Кунин Алексей: другие произведения.

Борфимо (главы 1-6)

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Творчество как воздух: VK, Telegram
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Москву сотрясает череда убийств молодых девушек. Неведомый убийца прозван падкой на сенсации прессой "шереметевским каннибалом". Волею обстоятельств, Матвей Градский, в прошлом - следователь, в настоящем - частный детектив, берётся за поиски маньяка...


   Главы 1 - 6. Будут добавляться путем обновления текста в целом. Буду благодарен за мнения, замечание и т.п.
  

Пролог

   "...Мистер Уэбер объявил нас мужем и женой и Эдвард бережно, как бутон благоухающего у нас над головами цветка, взял в ладони моё лицо. Я смотрела на него сквозь застилающую глаза пелену, пытаясь осознать невероятное - этот удивительный человек теперь мой. У него по щекам, казалось, тоже вот-вот покатятся слезы, но я знала, что это невозможно. Эдвард склонил голову и я, приподнявшись на цыпочках, не выпуская букета из рук, обвила его за шею.
   Поцелуй Эдварда был полон любви и нежности. Я забыла о толпе гостей, о том, где мы и зачем мы здесь. Всё, что я помнила -- он любит меня, я нужна ему, я принадлежу ему..."
   - Градская!
   Ева, вздрогнув, вынырнула из книги и невидящими глазами уставилась перед собой, судорожно соображая, где она и что происходит.
   - Повтори, что я только что сказала.
   На нее, сквозь толстые линзы очков, сурово взирала доцент Пузикова по прозвищу Сомиха. Её глаза, увеличенные линзами, почти без ресниц, и впрямь казались холодными и склизкими, как у рыб, а над верхней губой виднелись чуть пробивающиеся усики.
   - Ну-с, мы ждем, - повторила она.
   "Универ, Сомиха, лекция, социология", - пронеслись вихрем мысли в голове, окончательно перенося Еву в скучную реальность.
   - Социальное пространство, - раздался свистящий шёпот у нее за спиной, кажется, Романовского.
   - Вы рассказывали о социальном пространстве, - ретранслировала она подсказку.
   - И что же это за зверь такой? - осведомилась Пузикова, подкрадываясь всё ближе к её ряду, так, что можно было разглядеть высовывающуюся из-под учебника книгу.
   Ева, вскочив, молча смотрела на преподавателя, не в силах извлечь из сумбура, царящего сейчас в голове, необходимую формулировку, и чувствовала, как горячая волна румянцем заливает щёки. Ведь знала же, как на нее может подействовать магия текста, сто раз зарекалась читать на лекциях, но уж слишком силён был соблазн...
   - Так-так, - Пузикова, тем временем, подобралась совсем близко к парте и вытащила книгу из-под учебника. - Что тут у нас? - Сдается, совсем не Аверьянов. И не Зомбарт. Стефани Майер, - прочитала, прищурившись, обложку. - "Рассвет". Неужели рассвет Европы? - усмехнулась она, перелистывая страницы.
   - Да это же "Сумерки", - не выдержал сидевший двумя рядами выше Громов, источник большинства розыгрышей и различных пакостей на потоке. - Классику знать надо, Валерия Сергеевна.
   По аудитории пронеслась цепная реакция смешков.
   - Предположу, что речь далеко не о "Сумерках богов", - сухо сказала Пузикова, закрывая книгу и кладя обратно на стол. - В наше время среди классики в подобном жанре "Дракула" числился. На худой конец - "Упырь" или "Страшная месть".
   Она усмехнулась в ответ на явное удивление Евы, не ждавшей от неё подобной осведомленности о творчестве обожаемой Стефани.
   - Но всё же это - непорядок, студентка Градская, - постучала Пузикова согнутым пальцем по книге. - Не ожидала я от вас подобного...Ева. - Развернувшись, она начала спускаться обратно к кафедре.
   - Социальное пространство - многомерное пространство социальных процессов, отношений, позиций и полей, функционально взимосвязанных между собой, - неожиданно для себя выдала Ева в спину преподавателя.
   Та, казалось, не услышав ее внезапного прозрения, дошла до кафедры, развернулась к аудитории и, обведя взглядом зал, сказала:
   - Продолжим. А вы садитесь, Градская.

***

   - Да, мам. Не волнуйся, я уже иду. Просто в библиотеке задержалась. Сессия скоро - много читать надо.
   - Повезло тебе, что отец на рыбалке. Знаешь же, как он реагирует, когда позже десяти приходишь.
   - Мам, ну когда ты ему объяснишь, что его комендантский час был актуален в школе, а я уже не девочка. В конце концов, мне через два месяца восемнадцать уже.
   - Вот будешь жить отдельно, тогда и приходи во сколько хочешь. Всё, не трать время, жду тебя дома.
   Ева пару секунд посмотрела на экран, вздохнула, спрятала смартфон в сумочку и огляделась. Задержалась она и впрямь в библиотеке, только вот вместо социологии читала "Исследования о вампирах Нью-Йорка", на которую случайно наткнулась в одном из каталогов. Как и на лекции, она с головой погрузилась в причудливый мир грёз, рожденных текстом и собственным воображением, из которого её извлёк лишь Сухарь: так студенты прозвали библиографа, надзирающего за читальным залом для младших курсов.
   Укоризненно качая головой, он постучал по циферблату наручных часов, на которых большая стрелка подходила к девятке:
   - Ценю ваше стремление к знаниям, Градская, однако пора и честь знать.
   Сказано было с явным саркастическим оттенком, давая понять, что он обратил внимание, что именно читает Ева. Впрочем, та уже научилась не обращать внимания на грусть, таящуюся в глазах Сухаря, когда вместо учебника или монографии по одной из университетских дисциплин он замечал в руках студента очередную "Академию оборотня" или "Сорок девять оттенков Эроса". Как говорил Романовский, "да пусть скажут спасибо, что мы вообще что-нибудь бумажное читаем, а не по назначению используем".
   Мамин звонок застал её в парке, на полпути к станции метро. Поздние майские сумерки быстро темнели, на короткий промежуток времени, до включения фонарей, превращая знакомые липы и каштаны в таящих угрозу неведомых существ. Становилось прохладно, так что, зябко поведя плечами, она заторопилась вперёд, где далеким огоньком маняще светилась буква "М".
   - И куда мы так торопимся в столь прекрасный вечер, прелестное создание?
   Ева вздрогнула. Как из-под земли вокруг неё вдруг возникли три фигуры. Лиц в сгустившихся сумерках не разобрать. Она попыталась молча пройти мимо, но неудачно.
   - Куда же ты, красотка? - придержал её за локоть один из парней. - Валет, а может, она глухая?
   - Да нет, по-моему, просто невежливая, - отозвался второй.
   - Дай пройти, - как можно тверже сказала Ева.
   - Ох, господи, да кто мешает-то, - насмешливо сказал один из них, отошёл на два шага и встал напротив девушки. Через миг к нему присоединились приятели, так что почти полностью перегородили дорогу. Ева шагнула в сторону, пытаясь обойти троицу, но те синхронно шагнули, снова перекрыв ей путь.
   - А у меня сегодня день рождения, - сообщил тот, что стоял с краю, дохнув перегаром. - И по-моему, ты - отличный подарок. Ты ведь будешь примерной девочкой? - он снова схватил её за локоть, но уже гораздо жёстче.
   Еву накрыло облако страха. Она дернулась, безуспешно пытаясь освободиться из захвата, беспомощно покрутила головой, но никого, к кому могла бы обратиться за помощью, в пределах видимости не обнаружила.
   - Ребята, пропустите, - жалобно протянула она.
   - Да вот сходим в кустики, отметим праздник, как следует, и отпустим, - жизнерадостно заржал один из парней и схватил её за вторую руку.
   Ева вздохнула полной грудью, намереваясь использовать единственное доступное ей сейчас оружие, но так и не успела закричать. Один из державших её вдруг захрипел, разжал руку и осел на землю. Второй завопил и схватился за ногу, также завалившись вниз. Третий успел развернуться и схватиться с неизвестным, столь решительным образом принявшем участие в судьбе девушки.
   Тут бы ей и бежать со всех ног, но Ева отчего-то стояла столбом, даже забыв выдохнуть, наблюдая за мечущимися в метрах от неё тенями. Вот одна из фигур с воплем рухнула на землю. Одновременно вспыхнули парковые фонари и с земли начали вставать, матерясь и выкрикивая угрозы, первые жертвы нападения.
   - За мной.
   Спаситель Евы - худощавый брюнет - схватил её за руку и дернул, увлекая за собой. Осознавая лишь, что её ведут туда, где светло и много народу, девушка подчинилась, устремившись за парнем, но напоследок успела со всей силы наступить на руку одному из троицы, так, что тот, с диким воплем, снова рухнул на землю.
   Их бегство было недолгим, завершившись на ярко освещенном пятачке недалеко от входа в метро. Пытаясь отдышаться, всё ещё ощущая на себе липкие пальцы оставшихся в глубине парка подонков, Ева смотрела на своего спасителя. Тот, меж тем, посмотрев на девушку и, видно, придя к каким-то, одному ему известным выводам, снова взял её под руку и уверенно двинулся к близкому кафе. Заведя в помещение, усадил за столик и отошёл к баристе - миловидной девушке, ловко управляющейся с тремя кофемашинами.
   Ева, как завороженная, смотрела в спину парню, всё ещё пребывая в легком ступоре после калейдоскопа событий: от унизительного чувства беспомощности и обволакивающей паники - до невероятного, словно в каком-то романе, спасения. Брюнет, между тем, вернулся с подносом и поставил перед девушкой чашку, над которой возвышалось облачко пены, украшенное рисунком из корицы. Она невольно улыбнулась, узнав в искусно выведенном на пене изображении одну из злобных птичек­­­1.
   - Пей, - сказал парень, садясь. - Меня, кстати, Влад зовут.
   Ева взглянула на Влада. На первый взгляд, её спаситель ничем особенным не привлекал. Худощав, но явно не хлюпик, судя по результатам столкновения с теми тремя в парке. Удлиненное лицо, узкие сжатые губы. Бледная кожа ярко контрастировала с черными волосами. Однако неожиданные для брюнета зеленые глаза, смотревшие на неё с какой-то требовательностью, и исходившее от него чувство абсолютной уверенности в собственных силах притягивали.
   - А меня Ева, - наконец отозвалась она. - Я вам так благодарна...даже не знаю как сказать...ой, у вас...у тебя кровь. - Она суетливо достала из сумочки платок и потянулась через стол: над правой бровью Влада медленно набухала красным ссадина.
   - Спасибо, - сказал Влад, когда платок коснулся раны, аккуратно обхватил ладонью запястье девушки и улыбнулся. Ева замерла, а в голове пойманной в силок птицей билась единственная мысль: "это судьба".
   Влад улыбался, а из уголков его губ выглядывали два аккуратных белоснежных клыка.
  
   1 Angry Birds (с англ. злые птицы, сердитые птицы, рассерженные птицы) -- серия компьютерных игр, разработанных финской компанией Rovio
  

Глава 1

   - Да, Сергей Борисович. Уверен. Абсолютно.
   Матвей расстегнул верхнюю пуговицу рубашки, встал, прошелся до окна и опустил жалюзи, отгородившись от майского солнца.
   - В конце цепочки, которая начинается с "Sunrise group", проявился некий господин Моисейченко, в узких кругах больше известный как Моисей. Да-да, в тех самых кругах, вы не ошиблись. У него богатая биография, но блистал он, в основном, в девяностых. Затем перешел на дела попроще, - Матвей уселся обратно в кресло и чуть отвел трубку телефона от уха.
   - Если вкратце, то он учреждает цепочку фирм и проводит несколько чистых сделок, создавая видимость работы в плотном контакте с людьми из органов и правительства. Да, на уровне министерств. Затем просит новообретенных партнеров найти ему надежного контрагента для крупной операции, якобы в рамках госзаказа. После проводки денег обрывает все концы и год-два отдыхает в теплых странах. Ждёт, пока тут всё рассосется.
   Скрипнула дверь. Он вопросительно посмотрел на Милену, но та молча стояла на пороге.
   - Да, конечно. Полный отчет пришлю ближе к вечеру, но в целом картина такова. Так что завтра можем закрыть договор. Остаток перечислите завтра утром? Отлично. Да, нам тоже приятно с вами работать. До завтра.
   - Ну, что ещё? - спросил он, закончив разговор. - Я тебе сколько раз говорил: без стука не входить.
   - А я думала, ты имел в виду, когда не один, - состроила та невинно-удивленную рожицу, прошествовала в кабинет и уселась в кресло. - Звягинцев звонил? - кивнула она на телефон.
   - Он, - кивнул Матвей.
   - Значит, кейс закрыт, - торжествующе прищёлкнула та пальцами. А премия будет?
   - Отличный костюм, - отвесил он комплимент вместо ответа. Впрочем, костюм в стиле "Чикаго 30-х" и впрямь сидел на девушке идеально.
   - Градский, - помахала она указательным пальцем перед собой, - не увиливай. Повторяю вопрос: премия будет?
   - С чего бы? - поднял он брови.
   - Как это с чего? - возмутилась Милена. - А кто тебе с проводками помог? А кто в имущественном реестре Греции разбирался? Ты же знаешь, какой у них там бардак. А переписка Моисейченко?
   - Ну, переписку, положим, нам Роман достал, - ухитрился Матвей вставить аргумент в водопад описаний трудов Милены.
   - А кто тебя с ним познакомил? - снова возмутилась та. - Да если бы не я...
   - Ладно-ладно, - благодушно поднял он ладони вверх. - Сдаюсь. Ты на свете всех милее, всех румяней и белее. Будет тебе премия.
   - Вот так бы и сразу. - Милена встала со стула, отряхнула с брюк невидимую пылинку, глянула на него поверх очков. - Пойду статью для "Милой кулинарии" дописывать, - мрачно-задумчиво сказала она.
   - Тяжела жизнь журналиста на вольных хлебах, - притворно посочувствовал Матвей, удостоившись пары невидимых молний из прищуренных глаз помощницы. Посчитав, видно, ниже своего достоинства вестись на провокацию, тем более после столь удачно выбитой премии, та молча отправилась к двери.
   - А ты на сайтах "Кулинямка" и "Печенюка" уже информацию для статьи искала? - спросил он вдогонку. - По-моему, там для таких тем море полезного.
   Та, обернувшись и свирепо посмотрев на него, всё же решила оставить поле боя за собой и вышла, даже не громыхнув дверью. Матвей, посмеиваясь открыл один из упомянутых сайтов, недавно им обнаруженных и служивших отличным источником позитива в любое время суток.
   "Остудить и принимать как салат так и на бутерброд". "Оболденно вкусно". "Мама у меня большая рукоделинка". "По началу я тоже страдала отсутствием изобилия рыб". "Да я в курсе, что там много кофейна. И может быть у меня зависимость к нему". "Это просто восхитительно жидкая середина словно мусс!". "Дигустация прошла отлично". "Украсили печеньки карицей, они получились просто великолепны!!!". "Выглядит опетитно"...
   Неведомые искусницы-домохозяйки выдавали подобные перлы по два десятка за день, поражая Матвея пробелами в грамотности. Как тут не посочувствовать Милене, с её врожденными способностями к языкам и родителями-филологами. Исследовать подобные сайты в погоне за гонорарами от "Милой кулинарией" для неё было все равно, что профессору консерватории посещать караоке-бары.
   Матвей изучал список свежих рецептов кулинарных шедевров - "Краски Шикотана", "На поляне при свечах", "Принц-чесночок", "Французская любовница", "Ёжик от любимого", "Сны Андалусии" - когда в кабинет снова проникла Милена.
   - К нам клиент, - сообщила она.
   - Отлично, - Матвей оживился, закрыл кулинарные развлечения. - Что за птица?
   - По одежде - середнячок. Но руки ухоженные. Думаю, тысячу в неделю потянет, если что-то серьёзное. Хотя...он немного странный.
   Матвей, хмыкнув, почесал бровь. Как ни удивительно, но прогнозы Милены о финансовой платежеспособности потенциальных клиентов почти всегда били в яблочко, так что он давно уже, при определении цены услуг агентства, вполне положился на её мнение. Но странный?
   - Ладно, приглашай.
   Милена вышла и через несколько секунд дверь открылась снова, пропуская мужчину средних лет. Матвей, поднявшись из кресла, пошёл навстречу.
   - Добрый день, - пожал он руку посетителя, - Матвей Градский, директор агентства. Проходите, присаживайтесь.
   - Белопольский. Сергей Константинович, - представился мужчина и сел в кресло.
   Матвей, вернувшись в своё, окинул клиента взглядом и решил, что Милена, как всегда, права. Сочетание стильности и странности. На вид лет сорок пять, полноватый, с покатыми плечами. Мягкие каштановые волосы уложены классической британкой, странно сочетавшейся с круглым лицом. Из-за очков в роговой оправе на Матвея спокойно смотрели светло-карие, чуть на выкате глаза.
   Одет без особых изысков, но качественно: бежевый твидовый костюм от "William Brown", идеально выглаженная темно-синяя рубашка. И очередная странность - красный галстук-бабочка. Золотые запонки придавали солидности и лоска, а завершали образ упомянутые Миленой руки, носившие следы многочисленных спа-процедур.
   Белопольский протянул визитку. Матвей, хмыкнув про себя, взял прохладный прямоугольник стали, на котором было высечено: " С.К. Белопольский. Консультант". Ни места работы, ни телефона, только почтовый ящик: solve_problems@gmail.com.
   - Чем можем быть полезны, Сергей Константинович? - спросил он.
   - Мне к вам посоветовал обратиться Поярков, - сказал Белопольский. - Поярков Алексей Георгиевич, - добавил он, видя непонимание в глазах Матвея. Тот извиняюще пожал плечами.
   - Отец Лены Поярковой. Дело Епифанцева. Помните?
   Матвей, втянув воздух сквозь ноздри, откинулся на спинку кресла. Заныло плечо. В голове вспышками замелькали образы, картины и мысли, от которых он, казалось, избавился за последние два года насовсем.
   - Да, теперь, конечно, вспомнил, - помолчав, ответил наконец он. - Как поживает Алексей Георгиевич?
   - Вполне, - туманно высказался Белопольский. - Два месяца назад дочка родилась.
   - Так, и что же у вас за проблема? - волоски на затылке Матвея встопорщились, словно от невидимого электростатичного заряда, в предчувствии того, что он называл "затрещина судьбы".
   - Вы что-нибудь слышали о шереметевском каннибале? - спросил Белопольский.
   - О ком? - невольно улыбнулся Матвей столь нелепому словосочетанию.
   - До недавнего времени я бы отреагировал точно также, - понимающе кивнул гость. - Всегда считал, что отечественной жёлтой прессе не хватает креатива, особенно, когда дело касается криминала.
   Матвей напрягся:
   - Честно говоря, я не слежу за криминальной хроникой. Речь об убийстве?
   - Об убийствах, - снова кивнул тот. - За последние два года в районе Новой Москвы, в лесном массиве, нашли семь мертвых девушек. Убийца, кроме всего прочего, поедал их внутренние органы. Восьмая жертва, - Белопольский запнулся и сделался как будто меньше в кресле, - моя дочь.
   - И когда нашли первую девушку? - спросил Матвей.
   - Через два месяца после вашего ухода из Комитета. Честно говоря, я думал, что через ваших коллег вы должны были...
   - Я не общаюсь с бывшими коллегами, - сухо сказал Матвей. - По крайней мере, с большинством из них. А с оставшимися у нас, обычно, иные темы для разговоров.
   - Да, я знаю о вашей ситуации, - кивнул тот. - Но я поклялся себе и жене, что сделаю всё возможное, чтобы убийца был найден. Если следственная группа не смогла найти его за два года, то вряд ли уже сможет. Разве что тот допустит какую-нибудь серьёзную оплошность. В таких случаях я обычно советую своим клиентам найти кого-то из специалистов со свежим взглядом на проблему.
   Белопольский снял очки, вытащил из кармашка пиджака алый платок и тщательно протер стекла и оправу, видно, размышляя о чём-то, прежде чем продолжить.
   - В данном случае, вы - именно такой специалист. У вас есть соответствующий опыт и вы не обременены должностными инструкциями или служебными интригами. Алексей Георгиевич много рассказывал о вас и вашей роли в том деле.
   - Я сочувствую вашему горю, - после недолгого молчания сказал Матвей, - и уважаю Пояркова, но наше агентство не занимается убийствами. Тем более, как я понимаю, дело в производстве местного комитета, а если вы действительно осведомлены обо мне, то должны знать, как меня там встретят, даже если бы я согласился взяться за ваш кейс. Вы знаете, кто возглавляет следственную группу?
   - Подполковник Берзин.
   - Надо же, - хмыкнул Матвей, - уже подполковник. Что ж, это только усугубляет. Так что извините, но...
   - Можно, я позвоню? - неожиданно спросил Белопольский.
   - Пожалуйста, - пожал он плечами.
   Белопольский достал из кармана пиджака вездесущий "Айфон", потыкал пальцем в экран, поднес к уху.
   - Алло. Здравствуйте, Алексей Георгиевич. Да, я. Да, как раз сижу у него в офисе. Примерно так, как вы и говорили. Да, сейчас. Вас, - протянул он трубку Матвею.
   - Здравствуй, Матвей, - услышал он добродушный чуть глуховатый баритон Пояркова. - Совсем старика забыл, не заходишь, не звонишь.
   - И вам здравствовать, Алексей Георгиевич. Ну, какой же вы старик. Я слышал, даже наоборот - молодой отец. От души поздравляю. Извините, что с таким опозданием.
   - Стать отцом в пятьдесят три, знаешь ли, действительно ободряет. Но сейчас не обо мне. Мы с Сергеем давние друзья и где-то даже партнеры, так что я бы очень хотел, чтобы ты поучаствовал в розыске этого...существа. Поскольку человеком такого назвать вряд ли можно. Если бы ты увидел фотографии...
   - Алексей Георгиевич, я все понимаю, но вы же знаете, как ко мне отнесутся в Комитете. Тем более Берзин.
   - А вот поэтому я, прозревая ваш с Сергеем разговор, и попросил его набрать меня в соответствующий момент. Если ты согласишься, я гарантирую, что у тебя по делу будет "зеленый свет". Указания придут с самого верха. А Берзин тебе, если надо, кофе носить будет. Надеюсь, ты не сомневаешься в моих возможностях?
   - Алексей Георгиевич, я в них нисколько не сомневаюсь, но почему я? С вашими связями можно просто усилить следственную группу. В конце концов, посадить на дело лучших из МУРа2.
   - Во-первых, ты же сам знаешь, что с каждым годом этих лучших остается все меньше, так что правильнее было бы вести речь о лучших из худших. Во-вторых, год назад так и сделали. Забрали дело наверх, привлекли смежников, но после нулевого результата через три месяца все вернули на круги своя. Этот подонок, может, и сумасшедший, но не дурак. Все девочки - из приличных семейств, но не "золотая молодежь". Так что некому было стукнуть кулаком по столу.
   - Да? - Матвей покосился на Белопольского.
   - А с Серёгой он просчитался, - правильно понял Поярков нотки сомнения в его голосе. - Это он только с виду на какого-нибудь импресарио смахивает, но за ним стоят очень серьёзные люди, одним из которых, смею полагать, является твой покорный слуга. И именно я посоветовал обратиться к тебе. Потому что верю в твои способности и помню, что ты для меня сделал. Закапывать талант в землю - последнее дело, Матвей, я тебе тогда говорил и сейчас повторю.
   - Было бы, что закапывать, - вяло попытался отшутиться тот.
   - В общем, я тебе уже сказал - если возьмешься за это дело, получишь всю поддержку. Никто тебе палки в колеса вставлять не будет. Но и заставлять, естественно, не могу и не хочу. Так что решай сам. Просто знай, что если согласишься, очень обяжешь не только Сергея, но и меня.
   - Я вас понял, Алексей Георгиевич.
   - Ну, вот и отлично. Привет отцу и не забывай ко мне дорогу. Жду на рюмку кофе. До встречи.
   Матвей протянул аппарат Белопольскому, откинулся в кресле и задумался, изучая едва заметную трещинку на стене. Перед мысленным взором медленно проплывали лица, события, судьбы. Сейчас они были так далеки от него сегодняшнего. Даже не верилось, сколько лет он затратил, чтобы придти к выводу о бесперспективности и ложности выбранного жизненного пути. Он прислушался к себе, в попытке найти хотя бы призрачную видимость желания снова окунуться в ту же атмосферу вечной суетливости и напряжения. И, к своему удивлению, что-то внутри тонко завибрировало, будя забытые и, казалось, надежно похороненные струны души.
   Белопольский тоже молчал, напряженно всматриваясь в визави. Время будто застыло и сгустилось, так, что даже летящая по своим мушиным делам муха стала похожа на улитку.
   - Хорошо, - прихлопнул Матвей по быльцам кресла, приняв решение. - Давайте поступим так: я согласен заключить договор на месяц. Если за это время я не дам результата, то, - развел он руками, - вряд ли моё дальнейшее участие будет иметь смысл.
   - Что ж, это разумно, - кивнул Белопольский. - Главное - ваше согласие. Что с финансовой частью?
   - Сто тысяч в неделю - оплата услуг агентства, и еще сто - накладные расходы, - вспомнил Матвей прогноз Милены. - Недельный аванс.
   - По рукам, - Белопольский протянул через стол ладонь для рукопожатия. - От себя добавлю: если благодаря вам убийца будет пойман, то дополнительная премия составит сто тысяч. Не рублей, естественно. Кстати, в случае необходимости могу обеспечить их налоговую очистку. По нулевой ставке.
   - "Понятно, в чем ты консультант, - подумал Матвей, открывая верхний ящик стола. - Проводка, усушка, утруска, а ручки-то вот они."
   - Не привык делить шкуру не убитого медведя, - он наконец отыскал и вытащил из ящика бланки договора. - Раз уж мы пришли к соглашению, то займемся бюрократической частью. Вот, ознакомьтесь, пожалуйста. Если всё устраивает, то подпишите и мы приступаем к делу. Обратите внимание на эти пункты...
  
   2 Московский уголовный розыск, в настоящее время УУР - Управление уголовного розыска
  

Глава 2

   - Шереметевский каннибал?! - расширила глаза Милена. - Вот это эпично. И мы реально будем им заниматься?
   - А ты что, о нём слышала? - спросил Матвей, забирая с принесенного ею подноса чашку.
   - Ещё бы! Лерка из "Комсомолки" о нем писала и Батищев из "Известий". Сашка Коновалов с "Желтухи.net", а ещё...
   - Батищев? - перебил он её. - Это не тот, который писал, что евреи после сорока лет блужданий по Синайской пустыне, под открытым солнцем, приобрели наследуемые генетические мутации, которые помогают им захватывать мир? Из-за чего при поступлении в ВУЗы им нужно начислять минусовые баллы для выравнивания шансов коренного населения.
   - Ну, с кем не бывает, - смутилась Милена. - Наверно, начальство заставило, знаешь же, как там у них...
   - Ну-ну. Замнем для ясности. И с чего же его твои коллеги так прозвали?
   - Первые жертвы нашли на территории Михайловского лесничества. А там же недалеко - бывшая усадьба Шереметевых. Потом стали и в других лесничествах находить, но прозвище уже прижилось.
   - Креативщики, блин, - проворчал он, отпивая терпкий чай.
   - Так, Градский, - выпрямилась она в кресле. - Надеюсь, я в этом кейсе участвую? Это же шанс. Да какой там шанс - шансище! Я такую статью нарисую - закачаешься. Да какую статью, можно....
   - Придержи-ка коней, - сказал он. - Ещё неизвестно, что ты запоёшь, когда фотографии увидишь. Если, конечно, увидишь.
   - Это несправедливо, - возмутилась та. - Ты не можешь так со мной поступить. Я с первого дня мечтала, что ты займешься чем-нибудь этаким.
   - Ага, только, помнится, когда я тебя на работу принимал, сразу предупредил, что особой романтики не жди. Я не Кроуфорд, а ты не Кларисса Старлинг. Мне твои родители и так уже плешь проели: "ах, Матвей Алексеевич, у Миленочки ведь талант, ей надо работать журналистом, нарабатывать опыт, поспособствуйте...."
   - Пфф, - фыркнула та, одергивая и так идеально сидящий жакет. - И где мне, по их мнению работать? Где платят хорошо - там всякую ересь писать приходится, а в нормальных изданиях за копейки пахать - увольте.
   - А ты, конечно, мечтаешь, как напишешь журналистское расследования и прогремишь на всю страну, - скептически кивнул Матвей.
   - Градский, хватит издеваться, - снова вскинулась та. - Я, в конце концов, за полгода заслужила...
   - Ладно, ладно, - примирительно сказал он. - Куда ж мы без тебя, мисс Марпл. Только смотри, - наставил он на воспрянувшую помощницу указательный палец, - если до конца работы хоть одно слово или документ, даже самый завалящий, хоть в одну газетёнку...
   - Да чтоб мне ни одну статью не продать, - клятвенно заверила Милена, вскинув ладонь словно в каком-то голливудском фильме, в сцене допроса свидетеля. - Молчок, как рыба об лёд.
   - Тогда вот тебе первое задание, - Матвей поставил опустевшую чашку обратно на поднос. - Собери мне подборку опусов твоих коллег по этому каннибалу. Если в сети что-нибудь интересное найдешь - тоже распечатай.
   - Уже бегу, - Милена встала и двинулась к двери.
   - И не забудь акт сделать под договор Звягинцева, - напомнил он ей вслед. - Завтра ему завезу.
   Дождавшись, пока она выйдет, Матвей открыл папку, в которой сиротливо лежал единственный документ - фундамент будущих бумажных "памиров" и "эверестов" - договор между детективным агентством "Синсин", в лице директора Градского М.А., и гражданином Белопольским С.К.
   Адрес, указанный клиентом, особой информации не давал. Квартира, судя по адресу - улица Гиляровского - располагалась около Рижского вокзала. Google Maps выдал фотографии шестиэтажки старой постройки, а "финансовый планировщик" - примерную стоимость метра в этом районе. Пока что всё укладывалось в "усредненную" оценку Милены, но если Белопольский действительно плотно работал с Поярковым, то вывод мог быть только один: его не бросающаяся в глаза середнячковость была всего лишь камуфляжем.
   Матвей поймал себя на мысли, что уже минут десять раз за разом пробегает текст и так знакомого до дыр договора. Что ж, сколько не оттягивай неприятные моменты, менее неприятными они не становятся.
   - Он взял телефон, выбрал номер из списка контактов.
   - Алло, Паша? Привет. Узнал?
   - Если б и не узнал, читать ещё не разучился. Привет, Матвей. Как оно?
   - Да уж получше, чем в ваших берлогах. Как успехи в отлове татей? Много мертвецов сети принесли?
   - Юмор у тебя, майор, такой же чёрный, как твоя душонка. Кстати, насчет сетей. Махнем на выходных на рыбалку? Тесть один ставок присмотрел - обещает бешеный клёв.
   - Хорошая идея. Обдумаем. Чего звоню - рабочий номер Берзина не подскажешь? А то неохота канцелярии разводить.
   - Берзина? - казалось, даже через телефон просочилось растерянное молчание.
   - Его.
   - Опять шутишь?
   - Не в этот раз.
   - Решил, всё-таки, его - того?
   - И у кого ещё юмор чёрный? - улыбнулся Матвей.
   - Ну, у меня хороший учитель. Ладно, записывай. Только, если что...
   - Ты мне его не давал. Пишу.
   Матвей пододвинул прямоугольник бумаги, зачиркал ручкой.
   - Спасибо. Сегодня, может, ещё увидимся.
   - Ого, неужели к нам собрался?
   - Не боись, не на работу устраиваться. Ладно, до связи.
   Нажав "отбой", Матвей задумчиво посмотрел на листик, выстукивая костяшками пальцев на столешнице "Прощание славянки". Глянув на часы - Белопольский покинул офис больше двух часов назад, так что Поярков уже должен был нажать на тайные пружины своих связей - набрал новый номер, один из редких, отсутствующих в памяти телефона. Гудок, второй, третий...
   - Да. Слушаю.
   - Здравствуй, Митя.
   Молчание затягивалось, но Матвей не спешил, давая собеседнику время собраться с мыслями.
   - И тебе не хворать, - наконец донеслось из трубки. - Как-то не ожидал, что позвонишь так быстро. Я только двадцать минут, как от начальства.
   - Что делать. Дура есть дура3.
   - И когда хочешь подъехать?
   - После обеда - нормально?
   - Хорошо. Я буду на месте. Охрану предупрежу. Кабинет, думаю, сам выяснишь.
   - Да уж как-нибудь, - сказал Матвей, как оказалось, в никуда: собеседник отключился раньше.
   - В угожденье богу злата, край на край встаёт война, и людская кровь рекой, по клинку бежит булата, - продекламировал задумчиво он, катая ручку по столу. Открыл в компьютере бланк уведомления о заключении договора, но только собрался приступить к заполнению, дверь снова открылась.
   - Николай Иванович, - улыбнулся Матвей, с тайной радостью отвлекаясь от документа. - Как успехи?
   - Кое-что имеется. - Ершов устроился в кресле, без нужды пригладил стриженые по-армейски волосы.
   Ершов, как и Матвей, являлся счастливым обладателем лицензии на частную детективную деятельность, так же, как и директор агентства, имея за плечами охранительное прошлое. Из сорока девяти лет жизни больше двадцати Ершов провел в МУРе, покинув ряды из-за разногласий с очередным начальством. В их судьбах Матвей вообще находил немало общего, что сыграло свою роль в годичной давности решении предложить Ершову работать вместе.
   Такой же основательный и обстоятельный, как его вологодский дед-крестьянин, Ершов не был интеллектуалом, но отличным работником "на земле", с сотнями знакомств-крючочков, приносящих пользу иногда в самых неожиданных ситуациях. За десятилетия работы оперативником он оброс собственной сетью осведомителей, занятых в самых разнообразных отраслях темной изнанки столичной жизни, так что для частного сыска подходил, на взгляд Матвея, идеально.
   - Что-нибудь нашли?
   Ершов кивнул.
   - Вышел на одного паренька. Обещает за две тысячи сделать пропуск на территорию. Только общий сектор, но уже ближе к цели. К тому же, оказывается, один из дежурных системщиков - его друг, так что попробую прощупать, как будет допуск.
   Матвей задумчиво подергал мочку уха. Неделю назад они заключили договор с крупным рекрутинговым агентством на поиск уязвимостей в доступе к информации: руководство хотело быть уверенным, что их бесценные базы данных будут недоступны конкурентам. Так что Ершов уже пятый день пытался найти способ до них добраться.
   - А что мне наша пигалица сказала - что ты кейс с каким-то маньяком взял, правда? - посмотрел Ершов с любопытством на Матвея, зная о его священной клятве не заниматься делами, связанными с убийствами.
   - Называйте пигалицей вашу Катьку, - умение Милены появляться в нужный момент было одной из её изюминок. - Вот, как вы любите, - поставила он поднос перед Ершовым, но не ушла, а уселась на компактный диванчик у стены.
   - Может, и назову, - взял Ершов чашку. - Если она тоже пацанкой одеваться будет.
   - Это "gangster stile", между прочим, - укоризненно покачала та головой.
   - Ну, хоть не gangam, - не удержался Матвей. - Чего сидишь?
   - Ты же сам сказал - я в деле. Значит, я должна участвовать в совещаниях.
   - Нет у нас сейчас никакого совещания. И не будет. По крайней мере, пока материалы не получим. Так что иди занимайся прессой.
   - Уже, небось, роман пишет, как самолично маньяка разоблачила, - проводил Ершов улыбкой Милену. - Улыбка редко посещала его заостренное, словно вырубленное из камня лицо, преображая и смягчая черты. - Бойкая девчонка.
   - Дело действительно взял, - сказал Матвей. - Что-нибудь о шереметевском каннибале слышали?
   - Слыхал, - кивнул Ершов. - Где-то в Новой Москве орудует, девчонок кладет, измывается. А с другой стороны, кто в наши волчьи времена над ними не куражится? Хочешь, чтобы поспрашивал?
   - Не думаю, что убийца из бывшей клиентуры, - покачал Матвей головой, - давно бы уже нашли. Будут материалы - будем и планы строить. Вот деньги на пропуск, - он открыл нижний, сейфовый ящик стола и отсчитал двадцать зеленых купюр, - а я поеду в комитет, огляжусь.
   - Аллюр три креста, - потянулся Ершов к деньгам.
  
   3 отсылка к латинскому выражению Dura lex sed lex - закон есть закон; согласно закону РФ "О частной детективной и охранной деятельности", в течение суток с момента заключения договора с клиентом на сбор сведений в уголовном деле, частный детектив обязан письменно уведомить об этом следователя, в чьем производстве находится дело
  

Глава 3

   Я живу в картонной коробке,
   Без надежды и без мечты,
   Свет включили на миг короткий,
   Я считала, что это ты,
   Но нет в ней радости, ни печали,
   И в коробке опять темно.
   Нет того, кто нальёт мне чаю,
   Только мне уже все равно...
   - Что ж, уважаемые радиослушатели, а мы желаем, чтобы вам всегда было кому налить чаю и переходим к рубрике "Пробки-остановки". И я передаю слово Максиму Трегубову. Итак, Макс, что там у нас сегодня на дорогах...
   Матвей прикрутил радио, продвинулся ещё на двести метров и наконец вырвался из-под тени МКАДа на залитое солнцем дорожное полотно, влившись в плотный поток машин. Вникать в дорожную обстановку было, на его взгляд, весьма мало толку. К обеду большая часть города превращалась в одну сплошную пробку.
   Мало-помалу Матвей на своем видавшем виде "ниссане" продвигался вперед по Калужскому шоссе, высматривая съезд к поселку Газопровод. Наконец он увидел знак и начал перестраиваться, когда загудел сигнал вызова. Он нажал кнопку на устройстве громкой связи, глянул на высветившийся контакт из записной книжки.
   - Алло. Матвей Алексеевич?
   - Да. Здравствуйте, Олег Кимович. Как ваши дела? Судя по звонку, предположу, что не очень?
   - К сожалению, вы правы. Ирина до сих пор так и не объявилась. Вы сказали, что если до обеда она не даст о себе знать...
   - Да, я помню. А что полиция?
   - Как вы и говорили. Заявление взяли, но сказали, чтобы раньше двух-трёх дней никакой реакции не ждали. Мол, дочь ваша совершеннолетняя, человек самостоятельный, мало ли куда могла уехать. Нас это категорически не устраивает.
   - Хорошо. Я заеду ближе к вечеру, завезу договор и заодно сразу на месте осмотрюсь. А вы к тому времени составьте список её московских знакомых, друзей. Всех, кого знаете.
   - Да мы уже всех обзвонили.
   - Замечательно. Тем легче вам будет сделать список. До вечера.
   Матвей закончил разговор. Мимо проплыло, похожее на шумерский зиккурат, здание "Трансгаза". Оставив машину на небольшой стоянке, примерно за квартал до места назначения, закинул сумку через плечо и не торопясь пошёл вниз по улице, подмечая свежеокрашенные фасады, новые газоны или разбитую плитку. Последний раз он был здесь почти два года назад.
   Дойдя до трехэтажного здания, огороженного двухметровым забором, Матвей зашел во двор, поднялся по ступенькам к двери, сбоку от которой на латунной вывеске под майскими лучами солнца горела надпись: "Следственный отдел по Троицкому и Новомосковскому административным округам Главного следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по городу Москве". Пару секунд поколебавшись, нажал кнопку вызова и сказал в решетчатый динамик:
   - Градский. К Берзину.
   Через пару секунд в глубине дверных створок загудело, щёлкнул замок и он прошел внутрь.
   - Здравия желаю, товарищ майор, - козырнул ему из-за стойки охраны молодой сержант. - А нас уже предупредили.
   - Томаковский, ты, что ли? - присмотрелся Матвей.
   - Так точно, - просиял тот, довольный, что его узнали.
   - Уже старший сержант. Поздравляю.
   - Спасибо. А вы к нам на совсем или так, в гости?
   - В гости, - усмехнулся Матвей, отметив это "к нам". Надо же, как постоянное место охраны может повлиять на простого сержанта вневедомственной охраны.
   - Проходите, - снова козырнул сержант, хотя прекрасно знал, что Матвей давно уволился из органов.
   - Берзин сейчас в каком кабинете? - спросил он.
   - В триста третьем.
   Пока Матвей поднимался по лестницам и шагал по коридорам, он прислушивался к себе, пытаясь разобраться в хитросплетениях внутреннего мира. Призраки, от которых он так удачно прятался последние два года, вновь закрутились вокруг, будоража память. Чтобы привлечь тени умерших, древние греки поили их жертвенной кровью. Что надо сделать, чтобы заставить тени забыть о тебе навсегда?
   Так никого и не встретив по пути, он добрался до двери с табличкой "Старший следователь по особо важным делам. Подполковник юстиции Берзин Д.К.". Постучал и, не дожидаясь приглашения, вошёл.
   - Здравствуй, Митя, ещё раз. Можно войти?
   - Да вроде уж вошёл, - Берзин оторвался от экрана монитора, взглянул на Матвея. - Садись, - указал на кресло напротив стола.
   - Хороший кабинет, - Матвей сел и осмотрелся по сторонам. Помещение было просторным, примерно такой они с Берзиным делили во времена, когда считались друзьями. Через большое окно, сейчас открытое, в кабинет вливался солнечный свет. В теплых лучах золотились танцующие пылинки. Стену за Берзиным украшал лишь портрет Вечного Лидера, а напротив, за спиной Матвея, стоял заставленный книгами шкаф. Справа от стола тяжеловесно утвердился сейф, на котором удобно устроились микроволновка и электрочайник.
   - Главное, что на голове никто не сидит, - Берзин вытащил из стола пачку "Davidoff", закурил. Выжидающе посмотрел на Матвея.
   - А тебе идёт седина, - сказал тот, размышляя, что всего на два года младше хозяина кабинета.
   - Работа, - неопределенно сказал Берзин. - Зато ты в форме, как погляжу.
   - Фитнес, сауна, восьмичасовый сон. Прогулки по выходным, - ухмыльнулся Матвей, продолжая рассматривать бывшего друга. Два года прибавили не только седины, но и морщин в уголках глаз. Но свинцово-серые глаза смотрели всё также пытливо. И всё также самоутверждался выпяченный рубленый подбородок с ямочкой избирательного поражения, как называла её Ирка. Переносицу украшала тоненькая линия шрама.
   - Кто это тебе нос подрихтовал? - спросил Матвей. - Неужели преступника задерживал?
   Берзин дернулся, как будто под кресло подвели двести двадцать.
   - Тебе-то что? - заиграл желваками, набычился, словно в преддверии драки. - Вечер памяти проводить пришёл, что ли? Давай уведомление.
   Матвей молча выложил на стол документ. Берзин взял лист бумаги, не глядя снял трубку стоявшего у локтя телефона - наследие былой эпохи - набрал трёхзначный номер.
   - Алло. Потапова, ты? Серова на месте? Скажи, пусть ко мне зайдет. Не как только, а сейчас.
   Недовольно положил трубку обратно. Откинулся на спинку кресла, ещё раз пробежал глазами текст.
   - Значит, детективное агентство "Синсин"? И что же это значит?
   - Да так, - туманно ответил Матвей и невольно улыбнулся, вспомнив забавного китайца, раз за разом повторявшего бессмысленную, что на первый взгляд, что на второй, фразу, в которой рефреном звучало колокольчиковое "синсин, синсин". Матвей так и не узнал, что же это обозначает, решив оставить его для себя вечной загадкой.
   - Белопольский, значит, - Берзин потер большим и указательным пальцами краешек бумаги, будто это была денежная купюра. - Что за фрукт? Разговаривал я с ним пару раз. Что-то не показался он мне способным на такие фортеля, - взглянул он в потолок.
   - Конфиденциальная информация, - решил Матвей поиграть в таинственность. - Но ты же понимаешь, что ему было непросто уговорить меня заняться этим делом.
   - Как показывает практика, - отложил Берзин лист в сторону, - звон монет весьма способствует уговорам. А в твоём случае...
   - Вызывали, товарищ подполковник?
   Дверь открылась и на пороге кабинета возникла молодая женщина лет двадцати пяти.
   "Старший лейтенант", - инстинктивном подсчитал Матвей число звёздочек на погонах. На его вкус она была определенно красива. Выше среднего роста, ладная фигура, на которой китель смотрелся не хуже вечернего платья. Белокурые волосы уложены в затейливую причёску. Округлое лицо с высокими скулами и полными губами, с дразнящей небрежностью подчеркнутые контурным карандашом. Юбка, чуть ниже колен, не могла скрыть изящных щиколоток, дававших простор для фантазии. Серо-зелёные глаза с ответным любопытством скользнули по Матвею.
   - Вызывал, однако, - сказал Берзин. - Проходи, знакомьтесь. Матвей Градский, директор частного сыскного агентства. Старший лейтенант Серова. Ольга Владимировна.
   - Садитесь, - проявил галантность Матвей, поскольку второго стула в кабинете не наблюдалось.
   - Ой, что вы, - взмахнула руками девушка. - Не стоит.
   - Садись, Серова, - устало сказал Берзин, - он всё равно не отстанет. Итак, - дождавшись, пока подчинённая усядется, продолжил он, - господин Градский заключил договор с отцом последней жертвы нашего каннибала, будь он неладен. Кстати, забери, подошьешь в дело, - подтолкнул он к ней лист уведомления.
   Девушка взяла документ, оглянулась на Матвея. Тот едва заметно пожал плечами и изобразил поклон: "прошу любить и жаловать".
   - Начальство...высокое, - снова посмотрел Берзин в потолок, - выразило желание всячески способствовать столь благородному начинанию. Потому прикрепляю тебя к господину сыщику. Ты у нас в следственной группе, так что имеешь всю необходимую информацию по делу. Обеспечишь ознакомление с материалами и будешь оказывать в дальнейшем, по мере сил, необходимую поддержку по любым вопросам. Если возникнут какие-то сложности - обращаешься ко мне. Вопросы, замечания, возражения?
   - А как же мои дела? - спросила Ольга. - На мне же "Компас-центр" и группа Ставинкова по двести двенадцатой.
   - Передашь временно Потаповой. До выяснения. И всё, - пресёк Берзин потенциальные возражения. - Надеюсь, вы удовлетворены уровнем поддержки, Матвей Алексеевич?
   - Более чем, Дмитрий Константинович, - отбил Матвей. - Я подожду вас в коридоре, - обратился он к Ольге и, не прощаясь с Берзиным, вышел из кабинета.
  

Глава 4

   - А вы давно частным сыском занимаетесь? А какие интересные дела вы расследовали? А сколько стоит, к примеру, за человеком проследить? А что обозначает название вашего агентства?...
   Идя чуть позади Ольги по коридорам и машинально отвечая на вопросы, Матвей размышлял, признаваться ли новой знакомой о своём комитетском прошлом - Берзин, судя по её поведению, явно промолчал - и в конце концов решил, что пусть всё идет своим чередом.
   - А здесь у нас хранятся сводные дела, - Ольга открыла жалобно заскрипевшую металлическую дверь, прошла в помещение, включила свет.
   Матвей, кивнув, последовал за ней, с "любопытством" осматриваясь.
   - Присаживайтесь, - показала Ольга на один из стульев, стоявших у длинного стола, и открыла вместительный металлический шкаф, заставленный толстыми папками бумаг.
   - Сколько же здесь? - присвистнул Матвей.
   - Девятнадцать томов, - Ольга, явно гордясь объёмами документов, с которыми ей приходится ежедневно работать, посмотрела на него. - И ещё два тома в сейфе у Дмитрия Константиновича.
   - Будем выгружать, - вытащил Матвей из шкафа первую папку.
   Соорудив несколько рукотворных "эверестов" на столе, он достал из сумки компактный "Nikon". Задумчиво посмотрел на папки, затем на часы: время близилось к трем, а ещё ведь надо заехать к Сысоевым. Взглянул на Ольгу. Та ответила взглядом, в котором в равных пропорциях смешались ирония и любопытство.
   - Что ж, - сказал он, - наверно, вы со спокойной душой можете ближайшие два-три часа заняться своими делами. Читать материалы дела я всё равно не буду - времени не хватит. Только фотографировать.
   - Дмитрий Константинович сказал, чтобы я вас везде сопровождала, - Ольга села на стул и поправила юбку, открывшую белую круглую коленку. - А может, пока вы будете фотографировать, я вам вкратце продублирую голосом? Чтобы не так скучно было.
   - А вы действительно так хорошо знаете документы?
   - Вообще-то я в нём так, сбоку припёка, - пожала она плечами. - Вроде адъютанта Дмитрия Константиновича...
   - Берзина.
   - Что?
   - Гораздо проще и короче будет Берзин, - сказал Матвей. - Вот был бы он, к примеру, Фока Козьмич...
   - Представляю, - не выдержав, прыснула Ольга. - Фока Козьмич, скажете тоже...но материалы я знаю хорошо, у меня отличная зрительная память. Все преподаватели в институте хвалили.
   - Что ж, согласен, - улыбнулся он. - Сидеть в тишине и бездумно фотографировать и впрямь скучно. Тогда приступим.
   Он открыл верхний том.
   - Итак, первая жертва.
   Тело двадцатилетней Марии Рокотовой нашёл в неожиданно тёплое пасхальное утро некий Севастьянов В.Г. Судя по документам, он был заядлым собачником, владельцем стаффордского терьера-медалиста. Если быть точным, то именно медалист и привлёк внимание хозяина к странному чёрному мешку.
   Почему-то первой фотографией в папке лежала та, на которой девушка была ещё жива. В легкомысленном бирюзовом платье, она стояла возле одного из "зевающих" львов у ворот на Гончарной улице, опершись на лапу гипсового зверя. Невысокая, черноволосая, с миловидным лицом, на котором выделялись яркие блестящие глаза, она улыбалась невидимому фотографу и Матвей был готов вызвать на дуэль любого, кто усомнился бы том, что изображенная на фото девушка - счастлива. А вот и число - за пять дней до предполагаемой даты смерти.
   Фотографии под номерами, с рабочими пометками. Чёрный мусорный мешок на зеленой траве, с разных ракурсов. Следы автомобильных шин, продавливающие мягкую, напитанную утренней росой землю.
   Матвей с трудом удержал взятый темп щелканья кнопкой "Nikon"а. На секционном столе - обнаженное тело. Всё будто усеяно разного вида и искренности улыбками: рассеченная, разошедшаяся под лезвием ножа - или ножей - плоть. Бледно-розовая, вывернутая краями наружу. Горло рассекает ещё одна улыбка, страшная в своей безмятежности. Настоящие же губы сомкнуты, придавая бледному синюшному лицу выражение спокойной скорби. Вместо живота - красная яма с чёрными запекшимися краями. Шаг за шагом, крупным планом, раны, разрезы, ссадины... Вот что-то, похожее на укус. Ещё один. И снова разрезы: это уже вскрытие. Как и говорил Белопольский, часть внутренних органов - почки, печень, селезёнка, поджелудочная железа - отсутствуют. Снова отметки укусов, словно неведомый зверь выгрызал лакомые куски из брюшины жертвы. Обнаружены следы 2,6-этил-3-фенил-пиперидина, в просторечье - ноксирон. Совсем уж для простых - эффективное быстродействующее снотворное без побочных действий...
   Елена Осипова, двадцать три года. И снова на первом фото она ещё жива. Стройная зеленоглазая шатенка, под руку с молодым парнем. Её нашли через три месяца после первой, и почти в том же месте. Снова чёрный мусорный мешок и снова фотографии, будто кадры из какого-то фильма ужасов категории "Б".
   Третья, четвёртая, пятая... Перед бесстрастным объективом "Nikon"а проходили молодые жизнерадостные девушки - с друзьями и любимыми, в семейном кругу и на пикнике, в фитнес-клубе и ресторане - на следующей странице превращавшиеся в бездушные манекены, исполосованные неведомым чудовищем.
   Сотни и тысячи документов. Протоколы осмотров мест происшествий, допросов свидетелей; постановления следователей о признании потерпевшими, назначении экспертиз; поручения о проведении оперативно-розыскных мероприятий; заключения экспертов, пояснения и разъяснения... И, конечно же, переписка - ключевой элемент сводного дела, над которым работает группа следователей. Запросы из Главного следственного управления Москвы, с требованиями "ускорить", "установить" и "соблюдать сроки". Отписки Берзина о "наличных силах", "оперативной поддержке" и "усилении". Запросы следователей в десятки и сотни организаций, в попытке реконструировать тот или иной момент из жизни жертв, и ответы на них.
   Свидетели... Трижды недалеко от места, где находили очередное тело, видели черный джип неустановленной марки. Впрочем, с тем, что следы от шин, King Cobra, оставлены "автомобилем повышенной и высокой проходимости", как описал внедорожник аккуратный в словах эксперт, скорее всего, "Гранд-Чероки", были согласны пять экспертиз. Сверхподозрительных военных пенсионеров среди свидетелей не оказалось, так что номер автомобиля, возможно, принадлежащего убийце, оставался белым пятном
   Один раз таинственный джип, вблизи, видел гражданин Веселков, сорока пяти лет, прогуливающийся ранним утром недалеко от коттеджного посёлка "Графская усадьба". Небольшое расследование установило, что он был давним и страстным поклонником эксгибиционизма, подстерегая на парковых и лесных тропинках любительниц здорового образа жизни. Припёртый к стенке одним из следователей Веселков сознался, что по одной из дорожек, где обычно встречаются только бегуны и велосипедисты, мимо него проехал чёрный внедорожник. Окно было открыто и из него свешивалась рука с сигаретой. Но ни номера джипа, ни каких-либо иных описаний водителя от Веселкова, сколько с ним не бились следователи и лично Берзин, добиться не удалось. Единственное, что тот вспомнил, было число - то ли девятка с нулем, то ли две девятки над изображением российского флажка на номерной табличке4. Сухая справка свидетельствовала, что на дату обнаружения первой жертвы в Москве и Московской области было зарегистрировано больше семи миллионов легковых автомобилей, в том числе больше четырехсот тысяч внедорожников, из которых почти пятнадцать тысяч - "Jeep Grand Cherokee" разных модификаций.
   В общем-то, у них с Ольгой сложился неплохой тандем. Пока Матвей, почти бездумно, в темпе prestissimo5, щёлкал "Nikon"ом, Ольга, склонившись над его плечом, комментировала узловые точки дела. Хотя сейчас он и не задумывался над её словами, напитываясь ими, словно верблюд водой про запас, все они находили свой уголок в его памяти. Он знал, что потом, в долгие часы, которые он проведет над фотографиями в цифровом и распечатанном виде, что-то из услышанного обязательно в нужный момент даст о себе знать.
   - Похоже, всё, - Матвей закрыл последнюю папку и откинулся на спинку стула. Посмотрел на часы: почти шесть. - По-моему, мы отлично сработались, - улыбнулся он и взглянул на девушку.
   - Я ведь говорила, что у меня отличная память, - ответно улыбнулась та и тоже посмотрела на часы. - Ещё что-нибудь?
   - На сегодня, пожалуй, всё. - Матвей встал, уложил фотоаппарат в сумку и начал складывать папки обратно в шкаф. - Но если вас не затруднит, отфотографируйте два оставшихся тома и скиньте снимки мне на почту. Надеюсь, я не сильно вас нагружаю?
   - Да нет, всё в порядке. Не волнуйтесь, завтра до обеда сделаю. Только...
   - Да, почта. Давайте я сброшу sms. Заодно обменяемся телефонами.
   Ольга продиктовала номер и Матвей отправил на него адрес почты, мимолётно подумав, что это неплохой способ взять телефон у понравившейся девушки.
   - Да, и ещё. - Матвей закончил складывать папки обратно в шкаф и обернулся к Ольге. - Судя по заключениям, исследования тел проводили пятеро разных экспертов. Из них один, кажется, Стреляев, вскрывал четыре жертвы. Можете договориться с ним о встрече?
   - О встрече? - удивилась та. - Но ведь всё есть в отчёт...
   - Есть, - согласно кивнул он, - но бумага - это так, просто текст. Всегда разговаривайте с людьми, если есть возможность. "Причиной смерти гражданина Д. является острое малокровие, развившееся в результате полученного им колото-резаного ранения области шеи с пересечением правой яремной вены, что приводит к выводу о наличии причинно-следственной связи между вышеназванным повреждением и наступлением смерти", - процитировал он всплывший из закоулков памяти текст. - Нет уж, всегда предпочитал услышать примерно тоже самое, только нормальным языком.
   Судя по виду Ольги, она явно хотела о чем-то спросить, но сдержалась, лишь сказав:
   - Хорошо, я свяжусь. Только он не Стреляев, а Стреликов.
   - У вас действительно отличная память, - улыбнулся он. - Спасибо, не надо провожать, - остановил он девушку, собравшуюся выйти за ним из комнаты. - До выхода я дорогу найду. Весьма рад знакомству. До завтра.
   Он мягко сжал пальцы ладони Ольги, прощаясь, и вышел. Закрывая тяжёлую металлическую дверь, поймал на себе её пытливый взгляд. Интересно было бы узнать, что сейчас варится у неё в голове. И какими ценными указаниями начинил её Берзин.
   Проходя через второй этаж, мимо кабинета с табличкой "Старший следователь. Капитан юстиции Муравьев П.С.", он потянулся, было, к дверной ручке, но, услышав за дверью громкие голоса, что-то рьяно обсуждавшие, передумал.
   Дошёл до выхода, махнул в очередной раз козырнувшему сержанту и вышел на улицу. Было ещё светло, но очертания домов, машин и прочей уличной атрибутики уже чуть расплывались в опускающихся на город сумерках, окутываясь едва заметной дымкой. Матвей любил такие вечера, когда во всём, окружавшем его, чувствовались тихая радость: то ли от предчувствия лета, то ли от всеобщего майского цветения.
   Вдохнув полной грудью запах жимолости, кустами которой был обсажен забор, скрывавший здание комитета от любопытных взоров, он сошёл со ступенек и неспешно двинулся к машине, размышляя обо всём и ни о чём сразу.
  
   4 90 - автомобильный код Москвы; 99 - автомобильный код Московской области
   5 темп музыкального произведения, очень быстро
  

Глава 5

   - Может, кофе? Или чай? У нас есть отличный сорт, брат привёз из Таил...
   - Нет, спасибо, Кира Сергеевна. У меня не очень много времени, так что обойдёмся без чаепитий. Олег Кимович, давайте ещё раз, вкратце, пройдёмся по хронологии. Итак, Ирина сказала вам в субботу вечером, что едет с ночёвкой к подруге, Арсеньевой Оксане. Так?
   - Так, - вяло кивнул Сысоев. С раннего утра, когда он ворвался в офис "Синсин", лихорадочно пытаясь уговорить Матвея сейчас же кинуться на розыски пропавшей, по его убеждению, дочери, его возбуждение, доходившее до истеричности, сменилось странным коктейлем из отчаяния, обречённости и равнодушия.
   Сысоев сидел на краешке кресла, небритый, в смятом костюме: видно, ещё вчерашний. Волосы растрёпаны и топорщатся в разные стороны. Узкое вытянутое лицо напоминало лошадиную морду. Впечатление усугубляли печальные карие глаза, сейчас пристально следившие за каждым движением Матвея.
   Жена, невысокая остроносая брюнетка в очках, в которых она была похожу на учительницу, сидела рядом с мужем. Выглядела она собранной и подтянутой. То ли ситуация с дочерью её не волновала столь остро, как супруга, то ли умела держать себя в руках.
   - А часто она у неё ночевала?
   - Да, верно, раз в месяц, - подала голос жена. - Они же ещё с садика знакомы, с первого класса - не разлей вода. И Оксана у нас не раз ночевала, так что у меня даже в мыслях не было...
   - А когда вы заподозрили, что что-то не в порядке?
   - Днём, в воскресенье, - сказал Сысоев. - Понимаете, я обнаружил, что Ирина забыла свой смартфон. Проходил мимо её комнаты, слышу - музыка играет. Заглянул, и вот, - он протянул Матвею одну из моделей Samsung Galaxy.
   - А она ведь без него - никуда, - снова жена. - Мы заволновались, решили Оксане позвонить. Тут она нас и огорошила, что ни о какой ночёвке они не договаривались и даже не общались в субботу.
   - Начали обзванивать всех её друзей и знакомых, кого знали, - потёр небритую щёку Сысоев. - На следующее утро я пошёл в полицию, ну а дальше вы знаете.
   Матвей кивнул. Эту часть истории он уже слышал. Бравые полицейские, как водится ещё с советских времён, убедили надоедавшего им гражданина, что заявления о пропаже человека принимаются только после трёх дней его отсутствия. К счастью Сысоева, он встретил знакомого, которому Матвей год назад помог в розыске непутёвого сына, пытавшегося в поисках приключений добраться автостопом до Байкала. В результате, заявление полиция таки приняла, но заниматься активными действиями не торопилась.
   - Список составили?
   - Да, вот, - протянула жена пару листков с рядками напечатанного текста. - Тут, в основном, её одноклассники, московские друзья - тех, кого мы знаем. Родственники...А вот здесь - описание вещей, в которых она была в субботу. И вот, как вы просили - несколько фотографий. Вот эта вот - на прошлой неделе сделана. Это мы в с Ирочкой парке были, тогда ещё...
   - Спасибо, - Матвей убрал листы и фото во внутренний карман пиджака. - Скажите, а крупные суммы наличных, украшения, ценности у вас дома хранятся?
   - Я уже проверила, - решительным тоном отрезала та. - Ничего из денег не пропало, и из личных вещей Ирочкиных - тоже.
   - Хорошо, - кивнул он. - Могу я осмотреть её комнату?
   Муж с женой переглянулись, обменявшись одним им понятными мыслями.
   - Да, конечно, - наконец кивнула Сысоева, обозначая старшинство в этой паре. - Пойдемте.
   Недолгое путешествие по коридорам закончилось у двери с плакатом, с которого на Матвея смотрели пятеро парней: зауженные джинсы, длинные волосы, футболки, открывающие татуированные руки. Наискось сверху вниз шла надпись: Stigmata. Видно, одно из музыкальных увлечений дочери. Кира Сергеевна зашла первой, щёлкнула выключателем и вспыхнувший свет осветил небольшую комнату.
   Кровать, на которой устроился плюшевый медведь. Зеркальный шкаф-купе. Стол с ноутбуком в окружении глянцевых журналов, рядом - столик поменьше, заставленный разнообразными баночками, тюбиками и коробочками.
   Матвей, под пристальным взглядом оставшейся в комнате Киры Сергеевны, заглянул для проформы в шкаф, больше внимания уделил ящикам стола, но, как и ожидалось, никаких бумажных записей не обнаружил. Это лет двадцать назад можно было надеяться найти что-нибудь вроде дневника, которому девушка или юноша поверяли собственные тайны. Современный человек, особенно молодёжь, информационно обитал в виртуальной среде, окнами в которую служили экраны компьютеров, планшетов, смартфонов и им подобных электронных гаджетов.
   Матвей нажал кнопку питания ноутбука. Тот пискнул, тихо загудел и на мониторе развернулась надпись: "Приветствую вас, пользователь Belle1997. Пожалуйста, введите пароль". В общем-то, тоже предсказуемо. Он обернулся к Сысоевой.
   - Кира Сергеевна, вы не против, если я возьму на время ноутбук Ирины? И, пожалуй, смартфон тоже. Кстати, у неё есть ещё что-нибудь вроде этого? - постучал он согнутым пальцем по клавиатуре.
   - Насколько я знаю, - это всё, - поджав губы, ответила та. - Был ещё планшет, но он уже месяц в ремонте. А это действительно необходимо?
   - Там может быть информация, которая поможет отыскать Ирину, - пожал он плечами. - Но без специалиста не обойтись. Естественно, я напишу расписку и гарантирую сохранность любых личных данных, касающихся вашей дочери или семьи.
   - Конечно же, вы можете забрать всё, что вам необходимо, - прервал размышления жены муж, протиснувшийся мимо неё в комнату. - Берите, - протянул он смартфон Матвею. - И не надо никаких расписок.
   Кира Сергеевна метнула на мужа взгляд, не обещающий ничего хорошего, но промолчала, так что уже через пять минут Матвей выходил из квартиры с упакованным в сумку ноутбуком. Смартфон он положил в карман пиджака.
   - Вы ведь найдёте её? - с неизбывной печалью во взгляде спросил Сысоев.
   - Уверен, что с ней всё в порядке, - заверил его Матвей, чуть запнувшись: в памяти всплыли фотографии Марии Рокотовой, первой жертвы. Дочь Сысоевых была очень похожа на неё. - Давайте верить в лучшее и не переживать раньше времени. Как только мы что-нибудь выясним, я сразу же позвоню.
   - Ваши бы слова - да богу в уши, - вздохнул печально Сысоев. - Мы с Кирочкой просто с ума сходим.
   "Кирочка" лишь кивнула, взяла мужа под локоть и со словами: "Олег, возьми себя в руки", закрыла дверь. Возможно, она считала, что уплаченный аванс является достаточным подтверждением их переживаний из-за пропажи дочери.
   Матвей вышел во двор. Уже стемнело и припаркованные у каменных парапетов машины укрывались в тенях, рождавшихся от двух фонарей на столбах. Мимо проехала, подмигивая проблесковым маячком, машина полиции. Дом Сысоевых не был элитным, но и далеко не Капотня с её НПЗ6, или Бирюлёво, с наводнившими район мигрантами. Матвей забрался в "ниссан", забросил сумку с ноутбуком на заднее сиденье и выбрал номер из контакт-листа смартфона. После нескольких гудков в трубке зашипело, закрякало и наконец откликнулось голосом.
   - Алло.
   - Привет, Макс. Как жизнь? Всё шифруешься?
   - Чем ближе к полуночи - тем лучше. А предохраняться - наше кредо.
   - Ирка была права - ты отмороженный социофоб, - Матвей опустил окно, впуская в салон вечернюю прохладу.
   - Ага, только это ещё большой вопрос, где настоящий социум - на улицах или в сети. А ты, небось, всё за жёнами шпионишь, извращенец?
   - Извращенец - тот, который за мужьями следит. Да нет, у меня тут задачка одна образовалась, помощь твоя нужна. Сможешь завтра подъехать?
   - Вечно ты не вовремя. И что за задачка?
   - Вскрыть доступ к ноуту, но это мелочь. Помнишь, ты о новой программе рассказывал? "Темакс", вроде?
   - Ну, да. Только "ДеМакс". И что?
   - Я сейчас веду дело о пропавшей девушке. Как думаешь, сможет твой зверь нарыть что-нибудь полезное?
   - Хм, зависит от объема данных, от её активности в сетях. Но в качестве теста - вполне пойдёт. Так, погоди, - из трубки снова послышался переливчатый писк, сигнализируя, что маниакально подозрительный Макс переводит сигнал связи на другую вышку, - часов в одиннадцать сойдёт?
   - Заметано. Тогда завтра в одиннадцать жду в офисе. Спасибо. Привет Иришке.
   - И тебе не хворать.
   Матвей нажал "отбой", но не успел вернуть аппарат в держатель, как телефон запиликал 24-й каприс Паганини. Всё-таки, ставить свой рингтон на отдельный номер - удобная вещь.
   - Привет, мам. А я как раз о тебе думал.
   - Ври больше. Если б думал - давно бы уж дома был. Договорились же на восемь. А уже половина девятого. Отец за стол не садится.
   - Ну, мам, извини, работы сегодня много было. Уже лечу к вам.
   - А вот лететь не надо. Знаешь же: поспешай не торопясь.
   - Слушаюсь, мон женераль.
   Усмехнувшись, Матвей пристегнулся, завёл двигатель и выехал со двора на непривычно пустынную улицу.
  
   6 нефтеперерабатывающий завод
  

Глава 6

   - И что же за дела такие важные, что даже вовремя приехать не можешь?
   - Отец, ну отстань ты от него. Сам-то, в своё время, вспомни, иногда и за полночь приходил. Всё работа - будь она неладна.
   - Заезжал к родителям пропавшей девушки. Сам понимаешь, нужно было побольше информации собрать.
   Матвей потянулся к салатнице, искоса поглядывая на отца. Тот, широкоплечий, грузный, с густой шевелюрой, пробивающейся через раскрытый ворот рубашки растительностью, напоминал старого седого медведя, сгорбившегося над тарелкой с едой.
   С тех пор, как два года назад Матвей перебрался на собственную жилплощадь, почти одновременно с уходом из Комитета, он старался раз-два в неделю навещать родителей, хоть это и было порой нелегко. Иногда ему казалось, что отец специально копит раздражение в промежутках между встречами, чтобы потом излить его во время редких общесемейных ужинов или обедов по выходным.
   - А девушка молодая? - Ева тревожно глянула на брата. Ему даже показалось, что в глазах сестры мелькнул испуг.
   - Твоего возраста, - ответил он. - Так что лучше одна вечерами не ходи.
   - Я и так до десяти уже дома, - сказала она, недовольно взглянув на отца. Матвей усмехнулся. "Комендантский час" он помнил ещё по собственным школьным временам.
   - А она одна и не ходит, - с улыбкой сказала мать и поправила выбившийся из причёски дочери локон. - С мальчиком каким-то гуляет, да нам с отцом не говорит, что за птица. Хоть бы познакомила.
   - Ни с кем я не гуляю, - запротестовала девушка. Щёки запунцовели румянцем. - Просто с Тамаркой к сессии готовимся.
   - Как же, знаем мы таких Тамарок, - буркнул отец. - Смотри, в подоле не принеси. - И, не обращая внимания на реакцию дочери, обратился к Матвю.
   - Я слышал, Поярков тебя каким-то делом заняться просил? Ты куда?
   - Я наелась, - с надувшимся видом Ева встала из-за стола. - Пойду социологию учить.
   - Тоже мне, фифа, - проводил её отец, а мама только посмотрела на него, укоризненно покачала головой и, вздохнув, положила Матвею ещё мяса.
   - Просил, - подтвердил он нехотя. - Серия. Не знаешь такого - Белопольского?
   - Нет, - отец медленно покачал головой. - Не слыхал. А ведь я говорил, что тебе всё равно от этого не уйти. Зачем же увольняться было?
   - Пап, - поморщился Матвей, - сколько раз уже обсуждали это. Если бы не Поярков, я бы за это дело не взялся.
   - Ну да, как же, - кивнул тот, - всё хочешь доказать, что я тебя воспитывал неправильно? Что армия, Чечня, институт, МУР и Комитет - это всё происки отца-самодура.
   - Алексей, - покачала головой мать.
   - Что Алексей? - звякнул вилкой отец. - Уж почти шесть десятков лет, как Алексей. После дела Епифанцева ему прямой путь в начальники отдела был, а там и до главка рукой подать. Генеральская должность...
   - Не всем же генералами быть, - сухо ответил Матвей, начиная закипать. День выдался суматошным, а проплывающие перед глазами фотографии девушек, хранящиеся в недрах памяти "Nikon"а, оптимизма не добавляли.
   Отец свирепо взглянул на него, резко встал, со скрежетом отодвинув стул.
   - А по-твоему, генералами только со связями или бабками становятся!? - впился он взглядом в сына. Матвею бросилось в глаза едва заметная дрожь пальцев и расширенные зрачки. Он вздохнул: когда у них с отцом заходил спор о причинах увольнения из Комитета, и так было нелегко, а уж если он еще и выпивший...
   - Я этого не говорил, - сказал он осторожно. - Па, ну какой смысл сейчас это обсуждать? Два года уже прошло.
   Отец, хлопая по карманам брюк, бормотал что-то неразборчиво под нос. До Матвей доносились лишь обрывки фраз: "у Серёги сын уже полковник...у Васьки трое оболтусов, и то все в системе...это ж надо таким быть..."
   - Я курить, - нашёл отец, наконец, сигареты и, чуть пошатываясь, вышел на балкон. Сквозь стекло было видно, как он яростно, ломая спички, пытается подкурить.
   Матвей посмотрел на маму.
   - У него сегодня друзья были, - извиняющимся голосом сказала она. - Выпили, конечно. Ты уж на него не обижайся, сынок. Тяжело ему без работы.
   - Да разве я не понимаю, мам? - успокаивающе сказал он, продолжая наблюдать за отцом.
   Когда тот потерпел поражение в одной из аппаратных схваток, почти три года назад, и вместо очередной ступеньки на генеральской лестнице был вынужден уйти в отставку, без дела он, конечно, не остался. С таких должностей совсем в небытие не уходят, так что очень быстро на горизонте появился небольшой банк, в котором отец вскоре занял место вице-президента по безопасности. Впрочем, обязанностями его особенно не обременяли: вся деятельность, в основном, сводилась к встречам с очередным представителем силовых органов, желающем подоить банкиров. Многие бы посчитали такую должность, учитывая количество нулей в месячной зарплате, чистой синекурой, но только не отец. Все оставшиеся амбиции он возложил на Матвея, веря, что сын превзойдёт отца и, чем чёрт не шутит, ещё успеет взять верх над теми, кому он проиграл в подковёрных интригах.
   Так что уход Матвея из органов был для отца ударом, от которого он, пожалуй, не оправился и до сих пор, периодически пытаясь убедить сына вернуться. В последнее время, правда, он уже почти не вспоминал об этом, но, видно, встреча со старыми друзьями, сыновья которых благополучно встроились в систему, и новость о том, что Матвей взялся за дело, связанное с убийством, всколыхнули потускневшие надежды.
   - Положить ещё салата? - отвлекла его от раздумий мама.
   - Не, спасибо, мам. Я уже наелся.
   - Ну, тогда сейчас уберу, поставлю чай.
   - Давай помогу, - он встал из-за стола.
   - Да ладно, - отмахнулась мать. - Пойди, вон, лучше с сестрой поговори, а то она у нас гордая: теперь сама из комнаты ни за что не выйдет. А ждала ведь тебя.
   Матвей, глянув на балкон - яркая точка сигареты выделывала кульбиты, будто отец жестикулировал, разговаривая с кем-то невидимым - вышел из комнаты. Остановился перед дверью, усмехнулся. Сестра увлеклась вампирской тематикой пару лет назад и с тех пор плакаты с героями "Сумерек", "Дневников вампиров" и им подобных персонажей украшали её дверь, добавляя перца в отношения с отцом. Сейчас с плаката на Матвея смотрела роскошная чувственная брюнетка, позади которой стояли двое юношей. Красные зрачки и выступающие из уголков губ клыки одного, волчий оскал и прижатые к голове заострённые уши другого являли свидетельство жёсткой конкуренции двух нечеловеческих видов за человеческую самку.
   Он негромко постучал.
   - Можно?
   - Матвей, ты?
   - Нет, злой и ужасный вурдалак, жаждущий твоей крови.
   - Очень смешно. Заходи.
   Он открыл дверь. Ева, забравшись с ногами на кровать, отгородилась от внешнего мира ноутбуком, удобно устроившемся у неё на коленях. Мелированые пряди волос спадали на плечи, закрывая уши, которые она, на взгляд Матвея абсолютно необоснованно, считала чересчур оттопыренными.
   - Как учёба? - он прошёлся по комнате, сел в кресло у окна, из которого открывалась панорама ночного города. - Нервничаешь? Всё-таки, первая сессия.
   - Нормально всё, - буркнула та, явно не отойдя ещё от обидных слов отца. - У меня половина зачётов - "автоматом". А он мне - в подоле не принеси, - вытерла она ладонью сбежавшую по щеке слезу.
   - Да ладно тебе. - Он наклонился, коснулся её руки в успокаивающем жесте. - Можно подумать, ты отца не знаешь. Особенно, если выпьет. Относись к этому, как погодному явлению.
   - Ага, тебе легко говорить, - сердито сказала Ева, - сам-то отдельно живешь. Ну почему дедушка написал в завещании, что мою часть наследства я могу только после двадцати одного получить? Совершеннолетие ведь - в восемнадцать.
   - У нас так. В США - в двадцать один, - развёл он руками. - По крайней мере, в штате Нью-Йорк. Так что придётся три года потерпеть. Да ты сама знаешь - завтра отец к тебе извиняться придёт. Что за парень? Нормальный хоть?
   - Он классный, - заулыбалась Ева. Лицо её сразу будто подсветилось изнутри. - Кстати, когда мы познакомились, он меня от хулиганов защитил.
   - Как романтично, - улыбнулся он. - Если бы я не...
   Его прервал виброгудок смартфона. Он посмотрел на экран, ткнул пальцем в "принять".
   - Здравствуйте, Ольга.
   - Добрый вечер, Матвей Алексеевич. Извините, если отвлекаю...
   - Да нет, всё в порядке, - он встал из кресла, погрозил кулаком изображающей томные жесты сестре и вышел в коридор. - Какой-то вопрос?
   - Вы просили договориться о встрече со Стреликовым. Эксперт.
   - Да, помню.
   - Я с ним переговорила, он готов встретиться завтра в двенадцать. В бюро судмедэкспертизы на Тарном проезде. Это в районе...
   - Да, я знаю, где это. Спасибо за оперативность, Ольга. Меня устраивает. Я так понимаю, вы тоже подъедете?
   - Ну, Дмитрий Константинович просил, чтобы я вам помогала...
   "Следила", - перевёл про себя Матвей.
   - Хорошо. Тогда завтра встречаемся в бюро. Доброго вечера.
   - До завтра.
   Задумчиво посмотрев на экран смартфона, словно пытаясь добыть из него недосказанное девушкой, Матвей хотел вернуться в комнату и продолжить разговор с Евой. Он редко разговаривал с сестрой об опасностях, которые могут исходить от парней, даже если на первый взгляд они кажутся принцем на белом коне. Но сегодняшние фотографии вкупе с пропавшей девушкой обострили братские чувства.
   - Матвей, - не дойдя до комнаты, он обернулся на мамин голос.
   - Идём чай пить, - помахала она ему рукой. - Я испекла кекс, как ты любишь. И Еву зови, хватит ей там дуться. Не каждый день, всё-таки, всей семьёй собираемся.
  

 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"