Кусков Сергей Анатольевич: другие произведения.

Глава 8. Противостояние (часть 1)

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Загадка Лукоморья
Оценка: 5.87*6  Ваша оценка:

Глава 8. Противостояние (часть 1)
  

Март 2448, Венера, Альфа, Золотой дворец. Корпус королевских телохранителей

  
  Где они столько щебенки взяли? Это ж надо, специально завозить сюда битую щебенку, бетонные обломки домов (а может заводской брак), арматуру, и мастерить здесь полигон, который, не знай я точно, что находится в подземельях дворца, принял бы за настоящие руины настоящей атомной войны! Обгорелые остовы невысоких домов, торчащие в разные стороны куски металла, битый бетонопластик... Ужас!
  И по этому ужасу, идентичному натуральному, я шел с винтовкой в руке, аккуратно переступая с ноги на ногу, стараясь не шелестеть камнями. Моя задача была до безобразия проста - найти и уничтожить "преступников", девочек сорок четвертого взвода, которых офицеры, усугубляя наше с ними противостояние, сделали наставниками практических занятий по тактике. Причем нам всем, чему мои девчонки ужасно "рады".
  Ага, "рады". Потому, что "сорок четверка" прошла огонь и воду, и только после этого попала в хранители. Когда Мишель показала мне их личные дела, их послужной список, я минут пять сидел в ступоре. Мне стала понятна причина их надменного отношения к резервистам и просто наплевательского к более младшим. Это боевики, самые настоящие, и даже в хранителях их использовали только во втором кольце, где они могли реализовать свои специфические таланты. Теперь же они всячески измывались над нашим взводом, показывая не просто класс, а высший пилотаж игры в контрас. (z) Игры, да, ибо практические занятия по тактике плавно переросли в игры, где мы всем взводом, учились работать в связке в приближенных к реальным ситуациям. Например, отрабатывая освобождение заложников. Зачистку территории. Уничтожение огневой точки противника в условиях колониального городского боя. Бои в коммуникационных тоннелях. И многое-многое другое, что может пригодиться личной армии клана Веласкес в будущем.
  Девчонки выли, ибо разница в классе давила. За все две недели ежедневных изнуряющих игрищ мы смогли победить их всего два (!) раза. Да и то один был совершенно случайным - противницы допустили совсем уж детскую ошибку, расслабились, видя наш низкий общий уровень. Теперь, кстати, таких ошибок не допускают. И достается на орехи абсолютно всей "чертовой дюжине", не важно, что именно я явился причиной "прикомандирования" их к нам. "Не получается? Учитесь!" - сказала Мишель на мои замечания, что это не совсем педагогично. "Они те еще сучки, но что есть, то есть - опыта у них не занимать". На мои слова о том, почему же их списали с таким опытом из хранителей, златовласая предпочла промолчать. Она вообще всегда молчит, когда речь заходит о противостоянии, лишь загадочно улыбается. Стерва!
  Отличия от спортивного контрас у нас, естественно, есть. Мы занимаемся в боевых скафандрах, а не специальных спортивных, в которых сочленения блокируются, если попасть по конечности. Просто внутри скафандра загорается красная лампочка, тем сильнее, чем больше степень повреждения. При "смерти" же тебя не парализует, ты можешь двигаться - вещь в спорте немыслимая. А вот оружие игровое, импульсное, хотя идентичное настоящему по всем параметрам. Яйцеголовые этого вида спорта разработали за долгие годы практически полные копии любого вида оружия, в которых даже отдача такая же, как у оригинала (и именно этот пункт вызывает восхищение, ибо подчеркну, оружие импульсное, изначально не имеющее никакой отдачи). Впервые перед полигоном мы прошли специальную комнату-"душевую", где на выданные скафандры был распылен специальный состав, принимающий и проводящий импульсы от оружия. Теперь же каждый раз мы подключаем этот слой к специальному разъему, который фиксирует импульсы попаданий, обрабатывает и выдает сигнал о повреждениях. Вот такие вот игрушки. После же каждого боя с нами занимается инструктор, объясняет и показывает ошибки, разъясняет, как можно было их избежать. Часть из этого мы после отрабатываем, но на следующий и послеследующий день раз за разом "сливаем" все бои.
  Как я подозреваю, дело не только в том, что "сорок четверка" - крутые. Просто в нашем взводе нет таких гениев тактики, как там. Кассандра - хороший исполнитель уже поставленных задач, может работать по отлаженной готовой схеме, но импровизировать на ходу у нее получается с натягом. Она чувствует опасность, да, и это нас часто спасало от практически полного разгрома, но на одной интуиции далеко не уедешь. Противницы обыгрывают нас на стратегическим уровне, и итальянка ничего не может с этим поделать.
  Сестренки тоже помочь могут не особо. Они чувствуют друг друга, действуют слаженно, но именно что только друг с другом. А контрас - война командная. Паула и Гюльзар не могут помочь вообще ничем. Паула - хорошая боевая единица, хороший исполнитель, ее всегда ставят на острие атаки, но в стратегии и тактике - полный ноль. Маркиза же - снайпер, она отлично стреляет, но это и все ее достоинства. Она сражается там, куда ее ставят, а ставим мы ее раз за разом на неверной, просчитанной противниками позиции.
  Я же... Трудный вопрос. У меня недостает опыта указывать девчонкам, где именно они не правы. Иногда я вижу это, иногда нет. Один раз, увидев, я сказал, что надо не так, и предложил свой вариант развития событий. Но нас "слили" с катастрофическим разгромом, после чего на "чертовой дюжине" вызверилась еще и тренер, обозвав "безмозглыми макаками" и "тупыми..." В общем, скверно обозвала. И с тех пор девчонки доверять мне командование не спешили. Да я и не рвался.
  Вот и сейчас чувствовал, что бой идет неправильно. Правильнее было бы Мии и Пауле зайти с восточной стороны, Розе и Кассандре через два пролета от меня справа, а мне и Маркизе держать этот проход для тактического маневра. Маркизу же усадить на "высотке" на северо-западе, оттуда она перекроет в случае чего и мой сектор, и сектор Розы с Кассандрой, и легко сменит позицию на атакующую, когда мы противниц обнаружим. Острие же атаки составят Мия и Паула - одна как самая боевитая, другая как напарница чувствующей и поддерживающей ее Розы. В засаду которой с той стороны не даст попасть итальянка, ибо там есть где спрятаться. Вместо этого у нас всё... Через задний проход. Я почти не сомневался, что этот бой так же "слит", уже, на тактическом уровне, ибо мы наступаем вслепую, пыжимся, что-то наспех делаем, а обычно после этого оказываемся под перекрестным обстрелом.
  Я махнул рукой, показывая жест "стоп". Паула, шагающая в двадцати метрах справа, замерла. Ах да, я забыл сказать, вся наша связь по условиям задания прослушивается сорок четвертым взводом. Как осложняющий жизнь фактор. И Мишель так же ни в какую не хочет этого фактора наших противниц лишить. Потому мы проигрываем даже те бои, где у нас есть шансы победить - банально "сливаем" свои планы через связь. Ведь нельзя действовать в абсолютном молчании; когда нет зрительного контакта, волей-неволей связь приходится использовать.
  Красноволосая остановилась, припала к земле. Прислушалась. Я увеличил мощность внешних звуковых сканеров - нет, тихо. Но мне не нравилась эта тишина, не нравилось происходящее. Я чувствовал, там ловушка, но как избежать ее - не знал. Показал ей рукой: "Нет" и "Туда не ходи". "Иди туда". Она кивнула - поняла. Крадучись, пошел вокруг дома. Сейчас бы забраться на второй этаж и осмотреться, но там буду как на ладони - укрыться негде. Если их снайперы, а у них аж два снайпера, выбрали верную позицию, на этом моя миссия закончится. Обошел дом, выглянул из-за осколка бетонной плиты. Тихо. Но эта тишина перед бурей.
  - Все готовы? - Это Кассандра.
  - Так точно. - Сестренки. Обе, в одной связке.
  - Так точно. - Это Гюльзар.
  - Огонек?
  - Готовы, - недовольно пробормотала за нас обоих Паула.
  - Начали!
  Сегодня мы - "полицейские", должны атаковать, чтобы спасти... Нет, не заложников, заложников мы точно "не спасем". Материальную ценность в виде чемоданчика, являющуюся условием победы, которую надо вырвать из загребущих ручонок противниц. Мы знаем их примерное местоположение (по-спортивному "стартовая зона"), и стартовали раньше. То есть, уйти далеко от места "обнаружения" они не могли, и наша задача, как королевских коммандос, не дать им это сделать. На нашей стороне факторы места и времени, они не знают, когда и откуда мы атакуем, но я не особо верил, что это нам поможет.
  Действительно, послышалась возня, крики и мат. Девчонки атаковали слажено, как и планировалось, но через полминуты иконка Розы заискрила розовым. Еще через минуту мы лишились Мии. И только в этот момент в бой вступила Паула.
  Ее ждали. Открыли огонь. И "ранили". Но я не зря ушел в сторону и ползком лез в дебри оплавленных "домов" по крошеву из бетона и пластика. Я вычислил сразу три позиции "сорок четвертых", и сразу же дал очередь по месту, откуда атаковали Паулу. Перекат, уход. На колено, вновь огонь. Есть, снова попал. Две. На третьей позиции больше никого. В этот момент мы лишились Кассандры, как выяснилось позже, пытавшейся прикрыть отход "раненой" Розы, а затем они добили и ее саму. Гюльзар же не могла помочь им ничем - находилась в секторе, где не было НИКОГО из защищающихся. Конечно, в тот момент я многого из этого не знал, подробности выяснились позже, после боя, однако чувствовал, что с красноволосой мы остались наедине. И помчался, но не к ней, а в сторону, куда меня гнала и гнала интуиция - надо было добить вычисленную фигуру на третьей позиции. Так, теперь вокруг дома. Достаточно. Рывок, гашетка.
  "Сорок четвертая" упала. Но всего лишь ранена, потому, как двигается - юркнула за укрытие. В этот момент я снова услышал аристократические высказывания Паулы, заменяющие ей фольклорные обороты, явно отстреливающейся от наседающих "защищающихся" - на мини-карте ее точка подалась назад.
  - Гюльзар, влево уходи! Там ждут! - успел предупредить я свою вторую оставшуюся напарницу и продолжил преследование.
  И чуть сам не нарвался на засаду. Это были те, кто сидел в резерве - они открыли шквальный огонь и заставили спрятаться за плитой, но задачу выполнили - свою отбили. Теперь мне ее не видать, как своих ушей. А ранение у нас не подразумевает ущемлений в движении или стрельбе, так что количество их стволов не изменилось. В этот момент погасла точка Маркизы, а иконка ее заплыла красным цветом - все-таки нарвалась на кого-то из их снайперов. Грамотно оборону организовали девочки, ничего не скажешь! Итак, мы с красноволосой остались вдвоем. "Вполтора" - подсказал внутренний голос, учитывая "ранение" напарницы.
  Самая оптимальная тактика была бы вернуться и поддержать ее, попытаться тянуть время, но знал, что это бесполезно. В реальном бою так и сделал бы, но сейчас, осоловевший от неудач, я плюнул и полез вперед, дуром, обойдя место, куда пристрелялись девочки резерва "сорок четвертых". Паула "ранена", она не жилец, одно попадание и всё. Я же хотел перед "смертью" захватить еще кого-нибудь.
  И у меня это получилось. Совершив головокружительный трюк, прыгнул, перекатился в зону, откуда зашел с тыла двум "сорок четвертым", ведущим перестрелку с Паулой, и всадил в одну из них половину условной обоймы. Другую не зацепил - успела перекатиться за завал.
  Итак, шансы увеличились, но никак не сравнялись. Их оставалось пятеро против двоих.
  Уничтожив наших, весь взвод противников сосредоточился на нас с Паулой. Мы же были разобщены, не могли помочь друг другу. Пользуясь этим, они удерживали меня на расстоянии, не давая приблизиться к красноволосой, и атаковали ее вчетвером, с разных сторон. А после ее закономерного исчезновения с мини-карты, скопом взялись за меня.
  Я побежал. Все равно куда, главное не сидеть на месте, не дать обложить. Но там, повторюсь, были девочки со стажем, и организовывать охоту умели. Но отчего-то не спешили приканчивать меня, раз за разом давая уйти из явной "коробочки".
  Почему - выяснилось позже, когда я, ведя огонь из-за укрытия, вдруг почувствовал движение сбоку и попытался перевести ствол в искомую сторону, но был сбит с ног и повален на землю. Все время моих метаний она обходила меня по большой дуге, и сейчас оказалась в самое нужное время в нужном месте.
  - Ах ты ж подонок! - закричала она по внешней связи. Над забралом девочки сверкала белыми буквами надпись: "Natalie". Удар, приклад ее винтовки опустился мне на шлем. Естественно, тот выдержал - не такой был у меня скафандр, чтобы не выдержать подобное. Но она замахнулась и опустила приклад еще и еще. После же через завал перепрыгнула ее подруга с надписью "Sandra" на шлеме, и подняла откинутое Натали оружие.
  Как раз вовремя. Потому, что пользуясь перевесом в физической силе, я отпихнул Натали ногой, перекатился и вскочил.
  Пауза.
  Они встали по бокам от меня. Я пятился, но за спиной несокрушимо стояла стена, лишая любого маневра. Без оружия мне нечего им противопоставить, а сила специализированного скафандра, когда на тебя смотрят стволы аж двух винтовок, не играет никакой роли. Шах и мат.
  - Троих! Этот гад троих пристрелил! - произнесла Сандра с нескрываемой злобой.
  - Молодец, что можно сказать? - усмехнулась в ответ Натали. Затем они напали, обе, разом. Возможно, у меня были шансы справиться с ними, все-таки бой в доспехах не то же, что без оных, но когда я вывернулся и двинул Сандре по забралу, пытаясь вырвать второй рукой оружие, подтянулись еще девочки, и их стало трое. А затем четверо.
  Они били меня со всей возможной силой, винтовками, прикладами, ногами. Было не столько больно, сколько обидно. Им ничего не стоило пристрелить меня и выиграть сражение, но им необходимо было покуражиться, унизить. Это и являлось целью их сегодняшней операции, после того, как я остался один с "раненой" Паулой. И самое скверное, пока инструкроры не подкрасят меня красным в ручном режиме, девочки в своем праве.
  - Всем стоп! - лампочка, наконец, загорелась, а голос одной из тренеров на всякий случай продублировал приказ. - Бой закончен! Победили "преступники"!
  - Мы тебя все равно уроем, - оскалилась Сандра, опуская и закидывая винтовку за плечо. Оскалилась, да, хотя лицо ее под забралом я видеть не мог. Но чувствовал. - Не здесь, нет. Но обязательно.
  - Посмотрим! - пробормотал я, поднимаясь. Тело болело, и это слабо сказано. Несмотря на колоссальные по сравнению с легкими скафандрами корпуса компенсаторы, удар приклада со всей силы, словно дубиной, это не хухры-мухры. Хорошо еще, что шлем хороший, от сотрясения защитил, а то лежать бы мне в медблоке. Сволочи! Ненавижу!
  
  Я не был зол, нет. Я пылал. И это тоже слабо сказано. Как и подозревал, Мишель сидела на наблюдательном пункте полигона и щебетала с обоими инструкторами о чем-то своем, далеком. "О косметике".
  - Вы и это будете им позволять? - взял я быка за рога.
  - Позволять что? - сделала картинные глаза одна из инструкторов. Я перевел взгляд на свою теперь уже официальную любовницу. Та сидела с наиехиднейшим видом.
  - А что, что-то было не по правилам? - Она наивно захлопала ресницами.
  Я развернулся и помчался прочь, домой, в каюту. Присутствовать при разборе полетов не хотелось совершенно.
  - Ангелито! Стоять! Куда пошел?! - попыталась крикнуть вдогонку одна из тренеров, но меня бы не остановил и "Экспресс любви" на полном ходу на встречном курсе.
  
  - Так что хвалили одного тебя, - доложилась Роза. Сестренки описывали произошедшее после моего ухода, попутно втирая мне в больные места мазь от ушибов. В двух местах им пришлось сделать инъекции, чтобы не образовалось гематом - дело не серьезное, но мое дальнейшее обучение замедлит.
  - Если бы ты остался, тебе бы влетело, что бросил Паулу, - продолжила Мия. - Но тебя не было, потому тебя хвалили.
  - Да, ты один завалил троих, - воскликнула Роза. - Троих, Хуан! Мы, все остальные, смогли лишь ранить двоих. Ранить, не убить даже! Но Мия правильно сказала, если бы ты присутствовал, тебя бы тоже разделали под орех. Так что хорошо, что ты психанул.
  - А за это ничего не будет, что психанул? - усмехнулся я.
  - Нет, Мишель тебя отмазала, - покачала головой сидящая на соседней кровати Кассандра. - Сказала, не обращать внимание, все нормально, Так что в основном ругали нас, что мы безмозглые курицы. И даже ты безмозглый, раз кинулся на авантюру без прикрытия. Ты повел себя как хороший солдат, а надо действовать, как хорошая группа. Хорошая группа всегда победит хорошего солдата, даже если будет состоять из плохих солдат. - Она вздохнула. - В общем, я плохо формулирую по-испански, но ты меня понял. Мы - команда, и должны действовать, как команда. Одиночные акции, вроде того, что сделал ты, при общем низком уровне ничего не стоят. Типа, вы сами убедились в этом, девочки, и передайте сие знание вашему психованному герою. Чтобы не расслаблялся.
  Роза и Мия переглянулись с нею косыми взглядами, но та была непробиваема.
  - А что? Пусть знает! Не маленький!
  Она встала и пошла к выходу.
  - Не обращай на нее внимание. - Роза сочувствующе сжала мне плечо.
  Не обращать внимания? Это нелегко. Потому, что то, что происходит со мной и сорок четвертым взводом, какой-то острый язычок в корпусе охарактеризовал точным словом "противостояние". Все здесь понимают, что добром это не кончится, что останется только один из нас - или я, или они. Третьего не дано, слишком далеко все зашло. И в своем противостоянии я один-одинешенек, на всех фронтах. Мои девочки помогают в этом точно так же, как и на полигоне - никак. Я один, вновь один перед всем миром, и конца-края этому нет. Видно, такая у меня судьба.
  
* * *
  

Парой недель ранее

  
  Лицо горело. Было стыдно, но я не мог ответить даже сам себе, почему. Что такого произошло? Мужчина переспал с женщиной - дело до безобразия банальное, и плевать, что ее старший ребенок не намного младше его самого. С точки зрения физиологии он мужчина, а перед физиологией все едины. Ну и что, что начальница? Подумаешь! Сколько людей спят с начальниками? Причем не только женщины с начальниками-мужчинами, но и мужчины с начальницами-женщинами. Миллионы! И то, что здесь полувоенная организация ничего не меняет. А что все узнали? Простите, о нас с Катариной узнали практически сразу, и пары месяцев не прошло, хотя и она контактами не злоупотребляла, и шифровались мы будь здоров. В таком маленьком коллективе это неизбежность: достаточно или ее, или моему поведению отклониться от нормы, а оно не может не отклониться, все всё поймут. Ну, будут пересуды, намеки, улыбки вслед... Но какая к демонам разница? Что намеки, что проверенная информация в лоб, итог один: я буду и дальше спать с Мишель, и все будут об этом знать. Так чего мне стесняться? Чего переживать?
  Но взять себя в руки не мог. Меня трясло от кислых и ядовитых улыбок в свой адрес. Пытался отвлечься, отвернуться, но раз за разом оказывался в исходном состоянии. Потому, что отреагировать на такую новость, хоть взглядом, хоть жестом, хоть улыбкой, своим долгом считали ВСЕ.
  Девчонки ничего не спрашивали, не задавали глупых вопросов, за что я был им отдельно благодарен, и, видя мое состояние, защищали, как могли. Они отгородили меня от всего света, и так и вели в столовую, окружив со всех сторон, никого близко не подпуская. Наверное, благодаря их действиям я не сорвался - это дало мне необходимый минимум времени, чтобы хоть как-то прийти в себя.
  Очнулся я сидящим за столиком, в окружении все тех же девчонок, азартно ковыряющий вилкой в тарелке. Девчонки щебетали о своем, о девичьем, не касаясь скользких тем, создавая информационную завесу - ведь именно моя персона была центром внимания всей столовой.
  Почувствовав себя лучше, принялся исподтишка разглядывать окружающих, кто как себя ведет, кто как в мою сторону смотрит. И пришел к выводу, что не все так страшно. Да, эта новость - сенсация, но как любая сенсация, быстро разойдется, сойдет на "нет". Корпус выгодно отличается от той же армии тем, что в нем фактически узаконены "горизонтальные связи", межличностные отношения между сослуживцами, и все привыкли к такому положению вещей. Вопрос, кому с кем спать, здесь личное дело каждого. Это взбодрило.
  Да, взгляды. Но в основном только взгляды и разговоры в узких кругах. Все вернется на круги своя, ибо с глобальной точки зрения изменилось мало что. Я и так слыл принцем, особой королевской крови, что ставило меня выше всех присутствующих. Плюс все понимали, что готовят меня для непростых дел. И "горизонтальная связь" с главой сего заведения - именно горизонтальная, ибо в перспективе мы будем работать на одном уровне, в одной команде, я не вечно буду в положении подчиненного.
  Я уже почти успокоился, когда, наконец, это произошло. Это оказалась моя не так давно знакомая мулатка, причем отношения у нас носили характер натянутой тетивы.
  - Привет!
  Ввиду того, что девчонки заняли все места за столиком, расположившись максимально широко, и никого не пускали, она встала напротив, прислонив зад к соседнему столу. И посмотрела со смесью удивления, восхищения и иронии.
  - Привет, - поднял я голову, интонацией давая понять, что не настроен разговаривать.
  - Поздравлять не буду, это личное дело каждого... - залилась она, я же непроизвольно сжал кулаки, - Но у меня... Да и не только меня, - она оглядела притихших девочек за соседними столиками, - возник один вопрос. Почему только старухи? Вокруг же столько молодых! Красивых, сексуальных! Все сами готовы на тебя вешаться! А ты?
  Я продолжал держать маску непробиваемости, хотя это снижало пространство для маневра. А с женщинами нельзя только защищаться - заклюют. Однако, что говорить, не знал.
  Выручила Кассандра, красиво рассмеявшись:
  - Марта, милая, ты что, такая тупая, да?
  Зал вокруг замер. Я тоже. Девчонки меня защищали, причем не пассивно, отсекая, а впервые активно, вмешиваясь в разговор.
  - Ты что, такая дура, что не замечаешь очевидных вещей? - продолжила итальянка. - Да посмотри ты на себя! Что, ну что, скажи, с тебя можно взять?
  Оценивающее молчание.
  - Ну, смазливая. Ну, тельце так себе, ничего. Ну, мулатка, многим мальчикам нравится. Дойки тоже так себе - и ни туда, и ни сюда, и не большие, и не маленькие. Задница - и та средне!..
  Кассандра так деловито ее разглядывала, взглядом умудренного опытом, прошедшего огонь и воду бисексуала, что меня начал разбирать смех. У зрителей вокруг это так же не могло не вызвать улыбки.
  - ...Ну, допустим даже, у тебя все супер, - продолжала "опускать" Белоснежку наша комвзвода. - Допустим, повторюсь. И что с того? Сколько здесь таких, как ты? Две сотни? Три? СОТНИ, Марта. А еще здесь есть малолетки - а они тоже ничего. - Итальянка аж причмокнула. - И в отличие от вас, гонора у них значительно меньше! Выбирай любую и ваяй что захочешь, под себя!
  А твои "старухи", - понизила она голос, - начальство. И внешне тебе сто очков дадут, и в постели далеко позади оставят. И не такие стервы, как ты. Да-да, не такие! - воскликнула она. - Уж с нашим мальчиком чего им стервиться? У них и так все хорошо. И главное, - она выделила следующую фразу, - они НАЧАЛЬСТВО. Одна психолог, бракует дегенеративных. Плюс, подменная дежурных офицеров. Другая - доверенное лицо королевы, и этим все сказано. Одна и поможет, и подскажет, и в город выпустит, а вторая... Да что говорить, сама должна понимать, что именно вторая - не такая же ты дура, какой пытаешься казаться?!
  Вновь сделала паузу.
  - Чико молодец, умный мальчик. И делает всё правильно. А что вам, шалашевкам, такое не нравится... - Она скривилась. - Не обессудьте. Дойдет очередь до вас, и на вашей улице будет праздник, несомненно. Но потом, позже. Пока же c"est la vie, есть вещи важнее вашего бешенства матки...
  - Ты!.. Ты!..
  Белоснежка пыхтела, злилась, несколько раз порывалась что-то ответить, но четко сформулировать аргументы не смогла, и решила не позориться. Правильно, а что тут скажешь, не переходя на личности? Вслед ей смотрели сочувствующе, но ажиотаж вокруг моей персоны стал заметно стихать. Действительно, мальчик-принц, без кавычек, рвется к власти, делает карьеру. Что в этом такого? Никого же вокруг лично это не задевает? Не задевает. А Мишель... Мишель не из тех людей, которые позволят садиться себе на голову. Потому еще непонятно, поздравлять Малыша надо, или сочувствовать.
  - Спасибо! - еле слышно прошептал я. Кассандра кивнула.
  - Не за что.
  И выждав минуту, все-таки взорвалась:
  - Чико, ну ты даешь! Что, нельзя было по-тихому, как люди? Обязательно ТАК, чтоб все видели и знали?
  - Это случайно произошло, - принялся оправдываться я. - Я не хотел. Просто... Просто столкнулся с нею в нужное время в нужном месте. - Я мельком посмотрел на Розу. Не искоса, просто бросил беглый взгляд, но она виновато уткнулась в столешницу. - А потом проспал. Да, девчонки, банально проспал. Ну, не пентюх ли я?
  - Не пентюх, - отрицательно покачала головой Паула. - Все нормально, Хуанито, не бери в голову. - А ты не дави! - зыркнула она на итальянку. Та вздохнула и тоже виновато опустила голову.
  
* * *
  
  Было одно обстоятельство, которому я не придал значения, каюсь. Сорок четвертый взвод. С момента нашей последней (и пока единственной) стычки прошло много времени, все они сидели тише воды ниже травы, и я расслабился. Ну да, зыркают исподлобья. Ну да, оценивающе рассматривают. Ну да, следят за мной где только можно. Но меня они не трогали.
  Больше скажу, они вообще никого не трогали, особенно младших. "Особенно", потому, что пару раз несерьезно сцеплялись с другими девочками на почве иерархии, но оба раза это были кадровые ангелочки. На "зелень" и "малышню" они принципиально не обращали внимания (так что зря удалили взвод моих крестниц, я об этом честно жалел).
  Вот и сейчас, в столовой, не обратил внимания, как настойчиво они меня рассматривают. Нет, они не были поражены, не выдавали ехидные смешки и комментарии, не травили друг другу байки на подобную тему - они просто оценивающе смотрели, как я себя веду и что делаю. В контексте вышесказанного это ничего не значило, и начало войны я проморгал.
  Когда поднялся, собираясь относить поднос, одна из них, по прозвищу Сандра (имя у нее латинское, но сама она по крови гринго, из-за этого и прозвище), встала из-за стола всего на секунду позже меня, и понесла поднос не куда-нибудь, не к приемному окну, а мне навстречу. Уверенный, что агрессивных действий с их стороны не будет, ну, не здесь и сейчас, я шел, улыбался знакомым девчонкам, перебрасываясь с некоторыми ничего не значащими фразами... И вдруг стало поздно.
  Бум!
  - Ты что, козел, под ноги не смотришь?! - раздался ее вопль.
  Ее поднос не был пустым, на нем кое-что стояло, недоеденное. И теперь, после столкновения, это "кое-что" стекало мне по кителю. Столкновения намеренного, целенаправленного - она буквально врезалась в меня, со всей возможной силой. Я только успел отметить про себя одно слово, "столовая". Господи, как все знакомо!
  ...Но в то же время и незнакомо. Здесь не школа, и нынешние противники, в отличие от отморозков Толстого, мне не по зубам. И меня не вышвырнут за драку - накажут, но иначе. Да и такого авторитета на кону, что стоял в прошлый раз, нет - в любом случае все останутся при своих. Но, повторюсь, и победить противницу мои шансы минимальны.
  - Что ты себе позволяешь? - воскликнул я, все-таки пытаясь решить дело миром. Это бесполезно, цена вопроса - кого больше накажут, драка неизбежна. Но я пытался.
  - Я? - Она картинно закатила глаза. - Ты, придурок! Ты меня толкнул! А я себе еще и "позволяю"? А ты не слишком много на себя берешь, юноша?
  И ядовитая улыбочка с вызовом: "Ну что, мой хороший, ты теперь сделаешь? Я тебя спровоцировала, облила - то есть унизила. Ты не можешь просто так развернуться и уйти. К тому же, ты теперь спишь с главой корпуса, она твоя любовница, и любая потеря авторитета обернется катастрофой. Ну, давай,действуй!"...
  ...И я вдруг понял, что любые слова излишни. Требовать извинений? А если она на самом деле извинится, так же ехидно-ехидно? И уйдет? А я останусь оплеванный? Нет, говорить что бы то ни было в этот момент бесполезно. А распалять себя, накручивать, чтобы ударить первому, мне давно уже не нужно.
  Фу-ух!
  Я ударил. Жестко, с места, прямым. Максимально резко, как только мог. Но она ждала именно этого и ушла, поставив достаточно жесткий блок, от которого руку будто пронзил удар тока.
  Улыбочка. Слащавая, полная превосходства.
  - Ай-яй-яй! Руку на сеньориту?
  Я снова атаковал, быстро, на грани фола для своих мышц и связок, но вновь не успел. После же атаковала она, и мне пришлось отступить. Еще удар, и еще. И вот, наконец, она достигла цели - прямой в лицо. Не сильный, просто хлесткий, но я пошатнулся.
  Она схватила меня и бросила вперед, на стоящий позади стол. Девчонки, сидевшие за ним, с визгом разбежались. Я же приземлился как раз на их подносы, проломив своим телом достаточно хрупкую не рассчитанную на подобные испытания пластиковую столешницу.
  Медленно поднялся, приходя в себя. Она подождала, но ровно до того мгновения, когда я обрету ясность рассудка, и вновь атаковала.
  ...Я не успевал. Катастрофически. Это не бой с Рыбой, когда моя противница была навеселе, тормозила и совершала ошибки. Передо мной стояла абсолютно трезвая расчетливая Сандра, и зная ее послужной список, я понимал, шансов у меня нет. Я НЕ УСПЕЮ, что бы ни задумал.
  К счастью, она не Бенито, и цели ставила себе соответствующие - излишнее унижение в ее планы не входило. Удар, еще удар. Я не смог защититься, не смог уйти, вновь ошеломление, и следом контрольный. Вот и всё, на меня навалилась спасительная темнота. Спасительная сейчас, в данный момент, но тому, что мне предстояло далее, она никак помешать не могла.
  
  - Входите!
  Гермозатвор отворился, из него выглянула Капитошка, как оперативная дежурная. Наказующие ввели вначале меня, затем Сандру, обоих с руками, застегнутыми в магнитные браслеты за спиной.
  Мишель сидела на своем месте и напоминала своим видом скандинавскую валькирию. По бокам от нее располагалось по трое офицеров, одна из которых - Катарина. Все повернули головы и напряженно смотрели на нас, изучали. Наказующие на всякий случай стояли за нашими спинами, сделав шаг назад, а Капитошка встала сбоку, возле голографии альпийского релаксационного пейзажа.
  - Уважаемые, мы бы хотели услышать из ваших уст, что произошло, - заговорила Мишель грозным голосом. - Нет, вы не думайте, мы всё видели и слышали в записи, но теперь хотим выслушать ваши пояснения.
  - А что пояснять? - нагло усмехнулась Сандра. - Он меня толкнул. А после ударил. Первый!
  Я непроизвольно сжал кулаки за спиной. "Первый"! Попался, как лопух!..
  - Ты его спровоцировала, не ври, - коварно усмехнулась Мишель. Ее усмешка не предвещала ничего хорошего, но на Сандру впечатления не произвела. Та лишь безразлично пожала плечами.
  - Ну, спровоцировала. И что?
  "И что". Хороший вопрос. Ставит в тупик виднейшие умы, не то, что мыслительные агрегаты слабых женщин, пусть и считающих, что планета вертится вокруг них.
  - А ты что скажешь? - взгляд сеньоры Тьерри переместился на меня.
  - А что сказать, - выдавил я из себя наплевательскую усмешку. - Меня толкнули и облили. Я должен был извиниться и пройти мимо, как гласит ваш устав в отношении "мелочи"? Тогда порите меня до смерти, мне все равно. Я буду отвечать на подобное, где бы что бы у вас там ни было написано.
  Мишель откинулась на спинку, хмыкнула. Офицеры молчали.
  - То есть, одна признает, что спровоцировала другого, другой признает, что ударил первый, - обратилась она как бы к ним. - И что будем делать?
  - По двадцать ударов кнута каждому. Чтоб неповадно было, - выдавила одна из офицеров. Мишель покачала головой.
  - Не поможет. Ни той, ни этому. Эта с подружками и дальше будет его задирать, он же и дальше будет отвечать. Но только если ему достанутся все удары, то им, - кивок на Сандру, - только одна восьмая. По числу получающих от всего взвода. Непедагогично!
  Она помолчала.
  - Значит так, - вновь зыркнула она на нас, - предлагаю мировую. Ты, - палец ее уткнулся в мою противницу, - не получаешь свою порцию ударов, как пострадавшая сторона, тебя ударили первой. Ты - палец переместился на меня, - то же самое, как человек, которого спровоцировали. Как вам такое соглашение?
  Мы молчали. Оба. Мне было нечего сказать, как и Сандре. Она стояла, ухмыляясь: "Ну что вы в самом деле! Развели детский сад!".
  Действительно, детский сад. Вместо этого балагана должен был собраться вполне легитимный Совет, минимум из девяти человек, и решить нашу участь. И одними кнутами мы бы не отделались. Во всяком случае, за целенаправленную провокацию наказали бы куда как сильнее. Вот только кому это надо?
  - В таком случае, - подвела Мишель итог нашему молчанию, - предлагаю считать, что мы договорились. Освободите их.
  Через секунду наказующие деактивировали и сняли с нас браслеты, а еще через несколько Мишель вновь взяла слово:
  - За сим всем спасибо! Считаю инцидент исчерпаным. Шимановский, останься!
  Когда офицеры, неодобрительно кивая, вышли наружу и гермозатвор опустился на место, она указала на место недалеко от себя. Я подошел, сел.
  - Что скажешь?
  - Скажу, они долго ждали. И у них получилось - все достаточно расслабились.
  - Не обобщай, - фыркнула она.
  - Хочешь сказать, ждала чего-то подобного?
  Она неопределенно скривилось. Видимо, я прав наполовину: она ждала, но именно этот эпизод стал для нее сюрпризом.
  - Хуан, - извиняющимся тоном начала она то, ради чего оставила наедине, - прости меня, но в этой ситуации я ничем, абсолютно ничем тебе...
  - Я знаю, - перебил я, поднимая руку - На это и был расчет. "Опустить" меня. Что я не могу решить свои проблемы, чуть что, прячусь за твою юбку. С самостоятельным авторитетом в таком случае могу смело попрощаться, и то, ради чего пришел сюда как "принц дома Веласкес", накрывается медным тазом.
  Она облегченно вздохнула - видно, собиралась мне это только что втолковывать.
  - Когда только додуматься успели? - задал я риторический вопрос. Мишель хмыкнула.
  - Женщины вообще менее тугодумны. Особенно в вопросе, как насолить ближней своей. Это на уровне интуиции, заложено в генах. Извини, без обид, но ты у нас, в этом заведении, и тебя все воспринимают через призму, нравится это тебе, или не нравится.
  Я кивнул - в обиде не был. Пару месяцев назад еще обижался бы, но теперь слишком хорошо знал это заведение, царящие в нем порядки, да и женскую психологию в частности.
  - Что делать теперь? Они же не остановятся.
  Она пожала плечами.
  - Не знаю, Хуан. Это твои проблемы.
  "Разумеется мои" - Кажется, я тяжело засопел. - "Именно для этой цели вы их сюда и "слили". Чтобы создать их. А наша сегодняшняя ночь явилась лишь катализатором, запустившим давно планируемый процесс - девочки, до того детально ко мне присматривающиеся, увидели реальную возможность сровнять меня с землей и не мешкая ею воспользовались".
  - Ладно, малыш, хватит о грустном, - снова вздохнула она, нарушая недоброе молчание, поднялась и направилась к уже знакомой мне кухонной панели. - Чай будешь? Хороший, с ромашкой! Нервишки успокаивает почище сигарет, уж поверь! - И принялась выставлять на стол заварник, чашки и различное печенье. - Самое то сейчас!
  - Это точно, самое то, - буркнул я, окончательно приходя в себя.
  
* * *
  
  То, что началось дальше, можно назвать одним словом - кошмар. Кошмар потому, что я терял позицию за позицией, рассеивал все те крохи авторитета, которые до этого с трудом набрал. Частично виноват сам, частично... Да в общем и кого обвинить не знаю. Офицеры? Несомненно. Но несмотря на всю антигуманность и античеловечность их поступка (я имею ввиду "слив" своих), я знал, куда иду и каковы здесь нравы. Потому из вышестоящих не могу обвинить никого. А вот то, что произошло на "нижнем" уровне... Моя вина, и только моя.
  
  Второй акт драмы произошел следующим вечером, когда я вышел повторить изученное днем в "библиотеку" - то самое помещение, где собирается "околонаучная" тусовка. Со временем я стал здесь почти своим, меня приняли, и накладок не ожидалось. Однако, вскоре туда заявились две прошмандовки из сорок четвертого взвода, и, как понимаете, об их целях догадаться было несложно
  Однако они повели немного не так, как я ожидал. Вместо того, чтобы напрямую задирать меня, как в столовой, они принялись меня изводить. Вести информационную войну. Как вот вы, например, будете себя чувствовать, если в пяти метрах от вас уютно расположился кружок из десятка прелестных созданий, в котором двое из них изысканно поливают вас грязью? Причем настолько изысканно, избегая прямых оскорблений, играя на двусмысленностях, что поводов грубо заткнуть их у вас нет?
  Остальные же девчонки не просто смеялись с их россказней, а буквально валялись - одна из этих двоих обладала отменными лицедейскими способностями и красочно, в лицах, передавала возможные диалоги меня и... Всех на свете. От королевы, до последнего бомжа с помойки (куда сватала меня после обучения ввиду умственной ограниченности). Было высмеяно все, что можно - и что я принц, и что бездарность, и что психически неуравновешен. Досталось даже моей мнимой аристократке, о которой я говорил в первый день своего здесь появления. Об этом разговоре окружающие почти забыли, замылилось, но сегодня, вот, всплыло. Я не нервничал по поводу этой девушки - только не из-за баек этих двух, но все равно было неприятно.
  Самое скверное, я ничего не мог сделать в ответ. Вступить с ними в полемику? Да, я поднаторел за последние месяцы в плане массажа языка, заткну за пояс любую сеньориту... Скажем, школы генерала Хуареса. Но против меня играли не школьницы, какие бы подкованные они ни были, а две прожженные девахи, прошедшие приют, а после воспитанные в воинственной женской цитадели. И все мои приобретенные навыки рядом с их опытом не стоили ничего. Если я ввяжусь в подобную дискуссию, они сделают меня, как котенка, выставят посмешищем. Потому я сидел и помалкивал, демонстрируя, как сильно игнорирую происходящее.
  Однако, девочки подготовились к атаке за эти две недели, изучили меня, как облупленного, и нашли-таки место, куда можно гарантированно ударить. И я ничего, совершенно ничего не мог поделать - как ни пытался сдержаться, злость захлестывала, переливаясь через край, превращаясь в необузданную ярость.
  Естественно, это была тема моей матери. С их стороны это выглядело несколько подло, учитывая происхождение их самих, ударом ниже пояса, но девочкам нужна была победа любой ценой, и они пошли на такой рискованный шаг.
  - Ну, значит, раз понятно, кто его мамочка, весь вопрос в том, кто его папочка, - заливалась тем временем соловьем Звезда, их комвзвода, та самая лицедейка, которую все слушали, боясь перебить. - Может и принц, да. Только принцы тоже разные бывают. В основном такие уроды! Почти как наш Чико! Только благородные. Так что ничего удивительного - кто еще мог родиться от подобного и польской шлюхи?
  - Слышишь, ты!.. - Я вскипел и окончательно потерял контроль. Медленно поднялся, стараясь удержать дрожь. - Еще слово про мою мать...
  Наступила мертвая тишина. Все ждали развязки. Учитывая поднятую тему, многие неосознанно приняли мою сторону - ведь я был сыном проститутки, как многие в этом заведении. Кстати, общность происхождения являлась одним из кратчайших мостов для сближения, благодаря которому меня с первого дня худо-бедно, но принимали, а после благодаря которому я навел все имеющиеся на сегодняшний день контакты. Принц принцем, но как ни крути, я один из них, и все это понимали. Однако, меня повело, я был не в состоянии проводить полноценную информационную атаку, и этот нечаянно возникший козырь потерял, толком не осознав, что он у меня был.
  - И что будет? - ехидно рассмеялась Звезда, видящая мое состояние и понимающая, что находится в нескольких минутах от победы. Окружающие - окружающими, но своей цели она достигла. А цель эта - я, а не авторитет в глазах других. - Ну, что же ты, Хуанито? Давай! Что будет, если я расскажу всем, кто твоя мать? И за что она получила свой срок? Или ты думал, мы дуры, не знаем?
  Пауза.
  - У тебя, Ангелито, распальцовка зашкаливает - весь из себя такой Веласкес. А на деле - самый обычный сын проштрафившейся шлюшки, не лучше и не хуже, чем любая из нас. Ну, чего пыхтишь?
  - Не тебе, тварь, ее оскорблять!..
  - Правда? А чем я хуже ее? Я НИКОГДА не спала с мужчинами за деньги! - повысила она голос. - И не буду этого делать. И своим детям завещаю. А она - шлюха. Проститутка. И ты - ее выродок, побочный продукт работы.
  Ты никто, мой дорогой. Прежде всего никто, такой же, как и мы, и только после этого кто-то там по отцу.
  Ты дерьмо, Хуанито. Что бы о себе ни думал. И мать твоя - дерьмо...
  
  ...Естественно, силы были слишком неравны. Ну, куда кипящему от ярости ничего не соображающему берсерку во время приступа бодаться с двумя убийцами, прошедшими лучшую на планете школу, послужной список которых длиннее троса космического лифта? Меня даже не отоварили, просто "уронили" на пол и скрутили, и я ничего не мог поделать. Катался по полу и бессильно выл.
  Когда пришел в себя, рядом сидела дежурная сеньора из медблока, на мне копошилось, не давая встать, что-то около пяти человеческих тел, а эти шмары добивали, бросая окружающим язвительные комментарии по поводу этих припадков.
  Я раскрылся. И не просто раскрылся, продемонстрировал слабость. И потерял гораздо больше, чем авторитет. Настолько больше, что даже не мог оценить, насколько. Представление обо мне, которое я пестовал с момента появления, улетучилось в один миг, а вместо него появился слабый несдержанный неуравновешенный неадекватный юноша. Который...
  ...Не хочу об этом!
  
  - Ты понимаешь, что натворил? - орала на меня Мишель, вызвавшая в кабинет для разбора. Ей было не по себе, и это слабо сказано. Я не видел ее в таком бешенстве даже когда проспал приснопамятный развод. То есть, дело гораздо, гораздо серьезнее! - Ты хочешь, чтобы мы закрыли проект?
  Я отрицательно покачал головой.
  - Тогда чего введешься на дешевый трюк?
  - Моя мать... - начал я, но она заорала в лицо:
  - Шлюха! Грязная шлюха, твоя мать! Позволявшая себе работать без контракта, делать с собой все, что угодно в погоне за длинным империалом! Залетевшая тобою от клиента! И что, ты и меня теперь ударишь? Что я тоже произнесла это вслух?
  Кажется, из глаз моих потекли слезы.
  - Я... Я люблю ее!..
  Она вздохнула и опустилась на стул напротив, пытаясь силой заставить себя успокоиться. Действительно, эмоциями такую проблему не решишь, а она здесь поставлена решать вопросы, а не усугублять.
  - Моя мать умерла, когда я была маленькой, - произнесла она через время с тоской в голосе. - Я ее совершенно не помню. Но зато помню отца. Я тоже любила его, и всегда была готова порвать за него на куски. Я тебя понимаю, Чико. Но ты должен смотреть в глаза фактам, должен ПРИНЯТЬ их. И если ты не сделаешь этого, тебя будут ловить на твоей слабости все, кому не лень. Хочешь быть слабаком и неудачником?
  Я отрицательно покачал головой.
  - Я ничего не мог с собой поделать. Это было выше меня.
  - Вот то-то оно и плохо, что выше тебя!
  Она вновь вздохнула, помолчала.
  - Давай так, Хуан. Либо ты работаешь над собой и "закрываешь" все свои слабости, либо я пишу рапорт с рекомендацией закрыть проект. Поверь, для тебя это будет лучшим выходом. И Лея его подпишет - ей не нужен человек, которого все подряд будут ловить за одно единственное слабое место. Ты меня понял?
  Я кивнул.
  - Иди в тренажерную, возьми дроида для спарринга и выставь на максимум. До отбоя все обдумаешь, завтра после развода еще раз поговорим. Всё, марш!
  Я поднялся и пошел к выходу. Действительно, спарринг с выставленным на полную мощность дроидом сейчас именно то, что мне нужно.
  Про то, что ее отец, в отличие от моей матери, бравый военный космонавт, герой, я промолчал. Разве дело в этом?!
  
* * *
  
  - Таким образом, контакт менее двух секунд допустим. Но не более двух, и только при условии, что тебя прикрывает второй номер. Ты и не заметишь, Хуан, как подпадешь под воздействие, - покачала головой сеньора Лопес.
  - А две секунды значит...
  - Идеального механизма оценки не существует. - Она улыбнулась. - Сам понимаешь, мы работаем с вещами, которые вообще трудно оценить. Но, как правило, беглого секундного взгляда для возникновения контакта не хватает.
  - Но это не значит, что надо расслабляться! - добавила она. - На первом номере слишком большая ответственность, чтобы позволить себе такую роскошь.
  Я кивнул.
  - Понимаю.
  - Потому работать надо максимально сосредоточившись. Лучше потрать пять, десять лишних минут, перепроверь каждую точку два, три раза, но не допусти ошибки. Нас мало, очень мало, Хуан, на каждые ворота, на каждый вход в особо охраняемый объект таких, как мы, не поставишь, потому только такие вот ухищрения и могут спасти. В данном случае спасти королевскую власть.
  Я обалдело качал головой. Эта женщина практически сразу стала для меня кумиром, даже если не учитывать отсутствия с первого дня на ее занятиях мотиваторов. Теперь же я все больше приходил к мысли, что жалею, что не попаду в ее отдел - мои способности хоть и выше среднего показателя, но слишком низки для их требований.
  - Тренируемся, - воскликнула она. - Вот мои документы. Начали!
  Она протянула мне комплект документов, выданных для одной из бесчисленных ее легенд. Где говорилось, что сеньора "Изабелла Эсмеральда Ариас" является инспектором департамента экологии и природопользования при правительстве особого административного образования "Округ Альфа-Аделлина". Я зафиксировал взгляд на подбородке женщины на голограмме, запомнил его конфигурацию. Мельком перевел глаза на сеньору Лопес, на ее подбородок. Сравнил. "Один"...
  Счета "два" не дождался, поспешил убрать глаза назад. Теперь губы изображения. Фиксация образа. Перевод взгляда - губы реального человека. Сравнение. "Один"... "Два".
  На "два" мои глаза уже смотрели на следующую деталь. Нос. Перевод взгляда. Фокусировка. Теперь точно так же лоб. Затем челка. Уши.
  ...И только после этого глаза. "Раз"... "Два"...
  ..."Три"!
  Моя рука дернулась. Следом за ее рукой, повторив ее движение.
  - Экспериментируешь? - усмехнулась она.
  - Да, сеньора, сознался я, чувствуя себя нашкодившим котенком. - Пока есть возможность.
  - Хорошо, экспериментируй. - Она выдавила покровительственную улыбку. - Но только сейчас и только пока есть возможность. Почувствовал, да?
  Я кивнул.
  - Сейчас я тебе подыграла. Но в реальной жизни никто из проверяемых специально дергать рукой не станет, имей в виду. И номеру два, чтобы догадаться, что ты под воздействием, нужно будет проявить чудеса внимательности. Что качаешь головой?
  - Поражен. Что подобная система работает. Люди без способностей вычисляют людей со способностями. Как бы сложно ни было, но это реальность?!
  Она неопределенно хмыкнула.
  - Да, реальность. Но ты не представляешь, чего стоит подготовка специалистов, способных на такую реальность.
  Вот даже ты, охрана, низшее звено. Всего лишь. У тебя будет огромный обширный курс, в дальнейшем мы будем встречаться все чаще и чаще, но прежде, чем тебя направят во дворец, тебе предстоит сдать множество тестов. В которых биоэнергетика не так уж и важна, Хуан. В основном нужны логика, внимание и понимание вещей и процессов, а этому надо научить. И понять, что материал ты усваиваешь. А после тебе предстоит сдавать экзамены "в поле", во дворце - итоговая проверка, что ты усвоил, что нет. Работа колоссальная, и ее нельзя ставить на поток, как лекции в универе. Не та сфера, слишком большая специфика.
  Потому такие люди, как вы, охраняют лишь самые ответственные объекты страны - на большее их не хватает. Чуть менее квалифицированные кадры готовят таможня, пограничники и разные силовики. Но даже они - уже не тот уровень. Понимаешь, Хуан, какая на нас ответственность? На ВАС?
  Я понимал, естественно. И никаким дополнительным финансированием делу не поможешь.
  А еще вычленил из ее речи кое-что для себя. А именно, подставы во дворце.
  Разумеется, при охране подобного объекта это должно быть обыденным явлением. Способен ли тот или иной охранник обнаружить человека, пытающегося попасть туда, куда не положено? Или еще хуже, внедриться? Может ли выявить его ухищрения? Особенно, если внедряющийся - экстрасенс (или, как говорят они сами о себе, биоэнергетик)? Отдел сеньоры Лопес периодически проводит такие трюки и с ангелами, и с дворцовой стражей, вдобавок к собственной безопасности, "контрразведке" дворцовой стражи, которая так же не дремлет.
  В общем, перспективы службы во дворце с каждым днем становились все красочнее и красочнее - скучно там точно не будет.
  
  Как оказалось, выявлять биоэнергетиков не так уж сложно. Ну и что, что они обладают даром внушения? Ну и что, что могут взять под контроль с одного неосторожного зрительного контакта? Для поиска и выявления подобных существуют целые методики, успешно применяемые в реальной жизни. Мы пока только начали проходить их, но я уже поражался простоте решений, говорящей о гениальности их разработчиков.
  - Не забывай главного, Хуан, - продолжила сеньора Лопес, закрывая тему, - ты не герой-одиночка. Ты вообще не герой. Ты - часть системы, ее винтик, а только система в целом может справиться с подобными трудностями. И если ты - номер-два, и заметил странную реакцию номера-один, сразу жми тревожную кнопку. Не геройствуй, твоя задача выявить и дать сигнал. И всё. При попытке обезвредить противника лично ты рискуешь самому попасть под воздействие, бесславно погибнуть или как-то иначе провалить возложенную на тебя задачу. Это не игрушки, Хуан.
  - Понимаю, сеньора, - покачал я головой. - Я уже не зеленый мальчик, пришедший сюда на собеседование.
  Она вздохнула с видимым облегчением.
  - Это радует.
  И тут же продолжила:
  - И еще о главном. Я бы сказала, еще более главном, самом главном. Все они - люди, Хуан. Твои возможные противники. Хоть биоэнергетики, хоть нет. И искать их следует именно как людей, а не как носителей таинственных способностей. Все люди одинаковы, всегда и везде, и только психология даст тебе ответ, кто перед тобой, враг или нет, и что с ним делать.
  Она задумалась, что-то вспоминая.
  - Однажды мне дали задание, найти "крота" в неком ведомстве. Это было важное ведомство, Хуан, и "крота" требовалось найти срочно, потому начальство обратилось сразу в наш отдел. Меня срочно выдернули туда, придумав красивую легенду, наделив невероятными полномочиями. Но знаешь, как я нашла этого говнюка? - Она хрипло рассмеялась. Я пожал плечами. - На "летучке" у шефа, где присутствовал весь отдел, этот гад сидел и... Смотрел на всех свысока. Вот просто сидел и показывал, как он на всех плевал. "Где вы, и где я" - читалось в его глазах. Мне осталось только взять его в разработку, и через два дня я нашла доказательства, что он как минимум причастен к утечке. После чего благополучно сдала его конторе рангом пониже, чем наша.
  Вот так, Хуан. Психология определяющий фактор. Она важнее любых способностей - как видишь, я даже не прибегала к своим. - Она довольно улыбнулась. - Так что в первую очередь ищи в своем окружении тех, чье поведение выделяется, и только потом используй то, чему тебя учила я. Это я так, на будущее.
  - Спасибо, сеньора Лопес, - я благодарно кивнул - действительно, хороший урок. Затем задал вопрос, который задавать не планировал, но который после последнего откровения сам напросился:
  - Раз так, можно спросить вас, как психолога? Прежде всего психолога, и только после этого биоэнергетика?
  Она загадочно улыбнулась - поняла, о чем буду спрашивать.
  - Что мне делать с этим противостоянием? Что мне делать с сорок четвертым взводом? Как выкрутиться? Я не понимаю!
  Она покачала головой, улыбка так и не сползла с ее лица.
  - Сожалею, Хуан. Но эту задачу ты должен решить только сам.
  
* * *
  
  Какое-то время царило затишье. Девочки вели информационную войну, на всех возможных фронтах. Я пестовал себя, не реагировал, учился. И даже получалось. Против девочек играло их высокомерие - им не могли его так просто взять и простить. Но вода камень точит, и именно этого они добивались - сточить меня. Сделать так, чтобы проект с мальчиком в корпусе завершился по моей инициативе, чтобы я не выдержал прессинга, распрощался и ушел. На этом, по их мнению, их подруга будет отомщена.
  Я не унывал, что-то подсказывало, что на моей улице праздник еще настанет, но не представлял, что для этого надо делать. Информационная война - такая штука, которую не выиграть без стартовых условий, которыми я пока что не обладал. Прежде всего не хватало того самого авторитета, без которого человека никто не станет слушать. Да и без команды приходилось тяжко - информационные войны в одиночку не ведутся, а возможности кого-то использовать у меня были откровенно слабые.
  Но я старался, выжимал из имеющихся ресурсов все, что можно. В первую очередь эксплуатируя других хранителей - ту же Камиллу и ее девочек. Сливал через них в народ нужную информацию, причем в виде, в котором, знал, ее "проглотят". Это немного нейтрализовывало действия "сорок четверки", что на фоне их высокомерия меня спасало, но полностью погасить последствия их влияния я не мог. Так же на всю катушку использовал возможности диаспоры (ее здесь не стоит недооценивать), и к чести девочек, они поддерживали меня так, как не поддерживал родной взвод. Даже, бывало, вступали в открытую перепалку с "сорок четверками" и их сторонницами (и такие нашлись), защищая меня. И я был им за это благодарен. А вот кто в этой истории больше всего удивлял, так это мой родной взвод.
  У меня частенько проскальзывало чувство, что "чертова дюжина" меня бросила. Оставили на съедение, погрязнув в собственных мнимых "делах". Они практически безучастно смотрели на то, как меня "избивают" (в переносном смысле, конечно), не вмешивались, а реплика Кассандры в столовой оказалась единственным актом их вмешательства. Да и то направлена была на Белоснежку, не имеющую к хранителям никакого отношения.
  Почему так? В связи с чем они себя подобным образом ведут? Я не знал. Знал только, что это внутривзводные тараканы, ни с кем в сговор девчонки не вступали - я бы сразу почувствовал (спасибо сеньоре Лопес). И это злило.
  Единственная, кто пыталась поддерживать, это Паула. Она не отходила от меня, когда эти шмары маячили на горизонте. Старалась находиться рядом во время выходов "в люди", чтобы они не напали на меня, ведь в присутствии кого-нибудь из девчонок взвода те вряд ли это сделают. Но ПОКА меня не трогали физически и без этого, надеясь уничтожить в войне информационной.
  
  Я шел по коридору, погрязший в раздумьях. Ибо выхода видно не было, за последнюю неделю ничего не изменилось. Все намекали мне на какие-то таинственные решения, что я должен принять, но какие именно - никто не уточнял. И что-то мне подсказывало, это бравада - они сами не знают, что это за решения. Проскальзывало ощущение, что происходящее - чья-то режессура, постановка; этот режиссер сидит в тени, умело дергая за ниточки, стараясь сделать так, чтобы о нем никто не догадался. Кто он - понять не сложно, учитывая, что и Мишель, и сеньора Лопес, и все остальные для этого кукловода такие же марионетки, как и я, и сорок четвертый взвод. Но вот ЧТО она хочет? Каковы ее цели? Если бы мне спустили хоть какую-то информацию, хоть намеки, где мне искать решение?
  Я специально следил за посещением сеньорой Гарсия территории корпуса, насколько это возможно в моей ситуации. Она наведывалась сюда регулярно, но что тут делала, естественно, ни перед кем не отчитывалась. Со мной лично встретиться не пыталась, но наблюдать за мной ей никто не мешал - вся территория базы одна сплошная система слежения. Если бы она хотела что-то до меня донести - донесла бы
  Почему она, почему не Мишель и ее партия? Для белобрысой это слишком сложно. Она достигла звания "доброй тетушки", это ее уровень, а уровень "слива" сорок четвертого взвода явно выше ее возможностей. Мне даже показалось, что ее держат на голодном пайке, не доводят до сведения нюансы операции, заставляя делать лицо кирпичом, чтобы держать меня заинтригованным. Ей это не нравится, но ничего поделать она не может - есть четкая иерархия, и Мишель в данном случае лицо, лишь выполняющее приказы.
  Итак, выстраивалась довольно пакостная картина. Одно дело действовать, зная, кто против тебя играет, и другое, знать при этом, что она от тебя хочет. И никаких продвижений ни в одном направлении, кроме факта самого понимания. Б-р-р-р-р-р-р!
   Самокопания мои были прерваны весьма неожиданным образом. Мне навстречу вышли... Хранители. Нет, не просто девочки на отдыхе, к которым я привык, оставшиеся на выходной на базе, а именно ангелы-хранители, при исполнении, в доспехах, шлемах и при оружии. Я аж рот раскрыл от удивления. Потому, что следом за ними шла Мишель, в паре с... Ханом Соло. Его превосходительством Сергеем Павловичем Козловым, экс-супругом королевы, доверенным лицом и отцом ее детей. Мишель была в ярости, хотя старалась держать на лице дежурную маску и мило щебетать; на лице же сеньора Соло не было и тени кривляния. Он презирал ангелочков, презирал это заведение и не считал нужным сие скрывать даже из вежливости.
  Увидев меня, улыбнулся, как улыбаются кошки, завидев мышку. Имеются в виду сытые, обожравшиеся сметаны кошки, совершенно не голодные, которым мышка нужна лишь для забавы, но которую, и об этом мышка должна знать, могут в любой момент сожрать. Сожрать легко, не напрягаясь и безо всякого сожаления. Я от этого взгляда, напрягся, остановился. Взял курс к стене тоннеля, намереваясь пропустить процессию, но сеньор Соло вдруг встал как вкопанный в двух метрах от меня.
  Он был высок, его превосходительство, и худощав. Длинные волосы, заколотые сзади в хвост, смотрелись комично. Но таков его имидж, вся планета знала его превосходительство именно таким. Больше всего выделялись его глаза - от них веяло злобой, ненавистью. Но в то же время и расчетом, желанием использовать тех, кто тебе не нравится в собственных интересах.
  Что касается меня лично, то на меня он смотрел с интересом. И это был не интерес голодного удава к кролику, скорее опытного прожженного кукловода к перспективной марионетке, могущей принести большую пользу. От осознания этой мысли, тем более на фоне моих последних копаний, стало не по себе.
  Молчание затянулось. Он стоял и рассматривал меня, буравя взглядом, пряча вырывающуюся улыбку, я рассматривал его, смотря снизу вверх, пытаясь быть при этом максимально равнодушным. Я не боялся этого человека, как бы он ко мне ни относился и какие бы планы не строил, и он должен был это понять.
  Понял. Я прочел это в его вздохе, после которого он усмехнулся.
  - Ну, здравствуй, Хуан Шимановский. Вот мы и увиделись вживую!
  Я вздрогнул - это был голос человека, находившегося в поместье Виктора Кампоса. То самое уполномоченное лицо, ведущее переговоры между корпусом и бандитским кланом. Я помнил презрение и ненависть, которыми он одарил меня в подвале, как и то, что не понимал, да и сейчас не понимаю, чем они могли быть вызваны.
  - А это очень нужно, встречаться нам вживую? - не стерпел и съехидничал я.
  Он не повел и бровью.
  - Думаю, да. Ты же живая легенда корпуса, непростительно не увидеть тебя лицом к лицу!
  - Почему же это я живая легенда, сеньор? - усмехнулся я, давя негативные эмоции. Никакого страха! Никакой неприязни! Не любит меня - флаг в руки! Я буду выше этого. Мне с ним детей не крестить. А если у него ко мне что-то есть - это только его сложности. - Что же во мне такого легендарного?
  - Ну как же? Пришел, постучался... Пригрозил дежурному офицеру... И тебя взяли! И ты до сих пор жив, справился со всеми трудностями! Разве это не легенда?
  Мишель покоробило, но она промолчала.
  - Первый мальчик за сто лет - по-моему, это уже легенда, - продолжил Хан Соло. - Да еще на таких условиях.
  Я скупо пожал плечами - мне не была интересна эта дискуссия. Видно, он это понял и перевел тему.
  - Ну и как тебе здесь? Сильно обижают?
  Я только раскрыл рот, как Мишель произнесла в сердцах:
  - Его обидишь!
  Произнесено это было без иронии и ехидства, и я понял, что мои акции не так уж низки, как я себе представлял. Что придало уверенности в себе.
  - А я слышал, с недавнего времени у него некоторые проблемы... - прищурился его превосходительство.
  Я про себя выругался. Судя по лицу, Мишель тоже.
  - Думаю, это решаемо, - усмехнулась она. - У всех нас есть проблемы, всегда. На каждом этапе жизни. И на каждом этапе они совершенно разные.
  - С этим трудно спорить, моя милая Красавица! - Сеньор Козлов сделал намек на поклон, как бы признавая точку зрения оппонента.
  - У меня для тебя есть подарок, - вновь обернулся ко мне. - Небольшой презент. Как знак дружбы и расположения в отношении живой легенды. Даниела! - прикрикнул он, обернувшись.
  К нему тут же подошла стоящая сзади деваха тридцати лет в форме, но без доспехов, с небольшим кожаным чемоданчиком в руках. Сеньор забрал чемоданчик и ловким движением открыл. Вновь перевел глаза на меня и достал первую из книг.
  - Это тебе посмеяться. Какой видели Венеру наши предки... НАШИ предки, - выразительно подчеркнул он, чтобы я понял, о чем речь. - Довольно забавно, но написано хорошо. - И протянул книгу мне.
  Я взял ее и прочел на чистом русском выдавленное на выгоревшем серо-зеленом пластике черными витиеватыми буквами название: "Страна багровых туч".
  - А эта вещь посерьезнее. - Сеньор Козлов достал и протянул следующую книгу. - Это чтобы мозги не атрофировались, жиром не заплыли. Здесь это не долго.
  Мишель скривилась, но от комментария воздержалась. Я же внимательно осмотрел такую же серо-зеленую обложку - книги явно из одной серии. Причем старинной, подобный пластик для книг использовали более ста пятидесяти лет назад.
  - Коллекционное издание, - усмехнулся его превосходительство, видя мою реакцию. - Там в одной дарственная надпись была, но я не знаю ни кто ее написал, ни кому. Так что извини за порчу. - Он выдавил очередную улыбку.
  - Они из России? - не удержался и спросил я. Сеньор Козлов кивнул.
  - Да. Мои люди приобрели всю серию с аукциона. Так что это хорошие книги, Хуан. Стоящие. Ты ведь любишь фантастику, неправда ли? - Его глаза засмеялись.
  А что я хотел? Никогда не делал секретов из своих вкусов, раскопать их ищейкам самого его превосходительства наверняка было не сложно.
  - Люблю, - согласился я.
  - Ну, вот и хорошо. Тогда бывай, до встречи! И удачи тебе - с этими... - Он противно скривился, поведя лицом вокруг. - С ними она тебе понадобится.
  Затем развернулся, и, не подав руки, пошел назад. Вся "свита", включая Мишель, повернулась следом, Златоволосая лишь сделала незаметный знак бровями кому-то сзади меня.
  И тут, все-таки чувствуя себя уязвленным за подвал Кампосов, я решил выпендриться, взбрыкнуть. Ну, чтобы не дать этому человеку выглядеть передо мной в собственных глазах неким благодетелем, показать, что я его таковым не считаю.
  - Сеньор! - громко воскликнул я. Он обернулся. - Сеньор, как там поживает Чубакка?
  Удивление на лице его превосходительства сменилось непониманием, потом изумлением, потом... Потом пониманием. Лица же окружающих удивленно вытянулись, а ангелочки его группы даже раскрыли рты от изумления.
  - Кто-кто? - на всякий случай переспросил он, хотя в этом не было необходимости.
  - Чубакка, - повторился я. - Чуви. Ваш механик.
  Тишина в тоннеле зазвенела. Молчали все. Пять секунд. Десять. Наконец, прорвало - его превосходительство засмеялся, и не смеялся так он, видимо, очень давно.
  Окружающие облегченно выдохнули, включая саму Мишель, одними глазами показавшую мне нечто, означающее: "Хуан! Ты у меня допляшешься!" Но мне было плевать, я сделал, что хотел, и все, кому надо, это поняли.
  - У Чубакки все хорошо, - выдавил, наконец, сеньор Козлов. - А ты парень с юмором, как погляжу. - И посмотрел на меня другими глазами, совсем иными. В них было гораздо меньше злобы и гораздо больше уважения. - Ладно, бывай, юморист.
  Руку он так и не протянул, но хотя бы махнул ею. Затем вновь развернулся и направился назад, к шлюзу, а может еще куда-то по им с Мишель одним ведомым делам. Я же опустил глаза на подаренные книги. Они стоили на рынке сумасшедшие деньги, но такие люди, как его превосходительство не обращают внимание на стоимость в денежном исчислении; чтобы оценить этот подарок необходимо было абстрагироваться от его ценности в империалах. Вопрос, что все это может означать, набирал в моей голове оборот за оборотом, и я чувствовал, что вряд ли смогу ближайшее время на него ответить. А еще сеньора Гарсия с этим долбанным "сливом". А еще королева, которая неизвестно что от меня хочет...
  От перегрева головного мозга спасла наказующая, подошедшая из-за спины и вытащившая книги из моей руки латной рукавицей.
  - Погоди, вначале их проверят.
  Видимо, именно ей маякнула Мишель перед уходом, понял я, и без пререканий выпустил книги из рук. Вряд ли они отравлены, или в них есть что-то смертельное, но слишком уж неприязненно его превосходительство смотрел на ангелочков.
  - Да, разумеется. - Я вздохнул и тоже побрел, но в сторону своей каюты.
  - Сразу руки помой! - донеслось мне вслед. - На всякий случай.
  - Так точно, сеньора, - обернулся и вытянулся я. После чего неспешно продолжил свой путь. Неспешно, ибо слишком много вещей требовалось обдумать.
  Потому, что вторую из подаренных книг я читал. Как человек, считавший себя русским, и как любитель классической фантастики одновременно. Это был роман, заставляющий не просто думать, а думать так, что извилины, буде единовременно превратить их в металлические стружки, до единой вылезут наружу. Глобальная социальная книга, оставляющая после себя больше вопросов, чем ответов. "Трудно быть богом" авторов с труднопроизносимым именем "Стругацкие". И получил я ее от человека, находящегося у руля огромной планеты...
  
  
Оценка: 5.87*6  Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"