# Сказка про Золушку

Сергей Анатольевич Кусков

Золушка бежала вниз по ступенькам. Платье на глазах превращалось в лохмотья. Поворот. Споткнулась, зацепившись за планку ковровой дорожки и чуть не упала. Туфля слетела.

- Принцесса, куда же вы? - принц был ровно на один пролет выше. Она вскочила и побежала дальше. Поднимать туфлю времени не было. А жаль, это единственное, что у нее осталось от мамы. Единственная вещь из этого долбанного маскарадного костюма, которая была по-настоящему её и не исчезнет с боем курантов.

Она выбежала на крыльцо и помчалась к карете, надеясь хоть здесь успеть. Но и тут облом: прям на глазах та превращалась в тыкву. Медленно и неумолимо.

- Принцесса, стойте же! - кричал выбежавший на крыльцо принц. Испуганная Золушка кинулась за колонну и прижалась к ней всем телом. Пронесло. Принц пробежал мимо, сжимая в руке ее потерянную туфлю. Когда опасность миновала, она вышла из своего импровизированного убежища, присела на ступеньку и заревела, отводя душу.

Вот б... эта фея! Старая долбаная маразматичка! Дура климаксная! Надо ж было так подосрать! Помогла, называется! А ещё крёстная! Теперь она одна, вся в говне, за много лиг от дома, без денег и средств передвижения! И еще туфлю мамину, таким трудом все эти годы сберегаемую, посеяла. Не отдаст же её принц, в конце-концов, какой-то грязной нищей оборванке?

Всё, хватит ныть. Надо идти домой. А то мачеха к утру с бала явится злющая-презлющая, а ее не будет. Таких тогда навтыкает! Лежать больно будет, не то, что сидеть!

Золушка встала, подобрала тыкву (ну, не пропадать же добру, кашу сварим! Она, как ни крути, была девушкой хозяйственной в любой ситуации.) и побрела прочь от дворца под похотливые смешки гвардейцев. Золушка вначале боялась, что те будут приставать, но она оказалась настолько грязной и вонючей, что привыкшие к гигиене дворцовые стражи просто побрезговали.

Она брела по лесу и беззвучно плакала. Мечты! Оказывается, когда они разбиваются, это больно! И зачем вообще поперлась на этот чертов бал? Что там забыла? Понтануться? Зачем побежала к этой долбанной фее за конопляное поле? Ведь все знают, какая у нее репутация. Как накурится, часам к двенадцати, так все ее волшебство медным тазом накрывается. И что дальше делать? Как жить? Возвращаться к грязным кастрюлям и обосранным унитазам? Это после того, как все кавалеры королевства, включая принца, наперебой оказывали ей знаки внимания? В то время как мачеху с сестрами чморили в углах по черному? Как лимиту, дремучих выскочек-провинциалок?

И она снова заплакала.

Но вдруг, неожиданно плакать перестала. Мозг попытался проанализировать почему. Просканировал окружающую действительность и пришел к неутешительному выводу: она перестала плакать, потому что делать это с обнаженной шпагой у горла неудобно.

- Привет, красавица! Куда путь держишь? - раздался из окрестных зарослей, в которые уходил другой конец шпаги, мягкий мелодичный тенор.

- Господа разбойники, если вы хотите меня ограбить, то у меня ничего нет, кроме этой тыквы. Впрочем, если вы соскучились по тыквенной каше, можете смело забирать её. Мне не жалко. А если вы хотите меня изнасиловать, то знайте, я самая грязная и вонючая б... самого засранного и облеванного борделя королевства, куда и нищие ходить брезгуют, и у меня триппер в третьей стадии.

- Малыс Вилли хоцет тлиппел! Малыс Вилли хоцет зенсину! - Выскочил из противоположных кустов огромный двухметровый детина, два метра в обхвате, с маленькой головой, на которой навечно зафиксирована улыбка жизнерадостного имбицилла. Но в руках тот держал огромный, просто гигантский двухметровый обоюдоострый топор, весом эдак пудов в пятнадцать. То есть в четыре раза тяжелее самой Золушки.

Хозяин шпаги прыгнул вперед, загораживая гиганту дорогу. Это был среднего роста худой брюнет с правильными чертами лица и огромными голубыми глазами. За плечами его висел большой тисовый лук, голову венчала остроконечная выцветшая зеленая шляпа с пером.

- Тихо, спокойно малыш Вили! Эта тётенька хорошая, она наша гостья. С нею нельзя делать триппер. Пойди, посмотри лучше, чем аббат занимается. Скажи, я сказал ему дать тебе конфетку.

На лице детины стали дергаться мускулы, говоря о том, что в черепной коробке шла упорная мысленная борьба.

- Не хацу канфетку. Хацу тётю.

Разбойник тяжело вздохнул.

- Не эту. Эту нельзя. Мы дадим тебе другую тетю. Когда поймаем. А пока конфетку.

Детина постоял еще немного, мысленная борьба в его голове мучительно продолжалась с переменным успехом, о чем свидетельствовали гримасы на лице. Но, видно, неудачная полоса для Золушки на сегодня кончилась, гигант махнул рукой.

- Ладна. Канфетку. А длугую тётю мне!

Золушкин спаситель улыбнулся.

- Ну, вот и договорились. А теперь давай, беги к старине аббату, пока эта старая сволочь никуда не свалила. А то уйдет, и ты без конфетки останешься!

Громилу как ветром сдуло, только земля ходуном заходила. Брюнет обернулся, снял шляпу и сделал галантный реверанс

- Сударыня! Рад приветствовать вас в нашей скромной обители. Разрешите представиться, сэр Робин, граф Локсли. Правда, все в округе зовут меня просто - Робин Хороший.

Золушка успокоилась, перестала дрожать от страха, положила тыкву на землю и села на нее сверху. Ну, не на землю же садиться? Это не практично когда рядом такая большая и крепкая тыква. А Золушка всегда была девушкой практичной.

- Робин Хороший? Интересно? Никогда раньше не слышала. А почему Хороший?

Робин небрежным жестом заправского корсара закинул шпагу в ножны, поставил ногу на камень и став в позу Цезаря, Разрывающего Пасть Писающему Мальчику высокопарно заявил:

- Я, сэр Робин Хороший, защитник обездоленных, слабых и угнетенных! Я граблю богатых и раздаю деньги бедным! Вот так вот!

Золушка удивилась, даже с тыквы чуть не упала.

- Правда? Что-то об этом я тоже ничего не слышала. Наверное, вы шутите.

Сэр Робин опасливо огляделся вокруг и прижав к губам тыльную сторону ладони тихо прошептал:

- Да, конечно, не такой же я дурак, в самом деле, чтоб раздавать честно награбленное непонятно кому? Но у меня хороший PR-директор, он замутил мне просто сногсшибательную рекламную компанию! И она прокатывает! За меня проголосовали уже в трех округах из восьми в нашем графстве! - и улыбнулся. Самой очаровательной улыбкой на свете. Золушке показалось, что от этой улыбки она тает, как сосулька по весне. И свалилась с тыквы.

Робин помог ей подняться, галантно усадил назад.

- Но если честно, я действительно граблю только богатых. Бедных не трогаю. И за это они меня любят.

- А почему? Из благородства? Или пока избирательная компания?

Робин Хороший хмыкнул.

- Ни то, ни другое. Просто у них брать нечего. Провозишься с такими, а прибыли ни на грош! Нет, я лучше богатого подожду. - и снова ей улыбнулся. И от его улыбки Золушка забыла, и кто она, и куда идет. Хотелось просто сидеть и улыбаться ему в ответ. Но тут сзади послышался стук копыт.

- Извини, работа! Дела зовут! - сказал сэр Робин и юркнул назад, в кусты, на рабочее место. Золушка услышала скрип натягиваемой тетивы и легонько, под нос нашептываемую песню: "Наш паровоз вперед летит. В коммуне остановка. Другого нет у нас пути! В руках у нас винтовка!..."

Сзади из-за поворота показался Принц. Он скакал весь из себя, прекрасный, величественный, на белом коне, со шпагой и маминой туфелькой, и был полон решимости найти свою бежавшую принцессу. Глядя на него глаза Золушки загорелись огнем надежды. Вот, сейчас он ее узнает, предложит примерить туфельку... А она достанет свою вторую, расскажет, кто она такая... И они поженятся, и будут жить долго и счастливо...

- Эй ты, грязная оборванка! - высокомерно бросил принц подъезжая к ней и доставая ногайку. - Ты не видела, принцесса в белом платье тут не пробегала?

Мир грез Золушки мгновенно рухнул. Улыбка медленно сползла с лица а предательская слеза потекла по щеке.

- Эй, ты что, не слышишь, к тебе благородный принц обращается?

И ногайка свистнула, рассекая воздух в метре от нее. Золушка испуганно подскочила.

- Да, благородный принц, она побежала туда - и она указала пальцем вперед.

- А почему я должен верить, что ты не врешь, грязная потаскуха? - и еще раз поудобнее перехватил ногайку.

Внутри Золушки все окончательно упало.

- Она была в одной туфельке. Хрустальной. - выдавила она, боясь расплакаться перед этим расфуфыренным животным.

Принц ничего не сказал - вот еще, разговаривать с грязной нищенкой! - и поскакал дальше. Как только круп его коня скрылся за поворотом, Золушка сочно, в цвет разрыдалась.

А когда очнулась, то сообразила, что плачет в чье-то грубое но заботливое плечо. И обладатель этого плеча нежно гладил её по золотистым волосам, приговаривая:

- Ну всё! Ну, хватит, девочка! Ты хорошая, сильная, найдешь еще своего принца.

Она подняла голову. Перед ней было заботливое лицо сэра Робина. И тогда она начала рассказывать. Сама. Обо всем. О своей жизни. О том, как дома все над ней издеваются. Особенно сестры. Гадят мимо унитаза, чтоб она убирала. И как ей плохо. Как она поехала на бал, и что из этого вышло. Сэр Робин внимательно смотрел в ее глаза, а когда она закончила, нежно поцеловал в губы.

Золушка опешила. Лишь спросила, оторвав от себя

- Но, как же? Я ведь грязная, вонючая...

- Ну, грязная - не проблема. Помоешься. А насчет вонючей ты не права - ты просто в одной пещере с Малышом Вили не спала, когда он сапоги снимает. Вот это вонь, я понимаю! И насчет самого грязного борделя можешь не заливать. Я там всех знаю, ты там не работаешь и никогда не работала.

- И что, ты серьезно...?

- А то! Пошли со мной?! Будем по стране гастролировать, очки зарабатывать. На предвыборную кампанию. А потом уедем куда-нибудь. - и снова обнял её.

- А почему ты его не убил? Или не ограбил? Одна его золотая шпага чего стоит! И белый боевой конь? Масть "Мерседес". Очень дорогая. Немецкое качество...

Сэр Робин только усмехнулся.

- Ты что, это же принц! Мы в какой стране живем, знаешь? Это ж Сказочная Страна, а не цивилизованная Европа. Здесь всё схвачено! Пока я купчишек богатеньких щипаю, дальнобойщиков всяких, я на фиг никому не нужен. Но стоит мне тронуть особу королевской крови! Или олигарха какого! Да госбезопасность Сказочной Страны уже к вечеру меня найдет и повесит за яй... Гм... Повесит, короче. На первом же суку. Нет, я из-за этого говнюка своим бизнесом и шкурой рисковать не хочу. Уволь! Так что, пойдешь со мной?

Золушка задумалась. А что ей делать дома? Опять говно за сестрами подтирать? Нет, лучше уж в разбойницы! Потом еще одна шальная мысль прорвалась в голову.

- Слушай, но ты сказал, что ты граф. Значит, бросишь меня также, как и этот, когда наиграешься? - по лицу опять потекли предательские слезы.

Робин Хороший усмехнулся.

- Детка, я ж говорю, у меня просто отличный, гениальный директор по PR! Мы с ним на 2016 год на президентские выборы выходить собираемся! Ну, каким я был бы президентом, если б меня все называли Роберт Засранец из Старого Урюпинска? А сэр Роберт Локсли звучит! Это вам не воробьям дули крутить! А это что?

И он взял из Золушкиных рук хрустальную туфельку. Золушка внимательно посмотрела на нее, потом на Робина Хорошего, потом улыбнулась и ответила.

- Это хрустальная туфелька. Наследство от мамы. Но она мне больше не нужна, я уже нашла своего принца...

- Вот и отлично! - Робин прижал девушку к себе - Значит, на Горячке толкнем. Как антиквариат. У меня там знакомые есть. Ну, пошли?

И как же все-таки была благодарна Золушка доброй фее за то, что таким необычным, не лезущим ни в какие ворота образом помогла найти крестнице свое счастье...