Кувшинина Пандора Гефестовна: другие произведения.

Практикум по эльфийскому (общий файл)

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Создай свою аудиокнигу за 3 000 р и заработай на ней
📕 Книги и стихи Surgebook на Android
Peклaмa
  • Аннотация:
    1-16 главы + краткое содержание оставшихся. Будни обычной магической академии и ее не совсем обычных преподавателей.

1 глава.

- Ну и? Хотя бы до десяти вы считать умеете?! - устало спросила я, уже не надеясь на положительный ответ.

По заметно округлившимся голубым глазам блондинки я поняла: нет, не умеет.

Девчушка сидела напротив меня, нервно покачиваясь на поскрипывающем стуле. Под ней он не разваливался только чудом. Весь гостья как нормальный человек, а не как современная, вечно сидящая на диетах студентка, страдалец о четырех ножках, выполняющий функцию поддержания чужих поп уже добрых три или четыре десятилетия, точно бы рассыпался в щепки. Надо будет сказать Годару, чтобы починил здешнюю мебель, что ли. А то надеяться на обновление интерьера в ближайшие лет сто, пожалуй, не приходится.

Многочисленные розовые бантики в светлых волосах сотрясались в такт рыданиям хозяйки. Плакала девушка, впрочем, бесшумно, низко-низко опустив голову и стараясь не хлюпать носом. И на том спасибо. А то у меня на слезы студентов аллергия, знаете ли.

Ах, нет. Кажется, аллергическая реакция все-таки проявилась. Иначе, почему у меня опять испортилось настроение, а левая рука принялась то чесать затылок, то тереть лоб? Правой я листала зачетку студентки, с которой беседовала уже (глянула на часы на стене, но вспомнила, что они давно остановились, об этом тоже стоит пожаловаться Годару) порядка получаса.

Так... Агнес Фейрвуд. Молоденькая совсем. Первый курс...

- Факультет некромантии, говорите? - на всякий случай уточнила я, с любопытством разглядывая наряд девушки. Меньше всего он ассоциировался у меня с профессией некроманта.

Она вся была в розовом. Розовое кружевное платье до колен, розовые туфли на внушительной платформе (боюсь даже предположить, сколько там сантиметров, мне на таких точно никогда стоять не приходилось) и, опять же, розовые бантики на голове. Дополняли этот ансамбль белоснежные поясок и гольфики до середины икр. Сама девочка походила на ангелочка (если только ангелы носят подобные цвета, конечно). Невысокая платиновая блондинка с кукольным личиком, на котором огромные голубые глазищи особенно выделялись именно сейчас, когда взирали на меня исполненные ужаса и отчаяния.

Неужели я настолько страшная? Быстренько глянула на свое отражение в зеркале на стене. Ну да, пожалуй, есть немного. Эта девушка, небось, до поступления в ВАМ и троллей-то никогда не видела. Или видела, но не тех, с кем стоит общаться юной человечке.

Дождавшись кивка в ответ на свой предыдущий вопрос, я поинтересовалась:

- И что же вас привело на самый мрачный из факультетов Высшей академии магии?

Агнес нервно теребила оборки своего платья, едва слышно бормоча что-то о том, что с детства дружит со многими привидениями.

Я тяжело вздохнула, рассматривая стройный ряд зачетов, полученных Фейрвуд в эту сессию. Кажется, только с моим предметом у нее возникли сложности. Я хмыкнула. Как-то неправильно это: вылететь после первого же полугодия с некромантского факультета... из-за зачета по эльфийскому языку!

Да уж, анекдот.

Но у девицы явно отсутствовали способности к иностранным языкам. Если она не может сдать зачет по основам сейчас, как она собралась сдавать письменный экзамен через полгода? Там уже никого не разжалобишь широко распахнутыми невинными глазками.

Я повернула голову и посмотрела в окно. Благо, мой рабочий стол располагался впритык к нему. Только это меня и спасало, когда Нефас начинал дымить своими адскими сигарами в большом перерыве. Вообще-то на кафедре курить запрещено. Но Нефас был единственным преподавателем демонического языка на всю академию, поэтому ректор носился с ним как с писаной торбой, и демону многое сходило с рук.

За стеклом царила жизнь. Студенты веселились вовсю, празднуя наступление сессии, а следовательно - свободных от лекций дней. Лишь немногие, обложившись учебниками из библиотеки, штудировали материал, уютно устроившись у неработающего фонтана или на скамеечках вдоль аллеи. Прочие же молодые люди играли в снежки, сопровождая каждое свое действие оглушительным визгом, или просто расхаживали парочками, тесно прижимаясь друг другу - то ли от глубины своих чувств, то ли чтобы согреться. Все-таки зима в нынешнем году выдалась суровая. Для меня, впрочем, это даже не холод. Но избалованные имперцы все, что ниже нуля, считали смертельно опасной температурой.

Как бы мне хотелось сейчас оказаться на улице. Дышать свежим морозным воздухом, любоваться припорошенными снегом деревьями, пугать городских детишек на ярмарке. Последнее не было моим намерением, естественно. Просто мне необходимо сходить на ярмарку, купить подарок папеньке на день рождения. А вопящие от страха детишки, углядевшие живого тролля, от которых маменьки предупреждали держаться подальше (иначе слопают вместо конфет на ужин), - это уже привычный бонус.

Но вместо того чтобы выбирать сейчас артефакты и торговаться с жадными торговцами, я сижу в пыльном и темном кабинете, принимая студенческие хвосты.

Я бросила на продолжающую молчать девицу взгляд, полный легкого раздражения. Я трачу на нее свое свободное время, а она даже не удосужилась выучить материал! Удивительно эгоистичные молодые люди пошли. Ей еще повезло, что у нее преподаю я, а не госпожа Киллеас. Тогда бы эта розовая любительница привидений точно вылетела из университета без всякого желания сюда возвращаться.

И что мне с этой рыдающей страдалицей делать? Ставить зачет сейчас, когда она не может даже сказать по-эльфийски "Меня зовут"? Но если я разверну ее с пустой зачеткой, то мне придется тратить на нее еще один день, и не факт, что в следующий раз она будет готова лучше...

- Держите, - я протянула Агнесс все документы. Так и не заполненные. - Завтра у меня экзамен у третьего курса "боевиков". Приходите часам к двум. И не забудьте вернуть все это, - я кивнула на ведомость, - в деканат.

Фейрвуд встала и на подгибающихся ногах медленно подошла ко мне. На ее ангельском личике была написана вся скорбь мира. Тонкие пальчики с перламутровым маникюром вцепились в бумаги так, будто от них зависела ее жизнь.

- Надеюсь, к завтрашнему дню вы выучите хотя бы алфавит, - пробормотала я в спину девушки, и не надеясь, что меня услышат. И послушают.

Когда за розовым бедствием закрылась дверь, я откинулась на своем стуле, вытянув ноги. Сиденье протестующе скрипнуло. Ну да, ноги у меня длинные, да и вес явно больше, чем у кукольной Агнес. Все как у любого приличного тролля - рост под два метра (но все-таки меньше) и плотное телосложение, выдающее немалую силу.

Правда, моя фигура выглядела все же не столь... впечатляющей, как у моей матери. Мама была выше, шире в плечах, куда более крутобедра и, конечно же, ее мускулы были не чета моим. Мне, всю жизнь прокропевшей над книгами, просто негде было их накачать. Да и папины гены дали о себе знать. Ведь хоть в чем-то мое наполовину эльфийское происхождение должно было проявить себя.

Все, кому доводилось видеть моих родителей, непременно задавались вопросом: что могло заставить сойтись худенького меланхоличного эльфа тонкой душевной организации и невежественную зеленую тролльчиху пугающих размеров? Не объяснять же каждому, что истина проста, как выкройка простыни.

Моя мать, известная в своем клане охотница, однажды увидела в лесу красавца эльфа, направлявшегося из Геррасиэля в Имперский Союз. Дальше она действовала согласно давним традициям своего народа: огрела приглянувшегося ей субъекта дубиной по голове и за длинные золотые волосы потащила в пещеру. Спустя несколько месяцев, когда тролльчиха, наконец, наигралась со своей эльфийской "игрушкой", было уже понятно, что она беременна мной. И папенька, как настоящий джентльмен, отказался покидать мать своего ребенка, оставшись с ней. Маманя покрутила у виска и махнула на него рукой.

Сомневаюсь, что между ними когда-либо была любовь. Они слишком разные для этого. Отец, приверженец высоких культурных ценностей, любитель искусства и обладающий неувядаемой верой в рыцарство, и мать, не подозревающая о существовании слова "женственность" (потому что его не существует в тролльем языке) и обращающаяся с оружием лучше всех мужчин в клане. И это при том, что тролли - знатные бойцы. Материнского инстинкта у нее также не наблюдалось, и потому меня воспитывали папа и бабушка. Именно благодаря им на свете смогло появиться такое чудо, как тролль - преподаватель эльфийского языка в Высшей академии магии.

Я оглядела пустующую кафедру языкознания. Мы были прикреплены к факультету истории и теории магии, а потому располагались в третьем корпусе. Но данное деление было чисто формальным, потому как специалисты по языкам работали на всех курсах и потоках. Например, преподавателей эльфийского было аж трое: ведь наш предмет входил в программу всех без исключения факультетов на протяжении полных пяти лет обучения. Даже по родному имперскому студентов гоняли только первые два курса. Видать, составители программы считали, что знаний, полученных в школе, молодым людям должно хватить за глаза.

Вместе с двумя преподавателями имперского языка на этой кафедре также числились учитель гномьего с "артефака" (факультет предметной магии, где обучали артефактчиков) и специалисты по драконьему и демоническому. Но демон и дракон в штате не состояли, ведя только спецкурсы у рискнувших связаться с ними учеников. Могу поспорить, несчастные студиозы начинали жалеть о своем неосмотрительном выборе в первые же секунды занятий...

Впрочем, меньше всего на свете я бы хотела сейчас забивать свою голову этим несносным Нефасом и его дружком драконом Ррадригаром, право слово. Пойду прогуляюсь и пригляжу что-нибудь папеньке.

Собрав все необходимые вещи в потрепанный холщовый ридикюль, я направилась к выходу и распахнула дверь.

И едва не наступила на чей-то хвост.

Восседавший на полу молодой человек, а точнее - оборотень, мгновенно вскочил на лапы, то есть ноги. Видимо, он все это время сидел, опершись о косяк двери. Удивительно, как его только Агнес не задела? Впрочем, он вполне мог ее пропустить, как сейчас пропустит меня. Ведь пропустит же?

Но юный оборотень и не думал выпускать меня с кафедры, загородив собой дверной проем.

Я позволила себе внимательно разглядеть негодника. Знакомая вечно лохматая макушка. Его темные, с легкой рыжиной, волосы производили впечатление, будто их никогда не касалась расческа. Но я-то знаю, что это просто новая невероятно модная прическа, укладка которой занимает не меньше времени, чем парадный макияж иной красавицы. Челка игриво спадала на правый глаз, а левый - серый, слегка раскосый (как и его второй собрат, разумеется) - взирал на меня снизу вверх с легкой хитрецой. При этом лицо юноши умудрялось сохранять полную невозмутимость. Всегда удивлялась этой его способности...

- Студент Ульфрих Райдер? - как можно суровее спросила я.

Райдер был студентом третьего курса факультета боевой магии. Обычно мы ведем свои группы с первого до последнего, пятого, года обучения, но прежняя преподавательница "боевиков" ушла в декрет, а вместо нее взяли юную аспирантку Лану. Мы с госпожой Киллеас не решились сразу ее нагружать и взяли часть "ее детей" себе. Так мне и достались третьекурсники.

Я преподавала у них всего ничего, но уже успела оценить их боевой потенциал. Все, как и положено обучающимся боевой магии. Но одно непонятно, зачем свои разрушительные способности демонстрировать на вполне мирных уроках?

Главным заводилой и организатором всех происходящих в группе неприятностей выступал как раз Ульфрих. Этот вервольф не мог без какой-нибудь шалости. Интересно, он пришел извиниться за сорванный на прошлой неделе практикум? Тот, на который притащил детеныша василиска? Как выяснилось позже, он "позаимствовал" рептилию у одного из студентов-анимагов и демонстрировал диковинную зверушку друзьям, когда так не вовремя пришла я и отвлекла их своим дурацким уроком.

Словом, совсем мальчишка. Чего по нему и не скажешь. Кажется, он уже давненько успешно преодолел пубертатный период. Он был высок - почти доставал до уровня моих губ. И сейчас, находясь на расстоянии чуть более чем указательного пальца от меня, ему не было необходимости запрокидывать голову, чтобы встретиться взглядами. Достаточно было просто вздернуть подбородок.

- Госпожа Орлиани, - Райдер попытался изобразить поклон, но ткнулся лбом мне в грудь, потому как я отступать не собиралась, а для него шаг назад означал дать возможность мне пройти и упустить добычу. - Я пришел передать вам от всей группы: "Спасибо, что присматриваете за нами!"

С этими словами он крутанул в воздухе рукой, и в то же мгновение в ней появился шикарный букет белых лилий. От неожиданности я даже сделала пару шагов назад. Юноша протянул цветы мне, растянувшись в улыбке так, что я могла сосчитать все его клыки. Четыре, как и положено.

Я неуверенно протянула руку за букетом. Хм, а парень явно делает успехи в бытовой магии. Учитывая, что у них данный предмет преподавался всего полгода. Кажется, во втором семестре первого курса. Наверняка, с экзаменом по материализации предметов у оборотня не было таких проблем, как с эльфийским языком...

Так! Секундочку! До меня стал доходить смысл творящегося фарса.

- Студент Райдер, уж не думаете ли вы, что из-за одного букета цветов я вам на завтрашнем экзамене поставлю оценку на халяву? - вскинула бровь я.

Ульфрих продолжал улыбаться:

- Ну что вы, госпожа Орлиани. Мне никогда бы такое в голову не пришло! Поэтому вот, - еще один взмах руки и еще один букет, на этот раз лилий тигровых, - держите!

Чувство юмора собеседника не осталось не замеченным. Я не была ханжой, а потому оценила каламбур юноши по достоинству.

- Нет, Райдер, за два я тоже ставить вам ничего не буду, - хмыкнула я. - И потом, я же не некромант какой-нибудь, чтобы меня цветами одаривали.

Оказалось, оборотень был готов и к этому развитию событий.

- Один момент, - он оглядел коридоры, нет ли кого, и достал из весящей через плечо сумки бутылку эльфийского вина. Самого что ни на есть настоящего, в этом я разбиралась.

- Откуда?! - прохрипела я, за шкирку встаскивая парня в комнату и быстро захлопывая за ним дверь. - Вам же известно, что проносить алкоголь на территорию академии запрещено!

Я отвесила ему затрещину. Мальчишка пошатнулся, вынужденный подставить ногу, чтобы восстановить равновесие и не упасть. Что не говорите, а рука у меня тяжелая.

- Секрет фирмы, - усмехнулся Ульфрих, почесывая затылок. - Между прочим, двадцать лет выдержки! Я знал, что вы оцените, - с гордость сообщил он, наблюдая, как я с легким благоговением рассматриваю бутылку.

- "Ушки любимой", - прочитала я название.

Слышала о таком, марка не из дешевых. Откуда у студента деньги на подобные подарки? Стипендии на это точно не хватит.

На этикетке был нарисован красивый женский профиль с кокетливо выглядывающим из-под копны золотых волос остроконечным эльфийским ушком. У меня уши тоже были острыми, но только зелеными и далеко не такими изящными.

Я тяжело вздохнула и поставила вино на стол. Сперва надо разобраться с нарушителем правил.

Оборотень стоял посреди комнаты, с любопытством осматривая ее скудный интерьер. Кажется, его не особенно волновали старая мебель, облезлые обои и стекло в мыльных разводах (после того как Лана пыталась его помыть). Юноша был одет не по-зимнему легко: просторная белая рубашка, кожаная коричневая жилетка и такие же брюки. Рыжий хвост (рыжий же? Ну да, вроде рыжий) спускался где-то до середины бедра, где заканчивался обрубком. Привет из глубокого и столь же буйного, как и юность, детства?

Райдер заметил мой интерес к его хвосту и, повернувшись спиной, продемонстрировал мне свою филейную часть во всей красе.

- Нравится? - игриво спросил юноша, покачивая пушистой частью своего тела из стороны в сторону. - Можете погладить, если завтра взамен поставите мне автомат! - Ульфрих, мгновенно оценив ситуацию и убедившись, что я не собираюсь заходиться пятнами гнева, а наоборот, начинаю хихикать, поймал свой хвост и призывно провел по нему ладонью. - Согласитесь, это же сущая мелочь по сравнению с возможностью насладиться красивым молодым телом!

Да, мальчишка действительно был весьма недурен собой. Девчонки, наверняка, гонялись за ним толпами. Бедняге, должно быть, приходилось непросто. Всем известно, что оборотни, как и их сородичи волки, моногамны. У современной молодежи могли быть "друзья по постели", но большая любовь все равно одна и на всю жизнь. Попробуй не ошибись с выбором, когда каждая встречная утверждает, что именно она - твоя единственная и неповторимая. А ведь понятия развода в обществе оборотней не существует в принципе! Впрочем, как и у троллей. Но исключительно потому, что в тролльих кланах и свадеб-то отродясь не бывало.

- Нет, спасибо. Мне просто любопытно, почему вы всем демонстрируете хвост? - улыбнулась я, всем своим видом показывая, что провокационное предложение ученика проигнорировано. - Ведь насколько я знаю, оборотни вполне могут его прятать.

По лицу юноши пробежала тень. Но он довольно быстро вернул хитрую улыбочку.

- А вам так нравится больше?

И в следующую секунду хвост с легким пшиком исчез, оставляя на месте себя неровную дырку на штанах, сквозь которую красовался голый упругий зад.

- Райдер, не злите меня, - произнесла я, насладившись, однако, предоставленным зрелищем, - вам известно, что за попытку подкупить преподавателя вы можете вылететь из академии. Вам повезло, что я добрая и здесь никого нет.

Пшик - и хвост вновь вернулся, прикрыв срамоту.

- Мне как раз не повезло, что вас никак не удается подкупить, - пробурчал юноша.

Мне показалось, или в его голосе проскользнуло тщательно скрываемое раздражение?

- Впервые встречаю таких... честных преподавателей, - закончил он и изобразил шутливый поклон.

Я ответила тем же. Правда, изящества во мне все же меньше, чем в "атлете", как у нас называют боевых магов, специализирующихся на ближнем бое, и коим, очевидно, являлся Райдер. А потому мой поклон вышел скорее издевательским. Но студент оценил, и в его глазах заплясали искорки смеха.

- Может, я добрая и честная, но все же крайне требовательная, - предупредила я. - Завтра вы в этом убедитесь, так что советую вам заканчивать с фокусами и отправиться готовиться к экзамену.

Оборотень щелкнул пальцами и оба букета, возлежавшие на ближайшем стуле, рассыпались в пыльцу. Упс. Стул оказался Нефаса. Надо будет очистить сиденье, а то потом проблем не оберешься.

- С нетерпением жду завтрашнего дня! - воскликнул юноша. - Всю ночь не усну, мучаясь ожиданием! - и направился к выходу.

- Надеюсь, спать вы не будете потому, что ночь напролет будете зубрить? - уточнила я, пытаясь изобразить из себя строгую учительницу.

- Нет, буду думать о вас! - проникновенно прошептал Райдер, прижимая руки к груди (слава богам, своей).

Дальше я в этом спектакле участвовать не стала, захлопнув перед его носом дверь. И только отвернувшись, вспомнила о вине, продолжавшем красоваться на моем столе. Я кинулась обратно к двери и рванула ее на себя:

- Заберите свой...!

И тут я налетела на кого-то, чуть не уложив на пол. Едва успела подхватить. Это оказалась Диана Вест. Пятикурсница-огневчика. И моя подруга.

- Нива, ты что? - Дианка насмешливо смотрела на меня, воспользовавшись помощью, чтобы вернуться в вертикальное положение. - Решила-таки меня из зависти убить, поняв, что я красивее и талантливее?

Я расхохоталась и пустила подругу на кафедру.

- Да я как-то давно смирилась с этим фактом. Так что можешь за свою жизнь пока не опасаться.

Девушка прошла в комнату и по-хозяйски уселась на мой стол у окна. Здесь она была далеко не первый раз, а потому точно знала, где чье рабочее место. Вообще-то Диана Вест она по мужу. А девичья ее фамилия - Сайбер. Да-да, те самые знаменитые Сайберы, династия основателей академии, поколениями работавших на благо родного вуза. Да и сейчас едва ли не треть преподавательского состава связывали запутанные семейные отношения и принадлежность к данной фамилии. Дианины мать с отцом, а также три тети, двоюродный дядя, бабушка и оба деда работали здесь на разных факультетах. Что уж говорить: у самой девушки не было выбора, кроме как после окончания пятого курса пойти в аспирантуру, как завещали семейные традиции.

- Я опять пришла жаловаться на Генри, - начала Диана, уютно устроив ноги на гостевом стуле. Вы не думайте, что она такая невоспитанная, просто она была в курсе, что данный четырехногий "старичок" ее просто не выдержит. - Он совсем обнаглел! Отказывается мне ставить автомат, заявляя, что полуавтомата с меня хватит!

Генри Вест был мужем Дианы. Когда-то Дианка твердила, что ни за что не свяжется с кем-то из преподавателей академии - ей своей семейки хватало выше крыши, все эти профессора успели ей порядком надоесть. Она и замуж-то вышла за обычного студента. Тогда она только-только поступила на факультет боевой магии, а Генри был его звездой - учился на пятом курсе, являлся двукратным обладателем Магического Кубка. Молодые люди достаточно быстро прониклись друг к другу симпатией и весной поженились. Диана тогда и предполагать не могла, что четыре года спустя, будучи сама на пятом курсе, будет сдавать экзамен собственному мужу! Этот негодяй, поступив в аспирантуру, внезапно понял, что его призвание - нести свет знаний темной молодежи!

- Диана, ты же знаешь Генри, как никто другой. Ты должна прекрасно его понимать, - принялась утешать я подругу. - Он боится, что его обвинят в послаблениях собственной жене!

- Пф! - девушка передернула плечами. - Будто кто-то в этом долбанном университете не знает, что я самая сильная студентка на курсе и вообще лучшая огневичка последних пяти лет! - да, Диана всегда отличалась скромностью. Но надо признать, основания для гордости у нее имелись: она выиграла прошлогодний Магический Кубок, например. - Как он вообще посмел предложить мне восьмерку за магические конструкты?!

Я достала из шкафа серый от пыли платок (ладно, сойдет) и принялась очищать стул препода демонического языка.

- Генри просто знал, что ты не согласишься на восемь и пойдешь сдавать на десятку в день экзамена, - рассуждала я.

- Все равно я на него обиделась, - насупилась Диана. - Будет теперь неделю у меня спать на диване! Опаньки... Что это?!

И тут подруга заметила бутылку эльфийского вина.

- "Ушки любимой"?! Ничего себе! - девушка принюхалась, словно пытаясь проверить, не суррогат ли. - Откуда они у тебя?

Я трижды прокляла Райдера. Не бойтесь, не по-настоящему. Да и как я могу? Это же запрещенная магия, в конце концов.

- Бабушка прислала, - пролепетала я, стараясь придумать оправдание.

Если кто-то из Сайберов узнает о попытке подкупа экзаменатора (пусть и неудавшейся), мне не поздоровится. Я, конечно, верю в свою подругу. Но видала я ее дедов, у тех самый лучший шпион заговорит через пару минут. Да даже и не шпион найдет, что им выложить.

Диана присвистнула. У нее хорошо получалось свистеть. А вот строение моей выдающейся вперед челюсти таких изысков не позволяло.

- И как ты протащила это богатство на территорию академии?

Вот мне тоже было интересно, как подобное чудо совершил оборотень. Может, дисциплины парню и не хватало, но смекалки там точно было через край.

Запрет алкоголя и прочих вредных для здравого рассудка веществ в академии строго контролировался. Датчики на входе должны были забить тревогу, как только ощутят малейший процент спирта. Потому как пьяный студиоз - это бедствие невероятного масштаба. После того как вуз пришлось в очередной раз отстраивать заново, ректор принял радикальные меры по предотвращению столь печальных инцидентов вновь. В общежитии, например, и вовсе была запрещена любая магическая деятельность. Там отныне стоял мощнейший щит, блокирующий любые магические способности. Даже в помещениях использовались люстры вместо привычных "светлячков".

- Ну, ты же все время повторяешь, что мне, как женщине, не хватает загадки. Так что, - развела я руками, - секрет фирмы!

Подруга задорно рассмеялась и одним щелчком по пробке открыла бутылку.

- Ладно, загадочная моя. Не буду тебя больше пытать, но взамен ты со мной поделишься бабушкиным подарком!

Затем Диана материализовала два бокала и разлила по ним вино.

Я тем временем закончила чистить стул Нефаса. Вроде все. Принюхалась. Пыльцой не пахнет. Будем надеяться, что он не заметит. А если и заметит, не догадается, кто виновен в порче его имущества. Откуда мне взять лилии зимой? Материализацией же я не владею. Тролль все-таки. Хоть и наполовину.

Отглотнув шикарного эльфийского вина, Диана тут же подобрела. Генри был прощен, и все обиды забыты.

- Расскажи, что ли, как там твоя бабушка? - поинтересовалась девушка.

Вполне логичный вопрос, учитывая, что с подарками от бабки я всегда получала и письма.

Под бабушкой я, конечно же, имею в виду мать своего отца. Поскольку семьи со стороны матери я не знала. Не имела чести быть знакомой. А вот бабушка Сильфин, можно сказать, воспитала меня. Гордая эльфийка удивительно стойко перенесла удар, когда узнала, что ее единственный сын собирается связать свою жизнь с той, что похитила его и несколько месяцев держала в плену. Она даже настояла на том, чтобы молодые сыграли свадьбу по традициям эльфийского народа.

Смею надеяться, что бабушка искренне любила меня. Она постоянно повторяла, что я красавица, похожа на нее в молодости, и ни в коем случае не должна слушать этих гадких одноклассников, величавших меня зеленым чучелом.

В родовом замке Орлиани до сих пор над камином в гостиной висит парадный портрет, на котором изображены папа, молодой и красивый (впрочем, он и сейчас не выглядит старо и все так же прекрасен) в черном камзоле с золотыми пуговицами, стоящий за креслом своей матери, и бабушка в вечернем темно-бордовом платье со мной на коленях. Мне там лет пять. Смешной зеленый ребенок в белом платьице в синий горошек. Огромный синий бант в жестких черных волосах призван был, скорее всего, отвлечь внимание от лица с типичной тролльей слегка выступающей вперед челюстью и кокетливо выглядывающими из-под нижней губы клыками. Тогда они были совсем небольшими. Теперь, по прошествии двух десятков лет, они внушали куда больший трепет.

Папа с бабушкой дали мне всестороннее образование. С отцом я занималась языками, искусством, литературой и даже историей и политикой. Бабушка же обучала меня более точным наукам, объясняя это тем, что вечно витающему в облаках папеньке нельзя поручать ничего, что связано с бухгалтерией или какими бы то ни было вычислениями.

Мать от моего воспитания самоустранилась. Мы не ненавидели друг друга, вы не подумайте. Я даже по-своему ее люблю. Но в замке Орлиани она с нами не жила, и все, что она дала мне, - это внешность и знание тролльих ругательств. Причем таких, что даже мальчишки в клане, которых бесило, что я "чересчур образованная", а следовательно - слишком много о себе мню, застенчиво краснели и, прикрывая уши руками, бежали к родителям жаловаться.

- У нее все хорошо, - задумчиво ответила я, пытаясь тщательно подобрать слова. А что? Я и правда надеюсь, что у бабушки Сильфин все замечательно. - Все мечтает найти мне мужа, - продолжала сочинять я.

И здесь я не солгала. Последние года два бабуля не прекращает попыток сосватать меня за кого-нибудь. Мол, пора бы уже, школу давным-давно закончила, а все одна-одинешенька. Пока я бурной деятельности любимой родственницы не препятствовала. Хочется ей поиграть в сваху на второй сотне лет, так почему бы нет? Да и как я смогу ей в том препятствовать? Только вот успех в достижении данной цели выглядит весьма сомнительным. Кто в здравом рассудке согласится жениться на тролльчихе? Только в больном - если его предварительно огрели по голове, по рецепту семейного счастья маменьки. Для троллей я была слишком воспитана, не из их круга, в моем присутствии они чувствовали себя неуютно, им казалось, что я ставлю себя выше их, хотя сама такая же зеленая, и это им категорически не нравилось. А если совсем начистоту - откровенно бесило. Что же касается прочих рас, то моя внешность просто-напросто не соответствовала их представлениям о красоте.

Правда, последнее время тролли стали пользоваться небывалой популярностью у юных барышень всех рас: от человечек до демониц. Дамские романы с жаркими постельными сценами расписывали больших зеленых монстров как страстных любовников. Зеленые монстры были и рады готовым на все красавицам, добровольно падающим им в руки.

Несовершеннолетним подобное вообще читать не следует. А то в следующий раз они что-нибудь про любовь до гроба вампира прочитают и начнут налеты на Кланы Ночи устраивать. Любовь до гроба им там обеспечат. Очень короткую любовь.

Я читала, кстати, те романчики про троллей. Мне было любопытно, чем там зачитывается Диана так, что Генри весь в синяках прибегает ко мне плакаться. Сцену необузданного дикого секса, которую Диана пыталась повторить на несчастном законном супруге, я нашла практически сразу. Потом еще одну. И еще. О, богиня плодородия, чего я там только не нашла: все, на что способны и даже не способны тролли, кроме... собственно сюжета. Ну и главной героини-тролльчихи, естественно.

- Может, познакомишь Сильфин с Нефасом? - прервала мои мысли Диана.

- Зачем это? - я аж поперхнулась вином.

Подруга лукаво глянула на меня:

- А если он ей приглянется? Сведет вас двоих - получится идеальная пара! Представь себе: ты наполовину тролль, наполовину эльф, он - демон. Какая дикая смесь кровей! - девушка мечтательно вздохнула. Она уже унеслась куда-то в свой мир фантазий. - Я потом за вашего сына свою дочку отдам! И напишу роман о человечке и идеальном мужчине, прекрасном, как эльф, сексуальном, как демон, и страстном, как тролль!

Я покачала головой:

- Тебе совсем собственную дочь не жалко? Супружество не ограничивается только постелью. Ей же еще жить с мужем, высокомерным, как эльф, несносным, как демон, и грубым, как тролль!

Диана уже допивала второй бокал и была исключительно расслаблена. Еще не пьяна, но близко к этому. Девушка пренебрежительно махнула рукой:

- Ты сначала роди мне маленького Эгерэ, а потом посмотрим. Может, он характером в тебя пойдет: такой же ответственный и мучительно честный, - подруга скривилась. - Хотя нет, пусть будет такой же наглый и хитрющий, как папенька.

Я расхохоталась и согнулась пополам, ухватившись за край стола, чтобы не упасть.

- А будущего папашу ты предупредила, что уже имеешь виды на его наследника, причем и жену ему тоже подобрала? - отсмеявшись, спросила я, вытирая выступившие слезы.

Диана изобразила рукой малопонятный взмах.

- Не я, а твоя бабка. И потом, уверена, что ему понравится мое предложение.

Речь шла о Нефасе Эгерэ - том самом преподавателе демонического языка, который нам на кафедре житья не давал. Одно хорошо: в академии он появлялся редко - помучить тех недальновидных дурачков с исторического, что выбрали его спецкурс.

Демон был воплощением моих ночных кошмаров. Ехидный, наглый, не признавал законов, которые меня с детства учили уважать. Периодически страдал необоснованными вспышками гнева. И при этом был единственным, кто мог позволить себе смотреть на меня сверху вниз - он был выше.

Вероятно, именно в его росте и крылась таинственная причина, по которой моя подружка-студентка загорелась желанием свести демона со мной. Что об этом думали я и Эгерэ, она не интересовалась.

Вы спросите, как я, преподаватель с кафедры языкознания, умудрилась подружиться со студенткой факультета боевой магии, да еще с огненной специализацией?

Предупреждаю, что эльфийского я у их курса никогда не читала. Их с самых первых лекций ведет госпожа Киллеас.

Причина совсем в другом. Просто наша кафедра - едва ли не единственная, где не работали многочисленные Сайберы. И Диана прибегала сюда после занятий, чтобы отдохнуть от вездесущих родственников. Пряталась, можно сказать. А я была единственной девушкой примерно ее лет (Лана пришла позже), с кем можно было поболтать и непринужденно выпить чайку. Словом, подружиться.

Во время наших дружеских посиделок на кафедре Диана с Нефасом и познакомились.

- Ах, какой красавчик, - с придыханием прошептала девушка, когда демон впервые предстал перед ее очами, ворвавшись в комнату и едва не сорвав дверь с петель.

Он был полуголым, в одних обтягивающих брюках, да и те низко сидели на бедрах. Его шикарное накаченное тело и живот с шестью кубиками, действительно, производили впечатление. Демон пару раз взмахнул крыльями, подняв на кафедре сильный ветер (и со злодейским удовольствием наблюдая, как разлетаются наши бумаги), и только потом свернул их.

- Эх, и почему я замужем? - продолжала шептать Диана, любуясь Нефасом, как он отыскивает в просторах общего шкафа свою рубашку (как вы поняли, он прилетает на работу голым, и только здесь одевается, ибо рубахи сковывают его крылья).

Рухнув на свой стул, демон закинул ноги на стол и скомандовал:

- Орлиани, подайте мне чай!

Раньше он просил "выпить чего-нибудь покрепче". Осознав, что алкоголю в нашей "глухомани" взяться негде, он перешел на чай. Но тоже крепкий. Я, как отвечала тогда, так и отвечаю сейчас:

- Не собираюсь.

Мы с демоном начали привычно буравить друг друга взглядами. Он был упрям. Я тоже. Он привык, чтобы ему подчинялись. Я не привыкла уступать.

- Я сделаю вам чай! - подпрыгнула Диана.

Она-то знала, что если я сказала "нет", то это окончательно и бесповоротно. Я вообще известна тем, что предпочитаю не юлить и сразу отказываю в том, что делать не собираюсь.

Чувственные губы Нефаса скривила мимолетная усмешка. Не удостоив Вест ответом, он встал и вышел, на ходу застегивая пуговицы своей белой рубашки. Со всей своей неприязнью к этому типу должна признать, что белый цвет очень удачно контрастировал с его темной кожей и иссиня-черными волосами.

- Я не поняла, - спросила подруга, провожая взглядом демона, - у него, что, на тебя виды?

- Нет, - я отобрала у Дианы чайник, опасаясь, как бы она его нам не расправила (огневичка для простоты решила подогреть его сама), - у него на меня зуб. Или правильнее будет сказать "клык"?

Подруга удивленно и в то же время с некоторым восхищением взглянула на меня.

- И что ты ему сделала? - навострила она ушки. - Неужто отказала?! Окончательно и бесповоротно, в свойственной тебе манере?

Я рассмеялась. В этом была вся Диана Вест: ее интересовали только две вещи - магия и любовь.

- Там все намного прозаичнее, - покачала головой я, заваривая себе чай (все-таки Диана успела вскипятить воду, молодец). - Но я не могу никому рассказать, иначе он меня убьет.

Подруга многозначительно кивнула:

- Да, я понимаю.

Я была уверена, что понимает она все неправильно, но не стала разубеждать.

С тех пор прошло довольно прилично времени, и Дианка еще больше укоренилась во мнении, что у нас с демоном тайный служебный роман.

- Ой, Нива, смотри! - внезапно воскликнула подруга, вырывая меня из пучины воспоминаний. Она тыкала куда-то в окно и хихикала в кулак. - Там, кажется, дуэль намечается! Это же... ну да, это Пупс из землекопов и какой-то эльф. Не знаю его, не могу определить, с какого он факультета.

"Землекопы" - так на вузовском жаргоне величают студентов факультета боевой магии, выбравших своей специализацией землю. А Пупс - Жолфред Пиман, один из моих студентов, четверокурсник, невысокого роста и изрядно пухлый (что для "боевиков" большая редкость), за то и получивший данное прозвище.

А второй парень... Я присмотрелась повнимательней. Даже пришлось подуть на стекло и растереть его - так не верилось в увиденное. Илбрим Фрэниар? Что этому малообщительному и нелюдимому (неэльфомому?) "ветеринару" (то есть студенту факультета анимагии) могло понадобиться от известного боевого мага? Вернее, что Пупсу могло понадобиться от несчастного анимага-второкурсника?

Да, Фрэниар был немного со странностями... Ладно, может, даже и не немного. Но он никогда никого не трогал и надеялся, что окружающие ответят ему тем же.

И все-таки сейчас Жолфред и Илбрим стояли друг напротив друга, серьезные до невозможности. Пиман зарылся ногами в снег, чтобы лучше чувствовать землю. Эльф же напротив него был напряжен, стоял прямо и неподвижно, будто кто-то ради шутки превратил его в столб.

- Я должна остановить их! - оценив всю серьезность ситуации, я решила, что нужно бежать на улицу и образумить ребят. - Дуэль - это не шутки!

- Да ладно тебе, - Диана ухватила меня за запястье, останавливая.

Может, мощи во мне было и больше, и все же сила рук у боевой магички была невероятной. Пришлось притормозить.

- Ничего с ними не случится! Смотри, - подруга ткнула на темное пятно, виднеющееся в окне, - Нефас уже одобрил дуэль! Лучше наслаждайся зрелищем!

Опять Эгерэ! Что от него еще можно ожидать?

Надо рассказать, что дуэли - это давняя традиция ВАМа (одна из), тщательно сохраняемая до наших дней, хотя многие преподаватели (в том числе и я) многократно требовали ее запретить. Смысл ее заключался в том, что любой ученик академии может в любой момент вызвать кого угодно на дуэль, если в этот момент они находятся на территории учебных корпусов. Если вызванная сторона согласна на поединок, то дуэль состоится. Если противник отказывается, то никто не вправе его заставлять. Для того чтобы держать пыл студиозов в узде, введено несколько правил-ограничений. Самое важное заключается в том, что на дуэли обязан присутствовать один из преподавателей в качестве распорядителя. Во-вторых, распорядитель вправе отменить дуэль, если посчитает основания для нее недостаточными. Ну и наконец, преподаватель сам выбирает, в чем будут соревноваться противники, и это ни в коем случае не должно угрожать здоровью и безопасности соперников.

Надо ли говорить, что практически все учителя дуэли не одобряли, объявляя поводы для ее развязывания неубедительными. Я в таком случае советовала парням (а обычно это были парни) спокойно поговорить и обсудить наболевшее. Душевная беседа лучше тумаков.

Но Нефас? О, он одобрит любую дуэль! Будь-то честь девочки или случайно отдавленный палец. Просто демон любит развлекаться. И желательно за чужой счет. Он беспрестанно повторял, что у нас здесь скука смертная. А вот у них в Школе демонов - там есть, где развернуться!

Я не стала ждать, когда безответственный Эгерэ даст старт сему непотребному действу, и побежала на улицу, как была, в легком сером платье. Во-первых, как я уже упоминала, мне этот небольшой морозец не страшен, а во-вторых, просто-напросто не было времени одеваться.

Когда я выбежала из здания, дуэль была уже в самом разгаре. Нефас выбрал оружием снежки. Что ж, приходится признать, умный выбор. Безопасно, и при этом магия воды не является специализацией ни того, ни другого. Хотя... еще умнее было бы просто запретить это безобразие.

Пупс, даже не применяя магии, действовал быстро и четко. Он мгновенно лепил снежки и запускал их во Фрэниара. Эльф едва успевал прикрывать руками свое бледное лицо и отворачиваться. Он и не пытался защищаться. Или просто не успевал. Пиман просто бомбардировал его "снарядами", вынуждая отвернуться и подставить согнутую спину. Темная курточка эльфа была вся в снегу, немного попало за воротник. Длинные волосы намокли и теперь висели паклями, слегка подмерзнув на промозглом ветру, и больше напоминали сосульки.

Распорядитель дуэли наблюдал за происходящим с довольной ухмылкой. Иногда противно (а мне было противно) хихикая и подбадривая Жолфреда за очередной удачный бросок.

Как мне ни претили подобные традиции академии, я все-таки их уважала. И я знала, что прерывать дуэль нельзя. Это может сделать только один из дуэлянтов или же распорядитель. Поэтому я, зло сверкнув глазами, направилась прямиком к демону.

- Остановите дуэль, - прошипела я, поравнявшись с Нефасом, - немедленно!

Эгерэ лениво взглянул на меня и скрестил руки на груди.

- Не хочу, - только и заявил он, вновь обратив взор на враждующих. - Молодец, Пиман, так держать! - вы только подумайте, он ему даже похлопал!

- Это форменное избиение! - и я указала гадкому демону на сжавшегося в комочек под снегообстрелом эльфа.

Нефас скривился:

- Я, конечно, нездешний, но насколько я знаю ваши правила, этот юнец согласился на дуэль, а следовательно, сам подписался на это, - его черные глаза сверкнули холодными блеском. - Заметьте, я позволил им разбираться без помощи магии. А значит, даже у этого задохлика-ветеринара был шанс.

Слова про "задохлика" мне совсем не понравились. Я стараюсь одинаково уважительно относиться ко всем своим ученикам. Какая жалость, что не могу того же самого сказать об учителях...

- Прекрасное попадание, Пиман! - вновь воскликнул Нефас, отреагировав на то, как снежок попал точнехонько в светло-зеленый эльфийский глаз.

О, богиня терпения, дай мне сил, этот темнокожий негодяй даже восхищенно присвистнул!

- Фрэниар, держись! - неожиданно для себя самой крикнула я.

Юный эльф недоуменно повернулся на крик. Из-под прикрывающего голову локтя на меня уставился полный недоумения глаз с подрагивающими ресницами. Юноша был так удивлен услышать свою фамилию, что далеко не сразу сообразил, что слова поддержки были обращены к нему.

Удивился не только он, многочисленные зрители, сплошь состоящие из студентов, глазели на меня, как на тролля в женской бане. Вроде и непонятно, откуда взялся, и страшно, но в то же время интересно: а вдруг в романах правду пишут?!

- Не сдавайся, Фрэниар! - продолжала я болеть в полной тишине.

Даже Пупс прекратил обстрел и просто формировал снежный комок в руках, переводя недоуменный взгляд с меня на Илбрима и обратно. Эльф, почувствовав, что со спины его больше не атакуют, выпрямился и развернулся к сопернику лицом.

И тут же получил снежком в нос.

Но на этот раз Фрэниар не подумал отворачиваться и укрываться. Он просто вытер лицо рукавом куртки и уставился на Жолфреда тяжелым взглядом.

- Все будет хорошо, Фрэниар, - подбадривала я. До сих пор не понимаю, зачем я это говорила, но мне казалось, что мои слова - единственные на всей этой площади, обращенные к эльфу - помогали ему. - Смотри, он уже устал! Ты сможешь!

Моя реплика про "устал" категорически не понравилась земляному магу. Как и его группе поддержки. Пиман продолжил атаки с новой силой. Он стал применять новую тактику: вспомнив уроки водной магии далекого второго курса, Пупс заставлял снежки покрываться ледяной корочкой. Теперь они летели реже, но били гораздо сильнее.

Студенты, сомкнувшиеся вокруг поля битвы плотным кольцом, начали дружно выкрикивать "Пиман! Пиман!". За Илбрима не болел никто. И дело тут не только в том, что он был катастрофически не популярен. Просто, как болеть за того, кто не делает абсолютно ничего для победы? За все время дуэли он так ни разу и не слепил ни одного снежка, не говоря уж о том, чтобы запустить им в соперника.

Анимаг заметно морщился, когда отяжелевшие снаряды попадали в него. Но продолжал держаться на ногах. В поднявшемся гвалте он вряд ли что мог услышать, но мне хотелось верить, что мои слова поддержки долетали до него.

Я кричала до хрипоты, хлопая каждый раз, когда эльфу удавалось удачно увернуться.

Нефас взирал меня, как на сумасшедшую.

- Вы вышли в платье? - вдруг ни с того ни с сего выдал он.

Кажется, среди нас сумасшедшим был явно он. Какое дело мой наряд имеет к происходящему? И все же я потратила полмгновения на то, чтобы оценить, во что же был одет сам демон.

В серое зимнее пальто на меху. Как всегда. Привыкшему к невероятной жаре у себя на родине, бедному Эгерэ у нас было слишком холодно.

На мне серое платье, на нем серое пальто. Диане бы понравилось, меланхолично отметила про себя я. В первые месяцы после того как она с Генри начали встречаться, то тоже любили расхаживать в одинаковой одежде. Все это закончилось в тот момент, когда в один прекрасный день, проспав, они спросонья эту самую одежду перепутали... Конфуз был еще тот, конечно. До сих пор по академии ходят легенды о юной студентке-первокурснице в белой майке с надписью на спине "Я люблю свою киску" и молодом популярном маге в белоснежной обтягивающей маечке с надписью все на той же спине "Я люблю своего парня".

- Все! Достало это меня, - раздался внезапно капризный голос Пупса. - Пора прекращать этот фарс.

Нефас встрепенулся и внимательно поглядел на Жолфреда. Тот больше ничего не лепил, а наоборот, очищал ладони от снега. В приличном радиусе вокруг него зияла голая земля - весь снег был использован в этой дуэли. Фрэниар, наоборот, был засыпан снежным покровом по самые щиколотки. Но эльф и не думал отряхиваться, замерев по стойке "смирно" все с тем же странным выражением решимости на лице.

- Ты хочешь выйти из дуэли? - уточнил Эгерэ у Пимана.

- Да-да, пофиг уже на этого умалишенного, - и земляной маг, махнув рукой, побрел к своим друзьям где-то в толпе.

- Тогда я объявляю дуэль оконченной, - проговорил Нефас так, что его было слышно, пожалуй, даже на верхних этажах всех пяти корпусов. - Победителем признается Илбрим Фрэниар! - и рука демона указала на эльфа. - Причина: отказ соперника продолжать поединок, - уточнил преподаватель, видя, как нарастает недоуменный гул в толпе зевак.

- Расходитесь, все расходитесь! - скомандовала я студентам. - Идите готовиться к экзаменам! Нечего прохлаждаться!

Студенты расходились, обсуждая только что увиденное. Думаю, впечатлений от сегодняшней дуэли хватит на всю сессию. Уже завтра она обрастет немалым количеством слухов и домыслов.

Я подошла к Фрэниару и помогла ему отряхиваться. Выковыряв снег из-за шиворота и смахнув с волос, я заглянула в зеленые глаза эльфа:

- Все хорошо?

Я не стала спрашивать, что послужило причиной дуэли и столь странного поведения во время ее. Знаю, что многие студенты не любят вмешательства в свою личную жизнь кого бы то ни было, а особенно учителей. А с Илбримом я была знакома недостаточно хорошо. Поэтому старалась держать дистанцию, какую считала максимально комфортной для ученика.

- Спасибо, - едва слышно пробормотал Илбрим, застенчиво отводя взгляд.

Затем, не поднимая глаз, он поклонился сперва Нефасу, потом, поколебавшись, мне и убежал, направляясь к общежитиям.

- Вы вышли в платье?! - прозвучал за моей спиной знакомый вопрос.

Заело его, что ли?

Я повернулась. Раз, другой. Я покрутилась несколько раз вокруг своей оси, демонстрируя демону платье, в котором частенько читала лекции. Удобное, официальное, неброское.

- Как видите, - я попыталась присесть перед Нефасом в реверансе. Надеюсь, получилось похоже.

- Вы что? На дворе же лютый холод! - казалось, бездонные глаза Эгерэ были полны искреннего удивления. - Как только вы не превратились в огромную зеленую сосульку?

- У меня всегда были проблемы с магией превращений, - как бы невзначай обронила я и решила, что с демона моего приятного общества на сегодня хватит.

Я возвращалась в свой родной третий корпус, отправляя готовиться к экзаменам попадавшихся мне студентов. Те с визгом и смехом рассыпались в разнобой, как только замечали мою высокую и мощную фигуру, грозно надвигающуюся в их сторону. Если мне доводилось поймать кого-то из отлынивающих от учебы студиозов за ухо, я разворачивала его в сторону общежития и придавала ему инерции подзатыльником.

На пару мгновений я остановилась и оглядела альма-матер. Высшая академия магии за последний десяток лет успела стать мне родной. А третий корпус - так и вовсе вторым домом.

Учебная часть представляла собой круглую площадь немалых размеров, в центре которой красовался фонтан. Зимой он не работал. Конечно, можно было бы без проблем поддерживать его водными заклинаниями, но студенты имели нехорошую привычку в нем купаться в любую погоду. И целители, которым надоело, что их лазареты в каникулы постоянно переполнены, настояли на том, чтобы фонтан отключали.

На площади кругом располагались пять учебных корпусов. Архитектурным ансамблем их не получится назвать, даже если очень сильно покривить душой. Общим у них было только расположение парадного входа - прямиком на площадь. Причем от лестниц к фонтану вели ровные стрелки брусчатых дорожек, образуя лучи звезды.

Ни одно из пяти зданий не было похоже друг на друга. В первом (главном) корпусе, расположившемся ровно напротив парадного входа в ВАМ (кованой решетки высотой метров десять и являвшей собой настоящее произведение искусства), обучались студенты факультета бытовой и сельскохозяйственной магии и факультета предметной. "Хозяйственники" признавались самыми успешными, а их специальность - самой престижной. Потому и главный корпус. Такие маги работали во дворцах, музеях, офисах. Помогали выращивать богатый урожай, строить величественные замки, создавать произведения искусства, поддерживать бытовой комфорт, следить за архивом и вычислять чужие магические фоны где-нибудь в подвалах дознавателей. Словом, данных выпускников примут с распростертыми объятиями где угодно. "Предметники" же - это артефактчики. Они учатся создавать артефакты и заряжать предметы магической энергией. Они тоже никогда без работы не останутся.

Белоснежное здание главного корпуса отличалось строгостью, четкостью линий. Без излишеств, украшательств и лепнин.

Справа от него располагался второй корпус. В нем учились целители и ветеринары. Целители - это, как вы, наверное, поняли, студенты факультета целительства и зелеварения. Думаю, объяснять, чем они занимались, бессмысленно. А вот "ветеринары" - так называли выпускников факультета анимагии. Они учились взаимодействовать с животными, понимать их, лечить и дрессировать. В итоге они могли выбрать как мирную, так и боевую специализацию: стать обычным целителем, но только для животных, или натренировать из какого-нибудь условного медведя настоящую машину для убийств и возглавлять звериный отряд на передовой на войне (без шуток, звериные отряды действительно существуют). Здание второго корпуса, в противоположность главному, было изящно и вычурно до последнего своего кирпичика. Многочисленные башенки устремлялись ввысь, куда-то к солнцу, стены в течение дня сменяли цвет со светло-голубого до бирюзового.

Слева от главного стоял третий корпус. В нем обитали факультеты истории и теории магии, а также предсказания и ясновидения. Когда-то я училась на историческом. Меня называли "теоретиком", как и всех. Мы не занимались практической стороной магии, а углублялись в ее теорию. Я, как тролль, была лишена больших магических талантов, а потому меня вполне устраивало читать о колдовских войнах и решать задачки по магическому конструированию. "Оракулы" на своем факультете Предсказаний и ясновидения учились заглядывать в будущее, планировать его и изменять, а также читать прошлое. Последнее было куда более востребовано - и предсказатели частенько уходили в детективы.

Наш корпус казался неказистым и незаметным среди громад других факультетов. Но он был уютным: из красного кирпича, весь утопал в цветах, даже плоская крыша являла собой ботанический сад. Его, кстати, развели там "хозяйственники". Их скатная крыша такого не позволяла. И если историк или оракул назначит вам свидание "на крыше", знайте - ваш путь лежит в наш, третий корпус.

Если вы зайдете в академию через парадные ворота, то, вдоволь налюбовавшись на диковинных зверей и птиц, выкованных на них, обратите внимание на здание справа от вас. Это четвертый корпус. Несложно догадаться, кто там учится, не правда ли? Ну конечно, некроманты. Могучая монолитная черная громада без окон и только с одной дверью - железной, с многочисленными замками - внушала страх. А если я поведаю вам секрет и расскажу, что на территории корпуса есть не только морг, но еще и кладбище? Брр...

Но должна признать, что внутри довольно симпатично. Я читаю там иногда лекции. Белые, светлые коридоры. Многочисленные "светлячки" компенсируют отсутствие окон. Внешний вид вызван исключительно техникой безопасности, я это понимаю. Потому как с нашими студиозами никогда не знаешь, какую армию зомби они выпустят на свободу.

Ну и наконец, настало время рассказать вам о главной достопримечательности академии. Вот же она, слева от парадной решетки. Да-да, вон то здание, больше похожее на развалюху. И не спрашивайте, как оно держится! Наверняка на магии. Временами бывало, ведешь на восьмом этаже условный коллоквиум, никого не трогаешь, и вдруг пол под ногами начинает шататься. Студенты даже ушами не ведут, а ты вынужден хвататься за все подряд, чтобы не упасть. А потом еще гоняешься за своими бумагами, разметавшимися по всей аудитории. Боязно даже представить, каково в такой момент приходилось на этаже двенадцатом?!

Да, в этом покосившемся здании со следами многочисленных битв двенадцать этажей! Оно самое высокое в академии. А еще там, за корпусом, располагается огромное тренировочное поле. По плачевному состоянию корпуса вы легко догадались, что в нем учатся самые буйные наши студенты - с факультета боевой магии.

У "боевиков" самый большой набор. А потому от них самый большой урон. Хотя... урон от них был бы катастрофический, даже если бы их обучалось здесь не более десяти человек. Мы все с вами прекрасно знаем, что такое боевая магия. Лично я предпочитаю обходить данную часть площади стороной, когда у боевиков проходят полевые занятия.

Первые два курса студенты факультета боевой магии проходят общую, стандартную программу, а вот с третьего они уже выбирают себе специализацию, коих у нас огромное количество. От огненной, которой обучается Диана, например, до поддерживающих заклинаний для ближнего боя: ускорение, увеличение силы, берсеркер и тому подобное. Таких магов называли "атлетами". И их было немного. Молодые люди, приходившие сюда обучаться магии, хотели кастовать заклятия, стоя в сторонке на безопасном расстоянии, а не проводить по несколько часов в спортзале ежедневно, чтобы потом рисковать своей жизнью в самой гуще событий.

Впрочем, говорят, в этом году впервые за несколько лет нашелся боевик, который выбрал своей специализацией магию камня. Не путайте с земляной. "Каменщики" не могут выращивать растений, управлять комьями земли и тем более колдовать зыбучие пески. Они только контролируют структуру камня. Из них выходят хорошие "хозяйственники": у строительных компаний они нарасхват. Но как "каменщики" могли пригодиться в бою? У этого отчаянного студента научным руководителем, по слухам, и вовсе стал преподаватель с артефака.

Я еще раз осмотрела площадь. Просторная. Здесь частенько проходили торжественные линейки, ярмарки и даже иногда - концерты, если администрация вуза расщедривалась в честь какого-нибудь юбилея на приезжих звезд. Тут и там стояли скамеечки в окружении деревьев, а летом - еще и аккуратно подстриженных кустов.

Дорожка между вторым и четвертым корпусом (в противоположной стороне от тропинки на поле для магучений) вела к общежитиям. Тем самым, на территории которых была запрещена магия. Вся жилая территория была обнесена огромной каменной стеной (как раз "каменщики" и строили), и вход на нее осуществлялся исключительно по пропускам, коими выступали амулеты, выдаваемые ученикам еще на первом курсе в качестве удостоверения личности и студенческого билета.

Там жила и я. Мои покои располагались на первом этаже. Не стандартная комнатка общежития, конечно, но и не квартира. Просторная спальня, куда, помимо кровати я уместила еще и рабочий стол - проверять сочинения учеников из разряда "Почему у эльфов длинные уши", кухонька и ванная с бочкой для мытья, долго сохраняющей воду горячей (очень полезное изобретение "предметников").

Ну и, конечно, экскурсия по территории академии была бы не полной, если бы я не рассказала вам об Облачном стадионе. Да-да, тот самый, на котором проводятся соревнования за Магический Кубок и знаменитый студенческий Новогодний бал.

Он располагается прямо над нами. Поднимите голову. Видите, там, высоко наверху, виднеется нечто, напоминающее очертания непонятного сооружения, но больше похожее на мираж? Это и есть Облачный стадион. Он располагается на высоте двух тысяч метров над уровнем моря. Ничего особенного, дышать можно спокойно. Только после телепорта от резкого перепада высот заложит уши. И да, вы правильно подумали, Стадион абсолютно прозрачный. Сделано это было из практических соображений: чтобы эта громадина не загораживала солнце. В итоге магистры при проектировании этого чуда света постарались так, что сооружение совсем не отбрасывало тени. Нервным и страдающим акрофобией туда лучше не подниматься. В конце концов, вас никто не вправе заставить смотреть соревнования за Кубок или танцевать на балу. Не хотите - не приходите! Но лично я еще ни разу не встречала того, кто не хотел!

Ведь это поистине захватывающее зрелище: стоять там, на высоте, и наблюдать, как под тобой пролетают птицы, порой - плывут облака, а все строения внизу кажутся крошечными. Складывается ощущение, будто ты паришь в воздухе!

Ориентироваться на Стадионе несложно. Места для зрителей подсвечиваются легким желтым цветом, вся остальная площадь - отдана на откуп спортсменам. Во время бала все выглядит несколько по-иному, но вы наверняка читали об этом в многочисленных газетных статьях, так что я не буду вам об этом рассказывать. Тем более что описания - не самая сильная моя сторона.

Что-то я ударилась в ностальгию и задержалась. Мне еще папеньке подарок выбирать!

И с этими мыслями я поднялась к себе на рабочее место. Диана все еще была там.

- Ну, ты даешь! - присвистнула она, попивая из бокала.

Вина в бутылке осталось всего ничего. Это может быть опасно. Во-первых, пьяный маг огня, да еще и самый сильный за последние несколько лет, это всегда угроза обществу. А во-вторых, вылакав до дна студенческий "подарок", я, вроде как получается, его приняла, а значит, взяла взятку. Уверена, что этот юный пакостник на то и рассчитывал. С другой стороны, подруга оказала мне большую услугу, избавив от улики. Ведь прознай об этом начальство...

Ладно, разберемся с Райдером завтра, непосредственно на экзамене.

Диана икнула и вернула меня к реальности.

- А чего это демон тебе пальто не предложил? - вопросила подруга с таким оскорбленным достоинством, будто Нефас именно ее раздел и оставил умирать на улице в минус сорок. - Невоспитанный какой!

- Я тебе то и втолковываю! - поддержала девушку я. - Ты только все сомневаешься.

- Вы подумайте только, - продолжала Диана, пропустив мои слова мимо ушей. - Наблюдая за тобой, в легком платьице, он только еще больше кутался в свои меха. Я могу поспорить, он даже подпрыгивал, чтобы согреться!

В этом был весь Эгерэ. Самовлюбленная и эгоистичная персона. Удивительно, как много времени понадобилось подруге, чтобы постичь эту истину. Может, теперь она отстанет от меня и оставит свои попытки написать про нас с Нефасом роман (однажды она угрожала мне и этим тоже, еще до того, как решила писать книги про наших с демоном детей).

- И все-таки ты там жгла! - восхищенно протянула Диана.

- Дианка, ты же знаешь, что жечь - это по твоей части, - фыркнула я. - Я же максимум могу чужого "светлячка" потушить. Да и то не магическими способами, а просто на него подув.

Подруга качала головой, выливая себе в бокал последние капли "Ушек". Мой бокал она уже дематериализовала за ненадобностью.

- Я имею в виду: круто ты там с этим эльфом, - продолжала восхищаться человечка. - Особенно, когда вокруг тишина, а ты такая: "Дава-ай!". Прямо мурашки по коже, вот честно!

Я не стала разубеждать подругу, что подвиг мой на подвиг вовсе не тянул. Главное, она отвлеклась, наконец-то, от темы преподавателя демонического. Я направилась к шкафу, чтобы достать оттуда свою шубку. Она выполняла скорее декоративную функцию, ибо была необычайно коротка, без рукавов и вообще на мне не застегивалась (самой большой размер, какой был), да и надеть сейчас я ее решила исключительно для того, чтобы не пугать никого на рынке, столь же чувствительного и впечатлительного как наш знакомый демон.

Но на вешалке я своего полушубка (а как это чудо дизайнерской мысли еще называть?) не обнаружила. Ибо он возлежал на полу, в самом дальнем углу шкафа. Из мехового кармана высунулась маленькая остроносая мордочка.

- Диана! - грозно рыкнула я. - Твой фамильяр опять украл мою шубу!

Хорек подруги, и правда, испытывал какую-то ненормальную страсть к моей зимней одежде. Возможно, чувствовал родственника? Хотя продавец утверждал, что это натуральная угушка - редкий волшебный зверь из вампирских лесов.

Подруга заглянула мне через плечо.

- Иннокентий, ты что творишь?! - хмуро зыркнула она на свой фамильяр.

Но Кеша проигнорировал хозяйку и вновь залез в карман.

- Поди вон, бесчеловечная женщина! - раздался из-под груды меха обиженный голос. - Я сколько тебя просил меня с какой-нибудь хорью познакомить?!

Мда, а я и забыла, что питомец-то у Дианы с характером. Как и его хозяйка. Могу поспорить, что у них в семье Генри стоял на нижней ступени иерархии. Четвертой. Есть же еще Барсик - черная пантера, фамильяр самого Веста.

- Эм, - Диана виновато посмотрела на меня и шепотом пролепетала, обращаясь куда-то к шкафу. - Хочешь сказать, что мех этой шубы тебя... возбуждает?

Ответом ей послужило пыхтение и фырканье.

Я захлопнула дверцы шкафа, оставив хорька развлекаться с моим гардеробом.

- Ладно, все равно она мне не шла, - успокоила я покрасневшую подругу. - Пойду так.

Огневичка из вредности запечатала дверцы шкафа на пару часов. Пусть хорек помучается. Будет знать, как хозяйку перед ее друзьями унижать.

- Я угощу тебя обедом в качестве извинения! - предложила Диана. - Нет, не тем, что приготовит Генри, - рассмеялась девушка, перехватив мой радостный, полный предвкушения взгляд. - Тем, что подадут в "Сером принце". Может, выйдет и не так вкусно, но муж сейчас принимает экзамен у оракулов.

Я понимающе кивнула. Да, сегодня парня лучше не беспокоить. После общения с группой предсказателей все всегда впадали в депрессию разной степени глубины. Ну а кому бы понравилось выслушивать различные варианты своей гибели, перечисление гипотетически возможных болезней и даже причин развода с женой. И хотя видение, как и все в ясновидении, это лишь один из возможных путей, на который можно и не ступить, оракулы отчего-то не любили видеть в будущем нечто хорошее и в обязательном порядке портили настроение экзаменаторам.

- Пойдем уж, - махнула я рукой. - Не бросать же тебя, пьяную, одну. Заодно пожалуешься мне на Генри.

Открыв портал и отправив контрабандную бутылку вина в мусорку, я прихватила ридикюль и проверила, не забыла ли чего. Затем вытолкнула подругу за дверь и закрыла кафедру знакомым и отскакивающим от зубов заклинанием.

- Генри? А что Генри? - слегка затуманенные алкоголем мозги Дианы не сразу обработали запрос. Видимо, причин жаловаться на супруга у девушки было много, и сейчас она сортировала их в порядке важности. - Ах, да! Этот негодяй отказался мне ставить автомат! Представляешь?

2 глава.

Я сидела в "Сером принце" и попивала морс. Самый что ни на есть настоящий морс. Клюквенный. Большую часть жизни я питалась изысканными блюдами, которые нам готовил шеф-повар высшей квалификации в родовом замке, не обходилось и без диковинных трав и щепотки колдовства. Но после того как я начала жить одна (и у меня обнаружилось полное отсутствие не только магических, но и кулинарных талантов), то открыла для себя прелесть простой и безыскусной пищи. Наверное, во мне говорят мамины гены. Тролли никогда не заморачивались у печи. Ели что попадется и как приготовится. Помню, в свое время мальчишки в клане высказывали мне претензии за то, что я пыталась есть мясо ножом и вилкой из тарелки, как учил папа, вместо того чтобы отламывать ломти от общего вертела голыми руками.

Конечно, иногда во мне просыпалась тяга к дому, и хотелось отведать чего-нибудь невероятно вкусного, таящего во рту. В таком случае я брела домой к Вестам. Придумывала какой-нибудь глупый повод (хотя уверена, что Диана приняла бы меня и так) и оставалась до ужина. А все для того, чтобы иметь возможность насладиться готовкой Генри. Если бы Вест не был талантливейшим "погодником", то стал бы императорским шеф-поваром, не иначе.

Если вы хотите безыскусной, а точнее безвкусной пищи, то приходите в "Серого принца". Вкусового экстаза вы не испытаете, но можно гарантировать, что тошнить вас точно не будет. Для того чтобы насытить желудок - вполне достаточно и абсолютно безопасно.

Мое место находилось в самом дальнем и плохо освещенном углу. Раньше я постоянно сидела за барной стойкой, но хозяин пожаловался, что я распугиваю посетителей. И мне пришлось пересесть.

Впрочем, меня устраивало и здесь. Тихо, спокойно. Никто не тыкает пальцем: "Тролль, баба!". То, что тролльчихи практически не показываются в поселениях других рас, предпочитая обходиться клановыми пещерами, доставляет мне крайние неудобства. Я выступаю для большинства диковинным экспонатом. Дети, те, что не писяются от страха и не прячутся за мамиными юбками, любят спрашивать, почему я не похожа на картинки из учебников.

Будто я знаю, почему троллей женского пола изобразили низкими и толстыми серокожими бесформенными существами с дырками вместо носа и ушей! Хотя догадываюсь. Наверняка, этот горе-художник тоже пережил на себе древние тролльи традиции и получил тяжелую душевную травму в дополнение к травме головы... Словом, мстил он так.

Сегодня я отдыхала. Праздновала окончание сессии. Разобралась сегодня с последней группой. Как раз боевых магов третьего курса. Умудрились сдать все. Даже на пересдачу никого не отправила. Правда, пришлось изрядно погонять Райдера. Да и Фейрвуд потрепала мне нервов... Ох, право слово, даже вспоминать не хочется.

Оборотень по теме "эльфийская любовная лирика" прочитал мне популярное в определенных кругах стихотворение неизвестного автора. И что мне было делать? Любовь там действительно присутствовала. Не все же дамам ручки целовать, некоторые эльфы любили целовать и другие женские части тела и сочинять про то стихи. Может, кто-то и назовет их пошлыми и низкопробными, но они все равно стихи, все равно любовные и, главное, на эльфийском языке. В качестве примера на второй вопрос о номинативных предложениях Райдер привел... все тот же стих. Его смекалке не откажешь, большинство предложений сплошь состояло из существительных. Ответ на третий вопрос про предлоги и связки я Ульфриху озвучить не дала, сразу начав гонять по другим темам.

С Агнес Фейрвуд дело обстояло сложнее. Некромантка честно пыталась рассказать мне алфавит, но сбилась на пятой букве. Я положила перед ней азбуку и попросила прочитать слова, которые эти самые первые пять букв обозначали. Девушке не помогли даже картинки. Агнес убеждала меня дрожащим голосом, что учила, просто от волнения забыла. Я отсылала ее на заднюю парту вспоминать. И вновь подзывала Ульфриха. В конце концов, у парня было два с половиной года изучения языка за плечами, против полугода некромантки, да и экзамен - не зачет. Одним четверостишьем здесь не обойдешься. Но на пересдачу оборотень отправляться отказывался. Так и курсировали молодые люди между моим столом и своими партами, подобно челнокам.

Когда свершилось чудо и я-таки рассчитала Райдера, отправив его восвояси с четверкой (из десяти), то вышла попить водички и отдохнуть от бесконечных рыданий Агнес (все-таки аллергия давала о себе знать). По возвращении меня ждал сюрприз. Оборотня уже и след простыл. Фейрвуд же, потупив голубые глазки, протараторила мне до боли знакомое эльфийское стихотворение... Тяжело вздохнув и посоветовав краснеющей Агнес к следующему разу перевести то, что она только что мне прочитала, я нарисовала ей зачет и отпустила на все четыре стороны.

Согласитесь, когда подобная нервотрепка заканчивается - это прекрасный повод отпраздновать. Чем я и занималась, попивая любимый клюквенный морс.

Но кажется, праздновать собралась не одна я. В таверну ввалилась целая группа молодых людей. По шуму и гаму, которые они производили, сразу становилось понятно, что это студенты. И не абы какие, а боевики. Узнать их мне не составило труда. Ну конечно, третьекурсники, как раз отстрелявшиеся сегодня вместе со мной. Их было пятеро, а шуму от них, как от роты солдат. Юноши смеялись, перекрикивали друг другу, шутливо споря о чем-то, и размахивали всеми конечностями, как зомби у неуча-некроманта.

Предводительствовал у них, кто бы сомневался, Ульфрих Райдер. Он указал товарищам на стол, за который стоит сесть, и отправился к стойке оформлять заказ. Не удивлюсь, если в счете в итоге будут значиться несколько кувшинов спиртного.

Меня мои ученики не заметили. Это хорошо. Мое кредо - за пределами академии я не преподаватель, а обычный гражданин Имперского Союза. Соответственно, и они - не мои студенты. Еще чего, не хватало мне только на этих оболтусов свое личное время тратить. В конце концов, они все уже взрослые, школу окончили, пусть сами за себя отвечают.

Так получилось, что боевики расположились всего в двух столиках от меня. А учитывая громкость, с которой они обменивались репликами, мне было прекрасно слышно, о чем они разговаривали.

- Не, ну сегодня вообще каторга была! - выдал один, низкого роста, плотненький, есть подозрение, что в роду у него были гномы.

- Да уж, Фламинго сдавать было куда легче! - отозвался его товарищ, тощий и рыжий, весь в веснушках.

Фламинго? Это госпожа Марсиэль, что ли, их предыдущая преподавательница? Она любила красить волосы в нежно-розовый цвет. Интересно, как скоро до того же самого додумается Фейрвуд?

Тут к друзьям вернулся Райдер и поставил перед ними два кувшина. Не знаю, что в них было, но явно не "Ушки любимой" и не морс.

- Мясо готовится, скоро принесут, - отрапортовал оборотень и плюхнулся на скамью рядом с "гномом". - О чем разговор?

- Мы вспоминали, насколько при Фламинго было легче, - отозвался эльф, единственный в их компании. Кажется, если не ошибаюсь, его звали Эдгар. Ему-то чего жаловаться? Он-то сдал экзамен одним из первых и, само собой, на десятку. Иное было бы странно.

Ульфрих только презрительно фыркнул. Отбросив каштановую челку движением головы, он скрестил руки на груди и оперся о спинку сиденья.

- Вот никогда бы не подумал, что когда-нибудь вы будете вспоминать эту мерзкую тварь в положительном ключе, - прошипел сквозь зубы оборотень.

Материализовав кружку (общественной он, я так понимаю, не пользовался из гигиенических соображений?), он налил себе вина (надеюсь, это вино, а не самогонка) и залпом выпил.

"Мерзкая тварь"? Это уже становится интересным. Госпожа Марисэль, конечно, не ангел, но таким категоричным эпитетом я бы ее точно не удостоила.

- Да ладно тебе, Ульф, - вступился за свою бывшую преподшу конопатый (прости, милый друг, твое имя крутится у меня на языке, но никак не идет на ум, вас, обалдуев, у меня больше сотни), - не настолько уж она была плоха. Ну, поприставала к тебе чуток. Так ведь она еще достаточно молода, по эльфийским меркам. И даже красива...

С каждым сказанным словом голос рыжего становился все тише и тише. То ли потому, что он сам стеснялся того, что говорил, то ли его так пугал зловещий взгляд хвостатого друга напротив.

Я не большой любитель подслушивать, но происходящее меня заинтересовало. Насколько я помню, Марсиэль ушла в декрет. Значит ли это, что она заглядывалась на собственных учеников, будучи не просто замужем, но еще и в положении?!

- Эта стерва спокойно принимала дорогие подарки, как плату за наши оценки, - начал перечислять недостатки учительницы Райдер, - и преподавала из рук вон плохо. Помнишь, как она начинала красить ногти прямо во время практикума?

- Да, Эдгар тогда отвечал, - кивнул гном.

- И она не просто гонялась за мной, - продолжал оборотень, сжав кулаки, - она угрожала, что если я не приду к ней в комнату в день перед экзаменом, то она не просто выпихнет меня из академии, но и отправит на пересдачу всех вас!

Я узнала сегодня много нового! Надо будет поговорить с госпожой Киллеас на эту тему. Правда ли все обстояло так печально, или молодой человек несколько преувеличивает, выдавая желаемое за действительное. Самолюбивым личностям может показаться, что каждый второй встречный оказывает им знаки внимания...

- Но ведь ты не пришел? - раздался тихий женский голосок.

Это была единственная девушка в их группе, Кэтрин. Стройная высокая брюнетка. Кажется, водный маг. На нее возлагали большие надежды. Диана мне уже жаловалась, что ее тренер спит и видит, как слепить из новенькой чемпионку Магического Кубка.

Ульфрих усмехнулся и посмотрел на Кэтрин с вызовом:

- Не пришел! Я решил, что мне все равно - пусть выгоняет, а вы как-нибудь своими силами справитесь. Должны же вы были хоть раз в жизни открыть учебник по инязу!

- Но ведь все мы благополучно тогда сдали, - продолжал искать положительные стороны рыжий и разрядить обстановку. - Не надо думать о плохом.

"Гном" хмыкнул и отхлебнул вина (этот пил из местных кружек):

- А может, Ульф лукавит, и он на самом деле пожертвовал собой ради нас!

Высказанное предположение оборотню совсем не понравилось. Жевалки заходили ходуном на его лице. Но он сдержался и не сказал ни слова, лишь слегка порычал, продемонстрировав клыки.

Пышногрудая официантка принесла заказанное ранее мясо с бобами. И друзья отвлеклись на него. Я уже думала, разговор на этом исчерпан, но не тут-то было.

Жуя, рыжий внезапно выдал:

- Согласитесь, эта училка намного страшнее же!

Я усмехнулась про себя. Вроде не маленькие детки и не девочки в розовом, а все туда же - пугаются!

- Она самое уродливое существо, которое я когда-либо встречала, - хихикнула Кэтрин.

Эдгар, сидевший по левую руку от девушки, сурово взглянул на нее:

- Ты просто мало кого встречала, Кэт.

- А что, где-то живут такие же уроды, как она, или даже страшнее? Где? Я должна знать это место, чтобы, не дай боги, там случайно не оказаться! А то еще сердечный удар схлопочу, - и "водяная" сама рассмеялась своей шутке, посчитав ее необычайно удачной.

- Тебе бы не мешало схлопотать по попе, - спокойным голосом ответил эльф, за что был удостоен одобрительных смешков парней и злого взгляда брюнетки.

- Ульф, а что скажешь о новой преподше ты? - спросил "гном", вгрызаясь в свой кусок мяса. - Мы ж вчера посылали тебя к ней, а сегодня она мурыжила тебя до седьмого пота. Мстила, что ли?

Оборотень ответил не сразу. Подперев подбородок кулаком, он смотрел сквозь мутное окно на постепенно пустеющую улицу - наступали сумерки.

- Ничего так, - пожал плечами Райдер. - Мое мнение о ней не изменилось.

А какое было?

Ответ оборотня, судя по всему, Кэтрин не понравился. Девушка сжала губы и выдала капризным тоном:

- Где это видано вообще, чтобы тролли эльфийский язык преподавали?! Это все равно, что уборщик, обучающий огненной магии!

Вот это она зря! Между прочим, Годар, начальник нашей хозяйственной службы, ответственный в том числе и за поддержание чистоты в аудиториях, в прошлом - отличный специалист по огненной магии. Лицензированный маг высшей ступени!

- А ты уверена, что она тролль? - неожиданно спросил Ульфрих.

Его вопрос поразил не только приятелей, но, должна признаться, и меня. Я, конечно, не большой любитель смотреться в зеркало, ибо не тщеславна, но сильно сомневаюсь, что за прошедший день в моей внешности произошли какие-то кардинальные изменения, не позволяющие с полной уверенностью отнести меня к племени северных троллей.

Кэтрин воззарилась на Райдера, будто привидение увидела. Причем не как некромант, а как простая горничная в замке лорда. Ну, знаете, когда все летит из рук, а ор стоит на несколько этажей? Брюнетка сейчас, конечно, не визжала, но исключительно потому, что потеряла дар речи.

- Ульф! - ее писк перешел в ультразвук. - Она же зеленая!

Я бы предпочла определение - цвета лесной зелени, но что с нынешней молодежи взять. У них мир не только на белое и черное делится, но и спектр других цветов отрицается.

- Да в ней же все два метра! - продолжала перечислять мои несомненные тролльи "достоинства" Кэтрин.

- Максимум сто девяносто, - поморщился Ульф. - Или на сантиметр-два выше.

Его собеседница скинула нервным движением руки черные кудри с плеча и возвела глаза к потолку, будто старалась успокоиться. Вспомнив занятия по медитации, основной предмет для водных магов, девушка успокоилась и несколько мгновений спустя уже улыбалась.

- И что тебя натолкнуло на мысль, что она может быть не троллем? - иронично поинтересовалась она.

Эдгар устало прикрыл лицо руками:

- Кэт, перестань. Ты всем хороша, но твоя ревность ко всем подряд невероятно раздражает!

Магичка рассмеялась и стрельнула в эльфа игривым взглядом:

- Не всех подряд! К тебе, например, не ревную.

- А зря, - обронил Райдер как бы невзначай.

Кэтрин недоуменно взглянула на оборотня. Теперь он вновь напоминал того шаловливого мальчишку, которого я знала. Любитель жить на полную катушку, подкалывать собственных друзей... и издеваться над учителями. В серых глазах плясали маленькие Райдеры - ехидные, хитрые и хвостатые (у меня хорошее зрение, да).

- Если ты способна заподозрить меня к симпатии к тролльчихе, что заставляет тебя думать, что я не могу интересоваться прекрасными статными эльфами? - проговорил Ульфрих таким проникновенным голосом, что даже у меня мурашки по коже побежали. От страха. Загадочный он все-таки какой-то. Не тот простой дурачок, каким прикидывается.

- Я ее заставляю, - ответил вместо онемевшей девушки Эдгар. - Не смей портить мне репутацию дамского угодника и любителя лезть под юбки. А то вдруг мои многочисленные любовницы поверят твоим лживым наветам и разбегутся, а мне от безнадеги действительно потом придется лезть в штаны.

Их конопатый друг слушал перепалку товарищей с таким же недоумением на лице, что и Кэтрин.

- А разве у тебя есть любовницы, Эд? - решился, наконец, вставить он слово. - Ты же давеча жаловался, что тебе очередная студентка отказала...

Эльф с полустоном возвел очи к потолку и обхватил руками голову.

- Я вот не перестаю удивляться, Жора, - обратился к рыжему "гном". - Если ты такой идиот, как ты вообще в академию поступил?

"Жора" покраснел и принялся ковыряться в своей тарелке.

- Ребята, вы чего?! - весело воскликнул Райдер, пытаясь оживить атмосферу. - Мы сюда праздновать начало каникул пришли или оплакивать неудавшуюся личную жизнь Эда?

Ответом ему был дружный гул и взлетевшие вверх кружки с вином. Оборотень подскочил и материализовал железный прут с локоть длиной. Опять? Что он только не хранит в "пространственно-временном кармане"? Склад у него там, что ли? Ведь чтобы что-то материализовать, надо сначала это дематериализовать - истина, известная с детского сада. И дематериализованные предметы хранятся в том самом "кармане", как вещи в рюкзаке. И на поддержание их там тратится магическая энергия, как тратились бы силы на путешествие с рюкзаком за плечами. Очень неразумно пихать туда все подряд, если только у тебя не невероятный запас маны.

- Давайте я лучше покажу вам приемчик, которому меня научил Зирк с предметного!

И Райдер начал крутить прут в руке, постепенно заряжая его энергией.

Я напряглась. Это он зря! Ведь по правилам академии, колдовать студентам (то есть безлицензионным магам) за пределами вуза строго запрещалось. За это можно было и вылететь. Даже не так: если об этой выходке Райдера узнает ректор, оборотень уже на завтрашний день перестанет числиться студентом ВАМа.

Меж тем прут, крутящийся в ловких руках вервольфа с невероятной скоростью, постепенно начал искрить и источать ровный холодно-синий свет. Ульфрих подбросил его раз, тот взлетел где-то до уровня подбородка мага и аккуратно опустился обратно, потом два, на этот раз выше и уверенней.

Что ж, пока это больше похоже на цирковое представление, а не на магию. Ничего предосудительного я в этом фокусе не вижу. На моих уроках Райдер вытворял вещи куда более опасные.

Расслабившись, я перестала наблюдать за молодыми людьми. И судя по всему зря. Потому как в этот самый момент юный боевик, попытавшийся запустить прут бумерангом (наверное, предмет должен был начать описывать вокруг хозяина круги, пока не будет остановлен), допустил ошибку, и железяка отправилась в свободный, неконтролируемый полет. Летала она по замысловатой, только ей одной понятной траектории, ввергая прочих посетителей в ужас. Все находящиеся в таверне с криками бросались врассыпную и залезали под столы. Я прекрасно понимала их реакцию. Я бы тоже несколько удивилась (мягко говоря), если бы спокойно ужинала и вдруг обнаружила, что ко мне прямо в лоб несется железный прут немалых размеров, вращаясь подобно пропеллеру.

Добавляло переполоха и то, что Райдер пытался свою "игрушку" вернуть. Для того чтобы поспевать за заколдованным предметом, оборотень воспользовался навыками "атлета" и, значительно увеличив свою скорость и маневренность, стал гоняться за ним по всему залу, как собака за брошенной палкой. Он периодически налетал на людей, вскакивал на столы и даже барную стойку. Но надо отдать ему должное, он не сшиб ни одной кружки, не залез ни в одну тарелку и даже никого не ушиб. Видимо, для того он и подключал скилл ловкости. Я вынуждена была похвалить его дальновидность.

Но вдруг Райдер проделал что-то невероятное. Прут, продолжая летать, как ему заблагорассудиться, устремился куда-то к потолку. И тут юноша с совсем небольшого разбега, шага в три, напрыгнул на стену! И, оттолкнувшись от нее ногой, отправился в полет за своим горе-фокусом.

Летел он красиво. А главное - невероятно высоко. Зацепившись руками за потолочную балку, он ногами(!) поймал-таки прут.

В таверне раздались аплодисменты и одобрительный свист. У меня закралось подозрение, что именно в этом представлении и заключался смысл фокуса, а не в простом жонглировании...

Оборотень улыбался, взирая на всех нас сверху вниз. Кажется, он даже постучал в потолок, будто привлекая внимания тех постояльцев, что снимали комнаты на втором этаже... Если там вообще был второй этаж, конечно.

Я покачала головой и улыбнулась. Вот выпендрежник! Да его награждать за продемонстрированные здесь чудеса надо, а не выгонять. Может, поговорить с его учителем гимнастики, чтобы ему поставили зачет автоматом?

И тут случилось непредвиденное (будто с нашими студентами вообще можно что-то предвидеть). Купаясь в овациях, Ульф увлекся и расслабил ноги. Железный прут бухнул вниз. Прямиком на чью-то склонившуюся над тарелкой спину.

Беззвучно прошептав что-то (наверняка, выругавшись на оборотничьем), Райдер на руках по потолочным балкам добрался до стены. Дальше, совершая чудеса эквилибристики, пробежал по вертикальной поверхности несколько шагов, тормознул себя руками о стол и сделал кувырок через голову. А после спокойно ступил на пол и подошел к пострадавшему.

- Прошу прощения, - оборотень склонился перед мужчиной в глубоком поклоне.

Тот уставился на мага злым пронзительным взглядом. Это был эльф. Кажется, он был уже не молод. Его серебряные волосы были очень коротко пострижены, длиной не более фаланги пальца. Говорят, так было модно в столице, в солидарность с принцем, перенесшим тяжелую болезнь и вынужденным постричься налысо. На пострадавшем была белая мантия с золотыми звездами, которую носили члены Императорского Совета.

Что такой шишке могло понадобиться в нашем университетском городке?

Эльф в одной руке зажал продолжающий сиять синим прут, а другой схватил Райдера за запястье.

- Студент? - холодным пугающим голосом произнес он на эльфийском. - А в курсе ли вы, юноша, что магическая деятельность за пределами вашего учебного заведения запрещена?

И советник встряхнул оборотня так, что и без того растрепанная прическа Ульфриха превратилась в форменный кавардак. А ведь учтите, что наш маг был практически одного роста с эльфом, а не какой-нибудь нашкодивший мальчишка по пояс, которого можно оттягать за ухо.

- Какой университет? - продолжал сурово допытываться пострадавший.

Райдер, побледнев, сжал губы и отвечать явно не собирался. Кажется, его знаний языка эльфов хватало, чтобы сопоставить два и два и понять, что от него требуют.

Постепенно все краски начали спадать с лица юноши. Из него, что, выкачивают энергию?!

Этого я уже не могла терпеть. В нашем городе, как известно, университетов немало, и везде преподают магию на том школьном уровне, какой предполагает фокус с прутом. И если Райдер так и не расколется, то советник будет вынужден сдаться и отказаться от мысли доставить нарушителя прямиком к ректору, чтобы доложить о произошедшем безобразии. Но если так будет продолжаться дальше, то из оборотня всю магическую энергию вытянут раньше, чем он успеет обыграть эльфа в этой битве двух упрямств.

Вообще-то высасывание энергии - запрещенный прием. Ему вас не обучат ни в одной академии мира. Но дознавателям и представителям высшего эшелона власти им пользоваться разрешалось - в целях достижения "результата государственной важности". Какая может быть государственная важность у дела наказания мальчишки за безобидное цирковое представление, во время которого даже ни одна фасолина не пострадала?!

Я быстренько допила морс (спасение спасением, но за питье плачено) и резко встала из-за стола.

Выйдя из тени, я приблизилась к советнику и его жертве. Хотела бы я сказать, что данный маневр вышел у меня бесшумно, но от каждого моего шага раздавался гулкий звук. То ли моя комплекция тому виной, то ли прохудившийся дощатый пол таверны.

Эльф был шокирован, внезапно обнаружив меня рядом с собой. Смею надеяться, что он просто ужасно удивился тому факту, что кто-то посмел его прервать, а не испугался моего внешнего вида. Между прочим, на мне была моя лучшая юбка - желтая, в пол, украшенная яркими цветами по подолу. Ну и к ней простая белая кофточка.

Райдер также выпучил на меня глаза, как учитель некромантии на зомби высшего демона в исполнении двоечника. Но эмоции оборотня были как раз понятны. Мое присутствие на месте преступления делало его наказание неотвратимым. Юноша уже успел совсем смириться со своим скорым вылетом с факультета и обмякнуть, когда я перехватила руку сереброволосого эльфа и вцепилась в его запястье железной хваткой.

- Прекратите эту экзекуцию и отпустите мальчишку! - ровным поставленным голосом произнесла я по-эльфийски.

Может, советник и не хотел бы подчиняться, но моя хватка все ж была довольно болезненной. Мужчина отпустил плечо Ульфриха. И студент в буквальном смысле свалился к его ногам.

- Кто вы такая, чтобы мешать мне? - в голосе эльфа сквозили плохо скрываемая злость и презрение.

- Я его преподаватель, - ответила я, указывая на бледного оборотня на полу, подняться которому мешали дрожащие ноги. - А теперь, когда вы изрядно напитались за чужой счет, позвольте мне самой разобраться с нарушителем, как представителю того заведения, в котором он обучается.

И я отвернулась от эльфа, всем своим видом демонстрируя, что его ответ, будь он положительный и уж тем более отрицательный, меня не интересует. Я помогла подняться Райдеру. Студент вцепился мне в плечи, отчаянно стараясь удержаться на ногах. Со стороны могло показаться, что он пытается меня обнять. Я только усилила это впечатление, прижав к себе начавшего было падать Ульфа.

Похоже, энергии у него выкачали изрядно. А учитывая тот склад дематериализованных предметов, что он таскает при себе, удивительно, как он вообще еще в сознании.

Поднять на руки я его не смогла бы. Не верьте всем тем сказкам про бой-баб из тролльих кланов, что коня на скаку остановят, подхватят его на руки и еще протащат километров десять на своем горбу! Хотя... может, настоящая, уважающая себя тролльчиха на такое и способна, но я, проведшая в библиотеке за всю свою жизнь гораздо больше времени, чем на свежем воздухе, такой подвиг не потяну. Тем более что "конь" - молодой парень выше метра восьмидесяти, не страдающий недостатком мускулов, которые, как известно, тяжелее жира.

И как прикажете тащить его до скамьи к друзьям, которые отчего-то помогать мне не спешили? Видимо, боялись, что если дадут о себе знать, то завтра будут складывать вещи так же, как и их несчастный товарищ. Потащить его старым дедовским способом, что ли, за волосы?

Я хохотнула. Никогда не представляла, что когда-нибудь буду думать о том, чтобы повторить знаменитый мамин маневр.

Я критически оглядела каштановые волосы оборотня. Нет, от этой идеи тоже придется отказаться. Тут длина такая, что толком на кулак не намотаешь. Вот пусть отрастит их немного - тогда и поговорим. Если уж и тащить, то за хвост...

- Почему мне кажется, что вы думаете о чем-то, что мне не понравится? - раздался натужный, чуть прерывистый голос, в котором, однако, сквозила ирония.

Когда Райдер говорил, его дыхание обдавало мне шею. Он глядел на меня снизу вверх, его раскосые глаза были полны надежды и отчаяния одновременно. Юноша продолжал держать меня за талию, опасаясь, видимо, что, если отпустит, то опять окажется на полу.

Наверняка, он считал, что сейчас я обдумываю, как бы поскорее доложить о нем ректору и вышвырнуть из академии. Могу поспорить, мальчишка мысленно уже прировнял меня к госпоже Марсиэль и наградил соответствующим птичьим прозвищем. Какие там птицы у нас зеленого цвета? Надо будет потом спросить парня, до чего же он в итоге додумался.

Тяжко вздохнув, я, правой рукой продолжая поддерживать Райдера, левой сняла со своей шеи один из амулетов. Это был энергонакопитель. Сначала он заряжался маной от тебя, а потом в необходимый момент выручал, выступая в качестве дополнительного резервуара. Может, внешний вид амулета и не соответствовал представлениям современной молодежи о мужской моде, ибо походил на цветастый вязаный носок (мешочек вышел несколько кривовато, ряд петель съехал, не начинать же заново было, право слово), но сейчас он был полностью заряжен моей энергией, которой можно было воспользоваться.

Я нацепила артефакт на шею оборотня, потратив несколько мгновений на то, чтобы выпутать веревочку из его волос. Ну что за кавардак на голове, в самом деле?! Подарить ему на Новый год расческу, что ли? С намеком. А вообще надеюсь, что у оборотней нет какой-нибудь особой непереносимости тролльей магии.

- Так, сейчас берешь своих приятелей, - скомандовала я пару мгновений спустя не терпящим возражений тоном, когда Райдер смог самостоятельно держаться на ногах, - и выметаетесь из таверны. Здесь я сама разберусь.

- А это? - Ульфрих кончиками пальцев коснулся "носка".

- Оставь себе, - улыбнулась я и махнула рукой. - Прекрасный повод связать, наконец, себе нормальный экземпляр.

Оборотень, пошатываясь, направился к своему столу. Друзья окружили его и завалили вопросами, смысл которых сводился к "ты в порядке" и "что нам теперь делать". Райдер что-то тихо ответил им, и все пятеро направились к выходу. Только Кэтрин обернулась и смерила меня свирепым взглядом. То ли она думала, что это я довела парня до такого состояния, то ли пыталась мне угрожать, мол, попробуй только заложи нас, зеленая!

Эльф в мантии проводил студентов тяжелым взглядом и спросил, даже не поворачиваясь в мою сторону:

- Надеюсь, они будут наказаны, как подобает?

- Согласно всей тяжести совершенного проступка, - склонила я голову.

Единственная вина Райдера в том, что прут заехал тебе по плечу. Какая жалость, что не по наглой роже. Наверное, так думать не правильно. Скорее всего во мне нелюбовь к очень коротким волосам говорит. Тролли в клане всегда носили такие. Стриглись они, кстати (вернее брились налысо, а потом просто ждали, когда отрастут на достаточную величину, чтобы повторить процедуру) топором. То еще зрелище.

Советник передернул плечами и вернулся к трапезе.

Я же решила, что мои дела в "Сером принце" окончены и вышла. Был поздний вечер. Темнота поглотила город, уступая лишь маленькие кочки света уличным фонарям со "светляками". Райдера и компании уже нигде не было. Смею надеяться, что они сразу направились в общежитие. Я же решила еще немного погулять.

Я любила морозные ночи. В самом городе снега практически не было, он быстро таял или превращался в грязную серую кашицу. А вот на окраине, в той стороне, где находилась ВАМ, снежный покров был белым, пушистым и нетронутым. Я частенько отдыхала там зимой.

Единственные приятные воспоминания, которые остались у меня от родины матери, были связаны со снегом. Северные Земли империи были особенно красивы зимой. Бесконечные белоснежные просторы: бело так, что слепило глаза. Сугробы высотой с троллий рост. А если деревья - то непременно ели. "Твои иголки, что кожа моей красавицы", - говорилось в одной народной песне троллей. Ну и конечно, горы - величественные богатыри, чьи заснеженные вершины прятались за облаками.

Да, природа Северных Земель была воистину прекрасна. Но я ничуть не жалею, что папенька увез меня оттуда. Потому как жить в клане среди вечно задирающих меня по любому поводу детей было решительно невозможно.

Я побрела знакомой дорогой. Я не боялась ходить вечером одна. Никогда не слышала о насильниках, нападающих на тролльчих. А красть у меня было решительно нечего. Да и потом, это от меня пьяные отшатывались в ужасе, если вдруг натыкались в подворотне. В принципе, воспользуйся я ситуацией, то давно бы могла разбогатеть.

- Ба! Какие люди! - раздался подозрительно знакомый и крайне неприятный голос. - Вернее, тролли!

Из-за угла вывернул... Нефас. В темноте темнокожего демона было практически не разглядеть, лишь смутные очертания. Только его белоснежные зубы сверкали, как звезды. Ну и голос выдавал в нем ненавистного мне Эгерэ.

- Неужто решили попугать добропорядочных горожан? - хохотнул демон, пристроившись рядом со мной и приноравливаясь к моему шагу, ибо останавливаться ради него я не собиралась.

- Не хочу отнимать ваш хлеб! - как можно более галантно ответила я.

- А я готов поделиться! - Нефас даже на мгновение остановился, чтобы отвесить мне поклон. - Так куда направляетесь: красть, резать, убивать или просто дышать вечерним воздухом?

Я не стала отвечать, рассчитывая, что поняв, что к разговору я не предрасположена, этот тип просто потихонечку отстанет. Но то ли я переоценила его понятливость, то ли недооценила упорство, но демон, даже прекратив попытки вовлечь меня в разговор, отвязываться и не думал.

- А сами-то вы что делаете в такое время суток на улице? - не удержалась в итоге я, чтобы не подколоть.

- Ясно же что: краду, режу, убиваю, - ехидно отрапортовал Эгерэ. - Вы же именно так и подумали, правда?

Наверное, я сверну когда-нибудь этому демону шею. Если, конечно, до меня этого не сделает какая-нибудь другая несчастная.

- Я скорее ожидала, что вы сейчас с Ррадригаром устраиваете попойку в каком-нибудь злачном заведении с дешевым пивом, - ответила я.

- Предположим, я действительно мог бы подобным заниматься. Но Ррад? - Нефас тихо фыркнул в кулак. - Да он же не возьмет в рот ничего, что дешевле двадцати золотых!

Я удивленно вскинула брови. И как же он тогда на учительскую зарплату живет? Это еще учитывая, что он не на полной ставке.

Словно прочитав вопрос в моих глазах (как только разглядел в такой темноте? Ах да, демоны видят ночью лучше, чем днем), Эгерэ произнес с печальным вздохом:

- Приходится мне его содержать, - и даже развел руками для пущей убедительности.

Когда мы добрались до развилки, одна из дорог которой вела к академии, я остановилась и попрощалась с мужчиной. Мой план был прост: куда бы он сейчас не направился, я просто сверну в другую сторону. И пойду либо домой, либо гулять в лес, как и планировала.

Демон тоже попрощался. И тоже остановился. Так мы и стояли друг напротив друга, молча и никуда не двигаясь. Неловкая пауза затягивалась. Я уже подумывала плюнуть на все и пойти домой (в мою квартиру он уж точно не завалится), когда Нефас внезапно произнес тихим голосом:

- Не хотите прогуляться в лес? Там зимним вечером очень красиво...

Я подняла на него недоуменный взгляд, и он уточнил:

- Вместе.

И я только сейчас заметила, что на демоне не было его серого пальто. Мысленно извиняясь перед мужчиной за то, что сейчас сделаю, я протянула руку и коснулась его плеча. Так и есть - преподаватель демонического весь был покрыт гусиной кожей. Я провела по его руке вверх-вниз - мышцы просто задубели. Ему было невероятно, очень сильно, адски холодно. Хотя, в аду же наоборот, жарко, там для него курорт.

- Что вы делаете? - хрипло прошептал мой сопровождающий.

Интересно, голос у него хрипит, потому что он уже простыл, или по какой-то другой причине? Мне не хотелось бы, чтобы Нефас меня неправильно понял, но что-то мне подсказывало, что это вряд ли возможно.

Чего он добивался, приглашая меня в лес, когда сам передвигается исключительно на силе воле? Да Райдеру после встречи с советником волочить ногами было легче, чем этому чернокрылому в пупырышках сейчас! Может, он хотел заманить меня в густую чащу, свернуть голову, прикопать под каким-нибудь хвойным и спокойно вернуться? Ради такого радостного события - можно и потерпеть собачий холод еще полчасика.

Хм, приятно, когда твои чувства взаимны. Ненависть, я имею в виду.

А может, согласиться на его предложение, самой завести его в густую чащу и прикопать в каком-нибудь сугробе? Сделать миру одолжение...

Ладно, все, прекращаем шутить. Какой бы худой мужчина не был - все же он мужчина. И такой кому-нибудь сгодится. Да, мы не сошлись характерами, но всерьез желать ему смерти я никогда не собиралась. А поход в лес обязательно обернется для него смертью. И я тут буду не при чем, свое дело сделает холод. Интересно, оценит ли он мою заботу о себе, когда услышит категорический отказ?

Я уже открыла было рот, чтобы ответить "нет" (и едва удержалась, чтобы не посоветовать пройтись до леса в переносном смысле), как Нефас внезапно прошептал:

- Орлиани... - и навалился на меня.

Я ойкнула и отскочила в сторону. И демон рухнул лицом в снег, которым были припорошены дорожки. Несколько мгновений я стояла над мужчиной, но он лежал, как только что упокоенный мертвец.

- Орлиани, - наконец-то раздался его хриплый (сиплый?) голос, - я не могу пошевелиться!

Они, что, надо мной издеваются?! Почему я должна сегодня весь день таскать на себе мужиков?

Я мученически вздохнула и присела перед демоном. Повернув его на спину, я очистила его лицо от снега и строго спросила:

- Где ваше пальто?

- Отдал сирым и обездоленным, которых не решился ограбить, - огрызнулся Эгерэ. Но потом уставился на меня умоляюще. - Вы поможете мне?

Может, этого за волосы потащить? Они длинные, хорошие, крепкие - выдержат. Хотя до общежития еще прилично, чего это я должна весь путь его тащить? Пусть идет сам!

И я, закинув руку демона себе на плечо, помогла ему подняться.

- Пошли, - пробурчала я. - Но имей в виду, нянчиться с тобой не буду, отогревайся сам, как хочешь.

- А я надеялся, что найду красавицу, которая согласиться согреть меня в своих объятиях, - протянул Нефас.

- Удачи в поисках, - хмыкнула я.

Мы побрели в сторону ВАМа. Эгерэ передвигался с трудом и постоянно спотыкался. Я понукивала его, подобно лошади.

- Орлиани, вы бесчувственная... как тролль, - выдавил, наконец, из себя демон и вновь застонал.

Будем считать это комплиментом, усмехнулась я. И вдруг вспомнила, что Райдер так и не признался, почему он считает, что я не похожа на тролля...

3 глава.

Четыре дня спустя мы закрывали сессию. Типичный хаос перед каникулами: списки, ведомости, учебные планы.

О происшествии в "Сером принце" я никому так и не сказала. И даже не собиралась. Некоторые мои знакомые этому бы ужасно удивились.

Дело в том, что многие путали мою откровенность с абсолютной честностью. А я просто умела говорить "нет". И пользовалась этим талантом, отказывая во всем, что не хотела и не собиралась делать. Если я сказала "нет", значит, "да" вы от меня уже не дождетесь. Но в то же время, если я вам не отказала, это не означает автоматически, что я согласилась.

А что касается честности... Я далеко не всегда говорю правду. Я считаю себя достаточно мудрым существом и понимаю, что истина - вещь субъективная. И есть на этом свете люди, которые могут посоветовать мне засунуть свое мнение куда подальше. Я, например, вынуждена сосуществовать с Эгерэ, хотя и хотела бы стереть эту высокомерную ухмылочку с его лица. Я не перечу начальству и не ставлю в известность некоторых студентов о факте отсутствия у них мозгов, даже если искренне так считаю. Словом, я не испытывала никаких угрызений совести, когда решила умолчать о недавнем инциденте с участием Райдера. Все-таки он талантливый маг, даже если и лингвист из него никудышный.

Что касается Нефаса, то его я не видела с того самого момента, как довела до общежития и сдала на руки Ррадригару Оруму, его другу-дракону, с которым он делит комнаты.

Ррадригар, красавец-мужчина с копной пшеничных волос и усталыми золотыми глазами, удивленно уставился на демона, который висел на мне как мешок репы, еще более серый, чем обычно, и постанывал, проклиная всех троллей на свете.

- Вы все-таки решили его убить? - прошептал мне на ухо дракон.

И в его голосе почудилось понимание. Я слегка удивилась.

- Добить? - все так же участливо спросил блондин.

- Будьте любезны, - ответила я, усиленно стараясь сохранять серьезное выражение лица.

Эгерэ попытался возмущаться, пока я передавала его в руки дракона.

- Ррад, ах ты, гад ползучий, - простонал демон, выражая свое отношение к предательству друга.

- Летающий, Неф, летающий, - поправил мужчина с легкой усмешкой, и они скрылись за дверью.

С завтрашнего дня официально начинались зимние каникулы. Студенты спешно покидали общежитие. Те, что не уехали раньше, естественно. На площади у фонтана стояли кареты, открывались телепорты, били копытами кони. Вокруг сновали туда-сюда грузчики с поклажей. Удивительно, сколько вещей у нынешних бедных студентов. И главное, возникает чувство, что они переезжают насовсем, а не возвращаются домой на две недели.

Я тоже подумывала съездить в замок, проведать бабушку. Но два дня назад я получила письмо, которое заставило меня пересмотреть свои планы.

"Ниавин, дочь сына моего, - гласило оно, - считаю необходимым сообщить тебе, что замок Орлиани в эти зимние месяцы имеет честь принимать у себя достопочтимого мистера Мортимера. Наш гость изъявил желание познакомиться с моей внучкой и наследницей, после того как я скромно описала ее достоинства. А потому мы все были бы рады, если бы ты согласилась встретить несколько рассветов вместе с нами, в нашем родовом замке. Сильфин Орлиани".

Все ясно. Бабушка опять заманила очередного несчастного в наш замок и терроризировала его моими портретами, пока он не согласился встретиться со мной, потому как только после этого его могли, наконец, отпустить. Пребывание в одном доме с подобными гостями было тягостным. Завтраки, обеды и ужины проходили в полном молчании, только если бабушка не начинала рассказывать очередную историю из моего детства. В прочие часы мужчины запирались в своей комнате, ссылаясь то на головную боль, то на легкую простуду, то на срочные дела. Словом, вели себя так, как скорее престало барышням. Уверена, что запирая дверь на массивный запор, они укрывались с головой покрывалом и молились всем богам, чтобы поскорее выбраться оттуда. Они представлялись себе этакими несчастными красавицами, которых похитило и удерживало у себя взаперти чудовище. Чья роль отводилась мне.

А ведь я была с ними предельно вежлива, учтива. Носила лучшие платья, которые подбирала мне бабушка. И даже музицировала, чтобы сделать атмосферу более непринужденной.

Но попробуйте проникнуться положительными чувствами к девушке, которая в полтора раза больше вас, с клыками длиной с большой палец да еще и зеленая. А расхаживает в платьях с кринолином небесных цветов. Слава богам, бабушка перестала мне вплетать в волосы банты. Но требовала, чтобы я укладывала волосы в сложную высокую прическу.

Я очень любила Сильфин, но как ей объяснить, что расписывая женихам, насколько я идеальная, она их заранее отпугивала. Их чувство собственного достоинства летело куда-то к демонам, когда они думали о том, что даже какой-то зеленый монстр, в отличие от них, имеет ученую степень, преподает в престижном университете, отличается повышенной правдивостью и вообще кристально-чистой душой. Что там еще любила присочинять бабушка? Что я талантливый музыкант, известный поэт и отличная спортсменка? Я действительно обучена играть на клавесине. Я имею некоторое отношение к поэзии, но проявляю к ней исключительно научный интерес. И единственные выигранные соревнования за всю мою жизнь - по поеданию пирожных на сельской ярмарке в глубоком детстве.

Теперь-то вы понимаете, что о том, чтобы ехать на каникулы в замок, не может быть и речи. Не хочу портить выходные ни себе, ни бедному Мортимеру. Навещу бабушку, когда она его, наконец, отпустит.

Написав в ответном письме, что вынуждена остаться в академии по причине большого количества должников, я отправила его к бабушке вместе с голубем.

И как же мне быть? Может, отправиться к матери? Как раз зима. Лучшее время для пребывания в Северных Землях (если только ты не мерзляк-демон, конечно). Тем более, в эти месяцы к маме присоединяется папа. Он всегда возвращается в клан на свой день рождения, чтобы праздновать его вместе с женой. Отцовский подарок куплен, упакован и дожидается своего часа в шкафу на верхней полке. Заодно бы и его вручила.

Но мысль о том, что я увижу клан, совсем не грела мою душу. Хотя я уже не маленькая девочка, которую мальчишки-тролли постоянно дергали за аккуратно заплетенные папенькой косички, пока не расплетут или не выдернут клок волос. Да и мучители мои тоже выросли - превратились в огромных лысых амбалов на голову выше и в полтора раза шире меня.

И главное, мать я не видела уже несколько лет. Она отказывалась покидать родную пещеру и клан. А о том, чтобы я жила среди тех, кто меня несколько раз чуть не убил, не могло быть и речи.

Несколько раз я возвращалась туда вместе с отцом на день-два. Но чем старше становилась, тем больше понимала, что данные поездки - просто повинность, которая тяготит и маму, и меня. Думаю, мать была бы счастлива, если бы и отец, наконец, перестал досаждать ей каждый год. Она, наверняка, уже успела тысячу раз проклясть тот день, когда принесла его с охоты в качестве добычи. Лучше бы поймала оленя.

Но бабушка воспитала в папе острое чувство долга. И он просто не мог позволить себе бросить жену. Неблагодарная же дочь вроде меня могла вполне позволить себе без каких-либо угрызений написать записочку о том, что в эти каникулы завалена работой по клыки, любит, целует и обязательно вручит подарок при следующей встрече.

Словом, зимовать я собиралась в пустующей академии.

Я шла среди снующих туда-сюда студентов, прощаясь и желая хорошо отдохнуть и взяться уже за ум тем, у кого преподавала. То есть трети всех молодых людей (и нелюдей). Я раскланялась с родителями Агнес Фейрвуд. Удивительно, как незадачливая некромантка умудрилась сдать все вовремя (мы уже обсуждали с коллегами, что терроризировала ее не только я). Видимо, опасалась, что ей достанется от родителей. И здесь было чего бояться.

Краснеющая Агнес, потупив взгляд долу, стояла перед строго взирающими на нее отцом и матерью. На девчушке были длинная розовая юбка, розовая же дубленка, отороченная белым мехом, а в белоснежных волосах - кокетливая розовая ленточка. Весь этот ансамбль смотрелся как пятно неудавшегося любовного зелья на темном алхимическом столе. Ибо родители ее были в черном с ног до головы. Все теперь с ней ясно. Фейрвуд - потомственная некромантка. Вряд ли поступление на данный факультет было обусловлено ее личным выбором. А то все "друзья-привидения", "друзья-привидения".

Расписав суровому отцу, какая Агнес самоотверженная и шустрая девочка (за пару дней обегать столько преподавателей - надо невероятную скорость иметь), я отошла и тут же обернулась. Мне послышалось, что меня кто-то зовет. Но Фейрвуды были заняты своей дочерью и просмотром ее зачетки.

- Госпожа Орлиани, - вновь раздался мужской голос где-то за плечом.

Я повертела головой и увидела, наконец, как Ульфрих Райдер машет мне, стоя под деревом. Он так отчаянно раскачивал рукой, что случайно задел нижние ветви и на его голову свалилась куча снега. Я направилась к нему с целью помочь, но юноша справился сам, отряхнувшись, как заправский волк.

- Вот, возвращаю вам, - оборотень протянул мне мой энергонакопитель. - Вы мне очень помогли тогда. И за вчерашнее тоже спасибо.

Я взяла в руки "носок" и с приятным удивление обнаружила, что он полностью заряжен. Будем надеяться теперь, что у троллей тоже нет отрицательной реакции на магию вервольфов. А что касается "вчерашнего"...

Дело в том, что вчера произошел любопытный инцидент. С участием Райдера, разумеется.

Я уже ложилась спать, никого не трогала (фамильяра у меня нет, а потому потрогать я не могла даже условного кота), когда внезапно в мою дверь постучали. В столь поздний час (а уже было слегка за полночь) меня могла побеспокоить только Диана, да и то по вопросу жизни и смерти. А потому я, даже не накинув халат, кинулась открывать.

Но на пороге стояла не моя подруга, а Ульфрих Райдер собственной персоной. Он ничуть не выглядел смущенным ни моим внешним видом, ни фактом своего визита в первом часу ночи.

Отвесив легкий поклон, оборотень улыбнулся, изобразив восхищение:

- Прекрасно выглядите!

Правильно, чего бы женщине не выглядеть прекрасно в одном полупрозрачном пеньюаре? Я не стану строить из себя умудренную опытом женщину и махать рукой, мол, чего он там не видел. Во-первых, не видел. Потому как он совсем молоденький волк, склонный к моногамии. Да и тролли вряд ли попадают в учебники анатомии. А во-вторых, откуда у меня опыт?

Но я все же не стала дергаться, смущаться и кидаться к кровати, чтобы прикрыться простыней. Я слишком далека от того, чтобы фантазировать, будто оборотень пришел сюда ночью в надежде со мной переспать. Если вдруг что-то в моих телесах его и возбудит (например, мои коленные чашечки или что там было хорошо видать), то он молодой - ему полезно.

- Райдер, вы ошиблись комнатой, - отвесив ему ответный поклон, вежливо произнесла я. - Мужчины проживают в противоположном крыле.

И попыталась закрыть дверь.

- Стойте! - оборотень едва успел просунуть ногу в щель между косяком и дверным полотном.

Теперь с его лица сошла вся бравада, и он-таки выглядел смущенным.

- Нам нужна ваша помощь, - умоляюще протянул он. - Пожалуйста!

Нам? О, боги! Опять эта компашка во что-то вляпалась?

Формально рабочие часы уже закончились. По ночам я не преподаватель эльфийского и уж тем более не нянька юным оболтусам, а просто Ниавин Орлиани. Но серые глаза Ульфриха смотрели на меня с такой мольбой и надеждой... Похоже, нелестные прозвища, как у моей предшественницы, отменяются?

- Где? - вздохнула я, отступая и пропуская юношу в свои апартаменты.

Райдер осторожно ступил вовнутрь и с интересом оглядел комнату. Что он хотел в ней обнаружить? Стопку эротических романов про троллей? Или, может, про оборотней? Тогда он будет разочарован. У меня чистенькая и ничем непримечательная квартирка.

Я ждала ответа третьекурсника, поскольку мне необходимо было решить, что надевать. Если мы отправляемся в город, то придется переодеваться.

- Тут близко, - юноша указал куда-то в сторону. - У ворот.

Ну, если у ворот, то можно обойтись малым. Я накинула халат и скомандовала оборотню вести.

Вскоре мы действительно стояли у ворот, отделяющих территорию общежития от академии. Кэтрин, Эдгар и "гном" (я потом выяснила, что его зовут Мун) толпились у решетки, о чем-то бурно перешептываясь. Когда я подошла ближе, то обнаружила, что эти трое стоят по эту сторону ворот, а вот конопатый Жора - по ту...

- И что здесь происходит?

Когда я подошла к студентам, разговоры тут же стихли. Функцию оратора, как это водится, взял на себя Райдер:

- Мы возвращались с вечеринки, когда обнаружили, что Жорка потерял амулет, - Жора потупил глаза, его красная физиономия алела в ночи, как очи вампира. - И теперь он не может попасть внутрь.

Как я уже упоминала, у каждого ученика был свой амулет, который служил его студенческим билетом. Но главное, без него он не мог попасть в общежитие. Это было сделано для того, чтобы молодые люди (особенно парни) не таскали к себе кого попало. Ну и обезопасить академию от воров, конечно же.

Возвращаться можно было в любое время дня и ночи - здесь студенты были сами себе хозяева. Теоретически, они могли бы даже всю ночь готовиться на поле к практикуму по боевой магии. Заниматься этим у себя в комнате они бы не могли по вполне понятной причине: любая магия в общежитии была невозможна.

- Потом мы обратимся к Годару с просьбой восстановить амулет, - продолжал тем временем Ульфрих. - Но сейчас это не представляется возможным. Не ночевать же ему на улице, - оборотень указал на рыжего, мол, пожалейте бедного мальчика, приютите бездомного щенка. - Все-таки мороз!

И все товарищи, как по взмаху дирижерской палочки, одновременно изобразили, как им зябко. Это выглядело особенно комично, учитывая мой халат практически на голое тело.

Потеря амулета - не самое приятное, что может случиться со студентом, конечно. Придется Жоре немало лестных слов услышать в свой адрес от Годара. Но это уже его личные проблемы, не мои. Все, что я могла сделать для него сейчас, - это сущая малость.

Я положила руку на замок ограждения и пробормотала пару слов отпирающего заклинания. Данная решетка - последний рубеж магии, отделяющий немагическую территорию общежития от переполненной энергией академии. И все преподаватели имели особый доступ, позволявший нам проходить туда и обратно без использования амулетов (мы ж не ученики, зачем нам студенческие).

Проскользнув в открывшуюся дверь, Жора начал радостно раскланиваться и обнимался с друзьями так, будто только что получил диплом. Может, он думал, что я оставлю его ночевать в сугробе? За какого же монстра они меня держат?

- Все, идите уже! - похлопала я в ладоши, подгоняя компанию.

Я специально не сказала "спать", поскольку догадывалась, что приятели продолжат вечеринку (которая постепенно превратится в утренник) в одной из комнат. Что друзья и не преминули сделать, убежав, хихикая, домой.

Вот, собственно и все. На этом мое ночное приключение окончилось. Ничего особенного, за что тут благодарить?

Я огляделась. Я не обнаружила ни у ног Райдера, ни за его плечами баулов с вещами.

- А вы, что же, не собираетесь домой? - удивилась я. - Вы же знаете, что на каникулы общежитие закрывается!

Между прочим, наши хозяйственная и охранная службы тоже хотят отдыхать. А студиоз на каникулах - опасность в квадрате и буйство, возведенное в абсолют. Но никто не горел желанием две недели кряду не спать днями и ночами, чтобы блюсти покой и безопасность родного вуза. Поэтому администрация нашла простое и, главное, самое необременительное для бюджета решение - просто выпихивало студентов домой.

Преподаватели, проживающие на территории академии, вроде меня, могли, конечно, остаться. Во-первых, я существо сознательное и способна контролировать свои поступки. За меня можно было не волноваться. А во-вторых, даже если я вдруг чего-то и наворочу, то стоимость пострадавшего имущества всегда можно было вычесть у меня из зарплаты.

- Я остановлюсь у друга! - ответил Ульфрих после некоторой паузы. - Все вещи мы уже загрузили в его карету. Я вот только амулет вам вернуть хотел.

Я повернулась и окинула взглядом заставленную транспортными средствами площадь. Не разберешь, кто там и где. Потом уставилась на энергонакопитель. Носок носком, право слово. Сейчас он мне казался каким-то совсем уж неказистым и кривым. Нет, все-таки надо вязать новый! Без вариантов!

- Оставьте себе, дарю, - и я вернула артефакт оборотню. - У меня повышенная чувствительность к чужой магии, так что толком воспользоваться им я теперь все равно не смогу.

Про чувствительность - это правда. Просто моя магия значительно уступает дару среднестатистического жителя империи, и восприятие энергии, превосходящей тот уровень, к которому привыкли мои члены, проходит достаточно болезненно. Возможно! Но болезненно... До сих пор помню, как после уроков энергообмена на втором курсе я по несколько часов проводила в лазарете.

Распрощавшись с Райдером, я побрела дальше. Путь мой лежал в главный корпус. Ректор объявил экстренное совещание. И все преподаватели должны были явиться в актовый зал.

Зайдя в здание и поднявшись на третий этаж (предварительно привычно поплутав по запутанным коридорам), я заглянула в зал. На месте были все, за исключением собственно ректора - господина Воспа, наполовину вампира, наполовину гнома (а вы говорите, что это я - чудо природы), возглавлявшего наше учреждение уже более тридцати лет. Стоит ли говорить, что его дед по матери был из Сайберов? Вон он, сидит на последнем ряду, как можно дальше от окон. Вампиры - они свет дюже не любят.

Я устроилась на первом ряду рядом с Генри, мужем Дианы, который преподавал магическое конструирование у боевиков-практиков. Сегодня он был в на редкость благодушном настроении. Видимо, дождаться не мог, когда жена будет предоставлена в его полное распоряжение на целых две недели.

- Нива, - шепотом обратился он ко мне. - Ты не в курсе, что вон с этим? - и Вест кивнул на соседний ряд, где утроились демон с драконом.

Нефас, закутанный в шарф поверх преподавательской мантии, то и дело чихал. Никогда не слышала о простуженных демонах. А вы?

- Без понятия! - пожала я плечами в ответ и отвернулась от Эгерэ, который как раз посмотрел на меня грозным взором.

Будто я как-то виновата в его нынешнем положении. Между прочим, я ему жизнь спасла. Могла же бросить прямо там, на развилке, пусть бы заметало его снегом, пока не обнаружили труп по весне или чуть раньше какой-нибудь лихой некромант случайно не поднял вместе с армией зомби.

- Ниавин, лапочка! - к нам подсела госпожа Киллеас.

Эта эльфийка начала работать в академии раньше, чем ректором стал Восп. Поговаривают, будто она - самый старший сотрудник ВАМа. Но никто не знает этого точно, потому как на любой вопрос о возрасте Киллеас с улыбкой отвечает "Мне слегка за восемнадцать" и треплет собеседника за щеку так больно, что тот тут же начинает чувствовать всю глубину своей вины. Но лично я бы дала ей максимум сорок. И то только в те моменты, когда она сильно уставала. В прочие же дни она была по-девчачьи весела, подтянута, всегда в движении и поисках любви. Предыдущие одиннадцать мужей ей чем-то не угодили.

- Ты случайно не знаешь, куда Лана подевала дипломные работы моих детишек выпуска семилетней давности? - прощебетала госпожа Киллеас, критически осматривая себя в зеркальной поверхности, которую наколдовала в воздухе.

- Нет, - честно ответила я. - Может, в архиве? И почему бы не спросить Лану?

Я оглянулась на молоденькую эльфийку, скромно сидящую на краешке сиденья неподалеку.

- Она не помнит, - раздраженно отмахнулась Киллеас. - А я помню, что в одной из тех работ девочка, демоница, если не ошибаюсь, описывала чудеснейшее эльфийское заклятие на улучшение цвета лица. У меня завтра свидание, хотела попробовать.

- Ну что вы, госпожа Киллеас, - кинулась успокаивать ее я. - Вы шикарно выглядите! Никакие дополнительные заклятия вам вовсе ни к чему!

Преподавательница покрутилась еще немного у зеркала и улыбнулась своему отражению:

- Ты, как всегда, права, Ниавин, - и по щелчку ее пальцев "зеркало" пропало.

Кажется, Лана с облегчением выдохнула. И тут я вспомнила происшествие в "Сером принце" и слова Райдера.

- Госпожа Киллеас, - эльфийка требовала, чтобы к ней всегда обращались "госпожа", - вы были близко знакомы с госпожой Марсиэль?

Киллеас уставилась на меня с серьезным лицом:

- С чего вдруг такие вопросы, лапочка?

Я попыталась не показывать какой-либо особой заинтересованности, ответив как можно более равнодушно:

- Просто недавно я разговаривала со своими новыми студентами, и им не особо нравился ее стиль преподавания. А мне она казалась хорошим специалистом.

Старшая коллега хмыкнула. Ее белоснежные волосы были собраны в длинный конский хвост, что придавало ей несколько залихватский, молодежный вид. Я же предпочитала обычный строгий пучок. И хотя Киллеас носила всю ту же золотую преподавательскую мантию "теоретиков" с отличительными знаками кафедры языкознания, что и все мы (писчее перо, хотя мы между собой смеялись, что лучше бы подошел какой-нибудь понятный всем без перевода жест, например, из одного пальца), она так подвязывала ее, так подгоняла, дополняла аксессуарами, что выглядела моделью из журналов с выкройками самых модных трендов этого сезона. И все же отличительной чертой эльфийки, благодаря которой ее знала вся академия, являлась любовь к разного рода слухам. Киллеас была просто находкой для шпиона, коими, как говорят, кишела каждая подворотня.

- Не стиль им ее не нравился, а его отсутствие, - передернула плечами женщина. Генри с любопытством прислушался к разговору. Лана тоже навострила и без того острые ушки. - Эта жеманная финтифлюшка даже планы урока толком писать не умела, а понту-то было, понту! Я рада, Ниавин, что ты не выбрала ее примером для подражания.

- Ходят слухи, что она... эм... принимала подарки от студентов за зачеты, - решилась спросить я.

- А о ком из нас такие слухи не ходят? - хмыкнула моя собеседница. - Но в прошлом семестре мне пришлось всерьез за нее взяться, а то иначе она грозила сорвать экзамен боевым магам.

На этом я прекратила расспросы, поскольку выяснила все, что хотела. Значит, это благодаря своевременному вмешательству Киллеас Ульфриха не отчислили полгода назад. Скорее всего, она пригрозила Марсиэль доложить начальству. Или доложила. Но ведь беременную уволить невозможно. Зато с превеликим удовольствием отправили в декрет.

- О, все уже в сборе? Прекрасно! - раздался сиплый голос ректора.

Восп, приосанившись и как будто бы на носочках, отчаянно стараясь казаться выше своих метра сорока, поднялся на сцену. Он тоже был в форме - в голубой мантии оракулов с изображением облака на спине - отличительного знака кафедры медитации (это, наверное, потому что на уроках медитации нам все время повторяли: "Представьте, что вы на лугу, лежите на травке, а над вами плывут облачка"). Ну, если и Восп при полном параде, то все серьезно.

Вообще у нас была свободная форма одежды. Лекции дозволялось читать в чем угодно, лишь бы хоть в чем-нибудь, а не голым. Ибо голый учитель очень отвлекает студентов от собственно предмета. Но вот на официальные мероприятия нам рекомендовали носить форму, коей выступали преподавательские мантии: крой совпадал, но у каждого факультета были свои цвета. Вот и сегодня, когда Восп просил всех собраться в актовом зале, он потребовал "одеться поприличнее".

- Кхм... кхм... Итак, уважаемые работники Высшей академии магии. Я собрал вас здесь, чтобы сообщить преприятнейшее известие: к нам прибыл ревизор.

Услышав это, госпожа Киллеас вся изменилась в лице. Казалось, ее только что посетило видение о конце света, который наступит через пять минут.

- Позвольте представить вам члена Императорского Совета, отвечающего за просветительские и образовательные программы, Годфрида Ангейм! Поприветствуем его!

И Восп зааплодировал. Под его рьяные хлопки и гробовую тишину зала на сцену поднялся тот самый эльф с короткими серебряными волосами из "Серого принца". Вот это встреча!

- Господин Ангейм просто проверит тут все, посмотрит, как мы работаем, соблюдаем ли технику безопасности и все тому подобное. Ничего особенного! Нам же нечего скрывать, ведь правда? - бодро воскликнул ректор.

Зал отозвался недружным и неуверенным "э-э... да...".

- Госпожа Киллеас, вы будете для нашего дорогого гостя гидом и переводчиком. Как прекрасный знаток эльфийского языка, вы всегда сможете ему помочь, за одно покажете тут все, отведете, куда он попросит.

Эльфийка побледнела пуще прежнего:

- Нет! - воскликнула она как-то слишком уж громко. - Я не могу! Я... у меня срочные дела. Прекрасным гидом для мистера Ангейма будет Ниавин!

Я? Киллеас заставила меня подняться и подтолкнула к сцене.

- Эльфийский - ее родной язык! И она прекрасно ориентируется на территории академии, - перечисляла мои достоинства коллега. - А я так плоха в картах, вы же знаете! А вдруг заплутаю, и наш милый гость потеряет из-за меня свое драгоценное время?!

Воспу было все равно, кто составит компанию ревизору. А потому он просто махнул рукой.

- Отлично, пусть это будет госпожа Орлиани, - ректор подманил меня к себе. - Будьте добры, покажите господину советнику тут все. И сделайте все возможное, чтобы он ушел отсюда в благодушном настроении, - умоляюще пролепетал мне Восп на ухо.

Причем, пока он говорил, продолжал стоять на сцене, а я - около нее. Таким образом наша разница в росте нивелировалась настолько, что мужчина мог позволить себе дотянуться до моих ушей. И даже чуть наклонившись (наверняка, его самолюбию это было приятно).

Годфрид спустился со сцены и подошел ко мне. Критически оглядев меня с ног до головы, он скривил губы:

- А, это вы.

Узнал, ну надо же, кто бы мог подумать. А я-то думала, у меня среднестатистическая внешность, в толпе не заметишь.

Видимо, Ангейм заметил мою саркастическую ухмылку и нахмурился. Я поспешила спрятать все свои эмоции и склонила голову в вежливом поклоне.

- Надеюсь, - продолжил Годфрид холодным тоном, - вы поступили, как подобает, и того наглого мальчишки уже нет в университете?

- Да, конечно, - без промедления ответила я.

Райдера действительно уже не должно быть на территории академии - он уехал вместе с другом на каникулы.

Эльф впился в меня долгим безэмоциональным взглядом, будто пытался проверить, правду ли я говорю. И каким образом он собрался это делать? Вновь прибегнуть к своим грязным приемчикам?

- Вот и прекрасно, - произнес внезапно Ангейм. - А теперь ведите меня. Начнем с главного корпуса.

Не знаю, что там Восп напредставлял себе, считая, что я могу вернуть ему ревизора в приподнятом расположении духа. Но лично мне в голову не приходило, как это возможно провернуть. Спустя три часа его "инспекции" приподнятое настроение необходимо было возвращать мне. Иначе страшный зеленый монстр внутри меня грозил проснуться и оторвать эту почти лысую эльфийскую башку от этой тонкой эльфийской шеи.

Бесконечные замечания и критические комментарии сыпались как из рога изобилия. Советник придирался к сущим мелочам, даже тем, которые формально и запрещены-то не были, но на его личный вкус не соответствовали званию имперского высшего учебного заведения. То парт в аудитории больше, чем положено, то окна не на ту сторону, то температура на полградуса ниже нормы (а ничего, что сейчас зима?), то алфавитный порядок книг в библиотеке перепутан, ну и самое страшное преступление - рефераты учеников лежат в одном месте с их же контрольными.

- А теперь я бы хотел поговорить с вашим заведующим хозяйственным отделом, - заявил Ангейм после осмотра пятого корпуса.

- Как пожелаете.

У меня уже не было сил улыбаться и кланяться. Я просто развернулась и направилась в кабинет Годара.

Гном, кажется, нас ждал. Во всяком случае, у него в каморке все было в идеальном порядке. Даже ведра стояли друг в друге, отсортированные по цветам радуги.

- Я требую, чтобы мне ответили, почему в вашем заведении царит полная антисанитария? Мебель в ужасном состоянии, а пятый корпус так и вовсе разваливается на глазах?! - сразу перешел в атаку Годфрид.

Годар был добрый малый. Типичный гном - низкорослый, плотный, с густой черной бородой. Вот только магический дар у него был очень даже нетипичный. Для гнома. Как я уже упоминала, Годар - лицензированный огненный маг высшей категории. Он даже воевал. И получил какое-то звание. А также травму, несовместимую с дальнейшей активной магической деятельностью.

Гном встал из-за стола и, прихрамывая, подошел к советнику.

- Позвольте ответить на все по порядку, - благодушно улыбался Годар. Он подождал, пока я переведу, и продолжил. - В помещениях академии убираются каждый день, но корпусов пять, а людей в моем подчинении мало. Каждый раз, когда я прошу о расширении штата, мне отвечают, что бюджет, принятый Императорским Советом в этом году, не предусматривает дополнительное финансирование. И так уже десять лет подряд. Мебель действительно давно устарела. Но мы стараемся чинить ее сразу, как только поступают жалобы. И только благодаря нашим умельцам-хозяйственникам, кресла, стулья и парты все еще продолжают выполнять свою функцию, хотя по уму должны были превратиться в труху лет десять назад. На все мои просьбы купить новую мебель, начальство отвечает, что в бюджет, принятый Императорским Советом, траты на интерьер не входят. А пятый корпус, между прочим, главная достопримечательность города. Люди приезжают сюда из разных уголков Империи, чтобы только увидеть здание, которое должно бы по уму упасть, а не падает. Таким образом, оно приносит существенный доход городу. И, казалось бы, они могли бы выделить нам деньги на косметический ремонт академии, хотя бы из тех средств, что приносит им туризм! Но мне раз за разом отвечают, что бюджет образовательного учреждения Высшая академия магии, принятый и подписанный Императорским Советом, отделом просветительской и образовательной деятельности, не предусматривает...

На этих словах Ангейм развернулся и ушел. Я расцеловала обожаемого мною гнома в обе щеки.

- Ты чудо, - не переставала восхищаться я. - Как поставил его на место!

- Учись, девочка, как нужно с такими чванливыми чиновниками разбираться, - довольно пробурчал Годар. - Они только и умеют, что своими бумажонками подтираться, а от реально жизни сильно оторваны.

- Ну ладно, мне пора бежать к нему, - я еще раз обняла друга. - И кстати, Годар, сделай что-нибудь со стульями на нашей кафедре. Пожалуйста!

Мужчина согласно кивнул:

- Попробую, чего уж там.

Я выбежала из кабинета. Годфрид стоял за дверью. Скрестив руки на груди, он смерил меня тяжелым взглядом.

- Не думайте, что хорошо подвешенный язык позволит вам легко отделаться. Это только осмотр. Потом Совет плотно возьмется за все бумаги академии, документы, бухгалтерию, отчеты, - он нехорошо улыбнулся. - Мы же не только о бюджете решения принимаем, но и о закрытии, например, или увольнении полного административного и преподавательского состава.

На это веселой ноте он закончил и, развернувшись на каблуках, направился к выходу.

- Теперь покажите мне общежитие, - скомандовал он.

И перо-самописка, которое все это время следовало за ним и записывало каждое замечание, вновь принялось за работу. Похоже, то, как этот милый советничек мне угрожал, зафиксировано не было. Умно.

На выходе из здания нам встретилась Киллеас. Она была вся какая-то растрепанная и запыхавшаяся.

- А, это вы, - она изобразила на своем красивом лице приятное удивление встречей. - Ну как вам наша академия? Ниавин показала вам поле для практических занятий? Впечатляет, правда?

- Я. Плохо. Да. Нет, - ответил Ангейм на все сразу и прошел мимо эльфийки.

Киллеас перехватила меня и прошептала на имперском, чтобы советник, даже если и услышит, ничего не понял:

- Зайди потом на нашу кафедру,- и уже обращаясь к спине Годфрида на эльфийском. - Всего доброго! Приятно провести время!

В общежитии мы застряли надолго. Ангейм изъявил желание осмотреть каждый этаж каждого крыла. Он периодически указывал на какую-нибудь комнату, которую мы были вынуждены открыть. А ведь это комнаты детей, между прочим, практически частная территория. Может, он надеялся найти там галлюциногенные грибочки, которыми иногда балуется молодежь? Или, не дай того хранительница, книги по Запретной магии?

Когда был осмотрен последний этаж и даже крыша, мучения на сегодня были окончены.

- Вам не удастся вечно водить меня за нос, - прошипел Годфрид, выходя на улицу. Глаза его полыхали сиреневым огнем. - Это спрятано здесь, я уверен!

- Что это? Что спрятано? О чем вы? - к концу дня я уже не выдержала. Я больше не могла изображать из себя немого болванчика, только и делавшего, что переводившего словесные фекалии, облаченные в обертку сдержанности, выливавшиеся на головы моих коллег.

- Оружие, госпожа Орлиани, - удивительно охотно ответил советник. - Абсолютное оружие!

Больше он не сказал ни слова. Лошадь его стояла на перевязи у ворот. Ангейм вскочил на нее и уехал. Не сообщив ни Воспу, ни кому-либо еще. В принципе, он даже со мной не попрощался. Ужасно гадкий тип. И, кажется, сумасшедший.

Какое еще абсолютное оружие? Да еще и в академии? Единственные, кто мог разнести страну-другую - это наши студиозы. Да и на них всегда можно найти управу. Студентов другого учебного заведения, например.

Я заглянула к Воспу и сообщила, что наша головная боль сгинула по добру по здорову.

- Уехал?! - вскочил ректор и забегал по кабинету. - То есть как?

- На лошади, - ответила я. - Мое дело было переводить и указывать путь от корпуса к корпусу, выпытывать его жизненные планы мне не поручали.

На этом я оставила нашего ректора разбираться в ситуации и отправилась на кафедру.

А там уже ждала Киллеас. Расслабленная, счастливая и... пьяная.

- Откуда это у вас?! - воскликнула я, обнаружив, что стол моей старшей коллеги заставлен бутылками "Ушек любимой".

- Не у меня, - усмехнулась эльфийка. - У Марсиэль!

Я недоуменно уставилась на Киллеас. Та распустила хвостик и помассировала голову пальцами.

- У Марси здесь, в третьем корпусе, есть целый винный погреб. Она была большим ценителем "Ушек", - и эльфийка приподняла бокал с рубиновой жидкостью. - И умудрилась натаскать сюда невероятное количество этого добра еще до введения запрета на алкоголь. И не смотри на меня так, она в академии работает не меньше меня!

Я отказалась от предлагаемой бутылки и присела на стул.

- А откуда вы...

- Откуда я знаю? - расхохоталась Киллеас. - Потому что Марсиэль звала меня к себе по той же причине, что и я тебя - чтобы не пить в одиночку! Впрочем, - женщина покрутила пустую бутылку в руках, рассматривая этикетку, - последнее время она предпочитала приглашать выпить своих любовников.

Кажется, я догадалась, откуда у Райдера такие "подарки". Теперь ясно, и как он смог "протащить" вино в академию, и откуда у него деньги на подобные напитки. Просто Марсиэль, в попытках склонить оборотня к себе, продемонстрировала ему свой погреб. Ну и юноша, не будь дураком, присвоил одну бутылочку. А может, и не одну.

- И вы боялись, что ревизор обнаружит все эти богатства? - предположила я.

- Конечно, лапочка! Во-первых, представь себе масштаб скандала. Во-вторых, это все конфискуют - и просто будет жалко, - Киллеас открыла новую бутылку и налила еще. - Поэтому я должно была по-быстрому это спрятать. Ну, знаешь: портальчик туда, портальчик сюда, а в завершение - телепорт на уже осмотренную территорию. Сил это отнимает изрядно, тем более что вот эти остатки пришлось тащить на себе через дематериализацию.

Я вспомнила, какой усталой выглядела эльфийка, когда мы столкнулись с ней внизу.

Советника оказалось так легко обмануть? Даже не верится. И неужели погреб с эльфийским вином - и есть то самое абсолютное оружие? Звучит глупо и неубедительно. Надо выпить, успокоить нервы. Может, тогда и думать станет легче.

- Будьте добры, госпожа Киллеас, - и я протянула бокал.

Когда я возвращалась домой, коридоры плыли, а стены в последний момент меняли свое положение, отскакивая в сторону и не давая о них опереться. Выпив с Киллеас пять бутылок на двоих (причем большую часть все-таки вылакала эльфийка), я стала самым настоящим знатоком местных сплетен: между кем из наших коллег служебный роман, у кого какой любимчик среди студентов, кто принял взятку шоколадными конфетами, а кто заснул во время письменной работы учеников, поскольку пришел на работу с бодуна. Преподаватели тоже люди, у них тоже бывает похмелье. И кажется, именно оно мне завтра и грозит. Я взглянула на темень за окном в конце коридора. Нет, уже сегодня.

Добравшись, наконец, до своих апартаментов, я с трудом отыскала ключ. В официальных мантиях нет карманов, поэтому необходимые вещи приходиться хранить в бюстгальтере или в каких других тайниках. Совершенно не представляю, как выкручиваются мужчины. Ключ от квартиры в пространственно-временной карман не засунешь, ибо тысячу раз говорено, что непосредственно в общежитии ты просто не сможешь его активировать.

Задрав юбку мантии выше талии (ладно уж, все равно никто не увидит, ночь уже, да и разъехались все по домам), я начала ощупывать свое нижнее белье. Если сейчас мимо пройдет Нефас, он все неправильно поймет, пронеслось в моей пьяной голове. Вид меня, лапающей собственную грудь и залезающей в трусы, был весьма двусмыслен. "Ну и пусть, - мысленно хихикнула я, - пусть наслаждается зрелищем на старости лет, вдруг ему возьмет да понравится". Здраво рассуждать о том, что нечего делать демону в этом крыле в такой час, я уже была не способна.

Отыскав, наконец, ключ в маленьком внутреннем карманчике трусиков (пришитом как раз для таких случаев), я попыталась отпереть дверь. Попробуй попади в замочную скважину, когда не видно ни зги, а ты пьян. Дверь такая большая, а скважина такая ма-а-аленькая. Вспомнив весь свой запас тролльих ругательств (а он у меня, между прочим, гораздо шире, чем у любого среднестатистического тролля: профессия лингвиста обязывает, знаете ли), я-таки совершила небольшой подвиг и отперла замок.

Ввалившись в свою комнату, я ногой пихнула дверь, чтобы она сама захлопнулась, и направилась прямиком к кровати. Ванна? Какая ванна? Все завтра! Я с трудом заставила себя снять мантию (в голове что-то без конца талдычило о том, что мне влетит, если я ее запачкаю), после чего как была, в нижнем белье, полезла под одеяло. Не до пеньюаров сейчас, хочу спать!

Как только моя голова коснулась подушки, я тут же отключилась.

4 глава.

Кто сказал, что тролли не видят снов? Еще как видят! Мне, например, снился Годфрид на бутылочной этикетке. Как только я пыталась налить вина, он тут же обвинял меня в том, что я лью с неправильной стороны бокала, под неправильным углом и в неправильное время суток. Когда я попыталась выкинуть говорящую бутылку в окно, Ангейм завизжал:

- Абсолютное оружие! Оно у тебя, я знаю! Я непременно найду его!

Оружие? На мне? И я начинаю лихорадочно ощупывать себя, скидываю мантию и остаюсь, почему-то, в чем мать родила. А напротив стоит Эгерэ, тычет в меня пальцем и противно так смеется.

- И как только тебе не холодно? - хрюкает он. - Когда уже ты превратишься в зеленую сосульку?!

А с потолка свешивается Райдер. Умудряется каким-то невероятным образом висеть вниз головой, зацепившись только пальцами ног. Причем делает он это спиной ко мне. Хлопок - и хвост оборотня исчезает, демонстрируя (в двадцати сантиметрах от моего носа) абсолютно голый шикарный зад хозяина.

- Нравится?

Я не могу удержаться и протягиваю руку, чтобы пощупать...

О, богиня воздержания, что же я творю?!

И в этот момент я просыпаюсь. Вся в поту, в голове будто гномы руду добывают, а перед глазами - сплошной туман. Когда видимость становится хоть немного яснее, я понимаю, что рука, которую я так неосмотрительно протянула, чтобы совершить святотатство над юным ученическим телом во сне, действительно что-то сжимает. Пощупала, погладила. Тепло, мягко и весьма... пушисто. Похоже на мех. Будь это все еще сном, я бы решила, что оборотни и правда отличаются повышенной волосатостью. Но поскольку я уже проснулась (проснулась же?)...

Проморгавшись, я уставилась на свою шубу из угушки, которая неясно каким образом оказалась на моей кровати. Могла ли я ее сюда притащить? Зачем? Укрываться ею мне не было необходимости. Я холодоустойчива, и мне вполне хватает тоненького покрывальца, тем более что нынче не зима, а одно название (в моем понимании).

Внезапно шуба шевельнулась, будто живая...

- Ах ты, Иннокентий, демон тебя подери, опять!!! - и я рванула зимнюю одежду на себя.

Но если это и был хорек, то он подрос за те последние несколько дней, что я с ним не встречалась. И превратился в человека. То есть почти в человека.

Накрывшись шубой поверх одеяла, на моей кровати лежал юноша. Каштановые волосы разметались по простыне, шаловливая челка прикрывала один глаз, обрубок рыжего хвоста выглядывал из-под покрывала...

- Райдер?! - опешила я.

Оборотень глядел на меня своими огромными серыми глазищами как будто бы с поволокой. Он подтянул мою шубку так, чтобы прикрыть ею голую грудь, аки юная девица после первой брачной ночи.

- Как вы могли? - пролепетал он дрожащим голосом и даже пару раз моргнул, силясь вызвать слезы, но те упорно не хотели появляться. - После всего, что между нами было, вы поутру называете меня именем другого мужчины?!

Я натянула шубу обратно ему на голову. И держала ее так некоторое время, не обращая внимания на пытавшегося вырваться парня. Я сплю! Это все еще сон. Вот сейчас я себя ущипну, проснусь, взгляну на соседнюю половину кровати, а там никого не будет.

Первым делом я щипнула себя за ляжку и сделала это как можно больнее, чтобы наверняка. Потом на счет три откинула угушку.

Из-под нее выглянула вся та же взлохмаченная голова. Райдер отчаянно ловил ртом воздух. Значит, настоящий. Иллюзии в кислороде не нуждаются.

- Студент Райдер, немедленно объяснитесь! - как можно более суровым тоном потребовала я. Хотя и сама понимала, насколько в данной ситуации это выглядит нелепо. Отчитывать голого ученика, возлежащего на одной с тобой кровати, когда и на тебе-то ничего, кроме нижнего белья, нет.

- В любви? - полушепотом уточнил оборотень, скромно потупив взор.

Я, не говоря больше ни слова, выпихнула его ногой со своей постели. Юноша в отчаянии попытался зацепиться за что-нибудь, но в итоге все же не удержался и свалился на пол.

- Ну, пожалуйста, пустите меня обратно, тут холодно! - жалобно проблеял он, пытаясь залезть обратно под одеяло.

Я, естественно, не пустила. Ульфрих изобразил из себя оскорбленную невинность и, кутаясь в шубу, начал приплясывать в попытках согреться, отстукивая какую-то мелодию голыми пятками по полу.

Моя зимняя одежду шла студенту, надо сказать, гораздо больше, чем мне. Она была для него достаточно просторной, позволяя закутаться на манер одеяла, и даже почти доставала до колен.

- Если вы мерзнете, чего ж тогда спите голышом? - ехидно поинтересовалась я, позевывая.

Из вредности я даже нарочито медленно подоткнула одеяло под ноги на манер куколки, и откинулась на подушках. Райдер аж побелел от зависти. Или от холода.

- Ну а вдруг вы ее порвете? - состроил оборотень сущую невинность и, заметив мой недоуменный взгляд, дополнил с придыханием. - В порыве страсти...

Секундой позже негодник, хихикая, перехватывал на лету подушку. План был прост: мягкий снаряд должен был попасть в хитрую морду студиоза, заставить его потерять сознание, после чего я вытащила бы его за ноги за порог, захлопнула дверь и сделала вид, что ничего не было. Насколько этот план был реально осуществим? Не знаю. Я вообще достаточно плохо соображаю с похмелья.

Ну конечно! Похмелье! Некоторые допиваются до зеленых белочек, а я - до голых райдеров. Надо пойти принять холодную ванну, и все проблемы решены.

Игнорируя присутствие постороннего элемента в своей комнате, я встала и медленно побрела в ванную. Минут сорок спустя, приведя себя в порядок и сведя свербящую головную боль к минимуму, я накинула халат и заглянула обратно в спальню. Признак моей белой горячки все еще был там. Он вновь залез на кровать, уютно запеленавшись куколкой. Причем у юноши это получилось намного лучше и эффектнее, чем давеча у меня.

Пришло время принимать радикальные меры. Если фантом не хочет рассеиваться сам, мы ему поможем. Для этого хватаем парня за волосы и следуем примеру маменьки. Только тащим не в дом, а из него.

Вцепиться в загривок оборотня было ужасно трудно. И виной тому была не только длина: жертва постоянно изворачивалась, перекатываясь на кровати из стороны в сторону. Когда мне, наконец, удалось схватить Райдера, я протащила его всего пару метров, но достаточно, чтобы он покинул постель.

Оборотень отчаянно заскулил, и в скуле этом отражалась вся горесть мира.

- Пожалуйста, позвольте мне остаться! - юноша обхватил мою ногу руками и разве что не лобызал пятки. - Я могу побыть для вас вашим Иннокентием, только не выгоняйте меня!

Я отпустила волосы парня и просто продолжила двигаться к цели. Повисший на моей ноге Ульфрих вынуждено "продвигался" все ближе к двери.

- Мне некуда идти! - внезапно взвыл он, когда я уже взялась за ручку и открыла дверь.

На какую-то секунду я остановилась, но моей решимости избавиться от постороннего присутствия в своей квартире это не пошатнуло.

- А как же друг, у которого вы хотели остановиться?

- Я соврал! - признался оборотень и уставился на меня снизу вверху честными-пречестными глазами. - Все мои друзья давно уехали, а я даже не знаю, где они живут!

- А собственного дома у вас нет? - вскинула брови я.

- Я... - Райдер задумался на мгновение и отвел взгляд, а потом тихо произнес охрипшим голосом. - Я не могу туда вернуться...

Чем-то мы с ним похожи. Бедняге тоже отчаянно ищут невест, как мне женихов? Подробности я выпытывать не собиралась. Мало ли почему можно не хотеть навещать родных. У меня, вон, целых два дома, а каникулы я провожу в пустой общаге.

- У вас есть своя комната, отправляйтесь в нее, - уговаривала студента я, пытаясь разжать его пальцы.

- Вы что?! - казалось, парень был смертельно оскорблен. - Там же нет воды, тепла и света!

Ах да, все коммунальные удобства в комнатах студентов отключили в целях экономии. Все блага цивилизации остались лишь на первом этаже, где располагались апартаменты преподавателей. Нас обслуживала отдельная котельная.

- Пользуйтесь свечами, таскайте воду сами, спите не только под своим, но и одеялом соседа! - предложила выход из сложившейся ситуации я.

- Ближайший колодец в нескольких километрах отсюда, свечи, которые мне по карману, ужасно воняют, а у меня очень чувствительный нюх, и этот жмот Мун утащил одеяло с собой! - контраргументировал оборотень. - Но самое главное - столовая закрыта! А кухни, как у некоторых, у меня, между прочим, нет!

Даже такая черствая и эгоистичная девушка, как я, ощутила укол совести - так жалобно смотрели на меня серые глазенки с вертикальными зрачками. А ведь за эту квартиру, на секундочку, у меня прилично вычитают из зарплаты. Куда больше тех грошей, что платят студенты за общагу.

Решив, что пора заканчивать тянуть кота (волка?) за хвост, я встала в грозную позу, уперев руки в бока. Достаточное ли я устрашение внушала, учитывая, что стояла в одном лишь халате, а оборотень возлежал у меня в ногах? В смысле, то, что открывалось его глазам, внушало только лишь ужас?

- Райдер, а известно ли вам, что если я сказала "нет", то это окончательно и бесповоротно?

Ульфрих, поняв, что в данную конкретную минуту ему выселение не грозит, отпустил мою ногу и сел прямо.

- До меня доходили такие слухи, - кивнул он.

- Так почему же вы тогда... - хотела было начать читать лекцию я.

Как вдруг юноша растянулся в улыбке от уха до уха. Не усмешке, не ухмылке, а самой искренней и чистой улыбке, какую я у него видела:

- Так вы еще ни разу не сказали слова "нет"!

Я так и осталась с открытым ртом. Лекция о том, что старших надо слушаться, застряла где-то в носоглотке.

То есть как это "не сказала"?! Если на секундочку задуматься и вспомнить события последнего часа...

- Да что это меняет?! - воскликнула я в итоге. - Все равно я достаточно долгое время уже пытаюсь вас выпихнуть из моей квартиры!

Райдер поцокал языком. Боги, он даже пальчиком покачал!

- Если бы вы ответили "нет", я бы, может быть, сразу встал и ушел. И вас бы тогда всю жизнь мучала совесть, об одиноком и обездоленном студенте, сгинувшем в эту холодную зиму по вашей вине. Но вы не ответили мне категорическим отказом. А я, знаете ли, очень упорный малый! И даже если есть самый мизерный - один шанс успеха из тысячи, я обязательно буду сражаться на него! - и, подмигнув, мальчишка добавил. - И одержу победу!

Кто сказал, что это оборотень? Да это же самый настоящий демоненок! Причем, небось, из инкубов. Иначе почему, вместо того чтобы злиться, мне хочется рассмеяться и потрепать его по лохматой голове (которая сейчас, кстати, была в куда более приличном состоянии, чем обычно днем)?

- Вы всегда добиваетесь своего, Райдер, не правда ли?

Вместо ответа студент загадочно улыбнулся и горделиво вскинул подбородок. А если учесть, что он все еще сидел у меня в ногах, то он походил на моего пса. Кстати, у меня никогда не было собаки. Бабушка животных терпеть не могла, что странно для эльфа. Но в моей семье нормальных в принципе нет.

- Как вы попали сюда? - я решила сначала выяснить все, а потом уже принять решение.

- Я прятался под столом вахтера у входа, ждал, когда вы придете. А потом просто прошел за вами, иногда прячась за поворотом, - отчитался оборотень.

- Но как?!

Я, конечно, вчера была вдрызг пьяная, но не заметить буквально дышащего мне в спину преследователя?

- Я двигаюсь бесшумно, госпожа Орлиани, - Ульфрих даже слегка удивился, мол, это же очевидные вещи.

Я потерла лоб. Головная боль, хоть и стихла, проходить не желала, обретя в моих висках постоянную прописку.

- Но как вы зашли внутрь?

- Я, когда был у вас в прошлый раз, приметил, что дверь закрывается автоматически при захлопывании. Делов-то было: успеть добежать от угла, за которым я прятался, до двери после того, как вы начали входить, и перехватить ее прежде, чем она захлопнется, - заметив, что я недоуменно на него уставилась, юноша пожал плечами и вновь объяснил для непонятливой меня сам собой разумеющийся факт. - Я двигаюсь очень быстро.

И тут внезапно до меня дошло...

- Погоди-ка! Вы следили вчера за мной. А значит, видели... то есть все это...

- Ах, вы о вчерашнем маленьком представлении? - в раскосых глазах Райдера заплясали смешинки. - Это было, мм, впечатляющее зрелище!

Да уж. А я боялась Эгерэ... Покраснеть, что ли? Показать, как мне стыдно? Но на моем лице румянца все равно не углядишь.

- Будете меня шантажировать? - спокойно спросила я.

Оборотень отрицательно покрутил головой.

- Это вы правильно мыслите, молодец. На меня бы такая тактика не подействовала, - я указала на кровать. - А в нее же зачем тогда залезли, если не для дальнейшего шантажа? А вдруг я была бы из тех, кто ничего утром после попойки не помнит?

Ульфрих проследил за моим взглядом и ответил с ехидством.

- Это был запасной план, спорить не буду. Но он основывался отнюдь не на шантаже, - и юноша кокетливо повел голым плечиком. - Но вообще-то мне было просто адски холодно.

Я хохотнула:

- В аду совсем другая температура, местные жители подтвердят.

- Госпожа Орлиани, вы как маленькая, - оборотень нахмурился. - Чтоб вы знали, демоны живут не в аду! А в городах, расположенных...

Недослушав лекции из курса школьной географии, я влепила Райдеру щелбан. Еще не хватало, чтобы мои собственные студенты меня, выпускника исторического, между прочим, истории учили! Если нынешняя молодежь не понимает шуток, будем вбивать ей чувство юмора силой.

Ульфрих же, потирая ушибленный лоб, беззвучно хохотал.

- Если вам было холодно, зачем вы разделись? - я предпочла проигнорировать поведение данного "приколиста".

- Это моя единственная одежда. Немного сменной есть в "кармане", но здесь, как понимаете, не переоденешься. Все остальное же осталось в общаге. Так что приходится беречь то, что есть, - признался Ульфрих и кивнул на мой шкаф, в который, судя по всему, по-хозяйски уложил свою одежду. - Там я также обнаружил шубу и решил воспользоваться ею, чтобы согреться.

Юноша развел руками: мол, все просто, без злого умысла.

- Эх, и что мне делать с вами, Райдер? - устало улыбнулась я.

Если подумать, а чего я сопротивляюсь? Не изнасилует же он меня, в конце концов. Во-первых, я девушка крепкая. Во-вторых, малопривлекательная. Это уж пусть он скорее беспокоится о своей невинности. Может, я до беззащитных юных красавчиков охоча.

Если парню действительно негде жить, не выгонять же мне его на улицу? Если остановиться и задуматься на минутку, то, что я, собственно, теряю? На своей кровати я ему, конечно, спать не позволю. Но если он не будет мне мешать, а устроится где-нибудь на кухне, то какое мне дело, спит он в соседней комнате или пятью этажами выше?

Я веду себя ненормально, да? Не ломаюсь, как юная барышня. Не вздыхаю глубокомысленно: "Ах, он всего в десяти метрах от меня, я чувствую его тепло через стену..." У меня все равно эмпатия на нуле. Свою невинность (во всех смыслах слова) не блюду. Я, может, с ней расстаться мечтаю. Чем там еще должна страдать правильная девица? Но мы, тролли, существа черствые и бессердечные. Так что мне простительно.

А если кто-то узнает, что я живу вместе со своим студентом? Да какая разница! Отношения учеников и учителей у нас не запрещены. Все совершеннолетние, никто никому не вправе диктовать, как вести себя в личной жизни. Да и супружеские пары преподавателей со студентами у нас не редкость. Диана с Генри - не первые и не последние. Так что если кто вдруг непонятным образом узнает о том, что я пустила Райдера к себе, и если воспаленную голову этого кого-то посетит совершенно невероятная мысль, что мы с оборотнем воспылали друг к другу неземной страстью, то даже тогда меня не будет это волновать. Наконец-то и я стану героем сплетен, и госпожа Киллеас начнет с подружками перемывать мне косточки за чаем. А то я, право слово, одна из самых скучных работников академии.

- Вы можете использовать мою грудь в качестве подушки, - Райдер затрепетал ресницами, как бабочка крылышками, и чувственно приспустил простыню, демонстрируя накаченный торс.

Мальчишка игрался. Знал, что я не соглашусь на его предложение. Будь на моем месте Марсиэль, он, скорее всего, предпочел бы на свалке ночевать, согреваясь телами крыс.

- Спасибо, но мне своей достаточно, - я подняла с пола подушку и вернула на постель, на которую потом указала пальцем. - Можете спать где угодно, Райдер, но только не здесь.

Я и не заметила, как оборотень оказался рядом со мной. Он двигался бесшумно и очень быстро. Еще мгновение назад он сидел на полу у двери, а теперь радостно обхватил меня руками и пытался оторвать от пола. И у него это даже почти получилось. Не ожидав такого поворота событий, я завизжала, начала дергаться, и мы оба со смехом повалились на кровать.

В тех любовных романах, которые я читала, в подобные моменты обязательно что-то происходило. Например, в комнату заглядывал отец/муж/любовный интерес девушки и все неправильно понимал. Папенька был у маменьки в сотнях километров отсюда. Мужа у меня не было, да и любовного интереса, в принципе, тоже. А потому переживания героинь были от меня далеки. И ближе ко мне они не стали даже тогда, когда от входной двери донеслось:

- Кхм, кхм. Прошу прощения, что помешали. Просто дверь была открыта и... Прошу еще раз нас извинить. Пошли отсюда, - последние слова Ррадригара были уже обращены к Нефасу, который замер на пороге истуканом.

Надеюсь, кошмары ему сниться потом не будут. А то мало ли какой урон душевному здоровью может нанести увиденная сцена. Большая зеленая я в распоясавшемся халате, голый студентик в одной только простыне на бедрах - на мне, его руки - на моей талии (потому как, падая, я их ему придавила, так просто не разомкнешь и не вытащишь), и оба мы - на постели.

Я и забыла, что открыла дверь в попытках выкинуть Райдера из своей спальни. Впрочем, какая сейчас разница. Даже если по моей вине демон схлопочет разрыв сердца (при условии, что оно у него есть), я особо горевать не буду.

Вам может показаться, что произошедшая сцена очень романтична. В любовных романах она всегда служила катализатором чувств и способствовала выяснению отношений главных героев (например, герой внезапно понимал, что он необычайно любит главную героиню и не может ее никому отдать). Но я попрошу вас воздержаться от подобных параллелей. Я уже устала повторять это Диане: между мной и Эгерэ нет абсолютно ничего, что можно было бы посчитать искрой страсти. Наши отношения далеки от дружеских, да и, скорее всего, друзьями мы не станем никогда. Мы друг друга ненавидим. И главное - мы оба прекрасно ощущаем, что это взаимно. Я ежесекундно демонстрирую ему, как его презираю, он ежеминутно пытается меня унизить.

И такому поведению есть причина. Но я не хочу о ней говорить.

- Ой, кажется, нас поймали с поличным, - Райдер продолжал хохотать (и пытаться вытащить свои ладони из-под моей спины).

Я встала с кровати.

Какое буйное утро, однако. Даже о похмелье умудряешься забыть. Хотя... я глянула в окно... уже и не утро совсем. Что, впрочем, неудивительно.

Но надо все-таки выяснить, что эти двое приятелей хотели от меня. Умыться я уже успела, поем в городе, осталось только одеться.

Я направилась к шкафу, командуя Ульфриху на ходу:

- Я пойду в город, возможно, вернусь поздно. Если захотите выйти, просто захлопните дверь. Потом обратно я вас сама впущу.

- Госпожа Орлиани, - раздался с кровати чувственный голос. - А вам не кажется, что, после того что между нами было, продолжать обращаться ко мне на "вы"...

- Райдер, - наконец, решилась задать я вопрос, который давно меня мучил. - А вы точно оборотень? Оборотни себя так с девушками не ведут.

Парень нахально ухмыльнулся и картинно завилял хвостом.

- А вы точно тролль? - внезапно спросил он в ответ.

Я замолчала на несколько минут, поскольку сняла халат и надевала через голову платье. Райдер, не отрываясь, следил за мной.

- Что вас заставляет сомневаться в этом? - с любопытством поинтересовалась я, впихивая свои ножищи в изящные полусапожки (сорок четвертого размера).

- Таких красивых троллей не бывает.

Его слова повисли в наступившей тишине, как какое-нибудь заклятье. Я кинула на мальчишку беглый взгляд. Улыбается. И невозможно понять, серьезно он или издевается, продолжая игру во флирт.

- А вы много красивых троллей видели? - решила поддержать игривый тон я, рассудив, что сейчас это будет самым оптимальным вариантом.

- А вы часто видели, как оборотни ведут себя с девушками? - и вновь он аккуратно, не по годам мудро и расчетливо поставил меня на место. И это с не сходящей с лица улыбкой.

Ему бы в актеры идти. Или в политики. Но никак не рисковать жизнью на передовой. Странный малый. Открытый как книга. И полный тайн как сама жизнь.

Закончив с одеванием, я направилась к выходу, бросив через плечо:

- Вы очень наблюдательны, Райдер. Я тролль лишь наполовину. И, по правде, склонна относить себя именно к другой своей расе.

- Я так и думал, - улыбка оборотня стала еще шире, хотя казалось, это невозможно. - И вы тоже были правы, госпожа Орлиани.

- В чем? - уточнила на всякий случай я. - Вы не оборотень?

Юноша покачал головой.

- Я не веду себя так с девушками, - ответил он и, перейдя на шепот, добавил, - только с вами!

Я не буду скрывать, его слова мне были приятны. Это не значит, что я придавала им значение большее, чем то, которое в них на самом деле вкладывал Райдер. Мое сердце забилось быстрее, но вовсе не потому, что я запылала внезапной страстью. Просто мне не так часто приходится слушать комплименты в свой адрес и никогда не доводилось - столь изысканные.

- И это правильно, Райдер, - я тоже улыбнулась. Хотя мое клыкастое демонстрирование белоснежного жевательного набора, конечно, выглядит не столь обезоруживающе, но, надеюсь, не менее ослепительно (как-никак я только что почистила зубы). - Не стоит разбрасываться столь интимными предложениями перед другими женщинами. Они не я, и могут коварно согласиться.

С этими словами я покинула апартаменты. В коридоре дракона с демоном не оказалось - не дождались. Тогда я вышла на улицу. И обнаружила приятелей сидящими на бортике фонтана. На Нефасе было новое черное пальто. Ррадригар же обходился красной курткой. Я, в одном платье, стоя рядом с ними, могла бы дополнять картину под условным названием "Времена года".

Первой меня заметил дракон. Он толкнул своего товарища в бок, а потом приветливо помахал мне. Демон глянул на меня сурово из-под капюшона.

Что? Испортила я тебе настроение? Это хорошо. Надеюсь, твой аппетит тоже пострадал.

- Вы от меня что-то хотели? - спросила я, поравнявшись с фонтаном. На каменный бортик я садиться не стала.

- На самом деле ничего особенного. Просто поговорить. Мы действительно извиняемся, что помешали, - Ррадригар грустно улыбнулся и склонил голову.

Интересно, что же он такой печальный всегда? Хотя с таким другом под боком, оно и не удивительно.

- Так давайте поговорим сейчас, - пожала я плечами. - Пройдем в помещение, а то некоторым присутствующим вреден свежий зимний воздух.

И я направилась к главному корпусу. Там я планировала оккупировать библиотеку. Уютно, удобно разговаривать. Заодно и поработаю, когда эти двое уйдут.

Мы поднялись на пятый этаж, всю площадь которого занимала библиотека - просторное помещение с бесчисленными рядами книжных полок. Студенты, как водится, заглядывали сюда нечасто, только получить и сдать учебники, а потому я любила проводить здесь время, если необходимо было уединиться и отдохнуть от беснующихся орущих толп молодежи.

Кажется, два товарища оказались тут в первый раз. А еще преподаватели... Сомневаюсь, правда, чтобы у нас были книги по демоническому или, тем более, драконьему, но есть много других пособий для начинающих учителей.

- Мы только спросить хотели, - заговорил Ррадригар, пристроившись на один из многочисленных стульев. Его же друг проявил полное бескультурие, усевшись на стол. - Этот советник вчера, которого нам представил господин ректор... Вы ведь были его сопровождающим?

- Скорее просто переводчиком его многочисленных жалоб, - пожала плечами я.

- Ну и как все прошло? - спросил дракон, проявляя будто бы дружеский интерес.

Ррад, кстати, казался мне нормальным парнем. Немного не от мира сего, ну так он и не от него, а из Царства драконов. Хотела бы я хоть раз увидеть его настоящее обличие. А то столько лет живу, а драконов только на картинках в энциклопедиях наблюдала. Если бы не довесок в качестве противного демона, возможно, я могла бы с этим мужчиной даже подружиться. А так, мы просто придерживались нейтральных отношений коллег по работе.

- Как? Мы обошли всю территорию. Он заглянул на каждую кафедру, в каждую вторую аудиторию. Очень расстроился, не обнаружив шпионов или алтаря Темной богини, например, - хмыкнула я.

Друзья как-то странно переглянулись. Видимо, восприняли мою шутку буквально. Сказывается неидеальное знание имперского языка?

- Он что-нибудь говорил? - резко спросил Эгерэ и тут же закашлялся.

Я глянула на демона, как на дитя малое.

- Говорил. Много. И все больше гадости.

Нефас попытался попугать меня рычанием, но вновь зашелся кашлем.

- Неф имел в виду, может, советник обронил какую-нибудь странную реплику? - пояснил Ррадригар.

Что-то кольнуло меня. На какое-то мгновение мой внутренний голос очнулся от глубокой спячки, шепнул: "Не отвечай!" и вновь отправился спать.

А собственно, почему? Слова Ангейма - не моя тайна. Киллеас я уже рассказала, мы вместе посмеялись и перечислили все виды "абсолютного оружия", которые могут быть спрятаны в нашей академии: от пятого корпуса, готового развалиться в любой момент и похоронить под собой немалое количество людей, до носков Воспа.

И все-таки рассказывать о том случае Эгерэ с приятелем я не хотела. Наверняка, из вредности. Вините в этом мою нелюбовь к конкретно взятому демону.

- Он что-то искал, - пошла я на компромисс с собственной совестью. - Но не нашел. И ужасно злился по этому поводу.

Дракон повернулся к Нефасу и стал что-то шептать ему на ухо. Тот кивал, подтверждая какие-то слова друга. Затем Ррадригар раскланялся и попрощался со мной:

- Вот собственно и все, о чем мы хотели поговорить. Как видите, действительно ничего особенного. Благодарю вас за понимание.

На этом приятели покинули библиотеку. Я толком и не поняла, что это было. А вы? Ладно, боги им судии, буду я еще ненужными мне проблемами голову забивать. Займемся лучше насущными делами.

И я, собрав с полок необходимые книги, достала бумагу для записей и принялась за работу. Я корпела над диссертацией уже не первый год. Трудом всей моей жизни был перевод на эльфийский язык тролльих частушек. Кому-то научная ценность таких изысканий может показаться сомнительной, но мне доставляло некое извращенное удовольствие переводить на изысканный витиеватый язык придворных, полный заковыристых предикатов с устойчивыми коннотациями, четверостишья, отличавшиеся грубой формой и откровенностью содержания, сплошь состоящие из жаргона или даже арго. Там, где эльфу было необходимо десять красочных определений, тролль обходился одним коротеньким словом. И при этом никто из них не называл вещи своими настоящими именами.

Например, известно ли вам, что под эльфийским "волшебный цветок папоротника, расцветающий ночью" и тролльим "топор" подразумевается одно и то же?

Подстрочник изучаемых мною частушек выглядел примерно так:

"Кончились дрова зимой.

У кого бы попросить?

Соседи, топоры схватив,

Мой пошли рубить сарай".

Восхитительно, правда? Если кому интересно, то при переводе на эльфийский язык четверостишье трансформировалось в нечто вроде:

"В моем саду цветы увяли,

Садовник бросил свой удел.

Но птицы стаей прилетели

И все склевали, что могли".

Мне приятно было представлять, что когда-нибудь, пару десятилетий спустя, какая-нибудь благовоспитанная эльфийская барышня возьмет в руки томик моих переводов и, заливаясь краской до самых кончиков острых ушек, будет запоем читать, содрогаясь от волнения, что будет, если ее кто-нибудь застукает за столь предрассудительным занятием. Я училась в эльфийской школе для девочек и знаю, о чем говорю.

Увлекшись работой, я упустила момент, когда мой желудок устроил революцию. Ему категорически не нравилось, как я сегодня с ним обращаюсь. Необходимо было пойти перекусить. Прибрав бумаги (я держала их в своей ячейке особого шкафчика для преподавателей), вернула материалы на место и вышла из библиотеки. И на лестнице неожиданно столкнулась с Годаром.

Я гнома даже сразу не заметила. И в итоге мне пришлось спешно хватать его за бороду, иначе он грозился кубарем скатиться с лестницы.

- Ох, прости! - вернув завхоза в вертикальное положение, я тут же его отпустила.

- Ладно, чего уж там, - отмахнулся мужчина, почесывая, однако, бороду. - Чего это ты домой не уехала?

- Да вот, - я кивнула на библиотеку, - решила в эти дни ударно поработать, пока другие дела не отвлекают.

- А мне-то ехать до дома далече, так что вот решил книжку взять почитать, - и гном направился туда, откуда я только что вышла. - Ну, бывай! Увидимся через две недели.

Я помахала ему рукой и спустилась.

Обедать я решила все в том же "Сером принце". Мой желудок недовольно поурчал, но в конце концов успокоился. Сегодня было тихо, обошлось без цирковых представлений. Хотя хозяин по секрету признался, что посетители с тех самых пор, как Райдер продемонстрировал свой трюк, возвращались сюда в надежде на повторение. Надо рассказать Ульфриху - будет у парня возможность подзаработать. На одну стипендию нынче не проживешь, а на помощь из дома он, судя по всему, рассчитывать не может.

С радостной новостью о том, что подыскала для него заработок, я вернулась в свои апартаменты. Моего квартиранта там не оказалось. Но на кухне я обнаружила рагу, приготовленное из того, что валялось у меня по шкафчикам. Оказалось на удивление съедобно, я бы даже сказала - вкусно.

Неужто оборотень решил отрабатывать свое пребывание здесь, готовя мне обед? Знала бы, не тратила бы деньги в таверне.

В дверь постучали. Я пошла открывать. На пороге топтался Райдер.

- Вы вернулись? - это он мне.

И с легким поклоном прошел в комнату. Поведя носом, он улыбнулся.

- Я чувствую, вы уже попробовали то, что я приготовил. И как? Гожусь я в ваши повара?

- Не буду скрывать, вы готовите лучше меня, - побеждено склонила голову я. - Но лучше меня готовят даже в "Сером принце", так что заслуга невелика.

Ульфрих хохотнул и прошел на кухню. Загремели тарелки. Этот мальчишка нравился мне все больше. По сути, заставив меня его пустить, он, однако, пытался отплатить, как мог. Судя по всему, чувствовал за собой вину. Любитель пошутить и поразвлечься, он все же был добрым малым.

- Где вы были, Райдер? - спросила я не любопытства ради, а исключительно, чтобы было, о чем поговорить.

- Позанимался на тренировочном поле немного, - донесся голос из другой комнаты. - Надо держать себя в форме!

Райдер вышел из кухни, вытирая руки.

- Вы знаете, у нас в этом семестре состоялся выбор специализации, - когда юноша заговорил о боевой магии, то весь засиял. Его энтузиазм был заразителен. - Конечно же, я выбрал ближний бой! Нам там даже предлагают выбрать оружие!

Я кивала, слушая его. Конечно, я была знакома с этими мелочами, хотя сама никогда в данной процедуре и не участвовала.

- Это же такая свобода - твое собственное оружие, которое подходит именно тебе! Это не какие-то жалкие заклинания, которым тысячи лет, которые ты раз за разом читаешь, дрожа, как бы тебя не подстрелил какой-нибудь лучник. С оружием же в руках ты свободен! Ты сам контролируешь процесс! - и Райдер изобразил, как он "контролирует процесс", молниеносно нападая на врага. В качестве врага выступила моя ничего не сделавшая ему кровать. - Хотите, покажу, какое оружие я выбрал?

Мне было любопытно, не скрою, но как Ульфрих собрался материализовывать свое оружие на территории общежития? Все колдуны обычно держали вещи и артефакты, помогающие в сотворении большой магии, в пространственно-временном кармане. Думаю, и оборотень не был исключением.

Но Райдер кинулся к своей заплечной сумке, которую оставил у порога. И достал оттуда пару кастетов.

- Вот он, мои красавчики! - и оборотень обнял оружие, как если бы он был маленькой девочкой, а оно - его любимой куклой.

Шипастые кастеты имитировали небольшие, но острые когти. Наверняка, на них еще была дополнительная магическая заточка, но в общаге рассмотреть их ауру не представлялось возможным.

Это было далеко не самое необычное оружие, которое выбирали студенты, несмотря на то что на моей памяти Райдер - первый "атлет", дерущийся кулаками. Помнится, была девочка, отлично управлявшаяся с валлетом, ножом, который прятала за пряжку ремня. Соперники даже почувствовать опасность от нее не успевали. А один мальчишка пользовался немалых размеров двуручной сабелькой, которая могла перерубить пополам не только оппонента, но и его лошадь (или что там выступало у врага средством передвижения).

- Но вы же отдаете себе отчет в том, Райдер, что с подобным оружием вы не сможете принять участие на турнире Магического Кубка?

Оборотень оторвался от любования своими кастетами и скривился.

Магический Кубок. Еще одна давняя традиция академии. Каждый год весной, в первые месяцы года, на Облачном стадионе проходил турнир, который выявлял сильнейшего (или, скорее, удачливейшего) ученика ВАМа. Заявиться мог любой желающий, условия было только два: претендент должен владеть магией и числиться студентом академии.

Те несколько недель, что длился Кубок, в вузе царило настоящее сумасшествие. Матчи никогда не пересекались с лекциями, но если последние и посещались, то никто не обращал на преподавателя внимания. Только и было разговоров, что кто кого победил во вчерашнем матче и кто главный фаворит в этом году. Действующим чемпионом, например, была Диана.

Всех зарегистрировавшихся на Кубок делили согласно их оценкам за магпрактику и раскидывали по турнирной таблице так, чтобы самые сильные сошлись только в решающих стадиях. Студенты сражались в матчах на вылет за право выйти в следующий круг. Каждый год количество кругов бывало разным, но обычно их насчитывалось шесть. Во время битвы дозволялось использовать любую магию. Но только магию! Потому как преподаватели внимательно следили, чтобы ни один ученик не пострадал, и для этого наносили на каждого магический щит. Это заклятие переставало действовать в тот момент, когда щит поглощал количество урона, превышающего его лимит. В это самое мгновение бой останавливался и объявлялся победитель.

Удар кулаком в лицо магический щит преспокойно пропустит, и не подумав защитить своего подопечного. Именно поэтому прямой контакт в правилах данных соревнованиях был строго запрещен. И у Райдера не было шанса продемонстрировать кастеты в бою.

- И пускай! - оборотень мотанул головой. - Больно надо. Резвиться, как дите в песочнице!

Ему хотелось участвовать в Кубке, я видела это по его глазам. Но от своего оружия он бы не отказался ни за что в жизни, а потому был готов обменять статус участника турнира на его зрителя.

- Почему вы носите кастеты в сумке? - спросила я. - А вдруг потеряете?

- Я делаю так не всегда, а только когда нахожусь в общаге, - Ульфрих нацепил кастеты на пальцы и любовался, как хорошо они сидят. - Здесь я материализую их заранее, чтобы они всегда были рядом со мной. Никогда не знаешь, когда они понадобятся.

Я тихо рассмеялась:

- Намекаете, что опасаетесь, как бы однажды вам не пришлось от меня защищаться?

- Я о том, что однажды, - ответил он удивительно серьезно, - мне, может быть, придется защищать вас.

Я вспомню эти его слова полгода спустя. И его выражение лица. И даже "когти" на руках, сверкавшие в лучах солнца, что просочились через окно. Память услужливо подскажет мне каждую деталь.

Но это будет потом. А сейчас я просто улыбнулась очередной его удачной шутке.

5 глава.

Райдера мучили кошмары. Он спал на полу, у подножия моей кровати, еще больше усиливая ассоциации с домашним питомцем. Я отдала ему все простыни, какие были, чтобы он ими накрывался, с условием, что позже он все их перестирает.

Иногда я просыпалась посреди ночи от тонкого скулежа или вскрика. Юноша сидел на своем импровизированном ложе, мокрый от пота, и смотрел невидящими глазами на свои руки. Спустя несколько мгновений он осознавал, что проснулся, и с тихими извинениями (если замечал, что я смотрю на него) укладывался обратно спать.

Когда я днем спрашивала его, в чем дело, он только смеялся:

- Это все от безделья! Когда за день я устаю: от учебы, тренировок или гулянок, то валюсь на постель без задних ног и сплю мертвецким сном до самого утра. Ни кошмаров, ни вообще каких-либо снов. А здесь мне делать абсолютно нечего, кроме готовки, вот и лезет в голову всякая ерунда. Но я знаю прекрасный способ не видеть кошмаров!

- Это какой же? - из вежливости спросила я, уплетая курицу.

- Если вы не будете давать мне ночью спать! - и снова "хлоп-хлоп" своими глазищами. Негодник!

Все эти недели я полностью посвятила работе над своей диссертацией. Чем занимался умирающий со скуки Райдер, меня мало волновало. Я не нанималась его развлекать. Когда я уходила, он оставался в квартире, когда возвращалась - его или не было, или он сидел под дверью и ждал меня. Куда он все время пропадал, я не спрашивала. Да и он не горел желанием рассказывать.

Но однажды он вернулся очень поздно. Настолько, что ужин мне пришлось готовить самой.

Когда Ульфрих появился на пороге, на нем лица не было. Он будто бы даже дернулся ко мне, чтобы о чем-то попросить, но передумал и опустил голову.

- Что случилось? - полюбопытствовала я.

- Да так, ничего, - сдавленным голосом ответил парень.

То, что "чего" случилось, было ясно как день. Но пытать я его не стала. Не хочет рассказывать, и ладно - это его собственное желание.

Но тут я заметила корзинку с едой в руках оборотня. Причем это была моя еда! То есть та еда, которую приготовил Райдер из моих продуктов этим утром.

- Что это? Устраивал пикник? - я указала на еду.

Ульфрих проследил за моим взглядом, но ничего не ответил. Я пожала плечами и направилась в ванную, чтобы почистить зубы.

И вдруг в мое запястье вцепились мертвой хваткой.

- К демону все! - прошипел оборотень сквозь зубы и, сжав пальцы еще крепче, подошел плотнее ко мне. - Пожалуйста, прошу вас... - шептал он, взирая на меня снизу вверх отчаянным взглядом. - Вы нужны мне!

Так, секундочку. Это еще что за сцена?

- Студент Райдер, вы в своем уме? - осторожно спросила я, и без того уверенная в отрицательном ответе.

- Обещайте, что то, что сейчас произойдет, останется между нами! - быстро-быстро шептал юноша. - За то время, что я узнал вас ближе, понял, что вы особенная! Вы ни за что не предадите меня!

- Попридержите-ка коней! - я отодвинула Ульфа на расстояние вытянутой руки. - Откуда такая уверенность? Я не расписывалась перед вами в вечной преданности! И буду делать то, что в моей иерархии ценностей считается более правильным. Вы точно уверены, что наши координаты мира совпадают?

Оборотень, хоть и отодвинулся, но запястья моего не отпустил.

- Я точно знаю, что то, что я делаю сейчас, правильно! - провозгласил он с серьезным лицом. - Просто поверьте мне. И поклянитесь, что происходящее сейчас навсегда останется тайной для других.

Серые глаза выжидательно смотрели на меня из-под свесившейся челки.

- Хорошо, вы заинтриговали меня, - сдалась я. - Но если ваше "правильно" в моем понимании попадает под категорию "на за что!", считайте, что я ничего не обещала.

Юноша кивнул и отпустил мою руку.

- Помогите мне найти... кое-что, - пролепетал он.

Как? Этот тоже поисками "абсолютного оружия" занялся? Или просто свои кастеты где-то посеял? Мол, если друзья узнают - засмеют?

- А поведать мне, что мы собираемся искать, вы не хотите? - я потирала запястье. Крепкая у него рука, ничего не скажешь.

- Нет, я бы предпочел этого не делать, - неожиданно ответил Райдер. - Вы все сразу поймете, когда найдете. Но в случае, если я буду тем, кто первый... наткнется на это, я бы предпочел, чтобы оно продолжало оставаться тайной.

Мы, что же, идем искать клад? Откапывает Райдер - все достается ему, если я - вынужденно делюсь со своим студентом? Впрочем, даже если так. Хоть какое-то приключение в эти серые зимние будни не помешает.

- Где будем искать? В городе? - я подошла к шкафу и достала оттуда шаль.

Ульфрих уже стоял в дверях, дожидаясь, когда я накину шаль на плечи.

- Сначала попробуем здесь. Если это ничего не даст, то... начнем искать в других местах. Будем надеяться, что до этого не дойдет.

Райдер откровенно волновался. Корзина с едой все еще была у него в руках.

Во что я ввязываюсь? Я продолжала надеяться, что это просто очередная выходка любящего поразвлечься мальчишки. Но его странное поведение начало вселять в меня подозрения. Это же не может быть ничего противозаконного, ведь так?

Вспомнилось, как однажды на мое занятие оборотень, значительно опоздав, заявился в черной мантии некромантского факультета. Студенты вообще предпочитали не придерживаться школьной формы, и в мантиях расхаживали только или фанатики, истово преданные своему факультету, или те, кому просто не в чем было ходить. Но чтобы боевой маг, да в некромантском?

Обнаружив, что на него уставилась вся группа, Ульфрих, покрутившись на месте, продемонстрировал обновку:

- Вот, дали поносить!

Вы ведь прекрасно представляете себе сцену, в которой хилый бледный некромант "дает поносить" что-либо натренированному атлету с боевого? Конечно, мысль была только одна: Райдер доигрался - теперь его точно представят к комиссии на отчисление за угрозу другим ученикам и воровство.

Занятие прошло без эксцессов. Только приятели Райдера на задних партах постоянно с ним о чем-то шептались и хихикали. Призывы, обращенные к ним, обратить, наконец, внимание на красоту эльфийской поэзии, услышаны не были.

Чуть позже в коридоре меня перехватила Диана:

- Ты слышала?! Этот Райдер с третьего устроил дуэль с Пупсом!

- Опять дуэль? - скривилась я. - Какая варварская традиция. Ну и конечно, у Райдера в одном месте жизнь так и играет - надо обязательно почесать кулаки. Впрочем, Пиман тоже слишком часто ввязывается в дуэли. Кто разрешил им проявить молодецкую удаль?

- Распорядителем был мой Генри! - похвасталась Диана.

- Как? Почему он не отговорил их?

Я до этого момента была твердо уверена в том, что у Веста светлая голова на плечах. Но, видать, воспоминания о лихих студенческих годах все еще были живы в молодом человеке.

- Генри рассказал, что Пиман приставал к одной некромантке, не желая признавать отказа. И Райдер вступился за нее! Ты же знаешь, для Генри честь женщины - это святое, и он, не задумываясь, разрешил дуэль.

Я удивленно посмотрела на подругу.

- И кто победил?

- Оборотень! Только вот Пупс изрядно извозил его в грязи. Ты же знаешь, он земляной маг. После дуэли Райдер, конечно, умылся в фонтане. Но вот его одежда была в плачевном состоянии. Не представляю, как он потом на лекции пошел. Я бы на его месте вообще прогуляла.

Но он все-таки пришел на занятие!

В этот момент Ульфрих с приятелями проплыли мимо нас с Дианой по коридору. Оборотень резко повернулся, изображая какой-то удар. Подол его черной мантии взметнулся вверх, продемонстрировав на пару мгновений заляпанную грязью брючину. За Райдером наблюдала издалека, краснея, молоденькая девочка с первого курса некромантии, тоже одна из моих учениц. На ней было простенькое синее платьице. И черные туфельки.

После этого случая я перестала сомневаться в мотивах оборотня. И поэтому даже сейчас, следуя за ним по коридорам общежития, я почему-то была уверена, что ни в чем противозаконном меня участвовать не заставят.

Райдер принялся подниматься по лестнице. На лестничном пролете между девятым и восьмым этажами он остановился.

- Сначала прочешем это крыло. Вы восьмой, я - девятый этаж. Проверяйте любое помещение, где только открывается дверь. Потом спускаемся через этаж. Вы - шестой, я - седьмой. Договорились?

Я молча кивнула. Все это мероприятие выглядело сомнительным. Ищи, сама не знаю что, не знаю где, среди опустевших коридоров общежития.

На восьмом этаже, само собой, обнаружено ничего не было. Ни одной живой души, все комнаты заперты. На шестом меня ожидала та же картина. В самой дальней части коридора, по традиции, находился женский туалет. Я заглянула и туда. По кабинкам прохаживаться не хотелось. А потому я уже собиралась развернуться и уйти, как услышала какой-то звук.

Показалось? Прислушалась. Тишина.

И вдруг снова звук. Да это же урчание желудка! Моего? Я прислушалась к себе. Вроде нет.

И тогда я стала заглядывать в кабинки. И когда я приоткрыла дверцу второй, то узрела кое-что любопытное. Отчаянно прижимаясь к стенке, так, что между нами была дырка туалета, на меня взирала юная девушка с глазами испуганной лани.

- Так ты то самое нечто, что мы искали, да?

- Н-не... подходите! - всхлипнула девчушка. - А то... а то я прыгну!

Я глянула на дырку для... мм... справления нужды. Может, она в дырку и влезет. Но по трубам по-любому не поползет.

- Не советую, - покачала головой я. - Не сбежишь, но вонять будешь.

И тут незнакомка зарыдала:

- Может, если я буду во-вонять, вы меня не заберете!

Я саркастически ухмыльнулась. О чем я только думаю? Девушка, безусловно, приняла меня за страшного монстра из маминых страшилок и думает, что я ее укушу за бочок и утащу далеко-далеко в лес.

- Кто ты? - спросила я как можно более дружелюбно. - Ты же не ученица академии, так? Ты слишком молода для какого бы то ни было университета.

Незнакомка поджала губы и не собиралась отвечать. Может, просто считала ниже своего достоинства разговаривать с "монстром". Или просто не могла позволить себе сказать правду.

- Если ты не студентка, как ты смогла попасть сюда? - внезапно осенило меня.

- Я... я сама, - сглотнула девушка, - я пробралась сюда...

Когда я глядела на ее хрупкое юное тельце в мужских коричневых брючках на подтяжках, в моей голове разрозненные кусочки с удивительной скоростью складывались в единую картину.

- Р-райдер... - выдохнула я и стукнула себя по лбу. - Ну, выдумщик!

- Нет! - возопила девчушка и бросилась ко мне, едва не оступившись и не провалившись в зияющую плохо пахнущую дыру. - Ульф тут не причем. Я сама, только сама!

Незнакомка не прекращала рыдать, вцепившись в мою руку. Я помогла ей выбраться из кабинки.

- Скажи мне правду. Это тебя искал Годфрид? Ты то самое "абсолютное оружие", да? Какой-нибудь сверхталантливый маг?

- Нет, я... я вовсе не маг, - шмыгала носом девушка.

И желудок незнакомки вновь заурчал, напоминая о себе.

- Тебя кормил Райдер? - догадалась я, вспомнив корзинку с едой в руках своего квартиранта. - Но что пошло не так сегодня?

Девушка отвернулась, не желая разговаривать со мной. Ладно. Большое зеленое чудовище отведет красавицу к ее прекрасному принцу. И я потащила девчушку за собой. Она, почуяв неладное, начала отчаянно сопротивляться.

- Пустите, пустите меня! Пожалуйста!

Я пропустила ее мольбы мимо ушей. Она продолжала рыдать и вырываться все то время, пока я тащила ее к лестнице. Остановилась я лишь на лестничном пролете между пятым и четвертым этажами и стала ждать Райдера. Не прошло и двух минут, как юноша появился.

- Кая! - оборотень кинулся к девушке.

Она повисла на нем, обхватив за шею. И не прекращая рыдать.

- Где ты была? Что случилось?!

Но Кая не спешила отвечать, подозрительно косясь на меня.

- Не стоит ее опасаться. Это друг, - утешал подругу Ульфрих.

Я фыркнула. Меня все всегда опасаются. Не привыкать.

- На ступеньках пикник устраивать неудобно, - я кивнула на еду в руках юноши. - Может, желаете пройти ко мне?

Полчаса спустя сытая и высушившая слезы Кая была готова к расспросам. Но на допрос был вызван Ульфрих.

- Как вы провели ее в общежитие? Только не говорите, что вы использовали меня в ту ночь! - я не злилась, а искренне восхищалась смекалкой юнца. - Почему именно я? Открыть мог любой преподаватель.

- После происшествия в таверне я боялся, что вы доложите на меня, хотя внутреннее чутье подсказывало мне, что этого не произойдет, - признался оборотень - И я в вас не ошибся. Меня никуда не вызывали, и я понял, что могу на вас положиться. Вы были выбраны для нашего плана, как самый благонадежный вариант.

- Значит, в вашем розыгрыше участвовала вся компания? И что, Жора сам вызывался принести себя в жертву? - пыталась я восстановить хронологию событий.

- Нет, мы кидали жребий. Жора отдал Кае свой амулет, с которым она и прошла внутрь. А самого его впустили уже вы.

То-то приятели так перешептывались между собой в ту ночь. Интересно, а как они тянули жребий? Какие-нибудь магические змейки, как в наше время, или у нынешней молодежи новые способы выяснения главного неудачника?

- Где вы ее держали все это время?

Кая слушала наш разговор молча, сидя на полу рядом с Райдером, подобрав ноги под себя. Сейчас, когда она не бесновалась и не рыдала, я имела возможность ее хорошенько рассмотреть.

Она выглядела очень молодой. Лет на четырнадцать, максимум пятнадцать. Человеческих, естественно. Волосы ее были темными. Я бы не сказала, что черные, но темнее, чем каштановое безобразие Райдера. Прическа у нее была короткая, чуть закрывала уши с медными сережками-кольцами. А кожа - смуглая, загорелая. Видимо, девчушка не из наших мест.

- Первым делом я отвел Каю к себе в комнату, - рассказывал оборотень. - Потом спустился к вам. Все это время она жила у меня, а я ей каждый день носил еду.

Как ни крути, а меня кругом использовали. Он даже ко мне в квартиру напросился ради моей кухни! А ведь комплиментами осыпал, непотребности предлагал. Я, конечно, все равно не повелась, поэтому не очень-то и обидно. Но какой-нибудь наивной дурочке мог ведь и сердце разбить.

- Я знаю, о чем вы думаете! Все не так! - предостерег меня юноша.

- Читать мысли запрещено законом, Райдер, - ухмыльнулась я. - Так что либо вы скоро отправитесь на каторгу, либо врете и не знаете, о чем я думаю.

- Может, я и использовал вас, но исключительно потому как считал, что вы адекватнее всех отнесетесь к происходящему! - оправдывался Ульфрих. - Я должен был спрятать Каю!

Мы находились в моей спальне. Я сидела на кровати, эти двое - на лежанке Райдера у ее подножия. На улице совсем стемнело. Завывала метель. В такие ночи у нас в женской школе девчонки любили рассказывать ужастики. Рассказчиком обычно выступала я. Во-первых, я была самая начитанная среди всех. Мои подруги не брали в рук книг тяжелее журналов. Во-вторых, у меня уж очень убедительно выходили злые и страшные монстры. Теперь настала моя очередь выслушивать удивительные и невероятные истории.

- Ну что ж, я с удовольствием выслушаю причину, по которой Каю нужно было прятать. Причем я уже догадываюсь от кого.

Райдер правой рукой приобнял Каю за плечи и посмотрел на меня пронзительным взглядом:

- Вы же помните о нашем уговоре: никому не рассказывать о том, что узнаете сегодня?

Я не стушевалась под его взором, а ответила честно и твердо:

- Только если я посчитаю причину достаточной. Если она, допустим, убийца, то уже этой ночью вы оба будете под стражей.

Девушка вся сжалась в комочек. Оборотень успокаивающе погладил ее по голове:

- Кая - антимаг. Причем у нее не просто иммунитет к некоторым видам магии, как у вас. Она выжигает вокруг себя любую магическую энергию.

"Оружие, госпожа Орлиани, - вспомнила я. - Абсолютное оружие!"

А ведь и правда. Обладание талантом такого плана дает значительное преимущество в битве. Позволяет решить исход сражения в свою пользу. Лишить врага его основной силы - магов. Понятно, что подобные способности могут быть опасны. Девочку наверняка хотят убрать. Но еще более эти способности полезны. А потому не удивлюсь, если мне сейчас поведают о том, что за Каей охотятся сразу несколько группировок, в том числе последователей Темной богини.

- Девочке совершенно очевидно нужна серьезная защита. Лучше отдать ее стражникам, а они приведут ее в Совет...

- Госпожа Орлиани, разве вы не понимаете? - перебил меня Райдер. - Кая прячется здесь именно от Совета!

Объект обсуждения вздрогнула от окрика оборотня. Она наверняка в этот момент думала, что зря ее друг пытается спорить со мной. А вдруг он нарвется на мой страшный гнев - и тогда ее больше некому будет защищать и некому кормить.

- Я думаю, Кая может говорить сама за себя, - я перевела взгляд на девчушку. - Сейчас я хочу выслушать твою версию. Что случилось?

И Кая, запинаясь, начала рассказывать. Она родилась в маленькой деревушке далеко отсюда в семье фермеров. Она была четвертым ребенком в семье, после нее родились еще семеро. Девушка говорила о своих братьях и сестрах с большой нежностью, было видно, как она любит их.

Она не знает, когда ее силы пробудились. В их глухомани и магов-то нет, поэтому антимагические способности Каи не были заметны. Разве что иногда какой-нибудь заезжий гость не мог зажечь "светлячок" или целитель в присутствии девушки не мог зарядить воду. Но разве кто-нибудь обращал внимание на такие мелочи? Все списывали на неудачливость магов.

Но вот однажды в их деревню приехал человек с очень короткими волосами. Он назвался членом Императорского Совета и сказал, что ищет магов по всем деревням и весям. Вещал что-то о том, что темные времена близко, нужна полная мобилизация и любой, даже безлицензионный маг может стать решающим фактором победы. Деревенские жители смеялись и не верили. Эти городские господа постоянно чего-то бояться и на что-то мобилизуются. А магов в деревне у них нету! Некого вербовать!

То есть, как это, нету? Советник сузил глаза и указал на Каю, стоящую в толпе рядом со своей семьей. Вот эта девчонка обладает самыми невероятными магическими способностями, которые он когда-либо видел в жизни. Он о таком только в книгах читал!

И этот мужчина забрал Каю с собой. Увез от родных, из любимой деревни. Родители надеялись, что их дочку отдадут в какую-нибудь столичную школу магии, но советник этого делать очевидно не собирался...

- Это был Годфрид Ангейм? - шепотом спросила я.

- Нет, - потупила взгляд Кая. - Его звали по-другому. Он был из комитета по магической безопасности. Говорил, что умеет видеть ауры. Это он объяснил мне, что я антимаг. Он понял это по тому, как я подавляла ауры других людей. Возможно, среди жителей деревни были люди с магическими способностями. Он рассказывал, что некоторые мои братья и сестры обладают даром. Просто постоянно находясь рядом со мной, они не могли его проявить. И теперь, когда я уехала, у них началась новая жизнь. Возможно, кто-то из них, когда подрастет, поступит в академию...

И девочка снова зарыдала.

История оказалась банальнее некуда. Советнику захотелось присвоить такие уникальные магические способности себе. А как это сделать? Ребенок зачастую наследует дар своих родителей. И если по наследству передается как сам дар, так и его отсутствие, значит, существует пятидесятипроцентный шанс, что дитя получит и антимагический дар матери! И с тех пор как эта шальная мысль пришла в воспаленную голову советника, жизнь Каи превратилась в ад. В течение всей поездки в столицу немолодой сильный мужчина делал четырнадцатилетней девочке недвусмысленные намеки, которые она в силу возраста и воспитания просто не понимала, трогал ее иногда, мимолетно и как будто случайно. Он держал ее руку в своей дольше чем следовало бы, придерживал за талию, помогая садиться в седло и спускаться с лошади, куда крепче, чем того требуют правила столичного этикета. Он даже пытался завести разговор о пестиках и тычинках, на что Кая ответила, что выросла в деревне и в курсе, чем занимаются животные по весне.

Беда пришла тогда, когда они заехали в наш город и остановились на ночлег в одной из гостиниц. Советник поселил Каю в одном с собой номере. Объяснил это экономией средств, которых у них осталось мало. Но уйдя куда-то на несколько часов, он запер дверь, а вместе с ней - и Каю в комнате.

Девчушка чувствовала опасность, она понимала, что ей надо бежать, иначе этой ночью случится непоправимое. Но замок на двери не желал отпираться, а в самой комнате не было ничего, что сгодилось бы в качестве оружия. Только маленький ножичек для заточки перьев хранился у советника, как любого канцелярского работника, в сумке с документами.

Мучитель вернулся под вечер. Он вошел, закрыл дверь и направился к Кае.

- Не спишь? Это хорошо. А то пришлось бы тебя будить. Да ты не бойся, чего дрожишь. Мы быстренько сейчас разберемся - и все, можешь баиньки. Я приобрел особое зельице, все лавки оббегал, между прочим, в этой дыре ничего толком нет. Я его уже выпил, должно было начать действовать, так что твоя антимагия ему не страшна. С ним будет достаточно одного раза для достижения результата. Так что видишь, как хорошо, нам даже и повторять не придется! Только, конечно, если тебе не понравится и ты не захочешь еще. Тогда я с радостью!

И он с противным смехом стал надвигаться на нее. Кая отступала, пока не наткнулась на кровать. Она хотела препятствие обежать, но советник схватил ее за подол платья и опрокинул на простыни. Чем отчаяннее девушка сопротивлялась, тем сильнее удары получала. По лицу, по спине, по груди. Поэтому в итоге она перестала двигаться, а просто неподвижно лежала и содрогалась от рыданий.

- Вот это ты молодец, хорошая девочка, - шептал мужчина, обдавая ее горячим дыханием. - Сейчас лишь несколько минут - и мы закончим. Ты даже почти не заметишь. Чем больше будешь рыпаться, тем будет больнее, - приговаривал он, расстегивая штаны.

И когда советник задрал ей юбку, Кая вытащила из-под подушки перочинный ножик и всадила его в плечо насильника. Тот не ожидал удара, а потому опешил и отпустил свою жертву. Девушка ударила еще и еще. Удары были несильные, неглубокие, но мужчина был настолько поражен тем, что девчонка вздумала напасть на него с оружием, что даже не думал сопротивляться. Воспользовавшись его секундным замешательством, Кая вскочила и бросилась к двери. Она сразу схватила со столика ключ, но не сразу смогла открыть замок. И когда дверь все-таки поддалась, советник почти настиг ее. Разъяренный, с окровавленной рукой.

Но когда Кая все-таки оказалась на свободе, она бросилась бежать. Она бежала так быстро, как никогда в жизни. Перед глазами все плыло, в боку кололо нещадно, а дыхание сперло так, что каждый вдох сопровождался жгучей болью и всхлипом. Но Кая продолжала бежать, передвигая негнущимися ногами, забитыми молочной кислотой. Она не оглядывалась назад, не знала, продолжает ли преследовать ее мучитель. Силы окончательно покинули ее на рыночной площади. Коленки подогнулись, и девушка рухнула под ноги прохожим. Глаза застлал кровавый туман, но она думала только об одном: при таком количестве народа он не решится ей ничего сделать! Она спасена.

Там, среди лавок и снующих туда-сюда людей потерявшую сознание Каю и нашли Райдер сотоварищи.

- Когда она рассказала мне все, - добавил оборотень, когда его подруга завершила свою историю, - я понял, что ее нужно где-то спрятать. Но где? Ведь умеющий видеть ауры легко распознает любое место, где будет находиться Кая, просто по одному слепому пятну, лишенному магии. Тут даже не надо видеть ее в лицо.

- И тут вы догадались, что в этом городе есть только одно место, где советнику будет найти девчонку непросто, - уточнила я.

- Да. И я привел ее сюда.

Гениально! Этот парень гений! Ему действительно необходимо идти в политики. Его карьера будет блестяща, я могу это гарантировать.

Идея с общежитием совершенно восхитительна. Ведь здесь вся территория - одно сплошное слепое пятно. Затеряться здесь антимагу очень легко! Конечно, структуры и происхождение антимагического эффекта, который применяли для блока общаги, и способностей Каи абсолютно разные. Но дар чтения ауры тут все равно не действует, а потому поиск привычными Совету способами не представляется возможным. Остается только старый дедовский способ - игра в прятки.

- Они подослали члена просветительского комитета, чтобы найти девочку, и при этом обставили все так, чтобы не вызвать подозрений, - рассуждала вслух я.

Райдер выразил недоумение моими словами. Он-то ничего о визите ревизора не знал. Я продолжала размышлять:

- То-то он не нашел погреба Марсиэль и проигнорировал бутылки Киллеас. Ему было не до того. С самого начала его целью было общежитие.

Все теперь казалось настолько ясным и очевидным, что совершенно не было понятно, как я раньше об этом не догадалась.

Для тех из вас, кто удивляется, зачем такой могущественной структуре, как Императорский Совет, простая деревенская девчонка, поясню. Да, в наше время передовой магической мысли магию блокировать умеют, как, например, поступают в общежитии или (в куда меньших масштабах) на Кубке. Но помните, что даже для создания такого блока нужна магия! А значит, мана и энергия - ресурс, который нужно постоянно пополнять. И при этом необходимо точно знать, какое из заклинаний ты подавляешь. Так, на общежитие наложено бесчисленное количество блоков на все открытые виды магии. Но теоретически, появись здесь самородок, обладающий даром, неизвестным науке, он сможет колдовать в свое удовольствие. Тогда как природный антимаг не тратит энергии, его способности не требуют периода восстановления, в отличие от прочих магов. И он не блокирует заклятия, он просто сводит магию на нет, как будто у соперника и дара-то никогда не бывало. В ходе битвы, когда каждая единица маны на счету, а противник неизвестен или малоизучен, такой антимаг - главный козырь.

Подозреваю, что Каю хотят изучить, прощупать каждую косточку, каждую вену, тщательнейшим образом оценить ее потенциал, чтобы разгадать тайну ее дара в надежде, что смогут искусственно воссоздать его в алхимических лабораториях. А если не получится искусственно, естественный способ еще никто не отменял - последуют примеру советника.

- И что вы собираетесь делать дальше? - спросила у Райдера я. - Согласна, девочке нужна защита. Но вы не способны ей ее дать. Она не может бесконечно прятаться по пустым комнатам. Годфрид был первой ласточкой, вскоре они пришлют еще, возможно даже, целый отряд. Пока Совет молчит, но если о даре Каи узнают другие, то за ней начнут охоту все подряд: и одиночки, и секты, и даже соседние государства. Сможете ли вы отгородить ее ото всех опасностей? Рано или поздно она будет поймана.

- И что вы предлагаете? - огрызнулся оборотень.

- Передать ее Совету.

- Вы с ума сошли?!

- Я не говорю, что ее надо вернуть тому, от кого она сбежала, - пыталась втолковать студенту я. - А передать непосредственно Совету. И причем тому, кому можно доверять, взять с него слово, что он присмотрит за ней и проверит, чтобы ее не обижали. Если не к Совету, она может попасть к Темной богине или в другие куда более страшные места.

Девушка вздрогнула от ужаса.

- Не все в Императорском Совете сволочи, - продолжала уговоры я. - Хотя таких там не мало, не скрою. Но если бы они совсем не выполняли свою работу, Империя давно бы развалилась.

Райдер мучился с выбором. Ему не хотелось отдавать подругу в опасное место, но здравый смысл брал верх.

- А у вас есть член Совета, в котором вы уверены на все сто процентов?

- Да.

- А вы точно его так хорошо знаете? Кто может поклясться, что на самом деле он...

- Я могу, - прервала поток озлобленной речи оборотня я, слегка повысив голос. Простенький педагогический прием сработал и сейчас. Выждав пару мгновений и убедившись, что Ульфрих не сбирается продолжать препираться со мной, я добавила тише. - Я готова поклясться на крови в его порядочности и верности идеалам императорской короны. Он не допустит, чтобы над девушкой издевались. Видите ли, я знаю его очень хорошо. Лучше, чем себя.

Юноша сощурил глаза и поджал губы так, что они побелели.

- И кто же этот благородный рыцарь?

Я улыбнулась. Какое точное, идеально подходящее ему определение!

- Мой отец!

Тут, наверное, необходимо чуть подробнее рассказать о моем папеньке. Звали его Диар Орлиани. Его политическая карьера стартовала в эльфийской столице Герассиэле, где он служил в имперском посольстве. Когда в его жизни случилась моя мать, он переехал в Имперский Союз. Возглавлял Совет Северных Земель, отчитывавшийся перед столицей о ходе дел на окраинах, принадлежащих троллям. Но вскоре отец пошел на повышение и стал членом того самого - знаменитого Императорского Совета, войдя в состав комитета по работе с регионами. Нес он ответственность за Южные Эльфийские Земли, где находился родовой замок Орлиани, и большинство времени по службе проводил именно там. А потому я росла под крылышком у любимого папы, лишь изредка провожая его в столицу в "командировки".

Возможно, Диар Орлиани и не сможет быть подле Каи двадцать четыре часа в сутки и обеспечивать ей подобающую защиту лично. Но у него в Совете были крупные связи, преданные друзья и раз в неделю или две он прибывал в свой комитет с отчетами. В этот период он вполне мог наносить визиты девушке и выяснять, хорошо ли с ней обращаются.

- Сейчас мой папа... мм... в отпуске. Так что до конца каникул Кая пробудет с нами. Будем присматривать за ней. Я напишу отцу, и он заберет ее в столицу примерно через неделю.

Кая удивленно пискнула и подскочила:

- Вы пускаете меня к себе?

Чего в ее голосе было больше: жуткого страха или рвущейся наружу благодарности? И хотя мне послышалось первое, будем продолжать надеяться, что второе.

- В Императорском Совете троллей нет, - недоверчиво протянул Ульфрих.

- Нет, - подтвердила я, не развивая, однако, эту мысль дальше.

- Я знал, что вы эльф! - заявил Райдер с такой уверенностью в голосе, будто отвечал формулу первого закона магомеханики из программы первого класса.

Кая изумленно уставилась на друга. Что он несет? Потом перевела подозрительный взгляд на меня, придирчиво рассмотрела и выдохнула: да нет, не показалось, явный тролль! Потом опять на оборотня: зачем он такие шутки шутит, издевается над ней, Каей, что ли? Реакция девчушки меня позабавила.

- В Совете состоят не только эльфы. Хотя и не отрицаю, что их там большинство. Но есть еще и люди, и даже пара вампиров... - начала перечислять я.

- Пф! Да я же вижу сейчас, что вы стопроцентная эльфийка! - юноша кивнул в сторону шкафа, на котором висело зеркало, мол, глянь в свое отражение и убедись. - Эти светло-зеленые глаза, высокие скулы, не говоря уж о самом очевидном - ушах! Такие я видел только у эльфов, - Райдер подпер рукой подбородок, улыбнувшись каким-то своим мыслям, - и у вас!

Я поднялась с кровати, обронив:

- Пойду поставлю чай.

Но направилась в ванную. Там, умыв лицо холодной водой, я тщательно протерла глаза. Потом провела большой зеленой лапой по зеркалу, словно желая стереть грязь (как если бы она там была), будто мешающую разглядеть то, что увидел мальчишка-оборотень. Но на меня продолжало смотреть знакомое отражение: крупная голова с выдающейся вперед челюстью и клыками, жесткие черные волосы, которых практически не бывает у эльфов, и большой лоб.

"У тебя мои глаза, - внезапно всплыл в памяти нежный шепот бабушки, - и высокие скулы семейства Орлиани - наша родовая черта. А глянь, какие у тебя изящные остроконечные ушки! Ух, как я драла за них твоего папеньку, когда ему было столько, сколько тебе! - и Сильфин трепала меня за кончики ушей. Я весело хохотала и пыталась вырваться. - Может, мне и тебе начать их драть, чтобы больше не лезли в голову всякие крамольные мысли? Конечно же, ты моя внучка!"

Ну, Райдер! Ну, погоди! Все-таки добился своего, малолетний манипулятор. Смутил девушку. На какое-то мгновение даже я почувствовала себя главной героиней любовных романов - вечно хнычущей по любому поводу недалекой особой. Ничего, сейчас все пройдет.

Смахнув слезы шершавой ладонью, я отправилась на кухню. Чайник поставить все-таки надо.

Когда я вернулась в комнату, Ульфрих с Каей вовсю спорили о том, где она будет спать. Оборотень стоял на том, чтобы принести из его комнаты матрас и одеяла, но девчонка настаивала, что будет спать рядом с ним. Мол, так теплее и надежнее, она, де, не будет так бояться (меня, я так понимаю).

Кстати, о страхе.

- А чего ты так испугалась сегодня? - поинтересовалась я у своей новой гостьи. - И почему Райдер не мог тебя найти?

- Как я уже говорил, Кая всегда пряталась у меня в комнате, - поведал оборотень. - Но когда я сегодня пришел, ее не было. Я боялся, что ее могли найти, поэтому кинулся искать. Даже город прочесал от отчаянья. Хотя понимаю сейчас, что это было бессмысленное занятие. И в итоге я обратился за помощью к вам. Спасибо, - и юноша склонился передо мной в глубоком поклоне.

- Я... думала, за мной пришли, - пролепетала девочка. - Я выходила из уборной, когда услышала шаги. Тут же спряталась за дверью, а потом и вовсе залезла в кабинку. Кто-то рыскал в коридоре, будто искал что-то. И я думала, что меня...

Я кивнула. Это единственный логичный вывод, который следовал из данной ситуации.

- Он заглянул в туалет? - уточнила я.

- Я не уверена, - Кая покраснела. - Мне могло показаться, но... судя по тому, что я слышала... да, он заглянул в туалет.

Тогда можно с уверенностью говорить о том, что прохожий этот был не случайный. Зачем ему женская уборная аж на шестом этаже, если они есть и на других?

- Я не была уверена, ушел ли он. И поэтому старалась не шуметь и ждать, когда меня найдет Ульф. Все, как он учил, - и Кая кивнула на друга.

Я не переставала восхищаться Райдером. Он все просчитал! Юноша повернулся к девушке и строго спросил:

- Ты видела, кто это был?

Кая покраснела и потупила взор. Облизав пересохшие губы, она прошептала, и ее ответ заставил меня вздрогнуть:

- Мне кажется, это был демон...

6 глава.

Стартовал второй семестр. Студенты, довольные, отдохнувшие (а некоторые и загорелые), возвращались в альма-матер увидеться с друзьями, рассказать о своих зимних приключениях, заводить романы. Но только не учиться! Эти выводы я сделала, основываясь на собственных наблюдениях. На моих уроках ребята смеялись, флиртовали, жаловались на жизнь и выясняли отношения. Не уверена, что хотя бы кто-то что-то записывал за лектором. Чтобы хоть как-то угомонить их жажду жизни, пришлось пользоваться проверенным приемом: задать сочинение на эльфийском "Как я провел эти каникулы". Всю неделю меня ждала сомнительная честь знакомства с корявыми очерками студиозов о классных парнях, встреченных на курорте, потрясных матчах магических боев, просмотренных вживую, и прочих удовольствиях бытия.

Райдеру перед друзьями хвастаться было нечем. Он все каникулы провел удивительно скучно и однообразно. Последнюю неделю они с Каей испробовали все возможные игры, в которые только можно играть под крышей, не применяя при этом никакой магии. Кая, выросшая в большой немагической семье, знала удивительно много способов провести время, не высовываясь на улицу и не подвергая себя риску. Карты, веревочки, слова, города, "верю - не верю" и многое другое. Интересное, но все же похожее одно на другое. Иногда они заставляли присоединяться к игре меня. В слова и города я била их в пух и прах. В карты обычно побеждал Ульфрих. Деньги я ставить запрещала, а на желания резаться быстро наскучило. Потому как приказ встать и прокукарекать не доставлял особого удовольствия ни исполнявшему, ни приказавшему. Райдер пытался уговорить нас играть на раздевание, но я мотивировала свой категорический отказ тем, что мы друг друга голыми уже видели, а Кая - несовершеннолетняя. Кажется, девушка не совсем правильно поняла первую половину моей фразы... Но это исключительно ее проблемы... и ее воображения.

Райдер спрашивал меня, может ли он рассказать друзьям, у кого провел эти каникулы. Я пожала плечами: пусть творит, что хочет. Правда все равно имеет привычку рано или поздно выплывать наружу. Так почему бы не признаться разу? Тем более будет, чем похвастаться перед приятелями. Пикантная история романа с экзотической учительницей...

Но оборотень, судя по поведению его компании, ничего не рассказал. Они знали, что он все две недели заботился о Кае. Должно быть, думали, что он жил с ней... Тогда получается пикантная история романа с малолеткой... Вот и думай теперь, какая слава лучше. Особенно учитывая, что ни одна из них не соответствует истине.

Хотя... Я же не знаю, что там у него было с Каей на самом деле. Может, пока я работала в библиотеке или выходила в город, они обжимались на моей кровати и признавались друг другу в вечной любви. В деревнях девчушки возраста Каи выходили, бывало, замуж. А кабы рожать стала, ей бы уже шестнадцатый год пошел - в современном сообществе совсем взрослой девицей считалась бы. Это ни в коем случае не значит, что я оправдываю ранние браки или, не дай то боги, раннюю беременность. Я к тому, что удивить меня ничем невозможно.

Девчонке явно нравился Райдер. Она липла к оборотню по поводу и без. Она не была чересчур настойчивой или откровенной. Она просто следовала за ним по пятам, как новорожденный жеребенок за матерью. И если Кая очень напоминала мне влюбленную девушку, то Ульфрих - скорее няньку. Боги, да он ее разве что с ложечки не кормил. Уверена, подружка была бы не против. Я, наблюдая такую опеку, только возводила глаза к потолку.

Райдер все-таки перенес спальные принадлежности из своей комнаты. Но Кая постелила себе рядом с ним. И просыпаясь, я каждое утро наблюдала, как девчушка, перебравшись под одеяло оборотня, спала, уткнувшись носом в его спину.

Диар Орлиани приехал за Каей за пару дней до конца каникул, когда до начала второго учебного полугодия оставалось всего ничего, но никто из студентов пока не спешил вернуться под крышу любимого общежития.

Папенька стоял у ворот в ВАМ - такой же статный и красивый, как всегда. Он не следовал столичной моде на короткие прически, его роскошные золотые волосы ниспадали почти до поясницы. Я догадываюсь, что с его стороны это был своеобразный знак почтения маме. Или наоборот, тонкая месть - постоянное ей напоминание об обстоятельствах их первого знакомства. Как я уже говорила, у моих родителей были очень странные отношения, далекие от того, что общепринято понимать под любовью. Мой отец был значительно ниже матери, но мне уступал всего несколько сантиметров. На лице у него вечно находилась застывшая маска скучающей вежливости. Кому-то мой папенька может показаться скучным... Ладно, возможно, он действительно таковым был. Но не всем же жить на полную катушку, не оглядываясь назад, как Райдер.

Я возглавляла процессию, состоящую из меня при полном боевом параде, Каи, закутанной в коричневый плащ с капюшоном, и Райдера с кастетами на руках. Мы были при оружии на случай засады.

Отец слегка удивленно приподнял бровь, когда рассмотрел мой кожаный доспех, который я надевала только по праздникам. Маскарадным. Я обучалась боевому искусству, но ужасно его не любила. Однако более ни один мускул на теле эльфа не пошевелился. Он продолжал стоять, как каменный истукан язычников, даже когда я открыла ворота, вышла и чмокнула его в щеку.

- Почему ты не навестила маму? - это были первые слова, сказанные отцом.

Мы не виделись полгода, я вызвала его сюда при загадочных обстоятельствах (в письме я не могла ничего объяснить, поскольку была опасность перехвата почтового голубя), заявилась на встречу с палашом наперевес и при этом привела с собой таинственную личность, чье присутствие полностью лишало его магической силы (папа не мог этого не почувствовать)! А он спрашивает, почему я не захотела приехать в Северные Земли?!

В свое время папенька очень переживал, что в клане троллей ко мне плохо относятся. Может, на лице у него этого и не отражалась, но я-то понимала, как он страдает от того, что его единственный ребенок - изгой. В итоге он вынужден был увезти меня оттуда. И поскольку с тех пор связь моя с матерью практически прервалась, то винил в данном факте себя и свое решение. Он предпринимал многочисленные попытки нас подружить, искренне веря, что мать и дочь всегда поймут друг друга. Ах, милый, добрый папа!

- Как видишь, у меня тут были кое-какие важные дела, - я кивнула на фигурку Каи. - Я заеду к маме как-нибудь в другой раз.

Линия отцовских губ осталась прямой и тонкой, но в глазах отразилось недовольство моим поведением. "Как-нибудь" - это не то, что должна отвечать прилежная дочь. Устыдив меня одним только своим взором, Диар Орлиани соизволил-таки взглянуть на причину своего столь срочного вызова. Он бегло оглядел Каю, отступив на несколько шагов, потом еще, и так несколько раз, все увеличивая расстояние. Скорее всего, пытался считать ауру девушки и при этом оценить радиус действия ее способностей.

- Все ясно, - произнес отец спустя несколько минут.

Ни тебе расспросов, ни выяснения обстоятельств. Только холодное и бесстрастное "ясно". Как же его выдрессировала бабушка!

- Мне доставить ее в Императорский Совет? - папенька не обращался ни к кому конкретно, продолжая смотреть куда-то поверх наших голов, но очевидно, что ответа ждали именно от меня.

- Я хочу, чтобы ты проследил, чтобы ей обеспечили комфортные и безопасные условия проживания. А то знаю я некоторых ваших элементов. Ради получения власти и силы они живого на кусочки разрежут.

- Я поручу ее надежным людям.

Я и не сомневалась.

Диар предложил Кае руку. Та слегка опешила. Молодой (а папенька выглядел очень молодо) красавец-эльф проявлял к ней знаки внимания (пусть даже только вполне банальные и вписывающиеся в правила этикета) - для нее это было в новинку. Дождавшись, когда ее ручка оказалась в его ладони, мужчина довел девушку до своего экипажа, припаркованного неподалеку, и помог забраться по откидным ступенькам. Когда Кая скрылась в карете, отец вернулся к нам с Райдером. Сдержанно кивнув оборотню, он повернулся и положил руки ко мне на плечи.

- Пиши своей матери почаще, она скучает, - и приложил губы к моему лбу. Они были сухими и горячими, совсем не такими, как ожидаешь от эльфа, держащегося столь холодно и отстраненно.

Обещать писать я не стала, потому как в тоску матери не верила, но не упустила шанса прижаться головой к отцовскому плечу. Все-таки я папина дочка...

- Постой! - окликнула я отца, когда он уже собрался уходить.

Отцепив от пояса холстяной мешочек, я протянула его папе. Диар принял его с некоторым удивлением и заглянул внутрь.

- Ниавин, это же...!

- С днем рождения, пап.

Не сказав более ни слова и обняв меня на прощание еще раз, Диар Орлиани развернулся и направился к экипажу.

Райдер подал голос, когда карета скрылась за поворотом:

- Я ни мха не понял, о чем вы говорили. Это был ваш папаня?

- Учите эльфийский, студент Райдер, - ухмыльнулась я, - и тогда отпадет надобность в глупых вопросах.

И тут я заметила, что кастеты оборотня сияют оранжевым светом.

- Мощное, однако, на них заклятие, - и я кивнула на кулаки студента.

Ульфрих несколько раз сжал и разжал пальцы, с чувством собственного достоинства демонстрируя свою гордость - оружие:

- Мой друг Зирк заточил!

- Тот самый с артефака, автор синего летающего штыря? - уточнила я.

Райдер хихикнул:

- И не только его.

Наверняка, к изобретениям этого отчаянного "предметника" относился и самолетик-записочка, позволявший обмениваться впечатлениями прямо на уроках, минуя посторонних. Не надо было тыкать соседа в бок: "Передай дальше". Просто пишешь записочку, складываешь и запускаешь. Можешь поверх голов, а можешь по низу. Самолетик сам найдет нужного адресата и совершит мягкую посадку на тетрадь. Поскольку мне записки никто не адресовывал, самолет упорно отказывался идти ко мне в руки, пришлось изрядно за ним побегать прямо по аудитории. Слава богам, я предварительно догадалась задать группе перевод.

Если же возвращаться к дню сегодняшнему, то слова Каи о том, что ее искал демон, беспокоили меня. Зачем Нефасу (если, конечно, это был он) девочка? Никакого логического объяснения я найти не могла. Оставалось только надеяться, что либо девчушке почудилось, либо заглядывать в женские туалеты было просто тайным хобби Эгерэ. Мало ли странных личностей на этом свете.

Кстати, о странных личностях. Сегодня я читала лекцию четвертому курсу историков. Это была моя четвертая пара, усталость давала о себе знать. А потому сперва я приписала тот факт, что одна из студенток как-то подозрительно косилась на меня все полтора часа, своим галлюцинациям, вызванным перенапряжением. Но нет, девушка действительно, как только прозвенел звонок, бросилась ко мне, стараясь перехватить у двери.

Ее звали Мери Сойер. Ничем не примечательная девушка, типичная зубрила-скромняшка, коих на факультете истории и теории магии было полно. Уж мне ли не знать. Нас даже называли факультетом невест. И не только потому, что мальчишек на историческом было крайне мало, но и потому, что преподаватели в итоге, если и выбирали себе в жены студенток, то в девяноста процентах случаев это были девчонки из "теоретиков".

На этом факультете почти не преподавали магпрактику, а потому его студенты не буянили и не портили казенное имущество. Они чаще других посещали библиотеку, потому как вынуждены были зубрить сложнейшие формулы всех без исключения видов магии. Так и сложился образ "теоретика", как скучного книжного червя. И Мери Сойер, стоящая передо мной, оправдывала это определение на все сто: большие нелепые очки на слегка вздернутом носике, тонкие сухие губы, толстая русая коса до середины спины, белая, чисто выглаженная блуза и длинная черная юбка в пол. Удивительно, как она только об нее не спотыкается... Ан, нет. Споткнулась-таки, пока пыталась меня нагнать.

- Госпожа Орлиани, - смущаясь и краснея, обратилась Мери ко мне. - Могу я с вами поговорить?

С одной стороны, мой рабочий день подходил к концу, не хотелось его искусственно продлять. Но с другой, не в моих правилах было отказывать нуждающемуся в помощи студенту. Надеюсь, больше пяти минут она у меня не отнимет. В противном случае придется ее развернуть и пожелать разбираться в своих проблемах самостоятельно.

- Здесь или желаете пройти со мной на кафедру?

Студентка облизала свои сухие губы.

- Нет, не здесь... Но и кафедра как-то...

- Сейчас там никого нет, если вы так стесняетесь. У меня нет времени искать для вас удобные и комфортные места, студентка Сойер!

Девушка начала теребить кончик своей косы:

- Кафедра меня устроит, да...

Мы зашли на кафедру языкознания. Там действительно пока никого не было. Я отправилась к своему столу, оставив Мери выбирать самой, куда садиться, но предупредив о плачевном состоянии гостевого стула. Сойер решила остаться стоять.

- Чем могу вам помочь? - спросила я, когда молчание затянулось.

- Я... - Мери сглотнула, - я по деликатному вопросу. Хотела спросить у вас... женского совета...

Совета? Женского? У меня? Какое платье надеть на Новогодний бал? Что это еще за новый вид издевательств над учителями?

- Почему именно у меня?

- Дело в том, - девушка спрятала потеющие руки в складках юбки, - что мне нравится один... преподаватель. И он... с вашей кафедры.

Неожиданно! Эта скромная девчушка влюбилась в учителя? Причем настолько сильно, что готова переступить через себя и просить любовного совета у другого преподавателя? И кто же этот счастливец?

Преподавателей мужчин на кафедре языкознания было пятеро. Двое учителей имперского, один гномьего и пришлые дракон и демон. Имперский преподавали только первые два курса, а значит, для четверокурсницы Мери они уже не актуальны, гномий изучали лишь на предметном факультете. Оставались только Нефас и Ррадригар.

- Кажется, я поняла. На четвертом курсе у теоретиков начался языковой спецкурс, не правда ли?

Сойер кивнула.

- Я подумала, что вы бы могли мне что-нибудь посоветовать. Как действовать...

Сама по себе ситуация, в которой я оказалась, была донельзя абсурдна. И вообще-то, по-хорошему, девушке стоило тот час же отказать. Негоже мне сводничеством заниматься. Но желание насолить Эгерэ было столь сильным...

- Хм... Я не могу назвать себя экспертом по соблазнению мужчин, - хмыкнула я. - Мне знаком единственный действенный способ их пленения. Не смотрите на меня так, его я вам не советую. Он не совсем законный...

Мери заметно поникла. Но я решила ее подбодрить:

- Может, я ничем и не могу помочь. Разве что расписать ему все ваши достоинства. Единственное, что могу посоветовать: найдите среди боевых магов пятого курса Диану Вест, скажите, что от меня, и попросите ее поделиться с вами коллекцией любовных романов. Почитайте, попробуйте применить в реальной жизни...

А вдруг демон и впрям окажется тем извращенцем, на которого это подействует? Если, конечно, у девицы хватит смелости, чтобы все это осуществить.

У вас не возникает чувства, будто я похожа на героя какой-то комедии абсурда? Меня окружают некромантки в розовом, скромницы в очках, испрашивающие совета по соблазнению преподавателя, и оборотни, упорно желающие залезть ко мне в постель... чтобы согреться! А мне отведена роль второго плана: учителя-тролля, умеющего пользоваться ножом и вилкой да пугающего маленьких детишек до пятен на штанишках. Для того чтобы стать главной героиней мне не хватает сущей малости: омолаживающего эликсира, гарема красавцев, сходящих по мне с ума, ну и конечно, невероятных магических способностей.

Сойер раскланялась и поспешно вышла из кабинета. Я покачала головой. Хорошая девочка. И как она умудрилась? Хотя... хорошие девочки всегда влюбляются в плохих парней.

Ну а теперь мне следует приступить к проверке ученических сочинений, собранных сегодня. Чем скорее я с ними расправлюсь, тем быстрее окажусь свободна. Так, что это у нас? Юный демон из инкубов хорошо попировал на каникулах. Очень захватывающе и при этом познавательно. Вот только слова "трахаться" в эльфийском языке нет, надо посоветовать ему заглянуть в словарь синонимов. А пока за использование имперских слов в тексте снижаем балл.

Смотрим дальше. От одной уже хорошо знакомой мне девушки - пересказ прочитанной книги, продолжения популярной серии. Помнится, в сочинении после летних каникул она повествовала о шестом томе, сейчас же - о седьмом. Герои данного произведения практически стали мне родными, возникало такое чувство, будто я читала этот подростковый шедевр сама. Итак, посмотрим, главная героиня определилась, наконец, кого из пяти принцев она больше любит? Или решила все-таки сбежать со своим верным оруженосцем? Нет, похоже, до развязки еще далеко. Теперь прекрасную магичку похитил главный злодей, оказавшийся невероятным красавцем и вознамерившийся женить ее на себе. Невероятно, он все эти тома, оказывается, любил ее! Вот уж не подумала бы никогда! Чего же он тогда тринадцать раз пытался ее убить, причем восемь из них - лично (скрываясь под маской). А эпизод, когда он ее пытал? Вырывал ногти, заковывал ногу в железный сапог с гвоздями, совал ее руки в печь? Да если бы девушка не была знатной целительницей, имевшей в загашнике травы и настои на все случаи жизни, то она бы, как пить дать, погибла, не доживя даже до четвертой части саги! Хотя, обладай я тем магическим даром, которым ее наградила природа, у меня бы злодей не прожил и первых пятидесяти страниц. Вы только вдумайтесь: и целитель, и некромант, и боевой маг, владеющий всеми видами стихий, в одном лице! А в этом романе она даже смогла вызвать буран в жаркий летний день! Как только Совет позволяет такому чуду природы передвигаться свободно по улице? Если ее место не в лаборатории, то хотя бы охраной ее обеспечить были просто обязаны. Охранять мирных жителей от ее необдуманных действий, естественно. Слава богам, теперь она еще минимум том просидит в замке злодея под замком, а то число случайных трупов несчастных, кому не посчастливилось оказаться рядом с ней во время боя, откровенно пугало. За подробный и точный пересказ живым языком и без ошибок ставим десятку. И приписка: "С нетерпением жду продолжения! Надеюсь, у Анабель и Аграила все будет хорошо".

Аграил - сын главной героини. Правда, она не знает, кто отец. Она, видите ли, в первой книге, когда только-только представили всех героев, потеряла память. Претендентов на роль папаши масса. Мы со студенткой сходились во мнении (которым она делилась в сочинениях, а я просто молча соглашалась с ее логическими рассуждениями), что это третий принц - наследник вражеского королевства. Но теперь, после всего произошедшего в арке со злодеем, моя уверенность пошатнулась.

Продвигаемся дальше. Еще одно сочинение о каникулах под лозунгом "Зимние. Жаркие. Мои". Они надеются, что смогут меня этим смутить? Ой, что-то поза знакомая. Вроде ведь, я только что о ней читала? Быстренько пересмотрела опус инкуба. Ага, точно, вот она. И кто же у нас, такой наивный, попался в сети демона на этот раз? Мартин Савой. Ясно. Идем дальше.

От не очень увлекательного чтения перечня новых покупок, совершенных в бутиках Глиса, авторства одной модницы меня отвлек Нефас. Эгерэ с шумом распахнул дверь и замер на пороге, опершись о косяк.

- Орлиани, немедленно прекращайте все дела и идите за мной! - произнес он в свойственной ему безапелляционной манере.

Я привычно проигнорировала его приказ и продолжила исправлять многочисленные ошибки.

- Орлиани! - рявкнул он.

- Благодарю за любезное предложение, но я отказываюсь, - соизволила ответить я, когда оценка студентки, наконец, была занесена в журнал.

Демон вошел в кабинет и прикрыл за собой дверь.

- Если вы не последуете за мной, нам придется разговаривать здесь!

Честное слово, это походило на угрозу! Я не удержалась и рассмеялась.

- Меня вполне устраивает кафедра, как единственное место общения с вами, господин Эгерэ.

Он злился. Подойдя к стулу для гостей, что стоял у моего стола, Нефас так подпихнул его ногой, что тот, едва успев протестующе скрипнуть, развалился на части. Тогда демон уселся прямо на мой стол. Я еле успела выдернуть пачку сочинений из-под его задницы.

- Сделайте мне чай!

Интересно, сколько раз он собирался повторять эту просьбу? Надеялся, что однажды я соизволю ее-таки выполнить? Пусть ждет до скончания веков. Сегодня я отвечу то же, что и всегда:

- Нет.

- Вы злюка, Орлиани, - буркнул мужчина, скрестив руки на груди.

- А вы - сама учтивость, господин Эгерэ, - не осталась в долгу я. - Чем могу помочь? Не могли бы вы скорее перейти к сути? А то я устала и хотела бы уйти домой.

Демон начал просматривать сочинения учеников, что были разложены у меня на столе. Но не сумев разобрать ни слова, оставил это бесполезное задание.

- Это... очень деликатный разговор. Еще раз настаиваю, что здесь вести беседу не стоит.

- Тогда, может быть, ее вообще не стоит вести со мной? - с надеждой в голосе спросила я. - Обратитесь к нашим академическим целителям. Они находятся во втором корпусе, если вдруг вы не в курсе. Вам там помогут со всеми проблемами и вылечат самые деликатные места.

Сперва Нефас рыкнул, но потом устало выдохнул:

- Орлиани, вы обладаете удивительным талантом невероятно бесить меня.

- Спасибо, я старалась.

Смерив меня презрительным взглядом, Эгерэ изобразил в воздухе замысловатый пасс рукой - и входная дверь закрылась на засов.

- Отлично, будем говорить здесь, - отчеканил Нефас и добавил с изрядной долей ехидства. - Если ваш хвостатый оборотень узнает, что мы вдвоем запирались на пустой кафедре, и неправильно поймет, я не виноват!

Как же не виноват, если сам кафедру и запираешь? Лично я бы предпочла держать дверь открытой. И какое ему дело, кто и как поймет? Он намекал на Ульфриха? Я и забыла о той причудливой позе, в которой нас с Райдером застал демон в прошлый раз. Надо же, как ему в душу запало. И какое ему вообще дело? Я же не спрашиваю, что ему в женском туалете понадобилось.

- Дело касается одной из ваших студенток, - обнаружив, что я не собираюсь многозначительно подхватывать "а-а, я понимаю", а недоуменно молчу, Нефас продолжил. - Речь пойдет о ее... мм... о некоторых нежелательных знаках внимания с ее стороны...

Он ведет речь о Мери Сойер? Невероятно! Так все-таки ее выбор, из всех возможных мужчин на планете, пал именно на демона? Девушка, конечно, не последняя модница, но я все-таки продолжала в душе надеяться, что у нее не настолько плохой вкус.

- Чего вы хотите от меня? - с некоторым раздражением спросила я. - Мне пожаловаться ее родителям на распущенное поведение их дочери? Высказать возмущение ее дурным воспитанием?

- Ну, что вы! Как я могу просить об этом вас? Не вам читать лекции об аморальности отношений студента и преподавателя.

Если он еще раз так криво и многозначительно ухмыльнется, я обещаю, что заеду в его голову чайником, который он так мечтает получить из моих рук.

- Нет, но я бы хотел, чтобы вы поговорили с ней и как-то приструнили. Поумерили, так сказать, пыл, - закончил свою мысль Эгерэ, не догадываясь о готовом вот-вот обрушиться на него наказании.

- Почему я? Поговорите сами.

Демона аж перекосило. Он сумел взять себя в руки лишь спустя пару мгновений.

- Вы женщина, - начал объяснять он, - к тому же, единственная из ее преподавателей, с которыми я более-менее знаком. Все-таки я бываю в академии нечасто.

Я взяла новый листок с сочинением. Исправив первые шесть ошибок в трех словах, я решила отвлечься.

- Неужели девочка так сильно вам мешает? Ее влюбленные взгляды не прожгут на вас дырку. Игнорируйте ее, и все пройдет.

- Мне она не мешает, - пожал плечами демон, заставив меня нахмуриться.

- Тогда в чем проблема? При обоюдном согласии я препятствовать вам не в праве, да и не собираюсь. Но имейте в виду, если все закончится плачевно для девушки, я всегда готова свидетельствовать против вас в суде.

Нефас посмеялся было моей шутке, но убедившись, что я абсолютно серьезна, прокашлялся и успокоился.

- Она мешает не мне. А Рраду.

- Нельзя ли чуть подробнее?

- Объект девчачьего поклонения не я, а Ррадригар, - услужливо объяснил демон. - Ррад - ответственный малый, и столь рьяный интерес ученицы выбивает его из колеи. А поговорить с ней он боится, опасаясь ненароком оскорбить.

Вот это новость! Выходит, Сойер посещает спецкурс по драконьему, а не демоническому. По крайней мере, можно констатировать, что со вкусом у нее чуточку лучше, чем я думала раньше. Наш дракон, действительно, не из тех, кто будет открыто отшивать студентку. Впрочем, никакого особого расположения он высказывать тоже не будет. Мужчина со всеми предпочитал держать вежливую дистанцию. Единственное исключение составлял Эгерэ, с которым они, небось, были приятелями еще в те года, когда я не родилась, а бабушка Сильфин драла папеньку за уши.

- Я ничего не могу обещать, - произнесла я, когда обнаружила, что Нефас смотрит на меня в ожидании ответа. - Но я попытаюсь выяснить у девушки, что ее так привлекло в господине Ррадригаре. И, может, побеседовав, мы решим, что есть более достойные кандидатуры для ее любви.

Раньше мне не было дела до личной жизни Мери Сойер. Но увидев, как данный факт взволновал демона, я почувствовала угрызения совести. Кто знает, чем может в будущем угрожать несчастной этот неуравновешенный тип. Отговаривать я ее ни от чего не буду. Но предупредить просто обязана.

- И кто эта наивная дурочка? - не стоит демонстрировать Эгерэ, что я в курсе, о ком идет речь, и даже более того, девушка уже наведывалась ко мне советоваться и получила дальнейшие инструкции.

- Четвертый курс. Сойер, Мойер, вроде того.

Спецкурсы редких языков велись только на историческом факультете. Поэтому личность девушки была очевидна.

- А чем вам не нравится девушка? Насколько я знаю, господин Ррадригар все еще холост. Он выглядит печальным. Может, женское тепло вернет ему вкус к жизни.

- Пф! Не от серой мыши в очках же его получать, которая сама не так давно ходить научилась! - грубо хохотнул мой собеседник, отрывая, наконец, свою пятую точку от поверхности моего стола. - Я передам Рраду, что вы угомоните эту сучку в течке. И не смотрите на меня так сурово. Это всего лишь сравнение, а не оскорбление. Или вы имеете что-то против собак? Я думал, у вас как раз страсть к собачьему роду.

Я не удостоила демона ответом, оставляя его одного смеяться над своими сомнительным шуточками. Размышления о том, как бы намекнуть Нефасу, что ему пара сваливать, прервал стук в дверь. Даже не так. Туда кто-то ломился! Я кинулась было открывать, но Эгерэ взмахом руки сделал это раньше. На пороге стояла бледная и испуганная Лана:

- Там в коридоре... какой-то кошмар! Я не знаю, что делать! Они меня не слушают... я прибежала просить помощи... Думала, госпожа Киллеас... - рыдала юная эльфийка, проглатывая целые буквы и перескакивая с фразы на фразу.

Я скомандовала немедленно вести меня на место происшествия. Моим глазам предстала невероятная картина. Уже известный вам Жолфред Пиман валялся в ногах у вампира в студенческой мантии ясновидящих. Пупс стонал и корчился от боли. Возвышающийся же над ним молодой нелюдь только хохотал, причем так зло и надрывисто, что становилось пакостливо на душе. Немногочисленные ученики, находящиеся в третьем корпусе в такой час (шестая пара уже, как никак), испуганно жались к стенке, не решаясь подойти и помочь пухленькому "землекопу".

Пока я двигалась по коридору, направляясь к эпицентру событий, Лана быстренько поведала мне предысторию:

- Юноша в мантии - это Таарен с моего курса, из оракулов. Этот мальчишка-боевик всегда его задирал. Таарен - не очень... общительный. Над ним часто смеялись. Я старалась давать ему какие-то дополнительные задания, доклады, чтобы повысить его авторитет в глазах однокурсников, но он сам от всего отказывался. Как-то я даже видела, как четверокурсники с боевого, во главе вот с этим вот, окружили и не отпускали, кажется, требовали денег, а потом и вовсе заперли в туалете и ушли. Естественно, я его тут же выпустила. Я пыталась поговорить с Таареном на это тему, но он постоянно принимал в штыки любые мои попытки вмешаться в ситуацию, огрызался, говорил, что все под контролем. И вот сегодня, когда я отпустила их с лекции, то увидела, что этот боевик поджидает Таарена у аудитории. Вампир сначала его игнорировал, но тот начал его толкать, кричал, что изобьет его так, что он ляжет в свой гроб и уже не встанет, а потом ударил. Ну и потом внезапно произошло вот это. Таарен, кажется, прочитал какое-то заклинание и парень неожиданно упал и не может подняться...

Когда я наконец подошла к ребятам, Жолфред уже обмяк и перестал брыкаться, только тихо постанывал. Таарен пнул его в круглый живот и приказал таким тоном, будто сплюнул:

- Лижи мне ноги!

И Пиман, перевернувшись и встав на четвереньки, принялся безропотно облизывать туфли вампира. Тот приподнял ногу и выставил перед лицом земляного мага подошву - всю в грязи от слякоти и талого снега:

- Лижи здесь!

И Пупс подчинился приказу. Высунув язык, он сперва нерешительно и довольно неохотно прикоснулся к подошве кончиком, а затем медленно слизнул грязь всей поверхностью. Я не могла стерпеть этого безобразия и, решительно подойдя к Жолфреду, попыталась заставить его подняться на ноги. Но то ли у меня не хватило сил оторвать немалый вес Пимана от пола, то ли парень сам не желал подниматься, но маг остался стоять на коленях перед вампиром.

- Что за фарс? - начала выходить из себя я. - Прекратите немедленно этот спектакль!

- Ненавижу троллей, - прошипел сквозь зубы Таарен (тролли над ним тоже в детстве издевались?). - Мне надоела ее зеленая морда. Врежь ей!

Сказать, что слова оракула стали для меня полной неожиданностью, значит ничего не сказать. Я никогда у этого парня не преподавала, а потому с его характером близко знакома не была, но что-то мне подсказывало, что он сейчас не шутил. Тем временем Пиман оторвался от лобызания обуви вампира и поднялся. Первый нерешительный удар я легко перехватила. Второй вышел смелее и прицельнее, но и тогда я увернулась. При этом я не прекращала попыток образумить боевика. В ход шло все: и уговоры, и увещевания, и даже угрозы поставить неуд. Но под противный смех Таарена Жолфрид продолжал бить, попадая мне изредка то по груди, то по плечам.

- Ты чего, как неудачник какой! - сплюнул вампир. - Колдуй!

И Пиман, следуя словам Таарена, начал накапливать в свое руке энергетический шар... И как раз в этот момент слева ему заехали в челюсть. Я ошарашенно глянула на Нефаса.

- Вы ударили студента? - прошептала я прерывисто.

Пиман, с трудом, но устоявший на ногах, потирал щеку и зло смотрел на демона, в его руке зрел новый шар.

- Поигрались и хватит. Пора заканчивать концерт, - огрызнулся Эгерэ.

То, что произошло дальше, никак не вписывалось в мое понимание педагогики. Где в учебниках написано, что учитель может разрешать конфликт двух студентов, врезав одному из них ногой с разворота? Однако же именно так демон и поступил. От удара Таарен рухнул без чувств на пол. Неожиданно за ним последовал и Пупс. Я едва успела его подхватить. Нефас одной рукой поднял вампира и закинул его себе на плечо. Удостоив меня лишь беглым взглядом, он произнес:

- Бросайте его. Скоро очухается. Головной болью с денек помучается, но переживет, если мужик.

Я задохнулась от возмущения:

- Как вы можете? Его надо отвести... эм... отнести к целителям! Что вы вообще себе позволяете? - и я кивнула на вампира, безвольной куклой висевшем на плече демона.

Проигнорировав мой последний вопрос, Эгерэ с усмешкой ответил на первый:

- Легко и просто. А с человечишкой не заморачивайтесь, пусть та эльфийка, - и Нефас кивнул на Лану, - присмотрит за ним до прихода кого бы то ни было: целителей или некромантов. А у нас есть более насущные проблемы.

- И это какие же, позвольте узнать, проблемы важнее здоровья учеников? - строго спросила я, перехватывая Пимана чуть удобнее. Руки начали уставать. Он хоть и невысок, но весит вряд ли меньше меня. Надеюсь, изрядные потуги на моем лице не отражались, а то тогда мои лекции о дозволенности безобразного поведения демона вряд ли произведут должный эффект.

- Идите и доложите вашему начальству, чтобы немедленно вызывали кого-нибудь из Совета, - Нефас развернулся и вместе со своей ношей направился в сторону кафедры языкознания. - Я подержу его в кабинете до прихода остальных.

- А почему бы вам самим не сбегать? И почему Совет?! - но я все-таки аккуратно опустила Пупса на пол. - По-вашему, драка в школе стоит того, чтобы обращаться в Императорский Совет? Да меня засмеют!

- Это да, поржать над вами они могут, - хохотнул Эгерэ, если бы у меня не устали руки, а он не держал ученика (а значит, создавалась опасность, что он его отпустит), я бы его, наверное, ударила. - Но вы скажите им кое-что и тут же посерьезнеют.

- И что же? Что преподаватели избивают студентов ногами?

Демон скривился, но оставил эту колкость без ответа. Он бросил через плечо, не останавливаясь и не удосуживаясь ничего объяснять как громом пораженной мне:

- Что в стенах академии применили Запретную магию.

7 глава.

Незнакомый курс ясновидцев-второкурсников принял меня настороженно. И во время лекции перешептывания не прекращались даже на передних партах, что уж говорить о задних, где стоял просто невероятный гвалт. Каждые пять минут приходилось уговаривать студентов говорить потише, чтобы начитываемую мной теорию смогли услышать и записать те, кто все-таки изъявлял желание учиться, а не обсуждать произошедшее. Правда, меня терзали смутные сомнения, что таковые (желающие учиться) в этой аудитории вообще присутствовали.

Я понимала ребят. Внезапная замена преподавателя, пусть и всего на пару лекций, особенно в свете недавних событий, когда одного из твоих однокурсников под конвоем увезли в столичную тюрьму, не может не настораживать. Не объяснять же мне им, что заменяю я преподавателя теперь не только у них, но и у всех остальных групп, в которых никогда раньше не работала. Госпожа Киллеас, Лана и я так перетасовали расписание, что в течение нескольких недель я должна буду работать с их потоками, а они - подменять меня в моих.

У такой странной чехарды была своя причина. И имя ей Совет.

В тот день слова демона повергли меня в шок. Но я незамедлительно отправилась исполнять его поручение. Техника безопасности, которую мы все подписывали каждый год, ясно гласит, что в случае подозрения на применение заклинаний Запретной магии необходимо тот час же, без промедлений уведомлять об этом Совет и вызывать инспекторов.

Услышав от меня краткий пересказ событий, Восп забегал по кабинету, возводя трясущиеся руки к потолку. Он все молил богов (или потолок), чтобы Эгерэ ошибся и тревога оказалась напрасной. Тревожная кнопочка была нажата, и спустя несколько минут на площади появился телепорт, из которого выскочил наряд вооруженных людей (и нелюдей) в сопровождении магов в серых робах - инспекторов. Совету уже были посланы голуби и гонец, так что высшее начальство ждали несколько позже.

Инспекторы с детства пугали меня. Меньше всего они ассоциировались с хранителями правопорядка, больше - с палачами, вырывающими признания в тюремных подземельях. Я провела их к нашей кафедре, где, как сказал Нефас, и будет содержаться Таарен. Кабинет оказался закрыт. Прочитав отпирающее заклинание, я распахнула двери. Связанный порванной на куски тканью, которая когда-то была нашими шторами, вампир лежал без сознания на полу. Самого Эгерэ нигде не было.

Осматривая студента (они вылили на него какую-то голубоватую жидкость, от чего тот с криком очнулся), инспекторы не прекращали расспрашивать меня обо всех подробностях случившегося. Я описала им сцену такой, какой видела, без утайки. То и дело терявшую сознание Лану посадили на стул и периодически подносили к ее носу всю ту же странную цветную субстанцию. Эльфийку допрашивали жестче: что видела, почему побежала именно ко мне, что она знает о Таарене и прочее. Пимана-таки отправили к целителям. Там его ждал еще один инспектор. Такой же страшный и серый, как и все остальные.

Таарен отказывался признавать за собой вину, то и дело вопя, что Пупс сам виноват, так ему и надо. Инспекторы сверялись с показаниями приборов и своими записями и качали головами - налицо применение Запретной магии. А она, как можно догадаться из ее названия, запрещена.

К Запретной причислялись любые виды ментальной магии, оказывающие какое-либо воздействие на мозг реципиента. Телепатия, изменение памяти, но в первую очередь, конечно, контроль. Логика запрета была проста: далеко не всем нравится, что кто-то может читать их мысли, подменой памяти можно легко воспользоваться в преступных целях, а контроль и подчинение сознания, когда жертву заставляют делать то, чего она не желает (или заставляют думать, что желает), стало настоящим кошмаром охранных структур несколько столетий назад, когда ментальную магию мог практиковать кто угодно. Образовывались целые секты только для того, чтобы в один день (как правило, полнолуние) сотни людей единовременно покончили с собой и отдали свою энергию какому-нибудь жаждущему силы некроманту.

Конечно, и сейчас находились люди, утверждавшие, будто Запретную магию необходимо вновь сделать доступной. Сейчас даже просто за то, что у тебя дома есть книга о ней, можно отправиться на каторгу до конца своей жизни. Но с другой стороны, что вам данная магия даст? Вам рот дарован не только и не столько для того, чтобы пить самогонку. Если вы хотите узнать, что у собеседника на уме - спросите его об этом. Язык - величайшее изобретение, говорю вам, как лингвист. Никакая магия с ним не сравнится. Так что если вы не преступник, желающий, чтобы кто-то сделал грязное дело за вас, вам Запретная магия без надобности.

Я вспомнила, как беспрекословно следовал приказу Таарена Жолфред. Видимо, любая попытка сопротивления причиняла ему невероятную боль. Когда он корчился от боли на полу - это была первая стадия применения заклинания контроля, ослабление воли жертвы, лишение ее желания сопротивляться. Нам на лекциях теории магии преподавали, что есть два типа магии подчинения: один - причинять жертве за каждое ослушание такую адскую боль, что она лишится возможности связно соображать, и второй, намного более сложный и требующий куда больше мастерства и магпрактики - заставить марионетку поверить в то, что она действительно хочет это сделать. Очевидно, вампир выбрал первый вариант.

Но откуда он мог узнать заклинание контроля? Могу вам гарантировать, что в библиотеке академии подобных книг нет! Как нет их и в книжных магазинах империи. В свое время любые талмуды, обучающие премудростям ментальной магии, сжигали на центральных площадях городов по всему Союзу. Тот день попал в учебники истории под названием "Ночь костров".

От воспоминаний о прослушанных лекциях об истории Имперского Союза, меня отвлек эльф, вошедший на кафедру, будто император в пыточный зал тюрьмы. Годфрид Ангейм. Все те же белоснежная мантия и высокомерный взгляд. Только отливающие серебром волосы стали еще короче.

Совет явился. Среагировали буквально мгновенно. За те несколько часов, что прошли с момента инцидента, голубь едва бы успел долететь. А гонец, наверняка, и вовсе все еще в пути. Мысль о том, что где-то в Академии все это время существовала точка выхода для телепорта Совета, откровенно пугала. Как тут не поверить в байки про шпионов под каждой кроватью?

Ангейм прибыл не один. Вместе с членом комитета образования и просвещения прибыл Маркус Робард, как его представил мне господин Восп, из комитета магической безопасности. Это был человек, не очень высокий даже по меркам своей расы, тоже коротко стриженый. Модная прическа не делала ему чести, поскольку открывала посторонним взглядам проплешину на затылке. Его лицо с черной бородой лопатой не внушало доверия и походило на разбойничью харю куда в большей степени, чем у любого среднестатистического тролля.

Советники сразу же прошли к Таарену, у которого столпились инспекторы. Те хлынули в стороны, как волны после удара о волнорез. Маркус несколько минут оценивающе оглядывал вампира, очевидно, считывая его ауру и анализируя силу магических способностей. Годфрид же бесстрастным тоном вел допрос, задавая те же самые вопросы, что озвучивали ранее инспекторы. Юный оракул выплевывал ответы, как прогнившую еду, но Ангейм так ни разу и не удостоил его взглядом своих фиолетовых глаз, а потому концерт вампирской мимики прошел без главного зрителя, которому был адресован. Каждый вопрос эльфа переводил его напарник. Я только сейчас задумалась, а почему, собственно, член Императорского Совета, работающий на благо народа Союза, не знает языка, на котором этот народ разговаривает? Или настолько презирает простолюдинов, что считает необходимым подчеркнуть разницу между ними и им самим посредством языка аристократии?

- Я же говорю! - оправдывался Таарен. - Этот придурок Пиман доставал меня! И не только меня, всех в школе. Он считал, что раз с боевого факультета, то имеет право диктовать свои условия! Он должен был однажды получить под зад! И я жалею лишь об одном - что я не успел его толком помучить.

- То есть вы признаетесь в содеянном? - бесстрастным голосом переспросил Годфрид.

- А что? Кто-то другой претендует на мои лавры? - расхохотался студент. - Это всего лишь маленькое заклинание, которое существует как раз для того, чтобы наказывать таких свиней, как Пиман!

- О том, насколько оно маленькое, вы подумаете, когда будете находиться на каторге в течение последующих двадцати лет своей жизни, - холодно осадил пыл юноши советник, - времени у вас на размышления будет предостаточно.

И вдруг вампира будто страдающий бешенством оборотень укусил. Таарен дернулся, но охранники в доспехах удержали его и повалили на пол.

- Забери вас Темная богиня! Провалитесь вы в бездну со своей Империей! - вопил студент, терпя побои. - Сейчас у вас нельзя читать мысли, а завтра нельзя будет мыслить!

Годфрид прикоснулся рукой ко лбу молодого вампира и всего за несколько минут вытянул у него практически всю энергию. Когда стражники в сопровождении инспекторов выносили юношу из кабинета, он уже не мог ни говорить, ни передвигать самостоятельно ногами. Только взирал на окружающих взглядом, полным ненависти.

- Явно заученная фраза, - раздался скрипучий прокуренный голос Маркуса Робарда, - понахватался у кого-то. Надеюсь, инспекторы к завтрашнему дню узнают, у кого именно. В подвал как раз новехонькое оборудование завезли, еще даже опробовать ни на ком не успели.

После этой речи я твердо для себя решила, что советник Маркус мне категорически не нравится. Я была далека от того, чтобы причислять поступок Таарена к безобидным, но такое отношение мужчины к жизни и здоровью мальчика считала недопустимым.

- А, это вы, - Ангейм смерил меня чуть брезгливым взглядом.

Всегда восхищалась способностью некоторых взирать на меня сверху вниз, несмотря на заметную разницу в росте не в их пользу. Стоящий сейчас напротив меня эльф относился к подобным уникумам.

- Я до сих пор удивляюсь тому, как вы умудрились обмануть меня, - протянул он на эльфийском с легкой издевкой. - Но все же вынужден благодарить вас за крайне мудрое решение послать подопытный образец в Совет.

Удалось обмануть? Опытный образец? Он о Кае? Говорит о девочке, как о материале эксперимента? Я напряглась, готовая требовать, чтобы мне поведали об условиях содержания Каи в столице. Но Ангейм заметил мой мрачный взгляд и криво усмехнулся. Его бледному лицу улыбка не шла. Вообще любое искривление губ ему не шло.

- Не беспокойтесь, с девчонкой обращаются лучше, чем с иным героем войны, - советнику явно такое положение дел не нравилось, что он попытался донести до меня, вложив в свою фразу немного едкой горечи. - Помимо моих благодарностей, я полагаю, свои вам должен принести и Робард. Если бы вы так вовремя не вернули его беглянку, он бы был уже на улице.

Маркус скривился, сверля спину эльфа взглядом, полным жгучей ненависти.

Беглянку? Значит, этот крайне неприятный бородатый субъект и был причиной бегства Каи? Как они после этой истории позволили ему остаться работать в правительстве? Впрочем, вряд ли он признался в содеянном, а человеческой деревенской девчонке никто бы не поверил, вздумай она защищать свою честь в суде. Так уж устроен этот мир. По крайней мере, он здесь, а Кая в столице, значит, его мести девочке опасаться пока не следует.

- У вас тут все такой же бардак, - произнес Годфрид с заметным отвращением, оглядывая кафедру.

Я вспомнила, как мне досталось прошлый раз за цветы на подоконнике, шкаф у входной двери и даже за столы не в шахматном порядке. Естественно, из вредности я менять ничего не стала. Только увеличила количество зелени.

- Отведите нас к начальству, - скомандовал эльф, решивший, что достаточно надышался отравленным цветочными миазмами воздухом.

- А как же свидетели происшествия? - удивился Робард. - Их мы допрашивать не будем?

- Хорошо, останься здесь. Говорят, там присутствовал еще и демон - найди его и допроси. А вы, - Ангейм даже не взглянул на меня, но его нарочито пренебрежительное "вы" каким-то непостижимым образом ассоциировалось именно со мной, - отведите меня к ректору.

Я вынуждена была подчиниться. Восп с Годфридом заперлись в ректорской и что-то очень долго обсуждали друг с другом. Наверняка, нашему бедному полугному-полувампиру влетало за отвратительную организацию учебной деятельности, которая способствовала такому ужасному противозаконному деянию. Ну и за цветы на подоконнике ему также, наверное, попало.

Два дня спустя меня вызвало к себе начальство. В кабинете Восп был не один. Я почему-то совершенно не удивилась, увидев там Ангейма. Ректор бегал из угла в угол, будто его пятки жалили десятки маленьких пчел. Советник же стоял у окна, заложив руки за спину. Кактусов на подоконнике, которые оккупировали это место, казалось, с самого первого дня основания академии, больше не было.

- Госпожа Орлиани? Проходите, проходите, - тараторил ректор, ни на секунду не останавливая своего хаотичного движения. - Есть разговор. Очень важный разговор!

Меня удивило отсутствие в кабинете Робарда, который несколько днями ранее выполнял при Ангейме скорее функции переводчика, чем партнера. Восп, конечно же, знает эльфийский, но не на том уровне, чтобы вести важные переговоры. Неужели дело настолько секретное, что даже другого члена Совета стараются в него не посвящать? Но зачем тогда позвали меня?

- Мы выбрали вас для выполнения важного задания государственного значения, - торжественно начал Годфрид, и не думая смотреть в мою сторону. - Так вы сможете доказать свою верность Империи и ее идеалам, - если я сейчас начну в носу ковырять, он даже не заметит, - проявив ответс... Орлиани, вы слушаете? - ах ты, демон (пусть даже и эльф), все-таки посмотрел в мою сторону. Я хоть и не в носу ковыряла, а только в зубах (а что делать? меня, между прочим, прямо во время обеда из столовой к ректору вызвали), но все равно получилось не очень красиво.

- Госпожа Орлиани, вы, конечно же, помните тот досадный эпизод со студентом факультета предсказания и ясновидения пару дней назад? - вмешался Восп, разрядив нагнетающуюся атмосферу. - Дело в том, что Императорский Совет провел небольшое расследование и вот... - ректор сглотнул и выпалил, - им нужна ваша помощь!

Я ничего не поняла и взглянула на Ангейма, предполагая, что последуют объяснения. И оказалась права.

- Вы слышали о культе Темной богини, я предполагаю? - поинтересовался эльф. В его голосе так и сквозило: "Ну естественно, не слышали, откуда невежественным троллям это знать?"

- Правильно предполагаете, - склонила голову в полупоклоне я.

Наверняка, многие из вас слышали о Темной богине. Но не обессудьте, я все-таки выкрою время, чтобы вкратце пояснить для тех, кто не понимает, о чем идет речь.

"Темная богиня" на самом деле никакая не богиня. Несколько сот лет назад жила невероятно сильная колдунья, чьи магические способности, как рассказывают, не шли ни в какое сравнение с нынешними магами (впрочем, у стариков всегда в прошлом трава зеленее, зимы теплее и горы выше). Именно она изобрела заклинание контроля, положив начало исследованиям в области ментальной магии. Как и любой обладающий потрясающей силой человек, она захотела власти. Для этого она объявила себя богиней, сошедшей на землю: осчастливить тех, кто пойдет за ней, и покарать тех нечестивцев, что отвернутся от нее. За пару лет она сколотила вокруг себя немалых размеров армию, с которой ходила по деревням и небольшим городам. Последователи организовали культ в ее честь и стали именовать ее Темной богиней. В покоренных ею селениях возводились храмы ее имени. Обычно на местах массовых убийств тех, кто отказывался признать в ней бога. Таким образом, эти жуткие черные здания с единственной устремленной вверх башней строились в буквальном смысле на костях.

Империя в те года только объединялась в Союз, границы ее еще не простирались до Северных Земель, а за Южные Эльфийские Земли велась долгая многовековая война с государством эльфов. Словом, стране было не до мага-выскочки. И потому, хотя на самозванку и велась охота, она достаточно долгое время никак не могла увенчаться успехом. Но среди безграмотного народа, не разбирающегося в тонкостях политической ситуации, факт того, что колдунья до сих пор оставалась неуловима и из всех ловушек выбиралась живой и невредимой, наглядно свидетельствовал о ее божественном происхождении. И культ распространялся по всей империи и даже за ее пределами подобно чуме. Насколько мне известно, расправилась с этой гнойной язвой на теле Союза Нагайна Отчаянная - известная воительница прошлого, демоница. Как только она вернулась из победоносного похода по присоединению Пещерных Земель, то тут же высказала желание приструнить, наконец, Темную богиню. Ходили легенды, что эти двое были отлично знакомы и даже когда-то были лучшими подругами, но научно этот факт не подтвержден. Впрочем, не опровергнут также. Нагайна загнала колдунью в Раксаил - город, бывший самым крупным центром поклонения Богини (кстати, он совсем недалеко отсюда, мы своих студентов, лучших из лучших, возим туда на летнюю практику), храмов, возведенных в ее честь, насчитывалось несколько десятков. Богиня рассчитывала отбиться, уповая на силу своих преданных поклонников, но вместо того приняла мучительную смерть от рук тех, на чьих трупах зарабатывала свой авторитет. Нагайна Отчаянная - самый уважаемый и сильный некромант всех времен и народов - потратила всю свою ману и ману своих верных генералов, которой они добровольно поделились через энергообмен, чтобы поднять из могил тех, кого когда-то Темная богиня лишила жизни за неповиновение. Накрыв город магическим куполом, отряд Нагайны наблюдал, как зомби один за одним разделывались с крестьянами, в большинстве своем составлявшими армию Богини. Убитых зомби воскрешали снова, и те, гонимые жаждой крови и мести, рвали на куски все живое. Несколько дней продолжалась эта битва. Колдунья, единственная оставшаяся в живых, голодная, продрогшая и лишившаяся последних сил, пряталась в Главном Храме (единственном сооружении в ее честь, сохранившемся в Имперском Союзе до сегодняшних дней - как памятник истории), уповая на то, чтобы боги, к которым она совсем недавно причисляла и себя, помогли ей. Но чуда не произошло. Хроники гласят, что спустя семь дней и шесть ночей осады, истратив все магические силы - свои и пятидесяти сильнейших магов, сопровождавших ее, Нагайна сняла купол и вошла в Раксаил. В Храме она застала Темную Богиню, преклонившую колени перед алтарем, на котором совсем недавно ее последователи приносили жертвы, и молилась... Кому могла молиться колдунья в храме, возведенном в свою честь? Нагайна утверждала, что слышала призывы к Богу Света - отцу всего сущего. Но лично я считала это все сказками летописцев, нашедших необходимым приукрасить банальный военный отчет.

В тот день Темная Богиня была казнена в разрушенном, заваленном трупами (и уже разложившимися, и совсем свежими) Раксаиле на ступенях собственного храма на глазах Отчаянной армии (именно под таким названием вошли в историю верные солдаты отряда демоницы, об их подвигах вы можете почитать отдельно - достаточно заглянуть в библиотеку). Тело колдуньи разрубили на несколько частей. Голову Нагайна привязала к луке своего седла и провезла по всем городам и весям, где бывала Темная. Там легендарная воительница демонстрировала трофей, чтобы вселить полное отчаяние в тех последователей, которые еще хотели возвращения своей богини, и надежду и радость в тех, кто мечтал узреть конец ее террору. Прочие части тела были сожжены на костре прямо в Раксаиле, а пепел пущен по ветру.

К сожалению, история на этом не закончилась. У культа остались свои последователи, и их количество тем быстрее росло, чем больше новых открытий совершалось в области ментальной магии, которую сектанты выбрали своей главной идеей. Сначала правительство объявило вне закона Темную богиню, а затем очередь дошла и до Запретной магии.

- А известно ли вам, - продолжал тем временем Ангейм, - какой нынче год?

Вряд ли он спрашивал сейчас, сколько лет прошло со дня основания мира. Логично предположить, что ответ должен быть прямо связан с предыдущим вопросом. По истории в свое время у меня были исключительно десятки, а потому советник не дождется от меня попадания впросак.

- Ровно пятьсот лет со дня казни Темной Богини Нагайной Отчаянной?

Эльф действительно не ожидал от меня правильного ответа на свой вопрос. На какое-то время бесстрастная маска спала с его лица, отобразив типичное изумление живодера со стажем, внезапно узнавшем, что животные могут разговаривать (а они, как вам прекрасно известно, могут, если они фамильяры или же рядом просто имеется анимаг). Восп радостно подпрыгнул на месте и, приосанившись, вскинул подбородок, испытывая гордость за свой преподавательский состав.

- Тогда, может быть, вам известен и тот факт, что магическая защита Раксаила, поставленная Нагайной и ее генералами, слабла с каждым столетием и в последние годы развеялась практически окончательно? - с изрядной долей ехидства поинтересовался Годфрид. - И что в этом году на день, в который состоялась казнь Темной, выпадает полнолуние?

- Нет, такие подробности мне, к сожалению, не были известны, - и я не испытывала никаких угрызений совести по этому поводу.

- А между тем в этом и заключается причина, по которой вас позвали сюда, - закончил высокомерно мужчина.

Вы удивитесь, дорогие мои читатели, если я признаюсь, что его объяснения ровным счетом ничего мне не объяснили? Покажусь ли я вам тогда глупой? Неразумной главной героиней романов, которые не способны опознать убийцу, даже если преступление совершено у них на глазах? Или как принцесса из того романа, умудрившаяся в темноте на ощупь перепутать второго принца с пятым, хотя один из них гном, а второй - и вовсе переодетая женщина (и героине об этом прекрасно известно).

Чего Совет хочет от меня? Чтобы я совершила паломничество в Раксаил и возложила цветы к ступеням Темного Храма? Или чтобы вернула землям утерянную магию? Тогда хуже кандидатуры они просто не могли подобрать. Мне и по бытовой-то магии зачет ставили исключительно из жалости. Или из страха. Уж очень наш учитель по "бытовухе" впечатлительный был. Говорят, его в детстве укусила собака и оставила тяжелую душевную травму. С тех пор он боялся клыков и старался избегать оборотней, вампиров и прочих. Мои же выглядывающие зубы, которые за губами не спрячешь, вгоняли его в предобморочное состояние. Эх, славные были времена. Как бы ни старались мои красавицы однокурсницы, лишь я умела сражать улыбкой в буквальном смысле слова.

- Господин Ангейм имеет в виду, что Совет хочет попросить у вас в качестве одолжения исполнить одно поручение, - чуть дрожащим голосом затараторил Восп.

Заговорившего было на имепрском ректора эльф смерил таким взглядом, что заканчивал его полугном уже на эльфийском.

- Совет никогда ни у кого ни о чем не просит, - довольно грубо прервал его Годфрид, - и уж тем более никто не делает ему "одолжений".

Ввязываться в дискуссию - себе дороже. Вместо этого я голосом прилежной ученицы спросила:

- Могу я узнать, в чем заключается поручение?

Вместо четкого ответа эльф вновь пустился в пространные объяснения:

- В полнолуние, как известно, магия некромантов особенно сильна. А учитывая магию чисел и места, а также то, что фон в Раксаиле стал практически прозрачным и очистился от любых признаков защиты, Культ Темной Богини активизировался, активно пополняя свои ряды. Мы предполагаем, что этим летом они хотят воскресить свою Богиню.

Новость была ошеломляющей. Как? Почему об этом нигде не говорят, ничего не пишут? Вы хоть представляете, магия какой силы нужна, чтобы воскресить убитого пятьсот лет назад колдуна, от кого ничего не осталось, только прах - да и тот давно разнесен ветром по всем сторонам света! Хотя... почему же не осталось?!

- Голова? - прошептала одними губами я.

Кажется, Ангейм понял меня. Во всяком случае, он вновь ужасно удивился моим логическим способностям.

- Голову Темной несколько месяцев назад похитили, - подтвердил он. - С тех пор Императорский Совет находится в полной боевой готовности и ведет активную деятельность по предотвращению возможной катастрофы по всем фронтам.

Ясно. Поиск нелицензионных магов - для усиления армии. Кая - как возможный козырь в ожесточенном сражении. И я - с непонятно каким поручением. Вот только...

- Но разве голова Темной Богини не хранится в музее Нагайны Отчаянной в Пещерных Землях? - уточнила я.

Пещерные Земли - место обитания демонов. Родина Нагайны, право присоединения которой к Имперскому Союзу она отвоевала у эльфов. Это ужасное место, известное среди народа под коротким, но таким понятным названием - Ад. Земля тех мест испещрена горами, вулканами, расщелинами и кратерами. По легенде, именно там проходил бой между богами за право абсолютной власти, и каждая "царапина" на теле земли - напоминание об эпичном сражении Великих, длившемся несколько столетий. Победил тогда Бог Света и создал мир таким, каким он есть сейчас.

Учебники гласят (правильные учебники в университетских библиотеках, а не та псевдонаучная литература, которую сейчас образовательный комитет пытается навязать школам), что демоны живут в расщелинах или в жерлах вулканов - в пещерах на их стенах, либо естественных, либо которые выдалбливают сами. Обычный человек (да и не только человек) не смог бы провести на удушающей жаре, которая там стоит, больше нескольких часов. А демоны - спокойно живут там годами. И даже летают над самой лавой, играя в мяч. Именно так они изобрели инцендиум, или, как его еще называют, фаербол - "огненный мяч", игру, столь популярную на другом континенте. К сожалению, у нас ее не раскручивают, потому как успехи Союза в ней более чем скромны. Но по мне так национальный спорт демонов кажется куда увлекательнее магических боев, о которых в империи не слышал только ленивый.

В Пещерных Землях демоны организовали музей, посвященный героине их народа - Нагайне. И основным экспонатом постоянной выставки служила как раз голова Темной Богини, благодаря чудесам магии сохранившаяся в своем первозданном виде, с печатью злобы, отчаяния и всепоглощающего ужаса на лице. Попытаться ограбить данный музей - нужны не только удивительные навыки, но и немалая смелость. Ведь он располагается в жерле действующего вулкана на глубине нескольких километров, практически над самой поверхностью лавы. Внутри помещения поддерживалась прохладная, комфортная для большинства рас температура. Но добираться туда - как в аду побывать. Даже сверхбыстрый телепорт позволяет ощутить все прелести демонического бытия. Вполне естественно, что школьники, которых иногда гоняли туда на экскурсии, склонны были верить в то, что демоны - существа из загробного мира, куда ссылают всех грешников после смерти - получать возмездие за грехи свои.

- Похищение головы Богини - для нас пока тайна, покрытая мраком. Но будьте уверены, мы раскроем ее. Этим занимаются отдельные люди, - Ангейм не желал оправдываться за прокол Следственного комитета Совета, а потому быстро сменил тему. - Сейчас меня больше волнует другой вопрос. Нет никаких сомнений, что похищение связано с желанием Культа возродить Богиню. К нам поступают многочисленные отчеты о применении в различных местах Запретной магии. Причем ловят разных мужчин и женщин, никак не связанных между собой. Обучиться ментальной магии они могли только у жрецов Культа.

Вспомнив недавнюю сцену с Таареном, я быстро сложила два и два (с математикой, в отличие от магических предметов, у меня всегда был порядок):

- Хотите сказать, что кто-то занимается вербовкой в секту студентов академии?

- Не хочу, Орлиани, а говорю! - жестко поправил советник.

Я сделала вид, будто поняла принципиальную разницу. Типичные придирки имени господина Годфрида Ангейма. Дождавшись моего кивка, он продолжил:

- Это не первый случай, когда наш информатор предупреждает нас об использовании ментальной магии в стенах данного учреждения. Но раньше были только подозрения, тогда как сейчас - конкретный факт, который нельзя отрицать и игнорировать. Мы подозреваем, что здесь работает член культа, который сколачивает вокруг себя последователей, соблазняя их прелестями Запретной магии. Наивным детям легко запудрить мозги властью, которую дарует контроль или то же чтение мыслей. Они цепляются за возможность управлять другими, а армия Темной Богини тем самым увеличивается.

- Вы уверены, что этот... "распространитель Запретной магии", - я замялась, подбирая подходящее слово, - что он - студент?

Эльф не спешил с ответом. Он сначала посмотрел на меня, потом на дрожащего Воспа, а потом в окно - на своих людей, столпившихся у телепорта рядом с фонтаном.

- Нет, - неожиданно для меня признался советник. - Мы не уверены.

Чтобы Совет (а главное - Годфрид Ангейм) был в чем-то не уверен? Скорее Союз развалится или солнце перестанет светить.

- Есть теоретическая возможность, - произнес Годфрид медленно, будто по слогам, - что это преподаватель.

Этот вывод напрашивался первым. Поэтому я не буду изображать такое же удивление и возмущение высказанным предположением, как наш ректор. Скорее поражает, почему советник столь откровенно поддерживает версию с учеником.

- Преподавателей легко проверить и проконтролировать, - пояснил эльф. - Тогда как студентов в силу их количества и... хм... образа жизни, подвергнуть постоянной проверке не представляется возможным. Среди студенческого сообщества легче затеряться. Не говоря уже о возможностях, которые дает прямой контакт с целевой аудиторией. Услышав от учителя предложение попробовать запрещенную магию, любой подросток насторожится. Но предложи ему на какой-нибудь вечеринке "поиграться в бога" однокурсник, которым он восхищается - и результат будет совсем иным.

Безусловно, в этих рассуждениях было рациональное зерно. Но в то, что подростки - злодеи, способные строить долгоиграющие планы по захвату мира, верилось с трудом. Хотя вряд ли студент действовал самостоятельно. Наверняка, он получал инструкции от жрецов. Но для того, чтобы обрабатывать десятки невинных душ и не быть до сих пор пойманным, надо обладать недюжинным талантом. И удивительным бессердечием.

- И у вашего информатора есть кандидатуры на примете? - осторожно спросила я.

- А вот тут в игру вступаете вы, Орлиани.

Неужели мне, наконец, объяснят, для чего сюда вызвали? Я уж было начала думать, что просто прочитают лекцию по истории и отпустят.

- Мы хотим, чтобы вы докладывали нам обо всех подозрительных студентах или их поступках, которые могут натолкнуть на мысль об использовании Запретной магии. Необходимо, чтобы инцидента, подобного недавнему, не повторилось.

Докладывать о подозрительных студентах? Это что же, писать отчет о каждом шаге того же Райдера?

- Почему именно я?

В конце концов, в академии много преподавателей. В том числе и тех, кто с превеликим удовольствием родную мать заложит, не то что студентов. Не ради денег. Ради искусства.

- Видите ли, - начал объяснять мне, как неразумному ребенку, эльф, - ваш предмет - единственный, который входит в программу всех без исключения факультетов и охватывает все года обучения.

Что правда, то правда. Составители программы искренне считали, что магам империи жизненно необходим эльфийский язык. Одного из преподавателей имперского - Юстиана - крайне раздражал тот факт, что изучение родного языка заканчивается на втором курсе, а мы с госпожой Киллеас нянчимся со студентами вплоть до пятого.

- Они подписаться-то без ошибок не умеют! - хватался за голову он. - А все туда же: иностранный язык изучать! Для престижа! Да куда они со своим ломаным эльфийским? К ним на рынок - траву продавать?!

В чем-то я с Юстианом была согласна, но мои заверения, что дети и на эльфийском тоже свое имя правильно написать не могут, его не успокаивали.

- И потом, - продолжал Годфрид обосновывать решение Совета, согласно которому их выбор пал на меня, - с учениками вы на короткой ноге. Они вас любят.

Я вспомнила, как сегодня пыталась вызвать кого-нибудь к доске. Под моим дружелюбным взором студенческие головы прятались под учебниками, сползали под парты и просто покрывались дымкой невидимости, что было особенно умилительно, учитывая, что остальное тело оставалось видимым. Юноши и девушки трепетали в ужасе, ожидая расправу над одним из них. И дождались... И не моя это вовсе вина! Домашнюю работу надо выполнять!

А что касается "коротких ног". Я действительно не считала нужным искусственно дистанцировать себя от учеников. Если они хотели подойти ближе и подружиться, как, скажем, Диана, они могли. Вот только мало кто решался. Райдер был первым среди всех моих студентов за все время моей преподавательской деятельности. Но это скорее заслуга самого оборотня, не моя. Попробуй еще найди таких мальчишек, которые полезут под одеяло к преподу, потому что замерзли.

- Ну и наконец, в вас мы можем быть уверены, поскольку вы нечувствительны к ментальной магии.

И правда. Как и любой другой тролль. Крайне скупые магические способности троллей компенсировались иммунитетом к некоторым видам колдовства. Никакой антимагии Каи. Огненное заклинание могло нас опалить, зачарованное лезвие - заколоть, а отравленное вино в наших руках продолжало оставаться ядом. Но мы обладали сверхбыстрой регенерацией, нечувствительностью к холоду, а следовательно - к некоторым ледовым заклинаниям. И конечно, на троллей совершенно не действовала ментальная магия. Никакая. Об этом стало известно еще во времена поголовного увлечения данной ветвью магической науки лет триста назад. Ученым тех времен ужасно хотелось иметь армию сильнейших бойцов, послушных каждому слову. Бойцами такими были выбраны тролли. Вот только подчиняться колдунам они не желали. Действия контроля на себе даже не почувствовали. С наглецами-человечишками расправились быстро. А чудом сбежавший маг описал потом свой печальный опыт в летописи и предостерег мир впредь воздержаться от подобных экспериментов.

- Я сделаю все, что в моих силах. Но имейте в виду, что я веду лекции только у трети академии, - предупредила я.

- Мы в курсе, - кивнул Годфрид. - Ректор Восп позаботится об этом, - Восп радостно закивал, услышав свое имя, не уверена, что он понимал, с чем соглашался, но делал это с энтузиазмом. - Ваше расписание будет пересмотрено, и вас назначат на уроки к группам других преподавателей. А они подменят вас. Ненадолго, но надеемся, этого будет достаточно. Рассчитываем на вашу наблюдательность.

Тут не наблюдательность нужна, а обыкновенная слежка за всеми студентами академии сразу. Это ж сколько времени надо тратить на данное "одолжение" Совету? Для личной жизни совсем места не останется. У меня ее, конечно, нет, но все равно обидно.

- Надеюсь, я смогу оправдать ваше доверие, - с кислой мордой, но все же вежливо ответила я.

Эльф отвесил мне едва заметный кивок и пренебрежительно махнул рукой, мол, свободна. Я дождалась подтверждения разрешения от ректора и вышла.

И вот теперь вы знаете, что я забыла у оракулов в этот день. Мое переназначение прошло не так гладко, как нам всем хотелось бы на то рассчитывать. Незнакомые группы на нового преподавателя эльфийского языка реагировали не совсем адекватно. Возможно, им предыдущий учитель нравился намного больше. Или же просто удивлял сам факт, что я тролль.

Утешало одно, мучиться на парах приходилось не только мне. Лана прибегала плакаться, что "мои" боевики устроили эльфийке самую настоящую проверку, в ход шли старые добрые (или скорее злые) приемы: от заколдованной кафедры до чужого журнала. Все как в далекие времена практики: первые уроки, первые студенты, навсегда испорченное дорогое красивое платье, специально купленное по такому торжественному случаю, как знакомство с классом... Веселое было время, ничего не скажешь.

Однако Лану мой ностальгический вздох никак не успокоил. Он сдавленным от ужаса голосом призналась, что четверокурсники выжгли на ее парте неприличное слово, и чтобы благовоспитанная эльфийка точно поняла - на ее родном языке. Весь ужас ситуации заключался в том, что чтобы снять данное заклятие - достаточно было провести рукой над испорченной поверхностью и озвучить надпись. Вслух. Чем Лане и пришлось заняться перед всем классом, краснея до самых кончиков острых ушек, а иначе за испорченное казенное имущество ей бы потом крепко влетело от Годара. Наш завхоз в гневе - это, надо признаться, пострашнее, чем Темная Богиня и Нагайна Отчаянная вместе взятые. Не то, чтобы я этих двоих видела в деле, но ведь и они с нашим гномом-огневиком знакомы не были!

У госпожи Киллеас "мои" детишки никаких проблем не вызвали. Ходила довольная и убеждала меня, что лучше и прилежнее студентов просто не встречала. Это потом третьекурсники и первогодки, что достались ей, караулили меня в коридоре и, обливаясь слезами, умоляли вернуться. "Простите нас за все, в чем бы мы ни были виноваты, мы что угодно сделаем, будем выполнять все домашние задания, сдавать все зачеты вовремя и даже выучим любую эльфийскую поэму, только вернитесь к нам!" Ужасно хотелось испросить у коллеги, какими же эффективными методами она пользовалась. Но я знала, что ответом мне будет лишь загадочная улыбка на густо напомаженных кроваво-красных губах.

Но сегодня у меня появилась возможность узнать рецепт столь успешного преподавания у другой стороны. Неразлучная компания из Райдера с товарищами повстречалась мне неожиданно. Молодые люди подумали, что им не хватает экстрима, и решили разнообразить серые школьные будни традиционными зимними забавами. И все бы ничего, но забавляться они решили не на улице, а непосредственно в здании третьего корпуса.

Сначала я услышала подозрительные звуки, визги и даже похрюкивание. Направившись к источнику какофонии, я выглянула на лестничный пролет. Там уже толпилось несколько учеников - те немногие из историков и оракулов, что остались в академии в столь поздний, по ученическим меркам, час, а не смотались в общежитие или в город развлекаться. Юноши и девушки с восхищенным удивлением наблюдали, как ступеньки лестницы и даже перила с удивительной скоростью покрываются льдом, превращаясь в крутую ледяную горку. Снежный покров спускался с верхних этажей и, образуя крутой вираж, уходил дальше - вниз. Зрелище выходило необыкновенное, от красоты захватывало дух. Возникало чувство, что ты присутствуешь при сходе лавины или вовсе зарождении мира. В миниатюре. Оконные витражи отбрасывали причудливые цветные тени на неровную поверхность льда. Стены, чуть покрытые легкой изморозью, дополняли ощущение, будто находишься не в простом учебном здании, а в настоящей сказочной пещере. Хаотично возникающие сосульки умудрились найти себе место даже на чьем-то носу.

И тут визги стали громче, переходя в ультразвук. Демоны, скажем, их бы еще расслышали, но простым троллям вроде меня они были недоступны. И вдруг на огромной скорости вниз по ледяному желобу, опасно кренясь на вираже, мимо нас пронеслись люди... в корыте. А может, и не люди. Но совершенно точно в корыте! В том, в котором обычные жители империи стирают свою одежду.

Все произошло так быстро, что я не успела рассмотреть лица нарушителей всеобщего спокойствия. Не успела я сообразить, что предпринять дальше, как вдогонку своим товарищам под подбадривающие крики студентов пронесся еще один "экипаж". На этот раз в тазу. И я могла поклясться, что шофер "таза" залихватски кричал своим соперникам в корыте: "Я вас обгоню-ю-ю!" И это "ю-у-у-у" эхом еще долго продолжало висеть в воздухе, когда самого таза и след простыл. Ну, то есть не простыл, а очень даже остался - глубокий и весьма заметный на неровной глади льда. Но вот восседавших в нем "мудрецов" было, и правда, не видать.

Зрители горели желанием повторить подвиг лихачей и скатиться по желобу. Кто-то даже достал доску под попу - подозрительно напоминающую ту, которой накрывали дырки в туалетах, чтобы мухи не слетались. Но увидав мою грозную фигуру, юные экспериментаторы бросились врассыпную.

Я с отчаянным пыхтением и даже немного сопением забралась в желоб. Большой гибкостью я никогда не отличалась, а закидывать ногу на крутую виражную стенку оказалось не так просто. Забравшись, наконец, внутрь, я встала в устойчивую позу: левая нога впереди, правая, чуть согнутая, сзади - и аккуратно поскользила вниз, пытаясь огибать бугорки и ямки.

Обнаружила шалопаев я, само собой, на первом этаже. Ледяная дорожка вела прямиком к входной двери. Вернее даже не совсем к ней, а упиралась в стену рядом. Пятеро студентов и их транспорт не доехали до каменного препятствия всего пары метров.

Судя по всему, победу одержал-таки таз. Во всяком случае, "припаркован" он был гораздо ближе к двери, нежели корыто. Оставалось загадкой, на каком из виражей и каким именно образом ему удалось совершить обгон. Но в том, что у него это все-таки получилось, я сомневалась мало. Ведь управлял им никто иной, как Ульфрих Райдер!

Оборотень восседал в медном, знававшем еще времена моей эльфийской прабабушки, тазу, том самом, где обычно все студенты стирают свои носки и трусы, как в королевской карете. Сзади, обхватив юношу руками и ногами, примостилась Кэтрин. В корыте же, как вы уже могли догадаться, друг за другом, свесив ноги через борта, сидели Эдгар, Жора и Мун. Пилотом, если я все правильно поняла, выступал именно эльф.

- Я требую реванша, - провозгласил Эдгар, прожигая ухмыляющегося Райдера пылающим взором. - Кэтрин нарочно колдовала бугры на нашем пути!

Магичка воды звонко рассмеялась и в подтверждение обвинений превратила поверхность под корытом в небольшую ледяную горку, отчего "транспортное средство" заметно накренилось и вывалило своих пассажиров на пол. Прислушавшись к своим ощущениям, я осознала, что влажность едва заметно изменилась. Невероятно! Девчонка брала воду из воздуха! Диана говорила правду: Кэтрин, и в правду, подает большие надежды, раз на третьем курсе владеет уже столь масштабными (пусть и простыми в своей сути) заклинаниями.

Первым меня заметил Жора. Вернее, первым, я так подозреваю, меня узрел Ульфрих. Но не подал виду и продолжил, как ни в чем не бывало, задорно хохотать и осыпать друзей ледяной крошкой. А вот его рыжий товарищ, увидав преподавателя эльфийского в непосредственной близости от себя, по-женски взвизгнул, а потом стыдливо прикрыл рот рукой и попытался заползти под перевернутое корыто. И только после этого представления остальные ребята соизволили обратить на меня внимание.

Я продолжала скользить вниз в полной тишине под пристальными обжигающими взглядами. Удивительно, как только под моими ногами лед не вскипел. Вдруг Жора громко и протяжно хлюпнул носом и гнусаво пробубнил, обращаясь к Муну: "Ну что, как всегда валим все на Райдера?" Гном сделал вид, что не услышал. Именно потому, что слышно было отчетливо. И мне, и тем более оборотню. Но, кажется, Ульфрих не собирался обижаться на друга. Во всяком случае, улыбка продолжала сиять на его лице. Более того, он приветливо мне помахал. Вернее повилял. Хвостом.

- О, госпожа Орлиани! Рады вас видеть. Мы по вам соскучились! Правда, ребята? - Райдер даже не думал смотреть на своих товарищей, неотрывно следя за мной.

Кэтрин продолжала сурово молчать, а вот "корыто" отозвалось недружным хором дрожащих голосов: "Д-да... Ага...".

- А вы по нам? - задав вопрос, оборотень состроил такую уморительно блаженную мину, что я не удержалась и хмыкнула.

- Нет, - честно призналась я. - Не было времени по вам скучать. Поскольку мне каждый день поступали жалобы на вашу компанию, - и я кивнула на замороженную лестницу.

- Это Кэтрин сотворила, - сдал свою подругу с потрохами Райдер, брюнетка возмущенно зашипела. - Здорово, правда?

- И правда, - я оглядела ледяное творение еще раз, - можно ставить десятку по водной магии автоматом. Я могу походатайствовать за студентку перед господином Руо.

- Вы не сделаете этого, - ухмыльнулся Ульфрих.

Надо же, как самонадеянно. Но он, конечно, прав, и лишний раз к Руо я соваться не буду. Преподаватель боевой водной магии слыл главным садистом академии и, прежде чем действительно поставить автомат (ему всегда импонировали размах и масштаб), он воспользуется случаем и повыдирает девчонке ее длинные цепкие ноготочки за нарушение школьного устава. Безусловно, целители ей тут же нарастят их обратно и любой желаемой длины, но менее болезненной процедура наказания от этого не станет.

- Хотите прокатиться? - продолжал вести дружескую беседу Райдер, будто он был моим старым знакомым, с которым мы случайно пересеклись в парке, а не провинившимся учеником, пойманным с поличным. - Это весело!

С этими словами оборотень расцепил конечности Кэтрин и снял руки девушки со своих плеч, а ее ноги - с талии. Кажется, он всерьез вознамерился предложить мне занять ее место! Магичка оскорбленно насупилась. К ней подошел Эдгар и в утешение предложил место в корыте... Боги, как же нелепо это звучит, если задуматься.

От любезно освобожденного для меня тазика я бездушно отказалась. От возможности прокатиться на собственной попе - тоже. Вместо этого я потребовала немедленно убрать скользкое архитектурное сооружение и очистить лестницу, пока это безобразие не увидел Годар. А то нашего хозяйственника удар хватит. А потом ударов от него отхватят горе-саночники.

Впятером расплавить лед оказалось минутным делом: вспомнить пару огненных или водных заклинаний первого курса. Куда сложнее оказалось потом избавляться от наступившего потопа. Талая вода залила весь пол первого этажа, оставив мокрые следы и подтеки даже на стенах. Мои рабочие туфли на низкой подошве без каблуков тут же промокли, при попытке передвигаться - в обуви начинало неприятно хлюпать.

"Нет, на этот раз я точно накатаю жалобу на компашку Райдера. Свои любимые туфельки ни за что им не прощу!" Так думала я, помогая своим ученикам убирать за собой последствия веселья. Прочие студенты, проходившие мимо, подозрительно косились на меня, кто-то недоуменно мычал, а кто-то и посмеивался: не часто встретишь тролля на четвереньках и с тряпкой в руках. А что поделать, коли магическими способами избавления от лишней влаги на полу я не владею?

Райдер тоже был вооружен тряпкой и ведром. Причем сперва он был вооружен ими в прямом смысле. Нацепив железное ведро на голову вместо шлема, из тряпки он соорудил плащ, а швабру назначил своим оружием. Под презрительное "фи" Кэтрин: "Это же грязно!" Ульфрих шутливо вызвал Муна на дуэль. Тот найденными в чулане граблями подгребал в одну кучу остатки снега (которые потом растапливала водная магичка), а потому на мгновение растерялся. Я вмешалась как раз в тот момент, когда полугном решил, что будет драконом, и слевитировал к потолку.

Теперь же оборотень тратил свою неуемную энергию на полезное дело. Прижимая тряпку к полу руками и отставив попу вверх, юноша бегал от стены к стене с такой умопомрачительной скоростью, что я могла едва различить его силуэт. И да, он умудрялся осуществлять данный процесс удивительно бесшумно. Если только не считать вскриков и визгов тех, кто так неосмотрительно оказывался у него на пути.

Я же тихонечко орудовала тряпкой, вот уже битые двадцать минут силясь оттереть чье-то признание в нелюбви к урокам медитации в дальнем углу под лестницей. Внезапно меня обдало сильным порывом ветра. Коротким, но достаточным, чтобы волосы взлохматились. Это Райдер резко затормозил передо мной. Я приготовилась к очередному обмену шутливыми любезностями (вынуждена признаться, мне данный процесс даже немного нравился), но взгляд молодого нелюдя был непривычно серьезным.

- Вы опять нам помогаете, - констатировал факт юноша с некоторой обидой в голосе.

Его интонации бы скорее подошли ребенку, жалующемуся папе, что бабушка не дает дочитать книжку из библиотеки, а там только-только самое интересное началось: интересно же узнать, что принц собрался делать с героиней, привязав ее к кровати... Как? У вас такого в детстве не случалось? Только у меня? Ну и ладно. В итоге я все равно узнала.

- Прошу прощения, больше не буду, - ответила я в тон, призывая на помощь все внутренние резервы организма, чтобы сдержать улыбку.

Почему я ползаю здесь на корточках и прибираю чужой бардак, удивитесь вы? Просто я люблю свой третий корпус, на протяжении многих лет он был мне родным домом. Не знаю, как вы, но я предпочла бы не видеть свой дом в плачевном и полуразрушенном состоянии. Мне в бытность студентом снились кошмары о том, что боевики окончательно раздолбали свой пятый корпус, оставив от него только груду камней, и, переведенные в здания других факультетов, принялись за мой ненаглядный третий... Словом, я не могла позволить этому сну превратиться в реальность!

А что касается того, что я первым делом не побежала сдавать Кэтрин Воспу? Просто я еще помнила свои ученические годы. Я ведь рассказывала вам, что училась в эльфийской школе для девочек? Так вот, в основном там было беспроглядно скучно. И скрашивали нам жизнь только сестры близняшки Ники и Вики Лаунддарэ, периодически отчебучивавшие что-нибудь этакое и влипавшие в очередную историю. Конечно, в Высшей академии магии и без сумасшедших выходок Райдера было весело, но в целом я своих студентов понимала.

Оборотень продолжал внимательно изучать меня чуть настороженным взглядом своих серых глаз. Я уже была готова поверить, что он взаправду обиделся. Я разрушила светлый образ идеального учителя, сложившийся в его взлохмаченной головушке? Мне извиниться? Зловеще рассмеяться, подражая Нефасу? Или плюнуть на все (но только не на пол) и просто продолжить уборку?

Я решила последовать последнему варианту и склонилась было над оставшимися нестертыми буквами злосчастной надписи, как Райдер внезапно хмыкнул раз, другой, а потом и вовсе громко расхохотался. Я недоуменно взглянула на него, но юноша продолжал заливисто смеяться, хватаясь одной рукой за живот, а другой продолжая удерживать половую тряпку.

Прекратилось сие странное действо так же неожиданно, как и началось. К Ульфриху со спины подошел Эдгар и влепил другу подзатыльник. Оборотень поперхнулся, повалился вперед, но смех прекратил. Причем упал юноша неудачно. Вернее, для кого как. Ему-то было мягко, это мне - не слишком-то удобно. Потому как от удара эльфа Райдер покачнулся и в итоге завалился на меня, уткнувшись лицом в мою грудь. Если совсем начистоту, то скорее в подмышку, но зачем такие подробности? Пусть все будет мило и красиво, как в женских романах, мечта любого юнца - носом в женские достоинства. Они у меня были не слишком обширные, но все же наличествовали.

Ульф отпрянул мгновенно. Причем на такое расстояние, что чуть не сшиб с ног продолжавшего стоять позади Эдгара. Скулы оборотня чуть заалели. Были тому виной мои подушки безопасности или длительный период смеха, прерванный столь неприятным образом, - не понятно.

- Ты чего это? - Райдер подскочил на ноги и в отместку залепил затрещину другу-эльфу.

- Работай давай! - ответил Эдгар, потирая затылок. - Нечего прохлаждаться.

- Это кто тут прохлаждается? - и Ульфрих потряс перед носом товарища грязной тряпкой. - Сам-то от Кэт на шаг отойти не можешь!

- Я таскаю ей ведра! - гордо вскинул подбородок эльф.

Оборотень фыркнул (совсем по-собачьи) и возвел глаза к потолку. Не желая ссориться с другом, он просто взмахнул рукой, в результате чего тряпка заехала в аристократическое эльфийское лицо. Настала очередь Эдгара отфыркиваться в попытках стереть с губ грязь и пыль.

- Прости, Эд, не хотел, - в голосе Райдера не звучало и намека на раскаяние. - А вы, госпожа Орлиани, - юноша повернулся ко мне и отвесил почтительный глубокий поклон, - примите мою огромную благодарность.

- За что? - с легким удивлением в голосе поинтересовалась я.

- За мягкое приземление, естественно!

Негодник даже посмел мне подмигнуть! Я решила не оставаться в долгу и ответила с полным серьезности лицом:

- Обращайтесь еще!

Кэтрин наблюдала за нами из другого угла помещения, зло сузив глаза и поджав губы. Девчонка взаправду ревновала. Удивительно. Я не удержалась и посмеялась про себя. Ревновать мальчишку, играющего во флирт направо и налево, было выше моего понимания. Тем более ко мне.

Меж тем Райдер пристал к Эдгару и стал умолять отнести его, мол, из-за удара эльфа он заработал себе сотрясение мозга и вообще у него все болит. Эд пытался игнорировать друга как только мог. Настолько, насколько вообще возможно игнорировать существо, запрыгнувшее тебе на спину. К ним тут же подбежала Кэт, спеша убедиться, что повреждения, о которых вещает Ульфрих, несерьезны. Мун, на которого магичка, не задумываясь, сбросила сугроб недотаявшего снега, вынужден был последовать за ней. Уборкой, кажется, уже никто не интересовался. Только Жора едва слышно копошился по ту сторону лестницы.

Я обогнула лестничный пролет и подошла к своему рыжеволосому ученику со спины. Если я надеялась на его сознательность, то зря. Юноша выцарапывал на нижней ступеньке "Жолфред - дура". Букву "к" я ему добавить уже не позволила, дернув хоть и не за эльфийское, но тоже немаленькое и оттопыренное, ухо. Так несчастный Пиман и остался увековечен в анналах истории академии в женском роде.

- Уй, - верещал рыжий, - простите! Простите! Это не я! Я не хотел! Оно здесь было!

Поток противоречивой и сбивчивой информации продолжал поступать от юноши и после того, как я соизволила его отпустить. Покраснев до ушей, за которые продолжал держаться, Жора потупил взор и вскочил на ступеньку, прикрыв свои художества ботинками. Я тяжело вздохнула и махнула рукой:

- После того как мы закончим с уборкой здесь, отправитесь все впятером чистить туалеты в общежитии.

И я вернулась к своим неоттертым надписям, оставляя Жору холодеть от ужаса, сознавая всю тяжесть только что возложенного наказания за совершенный проступок. Не объяснять же ему, что это им за устроенные горки досталось, а не за письменную характеристику главного задиры боевиков.

Вы учились в нашей академии? Если нет, тогда, наверное, вас следует посвятить в принцип работы туалетов нашего дорого общежития. И вновь спасибо нужно сказать нашим великолепным хозяйственникам. Они смогли создать такую систему канализации, которая бы позволяла каждый этаж оборудовать уборными с несколькими кабинками. Вещь беспрецедентная, учитывая, что магия в общаге запрещена. В каждой кабинке вас ждет привычная дырка, с которой каждый из нас сталкивается ежедневно во дворе (если, конечно, у вас не новостройки улучшенной планировки с таким модным, но таким дорогим ночным горшком на магической помпе). Однако система труб, расположенных под разными косыми углами, была организована так, что все, что попадало в эти дыры, пробежав по трубам, в итоге оказывалось в подвале, в специальном помещении. Запах в уборных, как и любом другом подобном месте, был, конечно, не из приятных. Но в женских туалетах были всюду развешены мята и остролист. За мужские отвечать не могу. А также в каждой кабинке имелась большая квадратная деревянная крышка, которой следовало закрывать дыру после использования. Во избежание распространения запаха и просто, чтобы мухи не летали.

Теперь, собственно, о том, куда мною были посланы Райдер сотоварищи. То самое подвальное помещение общежития находилось под землей настолько глубоко (метров пять-шесть), что антимагическая защита на него уже не распространялась. А значит, избавляться от нечистот можно было уже привычным способом. Там всюду стояли очищающие кристаллы, занимающиеся переработкой отходов жизнедеятельности в чистую магическую энергию, идущую потом на подпитку антимагических щитов общежития. Правильно, не задумывайтесь об этом глубоко, не надо. Я на первом курсе пыталась, а потом месяц мнительно принюхивалась ко всему подряд.

Проблема в том, что кристаллы находятся на полу и способны распространять ауру не выше себя - то есть на метр от пола. Тогда как трубы, доставляющие будущее магическое сырье, располагаются под потолком. Случается, что одна из труб забивается, или вниз падает не все, что-то остается на стенках и прочее. Вот в таких случаях нам и нужен кто-то, кто будет чистить туалет - самое ненавистное и самое распространенное наказание среди студентов. Еще никогда за всю историю ВАМ не было недели, чтобы подвал общежития не был вычищен: у нас всегда кто-нибудь да проказничал. Так что разнарядку в подвал можете считать не только воспитательными мерами, но и заботой о благе родного учебного заведения.

Внезапно я вспомнила кое-что и, вынырнув из-под лестницы, поинтересовалась у Жоры:

- А как вам преподает госпожа Киллеас, что вы ее так боитесь?

Мальчишка, насупился и отвернулся.

- А вот не скажу! - из вредности выпалил он.

Пришлось смириться и отнести эту тайну к тем великим загадкам современности, которые не будут разгаданы никогда, таким как: почему в демоническом языке нет цифры один и зачем нашим магам эльфийский язык.

Мы со студентами уже заканчивали устранять последствия столь неожиданно "выпавших" осадков, когда в здание факультета, бряцая целым оружейным арсеналом, упрятанным под полой мантии, вошел член Совета. Я узнала его бороду лопатой и морду кирпичом. Маркус Робард. Краем глазам я заметила, как Райдер, надраивавший пол недалеко от меня, весь напрягся. Он никогда не встречал советника по магической безопасности. Но я более чем уверена, что Кая предоставила другу более чем подробный словесный портрет своего мучителя. И не было ничего проще, чем сопоставить имеющиеся в голове данные с тем, кто стоял теперь перед глазами.

Робард окинул моих учеников уничижительным взглядом, а потом не менее презрительно уставился на меня.

- Надо поговорить, - бросил он.

Вот как? Ни тебе "госпожа", ни даже "Орлиани"? В присутствии Ангейма он такого поведения себе не позволял. Впрочем, не припомню, чтобы он в тот день вообще толком разговаривал. Только пара хмурых взглядов и злобных фраз.

Кажется, он меня ненавидит. Оно и понятно, узнав мою фамилию, не сложно сложить два и два и понять, кто виновен в том, что у советника отобрали антимагическую игрушку. Неужели пришел мстить? Высказывать претензии? Требовать сатисфакции? Или хотя бы компенсации? От меня он не получит ни гроша, даже если принесет с собой постановление суда, подписанное самим императором. Мы, учителя, существа бедные. Моя зарплата не потянет крупных внеплановых расходов.

Я продолжала сидеть на карачках и задумчиво тереть пол. Маркус возвышался надо мной, как Храм над Темной Богиней в последние секунды ее жизни. Ульфрих продолжал следить за нами с удивлением и все нарастающим раздражением. Он даже хвостом завилял, будто пес, готовящийся к нападению. Мне не нужно было владеть Запретной магией, чтобы прочитать его мысли: "Почему он разговаривает с ней? Они знакомы? Она сдала Каю ему? Что они с ней сделали?" Кажется, письма, которые девочка писала своему другу, в ее безопасности оборотня не убедили.

Прежде чем прольется кровь и вновь запачкает только что вычищенный пол, я поднялась и указала в направлении лестницы:

- Пройдемте на кафедру.

Робарда следует как можно быстрее увести отсюда. Дождавшись, пока Советник пройдет мимо меня и начнет подниматься наверх, я последовала за ним, бросив через плечо:

- Не забудьте, любишь кататься - люби и туалеты чистить. Лопаты и защитную экипировку можете найти у Годара, - услышав недовольное пыхтение и перешептывания, пригрозила пальцем. - Приду проверю!

Я провела советника на кафедру языкознания, неустанно удивляясь тому количества железа, что он, судя по всему, таскал на себе. Каждый его шаг отзывался в пустых коридорах громким брякающим гулом. Сильно сомневаюсь, что смога бы поднять такую тяжесть. А ведь сам мужчина едва доставал мне до плеча.

Отперев кабинет, я, согласно инструкции (она же техника безопасности для членов Совета), сперва перешагнула порог сама, а затем пропустила гостя, придерживая дверь правой рукой, а левую вытянула в сторону открытой ладонью вперед, тем самым демонстрируя, что оружия у меня в ней нет. Затем я закрыла дверь, проверила все окна (опа, тут продувает, надо будет не забыть попросить Годара - пусть тряпками какими утеплит) и даже заглянула в шкаф - не прячется ли там шпион. После того как все предписания были выполнены, можно было начать вести разговоры имперской важности.

Я уселась за свой стол, Маркус прошел к нему. Сначала он облюбовал стул подле него. Я уже предвкушала, как мой верный четвероногий друг под нехорошим дядей развалится окончательно, но советник, будто почувствовав что-то (а может, просто прочитал по моим сияющим в предвкушении глазам), передумал и позаимствовал сиденье у стола Юстиана.

- Налейте мне что-нибудь выпить, - приказал Маркус тоном, не приемлющим отказов.

- Не официантка - не подаю, - отрезала я.

Робард уставился на меня в немом изумлении. Не привык иметь дело с отказами? Вряд ли. Просто он еще не имел дела со мной. Что-то в моем голосе подсказало мужчине, что положительного ответа от меня не дождешься, а потому он поудобнее уселся на стуле, закинув ногу на ногу (и вновь раздалось задорное бряцанье из-под мантии), и заговорил:

- Я пришел проконтролировать процесс, о котором с вами разговаривали ранее.

Он об Ангейме и предложенной им преподавательской перетасовке?

- В ваших отчетах, получаемых нами, нет никаких описаний применения запрещенной магии и не указано никаких подозреваемых, - продолжал советник.

- А может, просто все дело в том, что я действительно не видела, чтобы кто-нибудь использовал ментальную магию при мне? Студенты, хоть меня и любят, как считают в Совете, но вот делиться со мной своими успехами в Запретной магии отчего-то не хотят, - ехидно оправдывалась я.

Мужчина понял, что я издеваюсь, и скривился. Но взял себя в руки:

- И что, никаких ссор в коридорах, вспышек неконтролируемой агрессии, драк?

Я тяжело вздохнула и возвела глаза к потолку:

- Ну, конечно, постоянные ссоры в коридорах на переменах, сплошная агрессия и драки по несколько раз на дню. Мы же о студентах говорим, в конце концов, а не о грудничках в колыбели. И данные события меньше всего ассоциируется у меня с культом Темной Богини. Да если бы я отчитывалась Совету о каждом подобном происшествии, то мои письма не помещались бы в почтовую карету.

Маркус сцепил руки в замок и подался вперед:

- Вы дерзите, тролль.

Я с вызовом встретила его взгляд и ухмыльнулась:

- Кто бы говорил, господин Робард. Это вы крайне невежливы. Вам прекрасно известно, что род определяется по отцу. Не изображайте, будто внезапно запамятовали, кто такой Диар Орлиани.

Несколько долгих мгновений мы, не мигая, смотрели в глаза друг другу, желая вынудить противника сдаться и отвести взгляд. Я выиграла. Постоянное оттачивание искусства игры в гляделки с Эгерэ сыграло свою роль. Маркус вновь откинулся на стуле и запустил пальцы в свою густую бороду.

- Ваши характеристики групп и учащихся в них студентов недостаточно подробны, - продолжил мужчина после долгой паузы.

- Описываю, как могу, - пожала плечами я. - Я сразу предупредила, что данная идея кажется мне несостоятельной.

Рот советника вновь скривился, как кривая магического паса. На его лице буквально было написано: "Мерзкая тролльчиха! Считает, что может критиковать решение Совета?" Робард встал и, скрестив руки на груди, начал прохаживаться туда-сюда, от окна до шкафа.

- Хорошо, - внезапно остановился он посреди кабинета. - Сейчас же составьте мне список всех самых популярных студентов, среди учеников, естественно, а также изгоев.

- Популярных - понятно, они могут пользоваться своим влиянием, как считаете вы, и вербовать в секту. Но изгоев? - удивилась я.

Мужчина хмыкнул и вновь продолжил бесконечный поход из угла в угол:

- Да... Орлиани... Именно изгоев. Тех самых несчастных детишек, которых все бьют, унижают, над которыми издеваются. Тихонь без друзей и зубрил, общающихся только с книгами. Неудачников, которые жаждут заполучить то, чего у них нет. А Запретная магия может даровать им это. Они хотят власти, силы, мести. Как тот вампиреныш...

Вдруг в груди у меня похолодело.

- Таарен? - нашла в себе силы спросить я. - Что вы сделали с мальчиком?

Советник остановился, затем подошел к моему столу и, опершись на столешницу, навис надо мной.

- Ничего такого, чего бы мы не делали с другими преступниками, - заявил Маркус. - И признание мы у него все-таки... вырвали, - добавил он шепотом, сделав ударение на последнем слове.

Я не двинулась с места и даже ничего не сказала в ответ. Просто взглянула на сломанный перочинный ножик в своих руках и отложила его. Я была ознакомлена с инструкциями. И намеренное избиение членов Совета каралось смертной казнью. Отец бы, конечно, за меня заступился. Но зачем создавать горячо любимому папеньке лишние проблемы?

- К сожалению, имя того, кто научил его Запретной магии, вампир нам так и не сказал, - мрачно произнес Робард. - Не успел.

Тут я резко встала. Теперь уже я смотрела на собеседника свысока. Теперь я грозно нависала над ним. Маркус в какой-то момент дернулся, но мгновенно усилием воли успокоил себя и, выпрямившись во весь свой невеликий рост, с вызовом взглянул на меня.

- Дайте пройти, - лишь попросила я и, лично отодвинув мужчину в сторону (он смешно проскользил по полу, как девица на коньках по замершему озеру), подошла к шкафу с архивами. - Вам нужны все имена и фамилии?

Советника, казалось, озадачил мой вопрос. Я прояснила:

- Вам нужны мистеры Популярность и Тихони поименно, так?

Робард вернулся на свой стул.

- Вы уже преподавали у всех курсов? На всех факультетах? - уточнил он.

Я утвердительно кивнула.

- Тогда всех, - и застучал пальцами по моему столу.

- Прямо сейчас? - удивилась я. По правде, в душе я надеялась, что он, добившись моего согласия, уйдет. - Но это будет не быстро.

Мужчина глянул на наши вставшие года три назад часы на стене и ужаснулся. Но затем достал из-за пояса свои карманные, глянул время и успокоился:

- Ничего, я не спешу.

Я вела записи на двух листочках. На одном перечисляла любимцев публики, на другом - тихих серых мышек. Вписывая очередную фамилию, я качала головой. Идея Совета мне все равно казалась глупой. В их рассуждениях, конечно, имелось зерно здравого смысла. Однако загвоздка состояла в том, что искали они иголку в стоге сена: в Высшей академии магии имелось огромное количество популярных и не очень учеников. Как мои записи могли помочь найти того единственного предателя, для меня оставалось загадкой.

Сперва я перечислила самых известных личностей нашего вуза. Возглавляла список, безусловно, моя подруга Диана. Потом я записала тех ребят, у которых преподаю и чей рейтинг популярности мне достаточно хорошо знаком. Но вот для того, чтобы классифицировать студентов, кого я учила всего ничего по настоянию Годфрида Ангейма, пришлось лезть в журналы, архивы и их личные дела. Сопоставив прочитанные мною характеристики с тем, что помнила о ребятах сама, с горем пополам я раскидала по столбикам и их.

Заняло у меня это занятие порядка двух часов. Все это время Маркус продолжал сидеть на стуле. Молча. Только отбивал гимн Имперского Союза пальцами по столешнице или (когда поймает мой свирепый взгляд) теребил ими бороду. Я привычным жестом провела над исписанными листами ладонью с простеньким воздушным заклинанием, чтобы высушить чернила. Убедившись, что ничего не растеклось, я передала бумаги советнику.

- На этом мои дела с Советом закончены? - поинтересовалась я, вытирая пальцы специально предназначенным для этого полотенцем, висящем на крючке у края стола.

- Нет, на этом ваши дела с Советом только начинаются, - произнес Робард с хмурым видом, вглядываясь в полученный список из нескольких десятков фамилий. Вроде не шутил. - Мы проверим всех этих студентов по нашей базе данных и соотнесем с отчетами нашего информатора по ним.

Мужчина встал и, убрав листок в пространственно-временной карман, направился к выходу.

- Мы вышлем вам последующие инструкции, - заявил он и вознамерился выйти.

Только вот беда - не смог. Согласно технике безопасности дверь я заперла, чтобы никто не мог неожиданно войти во время разговора о моей сверхсекретной миссии имперской важности. И теперь Маркус неистово насиловал дверную ручку. Я прочитала отпирающее заклинание со своего места и со злорадным удовольствием наблюдала, как навалившийся было на дверь плечом советник кубарем вылетел за порог.

Хм? Что-что он там бормочет себе поднос? Зря старается. Я лингвист, к тому же специализирующийся на тролльем языке, трехэтажным матом меня не удивить. Я сама могу преподать ему урок по части арго. И обещаю, что в предложенных мною конструкциях не будет беспрестанно повторяющихся собачьих особей женского пола непривычного, зеленого цвета.

Меня нельзя было обвинить в невежливости. Я его ни разу не оскорбила, хотя очень хотела, соблюла все правила приличия и даже помахала на прощание из окошка, наблюдая, как Маркус ставит телепорт и исчезает в нем.

Впрочем, проводами Робарда занималась не я одна. На дворе уже темнело (зима все-таки), поэтому я не сразу заметила темную фигуру среди деревьев. Демон, убедившись, что советник сгинул в телепортационном луче, резко вздернул голову вверх и уставился точнехонько на меня. Усмехнулся. Полагаю, в случае с Нефасом это можно считать приветственной улыбкой. Я не осталась в долгу и помахала в ответ. Потом закрыла окно и засобиралась домой.

Похоже, демоны - действительно существа ночные. Это уже не первый раз, когда я встречаю Эгерэ, шастающего по темным улицам. Неужто и правда у них болят от солнечных лучей глаза? Надо будет попытаться спросить его об этом при следующем разговоре. Если демон, конечно, раньше не выведет меня из себя.

Когда я вышла из корпуса, Нефаса на площади и след простыл. Уставшая от драянья полов, а потом от классификационной работы, взваленной на меня Советом, я не имела никакого желания готовить дома. Но прежде чем отправиться в "Серого принца", мне необходимо было еще кое-что сделать.

Обойдя общежитие, я нашла на заднем дворе железный люк, обычно закрытый на несколько замков, но теперь стоявший открытым. Вниз, в темень колодца, спускалась ржавая лестница. Аромат из глубин поднимался невероятный. В обязанности нашего завхоза, помимо всего прочего, входило следить за запахом из подвала. Для этого вход в него обвешивали пучками различных трав, меняя их каждую неделю (эту обязанность тоже обычно возлагали на провинившихся студентов).

- Эй, есть там кто живой? - крикнула я прямиком в люк. Мой мощный, хорошо поставленный преподавательский голос несколько раз отразился от стен "колодца".

Ответом мне было собственное эхо. То ли ребята меня не услышали, то ли так были заняты работой, что не заметили, что их кто-то зовет. Или просто сбежали, не выдержав прямого знакомства с бывшим содержимым своих желудков. Я решила попытать счастья еще раз.

- Тех, кто из вас умудрится очень быстро помыться, я угощу ужином в "Принце".

И снова в ответ тишина в течение трех-четырех минут. Что ж, не хотят, не надо. А я-то хотела их отблагодарить за хорошо проделанную работу. Встала с колен, отряхнула снег с ног и развернулась, намереваясь направиться к выходу.

В ту же секунду мимо меня пронесся маленький ураган. Так, что даже юбка моего строгого темно-синего платья взвилась до уровня, простите, плеч. Ураган на мгновение затормозил, присвистнул и понесся дальше. Этого мгновения мне хватило, чтобы разглядеть, кто же это был.

Что ж, Райдер не соврал. Он действительно умел бегать очень и очень быстро.

Я направилась к выходу. Если оборотень умоется расторопно, он меня догонит. Если нет - я предупреждала.

- Эй, погодите! - раздалось сзади.

Обернувшись, я обнаружила, как из подвала старается вылезти зомби. Туалетный зомби. Покрытый с головы до ног экскрементами, с кожей цвета свежего мяса (как будто совсем без нее). Тут уже не спасали даже пучки свежих трав.

В детском фольклоре всех народов непременно встречается описание чудовища из туалетной будки. Но лично я всегда сомневалась в его существовании. Сейчас же я была склонна поверить преданиям. Как там в страшилках говорится? Что монстр охотится ночами и утаскивает к себе в дыру отхожего места плохих и непослушных детишек? Странно... Вроде бы я всегда была хорошей девочкой, папиной дочкой.

Тем временем туалетный монстр фыркнул, тряхнул головой и, вытянув вперед руки (с них капало), направился ко мне. Каждый его шаг сопровождался характерным хлюпающим звуком.

- Не подходи ко мне, - я отступила на несколько шагов, - не надо.

- Я с вами! - промычало чудовище. Однако остановилось.

- Тебя я тоже могу накормить, - согласно закивала я. - Только, боюсь, в таком виде тебя ни в какую харчевню не пустят. Даже нашу столовую. Хотя за последний вариант не ручаюсь.

Монстр неопределенно махнул рукой.

Я медленно побрела к входным воротам, то и дело оборачиваясь через плечо. Оно продолжало ковылять за мной. Теперь от люка до решетки тянулась цепочка следов, за которые Годар по головке не погладит. Будем надеяться, что никто из учеников, спешащих по утру на лекции, здесь не поскользнется и не свернет себе шею. Неприятно иметь в своем деле отметку "причина гибели: г..." А, ладно!

Я еще раз критично оглядела своего "спутника". Кто бы это ни был: Жора, Мун или кто-то еще, но цирк пора было прекращать. В первую очередь мне было жалко свой нос. Моему обонянию далеко до оборотничьего, но и то из глаз уже были готовы политься слезы.

Я открыла ворота и резко развернулась к "монстру", чтобы высказать все, что думаю об этой затянувшейся шутке. Но чудовище радостно запищало и, прибавив шагу, проскочило мимо меня, вырвавшись за пределы общежития. Там, скороговоркой прочитав заклинание водного потока, туалетный монстр вызвал импровизированный душ.

Теперь передо мной стояла Кэтрин, взмокшая, дрожащая (на улице минусовая температура все же), но ужасно счастливая. Казалось, она только что выиграла Магический кубок. Или была объявлена Королевой Новогоднего бала. На ней был красный, ближе к розовому, защитный костюм - тот, что выдают для работы в подвале. Теперь девушка брезгливо снимала его с себя. Мокрым его приходилось буквально отдирать от кожи. Затем магичка проделала еще несколько манипуляций, включавших в себя дополнительный душ и избавление одежды от лишней влаги (то бишь сушка).

В итоге Кэтрин принялась чихать. Удивительно, на что только не пойдут современные студенты ради бесплатного ужина. Бедные, им настолько плохо живется? Может, стоить поговорить с Воспом об увеличении стипендии?

- Где Ульф? - зло бросила Кэт, хлюпая носом.

- Я здесь! - из ворот выскочил Райдер.

Он был весь мокрый. С влажных волос капала вода. Тогда юноша отряхнулся. Как истинный оборотень, он отряхнулся подобно настоящей собаке. Затрясся всем телом - от головы до кончика хвоста - так, что мы с Кэтрин едва успели отскочить, визжа. В итоге брызги на меня все же попали.

Пару мгновений спустя перед нами стоял ухмыляющийся и практически сухой Райдер. Волосы у него на голове уложились в привычный художественный беспорядок. А значит, тайна прически оборотня была раскрыта.

- Идем? - поинтересовался Ульфрих. И его вопрос сопровождался улыбкой, благодаря которой можно было наблюдать, как от холода стучат его зубы.

Посоветовав обоим не играться в героев, а навести теплый морок, я приказала им следовать за мной.

В "Сером принце" было удивительно немноголюдно для такого времени дня, когда все работяги хотят выпить после трудового будня. Уселась я за свой любимый дальний столик. Студенты поплелись за мной. Вернее, попытались. Райдера перехватил хозяин заведения и начал ему восторженно что-то выговаривать. Я не вслушивалась. Наверняка то же, что он, в свое время, рассказывал мне: умоляет героя каникул выступать иногда в "Принце" за умеренное вознаграждение. Кэтрин встала за спиной друга, внимая хвалам харчевника с серьезным видом.

Я приземлилась за облюбованный столик и, перехватив официантку, сделала заказ. Поскольку плачу я, то и ребяткам придется есть то, что выберу сама. Сегодня вечером они обойдутся у меня невкусной и здоровой пищей. Бобовая каша - вещь полезная. И не кривитесь так! Ваши мамы с бабушками были правы, когда насильно пихали ее в вас ложками. Сильно сомневаюсь, что кто-то ел ее добровольно. Может, только кто-то из тех, кто сейчас является завсегдатаем клуба "И больно, и страшно" на Эльфийской улице, что в самом центре города. Ходят слухи, что преподаватель водной магии Руо туда частенько заглядывает. Между прочим, элитное заведение. Вход только для членов общества, коим можно стать, заплатив немалый взнос, и в масках. Откуда я знаю, спросите вы? Да меня вот уже много лет хотят туда завербовать. В качестве работницы, естественно. Обещают бешеные деньги за то, чтобы я пугала их клиентов: зеленая, большая и страшная. Думаю, с тех пор я и половины не заработала от той суммы, которую они сулили мне за месяц. Но связаться с клубом - значит, поставить крест на своей научной карьере. А моя диссертация все же была мне дорога. Как ни крути, несколько лет на нее уже убила. Вот после того как я ее напишу... я подумаю над их предложением, если оно еще будет актуально.

Ульфрих с Кэтрин присоединились ко мне пару минут спустя. Когда официантка поставила перед молодыми людьми миски с кашей, на лице Кэтрин отразилось неприкрытое отвращение. Тогда как Ульф встретил свою еду с радостью. И тут же набросился на порцию, как голодная собака на кость. Совсем уработался за день, бедный. Видя, что товарищ не высказывает претензий к угощению, магичка тоже решила промолчать. И начала медленно возюкать ложкой в вязкой бобовой массе.

Себе я заказала обычную тушеную картошку с кроликом. Именно на нее сейчас завистливо поглядывала брюнетка. После трех минут мучительных раздумий девушка все-таки отодвинула миску от себя и пролепетала:

- Я не голодна.

Действительно. Я догадывалась, что она поплелась за нами исключительно потому, что пойти поесть изъявил желание Ульфрих.

- Кэтрин, это невежливо - отказываться от еды, которую тебе оплатили, - посетовал оборотень.

"Это ему следовало бы помнить, что невежливо говорить с набитым ртом", - улыбнулась про себя я.

Райдер уже почти доедал свою порцию. Взглянул на полную миску подруги, и в глазах его читалась неуверенность. Потом бросил мимолетный взгляд на меня и потянулся за добавкой.

- Тогда я съем, - твердо заявил парень, придвигая к себе вторую порцию.

- Не стоит, - остановила его я. - Я же вижу, что вы уже вполне наелись. Попросим хозяина отдать эту еду кому-нибудь из нищих на улицах. Я иногда так делаю.

И подозвав официантку, я описала ей ситуацию. Та взяла бобовую кашу и вышла с ней во двор. Надеюсь, она ее не выкинет в помойное ведро, а действительно отдаст кому-то из тех бедняг, что постоянно караулят у харчевен. А лучше разделит между ними. В крайнем случае сольет в туалет - угостит туалетного монстра местным деликатесом.

Райдер осуждающе поглядел на Кэтрин и покачал головой. Та поджала губы. Я давно заметила, что с ней он ведет себя на удивление серьезно, и не позволяет себе заигрывать с ней, как с другими девушками. Кэт это радует и задевает одновременно. С одной стороны, ей обидно, что ей не говорят столько комплиментов и не делают тонких (и не очень) намеков. С другой, это доказывает, что Кэтрин для Ульфриха особенная. То ли потому что близкая подруга. То ли нечто большее... И это красавицу обнадеживало.

- Я решил работать здесь, - воодушевленно сообщил Райдер, отодвинув от себя пустую посуду. - Заходите иногда посмотреть на мои представления.

- Я обязательно буду приходить на все! - выпалила Кэтрин и вцепилась в рукав куртки друга.

Тот лишь кивнул, продолжая неотрывно глядеть на меня.

- А госпожа Орлиани? - спросил он, наконец.

- Я обедаю здесь иногда, - пожала плечами я. - Если в этот момент вы будете здесь выступать, то, конечно, посмотрю.

Кажется, это был не совсем тот ответ, которого юноша ожидал. Но его сомнения длились только мгновение. Потом он вновь широко улыбнулся и почтительно кивнул мне:

- Я буду ждать и каждое представление выглядывать вас в толпе.

Кэт сдвинула брови на переносице и еще больше усилила хватку. Оборотень даже был вынужден отцепить ее пальцы от своей руки, слегка скривившись. Видимо, было больно. Ногти у водной магички - ого-го.

- Только не забывайте, Райдер, - напомнила я, - что магическая практика без лицензии вне стен академии без присмотра преподавателей запрещена.

- Тем более, больше причин посещать вам представления и присматривать за мной.

Его бархатный голос звучал словно музыка. Зачем ему выполнять акробатические трюки? Пусть просто поет - и все слушатели будут у его ног. Тут даже магия не нужна.

- Думаю, имеет смысл обратиться к ректору за лицензией. Если запрос напишет работодатель, то вам могут выдать разрешение ограниченного действия на мелкое волшебство, - предложила я. - Так уж и быть, за преподавателя распишусь я.

Я ожидала, что Райдер расцветет, как папоротник летней ночью, но юноша отчего-то, наоборот, затих и даже, кажется, слегка поник.

- Имейте в виду, поставив подпись, я буду отвечать за ваше поведение. Так что не натворите мне тут магических делов, - пригрозила я.

То ли мой шутливый тон был слишком грозен, то ли перспективы подвести меня его пугали, но Ульфрих помрачнел.

- Да, конечно, я благодарен, - пробормотал он, а потом и вовсе отвернулся. - Это честь для меня.

Ну вот как понять этих студентов? Вроде сама была на их месте не так, чтобы очень давно, а уже взираю на них с мыслями: "Ох, уж эта современная молодежь!" То они тебе в ноги кидаются, молят об одолжении, то, когда сам предлагаешь помочь, разговаривают с твоими сандалиями с явно недовольным видом.

В общежитие мы также возвращались в тишине. Я не отношусь к коммуникабельным персонам и душам компании, способным разрядить любую обстановку. В этом у нас эксперт как раз Райдер. Но Ульфрих молчал. Сперва он шел впереди, то и дело оглядываясь через плечо и бросая на меня странные взгляды. Периодически он спотыкался, и только идущая рядом Кэтрин не давала носу парня повстречаться с нашими каменистыми тротуарами. Давно требующими ремонта, кстати.

Я устала от этого представления и, обогнав ребят, возглавила процессию. Теперь оборотень плелся сзади, но, как оказалось, взгляда от меня отводить не думал. Взор его прожигал мне спину. Слава богам, он не огненный маг.

Кэтрин тоже молчала. Так, не сказав после ужина друг другу ни слова, мы добрались до академии.

У входа нас встретил Годар. Гном грозно взирал на следы, давеча оставленные "чудовищем"-Кэтрин.

Брюнетка ойкнула и спряталась за спину Райдера. Зря. Моя шире - так надежнее.

- Это что еще за безобразие?! - возопил наш завхоз, тыкая куда-то в буро-коричневые отпечатки. - Опять шуточки Райдера?!

Ульфрих внезапно будто воспрял духом. Он вновь приосанился и загадочно усмехнулся.

- Нет, это следы нашей великой битвы с армией нежити, живущей в туалете! - заявил парень, гордо ударив кулаком себя в грудь.

- Это вы у меня прямиком туда жить отправитесь, если немедленно не уберетесь здесь! - гневно верещал гном, потрясая рукой. - Мне, между прочим, два костюма не вернули. Прихожу разбираться - а тут грязюку развели! Куда только катится современная молодежь?!

- Представь, совсем недавно я думала о том же самом, Годар, - захихикала я.

И тут же перехватила два взгляда. Один - яростный, Кэт, второй - недоуменный, Ульфа.

- В комнаты свои не пойдете, пока все не вылижете тут, - наступал на студентов гном.

Кажется, Кэтрин неправильно поняла нашего завхоза, при слове "вылизать" изрядно побледнев и чуть не грохнувшись в обморок (Райдер за шкирку подхватил). Годар всучил ребятам тряпки и кивнул на следы.

- Я не забудьте вернуть защитные костюмы! Казенное имущество. В них уже поколений десять туалеты чистят. И еще двадцать будут.

- А можно, мы хотя бы сейчас их наденем? - дрожащим голосом спросила магичка, которую только чудом не вырвало при озвучивании новости, что одежду, которую ее однажды заставили нацепить, носят больше десятка сезонов подряд. И все же мысль о том, что между ее руками и какашкой будет только одна тонкая тряпка, девушку пугала намного больше.

- Вот уж нет, так справитесь, - встал в позу завхоз. - Ишь, неженки. Идите работайте, я за вами присмотрю, чтобы не халтурили!

И друзья побрели отбывать повинность. Кэтрин с опущенной головой, Ульфрих - весело насвистывая какую-то песенку. Пожелав всем троим спокойной ночи, я направилась к зданию общежития. Но Годар перехватил меня.

- Вот, держи, - он вложил в мою руку конверт, - недавно прислали. Возьму, думаю, и сразу передам.

- Спасибо, - я потрепала гнома по макушке (уж куда достала) и взглянула на письмо.

Герб Имперского Союза не оставлял сомнений. Весточка от Совета. Но так скоро? Маркус же покинул академию лишь пару часов назад. Пускай и на телепорте, но ведь и на доставку корреспонденции тоже нужно время. Разве голубь так быстро долетит? Или Робард отправился вовсе не в столицу, а куда-нибудь значительно ближе? В Раксаил?

Впрочем, это не моя забота! Отогнав от себя лишние мысли, я прошла к себе в апартаменты. Там я первым делом помылась и переоделась. Письмо все это время дожидалось меня на кухонном столе. Включив свет (между прочим, тоже потрясающее изобретение "предметников", сделанное на основе природной магии, правда, достаточно малораспространенное и дорогое, потому что все пользуются магическими "светлячками", - "электрический ток", слышали?), я вскрыла конверт и вчиталась в послание.

"Г-жа Ниавин Орлиани,

Согласно недавно выпущенным директивам, Императорский Совет возлагает на вас обязанность по строжайшему наблюдению с целью вычисления вредоносного элемента за следующими личностями..."

Вредоносные элементы? То есть носители тайн ментальной магии, что ли? Строжайшему наблюдению это как? Предлагают мне не спать и не есть, а только ходить по пятам за половиной академии? Ведь в списках, которые я составила для Маркуса, была почти сотня учеников!

Однако оказалось, что опасалось я совсем не того, чего следовало. Ниже на листе в столбик было перечислено всего пять фамилий:

"Ульфрих Райдер

Илбрим Фрэниар

Мери Сойер

Агнес Фейрвуд

Диана Вест".

8 глава.

В ту ночь я толком так и не смогла уснуть. Лежа на кровати, я разглядывала потолок, будто там, среди многочисленных трещин, можно было найти ответы на мучавшие меня вопросы.

Почему именно эти пятеро студентов были признаны Советом самыми опасными? Думать о том, что моя лучшая подруга могла оказаться государственным преступником, совершенно не хотелось. Значит ли это, что вместе с данным посланием инструкции с перечнем фамилий были высланы и тому имперскому шпиону, на присутствие которого в стенах академии прозрачно намекали Ангейм и Робард? Он будет следить за учениками? Или за мной? Проверять, выполняю ли я долг перед родиной, строго следуя предписаниям вышестоящих?

В итоге утром я встала мрачная и не выспавшаяся. В зеркале отразилась морда еще более пугающая, чем обычно. Умывшись теплой водой, я ушла готовить завтрак. Если я буду плюс ко всему еще и голодная, то студентам сегодня на лекциях точно не поздоровиться.

Наверное, пришло время сказать пару слов о том, как у нас в общежитии организован быт. Вам наверняка кажется странным, как в помещении без магии мы продолжаем пользоваться светом и водой? Да, безусловно, в мире, переполненном всевозможными магическими хозяйственными приборами любого дизайна и на любой кошелек, сложно представить, как можно комфортно существовать без них. Как в деревне: с лучиной, печкой и отхожим местом на улице? Совсем нет!

Все благодаря нашим умельцам с артефака. Основываясь в первую очередь на магических законах, они вывели несколько немагических закономерностей и смастерили аппараты, работающие на альтернативном топливе - то есть без потребления магической энергии. Я не очень разбираюсь во всяких технических тонкостях (я и с устройством туалета-то поверхностно знакома только от того, что не раз в студенческие годы вычищала подвал), но в нашем общежитии работают две котельные. Одна маленькая - обслуживающая исключительно первый этаж, вторая - значительно больше, там по трубам гонят горячую воду, а следовательно и тепло, до верхних этажей с комнатами студентов.

Это обходилось академии недешево, но город был согласен оплачивать расходы из своего бюджета, потому как катастрофические последствия от несдерживаемых антимагией студентов обошлись бы куда дороже.

Бывало, в моменты, когда я ковырялась в туалетных трубах, стоя под потоком малоприятной массы, я ловила себя на мысли, что хорошо было бы иметь в городе хорошо развитую сеть канализации, чтобы все отходы сливались в одно место и мы не были вынуждены разгребать собственное дерьмо. Но это только наивные мечты. Зачем городу тратиться на столь дорогостоящий проект, если можно купить в магазине все тот же перерабатывающий кристалл, которыми был полон подвал? А потому столь восхищавшие меня изобретения наших артефактчиков так и оставались невостребованными в реальной жизни. Как всегда, полет творческой мысли разбился о прозу действительности.

Придя на работу, я с облегчением выдохнула: висящее на стене расписание на следующую неделю гласило, что отныне моя жизнь возвращается в норму и чехарда с курсами прекращается. Мне возвращали моих студентов. Я до сих пор не до конца была уверена, чего от меня хотят сейчас, но то, что старые обязательства с меня сняли, не могло не радовать.

Первые пары прошли не слишком продуктивно. И проблема была не только в моих вечно слипающихся глазах. Мои студенты тоже не спешили грызть гранит науки и постигать спряжение эльфийских глаголов. Они успели соскучиться по мне в такой степени, будто мы не виделись год, а не одну неделю. И спешили поделиться со мной своими внутренними переживаниями о смене преподавателя. Делились прямо во время урока. Я и не подозревала, что ученики так ко мне привязались. Во всяком случае, я чуть не захлебнулась в море их любви ко мне.

Большую перемену я решила провести подальше от столовой. Не дай Бог Света, встречу кого-нибудь из своих студентов с других факультетов. Тогда от сладкой патоки, льющейся из их уст, у меня много чего слипнется.

Кафедра языкознания была переполнена. Все преподаватели были на месте. И заполняли какие-то бумаги. Присмотревшись, я обнаружила, что это тренерские списки.

- Милочка, в этом-то году ты, наконец, возьмешься кого-нибудь тренировать? - спросила меня госпожа Киллеас, подписывая очередной заполненный бланк о закреплении подопечного за тренером. Тренером собиралась выступать она сама, разумеется. По правую сторону от нее скопилась уже приличная кипа листов. И как только она собирается все успевать?

- Вы же знаете, что я не принимаю участие в Магическом Кубке, - отрицательно покачала головой я, усаживаясь за свой стол. - Вряд ли из меня выйдет хороший тренер. С моими-то магическими способностями.

- Откуда ты знаешь, если ни разу не пробовала? - всплеснула руками Киллеас. - Вон, Лана вряд ли многим сильнее тебя и вообще только первый год преподает, а и то решилась взять себе под крыло одну ученицу.

Юная эльфийка, услышав, что о ней ведут речь, заалела и втянула голову в плечи.

- Лана - хорошая девочка, - решила поддержать молодую преподавательницу я, - и совсем недавно закончила университет сама. Наверняка, она много чего помнит из уроков общей магии. Я уверена, у нее все получится.

- Я тоже так считаю, - раздался мягкий голос Ррадригара у меня над ухом.

Дракон стоял между столами, моим и Ланы, и смотрел на эльфийку с подбадривающей улыбкой. Девушка робко в ответ подарила ему полный благодарности взгляд.

- В конце концов, желающих участвовать в турнире этого года много. И каждому из них нужен тренер, - продолжал Ррадригар. - Так почему бы юной госпоже не попытать счастья? Уверен, что у нее и ее подопечной все выйдет прекрасно.

Лана стала чувствовать себя заметно лучше, но все еще немного стеснялась. Впрочем, эту девушку вообще раскрепощенной не назовешь.

- А скольких учеников будете готовить к турниру вы? - тихим голоском спросила она у дракона.

Тот грустно улыбнулся и развел руками:

- Увы, только четверых.

- Не расстраивайтесь! У Эгерэ, например, вообще ни одного ученика, - усмехнулась я.

Демон, восседавший за противоположным столом в крайне расслабленной позе, отозвался:

- Чтоб вы знали, Орлиани, я сам брать никого не хочу!

Чем была вызвана вся эта суматоха? Близился Магический Кубок. Да-да, тот самый турнир. Все студенты, желавшие принять участие в нем, подавали заявки с самого начала этого семестра. Срок подачи заявок заканчивался. А потому традиционно в конце этого месяца начинались распределения тренеров. За детей в столь опасном состязании обязательно должен был кто-то отвечать, кто-то наставлять, давать подсказки и, по возможности, учить хитрым приемам. Все эти обязанности взваливались на преподавателей.

Студент сам выбирал себе тренера. В заявке он указывал фамилии учителей, к которым хотел бы попасть. Первый выбор, второй и так далее. Преподаватель либо соглашался, либо отказывал. Если человек, записанный как вариант номер один, отказывал, то затем интересовались мнением второго и тому подобное. Если студент вовсе оказывался без тренера, то к турниру он не допускался. Но такое случалось редко. Обычно преподаватели с ребятами обо всем договаривались заранее, и подпись бумажек оставалась чистой формальностью.

За годы существования Кубка у нас сложилась своя каста привилегированных тренеров, воспитавших не одно поколение чемпионов. Конечно, в основном это были преподаватели с факультета боевой магии. Но самой большой популярностью, например, в наше время пользовался профессор некромантии Шардан. У него было больше всего подопечных. И все девочки. Но что-то мне подсказывает, что совсем не за спортивными результатами они к нему шли.

После того как все участники обретут своих тренеров, их разнесут по турнирной сетке согласно оценкам за магпрактику и общую магию. А после Нового года начнется и сам Магический Кубок. Длиться он будет несколько недель. Обычно месяц. Все зависит от количества заявившихся. Ну а о победителе вы всегда можете прочитать в газетах.

Я сама никогда не участвовала в турнире. Ни как студент, ни как преподаватель. Теоретикам вообще нечего было делать на поле боя. Побеждали в итоге всегда боевые маги или, за редким исключением, артефактчики. "Предметники" могли неожиданно победить, если пользовались каким-нибудь невероятным магическим изобретением, не наносящим при этом физического вреда. Как бы ни были хороши на настоящей войне анимаги и некроманты, на Магическом Кубке им было не развернуться. Их умения были направлены на прямое уничтожение противника. А поскольку физический урон был строго запрещен...

Дверь открылась и на кафедру заглянул Восп. В свете "светлячков" на его макушке сверкала испарина. Он обвел взором комнату и взглянул на меня.

- Госпожа Орлиани, - чуть дрожащим голосом пролепетал он, - будьте добры, пройдите со мной в лабораторию.

Лаборатория, где теоретики испытывали новоизобретенные заклинания, располагалась всего в двух кабинетах отсюда. Видать, ректор выбрал самое надежное место из тех, что располагались ближе всего. Лаборатория, как ей и положено, обладала абсолютной шумоизоляцией. Запахи она не пропускала тоже, но в нашем случае это не актуально. Поскольку мне опять будут вещать что-то о тайне государственной важности.

Так и оказалось. Когда дверь лаборатории закрылась за нами, Восп достал из кармана платок и начал тщательно вытирать им лицо.

- Госпожа Орлиани, это касается вашего предыдущего разговора с господином Ангеймом, - лепетал полугном. Только сейчас от волнения его глаза блестели так, что против воли начинаешь вспоминать, что этот мужчина еще и на половину вампир. - Мне прислали письмо, в котором... в котором перечислили фамилии студентов, которые вероятнее всего могут быть замешаны в этой пренеприятнейшей истории с Запретной магией...

- Я в курсе, - холодно ответила я. - Только склонна думать, что Совет ищет совсем не там, где следовало бы. Это больше напоминает истеричную охоту на вампиров прошлых столетий - не более.

Полувампир-полугном вздрогнул и лихорадочно стал оглядываться, уж не подслушивали ли нас. А то загремим оба на каторгу за допустимость мысли об измене родине.

- Ну что вы, госпожа Орлиани, что вы?! Как можно сомневаться в делах Императорского Совета? - добавил мужчина, заметно повысив голос, на случай, если шпион все-таки присутствовал в этой надежно защищенной комнате. - Уверен, что в Совете работают во всех направлениях и делают все, чтобы найти того негодяя, который угрожает миру в Союзе!

Я возвела глаза к потолку (бывшим некогда белым, но теперь всего в разноцветных пятнах от зелий). Ректор перевел дух и вновь перешел на шепот.

- В письме мне сообщили, что перед вами ставится задача как можно теснее следить за указанными подозреваемыми.

Последнее слово меня покоробило. Какие они подозреваемые? Они мои студенты! Да прибудет со мной богиня рассудка, одна из них и вовсе моя лучшая подруга!

- Меня просят, - продолжал Восп, а я усмехнулась: будто Совет может просить, а не требовать, - оказывать вам всестороннюю помощь и поддержку, а также обеспечить условия выполнения задания.

- Буду глубоко признательна, - склонила голову я, - но как это осуществить?

Ректор еще раз вытер лицо платочком, потом высморкался в него же, после чего убрал за пояс. Один пас руками - и ректор материализовал несколько бумаг.

- Мы тут уже довольно давно, думая как осовременить регламент Кубка, разрабатывали один проект, но все никак не могли решиться начать его внедрение, - бормотал Восп, протягивая листы мне. - И вот раз тут такое дело, то я подумал, почему бы не воспользоваться данной идеей для достижения поставленных Советом целей.

Я взяла бумаги. Это оказались устав проведения соревнований. Регламент и правила. Не совсем Магического Кубка, нет. Его командной разновидности!

Предлагалось ввести наряду с индивидуальным зачетом и соревнования команд по пять человек. Зрелищность обещала повыситься. Соответственно, посещаемость тоже. Каждый мог участвовать как в личных состязаниях, так и командных. Правда, протяженность во времени турнира несколько увеличивалась.

- Но как это поможет мне с заданием? - поинтересовалась я, закончив чтение.

- Я продумал этот вопрос, - кажется, убедившись, что я не стану высмеивать его идею, Восп заметно успокоился. - Вам известно, что срок подачи заявок на Магический Кубок уже истекает, времени на то, чтобы создавать команды самостоятельно у ребят просто нет. Тем более что это будет первый в истории командный турнир, можно сказать, пробный камень, и никто не знает, как толком на нем себя вести. Мы воспользуемся этим фактом и предложим создать команды жребием!

Я удивленно приподняла бровь. Мой собеседник прокашлялся и продолжил:

- Да, жребием. Это будет своего рода повинность и эксперимент одновременно. Мы сложим в кубок записки с именем каждого члена академии, а потом преподаватели начнут по очереди тянуть по пять бумажек. Кого они вытянут - те и станут членами одной команды. А учитель, соответственно, их тренером. Естественно, это будет красивая и торжественная церемония в главном корпусе!

Я нахмурилась, но ректор уже не смотрел на меня, унесшись в мечтах куда-то на Облачный стадион.

- Только представьте, - восторженно махал руками Восп, - какая эта уникальная возможность - проверить, смогут ли ребята сработаться с незнакомыми людьми, чуждой магией, в конце концов! Ведь после выпуска им придется приспосабливаться к жизни! На войне им никогда не выдадут напарника, о котором они мечтают! А тут они могут проверить себя в боевых условиях! Более того, ребята, которые никогда не участвовали в турнире из-за своей магии, получат шанс не просто посоревноваться, а возможно даже победить!!

Я всегда догадывалась, что у "оракула" Воспа, страстно помешанного на Магическом Кубке, была обида на всех боевых магов, которые в его время (впрочем, как и сейчас) доминировали на всех турнирах, не оставляя никаких шансов студенту факультета ясновидения. И многие годы, став ректором, он вынашивал идею такого регламента турнира, чтобы уровнять шансы всех студентов. И действительно, попадись оракулу в команду парочка боевых магов - и победа уже не выглядит иллюзорной мечтой.

- Но преподаватели. Не будет ли это слишком большой нагрузкой для них? Учитывая, что у некоторых есть еще и личные ученики.

- Им будут доплачивать, - отмахнулся от вопроса ректор, а потом, задумавшись, добавил. - Более того, в этом эксперименте примут участие все работающие в ВАМ. Преподаватели и не только!

Я тут же подумала о Годаре, а также нашем старшем поваре Люсьене. Они бы, и правда, стали прекрасными тренерами. Особенно последний. Предыдущие правила Кубка этого им не позволяли. Ну и конечно, дополнительная плата была весомым аргументом.

- А как это поможет мне? - поинтересовалась я.

Ректор перевел дух и снова залепетал:

- В том-то и состоит вся суть идеи. Мы немножечко поколдуем, и вы вытянете бумажки с теми именами, что нам необходимы... - и тут же поспешил добавить. - Нет-нет, с остальными командами все будет по-честному. А чтобы сами детки не чудили, поставим ловушку на магию. Засечем, кто и когда колдует. Сигналы, исходящие от вас, само собой, проигнорируем, но остальных, если вдруг что, вычислим. Поэтому только слепой жребий!

Наконец, я все поняла:

- Вы хотите, чтобы я тренировала команду из тех самых пяти студентов?

Ректор снова достал платочек и вытер им лоб. Не хотелось напоминать ему о том, что совсем недавно он туда высморкался.

- От вас не требуется непременно побеждать или что-то вроде этого, - начал оправдываться мужчина. - Но это дает возможность проводить много времени рядом со всеми пятью молодыми людьми одновременно в течение как минимум месяца. Думаю, этого должно хватить, чтобы добиться того, чего хочет Совет.

Я еще раз взглянула на ректора. Все-таки не зря его назначили начальником. Несмотря на некую потерянность, он был головастым мужиком. При всей своей нелюбви к тренерской деятельности (а как таковой нелюбви у меня и не было) должна признать, что идею полугном предложил хорошую.

Испуганный моим длительным молчанием, мужчина затараторил:

- Конечно, Совет был посвящен во все детали плана! Они еще не успели прислать свой ответ. Но если идея придется им не по нраву, мы, конечно, свернем проект. В смысле, просто назначим вам другую команду...

Я подняла руку, останавливая словесный поток. Когда ректор все-таки замолчал, я подбадривающе улыбнулась ему:

- Мне нравится эта идея. Не знаю, хороший ли из меня получится тренер. Но так наблюдать за ребятами значительно проще. Уверена, что месяца действительно хватит, чтобы доказать несостоятельность идей Совета, будто кто-то из них может тайно учиться лезть в чужие мысли.

Услышав мой ответ, Восп просиял. Разве что в ладоши не захлопал, как маленький ребенок, впервые получивший свой первый артефакт.

- Однако! - прервала я его бурные проявления радости. - Что если сами дети откажутся участвовать в этом эксперименте?

- Мы продумали и этот момент, - закивал мужчина со скоростью болванчика. - Мы объявим им, что командный турнир будет представлять из себя зачет по командной работе. Недифференцированный естественно. А победители получат единовременную прибавку к стипендии, как и предыдущие победители Кубка.

Хотелось поинтересоваться, откуда в бюджете академии нашлись расходы на организацию второго турнира, но никак не отыщутся на новый стул нам на кафедру, но я удержалась и промолчала, демонстрируя жестом, что вопросов больше не имею.

- Вот и чудно! - воскликнул ректор. - Теперь осталось только объявить об этом академии. Надеюсь, данную идею найдут интересной.

Здесь он оказался прав. Кто-то в эту идею влюбился, кого-то она не привела в восторг, но любопытной ее нашли все.

Преподаватели, поворчав немного, в этот же день дружно отправились праздновать будущую прибавку к зарплате в город. Сначала хотели заскочить в богатый и популярный ресторан "Золотой гусь", но проверив содержимое своих кошельков, как всегда невероятно плачевное в конце месяца, и соотнеся свои возможности с реальностью, завернули в "Серого принца".

В таверне было переполнено. Нескольким десяткам учителей пришлось умоститься за два столика. Причем восседавших за ними девушек пришлось попросить потесниться и пересесть за соседний к незнакомым парням, упорно им подмигивавшим. Девушки не сильно сопротивлялись, надо сказать.

Причина аншлага стала известна, когда к нам присоединилась чуть припоздавшая Диана (она ни за что не отпустила бы мужа одного вечером шляться по кабакам, даже с коллегами):

- Представляете, там на входе висит объявление, что сегодня здесь состоится волшебное представление!

- Ну и что? - хмыкнул один из молодых Сайберов, кажется, старший брат Дианы, он преподавал у хозяйственников общую теорию насыщения. - Кого в городе с магическим университетом удивишь колдовством? Чего это вдруг сюда столько народу привалило?

- Может, потому что "волшебное" употреблено не в прямом смысле? - усмехнулась Диана. - Там такая аннотация, если я правильно запомнила: "Ему рукоплескал весь Глис, он покорил Добад, спешите падать ниц, он - гений-акробат". Потом там дальше еще что-то про Герассиэль и прочие мировые столицы.

Я непроизвольно закашляла. Ну, Райдер, ну, выдумщик! Хотя, может, это хозяин - автор стихов. Но в том, что идею о создании образа таинственного странствующего акробата оборотень горячо поддержал, я не сомневалась ни секунды.

Сегодня во второй половине дня я подписала прошение от трактирщика, которое принес ко мне Ульфрих. Шустро же ему сделали лицензию. Или он рискнул выступать пока без нее, надеясь в случае проблем отбрехаться бумажкой с подписью? Поскольку тогда проблемы могли возникнуть у меня, оставалось только молиться богам, чтобы собравшиеся вон за тем столом стражники пришли исключительно в качестве зрителей. Или поесть.

Меня посадили за стол посередине третьего ряда. То есть практически в центре. Было непривычно. На скамье помимо меня сидели еще пятеро, и я была далеко не самой толстой среди всех. А потому каждому пришлось изрядно потесниться. Наплевав на такое понятие, как личное пространство, с обеих сторон меня зажали Генри и Нефас. И если к Весту справа я относилась нормально (по другую руку от него, с краешка, сидела, само собой, Диана), то присутствие слева демона меня откровенно нервировало. Прямо напротив устроился Ррад, окруженный исключительно прекрасными дамами: Ланой и преподавательницей истории магии, которая учила еще меня. Я слабо представляла, как в таких стесненных (а точнее - стиснутых) условиях мы сможем работать ложками и вилками. Я, предположим, обучена есть, держа локти ближе к телу. Но вот за этикет того же демона не поручилась бы.

Мы сделали заказ - каждый свой. Платили все из своего кармана. По количеству (и качеству) заказанных блюд можно было судить, кто насколько протратился в этом месяце. Юстиан, примостившийся на дальнем от меня краю скамьи, заказал себе двойную порцию рябчиков, а вот Лана обошлась кружкой сладкой воды. Как и Ррадригар. Но про дракона я вспомнила, как Нефас говорил что-то о том, что его друг питается только изысканной пищей. Такой в "Принце", конечно, не найдешь. Сама я была неголодна и заказала привычный клюквенный морс.

Эгерэ смерил меня жалостливым взглядом, когда я ответила "это все" на вопрос официантки: "Еще что-нибудь?"

- На диете? - поинтересовался Нефас то ли с сочувствием, то ли с издевкой.

Что бы вы ответили на моем месте? Если бы обладали такой же широкой костью, как я, весили, подобно мне, и занимали, так сказать, немало места на скамье, которую делили еще с несколькими индивидуумами, вынужденные прижиматься к не самому знакомому существу теснее, чем к родному мужу (при условии, что у вас есть муж, конечно)? Солжете? Или признаетесь, что не сидите ни на какой диете? И нарветесь на укоризну, что стоило бы, ибо тогда коллегам было бы легче разместиться?

Лично я предпочла промолчать. Диана решилась разрядить обстановку. Она обратилась к демону, чуть откинувшись назад, чтобы суметь разглядеть его слева от себя:

- А это правда, что у вас, демонов, каждого второго зовут Нефас?

Эгерэ передернул плечом:

- Отчасти. На самом деле у всех нас есть Истинные имена - красивые и оригинальные. Но жалк... другие расы, как вы знаете, не в состоянии говорить на нашем языке. Даже в академии я учу студентов только письменному демоническому. Поэтому мы используем для подобных вам другие имена и названия, которые бы вы смогли повторить. Тут у большинства демонов сказывается отсутствие фантазии, и они дают своим детям в качестве Второго имени то, что уже где-то когда-то слышали. А поскольку Нефасом величают каждого третьего императора демонов в истории - вот имя и на слуху.

- Ух ты, - присвистнула Дианка. - А можно узнать ваше Истинное имя?

- Нет, - резко отрезал Эгерэ. - Мы не называем его... людям. Зачем петь колыбельную глухому - он все равно ее не услышит.

За столом снова повисла тягостная тишина, нарушила которую официантка, принесшая чей-то заказ.

- А господин Орум? - решилась прервать молчание Лана. Ее голосок дрожал, а взгляд упорно не желал отрываться от кружки с водой. - У вас тоже есть особое имя?

Ррадригар вскинул голову и неуверенно обвел взглядом каждого из нас, будто не ожидал вопроса и сейчас пытался понять, от кого же он поступил.

- У меня? - улыбнулся золотой дракон. - Ну что вы. Сказать по правде, у меня не то, что второго имени, а даже и фамилии-то нет. Орум - просто "один" на моем родном языке. Когда у меня при заполнении анкетных данных спросили фамилию, это было, собственно, первое, что пришло в голову.

Я решила поддержать разговор, тем более что мой клюквенный морс никак не могли донести.

- А отсутствие фамилии у драконов как-то связано с тем, что у вас нет понятия рода как такового? - вспомнила я, как читала о чем-то подобном. - Яйца высиживают всей стаей, и малыша воспитывает тот, кому посчастливится присутствовать при его вылуплении. Импринт, первое впечатление, и все такое...

Женщины за столом ойкнули. Даже Генри ткнул меня локтем в бок (а может, он случайно, все-таки в данный момент он пытался распилить котлету, которая упорно не поддавалась). Улыбка Ррадригара чуть потускнела.

- Подобная традиция вызвана тем, что золотые драконы очень редко откладывают яйца. А не дать будущему поколению погибнуть - обязанность каждого. А ребенок, как известно, навсегда привязывается к тому, кого первым увидит, - мужчина вздохнул и подпер рукой подбородок. - Но что-то мне подсказывает, что здесь имеет место быть обычная зависть. Каждому дракону хочется, чтобы боги осчастливили малышом именно его, и высиживают чужое яйцо в надежде, что птенец вылупится именно под ним.

- Но разве драконы не могут завести детей с представителями другой расы? - загорелась интересом Диана. - А как же многочисленные похищения и все такое? Как в романах!

Диана обожала романы про драконов и принцесс. Особенно тот, где принцесса похитила дракона и заперла в высокой и темной башне, вынуждая дать согласие стать ее мужем. Бестселлер, между прочим. Я вам уже говорила, что подруга была без ума от истории знакомства моих родителей?

- Завести детей, конечно, могут. Но яйца способны отложить только два дракона, - пояснил Ррад. - Золотые драконы могут появиться на свет, только если оба родителя того же вида. У полукровок нет тех же магических способностей, даже если они умеют превращаться и летать.

- Вас тоже так воспитывали? И вы даже не знаете своих настоящих родителей? - прошептала Лана полным ужаса голосом.

Ррадригар рассмеялся. По-доброму так. У него вообще была удивительно теплая аура. Хоть я и не умела ее видеть, что-то мне подсказывало, что я не ошибалась. Я начала данный разговор исключительно из энциклопедического любопытства, свойственного мне с детства, но теперь он перерос в какую-то драму, которой сопереживали все женщины не только за этим столом, но и за соседними. При этом добрый и немного усталый взгляд дракона делал атмосферу почти семейной.

- Конечно, я знаю, кто мои настоящие родители. Отложенное раз в век яйцо - великое событие, о коем ходят легенды. В таких случаях трудно не знать, чье же оно на самом деле, - рассказывал Ррадригар, а закончил свой монолог тяжелым вздохом. - В нашем современном многонациональном обществе драконы все чаще выбирают себе пару из других рас. Модно, экзотично, да и шанс зачатия в сотни раз выше. И яйца откладывают теперь даже реже, чем раз в сто лет. Нас осталось крайне мало. Скоро золотые драконы вымрут совсем...

Вот уже пошли и траурные разговоры за обеденным столом. А ведь еще никто не напился. Нонсенс.

Лана и училка истории начали наперебой подбадривать Ррадригара, мол, он обязательно станет основателем нового рода своих сородичей и спасет золотых драконов от исчезновения. Когда мне, наконец, принесли морс, эльфийка уже была готова сосватать Рраду знакомую своей знакомой (и дальше по списку), оказавшуюся драконом. Правда, эльфийка не была уверена, что именно золотым, а не черным (то есть полукровкой), поскольку лично знакома с ней не была.

Тем временем Нефас попробовал своего тушеного кролика и, по всей видимости, решил, что ушастых он предпочитает живыми и подальше от своей тарелки. А потому стал ненавязчиво придвигать свое блюдо ко мне. Мол, не мое, оно тут не стояло. Я, естественно, не горела желанием есть уже понадкусанное кем бы то ни было мясо, тем более демоном. А потому возвращала миску обратно. Так мы и двигали посуду туда-сюда, пока Юстиану не надоело подобное надругательство над святым, и преподаватель имперского, буркнув "Можно?", но и не подумав дождаться ответа, выхватил из-под локтя Эгерэ кролика и начал старательно жевать. Пропажу данного кулинарного изыска демон встретил вздохом облегчения.

- Может, тему экзотических рас и культурных различий поддержит Орлиани? - хохотнул Нефас. - Как там дела с родом и прочим обстоят у троллей? Своих фамилий нет, так они заимствуют у эльфов?

На преподавателя демонического уставились с немым укором.

- Вообще-то Нива - из рода Орлиани! - произнесла Диана таким тоном, будто только что призналась кому-то, что происходит из рода Сайберов, а тот лишь пожал плечами, и девушка, соответственно, никак не могла понять: издевается он или просто не расслышал. - Ее бабушка - сама Сильфин Орлиани!

Эгерэ приподнял брови и развел руками (настолько широко, насколько позволяло его положение). Недоумению Дианы не было предела. Пожалуй, надо будет подруге намекнуть, что далеко не все жители империи являются столь же отчаянными поклонниками великих боевых магов прошлых лет, как она, и знают их всех поименно. Думаю, и сама Сильфин не ожидает, что осталась в памяти народа, как великолепный стихийный маг и герой нескольких войн. Сейчас она просто строгая мать и любящая бабка.

- Дианочка хочет сказать, что наша Нива - не совсем тролль, она росла и воспитывалась в эльфийской семье, - перевела на нормальный имперский язык высказывание Дианы Аркадия Иванна, преподавательница истории магии напротив. Сама Сайбер-Вест находилась в таком глубоком шоке, что смогла бы выдавить из себя максимум: "Ты че, серьезно?"

Аркадия Иванна была человеческой женщиной слегка за сорок, худой ее никак нельзя было назвать, но пышность воспринималась как нечто само собой разумеющееся. В целом она напоминала курочку-наседку и заботилась обо всех своих студентах, как если бы они были ее собственными детьми. И не важно, поступили они только на первый курс или выпустились десять лет назад. Я благодарно улыбнулась своей бывшей учительнице, но предупреждающе покачала головой, мол, не стоит меня так рьяно защищать.

Эгерэ задумался и хотел было что-то сказать, но я ему не дала.

- И все-таки я знакома с культурными традициями своих сородичей, - насмешливо произнесла я, обращаясь к демону. - Какой именно аспект жизни троллей вас интересует? Едят ли они своих младенцев, если вдруг кончатся чужие?

- Надо же, а я думал, подобное практикуют только демоны, - насмешливо пропел Нефас (или как там на самом деле его звали) в ответ.

- Уверена, эту традицию ваш род позаимствовал у моего, - отрапортовала я тоном научного эксперта. Только очков на носу не хватало, чтобы гордо поправить их средним пальцем.

- Но все-таки в жерло вулкана вы своих провинившихся детишек в качестве воспитательной меры не сбрасываете, так? - продолжал ехидничать Эгерэ под дружный писк Ланы и Аркадии Иванна.

- А что, в книгах про демонов пишут и такое? - полюбопытствовала я.

Мой собеседник скрестил руки на груди и фыркнул:

- И не только такое.

- Товарищи! - возмущенно воскликнула Диана. - Мы тут вообще-то пытаемся есть! Это и так нам дается непросто, - последнее предложение она пробубнила, печально глядя в свою миску.

- Ну тогда о традициях троллей я лучше ничего рассказывать сейчас не буду. Не хочу быть причиной расстройства твоего желудка, - смиренно склонила голову я.

Подруга хихикнула, но мою заботу о ней оценила.

- Давайте выпьем! - предложил Генри с лучезарной улыбкой.

То ли молодой преподаватель магических конструктов отчаянно хотел поднять стремительно упавшее настроение за столом, то ли искал повода прекратить жевать блюдо, так любезно заказанное женушкой, не навлекая при этом на себя ее гнев. Спиртного на весь стол была одна бутылка. Но я, Ррадригар и Лана обошлись содержимым своих кружек.

- Я скажу тост, - радостно подпрыгнула Аркадия Иванна. - Наши молодые специалисты - господа Орум и Эгерэ - только в этом учебном году присоединились к нам и первый раз празднуют вместе с коллективом!

Ах, да. Они же оба впервые на учительской пьянке оказались. Пусть привыкают. Сегодня-то все пройдет тихо-мирно. А вот к новогоднему вечеру им лучше морально приготовиться загодя.

- Так выпьем же за то, - продолжала училка истории, - чтобы этим прекрасным юношам понравилось у нас и они задержались в академии на больший срок, чем их предшественники!

На этих словах раздались жиденькие аплодисменты. И коллеги, неуверенно чокнувшись, стали потихоньку глотать каждый свою жидкость. Тут со своего места поднялся Ррадригар и, мягко улыбнувшись, обвел взглядом всех присутствующих. Даже отсалютовал другим преподавателям, сидящим за столиком за нами.

- А теперь позвольте произнести тост мне, - испросил дозволения дракон.

Юстиан согласно замычал с набитым ртом и потянулся за бутылкой дешевого вина (не "Ушки любимой", чего уж там), чтобы заново наполнить свою кружку.

- Я рад, что мне посчастливилось работать в таком чудесном коллективе, прекрасном во всех смыслах этого слова, - и блондин поклонился каждой из дам за этим столом. Даже мне. Приятно. Лана так вовсе запылала. Небось, уже пожалела, что обещала свести его с драконихой.

Женщины радостно стукнули своими кружками по кружке Ррада, их примеру последовали мужчины, преисполненные куда меньшего энтузиазма. А потом все начали чокаться между собой. Нефас оставался последним, с кем мне стоило обменяться перестуком. Я не глядя сунула кружку куда-то влево, если сочтет нужным - чокнется об нее самостоятельно. Не захочет - не велика потеря. Так и оказалось, стука о деревянную поверхность я не почувствовала. Вместо этого услышала чуть приглушенный шепот демон сквозь сжатые зубы:

- Эй, тварь, чтоб тебя!

Я удивленно уставилась на Эгерэ. Чем вызвано столь внезапное проявление его истинных чувств ко мне? В ту же секунду я почувствовала, как тяжесть кружки в моей ладони пропала. И заметила, что Нефас тоже сидит с пустыми руками.

- Госпожа, - раздался над плечом чуть приглушенный чувственный голос.

И вот мне уже протягивали изящный бокал из эльфийского хрусталя с полупрозрачной жидкостью рубинового цвета внутри - наверняка эльфийское же вино.

Я обернулась. За спинами, моей и Эгерэ, стоял человек, с ног до головы закутанный в желтый плащ пустынника. Ткань не только полностью укутывала его тело, но и закрывала волосы и даже рот так, что оставались видны только раскосые серые глаза. Демон попытался схватить нарушителя спокойствия за плащ, но тот с невероятной скоростью избежал хватки крылатого и мгновение спустя уже одаривал бокалами остальных дам за нашим и соседним столами.

- Верни кружку, поганец! - грозно прорычал Нефас, подскочив со своего места.

Я ехидно хихикнула и отпила из подаренного бокала. Вкус был божественный. И да, это были "Ушки".

Райдер, а это был именно он, закончив галантно одаривать всех преподавательниц, шмыгнул на середину зала. Там он избранно облобызал ручки нескольких женщин (от молоденьких красавиц до седых старушек) и сбросил плащ.

Хвоста на этот раз у него не было. Одет юнец был в традиционный наряд все тех же пустынников - кожаные штаны и никакой рубашки. Женские ахи и вздохи заполонили таверну. Пока Ульфрих раскланивался и рассылал воздушные поцелуи, его плащ стал медленно отползать в сторону. Когда оборотень заметил происходящее безобразие, одежда успела скрыться на другом конце прохода. Юноша попытался подойти и поднять ее. Не тут-то было. Плащ ускальзывал от хозяина, как рыба из рук рыбака. Райдер под всеобщие смешки стал раздражаться и, совершив невероятной длины прыжок (тут смешки сменились аплодисментами), попытался приземлиться прямиком на беглеца. Тот не просто не поддался, а вовсе сбежал на стену, притворившись гобеленом.

И тут началось. Под общее улюлюканье и подбадривание Ульфрих гонялся за улепетывающим плащом, проделывая такие трюки, на которые был способен только "атлет"-отличник, активировавший заклинания увеличения силы, скорости и гибкости одновременно. И вновь Райдер носился по столам, стенам и потолку, кувыркаясь, ползая и даже передвигаясь на руках. Мне больше всего понравился момент, где оборотень в поисках плаща поднял нашу скамью (вместе со всеми нами на ней) над головой, как флаг на праздновании Дня Союза. Поддавшись порыву, я даже повизжала вместе с Дианой и Генри. Признаюсь, люблю качели с детства. Сейчас ни одна их конструкция меня не выдерживает. Лет с десяти так. А иногда так безумно хочется того самого ощущения полета, раскачивания туда-сюда. Диана в такие моменты громко ржет и советует мне найти мужика, я же отмахиваюсь. И теперь, взлетев над полом, я испытала некое подобие эйфории.

Полчаса спустя изрядно растративший ману Райдер все же поймал многострадальный плащ и теперь, вновь в него обернувшись, раскланивался перед рукоплескавшей публикой. Пожалуй, в следующий раз ему придется придумывать что-то новенькое. Но пока все посетители были в полном восторге. Даже стражники салютовали парню мечами.

Перед тем как скрыться окончательно, Ульфрих внезапно появился перед нами и поставил перед Эгерэ его кружку. Пустую. Виной тому усталость или полностью истраченная энергия, которой не хватило на обновление заклинания скорости, но на этот раз оборотень сбежать от демона не успел. Нефас схватил юнца за край плаща, когда тот пытался ускользнуть.

- Попался! - прошипел Эгерэ, меняя положение и хватку - теперь демон стоял и удерживал свою жертву за шкирку.

Райдер зыркнул на Нефаса злобным взглядом и попытался вырваться. Безуспешно.

- Эгерэ, бросьте, отпустите мальчика, - стала уговаривать коллегу Аркадия Иванна. - Он ничего такого не сделал, наоборот, повеселил нас.

- Он стащил мое вино! - и демон указал на свою пустую кружку.

- Вы благодарить меня должны, это ж не вино, а драконья моча! - пробормотал Ульф, чем заслужил осуждающие взгляды ото всех дам, даже меня. Но Ррадригар лишь приподнял левую бровь и продемонстрировал, что не обиделся. - Уверен, вам есть с чем сравнивать, - никак не мог угомониться оборотень, выговаривая все это Нефасу с нескрываемым злорадством.

Да что это с ним?

- Эгерэ, немедленно отпустите моего студента, - я решила, что пора вмешаться, пока глупый мальчишка не разгневал злого темнокожего дядю еще больше.

- Студент? - демон развернул парня к себе лицом и пригляделся. - А-а... это же тот самый.

И демон швырнул юношу мне. Прямо вот так взял и швырнул. Прямо на меня. Благо, я не тростинка - и подачу приняла, и на ногах устояла. Выпрямившись, Райдер развернулся к своему недавнему пленителю и угрожающе зарычал. Что-то мне подсказывает, что хвост тоже уже вернулся на место (но под плащом не видно). Хотя... покрой брюк такого аксессуара не предусматривает.

- Тот самый? - не удержалась от вопроса сверхлюбопытная Диана.

- Нефас! - предупреждающе произнес Ррад.

Но его друг не послушался. Он сел обратно на свое место и, воспользовавшись тем, что я сейчас была занята своим учеником, взял со стола мой бокал и осушил его одним залпом. Вина там, конечно, оставалось немного, да и досталось оно мне бесплатно, но вышло все равно некрасиво. И негигиенично.

- Тот, с которым она вместе на постели кувыркалась, - охотно ответил Эгерэ, отставив бокал.

Возникшее было молчание прервала, опять же, Диана.

- Когда это? - по ее тону было очевидно, что она ни на секунду не поверила, уверенная, что коварный демон опять издевается надо мной, и решила спасти мою репутацию и вывести негодяя на чистую воду.

- В эти каникулы, - поведал Нефас с усмешкой. - Я так понял, что они их провели у нее в квартире...

Ну вот, это и стало известно. Все тайное когда-либо становится явным, будь то утащенная конфета из серванта или же прикопанный в лесу труп. Что-то раньше - через час или два, что-то позже - веков через десять. Просто как-то глупо эта информация всплыла, в неудачный момент и неудачное время, породив тьму недопониманий. Как я уже говорила, меня не волновало, если в академии о факте моего сожительства со студентом в течение нескольких недель станет известно. Беспокоило другое: что Диана все неправильно поймет и начнет...

- Ни-и-ивка! - многозначительно затянула подруга. Вот, собственно, уже и начала. - Так значит, ты все-таки завела себе мужика? И это не... - быстрый взгляд в сторону Эгерэ. - И ты мне не сказала?! Столько времени прошло, а я до сих пор не в курсе? Я думала, я твой лучший друг! - Диана улыбнулась Райдеру, продолжавшему хмуро взирать на Нефаса и иногда бросающего неуверенные взгляды на меня. - Поздравляю, юноша. Вам повезло. Она - сокровище!

- Нива, ну ты даешь! - присвистнул Генри.

- Ниавин! - Аркадия Иванна была поражена до глубины души.

Лана просто сидела красная, как маков цвет, уставившись на свои ногти. Ровные, отполированные, красиво накрашенные - то есть не стоящие столь пристального внимания хозяйки.

Ульфрих топтался на месте. И куда делись его обычные самообладание и говорливость? То за словом в карман не полезет, сыпет двусмысленными намеками направо и налево. Когда же приходит пора за слова отвечать, он дрожит как осенний лист на ветру.

- Н-не... - начал бормотать он, искоса глядя на меня.

- Да! - прервала его я. - Да-да, все именно так, как вы себе нафантазировали, и даже круче. Вы же видели сейчас, что он способен вытворять, - хмыкнула я, знаком велев встрепенувшемуся оборотню молчать. - Несколько недель неземного блаженства - и к следующему Новому году у нас будут зеленые карапузы. И нет, Лана, несмотря на то, что они будут зеленые, найдут их не в капусте.

- Ниавин! - вновь прохрипела Аркадия Иванна все тем же возмущенным тоном.

- Диана, ну право слово, ты же моя подруга! - взмахнула руками я. - Почему ты принимаешь любое высказывание демона за чистую монету?

Коллеги начали потихоньку выходить из ступора. Но в него впал Райдер.

- Да, конечно... прости, Нива, - пролепетала Диана и тут же сама рассмеялась. - Глупо было поверить, будто ты могла соблазнить мальчишку.

Я удивленно повела бровью:

- А вариант, что он мог соблазнить меня, не рассматривался?

Диана подумала, что это хорошая шутка, и захохотала. Ее поддержал сперва муж, а затем подключились и все остальные. Только демон молчал, поведя крылом, мол, не верят - и Темная с ними. А еще Ульфрих покачивал головой. Я не стала присоединяться ко всеобщему веселью и подтолкнула своего студента в направлении барной стойки.

- Все, Райдер, вы свободны. Идите получайте свою законную зарплату за сегодняшний день. А насчет того, что сказал демон, не беспокойтесь. Если какие слухи ходить и начнут, в чем я сильно сомневаюсь, то в них никто не поверит. Ваши товарищи вас не засмеют.

- Я не... - пытался что-то вставить оборотень.

- Идите уже.

Я развернулась, вознамериваясь вернуться на свое место. Но тут Райдер схватил меня за локоть и будто потянул к себе. Я вынуждена была слегка наклониться - так, что мое ухо оказалось на уровне его губ.

- Он не нравится мне, - зловеще прошептал Ульфрих, кивая в сторону Эгерэ.

Тот продолжал крутить в своей руке бокал, периодически принюхиваясь к нему, и совершенно не обращал на нас внимания. Или делал вид.

- Что ж, он явно не тянет на прекрасную фею, согласна, - хмыкнула я, - но это не...

- Пожалуйста! - резко прервал меня юноша. Умоляющие интонации его голоса не вязались с силой, с какой он сжал мой локоть. Было достаточно болезненно. Он глядел на меня снизу вверх большими блестящими глазами. - Будьте осторожны...

И взмахнув полами плаща, как вельможа на балу, Райдер скрылся. В следующее мгновение я уже наблюдала, как он разговаривает с хозяином таверны у стойки. Я потерла локоть, недоумевая, что бы могли значить его слова.

Я вернулась на свое место, но оно было занято. Диана заставила мужа подвинуться, и теперь Генри сидел рядом с Эгерэ, а я вынуждена была подсесть на край скамьи - к Диане.

- Ну, - прошептала мне на ухо подруга, - колись, это правда, что ты провела все каникулы с этим парнем?

- Правда, - кивнула я, выискивая, чем бы занять себя. Мой морс забрал во время представления Ульфрих, а вино выхлебал Нефас.

- А между вами что-нибудь было? - голос огневички дрожал от возбуждения.

- Не было, - хладнокровно ответила я.

Диана устало вздохнула. Весь ее интерес будто испарился.

- Нива, ты такая скучная! - фыркнула подруга. - И что? Ни разу даже не поцеловались?

- Диана, я тебя не понимаю, - я подперла щеку рукой и повернула лицо к юной Вест. - Что стало с мечтой всей твоей жизни выдать свою дочь замуж за моего сына от Эгерэ?

Подруга пожала плечами и расплылась в хитрой улыбке:

- Я тут подумала, что прекрасный, как эльф, страстный, как тролль, и при этом верный, как оборотень, парень - все-таки куда более подходящая кандидатура в мужья для моей кровиночки.

9 глава.

Осчастливить студентов объявлением о новом формате проведения Магического Кубка было решено через два дня - к концу недели. Дабы в распоряжении имелись целые выходные на оценку полного масштаба свалившегося на них счастья. Но как всегда бывает в подобных случаях, к тому моменту, когда студиозы всех возрастов и факультетов заполонили площадь с фонтаном, о "сюрпризе" не знал только ленивый. Впрочем нет, неправда, ленивые также были в курсе. Многие преподаватели-тренеры признались по секрету своим подопечным, те под еще большим секретом - со своими лучшими друзьями, которые, в свою очередь, поспешили поделиться великой тайной с соседями по комнате. В результате Восп еще только выходил на парадное крыльцо первого корпуса, чтобы во всеуслышание объявить об учреждении командного турнира, а в местной газете уже красовалась заметка с предложением бронировать лучшие места Облачного стадиона на оба финала по специальной акции.

Я стояла вместе со всеми преподавателями, где-то слева от крылечных ступенек. Ряду этак в пятом-шестом. Неудобств никаких не испытывала, поскольку возвышалась над своими коллегами на полголовы, а то и больше - площадь было отлично видать. У фонтана толпились сотни молодых людей.

Пожалуй, я никогда не наблюдала такого количества студентов в одном месте. Ученики, само собой, не имели привычки посещать официальные мероприятия, даже если явка была объявлена обязательной. А для посещения Новогоднего бала или Магического кубка далеко не у всех находились деньги, а порой и желание. Теперь же каждый хотел стать свидетелем того, какая судьба его ждет в ближайшие два месяца: будущего героя или полного неудачника.

Аркадия Иванна призналась во время прошлой пьянки, что Восп подумывает в следующем году разрешить ребятам сколачивать команды самостоятельно. И даже не по пять человек, а по семь, а то и по десять. Однако именно идея слепого жребия будоражила больше всего, гоняя в крови адреналин. Студенты ощущали себя на тонкой жердочке над пропастью. В конце пути - горы золота, но порыв ветра - и в зияющей черной пустоте под ногами ждет неминуемая гибель. Очевидно, что предоставь ректор ребятам выбор - и сильнейшие тут же сколотят команду с сильнейшими. Исход большинства поединков будет заранее известен, а команды из средних или слабых игроков - обречены на поражение. Тогда как сейчас у любого из учащихся академии внезапно появился шанс. Оракулы и теоретики - самые "слабые" из магов неожиданно ощутили надежду на то, что даже они могут если не выиграть, то громко заявить о себе: выступить на арене Облачного стадиона, услышать подбадривающие крики толпы, почувствовать вкус победы, попасть на страницы печатных изданий, в конце концов. Для этого достаточно было оказаться в одной команде с условной Дианой Вест. Никто ведь не мог знать, что на самом деле бумажка с именем Дианы давно была заколдована и дожидалась только моей руки.

Студенты не спали всю ночь, придя на утреннее собрание взбудораженные и с темными кругами под глазами: кто-то молился всему пантеону богов сразу, кто-то изготавливал талисманы на удачу и явился на площадь увешанный ими с головы до пят, а кто-то просто волновался до жути. Создавалось впечатление, что здесь и сейчас на этой площади решалась их дальнейшая жизнь, а не судьба недифференцированного зачета. На ком-то я даже приметила "сессионные" колечки - маленькие заряженные артефакты, частеньков виде перстней или браслетов, которые использовались обычно для вытягивания нужного билета - единственного, который студиоз удосужился выучить. Правда, такие фокусы легко отслуживались и пресекались еще на стадии входа в аудиторию. Но детям хотелось верить, что тот единственный раз, когда Ховану с предметного попался загаданный тридцать второй билет, был вызван именно действием амулета, а не элементарной случайностью и везением.

Наконец, Восп изобразил несколько пасов руками, читая заклинание усиления голоса, и, прокашлявшись, заговорил:

- Уважаемые учащиеся и преподаватели Высшей академии магии. Наше славное учебное заведение известно многовековыми традициями, которые остаются незыблимыми столетиями...

И так далее. Стандартные вводные слова. Ректора никто не слушал. Когда он начал свою речь, гам толпы не только не утих, но наоборот, стал еще громче. Всеобщее внимание было приковано к огромному золотому кубку - раза в два больше того, какой обычно вручают победителю магического турнира. Но надо признать, что экземпляры, хранящиеся в семейной коллекции Дианы и Генри, не в пример изящнее и просто краше. Это же дитя пьяного ювелира напоминала скорее мусорную корзину для хранения отходов неудавшихся алхимических опытов, нежели спортивный трофей. Что-то мне подсказывало, что изначально ею (корзиной) кубок и являлся. На что хватило бюджетных средств - то и приобрели. Все же стипендии победителей, тренерские премии и сама организация турнира требуют немалых расходов. А кубок - это всего лишь приятное приложение, вроде наградной грамоты. Главное, несмывающейся золотой краской замаскировать не забыть - и все довольны.

Недовольства среди тех, кому предстоит сражаться за данный предмет искусства, и правда, замечено мною не было. Но на самом деле всех волновал не внешний вид кубка, но его содержание! Именно в этой бывшей корзине находились сейчас сотни бумажек с именами всех без исключения студентов ВАМа. Каждый из преподавателей по очереди будет подходить к ней, совать в ее прямоугольную пасть (отверстие задумано было быть квадратным, но уж как вышло) руку и тянуть по пять учеников. "Мои" записочки должны были ловко ускальзывать от чужих пальцев, дожидаясь подходящего момента, чтобы самостоятельно запрыгнуть ко мне на ладонь. Кубок зачаровывал Дибрин - декан предметного факультета, ветеран своего дела. От чужой магии на будущем трофее стояла плотная защита. Поверхность кубка то и дело искрилась, а в толпе - кто-то скулил и визжал. Значит, чьи-то отчаянные попытки выбрать себе команду не совсем честным, магическим путем, провалились. Ну что ж, по крайней мере, это было смело. Надеюсь, до начала собственно турнира у них все заживет.

Речь ректора заметно затянулась. Даже Ррадриагр, стоявший по правую руку от меня, незаметно позевывал, отвернувшись и вежливо прикрывая рот рукой. Его друг демон и вовсе оперся спиной о стену здания и бессовестно спал. Ну или по крайней мере пытался заснуть, что, учитывая положение тела, ор толпы и писк многократного усиленного голоса Воспа, было достаточно затруднительной задачей. Когда же наконец ректор приступил непосредственно к объявлению об учреждении Командного турнира и объяснении его правил, то был встречен такими громогласными аплодисментами, которых не слышал никогда в жизни. В свой адрес так уж точно. Но что-то мне подсказывало, что озябшие на морозе студенты с помощью интенсивных хлопков просто пытались согреться.

- Имейте в виду, дорогие студенты, что участие в Магическом кубке считается за активную общественную деятельность и может повлиять на вашу стипендию вне зависимости от наличия положительного результата. Запись о выступление в обоих видах программы будет внесена в вашу характеристику наряду с отметками о волонтерской деятельности, участии в творческих вечерах и прочей внеклассной работе, - заканчивал свое выступление Восп. - Если у кого-то возникли вопросы, я с удовольствием на них отвечу.

Громкое и удивительно единодушное "Нет!" толпы на доли секунды оглушило даже меня. Бедный ректор, вампир с тонкой душевной организацией (то есть пугливый), так и вовсе чуть кубарем не скатился с лестницы. Аркадия Иванна едва успела его подхватить. Когда пару мгновений спустя ректор вернул себе равновесие, ноги его заметно дрожали. Голос, впрочем, тоже.

- Что ж, раз вопросов нет, то приступаем к основной, самой интересной части нашего собрания - выбору команд!

Студенты зашлись криком ликования. Тут было все: и овации, и троекратное "Ура!", а кто-то даже бросился обниматься, будто уже победил в финале Кубка или узнал, что он в одной команде с Дианой Вест, как минимум. Гам стоял такой, что даже Эгерэ соизволил открыть глаза.

- Право первым выбрать себе подопечных, мы предоставляем тренеру победительницы прошлогоднего Магического Кубка, преподавателю магической защиты с факультета боевой магии, господину Веннеру, - безуспешно пытался перекричать толпу Восп. Но беднягу ректора не слушал никто, тут даже магия звука не помогала.

Но вот на крыльцо поднялся Асгор Веннер - тренер Дианы - и толпа мгновенно затихла. Это был мрачный мужчина за сорок лет, ближе к пятидесяти, человек. Высокий, широкий в плечах и хорошо заметной, накаченной мускулатурой. Он был абсолютно лыс, его блестящей гладкой макушке мог бы позавидовать даже наш преподавательский чайник. На толстой бычьей шее боевого мага красовалась татуировка в виде последней буквы тролльего алфавита. Не думаю, что мужчина знал, что наносил себе на кожу, поскольку мои сородичи очень любили на эту букву посылать всех, кто не тролль. А может быть, и наоборот, прекрасно знал и демонстрировал ее своим, так сказать, врагам и недоброжелателям. Как бы то ни было, но само ее наличие придавало Веннеру таинственности и суровости. За последние десять лет его ученики выигрывали главный трофей Высшей академии магии шесть раз. В свое время он тренировал Генри. И это была одна из причин, по которой Диана выбрала именно Асгора в качестве наставника. Другая же причина - он не Сайбер.

Нельзя сказать, что бы Диана души не чаяла в своем тренере. Но она его уважала. Его жесткие методы приносили результат, а это - самое главное. Ибо для моей подруги не существовало места, кроме первого. Теперь же в любимицах у Веннера ходила Кэтрин, и данный факт Дианку ужасно раздражал. Вест горела желанием третий раз подряд выиграть Магический Кубок, войти в историю непобедимой (а участвовать она начала только после выбора специализации - то есть с третьего курса) и доказать Асгору, Кэтрин, родственникам и даже Генри, что она - сильный маг, вполне себе самодостаточный, и без имени Сайберов чего-то да стоит.

Веннер не стал тянуть резину. Он молча, не обращая внимания на увещевания ректора обратиться к молодежи с "небольшой приветственной речью", засунул руку в кубок и вытащил сразу горсть бумажек. Не глядя отобрав пять, он ссыпал лишние обратно. Оставшиеся развернул и прочитал написанные на них фамилии. Его зычный голос был слышен в самых укромных уголках площади даже без магического увеличения громкости. Перо-самописка над головой Воспа шустро задвигалось, записывая в документы первую в истории команду, которой предстояло бороться за Магический Кубок. Фамилии детей мне были знакомы плохо. Никого из "моих" курсов. Только вот мальчика-целителя я смутно помнила: за две пары, что я успела провести у их группы в те суматошные недели с чехардой в расписании, он умудрился получить четыре десятки.

Кажется, первые пять счастливчиков не особо радовались своей удаче - попасть к лучшему тренеру десятилетия. О суровом нраве и тяжелой руке Веннера ходили легенды. А в его команду не попал ни один боевик или даже предметник. Лишь теоретики, оракулы и целители. Сборная солянка потенциальных аутсайдеров. Внезапно даже стало любопытно, что же из них сможет вылепить Асгор и как далеко его подопечные дойдут на турнире.

Все последующие преподаватели, поднимавшиеся на крыльцо, следовали примеру Асгора - доставали записки быстро, а главное - молча. Лишь Аркадия Иванна прочитала трогательную речь о значении дружбы, взаимопонимания и важности командной работы. В финале своего монолога она даже всплакнула, и Восп вместе с ней. Собравшихся зрителей же ее слова не особо тронули.

Меня вызвали к кубку сразу после Эгерэ. В ученицы к демону попала среди прочих и Кэтрин. Если я скажу, что магичку мне было совсем не жаль, вы, небось, сочтете меня невероятно черствой? И пускай! Троллям положено быть жестокосердными и бездушными, в конце концов.

Спускаясь, Нефас всем своим видом показывал, как ему не нравится вся эта затея с тренерством и в каком месте у него сидят занудные речи ректора. Я не отказала себе в удовольствии поздравить демона с приобретением команды, состоящей исключительно из девчонок. Учитывая, как его раздражает влюбленность Сойер, можно рассчитывать, что кто-нибудь из новых подопечных Эгерэ обязательно испортит ему настроение. А то и не одна. И кто знает, вдруг они, клюнув на его смазливую мордашку и шикарное тело, повздыхают над ним чуть дольше, чем первые три дня. А в том, что затем всенепременно последует разочарование, я не сомневалась. Ни одна нормальная девушка не сможет вынести дурного характера демона при близком знакомстве. Если только она не завсегдатай "И больно, и страшно", конечно.

- Тренер - преподаватель эльфийского языка Ниавин Орлиани, - объявил Восп.

Я поднялась на крыльцо и приблизилась к кубку. Странное дело. Вроде как, для меня эта жеребьевка - все лишь фарс. Инсценировка, не более. Всего-то делов - опустить руку, дождаться, пока клочки бумаги сами запрыгнут ко мне на ладонь и изобразить крайнее удивление и, может быть, удовлетворение результатами. Просто представление. Так откуда же тогда это волнение? Что за странный, непонятный трепет в груди, будто я, и правда, доверяю чью-то судьбу Фортуне? Неужели на меня так подействовали сотни детских глаз, устремленных в мою сторону? Для них в данное мгновение во всем мире не существовало никого: только я и кубок. В этих побледневших молодых лицах, молитвенно сложенных руках, умоляющих взглядах легко читалось: "Пожалуйста, пусть это буду не я!"

Их можно понять. Одни не желали видеть своим тренером тролля, другие - учителя эльфийского (или какого-либо другого) языка. Первые боялись, что я ими поужинаю, вторые - что их размажут по арене в предварительном раунде. Не объяснять же молодым людям, что ничего мясного я на ужин не употребляю. Да вообще человечиной не питаюсь. Эльфятиной тем более. Я ж не каннибал - есть себе подобных. Хотя о том, что в недалеком прошлом родственники по маминой линии баловались и тем, и другим, я наслышана.

Зажмурившись, чтобы не видеть полных отчаянной мольбы взглядов толпы, я решительно опустила руку в "корзину". В первые мгновения ничего не происходило. Я даже растерялась: а как быть, если магия Дибрина внезапно не сработает? Но вдруг кончики пальцев начало резко покалывать. Я аж вздрогнула и едва сдержалась, чтобы не одернуть руку. Осторожно нащупав бумажку, от которой магическое воздействие ощущалось сильнее всего, я вытащила ее на свет. Тут же протянула ее Воспу, даже не став читать (зачем, я и так знаю ее содержимое), и, не дожидаясь, пока ректор объявит имя первого счастливчика во всеуслышание, опустила руку в кубок во второй, а затем третий раз. В итоге все пять записок с фамилиями скопились у меня на ладони еще до того, как Восп закончил поздравлять Илбрима Фрэниара с невероятной удачей.

Когда моя команда была объявлена, по площади прокатился вздох облегчения. Я не смогла сдержать улыбки. Именно такой - улыбающейся - меня и застал Эгерэ. Я вернулась на свое место за спинами прочих преподавателей. Демон стоял все у той же стены, все в той же позе скучающего стражника на ночной смене. Только глаза его на этот раз не были закрыты, а пристально следили за мной.

- Ну надо же, - обратился он к моему затылку, когда я оказалась все в двух шагах от него. - Какая вы везучая, Орлиани.

Оторвавшись от событий, творящихся на крыльце, где каждый новый выбор Ланы сопровождался радостным визгом избранного и овациями публики, я недоуменно уставилась на Нефаса.

- Вам попались не только ваша лучшая подружка, - услужливо пояснил демон с кривой ухмылкой, - но еще и любовник. А вспоминая недавний инцидент перед каникулами, - Эгерэ, сощурившись, окинул меня странным взглядом, - может, даже и не один.

Мне понадобилось несколько секунд, чтобы сообразить, на что намекает Нефас. Дуэль Фрэниара и Пимана совсем вылетела у меня из головы. А счесть сольную поддержку несчастного эльфа за любовный интерес может только испорченный и развратный демон. Я не стала отвечать. Просто кивнула в знак того, что мужчина выслушан и его слова приняты к сведению, и отвернулась.

- Всем бы такое везение, - прошептал (а скорее прошипел) Эгерэ уже где-то у меня за спиной. Он подошел так близко, что его дыхание обжигало мне шею. Что было само по себе удивительно. У всех пар изо рта - а у него будто дым, как у огнедышащего дракона. Ну и, конечно, не могло не нервировать. - Возникает ощущение, что у вас появился некий влиятельный покровитель...

Я вздрогнула и широко распахнула глаза, едва удержавшись, чтобы не обернуться и не выдать своего колоссального удивления. Демон же обошел меня и встал так, чтобы заглянуть в мое лицо. Он усмехался столь уничижительно, что внезапно зачесались кулаки.

- Я имею в виду, вам покровительствует сам Бог Удачи, конечно.

И изобразив издевательский поклон, Эгерэ ушел, не дожидаясь конца церемонии. Только после того как фигура в черном пальто скрылась в одном из корпусов, я дала волю своим эмоциям. На моей физиономии сейчас была написана вся гамма чувств: шок, раздражение, гнев, испуг и, наконец, недоумение. А в голове только одна мысль: он что-то подозревает!

Так, надо остановиться на секундочку, выдохнуть и успокоиться. Сделано! А теперь задуматься и проанализировать ситуацию. Чего мне, собственно, бояться? Да, Совет мне строго-настрого запретил сообщать кому бы то ни было о возложенных на меня поручениях, даже заставил подписать бумагу о неразглашении. Насколько я помню, там предусмотрен немаленький штраф в пару моих годовых зарплат за раскрытие тайны посторонним лицам. Но я же никому ничего не сказала. Если уж на то пошло, я вообще ни слова не ответила демону. Идея с Кубком и жеребьевкой принадлежала не мне, а Воспу, а фамилии спущены сверху самим Императорским Советом. В том, что Нефас начал о чем-то догадываться, они должны винить себя или аналитические способности демона. Это во-первых. Во-вторых, почему Эгерэ так заинтересовал тот факт, что в моей команде оказались одновременно Диана и Ульфрих? Это как-то связано с делом, которое поручил мне Совет? Или ему просто завидно? И как тут не удивляться, почему дяди из министерства столь пристально следят за студентами, вместо того чтобы заняться куда более подозрительными кандидатурами? Но Ангейм утверждал, что под преподавателей тоже копают. Мне же остается сделать вид, что я поверила, и стараться ничем не выдать своей собственной роли в расследовании. А то не избежать мне штрафа. А там и до долговой ямы недалеко...

Прошло еще не менее сорока минут, прежде чем церемония жеребьевки команд была закончена. В толпе студентов я не разглядела ни Дианы, ни Ульфриха, ни других, чтобы отметить их реакцию на новость о том, то им предстоит тренироваться под моим началом. Хотелось бы верить, что, по крайней мере, первые двое будут довольны. Я вообще не представляю, какой из меня выйдет наставник магических искусств, не хотелось бы еще иметь лишних проблем в виде артачащихся учеников. Если вдруг они начнут прогуливать тренировки, то слежка за ними "во имя мира в Союзе" заметно осложнится. Взглянуть на лица своих подопечных я смогла, только когда ректор по завершении жеребьевки призвал всех присутствующих подойти к новоиспеченным тренерам "для знакомства со своими командами".

Первой меня нашла Диана. Пока я пыталась высмотреть кого-то из своих детей в толпе снующих от препода к преподу студентов, подруга незаметно подкралась сзади и с радостным визгом запрыгнула ко мне на спину. От неожиданности я чуть не упала. На какого-то несчастного мальчишку. Тот принял мой спотыкач за попытку нападения с целью полакомиться его молодым телом и, не вслушиваясь в мои сбивчивые объяснения, бросился прочь с воплями "Спасите! Убивают!"

- Ни-и-ивка! Это же супер! - Диана не спешила слезать с меня, крепко обхватив за шею. - Даже не верится, что все так удачно сложилось! Лучше и быть не могло!

- Да-да, я тоже рада, - бормотала я, пытаясь отцепить руки подруги.

- Только представь себе! Ты и я в одной команде! - Диана наконец спрыгнула на землю и теперь взирала на меня снизу вверх сияющими глазами. - Ведь ты же понимаешь меня как никто другой! Ты обязательно со мной согласишься! Это же чудесно!

Я не успела уточнить, с чем именно я непременно должна была согласиться, потому что в этот момент отвлеклась на Райдера. Оборотень подкрался незаметно, так бесшумно, как только умел настоящий "атлет". Как давно он стоял по правую руку от меня и молча наблюдал за катанием Дианки на моем гробу - даже представить не могу. Во всяком случае, следовать примеру Вест и вешаться мне на шею он не собирался.

- Райдер, - поприветствовала студента я кивком головы. Он ответил мне поклоном.

Диана несколько раз дернула меня за локоть, намекая, что следует наклониться и выслушать ее шепот:

- Это же тот самый, да?

Тот самый? Ах, да. "Серый принц" и чересчур болтливый Эгерэ.

- Да, Диана, тот самый, что бы ты ни имела под этим в виду.

Юный оборотень вычурно поклонился огневичке, подметая брусчатку полами воображаемой шляпы.

- Ульфрих Райдер к вашим услугам, - представился он.

- Диана Вест, - подруга даже попыталась изобразить некое подобие реверанса, но изящества в ней было явно меньше, чем в вервольфе.

- Наслышан, - юноша загадочно улыбнулся.

- Надеюсь, Нива не все ужасные тайны моего прошлого выдала, - расхохоталась Сайбер-Вест, стреляя глазами в мою сторону.

Ульфрих развел руками и сокрушенно покачал головой:

- К сожалению, мои источники не столь благонадежны: это всего лишь мифы и легенды о самом сильном маге нашей академии.

Диана при его словах горделиво приосанилась и кокетливым движением поправила непослушный локон коротко стриженых волос.

- За самого сильного ручаться не могу, - изобразила смущение девушка, - но один из - несомненно.

Диана и Райдер еще несколько секунд строили друг другу глазки, а потом оборотень приложил руки к левой стороне груди и изобразил протяжный чувственный вздох. Огневичка игриво захихикала и стала пихать меня локтем в бок:

- Он просто очаровашка. Эх, и почему я замужем?

- Где-то я это уже слышала, - пробубнила я себе под нос. Но Диана уже не обращала на меня внимания, обмениваясь с Ульфрихом мнениями о погоде и улыбках прекрасных дам, которые делают ее еще лучше.

- Добрый день, - раздался тихий голос откуда-то из-за моего плеча.

В нашем направлении шла Мери Сойер. Нет, не шла - плыла! Она двигалась так плавно и величаво, что казалось, будто ее ноги не касаются грешной земли. Тем более что длинная юбка, из-под которой не высовывалось даже носочка туфельки, только усиливала данное впечатление. Спину Мери держала прямо и ровно, а вот голову - чуть склонив и скромно потупив глазки. Очкам угол наклона категорически не нравился, и они то и дело норовили соскользнуть с курносого носика хозяйки. Волшебный образ феи девушка разрушила сама, зацепившись за подол собственной юбки и едва не упав. В поисках равновесия, она хваталась за окружавших ее людей, но те от неожиданности (а я бы испугалась, вцепись в меня кто-нибудь внезапно сзади) с визгом отскакивали и отталкивали несчастную Мери от себя. В итоге получилось так, что студенты, толпящиеся на площади, не дали ей упасть, но и принять равновесие не помогли также. Сойер еще несколько раз кидало из стороны в сторону, как фаерболл в инцендиуме, очки давно сказали "Прощай" и отправились на встречу с брусчаткой. Я и Райдер, переглянувшись, кинулись помогать бедняжке. Но нас опередили.

Отпихнутая в очередной, четвертый или пятый, раз в сторону проходящим мимо молодым вампиром, Мери, вопреки своим (и нашим) ожиданиям не упала и не наткнулась на чей-то недружелюбный локоть. Вместо того ее маленький хорошенький носик встретился с широкой грудью. Несомненно мужской. Крепкая рука (скорее всего тоже мужская, но быть уверенным ни в чем никогда нельзя - в этом Сойер была уверена точно) обхватила девушку за талию и вытащила из самой гущи толпы. Все это произошло в мгновение ока, но Мери казалось, будто кто-то остановил время. Первым, что увидела четверокурсница факультета теории и истории магии, придя в себя от секундного замешательства, было красивое и мужественное лицо ее преподавателя драконьего языка.

- С вами все в порядке? - нежно спросил Ррадригар с легкой хрипотцой в голосе. В его грустных золотых глазах было написано такое участие и волнение за нее, что девушке внезапно стало стыдно за свою неуклюжесть. Впрочем, ей всегда было за себя стыдно.

- Зуур, - тоненьким голоском пробормотала Мери, пряча пылающее лицо за выбившимися из прически волосами. Дракон ее даже не сразу расслышал.

Когда же со второй попытки он разобрал ответ своей ученицы, то добродушно рассмеялся:

- Ну что вы, благодарить нужно не меня.

И тут Сойер пригляделась к руке в черной перчатке, которая все еще лежала у нее на талии. Но под пристальным девчачьим взглядом шустро соскользнула. Девушка обернулась. Без очков она видела плохо, но отчетливо могла разглядеть широкую грудную клетку, закутанную в черное пальто. А если запрокинуть голову, то можно было узреть и резкие черты лица, и темную кожу.

- Прошу прощения, мне не известно, как будет "спасибо" на демоническом, - едва слышно выдохнула Мери.

Нефас, а это был именно он, скривился (хотя, может, это была у него ответная улыбка - у него не отличишь) и процедил сквозь зубы:

- Благодарите на имперском, как-нибудь переживу.

Спасенная им девушка тут же пожалела, что была спасена им, что споткнулась и что вообще родилась на свет. Но вместо того чтобы сжаться в комочек, как отчаянно хотелось ее внутреннему я, Мери распрямила плечи, гордо вскинула голову и изобразила глубокий реверанс, достойный придворной дамы:

- Примите мою самую искреннюю благодарность.

Эгерэ встретил жест девушки вскинутой вверх бровью и едва приподнятыми уголками губ.

- Не думаю, что он достоин таких почестей, - добродушно рассмеялся Ррадригар. - Он всего лишь спас прекрасную даму. Не все же ему их похищением заниматься. Вот, держите, - и дракон протянул Мери ее очки.

Юная магичка приняла их, как императорский подарок, с тем же трепетом, с каким камердинер барона шубу с царского плеча. Что-то из области "Я никогда отныне не буду использовать их по назначению, а поставлю на алтарь и буду на них молиться". Под ее восхищенным взором Ррад даже слегка стушевался.

- Что ж, я, пожалуй, пойду знакомиться со своей командой, - откланялся дракон и скрылся в толпе.

Нефас грозно зыркнул на меня, а потом перевел осуждающий взгляд на Сойер, которая продолжала провожать преподавателя драконьего влюбленными глазами. Мол, что же вы, Орлиани, не провели с девчонкой воспитательную беседу, как вам было велено! Я предпочла сделать вид, что не заметила обращенного ко мне укоризненного взора. Нефас фыркнул и скрылся в толпе вслед за другом.

- Мери, рада тебя видеть! - Диана бросилась к Сойер обниматься. - Сколько успела прочитать из того, что я дала тебе?

Я не сразу сообразила, что моя подруга говорит о любовных романах, за которыми я посоветовала Мери обратиться к Диане.

- Все, - отрапортовала студентка теоретического.

- Ого! - присвистнула огневичка. - Их же было штук пятнадцать?! Молодчина, так держать! В следующий раз я дам тебе всю серию "Любви на краешке постели". Там двадцать три романа.

Мери выразила полную готовность осилить "учебное пособие" в такое количество томов.

- Диана, что ты советуешь несчастной девушке? - возмутилась я. - Ей преподавателя-дракона влюбить в себя надо, а не затащить к себе под юбку!

- Одно другому не мешает! - отмахнулась Вест. - И потом, там есть дракон. И учитель, кстати, тоже. Правда, это разные персонажи. Но кого это волнует, если результат заарканивания их главной героиней одинаково успешный?

До чего странным, наверное, казался наш разговор Райдеру. Но юноша прислушивался к нему с нескрываемым интересом.

- И что, и дракон, и преподаватель оба в итоге были довольны местом лишь на краешке постели? - полюбопытствовал все же оборотень, как видно, не сдержавшись.

- Совсем недавно вы, Райдер, были довольны местом у ее изножья, - хохотнула я, с удивлением отметив, как студент сначала открывает было рот, чтобы ответить, а потом резко краснеет, проглатывает готовые вырваться слова и отворачивается. Жаль, а я рассчитывала вызвать его на привычный шутливый разговор, поднимающий настроение. Если бы знала, что он засмущается аки девица (вон, Соейр тоже на спелое яблочко похожа), не в жизнь не стала бы произносить столь рискованной фразу. Во взгляде Дианы уже читалось: "Как?! Так ты мне все-таки что-то недорассказала?!" Когда мы останемся одни, чую, меня ждет допрос с пристрастием от подруги.

- Мы все в сборе? - прервала минуту неловкого молчания Диана. - Кого не хватает?

- Фейрвуд и Фрэниара, - ответила я, выискивая указанные личности в толпе. С моим ростом удобно - далеко видать.

Агнес отыскалась быстро. Ее фигурка розовела среди преимущественно темных пальто и шуб, как роза среди... среди чего там обычно цветет роза. Девушка растерянно оглядывалась, не зная, в какую сторону направить свои стопы на платформе. На меня и мою зеленую руку, которой я махала над головой, она упорно не замечала. Пришлось окликнуть. От моего рыка блондинка вздрогнула и чуть не навернулась. Но в отличие от Соейр равновесие она удержала и направилась в нужном направлении с видом затравленного ребенка.

Казалось бы, эти две девушки - Агнес и Мери - очень похожи. Скромные, стеснительные и, судя по всему, одинокие. Может, по этому принципу их и отбирал Совет? Но при чем тут тогда Диана и Ульфрих, представлявшие собою полные противоположности девчонок? И потом, несмотря на сходство, было что-то, что заметно отличало Сойер от Фейервуд. Это некая гордость студентки теоретического, ее прямая осанка и желание выйти из зоны собственного комфорта. Как будто за застегнутой на все пуговицы отличницей скрывался кто-то другой, куда более свободный. Тогда как некромантка, наоборот, одевалась броско, своим внешним видом бросая вызов родителям, но на деле оставалась паинькой и скорее напоминала юную маленькую девочку, которую нарядили на новогодний праздник в любимое розовое платьице.

- Здравствуйте, - Фейрвуд присела в легком книксене.

Тут она заметила Райдера и расплылась в смущенной улыбке.

- Ах, это вы, спасибо вам большое за прошлый раз!

Первые секунды оборотень не мог понять, кто и за что его благодарит. Но вот ответ был найден, а память услужливо подсказала все обстоятельства знакомства с розовым бедствием. Юноша хитро улыбнулся и подмигнул девушке, отрапортовав, однако, громко и четко:

- Понятия не имею, о чем вы говорите, - и покосился на меня.

До Агнес дошло, и она, ойкнув, уставилась на меня широко распахнутыми испуганными глазами. Я хмыкнула и пожала плечами:

- Я все еще жду от вас перевода стихотворения, Фейрвуд.

Девчушка тут же поникла. Райдер не мог равнодушно наблюдать женских страданий, а потому клятвенно обещал помочь с любыми переводами любых эльфийских поэм, только если сия прекрасная дама уделит ему чуточку времени и внимания. Агнес взирала на Ульфриха с восхищением, достойным небожителя, рисуя оборотня в своем воображении профессором наук минимум. Не буду разочаровывать юную деву и объяснять, что перевести Райдер сможет далеко не все поэмы, да и вряд ли вообще хотя бы одну, но вот отдельно взятое стихотворение, которым сам же с ней и поделился, легко.

- Ребята, кто-нибудь из вас знаком с Илбримом Фрэниаром? - спросила я, не рассчитывая, по правде, на положительный ответ. Анимаг не производил впечатления дружелюбного эльфа.

Молодые люди (и оборотень) дружно пожали плечами и замотали головами. Вышло удивительно синхронно, хоть с номером выступай.

- Фрэниар, Фрэниар, - забубнила Диана, пробуя эльфийское имя на вкус, словно южную сладость. - Слушай, Нива, а это случайно не тот ветеринар, с которым Пиман дрался в тот день? - внезапно вспомнила подруга. - Чье имя ты так долго и страстно выкрикивала?

Из уст Дианы все всегда звучало с каким-то намеком. Надо будет посоветовать ей переключиться с любовных романов на классическую литературу. Подбросить пару эльфийских поэм... Впрочем, не стоит, они как раз отвечают вкусам подруги, как никакие другие.

- Я всего лишь поддерживала его во время дуэли, - пояснила я скорее для собравшихся, чем для Дианы. Тем более что та была погружена в какие-то тяжелые раздумья. - Диана, что-то случилось?

Я осторожно положила руку на плечо подруги. Вест от неожиданности вздрогнула, но потом расслабилась и рассмеялась:

- Да, нет, просто обдумывала всю эту ситуацию с командным Кубком и тому подобное.

Я чувствовала, что она что-то недоговаривает. Возможно, будь мы одни, я бы и вызнала правду, но при свидетелях пытать ее не стала. Взглянув на часы на башне главного корпуса, а затем в последний раз окинув взглядом постепенно редеющую площадь, я обратилась к своим студентам:

- Ладно, можете идти. Раз сегодня мы не все, то отложим основные организационные до следующего раза. Завтра в два тридцать нам выделили поле для тренировки - встречаемся там. Явка всем обязательна. А я пока поищу Фрэниара.

Диана вся встрепенулась, казалось, она даже обрадовалась, что наше маленькое "собрание" уже закончилось.

- Прекрасно, тогда я пойду потренируюсь в преддверии индивидуального Магического Кубка, - облегченно выдохнув, воскликнула она и упорхнула.

Наверняка побежала в лес, она всегда там тренировалась, если Асгор был кем-то занят. Хотя магичке неоднократно влетало: практиковать огненную магию среди деревьев - не самое умное занятие. Но девушка утверждала, что нашла прекрасную полянку, где швырять фаерболы абсолютно безопасно.

И вдруг я задумалась, а не следует ли мне включить внезапное бегство Дианы в рапорт о подозрительных действиях студентов. Но ведь она шастает туда каждую зиму вот уже три года, еще до того как Совет озаботился судьбами империи, а голова Темной богини совершенно точно красовалась там, где ей и положено - за магическими барьерами в музее Нагайны Отчаянной. Последний раз я была в Пещерных Землях пару лет назад и имела счастье лицезреть всю ту же физиономию в предсмертной агонии. Очень уж демонам нравилось выражение лица их злейшего врага. Они даже продавали сувенирную продукцию с его изображением: подушки, шарфы, значки, медальки и даже конфеты "Разозли демона". Между прочим, вкус у них уникальный. Кому как, а мне нравится. Если увижу в магазине - непременно покупаю. Советовать обязательно попробовать не буду, ибо у натур непривычных они могут вызвать изжогу или несварение.

Потоптавшись с минуту на месте, все прочие мои подопечные, тоже удалились. Райдер сослался на неожиданно возникшее желание повидать товарищей, Мери отправилась коротать время в библиотеке за учебниками, а Агнес просто молча откланялась. Я же простояла на месте столбом (или местным украшением вместо вазона с зеленью - кому как приятнее думать) еще минут десять, в надежде, что Фрэниар, наконец-таки, разглядит в постепенно редеющей толпе большую и цветную меня. Надо сказать, эльф всегда был немного... медлительный. Он частенько опаздывал на пары, но не критично - уже после того как прозвенит звонок, но до того как я начну объяснять материал. При вызове к доске соображал долго, а нужную страницу учебника для чтения вслух искал, как будто листал альбом с фотографиями потенциальных невест. Он даже говорил немного нараспев, тягуче и плавно. Его сокурсников это раздражало, и они сравнивали Илбрима с замерзшей где-то в Северных Землях улиткой. Я же скорее представляла себе удава, гипнотизирующего кролика. И кроликом как раз был юный эльф.

Таким образом, я рассчитывала, что Фрэниар пусть медленно, но сообразит, что к тренеру стоит подойти. Но то ли он не сообразил, то ли его "медленно" измерялось куда более продолжительными отрезками времени, но анимаг ко мне так и не подошел. Еще были возможны варианты, что он меня не заметил или же просто-напросто отсутствовал на церемонии. В первый вариант поверить было сложно, но всегда оставалась вероятность, что меня действительно спутали с вазоном. Очки среди молодых людей были нынче не в моде, и многие не горели желанием их носить, даже если выражение "не видеть дальше своего носа" обретало для них буквальный смысл. А потому я обошла площадь по кругу. Затем еще раз - уже против часовой стрелки. Но Илбрим мне не встретился. Каюсь, под скамьи я не заглядывала и сугробы не откапывала, так что, теоретически, могла и упустить. Но в фонтан на всякий случай заглянула. Там возлежала какая-то уже успевшая отпраздновать новую традицию университета парочка, но Фрэниара среди них не было. Словом, наиболее вероятным представлялся вариант, согласно которому эльф вообще не удосужился явиться на общее собрание.

Поднявшись в библиотеку и убедившись, что никого, кроме Сойер, там нет, я сбегала к нам кафедру и просмотрела данные о своих учениках. Отыскав в записях, посвященных Фрэниару, номер комнаты его общежития, я отправилась туда.

Вообще-то женщинам в мужском крыле появляться было не принято. Во всяком случае, без приглашения. Никогда не знаешь, когда из-за поцарапанной двери покажется субъект, чья небритость не будет позволять с уверенностью причислить его к юношеству, и чей наряд будут составлять исключительно поношенные трусы. Почесывая в паху, он поплетется в сторону туалета, а когда увидит даму, стоящую посреди холла, даст такого стрекоча в направлении родной комнаты, что поднимет многонедельную пыль с подоконника. И неясно потом, на кого данная встреча произвела более неизгладимое впечатление: на пришедшую навестить друга девицу или на испугавшегося парня.

Я никогда не поднималась на студенческие этажи мужского крыла, ограничиваясь преподавательским первым. Даже в студенческие годы я не бегала к мальчишкам вечерами играть в веревочки. Не приглашали, да и как-то не хотелось - я все равно у них всегда выигрывала. Но я была наслышана таких легенд об этом необычайном месте (мужском общежитии, естественно), что чувствовала себя как при посещении музея, где каждое пятно на полу выглядело экспонатом. Не потому что грязный пол печально соответствовал новомодным течениям в современном имперском искусстве, а оттого что за каждым пятнышком могла скрываться целая история: а вдруг это то самое место великой битвы третьего этажа с четвертым за конспекты Эрвина Руо - единственного на весь поток ученика, не пропустившего ни одной лекции. Друзья с кровожадным блеском в глазах рассказывали, что сражение было поистине эпичным - после него полегших в борьбе за шпаргалки студентов снимали с люстр и даже вытаскивали из туалетных труб. Поговаривали, что на проведении подобного "турнира" настоял сам автор конспектов, а сам отошел в сторонку, чтобы удобнее было наслаждаться зрелищем. Время шло, Руо вырос, но привычкам своим не изменил. Теперь, будучи преподавателем академии, он все так же любил наблюдать, как студенты мучаются, устраивая им, на этот раз, экзекуции на экзаменах.

Нынче в байках ходила прелюбопытная история о парне, умудрявшемся гнать из алхимических реагентов самогонку, от которой испившие ее в прямом смысле слова сходили с ума. И легенда о женском призраке в алом, который появлялся в коридорах общежития в момент, когда кто-то из его обитателей находился в процессе лишения девственности. Что-то мне подсказывало, что количество появлений данной дамы было сильно преувеличено. Перечислять прочие примеры студенческого фольклора можно бесконечно. Если вам стало любопытно, рекомендую прочесть диссертацию Юстиана. Она как раз об этом.

Я же, с вашего позволения, продолжу повествование.

Я поднялась на пятый этаж и постучала в указанную в архиве пятьсот восьмую комнату. Открыли мне далеко не сразу. И это был не Илбрим Фрэниар. Передо мной стоял, уперев руки в бока, невысокий мальчишка. Он смутно показался мне знакомым. Он был явно не с моих курсов, вероятно, я преподавала у него недавно по желанию Совета. На вид курс второй, третий. Мышц никаких, значит, вряд ли боевой маг. А норова-то на отряд огневиков хватит!

- Чего? - рявкнул юнец не особо вежливо.

- Илбрим Фрэниар здесь проживает?

Я не услышала ни хмурого "да", ни злобного "нет" (или как там привыкли общаться молодые люди, пафосно величающие "непризнанием авторитетов" обыкновенную грубость). Захлопнувшаяся перед носом дверь был мне ответом. Немного ошалев, я постучала вновь.

- Нет его здесь уже! Нет! - раздалось из-за двери.

"Уже"?

- Хм, он только что вышел, - посчитала нужным уточнить я, - или совсем... "уже"?

Мальчишка вновь соизволил открыть дверь. Он устало провел ладонью по засаленным волосам и нервически хохотнул:

- Слушайте, я с таким трудом избавился от этого гада в свое время. И с тех пор не видел его и не слышал. Я не желаю ничего знать о нем. Но если он прям так сильно вам нужен, то, скорее всего, он в семьсот тринадцатой, потому как там никто надолго не задерживается.

И опять со мной попрощались громким хлопком перед моим носом. "Гад"? Это уже становится интересным. Чувствуя себя героиней детективных романов, я направилась в следующий пункт своего назначения - таинственную комнату под номером семьсот тринадцать. Найти ее мне удалось далеко не сразу. Если уж на то пошло, я вообще была удивлена, узнав, что таковая существует. Вообще-то в нашем общежитии из-за суеверий (которые особенно сильно культивировались на ясновидческом факультете) цифру тринадцать старались не использовать. На седьмом этаже моим глазам предстала та же картина: вслед за семьсот двенадцатой сразу же шла семьсот четырнадцатая комната. Те немногие молодые люди, что бродили по общежитию в такой час, вместо того чтобы отмечать результаты жеребьевки, на мой вопрос о тринадцатом номере вылупляли полные ужаса глаза и осеняли себя знаком Богом Света. Лишь один из них - с моего курса теоретиков - дрожащей рукой указал куда-то на темный закоулок, когда я пригрозила в обязательном порядке вызвать его на следующем практикуме к доске. На поверку это оказался и не закоулок вовсе, а искусственно огороженная самодельной, наспех сколоченной деревянной стенкой наподобие ширмы стандартная дверь во вполне себе обычную комнату. В нашем крыле такая бы носила номер семьсот тридцать один и служила предметом зависти, поскольку именно эти боковые комнаты имели аж два окна. На этой же двери взаправду красовались цифры семьсот тринадцать, вот только не на специальной табличке, а написанные краской на самом дверном полотне. Это место смахивало скорее на прибежище сумасшедшего некроманта, нежели на место проживание студентов. Впрочем, не исключаю, что среди наших студиозов и сумасшедшие некроманты встречаются. Более того, уверена в этом.

Я осторожно постучала. Припоминая "теплый" прием в предыдущей комнате, я не ожидала, что мне откроют быстро. Но и мне свойственно ошибаться. Я едва успела одернуть кулак от двери - а то по инерции продолжила бы стучать по чужому лбу. Мне не просто открыли, но сделали это с первой магической скоростью. Во всяком случае, мне так показалось от неожиданности.

На пороге стоял долговязый вампир. Лицо его покрывала какая-то невампирская бледность (еще бледнее обычного), а под глазами залегли огромные темные круги. Вряд ли бы сейчас хоть одна девчонка в империи клюнула на этого вампиреныша, несмотря на модные течения и бестселлеры. С такой внешностью в девичьем сознании он бы перекочевал из "вампиров" в разряд "упырь". А это, знаете ли, большая разница. Не знаю, чем вызваны подобные метаморфозы во внешне виде студента: болезнью или переутомлением от учебы, но к целителям ему обратиться однозначно стоит, а то Алая Дама его может так и не посетить.

В отличие от обитателя комнаты пятьсот восемь этот юноша сразу же узнал во мне преподавателя.

- Слава богам, наконец-то вы пришли! Хоть кто-то пришел! - вампир говорил так быстро, что у него заплетался язык, как при скороговорках. - Я давно жаловался администратору, даже завхозу! Это же просто безобразие! Я требую, чтобы его выкинули отсюда или выделили мне другую комнату! - а потом добавил уже медленнее и тише, едва не плача. - Я больше не могу с ним жить... Да лучше в Пещерных Землях ванну в лаве принимать.

Выговорившись, парень схватил с кровати, расположенной у самой двери, учебник по единороговедению (ветеринар, значит) и выскочил за дверь, едва не сметя с пути и меня, и деревянную "ширму".

- Надеюсь, вернувшись, я не обнаружу здесь ни его гадов, ни его самого. Или же увижу объявление с номером комнаты, куда меня переселяют! - и вампир убежал, сверкая очаровательными тапочками в виде василисков. Однозначно, ветеринар!

Для того чтобы пройти в комнату, мне потребовалось перелезть через постель. Может, тоненькому вампиру и не составляло труда протиснуться в имевшиеся несколько сантиметров свободного пространства между стеной и кроватью, но только не девушке моей комплекции. Мебель, на которой обычные граждане Имперского Союза спали, в данном случае служила скорее баррикадой. Кровать стояла наискосок, отделяя собою маленький кусочек комнаты, включающий в себя, правда, самое важное - входную дверь. Какое-то странное и не очень-то честное деление зон личного пространства. В образовавшемся треугольничке находились открытые, но неразобранные сумки с вещами, в углу примостилась вешалка с желтой мантией анимагов, а на покрывале валялось несколько книг. В целом складывалось ощущение, что вампир жил только в этих десяти процентах комнаты, будто постоянно был настороже, готовый в любой момент схватить сумки и выскочить за дверь - дать стрекоча с такой скоростью, на какую был только способен. В памяти тут же всплыли слова: "Там никто надолго не задерживается".

Я оглядела оставшуюся часть комнаты. Она была практически пустой, не подтверждая мою идею о боевых действиях. Лишь постель у окна в самом дальнем углу, там же рядом письменный стол и шкаф у противоположной стены. Стандартный набор, даже скромнее обычного.

Однако в словосочетании "практически пустая" главным словом являлось "практически". По комнате ползали... змеи. Да-да, именно гады, именно ползучие. Семьсот тринадцатая (или все-таки семьсот тридцать первая?) кишела ими! Я застыла там, где стояла, забыв, как дышать, и будучи не в состоянии пошевелить хотя бы пальцем. Не то чтобы я смертельно боялась змей, но особой любви к ним не питала, считая существами малоприятными и крайне опасными. Не хотелось, знаете ли, скончаться вот так - в мужской общаге за исписанной краской дверью - и стать частью городского фольклора вроде Руо. Вот только Эрвин здравствует и злобствует, а у меня диссертация не дописана! Интересно, а мой призрак будет являться по какому-нибудь поводу? Скажем, студенты будут напиваться до "зеленой Орлиани" или нечто подобное...

От размышлений о том, как лучше всего быть увековеченной в устном народном творчестве, меня отвлекло шипение. Далеко не сразу я сообразила, что ко мне медленно и где-то даже завораживающе ползет белоснежный питон.

- Не бойтесь, они неопасные.

Я подозрительно покосилась на тайпанов и кобр, поставив под сомнение услышанные мной слова, и только потом сообразила, что произносящий их юноша сам возиться с клубком пресмыкающихся в углу. По рукам Фрэниара ползали маленькие змейки, одна, что побольше, забралась ему на штанину. Но эльф с невозмутимым лицом продолжал копошиться с их товарками, будто... пересчитывал. Зрелище, конечно, жуткое. Не то чтобы я никогда не слышала об эльфах-серпентофилах (хотя, вообще-то, не слышала), боязни за жизнь, и свою, и бесстрашного юнца, никто не отменял.

Пару минут спустя Илбрим закончил со змеями и отпустил их вольно ползать по комнате. И только сейчас, в ужасе ожидая скорой кончины от многочисленных укусов, я обнаружила, что до меня они просто не доползают. Более того, вообще не пересекают половину комнаты. Не те девяносто процентов, что были отделены кроватью у двери, а стандартные пятьдесят, те, которые и полагаются одному из двух обитателей по уму. Заметив мое недоумение, эльф все же соизволил заговорить:

- Мы с ними договорились, что они пользуются только моей частью комнаты и не мешают другим, - на мой немой вопрос Фрэниар ответил с тяжелым вздохом (видимо, устал всем объяснять одно и то же раз за разом). - Змеи - разумные существа, надо только уметь с ними общаться. Конечно, без магии тут не обошлось, но я попросил их вести себя прилично еще до того, как пронес в общежитие.

Картина эльфа, ведущего со своим серпентарием воспитательные беседы, была столь уморительна, что я даже не заметила, как расслабилась и начала улыбаться. Но тут же вновь напряглась, когда анимаг добавил после паузы раздумий:

- Хотя всякое может случиться. На вашем месте я бы их не злил лишний раз. Тем более что в следующий раз я буду кормить их только в понедельник.

Будто в подтверждение обоснованности сомнений хозяина, огромный питон ничтоже сумняшеся пересек условную серединную линию и стал укладываться у моих ног кольцами. Мои лихорадочные мысли, чем я могла вызвать агрессию пресмыкающегося (может, ему зеленый цвет, что красный для быка), прервал строгий голос Фрэниара:

- Нагайна, веди себя прилично! - и эльф бросил извиняющий взгляд на меня. - Просто вы ей понравились.

Питон протяжно зашипел в ответ, словно подтверждая слова Илбрима, но оставить меня в покое не планировал, все больше сужая кольцо вокруг моих ног. Тогда юноша сам лично подошел ко мне и, подняв змею, обмотал вокруг своей шеи.

- Нагайна - мой фамильяр, - пояснил Фрэниар, глядя куда-то мне в ключицу, - она чересчур дружелюбная, и моих соседей это пугает. В общежитии же она не может говорить, вот они и боятся ее.

Я тут же припомнила и вампира с кругами под глазами, и нервного субъекта с пятого этажа. А потом пригляделась к питону, широко распахнувшему пасть: то ли Нагайна мне улыбалась так, то ли угрожала. А может, просто зевала. В дружелюбности змей я не разбираюсь, а вот о женской ревности наслышана. И гораздо охотнее поверила бы в версию, что фамильяр предпочитает быть у хозяина единственной и неповторимой и нарочно прогоняет прочь всех потенциальных соперников - претендентов на его внимание. Впрочем, велика вероятность, что я ошибаюсь. Надо будет побеседовать с ней за пределами общежития, поскольку проблему "семьсот тринадцатой" необходимо все-таки решать.

- Студент Фрэниар, добрый день, - приступила я, наконец, собственно к цели своего визита. - Почему вы не присутствовали на общем собрании?

Эльф скривился. Нагайна, словно утешая, ткнулась ему мордочкой в щеку.

- Не люблю столпотворения, - ответил он после продолжительной паузы.

А кто их любит? Кроме карманников, естественно. Я вот, например, официальные мероприятия на дух не переношу, но я же на них хожу.

- Вы, наверное, уже наслышаны, что в этом году в академии организован еще один турнир Магического кубка - командный. И в нем должны принимать участие все студенты. В ведомость пойдет в качестве зачета по командной работе.

Не сразу, но на бледном лице эльфа выступило выражение крайнего удивления и огорчения одновременно. Очевидно, что слышал он об этом первый аз в жизни и новость ему не понравилась. Среди ботаников и тихонь было принято игнорировать само существование Кубка и всячески презирать тех, кто в нем участвовал. Это я точно знаю, сама такая на первых курсах была. Впрочем, и сейчас я нахожу многие занятия куда более увлекательными, чем швыряние друг в друга магических зарядов. Если бы не Совет и Восп со своими идеями, я бы так никогда и не приняла участие в турнире. Похоже, Фрэниар мечтал о той же участи и для себя.

- Все? - печально протянул юноша.

- К сожалению, да. Сегодня состоялась жеребьевка, и вас определили в мою команду.

Юноша ничего не сказал. Лишь молча кивал и теребил питоний хвост. Нагайна протестующе шипела, но особо не сопротивлялась.

- Если у вас возникли вопросы - будем разбираться с ними завтра. Приходите на тренировочное поле в два тридцать, - выдала я всю имеющуюся у меня информацию и добавила, не сумев скрыть мольбу в голосе. - И пожалуйста, не опаздывайте. Нам отведены всего полчаса!

Фрэниар вновь всего лишь кивнул. На всякий случай еще раз повторив время встречи, я неуверенно, глядя под ноги (чтобы не дай бог не наступить сами знаете на кого), пошла к выходу. Попыхтев, перелезла через кровать, и скрылась за дверью. Илбрим же вернулся к своим ползучим гадам.

Вот и все. Короткий и не слишком продуктивный визит. Но я уже упоминала, что эльф со странностями и не из самых разговорчивых. Если он начнет на наши тренировки таскать змей, то возложенная на мои плечи миссия государственного значения может оказаться предпоследним, что а меня возложат. Последним в таком случае окажутся цветы в гроб. Может, выклянчить у Ангейма льготы за вредность? И стоит ли вообще включать в отчет сведения о гадюшнике, который развел у себя Фрэниар? Как змеи вообще могут быть связаны с Запретной магией? Тренируется он на них, что ли? А ментальная магия вообще на пресмыкающихся действует? Драконы, например, ей не подвержены. Во всяком случае, золотые. Как и тролли. Не удивлюсь, если когда-нибудь ученые внезапно докажут, что у обитателей Северных Земель и летающих ящеров общий далекий предок. Вроде того, что связывает людей и вампиров.

Но пора прекращать забивать себе голову рассуждениями о происхождении видов. Мне еще сочинения проверять и составлять планы уроков, хотелось бы разделаться с ними, чтобы освободить выходные. И так придется посвятить свое законное свободное время тренировкам. Но первым делом нужно найти администратора общежития и попросить его переселить вампира из семьсот тринадцатой... тьфу ты... тридцать первой.

10 глава.

Я сидела у потрескивающего костра, периодически шевеля поленья, чтобы не дать пламени погаснуть. Диана иногда помогала и дышала огнем, если порыв сильного холодного ветра гасил какую-нибудь из горящих веток. Фейрвуд тряслась от холода, зябко кутаясь в свою розовую шубку. А все потому что надо было советам не модных журналов следовать, а мамы. Или кто там отвечает за то, чтобы у юных дев работала голова? Шубу надо покупать из натурального меха нормальной длины. Во всяком случае, чтобы она была длиннее пояса, а главное - с рукавами. На меня, например, в детстве бабушка нацепляла десятки слоев одежды. До сих пор с ужасом вспоминаю то время, когда умудрялась зарабатывать тепловой удар зимой от перегрева. Сильфин просто долгое время не могла поверить, что троллям холода нипочем. Это сейчас я могу позволить себе сидеть на промозглом ветру в распахнутом легкомысленном полушубке, но в те далекие годы это строго каралось надиранием моих остроконечных ушей.

Сойер сидела ровно, с неестественно прямой спиной, будто весло проглотила. И не шевелилась даже в те моменты, когда налетал порыв ветра и трепал ей косу. Фрэниар по правую руку от девушки был столь же невозмутим. Эльфа, как и его любимых хладнокровных, мороз, казалось, совсем не волновал. Юноша держал на коленях свернувшуюся кольцами Нагайну и гладил ее чешуйчатую кожу. Райдер же был занят полезным делом: он только что вернулся с охоты (сказал, что ему в кустики захотелось, пропадал неизвестно где полтора часа, а потом вернулся взмокший, замерзший, но довольный и с рябчиком в заплечной сумке) и теперь свежевал дичь. Лицо оборотня было вымазано в крови, перья летали в разные стороны, несколько даже застряли в шевелюре. От подобного зрелища Фейрвуд трясло еще больше. Надо же, какая неженка. А ведь некромантка! Им уже в этом семестре предстоит труп разделывать. Может, все-таки не стоило ставить ей зачет? Ну и вылетела бы она из академии. Зато я бы спасла девушку от предстоящей душевной травмы.

Поскольку вернулся Ульфрих весь мокрый от пота и с уже начавшим белеть носом, Диана помогла ему согреться и высушить одежду, по обилию снега на которой я догадалась, что охотился оборотень перекинувшись. Иными словами - голым. Теперь Райдер чувствовал себя преотлично. Его руки умело расправлялись с тушкой птицы, пока сам юноша насвистывал какую-то популярную песенку. Я бы помогла парню в готовке, но, во-первых, инициатива готовить ужин исходила от него, а во-вторых, нож на всех шестерых у нас был только один. И между прочим, мой. У Райдера среди многочисленных безделушек во временно-пространственном кармане столовым приборам места не нашлось.

Как я оказалась здесь, в лесу, посреди ночи с пятью своими подопечными? Хм... Хороший вопрос. Позвольте рассказать обо всем по порядку.

Сначала в субботу в первой половине дня ко мне пришло письмо. Передал мне его Годар, когда я шла в библиотеку. Весточка, само собой, была из Совета - от Годфрида Ангейма. Вспомнилось, как я в пятницу вечером долго и мучительно сочиняла сочиняла рапорт. Думала, как и в каком свете стоит представить. Написала про уединенные тренировки Дианы, но добавила, что об этом "секрете" знают даже крысы из нашего подвала и ему уже более двух лет. Про неявку Илбрима на собрание отметила, что мальчик нелюдимый и предпочитает держаться подальше от больших толп, а потому для него данное поведение не выглядит подозрительным. Тогда как Райдер, Сойер и Фейрвуд пока вовсе не вызывают нареканий. В качестве постскриптума я пожелала Совету взглянуть на вещи реально и заняться прорабатыванием иных версий в том числе, а не копать исключительно под нечастных студентов. В итоге конверт с письмом был запечатан, а я отправилась спать уже глубокой ночью. Отправить отчет я планировала только на следующий день, а потому ужасно удивилась, когда получила послание от Совета. Чем они меня обрадуют на этот раз? Очередными изменениями инструкций?

Я поднялась в библиотеку, открыла свой шкафчик с документами, достала свои записи и наработки по диссертации, не спеша выбрала с полок нужные книги и со всем этим добром устроилась за своим любимым столиком. И только потом я соизволила открыть конверт с имперской печатью. Вообще не очень умно расставлять на посланиях официальные знаки, если они и правда хотят сохранить анонимность. Хотя что-то мне подсказывают, что обо мне и моих делишках с Советом знал уже весь город. Не о жизни же поговорить приходили ко мне Ангейм и Робард, в конце концов, не наносили, так сказать, визиты вежливости из-за папеньки.

Пересказывать всего содержания письма я не буду, там много шаблонных фраз, канцеляризмов и мало информативного текста в остатке. Вся суть послания сводилась к тому, что до Совета дошли сведения о моих неуставных отношениях с одним из студентов, за которым мне надлежит следить, и они этим обстоятельством чрезвычайно обеспокоены. Фраза, оброненная Нефасом на пьянке, сделала свое дело. Теперь у меня не оставалось сомнений: в ВАМе действительно засел соглядатай Императорского Совета. Шпионом мог оказаться как преподаватель, присутствовавший в тот день в "Сером принце", так и любой другой обитатель вуза, поскольку слух обо мне и Райдере в студенческие комнаты все же просочился, хотя скорее в качестве анекдота, в который никто не верил.

Также в послании оговаривалось, что в случае выявления сокрытия мной каких-либо фактов о "надзираемых", в Совете вынуждены будут принять меры, вплоть до ареста всех пятерых одновременно, а заодно и меня за компанию - за государственную измену. Таким образом, вопрос о том, стоит ли писать о ничего не значащих мелочах, которые я считаю глупыми, отпал сам собой. А то забуду написать, что у Сойер навернулась на ровном месте четыре раза вместо положенных трех, а потом об этом прознает Ангейм и отправит меня дописывать диссертацию на каторгу куда-то в Северные Земли.

Словом, уже с утра мне изрядно подпортили настроение. Во вторую половину дня я отправилась выполнять свой долг перед родиной - выявлять "вредоносный элемент". Уже в час дня я была на месте, забивать, так сказать, поляну. Сказать, что на тренировочном поле было многолюдно, значит, не сказать ничего. Потому как там было не просто много людей, а много эльфов, гномов, вампиров и прочих рас. При планировании расписания ознакомительных тренировок каждой команде отводились полчаса и десятая часть поля. Мне всегда тренировочное поле, на котором студенты отрабатывали боевые заклинания, казалось огромным. Оно же больше Облачного стадиона! Но когда на нем одновременно находилось почти сотня живых существ, каждый из которых пытался колдовать (и заряд, естественно, два раза из трех летел мимо цели), широким пространство уже не воспринималось. Каждой команде отводилась территория, площадью едва превышающая нашу кафедру. А вы пробовали на нашей кафедре колдовать? Не бытовые заклятия, а масштабное заклинание? А пятеро одновременно? И хорошо, что не пробовали, а то от нашего кабинета бы ничего не осталось.

Сейчас на поле работало несколько команд. За бровкой за ними следили те, чья очередь должна была наступить следом. Я воспользовалась возможностью, чтобы понаблюдать за тем, как ведут себя другие наставники. Все-таки тренерское дело было ля меня в новинку. Я знакома только с тем, как настраивает на финал своих подопечных Виннер - криком и матом. В этом я могла убедиться, когда поднималась на Облачный стадион в прошлом году, чтобы посмотреть на красивую победу Дианы. Однако те преподаватели, что занимались с детьми сегодня, отличались удивительным либерализмом. Они сквозь пальцы смотрели на неудачные попытки студентов скооперироваться и провести совместный прием и только и делали, что повторяли благодушно: "Ничего страшного. Давай еще разочек. Ты сможешь!"

В этом плане мне понравилось, как работал со своей группой Ррадригар. Сначала он потратил пять минут драгоценного времени на то, чтобы объяснить парням и девчонкам, что они команда и суть одно целое. Заставил по цепочке щипать друг друга, чтобы продемонстрировать, что ошибка одного может отразиться и на остальных. А потом выстроил в линию и попросил выполнять ряд давно забытых базовых упражнений из первого класса школы. То ли от неожиданности, то ли с непривычки, но ни у кого не получилось с первого раза. Но дракон не сердился, а при каждой удачной попытке подопечных подбадривающе улыбался отличившемуся. В итоге полчаса спустя ребята, так и не проведя ни одной мало-мальски серьезной атаки, считали себя мегакомандой, способной порвать любого соперника.

Когда Ррад отпустил студентов, к нему вернулось его обычное, добродушное, но слегка утомленное, выражение лица. А взгляд снова стал грустным. А может, это его приподнятые брови виноваты. Обернувшись, он заметил меня и приветственно поклонился.

- Добрый день, как настроение в этот прекрасный зимний день? - поинтересовался дракон.

Я пробурчала что-то о том, что день мог быть прекраснее, а настроение - лучше. Ррадригар хохотнул:

- Нефас тоже рвет и мечет, что его заставили работать в выходной и вообще снабдили дополнительной нагрузкой.

Я не удержалась и хмыкнула. Будто демон и до того перерабатывал со своими четырьмя часами в неделю.

- А вот и он, помяни демона, как говорится...

На поле и правда выходил Эгерэ. За ним как утята за мамой-уткой семенили пять молодых девиц. Замыкала процессию Кэтрин. А значит, тренировка команды Нефаса тоже назначена на полвторого. Дракон приветственно помахал другу, тот ответил кивком и тут же отправил девушек разогреваться. Вместе с Кэтрин пришел и Райдер. Пожелав подружке удачи и по возможности держаться подальше от собственного тренера (тренер только саркастически хмыкнул), он оставил ее и направился ко мне.

- Госпожа Орлиани, чудесный день сегодня, не правда ли? - расплылся в улыбке оборотень.

Да что с ним и Ррадом сегодня такое? Чем их так нынешняя погода радует?

- Не против, если я понаблюдаю за тренировками? - полюбопытствовал золотой дракон. - Вашими и Нефаса?

Я пожала плечами. Все равно на поле много народу - одним больше, одним меньше. Тем более что я за работой Ррадригара наблюдала, можно сказать, выведала его профессиональные секреты. Будет честно, если он выведает мои. Если бы они у меня были, конечно.

Когда дракон отошел, к нам с Райдером приблизилась Сойер. Что-то мне подсказывало, что она уже некоторое время находилось здесь, просто вежливо ждала, когда я закончу разговаривать с другим преподавателем и освобожусь. Совсем скоро подоспела и Агнес. А вот Фрэниар и Вест опаздывали. Если от Илбрима этого стоило ожидать, то Диана меня удивила. Впрочем, я никогда не общалась с ней в учебной обстановке. Может, опаздывать на практические занятия для нее - естественный процесс.

Сначала подошел Фрэниар. Тихо пробормотав извинения, он встал в круг, в который я выстроила своих учеников, играя в "горячо-холодно" (надо же было чем-то себя занять). И только потом соизволила явиться Диана.

- Всем привет. Как? Вы еще не начали? Зря меня ждали - теряли время. Я бы с ходу включилась в работу, - так же жизнерадостно, как и всегда, прощебетала Вест.

Когда место в круге заняла и огневичка, я начала тренировку с предложения еще раз дружно представиться, на случай если кто-то с кем-то еще не знаком.

- Диана Вест, пятый курс факультета боевой магии, специализация - огненная магия, прошу любить и жаловать, - весело представилась Диана, подняв руку вверх, как первоклашка на открытом уроке.

- Ульфрих Райдер, боевая магия, третий курс. Поддерживающие и усиливающие заклинания. Мои кастеты всегда к вашим услугам! - и оборотень отвесил поклон каждому в круге, в том числе и мне.

Затем очередь дошла до наших скромняшек. Первой решилась Сойер, что ни удивительно.

- Мери Сойер, четвертый курс факультета истории и теории магии! - отрапортовала девушка, будто присягу давала.

- Агнес Фейрвуд, первый курс факультета некромантии, - пролепетала куколка в розовом и попыталась улыбнуться. Но наткнулась на недоуменные и удивленные взгляды. Никто из собравшихся не мог себе представить, что она учиться на самом мрачном факультете универа.

- Илбрим Фрэниар, факультет анимагии, второй курс, - завершил нашу перекличку эльф.

Сама я представляться не знала, поскольку четверым я читала лекции на постоянной основе, а пятая была моей лучше подругой, и я тешила себя надеждой, что все он имя мое помнят.

- А теперь я вкратце расскажу вам правила командного Магического Кубка,- начала я. - Поскольку на собрании присутствовали не все, а значит, их не слышали,- покосилась на Фрэниара. - Или присутствовали, но не слушали, - и обвела взглядом остальных ребят. - Главное - все игры навылет. Проигрыш - до свидания, праздник закончился. Всего игр буде семь или восемь в зависимости от посева в турнирной таблице. Расписание вы получите позже.

Дети начали переглядываться и подсчитывать в уме: восемь - это много или мало. Учитывая, что турнир будет растянут минимум на месяц, выходит не такое уж напряженное расписание, скажу я вам.

- В бою принимает участие две команды, - продолжала перечислять я основные правила. - В каждой строго по пять участников. Если меньше - ей автоматически засчитывается поражение. На каждом игроке щит на тысячу магических единиц урона. Любой физический контакт, способный повлечь за собой травму соперника, строго запрещен, даже если он вызван магическим воздействием. Ну и наконец, участник может пользоваться только одним видом магии, на который, собственно, и будут настроены щиты. Магия, которой будет пользоваться каждый участник команды, указывается в специальной анкете, которая заполняется еще до начала соревнований. После этого менять решение уже нельзя. Нарушение будет строго караться. Скорее всего, дисквалификацией команды, но данный вопрос пока в стадии обсуждения. Это понятно?

Дождавшись кивков разной степени уверенности, я предложила ребятам первым делом выбрать виды магий, с которыми они заявятся на турнир. С этим вышла загвоздка. На первом курсе им всем читали общую магию, но по сути единственной из них, чьи знания в области боевых заклинаний были достаточными, являлась Диана. Ни теоретик, ни некромант, ни анимаг по правилам не могли воспользоваться знаниями по своим специализациям. Даже поддерживающая магия Райдера будет на стадионе абсолютно бесполезна.

- У нас один вариант - строить всю свою тактику через госпожу Вест, - внезапно четко и громко объявила Мери. Все вопросительно уставились на девушку, а Диана махнула рукой: "Можно просто по имени". - Я к тому, что ключевым игроком нападения должна быть именно она, а мы - всячески ей помогать.

Вест повела плечами и начала отмахиваться:

- Ой, да ладно, ну что вы. Пусть каждый попробует свои силы в нападении. Когда в следующий раз вам выпадет шанс опробовать настоящее боевое заклинание? Выучите одно-два - и вперед. Повеселитесь, воспоминания, опять же.

Сперва я думала так же, как и Диана. Итоговый результат команды все равно не интересовал ни меня, ни, судя по всему, ее членов. Комбинация имеющихся боевых качеств и умений выглядела бесперспективно. Поначалу самым разумным казалось просто выступить, поиграть в свое удовольствие и, получив зачет, с легкой душой вылететь в первом туре. Но слова Сойер заставил меня задуматься. В ее идее было рациональное звено. Конечно, трофей за общую победу перед моими глазами не замаячил, да и наши перспективы менее туманными от этого выглядеть не стали. Но предложение строить игру через сильнейшего боевого мага в принципе выглядело более логичным.

- Хорошо, попробуем разработать тактические схемы и приемы на основе предложения Соейр, - согласилась я. Кажется, мои слова Диане не понравились. - Надеюсь, пару простеньких огненных заклинаний помнят все?

И мы стали совместно с ребятами придумывать, какие бы ходы позволяли вывести нашу основную боевую единицу на лучшую позицию для атаки и каким образом выстраиваться так, чтобы лучше всего ее защитить. Десять минут мы провели исключительно в разговорах и спорах. Мы с Мери предлагали варианты, Диана с Ульфрихом их отметали. В итоге мы выработали только одну схему, согласно которой четверо членов команды выстраивались в шахматном порядке в качестве живого щита, а Диана колдовала заклинания массового поражения за их спинами. Оставшиеся пятнадцать минут мы посвятили отработке данного приема.

Это была катастрофа! Никто из ребят, кроме Райдера, не помнили даже основ огненной магии и никак не могли поддержать атак Дианы. Да и у той далеко не все получалось. Огненный дождь, обрушивавшийся на специальный манекен для тренировок, задевал и членов команды. Так называемый дружественный огонь оказался самой главным недостатком нашего плана. Пустить тот же фаербол через спины товарищей не представлялось возможным, а предсказать зону поражения "дождя" было нереально. К концу тренировки я вновь начала думать, что лучше вообще не заморачиваться командной тактикой, а дать каждому поатаковать в свое удовольствие и проиграть с улыбкой на лице.

- Какое убогое зрелище, - произнес с издевкой знакомый женский голос. - Вест, во что ты ввязалась?

- Лэндон, - прошипела сквозь зубы Диана, чье настроение и так за последние полчаса заметно упало.

Кэтрин женственным движением руки поправила кудри и вымученно улыбнулась, всеми силами стараясь убедить извечную соперницу, что свежа, прекрасна и не испытывает никаких проблем. Но верилось с трудом, поскольку весь костюм девушки был в разводах от пота, а челка на лбу слиплась в одну непонятную субстанцию. Кэтрин Лэндон только что закончила тренировку со своей командой. И кажется, демон их изрядно погонял. Я поглядела за спину водной магички. О ее силе говорило уже то, что она была способна стоять на ногах и разговаривать, не срываясь в хрип. Прочие девушки валялись на земле и отчаянно хватали ртом воздух. Окружающие сочувственно на них поглядывали, но помогать подняться жертвам тренерского произвола запрещал сам Эгерэ - они должны были сделать это сами. Если и была у юных воспитанниц демона любовь к своему преподавателю, то сегодня она погибла ужасной и мученической смертью, задушенная в зародыше самим "прекрасным принцем".

- Кэт, - строго одернул подругу Райдер, - не дерзи!

Водяная только хмыкнула и скрестила руки на груди.

- Магия - явно не ваше дело, Орлиани. Идите продолжайте заниматься любовью с книгами, - посоветовал Нефас с издевкой, подходя ко мне. - И тролль вас возьми, наденьте что-нибудь! Опять вы вытащились на мороз в одном платье!

Он ошибался. Я была не в платье, а в костюме. Между прочим, утепленном. Так что не валявшемуся с голым торсом в сугробе демону обо мне волноваться.

- Вы уж определитесь, как мне стоит устраивать личную жизнь: с книгами или с троллями.

Сначала Эгерэ нахмурился, а потом усмехнулся, чуть приподняв краешки губ:

- Вы, главное, ее устраивайте.

И вдруг между мной и Нефасом втиснулся Райдер.

- А вы, что ж, предлагаете свою помощь? - мрачно бросил мальчишка, с вызовом уставившись на возвышающегося над ним демона. Тот уничижительно осмотрел оборотня с ног до головы и не счел нужным отвечать.

- Я и забыл про вашу домашнюю собачку, Орлиани.

"Собачка" громко зарычала, демонстрируя клыки. Эгерэ приподнял бровь, но все-таки отступил и направился к Ррадригару.

- Зря ты так, Неф, со своими девочками, - озабоченно качал головой золотой дракон. - Ты их только вымотаешь или лишишь желания сражаться.

- Пф, - фыркнул демон, закатив глаза, - мне все равно, что они будут вытворять на этой идиотской арене. Это всего лишь песочница, где резвятся неразумные детишки с деревянными сабельками. Я же готовлю их к настоящей битве, цена проигрыша в которой - их собственная жизнь! Выживут ли они в ней лет через десять, зависит от того, сколько они будут умирать на тренировках сегодня.

- Но далеко не все из них боевые маги! - возмутилась я.

Некоторых из девчонок, что все еще корчились на земле от боли, я смутно помнила, хотя и не преподавала у них постоянно. И если я не ошибалась, они были обычными "хозяйственниками". Вот уж кто никогда не попадет на фронт, а будет обживаться в комфортных условиях дворцов. Зачем им такая физическая подготовка, не говоря уж об опасности подорвать здоровье? Демон остановил на мне тяжелый взгляд своих бездонных черных глаз:

- Те несчастные, которых убивала Темная богиня, входя в город, тоже не были боевыми магами, Орлиани.

На пару секунд кругом повисла тишина. Или мне так показалось. Но если бы я не была троллем, то подумала бы, что в этот момент на мне применили Запретную магию, заставив поверить в прозвучавшие слова. И целое мгновение я была согласна с точкой зрения Эгерэ. Но наваждение исчезло так же быстро, как и нахлынуло. Я тролль, ментальная магия на меня не действует. И как бы благородны ни были мотивы Нефаса, это никак не оправдывало его средств. В конце концов, упражнения до потери пульса сейчас никак не помогут им через год, не говоря уже о периоде в десять лет. Все это красивые слова, чтобы оправдать свою жестокость, не более.

- Ладно, ладно, успокойтесь, - попытался угомонить нас Ррадригар. - Убьете друг друга как-нибудь в другой раз. Дождитесь, по крайней мере, конца турнира, не подводите детей - им зачет сдавать, - затем Орум подошел к Мери, единственной студентке здесь, которую знал, и отеческим движением потрепал ее по голове. - Ты подала блестящую идею, молодец.

Сойер довольно покраснела и выпрямилась еще сильнее, выпятив грудь вперед. А Ррад между тем пошел помогать подняться ученицам Нефаса, несмотря на протесты последнего. Нас же начали настоятельно просить покинуть поле, поскольку отведенные полчаса уже истекли.

- У нас сегодня далеко не все получалось, - подвела я быстро итоги, обращаясь к ребятам. - Будем работать над ошибками. Завтра позанимаемся подольше, встречаемся в десять утра на развилке.

Студенты недовольно попыхтели и стали медленно разбродиться. Отчасти я их понимаю. Но перед Советом ведь мне тоже нужно отчитываться: обязательно каждый день уделять внимание указанным личностям. Я собиралась вернуться в библиотеку и продолжить работу над переводами, но Диана положила руку мне на плечо и прошептала:

- Надо поговорить.

Я в недоумении проследовала за подругой на крышу третьего корпуса - тот самый знаменитый сад хозяйственников. Вдыхая сводящие с ума цветочные ароматы, на скамье под шиповником витала в облаках одинокая парочка. Диана так шукнула на них, что они тут же ретировались. Восп мог открыть лабораторию, Ангейм - потребовать освободить кафедру, а вот простому студенту всегда оставался только сад на крыше - уединенное место, где можно было поговорить без посторонних.

- Нива, ну что это за бредовая идея с тактикой? - перешла Диана сразу к делу. Она жаловалась капризным голосом маленькой девочки. - Позволь детишкам поиграть в героев - и пусть все закончится в первом туре! Все довольны, все счастливы!

- Но, Диана, предложенная Сойер тактика, действительно, кажется логичнее... - развела руками я.

- Какая, к Темной, тактика?! - вскипела внезапно Вест. Конечно, я слышала от Генри жалобы на норов супруги, но сама сталкивалась с подобным в первый раз. - Какая еще логика?! Где ты видишь логику в формировании команд?! Какая может быть тактика в команде неудачников?! - продолжала кипятиться подруга. - Ты посмотри, кто нам попался: историчка, ветеринар, боксер и, ты только вдумайся, некромантша в розовом, которая, к тому же, все еще первокурсница!

Каждую специализацию Диана произносила, как выплевывала. Я не узнавала свою знакомую.

- А мне казалось, они тебе нравятся. По крайней мере, Мери и Ульфрих.

Вест протяжно вздохнула и устало опустилась на скамью. Обхватив голову руками, она зарылась в свои короткие, но пышные волосы.

- Они мне нравятся, - добавила она после паузы уже чуть более спокойным голосом. - Но на Магическом Кубке им делать нечего, сама понимаешь. Уверена, что на настоящей войне Ульф будет непобедим. Но это спорт, Нива, спорт со своими четкими правилами и ограничениями. И мы обязаны играть по этим правилам! - подруга подняла на меня глаза и печально улыбнулась. - У нас нет шансов. Никаких. Ноль.

Я присела рядом, чем не преминула воспользоваться Диана, нагло уложи свою голову мне на колени. Удобно устроившись, она закрыла глаза и, кажется, успокоилась окончательно.

- Никогда не знаешь окончательно, пока не попробуешь, - мягко попыталась обнадежить ее я.

Девушка открыла глаза и посмотрела на белый шиповник, что цвел прямо у нас над головами. Диана протянула руку, и кончиками пальцев сорвала один лепесток.

- Я хочу стать чемпионкой Магического Кубка в третий раз подряд, - поделилась Вест, вертя в руке белоснежный лепесток. - Я должна ею стать.

- Я знаю, - тихо прошептала я.

- И в достижении этой цели мне ничто не должно помешать, - продолжала девушка. В следующую секунду он с силой сжала кулак. А когда разжала - стряхнула с ладони помятый и потерявший свою былую красоту и гладкость лепесток. - Я не могу ни на что отвлекаться, понимаешь?

Я посмотрела под ноги - на сморщенный белый комочек, а потом подняла голову и окинула взглядом всю оранжерею. Удивительное чудо, конечно, сотворили здесь студенты факультета бытовой и сельскохозяйственной магии. Они заставляли цвести самые разные цветы круглый год. Ведь сейчас зима, а приходя сюда, чувствовал, что попал в весну или даже лето. А вон на той клумбе, кстати, росли лилии. И белые, и тигровые. Теперь ясно, откуда их брал Райдер. Видимо, это новое поступление, раньше их тут не было.

- Рассматривай занятия с командой, как дополнительную тренировку, - предложила подруге я, пожав плечами.

- Эта тренировка требует слишком много сил, если вы хотите, чтобы я в одиночку выносила пять тысяч магединиц, - фыркнула Диана.

- Хорошо, мы придумаем какую-нибудь другую тактику, - пошла на попятный я.- Не все так плохо.

Вест вернулась назад в сидячее положение, а затем моему взору предстало ее сияющее лицо. Постепенно Дианка возвращалась к своему обычному "я".

- А давай, я просто не буду приходить на тренировки? Что это изменит? А у меня будет больше времени для индивидуальных тренировок, - увидев, что я начинаю выказывать неудовольствие подобной идеей, девушка молитвенно сложила руки и затянула. - Ну пожа-алуйста! Ну что от этого изменится? Ты же моя подруга, Нива, ты должна меня понять!

И я ее понимала! Прекрасно понимала! Как только понимал ее, может быть, Генри. И в любой другой ситуации я, возможно, и согласилась бы с ее доводами. Но этот Совет с его поручением, тролля им в баню! Если я сейчас сделаю исключение для лучшей подруги, нас всех отправят на рандеву с надзирателями. И тогда никакой третий Кубок Диане точно не светит. Но как мне ей это объяснить?

- Извини, я не могу позволить тебе пропускать тренировки, - заметив, как девушка начинает опять кипятиться, я спешно добавила. - Но мы изменим тактическую схему. Более того, я могу вовсе не включать тебя в наши занятия, можешь выполнять привычный тебе комплекс упражнений, будто нас рядом нет.

Диана скривилась, но проявлять явного недовольства, как я опасалась, не стала.

- Зачем вся эта видимость командной деятельности? - пробормотала Диана под нос, и я с облегчением почувствовала, что она сдалась.

- Для отчетности! Начальство, знаешь ли, требует! - поспешно добавила я, пока подруга не передумала. Если задуматься, я даже не лгала.

На следующее утро я явилась на развилку за городом и встала прямо под указателем, а конкретно накренившейся стрелкой "ВАМ". Под тремя заглавными буквами какими-то шутниками было выцарапано "оно надо?".

Раньше всех явилась Сойер. Она бы пришла раньше даже меня, но мне вздумалось в это прекрасное морозное утро прогуляться часок по опушке близ леса. А потому подошедшая за полчаса до назначенного срока Мери наткнулась на уже вытоптанный снег вокруг столба. Ближе к десяти Райдер привел Фейрвуд. Он галантно вел девушку под руку, и та лучезарно и даже несколько игриво ему улыбалась.

- И когда он напал на меня с топором, я едва успел увернуться, - рассказывал оборотень девушке с таким видом, будто рекламировал блюда в изысканном ресторане: восторженно и так, что слюнки текли. Собеседница, в свою очередь, слушала с видом покупательницы, готовой скупить все меню и оставить чаевые в половину общей суммы - сияющая и счастливая.

- Что, прямо с топором? - прошептала Агнес тонким голоском.

- Нет, если бы напал прямо - попал бы, - расхохотался Райдер. - Но он был косой, а потому промахнулся и дал мне возможность жить и разговаривать с прекрасными дамами!

Некромантка опустила глазки долу и смущенно хихикнула.

- Но ты победил его? - поинтересовалась она, после того как закончила разглядывать ремешки своих туфель.

- Естественно! - фыркнул Ульфрих и приосанился. - Я так быстро убегал, что он запутался в своих ногах. После чего я вскочил ему на спину и повалил на пол. Топор выпал у него из рук - и победа моя!

- Ты такой сильный! - протянула Фейрвуд с придыханием, не в силах скрыть своего восхищения.

- А то! Я, знаешь ли, еще никогда не проигрывал битву в столовой! Меня так и прозвали - Ульфрих Последняя Сосиска! Пусть они хоть с топорами, хоть с чайниками нападают - у них нет шансов!

С этими словами юноша и девушка поравнялись с нами. Райдер аккуратно снял руку Агнес со своего локтя и поклонился сперва мне, а потом и Мери.

- С Агнес мы встретились по дороге сюда, - объяснил юный оборотень. - И решили, что вдвоем идти веселее.

- Надеюсь, вы воспользовались шансом и перевели Фейрвуд стихотворение? - усмехнулась я.

Не те это были стихи, которые можно рассказывать с утра юной девушке. Во всяком случае, не когда вы с ней совершенно одни в лесу. Может не так понять. Объясняй потом надзирателям, что ты ничего такого не имел в виду. Райдер прокашлялся и покосился на Агнес.

- В следующий раз - обязательно, - заверил он некромантку. И та просияла от счастья. Вряд ли ей так не терпелось узнать содержание таинственного набора звуков, который она выкинула из хорошенькой головки в тот же момент, как я расписалась у нее в зачетке. Но мысль о предстоящей новой встрече с галантным хвостатым красавчиком приятно грела девичью душу.

Фрэниар явился тоже не один. С Нагайной. То ли с фамильяром у них такая прочная связь, что питон далеко одного хозяина не отпускает. То ли у эльфа просто потерялся шарф, и он использует вместо него змею, обмотав вокруг шеи. Фейрвуд взвизгнула и спряталась за спину Райдера.

- Д-доброе у-утро, - поздоровался с нами со всеми фамильяр.

Голос у Нагайны был приятный, гипнотический. Она растягивала слова, но почти не шипела. При виде говорящей змеи Агнес взвизгнула еще раз. Интересно, при взгляде на ходящие и разговаривающие трупы она тоже падает в обморок?

- Здравствуйте, - произнес спустя несколько мгновений Илбрим. - Можно Нагайне с нами?

Я претензий не имела. Не возникли они и у других. Только губы Фейрвуд заметно дрожали, когда она кивком подтверждала свое согласие. И опять не хватало только Дианы. Я начала было волноваться. Пожалуй, стоило вчера поставить перед ней ультиматум и более четко намекнуть, что вариант непосещения тренировок не рассматривается. Но Вест избавила меня от возможного неприятного разговора. Как раз в тот момент, когда я хотела сбегать в ее с Генри квартиру, она сама вышла из леса. А значит, пришла сюда еще раньше, чем я.

- Все в сборе? - окинула собравшихся серьезным взглядом огневичка. - Отлично. Все за мной.

И она направилась в сторону елей. Студенты, и я в том числе, поплелись за ней, недоумевая, куда нас ведут. Спустя сорок минут плутания по лесу Агнес уже три раза удрученным голосом успела нас всех здесь навсегда похоронить, Мери - предположить, что мы прошли порядка четырех километров, а Нагайна - ехидно заметить, что учитывая наши зигзаги и повороты, километров наберется не больше двух. И вот, наконец, мы вышли на большую просторную поляну, окруженную густым лесом. В этом месте полностью отсутствовал снег. Трава тоже. Земля под нашими ногами была полностью выжжена. Ту и там встречались раскуроченные обугленные пни, рытвины и ямы, будто кто-то копал окопы, но бросил это дело, едва начав. В целом представшее нашим взором напоминало то ли полосу препятствий, то ли последствия битвы водных магов с земляными.

- Будем тренироваться здесь, - обвела рукой поляну Диану.

- Это все ты? - несказанно удивилась, рассматривая обугленные листья под ногами.

- Нет, похоже, до такого состояния землю довели те, кто тренировался здесь до меня, - Вест поковырялась носком сапога в грязи. - Это место показал мне Генри. С тех пор тут моя тренировочная площадка.

Магичка взмахнула несколько раз руками и материализовала два соломенных чучела. Приказав Фрэниару и Райдеру поставить болванчиков с разных сторон - один на северной, другой на южной части поляны, она сама пошла отмерять двадцать шагов от края леса и очерчивать границы зоны, колдовать за пределами которой будет опасно. Я вызвалась ей помочь.

- Это в качестве извинения, - пояснила Вест, хотя я и не задавала вопросов, - за мое вчерашнее безобразное поведение.

Я не стала ничего говорить, только подбадривающе потрепала ее по плечу и продолжила чертить ограничительные руны. Через пятнадцать минут тренировочное поле было готово. Поскольку сегодня у нас был впереди целый день, решено было позволить молодым людям разогреться. Пока ребята исполняли челночный бег и медитировали, Диана работала с одним из чучел, повторяя раз за разом серии из молниеносных точечных нападений мелкими зарядами.

Чуть позже Диана потратила некоторую часть своего времени, чтобы показать ребятам пару простых огненных заклинаний. Не столько обучить, сколько напомнить. Потому что их должны были проходить в последних классах школы. Последующие три часа студенты тренировали огненную магию. В целом у всех получалось неплохо. Только у Агнес - через раз. У нее даже "светлячок" выходил тусклый и быстро гас. Словом, когда мы переходили к командной тренировке, то нас не покидала надежда, что хоть что-то, но должно получиться. Однако мы были слишком оптимистичны.

Если вчера опасность представляли только огненные заклинания Дианы, то теперь огонь летел со всех сторон и из всех направлений, обжигая руки, лица и хвосты. Я едва успевала оказывать первую помощь. В итоге к вечеру, когда солнце скрылось за елями, дети подошли с арсеналом взаимных обид, злые и поссорившиеся. Первой вышла из себя Диана. Она довела до истерики Агнес, которая после многочисленных обвинений в криворукости и отсутствии мозгов, совсем расстроилась и перестала попадать в мишень, даже если та стояла в трех шагах от нее. Мери продолжала не соглашаться со мной и Дианой по поводу тактики и предлагала потратить оставшееся время на мозговой штурм, а не бессмысленное швыряние фаерболов. Вест утверждала, что физическая подготовка должна стоять на первом месте, а план игра - дело десятое. Их споры привели к тому, что теперь девушки не желали знать друг друга, Мери заявила что завтра же вернет Диане все книги, а та с усмешкой заявила, что с удовольствием посетит свадьбу Ррада, но только вот она уверена, что Сойер не будет невестой (в ход пошли запрещенные приемы?). Райдер пытался девиц угомонить и заставить прийти в себя, но те уговорам не поддавались. И когда оборотню (плюс к прочим многочисленным повреждениям) подожгли хвост, его терпение лопнуло. Он заявил, что в таких условиях тренироваться не желает и вышел за границы поля. Илбрим сделал это еще раньше, после того как Диана пригрозила сделать из Нагайны шашлык, если эльф не начнет колдовать нормально.

- Отставить! - грозно рыкнула я, когда почувствовала, что ситуация давно перешла в разряд катастрофы.

Студенты прекратили друг на друга орать, обвинять друг друга во всех смертных грехах. А некоторые - рыдать, зарывшись в землю, и уставились на меня.

- Думаю, нам всем пора успокоиться, а Вест - немного помедитировать.

Диана порычала в ответ, но не сказала ни слова.

- Пожалуй, вам всем первым делом стоит подружиться, лучше понять друг друга, - вспомнила я уроки Ррадриагара своей группе. - Взаимопонимание - ключ к удачному взаимодействию.

Ребята, ожидая очередной лекции, возвели глаза к изрядно почерневшему небу. Но лимит нравоучений я на сегодня исчерпала.

- Мне кажется, мы все сегодня неплохо поработали, - ответом мне было возмущенное сопение Дианы и Райдера, - за это следует себя наградить. Кто не любит вечерние посиделки у костра?!

Нелюбящих данное времяпрепровождение не нашлось. Студенты переглянулись и пожали плечами, мол, они не против.

- В лесу разводить костер небезопасно, выйдем на опушку у развилки, - продолжила я. - Диана, ты пока потренируйся здесь одна спокойненько, мы сами как-нибудь выплутаем.

Я понимала, что Диане надо остыть и разорвать в клочья соломенных чучел, а остальных - отдохнуть от Дианы. Поэтому моя идея понравилась всем. Полтора часа мы все-таки выплутали, хотя и далеко не спокойненько. Как я уже упоминала, по дороге мы потеряли Райдера, который бы мог нам помочь со своим нюхом. В итоге, сжалившись над нами, нас вывела Нагайна.

Я запрягла всех искать хворост и дрова для костра, которые дети потом сушили недавно выученными заклинаниями. И когда к нам поочередно присоединились Райдер и Вест, мы уже развели небольшой красивый костерок, служивший единственным источником света в эту темную беззвездную ночь. Только огрызок луны отбрасывал тусклый свет на поблескивающий снег.

Ровное пламя костра успокаивало. Дневные ссоры казались такими далекими и несущественными. Кажется, на Диану уже никто не держал зла. Закончив с освежеванием туши, Райдер попросил Вест помочь с готовкой - добавить, так сказать, огонька. Благодаря их совместным усилиям, через полчаса мы могли наслаждаться вкуснейшим шашлыком. Толком без специй, зато с лесными ягодами и дымком. Да и после тяжелого трудового дня любая еда кажется деликатесом.

- Предлагаю идею, - заговорила я, когда закончила со своим мясом и отказалась от предлагаемой Ульфом второй порции. - Каждый должен поделиться с нами какой-нибудь историей о себе, - мое предложение не было принято с должным энтузиазмом, а потому я поспешила добавить. - Начнем с меня! Есть что-то, что вы хотели бы узнать у меня в первую очередь?

Райдер раскрыл было рот, чтобы задать вопрос, но Диана его опередила:

- Нива, расскажи нам о троллях. Ты никогда не упоминала о том времени, что прожила у них.

Другие ребята при слове "тролли" встрепенулись, проявляя явный интерес. И только Ульфрих расстроился и принялся жевать шашлык, от которого я отказалась. Я вздохнула и подперла рукой подбородок, уткнув локоть в колено. Правильно, вряд ли собравшихся здесь интересуют подробности эльфийского быта, даже если ты живешь в замке с папой-дипломатом и бабушкой - героем войны. А вот пещеры, вечная зима и дикие тролли - другой разговор. Это романтика!

- Однажды, когда мне было лет семь, мы приехали в Северные Земли навестить маму, - начала вспоминать я. - В тот год папа привез мне из Геррассиэля куклу: большую и красивую. Я ее не выпускала из рук, таскала повсюду.

Перед моим мысленным взором предстала форфоровая кукла высотой больше пятидесяти сантиметров. С большими глазами, аккуратным ротиком и изящными эльфийскими ушками. Ее ручки и ночки двигались, а в комплекте имелось несколько париков: кудрявые и прямые волосы различных золотых оттенков. Я не умела шить тогда, не научилась и сейчас, а потому одновременно с игрушкой папенька прикупил и целый гардероб для маленькой модницы. Северные Земли моя красавица посещала в белоснежном платье с кринолином, как у человеческой невесты.

- Надо сказать, что с прочими троллями у меня никогда не складывались отношения, - призналась я, равнодушно пожав плечами. - Меня это не очень волновало, но вот папенька крайне расстраивался. И он уговорил меня взять куклу и поиграть с другими девочками из клана. Не скажу, что я горела желанием делиться своей любимицей или играть с грубиянками, что в прошлый раз из зависти порвали мое красивое синее платьице с зайками, но слово отца - закон, и любой его приказ не подвергался сомнению и не оспаривался.

В памяти всплыло, как я вошла в детскую пещеру и на меня уставились десятки пар озлобленных глаз. Я протянула девочкам куклу, мол, если хотите - можете поиграть. Но те гордо отвернулись, заявив, что эту уродливую фигню им даром не надо. Это сейчас я понимаю, что тролльим детям, никогда не покидавшим Северные Земли, созданная по образу и подобию эльфов кукла действительно казалась странной и неправильной. Но тогда меня это задело. Обидевшись, я решила, что ни за что не буду играть с этими девчонками, и выбежала из пещеры. Возвращаться к папе я побоялась - буду отругана за невыполненный приказ, а потому отправилась прогуляться к озеру. Там мальчишки играли в войнушку. Они гоняли с палками наперевес, используя лед, чтобы скользить и удачно уворачиваться от нападений противника или наоборот - удачно срезать его подсечкой. Завидев меня, свою любимую цель, тролли тут же бросили свои игры и обступили меня со всех сторон.

- Что, Орлиани, опять кудри отрастила? - гнусно расхохотался Гурум, дергая меня за одну из косичек. Он был самым старшим из детей, лет двенадцати, а еще - моим главным мучителем с малых ногтей. - Что ж тебе не понравилось, как я постриг тебя в прошлом году?!

И снова злобный смех, подхваченный всей оравой. За год до этого Гурум ради забавы отрубил топором мою густую косу. Бабушка злилась, но маменька убедила папеньку, что это невинная детская забава.

- Ой, что это у нас? - тролль разглядел куклу, которую я прижимала к груди. Отобрав ее у меня, он повертел ее то так, то эдак, а потом разглядел остроконечные ушки. - Да это же ее папашка в платье, гы! - громогласно объявил Гурум, небрежно кидая куклу мне.

Этого стерпеть я уже не могла. Перехватив летящую ко мне игрушку, я врезала по наглой тролльей роже напротив первым, что попалось под руку. А что мне в нее попалось, я написала выше. От куклы осталась только левая нога, которую я продолжала сжимать в руках. Гурум завопил то ли от боли, то ли от унижения, хватаясь за полученные царапины и обнаруживая кровь. Разозлившись на мальчишку за испорченную любимую игрушку (что виноват в этом был он, я не сомневалась ни секунды), я с боевым кличем троллей бросилась на обидчика. Вдвоем мы повалились на лед, который, не выдержав такой атаки, треснул под нашими телами. Я успела отскочить, а вот мой противник не был столь ловок: сперва попа, а потом ноги Гурума угодили в воду. Друзья помогли ему выбраться. Но я не обращала внимания на их проклятья. Я оплакивала свою куколку. Потому как вместе центром тяжести мальчишки под воду ушла и голова моей красавицы. И если остальные части тела, ползая по льду, я все же собрала, то прекрасная лысая головка в кудрявом паричке навсегда скрылась в пучине.

Когда я пожаловалась папе, он сказал, что лезть в воду в двадцатиградусный мороз и не подумает, а куклу купит новую. Я заявила, что не надо мне новой, а эту - необходимо похоронить. И перед отъездом домой мы организовали маленький похоронный обряд, спустив на воду в проруби веночек из травинок, которые откопали под снегом. Отныне водоемы ассоциировались у меня с навечно сгинувшей форфоровой подружкой, и я до сих пор не умею плавать...

Вот такой рассказ, только в несколько более сокращенном варианте, я поведала у костра.

- И с тех пор у вас больше не было кукол? - сочувственно спросила Фейрвуд.

- Отчего же, - хмыкнула я. - Следующую мне купили сразу же по возвращению в Южные Эльфийские земли. И я была более чем довольна.

На этой печальной ноте, свидетельствующей о моей черствости, я предложила роль рассказчицы Диане.

- Хорошо, что бы вы хотели узнать? - улыбнулась огневичка. После "медитации" в лесу к ней вернулось ее прежнее веселое расположение духа.

- Как ты соблазнила своего мужа? - спросила с серьезным видом Сойер и пересела чуток поближе на бревне, чтобы не упустить ничего важного.

- Я пригласила его на Новогодний бал, - улыбнулась своим воспоминания Диана. - Вернее, заставила его пригласить меня. И там в ту же ночь и соблазнила. Вся история.

Версия, которую в свое время мне излагал Генри, была гораздо более красочная и душераздирающая. Но это, пожалуй, не то, что стоит рассказывать на ночь - кошмары будут сниться. Может, исходя именно из этих побуждений, Вест представила свою историю в столь сокращенном виде?

- Где? - не сдавалась Сойер.

"На балу, разве нет?" - удивилась я. Но Диана и Мери разговаривали на каком-то своем языке и прекрасно друг друга понимали.

- На балконе второго яруса между вторым и третьим рядом, - отчеканила моя лучшая подруга. Я приподняла бровь - в таких подробностях она мне не признавалась.

- Как? - продолжала допрос Сойер.

- Напоила, - последовал моментальный ответ.

А вот это уже походило на версию Генри. Студентка-теоретик помолчала, напряженно размышляя о чем-то, а потом кивнула и заявила, что вопросов больше не имеет. Очередь дошла до Илбрима. У него спросили, откуда у эльфа могла возникнуть такая страсть к пресмыкающимся. Нагайна заползла к Фрэниару на шею и поиграла раздвоенным языком у хозяина в ухе.

- В нашей деревне случился неурожай, - заговорил эльф после долгой паузы. - Моя семья жила на востоке, которому покровительствует Богиня Мудрости.

"Богиня-змея", - подняла я в памяти свои знания по истории.

- Тот сезон был особенно засушливым, и не уродилось вообще ничего. Только я. У всех женщин случились выкидыши, родились мертвые дети или младенцы не проживали больше недели. За полгода все, что появилось на свет в нашей деревне: будь оно рождено, землей, животным или эльфом - был лишь я. Старейшины решили, что мудрая богиня не посылает знаков просто так. Значит, она хочет меня к себе. Или наоборот, хочет, чтобы меня отдали Богу Мучений. Словом, когда мне было пять месяцев, меня принесли в жертву.

На глазах Агнес выступили слезы. Прочие не проявляли такой бури чувств, но слушали внимательно.

- Меня бросили в яму со змеями, которая служила у нас алтарем и местом поклонения богине. Старейшины решили оставить выбор, как поступить со мной, богине и не стали убивать сами. Но никто не верил, что я выживу, поскольку в яме водилось сотни змей - и практически все они были ядовитыми. Я был младенцем, а дни - безумно жаркими. Когда они вернулись к алтарю через неделю, то рассчитывали обнаружить мой труп. Но не нашли ничего. И поскольку подобные ужасные года больше не повторялись, все решили, что поступили правильно и выполнили волю богини.

- И как ты выжил? - спросила дрожащим голосом Агнес, хлюпая носом и вытирая слезы концом юбки.

Удивительно слышать подобный вопрос от некромантки. Уж ей ли не знать способы обмануть смерть. Илбрим, прежде чем ответить, погладил по голове Нанайну, и та даже зашипела от удовольствия.

- Два дня я пролежал в яме, - вспоминал юноша. - Но змеи меня не трогали. В периоды жары они охлаждали меня своими телами. А потом ночью пришел мой старший брат и вытащил меня. Он рассказывал, как змеи расползлись, позволяя спокойно взять ребенка на руки. В тот же день брат вместе со мной покинул деревню. А позже, чтобы не вызывать подозрений, к нам присоединились родители. Именно поэтому я люблю змей, - Фрэниар потерся щекой о гладкую кожу своего фамильяра. - Они спасли мне жизнь!

Я едва сдержалась, чтобы не зааплодировать, так тронула меня эта история. Внезапно я поняла все: и необщительность Фрэниара, и его некую медлительность, не говоря уже о террариуме у него в комнате. Хотелось переловить всех тех парней, что изрисовали дверь эльфа, и надрать им уши или раздать подзатыльники. Вместо того чтобы, как мы, сесть и спокойно и задушевно поговорить, они выстраивают баррикады из кроватей и гонят его прочь.

- Теперь все, что бы мы ни рассказали, только испортит возникшую душевную атмосферу, - развел руками Райдер. - Боюсь, ни у кого из нас нет такой прекрасной истории чудесного спасения!

- Мы никогда не узнаем, если не попробуем, - покачала головой я. - Вот, например, вы, Райдер, расскажите нам историю своего хвоста. Наверняка, это героическое ранение!

Оборотень взял в руки свой хвост и осторожно погладил его, уделив особое внимание отрубленному кончику.

- Хотелось бы мне поведать вам историю о прекрасной даме, во имя спасения которой я пожертвовал своим хвостом, - юноша горько хохотнул. - Однако это всего лишь история о глупом волчонке, который не слушал маму с папой, - Ульфрих отпустил хвост и, усевшись поудобнее, начал рассказ. - Я увязался за старшим братом, который отправился в лес за дровами. Он с топором на плече - все чин чином, я же обернулся - думал, так он меня не заметит. Сколько раз мне было говорено - не бродить по лесу одному. Но я же не считал нужным слушать родителей, и в итоге попался в медвежий капкан. Поскольку обладаю быстрой реакцией, успел одернуть ногу, но попался хвост. Я так скулил, что меня услышал не только работавший поблизости брат, но и медведь, у берлоги которого я и попал в передрягу. Мне было лет шесть, брату - пятнадцать, никто из нас со зверем бы не справился. И тогда братец рубанул своим топором мне по хвосту - мы и сбежали. Вот и вся история! - оборотень с печальной улыбкой развел руками, мол, к сожалению, больше ни о чем поведать не могу, а потом обратился ко мне. - Вам не кажется, мы похожи, госпожа Орлиани? Вам топорами отрубали волосы, мне - волосатую часть тела...

- Это судьба! - громогласно объявила Диана и сама же рассмеялась.

Я хотела что-нибудь ответить ей или Райдеру, но ничего не приходила в голову. А потому я предложила желающих задавать вопросы Агнес. Вопрос, естественно, у всех был один: "Почему факультет некромантии?" Фейрвуд, краснея, начала объяснять:

- Моя семья - династия некромантов. Мои предки служили еще в Отчаянной армии, - тут Диана не удержалась и присвистнула. - Меня никогда не спрашивали, куда я хочу поступать. У меня просто не было выбора.

- А твои родители никогда... ну... не догадывались о твоих интересах? - и Диана указала на розовую шубку блондинки.

Фейрвуд потупила глазки и стала теребить оборку на юбке.

- Им все равно, что я надеваю и как выгляжу, до тех пор пока продолжаю семейное дело и не позорю фамилию, - проблеяла девушка. - И я благодарна им за это. Я считаю, что иметь возможность носить любимую одежду и посещать кладбища, гораздо лучше, чем посещать кладбища и таскать черные балахоны.

Удивительно здравые рассуждения для девчонки, которая производит впечатление младшеклассницы.

- А ты не пробовала взбунтоваться? - продолжала гнуть свое Диана. - Вот наша Нива точно бы встала в позу: не хочу и все! Сказала бы, как отрезала - и ничего бы они с ней не сделали.

При этих словах подруги Агнес посмотрела на меня с нескрываемым восхищением. Но потом вновь уставилась на свои руки и вздохнула:

- Я не могу, я единственная дочь. Я должна продолжить династию, которая не может оборвать свою историю только из-за моей прихоти.

Я покачала головой. Похоже, эти мысли внушали девчонке годами. Но только родители упускали из вида одно, а именно: то, каким некромантом выйдет их дочь. Судя по тем магическим знаниям, что были продемонстрированы ею сегодня на поляне, фамилию Фейрвуд она в веках точно не прославит. Вряд ли ее портрет будет через сто лет висеть в семейной галерее в одном ряду с прославленными магами. Так может, дать ей возможность жить своей жизнью и надеяться, что в ее ребенке будет больше таланта и тяги к зомби?

Диана не понимала Агнес. Она не могла ее понять. Огневчика сама выросла под гнетом великой фамилии. Но урожденная Сайбер была готова сделать все, чтобы избежать сравнения со своими родственниками. И никогда не пошла бы у них на поводу. В этот момент я почувствовала, что Агнес никогда не перейдет в разряд подруг Дианы. Знакомых - да. Но Вест никогда не признает блондинку достойной своей дружбы. По крайней мере, до тех пор, пока та не сделает что-нибудь со своей слепой покорностью.

- А теперь Сойер! - быстро поменяла тему разговора я, пока Диана опять не наломала дров. - Предлагаю вам самой выбрать, чем с нами поделиться.

Мери расстегнула рукава своей блузы. И продемонстрировала запястья, на которых красовались желтые тоненькие браслеты. Агнес испросила разрешения и, взяв руку Сойер, начала рассматривать украшения. Они плотно прилегали к коже и были шириной примерно в большой палец.

- Какие симпатичные! - воскликнула некромантка.

- Я люблю рисовать в воздухе, - объяснила Мери.

- Это какие-то воздушные картины? - не поняла Диана.

- Нет, - улыбнулась Сойер.

Затем она сняла свою шубу и встала. Сложив обе руки так, что они соприкасались запястьями, она вытянула их перед собой. Закрыв глаза, она прошептала слова какого-то заклинания, и стала медленно разводить руки: одну вертикально вверх, другую - вниз. Пару секунд спустя она сменила направление, продолжив движение против часовой стрелки. И так, пока ее запястья снова не соприкоснулись. И тут нашим глазам предстала чудесная картина: в воздухе словно была нарисована вытянутая восьмерка - там, где взмахивала рукой Мери, оставался желтый магический след. Но девушка не остановилась на этом. Она еще несколько раз повторила это же движения, но на этот раз меняя направления - по часовой, или снизу вверх, и под разными углами. В итоге перед мы с ребятами в восхищении наблюдали за прекрасным изображением цветка, которое особенно отчетливо было видно в этот темный вечер в разряженном морозном воздухе. И хотя рисунок не шевелился, все равно казалось, что он живет собственной жизнью - желтые дорожки "краски" чуть подрагивали от дуновения ветра, создавая впечатление шевелящихся лепестков.

- Это танец, - закончила выступление Мери, глядя на свои браслеты с той же любовью, с которой смотрела на преподавателя драконьего языка.

Вот она - настоящая студентка Сойер. Рисование в воздухе - искусство рабынь с соседнего материка. У нас считается низменным развлечением, которым балуют мужчин в борделях. Я только читала о нем, но никогда не имела возможности наблюдать вживую. И теперь я думала о том, что наше ханжеское общество категорически не право. Это именно танец, прекрасный танец, которым можно наслаждаться, и обучать ему своих детей абсолютно безопасно. И плавные движения Мери, и ее осанка объяснялись регулярными занятиями танцами. Вне всяких сомнений, в душе девушка была художником. Так почему же она ходила застегнутая на все пуговицы? Это как-то связано с тем, что данное искусство практиковалось исключительно в борделях и только там ему могли обучить?..

Ульфрих тут же подскочил к Сойер, он хотел, чтобы она научила его паре па. Мери сняла с себя один браслет и надела на запястье оборотня. Следующие полчаса она показывала Райдеру и другим девочкам, которые изъявили желание попробовать, самые простые фигуры. Они рисовали цветы, геометрические фигуры, домики. Потом перешли к элементам посложнее - в движении. Все они весело смеялись, когда у кого-нибудь выходила закорючка вместо розы, и радостно визжали, если у них получалось задуманное.

Я наблюдала за ребятами и вновь и вновь задавала себе вопрос: почему именно они? Что в них общего? Пожалуй, Сойер, Фейрвуд и Фрэниара действительно можно объединить. Скромные, стеснительные, малообщительные. Но тогда Райдер с Вест - полные их противоположности. Они неугомонные, необузданные, жить не могут без внимания. И если задуматься, все эти дети все же разные. Мери, несмотря на природную скромность, работает над собой, она толкает себя вперед и хочет выйти за те рамки, которые ей очертила природа. Она перешагивала через свою скромность, заявившись ко мне с просьбой помочь с завоеванием преподавателя, она обучалась срамным танцам и подходила к чтению любовных романов с той же серьезностью, что и к учебникам. Агнес, наоборот, плыла по течению, по руслу той реки, какую ей выбрали родители. А Илбрим и вовсе не предпринимал ничего. Он не боролся, смирившись со статусом изгоя, но и не сдавался, идя на поводу у врагов. По жизни он вел себя так же, как тогда на дуэли: он стоял не двигаясь, но стоял до последнего. Только вот не уверена, что такая позиция всегда будет приводить к победному исходу, как тогда. Диана - бунтарка по натуре. Он чувствует в себе постоянную потребность кому-то что-то доказывать: родным, обществу, себе. Не ради внутреннего я, как Сойер, но ради самой борьбы. А Райдер... А что Райдер? Менее таинственным после сегодняшнего вечера он для меня не стал.

- Ррэв! - воскликнул Ульфрих, когда со второй попытки смог успешно закончить объемное изображение летящей птицы.

- "Ррэв"? А что это такое? - полюбопытствовала Агнес, когда закончила аплодировать.

- Победный выкрик, - отмахнулся Ульф. - Нечто вроде "Есть!" на оборотничьем.

Фейрвуд заявила, что ей это очень любопытно и попросила парня обучить ее еще нескольким иностранным словам.

- Кстати, об иностранном языке! - вернулась Диана на свое место, пока оборотень учил считать некромантку до десяти. Не знаю, понимал ли он, насколько это бесполезное занятие? Я не смогла вбить ей этого в голову за полгода. Не то что за пять минут. - Нива, скажи-ка нам что-нибудь по-тролльи! - попросила Вест.

- Да-да, мне тоже интересно послушать, как звучит троллий язык, - присоединилась к просьбам Дианы Мери.

Я недоуменно развела руками. Мол, даже и не знаю, что вам сказать.

- Ну, начни с "меня зовут", - предложила огневичка.

Даже Нагайна проявила живейший интерес, подползя ко мне. Я даже почти не вздрогнула. Хозяин же змеи продолжал тренироваться с браслетами Сойер. Рисовал он, естественно, змей.

- Грыхеб уру Ниавин, - выполнила я просьбу собравшихся. - "Р" ближе к драконьей, нежели к той, что в имперском языке, а "б" похожа на эльфийские губные. Можно перевести как "Зовите меня Ниавин".

Ребята попытались воспроизвести только что произнесенную фразу. С разной степенью успешности. Лучше всего получилось у Мери. У Дианы язык заплелся в узелок на первых же буквах, но сдаваться она не собиралась:

- А как будет, например... мм... "ты мой друг"?

- Тролли так не говорят, - покачала я головой. - Они скажут "Я считаю тебя своей правой рукой": ур одхеба эну цзангер урге.

- Значит, этот "зангер" - вроде как по-тролльи "друг"? - уточнила Дианка.

- Да, - утвердительно кивнула я. - Только не "з", а "цз" - более звонкий звук.

- Так много дрожащих, - удивилась Мери. - Жесткий язык.

Я звонко рассмеялась и поблагодарила девушку за удивительную учтивость.

- Действительно, язык троллей звучит грубовато для непривычного уха. Некоторые в империи до сих пор уверены, что он состоит исключительно из ругательств, - подмигнула я. - Например, так похожее на оскорбление "ур-дуры" всего лишь означает "я тролль". А страшное "ур-гхорба-тебу", вы не поверите, "я люблю кошечек", - ошеломленное выражение лиц собеседников стало мне наградой, но я их успокоила. - Никогда в жизни любителей кисок я среди троллей не встречала, не впадайте в прострацию. Ну... если только их кто-то любил в гастрономическом плане...

Агнес ойкнула, но в обморок не упала - уже хорошо. Мы еще некоторое время обсуждали лингвистические вопросы. Вспоминали похожие поговорки из разных языков. Когда мы дошли до эльфийского, в наш разговор включился Фрэниар. Сойер вспомнила кое-что из драконьего, а Диана гордо заявила, что знает, как будет "Я люблю тебя" на языке вампиров, но только забыла.

А потом мы засобирались домой. День прошел продуктивно и чудесно, но завтра нам всем рано вставать и отправляться в университет: кому учиться, а кому и работать. Прибрав за собой, мы затушили костер (закидали снегом, особые услуги мальчиков нам здесь не понадобились, хотя Райдер и предлагал). Осмотрев напоследок свою сумку, я повернулась к Ульфриху:

- Райдер, вы забыли вернуть мне нож.

Я еще не успела закончить фразу, а юноша уже протягивал мне нож. Вид у него был на удивление хмурый.

- Я. Никогда. Ничего. Не забываю, - произнес оборотень мрачно.

11 глава.

Я нечасто бываю в четвертом корпусе. Будь на то моя воля - и вовсе бы обходила обиталище некромантов стороной. Вы не подумайте, я ничего против данной профессии не имею. Там в основном учатся очень умные и достойные ребята. Немного эксцентричные порой. Но кто из нас не без греха? Но вот этот их корпус...

Огромное черное здание без окон производит угнетающее впечатление. Оно словно давит на тебя. Невозможно находится внутри и, например, улыбаться. Да и вообще иметь приподнятое настроение. Да и это их кладбище с мавзолеем...

Кладбище использовалось исключительно для практических занятий. На нем никогда никого не хоронили по обряду. Никаких похорон, стел, цветов и рыдающих родственников. Декан некромантского факультета выкупал тела уже умерших людей у муниципалитета. Понятно, что в большинстве случаев это были преступники, скончавшиеся в тюрьме или после казни. Вот им-то и суждено было стать подопытными зомби для начинающих повелителей смерти. Но если кто-то из обычных жителей города завещал свое тело университету или родственники погибшего соглашались отдать труп на благо науки, то в таких случаях использовался мавзолей.

Он был похож на все прочие мавзолеи на частных семейных кладбищах. Разве что раза в три больше. Но в целом ничего особенного: просто мрачное здание с изображением Бога Смерти на фронтоне. Никаких величественных, пронзающих небо пиков и прочих украшательств. И оттого становилось еще страшнее. В конце концов, по семейным кладбищам не бродят неупокоенные, которых подняли нерадивые ученики, но не смогли загнать обратно в могилы.

А вы знаете, какой это кошмар - повстречаться с неуправляемым зомби? Дело даже не в заразе, которую можешь от них подхватить - корпус целителей в двух шагах отсюда, вылечат. Нет! Гораздо опаснее напасть на излишне разговорчивого умершего, который начнет жаловаться тебе на всю свою сто тридцати семилетнюю жизнь, на четырех жен и столько же тещ, на девятерых неблагодарных детей и невышколенную прислугу из глухих деревень. Вот тогда действительно взвоешь! И ведь поделать ничего нельзя. Мне знаком только один способ отбиться от покойника, и он не подразумевает возвращение оного в могилу в целости и сохранности. Только по частям. И если преступника с обычного кладбища мне простят, то переданный на торжественной церемонии в ратуше труп бывшего чиновника - никогда в жизни.

Словом, не жаловала я святилище некромантской науки - четвертый корпус. Но именно там я находилась сегодня. Что меня сюда занесло?

Дело в том, что нам на кафедре раздали готовое расписание матчей Командного Кубка.

- Душенька, вы видели посев на командный турнир? - эти слова госпожи Киллеас были первыми, которые я услышала утром в четверг.

Настроение у меня в тот день было препоганое. И не только потому, что на улице мело так, будто десяток погодников напились и выясняли, кто круче. Негативным фактором, влияющим на мое состояние, выступило и письмо, которое я получила сразу после тренировки в среду.

Тренировка, кстати, прошла продуктивно и довольно успешно. Ребята старались изо всех сил. Правда, у них все равно мало что получалось. Взаимодействие между членами команды хромало на все четыре лапы, но зато они очень бойко друг перед другом извинялись за подпаленные брови и сорванное масштабное совместное заклинание.

Казалось бы, у Дианы единственной проблем не должно было возникать никаких. Однако огневичка слишком много брала на себя в ходе командных взаимодействий, игнорируя остальных ребят. У Райдера также возникали проблемы с дисциплиной. Оборотень то и дело срывался на ближний бой, стремясь добить тренировочный манекен красивым финальным ударом кулака в соломенную челюсть.

Так что я вынуждена признать, что лучше всех с поставленными задачами справлялась Мери. Девушка демонстрировала невероятные грацию и прыть в уворачивании от атак, и хотя ее светлячки были махонькими и бледными, она могла создавать их в любом количестве, что с лихвой заменяло их качество. Одна с Сойер была беда: она могла шлепнуться на ровном месте в самый неподходящий момент. Одно утешало: это тоже своеобразный талант! Например, одним только богам ведомо, как Мери, преспокойно себе стоявшая на месте, внезапно покачнулась (может, решила переместить вес тела с одной ноги на другую) и повалилась на стоящего впереди Ульфриха. Тот, не ожидавший коварного нападения со спины, тоже не удержал равновесия и грохнулся на землю, случайно толкнув плечом Диану, творившую в это время заклинание. В итоге фаербол сорвался с ее пальцев раньше положенного и понесся прямиком во Фрэниара. Эльф, никогда не отличавшийся особенной расторопностью, смотрел на летящий в его сторону немалых размеров огненный шар с открытым ртом. Проглотить он его, что ли, пытался? Ситуацию спасла, как это ни неожиданно прозвучит, Фейрвуд. Некромантка с визгливым писком, слышать который раньше мне доводилось только у мышей в лабораториях, вскинула руки и в последнюю секунду выставила перед Илбримом щит: зеленоватый, подергивающийся - тот самый, каким обычно повелители смерти укутывают своих зомби, что создает впечатление зеленой кожи у живых трупов, отличавшихся вообще-то по жизни (загробной) мертвенной (кто бы удивлялся) бледностью.

Пламя все же охватило эльфа. С десяток секунд он был похож на огромный факел, полыхал так ярко, что мог осветить собою самую глубокую из тролльих пещер. Конечно, я всегда придерживалась техники безопасности, а потому имела с собой и специальную мазь от ожогов, и амулет телепорта прямиком в больницу на совсем уж экстренный случай, не говоря уж о том, что Диана принципиально не колдовала в полную силу. Словом, умереть юноше мы бы в любом случае не дали. Но все же на какое-то мгновение я растерялась и ужасно испугалась.

Но вот огонь постепенно потух, и нашим глазам предстал живой и совершенно здоровый Илбрим. Все с тем же открытым ртом и широко распахнутыми глазами - выражением лица, с каким его и застало огненное заклинание. Кожа эльфа слегка сияла мягким светло-салатовым светом. Если юноша и был сейчас похож на зомби, то на самого красивого, какого я когда-либо встречала. Впрочем, если признаться честно, я крайне редко встречалась с ходячими мертвецами. Я не большой любитель их компании. А почему - расписала ранее.

Агнес ойкнула и поспешила вернуть товарищу прежний цвет лица. Получилось у нее это не сразу. Прежде чем стать вновь похожим на эльфа, Фрэниар окрашивался в синий, черный и даже красный цвета. Черный, знаю, защита от проклятия, а синий и красный, интересно, от чего? Мы на теории некромантии такого не проходили.

- Извините, - лепетала Фейрвуд, перебирая пальцами невидимые струны во время накладывания очередного заклинания. - Я на живых не очень умею. Не знаю, как формулу перестраивать, чтобы... ну... случайно не упокоить...

Если бы некроманты случайно и как бы мимоходом могли "упокаивать" (а иными словами убивать) живых людей, то им бы никто не позволял свободно разгуливать по улице. И вообще бы не обучали данному искусству и, скорее всего, объявили его приверженцев вне закона, как было в случае с ментальной магией. А потому слова Агнес я всерьез не восприняла: ну нет у девчонки такой силы и знаний, чтобы отправить в могилу полного жизненной энергии эльфа. И все же на всякий случай я прикинула в мозгу всех знакомых профессоров некромантии, кто бы мог снять заклятие Фейрвуд. Но все обошлось, и вскоре к нам вернулся привычный Илбрим. Разве что еще бледнее обычного.

Одним словом, на тренировках нам скучать не приходилось. И возвращалась я после них домой обычно в приподнятом настроении.

Я нашла какое-то удивительное удовольствие в построении различных тактических схем для разных вариантов развития хода боя. Раньше я никогда не задумывалась, как спортсмены сражались на арене. Лупили друг друга что есть мочи и все, была уверена я. Моя убежденность в данном вопросе подкреплялась и постоянным хвастовством Дианы о том, как она просто помощнее зарядила фаербол и пальнула не глядя - вуаля, победа в кармане. Однако теперь, листая книги по магическим боям, я открывала для себя новый неизведанный мир "свиней", "винтов" и "спиралей".

Конечно, в природе не существовало брошюры о том, как готовиться именно к командной разновидности Магического Кубка. Но в библиотеке было достаточно талмудов о тактике военного боя. Целые тома были посвящены взаимодействиям магам разных школ. Ведь генералам частенько приходится организовывать нападение с теми силами, что поступили в их распоряжение. И далеко не всегда это целые отряды, состоящие исключительно из анимагов, например.

Никому из авторов, расписывающих, как огненные маги должны идти в первых рядах, позволяя погодникам колдовать бури с тыла, не могло прийти в голову, что в чем-то подобном станут принимать участие теоретики и ветеринары не с условными львами, а со змеями. А потому прямых ответов книги мне не давали. И вот тут в силу вступала моя фантазия. Рисуя на листе крестики, кружочки и квадратики, я представляла на их месте своих подопечных (если кому любопытно, самым большим овалом я обозначала Диану, а Райдера, например, заштрихованным кружком с ушками и хвостиком). Вспоминалась игра в шахматы с папенькой: он с одними только королем, ферзем и слоном, тогда как я - с полным набором. Естественно, отец всегда побеждал. В конце концов, мне было пять лет... Но уже тогда на наглядном примере он объяснял, как были выиграны величайшие сражения прошлого и в чем состояла гениальность прославленных полководцев. Пожалуй, именно в то время родилась моя любовь к истории. И сейчас, когда овал-Диана представал на бумаге в качестве короля и королевы одновременно, во мне просыпался необыкновенный азарт - когда главный интерес не в том, чтобы озвучить ответ задачки, а сам процесс ее решения.

Но с блаженных далей на горькую землю меня вернуло письмо, которое поджидало меня под дверью моих апартаментов. Чтобы не томить вас долго, признаю сразу очевидную вещь: оно было из Совета. Но помимо до смерти надоевших мне инструкций за авторством Ангейма, оно содержало в себе и информацию следующего плана. Годфрид Ангейм в качестве председателя образовательного совета посетит Высшую Академии Магии во время Новогоднего бала. И мне выпала сомнительная честь проторчать подле него весь вечер в качестве переводчика.

Какая ирония судьбы! Ведь если задуматься, это первое в моей жизни приглашение на бал! От мужчины, и даже в письменной форме... Мальчики частенько приглашали девушек, о которых тайно (или вполне открыто) вздыхали, на Новый год. Иногда на приглашение могли осмелиться и девушки, особенно если были способны позволить себе билеты более высокой категории, чем их кавалеры. Посещать Новогодний бал парами стало, вроде как, традицией. Хотя и явиться одной не считалось чем-то зазорным, как и вовсе пропустить данное празднество.

Меня, как вы можете догадаться, никогда не приглашали. И надо признаться, я и не рассчитывала когда-либо подняться на Облачный стадион в Новогоднюю ночь вдвоем с партнером. И уж тем более я никогда бы не подумала, что буду вынуждена сделать это по работе с крайне неприятным мне типом, чтобы проторчать подле него весь вечер и окончательно испортить себе праздник. Надо же, Бог счастья, какой подарок, спасибо! А главное, никакой возможности отказаться. Меня просто поставили перед фактом и лишили выбора.

Сильно сомневаюсь, что я действительно нужна в качестве переводчика. Госпожа Киллеас или Лана выглядят куда более подходящими кандидатурами: помимо безупречного знания эльфийского, они обладают такой же безупречной внешностью - самое то, чтобы покрасоваться перед всем городом на большом приеме. Общество прекрасных женщин украсит любого мужчину, даже такого брюзгу, как советник. Но если была выбрана я, жди очередных расспросов о подозрительном поведении детей и нотаций. Как бы объяснить высокомерному эльфу, что единственный, кто ведет себя странно - он сам?

Теперь вы понимаете, чем я была огорчена в тот момент, когда ко мне обратилась госпожа Киллеас с вопросом о долгожданном расписании Командного Кубка. Я была в такой глубокой депрессии, представляя, как безнадежно уныло (в лучше случае) пройдет бал, которого я ждала весь год, что далеко не сразу поняла, о чем говорит коллега. А когда поняла, вынуждена была признать, что нет, ничего не видела - до того была погружена в свои проблемы, что не глядела по сторонам.

- Очень рекомендую вам взглянуть, - пропела госпожа Киллеас, посматривая на меня с хитрющей улыбкой. - Там все очень любопытно.

И эльфийка протянула мне свою копию расписания. Что ж там, действительно, было все крайне любопытно. Но я еще не успела осознать всю степень своего удивления, потому как меня отвлекла вбежавшая на кафедру Лана. Девушка выглядела слегка напуганной, ее волосы чуть растрепались, а щеки раскраснелись, будто она бежала по промозглому ветру.

- Доброе утро, - пролепетала аспирантка, стараясь не очень громко сопеть в попытках отдышаться.

Госпожа Киллеас глянула на часы. Не на те сломанные, что висели над дверью, а свои - карманные, золотые, инкрустированные бриллиантами. Единственное, что у нее осталось от пятого мужа. Даже все носки и трусы его сожгла, которые после развода продолжали по всему дому валяться. А вот с подарком на первую (и единственную) годовщину свадьбы - расстаться не смогла. Убедившись в том, что до начала рабочего дня еще оставалось двенадцать минут, а значит, никакого резона так спешить не было, женщина бросила на юную коллегу вопросительный взгляд, слегка приподняв тонкую светлую бровь.

- Так не терпелось посмотреть расписание турнира? - поинтересовалась Киллеас с легкой усмешкой.

-А? - немного растеряно покрутила головой Лана. - Да...

Больше она не сказала ни слова, а, быстренько убрав свою шубу в шкаф и сменив изящные сапожки на туфли, отправилась к своему столу. Лист с расписанием она так и не глянула.

Не знаю, что заставило меня приоткрыть дверь и выглянуть в коридор. Любопытство? Детское желание убедиться, что за Ланой в самом деле не гнался саблезубый медведь или ужасное приведение, сбежавшее из четвертого корпуса?

В коридоре было немноголюдно. Что в целом не удивительно, учитывая раннее утро. Но недалеко от нашей двери торчала горстка молодых людей, возглавляемая Пиманом. Ребята о чем-то оживленно переговаривались, каждую фразу сопровождал взрыв смеха и самодовольное похрюкивание Жолфреда. В общем, ничего криминального или особо пугающего мною замечено не было. Причины невероятной спешки аспирантки остались мне непонятны.

- Лана, лапочка, вам не кажется посев крайне интригующим? - госпожа Киллеас подошла к столу молодой эльфийки и все-таки подсунула ей бумагу с расписанием турнира. - Например, что уже во втором туре вы, вероятно, встретитесь с Ниавин?

Я заглянула в лист. И правда, мои ребята вполне могли пересечься с командой Ланы уже во втором бою.

- Напомни, кто у тебя в подопечных? - обратилась я к девушке.

Надо знать соперника, чтобы лучше подготовится к бою. Сражение выигрывается в ночь перед битвой, проведенной над тактической картой, говорил кто-то из знаменитых генералов. Тот, который погиб во сне от рук вражеского лазутчика. Совершенно очевидно, что враг в тот раз подготовился лучше.

- Делберт, - начала перечислять Лана не очень охотно, - Чернич, Хоул, Лейквуд... и Пиман.

Одни мальчики! Я припомнила, как на жеребьевки некие юноши победоносно вскидывали кулаки, когда Лана вытаскивала их имя из кубка, и как их поздравляли товарищи. Очевидно, что молодые люди были рады попасть к такой наставнице. Однако она, судя по тому выражению лица, с которым перечисляла их имена, не отвечала им взаимностью.

- Не можешь справиться с ними? - с сочувствием поинтересовалась я.

Пимана я знала хорошо. Он вполне может создать кучу проблем в одиночку, а уж собрав компанию...

- Я не хочу сказать, что они плохие ребята! - воскликнула Лана так, будто ее только что обвинили в Запретной магии и пообещали отправить на дыбу. Она замахала руками и переводила взор, полный отчаяния, с меня на госпожу Киллеас. - Тем более что Жолфреду недавно довелось такое пережить... Просто... - девушка тяжело вздохнула. - Они такие... шутники.

И я вспомнила горстку товарищей у нашей кафедры. Что же они, своему преподавателю проходу не давали? Ящериц подкладывали за шиворот? Чем там еще привыкли пугать учителей студенты. Обычно в таких вещах у мальчишек нет ни фантазии, ни вкуса. Да и желание понять, что детство закончилось, тоже отсутствует.

Но времени болтать и выяснять, что же все-таки натворили эти юнцы, не было. Постепенно на кафедру подошли оба преподавателя имперского, да и к лекциям следовало подготовиться. Я закрутилась, завертелась, да еще к постоянным переживаниям о вчерашнем письме добавилось и это расписание... Словом, я выкинула странное поведение аспирантки из головы. В конце концов, я за время начала своей работы в вузе такого натерпелась от студиозов, не желавших, мягко говоря, мириться с самим фактом, что тролль у них что-то преподает, а тем более - эльфийский язык, что удивить меня или вызвать на этой почве мое сочувствие решительно невозможно. Однажды на двери моей квартиры в общежитии выцарапали целое сочинение на тему, почему тролли, отсутствие мозгов в черепной коробке которых научно доказано, не могут читать лекции и выставлять оценки представителям интеллектуально развитых рас. Я же, вооружившись подаренной бабушкой помадой (все равно я ею крайне редко пользуюсь), просто попросила перевести текст на эльфийский и подписать работу, чтобы я могла засчитать ее в качестве сочинения, которое мне соизволили сдать меньше половины студентов.

Возможно, если бы я в то утро подумала и повела себя по-другому, если бы расспросила Лану поподробнее, немного задержалась, слегка опоздала на лекцию (студенты бы только обрадовались), то все бы сложилось иначе. Может быть. Не знаю. Есть вещи, которые я не прощу себе никогда. И это одна из них.

Позже в тот же день на уже знакомой поляне в лесу состоялась очередная тренировка моей команды. Когда все собрались, я объявила:

- Сегодня стало известно расписание Командного Кубка. Диана, не волнуйся такой, расписание индивидуального турнира раздадут участникам прямо на руки к концу недели.

Подруга пробурчала что-то под нос, но более недовольства не высказывала. Я покрутила в руке бумагу и вздохнула.

- Даже не знаю, хорошая это новость или не очень, но благодаря достижениям Вест и, судя по всему, Райдера, наша команда попала в число сеянных, - ребята стали удивленно переглядываться. - Не исключаю, что блестящие оценки Сойер по теории магии тоже могли сыграть свою роль, - задумчиво добавила я. - В любом случае, это означает, что первый круг мы пропускаем и автоматически отправляемся во второй.

- А разве это плохо? - удивленно спросила Фейрвуд и поглядела на Ульфриха в поисках ответа.

Я пожала плечами:

- Все зависит от того, как на это посмотреть. С одной стороны, ваш путь к финалу короче: семь игр вместо восьми. Но это только в том случае, если вы намерены побеждать. С другой, первый круг с не самым сильным противником - это притирка друг к другу, возможность войти в игру, опробовать какие-то новые взаимодействия. Не забывайте, что все это касается не только вас, но и вашего соперника. Тогда как во втором туре вам сразу попадется сильнейший из двух, и, главное, он уже будет сыгран и собран. А вот у вас времени на раскачку совсем не останется. Иными словами, в первом туре цена ошибки была бы куда ниже.

Агнес сделала вид, что поняла меня. А потом все равно уставилась на Райдера. То ли мысленно просила перевести, то ли ей просто нравилось смотреть на оборотня. Поскольку первое запрещено законом, будем надеяться на второе. В конце концов, чего греха таить, на этого хвостатого негодника кому угодно приятно смотреть.

Райдер вооружился палкой и стал чертить на земле сетку плей-офф, чтобы объяснить некромантке принцип игр на вылет.

- А с кем нам предстоит встречаться во втором туре? - серьезным тоном спросила Мери. - Насколько они сильны?

Я не сразу решилась сказать. Мне бы хотелось отложить этот вопрос по крайней мере до завтра. Чтобы Диана сама все узнала...

- С командой или Жолфреда Пимана, или Солвейг Вартман.

При имени земляного мага Илбрим, сидевший на пеньке неподалеку, вздрогнул. От неожиданности он даже слегка придушил Нагайну, которую в этот момент держал на руках. Змея зло зашипела. А когда эльф, разжав хватку, извинился, в отместку обмотала его локоть хвостом и что есть силы начала сжимать кольцо. Фамильяр не успокоился, пока хозяин не взмолил о пощаде. Сложно с этим волшебным зверьем. Не понимаю тех, кто их держит. На мой взгляд, вреда от фамильяров куда больше, чем пользы. Сама я их никогда не держала, но один только Иннокентий чего стоит!

Если мы уж вспомнили об Иннокентии, то нельзя забывать о его хозяйке. Диана оказалась подле меня за доли секунды.

- Что ты сказала?! - вскричала она и вырвала листок с расписанием у меня из рук. - Разве эта клуша Солвейг не у Генри?!

Огневичка в череде фамилий и стрелок далеко не сразу нашла нашу команду. Скептически сузила глаза, перечитала, потом снова пробежалась глазами по документу.

- Нива, - подняла на меня недоуменный взгляд подруга некоторое время спустя. - Ради всех богов, объясни мне, что это значит?

- Не кричи, Диана, - поморщилась я и отобрала бумагу. - Что видишь, то и значит. Велика вероятность, что нашим первым соперником на арене будет команда твоего мужа!

Вест мучительно долгую минуту, не моргая, пристально смотрела на меня. Я выдержала этот взгляд.

- Ладно, - протянула магичка, нарушая молчание. - Дома кое-кому я устрою допрос с пристрастием.

И мы начали тренировку. Расписание хотели глянуть Райдер с Сойер, и даже Илбрим проявил непривычное любопытство. Но я отказала всем, сославшись на то, что скоро оно появится в холле главного корпуса - большое и красивое.

В тот вечер мы играли в прятки, главным в которых было не хорошо спрятаться, а быстро убегать. Я решила, что это будет прекрасной практикой использования укрытий. В конце концов, никогда не знаешь, какая арена тебе попадется. Возможно, на ней будет присутствовать возможность спрятаться на время от магии противника. Ведущими были попеременно то я, то Диана.

Сложнее всего было отыскать Илбрима. Эльф закапывался в снег и не шевелился. И я, и Вест находили его случайно: просто наступив. Пришлось объяснять анимагу, что вероятность наличия сугробов на Облачном стадионе - примерно один процент, а потому юноше следует включить фантазию и разнообразить места своих укрытий.

Но если Фрэниара было трудно найти, то Райдера - догнать. Он даже без усиливающей магии бегал так, что всего за секунду между нами образовывалась непреодолимая дистанция. И при этом еще не забывайте, что я никогда особо спортивной не была.

Я водила третий раз. Четверо уже были обнаружены и пойманы, более того - отпущены домой. Поскольку на улице уже стемнело, хоть и не поздний вечер. Но домашнее задание еще никто не отменял. Оставалось отыскать только Райдера. Первые два раза это не составляло труда. А вот его поимка - другое дело. Обычно, набегавшись вдоволь, оборотень шел сдаваться сам. Диане требовалось для этого пустить в него пару фаерболов, а мне - несколько минут взывать к его совести.

Однако в этот раз Райдер никак не попадался мне на глаза. В лесу становилось все темнее. Время пролетело незаметно, и вот уже единственным источником света являлся косой полумесяц, а также ориентироваться в пространстве помогало сияние белого снега, укрывавшего землю и ветви деревьев.

- Райдер, пора и честь знать, - обращалась я куда-то в пустоту, заглядывая за пни и куцые кустарники. - Если вы думаете, что я побоюсь оставлять вас тут одного ночью на съедание волкам, вы глубоко заблуждаетесь. Во-первых, о моем бессердечии ходят легенды, можете спросить об этом господина Эгерэ. А во-вторых, уверена, что с вашими сородичами-волками вам наверняка будет интересней, чем со мной.

Послышался шорох. Я оглянулась, но оборотня не обнаружила.

- Чудесный вечер, не правда ли? - раздалось откуда-то сверху.

Я запрокинула голову. Райдер восседал на дереве. Причем сидел не на попе, а на корточках. В метрах четырех над землей. Руками он держался за ветви, заодно разводя их в стороны, чтобы они не мешали мне увидеть его. А ему - смотреть на меня.

- Что вы творите, Райдер?! - в ужасе воскликнула я, тут же своим страхом за его глупую короткую жизнь доказывая несостоятельность мифа о своем якобы бессердечии. - Немедленно спускайтесь!

Ульфрих мой приказ проигнорировал. Опираясь на ствол, он аккуратно встал и, выпрямившись, взглянул на луну.

- Как вы думаете, - заговорил он громким (чтобы я внизу слышала его), с хитрецой, и при этом все же мягким голосом (всему виной его волшебный тембр - точно говорю), - почему волки воют на Луну?

- А разве они воют на луну? - удивилась я. - Я думала, это просто их способ общения друг с другом.

- А мне кажется, они поют, - проигнорировал мои слова Райдер. И зачем только спрашивал? - Поют о том, какая она красивая.

Я скептически оглядела желтоватый огрызок, висящий в черном небе. Именно эта лунная ночь прекрасной мне никак не казалась.

- Райдер, вы залезли туда, чтобы получше рассмотреть месяц? - с сомнением уточнила я.

Юноша посмотрел на меня. Конечно, в темноте было не разглядеть, но я могла поклясться, что он улыбается. Причем заговорщески.

- Вы правы, отсюда невероятный вид, - ответил оборотень. - Не хотите присоединиться ко мне?

- Вообще-то прекрасная идея, - задумчиво почесала подбородок я. - Это был бы великолепный способ спустить, наконец, вас вниз, студент. Правда, болезненный для нас обоих. Падение с такой высоты, когда подо мной сломается ветка, смертельным, возможно, и не будет. Но некоторое время проваляться в постели со сломанными конечностями придется. Это при условии, что нас тут кто-нибудь найдет, конечно. Так что да, не хочу!

Ульфрих, чтобы доказать, что ветвь достаточно прочная, попрыгал на ней. Мое сердце екнуло в страхе за этого безбашенного оболтуса. С дерева посыпался снег, ветви закачались. Но не треснули. Сам Райдер стоял уверенно, широко расставив ноги, как капитан на палубе попавшего в шторм корабля.

- Видите? Нечего бояться! - продолжал настаивать мальчишка.

- Как этого нечего? Вы тут своими фокусами меня в могилу сведете! - возмутилась я и легонько постучала по стволу. Кстати, что это за дерево? Сосна? - И услуги некроманта вы будете оплачивать из своего кармана! Немедленно слезайте!

- Прятки еще не закончились, - внезапно заявил Ульфрих. - Разве вы не должны поймать меня?

И произнеся эти слова, юноша шокировал меня еще больше: он стал взбираться выше.

Никогда не любила лазать по деревьям. Один раз в жизни была вынуждена сделать это: когда убегала от Гурума с товарищами. В итоге очень больно упала, сломала ногу, а в прибавок потом была избита мальчишками до потери сознания. С тех пор древолазание для меня табу. И нарушать его сейчас я не собиралась.

Обуреваемая сомнениями, я несколько раз переводила взгляд с Райдера на сосну. Прикасаться лишний раз к ней я опасалась: а вдруг раскачаю и спровоцирую падение парня? Но если он упадет именно потому, что я ничего не сделаю? В конце концов, именно я привела его в этот лес для тренировок под своим руководством. Более того, сама предложила идею пряток. А значит, именно я несу ответственность за любые травмы, которые могу получить ученики. Но опять же, Райдер - не просто малец, он оборотень, маг, атлет, в конце концов! Вероятнее всего это не первое и даже не десятое дерево, на которое он взбирался за свою жизнь.

- Райдер, я ухожу! - предупредила я и красноречиво отвернулась. Даже сделала несколько шагов и только потом оглянулась через плечо.

Реакции на мое заявление не последовало. Ветви сосны продолжали раскачиваться. Видимо, оборотень продолжал взбираться на верхушку. Может, не услышал? Но не повторять же, это будет выглядеть подозрительно...

Зажмурившись, я мысленно бросила жребий. Выпало - идти. Потоптавшись на месте еще пару секунд, уповая на благоразумие юноши, в конце концов, тяжело вздохнула и направилась в сторону выхода из леса. Периодически я оборачивалась, но фигуры Райдера, следующей по моим пятам, не обнаруживала. И вдруг с дерева по правую руку от меня вниз полетел немалых размеров пласт снега. Прямо мне на плечо. Пока я отряхивалась и отфыркивалась, соизволил появиться оборотень. Он свесился вниз головой, зацепившись за ветку коленями, и если бы я подняла руку, то могла бы тяпнуть его за нос. Соблазн был велик, кстати, но я удержалась.

- Вы в порядке? - поинтересовался юноша с легким волнением.

Вытряхнув свой полушубок, я надела его обратно и зыркнула на студента строго.

- Вы все это время следовали за мной, Радйер?

Оборотень лучезарно улыбнулся. В темноте его зубы сверкали ярче снега:

- Не мог же я оставить даму одну в лесу в такую темень. Я вынужден был вас проводить!

Вот честное слово, мне памятник за мое терпение надо ставить! Каким невероятным усилием воли я подавила в себе желание так цапнуть за этот классически правильный нос!

- По верхушкам деревьев?! - повысила голос я, как преподаватель на аудиторию, выясняющий причины, почему все оказались не готовы к коллоквиуму. - Если вам наплевать на свою жизнь, подумайте хотя бы обо мне!

Ульфрих испустил странный вздох:

- Я постоянно это делаю...

- Лазаете по деревьям? А представьте, на сколько месяцев меня лишат премии, если вы здесь навернетесь и свернете себе шею!

А как иначе быть? Надо было применять радикальные меры! Естественно, моя премия меня не слишком заботила, но тут проблема состояла в том, что жизнь Райдера не волновала самого Райдера.

- Немедленно спускайтесь! - потребовала я в ультимативном тоне.

Оборотень немного покачался на ветви, словно дразня меня.

- А что мне за это будет? - произнес он нараспев.

- Могу надрать вам уши, - зловеще предложила я. - Или как следует отшлепать. Выбирайте.

Угрозы подействовали. Студент, совершив акробатический кульбит, сперва повис на руках, а потом аккуратно спрыгнул прямо в сугроб. Я, протянув руку, помогла ему подняться. Ульфрих отряхнулся, как заправский волк, после чего отряхиваться пришлось уже мне.

- В следующий раз, когда решите порисковать своим здоровьем, - мрачно предупредила я, вытирая лицо, - делайте это, когда я за вас не отвечаю.

И я побрела домой. Расчет был таков, что если даже парень и не пойдет за мной, как-нибудь самостоятельно из леса он выплутает. Но Райдер таки увязался за мной.

- Вы же обещали меня отшлепать! - юноша, потупив взор, состроил из себя невинную девицу, стесняющуюся только что произнесенного слова "туалет".

Я с сомнением посмотрела на студента. Опять начинается? Давненько он не практиковался в своем обаянии на мне. А то последнюю неделю объектом его игривых ухаживаний была Фейрвуд или изредка Сойер.

- Если вам не терпится, студент Райдер, могу посоветовать вам одно заведение в городе. Оно как раз открыто в эти часы, и там работают настоящие профессионалы. У них получится это лучше, чем у меня. Вы останетесь довольны.

Юноша разочарованно вздохнул, и какое-то время мы брели плечом к плечу молча. Когда впереди зазиял выход из леса, Райдер, прокашлявшись, решился спросить:

- А можно поинтересоваться, вы пойдете на Новогодний бал?

Поднятая студентом тема заставила меня вспомнить недавнее письмо, и настроение испортилось пуще прежнего. Я испустила такой тяжелый вздох, что Райдер вздрогнул.

- Иду, - наконец, ответила я, всем своим видом, однако, демонстрируя, что не хотела бы продолжать разговаривать на эту тему.

Возможно, Ульфриху и было что сказать мне еще, во всяком случае, он некоторое время вел себя так, будто размышлял, стоит дальше расспрашивать или нет. Но проверить справедливость моих догадок не было возможности. В этот момент мы вышли из леса, и я увидела, что на полянке стоит Диана и играется со "светлячками". Заметив меня с Райдером, огневичка потушила все шарики, кроме одного, и подбежала к нам.

- Вот и вы, - весело поприветствовала она. - Долго же вы пропадали в лесу, - девушка с усмешкой оглядела нашу одежду, отчасти в снегу. - Нива, помни, я должна быть крестной!

Я ничего не сказала, только нагнулась, слепила из снега снежок, а потом запустила им в подругу. Та взвизгнула и со смехом стала носиться вокруг меня. Успокоившись, она спросила:

- Нива, не хочешь сегодня отведать рябчиков по-имперски?

Я выбросила последний снежок и встряхнула руки.

- Готовит Генри?

Диана фыркнула:

- Само собой! - мол, какие варианты еще могут быть.

- Тогда хочу!

Давненько я не была в гостях у Вестов. Достаточно, чтобы соскучиться по прекрасной стряпне мужа Дианы.

- Тогда пошли! - и Диана потащила меня за собой.

Помахав на прощание Райдеру, мы направились в город. Если оборотень и был недоволен, он ничего не сказал. Просто молча продолжал стоять там, где мы его оставили - недалеко от развилки.

Домик Вестов, купленный не без влияния Сайберов, хоть и располагался в самом центре, не отличался особой роскошью. Среди величественных многоэтажных особняков он смотрелся как официант среди аристократов в шикарном ресторане. Но Диана принципиально стояла на том, что хочет отличаться от соседей, половину которых составляли ее родственники.

Генри встретил нас в фартуке с сердечками и с кухонным ножом в руках. Молодой человек нисколько не удивился, увидев меня. Скорее даже вздохнул с облегчением. Я припомнила, что Диана собиралась дома устроить "серьезный разговор", и все сразу встало на свои места. Вест надеялся, что я угомоню его жену, если вдруг она решит устроить разборки, не дождавшись непосредственного столкновения на арене Магического Кубка.

Но Диана и не думала ссориться. Напротив, вместо приветствия она чмокнула мужа в перепачканную мукой щеку. А потом елейным голосом добавила:

- Сегодня Нивка ночует у нас. А ты - спишь на диване!

Возразить не успели ни я, ни мужчина. Диана, насвистывая, убежала умываться. Когда за ней захлопнулась дверь ванной, преподаватель магических конструктов произнес чуть приглушенным голосом:

- Что-то странное с этим турниром.

Вымыв руки, я вооружилась свободным ножом и выразила полную готовность помогать в приготовлении блюда.

- Ты имеешь в виду расписание? - уточнила я, получив поручение нашинковать зеленый лук.

- Да вообще все, - и Генри неопределенно махнул рукой. - Как внезапно они решили его проводить, да еще командами, жребий этот, - мужчина вздохнул и потер переносицу. - И пристальное внимание Совета в последнее время. По сравнению со всем происходящим посев - наименее странная вещь.

Я поддакивала, продолжая резать лук и стараясь не смотреть на друга. Надо будет сообщить Ангейму в следующем письме, что действия Совета привлекают ненужное внимание окружающих. И ведь Вест не первый, кто что-то заподозрил. Был еще Эгерэ...

Ужин в тот вечер был великолепен. Рябчики по-имперски - поистине верх кулинарного мастерства. Империя демонов должна была существовать хотя бы для того, чтобы изобрести этот рецепт. Какими бы врагами он Союзу не были, я готова была простить им все за крылышко рябчика в винном соусе.

Ближе к ночи Диана снабдила мужа одеялом и подушкой и отправила ночевать к камину. Тот не сопротивлялся, а покорно побрел в указанном направлении. Он устроился у потухшего камина, где тлели угли, греясь под боком Барсика - огромной черной пантеры, своего фамильяра.

На мой вопрос, зачем она так с собственным мужем, я и домой вполне пойти могу, Диана ответила, что пусть привыкает, она со своими противниками не спит, супружеской постели ему не видать как минимум до второго тура.

Устроившись в уютной спальне Вестов на теплом пушистом ковре, мы с Дианой организовали небольшой девичник. Свою шубу я отдала на расправу Иннокентию, сама же переоделась в одну из ночнушек, которые оставила здесь за время предыдущих посиделок.

Диана хотела завести разговор о Райдере или хотя бы Эгерэ, но выяснив, что личной жизни у меня по-прежнему нет, быстро потеряла интерес. Потом мы разговаривали о любовных романах, которые недавно прочитала Диана (вернее, говорила в основном подруга, а я иной раз вставляла едкое словцо), и в итоге перешли к обсуждению Магического Кубка.

- Знаешь, - задумчиво протянула магичка, - я долго думала и решила, что мне нравятся эти ребята, - Диана обняла подушку и оперлась о нее подбородком. - Я с удивлением обнаружила, что мне действительно хочется помочь им пройти как можно дальше по турнирной сетке. Тот вечер у костра, когда они... ну... рассказывали о себе, он все изменил. Тебе не кажется?

Я поняла, что хочет сказать подруга, и просто согласно кивнула.

- Только имей в виду, это не значит, что ради них я готова пожертвовать личным турниром, - нашла необходимым уточнить Диана. - Но ты можешь рассчитывать, что я буду четко следовать всем твоим указаниям и делать все, что от меня зависит, чтобы принести результат.

Уже ночью, когда мы спали, каждая под своим одеялом, Диана голой пяткой постучала мне по ноге.

- Нивка, а, Нивка, - прошептала она, вырывая меня из мира префиксов и суффиксов, что являлись мне во сне. - Как ты думаешь, а с чем на самом деле связан такой посев?

Вся дрема тут же выветрилась у меня из головы. Расписание вновь всплыло перед глазами.

- Завтра выясню, - пробурчала я и пнула подружку в ответ. - Спи!

И вот я здесь, на кладбище некромантского факультета. Мне сказали, что сейчас именно тут у первого курса проходит практикум по защите от нежити. Не самое удачное время я выбрала для прихода сюда, ничего не скажешь. Но, к сожалению, у меня имелось окно только в эту пару.

Осторожно перешагивая через разрытые могилы, я брела на магические всполохи где-то у мавзолея. По мере того как подходила ближе, я постепенно смогла разобрать приглушенный, слегка хриповатый голос Шардана. Профессор некромантии никогда не повышал голос и не кричал. Если он сердился, то начинал говорить еще тише и делал это столь зловеще, что все вокруг тут же замолкали и чувствовали всю глубину своей вины.

Я не очень хорошо была знакома с этим вампиром, выглядящим удивительно молодо, не старше иного первокурсника, но на самом деле работавшим здесь еще в тот момент, когда я только поступила в ВАМ. Мы пересекались изредка и только на собраниях. Даже большие преподавательские вечеринки Шардан предпочитал не посещать. Он был очень популярен среди учениц, но я ни разу не слышала слухов о его связи с какой-либо из них. Словом, этакая таинственная и мрачная фигура из женских романов.

Когда я подошла к группе поближе, то как раз получила уникальную возможность понаблюдать, как Шардан злится. Он шипел на молодого парня, которому никак не удавалось выстроить защитное заклинание. О том, что у студента ничего не получалось, можно было догадаться по тому, как зомби (невысокая сморщенная старушка с облезающей кожей) беспрестанно колотило его по спине, приговаривая: "Ах ты, скотина такая! Где шлялся всю ночь? Ну-ка, где моя кочерга? Сейчас получишь у меня!"

Несчастный первокурсник, скрючившись, повизгивал и закрывал голову руками.

- Работайте, Делберт, работайте руками, - едва слышно проговаривал сквозь зубы преподаватель. - Или вы собираетесь плести формулу заклинания языком?

Студент попытался оторвать ладони от головы, но тут же получил от зомби удар по шее, и снова отвернулся. Шардан окинул мрачным взглядом остальных учеников, с интересом наблюдавших за происходящим.

- А вы чего встали? - ровным, ничего не выражающим тоном произнес некромант. - Практикум не закончился!

И вампир, топнув один раз носком ноги и разведя руками, поднял из могил с десяток зомби - ровно по количеству студентов. Теперь взвизгивал не один только Делберт.

И только затем Шардан соизволил обратить свое внимание на меня.

- Госпожа Орилани? - некромант удивленно приподнял бровь. - Чем обязан такой честью?

Я кивком головы попросила его пройти со мной. Когда мы отошли на достаточное расстояние, чтобы студенты не слышали наш разговор, я спросила:

- Я знаю, это немного неожиданно, господин Шардан, но я бы хотела поговорить о вашем первом курсе. Что вы думаете о новом наборе?

Мужчина откинул капюшон своей черной мантии и продемонстрировал густые длинные волосы, непривычного для вампира белого, как снег, цвета.

- Лентяи и идиоты, - ответил некромант ровным голосом, будто законы магомеханики повторял. - С каждым годом в академию поступают все больше бездарей, - преподаватель кивком головы указал на Делберта, который продолжал носиться по кладбищу, убегая от старухи, которая вооружилась вместо кочерги метлой. - Не могут выставить элементарного щита от нежити. Однако, - Шардан вновь посмотрел на меня, - в этот раз попалась одна толковая девчонка. Я бы даже сказал больше - чертовски талантливая. Что, в общем-то, не удивительно, учитывая, кто ее родители.

Я недоуменно уставилась на вампира. Некромант кивком головы попросил следовать за ним. Мы миновали всех студентов. Большинство из них продолжали маяться со своими зомби. Тем же, кто уже справился, Шардан поднимал новых. И все это на ходу, будто мимоходом. Мы обогнули мавзолей и там, на участке, равном половине кладбища, одинокая девушка сражалась сразу с тремя восставшими из могилы.

- Она не перестает меня удивлять, - произнес преподаватель некромантии, и мне послышалось в его голосе искреннее восхищение. - Вы знаете, почему все работают там, а она - здесь?

Я отрицательно покачала головой. Вампир посмотрел на меня, и в его глазах горел азарт.

- Я поднял ей пятнадцать зомби, Орлиани, пятнадцать! И это было всего лишь двадцать минут назад.

Я с минуту наблюдала за юной некроманткой. За ее слегка уставшими, но уверенными движениями.

- Вы упоминали про ее семью? - напомнила я Шардану.

Профессор некромантии, который сам не мог налюбоваться на свою ученицу, согласно кивнул:

- Да, известная династия некромантов. Их предки служили еще в Отчаянной армии. Ходят слухи, что в их жилах течет кровь самой Нагайны - величайшей из некромантов. И глядя на эту девушку, я впервые в своей жизни склонен поверить слухам. Жаль, что они подались в оппозицию. При действующей власти им никогда не получить руководящих постов. А нашей бы армии не помешали такие генералы.

В этой небольшой речи Шардана на меня вывалилось такое количество новой информации, что я даже толком не успела как следует ее обдумать и оценить.

- Ой! - ученица заметила своего преподавателя и тут же сбилась, не дочитав заклинания. Замерший было зомби, снова попер на нее. - Извините, господин Шардан, я не успела, да? Я не справилась! Дайте мне еще один шанс! Ну пожалуйста!

Знакомый дрожащий голосок с умоляющими интонациями. Именно ими меня бомбардировали в эту зимнюю сессию.

- Все в порядке, Фейрвуд, вы прекрасно справляетесь, - откликнулся грозный некромант, растекшись в глупой, я бы даже сказала довольной, улыбке. - Работайте дальше.

Агнес склонила головку с платиновыми кудряшками и сделала книксен. Очень вовремя, кстати, поскольку руки зомби, пытавшегося ее в этот момент схватить (или обнять), ощутили только воздух.

- Итак, вы о чем-то еще хотели поговорить? - обернулся ко мне некромант.

- Нет, я уже достаточно узнала, спасибо, - ответила я.

Шардан пожал плечами и, накинув капюшон, вернулся к остальным своим студентам. Фейрвуд же только сейчас заметила меня. Изобразила еще один книксен и вновь счастливо избежала нападения нежити.

- Я гляжу, вам неплохо дается некромантия, Фейрвуд? - произнесла я и не смогла сдержать укора, сквозившего в интонации.

Агнес потратила пару минут, чтобы расправиться, наконец, с лезущим обниматься зомби, и поправила складки на пышной юбке своего розового платья.

- Я никогда не ходила в школу, - призналась она в полголоса, глядя куда-то в землю, - поэтому мне с трудом даются многие предметы. Но с самого детства родители учили меня некромантии. Моим первым в жизни домашним животным был мертвый мышонок. Мне подарили его на день рождения в три года. Живым. А потом убили на моих глазах и сказали, что если я хочу его иметь и заботиться о нем, я должна его оживить.

И вдруг она резко вздернула подбородок, и в ее глазах, полных слез, мне почудился гнев.

- Я ненавижу некромантию всем сердцем! - и Агнес, вскинув руку, громко прочитала заклинание. Круг с зеленым свечением окружил еще одного зомби, мирно собиравшего сорняки с чужих могил так, будто это были цветочки. Мертвяк испуганно простонал и затих. Можно было бы сказать, что он боялся дышать... Если бы зомби мог дышать, конечно.

- Но это единственное, - закончила Агнес сквозь зубы, - что у меня получается!

Больше Фейрвуд не сказала ни слова. А я, наблюдая за уверенными действиями девушки, постепенно начала понимать, почему именно моя команда была посеяна на турнире под первым номером...

12 глава.

Гениальные идеи всегда приходят неожиданно. Например, в далеком детстве прекрасная мысль о том, что не стоит трогать бабушкины посохи, посетила меня, явно не ожидаемая, аккурат во время порки. Или вот дизайн новогоднего наряда для бала на первом курсе я придумала, впервые посетив с экскурсией Пещерные Земли. Впрочем, согласна, это была не самая удачная идея... Но зато тролля в оранжевом костюме огромного фаербола все запомнили надолго.

Побывав на занятии по некромантии и открыв для себя Фейрвуд с совершенно неожиданной стороны, я долго не могла уснуть. Словно предчувствуя приход той самой гениальной мысли. И она не заставила себя ждать. Уже в субботу днем я выстраивала своих юных подопечных на поле для практических занятий в шеренгу и раздавала каждому копию расписания турнира.

Судя по тому, как ни капельки не изменились их лица, студенты уже знали о небывало высокой оценке их суммарных способностей. В общежитии на стендах для объявлений, где обычно можно было прочитать разве что только чье-то признание в любви или констатацию факта отсутствия у кого-то умственных способностей, сегодня утром висели бумаги с полным расписанием Магического Кубка, как индивидуального, так и личного зачета. Ради этого студенты даже вылезли из-под своих одеял часов в шесть утра.

Пожалуй, это единственный день в году, когда они соизволяли подниматься так рано. Столпотворение у стендов было невероятное. Может, как в столовой в большую перемену, или даже больше. Чтобы рассмотреть, на кого же угодила их команда в первом же раунде, ученики были готовы лезть на чужие головы. Макушки покорить удавалось не всегда, а вот плечи - пожалуйста. Но даже с высоты "второго" этажа вы могли разглядеть что-либо при условии наличия орлиного зрения. А потому изображали фанаток на концерте какого-нибудь заезжего барда в основном эльфы.

При моем росте толпа детей никак не могла загородить мне обзора, но вот отличным зрением я похвастаться не могу. А потому пришлось обогнуть визжаще-кричащий студенческий поток и направиться в родной третий корпус, несмотря на отчаянное любопытство: а какой же соперник выпал в первом круге Диане в личном зачете. Ничего страшного, подружка сама расскажет.

Она и рассказала. Причем сделала это раньше, чем я ожидала. Вест поджидала меня, чтобы поделится новостью, прямо на кафедре языкознания. И увидев меня, входящую в комнату, огневичка тот час же бросилась помогать снимать шубу.

- Вот и ты! А я тебя тут уже часа два жду! - тараторила Диана, небрежно отбрасывая мою угушку на ближайший стул. Иннокентий не преминул этим воспользоваться и, с фырканьем, зарылся в мех моей верхней одежды.

Ждать меня Дианка два часа не могла никак. Во-первых, кафедра в шесть утра просто-напросто была закрыта. А во-вторых, я же знала, что подруга просто испепелит любого, кто попробует поднять ее раньше полвосьмого (впрочем, и за полвосьмого Генри тоже регулярно доставалось).

- Ты, конечно, еще ничего не знаешь. Ты никогда ничего не знаешь, - продолжала болтать подруга, проглатывая слова. - Ты чего стоишь? Садись, садись. А то сообщу тебе новость - так ты, где стояла, там и рухнешь, а мне потом тебя поднимать! А я не уверена, что до конца дня с этим справлюсь, - и Диана подтолкнула меня к моему рабочему столу.

- Да говори уже толком, - я присела на край стола и сложила руки на груди.

Подруга совершенно очевидно была возбуждена. Вызвать у нее подобные эмоции мог только Магический Кубок. По эмоциям, резко сменявшимся на ее лице, нельзя было понять, довольна девушка жеребьевкой или скорее расстроена. Неужели...

- Первый номер посева достался кому-то другому? - осторожно высказала предположение я. Неужто Кэтрин Лэндон?

Но Диана смерила меня таким презрительным взглядом, что я тут же поняла свою ошибку. Ну конечно, Диана Вест - безоговорочно лучший маг Кубков последних трех лет. Всем сомневающимся - страшное наказание: отлучение от готовки ее мужа.

- С Кэтрин мы разнесены по разным концам турнирной таблицы, не о ней мне сейчас стоит волноваться, - словно прочитала мои мысли магичка. - Ты не поверишь, кто мне достался в соперники в первом же туре!

Поверить я была готова во все, что угодно. В голове у меня роились самые разные варианты: от младшего брата Дианы - целителя-первокурсника, до самой Нагайны Отчаянной. Но все оказалось чуть более прозаично.

- Фратим! - воскликнула, наконец, Диана.

Финалист прошлого сезона? Да, пожалуй, действительно неожиданно.

- Ты же его в прошлом году в финале победила за пару минут, не дав провести ни одного приема. Может, это как-то связано с этим? - я пожимала плечами, признавая неудачными свои поиски какого-нибудь логического объяснения. - Да он, впрочем, и так был довольно неожиданным финалистом.

Диана фыркнула:

- Будем считать, что ты так пытаешься меня подбодрить и убедить в легкой победе, а не что тебе наплевать на тяжелую турнирную судьбу лучшей подруги. Мне, между прочим, если не забыла, еще в первом матче командного зачета, возможно, придется против мужа выходить.

Вест мелодично свистнула, призывая свой фамильяр. Иннокентий нехотя выбрался из-под моей шубы и запрыгнул на руки хозяйке.

- Пошли отсюда, покинем пещеру этого злого и бесчувственного тролля, - наигранно обиженно говорила девушка хорьку, почесывая у него за ухом. - Я спешила к ней поделиться новостью, полдня ее ждала тут, понимаешь, в полном одиночестве. А пожимание плечами - был весь ее ответ!

- А давай убьем ее, - лениво зевнув, предложил фамильяр. - Тебе - месть, мне - шуба.

Огневичка сморщилась в ответ. Выражая недовольство то ли кровавыми мыслями своего магического помощника, то ли его меркантильностью. На кафедру вплыла госпожа Киллеас, и Диана, поздоровавшись с эльфийкой, собралась уходить.

- Постой, - я вышла в коридор вслед за подругой. - Ты же больше всех в Союзе знаешь о великих магах прошлого и настоящего...

Подруге моя лесть понравилась, и она уже вновь готова была меня простить. Если вообще сердилась когда-нибудь, конечно.

- А о некромантах Фейрвуд тебе что-нибудь известно? - задала я вопрос, который не давал мне покоя последние пару дней.

Диана нахмурилась. Она спустила хорька на пол, но тот, забравшись по штанине хозяйки, самостоятельно забрался ей в кожаную сумку.

- Конечно, я знаю об этих людях. Отличные солдаты, прекрасные генералы. Познакомились на поле боя, отец - из древнего и славного рода некромантов. Его предки посвящали себя этой профессии еще до времен служения в армии Нагайны Отчаянной, - все это Вест произносила с таким мрачным видом, словно читала речь на похоронах. - Я не знаю, сколько у них детей и есть ли еще надежда на продолжение традиций. Но это розовое нечто жизнь стариков точно не облегчает. Представляю, ка они мучаются с ней...

- Прям как твои родители с тобой, - пробурчал фамильяр, высунув из сумки мордочку, и тут же получил по усам.

- А это правда... - я на пару мгновений задумалась, подбирая подходящие слова, - что Фейрвудов недавно сместили со всех занимаемых ими должностей?

Диана тяжело вздохнула. Это само по себе было достаточно красноречиво.

- Фейрвуд баллотировался в председатели Императорского Совета, но проиграл выборы своему оппоненту - Майлзу. Ты же знаешь эти политические игрища: проигравший соперник тут же был выведен из состава всех мало-мальски значимых ведомств и даже уволен из армии за определением "по состоянию здоровья". Будто в мире существуют абсолютно здоровые некроманты. Фейрвуд продолжает работать по специальности, конечно, и думаю, что такой специалист, как он, мало не зарабатывает, но на его политической карьере поставлен крест. Во всяком случае до тех пор, пока в Совете председательствует Майлз.

Скажу прямо, вся эта политика мне не интересна. Отец одно время пытался меня ею увлечь, но я на его уроках откровенно зевала или вовсе бессовестно спала. С гораздо большей страстью я разделяла другое увлечение отца - искусство. Мы часами могли разглядывать картины в холле замка или обсуждать какую-нибудь книгу. Причем папенька подходил с одинаковой серьезностью как к историческим памятникам письменности, так и к детской сказке о принцессе, похищенной троллем. Кстати, тогда, после тщательного анализа произведения, мы пришли к выводу, что троллю очень повезло вовремя сплавить капризную и надоедливую девицу проезжавшему мимо несчастному заморскому принцу.

Иными словами, лекцию Дианы о современном состоянии политической жизни Имперского Союза я благополучно пропустила мимо своих заостренных зеленых ушей. Уловив только главное (то есть интересное мне): отец Агнес находился в оппозиции действующей власти и расплачивался за это своими должностями. Что, в общем-то было логично, на мой взгляд. Кто захочет сидеть на пороховой бочке, зная, что собственная армия может в любой момент повернуться против него?

И именно в тот момент меня посетила та самая гениальная идея, которую я высказывала своей команде позже днем на тренировочном поле. Не самое подходящее место, если хочешь сохранить секреты тактики от будущих соперников. Но учитывая, что перед началом турнира все равно придется сдавать анкеты с данными на каждого участника, держать все в тайне выглядит бессмысленным.

- Как видите, организаторы турнира очень высокого мнения о нашем маленьком коллективе, - хмыкнула я, кивнув на расписание у себя в руках. - Давайте не будем их разочаровывать.

Райдер с игривой улыбкой отдал честь, подобно солдатам империи - приставив правый кулак к левой стороне груди. Мол, всегда готовы. Агнес его энтузиазма не разделяла. Она уже представляла себя тем самым балластом, который потянет команду, при прочих условиях обреченную на успех, на самое дно. По лицу Фрэниара как всегда ничего нельзя было понять. Но вот его фамильяр был полностью солидарен с Фейрвуд. Да, именно некромантка непременно потащит их всех на дно.

Надо сказать, Илбрим, а особенно Нагайна, все свободнее и раскованнее чувствовали себя в нашем обществе. Еще в начале недели невозможно было представить, чтобы эльф принес свою змею в место с таким большим скоплением народа. Теперь же он меланхолично гладил питона по блестящей чешуе и, казалось, совсем не обращал внимания на визги ужаса за спиной.

- Если организаторы так ценят вас за проявленные во время учебы умения, то почему бы, действительно, не воспользоваться тем, чему вас учили на ваших факультетах? - продолжала говорить я с легкой иронией в голосе. Следовало бы сопровождать речь изрядной долей пафоса, конечно. Но смешинки появлялись сами собой, как только я представляла себя - большую и зеленую, возвышающуюся над хрупкими телами юных студентов - важно расхаживающую из стороны в сторону, как пингвин или Ангейм во время проверки. - Как вы смотрите на то, чтобы использовать во время турнира не чуждую вам огненную магию, а исключительно те заклинания, которые знакомы вам по профилю?

Дети не совсем уловили мою мысль. Они стали переглядываться и недоуменно пожимать плечами.

- Предположим, я примерно понимаю, - протянула Диана. - Я не сдерживаюсь и палю, что есть сил. А если вдруг кто-то из нашей команды сгорит заживо - Фейрвуд их тут же поднимает. В конце концов, нигде не сказано, что в команде запрещено держать зомби. У нас демократичное государство, все равны, у всех одинаковые права... Но что делают остальные? Танцуют вальс и отвлекают врагов? А на историческом и анимагическом учат танцевать вальс?

Сойер переводила растерянный взгляд с Вест на Райдера, про которого та не сказала ни слова, и обратно.

- А на боевом, что, учат танцевать? - решилась, наконец, спросить Мери.

- Это ты не была на этом поле во время магпрактики первокурсников боевого факультета, - Диана обвела рукой тренировочное поле, где сейчас находились не только мы, но и сотни других студентов. - Захочешь жить - научишься выделывать такие па, что профессиональные танцоры захлебнуться собственной завистью.

Я прекрасно понимала, о чем говорит подруга. Однажды, когда я еще была студенткой, меня занесла нелегкая на поле за пятый корпус как раз во время практикума. Зрелище было ужасающее. Я так не боялась даже тогда, когда Гурум несся на меня с топором наперевес. Сотни хаотично носящихся огненных и водных потоков, ледяных и каменных глыб, электрических молний и прочих магических зарядов были способны внушить трепет кому годно. А теперь представьте, что автором этих смертельно опасных заклинаний были исключительно преподаватели? Тогда как перед только-только поступившими на факультет студентами стояла только одна задача - выжить в эти полтора часа. Подобный урок носил название "знакомство с многообразием магического мира" и являлся такой же многовековой традицией Высшей академии магии, как и дуэли.

- Примерно так все и будет, Диана, - кивнула подруге я.

Мери приободрилась и заявила, что танцевать она любит, хотя и не понимает, как это поможет деморализовать соперника. Огневичка добавила, что все зависит от типа танца и его исполнителя, но углубляться в эту тему не стала. И на том спасибо, а то я уже была уверена, что дальше последует предложение выводить оппонента из строя ритуальным танцем тренера.

- Нет, я не это имела в виду, - покачала головой я, отгоняя от себя видения традиционных тролльих плясок у костра с барабанами из кожи врагов. - А то, что Диане не придется сдерживаться.

Оставшееся время я объясняла ребятам принципы пришедшей мне в голову сумасшедшей идеи. Все полчаса мы простояли кружком, склонив головы и делясь мнениями о том, как приспосабливать новые обстоятельства к уже выученным тактическим схемам.

- Молитесь богам, чтобы вам не дали очень сильно опозориться в первом же раунде? - послышался у нас за спинами ехидный женский голос.

Мы как разу обсуждали, как действовать против водного мага, а потому Диана едва сдержалась, чтобы применить только что усвоенное на практике. Она не удостоила реплику Кэтрин своего внимания. Брюнетка лишь передернула плечами с видом "Подумаешь". Следующим она пытала уже Райдера.

- Ульф, а Ульф, ты последнее время почти не уделяешь нам внимания. Пойдем сегодня в город? Поужинаем? - Кэтрин подошла к другу сзади и приобняла его со спины. Оттолкнув предварительно Агнес, стоявшую по левую руку от оборотня. Некромантку такое проявление фамильярности в отношениях молодых людей (вернее, человека и оборотня, но это не так важно) удивило и, кажется, огорчило.

- Конечно, обязательно сходим, - бодро ответил Райдер, убирая, однако, руки сокурсницы со своей талии. - И ты, и я, и Мун с Эдди.

- И Жору не забудьте, - со смешком добавила я.

Ульфрих сначала глянул на меня исподлобья выжидательно и, казалось, мрачно, но секунду спустя его губы скривила ответная ухмылка:

- Естественно, как можно забыть Жору?

Диана бросила на Кэтрин презрительный взгляд.

- А не следует ли тебе больше уделять внимания тренировкам, а не прогулкам с мальчиками, уважаемая Третий Номер Посева Индивидуального турнира? - и Вест, помахав на прощание, направилась прочь, не желая выслушивать, что ей ответит зашипевшая, подобно Нагайне, "водяная".

Кэт, поняв, что спорить уже не с кем, сжала губы так, что они побелели, и вздернула подбородок.

- Строит из себя важную персону, - сквозь зубы произнесла брюнетка пару минут спустя, когда Райдер, пожав на прощание руки товарищам по команде (мою ладонь он стремился поцеловать, благо, я вовремя ее одернула - ибо негигиенично, я же эти полчаса много писала на земле), повел ее к выходу. - А на самом деле пользуется вовсю связями своих родственничков. Она такой же первый номер личного зачета, как вы - командного. Папочка с мамочкой нарисовали, чтобы сетку турнирную полегче подобрать.

Что ответил подруге оборотень, я уже не слышала. Они отходили все дальше, а голос юноши был не в пример тише визгливых речей магички.

- Кто хочет проверить, действительно ли команда Вест заслуживает того места, на которое их определили организаторы турнира? - раздался грубый голос, способный вывести из себя даже самого верного последователя богини мира.

Обращался, спасибо богам, демон не ко мне, а к Кэтрин, своей подопечной, и студентам вокруг.

- Вы на что намекаете? - прорычал Райдер.

Оборотень отпустил руку Кэтрин и стал наступать на преподавателя демонического, задрав подбородок. Однако водная магичка вцепилась в локоть друга и не давала ему двигаться с места.

- Я хочу! - воскликнула она.

Суровый взгляд Ульфриха девушка проигнорировала. Однако присоединиться у ней никто желания не выразил. Нефас внимательно поглядел на Кэтрин, будто вспоминая, кто это такая вообще (а ведь только что полчаса ее тренировал), и пожал плечами:

- Ладно, сойдет и так. Ррад!

Русый мужчина подошел к другу и озабоченно спросил:

- Неф, что ты опять задумал?

- Мы просто немного поиграем, - развел руками демон. - Лучше обеспечь инвентарь на одного человека.

Золотой дракон покачал головой, но, однако, направился куда-то к корпусам. Эгерэ подошел ко мне. Я могла бы сказать, что вид его был горд и грозен, но "таинственный могучий воин" постоянно портил свой образ бесконечным поеживанием и хлюпаньем носом. Погода словно не желала признавать календарь, согласно которому весна должна была наступить со дня на день. Морозы стояли такие, каких мы всю зиму не видали. Куртка демона не спасала его от пронизывающих порывов ветра. А носить больше слоев одежду ему, должно быть, не позволяла гордость. Или чувство стиля.

- Проведем дополнительное занятие по командной работе. В ваших же интересах идти за мной, - обронил Нефас. - Заодно посмотрим, так ли уж они хороши, как о них думают.

Не дожидаясь моего ответа, Эгерэ прошагал мимо, направляясь к бровке. Порой его самоуверенность была способна вывести из себя даже святого. А я к таковым точно не относилась. Однако то ли сегодня демон раздражал меня не так сильно, то ли за месяцы общения с ним у меня наконец-то выработался иммунитет, но к спине мужчины я обращалась спокойным и уравновешенным тоном:

- Вы ошибаетесь, господин Эгерэ. Демонстрация своих умений никак не является интересом моих ребят, - Нефас не сразу остановился, а когда обернулся, выглядел таким удивленным, будто с ним внезапно заговорило чучело для отработки магических приемов, решившее выразить претензии к способу его использования. То есть удивлял не сам факт, что претензии были, а что их осмелились высказать. Я продолжала. - То, что вы сомневаетесь в справедливости посева, исключительно проблемы вас и студентки Лэндон. На всякий случай напоминаю, что ваша команда - наш потенциальный соперник. И раскрывать перед вами все наши козыри было бы, по крайней мере, неумно.

Демон недоуменно приподнял правую бровь. Ему получалось управлять своими бровными дугами почти так же красноречиво, как и папеньке. Разве что диапазон эмоций у моего отца был намного шире. А не только презрительное "И кто это тут у нас заговорил?"

- Хотите сказать, у вас еще и какие-то козыри есть? - скептически и с долей насмешки уточнил Нефас, отогревая в этот момент замерзшие пальцы под мышками.

Я сперва хотела ответить нечто в духе: "Наше главное оружие - я сама, запугивающая соперников до полусмерти с тренерского места", но решила, что все равно мой сарказм не оценят по достоинству. А потому подходила к разговору со всей степенью серьезности:

- Если мои студенты не захотят участвовать в ваших проверках, то мы никуда не идем.

Диана фыркнула и выступила вперед.

- Будто я позволю Лэндон и дальше говорить пакости про меня. Пора ей уже напомнить, кто здесь старше, - произнесла Вест с гордо поднятой головой.

Мери засеменила за огневчикой и, споткнувшись, уткнулась носом в спину Дианы, едва не повалив их обоих. Пятикурсница умудрилась устоять на ногах, но пафос момента был испорчен.

- А я никогда не отказываюсь от дополнительных занятий, - объявила Сойер, высказывая тем самым солидарность с подругой по команде. И спасая себя от ее гневного взора...

Илбрим же молча просто направился вслед за Эгерэ. Судя по всему, этот жест стоило трактовать как намерение продемонстрировать демону свои умения. Я вообще в последнее время заметила, что эльф, несмотря на свои медлительность и молчаливость, малый, который имеет привычку принимать любой, брошенный ему вызов. Неважно, победит он или нет. Но отказать и струсить ему не позволяла какая-то своя гордость. Теперь, узнав Фрэниара получше, я постепенно начала понимать, почему юноша дрался в тот день на дуэли с Пиманом...

- И чего мы ждем? - обратился ко мне Райдер, руку которого никак не желала отпускать Кэтрин.

В итоге выходило, что единственным представителем моей команды, не выразившим готовности следовать за Эгерэ, оказалась Агнес. Некромантка потопталась на месте, кинула на меня извиняющий взгляд и присоединилась к товарищам. Мне оставалось только развести руками и проигнорировать победный взор демона.

В итоге я, пятеро моих студентов, демон с драконом, а также Кэтрин направились в сторону города. Но свернув на полпути, спустились к замерзшему озеру. Сегодня днем там каталось на коньках большое количество молодежи. Я уже всерьез начала подозревать, что демон сотоварищи будут выявлять готовность моих ребят к турниру способностью рисовать лезвием узоры на льду.

А что? Хорошая идея. У меня кататься, между прочим, неплохо получается. Могу изобразить коньками на ледяной поверхности хоть цветочек, хоть целый пейзаж. Если бы в мире существовали соревнования по... хм, как бы их назвать... рисованию фигур на коньках.... фигурному катанию (пф, как глупо звучит), я бы, возможно, и выиграла что-нибудь. Но такого вида спорта не существовало, а в магических боях у меня не было шансов. Вот и приходилось существовать на преподавательскую зарплату.

- Все кыш! - Нефас решительных шагом направился на середину озера, расталкивая всех на своем пути. - Все со льда, быстро! - приговаривал демон, указывая всполошившимся юношам и девушкам на берег.

И когда на глади замерзшего озера не осталось никого, даже зазевавшегося старичка с удочкой, Нефас повернулся к Ррадригару и скомандовал:

- Давай!

Лишенная развлечения молодежь и не думала никуда уходить. Они хотели понять, ради чего их согнали на берег. И теперь разношерстная толпа жителей города могла наблюдать, как Эгерэ театральным движением срывает с себя пальто и расправляет свои огромные черные нетопыриные крылья. Девушки вокруг восхищенно ахнули, а некоторые почти синхронно упали в обморок. От страха, что ли? Никогда летающих демонов не видели? Меня же при взгляде на это позерство посетила только одна мысль: опять простынет и проваляется с температурой дня три!

Ладно, ладно, признаю, мысли было две. И это была вторая. В конце концов, имею я право отметить, что мужчина чертовски хорошо сложен? Пусть даже он не совсем черт, а всего лишь демон.

Тем временем Ррадригар тоже раздевался. Он скинул свою красную куртку и, оставшись в одной белой рубахе, начал закатывать ее рукава.

- Госпожа Вест, не были бы вы так добры и не подсобили мне? - обратился дракон к Диане.

Та, не совсем понимая, чего от нее хотят, подошла к преподавателю драконьего.

Ррад жестом попросил ее встать куда-то у самого края берега. Потом, скомандовав ей ждать и не двигаться, он сам перебрался на противоположную сторону озера. Не без приключений, пару раз поскользнувшись и едва не встретившись носом с ледяной поверхностью.

- На счет три, - произнес дракон, оказавшись, наконец, на месте. Мужчина присел и положил ладони на лед. Диана последовала его примеру. Кажется, она уже догадалась, чего от нее хотели.

- Раз, два... три! - четко и громко отсчитал Ррадригар.

На счет три с его пальцев вырвались огненные искры и, разбежавшись во все сторону, они в хаотичном порядке понеслись по льду, растапливая его в самых неожиданных местах. Дианка также прочитала огненное заклинание.

Лед озера трескался и таял. Золотые драконы - существа, будто рожденные из огня. Они не просто хорошие маги огня, они - сама суть пламени. Во всяком случае, так гласят легенды. Как дела обстоят дела на самом деле, лучше спросить лично господина Орума. Пламя, которое вырывалось с его ладоней, отличалось от того огня, что вызывала Вест. Не только цветом, но даже структурой. То, что оно было жарчеи значительно опаснее, я ощущала даже стоя на другом берегу. Может ли быть, что Ррадригар перешел на безлюдную сторону специально?

Ксати, я зря беспокоилась о Нефасе. Демон теперь парил в небе в клубах пара, поднимавшихся от бурлящей воды. Наверняка, другое существо на его месте давно бы сварилось, Эгерэ же просто... грелся. Выросшие в жерлах вулканов демоны тоже воспринимали огонь и жару совсем иначе, нежели мы.

- Достаточно, спасибо! - крикнул Ррад пару минут спустя.

Диана перестала колдовать и встала. Итогом трудов двух огненных магов стало озеро с плавающими в нем льдинами немалых размеров. Глупо было рассчитывать, что за столь короткий срок два мага, пускай и очень сильных, смогут избавиться от всего ледового покрова. Но я так поняла, что дракон с демоном такой цели перед собой и не ставили.

- Поле готово, - Эгерэ спустился на берег. За курткой. - Играем, как вы уже, должно быть, догадались, в фаербол. Он же инцендиум.

- Он же хеш, - добавил Ррадригар, также перебераясь поближе ко всем. Увидев, как скривился демон, дракон хохотнул. - Неф ненавидит, когда не-демон пытается говорить демоические словечки. Он считает, что у нас отвратительный акцент и все такое, очень режет ему ухо.

- Лучше вообще не произноси иностранных слов, значения которых не знаешь, - обронил Эгерэ.

Все это время он расхаживал, выискивая что-то на земле. Наконец, он поднял какую-то палку, попробовал ее на прочность и решил, что она подойдет.

- Кратко правила для тех, кто с ними не знаком, - продолжал говорить демон, пока окунал палку в холодную воду озера, доставал, осматривал и опускал снова. - Играют две команды друг против друга, в качестве снаряда - фаербол. Задача каждой команды, собственно, - потушить его в воде.

Когда палка в руках Нефаса в результате многочисленных махинаций покрылась неровной ледяной корочкой, мужчина решил, что цель достигнута. Он бросил палку Кэтрин. Та поймала ее за обледенелую часть - и взвизгнула.

- Как передвигаться по воздуху над водой и чем бить снаряд - личное дело каждого, никаких ограничений нет, - продолжал объяснять Эгерэ принципы национальной игры своего народа. - Главных правила только два. Во-первых, передвигаться по полю с фаерболом - строго запрещено. И во-вторых, тушить в воде его можно только после того, как к нему прикоснулось минимум три члена команды подряд. В противном случае очко засчитывается противнику.

Пока демон говорил, Ррадригар откуда-то достал метлу и обучал Кэтрин полетам на ней. Так вот что имел в виду Эгерэ, когда просил друга принести "инвентарь на одного"? Метлы - популярное средство передвижения во времена молодости моей бабушки. Места много в доме не занимает и в хозяйстве пригодиться. А главное, длинная юбка не задиралась и снизу прохожим сраму было не видать. Продавали еще полетные трости, но женщины считали, что тогда их с большей долей вероятностью примут за старух, и популярностью они не пользовались. Наверняка Орум попросил метлу у Годара, в вузовской подсобке и не такое добро отыскать можно. Только вот нас Нефас в свои планы не посвятил. И остались мои ребята без метел и даже тростей. А крылья ни у кого из них с детства не были предусмотрены.

- Вопросы есть? - спросил демон без какого бы то ни было интереса, словно не собираясь отвечать, если вдруг они у кого и возникли.

А вопросы у меня были. И много. Как, например, они собираются решать вопрос с инструментами для полета моей команды? Кто будет судить? И, главное, какой во всем этом смысл? Что будет победителю? А что проигравшему? Что стоит на кону?

- Вы, Орлиани! Вы знакомы с инцендиумом? - обратился внезапно ко мне демон.

- Да, - неуверенно ответила я, припоминая давние времена в детстве, когда отец возил меня в Добад или Глисс и иногда заводил на стадион.

- Тогда будете судьей, - объявил Эгерэ.

Вот просто так, взял и объявил. Поставил, так сказать, в известность, не спросив изволения. А он не боится, что я начну откровенно своим детям подсуживать? Не то чтобы фаербол давал большой простор для произвола... Но я могла чисто из вредности попытаться. В конце концов, какой никакой, а я все ж тролль, у нас стремление пакостничать в генах заложено. Во всяком случае, так утверждали ученые в своих трактатах лет триста назад.

- Даем вам фору, - а Эгерэ все говорил и говорил. Согревался он так, что ли? Демон вновь снял куртку и взлетел над землей на несколько сантиметров, разминая крылья. - Нас трое - против вас пятерых, - затем Эгерэ отлетел на середину озера и уже оттуда крикнул, разводя руками. - Вот и продемонстрируйте нам, какая у вас шикарная команда.

Райдер за это время уже успел отыскать где-то себе палку, я бы даже сказала дубину, и готов был ринуться в бой, демонстрировать нахальному демону не только это, но еще и много чего другого хорошего и не очень. Но Диана положила руку оборотню на плечо, останавливая его.

- На что играем? - крикнула она, что есть силы, не уверенная, что там - в воздухе - ее хорошо слышно. Это она зря, на морозе слышимость как раз очень хорошая. - Какой нам резон попусту тратить свои силы?

Нефас задумался, полетал из стороны в сторону, а потом спустился пониже и произнес нараспев:

- Предположим, если мы наберем сто одно очко, ваша команда, неважно под каким предлогом, снимается с соревнований за Магический Кубок!

Я ахнула. Как и Мери с Агнес. Диану и парней, казалось, эта перспектива ничуть не удивила. И не расстроила.

- Вы сошли с ума, Эгерэ? - возмутилась я. По правде, я вообще сомневалась в наличии у демона рассудка. - Мы не можем решать подобные вещи просто так! Есть регламент, есть распоряжение ректора, зачет по командной работе, в конце концов!

А еще есть ежедневные отчеты в Императорский Совет. Но об этом, конечно, я не имею права распространяться.

- Ну что вы, Орлиани! - демон летал уже прямо у меня над головой. - Мне сказали, что вы эльф, так не рушьте моих представлений об этих ушлых существах. Проявите знаменитую изворотливость своих предков, придумайте что-нибудь. Например, вы приготовили праздничный ужин, и ваши подопечные разом отравились! Или вы гуляли по лесу, а на вас напали чумные волки! Эй-эй, потише, попридержите своего домашнего пса, Орлиани.

Я, естественно, никого держать не стала, позволив Райдеру рвануться к демону и царапнуть его за голень. Возможно, оборотень хотел вцепиться за что-то другое, но Эгерэ успел увернуться. Или не успел и Ульфрих попал туда, куда хотел. Это с какой стороны взглянуть.

- А если сто одно очко наберем мы? - спросил молодой вервольф, вперившись пылающим гневным взором в темнокожего крылатого субъекта перед собой.

- Если вы наберете хотя бы одно очко, - ответил демон, выделяя каждое слово и испытывая какое-то извращенное удовольствие, слыша удивленные вскрики и перешептывания в толпе. Подлетев вплотную к юноше, демон обратился к нему полушепотом, но все же достаточно четко, настолько, что я смогла разобрать, - то тогда я обещаю сохранить в тайне ваш маленький секрет.

Все, что происходило дальше, я словно наблюдала в замедленно режиме. Будто какой-то хрономаг существенно замедлил время. Или ускорил меня. Райдер за доли секунды наболтал усиливающее заклинание, и его кулак летел на встречу с челюстью демона со скоростью, в несколько раз превышающей скорость любой человеческой реакции. Но Эгерэ не был человеком, она не был даже эльфом. А главное, он знал, что последует после его таинственного заявления. Потому как он намеренно выводил Ульфриха из себя. Не знаю, успел бы Нефас отпрянуть или нет, но то, как мужчина расплылся в улыбке, когда Райдер замахнулся, я видела отчетливо.

Демон хотел, чтобы юный оборотень ударил его. Или у Нефаса противоестественные наклонности (я, кстати, всегда это подозревала), или происходящее было частью его таинственного коварного плана. Толпа молодых людей - городских жителей вокруг. Свидетели. Райдер, студент, бьет Эгерэ, преподавателя. Тот не уворачивается. И не отвечает. Избиение. Исключение. Возможно, на пару недель... Неявка одного члена команды на матч...

"Ваша команда, неважно под каким предлогом, снимается с соревнований!"

- Стой!!!

Мой грозный рык мне самой показался оглушительным. Однажды я ходила на охоту с маменькой. Так она испустила, увидев оленя, такой протяжный и внушающий леденящий ужас боевой клич, что несчастное животное (и я вместе с ним) застыло на месте, дав в итоге себя спокойно поймать. Примерно тот же эффект произвел сейчас и мой окрик. Или я льщу себе, и Райдеру хватило разума остановится вовремя самому... Как бы то ни было, но кулак оборотня замер в самый последний момент, так и не нанеся удара.

Оба мужчины казались недовольными моим вмешательством. Но меня это волновало мало. Дождавшись, когда демон соизволит-таки полностью опуститься на землю, я подошла к нему вплотную, отодвигая протестующе бормочущего что-то Райдера за спину.

- Мы не собираемся участвовать в данном смехотворном предприятии. Тем более на условиях шантажа, - твердо заявила я тоном, не терпящим препирательств.

- Потому что знаете, что проиграете? - фыркнул Нефас, вновь взмывая в небо. - Даже жалкое одно очко набрать не сможете. И это лучшая команда академии?

- Не пытайтесь на меня давить, господин Эгерэ, - настойчиво попросила я. Право, это уже становилось смешно. Будто два ребенка в песочнице меряются, у кого лопатка длиннее. - На меня все равно не подействует!

Нефас зловеще расхохотался.

- На вас - возможно, - с ухмылкой заявил демон, когда, наконец, вдоволь насмеялся. - Но играть-то я собираюсь не с вами, Орлиани.

И Нефас отлетел к Ррадригару, чтобы что-то обсудить с драконом. Ко мне подошла Диана и заговорила приглушенным голосом:

- Хорош, засранец! - в ответ на мой гневный взор подруга покорно склонила голову и пробубнила. - Но засранец.

- Мне некогда не понять, что ты в нем находишь, - сокрушенно покачала я головой.

Диана пожала плечами:

- Он не такой плохой, каким хочет казаться. Наверное, - последнее слово огневичка произнесла уже не столь уверенно. Продолжала она уже куда более бодро, будто пыталась убедить не столько меня, сколько саму себя. - Совершенно очевидно, что он хочет добиться нашего неучастия в турнире. Иными словами, на самом деле он видит в нас сильных соперников и боится за свою команду. Вся эта бравада - ложь с целью вывести нас из себя. Но сработало пока только на Ульфе.

Я мельком глянула на Райдера. Тот постепенно успокаивался. Хмурый расхаживал из стороны в сторону, почесывая иногда кулаки, но больше в драку не лез и даже не бросал в сторону демона полного ненависти, прожигающего взгляда. Уже прогресс. Затем я вернулась к разговору с подругой:

- И каким образом описанный тобою не очень хитрый план делает Эгерэ "не таким уж плохим"?

Магичка задумалась ненадолго. Небось, прикидывала, что же хорошего в этом неотесанном грубияне, кроме бицепсов и кубиков на животе.

- Ну-у, он дал нам шанс выиграть? - не очень уверенно и с вопросительной интонацией произнесла Диана, наконец. Будто разгадывала загадку, ответ на которую известен только мне. - Нам же достаточно набрать всего одно очко. Не может же он всерьез считать, что их команда наберет сто одно подряд?! Их всего двое! А Лэндон с магией огня, что Фейрвуд с... любой магией!

Я не стала разочаровывать подругу сейчас и сообщать ей о том, что есть все же одна магия, с которой Агнес справляется неплохо, мягко говоря. Поделюсь с командой секретом позже. Может, они даже обрадуются.

- И ты бы согласилась играть на таких условиях? - поразилась я, все еще надеясь, что Диана просто шутит, как обычно.

- А почему бы нет? Что я теряю? - девушка взглянула на меня, чуть склонив голову на плечо. - Я никогда не играла в инцендиум, а попробовать бы хотелось. И тут такой случай! Это просто игра!

Я не успела глубоко задуматься над ее словами, потому как меня отвлек подошедший к нам Ррадригар.

- Прошу простить Нефаса и его дурные манеры, - произнес золотой дракон извиняющимся тоном, и сопровождая свои слова искренней и слегка грустной улыбкой. - По ушам он от меня уже получил.

Я не удержалась и бросила взгляд на демона. Тот действительно потирал правое ухо и бросал гневные взоры в сторону друга. Тот их или не замечали, или просто игнорировал.

- Никаких ставок и пари не будет, - сказал Ррад погромче, чтобы его слышали все студенты, разбредшиеся по берегу озера. - Просто игра. Ее можно рассматривать в качестве дополнительной тренировки. Она позволяет почувствовать себя частью команды, если хотите.

Я и не заметила, как к нам присоединилась Мери. Девушка приблизилась бесшумно, как призрак. И наверняка в тот момент, когда с нами заговорил ее преподаватель.

- А у вашей команды тоже бывали такие тренировки? - уточнила она.

Дракон взглянул на свою, безусловно, лучшую ученицу (не верю, что кто-то у него на спецкурсе учится усерднее, чем эта влюбленная отличница) и улыбнулся. Как хозяин маленькой, радостно виляющей хвостом собачке. Разве что по голове не потрепал. Хотя образ золотого дракона, треплющего кого бы то ни было по волосам, отчего-то никак не желал рождаться в моей голове.

- Я был бы рад, но для фаербола необходимы две команды - играть было не с кем. А Нефас изъявил желание устроить состязание только сейчас, - ответил Ррад. И добавил. - И только с вами...

Слова мужчины прозвучали скорее иронично, нежели загадочно. Сойер продолжала бросать на преподавателя умиленные взгляды. Диана отчего-то фыркнула.

У меня возникало чувство, что я нахожусь где-то за границей и не знаю и слова из местного диалекта. Моих трех языков не хватало, чтобы понять, что происходит. В смысле, мысль дракона я как раз ухватила, а вот театр пантомимы, который устроили Мери с Дианкой - нет. Огневчика переместилась за спину дракона и начала отчаянно жестикулировать. Студентка исторического лишь слегка краснела и старалась игнорировать подругу. Что было довольно затруднительно, поскольку та стояла рядом с мужчиной, от которого Сойер не могла отвести глаз. Сперва Диана просто молча призывала нашу скромницу с косичками быть смелее и кокетливее, потом закрыла глаза и вытянула губы трубочкой. Когда Вест стала жестами обрисовывать будущую семейную жизнь преподавателя и его ученицы и перешла к той части, где у них появляются дети, я не выдержала и, извинившись, обошла Ррадригара и оттащила подругу в сторону. Все это произошло буквально за десяток секунд, Мери так и не произнесла ни слова. Так что оставалось надеяться, что дракон толком не успел ничего понять и не смеялся сейчас про себя над бедной девчушкой. Я в свете последних событий и "большой ответственности, возложенной на мои плечи государством", как-то даже и забыла, что у меня просили помощи в делах сердечных, и я пообещала посмотреть, что могу сделать.

Посмотрела. И решила, что ничего не могу. Случай был близок к безнадежному, несмотря на отчаянные попытки Дианы изобразить правым мизинцем жениха, а левым - невесту. И все же не хотелось унижать девчонку перед предметом ее воздыхания. И потом... чудеса на свете случаются. Все мы с детства наслышаны о невероятной истории любви Нагайны Отчаянной. Я не эксперт в романтических делах, так что не мне судить о шансах Мери на ответное чувство. Пусть старается. Однако в моих силах лишь иногда следить, чтобы эти ее старания не пропали впустую.

Агнес и Илбрим сидели рядышком друг с другом на скамье неподалеку. Оба молчали. Эльф - с привычным мрачным и отрешенным видом, некромантка - удивленным и слегка испуганным. Казалось, она не горела желанием принимать участие в игре с огнем. Хотя за время тренировок к фаерболам должна была привыкнуть... Или же наоборот, тренировки внушили ей дичайший ужас перед огненной стихией.

Тут Фрэниар наклонился к блондинке и что-то шепнул ей. По ситуации следовало бы предположить, что юноша пытается девушку успокоить. Но выражение его лица подходило гораздо больше для чтения эпитафий, нежели для слов утешения. Фейрвуд внимательно выслушала и удивленно захлопала ресницами. А мгновение спустя она уже хихикала в кулачок. Если бы я не знала Фрэниара, то подумала бы, что он рассказал Агнес анекдот... Впрочем, я и так практически ничего об эльфе не знала.

- Итак, будете играть? - уточнил Ррадригар в последний раз. - Если нет, я пойму.

- Да! - выпалила Мери, но тут же смутилась, поняв, что не вправе решать за команду. Поправив очки, она уточнила сухим голосом. - Я считаю, что нашей команде необходима дополнительная тренировка, а которой будет сделан акцент на командных взаимодействиях. Тем более, в свете последних...

И тут девушка взглянула на меня и запнулась. Не взвизгнула от ужаса - уже хорошо. Потому как могу представить себе, какое у меня лицо было в тот момент, когда Сойер едва не выдала нашим прямым конкурентам новый план, который мы обсуждали ранее. Во всяком случае, я старалась, чтобы вся степень негодования и мольба не говорить больше ни слова отразились на моей физиономии. И кажется, успешно.

- Естественно, мы играем! - подхватила Диана и поочередно подмигнула Мери и мне. - Уж с фаерболами я умею обращаться, как никто другой.

И Вест для демонстрации создала свой огненный шар, размером примерно с человеческую голову. Затем девушка стала играть с ним, как ребенок с мячом: из одной руки в другую, подбросила, поймала...

- Это очаровательно, - чуть устало улыбнулся золотой дракон.

И тут произошло нечто, что до глубины души поразило всех собравшихся вокруг, а Диану - оскорбило. Ррадригар одним лишь взмахом своей большой мужской ладони рассеял Дианин фаербол, как будто это был "светлячок" первоклашки.

- Однако в инцендиуме применяются особенные снаряды, созданные специальным заклинанием, - продолжал говорить дракон, как ни в чем не бывало. - На них не действуют никакие внешние силы: ни чужая магия, ни даже притяжение. Фаерболы должны реагировать только на прямой физический контакт: с игроком или же с водой.

Фрэниар поднялся со скамьи и, подав руку, помог то же самое проделать Фейрвуд. Агнес не ожидала от любителя змей такой галантности, а потому далеко не сразу оперлось на предложенную ладонь. Затем девушка и эльф подошли к нам.

- Я бы хотел сыграть, - произнес Илбрим тихо, но твердо.

Его решимость поразила Агнес. Некромантка взглянула на товарища, удивленно хлопая густо накрашенными ресницами. Намотав на пальчик локон своих платиновых волос, девушка ненадолго задумалась, прикусив губку, но в итоге все же выдала:

- Ну... если все согласны, то и я...

Кстати, обо "всех". А куда подевался Райдер?

Я огляделась вокруг, выглядывая растрепанную рыжую шевелюру.

- Искали? - оборотень неожиданно появился по левую руку от меня, примчавшись на сумасшедшей скорости и предварительно обдав потоком холодного воздуха.

В руках юнец держал три разных полетных устройства: две метлы (одна из них рассчитанная на двоих) и трость. Редко увидишь подобные предметы в нашем городе. Откуда он их взял?

- Попросил у зрителей! - объяснял Ульфрих, раздавая метлы друзьям. Одну метлу выпало делить Фрэниару и Агнес. Причем все дружно решили, что некромантке лучше вообще не прикасаться к фаерболу - мало ли чего она опять неправильно наколдует. - Кое-кто добирался до озера из дальних деревень. Не на своих двоих же десятки километров ползти.

Диана, примеряясь к полученной трости, заметила, что оборотню летательного устройства не хватило.

- А как же ты?

Райдер самодовольно ухмыльнулся и демонстрационно взмыл воздух без помощи каких-либо приспособлений.

- Справлюсь сам! - был его ответ.

Мне такое решение разумным не показалось. На мой взгляд, не следовало тратить магическую энергию на левитацию, тогда как она может понадобиться для других целей. Да и держать концентрацию на протяжении всего матча и беспрестанно вносить коррективы в заклинание - все это накладывает дополнительные трудности. Впрочем, пусть поступает, как заблагорассудиться. В конце концов, не думаю, что они будут играть долее получаса.

- Ну что, готовы? - воскликнул Райдер с широкой улыбкой.

Ответом ему было нестройное "Эм... да-а".

Отломив у ближайшего дерева пару сучьев, оборотень снабдил ими своих товарищей. Надеюсь, нам потом не влетит за нанесение вреда муниципальным насаждениям. Ульфрих спокойной и уверенной походкой приблизился к команде соперника, намеренно игнорирую демона, и протянул Кэтрин ветку. Девушка недоуменно взглянула на друга, но встретившись с ним глазами, тут же пала жертвой его умоляющего взгляда. Не задав ни единого вопроса, магичка наколдовала на палке Райдера слой льда, причем так щедр, что теперь создавалось впечатление, будто отбивать фаербол юноша собрался сосулькой.

- Кажется, можно приступать, - произнес Ррадригар с улыбкой и, нашептывая какие-то неизвестные мне слова, стал водить руками по воздуху, создавая будущий снаряд для игры.

Фаербол золотого дракна рождался дальше, чем любой из когда-либо видимых мной. Но три минуты спустя, получившийся в итоге огненный шар, вопреки ожиданиям, не поражал размерами. Он едва ли был больше моего кулака. Надо признать, что кулаки у меня немаленькие, и все же, если маги огня колдовали, обычно они делали это с размахом: если фаербол, то как минимум с человеческую голову. Во всем остальном получившийся у Ррада шар мало чем отличался от своих собратьев.

Дракон осторожно убрал руки, и полыхающая ярко-оранжевая сфера осталась висеть в воздухе, чуть подрагивая. Эгерэ подошел и взял ее в ладонь. Вот так запросто - протянул руку и загробастал своей пятерней. Шар продолжал гореть, а демон даже в лице не изменился, будто держал яблоко, а не сгусток огненной магии. Похоже, правду говорят о жителях Пещерных Земель, будто они привыкли в кипящей лаве, как в море купаться.

- Это особый фаербол. Он всегда полетит в том направлении, куда вы его направили, и на количество метров, пропорциональное силе удара, который вы нанесете, - отчеканил Нефас.

И в подтверждение своих слов легонько подбросил сферу. Та взлетела на полметра вверх и замерла над нашими головами, даже не думая падать.

- Невероятно! - пролепетала Мери. На ее лице отразилось нескрываемое восхищение. Да и по толпе собравшихся зрителей пробежал шепоток удивления.

- Так что о силе ветра, гравитации и прочих бесполезных вещах можете даже не думать, - продолжал лекцию Эгерэ. - Все, что вам нужно принимать во внимание - это с какой силой и под каким углом, необходимо наносить удар. Это понятно?

В голосе демона звучал такой сарказм, что, казалось, он сам для себя уже свято уверовал, что такие элементарные вещи для плебеев, подобных нам, понятны быть не могут ни при каких обстоятельствах. Но студенты дружно закивали. Вернее, не совсем дружно. Райдер, скрестив руки на груди, только пренебрежительно фыркнул.

Однако Нефаса утвердительные кивки детей не убедили.

- Еще раз объясняю: на фаербол не действует ни-че-го. Он летит только тогда, когда ему заданы силы и направление! Во всех остальных случаях случится это...

Эгерэ протянул руку и, легонько подпрыгнув, вновь схватил огненный шар. А затем внезапно мужчина, резко замахнувшись, что есть силы бросил фаербол в землю. Ребята с испуганным вскриком отскочили (все, кроме Райдера, естественно, тот снова презрительно фыркнул). Однако вопреки всякой логике шар не взорвался, не потух, не разлетелся на сотни маленьких светлячков. Более того, он даже не отскочил, подобно мячику! Он просто остался лежать на тонком слое стоптанного снега, продолжая жарко пылать. Медленно но верно вокруг огненного сгустка образовалась лужа талой воды, и фаербол с протестующим шипением погас.

- Кто мне может объяснить, почему он не отскочил? - строго спросил Нефас и обвел всех собравшихся мрачным взглядом.

Теперь я примерно представляю, как проходят у демона уроки. "Вы видите перед собой мертвого студента. А теперь, кто может объяснить, за что я его убил?"

Ох, нет, нехорошо смеяться в такой момент! Мой хохоток вызвал нежелательное внимание со стороны преподавателя демонического. Сейчас протянет с усмешкой и плохо скрываемой издевкой: "Орлиани?" Мол, как зеленому невежественному троллю, да еще и бабе, понять такую тонкую материю, как физика магических объектов. Спрашивается, зачем тогда было судьей вообще назначать?

Но я ему сегодня позлорадствовать не дам. Уж на такой элементарный вопрос я ответить в состоянии. Я встретила взгляд демона, с вызовом вскинув подбородок, даже приосанилась немного. Но ожидаемого вопроса не последовало. Вместо этого Эгерэ едва заметно ухмыльнулся одними уголками губ и резко отвернулся. Похоже, и у меня позлорадствовать не получится. Он это специально!

- Сойер? - обратился Нефас к отличнице.

Мери сперва вздрогнула, но, вытянувшись в струнку, как у доски, оттараторила:

- Потому как от земли снаряд не получил импульса движения и направления!

Демон только хмыкнул. Подцепив краем сапога едва тлеющий уголек, совсем недавно бывший огненным шаром, мужчина пнул его так, что тот прилетел точнехонько к Ррадригару. Дракон воспроизвел несколько пасов руками (на этот раз наложение заклинания заняло намного меньше времени), и игровой снаряд вновь запылал, готовый к началу матча.

- Тогда вперед? - спросил Эгерэ. Но в его тоне было меньше вопроса и больше призыва к действию. - Мы и так слишком сильно затянули.

Я не могла отказать себе в удовольствии отметить, как мужчина постоянно морщился и съеживался, стоило холодному зимнему воздуху коснуться его темной кожи коснулся. Но вот Нефас расправил свои огромные черные крылья, и холодным воздухом обдало уже нас. Демон воспарил в небо, закрыв от нас на несколько мгновений солнце. Ррад последовал примеру друга.

Крылья дракона выглядели меньше демонических, но, на мой взгляд, смотрелись куда более роскошно: золотого оттенка и столь тонкие, что казались полупрозрачными. А еще Ррадригару, в отличие от Эгерэ, не пришлось обнажаться по пояс. Со спины на белой рубашке дракона обнаружились аккуратные прорези, которыми мужчина и воспользовался, осторожно расправив крылья.

А вообще в Союзе немало крылатых жителей. Удивительно, как современные портные никак не выпустят для таких клиентов модную и удобную одежду, учитывающую особенности анатомии. Хотя в случае драконов, что-то мне подсказывает, крылья - скорее прихоть, нечто вроде хвоста Райдера. Недаром я никогда ранее не замечала их у господина Орума, или хотя бы валиков на спине.

Когда Ррадригар взлетел, его примеру последовала и Кэтрин. Лэндон оседлала выданную ей метлу и кокетливо попросила Райдера помочь разобраться с управлением.

Конечно же, оборотень не мог отказать девушке. Парень подошел к подруге и в двух словах объяснил основные принципы. Водяная слушала вполуха, больше норовя покрасоваться перед собеседником изящными ногами (они как раз маячили у него перед самым носом, после того как их хозяйка взлетела на полтора метра от земли). Я ожидала, что оборотень обязательно оценит усилия девушки и отсыпет парочку комплиментов, это было бы очень в его духе. Но Ульфрих говорил, хотя и крайне доброжелательно, но исключительно по делу. А закончив объяснять, и вовсе подтолкнул метлу так, что та понеслась ввысь совершенно неожиданно для наездницы. Кэтрин взвизгнула от страха и погрозила Райдеру кулачком. Тот лишь звонко рассмеялся в ответ и из глубокого приседа прыгнул вверх. Так высоко, что едва не сбил Ррадригара, парящего метрах в пяти над землей. Дракон, однако, успел в последний момент увернуться и принял извинения Ульфа со снисходительным кивком.

Меня никогда не перестала удивлять магия Райдера. Не столько сами заклинания, они стандартны, парочкой даже владею и я, а то, как он ими пользуется. Объединить силу, скорость и левитацию просто для того, чтобы покрасоваться перед толпой! Это так театрально... и очень умно одновременно. А еще - в высшей степени энергозатратно.

Я покачала головой, демонстрируя студенту свое отношение к излишней показухе, когда он приветственно помахал мне, пролетая мимо.

Фрэниар тем временем помог устроиться Фейрвуд позади себя на метле. Взлетел же он с места так резво, что блондинка испуганно завизжала и обхватила партнера за талию так, словно он был бревном, а она - утопающим. Таланты пилота обычно медлительного эльфа меня, отчего-то, не удивили. Возможно, я слишком устала поражаться мыслям и действиям своих учеников.

Диане и Мери потребовалось еще несколько минут, чтобы разобраться со своими летательными аппаратами. И если к огневичке подошел непосредственно сам хозяин трости, чтобы объяснить принцип ее действия, то Сойер постигать науку полета пришлось самостоятельно. Но недаром девушка училась на теоретическом факультете - с горем пополам, но справилась.

Мери присоединилась к парящим над озером друзьям последней. К тому времени все уже выстроили некое подобие круга, в центре которого в воздухе висел неподвижный фаербол.

Нефас приказал Кэтрин подняться выше, тогда как сам занял позицию практически у самой воды. Носки его сапог почти касались льдин, плавающих в озере. Ррадригар устроился по правую сторону от приятеля несколькими метрами выше.

Райдер выбрал позицию наверху и не сводил пристального взора с огненного шара, готовый в любой момент рвануться вперед. Остальные ребята выбрали себе позицию подальше и пониже, рассредоточившись кто где. Убедившись, что каждый моральный подготовился, я скомандовала начать матч.

Я в своей жизни видела несколько профессиональных матчей. Инцендиум - эта игра, у которой в современном обществе нет аналогов. Она по-настоящему захватывает. Но боюсь, из меня не самый лучший комментатор, а потому многие нюансы поединка, которые заставляли зрителей на берегу замирать от волнения и визжать от восторга, я передать просто не смогу.

Так получилось, что я никогда не видела, как играют чемпионы. Однажды в Глиссе мне даже удалось посмотреть финал чемпионата мира. В нем победили какие-то рыцари на крылатых лошадях. Сейчас и не вспомню, какую страну они представляли. Зато с уверенностью магу сообщить, что Чемпионский Кубок они проиграли.

Инцендиум не очень популярен в Имперском Союзе, поэтому далеко не все из вас могут понимать, к чему я сейчас клоню. Объясню в двух словах.

Чемпионат мира, в котором принимают участие команды разных стран, определяет не победителя всего турнира, а лишь претендента, того, кому будет даровано право вступить в сражение за главный приз - Чемпионский Кубок - с сильнейшей командой прошлого года. Таким образом, победитель предыдущих лет за год проводит лишь один официальный матч. Проходили десятилетия, менялись правители и целые эпохи. А чемпион фаербола оставался неизменным - команда империи демонов. По мне так, ничего удивительного. Уж к одной игре в год можно подготовиться.

Мне объясняли, что я в корне неправа. Уровень игры демонов в свою национальную игру столь высок, что ни одной другой расе никогда не удасться приблизиться к ним. Я относилась к подобным заявлениям скептически, поскольку сама являла собой пример того, как бывают ошибочны стереотипы. А своими глазами, как было сказано ранее, я игры чемпионов ни разу не видела...

И вот сегодня мне представилась уникальная возможность наблюдать настоящего демона в деле. До этого момента я могла поклясться, что Нефас не мог быть профессиональным спортсменом. Иначе что бы он забыл в нашей академии? Но то, с какой уверенностью и легкостью играл Эгерэ, посеяло в меня зерно сомнения.

Прежде всего необходимо отметить, что наносил демон удары по фаерболу голыми руками. Он обращался с пылающим шаром так, будто это был обычный кожаный мячик, которым мальчишки перекидывались во дворе. Неуловимым движением кисти мужчина отправлял снаряд в совершенно неожиданном для соперников направлении. И передвигался Нефас по воздуху так быстро, искусно маневрируя между растерявшимися студентами, что угнаться за ним не представлялось возможности.

Его товарищ Ррадригар тоже играл голыми руками, что в его случае как раз мало удивляло. Дракон летал значительно меньше и все больше получал пасы от друга и отдавал обратно. Студенты же в свою очередь даже толком не разобрались со своими летательными устройствами. Метлы - не самый модный аксессуар, откуда современной молодежи знать, как с ним обращаться. Молодые люди едва успевали повернуться в сторону фаербола, как кто-то из соперников тут же мощным ударом направлял его в совсем другое место. Ради справедливости надо заметить, что у Кэтрин дела тоже не ладились. Нефас с Ррадом не позволяли ей касаться снаряда.

Не прошло и пяти минут с начала матча, а команда Эгерэ уже вела восемнадцать - ноль. Я едва успевала засчитывать голы. Моя роль в качестве судьи оказалась не велика. Неудивительно, что Эгерэ не боялся, что я буду подсуживать своим ученикам. Он просто не был намерен давать им добраться до фаербола. Ребята злились, но ничего не могли сделать.

Единственным, кто еще продолжал сражаться и оказывал попытки сопротивления, был (тут следует тяжелый вздох) Райдер. Конечно, а кто же еще? Юноша не раз признавался, что никогда не сдается. И сейчас в правдивости его заявлений могли убедиться не только его товарищи, но собравшиеся зрители. Люди на берегу столь отчаянно поддерживали оборотня, что, казалось, это придавало ему дополнительных сил.

Ульфрих летал ничуть не медленней демона. Думаю, не погрешу против истины, если скажу, что скорость передвижения оборотня по воздуху была значительно выше, чем у Эгерэ и тем более Ррадригара. Да и движения значительно резче. Все благодаря профильным заклинаниям "атлета". Но неоспоримое преимущество Нефаса было в том, что у него не было необходимости колдовать. Мужчина просто выжидал мгновение, когда студент замирал, чтобы обновить заклятие и задать новую траекторию левитации. Тогда демон пользовался моментом и перехватывал снаряд.

Ульфрих злился, бросался в погоню и совершал много бесполезных телодвижений, только впустую тратя драгоценную ману.

Очередной сгусток огненной магии, царапнув льдину, сгинул в холодной воде озера после мощного удара Эгерэ. Под едва слышное шипение уголька я объявила счет: девятнадцать - ноль. Ррадриагр уже создавал новый фаербол, когда ко мне спустилась Диана.

- М-да, это оказалось значительно сложнее, чем я думала, - пробормотала Диана.

На лице магички отражались тяжелые раздумья. Она же тоже уступать терпеть не могла, особенно в чем-то, связанном с огнем. Забить хотя бы гол являлось, наверное, для нее делом принципа.

- Можешь нам как-нибудь помочь? - поинтересовалась подруга.

Я с сомнением покосилась на озеро. Летать над ним, рискуя свалиться в воду, совсем не хотелось. Я вам гарантирую, что выплыть самостоятельно я не смогу, а сможет ли меня кто-нибудь достать со дна - большой вопрос...

- Не смотри с таким ужасом на озеро, я тебе не купаться предлагаю! - хохотнула Диана. - Я о... другом. Наверняка же у этого вашего инцендиума какие-то особые правила есть.

Я нахмурилась и покачала головой. Правила, нарушение которых наказывались переходом хода и даже удалением игрока с площадки, безусловно существовали. Но пользоваться ими ради того, чтобы уровнять игру, я не собиралась.

- Эх, теперь я, вроде как, выгляжу в твоих глазах злодейкой? - рассмеялась Вест. - Ладно-ладно, я просто поинтересовалась.

И Диана взмыла воздух. Кажется, она уже достаточно комфортно ощущала себя "в седле". Чего не скажешь об остальных ребятах. Мери так и вовсе судорожно вцепилась в черенок метлы, словно от крепости захвата зависела ее жизнь. Хотя... я еще раз взглянула на воду и вздрогнула... действительно, зависела.

- Всем собраться! - объявила я, когда Ррад в двадцатый раз поместил фаербол в пяти метрах над озером.

Райдер уже был там, пылающий похлеще огненного шара. Каких только усиливающих заклятий парень не наложил на себя! Пожалуй, среднестатистический студент уже бы истратил все свои магические силы. Судя по веревочке, выглядывающей из-за ворота оборотня, энергонакопитель при нем был. Но надолго ли его хватит?

Все игроки заняли свои позиции, кроме Сойер. Девушка, заметив, что задерживает остальных, "пришпорила" свою метлу. То ли летательному устройству не понравилось подобное отношение, то ли виновата врожденная неуклюжесть Мери, граничащая с невезучестью, но метла рванулась вперед так резко, что просто вылетела из-под хозяйки.

Все это происходило за спинами ребят, до которых Сойер не успела добраться, а потому помочь своему товарищу по команде они просто не могли. Соперники же располагались по другую сторону от фаербола и были слишком далеко. Казалось, я была единственным свидетелем произошедшего с ученицей несчастья. И она, и я едва успели ахнуть.

Рефлекторно зажмурив глаза, я уже представляла, как девчушка падает в ледяную воду или вовсе ломает себе шею, распластавшись на льдине. А ее косички ложатся так, что образую трогательный контур нимба над светлой головкой.

Глупая это была затея! Надо было запретить детям идти на поводу у демона и играть в столь опасную игру!

Я решилась открыть правый глаз (сперва только один), когда поняла, что не слышу ни всплеска воды, ни хруста переломанных конечностей. Более того - не раздавалось даже стонов, визга и всеобщего плача.

Первым делом я осмотрела поверхность озера. Ни на одной из плавающих льдин Мери обнаружено не было. Только после этого я решилась открыть и левый глаз тоже и перевести взгляд в небо.

Увиденное поразило меня. Хвастаясь обеими руками за пояс, Мери отчаянно пыталась не выпасть из юбки. Потому как именно за эту деталь одежды ее держал Нефас. Девушка, согнувшись пополам, беспомощно болтала ногами. Очки решили выразить недовольство тем, как обращаются с их хозяйкой, демонстративно сползя с носа и гордо скрывшись в пучине. Демона, однако, удобства Сойер интересовали мало. В данную секунду он куда больше походил на похитителя невинных девиц, чем на их спасителя. Примерно так в книжках с картинками изображали злодеев, в своих когтистых лапах уносящих прочь прекрасных принцесс.

Но несмотря на столь бесцеремонное с собой обращение, Мери не возмущалась. Более того, мне послышалось, что Сойер демона благодарила. Я могу понять раз, могу понять даже три. Но без остановки, скороговоркой, пока тебя тащат, как ковер на чистку? Впрочем, я могла и неправильно расслышать. А вдруг она ему анекдоты рассказывает, например?

Норовившую улизнуть метлу студентки поймал Райдер. Он даже не видел, что в него что-то летит, но благодаря своим сумасшедшим рефлексам умудрился не просто уклониться, но и поймать злосчастное летательное устройство за самый край помела. А не обнаружив на нем наездницу, наверное, очень удивился. Обернулся Ульфрих примерно тогда же, когда я открыла глаза, а потому имел честь лицезреть уже описанную мною выше картину.

Нефас подлетел к оборотню и молча отобрал у того метлу, которую тут же всучил Мери, продолжавшей осыпать спасителя словами благодарности. На этом демон посчитал свой преподавательский (или какой там еще) долг законченным и отлетел в сторону, оставив Райдера помогать Сойер усесться как следует.

Вся эта сцена заняла по времени едва ли больше минуты. Зрители на берегу даже толком не успели ничего понять. И хотя во мне произошедшее поселило сомнения целесообразности продолжения матча, все участники высказали твердое желание играть. Даже Мери.

Ничего не поделаешь, пришлось подчиниться. Я ожидала, что Нефас опять легко завладеет снарядом и, отдав пас Ррадригару, третьим ударом легко отправит фаербол заканчивать свое короткое существование в водах озера. И сценарий действительно начал было повторяться.

Но кое-что все же изменилось. И говорю я сейчас не о зависшей в воздухе летающим (и одновременно неподвижным) истуканом Сойер (она и в предыдущие девятнадцать розыгрышей не стремилась бороться за право первого удара). Хотя не исключаю, что девочка пока еще не отошла от шока.

Гораздо больше поразил меня тот факт, что Райдер в этот раз не устремился первым к фаерболу. Он вообще не тронулся с места, замерев, будто заколдованный василиском (впрочем, не очень удачное сравнение, парализованные данным видом нежити субъекты левитировать не в состоянии). Вместо того чтобы сражаться с демоном за право нанести удар по огненному шару, как раньше, Ульфрих просто пристально следил за тем, как Диана и Илбрим безуспешно пытаются предугадать траекторию паса Эгерэ и осуществить перехват.

Нефас лишь ухмылялся. Поведение оборотня, на взгляд демона, означало только одно: парень сдался. А если так, то главный соперник самоустранился. Прочие игроки не представляют ровно никакой опасности ни его с Ррадом команде, ни итоговому результату. Можно поразвлекаться и малость их подразнить.

И нет, я не балуюсь Запретной магией, я просто предположила, что именно так Нефас и подумал. Могла ли я ошибиться? Легко! Нельзя исключать возможности, что в этот момент он вспоминал, какие смешные анекдоты ему травила Сойер две минуты назад... Но вы сами в это верите?

Само собой разумеется, первым до фаербола добрался Эгерэ. Взяв в ладонь пылающий шар, демон замер. Можете приписывать его кривую ухмылку эффекту от анекдотов, а можете, как и я, излишней самоуверенности.

Диана притормозила трость в нерешительности. Она пыталась вычислить, куда противник отдаст пас. Логика подсказывала, что направо - Ррадригару. Но приятели не ограничивали себя в передвижениях по воздуху. Они могли отправить снаряд в любое место площадки и спокойно к нему подлететь. Ведь они, в отличие от соперников, были способны взять фаербол непосредственно в руки. Тогда как Диана и компания могли лишь отбивать его палками. И осуществить пас с "биты" на "биту" - то еще искусство. Особенно, когда не имеешь представления, где у шара, не поддающегося гравитации, центр тяжести. А если этого центра и вовсе нет, то как высчитывать траекторию полета? Все эти вопросы естественным образом возникают во время первой в жизни игры. Но вот только давать на них ответы никто не собирался.

В конце концов Диана решила, что так или иначе стоит закрывать Ррадригара. В любом случае пас будет предназначаться ему. В крайнем случае всегда можно будет попытаться обогнать дракона в погоне за снарядом. Шансы на это ничтожны, но они все-таки есть.

Метла Фрэниара, утяжеленная весом двоих, на скорость рассчитывать не могла. Поэтому эльф занял позицию, противоположную той, что выбрала Диана, закрывая тем самым вторую половину поля. И только Райдер не шевелился. Он даже не наблюдал за перестроениями товарищей, не сводя тяжелого взгляда с Эгерэ.

С лица демона не сходила усмешка. Дождавшись, когда все дети разлетятся по местам, даже Мери притормозит свою метлу где-то за спиной у Ррада, Нефас сделал нечто совершенно неожиданное - он отдал пас Кэтрин! Он просто подкинул фаербол вверх, туда, где всю игру бесцельно слонялась магичка воды. От безделья она даже начала создавать из своей палки произведение искусства: выводила всевозможные узоры на обледенелой поверхности. Подобной щедрости со стороны своего товарища по команде девушка и сама не ожидала. В первые мгновения, когда горящая сфера возникла у нее перед носом, Кэт ужасно испугалась. Но визг ее был недолгим и не таким уж громким. Девчонка достаточно быстро взяла себя в руки, быстро сориентировавшись в ситуации. Поудобнее перехватив свою "биту", Лэндон нанесла удар. Судя по всему, она планировала отправить фаербол Ррадригару. Только вот полетел снаряд совершенно в противоположную сторону, и вместо того, чтобы спуститься вниз, к дракону, устремился еще выше в небеса.

К оказавшемуся совершенно свободным фаерболу метнулись все. Особенно азартно в погоню включилась Диана. Она не просто пыталась опередить конкурентов, нет. Она их подрезала! Эгерэ был даже шокирован наглостью девчонки, когда внезапно перегородила ему траекторию полета. Но замешательство его было недолгим. Нырнув под тростью наглой девицы, демон продолжил полет. Тогда Вест сосредоточила все сое внимание на Кэтрин. И, похоже, "заклятые подружки" увлеклись взаимными пиханиями локтями под дых куда больше, нежели собственно игрой.

Случилось так, что фаербол остановился всего в нескольких метрах от Мери. Причем Сойер находилась к нему ближе, чем Ррадригар, позицию за спиной которого девушка занимала. Но то, что золотой дракон летает намного быстрее, ни у кого сомнений не вызывало. И все же Мери решила рискнуть.

Девушка развернула метлу и устремилась к одинокому фаерболу. Оны слышала шелест крыльев своего преподавателя и буквально ощущала его дыхание у себя за спиной. И тут Сойер почудилось, будто на несколько секунд солнце скрылось за тучами. Это была тень дракона, решившего обогнать соперницу поверху. Мери вскинула голову и на мгновение залюбовалась красивой атлетичной фигурой мужчины ее мужчины. Но наша верная отличница тут затрясла головой, отгоняя неуместные мысли и возвращаясь к реальности.

Теперь становилось совершенно очевидным, что опередить Ррадригара не получится. И умница Сойер принимает неожиданное, но единственно правильное в такой ситуации решение. Если заполучить фаербол раньше соперника не получается, значит, надо сделать так, чтобы его не получил никто.

Мери остановила Ррадригара! Как провернуть подобный трюк в игре, в которой атака участников без снаряда строго запрещена? Если вы девушка, периодически страдающая от нелепых и неуклюжих падений, - легко!

Сойер резко развернула метлу, в результате чего она резко накренилась вбок, норовя в очередной раз сбросить свою временную хозяйку, как необъезженная кобыла наездника. И повалилась девушка как раз на дракона. Тот просто был вынужден вытянуть руки и поймать в них легкое девичье тело. Иначе равновесие рисковал потерять и сам Ррад. Все было инсценировано выше всяких похвал! Ни один судья не придерется. А поскольку судья я (лицо, что уж скрывать, заинтересованное), то могу вас уверить, нарушения правил зафиксировано не будет.

Все же Мери - гениальный стратег. Всего доля секунды на принятие решения, мгновение - на организацию, и в итоге - ситуация из проигрышной превращается в не такую уж безнадежную: Илбрим с Агнес добрались до фаербола раньше всех!

Но все мои комплименты в адрес студентки Сойер легитимны только в том случае, если ситуация действительно обстояла так, как представила ее я. А не очередное неуклюжее падение на ровном месте...

Фрэниар тем временем тормозил метлу непосредственно у огненного шара.

- Бей! - резко скомандовал он Агнес.

Сам эльф обе руки держал на древке летательного устройства, потому как его соседке постоянно казалось, что они начинают падать, стоило юноше разжать хотя бы одну ладонь.

Некромантка дрожала от страха и сжимала пальчики у основания палки так, что костяшки побелели. Фейрвуд была бы рада, если бы вообще к данному сгустку огненной магии не приближалась, но окрик Илбрима испугал. А потому блондинка послушно нанесла удар по фаерболу...

И тут же испуганно вскрикнула. Деревянная палка, служившая девушке в качестве биты, вспыхнула от одного прикосновения с магическим снарядом как спичка. Агнес резко разжала пальцы, и горящая палка упала вниз. Где, приземлившись на одну из льдин, благополучно потухла.

- Ты что творишь?! - набросилась на Фейрвуд только что подлетевшая Диана. - Ты почему не заморозила ее? Ты серьезно собиралась бить по фаерболу деревом?! Почему сразу не спичкой?!

Некромантка съежилась под гневным взором огневчики и спряталась за широкую спину Фрэниара.

- Не ругай ее, - неожиданно встал на сторону блондинки эльф.

Он говорил плавно, растянуто и как-то безэмоционально. То ли юноша хотел защитить Агнес, то ли успокаивал Вест, намекая, что есть дела куда более насущные, чем читать для некромантки лекции об огненной магии. Диана цыкнула, махнула рукой и полетела к Эгерэ, который воспользовался всеобщей шумихой и умыкнул оставшийся бесхозным фаербол.

Райдер наблюдал происходящее все там же: не сдвигаясь с начальной позиции. Теперь она находился гораздо ниже всех. Основное действие развивалось более чем в десяти метрах над головой оборотня. Ульфрих не предпринял никаких попыток прорваться к фаерболу ни тогда, когда его команда заполучила снаряд, ни тогда, когда она его лишилась. Он продолжал неподвижно смотреть со стороны.

Тем временем наверху Эгерэ решил, что розыгрыш затянулся. Доверив второе касание Рраду, демон красивым финальным ударом отправил снаряд лететь в озеро.

Однако фаербол не достиг воды. У самой ее кромки огненный шар встретил Ульфрих...

Пока снаряд летел вниз, оборотень преодолел те несколько метров, что отделяли его от места, где фаербол должен был приземлиться. Райдер воспользовался тем, что преодолеть снаряду пришлось немалое количество метров, и магические способности юноше помогли ему оказаться в нужное время и в нужном месте.

Ульфрих, находясь практически в вертикальном положении, отбил фаербол своей битой так сильно и так точно, что тот оказался прямо перед Дианой. Магичка резко протянула руку, собираясь взять огненный шар, как это делали демон и дракон до нее, но ахнула от неожиданности, вдруг ощути жар и резкую боль.

- Я и забыла, каково это, когда огонь жжется, - пролепетала Вест, облизывая пострадавшие подушечки пальцев.

- Не пытайтесь понять, юная леди, - грустно улыбнулся Ррадригар. - Это иное заклинание, не похожее на вашу огненную магию. Вы не знаете его формулы, а потому не сможете им управлять.

Сказанные драконом слова заинтересовали Диану. Девушка хотела приглядеться к фаерболу поближе, но Эгерэ помешал ей в этом. Демон вновь завладел снарядом.

- Мы слишком заболтались! - с этими словами Нефас отдал пас Кэтрин.

На этот раз водная магичка была готова и отправила фаербол обратно Эгерэ вполне приличным ударом. Демон попытался затушить огненный шар в дальнем углу озера. Непредсказуемо. Но фаербол летел слишком долго. Райдер вновь его отбил.

- Умно! - сдержанно похвалил Нефас, снижаясь к оборотню. - Но один в поле не воин. Вы не можете вечно собирать чужие шары. Кто-то должен и забивать.

Ульф на этот раз отправил огненный снаряд Мери. Но его перехватил Ррад.

- Инцендиум - командная игра, - продолжал Эгерэ. -Так покажите же мне, наконец, чего стоит ваша команда.

Пылающий взор Райдера встретился с насмешливым взглядом демона. В это мгновение к мужчинам опустился фаербол.

- Неф! - окликнул друга Ррадригар. Именно от дракона пришел этот пас.

И вдруг Ульфрих ударил по снаряду с такой силой, что лед на его бите растаял наполовину. И фаербол потух.

Да, Райдер специально утопил фаербол.

- Хм... Хочу напомнить, что вы должны нанести как минимум три удара, - хохотнул демон. - Так что, двадцать - ноль.

Райдер отбросил пострадавшую палку и начал разминать кулаки.

- Сто одно очко, - прошипел оборотень так тихо, что я едва услышала. А ведь они парили в воздухе совсем недалеко от меня.

Эгерэ вскинул бровь:

- Все еще беспокоитесь об этом? Ррад же уже пообещал: играем без ставок.

И демон собрался улетать. Тогда оборотень выпалил:

- Если мы наберем сто одно очко, вы уберетесь из академии!

Я ахнула, причем так громко, что привлекла внимание остальных членов команды. Они только сейчас заметили, что внизу, у воды, что-то происходит.

Эгерэ вновь спустился к Райдеру.

- Надо же, какой отчаянный юноша, - и снова его фирменная кривая ухмылочка. - А если сто одно очко набираем мы, то вы снимаетесь с турнира!

Оборотень с вызовом встретил взгляд демона.

- В таком случае я снимусь, - подтвердил юноша, интонационно выделив местоимение, и неожиданно добавил достаточно легкомысленно. - Но ведь вы не наберете.

Столь резкий переход от сдержанных угроз к шутливому тону сбил с толку не только меня. Нефас также нахмурился и задумался.

- Вы много на себя берете, юноша, - заявил демон мрачным голосом.

Вот они и поменялись местами. Теперь Райдер улыбался, а Эгерэ выходил из себя. Я бы предпочла, чтобы Ульф демона не злил. Нефас в гневе - последнее, что нам сейчас нужно.

- Ррад, - окликнул товарища демон. Голос его казался спокойным, но воздух разве что не звенел от напряжения. - Готовь мяч.

И Нефас отлетел к своей команде. Райдер же спустился ко мне на берег.

- Я хотел уточнить, - говорил юноша, закатывая рукава. - Передвигаться с фаерболом нельзя. А атаковать снаряд можно в любое время?

Я не удержалась и хихикнула:

- Да, Райдер, игрока с фаерболом атаковать можно.

И оборотень улыбнулся. Так, как и должны улыбаться оборотни: зловеще и плотоядно.

- Это все, что я хотел спросить, - произнес Ульфрих... и сунул свои голые кулаки в ледяную воду.

Я взвизгнула от неожиданности и принялась вразумлять сумасшедшего.

- Что вы творите?! Студент Райдер, прекратите немедленно! - взывала я к голосу разума оборотня, предпринимая попытки оттащить юношу от края берега. Но это не так-то просто, скажу я вам. Настоящий "атлет" - это не хрупкая принцесса, да и я - далеко не принц-силач.

Ульф вынул руки только минуту спустя. В результате его манипуляций кулаки юноши покрылись тонким неровным слоем льда.

- Не пугайтесь так, - мягко улыбнулся оборотень и невинно захлопал глазками. - В основе тоже поддерживающая магия. Просто холод придется потерпеть чуток.

И правильно, чего беспокоиться? Руки синего оттенка у парня, чьи кулаки - его основной инструмент, - ничего особенного!

- Ульф! Ты там скоро? - позвала товарища Диана.

Откликнувшись на зов огневички, Райдер устремился в воздух - туда, где его уже ждали другие игроки. В том числе никак не перестающий хмуриться Эгерэ.

- Ил, займи позицию наверху, - внезапно скомандовал Ульфрих еще на подлете. - И возьми биту. Агнес, править метлой будешь ты.

Некромантка испуганно уставилась на двухместного зверя у себя под попой (а находилась она в дамском седле), но спорить с оборотнем не решилась. Фрэниар наконец-то смог воспользоваться заранее заготовленной обледенелой палкой. Нанеся пару воображаемых ударов, эльф обнаружил, как легко управляться с битой, сидя именно впереди.

- Я так понимаю, мне вниз? - понимающе хмыкнула Диана и, дождавшись кивка Ульфа, отправилась на позицию, какую еще совсем недавно занимал сам Райдер. Юноша же продолжал расставлять членов команды по позициям:

- Мери, встань за спиной Орума! Да не так близко! Отлети на пару метров!

В итоге, когда все заняли свои места, Райдер и Эгерэ встали друг напротив друга. Между ними была только пылающая сфера фаербола.

- А теперь мы продемонстрируем вам, какая у нас команда, - загадочно усмехнулся Райдер и крикнул так, чтобы его слышали все: от Илбрима наверху до Дианы внизу. - Вперед ребята!

И это послужило сигналом к началу розыгрыша. Первым до фаербола добрался демон. Ульфрих чуть помедлил на старте. Должно быть, все-таки сказались последствия его более чем странных ванн. Эгерэ через плечо отправил слепой пас Ррадригару, рассчитывая, что друг его легко поймает. Так и произошло. Мери находилась слишком далеко, чтобы как-то воспрепятствовать этому. Но она смело вклинилась на пути гипотетической передачи снаряда от дракона демону, грудью загородив обзор Ррадригару. И в прямом, и в переносном смыслах.

Господин Орум, похоже, осознал, что тактическая схема "А" нашей команды может быть довольно опасной, и решил не рисковать. Он бросил пас Кэтрин. Та отбила фаербол, но его с легкостью перехватил Фрэниар. Вот только из Агнес на заднем сиденье - возница так себе, и в ключевой момент метла неожиданно дернулась, в результате чего удар получился неудачным. Фаербол полетел прямиком в воду. Там невероятным чудом его успела отбить Диана.

Подвиги моих ребят на площадке не могли не возбудить начавшую было скучать публику. Каждое движение студентов было встречено приветственным гулом. А "сэйв" Вест - и вовсе громогласными аплодисментами.

У Дианы не было другого выхода, кроме как пасовать Райдеру. Илбрим и она сама - всего два касания. Необходимо третье, прежде чем тушить в воде. И Вест отбила снаряд вверх.

Фаербол замер совсем недалеко от Ульфа. Юноша не спеша подлетел к снаряду и встал так, чтобы видеть Нефаса.

- У вас такое выражение лица, юноша, будто вы хотите что-то сказать, - хмыкнул демон.

Похоже, к нему возвращалась прежняя язвительность.

- Ну не при дамах же! - в тон ему ответил Райдер.

И тут, наконец, стало ясно, зачем замораживал свои кулаки оборотень. Юноша коснулся костяшками пальцев фаербола - голыми, совсем как демон с драконом - и тихонько подтолкнул его к Эгерэ.

- Упс, неудачный удар! - наигранно воскликнул Ульфрих.

Огненный шар приплыл точно в руки Нефаса. И в эту секунду Райдер моментально посерьезнел. Все произошло так быстро, что едва успела заметить мгновенную перемену, произошедшую в парне. За долю секунды с лица оборотня пропала улыбка, а в глазах вновь засверкал гнев.

Сжав кулак так, что раздался хруст покрывавшего его кожу льда, Ульфрих замахнулся и с грозным рыком ударил прямо по фаерболу, который держал в этот момент Нефас... Вернее, не совсем по фаерболу... Проще говоря, Райдер врезал Эгерэ!

Фаербол отреагировал на зачарованные кулаки Райдера довольно неожиданно. Вокруг шара вспыхнуло пламя такой силы, что на какое-то мгновение сфера разрослась, превышая свои привычные размеры в несколько раз. Демон не мог предугадать такого исходя событий и рефлекторно выпустил фаербол. После удара в солнечное сплетение Нефас рухнул на одну из вздыбленных льдин озера. А сияющий ярко-оранжевым и продолжающий все больше разгораться фаербол упал рядом, мгновенно растопив лед вокруг себя и десяток секунд спустя потух с протестующим шипением.

- Прошу прощения! Я целился в фаербол! - прокричал Ульфрих с воздуха. К нему вновь вернулось смешливое настроение. Или он просто вновь надел маску. - И... я, конечно, могу ошибаться, но разве по правилам требуются не три касания?

И юноша посмотрела на меня с выражением ангельской кротости на лице.

- Эгерэ: гол после одного касания, - объявила я громко и как можно более безэмоционально. - Очко засчитывается команде соперников!

Райдер довольно вильнул хвостом.

- А вот и первое очко, - ухмыльнулся он, глядя на постанывающего и пытающегося подняться Нефаса. - Еще сто, и мы с вами больше не увидимся!

И Ульфрих полетел инструктировать товарищей по поводу дальнейшей игры. План, безусловно, придется менять. Второй раз на эту уловку демон не попадется.

К другу спикировал Ррадригар. Он помог Нефасу взлететь, хотя тот и отмахивался, мол, все нормально, я сам. Минуту спустя демон, и правда, преспокойно себе летал, такой же здоровый и бодрый, как и до удара. Только злее.

Как ни странно, он не стал выдвигать претензий ни ко мне, как к судье, допустившей столь жесткую игру, ни к ученику, позволившему себе ударить преподавателя (пускай даже и формально было не так). Каких-то полчаса назад он интриговал, готовый пойти на все, чтобы заставить мою команду сняться с турнира. А сейчас он не пользуется прекрасным шансом. То ли "хеш" (он же инцендиум) - это и правда священная игра для народа демонов, как пишут в книгах. Или же Эгерэ не так уж плох, как я о нем думаю, и за его поведением стоят какие-то другие, совсем иные мотивы.

- Думаю, на сегодня хватит, - заявил Ррадригар, качая головой. - Эти пари и споры - так по-детски. Мы все сегодня смогли убедиться, что у данной команды действительно есть потенциал. На этом можно и закончить!

И дракон стал собирать летательные аппараты у ребят, чтобы уже наверняка никто не смог взлететь. Мери отдала свою метлу беспрекословно, а вот Илбрим с Дианой посомневались и спросили совета у Ульфриха. А тот вопросительно посмотрел на меня.

Я даже слегка растерялась. Надо же, какая честь, решил поинтересоваться моим мнением.

- Лично я считаю, что давно было пора заканчивать, - призналась я чистосердечно.

Райдер дал отмашку друзьям: сдавайте метла. Диана протянула трость Ррадригару, а потом почему-то весело мне подмигнула. Возвращались мы в ВАМ всей толпой, перебрасываясь ничего не значащими фразами.

- Нивка, - ущипнула меня за локоть Диана, привлекая внимание к себе. - Ты видала, как из-за тебя мужики грызуться? - прошептала подруга, хихикая.

Я попыталась понять, о каких мужиках идет речь. Но никого подходящего так и не вспомнила.

- Ты чего? - удивилась Вест. - Я о том представлении, которое сегодня Эгерэ с Райдером устроили!

- Диана, произошедшее сегодня ко мне вообще никакого отношения не имеет, могу тебя уверить, - покачала головой я. - Ты слишком много читаешь любовных романов.

Подруга возвела глаза к небу.

- А ты - слишком мало! - вздохнула она. - Ты слишком реалистичная. Никакой в тебе романтики! Пойду с Мери поболтаю, она меня понимает.

И Диана убежала вперед, туда, где шли Мери и Ррадригар.

- Госпожа Орлиани! - раздался приглушенный и чувственный шепот.

Я вздрогнула от неожиданности и стала лихорадочно оглядываться.

- А, это вы, Райдер, - выдохнула с облегчением я. - Вы меня напугали. Никак не могу привыкнуть к вашему бесшумному передвижению.

- Я бы хотел вас кое о чем спросить, - прошептал юноша, потупив взор.

Я думала, что далее последует сам вопрос, но Ульфрих молчал.

- Так спрашивайте, - подбодрила парня я.

- Не здесь, - Райдер оглядел нашу большую компанию. - Наедине.

Наедине, так наедине. Наверняка, это что-то, касающееся Каи. Может, она что-то тревожное сообщила в письме?

- Хорошо, приходите завтра вечером ко мне.

"Ко мне" - это, само собой, в мои апартаменты. В первую половину дня у меня были планы, оставался только вечер. Поблагодарив и пообещав непременно зайти, Ульфрих скрылся также бесшумно и неожиданно, как подошел. Завертев головой, я обнаружила юношу идущим рядом с Кэтрин позади всех.

- Значит, планы на завтрашнюю ночь у вас уже имеются? - хрипло рассмеялся Эгерэ где-то над ухом.

Я вновь вздрогнула и едва не отскочила. Преподаватель демонического шел справа от меня. Как они вообще так бесшумно передвигаются?! Я с подобными неожиданными появлениями поседею скоро.

- А для меня в вашем расписании местечко найдется? - неожиданно поинтересовался Нефас.

- Что, простите?

- Мне тоже есть, о чем с вами поговорить, Орлиани, - усмехнулся демон. - И я бы тоже предпочел не делать этого у всех на виду.

Я нахмурилась.

- Мне вообще не о чем говорить с вами, Эгерэ, - строго заявила я.

Демон поплотнее закутался в пальто и криво усмехнулся, в результате чего стал похож на маньяка, скрывающегося от инспекторов.

- Ну, значит, разговаривать во время нашей встречи буду только я, - хмыкнул он. - Зайду к вам так же завтра вечером.

И мужчина прибавил шаг, догоняя Ррадригара впереди.

Больше ко мне никто не подходил. Хотя я бы не очень удивилась, если бы здесь и сейчас появился сам император и испросил у меня изволения заглянуть завтра на чаек. У него же наверняка есть множество животрепещущих вопросов, которые необходимо со мной обсудить...

13 глава.

Я писала отчет для Совета на имя Годфрида Ангейма, когда в дверь моей квартирки постучали. Причем столь решительно и громко, что я грешным делом подумала, что проделано это было сапогом, но никак не костяшками пальцев. Открывать идти не хотелось. Меня только посетило вдохновение после полутора часов бесцельного сидения над пустым листом бумаги. Слова и формулировки упорно не желали выливаться на лист стройными рядами. Изначально рассчитывая настрочить быструю отписку в духе прежних сообщений, я внезапно обнаружила, что просто не представляю, как мне доносить до чиновников Императорского Совета события вчерашней игры. В итоге, по прошествии почти ста минут, перо было изгрызено, а бумага по-прежнему девственно чиста.

И вот на меня снизошло озарение. Я тут же принялась живописать происходившее в воздухе над озером в эту субботу, снабжая рассказ многочисленными игровыми терминами, малопонятными (как я надеялась) нашим чиновникам.

Но как уже было упомянуто ранее, меня отвлекли. Стук в дверь раздался как раз в тот момент, когда я перешла к описанию второго гола (да-да, я намеревалась последовательно описать все розыгрыши, имевшие место во вчерашнем матче. Отчет должен был получится крайне объемным). Тяжко вздохнув, я отложила перо и поднялась из-за стола. За окном вечерело, а значит, ко мне явились гости на "поговорить". Оставалось надеяться, что это не Эгерэ.

Но моим надеждам не суждено было сбыться. Повторный стук еще громче прежнего не оставлял сомнения: стучали именно сапогом. А представить Райдера, остервенело долбящего мою дверь ногами, я была не в состоянии. Оставался только один вариант: демон. Собственно, именно он на пороге обнаружен и был, когда я все же соблаговолила открыть ему.

- Ну наконец-то, - буркнул Нефас, бесцеремонно отодвигая меня плечом, чтобы пройти в комнату. - Вы так долго не открывали, что я уж думал, будто от чего-то вас отвлекаю.

- Естественно, отвлекаете! - возмутилась я и скрестила руки на груди. А заметив, как Эгерэ тщательно обводит взглядом комнату, будто выискивая что-то, не удержалась и ехидно поведала. - Не трудитесь искать, любовников я тщательно спрятала. Одного в шкафу, а другого - в ванной.

Демон хмыкнул и наконец соизволил сосредоточить свой взгляд на мне.

- А под кроватью как же? - удивился он полушутя, полусерьезно. - Это традиционное место для укрывания возлюбленного нынче у дам не в чести?

- Так ведь зима на дворе, - пожала плечами я, - особо на полу не полежишь. Застудит себе еще что-нибудь. Голый как никак.

Я уже ожидала ехидного вопроса, что я собралась делать с двумя голыми мужчинами, тогда как сама раздеваться даже не думала. Но мой собеседник лишь хмыкнул в ответ и прошел глубже в комнату. Подойдя к письменному столу, он отодвинул стул, на котором совсем недавно сидела я, и плюхнулся на него. Видимо, подразумевалось, что дамы в присутствии демона должны стоять, поскольку единственным местом в комнате, где я могла присесть, оставалась кровать. Та самая, под которую я по доброте душевной не стала "прятать любовников".

По правде сказать, в момент, когда Эгерэ решительно двинулся к столу, я слегка испугалась. Но вовремя одернула себя. Недописанное послание в Совет я заранее убрала в нижний ящик шкафа. Туда, где все нормальные имперцы хранили постельное белье, а я - все свои самые важные документы: от экзаменационных билетов до избранных ученических опусов на эльфийском. Несмотря на постоянные подозрения и слухи, возникавшие по приезду зачастивших в академию членов Совета, я продолжала наивно считать, что порученная мне операция является тайной (или изначально предполагалась таковой), а следовательно, никто не должен был читать те письма, что я ежедневно строчу на имя Ангейма (кроме самого Годфрида, естественно). Хотя вряд ли кто-нибудь нашел бы там что-либо интересное. Тот же Нефас не узнал бы из моего нынешнего доклада ничего нового. Разве что только о себе... Но подозреваю, он догадывается, какими именно достоинствами обладает в моих глазах. А если вдруг нет... то значит, я о нем еще слишком хорошо думаю.

Садиться я не стала, давая тем самым гостю понять, что он не слишком желанный и на долгий разговор я не рассчитываю. Но демон мои намеки игнорировал. Вальяжно развалившись на стуле, он ленивым взглядом обводил комнату и не спешил заводить беседу. Впрочем, другого поведения я от него и не ожидала. Пришлось заговорить самой.

- Чем обязана? - сухо поинтересовалась я.

- Вы и сами прекрасно знаете чем, - внезапно заявил Нефас и расхохотался. - Именно поэтому я сегодня здесь.

Я предпочла сделать вид, что не поняла, о чем он, хотя постепенно начала догадываться, к чему клонит Нефас. Неужто решил вспомнить обстоятельства нашей первой встречи? Тогда я готова поспорить о том, кто из нас двоих, а главное, чьим является должником...

От воспоминаний не столь далекого прошлого меня отвлек голос демона. Хотя нет, "отвлек" - неправильное слово. Скорее вырвал. Столь внезапным и шокирующим оказалось его следующее заявление:

- Вы должны пойти со мной на... этот ваш бал.

Произнес эту фразу мужчина удивительно меланхоличным тоном. Запамятовав название главного события города, он просто изобразил рукой нечто неопределенное и отмахнулся, как от чего-то незначительного. Я же осталась стоять с открытым ртом. Бабушка в детстве ругала меня за столь неприличное выражение удивления. Сильфин говорила, что леди не пристало при людях широко разевать пасть. "А то мало ли, что они захотят туда засунуть", - добавляла она вполголоса. Однако веера, которым бабушка требовала прикрывать в такие моменты лицо, у меня сейчас при себе не было. А потому Нефас мог в полной мере насладиться произведенным эффектом.

Никаких тебе "не могли бы вы"? Сразу "должны"! Впрочем, меня куда больше поразило само содержание фразы, нежели ее формулировка. На кровать все же пришлось присесть.

- Вы приглашаете меня на Новогодний бал? - выдавила я из себя лишь несколько минут спустя.

Спросила в надежде, что мне послышалось и я еще не окончательно сошла с ума. Впрочем, нельзя исключать, что сумасшедшим заделался как раз демон. Я всегда подозревала, что сигары, которые он имеет привычку курить, могут вредно воздействовать на мозг.

- Нет, вы не поняли, - Эгерэ смерил меня уничижительным взглядом.

Фух, слава богам, я действительно что-то не так расслышала...

- Это вы меня должны туда пригласить, - пояснил демон, чем окончательно выбил почву у меня из-под ног.

Я не могла представить себе Нефаса, внезапно возжелавшего провести со мной самый романтичный вечер года. Он, судя по всему, тоже. Но отчего же тогда он решил, что подобным желанием горю я? Я дала демону повод считать, что собираюсь пригласить его в качестве партнера на Новогодний бал?

Так, Нива, вспоминай, как много ты выпила на преподавательской вечеринке? А вдруг в подпитии я совершила нечто, что навело Эгерэ на столь бредовые мысли, а сама благополучно забыла? Да вроде бы я только свой любимый морс и заказывала... Ах да, был еще Райдер с "Ушками". Неужели проблема в них?

Все то время, пока я усиленно напрягала память и старалась понять, что происходит, мой гость молчал. В поисках занятия он взял со стола перо и стал вертеть в руке. Не представляю, что ему приглянулось в самом что ни на есть стандартном приспособлении для письма.

- Кажется, я чего-то недопонимаю, - выдавила я, наконец, из себя пять минут спустя.

Быстрый анализ предшествующих событий не выявил никаких отклонений от нормы в моем обычном поведении. Следовательно, причина, на основании которой Нефас уверился, что я сочту за честь видеть рядом с собой на балу, оставалась для меня тайной, покрытой мраком. Выход был только один: спросить напрямую.

- Что все это значит?

Похоже, Эгерэ ждал от меня подобного вопроса. Во всяком случае, он одарил меня снисходительной улыбкой и взглядом, полным чувства превосходства. Отложив перо, он закинул ногу на ногу, а локтем оперся о край стола. В связи с чем стал смахивать памятник какому-нибудь члену Совета.

- Мне необходимо попасть на стадион этим вечером, - начал объяснять демон бесстрастным холодным тоном. - Но у меня нет денег. Вот вы меня и проведете.

Если вы гостили в нашем городке и читали местные газеты (или же сами бывали на Новогоднем балу), то прекрасно поняли, о чем вел речь Эгерэ. Для всех остальных поясню.

Облачный стадион - сооружение, вне всяких сомнений, немалых размеров. Но все же, если оно вместит в себя всех желающих - студентов и их сопровождающих, то танцевать и веселиться гостям будет просто негде. А потому количество посетителей стали ограничивать самым простым и эффективным способом - ввели плату за вход.

Любой студент Высшей Академии Магии имел право принять участие в Новогоднем балу - грандиозном празднике, устраиваемом в последний вечер зимы (плавно перетекающий в первую ночь весны). Для этого необходимо было заплатить за билет. Цена начиналась от пяти золотых и уходила в бесконечность. Организаторы не зарабатывали на мероприятии ни гроша, все деньги уходили на подарки гостям. И от того, какую сумму ты заплатишь, зависело, получишь ты открытку с букетиком сорняков или же бриллиантовые серьги.

Студенты или работники академии могли пригласить на бал одного человека (или не человека), не имеющего отношения к ВАМ. Оба партнера проходили в таком случае по одному билету. Если вы откроете наши местные газеты, то увидите, что они в это время года пестрят объявлениями "Проведу на Облачный стадион за тридцать золотых" или нечто в этом роде. Потому как побывать на легендарном Новогоднем балу - мечта многих!

И все же в Имперском Союзе новогодняя ночь общепризнана самой романтичной ночью года, и наши студенты предпочитают выбирать в себе партнеры возлюбленных или каких других зазноб. В крайнем случае, родных. Печально проводить столь важные минуты с абсолютным незнакомцем. Пускай и за тридцать золотых монет...

Единственными, кто допускался на Облачный стадион совершенно бесплатно, являлись преподаватели. Мы могли попасть на бал даже без билета, просто воспользовавшись на входе нашим учительским амулетом. Должны же быть хоть какие-то преимущества у нашей сложной и, прямо скажем, не самой высокооплачиваемой профессии. Вот только Эгерэ, поскольку в штате не числился, подобных привилегий не имел. А потому вынужден был покупать билет, как и студенты. Или же напроситься кому-то в пару...

- За что именно мне оказана такая честь? - хмыкнула я.

Сообразив наконец, о чем толкует демон, я расслабилась. Теперь с легкой душой можно было отказать и отправить мужчину на все четыре стороны. А то я уже грешным делом начала считать, что демона ко мне отправил Ангейм с сообщением, что сам посетить академию не сможет, но прислал вместо себя замену.

- А что вам стоит? - удивленно вскинул бровь Нефас. - Вы не потратите ни монетки, это раз. У вас все равно не будет партнера, это два. Ну а самое главное - вы мне должны. Конец года - самое время возвращать долги, я считаю.

Произнесено это было с таким самомнением и пафосом, что я непроизвольно заскрипела зубами. Сперва я намеревалась просто вежливо выставить Эгерэ за дверь. Но теперь во мне бурлило непреодолимое желание отправить его наружу пинками под зад.

Нет-нет, Ниавин, бабуля будет очень расстроена, если узнает об этом. Совсем не так она тебя воспитывала! Истинная эльфийская леди должна веси себя по-другому, всегда держать себя в руках и не переходить рамок приличий! Нельзя говорить "зад", нужно вместо этого употреблять "деликатное мягкое место"! И пускай конкретно у Нефаса оно совсем даже не мягкое... Впрочем, я не могу знать наверняка, я же не щупала.

Больше всего меня задела полная уверенность демона в том, что новогоднюю ночь я собираюсь провести одна. Возможно, женихи действительно не караулили меня ежечасно под дверью, но изгоем, сторонящимся любой компании, я не была. У меня есть друзья, родные, коллеги, дела, в конце концов. С чего он взял, что я буду в этот день непременно сидеть в углу и оплакивать свое одиночество, мечтая, чтобы какой-нибудь принц на единороге (и ему даже не обязательно быть прекрасным - принцу... единорогу, впрочем, тоже) осчастливил меня своим появлением?! Что ж, я вынуждена буду разочаровать Нефаса: в моих глазах он совсем не тянет на особу королевских кровей, во-первых, а во-вторых, на праздник у меня уже есть планы!

Я встала с постели и, уперев руки в бока, чуть склонила голову к левому плечу. Надеюсь, вышло достаточно грозно.

- И как же это случилось, что у вас совсем нет денег? - ехидно поинтересовалась я. - Уже истратили всю зарплату на сигары?

Демон развел руками:

- Скажем так, потратился на подарок, - произнес он загадочно. И тут же перешел прямо к делу, будто я уже давно была на все согласная. - Так во сколько встречаемся у телепорта?

Этот демон - удивительное существо. Столько себялюбия и нарциссизма - хватило бы на десятерых. Как его выносили близкие, если они у него, конечно, были? Ррадригар производит впечатление бесконечно терпеливого мужчины - да и он ходит с постоянным выражением грусти и усталости на лице. Не сомневаюсь, что виной тому его друг и сосед.

- Позвольте возразить, - я вздернула подбородок и встретилась взглядом со своим непрошеным гостем. - Я не считаю себя обязанной вам. Если уж на то пошло - это вы мой должник.

Я не хотела ни с кем делиться историей полугодовой давности, но раз уж Эгерэ сам завел этот разговор...

Нельзя сказать, что мы с Нефасом встретились при совсем уж необычных обстоятельствах, но для двух коллег-преподавателей они были как минимум нетипичны.

До прибытия в ВАМ Эгерэ и Орума на факультете теории и истории магии языковые спецкурсы преподавал господин Нгуоро. Это был старый тролль и один из самых мудрых представителей своей расы. Люди бы сказали, что он выглядит лет на семьдесят. Сколько ему было на самом деле, даже страшно себе представить. Ведь тролли отличаются удивительной живучестью и повышенной регенерацией. Нгуоро все больше занимался диалектологией и той гремучей смесью языков, какая частенько встречается в имперских деревнях на границах, скажем, эльфийских и вампрских земель. Именно на диалектологический спецкурс и посчастливилось попасть в свое время мне.

Если бы не Нгуоро, доказавший своей долгой и успешной карьерой, что даже тролль способен многого добиться в мире науки, я бы никогда не выбрала профессию преподавателя и ученого. Возможно, я вышла бы замуж по настоянию бабушки за какого-нибудь несчастного человеческого барона, пугающегося одного моего вида до дрожи в коленках. Или, вероятнее всего, попала бы по папиной протекции куда-нибудь в региональный совет и просидела всю жизнь над бессмысленными бумагами в маленьком кабинетике без окон.

Я души не чаяла в Нгуоро. Он научным руководителем сперва моих курсовых, затем диплома, и, наконец, именно под его руководством я начала работу над диссертацией. Тролль был крайне тронут, что на старости лет все-таки дождался ученика, который бы желал изучать его родной язык. Ведь несмотря на тот фак, что земли троллей принадлежали Союзу уже много столетий, ознакомлением с культурой и языком коренного народа толком никто не занимался. Высшие научные круги, состоящие в основном из эльфов, чуть реже - из людей, совершенно не интересовались так называемыми малыми народами. Даже о вампирах нам было известно далеко не все. Ведь помимо тех, что мирно проживали рядом с обычными имперцами, существовали еще и Кланы Ночи. О демонах мы знали чуть больше, да и то благодаря исключительно Нагайне и ее Отчаянной армии. Иными словами, я теперь могла оставить значительный след в науке нашей страны. И в этом была заслуга никого иного как Нгуоро.

Мы, преподаватели, возвращаемся к работе после летних каникул раньше, чем стартует непосредственно сам учебный год. Чаще всего это бесконечная бумажная рутина и беготня по кабинетам образовательного совета. Но в этот раз за несколько дней до первого учебного дня всех лингвистов собрали на кафедре языкознания и представили нам нового учителя.

- Знакомьтесь, новый преподаватель - господин Ррадригар Орум, - представил молодого светловолосого мужчину Восп. - Он будет вести спецкурс по драконьему языку.

Лана, которая сама-то приступила к своим обязанностям буквально вчера, пролепетала с придыханием:

- Настоящий дракон?! - и тут же, засмущавшись, что произнесла это слишком громко, прикрыла рот ладошкой.

Ррад по-доброму улыбнулся и изящно поклонился молодой эльфийке:

- Золотой дракон, юная леди.

Казалось, Лана была готова упасть в обморок. Золотой дракон - мифическое существо, которое до этого она видела только в книжках на картинках, - стоял перед ней живой и настоящий, так близко, что протяни руку - и... Впрочем нет, коснуться его она бы не смогла, поскольку их разделяло три письменных стола, шкаф и тучная фигура Воспа. Длины рук явно не хватит.

Нгуоро на кафедре не присутствовал. У тролля в тот день был выходной. Я посчитала нужным навестить своего учителя и расспросить, что он думает о нашем новом коллеге и как отныне они собираются делить часы спецкурсов. Значит ли это, что Восп снизит нагрузку на Нгуоро? Или студентам просто предоставят больше выбора?

Я прекрасно знала тролля и понимала, что дома в выходной день его искать бесполезно. А потому сразу направилась в кабак. Не в "Серого принца", а совсем в другое, куда более злачное заведение, известное своей дурной репутацией - "Два хряка". Здесь подавали самое паршивое вино во всем Союзе, а еще - играли в карты по-крупному. Именно по этой причине там периодически пропадал Нгуоро - он был донельзя азартным троллем.

Зайдя в "Хряков" я сразу направилась к барной стойке и спросила у хозяина, где мне искать нашего старого знакомца. На первом курсе во время учебы в академии я первые месяцы подрабатывала вышибалой в этом кабаке. Естественно, разнять драку или угомонить разбушевавшегося пьяного гостя я была не способна, но от меня того и не требовали. Зато мой грозный вид частенько приводил посетителей в чувство, заставляя протрезветь и вспомнить, что они забыли заплатить. Позже, когда слава об ученой тролльчихе разнеслась по городку, мне пришлось покинуть хлебное местечко у дверей. Но с хозяином "Двух хряков" мы остались в приятельских отношениях, тем более что оба дружили со старым кутилой Нгуоро.

- Этот засранец на втором этаже, - буркнул хозяин.

По его тону я поняла: Нгуоро опять крупно проигрался и обещал заплатить "в следующий раз". А на втором этаже наверняка отсыпается, изрядно нахлебавшись местной настойки. Ну ничего, мне не впервой тащить учителя на своей спине до дома. Он хоть и тролль, но совершенно не обладает сложением и мускулатурой, привычной для его соплеменников. В клане бы решили, что он слишком много лет провел среди хилых людишек и уподобился им.

Как только я поставила ногу на ступеньку, хозяин крикнул мне:

- Только он... это... там не один!

Не один? Продолжает пить с кем-то из приятелей? Что ж, с двумя нетрезвыми мужчинами будет справиться сложнее, но посмотрим по ситуации. Мысль о том, что это может быть девушка, мне даже в голову не пришла. Нгуоро всегда, сколько я его помню, был закоренелым женоненавистником. Он и меня-то признал далеко не сразу, а потом говорил нечто вроде: "Из тебя такая же баба, как и тролль". Подразумевалось, что тролль я от силы наполовину, а значит, что и женщиной он меня с легкой душой может не считать.

Я поднялась на второй этаж и прошла в комнату отдыха, где приятно потрескивал камин и стояли удобные диванчики - самое то, чтобы прикорнуть ненамного сморенным алкоголем гостям, пока их товарищи продолжают испытывать фортуну за игорными столами внизу.

И тут я увидела своего преподавателя тролля. Представшая моим глазам картина шокировала меня. Нгуоро был не один, и это действительно была не девушка...

Старый немощный тролль лежал на полу. Он постанывал и отчаянно старался доползти до дивана. Над стариком стоял мрачный демон, смуглый, едва различимый в вечернем сумраке, окутавшем комнату. Единственный источник света - слабый огонек камина, танцевавший на горстке углей, - заставлял плясать зловещие тени на лице незнакомца.

Демон наклонился и схватил Нгуоро за ворот рубахи, не дав ему добраться до дивана и подняться. Мучитель сильно встряхнул тролля, из груди старика вырвался протяжный сиплый стон боли. Демон встряхнул его еще раз. И еще.

- А как теперь, старикан? Доволен? - шипел темнокожий негодяй, отпуская ткань преподавательской рубахи. - Теперь-то ты созрел для того, чтобы дать мне ответ? Отказываешься или нет?!

- Отказываюсь! - прохрипел Нгуоро, закрывая голову руками. - От всего отказываюсь!

Не знаю, что еще этот сумасшедший демон собрался делать с беспомощным стариком, потому что наклонился и протянул к нему свои клешни, но тут уже вмешалась я.

- Лапы прочь от него, безумец! - закричала я и оттолкнула преступника.

Мужчина не ожидал нападения и не смог удержать равновесия. Покачнувшись, он запнулся о кофейный столик и рухнул на пол. Я воспользовалась шансом и укрыла собой тролля.

- Учитель, с вами все в порядке? - с беспокойством в голосе воскликнула я, лихорадочно осматривая старика на наличие серьезных повреждений.

- Я умира-аю, - простонал Нгуоро.

Он был даже не в силах открыть глаза. Я зло уставилась на демона. Что это чудовище сотворило с беззащитным троллем? От чего требовало "отказаться"? Небось, проиграл учителю в карты и решил, что заставит старика списать долг, избив его до полусмерти.

- Да не умрет он, - процедил сквозь зубы незнакомец. В его глубоком и на удивление приятном голосе слышалась плохо скрываемая ярость. - Он всего-навсего смертельно пьян.

Демон осторожно поднялся, потирая ушибленное бедро. Я обратила внимание, что на нем была странная одежда, я такой раньше никогда не видела. Жилет на шнуровке, плотно прилегающий к телу, но при этом оставляющий спину совершенно открытой: лишь одна полоска ткани проходила прямо под крыльями. Брюки из ткани, напоминавшей лен, только несколько грубее, плотно обтягивали игры до голени, под коленями были перехвачены шнурами, а ниже спускались совершенно свободно, напоминая клеш. В нашем университетском городке представители демонической расы изредка встречались, но данный костюм провозглашал громче любых магических рупоров, что передо мной нездешний молодец.

- Кто вы? - резко спросил негодяй. - Его жена?

Сперва я хотела возмутиться. Какая же жена? Я Нгуоро во внучки годилась. Если не в правнучки. Но вовремя взяла себя в руки. Для большинства все тролли на одно лицо (да и на возраст тоже).

- Не ваше дело! - огрызнулась я. - Я требую, чтобы вы отстали от старика, иначе я вызову стражу!

Демон цыкнул и отвернулся. Подойдя к окну, он распахнул его. Раз - и незнакомец расправил свои черные крылья. Мне показалось, что в комнате стало значительно теснее. Забравшись на подоконник, мужчина хмыкнул:

- Делайте, как пожелаете нужным, - и прыгнул.

Я едва удержалась, чтобы не броситься к окну и посмотреть, как негодяй разобьется о мостовую... или же взмоет в небо. Сейчас гораздо важнее помочь Нгуоро! Я еще раз осмотрела постанывающего старика. Но не увидела ни ран, ни кровоподтеков.

- С вами все хорошо? - недоверчиво спросила я.

- Да Темной богине без головы было лучше, чем мне сейчас! - прохрипел тролль.

- Помочь вам добраться домой? - услужливо поинтересовалась я. А услышав в ответ тролльи ругательства, умственно приравняла их к положительному ответу. Взвалив начинающего похрапывать мужчину себе на спину, я побрела домой, не забыв спросить у хозяина, сколько задолжал мой научный руководитель, и заплатив необходимую сумму. Потом с Нгуоро рассчитаемся.

Конечно, я бы предпочла привлечь подозрительного демона к ответу. На моих глазах он мучил старика, урожая ему, да и рукоприкладство было очевидным. И все же Нгуоро серьезно не пострадал, а преступник скрылся в неизвестном направлении. Не бегать же мне по всему городу искать его? Может, он и вовсе был у нас проездом, а сейчас находится в пути в какие-нибудь Пещерные Земли.

В тот вечер, когда я доставила Нгуоро домой и сдала на руки домохозяину (домохозяек, как вы понимаете, он не держал), тролль уже спал мертвецким сном и ни в какую не желал просыпаться. Так что поговорить с учителем у меня не получилось. Ни о происшествии в "Хряках", ни о преподавателе демонического. Но назавтра у Нгуоро был рабочий день, и я надеялась, что обсудить все с троллем получится именно тогда.

Не получилось. Нгуоро не вышел на работу. Вместо него Восп представил нам еще одного нового сотрудника академии.

- Знакомьтесь, господин Нефас Эгерэ, будет вести у нас спецкурс по демоническому языку. Таким образом, молодые преподаватели - господин Орум и господин Эгерэ - заменят господина Нгуоро, что позволит нашему старому и проверенному сотруднику уйти на заслуженный отдых! - и ректор радостно захлопал в ладоши.

Я сидела за своим столом. Если бы стояла, то наверняка потеряла бы равновесие от шока и даже могла вывалиться в открытое окно в считанных сантиметрах за спиной. Нефасом Эгерэ оказался никто иной как вчерашний мучитель Нгуоро!

Восп сиял, как начищенный банный таз. Еще бы - заполучить аж двух преподавателей столь редких языков, да еще носителей! Ректоры соседних вузов искусает себе все локти от зависти! Юстиан и другие учителя подозрительно косились на темнокожего демона, который уж слишком сильно выделялся на общем фоне. Правда, сегодня он был одет гораздо приличнее - в обычную белую рубаху и простые черные брюки. И только госпожа Киллеас рискнула подойти к молодым нелюдям, представилась и завела непринужденную беседу.

Если бы мы находились не на кафедре в окружении других людей, я, признаюсь, сорвалась бы и выцарапала этому проклятому демону его бесстыжие глаза!

Так вот от чего он побоями заставил отказаться Нгуоро - от его рабочего места! Лишил старика возможности зарабатывать на жизнь, и ради чего?! Чтобы иметь возможность тусить вместе с дружком-драконом?! Мой любимый преподаватель, мой научный руководитель, уникальный специалист, тролль, в конце концов! Теперь моего наставника нет в Высшей академии магии... Вместо него - наглый демон из "Двух хряков"...

Я отомщу!

Я закрыла глаза и глубоко вдохнула. Спокойствие, Ниавин, спокойствие. Он любит места с сомнительной репутацией и упиваться болью и беспомощностью других? Тогда я знаю, что ему точно понравится...

В "И больно, и страшно" меня встретили как важного клиента. Девочки в коже и мальчики в мехах расступались передо мной, как зомби перед Нагайной. Навстречу поспешил сам Синяя Маска - хозяин борделя... то есть, я хотела сказать, данного уважаемого элитного заведения. Синяя Маска ходит исключительно (как нетрудно догадаться) в маске глубокого темно-синего цвета. Поговаривают, никто никогда не видел его лица. Я так точно. Маска давно зазывает меня к себе на работу - обещал немаленькие деньги, обращаться как с императрицей. И демонстрировал теперь, что слов не ветер не бросает. Каждый работник "И больно, и страшно" был проинструктирован угождать мне любыми способами.

- Зелененькая моя, ты-таки решила послать эту вашу академию к демонам и украсить собой мой скромный дворец? - воскликнул Синяя Маска, сжимая меня в объятиях.

- Нет, дружище, твой дворец роскошен и без меня. Продолжу-ка я нести свет знаний темной молодежи, - улыбнулась я. Пришлось наклониться, чтобы мужчина расцеловал меня в обе щеки.

- Тогда с чем пожаловала? - Маска жестом предложил присесть, куда пожелаю.

Поскольку вокруг нас находились исключительно кресла с гвоздями, дыбы с розовыми наручниками и прочая веселая мебель, я предпочла остаться стоять на ногах. Тем более что заскочила совсем ненадолго.

- Мой старый добрый друг наконец-то нашел работу, - улыбнулась я самой искренней улыбкой, на какую только была способна в данной ситуации. - Вот решила его поздравить с этим - сделать незабываемый подарок.

Синяя Маска хмыкнул:

- Кажется, я понимаю...

- Конечно же, ты все понимаешь с полуслова, - я зарделась и захихикала. - Вот держи десять золотых. Думаю, на час самого лучшего сервиса должно хватить! - я открыла ридикюль и отсчитала десяток монет.

Маска убедился, что перед ним золото, и согласно кивнул. Подозвав юношу, ткани на котором было меньше, чем на красотках в купальный сезон, хозяин отдал ему деньги и велел отнести в кассу.

- Он подойдет! - воскликнула я, указывая на мальчишку прежде, чем тот ушел.

Синяя Маска пожал плечами:

- Как скажешь. Кто платит - тот и заказывает парней, - и сам рассмеялся своей шутке. - Ладно, где твой друг?

- Я сама его приведу, - план страшной мести уже созрел у меня в голове. - Только имейте в виду, он прирожденный артист. Отдается подобным играм весь без остатка!

Маска вновь рассмеялся. Обожаю его, невероятно понятливый мужик.

- Артист, значит? Мы ему подыграем, - и подмигнул мне.

- Спасибо, - я подмигнула в ответ. - Сегодня же его приведу.

Я развернулась и направилась к выходу. Работники заведения провожали меня поклонами и книксенами.

- Постой, - крикнул Синяя Маска мне вслед. - Стоп-слово-то хоть какое?

- Нгуоро! - бросила я через плечо и вышла на улицу.

В тот вечер я сказала Эгерэ, что ректор требует подписать кое-какие бумаги у инспекторов. Регистрация приезжих, отметка об устройстве на работу и все такое. Нефас нехотя, но последовал за мной. До здания, где базируется стража, мы не дошли. Но совсем немного. Я завела демона в "И больно, и страшно", где сдала на руки людям Синей Маски. Эгерэ тот час же раскусил меня, но было поздно. Парни и девушки во главе с тем юношей, на которого я указала тогда, не обращали на вопли и угрозы демона ни малейшего внимания. Им не привыкать, да и я щедро заплатила.

Месть была приведена в исполнение. Я покинула "И больно, и страшно" в приподнятом расположении духа. Заснула легко и быстро, чрезвычайно довольная собой. Правда, пару дней спустя Синяя Маска признался мне, что демон вычислил стоп-сигнал на удивление быстро - прошло едва ли больше десяти минут. Ребята только разогрелись. В ход не успели даже дыбу пустить. Догадливый парень оказался, однако. Эта новость несколько омрачила мне общую радость, но хмурое и злое лицо, с которым Нефас ходил последующие несколько дней, служило бальзамом моему израненному сердцу.

Теперь вы знаете, как началась наша с Эгерэ взаимная ненависть друг к другу. Если вы спросите меня, жалею ли я сейчас, полгода спустя, о том сумасшедшем поступке, я отвечу со всей серьезностью: ни капельки. Более того, мне кажется, я слишком мягко с ним обошлась. Все же в "И больно, и страшно" умеют только доставлять удовольствие - в этом они профессионалы. Надо было сдать демона настоящим инспекторам. Вот тогда бы он точно получил по заслугам.

Теперешний Эгерэ вскочил на ноги и стал расхаживать взад-вперед, от окна до кровати и обратно.

- Вы затащили меня в этот дурацкий бордель и выставили полным идиотом, - шипел Нефас, сжимая и разжимая кулаки. - И утверждаете, что ничего мне не должны?!

- Между прочим, я заплатила за час, - с вызовом заявила я. - А вы продержались лишь десять минут. Так что это вы должны мне семь золотых!

Нефас бросил на меня яростный, полный злости взгляд. Глаза налились кровью, а губы скривились в оскале, демонстрируя клыки. Демон сделал шаг по направлению ко мне, я машинально отступила и, ойкнув, плюхнулась на постель. Мужчина воспользовался ситуацией и уперся руками о кровать по обе стороны от меня прежде, чем я успела встать. Я сидела на краешке постели, пойманная им в ловушку, как птичка в силок. А демон грозно нависает надо мной, заставляя чувствовать себя крохотной и беззащитной, что для меня совсем не свойственно.

- Я могу отработать эти деньги. Прямо сейчас, - произнес Эгерэ срывающимся от ярости шепотом. - Иглы, ножи, веревки? Что пожелаете?

- Вы... вы забываетесь! - воскликнула я срывающимся голосом и попыталась оттолкнуть правую руку демона, чтобы подняться.

Но мужчина и не думал сдвигаться и выпускать меня.

- Это вы забываете, Орлиани, - нехорошо улыбнулся он. - О том, как опасно меня злить.

Я расправила плечи. Да он постоянно на что-то злится. Какое мне, собственно, до этого дело?!

- А что вы сделаете? - с сарказмом спросила я, глядя прямо в бездонные демонические глаза.- Изобьете меня, женщину, так же как старика Нгуоро?

Правая бровь Нефаса едва заметно дернулась.

- Если вы не клиент "И больно, и страшно", - продолжала я, - тогда, может быть, вы просто расист, ненавидящий троллей?

Эгерэ зарычал, чем немерено меня удивил. Я бы поняла, если бы он был оборотень. Но демон? Нефас навис надо мной еще сильнее, заставляя меня все больше отклоняться назад.

- В данный момент я ненавижу одного конкретно взятого тролля особенно сильно, - произнес мужчина сквозь зубы.

Он продолжал попытки запугать меня. Но поздно. Ко мне постепенно начала возвращаться смелость.

- И вы собираетесь пойти с этим ненавистным троллем на бал?! - ехидно поинтересовалась я.

Эгерэ опустил голову и тяжело вздохнул. Когда он поднял ее десять секунд спустя, его лицо уже не выражало той агрессии, что прежде. Казалось, он успокоился, хотя рук с кровати так и не убрал.

- Собираюсь, - твердо заявил демон.

"Если бы на месте Эгерэ был кто-нибудь другой, а вместо меня - какая-нибудь красавица, то вся эта сцена могла бы выглядеть несколько... хм... романтично?" - внезапно подумалось мне. Диана бы, наверное, оценила.

- Благодарю за не столь любезное приглашение, - четко и уверенно ответила я. - Но с превеликим огорчением вынуждена вам отказать,- и прежде чем демон возмутиться, поспешила добавить. - Я не могу с вами пойти на Новогодний бал, поскольку уже приглашена.

По выражению лица Нефаса было понятно, что он ожидал чего угодно, но только не подобного поворота событий. Недоумение в его глазах было неподдельным. Он, и правда, не верил, что на место моего партнера могут быть претенденты.

Демон резко приблизил свое лицо к моему и выдохнул:

- Кто?

Это произошло так неожиданно, что я в последний момент дернулась и завалилась назад, упав-таки спиной на покрывало.

- А-а! - протянул внезапно Нефас. - Понятно.

Он так и не убрал своих рук с постели, продолжая грозно и двусмысленно нависать надо мной. Только на этот раз его взгляд был направлен не на меня, а куда-то выше. Я не стала подниматься, а всего лишь выгнула шею.

Как и следовало ожидать, в дверях стоял Райдер.

И почему я ни капельки не удивлена? Зачем я опять вспомнила эти злосчастные любовные романы? Накаркала, что называется.

- Роли поменялись, хм? - пробормотал Эгерэ, усмехнувшись.

Я так поняла, демон намекал на эпизод зимних каникул, когда он и Ррадригар застали меня с Райдером примерно в столь же компрометирующей позе. Я нахмурилась. А ведь правда. Выгляжу, как Анабель из тех самых романов. Роковая женщина и все такое. Вот только в обоих случаях - не более чем неудачное стечение обстоятельств. Судьба порой шутит неудачно. Поскольку любая шутка, повторенная дважды, перестает быть смешной.

В прошлый раз мне было все равно, что рисовали в свое воображении Нефас с Ррадригаром. Да и сейчас меня тоже не должно волновать, как понял происходящее оборотень. Однако все же было неприятно. Впрочем, кому угодно будет неприятно, если над ними нависнет несдвигаемой глыбой демон.

Я что есть силы пихнула Эгерэ в плечо. Тот вздрогнул и соизволил, наконец, подняться, потирая ушибленное место. Я подскочила в тот же миг, как только освободилась.

- Что ж, похоже, мне пора, - произнес демон сухо.

- Действительно на то похоже, - пропела я издевательски. Не смогла отказать себе в удовольствии.

И не прощаясь, Нефас покинул мою квартиру. Лишь в дверях он задержался на какое-то мгновение, чтобы обменяться с Райдером взглядами, смысла которых я не уловила.

Когда демон покинул комнату, в нее вошел Ульфрих. Юноша был мрачен. Чтобы как-то подбодрить его, я предложила чаю. Студент не стал отказываться.

Несколько минут спустя на кухне я разливала по чашкам ароматный цветочный чай в неловкой затянувшейся тишине.

- Как Кая? - решилась нарушить молчание я.

Райдер отреагировал не сразу.

- Неплохо, - отозвался юноша несколько секунд спустя. - Пишет, что с ней хорошо обращаются. Друзья господина Орлиани приглядывают за ней.

- Вот и чудесно, - улыбнулась я и отхлебнула чай.

Ульфрих скривился.

- Там не может быть "чудесно", - нахмурился он. - Она же у них как крыса на алхимическом столе!

Произнося это, юноша сжал глиняную чашку так, что побелели костяшки пальцев. И мне показалось, что я услышала треск... Надо будет потом проверить чашку на наличие трещин.

- Впрочем, - голос Райдера выдернул меня из фантазий, где я уже покупала новый посудный набор. - Я сюда не о Кае говорить пришел.

Студент порылся немного в заплечном мешке и достал оттуда билет. На Новогодний бал. На нежно-голубом билете красовалась цена - тридцать пять золотых. Серьезная сумма, однако.

- У меня нет партнерши на этот бал, - заявил он, глядя мне в глаза.

Мы смотрели друг на друга долгих пять секунд, после чего я вновь отхлебнула чай и принялась с деланным интересом разглядывать изображение Облачного стадиона на билете.

- А как же Кэтрин? - спросила я.

- Ее пригласил Эдгар, - ответил Ульф.

- И она согласилась? - удивилась я, приподняв бровь.

Райдер хмыкнул:

- Еще бы. Кэт ни за что не стала бы проводить такой вечер в одиночку.

Я отставила кружку и улыбнулась:

- А у меня сложилось впечатление, что Лэндон предпочла бы провести новогоднюю ночь с вами, Райдер.

Ульфрих последовал моему примеру и также оставил кружку. Но улыбаться даже не думал.

- Она знала, что не дождется приглашения от меня. Вот и воспользовалась запасным вариантом, - произнес юноша как-то чересчур серьезно. - Таким образом, - Райдер выдержал короткую, но напряженную паузу, после чего пододвинул ко мне билет, - я остался без пары на балу...

Я не хочу описывать то, что творилось у меня в голове в этот момент. Признаюсь, мыслей была тьма, самых разных, невероятных и куда более близких к реальности. Кто бы мог подумать, что кусочек бумаги небесного цвета способен вызвать у меня такую гамму чувств.

Вы только вдумайтесь, у меня ни разу в жизни не было партнера на Новогоднем балу. А в этом году - сразу три приглашения! Хотя приглашениями-то их можно назвать лишь с натяжкой, да и то с трудом. И пускай Райдер не предложил мне составить ему компанию прямым текстом, он был первый, кто не поставил никаких условий! Бесполезно размышлять, согласилась бы я пойти на праздник со студентом или нет. Я иду на бал в качестве переводчика и сопровождающего Годфрида Ангейма, точка! Опять выслушивать бесконечные жалобы на неправильно висящую люстру, пока другие веселятся и наслаждаются вечером.

- Что ж, тогда желаю вам побыстрее найти себе компанию, студент Райдер, - через силу улыбнулась я. - Время-то поджимает.

Уголки губ Ульфа дрогнули. Он подтянул билет на бал ближе к себе.

- А вы, я так понимаю, парой уже озаботились? - спросил юноша, попытавшись придать голосу непринужденные нотки.

-Так случилось, что... да, - развела я руками.

На кухню вновь вернулась та неловкая атмосфера, какая царила до начала разговора.

- А-а, - Райдер чуть опустил голову, и челка упала на глаза, скрывая их выражение от меня. - Ясно.

Юноша молча убрал билет обратно в заплечный мешок и поднялся.

- Что ж, пойду попробую пригласить Годара! - бодро заявил Ульфрих две минуты спустя, когда стоял в дверях. - Может, я хотя бы ему буду нужен в качестве напарника и друга?

Хохотнув, мальчишка отвесил мне прощальный поклон и скрылся. Я закрыла за ним дверь, убедившись, что на этот раз она заперта. А потом подошла к шкафу и достала из нижнего ящика незаконченное письмо в Совет. Пробежав глазами уже написанное, я скомкала бумагу и выбросила.

Ну уж нет! В новой версии отчета мерзкому характеру демона, так же как и нудной и совершенно бесполезной статистике матча будет отведена особая роль! Пускай Нефасу икается, а Ангейм спотыкается на каждой строчке, когда будет читать сей опус.

Не знаю почему, но в данную минуту мне ужасно хотелось им насолить.

14 глава.

Новогодняя ночь! Как много в этом звуке...

Разве какое-нибудь иное торжество может сравниться с празднованием первого дня весны? Когда еще город так красочно украшен флажками и ленточками, а люди столь же жизнерадостны и счастливы, словно живут в предвкушении будущего счастья?

Молодые имперцы разгуливают парочками, тесно прижимаясь друг к другу и томно вздыхая, а через девять месяцев повитухи не спят неделями, бегая по бесконечным вызовам. Родители тратят на подарки для детей такие суммы, что всего за пару дней торговцы делают годовую выручку. И только стража не празднует, вынужденная отлавливать на улицах города охмелевших, а следовательно осмелевших, бунтарей и дебоширов. То-то инспекторы вечно злые такие. Кому бы понравилось вместо магических представлений любоваться на трупы в подворотнях?

Я любила Новый год. У троллей наступление весны не праздновали. В Северных Землях и снег-то таял только к лету. Но после переезда в Южные Эльфийские Земли бабушка постепенно начала приучать меня к традициям империи. Когда мне было шесть лет, Сильфин пригласила в гости лучших магов земель и организовала специально ради меня невероятный фейерверк, самый масштабный и красочный, какой вы только можете себе представить. В последующие годы мы с семьей обязательно выезжали куда-нибудь на Новый год: будь то другая страна или просто соседняя деревня. Ни одна моя новогодняя ночь в те времена не была похожа на другую. Даже в пансионе нас отпускали домой на пару весенних деньков, чтобы самый популярный праздник воспитанницы могли провести с семьей.

По поступлении в академию разнообразием пришлось пожертвовать. На первом же курсе я попала на Облачный стадион. Благо, ни бабуля, ни папенька никогда не ограничивали меня в средствах. То был не первый в моей жизни бал, но впервые я не была экспонатом, на который все пялились. Потому как с большинством гостей я уже была знакома, а прочие, пришедшие в парах со студентами, думали, что у меня просто маскарадный костюм такой. В ту прекрасную безлунную ночь меня захлестывали эмоции и новые впечатления, я была счастлива и веселилась на полную катушку. На следующий год все повторилось. На третьем курсе вновь все было... так же. И на четвертом... Раз за разом мы с подружками скидывались на одни из самых дорогих билетов, надевали свои самые шикарные платья и отправлялись на Стадион, любоваться облаками, плывущими у нас под ногами. Словом, разнообразию новогодних ночей в моей жизни пришел конец.

Вы не подумайте, меня все устраивало. Иначе я могла бы просто не приобретать билета. За 5 золотых в нашем городке можно знатно погулять целой компанией, и еще мелочь останется - подбросить в храм Бога Воздержания на следующее утро для очистки совести. Но начав преподавать, я иначе взглянула на происходящее. Отныне нам вменили посещение Новогоднего бала в обязанность. И хотя веселиться как и прежде нам никто не запрещал, отделаться от чувства, что ты не празднуешь, а выполняешь работу, было невозможно. Преподаватели должны были следить, как бы студенты чего не натворили, разнимать мальчишек, дерущихся за право танцевать с симпатичной девчонкой, успокаивать рыдающих девиц, которым во всеобщей толчее посадили огромное винное пятно на новехонькое и безумно дорогое бальное платье, а также уговаривать пьяных гостей не кончать жизнь самоубийством, пытаясь перелететь через ограничительные барьеры, чтобы "проверить, где они там заканчиваются": умрут от нехватки воздуха где-то в стратосфере, если, конечно, у них раньше не кончится мана и они не рухнут на землю с высоты нескольких тысяч метров.

Мои студенческие подружки разъехались по разным уголкам Имперского Союза, так что отныне я проходила на Облачный стадион все больше в одиночку. Все мои новогодние праздники теперь различались только количеством разнятых драк и выслушанных пьяных исповедей коллег. Тот же Восп однажды умудрился пересказать мне все о своей семейной жизни, пока я пыталась вытащить его из дырки туалета, куда он провалился и благополучно застрял. Слава богам, на следующий день ректор уже ничего не помнил. Потому как у меня сложилось впечатление, что случайно узнанные мною сведения могут быть опасны для жизни. В первую очередь - жизни самого Воспа, проведай жена о том, что он поделился подробностями их первой брачной ночи с какой-то левой девицей.

И все же даже тогда, когда я за уши оттаскивала двоих первокурсников от винной бочки, которую они, видать, перепутали с бокалом, я, можно сказать, веселилась. Я была вольна передвигаться по Стадиону, свободно общаться с коллегами, большинство из которых давно стали мне друзьями, сколь угодно ела, пила и даже иногда танцевала, отвечая утвердительно любезно пригласившим меня на тур вальса знакомым.

А что меня ждет сегодня? Я вынуждена буду следовать за председателем совета образования как хвост за оборотнем, исполнять любое его желание и выслушивать бесконечные жалобы, которые испортили бы настроение даже Богу Дружелюбия (если такой бог существует, конечно). Ни отойти, ни поболтать с Дианой, ни развлечься. Что ж... по крайней мере, эта новогодняя ночь точно будет отличаться от предыдущих!

Я покрутилась перед зеркалом, критическим взглядом оглядывая себя. По мне так, выгляжу я просто сногсшибательно. Во всяком случае парочку человек, не удержавшихся на ногах, я вам точно гарантирую. Когда еще обычные имперцы будут иметь счастье лицезреть тролля в национальной церемониальной одежде.

Я уже упоминала, что мне в жизни повезло. У меня было столько красивых и модных платьев, о скольки иная девушка не смела бы даже мечтать. И вместе с тем ко мне достаточно рано пришло осознание, что никакой золотой шелк не превратит меня из тролля в эльфийку. Я не стану, подобно героине популярной сказки, в миг прекрасной от того, что надену чудесное бальное платье, а фея из салона красоты сделает мне ультрамодный вечерний макияж. И отважные принцы не воспылают ко мне неземной страстью, стоит мне только воспользоваться духами за сто золотых, как то утверждает реклама на каждом столбе. Ноги мои даже в хрустальных туфельках останутся сорок четвертого размера, а кожа, даже подслоем румян, - зеленого цвета.

Я не общепризнанная красавица и, как бы эгоистично это ни прозвучало, уж точно не уродина. Я просто другая. Как пес одной породы отличается от другой, так я не похожа на представителей других рас, оставаясь при этом, по сути, идентичным с ними существом. Я так же дышу, говорю, немного колдую, питаюсь теми же продуктами, говорю на том же языке. Но при этом отличаюсь.

Я тролль, человеческая мода создана не для меня. В таком случае, зачем стараться совместить несовместимое? Почему бы не воспользоваться одеждой, сшитой троллями специально для троллей?

Так ко мне пришла идея заказать в Северных Землях себе традиционный костюм, который женщины из народа троллей надевали на самое важное торжество в жизни - день совершеннолетия, когда официально можно начать охотиться и таскать полюбившихся особей за волосы, в том числе. Хотя чаще все же именно мужчины поджидали, когда их зазнобе стукнет восемнадцать (возраст, повсеместно признанный Союзом совершеннолетием), чтобы в тот же день безнаказанно утащить ее к себе в пещеру. Любые попытки насильственных действий по отношению к девушке до данного дня рассматривались, как преступление, не только законом, но и всем кланом. К сожалению, после совершеннолетия все, что станет с их дочерью, семью переставало волновать совершенно. Папенька рассказывал, что когда он работал в Совете Северных Земель, им не раз приходилось сталкиваться с преступлениями на почве сексуального характера, расследование которых существенно тормозило нежелание троллей менять сложившийся столетиями порядок.

Праздничный женский костюм троллей призван был символизировать наряд охотника. Сшит он был из звериных шкур, перемежавшимися со вставками из искусно выдубленной кожи. Контраст нарочитой небрежности и дорогостоящих мехов редких животных, которые обычно могли себе позволить только аристократы, поражал воображение. Темную гамму, в основном черный и серый цвета, разбавлял поясок, расшитый золотыми, красными и темно-зелеными нитями, переплетающимися в традиционный троллий орнамент: замысловатый геометрический узор из перемежающихся треугольников и квадратов. Юбка у платья по моим меркам была коротковата, но по современным понятиям - вполне ничего: открывала коленки, но только спереди, сзади была предусмотрена шкура (призванная, судя по всему, символизировать хвост), опускавшаяся до середины голени. К общему ансамблю были предусмотрены также мягкие кожаные сапожки, отороченные блестящим мехом.

Мда... я же спарюсь. Впрочем, красота требует жертв. Данный дикарский наряд шел мне ни в пример больше элегантных бальных платьев с пышными юбками. Я едва удержалась от того, чтобы сделать себе еще и боевой раскрас, с коим охотницы тролльих кланов отправлялись в бой. Но здравый смысл пересилил во мне желание довести помешанного на порядке Ангейма до икоты. Да и потом, где я кровь убитого врага достану? Или хотя бы свежевыпотрошенного животного. Пришлось обойтись привычной косметикой, сделав себе стандартный по имперским меркам макияж. Разве что чуть более яркий, чем обычно. Образ того требовал.

Закончив приготовления, я вышла на улицу. Шел неприятный мокрый снег, то и дело норовя испортить плоды моих титанических трудов и смазать то тушь, то помаду.

- Ух ты ж, какая ты сегодня необычная! - раздался скрипучий голос Годара.

Хозяйственник брел в сторону поля для практических занятий со стульями под мышкой.

- Помочь? - я кивнула на поклажу гнома.

- Да не, сам справлюсь, - покачал головой Годар. - Не хватало еще, чтобы за меня девчонки тяжести таскали.

Я не смогла сдержать улыбки. Наш завхоз ростом мне по пояс, а все равно причислял к "девчонкам". Как всегда в преддверии крупных мероприятий, основные хлопоты были возложены на наш хозяйственный отдел. Годар не раз жаловался, что организаторы бала то столов не досчитаются, то стулья поломают, то столовые приборы растеряют. Словом, безобразие, Темной богини на них нет! Вот и сейчас, похоже, на стадионе обнаружилось, что количество столов существенно превышает количество стульев, или нечто в этом роде.

Я не стала настаивать и вырывать ношу мужчины у него из рук. Но и обгонять его посчитала невежливым. Просто стала идти рядом, стараясь подстроиться под ритм гномьих шагов.

- Сколько сегодня планируется народу? - спросила я не потому, что мне было интересно, а исключительно из желания завязать беседу.

- Не больше обычного, - пробурчал завхоз. - А насвинячат в итоге, как орда неприятеля. Прошлый раз на первый весенний день сквозь Облачный стадион солнца было не видать! Два дня отмывали.

Помню-помню. Всем преподавательским составом на коленках ползали, магическими порошками драяли, чтобы ни пятнышка не осталось. На самом деле, невероятные ощущения: складывается впечатление, будто ты сам из-под себя пол выбиваешь и продолжаешь передвигаться по воздуху - настолько стадион прозрачен.

- Да ладно вам, они же молоды, - рассмеялась я. - Наверняка, вы в студенческие годы праздновали с таким размахом, какой нынешней молодежи и не снился.

- В их годы я учился в военной академии и ходил по струночке, у нас шаг вправо карался плетьми, а влево - приравнивался к измене родине! - заявил Годар, подтянувшись. И в голосе его слышалась нескрываемая гордость.

- Да, - протянула я, согласно кивая. - Плетьми - это хорошая идея. Дисциплины нашим студентам точно не хватает.

Гном довольно замычал, выражая одобрение моей точки зрения. Я же продолжала улыбаться, будучи просто не в состоянии сохранять серьезное выражение лица. До телепорта на тренировочном поле мы добрались, весело смеясь и делясь друг с другом новейшими анекдотами про напыщенных советников. Особенно сильно от нас доставалось членам совета образования и просвещения. Но оно и понятно - специфика работы. Да и последние принятые законы в учебной сфере заставляли задуматься не только о компетентности тех людей, что заседали в нем, сколько об их психическом здоровье. Я, конечно, не сомневалась, что Императорский Совет трудится в поте лица исключительно ради благополучия граждан Союза. Но некоторые действия отдельно взятых министерств поднимали вопрос об их адекватности. Впрочем, я могла чего-то и не понимать. Папенька всегда говорил, что политика - вещь настолько сложная и запутанная, что даже те, кто в нее играют, далеко не всегда способны в ней разобраться. Вернее, говорил отец не так, а куда более красиво и витиевато. Но смысл тот же.

Телепорт белым светящимся столбом уходил далеко в небо, теряясь в низко нависших хмурых облаках. Он должен доставлять всех желающих на Облачный стадион. Но сейчас им лишь изредка пользовались работники самого ВАМа, заканчивая генеральную уборку перед приходом гостей. Непосредственно за несколько минут до старта празднества планируется разместить еще парочку телепортов, чтобы не заставлять посетителей стоять в долгих очередях. Через полчаса после начала дополнительные входы уберут, оставив лишь два основных: один, настроенный на попадание на стадион, а другой, соответственно, на выход из него.

Я никогда не уставала восхищаться телепортами. Особенно его современными аналогами, когда транспортный амулет можно преспокойно носить в кармане, и в любой момент попасть домой: достаточно лишь выучить простенькую формулу. Ну и, конечно, необходимо, чтобы амулет изначально был привязан к тому месту, куда вы хотите перенестись, как же иначе. Но это само собой разумеется. Одна беда: как и от любой магической энергии, когда ее много, у меня начинает болеть голова. И даже секундное путешествие через блестящие столпы света чревато для меня ломом в костях и звоном в ушах в течение нескольких десятков минут. А потому я предпочитаю путешествовать наземным транспортом: каретой или на лошадях. Гораздо комфортнее. А что времени больше трачу? Так мне некуда спешить!

Поскольку транспортные амулеты - дорогое удовольствие (портативный - в особой степени, но и стационарный в том числе), то старый добрый дилижанс все еще пользовался заслуженной популярностью. Так что на трактах одиноко не бывает. Не так давно, например, на меня по дороге в Добад и вовсе разбойники напали. Дело было темной дождливой ночью, когда тучи заволокли все небо, укрыв собой не только тусклую луну, но и практически все звезды. А потом джентльмены удачи сперва поинтересовались, что я предпочитаю, кошелек или жизнь, и только потом разглядели, кто перед ними. С испуганными криками "Уаа! Тролль" они попрятались обратно в кусты. Я их останавливать, разумеется, не стала. Но особо худыми и страдающими мне они не показались. Значит, доход у них неплохой, ну или по крайней мере постоянный, и добычи по тракту путешествует достаточно.

- Ты идешь? - обернулся Годар ко мне, готовый было скрыться в белоснежном сиянии телепорта, но в последний момент заметивший, что я больше не следую за ним.

- Нет, идите без меня, - махнула я рукой. - Мне нужно кое-кого подождать.

Завхоз пожал плечами. Строго настрого запретив напоследок мне простужаться, он вошел в телепорт и вознесся к Облачному стадиону.

Я же, порадовавшись, что догадалась накинуть плащ, надвинула на глаза капюшон, стараясь укрыться от мокрых снежинок, то и дело норовящих попасть в рот. Ангейм сообщал, что прибудет в академию за час до начала бала, но когда именно он решит посетить праздник, не уточнил. А потому мне ничего не оставалось делать, кроме как прибыть на условленное время встречи загодя и караулить почетного гостя. Неизвестно, сколько мне придется ждать представителя Совета, но особых надежд я не питала. Конечно, Годфрид никогда не позволит себе опоздать. Но вот только забыл меня просветить, какое именно время он отметил в своей записной книжке, как момент оказания великой чести Высшей академии магии - появление на ее жалких танцульках! Наверняка по приезду эльфу необходимо будет встретиться с нашим ректором, еще каким-нибудь начальством и, конечно, выслушать свеженькие доклады от отряда стукачей и шпионов, которые, наверняка, протянут ему пухлую папочку с сотнями исписанных страниц - досье с компроматом на меня. Глупо предполагать, что Совет не проверяет девушку, которой доверили важное и ответственное задание государственной важности. И пока Ангейм с суровым выражения лица будет сосредоточенно вчитываться в каждую жалобу на мое неподобающее (или наоборот, подобающее) поведение, я буду вынуждена мокнуть на улице.

Что ж, ничего страшного. У природы нет плохой погоды. Во всяком случае, не в центральной части Союза и не для меня. По крайней мере, я совершенно точно не замерзну. Не со своими генами и не в этом костюме. Что же касается возможного урона моей гордости вследствие долгого стояния на одном месте в полном одиночестве, пока толпы студентов и приглашенных будут проходить на стадион, то этот аспект ожидания волновал меня меньше всего. Так уж случилось, что меня абсолютно не волновало общественное мнение, если оно не влияло на мою работу.

Гораздо больше я беспокоилась о своих новых сапожках, вернее, своих ногах в них. Разносить я обновку не успела, и теперь обувь жутко натирала мне пальцы. Вполне терпимо, но очень уж неприятно. А оттого первые минуты ожидания прошли в дискомфорте. Однако полчаса спустя то ли я привыкла, то ли кожа действительно села чуть более по ноге, но боль практически отступила, в связи с чем заметно повеселела и я сама. И первых пришедших на бал студентов встречала с такой широкой улыбкой на лице, что многие пугались и пытались удрать, думая, что я присмотрела их себе на ужин.

Как я и думала, Годфрид не явился ни за тридцать, ни за двадцать, ни даже зам десять минут до начала праздника. Судя по всему, официальную часть с речами и тостами от преподавателей советник решил пропустить. Это он зря, могу вам сказать. Если Воспа с его заунывными текстами выдержит далеко не каждый, то вот председатели различных кафедр на Новогоднем балу обычно жгли только так. Их тосты обычно моментально расходились на цитаты и анекдоты, а некоторые даже печатали в местных газетах. Можно сказать, то была своеобразная традиция академии - сочинять полушутливые, полусерьезные поздравительные речи, чтобы студенты расслабились и ощутили атмосферу праздника в полной мере. Особенно на этом поприще отличался Ирвин Руо. Вот уж кого никогда не заподозришь в наличии чувства юмора. Но на прошлом балу преподаватель водной магии резко повысил свою популярность, пожелав в наступающем году всем отстающим студентам отменного здоровья, потому как оно им непременно понадобится, когда он будет вызвать их на дополнительные занятия. Госпожа Киллеас, например, если я правильно помню, однажды пожелала всем обрести большую и светлую любовь. А если вдруг юноши будут искать и не найдут, то приглашала их в третий корпус, на кафедру языкознания, второй стол от окна.

От воспоминаний о прошлых Новогодних балах меня то и дело отвлекали студенты, здоровавшиеся со мной, проходя на телепорт. Если раньше я была знакома лишь с третью академии, то после неожиданного посева под первым номером моей команды на Магическом Кубке, моей персоной заинтересовался весь вуз. И сейчас мне желали счастливого нового года даже те люди, чьих имен я не знала. Я благодарила и улыбалась в ответ.

На поле спустился Годар. Он бесшумно вышел из столпа света, чем напугал выстроившихся в длинной очереди на телепорт студенток. По гному никак нельзя было догадаться, что он только что совершил путешествие на две тысячи метров вниз на сверхбыстрой скорости. Вот что значит военная подготовка! А ведь не молод уже! Даже юные "атлеты", бывало, вываливались из белых столпов со стонами, что уж говорить о девицах, не прекращавших визжать все несколько секунд полета.

Оглядевшись вокруг, Годар заметил меня. Перехватив его взгляд, я приветственно помахала, после чего развела руками. Мол, что поделать, все еще жду. Хозяйственник нахмурился и осуждающе покачал головой.

Рыкнув на толпу нарядных молодых людей, насчитывающую уже более ста человек, разойтись, завхоз пробился к телепорту входа и, воспользовавшись транспортными амулетами, за пару минут открыл еще три портала. Гости радостным гулом приветствовали данное действие и едва сдержались, чтобы не снести невысокого завхоза и не ломануться в свободные входы раньше времени. Остановил их лишь грозный взгляд Годара и его угрожающе поднятый кулак. Гном позволил студентам войти в порталы только тогда, когда убедился, что телепорт окончательно настроился. Никто же не хочет провести новогоднюю ночь не на балу, а где-то в лесу в гнезде угушки, верно?

Теперь гости стали значительно быстрее попадать на стадион, и очередь практически рассосалась. Я заметила в толпе Эдгара. Светловолосый эльф в элегантном серебряном костюме вел под руку Кэтрин. Девушка смотрелась невероятно эффектно в своем коротком голубом платье и с бриллиантовыми сережками в ушах. Впрочем, с такими драгоценными камнями кто угодно будет смотреться принцессой.

- Госпожа Орлиани, добрый вечер, - эльф изящно поклонился мне.

Лэндон, судя по всему, предпочла бы меня проигнорировать, но партнер легонько пихнул ее локтем в бок.

- Здрасьте, - нехотя протянула магичка, сморщив носик.

В ее глазах читалось презрение, которое она если и пыталась скрывать, то делала это крайне неудачно. Подобное отношение студентки ко мне было вызвано то ли неудом, который я влепила ей вчера, то ли чем-то еще. Но парочку уроков эльфийского у своего сегодняшнего спутника я бы ей порекомендовала взять.

Эдгар огляделся, покрутив головой вокруг, после чего произнес неуверенно извиняющимся тоном:

- Вы уж простите его. Я видел, что он никуда не торопился... Если хотите, я непременно накручу ему хвост за подобное обращение с дамами!

Изобразив на своем лице полное недоумение, я, однако, попросила эльфа оставить хвост Райдера в покое и не беспокоиться за меня. Кэтрин с Эдом направились к порталам, и в этот самый момент на меня набросились сздаи.

- Бу! - Диана повисла у меня на спине, обхватив руками шею. Но уже пару мгновений спустя она со смешком соскользнула обратно на землю. - Фу, ты мокрая!

Пока огневичка легкой магией сушила те промокшие участки своего платья, что соприкасались с моим плащом, мы с Генри пожали руки и пожелали друг другу удачно отработать эту тяжелую и веселую ночь одновременно.

- Ты уж проследи, чтобы на этот раз никто не пытался утопиться в фонтане, - похлопала я товарища по несчастью по плечу.

Преподаватель магических конструктов печально вздохнул и покачал головой:

- Я как раз надеюсь, что на этот раз Восп додумается не ставить посреди стадиона фонтан с глубиной чаши более трех метров!

Я хохотнула, вспоминая прошлогодний новогодний сюрприз от нашего ректора. Преподаватели с бытового факультета тогда превзошли сами себя.

- Зато там плавали экзотические рыбки! - вклинилась в разговор Диана. На ее лице сияла хитрая улыбка.

- Да, я помню, те, с тремя рядами острейших зубов, - при воспоминании о тех очаровательных радужных рыбках размером с ладонь (мою) Генри аж передернуло.

- Да ладно тебе, - Диана успокаивающе погладила мужа по плечу. - Восп же не знал, что они плотоядные.

Да уж, тогда за свалившимися по пьяни в фонтан студентами нырять приходилось в основном Генри и многочисленным братьям и кузенам Дианы. Поскольку женщины отказывались портить платья и макияж, а возрастные преподаватели настаивали, что они слишком стары и спорт (а заплыв не на жизнь, а на смерть наперегонки с норовившей покусать тебя рыбой иначе, как спортом не назовешь) - удел молодых. Я бы помогла ребятам, но боюсь воды и совершенно не умею плавать. Был еще Руо... Но учителю водной магии доставляло неземное блаженство стоять в сторонке и наблюдать за самим процессом спасения, так что помощи от него ждать не приходилось.

- Сегодня снова приезжает комиссия, слышала? - спросил Генри, глядя мне прямо в глаза. - Я видел того самого ревизора у главных ворот, когда мы подъезжали.

Ангейм уже здесь? Что ж, может, мне не так уж долго ждать осталось.

- Что-то советники зачастили к нам в гости последнее время, - с этими словами молодой человек взял под руку жену и нежно накрыл ее ладонь своей. - Не к добру это.

- Не бери в голову, - поспешила успокоить друга я. - Ты накручиваешь себя без повода.

- Вот и я о том же! - воскликнула Диана, теснее прижимаясь к мужу. - Этот дурак постоянно твердит, де, то странно, это. Я же его убеждаю, что ровным счетом ничего не происходит! - и тут подруга резко перевела взгляд на меня. - Ведь правда же, Нива?

Взор лучшей студентки академии был столь тверд, холоден и решителен, что я даже растерялась. На какую-то секунду показалось, что передо мной стоит не Диана Вест, а кто-то другой. Но спустя мгновение я пришла в себя и сообразила, что данный взгляд подруги командовал мне подтвердить ее слова с целью успокоить Генри и был продиктован исключительно заботой о возлюбленном.

- Конечно же, правда! - кивнула я. - Все, идите уже! Генри нельзя опаздывать!

И чета Вест отправилась к одному из порталов. Я махала им до тех пор, пока они не скрылись в белом сиянии телепорта. И только потом обнаружила, что подле меня кто-то стоит. Даже вздрогнула от неожиданности. Но разглядев розовую шубку, тут же успокоилась.

Агнес и Илбрим стояли рядом, смиренно опустив головы и послушно дожидаясь, когда я соизволю их заметить.

- Добрый вечер, госпожа Орлиани, - тоненьким голоском поздоровалась некромантка, как только поняла, что я смотрю на нее. Она присела в глубоком книксене, тогда как Фрэниар поспешил отвесить столь же глубокий поклон.

И долго голубчики здесь стояли? Терпеливо ждали своей очереди поприветствовать меня, пока я была занята с более старшими товарищами? Как интеллигентно с их стороны. И даже по-своему приятно. Но гораздо больше меня поразило само присутствие Илбрима.

Надо признаться, я не ожидала увидеть нелюдимого эльфа здесь. Все-таки популярное празднество с большим количеством народа - явно не то место, где юный анимаг предпочитал бывать. Да и представить, как он приглашает девушку на бал, я не могла, сколько ни напрягала фантазию.

- Я пригласила Ила с собой на бал, - объяснила Агнес, заметив мое недоумение.

Щеки девушки порозовели и сделались практически одинакового цвета с ее платьем.

- Это в благодарность за... ну... все, - пролепетала она и краешком глаза покосилась на спутника.

Фрэниар тоже выглядел не в своей тарелке. Он не краснел, но скорее бледнел и так же периодически бросал взгляды исподтишка на блондинку по правую руку от себя.

- Так, дети, поскольку вы, скорее всего, впервые окажетесь на Облачном стадионе, вам следует кое-что знать: настоятельно рекомендую как можно реже смотреть под ноги! - пригрозила я пальцем. - А то с непривычки может закружиться голова. А потому подбородки выше, спину прямо и грудь вперед, будто она вся в орденах!

Ребята испугались моего командного тома и поспешили последовать мим указаниям. Оба оторвали взоры от носков туфель и резко подняли головы. Я довольно хмыкнула. Вот, то-то же. Совсем другой коленкор. По крайней мере, теперь они не похожи на затравленных мышек из лаборатории. Нечего портить главный праздник года постными лицами. Еще раз поклонившись и пробормотав "до свидания", Агнес с Илбримом неуверенно двинулись в сторону телепортов. Они не держались за руки и шли на расстоянии друг от друга, да таком, что между ними мог еще один человек пройти. Что, собственно, периодически и случалось, когда спешащим на бал другим студентам было лень обегать преграждающую путь парочку.

Время неумолимо приближалось к шести часам. Именно во столько на Облачном стадионе заиграет оркестр, играя сперва гимн Союза, а после - Высшей академии магии. Затем Восп попросит всеобщего внимания, отвлекая студентов от флирта со своими вторыми половинками и поедания пирожных, щедро выставленных на накрытых белоснежными скатертями столах. Первые несколько часов все будет мирно и чинно. Чем ближе ночь - тем зажигательнее танцы, ниже руки партнера во время вальса и больше работы у преподавателей. После заветных ударов часов, знаменующих собой приход весны, не будет больше ни пирожных, их съедят значительно раньше, ни белых скатертей, лишь какое-то заляпанное и измятое недоразумение, ни оркестра, потому как музыканты, напившись, отправятся праздновать вместе со всеми. Словом, весело.

Однако Годфрид Ангейм не спешил приобщиться к празднеству. Вот уже глухим эхом по тренировочному полю пронесся трубный сигнал, знаменующий собой начала бала, студенты, продолжающие пребывать внизу, засуетились и стали быстрее продвигаться к телепортам на Облачный стадион, а я все также продолжала стоять неподалеку, как верные пес ждет своего хозяина у крыльца. Постепенно народу становилось все меньше, пока гигантское поле не опустело вовсе. Лишь изредка пробегали запоздавшие молодые люди.

Спускался Годар, чтобы закрыть дополнительные порталы. Он вновь осуждающе покачал головой, когда заметил меня. Я пожала плечами и улыбнулась. К происходящему я относилась философски. Такая ли уж большая разница: проводить время в компании Ангейма или без него, в глупом бесцельном ожидании? Вечер все равно испорчен. Однако я воспользовалась случаем и сняла порядком мешавший и ставший ненужным плащ, отдав его Годару с просьбой оставить в гардеробной стадиона.

Я потеряла счет минутам, развлекая себя тем, что переиначивала куртуазные эльфийские песни на троллий манер. Бессмысленное занятие, знаю, и случайный прохожий, услышавший меня в этот момент, мог получить моральную травму на всю жизнь (и мое пение было бы в этом столь же виновато, как и содержание собственно песни), но мне больше нечем было занять себя.

Я как раз перешла к куплету про графиню и ее садовника и обдумывала, как бы перевести слово "тяпка", когда заметила быстро приближающуюся фигуру. Развитая скорость не давала усомниться, это был "атлет". И первым мне в голову пришел, естественно, один оборотень...

Райдер остановился метрах в сорока от цели, если ею был оставшийся в единственном экземпляре телепорт входа. Поскольку на улице уже начало темнеть, да и Облачный стадион, забитый под завязку людьми, в том месте, где я стояла, закрывал собою луну, то разглядеть с такого расстояния Ульфриха я толком не могла. И для меня оставалась загадкой причина его столь резкой остановки.

Юноша продолжал стоять на месте и не спешил приближаться. Он несколько раз обернулся, поглядел вверх, провел рукой по взлохмаченной шевелюре и только потом побрел вперед.

- Почему? - произнес оборотень вместо приветствия, когда поравнялся со мной.

Я развела руками. Откуда я знаю, почему? Графиня и садовник любили друг друга, а чем они занимаются в свободное время - их личное дело. Отчего именно садоводством, а не лепкой из глины, например, вопрос не ко мне, а к сочинителю данной эльфийской баллады.

- Я только что видел его в общаге и подумал... - Райдер схватился за голову и тяжело выдохнул, получился практически рык. - Как глупо!

И внезапно юноша рассмеялся. Да так неожиданно, что я вздрогнула и отступила на шаг.

- Какая чудесная погода! - воскликнул Ульфрих, вдоволь нахохотавшись.

Я скептически покосилась на подмерзающие лужи и слякоть на поле. Ну, по крайней мере, прекратил валить мокрый снег и тучи слегка рассосались. Так что, действительно, лучше, чем было. Райдер вздохнул полной грудью, наслаждаясь вечерним зимним воздухом.

- Решил, что грех - в такую погоду не прогуляться! - и подмигнул из-под своей челки.

- Что ж вы, на Новогодний бал идти не планируете? - удивилась я.

Билет в тридцать пять золотых - это вам не шутки. Сложно представить себе, того, кто откажется от него.

- Мне было не с кем, меня все бросили! - и юный проказник состроил жалостливую мордочку "приголубьте меня, кто-нибудь", с влажными глазами, дрожащими губами - все, как полагается, в лучших традициях мастерства уличных лицедеев.

Честное слово, я даже едва удержалась, чтобы не погладить его по волосам или даже почесать под подбородком.

- А как же билет? - продолжала искренне изумляться я, спрятав руки за спину, чтобы, не дай боги, не поддаться соблазну.

Оборотень, видя, что я не поддаюсь его чарам, прекратил играть и вернул лицу обычное выражение.

- Я дал его Муну и Жоре. Пусть парни расслабятся. Но! - юноша поднял указательный палец левой руки и хитро ухмыльнулся. - С условием, что подарки они отдают мне!

Я представила себе, какими будут подарки за 35 золотых. Я бы даже присвистнула, если бы умела свистеть.

- И что тогда вы планировали делать в новогоднюю ночь? - спросила я, гоня прочь видения мягкого кожаного дивана за 34 золотых, который я себе вот уже несколько месяцев присматривала.

- Да так. Просто лежал у себя в комнате и оплакивал свою несчастную судьбу, - печально вздохнул мальчишка. Подождал немного и выдохнул вновь, попытавшись на этот раз вложить во вздох всю грусть мира. Прежде чем он повторил это в третий раз, я поспешила его опередить:

- Максимум, чем я могу утешить вас, студент Райдер, - я выставила руки вперед в защитном жесте, - это позволить использовать при написании сочинения не 150, а 149 слов. Вас устроит?

И только после того, как я это произнесла, поймала себя на мысли: "Что я творю?" С какой стати я вообще решила пойти на уступки этому проказнику? Только потому, что он глянул на меня умоляюще просящими глазами бездомной собачонки? Ниавин, ты стареешь. С тобой творится что-то неладное. Еще немного и, небось, подобно Аркадии Иванна буду называть всех студентов внучками, малышами и стремиться обнять и прижать к груди в порыве материнского инстинкта.

- Позвольте составить вам компанию - для меня этого будет достаточно, - улыбнулся Райдер.

Я пожала плечами, мол, как хочешь, я не в праве тебе запретить присутствовать на поле. Юноша отвел руки за спину и изобразил галантный поклон:

- Как безответственно с моей стороны: я не сказал вам о том, как вы прекрасно выглядите сегодня!

Я улыбнулась краешками губ и слегка склонилась в ответном реверансе.

- Я польщена, благодарю за комплимент.

Ульфрих выпрямился и приложил правую ладонь к груди. Он напоминал солдат на параде во время исполнения гимна. Во всяком случае, выправка у него была не хуже военной. Вот только выражение лица было лишено той холодной серьезности, что обычно присутствовала у военнослужащих. Райдер смотрел на меня снизу вверх из-под своей челки (которую то и дел пытался сдуть, но она упорно продолжала падать и заслонять на глаза) и кротко улыбался.

- Если бы меня сейчас с вами были на балу, я бы непременно пригласил вас на танец, - заявил оборотень. На долю секунды он перевел взгляд на небо, туда, где парил Облачный стадион, а потом вновь посмотрел на меня.

- Если бы мы сейчас с вами были на балу, - подчеркнула я, сопровождая свой ответ, однако, доброй улыбкой, - я бы, возможно, согласилась.

Райдер аж просиял.

- Тогда что нам мешает? - воскликнул он возбужденно. - Мы не так уж далеко от основного действа, - и юноша указал на небо.

"Ну да, - я взглянула на темнеющее пятно стадиона над нами. - Всего-то пара тысяч метров".

- Вот только музыки не слышно, - покачала я головой, изобразив вселенское разочарование.

Ульфрих отмахнулся от данного аргумента, как чего-то, не стоящего внимания.

- Я слышал, как вы чудесно пели несколько минут назад, - произнес юноша, задумавшись. - Можете напевать, пока мы будем танцевать, - заметив, как я нахмурилась, парень поспешил добавить. - В принципе, мы можем петь дуэтом!

И в этот момент я впервые всерьез задумалась над предложением Райдера. Развлекаться исключительно на словах, обмениваясь шуточками, конечно, приятно. Но и подвигаться не помешает... Ноги все равно затекли стоять. И все же больше всего меня заинтересовала возможность услышать, как поет Ульфрих. Чарующий тембр его голоса, казалось мне, создан для исполнения романтических баллад.

А почему бы, собственно, и нет? Мне все равно нечем заняться. Праздник сегодня, в конце концов, или похороны?

- Если вы изволите выступить в качестве музыкального сопровождения... - неуверенно протянула я.

Райдер радостно закивал и стал еще больше походить на мальчишку, а не зрелого юношу. Прокашлявшись пару раз, он низким голосом пропел пару нот. Замолчал, и через мгновение затянул снова, на этот раз чуть выше. Распевался.

И наконец, он запел. Это была неизвестная мне протяжная романтичная песня про свет звезд и сияние луны, что уступают в своей красоте двум прекрасным девичьим глазам. Ульфрих протянул мне руку, я приняла ее. Я уже танцевала пару раз со своими учениками, но никогда на пустынном поле в вечерней темноте. Райдер в простой светлой рубашке, я - в торжественном наряде из кожи и меха. И мой партнер вполголоса напевал балладу, периодически забывая слова и вставляя вместо них "ла-ла-ла" и "м-м-м", получалось очаровательно.

Как только мы с Ульфом нашли подходящее место для танца - чтобы не вальсировать между проталинами и грязной кашей - явился тот, кого я уже не чаяла увидеть.

Годфрид Ангейм шел через тренировочное поле с высоко поднятой головой, умудряясь при этои избегать слякоть, однако развивающийся плащ со знаком императорского Совета слегка придерживал, чтобы не запачкать. Лицо эльфа при этом было донельзя брезгливое.

Он не удостоил оборотня даже взглядом. На меня глянул лишь мельком и скомандовал на эльфийском: "Идемте!" И тут же прошел на телепорт.

- Что ж, к сожалению, мне пора! - я отпустила руку Райдера. - Работа! - и я кивнула в сторону советника.

Юноша выглядел озадаченным. Я, конечно, могла бы объяснить ему ситуацию, про партнера на бал и все такое. Но зачем? Да и времени не было, Ангейм начинал раздраженно оборачиваться через плечо. Попрощавшись со студентом, я подбежала к своему спутнику на этот вечер. Я не стала интересоваться, что его так задержало. Я уже давно про себя решила, что вообще не буду задавать никаких вопросов, только переводить.

- В деревне в сорока километрах отсюда совершен массовый суицид, - внезапно выдал Годфрид, когда я поравнялась с ним. Мужчина не смотрел в мою сторону, но обращался совершенно очевидно ко мне. - Это обнаружили сегодня утром. Горы трупов на центральной площади.

Я вздрогнула и рефлекторно поежилась, но продолжала молчать. Я не могла сориентироваться, как отвечать на эти странные слова.

- Ни одной живой души, Орлиани, - произнес эльф тише, продолжая упирать взгляд в свет телепорта. - И дети, и женщины со стариками - все лежали у храма и воняли.

Я оглянулась. Райдер все еще стоял там, где я его оставила, но он был достаточно далеко и не мог нас слышать.

- Это... это последователи Темной богини? - прошептала я чуть дрожащим голосом. - Но зачем?

И тут Ангейм все же соизволил взглянуть на меня. Но исключительно для того, чтобы смерить презрительным взором холодных глаз. Мол, совсем мозгов у женщины нет, чего еще ждать от тролля.

- Репетиция, Орлиани, репетиция.

- Зачем вы все это мне рассказываете? - не выдержала я.

- Туда отправились наши лучшие люди, а я явился на какие-то школьные танцульки, - заявил эльф с такой злостью, какую я от него слышала лишь тогда, в общежитии. - Так что не делайте такое кислое лицо, Орлиани, - добавил мужчина неожиданно, - не только вы предпочли бы сейчас оказаться в другом месте.

И Ангейм скрылся в белом свете телепорта. Я автоматически последовала за ним. И когда пару секунд спустя ступала на прозрачный пол стадиона, пыталась разобраться в себе: только ли от переизбытка чужой магии у меня так болит в груди и отчаянно стучит в голове? Я глядела на прямую спину своего спутника, и серебристый знак Императорского Совета на белом плаще расплывался у меня перед глазами.

Слова Ангейма испугали меня. Нет, я никогда не принадлежала к числу тех, кто подвергает критике любое решение вышестоящих органов. Я относилась со здоровой долей скептицизма к тем сомнительным проектам, которые советники старались протолкнуть, заботясь, прежде всего, о своем личном благосостоянии или чем-то другом, нам неведомом, но точно не о народе. Однако я свято верила, что в том, что касается государственной безопасности, чиновники преследуют те же интересы, что и я. А значит, сейчас делается все, чтобы предотвратить возможную угрозу со стороны культа Темной богини или других организаций, считающих дозволительным лишать жизни ни в чем не повинных людей.

В Совете работает немало умных и находчивых людей (но в большинстве своем эльфов), и отец мой - тому доказательство. Конечно, иные их решения вызывали исключительно недоумение, как, например, мое поручение. Но если Годфрид и компания считали, что мои ежедневные отчеты помогут оградить имперцев от участи, что постигла ту самую деревеньку, то так тому и быть.

Словом, только что открывшаяся информация повергла меня в шок, но вовсе не потому, что я внезапно взглянула на председателя просветительского совета с другой стороны (хотя и этого тоже нельзя отрицать). Наоборот, я вдруг ощутила, как велика и насколько близка опасность, которая до этого момента казалась туманной и призрачной. И насколько беспомощно оказалось государство.

И это злило Ангейма. Он злился, потому что не смог спасти сотни жизней? Или потому что просчитался? Что его идеальный план где-то дал сбой? Я не знаю. Но тот факт, что вместо того, чтобы броситься на место происшествия, мужчина вынужден был явиться на бал, означало только одно: академия занимает во всей этой истории с Темной несомненно важное место. И так ли уж невинна моя миссия, как казалось на первый взгляд? Во всяком случае, теперь она представлялась мне еще более загадочной и малопонятной, чем прежде...

Я с трудом продиралась сквозь толпу, стараясь не отстать от своего спутника. Народу, как всегда, была тьма. Гости рассредоточились на сотни маленьких групп, рассказывая друг другу последние сплетни и хвастаясь новогодними нарядами. Между людскими островками оставались лишь узенькие ручейки свободного пространства, в которых ловкий эльф легко маневрировал, а вот моя широкая, плотно сбитая фигура в них с трудом протискивалась. В итоге я случайно толкала окружающих то в плечо, то в спину, а то и вовсе ногу отдавлю. Оставалось надеяться, что мои искренние извинения служили достаточной причиной простить меня. Одно хорошо - с моим ростом, возвышаясь над головами практически всех собравшихся, я без труда могла уследить за шустрым Ангеймом и не терять его из виду.

Хозяйственники расстарались на славу. Возведенные на время праздника стены, столы, скамьи и даже люстры, словом, все вокруг было из выполнено словно из хрусталя. Полупрозрачная, нежных пастельных тонов мебель не позволяла потерять того уникального ощущения, что ты плывешь в воздухе среди облаков, но при этом и оставалась видимой. В комнатах у входа стояли столы с угощениями, тогда как для танцев был отведен отдельный зал - то самое поле, на котором соревнуются сильнейшие маги академии. Годфрид сразу же направился именно туда, ни разу не остановившись, чтобы захватить пироженку или яблоко.

Посреди танцевального зала "росло" огромное дерево, напоминающее дуб. Оно было словно из стекла или какого другого материала, напоминавшего тот, из которого был сконструирован сам Облачный стадион. И данное диковинное растение практически невозможно было бы заметить в виду его прозрачности, если бы не многочисленные светящиеся плоды, растущие на нем. Продолговатые "фрукты" размером с мужскую ладонь (то есть несколько меньше моей) были трех разных цветов: темно-фиолетовые, ярко-желтые и светло-красные. При любой попытке дотронуться до них, ветка с плодом ловко уворачивалась, а другая хлестко шлепала любопытного по попе. Как минимум треть из собравшихся в зале то и дело потирали зад.

Ангейм встал у стены так, чтобы видеть большую часть зала и полностью - сцену. Я пристроилась слева. Мужчина выглядел напряженным и раздраженным. Меня не удостаивал даже взглядом. Он обводил медленным внимательным взглядом танцевальные и флиртующие пары. Что он высматривал, так и оставалось для меня загадкой.

Я попыталась поставить себя на место советника и представить, что он думает сейчас: "Как они все вокруг убоги. Эти платья, эти танцы, этот варварский язык. Что я здесь делаю, когда должен находиться там..." И знаете, что самое странное? Я его понимала. Не во всем была с ним согласна, конечно, но понимала. Признаться честно, если у меня сегодня и было праздничное настроение, то теперь оно совершенно точно пропало. И его поднятию никак не способствовал демон, которого я заметила только сейчас.

Нефас стоял не так далеко. Он находился где-то в пятнадцати метрах напротив. Но между нами то и дело проходили люди, создавая ощущение, будто мы оба находимся на противоположных сторонах оживленной дороги или же разных берегах бурной реки. Эгерэ попивал из бокала буро-красное вино (не удивлюсь, если кровь девственниц, которую сам же и добывал) и пристально следил за... нет, не мной. Ангеймом. Мой спутник как раз в этот момент стоял к Нефасу спиной, беседуя с главным бухгалтером академии. Поскольку они оба эльфы, мой перевод не требовался.

Демон не посчитал нужным принарядиться к празднику. На новогодний бал он явился в своей обычной одежде: темных кожаных куртке и брюках. Впрочем, он и лекции вел в прикиде, больше напоминающем разбойничий, что от него еще ожидать.

Наконец, Нефас заметил, что я за ним наблюдаю. На его лице расцвела ехидная улыбка, и он даже слегка склонил голову, приветствуя меня. Большего я не удостоилась. Да не очень-то и хотелось.

Однако мне стало любопытно, как Эгерэ попал на Облачный стадион. Он-таки нашел где-то деньги? Или уговорил кого-то другого стать его спутником на эту ночь? Кто тот несчастный, кому не повезло терпеть несносного демона в Новый год? Наверняка Ррадригар. Кстати, где он? Золотой дракон не был замечен мною ни среди танцующих, ни среди тех, кто сметал со столов все вкусности и напитки. Да и пока я ожидала Ангейма внизу, не видела, чтобы Ррад проходил мимо меня. Впрочем, я пристально за ним не следила, могла и упустить. Приход того же Нефаса умудрилась ведь проморгать.

Поскольку демон и его окружение были мне категорически не интересны, я намеревалась отвернуться и заняться чем-нибудь более полезным. Например, подсчетом перьев в прическе жены Воспа (а чем еще прикажете развлекаться в такой ситуации?). Но тут произошло нечто неожиданное, изумившее меня настолько, что заставило задержать свой взгляд на Эгерэ.

К преподавателю демонического подошла Сойер. Девчушка в прекрасном белоснежном платье, сияющем в свете "светлячков", в своих неизменных очках в круглой оправе и двумя косами, прикрывающими голые плечи, не просто приблизилась к Нефасу (а вдруг поздороваться просто решила). Она держала в руках блюдце с двумя пирожными и протягивала его демону, предлагая угоститься.

Несмотря на прекрасный наряд, Мери оставалась все той же Мери. Она не производила впечатления невероятной красавицы и не излучала ауру уверенности. Зато она умудрилась наступить на подол уходящего в пол платья и с громким оханьем рухнуть прямиком на грудь Эгерэ, попутно приземлив пирожные ему на голову. Если бы я не была столь сильно удивлена выбором Нефаса партнерши на бал, то, пожалуй, ехидно улыбнулась бы. Однако в данный момент мой мозг был слишком занят обдумыванием увиденного.

Из всех возможных вариантов именно Сойер? Почему? Не сам ли демон жаловался мне, что девушка причиняет слишком много беспокойства ему и его другу? И потом, заставить платить за себя женщину - разве это не низко?

Пока я размышляла, демон и его спутница скрылись из виду. Наверняка, Эгерэ ушел умываться, а Мери засеменила за ним, беспрестанно извиняясь. Спохватившись, я обвела взором зал. Нефас действительно куда-то пропал, а вот Сойер была замечена неподалеку у одного из выходов. Я глянула краем глаза на Ангейма. Ему до сих пор не было до меня никакого дела. Тогда, решив, что советник не маленький мальчик и, если я отлучусь на пару минут, не потеряется, я решительным шагом направилась к одной из своих подопечных. То, что сам Императорский Совет велел тщательно следить за ними, волновал меня в последнюю очередь. Куда больше меня беспокоил вопрос безопасности студентки.

Заметив меня (а в толпе я выделяюсь), Мери улыбнулась и присела в элегантном реверансе.

- С Новым годом, госпожа Орлиани, - произнесла отличница, стоило мне подойти ближе. - У вас чудесный костюм! Традиционный троллий, насколько я помню? - в девичьем голосе слышались неподдельные нотки восхищения.

- И вас с праздником, студентка Сойер, - поприветствовала в ответ я. - Как всегда, ваши познания в области истории Союза поражают. И кстати, ваше платье тоже очень красивое.

Девушка чуть порозовела и довольно приосанилась. Что-то мне подсказывает, что обрадовалась она именно первому комплименту, а не второму.

- Вы пришли на бал одна? - осторожно завела разговор я. - Я имею в виду, юная и миловидная девушка в столь прекрасном наряде не может остаться без партнера в такой романтичный вечер...

Кажется, я все же что-то не то сказала. После моих слов Мери заметно поникла. Ее плечики опустились, а пальчики начали судорожно теребить кончик одной из кос.

- Это платье мы выбирали вместе с госпожой Вест. Я взяла его напрокат у городской модистки, - сбивчиво оправдывалась девушка. - Мне советовали, говорили, что оно мне идет... Я... По правде, я хотела произвести впечатление на господина Орума.

И тут не обошлось без Дианы. Следовало догадаться, что любительница строгого сдержанного стиля Сойер вряд ли самостоятельно решится на вид, более подходящий девочкам, мечтающим стать принцессами.

- Так значит, вы здесь с Ррадригаром?

Можно сказать, я даже почувствовала некое облегчение. Даже с драконом юной девушке будет безопаснее, чем с демоном. Особенно, если дракон - воспитанный и сдержанный Ррад, а демон - невоспитанный и несдержанный Нефас. Я даже успела представить себе сцену приглашения на бал. Наверняка, Мери долго собиралась с духом, предположим, всю лекцию. А потом, вдохнув поглубже, четким шагом приблизилась к преподавателю и как на духу все ему выложила. Правда, в моем воображении упорно не хотела рисоваться картина радостно кивающего Ррадригара. Я была уверена, что дракон откажет.

- Мм... н-нет, - замялась студентка. - Я пригласила господина Эгерэ, - заметив, как я нахмурилась, девушка поспешила добавить. - Это в благодарность за то, что он спас меня тогда, над озером! Я не думала навязываться... просто, господин Эгерэ посетовал, что не может попасть на бал...

Представляю себе, как он "посетовал". Небось, получив отказ от меня, пошел проверять оставшиеся варианты, требуя в ультимативном тоне обеспечить ему билет. Наверняка, он каждому заявлял, что тот что-то ему должен. Вот несчастная Сойер ему, оказывается, жизнью обязана... Впрочем, момент там действительно был опасный, но апеллировать к нему - бесчестно! Спасение детей должно быть само собой разумеющимся для учителя, а не поводом для выклянчивания приглашения.

- Ну и как, вам нравится бал? - я вложила в свои слова как можно больше сомнения, чтобы подтолкнуть студентку пожаловаться, если демон и вправду испортил ей вечер.

- Да, конечно, здесь так же восхитительно, как и всегда! - всплеснула руками Мери.

Что ж. Если Нефас ей и докучает, то не сильно. Я пока могу отступить. Если уж на то пошло, то, вспоминая инцидент с пирожными, опасность пока что угрожала только самому демону. Но Эгерэ может быть уверен, его подозрительное повышенное внимание к одной из моих подопечных непременно будет отражено в докладе. Даже не верится, но впервые за этот месяц мне не терпелось сесть за перо и бумагу, чтобы поскорее отправить весточку Совету. Зная себя, я могла гарантировать, что данное вдохновение пройдет довольно быстро. Какая жалость, что ближайшие часы мне придется провести здесь.

- Орлиани! - пропел знакомый хрипловатый голос над плечом, стоило мне отойти. - Какой великолепный выбор наряда! Обожаю мех и кожу! Особенно только что освежеванную.

Я обменялась приветственными поклонами с Ирвином Руо. Невысокий молодой мужчина с длинными волосами чудного голубоватого оттенка (и ногтями в тон) манерно поправил манжеты.

- Ваша ученица, Орлиани? - и преподаватель водной магии указал длинным изящным пальцем в сторону Сойер, которая продолжала стоять там, где я ее оставила - у стены, у входа в залы с угощениями.

- Да, с факультета теории и истории магии, четвертый курс, - подтвердила я.

Руо ленивым движением убрал локон волос со лба:

- Интересненько, - произнес он таким тоном, будто только что открыл четвертый закон магомеханики (которых, как известно, только три).

- А что-то случилось, господин Руо?

Я представить не могла, какие у завкафедрой водной магии могут быть дела к Сойер - пускай круглой отличнице, но все же банальному "теоретику". Единственное, что приходило в голову: Руо узнал о каком-то проступке девушки и горел желанием ее наказать. Неужели инцидент с пирожными не обошел и его? Я с подозрением уставилась на макушку коллеги. Блестящие, слегка вьющиеся волосы никак не выдавали недавнее присутствие крема на себе.

- Просто я уверен, что мы уже с ней встречались, - протянул мужчина нараспев. От ухмылки, исказившей его бледной лицо стало не по себе. - И похоже, это не могло быть во время лекции. Прошу меня простить.

Отвесив небрежный поклон, маг скрылся в толпе, отправившись куда-то по своим делам. Меня поразило не столько заявление Руо о том, что он встречал Мери (этому как раз удивляться не приходится, мало ли, где они могли пересечься в академии), сколько выражение лица, с каким он это произносил. Я бы сказала, что в этот момент он походил на хитрого лиса. Обычно такие взгляды он бросал на своих провинившихся учеников, предвкушая удовольствие, которое получит ломая им пальцы один за другим. Сами взоры мне в свое время видеть приходилось, а вот с костоправством преподавателя я сама лично не сталкивалась - Диана рассказывала. Впрочем, отличница Диана тоже на "аудиенции" у Руо отродясь не бывала и довольствовалась рассказами рыдающих знакомых. Так что, сколько в этих слухах доли правды, известно не было. И все же насторожиться меня подобное поведение коллеги заставило.

Я вернулась к Ангейму. Его собеседник уже ушел, сам эльф медленно попивал вино из хрустального бокала, то и дело морщась и выражая презрение то ли к вкусу напитку (а вино ведь столичное), то ли к окружавшему его обществу. Я пристроилась рядом: аккурат между советником и кадкой с елкой.

- Зачем вы здесь? - решилась, наконец, спросить я, когда тягостное молчание затянулось. Не став дожидаться пренебрежительного короткого ответа оппонента, я поспешила добавить. - Я понимаю, что это ваша работа. Но в чем она заключается? Неужто, где-то еще в академии прячутся антимаги?

Годфрид прекратил пить. Едва заметное движение - и пустой бокал исчез. Надеюсь, он не клептоман и не засунул имущество академии в свой пространственно-временной карман, чтобы утащить домой. У нас Годар строгий учет ведет: за каждую разбитую рюмочку влетает всем недоследившим преподавателям.

- А что, если я скажу, что приставлен следить за вами? - спросил советник бесстрастным тоном, скрестив руки на груди. Он смерил меня холодным взглядом, ожидая ответа.

- Тогда я скажу, что это пустая трата времени, - пожала плечами я.

Мужчина хмыкнул и отвернулся, вновь вперив взгляд в пустое пространство. И продолжал молчать.

- Вам не кажется, что я слишком мало знаю о том задании, которое мне поручили выполнять? Если моя миссия и правда так важна, то почему мне толком не могут объяснить ее суть?

Не удержавшись, я задала вопрос, который мучил меня все это время. Почему-то мне казалось, что сегодня Ангейм куда больше настроен к разговорам. Вероятно, это было связано с его внезапной откровенностью у входа на стадион.

- Вы и так знаете больше чем следовало, - мрачно заметил Годфрид и снова умолк.

Больше чем следовало? О чем он? Неужто о Кае? Конечно, вряд ли мое задание подразумевало знакомство с девочкой, но ничего особо страшного в том, что мне было известно существовании в Союзе антимага, я не видела. Впрочем, если не хочет говорить, настаивать не буду.

В последующий час мы друг с другом не перекинулись и словечком. Иногда к Ангейму подходили наши преподаватели, какие-то городские чиновники и просто дамы, жеманно хихикающие и желающие познакомиться. Я переводила их поздравления на эльфийский, а на имперский - пожелания Годфрида убраться им куда подальше (только в более вежливой форме, естественно). Не похоже, чтобы Ангейм стремился обзавестись на этом балу новыми связями или хотя бы поддерживать имеющиеся деловые. Волей не волей, а голову посещала шальная мысль, что явился он на Новогодний бал с единственной причиной - следить за мной. Но смеясь над собственной глупостью, я отгоняла подобные мысли прочь.

Спустя какое-то время советника обуяла жажда, и он решительным шагом направился в соседнее помещение - поближе к ломящимся от деликатесов столам. Впрочем, это я погорячилась. Когда мы добрались туда, на столах, хоть еды и было до сих пор навалом, все тортики, пироженки и фрукты были уже кем-то понадкусаны или размазаны по скатерти. Мой спутник материализовал давнишний бокал (значит, не забыл о нем, слава богам) и до краев наполнил его жидкостью из первой попавшейся бутылки. Я не стала останавливать его и сообщать, что не глядя он схватил деревенскую паленку, которую протащили на стадион студенты. Ничего, как глотнет, сразу поймет. И вообще, эльф как-то подозрительно много пил для советника, находящегося в данный момент на задании государственной важности. Впрочем, я же не знаю, в каких количествах он закладывает за воротник будучи не на службе.

Там же, у столов, я обнаружила Генри. Вест задумчиво возил ложечкой по тарелке с тем, что когда-то было мороженым (но давно растаяло), и задумчиво оглядывался по сторонам.

- Нива! - радостно воскликнул молодой человек, заметив меня.

Он подошел поближе и даже протянул мороженое, предлагая угоститься. Я вежливо отказалась, и Генри, печально вздохнув, понял, что, похоже, домучивать лакомство придется самому.

- Нива, ты, случайно, Диану не видела?

Я ответила, что с тех пор, как поднялась на стадион, с подругой не пересекалась.

- Хм, ну ладно. Пойду дальше ее искать. Представляешь, попросила принести ей мороженого, а сама запропастилась куда-то. А ведь мне за него драться пришлось! - Генри аж передернуло от воспоминаний.

- С кем? - не удержалась и полюбопытствовала я.

- С госпожой Киллеас, - печально вздохнул Вест и отправил ложку с растаявшей массой в рот.

Я удивленно присвистнула:

- И как же ты умудрился победить?

Вот уж не ожидала от друга такой прыти. Умудрился перебороть в чем-то Киллеас? Вот уж действительно - восходящая звезда магического мира!

- Дык, я проиграл! - и преподаватель магических конструктов печально кивнул на прохладное месиво в своей тарелке.

И тут я обратила внимание, что Ангейм пристально наблюдает за нашим с Генри разговором.

- Здравствуйте, - Вест учтиво поклонился. - Вы тот самый ревизор из просветительского совета, правильно?

- Господин Ангейм, позвольте представить вам преподавателя академии господина Генри Веста, - объявила я на эльфийском, указывая на своего друга.

- Я знаю, - холодно обронил Годфрид, даже не подумав ответить на поклон молодого человека.

Генри почувствовал, что ему не рады, и поспешил ретироваться.

- Пойду искать жену, - прошептал он мне на прощание. - С Новым годом! - и скрылся в соседних залах.

Я отыскала на столе одно целое, ненадкушанное, яблоко и впилась в него зубами. Все лучше жевать, чем молчать. Но когда в моих руках остался только огрызок, темой для беседы пришлось все-таки озаботиться.

- Вы знакомы с именами всего преподавательского состава? - полюбопытствовала я у своего партнера на этот вечер.

- Естественно, - буркнул тот, доливая себе паленки в бокал. Кажется, столичному, помешанному на правилах жителю пришлось по душе творение наших деревенских старушек.

- И это как-то связано с тем, что приверженец культа Темной богини ищется так же среди учителей?

Годфрид хмыкнул. Кстати, если подумать, я никогда не видела его смеющимся. Только злящимся или бесстрастным. Интересно, если рассказать ему анекдот, он улыбнется? Или его лицевые мышцы не приспособлены к столь сложным действиям, и максимум, на что он способен - скривить губы вот в такой саркастической ухмылке?

- Все тролли задают такие глупые вопросы? - произнес мужчина. - Впрочем, чего от них ждать, они же тролли! - закончил он презрительным тоном и залпом выпил оставшееся содержимое своего бокала.

Гордость не позволила эльфу зайтись в немедленном кашле, но я с едва сдерживаемым ехидством наблюдала, как постепенно наливаются багровым румянцем его щеки, а губы едва заметно дрожат, не давая хрипу и кашлю вырваться на свободу. Будем считать, что богиня справедливости так ему воздала за расистское высказывание.

Постепенно те немногочисленные гости, что столпились у столов, поглощая остатки еды, потянулись ко входу в танцевальный зал. Мимо меня пронеслось небесное создание - Лана в роскошном тюлевом платье нежно-персикового цвета, молодая, цветущая и прекрасная.

- Нивочка, милая, оно начинается! - радостно воскликнула эльфийка, останавливаясь и оборачиваясь ко мне.

- Что начинается? - не сразу сообразила я.

- Подарки! - восторженно щебетала аспирантка, кружась вокруг своей оси. - Сейчас будут раздавать подарки! Я так ждала! Впервые в моей жизни... - и Лана спрятала порозовевшее лицо в ладонях.

Я знала, что эльфийка никогда раньше не бывала на Новогоднем балу. Она рассказывала нам с госпожой Киллеас, что прежде у нее никогда не хватало денег да и сейчас роскошной жизни она позволить себе не могла. Но как преподаватель академии, девушка получила свободный доступ на Облачный стадион. Лана не раз делилась со мной тем, как ждет новогоднюю ночь, как мечтает впервые в жизни танцевать на балу, а главное, открыть подарок - то, чего она за свою (еще пока не такую длинную жизнь) ни разу не получала.

- Побежали скорее! - и эльфийка понеслась вперед. Но у входа в танцевальный зал ее перехватил Жолфред Пиман.

Он, Делберт и другие ребята из команды Ланы, поздравляли свою наставницу с праздником и говорили, что приготовили ей подарок от себя, но поскольку он совершенно очевидно уступит в своем великолепии знаменитым дарам магической академии, ребята бы хотели вручить свой первыми. Мальчишки засыпали засмущавшуюся девушку комплиментами, заявляя, что она, вне всяких сомнений, самый красивый и талантливый тренер на магическом турнире.

Лана помахала мне, мол, иди без меня, я попозже подойду, и позволила Пиману увести себя. Мы же с Ангеймом вернулись в бальный зал.

Предстало нашим глазам следующее зрелище. То самое огромное хрустальное дерево позволяло теперь всем жаждущим вкусить свои плоды. Вернее, он подпускало к себе по четыре человека (остальных отгоняло привычным способом) и спускало к каждому ветвь с плодом, который, судя по всему, и являлся подарком на этот раз. Насколько я поняла, цвет "фрукта" зависел от ценовой категории билета. Мне, как обладателю "бесплатного" билета, наверняка достанутся фиолетовые плоды - они самые многочисленные. А вот радостно вопящий на весь стадион Жора оказался счастливым обладателем красного фрукта.

Послушно дождавшись, когда основная часть гостей сорвет свои "подарочки", я подошла к дереву и аккуратно сорвала пульсирующий, светящийся теплым темно-фиолетовым светом плод. Каждый год наши хозяйственники придумывали что-то новое, чтобы обычное вручение подарков не превращалось в заунывное получение под роспись, а стало частью волшебного праздника. Не уверена, правда, что прошлогодняя идея спрятать подарки в рыбах, которых прежде необходимо было собственноручно выловить, а затем все так же самостоятельно разделывать, была так уж блестяща. Если вы не читали газет, вышедших на следующий день с заголовками на первых полосах "Трагедия в новогоднюю ночь", напомню, что рыбки обладали острыми зубками и предпочитали мясо.

Годфрид отказался подходить к дереву за подарком. Чего и следовало ожидать. Всем своим существом эльф демонстрировал презрение к творящемуся вокруг хаосу: студенты визжали, смеялись и перекрикивали друг друга. Они притащили из соседних залов все ножи, вилки и даже ложки, стараясь разрезать свои фрукты. Кто-то безуспешно пытался откусить хоть кусочек, кто-то сломал стул вдребезги в попытках размозжить им плод (ай-ай-ай, Годар будет ругаться), а кто-то в отчаянии даже прыгнул на нежелавший вскрываться подарок и сломал себе ногу. Наши целители, конечно, мигом вылечат, но все равно неприятно начинать новый год с травмы.

Утихомирить разбушевавшуюся толпу был призван Восп. Ректор поднялся на сцену и объявил:

- Дорогие гости Облачного стадиона! Прошу обратить внимание, что подарки не раскроются до того, как наступит полночь и новый год вступит в свои права!

Постепенно страсти поутихли. Студенты с тоской поглядывали на свои плоды и с нетерпением - на морок огромных часов над сценой.

- Двадцать восемь! - начал кто-то громко отсчитывать оставшиеся секунды до вожделенного момента.

Не совсем стандартная цифра, с которой принято начинать отсчет, но его начинание поддержали. Сперва не очень дружно, но к "девятнадцати", пожалуй, единственным, кто не присоединился к общему хору голосов, был Ангейм.

В воздухе то тут, то там возникали картинки из жизни академии, события, произошедшие в этом году. Вот Диана поднимает над головой Магический кубок, а вот Лана читает свою первую лекцию своим самым первым ученикам. Вон там Марсиэль и проводы, что мы устроили ей перед уходом в декретный отпуск. Где-то среди этих изображений встретились Нефас и Ррадригар - новые преподаватели Высшей академии магии, а также Дибрин, спускающийся с помоста после первой в истории жеребьевки командного магического турнира.

Поглощенные приятными воспоминаниями, собравшиеся на время позабыли про подарки и последние секунды уходящего года встречали со слезами на глазах, а звон, знаменующий собой наступление весны, а с ней и Нового года, - с радостными криками и аплодисментами. Многие парочки целовались, начав с первым, а закончив не раньше двенадцатого удара часов. Гости желали друг другу счастья, чокались и пили на брудершафт. С каждым поздравлением, брошенным проходящими меня людьми, Годфрид становился все мрачнее.

- И вот этот день, наконец, закончился, - прорычал сквозь зубы советник. - Теперь я могу, наконец, покинуть этот балаган!

И мужчина резко развернулся, взмахнув плащом, и направился к выходу. Я поспешила за ним.

- Вы куда? - недоумевала я, едва поспевая за членом просветительского совета.

- Это вас не касается, - зло обронил эльф. - День закончился, а вместе с ним - и моя работа.

- А как быть мне? - решила на всякий случай уточнить я.

Неужто все, свобода? Теперь я могу делать, что захочу, и пойти, куда захочу?

- Жду от вас отчета завтра, - заявил Ангейм и скрылся в свете телепорте.

Интересно, куда он направился? Домой, в столицу? Или у него нет с собой настроенного амулета телепорта? А может, несмотря на столь поздний час, он попробует добраться до той несчастной деревеньки, про которую упоминал? Но совершенно очевидно, что он куда-то спешил. Впрочем, нельзя исключать возможности, что ему просто было ужасно неприятно мое общество.

Пожав плечами, я решила, что возвращаться в общежитие пока рано. В конце концов, праздник только вступил в свою кульминационную фазу. И хотя настроение у меня было далеко не торжественное, покинуть бал не позволяли совесть и сила привычки: присматривать за студентами до самого финала.

Сегодня мне толком не удалось проникнуться всеобщей радостной атмосферой, я не потанцевала, не поболтала с друзьями. Даже вкусненького не досталось. И при этом за этот вечер произошло немало странных событий, о которых стоит поразмышлять на досуге. Поведение Ангйема, слова Руо, таки прорвавшийся на Облачный стадион Эгерэ... И, конечно, новость о трагедии, постигшей соседнюю деревню. Все это пока не желало укладываться в единую стройную картину в голове. Я была уверена, что самое важное звено в этой цепи ускользает от меня, информация, которую Императорский Совет намеренно замалчивает. Надо будет поговорить с отцом на эту тему. Вряд ли с ним делились государственными тайнами, конечно, ведь он работал в совсем другом департаменте. Но его знания тонкостей политики могли пригодиться.

Я взглянула на фиолетовый сияющий плод, что держала в ладонях, неуверенная - открывать подарок или подождать до утра. Прочие гости такой дилеммой не заморачивались. Окружавшие меня люди очищали, разрывали, распиливали свои фрукты, вместо ядрышка у которых находили самые разные подарки: энергонакопители, карманные часы, транспортные амулеты в Добад, колечки с драгоценными камнями и прочую мелочевку. В прошлом году мне попалось писчее перо, переливающееся всеми цветами радуги, например.

- Что это? - раздался над ухом не лишенный нотки презрения голос.

Самого Эгерэ я взглядом не удостоила, а вот небольшой вязанный мешочек на кожаной веревочке, что демон держал на вытянутой руке, я осмотрела.

- Это стандартный энергонакопитель, что вас удивляет? - пожала плечами я.

Нефас скривился и поднес подарок поближе к глазам, чтобы подробнее рассмотреть.

- Что это за фигня и зачем она нужна?

Надо же, я никогда не задумывалась о том, что Нефас никогда не носит на шее никаких амулетов или каких других украшений. Неужели, демоны действительно не пользуются изобретениями хозяйственников, так упрощающими жизнь? Или им гордость не позволяет?

- Это артефакт, который, если носить его у сердца, постепенно впитывает вашу магическую энергию и образует, таким образом, ее стратегический запас, если можно так выразиться, - попыталась объяснить я как можно проще.

Эгерэ фыркнул:

- Одним словом, абсолютно бесполезная штуковина!

Я покачала головой, несогласная с таким утверждением:

- Между прочим, это изобретение многим спасло жизнь!

Нефас с подозрением уставился на мешочек.

- Кому? - произнес демон с легким недоумением. - Торговцу, на которого напали по дороге разбойники? Женщине, которую подкараулили ночью в подворотне? Или ребенку, сгинувшему в узких проходах шахты под завалами? Им бы хватило и одного заклинания, чтобы спастись. Только вот они магии не обучены. Зачем им тогда вообще эта вещица?

- Эгерэ, вы передергиваете...

Мужчина не стал выслушивать мои объяснения. Он просто сунул энергонакопитель первому попавшемуся - проходившему мимо парню. Тот ошалел от такой щедрости, но спорить с демоном побоялся. Зажав подарок в кулаке, пробормотал "спасибо" и поспешил скрыться.

- Пусть спасает жизнь глупцам вроде него, - указал на студента Нефас. - Я же в таких ухищрениях не нуждаюсь.

Я вздохнула и поглядела в след юноше.

- Между прочим, подарок этот был оплачен вашей спутницей. Если и отдавать кому энергонакопитель, то именно ей.

- Хм, логично, - нахмурился Эгерэ.

Спустя мгновение он уже летел в направлении того самого студента, распугивая всех своими черными крыльями. Парня он нагнал, не говоря ни слова, забрал мешочек обратно и через десять секунд вернулся, держа в руках четыре различных энергонакопителя.

- Он сам мне их отдал, все с себя снял, - хмыкнул Нефас. - Не отказываться же.

И мужчина одним движением дематериализовал все артефакты. Я воспользовалась случаем, чтобы отойти подальше, но демон догнал меня и пристроился рядом.

- И, Орлиани? Почему я не вижу вашей собачки? - издевательским тоном протянул Нефас, делая вид, что высматривает в моих ногах четвероногое лохматое существо. - Песик плохо себя вел, и в наказание вы оставили его дома?

Сперва я хотела ответить что-нибудь саркастическое, но ничего не шло в голову. А потом момент был упущен, да и порыв прошел. Нарываться на очередную словесную перепалку не хотелось. А потому я промолчала и продолжила свой путь, не замедляя шага. И кажется, моя стратегия оправдала себя. Демон остановился и поглядел на меня странным взглядом. Наверное, его поведение следовало трактовать так: "Фу, скучная ты".

- Что ж, пожалуй, выйду-ка я на улицу подышать свежим воздухом, - заявил внезапно демон.

- Если вы выйдете, то обратно войти уже не сможете, - не знаю почему, но я посчитала себя обязанной предупредить Эгерэ, не знакомого толком с нашими правилами, о возможных последствиях. - В эти часы телепорты работают только на выход.

- Что ж, тогда я просто не стану пользоваться телепортами, - заявил Нефас и рассмеялся.

Мне шутка показалась несмешной, а потому поддержать его веселья я не могла.

Демон направился к одному из балконов - единственным укромным местечкам на этом всецело прозрачном стадионе (не считая уборных, конечно). По просьбе парочек с десяток небольших балкончиков отделили от основных помещений тяжелыми бордовыми шторами. Таким образом, влюбленные могли любоваться живописными видами города, открывавшимися с высоты птичьего полета, и заниматься другими приятными вещами, надежно сокрытые от любопытных глаз.

Эгерэ отдернул штору, которую и не подумал закрывать обратно, и ступил на балкон.

Балкончики являли собой смотровую площадку. Конечно, наблюдать академию и город с высоты нескольких тысяч метров вы могли в любой момент, находясь на стадионе - достаточно было глянуть под ноги. Но именно нахождение на балконе позволяло почувствовать, где именно вы находитесь и насколько это невероятно. Запах, ветер в лицо и ощущение края бездны вызывали восторг. Только вот то было всего лишь ощущение. Поскольку, как я уже упоминала, весь Облачный стадион был огорожен магической стеной. А потому я не понимала, что намеревался предпринять Эгерэ. Он хотел прыгнуть? У него ничего не получится!

Я подошла поближе, стараясь разглядеть, чем занимается демон. Штора наполовину загораживала обзор и я протянула руку, чтобы слегка приподнять ткань... И в этот момент Нефас схватил меня за ладонь и резко потянул на себя. Я не ожидала такого и ввалилась на балкон, только чудом удержав равновесие и не встретившись носом с полом. На какой-то момент я почувствовала себя Сойер. Надо сказать, что падать, наблюдая под собой лишь облака и далекую-далекую землю - не самое приятное из ощущений.

- Значит, решили ко мне присоединиться? - ухмыльнулся демон, задвигая штору. - Хотите со мной полетать?

В левой руке я все еще держала свой плод с подарком и чуть не уронила его, услышав предложение Эгерэ.

- Полетать? - воскликнула я. - Вы шутите? Как вы собрались это делать?

- А что меня остановит? - со смешком произнес Нефас, забираясь ногами на балконьи перила.

- Магия? - приподняла бровь я и улыбнулась.

- Хм, - демон провел рукой по воздуху, ощутив пальцами сопротивление и будто бы колебание мембраны - щит. - Эта?

Мужчина надавил сильнее. И вдруг начало происходить что-то странное. Рука Эгерэ все больше вытягивалась, все глубже погружаясь в невидимый магический щит. Затем Нефас воспользовался второй рукой - и с тем же результатом.

- Кажется, больше препятствий нет, - хмыкнул демон, и в следующую секунду расправил свои крылья. Меня обдало потоком воздуха, вызванным столь резким движением, а тяжелая штора заметно колыхнулась.

- Вы когда-нибудь летали? - поинтересовался Нефас.

Летала? Конечно же нет! Левитация, как и большинство магических приемов, была мне недоступна. Да я и не задумывалась никогда над тем, хочется ли мне парить в воздухе. Того чувства полета, которое дарило само пребывание на Облачном стадионе, было вполне достаточно.

Эгерэ хватил меня за руку и потянул на себя. Я упиралась, как могла, командным тоном требуя прекратить и отпустить меня. Другой мужчина вряд ли смог бы сдвинуть меня с места, но Нефас... Он не только преуспел в том, что дотащил сопротивляющуюся меня до самих перил, но даже умудрился подхватить меня на руки. Обошлось, правда, не без пыхтения с его стороны.

Мне было лет пять, когда папенька последний раз носил меня на руках. С тех пор как-то не находилось мужчин, имевших желание попытаться оторвать меня от земли. И не скажу, чтобы я каким-либо образом сожалела об этом. Я вообще предпочитаю всегда контролировать ситуацию. И теперь, находясь на руках демона, я растерялась. Мне стало боязно.

- Отпустите меня, немедленно! - скомандовала я срывающимся голосом, продолжая пытаться вырваться.

Нефас опасно покачивался на перилах балкона, стараясь удержать извивающуся меня.

- Считайте... Да прекратите же царапать мое лицо, - пропыхтел мужчина, отворачиваясь и тем самым подставляя свою шевелюру. Я не преминула воспользоваться шансом, вцепившись в его волосы мертвой хваткой, намереваясь, если что, вырвать целый клок.

- Поставьте меня обратно на пол, вы, демон! - вопила я.

- Демон, и горжусь этим! - засмеялся было Нефас, но тут я дернула его волосы так, что его хохот оборвался резким "уй". - Если вы не прекратите ерзать, то я могу вас случайно не удержать, знаете ли! Не пушинка, в конце концов!

И я замерла. Причиной тому был не его окрик и даже не последовавшее оскорбление. Просто у меня пропала уверенность, что магическая стена удержит от падения. И стало по-настоящему страшно. Я боялась пошевелиться, чтобы ненароком не спровоцировать падения своего мучителя.

- Вот и прекрасно, - растянулся в ухмылке Эгерэ, когда я, наконец, успокоилась. - А теперь полетаем!

Он продолжал стоять на подсвеченных притупленным желтым цветом перилах балкона, под нами зияла чернота. Где-то там, далеко внизу располагалось тренировочное поле, но толком рассмотреть ничего не получалось. Я все еще надеялась, что демон шутит. Сейчас ему надоест, решит, что он вдоволь надо мной поиздевался, и отпустит. Мы же оба взрослые, разумные личности, в конце концов. Не может человек (даже если он демон) в здравом уме...

- Считайте это платой за наше первое знакомство!

И он отпустил меня... Нет, не так. Этот отвратительный демон выкинул меня! Как разгружают телегу, сбрасывая мешки с картошкой на землю, так меня выкинули в черную пустоту, зиявшую под стадионом - небрежно, незамедлительно. Я завизжала от ужаса и сжалась в комочек, еще надеясь наткнуться на магическую стену и отпружинить обратно на балкон. Но чуда не случилось. Или вернее сказать, случилось чудо - я не ощутила никакого сопротивления и полетела с огромной скоростью вниз. Облачный стадион огромным светящимся пятном продолжал удаляться от меня, в ушах свистело, голову покинули все мысли, кроме одной: "Я сейчас разобьюсь!" Я зажмурилась и спрятала лицо в ладонях, чтобы заструившиеся слезы не так обжигали холодом скулы. Говорят, в такие моменты вся жизнь проносится перед глазами. Видать, я оказалась исключением. Или просто жизнь моя была столь коротка и так мало насыщенна событиями, что в последние ее секунды оказалось совершенно нечего вспомнить.

- А глаза лучше открыть! - раздался насмешливый голос Нефаса.

Мой полет вниз ощущался вечностью. Неудивительно, ведь расстояние предстояло преодолеть немалое. Или я просто не заметила, как уже приземлилась? Мое тело уже поприветствовало землю, а душа отправилась в ад. Ведь только в аду можно вновь услышать голос этого ужасного демона. Не знаю, когда в своей жизни я так успела согрешить, но богам, определивших меня в преисподней на один уровень с Эгерэ, виднее.

Я приоткрыла один глаз. Нефас летел рядом со мной. Причем не парил, а скорее падал - вниз головой, на той же скорости, что и я, даже нет, чуть быстрее, постепенно опускаясь все ниже. Крылья его были сложены, а на лице сияла все та же знакомая издевательская ухмылка.

- Невероятно, правда? - поинтересовался Эгерэ, перекрикивая ветер.

Естественно, отвечать я ничего не стала. Да и вряд ли смогла бы, горло от страха сдавило так, что я уже не могла даже кричать.

- А теперь, самое интересное!

И демон расправил крылья. Затем он схватил меня за руку и так резко, как только возможно в сложившейся ситуации, прижал меня к своей груди. У меня не было сил сопротивляться. Более того, я сама вцепилась в него, как утопающий за спасительный обломок корабля.

И тут он полетел. Сделав невероятный кульбит, Эгерэ перевернулся и, взмахнув крыльями, вознесся ввысь подобно птице. Ощущение свободного падения сменилось чувством спокойного, умиротворенного полета.

Сердце все еще колотилось, как бешеное. Дышалось с трудом, все тело зудело и словно сотни маленьких иголочек покалывали кожу. Не верится, я жива!

- Я уверен, вам понравилось летать! - рассмеялся Нефас.

- Мерзавец! - завопила я, как только голос вернулся ко мне. - Негодяй!

Я очень сильно хотела врезать по этой ухмыляющейся морде, вот только боялась расцепить руки, которыми обхватывала тело демона - единственное, что могло спасти меня от неминуемой гибели.

- Немного экстрима вашей скучной жизни не помешает, Орлиани, - хмыкнул мужчина. - Тем более посмотрите, какая кругом красота!

И только теперь я обратила внимание, что мы летим над верхушками деревьев. Отныне, когда земля находилась значительно ближе, можно было рассмотреть гораздо больше, чем на Облачном стадионе. Деревья, кустарники, сугробы и померзшие лужи. Мы парили над лесом, пролетая над хорошо знакомыми местами, даже над опушкой, на которой тренировались.

Лететь, подобно птице, мне нравилось гораздо больше, нежели подобно камню. Я вдохнула ночного морозного воздуха, и мне стало так... спокойно. Ветер приятно обдувал лицо, а дух перехватывало от окружавшей красоты природы. Я подняла голову и взглянула на небо. Дождевые тучи давно рассеялись, и звезды своим тусклым светом озаряли все вокруг. Луна казалась такой близкой. На какой-то момент мне подумалось, что если я протяну руку, то смогу дотронуться до нее. Интересно, думал ли так же Райдер, когда забирался на верхушку дерева?

Я скосила взгляд на своего мучителя. По лицу Эгерэ бегали тени, его физиономия то скрывалась в темноте, то вновь появлялась из мрака. И только глаза продолжали гореть красными угольками. Я вынуждена была признать, что данный полет (в противоположность его предыдущей фазе) вызывал у меня... наслаждение. Прекрасное тягучее чувство в груди. Но я не за что не признаюсь в этом негодяя, заставившему меня пережить невероятный шок минуту назад. И все же я поймала себя на мысли, что слегка завидую демону. Совсем чуть-чуть, самую малость. Ведь если он летает так каждый раз, когда хочет "размять крылья", то я могу понять, почему он повторяет данное упражнение каждую большую перемену...

Мы описали круг и повернули обратно в сторону академии. Все это время мы молчали. Я не желала портить очередными ссорами волшебство момента. Когда еще у меня появится повторный шанс испытать такое? А ссориться с Эгерэ я намеревалась. Вот заставлю его опустить на землю - и он получит у меня по первое число!

Нефас аккуратно опустился на поле для практических занятий.

- Вот и ваша остановка, госпожа. Изволите сойти?

Насмешливый тон демона заставил меня опомниться и одернуть руки, которые все это время обнимали его плечи.

- Вы еще ответите за это, Эгерэ! - хмуро пригрозила ему я.

- А я могу поклясться, что вам понравилось, - нагло заявил Нефас.

То, как он потирал голову в тех местах, где я дергала его за волосы, доставило мне какое-то кровожадное удовольствие и придало смелости.

- Не буду отрицать, что полет над лесом - воспоминание не из неприятных. Вот только я вас об этом не просила! - подбоченилась я. - А то, что вы сделали там, на стадионе, просто непростительно!

- Я же сказал, я вернул вам долг! - расхохотался демон. - И вообще, сегодня же, вроде, праздник и все такое. Как там говорят? Все обиды прошлого года оставить в прошлом? А в новом...

- ...начать заново, - закончила я за Нефаса известную с детства поговорку.

Безусловно, я была крайне зла на демона. То, что он сотворил со мной, было ужасно. И не менее ужасные вещи он творил с Нгуоро. Но я же взрослая, разумная женщина. Не похоже, чтобы Эгерэ в самом деле пытался убить меня, иначе не стал бы ловить. Может, имеет смысл постараться забыть инцидент?

- Вот ваш новогодний подарок!

Я изумленно уставилась на демона. Известие о том, что Нефас приготовил для меня подарок, крайне шокировала. Мужчина пару раз взмахнул кистью и материализовал темно-фиолетовый фрукт. Мой плод! Тот, который я уронила во время борьбы на балконе.

- Видите, какой я на самом деле добрый, - усмехнулся Эгерэ. - Заботливо подобрал и вернул вам забытый подарок!

И тут я не выдержала. Я набрала в грудь побольше воздуха, чтобы высказать все, что думаю об этом несносном демоне. Высказать и забыть. Но тут я заметила, как за плечом Нефаса мелькнуло светлое пятнышко. Я молча обошла мужчину, присматриваясь. Эгерэ, продолжая держать на вытянутой руке плод, недоуменно оглянулся, наблюдая за мной.

Сощурившись, я сфокусировала взгляд и заметила, что неподвижное пятно на земле - вовсе не снег. В противоположной стороне от телепортов, в грязи и слякоти безлюдного тренировочного поля лежал человек! Я направилась туда, с каждым шагом все прибавляя скорость. Нехорошие предчувствия сковали мое сердце. Чем ближе я приближалась, тем яснее становилось, что одежда возлежавшего без движения несчастного - нежно-персикового цвета...

Не дойдя до тела нескольких метров, я ахнула и остановилась. Лана лежала на холодной земле, откинув голову на бок, с руками, заведенными за голову, и неестественно согнутыми ногами. Ее лицо распухло от слез и ссадин, синяки виднелись на запястьях и по всему телу. Юбка некогда красивого тюлевого платья задрана и разорвана в клочья. Дальше я смотреть не решилась. Было совершенно очевидным, что здесь произошло.

Я не стала вытирать покатившихся градом слез, но прикрыла рот рукой, чтобы из горла случайно не вырвались громкие рыдания. Я сорвалась с места и подбежала к юной эльфийке. Осторожно присев рядом с телом, я стала нащупывать пульс на бледной, бледнее обычного, коже и молила богов, чтобы девочка не умерла.

Все, что происходило в этот день до, полностью вылетело у меня из головы. Единственное, что было важно в этот момент - пульс был. Лана была жива!

- Лана! - позвала я, легонько похлопав девушку по щеке. - Лана, очнись. Это я, Ниавин.

Эльфийка застонала и открыла глаза. Она далеко не сразу сфокусировала свой взгляд. Когда же ей это удалось, она попыталась сесть, но без сил рухнула обратно в грязь.

- Ниавин? - прошептала девушка хриплым голосом. Слова ей давались с трудом, губы не желали подчиняться и шевелиться. - Что происходит? Моя голова...

- Все будет хорошо! - принялась я успокаивать подругу. - Не делай резких движений, сейчас я отведу тебя к врачу!

Я обернулась и обнаружила, что демон стоит неподалеку, не спеша, однако, подходить ближе.

- Что вы стоите? Помогите отнести ее к лекарю! - шикнула я не Эгерэ. Тот, на удивление, послушался.

Но Лана не дала себя поднять. Она оттолкнула мужские руки и вновь попыталась встать сама. Взгляд ее по-прежнему блуждал, и она, совершенно очевидно, не совсем понимала ситуацию.

- Нет, не надо к лекарю! Я должна спешить, - бормотала эльфийка. - Бал! Я должна успеть на Новогодний бал. Мой первый бал... Я не могу пропустить приветственных речей...

И тут холодок ужаса пробежал у меня по спине. Казалось, ситуация уже не может стать хуже, чем она есть сейчас. Как же глубоко я ошибалась!

- Лана, - голос мой дрожал так же, как и руки, в которые я заключила холодные ладошки эльфийки. - Который сейчас час?

Аспирантка задумчиво нахмурилась, было заметно, как болезненно ей дается любое напряжение мысли.

- Не знаю... Голова раскалывается, - прохрипела она. - Должно быть часов пять. Я как раз собиралась переодеться к балу в свое новое платье... Оно понравится тебе, Нива, - и девушка улыбнулась, через боль, но мечтательно. - Оно такое красивое, я несколько месяцев копила на него... Почему ты плачешь? Что случилось?... - встревоженно воскликнула Лана. - Где я?

Поскольку я зашлась в глухих и конвульсивных рыданиях и стала абсолютно бесполезна, Эгерэ решительно оттолкнул меня и подхватил обессиленную эльфийку на руки.

- Что? Нет! Я сама, - пыталась слабо сопротивляться она.

- В этом городе любая девушка считает за оскорбление, если ее пронесет на руках мужчина?! - прорычал демон. Лана пискнула и успокоилась, хотя и не понимала, почему он рассердился. - Почему вы все дергаетесь, как рыба, выброшенная на лед?

То ли аспирантку так глубоко задело сравнение с рыбой, то ли она просто смертельно устала, но стоило Нефасу сделать пару шагов, как Лана вновь потеряла сознание.

- Потерли память, значит? - озвучил демон мрачным голосом мысль, которую я в страхе гнала от себя последние несколько минут. - Что у вас тут за рассадник Запретной магии, тролль вам с тыла?!

15 глава.

Я впервые находилась на допросе у инспектора. До этого дня я лишь читала о темных сырых подвалах и прочих малоприятных подробностях, сопутствующих расследованию, проводимому представителями самой презираемой профессии Имперского Союза.

Меня действительно сопроводили в подвал, чье освещение оставляло желать лучшего, но в нем было сухо, опрятно и в целом нельзя сказать, что находиться там было неприятно. Дыба располагалась в дальнем углу, противоположном тому, где стоял дубовый письменный стол, у которого мне предложили присесть. То есть напрашивался вывод, что пытать меня сегодня не будут. Во всяком случае, стул был самый обыкновенный, без всяких новомодных устройств вроде подлокотников с наручниками.

Взор немолодого инспектора с проблесками седины в коротко стриженых каштановых волосах поражал своей отрешенностью. Когда мужчина скользнул взглядом по мне, по спине пробежал неприятный холодок.

- Это вы нашли пострадавшую, верно? - произнес инспектор тихим ровным голосом. Но отчего-то каждое его слово отзывалось в голове громким эхом.

- Да, в ночь Новогоднего бала.

Мужчина смерил меня холодным, а оттого еще более страшным взглядом, словно призывая отвечать на вопросы исключительно односложно и не называть лишней информации, о которой меня не спрашивают.

- В каком часу? - продолжился допрос.

Я задумалась, прикидывая время.

- Где-то ближе к часу ночи.

Инспектор не стал сверяться со своими записями о прочих свидетельских показаниях. До меня уже была допрошена добрая половина преподавательского состава. Наверняка, кто-нибудь мог подтвердить (или опровергнуть) мои слова. Вместо этого мужчина вышел из-за стола и, сцепив руки за спиной, подошел к камину, рядом с которым красовался набор из железных щипцов и прочих занимательных орудий пыток. Будем надеяться, что это не намек...

- Вы в тот момент были одна?

Я оглянулась и с удивлением уставилась на собеседника. Неужели, Эгерэ сделал вид, что знать меня не знает и Ланы не видал? Нет, вряд ли. Это ведь именно он отнес девушку к доктору. Хотя к страже идти, действительно, отказался, сославшись на то, что за эльфийкой должен кто-то присматривать. Я отправилась ставить в известность руководство и больше демона не видела.

- Нет, со мной находился преподаватель демонического языка Нефас Эгерэ.

- Вы с ним хорошо знакомы? - тут же последовал новый вопрос.

Я задумалась на пару секунд.

- Нет, - ответила я, поколебавшись, - я бы сказала, что совсем плохо его знаю. Он работает у нас только полгода, и появляется в университете не так часто, потому как в штате не состоит.

- Понятно, - пробормотал инспектор и продолжил медленным и размеренным шагом передвигаться по подвалу в произвольных направлениях. Моя шея затекла, пока я пыталась за ним следить, а потому мною было принято решение не обращать на мужчину вниманию, сосредоточившись на буроватом пятне на деревянном столе.

- Видели ли вы кого-нибудь на месте происшествия? - раздался все такой же сухой голос за моей спиной.

- Было темно, и поле немалых размеров. Но мне казалось, что кроме нас двоих и Ланы там больше никого не было.

Казалось, ответ инспектора не удовлетворил. Поскольку молчание несколько затянулось. Мужчина не спешил с ответом, обдумывая ситуацию и свой следующий вопрос:

- Кто первый подошел к пострадавшей?

Он подозревает Нефаса, догадалась я. Что ж, я бы тоже грешила на демона. Только если бы сама не являлась гарантом его алиби.

- Это была я.

Дознаватель протяжно хмыкнул. Это была первая эмоция, которую он выдал передо мной. Я даже несколько удивилась. Легенды твердят, что все инспекторы совершенно безэмоциональны потому, что перед принятием на работу на них накладывают какое-то проклятие, полностью блокирующее чувства, мешающие трезво оценивать ситуацию. Похоже, это оказались не более чем байки.

Мужчина вернулся на свое место за столом и соизволил-таки взглянуть на разложенные перед ним бумаги.

- Вы лишь наполовину тролль, так? - уточнил он. - Вы не удочерена господином Орлиани?

На что он намекает? Что эльфийская кровь во мне сильнее тролльей и, соответственно, иммунитета к ментальной магии я лишена? Даже не знаю, считать ли подобные предположения комплиментом? Когда я последний раз смотрелась в зеркало, в глаза бросались прежде всего черты, доставшиеся от матери. Но инспектор, поди ж ты, разглядел во мне не просто эльфа, но еще и потенциального преступника...

- Насколько мне известно, Диар Орлиани - мой настоящий отец. Но уточняйте лучше у моей матери. Могу дать вам координаты поселения троллей, где она сейчас проживает.

Инспектор промолчал, но по слегка дрогнувшей брови я поняла, что желания испытывать на себе знаменитое гостеприимство троллей у него нет. Тем более сейчас весна... мужчина он еще не старый, достаточно видный... Пожалуй, да, не стоит ему сейчас отправляться в Северные Земли, если не хочет повторить судьбу моего папеньки.

- Когда вы видели жертву в последний раз до происшествия? - инспектор сверился с какими-то записями и бросил на меня пронзительный взгляд, будто готовясь уловить на лжи в любое мгновение.

Мне не понадобилось и двух секунд на раздумья. Я отчетливо помнила тот момент праздника, раз за разом прогоняя его у себя в голове. Я отчаянно искала ответ на вопрос, кто мог сотворить такую ужасную вещь с невинной девочкой, и ответ был только один:

- За несколько минут до полуночи, к Лане подошел Жолфред Пиман и другие члены ее команды и куда-то увели.

Изначально мне не хотелось верить в том, что кто-то из студентов может совершить нечто подобное. Но промучившись бессонницей всю ночь, я поняла, что какие-либо другие варианты просто отсутствуют. И я сделаю все возможное, чтобы виновные были наказаны. Или, по крайней мере, расскажу стражам все, что знаю, и способствую быстрому и независимому расследованию...

- Кто может подтвердить ваши слова?

Фраза инспектора, произнесенная холодным отстраненным тоном, несколько изумила меня. Но я тут же собралась с мыслями и покорила себя. Чего же ты ждала, Нива? Что он согласно закивает головой, мол, я так и думал, и ваши свидетельские показания - именно то, чего не хватало, чтобы схватить преступников?

- Я не знаю... В тот момент в комнате находилось еще несколько гостей. Наверняка, кто-то видел то же, что и я.

- Но вы не можете назвать мне точных имен? - мне, наверное, показалось, но голос мужчины стал тверже, а интонации строже.

- Нет, но ведь... - попыталась возразить я, взывая к логике собеседника.

Но тот поднял руку в предупреждающем жесте, и я замолчала.

- С какого момента вы и господин Эгерэ находились вместе? - сменил внезапно тему инспектор. - Отлучался ли он? Кто-нибудь видел вас вместе?

Я попыталась восстановить в памяти события того вечера. Сомнительно, чтобы у наших с демоном брыканий на балконе были свидетели, но то, как мы разговаривали в зале, вполне могли видеть другие гости. Хотя... всем было явно не до нас. Подарки, да и выпивка без ограничений...

- Не знаю наверняка. Но если вас так интересует действия господина Эгерэ на балу, то вам лучше расспросить девушку, с которой он пришел на бал - Мери Сойер.

- Хм? - инспектор чуть заметно приподнял бровь. - Вы хотите сказать, что Нефас Эгерэ пришел на бал со студенткой Сойер?

- Да, но...

- А она видела вас двоих вместе? - резко прервал меня мужчина.

- Понятия не имею, никогда не задумывалась над этим. Какое это имеет...

- Отвечайте четко на поставленный вопрос! - холодно, слегка повысив голос, заявил мой собеседник. - Что имеет значение, а что нет - здесь решаю только я.

Я тяжело вздохнула, но спорить не стала. Не люблю тратить время и нервы на изначально бессмысленное занятие.

- Я не могу ответить на вопрос, ответа на который не знаю, - как можно четче, будто на уроке чтения, продекламировала я. Особое внимание уделила звуку "з": сжала зубы и растянула губы - все по заветам учительницы первого класса. Вышло очень протяжно и устрашающе - инспектора мой непроизвольный оскал слегка напугал. На какое-то мгновение его лицо лишилось прежней невозмутимости, но мужчина быстро взял себя в руки. Надеюсь, он не решил, что я ему так угрожаю? Я всего лишь подчиняюсь требованиям стражи, содействую, так сказать, следствию.

Нет, действительно, что за странные вопросы мне задают? Конечно, наверное, он пытается обрисовать картину произошедшего как можно полнее. Но зачем пытаться выудить из меня доказательства теории о том, что Сойер приревновала меня к Эгерэ? А ведь именно на это активно намекает инспектор? Разве ему самому не смешно от данного утверждения? И дело даже не в том, что Мери сохнет по Ррадригару (вряд ли много людей посвящены в эту тайну), а я и демон - вещи настолько несовместимые, что одна только мысленная картина нас двоих вместе должна вызвать смех, а в том, что все это ну никак не может быть связано с тем, как и от чего пострадала Лана!

- Когда вы видели студентку Сойер в последний раз? - продолжал гнуть свое инспектор.

- Примерно за час до полуночи. Она стояла у стены в танцевальном зале. Между прочим, - я постепенно начала выходить из себя, однако держала себя в руках и говорила предельно вежливо и безэмоционально. - Я тоже на том балу была не одна. Вас совершенно не интересует личность моего партнера? Его вы проверить не хотите?

Инспектор как-то странно посмотрел на меня. То ли как на малолетнее дитя без трусов, изъявившее желание пойти голосовать на выборы в местный Совет, то ли как на таракана. Мужчина впервые удосужился глянуть на папку с моим изображением, которая, вероятно, содержала всю подноготную на меня. От того, сколько женихов от меня сбежало, до того, какое количество пирожных я уплела во время своей последней диеты. Любопытство так и подталкивало вытянуть шею и постараться рассмотреть, что же за компромат собрали на меня. Если слухи верны, и в Имперском Союзе куда не плюнешь - попадешь в шпиона и стукача, то зачем тогда вообще меня вызвали на этот допрос? В страже и так должны все знать. Пустая формальность? Или Императорский Совет не так уж всемогущ, как твердила народная молва?

- Господин Ангейм - вне подозрений! - отчеканил инспектор, ознакомившись с материалами моего дела и закрывая папку. Нет, не закрывая. Захлопывая.

- Откуда такая уверенность? - елейным голоском пропела я. Как-то так получается, что "елейность" в моем исполнении обычно заставляет собеседников холодеть от ужаса. Я не специально, естественно. Но инспектор на своем веку и не такое слыхивал и никак не среагировал. - О Годфриде Ангейме - никаких расспросов, тогда как Сойер и я - одни из главных подозреваемых?

- Господин Ангейма - председатель совета просвещения и образования, - произнес мой оппонент таким тоном, будто это все объясняло и снимало любые вопросы.

- Я и без вас прекрасно осведомлена, что он - важная ши... персона в Императорском Совете. Если его должность автоматически означает его амнистию, то почему служебные регалии моего отца не действуют подобным же образом на меня? Дайте-ка угадаю: а подозреваемая номер один у вас и вовсе дочь неугодных Фейервудов?

Вся эта речь была произнесена мною с ослепительной улыбкой. Мне даже показалось, что белизна моих зубов осветила тусклый подвал. И все же я пожалела о своих словах сразу же, как только замолчала. Инспектор не проронил ни словечка, но стал что-то активно строчить на разложенных перед ним бумажках. До того этим занималось перо-самописка, протоколирующее каждое слово нашей беседы.

Ты попала, Нива. Мало тебя в детстве бабушка била по губам? Совсем не била? Вот поэтому и выросла глупой девчонкой, которая открывает рот не вовремя и в ненужном месте. Надо извиниться и как можно скорее исправлять, что натворила, пока не потеряла работу в академии. В учебных заведениях не держали работников, стоящих на учете у инспекторов.

- Прошу прощения, - покаялась я. - Но просто меня слегка удивляет и выбивает из колеи то, как вы активно подозреваете женщин и обходите вниманием мужчина, тогда как совершенно ясно, что изнасилование...

- Изнасилование? - мужчина оторвался от бумаг и уставился на меня. Кажется, на этот раз он даже не старался скрыть свое изумление. Или наоборот, старательно его разыграл. - Никто он не говорит об изнасиловании. Мы расследуем случай применения Запретной магии!

Казалось, в свете последних событий, ничто уже не может шокировать меня. Как же я ошибалась.

Я сидела как громом пораженная. Создавалось впечатление, что мои руки и ноги-таки заключили в железные оковы пыточного стула. Я не могла пошевелиться, и не вскочила бы на ноги, даже если бы в подвале начался пожар и моя жизнь зависела от скорости бега.

- Но... - выдавила я, наконец, из себя слегка дрожащим голосом. - Ведь эти... события... непосредственно связаны друг с другом.

- Возможно, - инспектор задумчиво крутил в руке перо, не глядя в мою сторону. - Вот только, - он смерил меня ледяным взглядом, - нет никаких оснований полагать, что изнасилование имело место быть.

Нет, Ниавин, нельзя! Рукоприкладство в отношении стражи - уголовное преступление!

- Что вы несете? - прошипела я, уже не заморачиваясь четкостью звуков. - Вы вообще видели жертву?!

- То, что сексуальный контакт был, не означает автоматически, что он не состоялся по взаимному согласию, - продолжал мужчина, как ни в чем не бывало.

Я сжала кулаки так, что кончики пальцев заметно посветлели (у людей бы они побелели, у меня - сделались скорее салатового цвета).

- Это вам Пиман сказал, не так ли? - и как у меня еще нашлись силы усмехнуться?

- Именно, - инспектор отпустил перо, вновь позволив ему летать над бумагой, а сам откинулся на стуле. - А что, вы можете опровергнуть его слова? Только имейте в виду, что ложь инспектору - серьезное преступление и карается суровым наказанием, а значит, и доказательства того, что юноша и все члены команды пострадавшей, которые уже были допрошены нами, соврали, нужны веские.

- Что, нужно, кроме мозгов, чтобы понять, что мальчишки сговорились и лгут?! - закричала я, уже не сдерживая себя и наплевав на этику допроса.

- Заявление, - осадил меня инспектор. Голос его был столь же ровен и безэмоционален, но взгляд - пронзителен до боли. - Заявление от пострадавшей стороны, на основании которого начнется расследование инцидента.

Мы еще долго смотрели в глаза друг другу. Наверняка лишь пару секунд, но мне казалось, что целую вечность.

- Но ведь она ничего не помнит, - отчаянно прошептала я, словно еще пыталась вразумить собеседника, хотя и понимала, что это бесполезно. Бюрократ все давно для себя решил. Нет бумажки - нет изнасилования. - Ей стерли память!

Инспектор встал и подошел к тому месту, где сидела я. Положив руку на спинку сиденья, он наклонился.

- Вот именно поэтому, - прошелестел его приглушенный голос над моим ухом, - данная магия и запрещена.

Допрос продлился еще около часа. Мне были заданы стандартные вопросы, и я дала на них соответствующие ответы. Лично мне казалось очевидным направление, в котором следовало вести работу. Но судя по поведению инспектора, стража так вовсе не считала. Словом, покидала подвал я в крайне паршивым настроением и стойким желанием в следующем же письме сообщить Годфриду, что я действительно думаю о Запретной магии и людях (и эльфах тоже), которые расследуют преступления на ее почве.

Нет, правда, а что мне за это будет? Вообще в свете последних событий моя ежедневная писанина перестала иметь практический смысл. На мой взгляд, преступники, втайне практикующие ментальную магию, сами себя выдали. Даже если стража не арестовывает Пимана и товарищей сейчас (как мне объяснили: против них нет улик, а без доказательств задерживать никого не имеют права, ургх), то рано или поздно они докажут их причастность (или по крайней мере одного из них) к этому делу.

Подумать только. Жолфред сам недавно пострадал от Запретной магии. Что заставило его обратиться к ней? Или это не он, а кто-то из его дружков? А так хорошо относились к Лане...

Но хорошо ли? Я вспомнила, как нервничала аспирантка последние дни. Кажется, она не так уж хорошо ладила со своей командой. Мальчишки уже тогда причиняли ей неудобства? Но почему она молчала... Впрочем, а кому она могла рассказать? Скромная и застенчивая Лана, несмотря на то, что была любима всей академией, близких подруг не имела. Я сама должна была заметить, что что-то не так. Если бы только я не была так погружена в себя...

А ведь если задуматься, то мои проблемы и не проблемы даже! Подумаешь: по просьбе начальства чуть внимательней приглядываться к парочке студентов. Что это, по сравнению с гибелью целой деревни или поломанной жизнью юной девушки? В эти моменты ловишь себя на крамольной мысли: то, что она ничего не помнит, даже к лучшему...

Вечерело. Ужасно не хотелось возвращаться в академию. Туда, где произошло столь ужасное событие. Необходимо было развеяться, поднять растоптанное инспектором настроение и постараться вернуть ощущение праздника. Новый год, в конце концов.

Городок бурлил. Жители всех возрастов прогуливались по оживленным улицам, украшенным разноцветными флажками, любовались выступлениями бродячих артистов. Как всегда в первые дни весны игралось много свадеб. Молодые пары в белоснежных одеждах - цвета чистоты и снега, символа начала новой жизни, с белого листа - совершали совместный полет над городом, давнюю традицию Союза. Конечно, самым романтичным считалось путешествие по небу на руках возлюбленного (или хотя бы возлюбленной), но далеко не каждому везло отхватить крылатого супруга. Те, что поэкономнее, летали на метлах, те, что побогаче, нанимали целый воздушный экипаж. Один из них при взлете чуть не заехал мне колесом по голове. Я в последний момент успела нагнуться, и обошлось без последствий. Но разудалый смех молодоженов из воспарившей к облакам повозки поднятию настроения не способствовал.

Отвечать вслед и раздувать скандал совершенно не хотелось (тем более что все равно уже не услышат), а потому я просто пригладила слегка растрепавшиеся волосы, выбившиеся из пучка, и отправилась по своим делам. Вообще я планировала заскочить на ярмарку, говорят, циркачи давали там вечерние поздравления. Но тут из здания стражи выскользнула тень и свернула за ближайшее здание. В тонкой фигурке, кутающейся в плащ, я узнала Сойер. Наверняка студентку допрашивали в то же время, что и меня, и только сейчас отпустили. Но куда она так спешит? Академия же совсем в другой стороне. Да и не гоже молоденькой девушке в вечернее время разгуливать по темным подворотням, когда трезвые на улице в явном меньшинстве.

Сперва я хотела попытаться догнать Мери и вразумить ее. Но, во-первых, не так уж быстро я бегаю. А во-вторых, обязанность следить за учениками с меня еще никто не снимал. И потому я направилась вслед за девушкой.

Идти пришлось недолго и недалеко. Пробежав квартал, Мери скрылась в знакомом мне здании. Парадный вход с черными мраморными колоннами радостно поглотил гостью. Светящаяся темно-алым табличка над тяжелой металлической дверью приглашала насладиться всеми запретными удовольствиями ада. Что-то мне подсказывало, что Соейр на самом деле не была завсегдатаем "И больно, и страшно". А потому, снедаемая сомнениями и подозрениями, я решила зайти вслед за студенткой.

Меня тут же окружили знакомые ребята, аккуратно сняли пальто и, не дав и слова молвить, отвели в кабинет для особо важных гостей, куда пообещали пригласить хозяина заведения. Синяя Маска не заставил себя ждать. То ли я столь важная гостья, то ли ему попросту больше нечем заняться.

- К вам не заглядывала одна юная клиентка? - сразу перешла к делу я. - Светлые длинные волосы, заплетенные в две косы. Среднего роста, - я сильно сомневалась, что Мери в подобном заведении пользовалась своим настоящим именем (им не пользовался никто), а потому приходилось заниматься описанием внешности. - На ней еще был темно-синий плащ.

Маска уселся в кожаное кресло напротив того, в котором уютно устроилась я, и закинул ногу на ногу. Учитывая, что на нем в данную минуту была юбка (а скорее даже набедренная повязка), то был велик шанс увидеть нечто лишнее (если, конечно, мне не хотели продемонстрировать это специально), а потому я сосредоточилась на вычурной маске гостеприимного хозяина. Сегодня она закрывала все лицо и была красивого лазурного цвета. Интересно, а музей масок в "И больно, и страшно" есть? Я бы с удовольствием полюбовалась коллекцией, она должна быть обширна.

- Твоя студентка? - поинтересовался Синяя Маска несколько настороженно. Впрочем, скорее это материал маски несколько искажал голос. - Насколько я знаю, у вас в академию обычно поступают совершеннолетние.

- Да, конечно, - поспешила успокоить мужчину я. - Она вольна приходить сюда, сколько захочет. Я не уличать ее в грехах пришла, а просто уточнить, что ничего не перепутала. Так эта девушка действительно ваш клиент? И как давно?

Синяя Маска резко встал и прошел к столу, где разлил по бокалам вина из изящного графина в виде обнаженной женской фигуры. Один бокал мужчина предложил мне, но я отказалась.

- Нивочка, ты же знаешь, ради тебя я готов на многое, - хозяин отпил вина, но в кресло возвращаться не спешил. - Но есть же непререкаемые законы заведения. Самый главный из них - никогда не разглашать тайны наших клиентов. Впрочем, я посмотрю, что смогу сделать. Подожди пока здесь.

И Маска, вернув бокал с недопитым вином обратно на поднос с графином, шустро выскочил из кабинета. Оставшись одна, я принялась оглядываться вокруг. Пару раз я здесь уже бывала. И помнила, что у Маски крайне нетривиальный подбор литературы на книжных полках. Вряд ли данное собрание было обусловлено вкусами хозяина, скорее уж пристрастиями его гостей. Но, помнится, брошюрка про "200 самых популярных поз у оборотней в брачный период" показалась мне любопытной. В первую очередь тем, что повторить их были способны только оборотни (то бишь обернувшись) и, судя по всему, только в брачный период (когда бушующие гормоны полностью отключали мозг и, соответственно, инстинкт самосохранения, а также снижали болевой порог). В тот раз я так и не дочитала, остановившись где-то на 98-й позе, и теперь я побрела к стеллажу в надежде отыскать ту книгу и продолжить засорять свой мозг совершенно ненужными мне знаниями.

К сожалению, "Двухсот поз" на полках не обнаружилось. Вероятно, брошюрка приглянулась какому-то знатному гостю и он ее приватизировал. Зато на стеллаже красовался стройный ряд полного собрания томов истории об Анабель. Никогда раньше не держала данный бестселлер в руках, обходясь кратким содержанием в сочинениях своей студентки. Больше всего впечатляли в данной книге картинки. Видимо, природная скромность моей ученицы не позволяла упомянуть о них.

- Ты знакома с моим скромным творчеством? - раздалось у меня за спиной.

В дверях стоял Синяя Маска. Быстро же он возвратился. Я была не против побыть здесь еще с полчасика. Или часик. Уж очень иллюстрации интригующие. Меня прямо разъедало любопытство глянуть, как выглядит по версии художника Аграил (который ко второму тому, что я держала сейчас в руках, еще не родился) и, естественно, главный злодей (который удосужился снять маску только в пятом или даже шестом).

- Подписать тебе экземплярчик? - хозяин публичного дома подошел ко мне, попутно завернув к столу и захватив перо.

- Так это ты автор данного шедевра? - изумилась я.

- Ты мне льстишь, - рассмеялся мужчина. - Всего лишь легкое развлекательное чтиво для приятного времяпрепровождения.

- Ну вот, - грустно вздохнула я, убирая книгу обратно на полку. - Теперь главная интрига для меня убита. Зная тебя, не составит труда вычислить, с кем останется Анабель.

Синяя Маска развел руками, мол, прости, в этом весь я. Действительно, как я раньше не догадалась? Кто, кроме Маски (и господина Руо, само собой), так любит ногти девушкам вырывать, подобно главному злодею? И прибавьте еще к этому тягу вечно скрывать свое лицо. Словом, все было очевидно с самого начала. Не для всех, естественно. Но для тех, кто был знаком с хозяином "И больно, и страшно".

- Тебе все еще нужны сведения о твоей студентке? - в мои мысли ворвался вкрадчивый голос Синей Маски.

- Да-да, конечно, - я в срочном порядке выкинула из головы третьего принца, которому симпатизировала, и, сосредоточившись на делах насущных, последовала за мужчиной.

Хозяин по пути выдал мне черную бархатную маску и велел закрыть ею лицо, что казалось мне бессмысленным. Будто по комплекции во мне тролльчиху не узнают? Но таковы правила. Меня провели в просторный зал ресторана, погруженный в приятный полумрак, и усадили за дальний столик. Насколько я могла рассмотреть, свободных мест практически не было. И внимание многочисленных гостей было приковано к сцене. Там, в свете сотен "светлячков" двигалась Мери. Я далеко не сразу признала в девушке в белом балахоне отличницу с теоретического факультета. Ее волосы были распущены, а ноги оголены почти до середины бедра - крайне непривычно для Сойер, разгуливающей всегда в юбках до щиколоток.

Мери танцевала. Двигаясь то плавно и грациозно, то резко и будто бы через силу, она воплощала образ, который бы я назвала рвущейся на свободу птицей. Особое место в этом танце уделялось движению руками, и я догадывалась почему: на запястьях Мери красовались два искрящихся браслета. Музыка для номера предусмотрена не была. Девушка двигалась под тот причудливый ритм, который создавался благодаря колокольчикам на ее щиколотках. Сойер умудрялась двигать ногами так, что по залу разносился не бессмысленный перезвон, а прекрасная мелодия.

Так вот какое оно - истинное искусство "рисования по воздуху". Именно этим танцем развлекали рабыни аристократов в Империи демонов. Вот только где, собственно, сама "картина"?

Мери танцевала еще несколько минут, полностью поглотив внимание собравшихся в зале. Что-то мне подсказывало, правда, что думали они в этот момент не о прекрасном, во всяком случае не об искусстве, учитывая контингент посетителей "И больно, и страшно". Но голову забивать этим не хотелось. Девушка сделала последний взмах руками и опустилась на пол. Лежа на богу, она подтянула колени к груди и обхватила их руками, сжавшись в маленький комочек. Как только последний звон колокольчика стих, "светлячки" разом потухли, погрузив зал в темноту. В повисшей тишине раздались нестройные и крайне скромные аплодисменты. Все замерли... Секунда, другая...

И вдруг что-то вспыхнуло! И над сценой прямо в воздухе возникло изображение прекрасной экзотической птицы в клетке! Объемное, слегка дрожащее, словно подчиняющееся движению воздуха, состоящее из непрерывных линий золотистого цвета. А в центре всего этого великолепия, словно на полу клетки, лежала Мери.

И зрители разразились громогласными аплодисментами. Со всех сторон на танцовщицу сыпались комплименты (и цветы). Какой-то мужчина даже в сердцах стал звать Сойер замуж (но гораздо чаще звучало предложение цены). Девушка поднялась на ноги и, смущенно улыбаясь, отвесила глубокие поклоны в каждую сторону зала, после чего поспешила покинуть сцену. Только и было слышно, как она навернулась где-то за кулисами.

Покинув ресторан, я вышла на улицу и стала караулить Мери. Примерно полчаса спустя, она выбежала, кутаясь все в тот же темно-синий плащик.

- Прекрасное выступление, студентка Сойер, - обратилась я к ней, прежде вступив в кружок света под фонарным столбом. Не хватало еще, чтобы из-за меня студентка сердечный приступ схлопотала.

- Спасибо,- девушка зарделась. Но, кажется, в этом смущенном румянце было больше удовольствия от комплимента, чем стыда, что преподаватель застал ее в не самом приличном заведении, выступающей не перед самой приличной публикой.

- Вы уже ужинали сегодня? - впрочем, спросила я исключительно из вежливости, потому как очевидный ответ желудок Мери дал еще минуту назад, красноречиво заурчав.

- Я как раз получила оплату и собиралась заглянуть в "Серого принца", - поспешила объяснить Сойер.

- Я как раз тоже подумывала пойти туда, - улыбнулась я. - Поужинаем вместе?

То ли повар в "Принце" превзошел сам себя, то ли я чересчур проголодалась, но жареная рыбка и тушеная капуста были сегодня великолепны. Впрочем, возможно, специально в честь Нового года в таверне решились-таки использовать специи.

Я пыталась угостить Мери, но та ни в какую не желала пользоваться моей щедростью. Единственное, на что я смогла ее уговорить, это позволить мне оплатить ей вторую кружечку морса в качестве подарка на новогодние праздники. Почувствовав себя несколько мне обязанной, девушка гораздо охотнее стала отвечать на вопросы.

- И давно ты работаешь в "И больно, и страшно"? - спрашивала я, наблюдая, как студентка медленно и чинно разрезает мясо, а потом накалывает его на вилку. Элегантности ее манер мог бы позавидовать любой советник. Возникало ощущение, что ужинала она не в забегаловке, а в дорогом ресторане.

- Может, около полугода, - задумалась девушка, подсчитывая дни. - Выступления проходят не так часто. Раз в две недели, иногда дней через десять. Хозяин говорит, это для того чтобы репертуар не приедался постоянным клиентам. А у меня как раз есть время подготовить новый номер или добавить некоторые изменения в старый.

- А как ты стала работать на Синюю Маску?

Этот вопрос меня чрезвычайно волновал. Как студентка, подобная Сойер, вообще могла оказаться в "И больно, и страшно"? Девушки вроде нее о существовании таких заведений даже догадываться не должны.

- О, этот чудесный человек - друг моей матери, - воскликнула Мери заметно взбодрившимся голосом. - То есть, он так говорит. Но судя по тому, что моей тетушке он активно не нравится, так оно и есть на самом деле, - и девушка прыснула в кулачок. - Я обратилась к нему за помощью, и он позволил мне танцевать здесь.

- А твоя мать?.. - посетила меня внезапная догадка. - То есть, я хотела сказать... Ты жила с тетушкой?

- Да, - Мери отпила морса. Несколько минут мы продолжали ужинать молча. Сойер не была уверена, делиться ли со мной своей историей или нет. - Матушка перевезла меня в Имперский Союз в младенчестве, а после ее смерти меня воспитывала тетушка Фанни, - девушка неосознанно потянулась к верхней пуговице блузки и начала то расстегивать ее, то застегивать обратно, то ли не могла определиться: туго ей или нет. - Тетя - очень милая женщина, она так много мне дала: образование, манеры. Но она запрещала мне спрашивать о маме и говорить о ней. А господин Синяя Маска с детства поддерживал нас. От денег тетя Фанни отказывалась, поэтому он присылал продукты, подарки мне и также спонсировал благотворительный фонд тети, который помогал одиноким женщинам, нуждающимся в помощи. Не припомню, чтобы мы встречались с ним раньше, но мы обменивались письмами. Он много писал о маме, утверждал, что они были лучшими друзьями. Именно от него я узнала, что матушка в совершенстве владела искусством рисования по воздуху, - Мери ностальгически вздохнула. Продев-таки пуговицу в верхнюю петельку, девушка оставила, наконец, несчастную блузку в покое. - Конечно, я люблю тетю и благодарна ей за все. Я думаю продолжить ее дело и работать в фонде, но танцы... Это будто часть меня. Господин Синяя Маска нашел для меня лучших учителей. Наверняка, я никогда не смогу танцевать так, как матушка. Но мысль о том, что мы с ней любили одно дело, согревает меня.

И Мери лучезарно улыбнулась. Я внимательно рассмотрела привычный наряд Сойер: строгая блузка, длинная юбка, аккуратно заплетенные косы, полное отсутствие макияжа на лице (кажется, его не было и во время номера).

- А вы с мамой прибыли из...? - не задумываясь, спросила я, и только потом спохватилась. - Впрочем, если не хочешь, можешь не отвечать.

Мери допила одну кружку с морсом и глянула на вторую - которую купила ей я.

- Знаете, госпожа Орлиани, я ведь далеко не каждому готова все это рассказывать, - строгим и решительным голосом заявила студентка. - Просто я уважаю вас. И полностью вам доверяю. Я верю, что никак не упаду в ваших глазах и ваше поведение по отношению ко мне не измениться, если я признаюсь, что мать со мной бежала из Империи демонов, - вновь вооружившись ножом и вилкой, Мери выпрямила спину и вскинула подбородок, в результате чего стало походить на преподавательницу этикета или даже королеву, на секунду отвлекшуюся от трапезы. А затем гордо произнесла. - Я дочь рабыни!

И в этот момент все встало на свои места. Образ студентки Мери Сойер окончательно сложился в моей голове. Тетка, не желавшая девочке повторить судьбу своей матери, вынужденной всю жизнь торговать своим телом (и не факт, что на танцующую мать Мери только смотрели, ведь "рисовали по воздуху" обычно в борделях), воспитала малышку во всей строгости. Но чувственность и тяга к прекрасному, заложенные в ней матерью, брали свое. Ну а таинственный покровитель в маске сыграл, судя по всему, ключевую роль в том, что девушке отныне нравились мужчины постарше. А главное, был разгадан секрет, почему там, на балу Мери показалась знакомой господину Руо. Осталось только понять, каким из этих открытий я могу поделиться с Годфридом Ангеймом. Ведь девушка призналась, что доверяет мне...

- Госпожа Орлиани, а какой подарок вам достался на Новогоднем балу? - внезапно спросила Сойер после долгого молчания. Видимо, ей самой было неуютно, и она стремилась сменить тему. - Мне - брошка!

И девушка, отведя полу плаща, продемонстрировала незамысловатую, но очень милую брошку в виде кобры. Очень популярный образ. Легенды утверждали, что Нагайна Отчаянная держала в качестве фамильяров целую колонию кобр. А потому их изображали везде: от вывесок придорожных забегаловок до охранных амулетов.

Я же сообразила, наконец, что в этом году так и не вскрыла "фрукт" с презентом.

Утром я навещала Лану в больнице. Лекари утверждали, что девушка вполне здорова, и сама аспирантка утверждала, что с ней все в порядке. Но инспекторы запретили покидать ей палату, пока столичные маги и специалисты по Запретной магии все как следует не проверят и не обследуют пострадавшую со всех сторон. Но столичные маги задерживались (я-то знала, что они были заняты случаем массового суицида в соседней деревне, но городская стража в такие подробности посвящена не была), а потому задержалась в больнице и Лана.

- Ну как ты тут? - спросила я у подруги, ставя ей на стол корзинку с фруктами. В зимнее время в больницах таким точно не кормят.

- Скучно, - вздохнула эльфийка и, попросив разрешения, принялась чистить апельсин. - Сейчас Новый год, а я здесь.

Лана задумчиво уставилась в решетчатое окно. Совсем как в тюрьме. Впрочем, это и была больница при охранном отделении.

Я не знаю, что поведали эльфийке инспекторы, но лично я в разговорах с ней старалась избегать тему инцидента, не обсуждать, что именно с ней произошло. Казалось, потеря памяти была для девушки благословением. Она не рыдала, не впадала в отчаяние. Грустила лишь от того, что долгожданный праздник проходит мимо нее. А она даже толком не понимала почему.

Я припомнила, как Лана радовалась Новогоднему балу, как хотела на него попасть. А теперь она не уверена, присутствовала ли на нем вообще. Но девушка держалась и, смеясь, отшучивалась, мол, посетит этот бал в следующем году и еще через год... Но потом вновь обращала вот этот задумчивый взгляд на окно.

- Я же пришла сегодня не просто так, - хитро улыбнулась я. - На балу ты попросила меня кое-что подержать, но так и не вернулась за ним. Не вечно же мне его хранить. Так что забирай, давай, обратно. Твое ж, в конце концов, - и протянула эльфийке "подарочный плод".

Лана засияла, в мгновение ока изменившись в лице. Она неуверенно посмотрела на меня, слегка зардевшись:

- Это, правда, мой?

- А чей же еще? - подбадривающе улыбнулась в ответ я. - Все уже давно свои открыли. Одна ты затянула.

Эльфийка потянулась и дрожащими пальцами, оранжевыми от апельсинового сока, взяла светящийся фиолетовый фрукт.

- Спасибо, - пролепетала девушка то ли мне, то ли плоду, на который смотрела по-детски счастливыми глазами, полными предвкушения и счастья.

И теперь, при воспоминании о том визите, я не удержалась от улыбки.

- Подарок в этом году, пожалуй, - ответила я Мери, с интересом наблюдавшей за мной, - один из самых прекрасных в моей жизни.

16 глава.

Магический Кубок стартовал! Хотя его начало и было омрачено происшествием с Ланой. Да и слухи о трагедии, произошедшей в деревне неподалеку, наводнили город. Команда Ланы была снята с соревнований, поскольку эльфийка не могла в полной мере выполнять тренерские функции. Хотя девушка убеждала всех, что с ней все в порядке и ничего не болит, ее регулярно обследовали столичные врачи и инспекторы то и дело водили на допросы, в надежде выявить новые подробности, которые бы помогли поймать преступника.

Я злилась на бюрократов, не желавших принять очевидное без надлежащей бумажки. Но надо отдать должное нашей страже, кажется, не все из них страдали отсутствием мозгов. Или просто являлись заложником системы, когда у них были связаны руки. Я к тому, что Жолфред Пиман бывал на беспрестанно повторяющихся допросах у инспекторов едва ли не чаще Ланы. А Делбрет, когда приходил ко мне проситься в группу на летнюю практику, случайно сболтнул, что ему и всем членам их команды запрещено покидать город и его окрестности до окончания расследования. Поскольку я обычно возила студентов собирать фольклор в глухие деревни под Раксаилом, то оставалась едва ли не единственным вариантом подчиниться страже и при этом умудриться получить зачет по летней практике.

Иными словами, наш соперник во втором туре Кубка стал известен еще до начала собственно соревнований. И им стала команда Генри Веста - мужа Дианы. Я ожидала, что подруга объявит несчастному мужчине бойкот и переедет на оставшиеся до поединка дни жить ко мне. Но девушка отнеслась к данной новости удивительно спокойно. Вообще, чем ближе становился турнир, тем больше Диана погружалась в мысли об одиночном зачете и полностью посвящала себя тренировкам с Асгором Веннером. Она даже, наступив на горло своей вечной песне "не общаюсь с соперниками до боя", заключила с Генри перемирие и использовала мужа в качестве спарринг-партнера. Естественно, больше всего в этой ситуации страдали наши командные тренировки. Но поскольку Диане, как победительнице прошлогоднего Магического Кубка приходилось открывать чемпионат этого года, мы относились к такому поведению с пониманием.

Но был кое-кто еще, кто вел себя предельно странно в эти дни. Райдер, хоть и не пропускал тренировок, но взял привычку опаздывать на них. Лица юноши не покидало мрачное и задумчивое выражение. Он практически перестал шутить сам и редко улыбался другим. А если вдруг рассмеется, то тот час же спохватывался, будто совершил что-то неприличное, и замолкал. Я списывала такое поведение на нервозность перед важным турниром. Когда предстартовый мандраж спадет, все вернется в привычное русло. В том числе и беззаботная улыбка с хитрецой вновь засияет на юношеской мордашке.

Что же касается Илбрима и Агнес, то после новогоднего праздника эти двое стали казаться ближе. Они все еще не производили впечатление молодых людей, решивших встречаться, но совершенно очевидно испытывали друг к другу взаимную симпатию. Порой они приходили на тренировки вместе, хотя покидали ее, как обычно, в компании остальных ребят. Фейрвуд перестала бояться Нагайны, и питон даже позволяла девушке гладить себя, но с явной неохотой. Видимо, хозяин предварительно провел с фамильяром воспитательную беседу. А то не так давно Агнес, в попытке подружиться повесившая змею себе на шею, едва не умерла от удушения. Фрэниару Нагайна ничтоже сумняшеся заявила, что розовый для нее всего-навсего, как красная тряпка для быка. Некромантка со слезами на глазах заявила, что на следующий день придет в чем-нибудь поскромнее, но эльф отошел в лес "поговорить" с питоном, и героические жертвы от Фейрвуд не понадобились.

Сойер никак не изменилась после нашей памятной встрече в "И больно, и страшно", но я стала смотреть на нее другими глазами. И в моменты, когда Ррадригар останавливался, чтобы перекинуться с ней парой слов, тогда как с прочими с студентами только здоровался, мне даже казалось, что у Мери есть шанс. Но то было обманчивое впечатление, потому как затем на дракона налетали девчонки из его команды и висли на нем в буквальном смысле слова. А мужчина улыбался им в ответ и вел себя более раскрепощенно, чем обычно, будто был им не преподавателем, а сокурсником. Длинноногие красавицы постепенно оттесняли Мери, загораживая Ррада от нее. И отличница, скромно потупив взгляд, молча отступала и шла дальше по своим делам.

На матч открытия мы явились всей командой. Поочередно обнявшись с Дианой перед самым стартом и пожелав ей удачи, отправились на самые дешевые места на задних рядах верхнего яруса. Ступеньки подсвечивались едва заметным желтым цветом, и Мери несколько раз едва не полетела кубарем вниз, оступившись. Я попросила Райдера помочь несчастной девушке. Оборотень, слегка поколебавшись, в итоге вынужден был отпустить мою руку (все это время он следил, чтобы не навернулась я) и взять под локоток Сойер. Ладошку Агнес изящно поддерживал Илбрим.

С наших мест открывался не такой уж плохой вид. Впрочем, я привыкла обитать на дальних рядах. Если я садилась ближе, то зрители за моей спиной начинали жаловаться, что я перегораживаю обзор и им ничего не видно. Завершались последние приготовления к матчу. Преподаватели-теоретики занимались магическими щитами участников, а хозяйственники вносили заключительные штрихи в оформление арены.

Восп решил, что матч открытия должен проходить в тех же условиях, что и финал прошлого года. Закольцевать, так сказать. А потому сражаться сегодня Диане придется не только с соперником, но и с окружающей средой. Кудесники-маги наколдовали на огромной площади прозрачной арены целый лес. Невысокие деревья и кустарники, поваленный стволы, пригорки и даже ручейки. Горящая листва - не самое милое соседство. А от запущенного фаребола листва (и вообще древесина) имеет нехорошую привычку загораться. Одно утешает, нынешний соперник огневички - не маг земли, а потому не сможет воспользоваться теми преимуществами, что дает ему поле.

Огромная полупрозрачная надпись в воздухе над стадионом гласила, что сейчас в поединке сойдутся Диана Вест, 5-й курс факультета боевой магии (в скобочках знак огня), и Урфин Несбет, 3-й курс факультета предметной магии (в скобках изображение волшебной палочки, хотя столь устаревшими устройствами уже давно никто не пользовался, но что поделать, традиции). Я с огромным трудом припомнила Урфина. В ту единственную лекцию, что я прочитала его курсу, он мне совсем не запомнился. Мальчишка не производил впечатление великого мага или просто сильного спортсмена. И если он в первом же утре умудрился попасть на действующую чемпионку, то, судя по всему, интуиция меня не подвела.

Участники заняли свои места на разных концах поля битвы и приготовились. Раздался сигнал, знаменующий собой старт нового розыгрыша Магического кубка. Диана не стала тянуть, а сразу выбежала в центр. Вскочив на поваленное бревно, магичка тем самым обеспечила себе неплохой обзор и принялась высматривать соперника. Деревьев кругом было не шибко много и они не отличались высотой, но Несбет умудрился затаиться так, что далеко не сразу был обнаружен Дианой. Выигранных секунд хватило ему, чтобы подобрать с земли и зарядить горсть мелких камешков. Затем юноша с громогласным воплем (судя по всему, призванным напугать соперницу и выбить ее из колеи) стал носиться от дерева к дереву, попутно закидывая огневичку камнями. Диана не ото всех успела увернуться, но эта мелочь наносила болезненные удары не столько телу, сколько самолюбию гордой особы. Заколдованные предметником камешки, вступив в контакт с магическим щитом юной Вест, стали медленно, но верно вытягивать из него магединицы. Диану такая наглость разозлила и развеселила одновременно. Интересно, как много времени Несбет планировал потратить на их поединок, если это его единственный способ сражаться? Глядишь, часиков через шесть у него бы даже появился шанс...

Но Диана так много времени проводить на поле боя, естественно, намерена не была. А потому сгенерировала над головой огромный огненный шар и отправила его к тому кустарнику, за которым прятался Урфин. Мальчишка успел отскочить, шустрый малый. С истошным визгом он бросился прочь от пылающих кустов, стремясь убежать от дорожки огня, устремившейся за ним по сухой траве. Пришлось Диане создавать еще один фаербол и потратить на прицеливание чуть больше секунд. Когда, наконец, Урфин Несбет запылал с головы до ног, сделавшись похожим на огромный факел, Диана вскинула кулачок в победном жесте. Пару мгновений спустя магический щит юноши полностью поглотил нанесенный урон, и пламя исчезло. Цифры в воздухе над стадионом гласили, что защита третьекурсника упала до нуля, а значит, победа присуждается Диане Вест.

Я присоединилась к громогласным аплодисментам, чествуя мастерство подруги.

- Это было великолепно! - на лице Агнес сияло подлинное восхищение. - Невероятно! Как быстро и как эффектно!

Некромантка не обращалась ни к кому конкретно, однако Илбрим утвердительно кивал, соглашаясь с ней.

- Поджигать лес было довольно опасной затеей, - не поддалась всеобщему ликованию Мери. - В этот раз соперник был слабоват и все обошлось. Но в следующий раз подобная небрежность может выйти боком. Ведь пострадать от пламени может щит не только соперника, но и самой Дианы.

Я принялась успокаивать Сойер, что Диана - опытный боец и сознает опасность своих действий. Просто сегодня она хотела закончить матч как можно быстрее, чтобы сэкономить силы на последующие битвы. Тем более, вероятность, что в каком-то из следующих туров ей вновь попадется "лес", крайне мала. Я бы даже сказала, стремится к нулю.

Тем временем Диана закончила раскланиваться публике и посылать воздушные поцелуи, и направилась в подтрибунное помещение. Там, под аркой, ведущей на стадион, уже стояли участники следующего матча. Внезапно, натолкнувшись на одного из них - высокого худого мальчишку, которого я не могла разглядеть с такого расстояния, Вест замерла на месте. Юноша что-то сказал ей, возможно, поинтересовался, все ли с ней в порядке, а потом, слегка поклонившись, прошел мимо, отправившись на стадион. Диана обернулась и посмотрела ему вслед. Затем встряхнула головой и передернула плечами.

Я глянула на надписи, висящие над Облачным стадионом. Согласно транслируемой в воздух информации в следующем матче принимает участие Сиэль Ноймаер - один из моих боевиков-третьекурсников. Я помнила этого немногословного юношу с вечно суровым взглядом. Он всегда расхаживал с таким видом, что ему хоть сейчас можно отправиться работать в городскую стражу - инспекторы примут за своего. Меня не удивило, что, кажется, Сиэль с Дианой были знакомы, в конце концов, они оба с боевого факультета. Гораздо больше меня поразило, что тренером Ноймаера значился Дибрин. Тот самый легендарный Дибрин с артефака! У студента факультета боевой магии? Но не менее удивляло то, что при всем при этом над фамилией "Ноймаер" горела циферка "2". Юноша был посеян под вторым номером, сразу вслед за Дианой. Я припоминаю разговоры о том, что Кэтрин Лэндон отвели только третий номер, но я никогда не задумывалась о том, кто же ее опередил. Любопытненько.

Агнес с Илбримом изъявили желание смотреть матчи дальше. Мери решила к ним присоединиться. Я же вынуждена была оставить ребят. Как никак, мой рабочий день формально еще не закончился. Сперва я планировала пересечься с Дианой и поздравить ее с победой, а потом отправиться на кафедру разгребать завалы студенческих проверочных работ. Когда я принялась спускаться по ступенькам вниз, то обнаружила, что Райдер плетется за мной. Вероятно, тоже решил, что спортивных зрелищ на сегодня хватит.

Внизу я подругу не обнаружила. Другие преподаватели после матче ее не видели, а в раздевалку участников меня не пустили. Генри тоже куда-то запропастился. А потому я сделала вывод, что они покинули Облачный стадион вдвоем.

Я телепортовалась на землю, после чего отправилась в родной третий корпус. И уже в дверях обнаружила, что Райдер продолжает следовать за мной. К чему бы это? Лекции у ребят уже должны были закончиться. Если бы сейчас был поздний вечер, я была не я, а знойная красавица-эльфийка, а Ульфрих, предположим, находился в своем обортничьем обличии, я бы, пожалуй, что-то заподозрила... А так, не было ничего предрассудительного в том, что студент среди бела дня решил заглянуть в учебное заведение. Необычно? Да. Маловероятно? Естественно. Где вы видели молодых людей, стремящихся в аудиторию по собственной воле да еще и в свое законное свободное время? Хотя формально, не такое уж оно и свободное. Подразумевается, что после лекций ученики должны сидеть в библиотеке и заниматься самостоятельно. Впрочем, библиотека все равно была расположена в главном корпусе, а не здесь. Однако какое мне, собственно, должно быть дело до того, что забыл в нашем корпусе Райдер? Может, парень здесь, действительно, кошелек потерял? Хотя, кто в наше время носит кошелек не в пространственно-временном кармане? Ну, кроме меня, само собой...

Словом, я никак не связывала поведение оборотня со своей скромной персоной (а скорее, просто не хотела думать об этом), а потому вздрогнула от удивления, когда мальчишка внезапно положил свою руку мне под локоть и тихо произнес:

- Госпожа Орлиани, будьте добры, пройдите со мной.

Я только вошла в здание, входная дверь со скрипом захлопнулась за нами. Я недоуменно взглянула на студента сверху вниз, но парень не стал отвечать на мой взгляд. Райдер не смотрел в мою сторону, однако продолжал аккуратно, но крепко поддерживать за локоть. Он повел меня через коридоры первого этажа, там, где находились преимущественно лаборатории. Я пыталась вырваться, но юноша только ужесточил хватку. Ульфрих, вне всяких сомнений, был намного сильнее меня. Я, конечно, могла оттолкнуть его или что-то в этом роде. Но это было слишком грубо, да и мне не хотелось устраивать скандал. Наоборот, во мне взыграло любопытство. Куда этот мальчишка ведет меня? Что он хочет мне показать? Если бы сейчас был поздний вечер, а я была не я, а красавица-эльфийка...

Признаюсь честно, я обладаю довольно буйным воображением. Но при этом оно умудряется соседствовать в моей голове с трезвым рациональным мышлением. В детстве я любила представлять себя беспомощной прекрасной принцессой, похищенной драконом и ждущей своего принца ночи напролет. Но при этом уже тогда понимала, что вместо того, чтобы тратить свою молодость на мифического спасителя, гораздо логичнее заставить жениться на себе дракона. Вряд ли он будет против, для чего-то же он принцессу похищал? А если даже и засопротивляется, то закон на стороне женщины: мужчина обязан жениться на похищенной, если та изъявит такое желание. В противном случае ему грозили десять лет тюремного заключения.

Так и за годы своей работы в ВАМ я много чего успела себе напредставлять и навоображать, сознавая при этом, что грезы мои очень далеки от реальности. И бурному роману со студентом в моих фантазиях отводилось не последнее место. Но это было раньше. И не по-настоящему.

Пусть это прозвучит невероятно и самоуверенно, но в моей голове и ранее мелькала мысль, что Райдер может испытывать ко мне интерес. И мое бурное воображение заходило, порой, намного дальше, рисуя картины того, что было бы, ответь я ему взаимностью... Но тут подключался здравый смысл.

Конечно, оборотень шутливо флиртовал со мной. Так же, как и я с ним. И при этом я сама не вкладывала в эту игру слов никакой сакральный смысл. Почему мальчишка должен был отличаться? Тем более он заигрывал также и с Агнес, и с Мери, и со многими другими, включая, порой, Эдгара. В тот день, когда Райдер протягивал мне дорогущие билеты, приглашая пойти на Новогодний бал, я едва не поверила в невероятное. Но вовремя одернула себя. Нива, тебя так же изволил пригласить, если можно так выразиться, Нефас Эгерэ. А уж вот в чьей ненависти к моей скромной личности сомневаться не приходиться. Значит ли это, что Ульфрих тоже что-то задумал? В свете творящихся в последнее время вокруг безобразий, политических интриг, а теперь еще и преступлений, я стала совсем мнительной. Даже если на какое-то мгновение допустить, что мальчишке просто что-то приглянулось во мне, я-то к нему ответных чувств не испытывала. Так зачем подпускать его ближе? Лучше держать на расстоянии. На всякий случай...

И теперь, когда Райдер вел меня по темным коридорам (свет был выключен, а окна в этом крыле отсутствовали) куда-то в направлении то ли уединенных комнат для медитаций, то ли мусоросжигателя (соседние двери), я гадала: то ли мне сейчас впервые в жизни признаются в любви, то ли сделают приятное Нефасу и убьют. И в первое, и во второе верилось слабо, но я уже успела представить себе, как будет раздосадован Ангейм, не получив от меня очередного отчета.

Ан, нет, мусоросжигатель мы минули. Значит, отчет писать-таки придется. Жаль, а то мне эта рутина порядком поднадоела. Тем более что необходимости в ней я больше не видела. Но при попытке прекратить мне пришло гневное письмо с обещаниями последствий, если я продолжу пренебрегать своими обязанностями.

Мы подошли к одной из дальних лабораторий. Табличка на двери гласила, что ее хозяйкой являлась госпожа Марсиэль. Обычно преподавателями иностранных языков лабораторные комнаты использовались для занятий по аудированию. Но мы использовали те аудитории, которые нам назначат в расписании. Впервые слышу, чтобы кому-то из нас принадлежала отдельная лаборатория.

Райдер тем временем соизволил-таки отпустить мой локоть. Я могла бы воспользоваться шансом и сбежать... Но, по правде сказать, мне это и в голову не пришло. Во-первых, оборотень бегает намного быстрее меня. А во-вторых, я совершенно не боялась Ульфриха, и мне было безумно интересно узнать, что же все-таки значит все происходящее.

Юноша материализовал ключ и открыл дверь. Представшая моим глазам лаборатория походила на самую обычную аудиторию: с кафедрой и партами, к каждой из которой был намертво прикручен прибор для записи и воспроизведения голоса. О том, что данный класс ничем не отличался от сотен других, говорил и тот факт, что столешницы парт были разрисованы, а на самом приборе нацарапано много знакомых эпитетов, которыми студенты обычно выражали свою любовь к эльфийскому языку.

Пока я читала стихи, посвященные некой Люсе и повествующие трагическую историю разбитого мужского сердца, Райдер прошел в дальний угол и стал отодвигать огромный стеллаж с книгами и всякими магическими приспособлениями. Шум поднялся знатный. Но можно было не опасаться, что кто-то услышит. В конце концов, все аудитории в этом крыле были звуконепроницаемыми. Ох, вот если бы сейчас был поздний вечер, а я была не я, а...

Разобравшись со шкафами, юноша нащупал и открыл люк, полностью сливающийся с полом.

- Прошу! - и Райдер жестом предложил мне спуститься в подвал.

Деревянные ступеньки предательски заскрипели под тяжестью моего веса. Казалось бы, я должна была быть удивлена. Но по правде, я сразу догадалась, что Марсиэль здесь не картошку хранила.

Моим глазам предстал тот самый винный погреб госпожи Марсиэль. Это было не такое уж большое помещение. Винотека моей бабушки больше в десятки раз. Да и винные полки были наполовину пусты: разорению коллекции эльфийки способствовали как госпожа Киллеас, так и Райдер. А может, и еще кто. Интересно, откуда у оборотня ключ от лаборатории? Почему-то не хотелось думать, что слухи о нем и Марсиэль - правда.

- Не желаете поинтересоваться, откуда я знаю об этом месте? - ехидно спросил Райдер, делая вид, что читает этикетку одной из бутылок "Ушек любимой". Как будто он раньше там чего-то не видел.

- Вероятно, от хозяйки данной лабораторной комнаты? - предположила я, продолжая оглядываться. - Но что-то мне подсказывает, что вы меня вряд ли привели сюда, чтобы похвастаться близкой дружбой с предыдущим преподавателем эльфийского.

Юноша скривился в ответ и вернул бутылку на место.

- Вы, как всегда проницательны, госпожа Орлиани, - ехидно заметил он. - Друзьями мы с госпожой Марсиэль не были. Ключ от лаборатории я украл. Как и этот, - и щелкнув пальцами, Ульфрих материализовал в правой руке еще один ключ - маленький и изящный. Обычно на такие закрывали замысловатые эльфийские замки.

Райдер тяжело вздохнул. Повертел ключик в пальцах, пару раз подкинул, поймал и спрятал в кулак.

- Я долго думал, признаваться вам или нет, - произнес юноша медленно и задумчиво. - Как вы, наверняка, заметили, я не отличаюсь повышенным доверием. Особенно к преподавателям. И виной тому, видите ли, госпожа Марсиэль собственной персоной.

Каждый раз, произнося имя эльфийки, оборотень делал такое лицо, словно проглотил змею и только потом заметил, что она была живая, ибо продолжила шевелиться где-то у него в пищеводе. Я, конечно, с Марсиэль не дружила, но не могла понять, чем она могла вызвать такую ненависть. Или, скорее, омерзение?

- Однако события последних месяцев убедили меня, что вам можно доверять, госпожа Орлиани, - и Райдер заглянул мне в глаза, словно ожидая заглянуть мне в душу и найти там подтверждение своим словам. - А недавнее происшествие... оно убедило меня, что рассказать все просто необходимо.

Ульфрих раскинул руки, указывая на ряды полок с вином.

- Одурманивающий запах, не правда ли? - и юноша с шумом втянул воздух. - Большинство парней из общаги продались бы демону, лишь бы оказаться тут. Что с народом только не делает сухой закон, - и мальчишка игриво подмигнул мне. - А ведь все это великолепие здесь исключительно для отвода глаз! - и рассмеялся. - Что прячет странная училка у себя в лаборатории, куда лишний раз не пускает никого, ключи от которой бережет как зеницу ока и никогда не дает никому в руки? Интересно же, не правда ли? И на случай, если кто пронюхает и полезет проверять - вот он, ее великий секрет!

Райдер взял с полки одну из бутылок.

- Коллекция великолепного вина, хранящаяся здесь еще с тех пор, когда за пронос алкоголя на территорию академии ты не лишался студенческого билета.

Парень впился зубами в деревянную крышку и в мгновение ока вытащил ее. Принюхавшись, он блаженно протянул:

- Какой аромат! Будете? - и протянул "Ушки" мне. - К сожалению, не могу обеспечить вас столиком и свечами, но фужеры у меня найдутся. Должны были остаться где-то в "кармане" после новогодних гуляний. Ну а вместо свечей зажжем праздничные "светлячки".

Я поблагодарила, но отказалась.

- Согласен, романтики этому месту однозначно не хватает, - и Райдер покачал головой. - Ну, раз никто это пить не будет...

И Ульфрих разбил "Ушки любимой" о ножку стеллажа. Стекло с оглушительным дребезгом разлетелось на сотни осколков. Терпкий аромат вина наполнил комнату. Багровая липкая лужа растеклась по полу причудливым пятном.

- На самом же деле Марсиэль прятала нечто совсем иное, - продолжал оборотень как ни в чем не бывало. - Вот это! - и он вновь продемонстрировал мне маленький золотой ключик.

Подойдя к глухой каменной стене напротив, Райдер выставил руку вперед и скороговоркой прочитал заклинание. Пару мгновений спустя морок спал и нашим глазам предстала кованая железная дверь. Именно ее юноша и открыл.

- Добро пожаловать в настоящую лабораторию госпожи Марсиэль! - торжественно объявил Ульфрих, жестом приглашая меня войти внутрь таинственной комнаты.

Не знаю, что я ожидала увидеть. Еще одну винотеку? Склад пропавших в академии вещей? Художественную студию с подделками знаменитых картин? Во всяком случае, я была точно уверена, что не наткнусь там на трупы молоденьких студентов, подвешанных к потолку на крюки мясника. И не потому, что я верила в непричастность Марсиэль к столь кровавым преступлениям. А потому как я просто не слышала, чтобы в Высшей академии магии хоть раз пропал без следа кто-то из учеников.

И все же я не ожидала увидеть там... лабораторию. Не ту, что располагалась этажом выше, а самую настоящую алхимическую. Шкафы и полки были наполнены различными ингредиентами: от сушеных травок до засушенных черепов полевых грызунов. Кругом стояли колбы и склянки, соединенные резиновыми трубочками. А главным "украшением" интерьера являлся деревянный стол. Находись я сейчас в пыточной стражи, посчитала бы его дыбой. У него имелись железные кольца для удержания головы, рук и, само собой, щиколоток. Да уж... На всякий случай я оглядела потолок на предмет наличия там окровавленных крюков. Надо сказать, маленькие крючки там действительно имелись. Но не окровавленные. И то хлеб.

- Вот, собственно, тут и состоялось мое близкое знакомство с госпожой Марсиэль, - Ульфрих подошел к столу и потеребил кольца для запястий. - Она - у стола. Я - на столе.

Юноша хмыкнул, заметив мой настороженный взгляд, но никак не прокомментировал. Оставив мое воображение бушевать, рисуя картины всяческих ужасов, творившихся в этой тайной комнате. Я молчала, не решаясь задавать вопросы, а Райдер просто бродил, рассматривая колбы и склянки.

- Между прочим, лежать приходилось голым, - заявил внезапно оборотень. - Первое время я так смущался! - и затрепетал ресницами аки юная барышня. - Впрочем, потом гораздо актуальней стал собачий холод. Марсиэль не имела привычки топить. Вино и все такое.

- Первое время? - не совсем поняла я.

- Ну да, я часто приходил сюда, - юноша кивком головы указал на стол. - Видите ли, Марсиэль проводила свои... исследования с моего согласия, - уловив немой вопрос в моих глазах, Райдер грустно усмехнулся. - А вот теперь мы подходим к тому, ради чего я вас сюда и привел. Видите ли, я не совсем обычный оборотень.

И он замолчал. Склонив голову набок, он с едва заметной улыбкой пристально наблюдал за мной, словно ожидая, что я сейчас догадаюсь и дам ответ за него. Что ж, я действительно стала размышлять:

- Вы не можете быть антимагом, как Кая, Райдер.

- Ну что вы, конечно нет! Такого редкого и уникального дара у меня нет, - отмахнулся Ульфрих.

- Но вы с ней похожи? - продолжала рассуждать я. - Поэтому вы ей помогли, так?

- А что, в альтруизм в наше время уже никто не верит? - расхохотался мальчишка.

- Вы с такой ненавистью говорили тогда о Совете и тех экспериментах, которые они будут проводить с Каей, - припомнила я. - Вы не хотели, чтобы она прошла через то же, что и вы?

Райдер достал из шкафа чей-то череп. Предположительно козы или нечто вроде того. И стал рассматривать.

- Скажите, госпожа Орлиани, вы же знали Марсиэль. Несколько лет работали с ней. Неужели вы и правда думаете, что в ней умирал талантливый алхимик? - начал юноша иронично. - Даже если предположить, что лаборатория принадлежит ей (мало ли во что ей захотелось поиграться), смогла бы она проводить эксперименты над магической материей?

Что правда, то правда. Алхимика в Марсиэль заподозрить было практически невозможно.

- Она приводила сюда своего хахаля, говорила, что он из Совета. Впрочем, я и сам об этом догадывался. Этих тварей даже без их дурацких плащей вычислить проще простого. Только у них на мордах имеется печать такого самомнения и презрения к окружающим, - Райдер чмокнул череп (пускай козочка хоть после смерти получит немного любви) и вернул на место. - У меня есть небольшой талант, отличающий меня от других. Ничего сверхнеобычного. Это вам не антимаг, рождающийся раз в сто лет. Мой же дар - один на десять тысяч, может, сто тысяч человек. Даже сейчас в Имперском Союзе подобных мне проживает несколько десятков. Да что далеко ходить за примером. У нас в семье, можно сказать, это наследственное. Наш дар давно исследован и изучен вдоль и поперек, а потому интереса для Совета, казалось бы, я представлять был не должен. Но знакомый Марсиэль настаивал, что открыл новый способ использовать мой талант на благо Союза. А для этого надо провести исследование и парочку экспериментов, - Ульфрих разлегся на "дыбе", положив руки под голову и скрестив ноги. - Он обещал, что его исследование непременно поможет решить одну мою проблему. А ради этого я был готов терпеть все, что угодно...

Я поискала глазами, куда бы присесть. Райдер приподнялся на локте и похлопал рядом с собой по столу. Я с сомнением оценила конструкцию. Вес бы нас двоих она, может, и выдержала. Но вот размеры не соответствовали моим габаритам. Тогда оборотень, как истинный джентльмен, сел и подвинулся, освободив мне место. Я с благодарностью воспользовалась предоставленной возможностью и приготовилась слушать дальше.

- Однажды, когда они в очередной раз оставили меня здесь на ночь, судя по всему, недодали дурмана. Во всяком случае, я вопреки практике не уснул сразу же, как они ушли. Эта комната устроена так, чтобы любые звуки, доносящиеся из винотеки, были слышны, но ни в коем случае не наоборот. Это сделано для того, что, если вдруг кто-то спустится в погреб, иметь возможность контролировать ситуацию, находясь в лаборатории.

- И вы услышали их разговор? - тихо произнесла я.

- Угу. Представить содержание их разговора не так уж сложно. Если передавать смысл в двух словах: "Ха-ха, этот дурак опять повелся", - и Ульф изобразил надменного безымянного члена Совета. Потом продемонстрировал вздыхающую по нему Марсиэль, и в довершение картины - переживающего глубокую душевную травму себя. - Но в целом, никакой душещипательной трагедии как в мелодраматических романах. Я сам согласился, а потому сам и виноват. Не так уж сложно было догадаться, что меня тупо использовали. На следующий раз я устроил Марсиэль скандал. Заявил, что больше их лабораторной крысой быть не собираюсь. Начались угрозы с ее стороны: не допустить к экзамену, завалить моих друзей и все такое. Но вмешалась госпожа Киллеас, и все благополучно закончилось. Позже я отомстил Марсиэль тем, что стащил ее ключи, - и юноша вновь продемонстрировал ключик, - а советник плохо кончил и без моей помощи.

- Он умер? - уточнила на всякий случай я.

- Нет, хуже. Его женила на себе Марсиэль.

Когда я закончила хихикать, то вспомнила, что Райдер так и не признался мне в главном.

- Ваш особый талант - это...?

- Наколдуйте что-нибудь, - внезапно обратился ко мне юноша.

Я даже растерялась. Колдовство - не самая сильная моя сторона, а главное, речь идет о магическом даре оборотня, а не моем. С горем пополам, после нескольких неудачных попыток я-таки сгенерировала кривой и косой, крохотный, полудохлый "светлячок". Он трепетал в моей правой ладони, готовый погаснуть от любого дуновения ветра. Я зыркнула на Райдера, который из последних сил сдерживался, чтобы не рассмеяться.

Мы все еще продолжали сидеть рядышком на "пыточном" столе. Я - справа, Ульф - слева. И тут оборотень потянулся своей левой рукой к моей правой, той, в которой плясал маленький комочек света. Как только юноша коснулся тыльной стороны моей ладони, по кончикам моих пальцев пробежали искры. В прямом смысле этого слова. Искорки напитали "светлячок" энергией, и несколько мгновений спустя над нашими переплетенными пальцами сиял в воздухе ровный красивый магический шар света. Ярче любых "светляков" в этой комнате.

- Я катализатор, - пояснил Райдер тихим голосом. - Любая магия, вступая в контакт с моей аурой, становится сильнее.

Глядя на наше с Ульфрихом совместное творение, я вспоминала невероятную ледяную трассу, созданную Кэтрин в буквальном смысле из воздуха всего за пару минут. Я еще тогда удивилась масштабу таланта "водяной". Следовало догадаться, что студентка третьего курса на такое просто не способна. Интересно, знала ли Кэт, что смогла создать нечто подобное исключительно благодаря оборотню? А еще был фаербол, взорвавшийся в тот момент, когда Райдер ударил по нему, тогда, во время игры на озере...

- Так вот почему вы выбрали поддерживающую магию в качестве специализации! - воскликнула я и взмахнула руками.

Студент вынужден был отпустить мою руку, и "светлячок" рассеялся.

- Ну да, - хмыкнул оборотень, - очень удобно. Наносишь на себя заклинание на увеличение скорости до пятидесяти километров в час, а в итоге бежишь на всю сотню!

Я задумалась над последними словами юноши. А ведь действительно, секрет, который я только что узнала, вносил существенные коррективы в тактику нашей команды. Природный дар Ульфа мог как сыграть нам на руку, так и грозить смертельной опасностью. Попади, допустим, Диана в Райдера фаерболом так, как сегодня в дерево, возможно все - вплоть до пожара. И жертв тогда точно не избежать... Неудивительно, что юноша после долгих колебаний решился-таки признаться.

Но Ульфрих рассказал мне не все. Оставалось еще кое-что...

- А ваша проблема, которую могли решить исследования?.. - задала я вопрос как можно мягче. - Если не хотите, можете не рассказывать. Просто у моей семьи в Совете есть связи, и хотя не могу ничего обещать, но можно было бы попытаться...

Оборотень звонко рассмеялся. Было нечто зловещее в этом смехе. В детстве я представляла, что так хохочут злодеи в сказках. И наша преподавательница гимнастики в гимназии.

- Скорее демоны разучатся летать, чем Совет когда-либо займется моей "проблемой", - заявил Райдер, закончив смеяться. - Дело в том, что мой брат... - юноша потер лоб и тяжело вздохнул, прежде чем решился договорить, - болен. И я готов на все, чтобы вылечить его. Но поверьте, госпожа Орлиани, вы ничем помочь не сможете.

- Спасибо, Райдер, я очень ценю, что вы решились довериться мне, - искренне призналась я. - Я непременно сохраню ваш секрет.

Парень как-то странно посмотрел на меня и хмыкнул:

- Да рассказывайте, кому хотите. Хоть про мой дар, хоть про этот погреб. Мне как-то все равно, что будет с имуществом Марсиэль.

Я с сомнением посмотрела на своего студента:

- Если вам все равно, зачем вы столько времени держали все это в тайне?

- Не знаю, - юноша кокетливо пожал плечами и скосил глаза в мою сторону. - Может, я все это время ждал, когда судьба пошлет мне вас, чтобы выговориться?

И его пушистый хвост прикоснулся к моей спине. Ну, то есть, не совсем спине... Но вышло все равно щекотно. И это послужило сигналом, что пора закругляться. Отшутившись, я спрыгнула на пол. Заявив, что мне пора идти на кафедру - заниматься профессиональными обязанностями, я вышла из лаборатории. Райдер остался сидеть на столе. Он болтал ногами и провожал меня пристальным взглядом.

Я же отчаянно гнала от себя мысль, что оборотень сегодня выдал мне индульгенцию на раскрытие любых фактов о себе в письмах Ангейму. Ведь мальчишка же не мог ничего знать об этом, правда?

17 глава (ее первые абзацы) + краткое содержание.

Стражники при виде грозно наступающего на них тролля испугались пуще наших первокурсников и не осмелились закрыть ворота аккурат перед моим зеленым носом. Только проблеяли в след: "А вы, собственно, к кому?" Разговаривать с ними не было ни желания, ни времени (обоз, следующий до ВАМа, отправлялся менее чем через час, а повторно испытывать на себе все прелести телепортации мне никак не хотелось). А потому я лишь огрызнулась и оставила несчастных мужчин проклинать всех троллей и тот день, когда они взялись за непыльную работенку - охранять вход в кабинет одного из советников. Кто в здравом уме будет штурмовать Башню Императорского Совета, в самом деле? А если и рискнет, то уж до двадцать третьего этажа ему живым точно не добраться...

На первом этаже сегодня гонял чаи на свежем воздухе старый знакомый - мой и отца. Он велел охранникам пропустить меня. Видать, по моему озлобленному выражению лица догадался, что дело крайне срочное. Стража же не осмелилась перечить начальнику императорской охранной службы...

До двадцать третьего этажа пришлось подниматься по лестнице. Второй за день телепорт я бы точно не пережила. Лестница в Башне находилась исключительно из соображений пожарной безопасности или каких других фантастических бед, которые не могут случиться с Императорским Советом по определению, но строить приходиться, чтобы отстали злые инспекторы с бумажками. Советники считали ниже своего достоинства пользоваться ступеньками, а потому лестница пряталась в дальнем закутке запутанного коридора. Незнакомый с причудливой конструкцией данного здания мог бы здесь заблудиться и плутать, пока не скончается от жажды или голода. А если бы его труп и нашли, то только через несколько лет и то по чистой случайности. Вот только я на отцовском рабочем месте отнюдь не новичок. И всегда предпочитала пользоваться именно лестницей.

Словом, теперь вы примерно представляете, как мне удалось добраться до Ангейма без жертв, кровопролития и даже обойдясь без тревоги самого высокого - двенадцатого уровня.

- Что все это значит?! - ворвалась я в кабинет председателя просветительского совета и тут же, с порога, перешла к проблеме.

- Госпожа Орлиани? - Годфрид и не подумал встать из-за стола, чтобы поприветствовать даму. Эльф бросил мимолетный взгляд на циферблат больших напольных часов. - Добрый... вечер. У вас ко мне дело?

- Не стройте из себя наивного глупца, Ангейм! Вы на него не похожи! Вам прекрасно известно, по какому поводу я здесь! Более того, уверена, вы ожидали моего прихода!

Выкрикнув все это, я остановилась, чтобы отдышаться. Мне было что высказать этому холодному истукану с пренебрежительным выражением глаз, но двадцать три этажа по лестнице с перепрыгиванием через ступеньку давали о себе знать. Я никогда не была особо спортивной девушкой. И сейчас усиленно делала вид, что у меня легкие не горят, бок не колет так, словно его проткнули насквозь отравленным кинжалом, а ткань платья прилипла к спине исключительно по той причине, что в кабинете жарко.

Ангейм вместо того, чтобы отвечать на вопросы, лишь самодовольно усмехался. Напрочь позабыв, что перед ним не только преподаватель эльфийского языка, но и тролль. Нива не была настроена шутить и врезала по его самодовольно роже, немного не рассчитав. Эльф неудачно упал. Затылком на каминную решетку (откуда на двадцать третьем этаже камин?). Больше он никому ничего рассказать не мог. Конец истории.

Шутка! Естественно, шутка.

Однако я действительно вынуждена покинуть Ниву в самом начале 16-й главы. Но предоставляю любопытствующим возможность узнать, чем же там все на самом деле закончилось, благодаря краткому содержанию ниже.

Нива уже узнала, что Агнес - талантливый некромант, такой же, как ее родители, наследники героев, состоявших в Отчаянной армии. Мери - дочь рабыни из Империи Демонов, тайно танцующая в заведении для взрослых. А Райдер - маг-катализатор, готовый лечь под нож ради больного старшего брата.

В первом матче Магического кубка Ниавин и компания одерживают легкую победу над командой мужа Дианы, поразив всех своей тактикой: она предельно проста, но в то же время неожиданна. Вся стратегия даржится на одном человеке - Диане - и подчинена только ее интересам. Одному участнику позволено использовать только один типа магии на протяжении всего турнира. Диана использует огненную, Ульфрих - поддерживающую, Агнес - некромантию, Илбрим - анимагию, тогда как Мери (и это поразило всех специалистов в первую очередь) также огненную. Задачей Дианы было поражать огненной магией врагов, задачей остальных членов команды - закрывать ее своими телами. В прямом смысле. Все четверо выстраивались в линию, полностью укрывая боевого мага от врага. На каждого из них Мери было наложено закинание, подобное тому магическому щиту, что колдуют перед началом боя организаторы. Только тоньше и защищающее исключительно от огня Дианы. Таким образом, Диана может спокойно колдовать из-за спины товарищей масштабные заклинания, бьющие по площади, особо не опасаясь навредить их щитам. А соперникам, чтобы добраться до нее, нужно сперва победить четырех магов передней линии обороны. В теории они не должны успеть этого сделать. Поскольку на Диану наложены усиливающие заклятия Ульфриха, а также охранные - Агнес. Илбрим же берет на матч змей, которые, ползая по половине поля противника (и иногда по ним самим) пугают их до чертиков и мешают сосредоточиться как на заклинаниях, так и на координации своих действий.

Именно такой схемы придерживались подопечные Ниавин в первом и последующих матчах (с небольшими изменениями), что приносило им успех. Достаточно скоро все в них признали безоговорочных фаворитов и стали понимать, за что им дали первый номер посева.

После очередно стычки между Илбримом и Пиманом, в которой эльф вышел из себя, после того как земной маг упомянул его брата (Фрэниара едва успела вразумить Агнес, иначе ему, а значит и всей команде, мгла грозить дисквалификация), Нива узнает, что старший брат Илбрима, который его вырастил, был осужден за предательство, как член культа Темной богини.

Эта информация последила последней каплей в переполненной чаше терпения Ниавин. Бросив все, в тот же день она отправилась в столицу к Ангейму, чтобы выяснить, что на самом деле происходит. Просто не может быть совпадением, что Ниву у каждого из студентов, к которым была приставлена героиня, оказался скелет в шкафу. И при этом дети интересны Советы куда больше, чем настоящее преступление, произошедшее, в буквальном смысле, под носом у Ангейма.

Годфрид уклончиво ответил на все вопросы девушки и иронично заметил: чего она на самом деле боится? Открыть шкаф лучшей подруги и обнаружить там не скелет, но целое кладбище? В конце концов, советник заявил, что Ниавин может перестать посылать ему отчеты, но предупредил, что она может очень сильно пожалеть об этом в будущем. Могут пострадать дорогие ей люди...

На этом разговор был оконен, и Ниву не самым вежливым образом выпроводили из башни.

Диана легко и непринужденно добралась до финала в одиночных соревнованиях Магического кубка. Чего нельзя было сказать о ее главной конкурентке - Кэтрин Лэндон, которая была разбита в пух и прах Сиэлем Нормайером - боевиком, практикующим магию камня. Очень редкий и крайне непопулярный вид магии никогда прежде не использовался для сражений. Но юноша творил на поле удивительный вещи. Он не мог материализовать камень из ниоткуда, но превращал в него все, к чему прикасался. В том числе собственный пот, покрывая себя своеобразным "каменным доспехом". Тогда как пот соперника, прикоснувшись к его запястьям, мог превратить в каменные наручники, мешающие чтению заклинаний. И все в том же духе.

На финал, как всегда, съехалось много народу. В том числе много важных шишек, которые ночь между одиночным и командным финалом должны были провести в общежитии. А где же еще разместить гостей Академии? Что странно, среди приглашенных не оказалось главы просветительского совета Годфрида Ангейма.

В дни финалов в городе была организована традиционная праздничная ярмарка. Финал одиночного разряда должен был состояться вечером, тогда как командные полуфиналы - пораньше, днем. В своем полуфинале команда Нивы встречалась с командой Нефаса и Кэтрин. Ниавин кое-что понадобилось в городе, в результате на ярмарке она повстречала своих подруг времен престижной эльфийской гимназии - сестер Лаунддарэ. Те теперь счастливо замужем и воспитывают детей: у каждой по паре близняшек, у одной - мальчики, у другой - девочки. Естественно, эльфийки запытали подругу вопросами о ее личной жизни. Когда же та отмахнулась, мол, нет ничего и неинтересно, выдали парочку глубокомысленных фраз о том, что Нива сама отталкивает мужчин от себя, не хочет признаваться себе, что может нравиться, потому как боится быть униженной и высмеянной. А надо бы расслабиться и хоть раз впустить в свою жизнь мужчину. Наверняка же кто-то ошивается у порога. Чего так загадочно замолчала? А ну-ка признавайся!

С трудом избежав допроса с пристрастием, Нива сбежала от подруг. И наткнуалась на еще одного старого знакомого - профессора Нгуоро, который делал ставки на финалы Кубка. Побеседовав о жизни и с ним, Ниавин узнала, что тролль всполне доволен своей жизнью на пенсии. И что зла на Нефаса не держит. Демон очень щедро заплатил троллю, чтобы тот отказался от своей должности преподавателя и соизволил, наконец-таки, уйти на пенсию.

По дороге в академию Нива то и дело прокручивала в голове разговор как с близняшками, так и с Нгуоро. Вспоминая, как Эгерэ вел себя рядом с ней, она начала размышлять, что, может, не так уж он ее и ненавидит, и что она, и правда, слишком мнительна, как считают Лаунддарэ, и надо просто расслабиться...

На выходе из города Нива заметила непривычно большое скопление стражи. Мужчины очевидно собирались куда-то ехать. Или только что приехали. Придя в академию, женщина заметила небывалое количество охранников и там. Инспектор ходил меж гостями и расспрашивал их о чем-то. Когда он дошел до Нивы, то спросил, где она была два месяца назад, в день, когда она наткнулась на Райдера и компанию в "Сером принце". Услышав, что Ниавин в тот вечер была в городе, инспектор пригласил ее пройти с ним в одну из аудиторий первого корпуса для дальнейшего разговора. Узнав фамилию Ниавин, инспектор понял, кто перед ним, и посчитал возможным поделиться тревожной информацией: в одной из деревень недалеко отсюда вновь совершено массовое самоубийство. Чтобы не поднимать панику, чреватую при таком скоплении народа, принято решение об этой новости пока что не сообщать, но люди уже посланы на место преступления, брошены лучшие силы, чтобы как можно быстрее разобраться с происходящим - и по возможности поймать преступника. К высокопоставленным гостям так же приставлена охрана - специально выписан командир Такой-то со своим отрядом. Сам же инспектор ищет злоумышленника в академии. Люди что-то подозревают, но он объясняет им повышенные меры безопасности недавними печальными событиями и приглашенными важными гостями. Что касается того дня два месяца назад, то в тот день в здание городской стражи пробрался злоумышленник, в кабинет с важными бумагами. И кажется, им удалось тогда выследить преступника, но тот сумел сбежать. У стражи на руках осталась только одна улика - серый плащ, который он скинул где-то в подворотне. А сам пропал - будто улетел. И у инспектора есть подозрения, что то происшествие и нынешнее как-то связаны между собой. Мужчина продемонстрировал Ниве плащ. И она узнала его...

Внезапный арест господина Эгерэ прямо посреди первого командного полуфинала вызвал большой резонанс. Матч был прерван. Созвана экстренная комиссия. Инспектор обещал вернуть (или не вернуть) демона после допроса и выяснения всех обстоятельств дела. Через день-другой. Пока зрители делились друг с другом домыслами и догадками, а также дружно восклицали: "Я всегда знал, что он негодяй! Чего еще ждать от этих грязных демонов!" - преподаватели решали, как быть с Магическим кубком. Команда Нефаса во главе с Лэндон свято верили в невиновность своего тренера и настаивали на своем участии и без его присмотра. Мол, завтра утром его уже отпустят, и он присоединится к нам на финале! В итоге первый полуфинал закончили, а второй перенесли на вечер, после одиночного финала, в котором сражались Диана и Сиэль.

Во время боя Вест была сама не своя. Генри волновался за нее особенно сильно. В итоге Нормайер неожиданно легко победил. И стоя над поверженной огневчикой, с презрением бросил что-то о прошлом, от которого ей никогда не сбежать.

Диана сбежала с церемонии награждения победителя и заперлась на пустой кафедре своего мужа. Генри и Нива пытались ее успокоить через дверь. Ниавин настаивала, что ничего страшного не произошло: подумаешь, проиграла, зато второе место заняла! И тогда Генри грустно заметил, что дело вовсе не в проигрыше как таковом, а в том, кому она проиграла, и в тех словах, что он ей сказал. Диана кричала, чтобы Генри молчал и не смел ничего рассказывать, но муж не послушался. Оказалось, на первом курсе, в первое полугодие, Диана встречалась совсем с другим юношей с боевого факультета - Раймондом Нормайером, главным соперником Веста. Но пару месяцев спустя его обвинили в убийстве другого студента и посадили в тюрьму. Сперва главной подозреваемой выступала Диана, но у нее нашлось алиби - Генри, с которым у нее примерно в те дни начинался роман. Прямых улик против Раймонда не было, но многочисленные Сайберы и их связи помогли засадить юношу за решетку и обелить имя Дианы (а значит, и всех ее родственников). В академии в тот год сильно сомневались, что парень виновен на самом деле, ходили разговоры, что алиби с Генри - липовое, и парочку они только изображают. Их излишне скорая свадьба только подстегнула эти слухи. До сих пор некоторые считают, что Генри получил место за кафедрой исключительно благодаря "одолжению", которое сделал тогда Сайберам. И хотя Генри готов поклясться на чем угодно, что от всего сердца любит свою жену, Ниавин он готов сознаться - в ночь убийства его не было рядом с Дианой. Он ради нее солгал перед судом.

Сиэль - младший брат Раймонда. Он уверен, что его родственника упекли за решетку, чтобы спасти шкуру настоящей преступницы - Дианы.

Задушевно поговорив через дверь, Нива заверила подругу, что верит ей. Если она утверждает, что невиновна, то значит, так и есть. Просунув под дверь амулет, Ниавин призналась, что хотела подарить Диане такой в честь ее рекордной четвертой победы. Но в итоге дарит вот в таких обстоятельствах. И выражает надежду, что еще увидит в нем подругу на высшей ступени почета.

До начала отложенного командного полуфинала оставалось полчаса. И в эти полчаса Диана не явилась на Стадион.

Ребята стояли на поле вчетвером. Судья безжалостно отчитывал секунды, по истечении которых команда будет дисквалифицирована с соревнований за неполный состав. Но в последний момент Диана все-таки явилась. Заявив Ниве, что в кои-то веки делает что-то не ради себя, а ради своих друзей. Матч получился сложным и напряженным, но герои выиграли и прошли в финал, где им завтра предстояло биться с командой Веннера.

Вечером Ульфрих, Илбрим, Агнес и Мери - все члены команды, проживающие в общежитие - завалились к Ниавин праздновать выход в финал. Ульфрих смеялся: все равно они так взволнованы, что не уснут! Мери же настаивала, что это неправильно и следует разойтись по комнатам! Ребята намеревались играть всю ночь, но тяжела битва (плюс нервотрепка с переносом) сказали свое веское слово: и достаточно скоро всех сморил сон.

Проснулась Нива от того, что ее тряс за плечо Райдер. Убедившись, что он проснулась, оборотень всучил ей в руки кухонный нож и, прижав руки к губам, приказал молчать. Затем юноша проделал тоже самое с Агнесом и Илбримом, вручив им сковороду и поварешку. Разорил кухню героини, словом.

На Академию напали. Общежитие окружили солдаты, действовавшие под командованием командира Такого-то, которого давеча прислал в ВАМ инспектор. Но что-то Ниве подсказывало, что командир находится под действием ментальной магии, а солдаты - ненастоящая Стража. А верные последователи культа Темной богини. Во-первых, уж больно удачно большая часть стражи уехала из города на расследование инцидента в деревне (и Годфрид, вернее всего, там же). А во-вторых, "солдаты" шастали сейчас по коридорам общежития, врываясь в комнаты и угрожая лишить жизни каждого, кто окажет сопротивление. И это не могли быть люди, которыми управлял извне, поскольку никакая магия внутри здания не действует. Они моли делать это только по собственной воле.

Если не считать ножа у Нивы (которым бы она скорее поранилась сама, чем умудрилась нанести рану кому-то другому), то настоящее оружие имелось только у Ульфриха - кастеты, которые он никогда не убирал в пространственно-временной карман.

Герои сошлись во мнении, что нападавшим что-то нужно от важных гостей, что поселили на верхних этажах. И решили отправиться защищать их. По пути, ловко расправляясь с врагами, они встретили Годара, Ррадригара, Кэтрин, Эдагара и даже Пимана. Но вскоре пришло осознание, что они не успеют добраться: все в общежитии, кроме Ульфриха, бессильны. Студенты без магии - как без рук. Именно на это и рассчитывали нападавшие. И тогда Ррадригар предложил план: лишить общежитие антимагической защиты, чтобы каждый мог постоять сам за себя. Годар вынужден был огласиться, что план вполне осуществим. Для этого надо разрушить кристаллы в подвале. Отправляться туда без спецодежды - занятие не из приятных, но при выборе между жизнью и чистой одеждой сомневаться не приходится. Во время попытки прорваться к подвалу по улице, Ульфрих взял основную часть врагов на себя. И стался сражаться, когда остальные спустились в подвал и принялись рубить кристаллы. Даже Кэтрин.

Сперва антимагическая защита ослабла, а потом и вовсе пала. Студенты смогли защищать себя сами. Как и высокопоставленные гости - не последние маги в Имперском Союзе. Вскоре нападавшие вынуждены были бежать, бросив раненных, которым предстоял допрос у инспекторов и суровое наказание.

Ульфриха нашли бес сознания, истекающим кровью. Лекарь отметил удивительную магическую силу парня и связанную с ней повышенную регенерацию. Но ему не хватает магической силы, чтобы справиться со столь тяжелыми ранами. Вот если бы кто согласился поделиться своей энергией с ним до того, как юноша окончательно истечет кровью, его бы еще можно было спасти. Но это должен быть кто-то, кому он безоговорочно доверяет, иначе оборотень не пустит его в свою, в буквальном смысле, душу, и затею ждет провал.

Эдгар предложил кандидатуру Ниавин, заявив, что самым он полным доверием Райдера не располагает. Нива решила рискнуть и согласилась. Процедура энергообмена была для нее крайне болезненной, но ради Ульфриха она готова была ее вытерпеть.

В результате Нива попала в кошмары оборотня. Видел он оду и ту же сцену: что он стоит у порога дома, а в руках у него извещение с расплывающимися строчками: "Осужден по статье 103..."

К утру юноше стало лучше. И лекарь вынес оптимистичный вердикт: жить будет. Следующие полдня Нива проспала. Проснувшись ближе к вечеру, она с ужасом узнала, что Мери арестовали, как последовательницу культа.

Нива отправилась к городской страже, чье здание нынче было переполнено. Не только преступниками, допрашиваемыми и свидетелями, но и всевозможными официальными лицами.

Прибыв на место, первым, кого встретила Нива, оказался Нефас. Демон выглядел невероятно злым и раздраженным. Стражник бесцеремонно вытолкнул его из двери: "Вы свободны". "Я принимаю ваши искренние извинения за ваше бесцеремонное обращение со мной и смехотворные обвинения!" - огрызнулся Эгерэ. Увидев Ниву, он замер, прикрыл глаза и отвернулся:

- Вы! Вы... Вот уж последнее, что я хотел бы увидеть, только выбравшись из тюряги. Будь на то моя воля, вообще бы предпочел никогда более с вами не пересекаться.

Нива сквозь зубы ответила демону, что его чувства взаимны.

- Вы не понимаете, что вы совершили?! - внезапно набросился он на нее.

- Позволила подозрительной личности вроде вас провести день за решеткой?! И я не думаю, что ваша ночь была веселее, чем наша! Вы благодарить меня должны!

Так бы они и продолжили цапаться, если бы Нефас не заметил приближающегося к ним Ррадригара. Он пришел сюда навестить Мери.

Оказалось, студентка Сойер уже допрошена. Она во всем призналась. Именно она, украв преподавательский амулет Орлиани, открыла ночью ворота общежития и впустила нападавших. Ее видел студент Райдер. Вероятнее всего, бесшумно проследовал за ней, когда увидел, что она куда-то вышла посреди ночи. Юноша уже очнулся и дал показания. На вопрос, зачем она связалась с ментальной магией, Сойер ответила, что всего лишь хотела добиться ответной любви.

И тут к ним вышла сама Мери. Она шла медленными, неуверенными шагами и недоуменно оглядывалась. Ее поддерживала под локоть стражница сурового вида. Нива бросилась к ученице, но та удивленно смотрела на нее, словно не узнавала. Стражница зыркнула на Ниавин и мотнула головой, словно приказывая отойти в сторону.

- Что с ней? - удивлялась Нива.

Подошедший Нефас объяснил, что Мери прошла через процедуру забвения. Ею подвергает тех, кто признан виновным в ментальной магии, но не имеет на своей совести чересчур серьезных преступлений. Советом решено использовать Забвение, чтобы стереть из памяти формулы опасных ментальных заклинаний. Обычно забвение можно ограничить: воспоминания последних дней, недель месяцев. Все что дольше - контролировать почти невозможно. Но поскольку никто не знает, когда та же Мери ознакомилась с ментальной магией, ей стерли всю память - начиная с первых дней жизни. И теперь Сойер похожа на младенца, познающего мир.

Нива заметила, каким полным боли взглядом провожает Мери Ррад, и пробормотала:

- Глупая-глупая девчонка! Ради чего все это было?! Все же знают, что золотые драконы, как и тролли, не подвластны ментальной магии!

- Драконы - да... - ответил тихо Эгерэ.

И Нива взглянула на него. Демон тоже смотрел вслед Сойер. И если бы Ниавин подозревала у него совесть, то предположила бы, что сейчас он мучился ее угрызениями...

- Эгерэ... - ужаснулась героиня. - Это были вы...

Демон не стал с ней разговаривать. Он расправил крылья и улетел.

Командный финал был, ясное дело, отменен. В академии стояла полная разруха. Вокруг раздавались крики и стоны. Собрались солдаты, инспекторы, члены Совета, журналисты, родственники жертв и пострадавших, причем с обеих сторон. Среди нападавших было немало жителей города и даже студентов.

Ниавин застала Эгерэ ругающимся с Годаром. Из их спора она поняла, во-первых, что что-то ценное пропало. Во-вторых, что завхоз оказался тем самым соглядатаем Совета, о котором ходил так много слухов.

Сам же Нефас оказался выходцем из Южных Земель, посланным сюда за похищенной реликвией - головой Темной богини. И он добыл ее в новогоднюю ночь, а затем спрятал в общежитии, намеренный в скором времени переправить на законное место - в музей. И он бы смог суметь защитить голову, но вмешалась Ниавин, сдавшая его страже, и в итоге нападавшие смогли похитить голову богини, столь необходимую для проведения ритуала ее возрождения. Вне всяких сомнений, все это было спланировано: и отвлекающий маневр в вид самоубийств в деревне, и околдованный командир, приведший липовых солдат, и анонимная записка, напомнившая о давным-давно найденном плаще и сообщавшая, что в академии есть кое-кто, кто знает, кому она принадлежит. Нефаса бы все равно отпустили на следующий день после выяснения всех обстоятельств дела и подтверждения его слов о том, что он был направлен сюда региональным советом Южных Земель с секретной миссией, о которой ни о ком не имел права сообщать. Теперь же поздно. Голова украдена, и похитители, вне всяких сомнений, отправились с ней в Раксаил. Времени нет. Надо объединять силы и мчаться за ними.

Эгерэ и Нива обменялись взаимными обвинениями. Демон обвинил героиню в предубеждении к нему: она слишком сильно была занята тем, чтобы искать причины ненависти к нему и придумывать нелепые оправдания для своих драгоценных студентов, в итоге упустив из виду Мери. На что Нива ответила, что судит людей по тому, как они себя ведут. Он вел себя подозрительно, а значит, казался ей подозрительным. У нее не было времени и желания ковыряться в его душе. В конце концов, он сам привык судить по внешности: принимал за тролля, пока ему не указали на ее эльфийское происхождение.

Дальше речь зашла о Мери. Нива поверить не могла, что Нефас предпринял попытку соблазнить девушку. Демон отвечал, что ему необходим был доступ в их странный маленький кружок. Уж очень подозрительной выглядела их команда, он ни на секунду не поверил в слепой жребий. А уж это повышенное внимание членов Совета к Орлиани - только полный придурок не заметил, как Ангейм и Робард то и дело зовут ее в кабинет для "консультаций". Внезапное введение командного зачета, посев под первым номером такой нелепой команды. Да еще и с преподавателем-троллем во главе. Несомненно, это был план Совета, и заключался он в привлечении внимания. Вероятнее всего привлекали внимание Культа. А Нефасу именно он и нужен был.

- Но как вы могли соблазнять невинную студентку?! - продолжала возмущаться Нива.

- А вы предпочли, чтобы я соблазнил вас? - ехидно заметил демон.

Он ушел, оставив Ниву краснеть в одиночестве. Свидетелем этого разговора стал Ульфрих. Перебинтованный, он стоял в дверях общежития, опершись о косяк. Когда Нива попыталась зайти внутрь, он неожиданно ухватил ее за запястье и произнес по-обортничьи:

- Осара анъи ррэв. Осэгерэ-каа. Осара.

- Я вас не понимаю, Райдер. Идите в постель, вам нужно отдыхать, - мягко ответила Нива.

- Как всегда ничего не понимаете, - грустно хмыкнул оборотень в ответ.

Нива написала очередной отчет, отразив все произошедшее в подробностях.

Внезапно перед ней явился Ангейм и заявил, что они отправляются в Раксаил, поскольку время проведения Темного ритуала неумолимо приближается. Он берет ее с собой, потому что ему понадобится светлая голова, не поддающаяся ментальной магии. Брать много людей опасно, в случае если их решать подчинить.

Ниавин для похода обвесила себя всеми амулетами, какие были, включая старый энергонакопитель-"носок" (нового так и не связала, руки не дошли). На входе их ждал Ррадригар. Его присутствие Ангейм объяснил тем, что за золотых драконов так же можно ручаться - ментальной магия на них не действует по определению, да и сила его лишней не будет. К сбирающейся в дорогу Ниве подбежали Агнес, Илбрим и даже приковылял Ульфрих - они едут с ней! Ангейм скривился, но в итоге заявил, что ему все равно. И он не несет ответственности, если с детьми что-то случится. Однако Нива была против.

Они отправились в Раксаил втроем. Но пути Ангейма скрутило так, что она даже не мог разговаривать. В итоге Ниавин и другие вынуждены был остановиться в одном из опустевших домов Раксаила. Улицы были абсолютно безлюдны, что очень пугало. Осмотрев советника, видимых повреждений Нива не обнаружила. Ангейм из последних сил пробормотал: "Это... не я", - и потерял сознание.

Ррадригар подтвердил опасения Ниавин, предположив, что, возможно, Годфрид сегодня был влиянием ментальной магии. И вероятнее всего, вел их в какую-то ловушку. Но из последних сил нашел в себе силы сопротивляться магии и сорвал план врагов. Они все еще могут вернуться в Академию. А оттуда телепортануться в столицу, доложить об Ангейме...

Нива покачала головой, времени мало. Раз уж они здесь, а самих врагов пока не наблюдается, имеет смысл поискать ту самую голову Темной богини. Нефас отправился за ней именно сюда, более того, время Темного ритуала, который должны осуществить здесь, близилось, вполне вероятно, что и его главный компонент хранится где-то тут. Быть подчиненными ни Ниве, ни Рраду не грозит, а Ангейма можно связать и оставить здесь. На предостережение дракона, что это может быть опасно, героиня ответила, что гораздо опаснее дать Ритуалу свершиться.

Ниавин, бродя по безлюдным улицам, размышляла: где можно спрятать голову мертвого человека, необходимую для важного некромантского ритуала? Если она вообще где-то здесь. И в итоге подошла к Темной Башне - церкви, на ступенях которой давным-давно была обезглавлена Богиня.

Когда женщина вошла внутрь, на нее внезапно напали. Это оказался Нефас. Он также пришел сюда в поисках головы. Более того - нашел ее. И продемонстрировал малопривлекательную находку Ниве.

Героиня с облечгением вздохнула: как все просто оказалось. Теперь можно уходить и...

Но при выходе из церкви на них напали. Эгерэ успел нескольких ранить, прежде чем смог с Нивой вновь укрыться в церкви. Нива услышала, как нападавшие кричали: "Вот жеж, с ней демон!"

Герои решили ждать помощи, если таковая будет (в конце концов, где-то там должен бродить Ррадригар), или рассвета, знаменовавшего собою, что сектанты опоздали. Ведь без головы ритуала состояться не может.

Нефас с Нивой снова поругались. Заговорили о том, зачем понадобилось Совету затевать всю эту затею с "присмотром за студентами". Помимо совершенно очевидного - привлечь всеобщее внимание к Орлиани. И внезапно они пришли к выводу, который им самим показался нелепым, что, возможно, во всех пяти студентах было что-то общее.

Диана - член древнейшей династии Сайберов, известных тем, что они женятся/выходят замуж за самых выдающихся людей/эльфов/вампиров своего поколения. Могло ли быть так, что они в своей погоне за "усилением крови" прошли мимо прямых наследников величайшей героини Имперского Союза?

Мери - дочь рабыни с континента, населенного в основном демонами.

Агнес - из династии некромантов, ведущих свою историю от Отчаянной армии.

Илбрима в детстве спасли змеи - тотемные животные демонов.

Теоретически может быть так, что в каждом из них течет демоническая кровь. И не просто демоническая, но самой Нагайны Отчаянной...

Нет, не может быть, глупости! Мало ли дальних потомков Нагайны по всей стране и за ее пределами развелось! Тех же Сайберов - сотни! И потом, Райдер выбивается из общего ряда...

И тут Нива вспомнила, как оборотень странно реагировал на змей Фрэниара, словно понимал их. А главное - алхимика из Совета, отчего-то возжелавшего проводить эксперименты над юношей с не самым необычным даром. Если в процессе исследований, он нашел в его крови что-то необычное, то об этом вполне мог узнать кто-то еще...

Но зачем? И почему именно они? У них есть родственники с такой же кровью. Хотя, конечно, в свете последних событий они оказались в центре внимания и у всех на виду...

- Совет выбрал их в качестве наживки! - внезапно осенило Ниву. - И я была им нужна не как нянька, а именно как тролль - привлечь внимание к себе, а значит, и к моим подопечным. И тот, кто заинтересован, скажем, в наследниках Нагайны, быстро сложит два и два и поймет, что к чему.

- Это все еще бессмысленно, - покачал головой демон. - Зачем культу наследники Нагайны?

- А что если для Ритуала нужно что-то еще? Не только определенный день, когда ослабнет магия, не только место смерти и частичка убитой. А если также... кровь убийцы?

- Чертов Совет отдал детей в жертву! Приходите и берите - не жалко!

- Почему в жертву! - возмутилась Ниавин. - Что это значит?

- Когда я копал под ваш маленький кружок, то кое-что узнал. Вест - должна была бы сидеть за убийство. Сойер - дочь жалкой рабыни-проститутки из другого государства. Фрэниар - сирота, чей брат - предатель. Фейрвуд - дочь неугодных действующей власти оппозиционеров. И Райдер, чей брат неоднократно привлекался к суду за излишнюю революционность. Если кто-то из них погибнет - никто в Совете не всплакнет. То бишь они дают карт-бланш культу на пролитие крови именно этих пяти. И думаю те, к кому было обращено это сообщение, его поняли.

- Это ужасно.

- Это умно, Орлиани. Совет тем самым дал понять, что убийству кого-либо другого из наследников Отчаянной не обрадуется. И остановил возможные бессмысленные жертвы.

- И в Культе просто так взяли и прислушались?!

- Как видите, они завербовали Мери! - развел руками Нефас. - Однако тут их постигла неудача.

- Выходит, когда меня просили выследить, кто из них пользуется ментальной магией, на самом деле все они были невиновны... Но больше всего меня волнует другое: значит, Совет овсе не собирается препятствовать проведению Темного ритуала? Зачем им это?!

- А вы думали, там исключительно добродетельные граждане сидят, пекущиеся о благе народа?

И в том же духе. Орлиани успокаивала себя тем, что не позволила ребятам поехать вместе с собой, потому никого из них в районе совершения ритуала быть не должно. Но в этот момент в дверь церкви постучали. И раздался скромный голосок Агнес: "Госпожа Орлиани, это я".

Некромантка для сражения с врагами подняла из земли скелеты людей, погибших здесь когда-то во время битвы Богини и Нагайны. Вместе с ней пришли Фрэниар, Диана и даже Райдер. И все в сопровождении Ррадригара.

Нива решила увести ребят подальше от места будущего ритуала. Они добрались до другого конца города, где Диана, стреляя фаерболами во врагов, крикнула им укрыться в многоэтажном здании гостиницы неподалеку.

Там они провели еще несколько часов. Близилась полночь. Последователи Культа подтягивались к гостинице, но при этом и не пытались атаковать. Диана иногда бросала в них огненными заклинаниями из окна второго этажа. Нива рассказала собравшимся все, что узнала сама. И посетовала, что, вероятнее всего, помощи от Совета ждать не стоит. Студенты признались, что не хотели бросать преподавательницу и решили ехать вслед. В городе во время одного из сражений им помог Ррад.

Ульфрих предположил, что вероятность предательства до сих пор остается. Кто знает, возможно, кого-то из них контролируют так же, как Ангейма. Чем ближе ночь, тем опаснее. А потому он предложил связать их всех. Чтобы предатель, если таковой есть, не натворил дел. Все согласились. Только Эгерэ сопротивлялся поначалу. Нива и Ррадригар, как те, на кого запрещенная магия все равно не подействует, связали каждого. И присматривали за ними по очереди.

Ниавин отправилась осматривать гостиницу, на случай если неприятель нашел способ каким-то образом пробраться внутрь. В одном из номеров на втором этаже она наткнулась на небольшой алтарь. Маленькая каменная фигурка женщины стояла в нише, выдолбленной прямо в стене. Сама ниша была пыльной, грязной, в паутине, порванной в нескольких местах. Тогда как сама фигурка - чистой и явно поставленной сюда недавно. Лунный свет, едва пробивавшийся через мутное оконное стекло, упал на фигурку...

И Нива тут же поспешила на первый этаж. Но было поздно. Двери гостиницы уже были открыты. И сектанты в темных одеяниях находились внутри. Ррадригар стоял над связанным Райдером, положив руку ему на лоб. Оборотень отчаянно сопротивлялся магии, он то медленно закрывал глаза, то резко открывал их вновь. В конце концов, битву он проиграл и повалился без сознания на пол. Где уже лежали Нефас, Илбрим и Агнес.

- Что нас делать с ней, господин? - спросил один из сектантов у Ррада и указал на Ниву.

- Ничего, в ней магии меньше, чем в четырехлетнем ребенке. Она ничего вам сделать не сможет.

И закинув связанную Диану на плечо, Ррадригар направился мимо Нивы на второй этаж.

- Кто сказал, что раз на меня магия не действует, то я не могу ее использовать? - грустно улыбнулся дракон, поравнявшись с Ниавин.

И дракон направился комнатку с алтарем. Нива бросилась за ним. Она могла бы попытаться развязать друзей, но ее бы с легкостью остановили. Тогда как Ррадригар считал ее настолько ничтожной, что даже, казалось, не обращал на нее внимания.

Когда мужчина опустил Диану на кровать, Ниавин собрала все магические силы, какие у нее были, и атаковала дракона. Тот отлетел и врезался в шкаф. Женщина сама поразилась своей силе, но потом вспомнила, что на ней энергонакопитель, впитавший в себя магию Райдера - усиливающую. Сработал эффект неожиданности. Во второй раз так не повезет. Ниавин бросилась к Диане, разрезала ей веревки ножом (с которым обходила гостиницу), рассчитывая, что теперь магичка поможет ей отбиться от дракона и спасти друзей.

Но та лишь прошептала: "Прости меня, Нива", - и выбила нож из руки героини.

К тому времени, как Ррадригар перестал стонать и наконец встал на ноги, Диана уже связала остатками веревки запястья Нивы, бормоча, что "она должна это сделать".

Оказалось, что кровь Нагайны Отчаянной для Темного ритуала действительно нужна, но пролита она должна быть добровольно. И Диана сама вызвалась принести себя в жертву. Девушка уже давно мучается осознанием своей вины, которой ни с кем не может поделиться. Это она убила того юношу, из-за нее сел в тюрьму очень хороший, добрый и прекрасный парень. На ней был вынужден жениться Генри, потому что ему выдвинули ультиматум ее родители. И при этом ее друзья, а главное Генри - до последнего верили в ее невиновность. Она старалась жить, как прежде: быт веселой, эгоистичной, чтобы никто не замечал перемен, но с каждым годом, с каждым днем становилось все труднее. Но тут появился Ррадригар. Он сразу прочитал ее мысли, все понял и объяснил, как ее ничтожная жизнь еще может послужить на благо человечеству.

- Что вы, что вы! Никакой ментальной магии, Орлиани, - улыбнулся дракон. - Ни тут, ни там - внизу, где собираются сотни людей, готовые добровольно отдать свои жизни одновременно, чтобы вернуть в этот мир лучшую из нас.

- Вы сошли с ума!

Они объяснили Ниавин, что все далеко не то, чем кажется. Например, так называемая Темная богиня была убита не на ступенях Темной башни, а здесь, у этого импровизированного алтаря. И что Диана, сперва мысленно передав их местоположение Рраду, затем специально завела всех сюда. Ррадригар с благодарностью воспользовался столь щедрым предложением Совета и сразу выбрал в свои "союзники" Диану. Похищенную им голову (что оказалось проще пареной репы, сотрудникам даже в голову не могло прийти, что кто-то может не бояться жары и лавы) он прятал в пространственно-временном кармане, благо, сил через край. Но вынюхивающий все демон под боком очень мешал. Поэтому выбор дракона в том числе был обусловлен тем, что Диана сможет носить с собой всюду дополнительный вес без заметной потери магединиц. Проблемой оставалось лишь общежитие, где магия не действовала. Каждую ночь Диана перепрятывала голову. И в ночь новогоднего бала она встречалась с Ррадригаром на тренировочном поле, чтобы в очередной раз сообщить ему, где прячется голова. Но там уже творили свое злодеяние Пиман с дружками. Шум спугнул их, но Ррадригар остановил Диану и не дал ей отомстить парням. Тогда она попросила дракона стереть Лане память - девушке будет намного проще жить, если она ничего не будет помнить. Диана знает, о чем говорит...

Но голову выкрали у них из-под носа. Они решили, что раз Нефас на балу, то их святыне ничего не угрожает. Но у этого проклятого демона был сообщник - тоже демон из Южных Земель. И пока Эгерэ отвлекал на себя внимание, его товарищ обнюхал пустующее общежитие.

Так вот зачем Эгерэ непременно нужно было попасть на бал, вспомнила Ниавин, и при этом - по чужому билету. Чтобы оставить свой преподавательский амулет другому - и обеспечить ему доступ в общежитие.

Пришлось Ррадригару в экстренном порядке придумывать новый план. Для которого нужен был козел отпущения. Выбор пал на простушку Мери, потому как, казалось, стоит дракону пальцем пошевелить, как она для него горы свернет. Но девушка начала увлекаться несастным Нефасом, который подбивал к ней клинья, пытаясь выйти на "агентурную сеть" Ррадригара, которую он тщательно создавал. Ох уже эти наивные студенты и их элементарные желания. Ррад практически не вербовал никого самостоятельно, они сами с превеликим удовольствием делились друг с другом заклинаниями запретной магии, которые вычитывали на выцветших листах, случайно найденных в книгах из самых дальних углов библиотеки. Они потом выходили на него. Сами. Когда понимали, что готовы стать частью чего-то большего. Ррадригар сам занимался только теми, кто особо ему приглянулся. Как Диана. В Мери тоже было что-то такое... Но она начала интересоваться Эгерэ и вряд ли бы уже согласилась умереть ради Орума. А потому Ррад сперва дружески предложил ей помощь в завоевании его соседа по комнате. А затем постепенно объяснил ей тайны прекрасной магии, которую запрещают исключительно для того, чтобы ею могли пользоваться только политики и знать - чтобы эффективнее заставлять народ подчиняться и прогибаться под себя.

Когда козел отпущения был готов, оставалось отвлечь стражу и избавиться от вездесущего Эгерэ. С первым прекрасно справился очередной массовый суицид, будучи вторым по счету, он вызвал куда больше беспокойства начальства, а значит, туда было стянуто намного больше сил и переброшено солдат. Взятый под контроль командир Такой-то без проблем взял под командование свой новый "отряд". А с Нефасом помогла разобраться накатанная анонимка. Дракон помнил, как в тот день Эгерэ приперся в общежитие голый, без пальто, в компании Орлиани. Но в лишенном магии общежитии во всеобщем хаосе найти голову было непросто. И заклинание поиска не применишь. Необходимо было лишить общежитие антимагических щитов. Все это нападение было организовано для того, чтобы появился повод разбить кристаллы. После того как голова была найдена, оставалось дело за малым. Совершить ритуал.

Зачем нам понадобилось подстраивать ловушку во главе с Ангеймом? Вы кое-что путаете, госпожа Орлиани. Естественно, нам не нужны были лишние свидетели или кто-то, кто поможет помешать ритуалу. Тем более, вы убили многих хороших ребят, чья смерть могла бы послужить во имя воскрешения богини, а в итоге оказалась напрасной. Ангейм сам решил сюда ехать. Понятия не имею, зачем. Я бы не смог управлять им так долго. Видите ли, сильные личности имеют привычку сопротивляться ментальной магии. Даже такому сильному магу, как я. Пришлось избавиться от советника при въезде в город. Заставить потерять сознание, связать - и проблема решена. Он, правда, успел что-то проблеять, но вы все равно ничего не поняли. Затем отослать подальше вас - и проблемы решены. Однако этот гадкий демон вновь похитил голову, пришлось искать его, а тут и Диана подоспела.

Что? Я и Эгерэ? Старые друзья? С чего вы взяли? Мы познакомились только в ВАМе. Причем, насколько я помню, даже устроились на работу в разное время. Но он вечно окалачивался подле меня. Я даже начал думать, что он что-то подозревает. Но, как видите, он так ничего и не понял.

От воспоминаний дракона отвлекла Диана. Она дрожащим голосом сообщила, что фигура в нише стоит не та. Вместо положенного Бога света там расположилась искусно вырезанная... Нагайна Отчаянная.

Ррадригар нахмурился, зрачки его глаз узились, Ниавин впервые видела, чтобы дракон злился. Он одной рукой вцепился в горло Нивы и холодным голосом потребовал вернуть фигурку. Женщина настаивала, что она здесь ни при чем, у нее и "кармана"-то нет, чтобы ее спрятать.

Но больше ни у кого не было такой возможности! Все жители либо собрались сейчас внизу, либо сбежали из города. Кто еще имел возможность ошиваться в городе не так давно?..

Ошарашенный внезапной мыслью Ррадригар отпустил Ниву. А потом бросился вниз. Нива поспешила за ним. Ррад с проклятиями будил Нефаса. Первыми словами Эгерэ спросонья были: "Ну как тебе мой подарок? - и фирменная ухмылочка. - Самый ходовой товар в сувенирных лавках Южных Земель наряду с кружками в форме головы вашей Богини".

Ррадригар принимается избивать демона, требуя вернуть настоящую фигурку. В конце концов, он решил заставить Нефаса самом открыть пространственно-временной карман. Эгерэ отчаянно сопротивлялся, но у дракона практически получилось, когда вдруг заклинание перестало работать. Вернее, непонятно, когда оно на самом деле перестало, просто в какой-то момент Ррад понял, что демон просто продолжает изображать стенания и боль, но не испытывать.

Но когда Ррадригар это понял, было уже поздно. Успевший перерезать веревки Ульфрих молнией набросился на дракона.

Далее следует небольшая экшн-сцена с участием каждого, находящегося в зале. Причем никто не в состоянии использовать магию. Акробат-Райдер вырубал врагов одного за другим, тогда как дракон и демон сражались где-то под потолком. Во время боя случайно была выбита входная дверь. За ней обнаружилась... Кая. А за ее спиной стоял Диар Орлиани и еще целый солдатский отряд. Находившиеся на улице сектанты были уже побеждены и повязаны.

Оказалось, Диар и Кая отправились остановить Ритуал. А вычислили они место его проведение, по амулету, который Нива подарила Диане. Это была часть подарка на день рождения. У него хранился такой же амулет, и они могли отследить друг на друга, где бы ни находились. Нива не то, чтобы раскусила подругу, она просто чувствовала, что с ней что-то неладно и отдала амулет, в надежде, что когда-нибудь он поможет защитить ее. Однако в своем последнем отчете она посчитала нудным об этой детали упомянуть, потому как вспомнила слова Ангейма о том, что укрытая информация в отчете может стоить жизни дорогим героине людям. И поняла их истинный смысл - это была не угроза, а наоборот, предложение помощи.

Наблюдая за разрешением "финальной битвы", Нива думала, что каждый из собравшихся здесь подростков мог бы стать главным героем захватывающей истории: Райдер, Диана, Агнес, Илбрим, Кая. Они обладали уникальными талантами, удивительной жизненной историей, харизмой, некой таинственностью и даже имели великого предка. И своими руками сражались с армией злодея. А про такую как сама Нива никто никогда не напишет книгу: она просто жила, в чем-то отличается от всех, в чем-то похожая на миллионы. Как и каждый из нас.

Прошло какое-то время, расследования, судебные разбирательства. Диане стерли память. Все семейство Сайберов от нее отреклось, беспомощную девушку забрал к себе Генри. Молодой человек говорил, что понимает решение семьи - ведь на кону карьеры сотен невиновных людей, а значит, благополучие их самих и их детей. А так - возможно, в этот раз Диана сможет полюбить его по-настоящему. Что стало с Ррадригаром - неизвестно. О нем вообще не упомянули ни в одном официальном отчете. Как тут не вспомнить разговор о том, что кто-то в Совете заинтересован в проведении Темного ритуала. Наблюдая, как мимо нее нестройными рядами проходят сотни людей, лишенных памяти, Ниавин неуверенно спросила у стоящего рядом отца: она точно сделала правильный выбор? Диар твердо заявил, что правильный выбор тот, который не требует больших человеческих жертв. И возрождение одной ценой сотен жизней не может быть правильным, как бы не убеждали в обратном.

Команде Нивы было присуждено техническое поражение в финале за то, что у них не хватало сразу двух человек. Илбрим и Агнес независимо друг от другу попросили Ниву намекнуть другому, что она/он ему/ей нравится, и спрашивали любовного совета. Диар Орлиани объявил, что оставляет на некоторое время работу в министерстве и едет к жене - та беременна (сказалось посещение Диаром тролльих территорий в зимние каникулы), и скоро у Нивы родится брат/сестра. Бабушка тоже написала, что присутствие внучки в их родовом поместье в летние каникулы тоже крайне нежелательно: бабушка налаживает личную жизнь и рассчитывает в очередной раз выйти замуж. На этот раз ее избранником стал молодой человек, которого бабуля подобрала в женихи внучке и писала в том письме.

Теперь Иннокентий - фамильяр Дианы - жил у Нивы. Восп узнал о существовании погреба Марсиэль и был страшно зол. Драгоценное вино отстояла госпожа Киллеас. Жолфреда Пимана и сообщников посадили в тюрьму, поскольку Диана дала против них показания.

А Райдер пригласил Ниву погостить немного у него дома в эти каникулы. Сказал, что его мать очень хочет отблагодарить учительницу за спасение своего сына.

Они прибыли в немноголюдную деревню. Где в домишке на самой окраине Ниавин узнала дом из кошмара Ульфриха. В самом доме проживали его мать, отец, а также брат с женой - вампиршей. Старший брат не разговаривал, не поднимал глаз и как будто боялся Ниву. Жена помогала ему правильно взять в руку ложку, и вытирала ему рот от крошек, как маленького ребенка. Затем женщина увела его в другую комнату, после чего присоединилась к остальным. Вампирша рассказала Ульфу, что брату намного лучше, он научился читать. Более того, иногда кажется, будто он узнает то мать, то отца, то ее.

Семейство завалило Ниву вопросами. В основном об Ульфрихе. О происшествии в Раксаиле они ничего не слышали. Совет не спешил делать эту новость достоянием общественности. Зато о нападении на академию написало каждое издание. И райдер был выставлен настоящим героем. И конечно, не обошлось без вопросов, в каких отношениях молодые люди состоят. Родители благословили пару "на всякий случай".

Когда Нива собралась уходить, Ульф вызвался проводить ее до центра деревни, где можно было нанять повозку.

Тролль и оборотень распрощались. Ниавин устроилась между мешков картошки - только такой "экипаж" уходил сегодня в город, старичок на козлах (кажется, гном) стегнул лошадку - и транспортное средство отправилось в путь. Райдер стоял, даже не махая вслед. Но вдруг на него словно что-то нашло, и он кинулся догонять телегу. Догнав ее (что было несложно, учитывая скорость "акробата" и быстроту передвижения старой клячи), юноша внезапно крикнул:

- Ур гхорба эну!

Ниавин сперва потеряла дар речи. Но потом звонко рассмеялась и ответила:

- У тебя ужасный акцент! (да-да, тут она впервые перешла на "ты")

Райдер в первые мгновения хмурился, потом резко остановился и до удаляющейся телеги доносились его счастливые вопли.

Конец романа.

Далее следует эпилог, в котором Нива привозит студентов на диалектологическую практику в глухую деревню под Раксаилом. Одну из тех, что пострадали от Ррадригара ранее. И одна древняя старушка рассказывает героине сказку о девушке, которая была так прекрасна и лицом, и душою, что люди считали ее дщерью богов и боялись. У девушки был необыкновенный дар - она умела понимать любого, унимать чужую боль и исполнять заветные желания. Она любила всех и каждого, прощала любые проступки и не умела ненавидеть. Очень быстро вокруг нее собралась целая армия людей, готовых лобзать землю, по которой она прошла. В те времена страна страдала от нищеты и постоянных войн. И девушка, поддерживаемая людьми, отправилась к самому королю - в надежде вразумить его. Но были люди считавшие, что человек не может быть столь добр и бескорыстен, они судили всех по себе и были уверены, что люди не могут быть добры ко всем - они или простофили и глупцы, либо лгуны и лицемеры. И король тоже боялся, что девушка ведет свою "армию", чтобы свергнуть его с трона. И тогда на деву была объявлена охота. Мир разделился на два лагеря - тех, кто подчинялся приказу короля, и тех, кто хотел спасти девушку. Куда бы она ни приходила, везде лилась кровь. Девушка оплакивала каждую смерть, и "своих", и "чужих". В память о потерях она облачалась только в черные одежды. И люди прозвали ее "Черный ангел". Она хотела сдаться королю и прекратить бессмысленные жертвы, но людей уже нельзя было остановить. Многие считали, что из Черного ангела выйдет куда лучший правитель, чем тот, что греет попу на троне сейчас. За головой девушки были посланы лучшие воины, как и положено в сказках, три раза, один другого сильнее, но их раз за разом побеждал генерал Черного Ангела, посланный богами - спустившийся к ней с небес. Однако в третий раз король подослал самого коварного своего воина, и тот заманил Черного ангела и ее генерала в ловушку, притворившись страждущим, желающим познать милость знаменитого Ангела и вступить в ее "армию". Когда девушка склонилась над ним, чтобы вылечить его раны, он пронзил ее грудь отравленным ножом. Ангел умирала на руках у своего генерала. И согласно легенде, вытерла слезы мужчины и произнесла одно единственное таинственное слово (которым потом в этих местах начали называть каждую вторую девочку):

- Зуур.

Конец.



Популярное на LitNet.com К.Федоров "Имперское наследство. Забытый осколок"(Боевая фантастика) А.Ефремов "История Бессмертного-4. Конец эпохи"(ЛитРПГ) А.Гришин "Вторая дорога. Путь офицера."(Боевое фэнтези) А.Субботина "Проклятие для Обреченного"(Любовное фэнтези) Т.Рем "Искушение карателя"(Любовное фэнтези) А.Тополян "Механист"(Боевик) Д.Сугралинов "Кирка тысячи атрибутов"(ЛитРПГ) А.Ардова "Жена по ошибке"(Любовное фэнтези) Д.Сугралинов "99 мир — 2. Север"(Боевая фантастика) Ю.Васильева "По ту сторону Стикса"(Антиутопия)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Колечко для наследницы", Т.Пикулина, С.Пикулина "Семь миров.Импульс", С.Лысак "Наследник Барбароссы"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"