
   - Подожди. Я быстро.
   Она опоздала на две минуты. В машину Саша не села, притянула к себе, зашептала.
   - Ко мне твой заходил. Док. Они сегодня с Пашей встречаются в десять, в ...
   Она зашептала ещё тише. Я понял - где, но я не сразу понял - что требуется от меня.
   - Спасибо, - кивнул я.
   То ли она переигрывала в шпионов, то ли я становился слишком беспечным. Скорее, второе.
   - Отвези меня домой, а? - Саша устало улыбнулась. - А то я что-то замоталась.
   - Садись.
   Она тихо села в машину, и мне показалось, что она всю жизнь вот здесь - со мной, рядом.
   - Дураки вы все.
   - И я?
   - И ты, - тихо согласилась она.
   Я подумал о том, что она права как никогда.
   - Сейчас уже половина восьмого.
   - У тебя ещё два с половиной часа. Я тебя кофе напою. Вкусным. Помнишь?
   - Помню, - я улыбнулся, наверно, впервые за последний месяц. Вечно какие-то проблемы. Чужие люди. Чужие.
   - Так мы едем?
   - Едем, - согласился я.
   Как дурак. Всё это время мы стояли на обочине. Я пропустил светофор.
   - А Пашу тоже ТЫ пригласила?
   - Я, а кто же ещё? Вы же скорее удавите друг-друга, чем поговорите по человечески.
   - Ты знаешь кто?
   - Кто?
   - ЧудА!
   - Включи музыку.
   - Нет ничего хорошего, - угу, включил сейчас же. Сплошной рок.
   Мы ехали молча. Тишина никому из нас не мешала. Я уже думал, что Саша стала засыпать.
   - Не туда, следующий поворот.
   Я уже забыл. Здесь всё на всё похоже.
   - Третий подъезд?
   - Да.
   Она вышла, я неловко остался сидеть. Она сама открыла мою дверь и потянула за рукав куртки:
   - Пошли, пошли. Я тебя не отпущу. Я столько вас не видела...
   И мы пошли.
   Два часа пролетели за пять минут...
   - Я столько вас не видела, а вы ведёте себя как дети: "ах, он меня обидел, так я его кулаком стукну".
   - Мне пора, - я глянул на часы.
   - Пора, - согласилась Саша и пошла одеваться.
   - А ты куда?
   - Как куда? На свидание. С тобой я поеду, чтоб ты не натворил чего нехорошего.
   - Кинь дурное. Куда ты поедешь? Павел своих пацанов притащит.
   - Не притащит. Главное, чтобы ты за собой хвост не привёз.
   - Тебя что, Док соглядатаем приставил? - я взвёлся с пол-оборота.
   - Не к тебе.
   Она так улыбнулась, что я почти поверил.
   - А к кому?
   - К Павлу. У меня сегодня с НИМ свидание.
   - Ну, блин...
   - Высади меня за поворотом. Я сама дойду.
   - Не валяй дурака. Всё равно ясно будет, что мы вместе.
   - Только ты ему правду скажи.
   - Хорошо. Чёрт с вами. Не знаю, что там Док придумал, только мне в любом случае каюк будет.
   - Не будет. С вас будет хороший вечер. И большой торт.
   - Я не люблю сладкое. Ты сама веришь в то, что говоришь.
   - Да.
   Она улыбалась. А я вёлся на её улыбку как пятиклассник и, как ни странно, был этому рад. Парадокс.
   У неё зазвонил телефон. Она передала его мне. Олег.
   - Да.
   - Кто в окружении Павла люди Бахты?
   Я посмотрел на Сашу. Она кивнула.
   - Андрей.
   - Кто твои?
   - Миша, которого сегодня...
   - С ума сойти!
   Я стал называть всех. За пять минут я выложил ему всё.
   - Всё будет хорошо. Привези Сашу, и опоздайте минут на десять.
   - Олег?
   - Всё будет хорошо. Только скажи Паше правду.
  
   Олег.
  
   Я пришёл за 10 минут. Как я и предполагал, Павел уже сидел в машине. Он не заходил в помещение. Видимо приехал заранее и ждал Сашу.
   Я подошёл и постучал к нему в стекло. Он покосился на меня. Узнал. Сказать, что на лице отразилось удивление - это не сказать ничего.
   Показал жестом "садись в машину". Я покачал головой, показал ему на его машину и уши. Он вылупился на меня ещё больше, повёл шеей, словно его что-то душило, и вышел.
   - У тебя жучок в машине.
   - Откуда ты знаешь?
   - Пошли в тепло - поговорим.
   - Я вообще-то занят.
   - Саша приедет через двадцать минут с Максом.
   Павел стоял не шевелясь.
   - Ты что, боишься, что тебя убьют в центре города? Не на того гонишь. Пошли, поговорим.
   Он всё-таки пошёл за мной. Мы заняли столик в нише.
   - Здесь заказано.
   - Нами заказано.
   - Извините, сейчас я принесу вам меню.
   - Мы ждём ещё двоих. Потом будет заказ.
   Официантка удалилась. Павел молча ждал.
   За пять минут я разложил ему всю ситуацию. И про Графа, и про то, что привело Макса к убийству Графа. Я рассказал ему, что Тимура убили по ставке Бахты, а не Макса. Что Павел - пешка в чужой игре, и скоро за милую душу пойдёт под откос. А нас вообще ставят шестёрками, и, по логичной причине, нам это не нравится. Кому же это понравится?
   - Я не верю.
   - Какой смысл мне тебя обманывать. Я жить хочу.
   - Ты вечно мухлюешь.
   - Когда?
   Павел долго думал и не нашёл, что ответить.
   - Сегодня с Мишей. Где он?
   - Это человек Макса, и Макс же его и убил. У него не было выбора.
   - Что же вы делаете, гады?
   - Если бы Макс не убил его, то пустили бы под откос самого Макса. А не стань его - там же оказалась сначала Катя, а следом и я, и ты.
   Павел тихо выругался. В полутёмный зал завалились занесённые снегом Саша с Максом. У меня внутри что-то ёкнуло. Где-то сейчас Катя?
   Макс помог Саше раздеться. Вешалка в углу за нашим столом стала похожа на огородное чучело.
   - Макс, это - правда?
   - Что?
   - То, что Михаил...
   - Да.
   Макс сел рядом с Павлом, а я увёл Сашу выбирать вина.
   - У них здесь обалденная кухня, пойдём я тебе покажу изнанку.
   - Не надо.
   - Чшшшшш! Надо!
   Я сунул денежку знакомцу, и повёл Сашу в таинство грузинской кухни.
   - Я не знаю, как это называется. Но я это хочу! - у меня в животе заурчало от запахов.
   - Мне начинает нравиться твой цвет лица!
   - Больной идёт на поправку?
   - Не-е, ты ещё совсем больной!
   - Только не надо меня лечить!
   - Надо, Олег, надо!
   Мы спросили, как называется, но не смогли выговорить. Попросили приготовить для нашего столика
   Когда мы вернулись в зал, Павел с Максом уже давали заказ.
   - И присоедините то, что заказано на кухне...
   Официант молча согласился.
   - И подавать можно всё сразу. Нам некогда!
   Официант, не оглядываясь, поднял руку в знак того, что услышал.
   - И что вы предлагаете?- Паша начинал СЛЫШАТЬ. Это уже хорошо.
   - Макс, кавалер хренов, иди потанцуй с Сашей!
   Макс, зло покосившись на меня, всё-таки отвёл Сашу в сторону.
   - И что ты предлагаешь?
   - Ты вряд ли согласишься, но идея есть.
   Как не удивительно, Паша против не был.
   Спустя час нам принесли счёт. Играть не пришлось: я слегка офигел от указанной в нём суммы. Но я всё-таки вытащил бумажник и стал считать то, что в нём было. То, что не хватит - это я уже и так знал. Но меня интересовало - на сколько хватит, и я считал всё, даже мелкие рубли.
   - Ты что делаешь? - Саша вытаращилась и замерла.
   - Чшшшшш! Бабки считаю! - прошептал я, но вышло наверно слишком много. Так как Паша захохотал в голос и вытащил из-под пачки отсчитанной мной мелочёвки счёт.
   - Расслабься, в честь такого расклада я сейчас притащу. У меня в машине заначка есть.
   Охранник дёрнулся к выходящему Павлу.
   - Счёт оплатите!
   - Что я и пытаюсь сделать! Я куртку оставляю и мобилу тебе не хранение, - Павел всучил ему трубу, - у меня бабки в машине, в бардачке. Сейчас приду. Полминуты!
   Павел вышел, оставив растерянного охранника в дверях.
   - Неудобно как-то, - прошептала Саша.
   - Ничего страшного! Пусть платит! В его интересах контора...
   Что делает в его интересах контора - от Макса мы так и не услышали, так как на улице произошло нечто, в результате чего одновременно вылетели почти все стёкла в зале. Саша мгновенно прильнула к полу, Макс, оттолкнув охранника, ринулся к дверям наперерез мне.
   Там, где ещё минуту назад стояла Пашина машина, полыхали ярким пламенем её остатки. Взрывом вынесло почти все стёкла.
   Макс со звериным оскалом повернулся ко мне:
   - Чтобы достать деньги из бардачка, надо было в нёё сесть. Твоих рук дело?
   Я зло помотал головой:
   - Не моих. Твоих. Звони Бахте, что Павла убил. Или ты будешь следующий. Или я.
   - Вот падла! Всё-таки платить мне придётся.
   Даже сейчас он всё равно думал про деньги.
   Макс быстро набрал номер...
   - Здесь такое дело... Найти то, что осталось от Павла, не представляется возможным. Ему кто-то всё сдал, так что пришлось его убрать...
   Через пару минут здесь будет немало ментов. Пора сваливать.
   В кафе-ресторане охранник, раненный осколками стекла, машинально отдал Максу Пашину мобилу в обмен за пачку денег.
   Персонал был больше занят теми, кто сидел около окон - им немного досталось, но никто сильно не пострадал. На уходящих самостоятельно, ни на что не жалующихся и не претендующих, никто внимания не обратил.
   Мы быстро свернулись, и Макс повёз совершенно расстроенную Сашу домой. Ей мы пока не могли сказать ничего. Так что ей оставалось пользоваться лапшой кустарного приготовления, в которую она не очень-то верила, и потому ещё больше расстраивалась.
   А я поехал по указанному Максом адресу. Через квартал подобрал Пашу, незамедлительно не преминувшего устроиться и прилечь на заднем сиденье и закутаться в старое покрывало.
   - Замёрз?
   - А как ты думаешь? Тачку жалко! Безумно!
   - Мы тебе новую купим. Главное, чтобы было - кому покупать. Звони давай! - я кинул ему назад свою мобилу, - В настройках там найди, номер спрячь, чтобы не определялся.
   - Сейчас. Где оно здесь у тебя? А вот, нашёл. Как жаль тачку!
   - Кому звоним первому? И куда мы едем-то?
   - О, дай-ка мне трубу! - я набрал Сашке.
   - Да?
   Как пионер.
   - Это я. Выходи на проспект. Мы тебя там заберём.
   - Это куда в такое время суток?
   Не-е, не пионер.
   - Сначала по делу, а потом - к девочкам. Ты не против?
   - Не против. Через десять минут я там буду.
   - Вот и хорошо.
   Через десять минут там был не только он.
  
  
   Продолжение следует


РЕКЛАМА: популярное на LitNet.com  
  А.Дождикова "Хозяйка Лунного поместья" (Любовное фэнтези) | | Е.Флат "Невеста на одну ночь" (Любовное фэнтези) | | М.Комарова "Тень ворона над белым сейдом" (Боевая фантастика) | | Е.Сволота "Механическое Диво" (Киберпанк) | | В.Старский ""Темный Мир" Трансформация 2" (Боевая фантастика) | | В.Кривонос "Магнитное цунами" (Научная фантастика) | | С.Волкова "Неласковый отбор для Золушки - 2. Печать демонов" (Любовное фэнтези) | | Эль`Рау "И точка" (Киберпанк) | | Е.Боровикова "Подобие жизни" (Киберпанк) | | П.Працкевич "Код мира - От вора до Бога (книга первая)" (Научная фантастика) | |
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "То,что делает меня" И.Шевченко "Осторожно,женское фэнтези!" С.Лысак "Характерник" Д.Смекалин "Лишний на Земле лишних" С.Давыдов "Один из Рода" В.Неклюдов "Дорогами миров" С.Бакшеев "Формула убийства" Т.Сотер "Птица в клетке" Б.Кригер "В бездне"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"