Гинзбург Мария: другие произведения.

Браслет внеземной любви

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:

Конкурс LitRPG-фэнтези, приз 5000$
Конкурсы романов на Author.Today
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Написано в 1995 году по мотивам аутентичных страшилок лагеря "Зарница" (Крестецкий р-н Новгородской области) и соседней с ним "Бригантины". Когда я проводила там лето, "Бригантина" была закрыта как бы на ремонт, но никакие работы не велись. А на берегу, около причала, было два черных выжженных пятна земли странной формы... Если есть желание узнать о дальнейших приключениях героев, то милости просим сюда. Если возникло желание познакомиться с самим Вантарой, то вам сюда


Кузнецова Мария

БРАСЛЕТ ВНЕЗЕМНОЙ ЛЮБВИ

  
   Посвящается тем, кто все еще думает, что мужчина может быть собственностью
  

Глава первая

   Мордочка забавного огненного зверька, живущего в раскаленных углях, последний раз причудливо мигнула и исчезла. Угли скрылись под волной серой золы.
   Подростки, сидевшие у костра, вздохнули в унисон и зашевелились, гася глубинный страх, разбуженный в их неискушенных душах хичхоковской историей про домового. Таня, закончив рассказ, с наслаждением вытянулась на огромном сухом бревне, которое мальчишки приволокли чуть ли не из самого Короцко специально для таких вот посиделок. "Почему-то все действительно пугаются, когда слышат эту историю", - устало, но удовлетворенно подумала она и посмотрела вверх.
   Звездная тьма безлунной июльской ночи обрушилась на нее сквозь мохнатые верхушки сходившихся в небе головами вековых сосен, и Таня вдруг услышала отчетливый зловещий скрип стройных стволов.
   - Как им, должно быть, одиноко и холодно там, в вышине, - поддавшись внезапному острому чувству космического одиночества, сказала она.
   - Кому? - своим чуть хриплым басом спросил ее красавец Феликс, тайная любовь всех девчонок I отряда, протягивая ей на прутике печеную картошку.
   - Звездам, - пояснила Таня, с благодарностью принимая лакомство и тут же позабыв о своей космической печали. Она села, старательно пережевывая, чтобы растянуть удовольствие. Феликс то же взглянул на небо, и лицо его исказила странная боль, и, пожалуй, даже страх. Так лицо человека, разбуженного посреди кошмара, еще секунду хранит судорогу ужаса перед тем, что навсегда останется неизвестным. Это было по меньшей мере странно для неформального лидера отряда. Спохватившись, он искоса и внимательно посмотрел на Таню, но она ничего не заметила.
   Леша мягко снял со своей груди пушистые кудри большеглазой Ленки, шустрой девчонки, озорной и мягкой, как сдобной булочка, и взялся за гитару. Негромкие нежные аккорды "Золотого города" тонули в тишине ночного леса.
   Таня доела картошинку и только тогда обратила внимание, что от присутствовавших на торжественном открытии конкурса военной песни двадцати человек их осталось всего лишь восемь. Аля, доверяя пацанам, в течение смены зарекомендовавшим себя самыми взрослыми и рассудительными, оставила их и ушла разгонять по койкам остальных. Ира, вторая вожатая, к которой приехал жених, на празднике вообще не появлялась.
   - Феликс, а расскажи и ты что-нибудь, - попросила Таня. Он улыбнулся и отрицательно покачал головой. Брызги с его коротких, по-спортивному остриженных кудрей осыпали ее лицо.
   - Может, лучше еще раз искупаться сходим? - предложил Феликс. Он был откуда-то из Прибалтики - так, по крайней мере, представил своего родственника Дис, - и на любую просьбу или предложение в его устах с неистребимым характерным придыханием было практически невозможно отказать.- Я просто никаких подходящих историй не знаю.
   - Да ладно тебе, не стесняйся, - подзадорила его Лена. Рома кинул окурок в костер и поддержал ее:
   - Ну, хоть фильм какой-нибудь расскажи.
   Дис с интересом посмотрел на закуривающего Феликса, ожидая, что тот уйдет от ответа. Насколько ему было известно, Феликс не видел ни одного фильма...здесь. Толстенькая хохотушка Наташка легонько подтолкнула его:
   - Дис, уговори своего кузена.
   Хм, кузена... У Диса голова шла кругом от обилия предположений, одно экзотичнее другого, где сейчас может находиться его настоящий двоюродный брат, Феликс Немудров. Где-то на третий день после открытия смены их послали в директорский домик за петлями для навесного замка на дверь домика девчонок. (Как всегда в первом заезде, ремонт, необходимый для нормального проживания в домиках лагеря, завершали в первые дни смены.) В поисках начальства зайдя в просторную, обитую деревом столовую, они увидели рассыпанную по столу пачку привезенных сегодня из Валдая с оказией писем родителей. Дис радостно зашебуршился в ней, а Феликс не глядя взял одну из телеграмм с пометкой "срочно", и Дис успел разобрать только: "снимите с питания" и "не приедет", прежде чем она беззвучно вспыхнула фиолетовым пламенем и растворилась в воздухе. "А у вас.. все так могут?" - с трудом сглотнув, спросил Дис. Феликс покосился на него, как ему показалось, недовольно. "Нет", - сказал он после паузы, во время которой Дис уже перестал надеяться на ответ. "Меня специально обучили, и чтобы не потерять эту способность, практиковаться надо постоянно... Но это очень утомляет, как и разговоры с тобой, " - любезно закончил Феликс.
   - Феликс, я тебя очень прошу, но я знаю, что ты не знаешь, - сказал Дис. Заговорщическая ухмылка холодным всплеском метнулась в глазах обоих.
   Таня положила свою хрупкую ладошку на обтянутое черными джинсами колено. Здоровое тепло чувствовалось даже через ткань.
   - Феликс, пожалуйста, - тихо попросила она. Он быстро взглянул на нее своими темными глазами, чуть раскосыми и от этого лукавыми. В отблесках костра в них проскочила неожиданная золотистая искорка и тут же исчезла. - Ты, кстати, знаешь, что ты похож на кота, стреляющего глазами, из мультфильма про пионера, которого украла баба-яга?
   - Очень может быть, - усмехнулся он, кладя руку ей на талию. "Зачем он постоянно ходит в черных очках, независимо от погоды, и снимает их только с наступлением темноты?" - подумала Таня. - "У него потрясающие глаза, большие и выразительные. А в этих своих окулярах он такой мрачный... Понтуется все". - Ну хорошо, я расскажу.
   - Йес! - одобрительно завопили девчонки. Девять лет обучения в гимназии с английским "наклоном" давали себя знать. Ромка одобрительно показал большой палец. Леша прислонил гитару к корявому пню и склонился к костру прикурить, обеспечивая себе максимальный комфорт. Ночь, костер, девчонки (а значит, и романтика), страшная история в исполнении этого обычно замкнутого, подтянутого парня, который явно был старше их всех года на четыре и попал в "Радугу" не иначе как по глубокому блату, и несмотря на все это держался с ними как с равными, сигарета. Что еще нужно человеку для счастья в пятнадцать лет?
   - Я знаю только одну историю, немного фантастическую, немного странную. Но я сразу всех предупреждаю, что я не знаю, чем она закончилась. Так вышло, что я не успел... дочитать, - начал Феликс.
   - Один смелый и сильный мужчина полюбил прекрасную девушку и увез ее с собой, потому что не мог жить на планете, где власть принадлежала женщинам. У них родился сын, скажем, Рэй. Так случилось, что муж погиб, и эта девушка вернулась на свою родину вместе с мальчиком. Рэй же не был воспитан так, чтобы безоговорочно подчиняться женским капризам, и ему было там очень тяжело. Как только он подрос, мать устроила его в армию этого государства.
   Дис напряженно выпрямился, глаза его расширились. Он понял, что за сказку рассказывает Феликс. Тот незаметно выразительно посмотрел на него. Опомнившись, Дис усилием воли заставил себя принять не такой ошарашенный вид.
   Когда он впервые увидел его, на Феликсе была военная форма с тяжелыми и яркими знаками отличия какого-то совершенно неизвестного государства, порядком поношенная, но утилитарный покрой и качество материала не позволяли сомневаться в ее назначении.
   - Армия! - с чувством произнес Феликс. - Это было, наверное, почти единственное учреждение, где равенство полов действительно соблюдалось по-прежнему, как это было до того, как женщины захватили власть. Правда, командовали там тоже они, но это были особенные женщины. Такие, как они, сумели не только взять власть около ста лет назад, когда эта страна была истощена длительной бесперспективной войной, но и удержать ее. Я имею в виду и власть, и страну, находившуюся на грани военного поражения и экономической катастрофы.
   Большую часть армии составляли хорошо сколоченные маленькие группы профессионалов. Их, конечно, можно было бы назвать военными наемниками, поскольку они работали по соглашению в самых разных "горячих точках" Галактики, и все, что их интересовало - это оплата, получаемая ими. Но от обычных космических пиратов их отличало то, что договор заключали не они сами непосредственно, а полномочный представитель от лица их страны - поставщика. Они зарабатывали бешеные деньги, часть которых, конечно, поступала в казну государства, но зато в случае их гибели их родственникам гарантировалась великолепная сумма страховки. Надо учесть, что при всей опасности их работы они гибли достаточно редко. Этому очень способствовала развитая материально -техническая база и сами традиции той планеты. Основную часть ее населения до недавнего прошлого представляли профессиональные воины. Таким образом, надо признать, что для нашего героя это было самое лучшее место в жизни, какое он только мог себе найти. Тем более что очень скоро начальница его отряда и он стали любовниками. О чем еще может мечтать человек? Она никогда не находила процесс убийства достаточно привлекательным, чтобы всерьез увлечься этим бизнесом, и была рада - радехонька сделать Рэя полевым командиром. Во время их рейдов она стала оставаться на космическом корабле, готовить к их возвращению, скажем, гелиевые постели и ионные души. А они варились внизу в кипящих джунглях или будили бескрайнее молчание ледников, смотря по обстановке. При всей необычности такой ситуации, Рэй был счастлив. Но это длилось недолго, наверное, года три, не больше. Но в мире нет настоящего счастья.
   - Это точно, - убежденно заметил Рома. Феликс, улыбнувшись, взглянул на него. Он явно симпатизировал этому высокому и гибкому парню очень цыганского вида, дерзкому и хищному, и Дис почувствовал мимолетный укол ревности.
   - К ним заявилась инспекция в составе двух человек: проверяющая вместе с дочерью, где-то шестнадцати лет отроду. Ясно дело, эти безопасные и сытные должности давно были захвачены самыми родовитыми семьями планеты, - продолжил Феликс, мрачнея. - И подруге Рэя пришлось идти в рейд вместе с ними. Она жаловалась, что вышла из формы и потеряла былую хватку. Эти самоубийственные опасения она высказала Рэю у шлюзов ангара, поскольку в ее каюте они встречаться больше не могли - там разместили высоких гостей. Он вдохновил ее, как умел.
   А в рейде она погибла, - голос Феликса стал глухим и безразличным, но Дис-то видел, как бушует горе и ярость в его влажных глазах. Остальные слушали Феликса как зачарованные, уставившись в потухающий костер. - Причем оказалась, что она была беременна. Ребята похоронили, что осталось от нее. В смысле как. Там такое правило было: в случае гибели командира двоих выборочно казнили за то, что не уберегли, отряд расформировывали, а остальных на оставшийся по контракту срок службы направляли на родину, телохранителями в богатые дома. В принципе, не так уж плохо... Для тех, кто оставался в живых. Но вот только Рэй знал, чем любят заниматься хозяйки с телохранителями, и сама мысль об этом жгла его, как огнем. Тогда они решили нарушить закон и навсегда сделать родную землю запретной для себя. Услуги их вольного отряда стоили бы на галактическом рынке очень высоко. Они договорились о месте встречи и рассеялись по джунглям.
   Короче, спустя полгода Рэй вошел в назначенный бар, где уже сидели все его ребята. Бледные, с напряженными лицами. Лучший его друг дернулся предупредить Рэя и был убит взглядом... в смысле, разрядом ультразвука. Но Рэй уже ломился обратно, в последней вспышке отчаяния круша все вокруг.
   Его достали с неприступных скал, когда он потерял сознание от голода и ран, почти расстреляв свой полный боекомплект.
   Очнулся Рэй в больничной камере. На военном суде он видел своих боевых товарищей последний раз. Я хочу сказать, живыми... Его заставили присутствовать при их казни. Судя по описанию в книжке, это должно было быть достаточно отвратительным и кровавым зрелищем. Рэй был еще слаб, и от шока потерял сознание, - Феликс уж как-то чересчур увлекся своим рассказом. Щека его дергалась, губы кривились в горькой усмешке. Дис украдкой толкнул его. Феликс перевел дыхание, лицо его приняло нормальное (или почти нормальное) выражение. Остальные, очевидно, по-прежнему ничего не замечали, введенные ровным голосом Феликса в состояние легкого транса.
   - Рэя должны были судить по отдельной, более крутой статье - за активное сопротивление при аресте. Там же нарушение воинской присяги и убийство командира до кучи. По идее, приговор был ясен - еще более мучительная смерть. Долгие дни Рэй провел в одиночной камере, и страшное варево кипело в его душе. Сами прикиньте: у него больше не было ни любимой женщины, ни прошедших огонь и воду друзей, ни свободы, ни будущего. Ну, а смерти он давно уже не боялся, и в сложившихся обстоятельствах ожидал ее с даже с некоторой угрюмой радостью.
   Но тут за него вступилась дочка инспектора, капризная и жестокая дура. Ее единственным положительным качеством в этой истории будет лишь ослиное упрямство, благодаря которому она добилась своего. Она даже нашла мать Рэя и заставила ее переговорить с ним. Он был еще слаб, и он поддался...
   Ну там так изображено... По сравнению с жизнью у хозяйки страдания Каина в аду покажутся заслуженным отдыхом на покое. Тем не менее он продержался там почти год. Рэй помнил о том, что в общей сумме ему оставалось служить полтора года, и крепился изо всех сил. После увольнения, конечно, ему пришлось бы покинуть эту планету и вернуться на родину отца, где он никого не помнил, но все-таки это была надежда на жизнь.. нормальную жизнь. За это время Рэй успел привести хозяйку в состояние постоянного невроза тем, что наотрез отказывался заниматься с ней любовью... Эта особа никогда не отличалась крепкой нервной системой, и ее домашний врач уже начал всерьез опасаться за ее душевное здоровье. Рэй и сам уже был не рад, но, если женщина в постели еще может притвориться, то мужчина, к сожалению, этого сделать не может, - все заулыбались, несколько расслабившись, в первый раз за весь этот действительно несколько жуткий и очень странный рассказ.
   - Над ней в городе уже посмеивались, - продолжал Феликс. - И она решила отомстить ему. Она организовала шикарный прием для самых знатных лиц столицы (к которым относилась и сама), и на этом вечере он должен был...
   Феликс потер пальцем висок, как бы борясь со смущением, но Дис, уже немного научившийся разбираться в неуловимых выражениях лица друга, с легкостью узнал отвращение.
   - Ладно уж, говори, - положив ему на плечо свою обворожительную головку, сказала Таня низким, словно бархатным голосом. Феликс переложил сигарету в другую руку, потянувшись к Роме за зажигалкой. На его правом запястье тускло блеснул массивный браслет старинной нерусской работы. Еще в первые дни вездесущие любопытные девчонки успели выяснить одну интересную особенность: браслет приходился точнехонько по руке каждому, кто его мерял.
   - В общем, последним номером программы была модная, но страшно неаппетитная игра. Он должен был прилюдно соблазнить молодую самку животного, похожего на нашу гориллу. Но, конечно, не такого сильного, иначе бы она его просто не подпустила, - отвращение исказило лица слушающих.
   Феликс замолчал, ожидая, пока Ромка раскурит ему сигарету, и неожиданно нежно провел рукой по талии Тани вверх. Та вздрогнула и заглянула ему в глаза, стряхнув с себя чары его томительно-необычной сказки.
   - Спишь? - добродушно спросил Феликс, несомненно заметив состояние сладкого оцепенения, в которое все сильнее погружалась и она, и остальные присутствующие. Ей показалось, что зрачки его сузились как у кота.
   - Что ты! - искренне запротестовала она, невольно отводя взгляд. Дис выхватил из костра горящую головню:
   - Кто там спит? - деловито осведомился он. Наташка испуганно открыла левый глаз. Феликс взял Таню за подбородок и снова повернул к себе.
   - Тебе неприятно смотреть мне в глаза? - спросил он.
   - Честно говоря, твой взгляд тяжело выдержать, - призналась она. "Это с непривычки", хотел было пояснить Дис, но вовремя прикусил язык. Глаза Феликса полыхнули насмешливым золотым огнем, точь-в-точь как у Таниного кота Кузьки в минуты голодного гнева. Кожа у нее на спине сладко дрогнула. Феликс привстал, взял у Ромы сигарету и благодарно кивнул.
   - Ты знаешь, это наверно просто отблеск от костра, - сказал он беззаботно. - Потерпи, уже немного осталось.
   - Ну, как покорный слуга, он сделала и это, - продолжал Феликс, затягиваясь чуть ли не до самых пяток. - Но это было уже чересчур. Тут же, во время приема, он завел хозяйку в чулан потемнее, и дал ей то, чего она так долго и страстно добивалась. Так, как ей и в лихорадочном бреду не грезилось. После этого, понимая, что его теперь ждет, Рэй запер бесчувственное тело в чулане, сменил униформу клана хозяйки на свою старую военную форму, и бежал с планеты, вспомнив свою армейскую практику. При этом он воспользовался... ну, скажем, V- переходом, очень опасным для здоровья.
   Феликс замолчал, и только через минуту до всех дошло, что продолжения не будет.
   - Это все? - уточнил Рома.
   - Я же предупреждал, что не знаю конца этой истории, - пожал плечами Феликс. - Может, главный герой вообще погиб в этом опасном переходе. Может, он попал на какую-нибудь тихую планетку и мирно умер в глубокой старости в окружении своих домочадцев. А может, они все же нашли его и он получил-таки свое.
   - Более необычной истории я никогда не слышала, - задумчиво сказала Таня, вынимая из рук Феликса сигарету. Дис перевел дух и натолкнулся на внимательный взгляд Феликса, смотревшего куда-то ему за спину. Проследив его направление, Дис увидел узнаваемую крупную фигуру Али, шедшей к ним через поле.
   - Аля идет, - сказал Феликс, встал и начал разбрасывать костер. Парни стали помогать ему.
   - Леша, сходи, пожалуйста, в наш штаб за картой, - попросил Феликс. Легкая фигурка взметнулась и исчезла во тьме.
   - Вы же не выспитесь, - сказала Аля строго. К моменту ее прихода костер был уже потушен. - А у вас завтра "Зарница" со вторым отрядом.
   - Не беспокойтесь, Алевтина Юрьевна, - сказал Феликс. - Мы их сделаем.
   - Да, у нас уже все продумано и подготовлено, - поддержал его Рома. Дис как раз закончил сосредоточенно натираться сажей, и, дурачась, с раскрытыми объятиями пошел на Алю: - Знаете, какие у нас тайники? А секреты? У-уу!
   Рядом с мощной вожатой высокий, но нескладный и застенчивый Дис всегда чувствовал себя очень уютно, забывая о своих конопушках и огненно-рыжей шевелюре, которых он очень стеснялся. Рассмеявшись, вожатая прижала его к своей необъятной груди. Дис подумал о том, что он отдал бы двадцать лет жизни, чтобы засыпать и просыпаться на такой подушке, но вслух этого сказать не решился.
   - Показали бы, хоть на плане, - перестав обниматься с Дисом, серьезно сказала она. - Мне, кажется, в каком -то болоте сидеть?
   - Я только что послал Лешу за картой, - развел руками Феликс. - Давайте уже завтра? Или, если хотите, я могу объяснить на словах.

Глава вторая

   - Тоже мне, Рэмбо нашелся! - с бессильной обидой воскликнул командир II отряда, Костя, которого несли в медпункт через круглую поляну перед задними лагерными воротами, выходившими на лесную дорогу. На ней сидели под конвоем пойманные диверсанты - I отряд без одного человека. В его голосе слышалось безграничное изумление. Рома взглянул на часы и сказал:
   - Если они еще не взяли Алю или Феликса, то мы выиграли.
   Вдруг все плененные диверсанты, как по команде, повернулись в сторону лесной дороги. Феликс устало улыбнулся и помахал рукой. Один из конвоиров зло сплюнул на землю и спросил второго:
   - Видишь, вон, типчик в очках идет?
   Тот заинтересованно кивнул. Его отправили к воротам еще с первой партией отловленных противников, и всю самую захватывающую часть игры он прокуковал здесь, в отличие от напарника, который появился около ворот с последним захваченным соперником не больше пятнадцати минут назад.
   - Заманил наших в какую-то трясину к черту на рога, - возмущенно рассказывал ему тот. - И ничем нам вчерашняя акция, как это обозвал командир, не помогла. Костя себе так ногу подвернул, что проваляется теперь не меньше месяца. А его мы так и не поймали, прикинь.
   - Пойдем, присутствовать при чужих разборках - последнее дело, - сказал ему напарник. Его друг хмыкнул. - Время вышло, тут уже все ясно. Продули мы.
   Они развернулись и ушли, осторожно косясь на бывших "врагов", кольцом обступивших своего командира.
   - Феликс, мы защищались! - нестройно загомонили все, окружив своего любимого командира. - До последнего стояли! А эти словно все знали с самого начала - тайники, секреты, все!
   Феликс медленно обвел взглядом из-под терминаторских очков по грязным и испуганно-возмущенным мордашкам друзей. Им было стыдно, что они подвели его, заставив отдуваться за всех. Большая часть отряда попала в плен за первые минуты игры. Они боялись, что он "обидится" на них.
   Они боялись потерять его любовь.
   Феликс уже и забыл, что такое бывает. Теперь они напомнили ему других ребят, бывших ненамного старше этих. Но ту любовь он не сумел сохранить, как не сумел спасти и их самих...
   - Но мы же выиграли, - сказал Феликс, и будто солнышко выглянуло из-за тяжелых туч. - Партизаны из нас получились бы что надо.
   Но грозы было не миновать, он себя не обманывал. Обрадованные ребята облегченно загомонили, завизжали притиснутые на радостях девчонки.
   - Господи, ты весь в какой-то тине, - пробормотала Таня, пытаясь освободиться из его сильных рук. - Где ты столько грязи нашел?
   - Тебе лучше не знать, - усмехнулся Феликс.
   Она прибежала к его секрету, крича на весь лес: "Феликс!" Колючие ветки бесшумно раздвинулись, неожиданным рывком Танька оказалась наверху. "Ты что, с ума сошла?", все же достаточно спокойно для сложившейся ситуации спросил тот, сверля ее своими окулярами. "Всех наших уже нашли. Дис задерживает их, но они все равно скоро будут здесь. Нас кто-то предал," задыхаясь, отрапортовала Танька. Феликс присвистнул. Мягко и легко, как огромная кошка, он спрыгнул на землю и снял Таню. "Уходи отсюда", сказал он. "Беги к Але. Уводи ее, куда хочешь, но чтобы они ее не нашли. Поняла?" - лишь Танина просторная футболка взметнулась в столбе солнечного света .
   - Где Аля? - спросил Феликс.
   - Я не дошла до нее, - смутилась Таня. - Но и они то же.
   - Хорошо, - усмехнулся Феликс и пошел обнять кого-нибудь еще.
   Таня вдумчиво посмотрела на свои руки, все еще хранящие его тепло. "Вот прижал так прижал", тряхнув красивой головой, подумала она.
   Дис не принимал участия в общей победной эйфории. Он сидел рядом с Лешей на мощных корнях старой сосны, выпиравшей из земли, как вены старческой руки, и чувствовал, что умирает. Более отвратительно он себя еще никогда не ощущал. Конечно, во II отряде парни были помладше его на год, на два... Но когда их собралось больше пяти человек, это стало несущественно.
   Неподвижный наблюдатель всегда видит больше, чем наблюдатель движущийся. Дис видел, как Феликс, которому пацаны взахлеб рассказывали о своих боевых подвигах, небрежно вложил в руку Ромы полтинник, негромко что-то сказав. Тот кивнул и вместе с Тимой, своим двоюродным братом, скрылся за поворотом дороги, идущей в Короцко в обход лагеря.
   Дис поморщился: от криков "Нас предали", все нараставших в общем гуле голосов, его несчастная голова стала просто раскалываться. Феликс направился к нему. Увидев выражение его лица, Дис помертвел. "За что?", беспомощно подумал окаменевший от ужаса Дис. За его ухом раздался скрип джинсов встающего Лешки. В наступившей мрачной тишине Феликс подошел к побледневшему Люткевичу.
   - Я не знаю, зачем ты это сделал, - сказал он. - Но в любом случае ты знал, на что шел.
   Смотревшим сзади показалось, что Феликс просто непонимающе пожал плечами и махнул рукой на Лешку, но Дис-то видел и кое-что другое... Лешка, коротко болезненно вскрикнув, схватился за лицо - у него хлынула кровь из носа, а лицо посинело. Это смотрелось особенно ужасно потому, что Лешка был хрупким блондином, и ярко-алое пятно, которое с ужасающей быстротой стало расплываться на его светлой рубашке, выглядело особенно гротескно. Феликс подошел к Дису, поставил его на ноги, легонько хлопнул по плечу и сказал:
   - Пойдем, полечу.
   Вслед за ними неплотной цепочкой потянулись остальные. Леша остался на поляне один, по-прежнему закрыв лицо руками и раскачиваясь, как от сильной боли, хотя кровь у него перестала идти.
  

* * *

   Дверь в семейку открылась. Куривший у окна Феликс гибко обернулся и приложил палец к губам, второй рукой показывая на спящего в койке у стены Диса.
   - Как он? - шепотом спросил Тима.
   - Отоспится, и завтра будет впереди всех бегать сдавать белье, - усмехнулся Феликс. - Где ты Рому-то потерял?
   - Он к девчонкам зашел по дороге, сейчас придет, - ответил Тима. Пришедшие с Тимой пацаны помялись на пороге, со вздохом переглянулись.
   - Феликс, можно мы здесь сегодня переночуем? - спросил Паша. Андрей же упорно отказывался смотреть в глаза Феликсу. Тот быстро сообразил, в чем дело. В "дубовке" жило четыре человека, включая Лешу. "Семейка", где жил Феликс и остальные пацаны, была рассчитана на пятерых, но жило в ней только трое. Конечно, где пятеро, там и шестеро, но...
   - Может, не стоит? - спросил он. - Ведь одна ночь только осталась, да, и как я понимаю, вроде никто спать не собирается? Охота вам возиться.
   - Нет, - упорно помотал головой Паша.
   - Феликс, ну пожалуйста... - жалобно попросил Тима. Он был таким же смуглым и губастеньким, как его двоюродный брат, но в отличие от Ромы, невозмутимого, как танк, был очень порывистым и импульсивным. - Просто понимаешь, если мы там останемся, мы ведь не сможем удержаться и разъясним этому... что он сделал на самом деле.
   - Это шантаж? - высоко поднял брови Феликс.
   - Нет, что ты, - испугался Тима. - А с Алей мы сами переговорим.
   - Черт с вами, - усмехнулся тот. - Несите кровати, придется их в ряд поставить, как в армии.
   Проснувшись, Дис приподнялся на локте и чудом не расшиб себе нос о подоконник. Некоторое время он изумленно смотрел на него, пытаясь сообразить, откуда он здесь взялся - ведь кровать Диса стояла у стены.
   - А шампанское? - услышал Дис тихий разговор сзади и обернулся через плечо.
   - В озере, - Рома услышал шаги вожатой в коридоре и отодвинулся от Феликса, поспешно запахивая джинсовку. Феликс увидел, что Дис проснулся, и сказал ему:
   - С добрым утром. Пацаны тут кровати переносили, так твою перенесли вместе с тобой - разбудить раненого не решились.
   В палату зашла заспанная Аля. Остановившись, она не менее озадаченно, чем Дис, обозрела произошедшую перестановку.
   - Алевтина Юрьевна, - сказал Тима, поднимаясь ей навстречу (его койка была ближайшей к выходу). - Разрешите нам вместе. И так всего одна ночь осталась.
   Аля продолжала рассматривать принесенные кровати.
   - Чьи они? - спросила она наконец.
   - Я вот, а еще Андрей и Паша, - ответил Тима, честно глядя ей в глаза.
   - Феликс, ты как? - осторожно спросила она, и тот понял, что Аля уже просчитала - в "дубовке" остался один Леша.
   - Чем больше народу, тем веселее, - пожал плечами Феликс.
   - Только чтобы порядок был, - строго сказала она и только тут заметила немного Диса из-под одеяла.
   - Разумеется, - сказал Феликс, но Аля испуганно перебила его: - Денис, что с тобой случилось?
   - Упал, - смущенно улыбнулся Дис.
   - Три раза на нож?
   - Как вы спрятались? - переводя тему на другое, спросил Рома. - Ведь всех остальных наших они нашли.
   - Но ты, Дис, обязательно сходи в медпункт, хорошо? Ты выглядишь... просто как человек, вышедший из самолета на полном ходу без парашюта, - никак не могла успокоиться Аля.
   - Понимаете, мужики, - она задорно улыбнулась, отвечая на Ромин вопрос, и стала похожей на маленькую непослушную девочку. - Я на этом вашем насесте пригрелась и уснула, и они, видимо, просто проскочили мимо меня, не заметив. Я только полчаса назад проснулась. Я ведь даже не знаю, кто выиграл?
   - Конечно, мы, - успокоил ее Феликс. - Иначе и быть не могло.
   - А где все остальные?
   - Ушли с Таней собирать дрова на последний костер.
   - Ты их послал?
   - Сами сообразили, - усмехнулся Феликс. - Ира-то с женихом со своим еще утром в город укатили, ты в болотах от нас скрываешься... Одни мы, позабыты, позаброшены.
   - Зайди-ка ко мне на минутку, - сказала Аля, направляясь в вожатскую. Феликс молча последовал за ней.
   - Что у вас произошло? - спросила Аля, закрыв за ним дверь вожатской. - Что это за массовое бегство из "дубовки"?
   - Вы действительно хотите это знать? - спросил Феликс.
  

* * *

   - Феликс, а ты почему не на костре? - удивилась Аля, различив в сумерках на веранде знакомый силуэт.
   - А я ждал вас, - пояснил Феликс, жестом приглашая ее к столу, на котором стояли два высоких бокала, бутылка шампанского, украденный из столовой на завтраке сыр и шоколадные конфеты на отдельном блюдце. Все это великолепие освещала романтическая свеча.
   - Феликс, - только и смогла выговорить Аля. Он умело распечатал бутылку, подвинул Але табуретку, разлил.
   - Я хотел бы с вами выпить за то, - начал Феликс. Аля внимательно смотрела на этого удивительного парня, который был почти ее ровесником и тем не менее всю смену обращался к ней на "вы", который и был фактическим вожатым I отряда, ожидая, что за штуку он отколет на этот раз. Его поведение никогда нельзя было предсказать. - Чтобы в жизни, как и здесь, в "Радуге", были все цвета, кроме черного.
   - За это предлагаю выпить стоя, - предложила восхищенная тостом Аля.
   - Вы же с нами, я думаю, намучились, так что это своего рода компенсация, - сказал Феликс, поднося зажигалку к ее сигарете. Аля усмехнулась, но тут же встревожившись, спросила жалобно:
   - Феликс, а все-таки с Лешей... Не крутенько ли?
   - Послушайте, Алевтина Юрьевна, - ответил Феликс. - Так вы хотя бы можете быть уверены, что ему "темную" не сделают. Они же все будут со мной, а я этого не допущу.
   - А что, у ребят есть такое желание? - спросила Аля.
   - И очень большое, - усмехнулся Феликс. - Ну зачем вам все эти проблемы в последний день смены?
   - Ты прав, конечно, - согласилась Аля и добавила задумчиво: - Интересно было бы узнать, почему он так поступил...
   - Да, - кивнул Феликс. - Я и сам хотел поговорить с ним с глазу на глаз, да только он куда-то пропал.
   - У меня к вам будет личная просьба, - сказал Феликс, когда они шли к отряду через шумящий в темноте сосновый бор. - Ира же вам оставила ключи от своей комнаты?
   - Да, - согласилась Аля. - Постой, ты хочешь, чтобы я...
   - Да, - кивнул Феликс. Аля, секунду поколебавшись, достала ключи из ветровки и протянула их Феликсу.
   - И почему я это делаю? - сказала она, глядя как ключи исчезают в кармане его джинсов.
   - Потому что вы добрый и мудрый человек - живете сами и даете жить другим, - внушительно сказал Феликс.
   - Тебе не говорили, что ты ужасный льстец? - смеясь, спросила Аля.
   - Это не лесть, а чистая правда, - возразил Феликс. - Всегда говорить приятную правду в лицо человеку - вот моя политика.
   - Вы там... поаккуратней, - сказала Аля. - В порядок все потом приведите, а то я тебе голову оторву. И это..
   - Презервативом я пользоваться умею, - предупреждая ее следующую реплику, перебил ее Феликс.
   Когда Аля и Феликс все же добрались до костра, дым там уже стоял коромыслом. Перемигнувшись с Ромой, Феликс наклонился к уху Наташки, переворачивавшей шашлыки над углями, и спросил:
   - Вино будете?
   Наташа, красная и горячая от готовки, стрельнула влажными глазками: - Спрашиваешь!
   Распрямившись, Феликс кивнул наблюдавшему за ними Роме.
   - Пойду позвоню, - сказал тот и канул во мрак ночного леса. Минут через пять девчонки поднялись и всей стайкой направились туда же.
   - Куда? - окликнула их Аля.
   - Я плойку выключить забыла, - сымпровизировала Лена.
   - Выключать обязательно всем четверым идти? - усмехнулась Аля.
   - Правила пожарной безопасности, как -никак, - развел руками Феликс.
   Минут через двадцать последними вернулась Лена с Ромой, и Феликс забеспокоился. Взяв Наташу за руку в "ручейке", он спросил:
   - Ты Таню не видела?
   - Ты знаешь, она выпила с нами и пошла на берег, кажется, - сообщила Наташа.
   Таня стояла, опираясь на поручни купалки, и смотрела на блестящую лунную дорожку с тоской человека, потерявшего надежду в жизни везде, кроме того места, куда ведет эта сияющая полоска. Темно-каштановые волосы шелковистым водопадом рассыпались по ее плечам, в карие глаза были заполнены лунным серебром. Она слышала шаги Феликса, но не обернулась, даже почувствовав горячие губы на своем плече, а лишь вздрогнула и невольно выгнулась назад от наслаждения.
   - Знаешь, что у меня есть? - спросил Феликс. Таня отрицательно покачала головой. - Ключ от вожатской в вашем домике.
   - А...? - спросила Таня.
   - Да, - кивнул Феликс, легко вскинул ее на плечо и пошел по деревянным сходням к берегу. Таня заерзала у него в руках, он остановился и осторожно поставил ее на землю.
   - Что-нибудь не так? - спросил он, заглядывая ей в глаза. Таня с чувством поцеловала его в губы, ощущая, как напрягается от желания все его тело.
   - Послушай, мы так не дойдем до вожатской, - переводя дыхание, сказал Феликс.
   - Ну и наплевать, - сказала Таня.
   - Позволь, мы все же сделаем по-моему, - расхохотался Феликс.
   - Послушай, - сказал он, отодвигаясь от заледеневшей Тани после нескольких неудачных попыток и с трудом сдерживаясь. - Ты боишься. Меня или этого? Все будет так, как ты захочешь, не бойся. Так я не причиню тебе ни боли, ни вреда. Я сделаю тебе так хорошо, как только могу. Или ... ?
   - Нет, я не в первый раз. Просто ты как будто сам как каменный, - кусая губы, сказала Таня. Феликс глубоко вздохнул и провел рукой по волосам, резким движением откинув голову назад.
   - Да, - признался он и добавил с отвращением: - Просто в последний раз, когда я.. я был сам себе противен.
   - Честно говоря, я тоже, ничего, кроме омерзения не испытала, - сообщила Таня.
   - А теперь мы собрались вдвоем, с глубоким отвращением к этому делу, - не потерял юмора Феликс, обняв ее и устраиваясь поудобнее. - Может, нам с тобой перейти на представителей собственного пола?
   - В этом что-то есть, - хохотнула Таня. Феликс неторопливо провел рукой по ее обнаженной спине.
   - Ладно, давай попробуем еще раз.
  

* * *

   Феликс перегнулся через нее, нащупал на стуле свои джинсы.
   - Что там? - спросила Таня, не отнимая лица от его груди.
   - Сигареты, - отвечал он.
   - Ага, - отозвалась Таня.
   Вынув из пачки две штучки, Феликс раскурил их и взял со стола желтую пластмассовую пепельницу в виде верблюда. Затем он перевернулся на спину на пружинистом матрасе и поставил ее себе на живот. Открытый обогреватель бросал угольно-черные огромные тени на зловеще багровую стену. Обняв Таню свободной рукой, он поцеловал ее грудь и спросил:
   - Хорошо тебе? - Таня кивнула. - Лучше, чем до этого?
   - Видишь ли, - сказала она. - Последний раз... В общем, у меня есть сводный старший брат, а у отчима - кладовка в подвале рядом с трубами центрального отопления.
   - Таких надо кастрировать при рождении, - лицо Феликса окаменело. Сев на кровати, он поставил пепельницу себе на живот, потушил сигарету и обнял Таню.
   - Но, - сказал Феликс, целуя ее плечи. - Ты ни в чем не виновата. Ты самая лучшая девушка, которую я встречал.
   - Тебе-то как? - спросила Таня.
   - Просто потрясающе, - улыбнулся Феликс.
   - То-то я смотрю, ты только что не мурчишь, словно сытый огромный кот, - усмехнулась она.
   - Постой, - сказал он, когда они одевались. - Я хочу кое-что тебе подарить.
   Феликс снял браслет с левой руки. Он никому даже мерять его не давал, отговариваясь тем, что браслет вроде как не расстегивался. Глаза Таньки радостно расширились. Эта безделушка из плотного, незнакомого дерева с непонятными, но очень красивыми россыпями фиолетовых и серебряных искорок внутри была явно женским украшением. Но, зная Феликса, Таня понимала, что это - недосягаемая мечта.
   - Он не снимается, - предупредил Феликс.
   - Ну и пусть, - мотнула головой Танька. Что-то щелкнуло, и холодный браслет плотно, но не тесно обхватил ее руку. Феликс коснулся губами ее запястья, и Таня нежно чмокнула его склоненную макушку.
   - Только, - сказал он, и у Тани сердце защемило от грусти, звучавшей в его голосе. - Когда я умру, он погаснет.
   Если Таня и удивилась, то не подала виду.
   - Ну, я думаю, это случится нескоро, - оптимистично сказала она.
   - Я тоже на это надеюсь, - усмехнулся Феликс, странно взглянув на нее.
   Проводив Таню до ее палаты, где еще никого не было, Феликс направился в душевую, находившуюся в отдельном строении за домиком девчонок. По причине позднего часа и последней ночи там никого не было. Феликс долго стоял под сильными теплыми струйками, приятно массирующими кожу, и всем телом ощущал блаженную усталость. "Давненько я не испытывал этого чувства", подумал он. - "С тех самых пор, как...". Сердце свело болезненной судорогой незажившей раны, и Феликс, тряхнув головой, запретил себе думать об этом - ведь прошлого не вернешь.
   Напоследок он решил почистить зубы. Проходя мимо одной из душевых, он почувствовал запах дыма и резко рванул дверь на себя.
   Лешка курил, прислонившись к запотевшей стене, и словно загипнотизированный смотрел на прикрученную к основной трубе для подачи воды петлю из бельевой веревки. Намокшие волосы клочьями прилипли ко лбу, на отсыревшей от влажного воздуха рубашке проступили мокрые пятна. "Не судьба мне сегодня зубы почистить", подумал Феликс и сделал движение, чтобы оборвать веревку. Леша неожиданно вышел из транса и дернул дверь к себе, чуть не сломав Феликсу лодыжку.
   - О матери подумай, дурак! - воскликнул Феликс, и, исхитрившись, оборвал веревку. - Что бы ты ни сделал, она всегда будет любить тебя и ждать. Ты ей нужен!
   - Да, - в отчаянии воскликнул Лешка, пытаясь выпихнуть его из кабинки. - Ты-то уедешь в свое Мадоно, а мне-то с ними всю жизнь кувыркаться!
   - Куда я уеду? - не понял Феликс. Лешка тупо проводил глазами веревку, которую поток воды из соседних душей унес в сливное отверстие.
   - В эту... Латвию свою, - задыхаясь, ответил Лешка. - Или откуда ты там.
   - Ты ошибаешься, - сказал Феликс, глядя сквозь него невидящим взглядом. - Мне некуда вернуться. Я никогда больше не смогу войти в родной дом, увидеть мать... Понимаешь ли ты, что это такое?
   Лешка посмотрел на него озадаченно. В этот момент Феликс будто очнулся, и, взяв его за грудки, вынес из кабинки. Леша молча отбрыкивался, яростно пыхтя. В процессе борьбы его джинсовая рубашка распахнулась. Феликс от удивления отпустил его. Лешка выскользнул из его рук и стал поспешно застегиваться.
   - Неужели пацаны ... - начал Феликс и осекся. Ребята постоянно были с ним, а потом с Алей.
   - Снимай, - потребовал он.
   - Не буду, - запротестовал Леша. Встретившись глазами с Феликсом, он выдохнул, со свистом пропустив воздух через плотно сжатые зубы, и спустил рубашку с плеч. Чуть зашелестев, она упала на потрескавшиеся кафельные плитки пола.
   Феликс оценивающим взглядом скользнул по его обнаженному корпусу.
   - Почему ты не сказал мне, что они подкараулили тебя, избили и отобрали карту? - спросил он. - Ведь все еще можно было изменить, и мне не пришлось бы разыгрывать из себя новгородского Рэмбо.
   - А за кого бы ты тогда меня принял? - всхлипнув, спросил Леша.
   - Во всяком случае, я не посчитал бы тебя предателем, - холодно сказал Феликс. - И остальные тоже.
   - Одевайся, - сказал он после паузы. - Идем. Попробуем вернуть тебе твое доброе имя.
  

* * *

   Дис умело притаранил единственную вилку, пересел на Наташкину кровать и поставил банку со шпротами себе на колени.
   Когда прогорели все дрова, Аля разрешила им идти продолжать "королевскую ночь" в домике у девчонок. По приходу выяснилось, что Танька, следуя предварительной договоренности, уже соорудила стол из сбереженных общими усилиями домашних запасов и сэкономленных лагерных полдников. У Ромы, конечно, оказалась в заначке еще бутылка вермута. Алю они решили отпустить к остальным вожатым - воспитатель все-таки тоже человек. Они поклялись, что будут сидеть тихо. Аля с видимым облегчением сказала Тане: "Нестерова, под твою ответственность. Часов в шесть зайду, всех разгоню", и ушла.
   Дис подцепил приглянувшуюся ему рыбку и неторопливо поволок ее в рот. На полпути он ощутил колко зазвеневшую тишину в "семейке" и оторвался от шпротов.
   Феликс с Лешей, видимо, вошли в полуосвещенную комнату незамеченными. Но все же света было достаточно, чтобы разглядеть на корпусе по пояс голого Лешки роскошное ожерелье из сизо-бурых кровоподтеков, ссадин и царапин.
   - Кто это сделал? - ровным голосом спросил Феликс, но лицо его не предвещало ничего хорошего.
   - Феликс, это не мы, - сказал Рома - он оказался единственным, кто смог выдержать его взгляд. - Хотя даже если бы это были мы, стыдиться здесь было бы нечего. Он это заслужил.
   - Рома, попробуй хоть раз воспользоваться мозговым аппаратом, который дала тебе эволюция, - опасно мягко сказал Феликс. Рома смутился и покраснел. - Если это сделали не вы, то кто и зачем? И, самое главное, когда?
   - Я поняла! - всплеснула руками Таня. - Они отобрали у тебя карту вчера вечером, когда ты нес ее Феликсу - и избили притом!
   - Подожди, - сказал Тима. - А что он тогда отдавал утром Феликсу?
   - Они копию сняли, и отпустили меня - шмыгнув носом, признался Леша.
   - Но почему ты не сказал нам, хотя бы Феликсу? - спросил Андрей.
   - Я испугался, - тихо сказал Леша.
   - Надеюсь, больше ты ничего не будешь пугаться в этой жизни, - сказал Феликс. - Прости меня, Леша.
   - Прости уж и нас, ладно? - заглядывая ему в глаза, сказал Рома. - Ошибочка вышла, погорячились... С кем не бывает.
   - Иди к нам, Леш, - позвала его Лена, подвигаясь и освобождая место. - Хочешь, я тебе помассирую? Полегчает.
   Феликс опустился на Танину кровать и поманил ее рукой:
   - Я кое-что забыл сказать тебе.
   Когда она присела рядом с ним, он прижал ее к себе и прошептал в самое ухо: - Я люблю тебя.
   Таня выпрямилась, благодарно посмотрев на него и зардевшись от удовольствия.
   - Можно мне рыбы? - спросил Феликс. Таня ловко и незаметно забрала у Диса банку со шпротами.
   - Может, тебе в ротик положить? - полунасмешливо-полунежно спросила Таня. Феликс кивнул. Не в силах глядеть без стона на то, как чувственно он облизывает ее пальчики, Дис со вздохом отвернулся.
   Около четырех Феликс поднялся, поблагодарил за великолепный вечер и ушел с Ромой и Дисом, нежно поцеловав в коридоре Таню на прощание.
   Когда Андрей, возвращавшийся последним, зашел на веранду домика мальчишек, то обнаружил там всю мужскую половину I отряда в полном составе.
   - Мы тут вот что решили, - попыхивая сигаретой, сказал Феликс. Неровные отблески пламени бросали таинственные тени на его лицо, делая его загадочным до сладкой жути. Андрею показалось, что он увидел, как черными змейками бьются зрачки в зелени глаз Феликса. Он поспешно зажмурился, чтобы отогнать жутковатый образ, и потряс головой, чтобы хоть немного выбить из нее винные пары. - Второй отряд совсем борзость потерял. Так что мы сейчас собираемся пойти и напомнить им их место.
   - Надеюсь, это все обойдется без человеческих жертв? - осторожно спросил Андрей. - Что конкретно мы будем делать? Я так понимаю, ведь не зубной пастой мы их мазать идем?
   - Ты правильно понял, - ответил Феликс и заметил беспечно: - Рядом с их домиком я, кажется, видел оборванную высоковольтку...
  

Глава третья

   "Да он и вправду словно железный", - смесь уважения, восхищения и зависти сладко булькнула в еще не проснувшейся голове Диса. Феликс, спокойно и делово руководящий погрузкой багажа I отряда в багажник "Икаруса" средней комфортабельности, выглядел уверенным и отдохнувшим, хотя за последние сутки он спал не больше двух часов. После карательной экспедиции во II отряд (Феликс выманил их из домика на разборку, угрожая, что в противном случае он подожжет дом оборванным кабелем, который все еще был под током, и свалка получилась такая, что у Диса до сих пор ныли все кости) они стали свидетелями странного происшествия. Возвращаясь к себе берегом озера, пацаны увидели ряд крупных светящихся шаров, бесшумно скользивших над водой в сторону Короцко. Изумлению ребят не было предела. Ромка зло сплюнул и предположил, что это опять какая-нибудь утечка на ракетной базе, расположенной на другом берегу озера - там действительно находилась "засекреченная" ракетная шахта и пусковая установка, которая считалась бездействующей с начала перестройки. Однако взглянув на побледневшее лицо Феликса, Дис понял, что ракетчики здесь ни при чем. Изменившимся голосом Феликс поторопил их домой - уже светало. Сам он подошел к Роме и тихо спросил, нельзя ли где-нибудь здесь достать взрывчатку. Рому вообще было трудно чем-то удивить. Да и он тем более вырос среди этих болот, где во время последней войны была бездарно загублена целая армия. Феликс, судя по всему, знал, что "эхо войны" до сих пор позволяет более-менее пристойно существовать местным жителям, занимавшимся рискованным бизнесом на нелегальной продаже боеприпасов. Когда все пацаны наконец улеглись спать, Рома с Феликсом ушли в деревню.
   И, тем не менее, если бы не Феликс, сразу организовавший порядок отъезда, I отряд, вдобавок дежуривший по столовой, к назначенному времени и белье бы сдать не успел. Але, получавшей сухие пайки и считавшей порции, было не разорваться на все сразу.
   Больной и злой от похмелья и недосыпания Ромка крепко припечатал замечтавшегося Диса неудобным углом Ленкиного баула, пробормотав что-то нелестное о его родителях. Дис не удержал равновесия и с грохотом начал рушиться на дорогу. Феликс, почему-то оказавшийся рядом, ловко подхватил его.
   - Ты имей в виду, что в городе все сумки потащишь сам, - сказал он, встряхнув его и поставив на ноги.
   - Как? Почему? - взбрыкнул было Дис. И тут он понял. Феликс молча посмотрел сквозь свои черные очки на унылое серое небо, безуспешно пытающееся разродиться дождем, и Дису стало не по себе при виде скорбной обреченности на обычно уверенном лице друга.
   - Я ничем не могу тебе помочь? - спросил он Феликса тихо. Тот улыбнулся и отрицательно покачал головой.
   - Ты и так уже сделал больше чем достаточно, - сказал Феликс, положив свою широкую ладонь ему на плечо. - Прости меня, я доставил тебе столько хлопот. Прощай, друг мой.
   Он повернулся и пошел за домик директора, около которого проходила погрузка. По пути Феликс подозвал к себе Таню и обнял ее, увлекая за собой. Дис смотрел ему вслед, и сердце болезненно сжалось в его груди.
   - Куда ты меня ведешь? - спросила Таня, когда они скрылись от глаз окружающих. - Подожди, я уже говорила тебе, что люблю тебя? С этим отъездом у меня все в голове перемешалось.
   - Теперь буду знать, - грустно сказал Феликс. - Хотя лучше бы ты меня не любила. Ну да ничего, это пройдет.
   Таня ошарашенно уставилась на него, губы у нее задрожали.
   - Я не понимаю тебя, - сказала она срывающимся голосом. - Ты не мог бы снять очки? Так очень трудно с тобой разговаривать.
   - Минут через ... пять поймешь, - пообещал Феликс, снова взглянув на небо. - Я сниму очки, только обещай не кричать и вообще не шуметь, хорошо?
   Ничего не понимающая Таня кивнула.
   - Возможно, теперь ты будешь испытывать отвращение ко мне. Я слышал, такое бывает, - сказал Феликс, берясь за дужку. - Но так даже лучше - тебе не будет так больно, когда я уйду.
   Он снял очки и печально посмотрел на нее своими желто-зелеными глазами, поперек которых стояли узкие полоски вертикальных зрачков.
   - Среди моих предков действительно было много кошек, и, к сожалению, ни одной обезьяны, - сказал он, наблюдая за реакцией Тани.
   Культурный шок был настолько силен, что у Тани подкосились ноги. Коротко ойкнув, она стала валиться набок. Феликс подхватил ее и сказал, стараясь не смотреть ей в лицо:
   - Я позвал тебя сюда попрощаться. Сейчас мы расстанемся, тебе, возможно, покажется, что я умер. Помни, когда я погибну, браслет погаснет. Да и вообще - не забывай меня. Я правда люблю тебя, и мне жаль, что это продолжалось так недолго. Прости меня...
   Он поцеловал ее отошел от Тани метров на пятнадцать. Дерзко вскинув голову, он что-то гортанно крикнул в небо. Неожиданное острое предчувствие непоправимости того, что сейчас произойдет, болезненно-тупым разрядом пронзило Таню. Воздух густел на глазах, затопляя легкие. С бешеным воплем потери: "Феликс, нет!" она бросилась вслед за ним. Феликс резко обернулся, и Таню отбросило от него сильной, но плотной и упругой волной. Девушка приземлилась на кучу сухих листьев рядом и уже оттуда видела то, что впоследствии в милицейском протоколе было осторожно названо "необъяснимым атмосферным разрядом с трагическим исходом".
   С грохотом, от которого стало больно в ушах, тусклая свинцовая туча раскололась пополам. Полыхнула непереносимо яркая беззвучная вспышка. От сотрясения вылетели все стекла в двухэтажном директорском домике, на площадке с другой стороны которого происходила посадка детей в автобусы, и кто-то первым испуганно закричал, указывая в сторону, куда ушли Феликс и Таня. Дис, бросив сумку и сбив кого-то с ног, рванулся туда.
   Секунду он с отчаянием смотрел на неглубокую воронку с обугленными краями, а потом тихо заплакал, всхлипывая и вырываясь из мягких рук Али, пытавшейся увести его и остальной отряд с места происшествия.
   - Надо сообщить родственникам, - как в забытьи, пробормотала Аля, и Дис очнулся.
   - У него здесь не было родственников, кроме меня, - сказал он, все еще не в силах оторвать глаз от слегка дымящейся воронки и вздрагивая всем телом.
   Из точно такой же черной и плоской воронки у него во дворе обожженный Феликс вывалился буквально на него чуть больше месяца назад. Неделю он лежал в беспамятстве, и бредил на странном гортанном языке. До полусмерти напуганный Дис отпаивал его целебными травами, радуясь, что родители уехали в деревню, оставив квартиру на него. Ему показалась кощунством мысль обратиться в больницу, хотя Феликс явно в этом нуждался, а родителям наверняка эта мысль пришла бы в голову первой. Да и Феликсом он стал позже, когда пришла телеграмма из Мадоно от тети Веры, что его племянник, Феликс Немудров, выезжает в Новгород и потом поедет в "Радугу" вместе с Дисом. Как раз в этот день он открыл свои неожиданно ясные зеленые глаза и сказал: "Слишком много людей. Мне надо уехать отсюда". А узнав, как зовут племянника, он расхохотался и сказал: "Это судьба. Меня зовут почти так же".
   Конечно, Дис никому не рассказал об этом. Но сейчас ему было от этого не легче. Подняв глаза, он увидел Таню. Она стояла напротив него, белая, как папиросная бумага, с прижатыми к груди скрещенными руками и фиолетовыми закушенными губами. Веки ее вздрогнули и поднялись. Всего лишь миг они смотрели друг другу в глаза. Потом он рассеянно обернулся и стал гладить плачущую Алю по шелковистым волоскам в растрепанной красивой прическе, пытаясь успокоить. Когда он нетерпеливо обернулся еще раз, Тани уже не было. Ее хрупкая фигурка затерялась в пестром водовороте растаскиваемых по автобусам детей.
   Долго потом шли толки и пересуды. Как всегда, возбудили уголовное дело, и как всегда, не нашли виновных. Но только эти двое знали, что на самом деле произошло в лагере "Радуга" тем пасмурным летним утром.

ЭПИЛОГ

   Он слышал, как разъехались автоматические двери, но не повернул головы. Он был еще слишком слаб, чтобы тратить силы по пустякам. Все тело болело, словно его пропустили через барабан гигантской стиральной машины, а затем старательно отжали. Все-таки три V-перехода в течение пяти недель было многовато даже для его закаленного и тренированного организма.
   Выпустив струю дыма в низкий, стерильно белый потолок камеры, он с горькой насмешкой подумал о том, что закоптить его он все равно не успеет. Переложив руку на столик у изголовья, он осторожно стряхнул пепел.
   - Здравствуй, Лиена, - сказал он, по-прежнему не глядя на вошедшую.
   - Ты, Фрэй, кажется, забыл, что не можешь обращаться ко мне, как к равной? - сдерживаясь, спросила Лиена. Фрэй наконец повернул голову и посмотрел на свою бывшую хозяйку. Лиена стояла, засунув руки в карманы супермодной роскошной хламиды, и нервно раскачивалась на носках. Яркие переливы шуршащих складок дорогой ткани бросали разноцветные блики на стены изолятора, делая всю обстановку какой-то иллюзорной. Он скользнул безразличным взглядом по ее надменному лицу, на котором до сих пор сохранились следы его побоев - они проступали даже сквозь толстый слой умело наложенного макияжа. Горячая волна стыда захлестнула его. Теперь, вырвавшись из обстановки хозяйского дома, он понял, что она тоже по-своему любит его. Но ничего, кроме отвращения, не вызывала в нем эта любовь.
   - Мне кажется, что теперь, госпожа Лиена Агаст хир Магатара, я имею на это право, - почтительно, но с глубокой издевкой ответил Фрэй. Лиена вспыхнула.
   - Ты знаешь ведь, что это твои последние часы, Фрэй Ликс им Огена, - сказала она тихо. - И тратишь их на пустую дерзость. Храбришься? Так дезинтегратору-то все равно, войдешь ты в кабину с усмешкой и гордо поднятой головой, или тебя, цепляющегося за жизнь из последних сил, втолкнет туда палач.
   - Но мне не все равно, - пожал плечами Фрэй.
   - Ты так спешишь на это последнее свидание? - поинтересовалась Лиена.
   - Да не особо, - признался Фрэй. - Ты что-то хочешь мне предложить?
   - Есть способ, - сказала Лиена. - Осужденного оставляют в живых, если молодая и красивая девушка согласна выйти за него замуж.
   - И ты... ты согласна выйти за меня замуж? После того, что я сделал? - искренне изумился Фрэй. Лиена метнула на него гневный взгляд, и Фрэй поспешно добавил: - Прости меня, о высокорожденная.
   - На самом деле я ожидал этого, - сказал он, затушив окурок в пепельнице и откидываясь на подушки. - Прости меня еще раз, но я не смогу этого сделать.
   Фрэй поднял левую руку и закатал на ней рукав до локтя На загорелой коже явственно проступила белая полоска на том месте, где Фрэй раньше носил браслет.
   - Ты... ты подарил его какой-то туземке с этой вонючей планеты! - взвизгнула Лиена вне себя от гнева. - Держу пари, ты даже не сказал ей, что это означает на самом деле!
   - Не сказал, - согласился Фрэй. - Но для заключения второго брака необходимо согласие первой жены. Так гласит закон Вантары, который распространяется и на меня. Впрочем, по вашим законам человек вообще может иметь только одну жену.
   - Вы же нашли меня по автоматическому лучу, верно? - развивал свою мысль Фрэй дальше. - Вы просто повторили последнюю транспортировку с того переходника, где бежал я, и вернули меня обратным вызовом. Я же сам видел статические шаровые разряды отстающего возврата. Но это значит, что ты не знаешь и уже никогда не сможешь узнать, на какой планете я провел все это время, потому что, возвращаясь, я массой своего тела сбил настройку индикаторов.
   "Но и я никогда не узнаю регистрационного номера этой планеты", с грустью добавил Фрэй про себя.
   - Я вижу, ты неплохо разбираешься в особенностях переходов в пограничных пространствах, - сказала Лиена устало. - Но я никак не могу понять, почему ты с таким упорством обрек себя на смерть?
   - Ты не думай, я не какая-нибудь неблагодарная сволочь. Я понимаю, что все еще жив только благодаря тебе. Но... Любая смерть лучше жизни с тобой, - ответил Фрэй, и на дне его спокойных глаз было что-то настолько страшное, что она попятилась, выскочила вон из камеры и в слезах бросилась в рубку звездолета, забыв захлопнуть за собой дверь. Там ее ожидали члены Высокой Комиссии Архавады по особо тяжким делам, которых она уговорила дать ей последнее свидание со смертником.
   Фрэй не колебался ни секунды. По-кошачьи легко спрыгнув с койки, он метнулся в открытую дверь. Он прекрасно знал, что на звездолетах этого типа изолятор находится совсем рядом с узлом V-транспортировки. Однако Фрэй не собирался повторять собственные ошибки. Именно на этот безумный случай он и смастерил небольшую мину с задержкой на три минуты - время вполне достаточное, чтобы его успело зашвырнуть на никому неизвестную планету.

КОНЕЦ

4.01.92 - 7.09.2000


 Ваша оценка:

РЕКЛАМА: популярное на LitNet.com  
  Д.Гримм "Ареал Х" (Антиутопия) | | К.Вэй "По дорогам Империи" (Боевая фантастика) | | Д.Владимиров "Парабеллум (вальтер-3)" (Постапокалипсис) | | Р.Райль "Приоритет: Жизнь" (Научная фантастика) | | AlicKa "Алисандра" (Любовное фэнтези) | | Е.Кострица "Портной" (Киберпанк) | | Ю.Бум "Я не парень!" (Любовное фэнтези) | | А.Йейл "Гладиатор нового времени. Глава 1" (Постапокалипсис) | | В.Василенко "Смертный" (Боевое фэнтези) | | Д.Хант "Русалка и дракон" (Любовное фэнтези) | |
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
А.Гулевич "Император поневоле" П.Керлис "Антилия.Полное попадание" Е.Сафонова "Лунный ветер" С.Бакшеев "Чужими руками"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"