Кулаков Алексей Иванович: другие произведения.

прода Наследника

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:


Оценка: 6.67*763  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Половина 4 главы

  
  
   Глава 4
  
  
  
  Укрытый бездонной чашей небес, обильно изукрашенных огнями звезд,под присмотром полноликой и яркой красавицы-луны, спокойно и мирно дремал в сладкой ночной неге славный город Вильно. И делал бы это и дальше, ведь до утра еще было несколько часов, и можно было бы досмотреть предутренние, самые сладкие и яркие сны - да вот только в Большом дворце, возвышающимся над городом, вдруг началась непонятная суета. Зачин ей положила пятерка всадников, возглавляемая ретивым гонцом-сеунчем в алой шапке: разбрызгивая шипастыми подковами своих жеребцов рыхловатый снег, они уверенно пролетели по тихим улицам стольного града, оставляя за собой многоголосый лай цепных кобелей и перекличку сторожей. Только-только двуногая и четвероногая стража успокоились, как в сонный город пожаловала ертаульная сотня Черной тысячи - слыша которую, вновь зашумели псы, тревожа сердца и смущая умы просыпающихся тут и там хозяев. Ну а когда по улицам потекла река линейных сотен дворцовой стражи, тут уж переполох пошел шириться по всему городу - включая и Большой дворец Великих князей Литовских. Нет, понятно, что дворня в нем сильно загодя готовилась к возвращению хозяина, старательно намывая и натирая воском полы, выбивая-выхлопывая пыль из ковров и гобеленов, жарко протапливая жилые покои, натирая развешенное по стенам оружие и щиты... Такое усердие бы было достаточным, если бы не знание того, что с повелителем прибудет и его сестра: и если царевна Евдокия была хотя бы вполовину придирчива как покойная королева Бона Ягеллон... Самые пожилые из прислужников, прекрасно помнящие жестокий нрав вздорной итальянки, в открытую шептали молитвы, чтобы Бог охранил и уберег их от этакой напасти! После чего с удвоенной силой гоняли молодых служителей, и чем ближе был миг появления господ, тем больше обнаруживалось всяких недоделок и неустроенностей - отчего великокняжеская резиденция все больше напоминала этакий курятник во время пожара, в который вдобавок еще и лиса забралась. К тому же, характерный шум и огни со стороны Большого дворца отозвался своеобразным эхом в городских усадьбах знатнейших и именитейших мужей Литвы, уже истомившихся в ожидании возвращения Великого князя. Так что теперь все эти ожидальщики торопливо подскакивали с нагретых постелей, на ходу плескали едва теплой водой в свои изрядно помятые со сна благородные лик, и хрипло рычали на зевающих слуг, чтобы те скорее тащили праздничные одеяния. Ведь радость-то какая! Наконец-то в Вильно вернулся любимый, а некоторыми так даже и обожаемый государь Димитрий Иоаннович!!! В отсутствие которого низовая шляхта совсем распоясалась и начала как-то уж слишком нехорошо поглядывать на богатую магнетерию и природную знать Великого княжества Литовского. Да что там! Иные нищеброды, у которых всего имущества за душой - лишь герб да сабля на поясе потертых штанов, уже чуть ли не в открытую голосили, что это именно ясновельможное панство поднесло отраву благословенному самим Господом правителю! Даже и конкретные фамилии уже звучали, причем наибольшей "популярностью" отчего-то пользовались Радзивиллы, Вишневецкие и Сапеги... И ведь многие скорбные головой шляхтичи верили этим гнусным наветам! Сомневаясь лишь в том, кому именно продались большие чины Пан-рады: большинство думало на круля Юхана Второго, а меньшинство почему-то нехорошо поглядывало на католического епископа Протасевича. Ведь всем известно с давних пор, что яд излюбленное оружие именно католического клира - а те же Сапаги, например, совсем недавно всем семейством перешли в католичество, и им бы полезно продемонстрировать верность Ватикану...
  Третьей, и пожалуй, самой малочисленной группой среди беспокойной низовой шляхты были сторонники версии, в которой основным виновником был Гохард Кеттлер - последний ландмейстер недавно канувшего в небытие Тевтонского ордена. Многим в Литве было доподлинно известно, что сей самозванный герцог бывшей Курляндии и Семигалии был весьма милостиво принят и обласкан при польском королевском дворе. Опять же, судя по внезапно запылавшему в Ливонии мятежу вечно-нищих ливонских баронов, круль Юхан весьма щедро отсыпал талеров бывшему магистру Ордена. Были у Кеттлера и иные доброжелатели, нанявшие для него сразу три роты германских ландскнехтов и организовавшие небольшой приток добровольцев из коронных земель самой Польши и курфюршества Бранденбургского...
  - Эй, кто там! Факелов поболее, и ковры обмахните... Натоптали уже, ироды!
  Во внутреннем дворе каменной громады у подножия Замковой горы внезапно стало очень многолюдно - вот только все эти новые люди как один позвякивали чернеными бахтерцами и оружной сталью, с подозрением взглядываясь в собравшиеся тут и там густые тени. Впрочем, ныне и с оружием, и с подозрениями в Вильно никакого недостатка не испытывали: в воздухе раннего марта понемногу начинало пахнуть войной, чадным дымом пожарищ, и большой кровью. Правда, безземельной шляхте и панцырным болярам еще было не вполне ясно, кого именно они будут резать, жечь и грабить - но что это будет обязательно, сомнений не было ни у кого. К тому же и поляки обнаглели чрезмерно, и степняков неплохо было бы приструнить, и в Ливонии навести порядок - а желанную определенность в этот важный и поистине животрепещущий вопрос должен был внести именно Великий князь Димитрий Иоаннович. И как государь Литвы, уже успевший завоевать сердца немалой части своих подданных; и как старший сын Царя Московского, способного при желании быстро собрать и отправить под руку любимого сына-наследника войско в пятнадцать-двадцать тысяч добротно снаряженной дворянской конницы. В которой у каждого второго ныне был отличный доспех - настолько хороший, что в нем можно было смело вставать в первую линию! А у каждого четвертого московита, вдобавок к привычным луку, сабле и копью, в седельных саадаках теперь лежали и "длинные" рейтарские пистоли. Или даже короткий мушкет - крупная дробь которого косила накоротке врагов ничуть не хуже пушечной картечи. Опять же, у правителя Русии ныне под рукой была почти целая тысяча тяжелых рейтар, и еще один рейтарский полк как раз спешно набирали и натаскивали на правильный бой опытные испанские наемники. Да и пушек было преизрядно... Знатные "гирьки" на весы любой войны, весьма утяжеляющие голос своего владельца, и придающие оному особую убедительность! Мало того: вслед за первой ратью через месячишко-другой царь мог отправить еще одно войско, только уже в тридцать-сорок тысяч клинков, зажатых в дланях опытных и жадных до воинской добычи помещиков. И все это, не ослабляя порубежных полков на границе со степью и Крымом!.. А ведь еще были союзные ногаи из Большой орды, казанские и касимовские татары, черкесские уорки: - всегда голодные, всегда готовые хорошенько пограбить в составе сильного войска... Не-ет, от нынешнего московита так просто сабелькой не отмашешься и стрелой не отгонишь! Посему, все очень-очень ждали законнного государя Димитрия Иоанновича, за спиной которого отчетливо виднелась тень его грозного отца - и желанной всеми определенности, без которой никто не рисковал даже и привычными шляхетскими сварами и соседскими междусобойными набегами развлекаться. А ну как посчитают, что ты этим поддерживаешь бунт ливонских баронов-недоумков?
  - Едут! Е-е-еду-ут!!!
  Глупого молодого истопника, вылезшего поглазеть и вздумавшего заголосить об этом едва ли не на все Вильно, тут же заткнули небрежной зуботычиной. Потому как и без всяких сопливых всем уже были вполне видны пять непривычно-больших возков в окружении постельничей стражи. Хотя, что взять с дурного холопа? В ногах не путается, и то ладно...
  - Тп-рру!!!
  К парадному крыльцу подъехал не первый, и даже не второй из возков, а сразу третий: подскочивший Михаил Салтыков аккуратно распахнул дверцу, оббитую изнутри белой кошмой, и почтительно поклонился. Его движение тут же отзеркалила и старшая челядь Большого дворца, приветствуя ступившего на расстеленные ковры своего господина и повелителя. Тот же, глубоко вздохнув и потянувшись, подал руку красивой юной деве, помогая той покинуть теплое нутро дорожного домика на салазках. За первой девицей на свежий воздух еще одна, блеснувшая в зыбком свете факелов колдовской зеленью глаз: и совсем уж неожиданным было появление крупного гепарда в изукрашеном златом-серебром ошейнике. Пока зеленоглазка передавала Великому князю светлый посох, большая кошка вдумчиво принюхалась и брезгливо потрогала лапой ноздреватый снег за пределами ковровой дорожки. Затем, недовольно дернув хвостом, перетекла поближе к хозяйке и потерлась скулой о ее бедро - заодно подставляя лобастую голову под возможную ласку. Погладив хитрюгу, синеглазая путешественница поправила шитую разноцветным бисером рукавичку и зябко повела плечиками:
  - О-ох, Митя, ну наконец-то добрали-ись...
  Украдкой зевнув, Евдокия Иоанновна открыто потянулась - прямо как ее любимица Пятнышко. После чего, шагая вслед за братом и время от времени шикая на отстающую кошку, с любопытством стала разглядывать его литовское жилище, невольно сравнивая оное с родным Теремным дворцом. Тем временем их свита тоже понемногу покидала возки, подтягиваясь из чуть посеревшей и посветлевшей предутренней темноты к освещенному крыльцу: и если мужская часть сразу направлялась внутрь уже знакомого им дворца, то девицы-красавицы из свиты царевны сначала неуверенно осматривались и кучковались вокруг боярыни Челядниной. И только после того, как сия вдовствующая "наседка" всех их осмотрела и пересчитала, они медленно проследовали за ожидающей их личной государевой челядинкой Леонилой и сразу тремя местными служками. Которые негромко и почтительно извещали новоприбывших о приуготовленных для них натопленных покоях, где уже стояли дубовые лохани с горячей водой для "быстрого" омовения, и о суетящихся на поварне стряпухах, готовящих первый ранний завтрак. Боярыня благосклонно кивала, зорко следя за подопечными - которые, в свою очередь, активно шептались и крутили головами по сторонам - а на покинутом ими крыльце уже суетилась дворня, скатывая дорогие персидские ковры, пока постельничие уводили санный поезд в направлении великокняжеских конюшен... Впрочем, пустым внутрений двор Большого дворца пробыл недолго: стоило только небу посветлеть, как один за другим по хрусткому снегу стали подкатывать возки членов Комиссии, которую Димитрий Иоаннович создал для расследования попытки своего отравления. Первым явился великий гетман литовский Григорий Ходкевич, почти сразу же за ним на ступени крыльца ступил и великий канцлер литовский Николай Радзивилл. Пешком, как и полагается смиренному христианину, пришел явно чем-то недовольный (если не сказать печальный) епископ виленский Протасевич. В отличие от церковного иерарха, великий подскарбий литовский Остафий Волович наборот, был весел и улыбчив - что для главного казначея Литвы было, вообще-то, нехарактерно. Ну и самым последним (хотя должно было бы быть с точностью до наоборот) проскакал по ступеням сильно спешащий великокняжеский секретарь князь Константин Острожский, позволивший себе внутри дворца перейти на откровенную рысь. Кто знает, в каком настроении вернулся правитель Литвы?
  - Долгие лета, государь!..
  - Благодарю, и желаю того же.
  Холодный тон Великого князя не вполне соответствовал смыслу его слов, зато внятно предупреждал любые вопросы подданных, могущие возникнуть при виде узкой повязки на его глазах. Свою лепту в установление теплой атмосферы в великокняжеском кабинете внес и хозяйский кафтан из траурно-черного шелка - отчего-то порождавший у присутствующих мысли о вполне возможной холодной темнице, раскаленном железе в руках опытного ката и тому подобных нехороших вещах.
  - Как видите, случившееся некоторое время назад не осталось без последствий. Впрочем, если будет на то воля Божия, зрение вернется ко мне спустя год или два...
  Склонив голову, Димитрий Иоаннович словно бы поглядел в сторону своего секретаря, аккуратно подливающего свежих орешковых чернил в серебряную емкость на своем стольце.
  - Ныне же, я желаю услышать о результатах пристрастного расследования, что я повелел вам учинить... И в первую голову о том, почему не сохранили тайну о случившемся!
  Члены Пан-Рады коротко переглянулись, решая, кто из них возьмет на себя роль громоотвода великокняжеского гнева. По старшинству чинов и влиянию должен был великий канцлер Радзивилл, но оный ныне был несколько стеснителен и зримо печален. Так что пришлось возвысить голос Ходкевичу:
  - Государь, от меня на сторону ничего и никому не ушло - готов о том и клятву принести! Как только ты отъехал в начале зимы, так по Вильно и пошли слушки о... Кхм-кхм, подлом злоумышлении.
  Подтверждающе качнув лысеющей головой, и с растущим изумлением увидев, что лицо правителя тут же повернулось точно в его сторону, пожилой казначей поспешил дополнить ответ главного воеводы:
  - Проговорился кто-то из дворцовой охраны, государь, но кто именно, вызнать так и не удалось. Наверное, видели, как твои постельничие стражи схватили отравителя - и уже сами додумали остальное. Или слуги не удержали языки за зубами... Сейчас уже и не узнать, кто первым отворил уста, государь.
  - Плохо.
  Скребнув по полированной поверхности стола пальцами, затянутыми в тонкие замшевые перчатки, Димитрий помолчал, нагнетая напряжение. И лишь затем милостиво разрешил именитым вельможам разместить свои зады на гостевых стульях.
  - Надеюсь, в установлении истинных виновников покушения вы были более удачливы?
  Радзивил все так же скорбно молчал, епископ Протасевич его в этом всемерно поддерживал - зато Волович и Ходкевич прямо светились от удовольствия, время от времени поглядывая на князя Острожского. У которого на стольце как раз и лежали результаты усердного труда всех членов сыскной Комиссии: однако сам Константин всеми силами демонстрировал присутствующим, что он всего лишь великокняжеский секретарь. И вновь незрячий хозяин кабинета каким-то образом заметил взгляды своих вельмож на пухлую укладку из толстой темно-коричневой кожи с тиснением, набитую исписанной бумагой:
  - С допросными листами и всем прочим я ознакомлюсь позже. Пока же - своими словами самое главное. Отравитель выдал того, кто его сподвиг на злодеяние?
  - О да, государь! Поначалу мерзавец отмалчивался, но же его разговорили: яд ему передал аббат Полоцкого монастыря бернардинцев, а главный зачинщик и вдохновитель...
  Скорбно вздохнув, казначей как бы нехотя озвучил имя главного отравителя - оказавшегося троюродным племянником великого канцлера литовского, Юрием Радзивиллом. Пока Великий князь молчал, дядя изменника успел сильно побуреть лицом и посинеть губами от волнения - однако Димитрий не стал его терзать, а лишь негромко уточнил у Воловича:
  - Что показал полоцкий аббат?
  - Его кто-то предупредил, государь, и он смог скрыться от посланных по его душу маршалков.
  Повернув лицо к страрающемся быть невозмутимым епископу Протасевичу, молодой правитель укоризненно обронил:
  - Плохо. Для тебя плохо, Валериан - ты же это понимаешь?
  Страдальчески изогнув брови, иерарх перекрестился и слегка поклонился царственному слепцу - хотя насчет этой его немощи у всех уже были довольно сильные сомнения.
  - В каждом стаде есть паршивая овца, государь мои Димитрий Иоаннович. Я приложу все свои скромные силы к тому, чтобы его непременно сыскать и склонить к искреннему покаянию.
  - Что же, времени тебе на это благое дело до начала лета. Но коли не сыщешь, пеняй на себя - опалюсь на весь монастырь разом. Что же касается Юрия Радзивилла... Где твой родич, Николай? Почему не желает сам развеять возможные наветы?
  Канцлер литовский явно через силу выдавил из себя нерадостную весть:
  - Он тайно от всех сбежал в Краков, и принял там католичество и монашеские обеты. Прости, государь...
  Промолчав, хозяин дворца задумчиво постукал пальцами по столешне.
  - Действительно: в каждом стаде бывает... Гм. И все же я даю ему возможность одуматься и покаяться, явившись в Вильно на мой суд до наступления лета. До той поры все его имения и имущество будут управляться дьяками великокняжеской казны, и Николай - если беглец пришлет тебе какое послание, не таи его от меня.
  Старший Радзивилл оживал прямо на глазах, поняв, что возможная опала только что его миновала.
  - И не помышлял о ином, государь!
  Небрежно положив десницу на пухлую стопку желтоватых бумажных листов и явно не раз скобленого и исписанного пергамента, что лежала на его столе, Димитрий Иоаннович повернул лик в сторону великого гетмана Ходкевича и недовольно поинтересовался:
  - Мне понятно теперь, отчего в донесениях постоянно треплют имя Радзивиллов. Нет тайны и в упоминании Сапег: богаты, врагов нажили немало, да и как неофиты под подозрением - всем известно, как часто новообращенные в католичество проявляли дурное рвение... Но Вишневецкие? Каким образом они попали на языки шляхты? Или мой юный чашник тоже замечен в какой-то крамоле?
  - Э-э?.. Нет, государь, ни он сам, ни его достойный отец ни в чем таком... Тут скорее отличились дядья юного княжича.
  - Да? И что с ними не так?
  Раскатисто кашлянув, на помощь временному союзнику пришел подскарбий Волович, с нескрываемым злорадством пояснивший:
  - Канцлер поставил их надзирать за возведением новых крепостиц на границе с Диким полем, а они в том деле изрядно проворовались. К слову, и лопаты с пилами из тульского уклада они тоже большей частью покрали и продали иноземным негоциантам.
  - Вот как?.. Это же та ветвь семьи, что владеет Вишневцами?
  - То так, государь.
  Как-то неопределенно поведя плечами, молодой правитель неожиданно мягким голосом обратился к великому канцлеру литовскому, отчего-то вновь успевшему налиться дурным багрянцем пополам с синевой:
  - Николай, доведи до корыстолюбивых князей, что у них месяц, чтобы внести в казну все уворованное - и еще два раза по столько же сверху. Иначе я заберу у них в казну родовое имение.
  Побурев еще больше по вине проворовавшихся соратников, Радзивилл послушно подтвердил:
  - Исполню, государь.
  Убрав правую руку с доносов... То есть донесений, Дмитрий так же напоказ положил уже левую на еще одну стопочку грамоток. Верней сказать, писем, автор которых, узнав свои послания, тут же оживился и даже как-то нетерпеливо ерзанул на своем стуле. Воевать главный военачальник Литвы умел и любил...
  - Теперь о иных делах. Вы главные чины Пан-Рады; те, чей голос имеет решающий вес в любом обсуждении и расправе дел государственных. Поэтому ответствуйте мне: является ли мятеж ливонских баронов и иных начальных людишек подлой изменой и нарушением клятвы верности своему государю?
  Не сговариваясь, все присутствующие тут же утвердительно кивнули, а епископ виленский еще и усугубил обвинения:
  - Семь казней египетских на их головы! Виновны не только перед тобой, государь мой Димитрий Иоаннович, но и перед Господом нашим Иисусом Христом, ибо клялись на кресте, и его именем!!!
  Благосклонно кивнув правильно понимающему текущий политический момент Протасию, правитель заметил:
  - Казней не обещаю, но места в каменоломнях хватит всем... Григорий, как идут приготовления к походу на мятежников?
  Для приличия размашисто перекрестившись, великий гетман литовский Ходкевич с довольной улыбкой признался:
  - Грех жаловаться, государь: хорошо! Шляхта застоялась, а тут такой повод!.. К новой траве закончим готовить обозы, и, если будет на то твоя воля, выступим.
  - Первая хорошая весть за сегодня... Ах да! Во исполнение союзного договора, отец мой, Великий государь всея Русии, шлет в помощь полк рейтар и две тысячи кованой рати. А так же дюжину малых осадных жерл с опытными пушкарями: на баронские крепостицы и того много будет. Ты, Григорий, будешь наковальней, а московские полки под твоим командованием - молотом...
  Великий гетман на это лишь довольно кивал, предвкушая: с такой силищей он всех мятежных барончиков словно тесто раскатает!
  - Николай: я желаю держать совет с шляхтой, посему готовь Вальный сейм на первый месяц лета. Заодно обсудим судьбу освободившихся поместий и владений в Ливонии...
  Великий канцлер по примеру Ходкевича уверено склонил голову.
  - На сегодня все, ступайте.
  Когда пятерка мужчин поднялась и направилась на выход, голос Великого княза остановил Николая Радзивилла, повелев тому задержаться ради отчета о последних вестях их королевства Польского. Створки двери мягко закрылись, канцлер сел обратно на свой стул...
  - Николай, как ты мог так оплошать?!?
  Вздохнув, возможный тесть правителя Литвы хриплым голосом ответил:
  - Если бы только мог, Димитрий Иоаннович, сам бы удавил гаденыша. Своими собственными руками!
  Откинувшись на высокую спинку своего стула, младший соправитель царства Русского досадливо подтвердил:
  - Лучше бы и в самом деле загодя придушил. Перед самым отъездом из Москвы я говорил с батюшкой о брачных делах, и он с большим интересом выслушал мои мысли насчет одной девицы из очень знатной семьи...
  Сглотнув и непроизвольно облизав моментально пересохшие губы, Радзивилл уточнил:
  - София-Агнешка? Или Анна-Магдалина?
  Размеренно стрягивая перчатку с пальцев левой руки, возможный жених небрежно отмахнулся:
  - Отцу все равно, ему нужны внуки, и поскорее. Хм, и побольше!
  - Значит, он согласен?!!
  - Батюшка БЫЛ согласен. Теперь все осложнилось...
  Если бы не правила приличия и мужская гордость, Николай Радзивилл мог бы и застонать в полный голос. Чертов Юрий, чтоб ему в аду котел погорячее попался!!! Меж тем, стянув одну перчатку, хозяин кабинета принялся за вторую - и канцлер не мог не отметить, что кожа на его руках вполне оправилась от яда и уже чиста и бела.
  - Вот что, Николай. Нам теперь нужен подвиг.
  - Эм...
  - Батюшка не раз мне говорил, что нам очень нужен мир и спокойствие со стороны Польши. Как только закончишь рассылать гонцов по сеймикам о грядущем Вальном сейме, собирай посольство и отправляйся к брату моему Юхану, крулю Польскому. Не знаю как, но добудь нам этот мир. Хотя бы на три года, уже и это будет хорошо. Пять - совсем хорошо, а десять вообще прекрасно! С собой возьми всех трех князей Вишневецких и главу рода Сапег: надо убрать их с глаз шляхты, а то... Как бы дурного не свершилось.
  Говоря, Дмитрий вытянул из небольшого кармашка своего камзола невзрачный перстенек, в оправе которого тускло поблескивал дешевый аквамарин - и, повертев его в пальцах, положил перед собой на стол.
  - Пока совершаете посольство, самые буйные отправятся в Ливонию вместе с Ходкевичем, и всем станет не до вас. Николай?
  С великим канцлером после появления перстенька стало происходить что-то непонятное: он сначала замер, а потом обмяк и расслабился, словно начал слышать что-то очень хорошее и даже приятное для себя. Вот только глаза как-то странно остекленели...
  - Да-а...
  Меж тем голос правителя стал еще тише, но при том обрел невероятную властность и глубину:
  - Вот твое время и пришло, Николай. Когда доберешься до Польши, ты знаешь, что делать, и что обещать королю Юхану Вазе. Ведь правда?
  Утвердительно кивнув, Радзивилл счастливо и чуточку глупо улыбнулся, поднимая лицо к подходящему к нему ближе Великому князю. Медленно проведя ладонью над головой "тестюшки", седовласый "жених" замер в недвижимости на несколько долгих минут - и лишь его пальцы временами едва заметно шевелились, словно играя на невидимых струнах чужой души. Затем он вернулся обратно на свой стул, мимоходом смахнув оказавшийся очень важным перстенек с поверхности стола и откинулся на резную спинку с тихом ожидании. Недолгом:
  - Хлоп!
  Дмитрий едва успел убрать ладони друг от друга перед тем, как Николай Радзивилл по прозвищу Черный несколько раз сморгнул и пришел в себя:
  - Э-эм, прости, государь, я упустил нить твоих рассуждений?
  - Да какие рассуждения, Николай, я просто пожелал тебе удачи.
  Вздев себя на ноги, фактический глава Пан-Рады прижал руку к груди напротив сердца и признательно поклонился. Так, едва-едва, но с большим и глубоким чувством - после чего отправился радовать дочек тем, что ничего еще не потеряно, и у одной из них есть все шансы примерить венец Великой княгини! Что же касается будущего "зятя", то он после ухода канцлера тоже покинул свой кабинет, скорым шагом добрался до Опочивальни с ее большой и удобной кроватью, на которую и завалился, яко подрубленное у корня дерево. - У-фф... Лети, голубь мира, лети. Главное, не обгадься там раньше
Оценка: 6.67*763  Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"