Кузьмин Василий Сергеевич: другие произведения.

Кэр - Главы 3,4

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Создай свою аудиокнигу за 3 000 р и заработай на ней
Уровень Шума. Интервью
Peклaмa
 Ваша оценка:


Глава 3.

   Меч входит в грудь воина, практически не встречая сопротивления - я знаю, куда бить, чтобы зря не тупить оружие об кости. Живой еще несколько мгновений не может поверить в произошедшее, с выпученными глазами хватаясь руками за лезвие клинка, а потом... потом обмякшее тело сползает на бревенчатый пол. Третий на моем счету за сегодня и, кажется, наконец, последний...
   Это могло бы даже показаться забавным... С какими мыслями я шел в эту атаку, какие надежды лелеял - я почти убедил себя, что сумею хотя бы поколебать нерушимую узду приказов, что смогу крикнуть людям: "Бегите! Спасайтесь, пока можете...", ну, или хотя бы просто попытаюсь отыскать еще кого-то вроде Жент, кого-то такого, кто не подпадает под строгие формулировки инструкций. И ведь могло, могло получится - я ведь был не один: в этот раз Валешка сражалась со мной бок о бок и я мог бы спокоен, что никакое везение не поможет одуревшему от страха ополченцу так по-глупому нарушить мои планы... Как же я был наивен...
   Этот город уже десятый или одиннадцатый на моем пути... А сколько их был до меня - кто знает, память не дает ответа.... В любом случае, именно в этот раз, кажется даже до самых твердолобых дошло, что мы не сказка, не бабья выдумка, а смертоносная угроза, гибельная и неотвратимая... Ни детей. Ни женщин. Ни стариков. Одни воины. Профессионалы, а не ополченцы. Эти даже не попытались дать нам "правильный" бой - о нет, зато они сначала почти час обороняли ворота, а затем заставили нас с боем брать чуть ли не каждый второй дом в этом городище... Да - это были хорошие воины, и не их вина, что они не знают, как бороться с немертвыми.
   Что нам кипяток, что нам камни, сыплющиеся со стен - что нам сами стены в конце концов! Это все остановит живых, но не нас. Да теперь потери были серьезнее - но... нам наплевать на это, мы не считаем потерь... Все, кроме меня...
   Трое убито - хотя правильнее сказать: не подлежат восстановлению, убить нас как раз нельзя. Сам я отделался раздробленной рукой и вмятиной на черепе - мелочи, к вечеру некромагия не оставит и следа от этих повреждений. Хуже другое: по пути к черепу шестопер умудрился помять шлем, а вот он-то сам по себе восстанавливаться не будет: придется искать городскую кузню и чинить - таков приказ. Впрочем, в кузне сегодня будет очередь - из всех кого я видел, одна лишь Валешка, словно бы и не была в бою... ну, не считая запекшейся крови, залившей половину нагрудника. Даже сотник, который, казалось бы, стоит далеко не в первых рядах, и тот какой-то помятый и перемазанный в крови. Нет, все-таки хорошо, что я оставил Жент на холме около города под охраной Фалка, он кстати сам вызвался - похоже, все-таки мысль об сражениях под знаменами тьмы претит ему гораздо сильнее, чем нам. Девочке точно не следует это видеть. Ни как они нас, ни, тем более, как мы их. Кстати - что-то эти двое запаздывают, я же приказал подходить через десять минут после того, как мы войдем в ворота: того гляди, нас на смотр соберут - а у меня в десятке бойца не хватает! Тут уж мы не отвертимся - обязательно начнут разбираться...
   Впрочем, стоило мне лишь задуматься об этом, как в дверном проеме замерла фигура воина в грязно-сером маскировочном плаще:
   - Прибыл согласно приказу, десятник. Жент я оставил в караулке у ворот - там сейчас пусто... не считая трупов врагов...
   - Правильное решение, Фалк. Нечего светить мешком перед сотником. После смотра я сам за ней зайду - а ты, как и раньше, давай по списку.
   -Хорошо. Еще кое-что, десятник...
   - Что-то случилось?
   - Не совсем. Вы ведь видели в караулке такого рослого мужчину в зеленом плаще?
   - В караулке я не был... к счастью - там десятка полтора наших порубили, пока мы не прорвались... Но кажется, я видел того, о ком ты говоришь: он командовал обороной на стене. Во всяком случае, зеленый плащ на нем был.
   - Жент говорит, что он не местный. И я с ней согласен.
   Я пристально смотрю на него, пытаясь понять к чему он клонит - ну, неместный, и Тьма с ним: нам-то какое дело - тут в этих городах, кого только не встретишь, я вон даже с Жент пока не определился: кто там у нее в роду затесался - гоблины? Гномы? Ясно только, что не люди... А этот зеленоплащник - ну, рубился он, положим, знатно, да и командир видать толковый был: где он только эту каменюку откопал - в ней тонны три не меньше, как только стена не обвалилась - зато, когда на наших она грохнулась... хотя, впрочем, сотней меньше, сотней больше...
   Не знаю может ли что-то отразиться на черепе немертвого, но в любом случае Фалк прочел мои мысли, как по книге:
   - Нет, десятник, вы не так поняли: не в смысле, что не отсюда родом, а в смысле, что он не воин этого города. Я видел эмблему у него на панцире - и готов поклясться Светом: это символ королевской гвардии. Он поменялся за триста лет, но не достаточно, чтобы я его не узнал.
   Однако... А вот это уже интересно - хотя хорошей новостью я бы это не назвал. Ибо несмотря на мое отношение к гвардии - а оно такое же, как и у любого настоящего солдата - появление пусть даже и одного гвардейца говорит о том, что халява закончилась, началась серьезная война... а значит шансы уцелеть и сберечь нашу подопечную стремительно приближаются к нулю.
   - Гвардейцы... Кажется, эмблему на броне разрешают носить только с сотника, не так ли? Нашему господину будет очень интересно узнать, что обороной руководил сотник гвардии.
   - Десятник! Разве так можно - одно дело повиноваться и свовсем другое добровольно помогать Тьме!
   О, Свет... или Тьма? А неважно... В любом случае, на секунду мне показалось, что передо мной стоит тот прежний, живой Фалк - с тем же фанатическим блеском в глазах и абсолютной уверенностью в своей правоте. Впрочем, иллюзия длилась лишь доли секунды - у нас же даже нет глаза, это всего лишь солнце бликует на шлеме, а что касается уверенности - надеюсь, что смерть сделала его сговорчивее.
   - Фалк, вот поэтому мы с тобой и не могли ужиться, пока были живы! Во-первых, господин все равно узнает. И лучше будет, если эту весть принесем мы - чуть больше доверия никому еще не помешало. Во-вторых, если честно, то проблемы гвардии короля и проблемы Света - это две большие разницы, ты же, в конце концов помнишь, где они были, пока мы воевали здесь! И я не хочу даже думать о том, чтобы подвергнуть кого-то из нас, а тем более Жент риску только из-за того, что господин ошибется в своих планах из-за недоставка информации. Понятно.
   - Да, десятник. Если вы так считаете.
   Это было сказано так, что готов поспорить, если бы у Флака было лицо, на нем было бы написано выражение глубочайшего презрения, на какое только способен человек... Может, он, конечно, и прав, но... но разве каждый не служит Свету так, как считает нужным, не правда ли?
  
   ...- Ты. Будешь десятником. Заберешь с тела прошлого десятника рог и шлем. Потом примешь пополнение из седьмого десятка пятой сотни. Выполнять!
   Сотник идет вдоль строя медленнее обычного - каждый десяток понес потери и, несмотря на то, что мы стоим четвертыми в шеренге, он уже успел назначить двух новых десятников, а второй десяток вообще расформировал, разослав четверку выживших по другим подразделениям.
   -Ты.
   Взор сотника останавливается на мне. Именно этого момента я и жду, чтобы нарушить стандартную процедуру:
   - Разрешите доложить.
   Сотник медлит мгновение, явно не ожидав этих слов, но затем кивает, позволяя говорить.
   - В караульном помещении мы обнаружили тело неместного воина, командир. Мне показалось, что именно он руководил обороной на стене. У него на броне необычный знак - похожий на знак королевской гвардии.
   Я замираю с чувством выполненного долга... несмотря ни на что, как я уже говорил лояльность для нас это все - и знание того, что я принес пользу господину наполняет меня, чем-то вроде радости, в той мере, в какой ее может испытывать мертвец. Правда, одновременно с этим в мозг продолжают вгрызаться мысль о предательстве, вновь растревоженная словами Фалка.
   - Я передам эту информацию тысячнику, десятник. Ты хорошо выполнил свой долг. Только... откуда тебе известно о том, что, как выглядит символ королевской гвардии...
   Хм... Интересно, если живые чувствуют печенкой, то, что заменяет ее у немертвых? Во всяком случае, сейчас я именно чем-то таким понимал, что это не просто формальный вопрос, а нечто большее - будь он живым, его бы выдали сжатые в кулаки руки или пристальный взгляд... на немертвых мысли никак не отражаются, но напряженность все же чувствовалась - он явно ждал какого-то конкретного ответа. Впрочем, хорош бы я был, если бы не предугадал такой вопрос - и способ обойти его я тоже уже нашел. Я же не знаю, почему именно я начал вспоминать. Догадываюсь, что из-за камня, но... разница между догадкой и знанием все же велика, а приказа изложить свои мысли не будет - ибо мыслить нам вроде как не положено.
   - Не могу знать, сотник!
   Гнетущее чувство тут же исчезло, а сотник кивнув - толи мне, толи своим мыслям, повернулся и зашагал дальше... Интересно, кстати, а на него мой... хм, "талисман" действует? И, если да, то как?
  
   Пальцы, закованные в стальную броню, медленно ползли вдоль когда-то блестевших позолотой, а ныне тусклых и полустертых букв:
   -Абрейн, Гаторн, Меглард... - трое братьев, они стояли в переднем полку, Фарохт Победитель... Рекат Бесстрашный... - о, да из полка правой руки, хорошие были воины, я бы дал им сотни... Верн... - я помню его, всегда такой уверенный, такой благородный - он умер первым, пав в одиночном поединке... Это был его первый проигранный поединок... Шана из Киролля - горячая, как огонь и быстрая, как молния... но слишком, слишком увлекающаяся - я же говорил, что это будет стоить ей жизни. Сигуэр, Зигн, Теккарро...
   Рука скользит вдоль каменной плиты, губы тихо шепчут имена... сотни, тысячи имен. Все они, конечно, не поместились на плите - да что там, те кто ставил камень и не помнили их все - шутка ли запомнить пятнадцать тысяч имен... Пятнадцать тысяч... Первая кровь в той войне могла заполнить озеро средних размеров. И ведь это была только разминка перед предстоящими битвами...
   Рука медленно скользит вдоль каменной плиты - работы здесь на пару часов, ведь надо вспомнить всех, выбрать лучших - тех, кто поведет сотни, и самых лучших, кому можно доверить тысячи... Впрочем, время есть: даже немертвые не могут быстро копать эту еще не прогревшуюся после зимы землю - они провозятся до конца дня, прежде чем извлекут все тела... Да, время определенно есть...
   - Господин... - неожиданно, раздавшийся за спинами голос вынуждает отвлечься обоих - и воина в старинных, богато украшенных латах, читавшего имена на плите и человека в свободном одеянии черного цвета, стоявшего за его плечом.
   - Говори. - голос обладателя черных одежд даже не звучит - он словно ввинчивается в мозг напрямик через череп, минуя уши. Впрочем, чтобы смутить скелета-тысячника нужно нечто большее...
   - Господин, началось! Они прислали гвардейцев. Мне доложили, что тело командующего обороной города опознали, как сотника гвардии. Я проверил - и это действительно так. Какие буду приказы, повелитель?
   - Сейчас никаких, Берэ... никаких... Действуй как обычно - и передай, что мы выступим завтра до рассвета... как только я разберусь с нашим последним пополнением. - голова говорящего чуть качнулась назад, указывая на раскапывающих поле скелетов.
   Тысячник лишь молча поклонился в ответ и поспешно направился обратно к городу, не смея нарушать уединение двух своих повелителей...
   - И что теперь? - хотя голос воина и звучал глухо из-за закрытого шлема, спутать его с голосами немертвых было бы весьма затруднительно уж слишком живо, можно даже сказать... эмоционально, прозвучали эти слова.
   - Ничего, Виттор, ничего. Ты же слышал - все, как обычно.
   Собственное имя заставило латника поежиться, но он все же продолжил:
   - Как это ничего! При всем уважение, господин, гвардия это вам не ополченцы - необходимо, как минимум стянуть все силы! Тем более, благодаря вашей... хм, "стратегии" - рук, способных держать оружие у них теперь навалом - вряд ли мы сможем, с помощью имеющихся сил закрепиться на перевале, а даже если и сможем, то выбраться на равнины сил у нас уже не хватит!
   - Виттор, Виттор... Видишь поле за своей спиной. Вот она - цена твоих ошибок. Ты воин и более того - гениальный командир, но все-таки не политик... Как думаешь, почему это сотник гвардии в городе был, а сотни не было, ну? Дошло, наконец? Замечательно... Три часа назад я получил свежие вести из столицы... Нас все еще не восприняли всерьез - а гвардейский сотник появился здесь не то по личной инициативе, не то по приказу командриа гвардии, но исключительно в качестве разведчика... Так что единственный, кто стоит на нашем пути - это командир гарнизона на перевале, а с ним-то надеюсь ты управишься... мой Черный полководец?!
   Даже сквозь опущенное забрало шлема, чувствовалось, как по лицу Виттора расползается кровожадная ухмылка:
   - Да, повелитель. Безусловно. И, если вы правы, то когда до этих дворцовых крыс дойдет что к чему, мы уже будем на полпути к столице!
   - Я рад, что ты понял это... А что касается моей "стратегии"... Те, кто бежал от нас на юг, не станут защищать перевал, уж, поверь, - такова человеческая природа. Более того, лишние рты только ослабят наших врагов.
   -И все же я не понимаю, повелитель, зачем? Зачем было их отпускать - мы могли действовать незаметнее, могли убить больше, еще больше! Разве не для этого мы понадобились тебе!
   -Эх... - в голосе мага послышались разочарование и усталость... - а как бы ты и твои воины, Виттор, искали выживших по лесам и холмам? Как бы ты отыскал каждую занюханную деревеньку в нашей бескрайней пуще! Не знаешь? Зато страх нашел их всех! И все они, как крысы с корабля бросились на юг - вступить в ополчение или спасти свою шкуру, уже неважно! И точно, также по мере того, как мы будем занимать Серединные земли они будут в страхе сбиваться к столице, надеясь на мощь королевских войск... И тогда, тогда...
   - Мы убьем их всех! - если бы названный Виттор был живым человеком, его голос можно было бы назвать счастливым.
   - Именно! Не почти всех, а всех до последнего. И только, когда человеческий род перестанет существовать - я смогу успокоиться. Око за око, народ за народ - такова моя цена крови. А теперь за дело, Виттор, здесь лежат пятнадцать тысяч, а ты отобрал пока лишь четырех тысячников - давай, ищи, мне нужны толковые командиры...
  
   Сегодня шел первый снег... Это вообще, забавно, подниматься весной в горы - время словно движется вспять: внизу уже распустились цветы, деревья все в почках, чуть выше еще бегут ручьи, снег только-только тает, а на самом верху, он еще лежит нетронутый в своей первозданной чистоте... Да, это забавно и весело... особенно, если идешь в горы не с целью вырезать, все что передвигается на двух ногах... Впрочем, в этот раз меня это уже не так заботит, тем более наша Жент снег, похоже, обожает - а то, что радует ее, радует и нас... Подумать только, прошло всего две недели. А, кажется будто уже несколько месяцев... За спинами остались три города, считая и тот, где мы ее подобрали, первая стычка с гвардейцами... ладно, гвардейцем, и бессчетные километры дорог. А, впереди... впереди снега и горы - знаменитый большой перевал, а за ним, страшно даже подумать... дом, родные Серединные земли... ну, и, конечно очередное море крови, которое нам предстоит пролить - в общем все как всегда. Впрочем, пока живых на горизонте не видно и мы находимся в состояние близком к идиллии, насколько это понятие вообще применимо к немертвым: Жент спит, закутанная нашими стараниями в три слоя теплой одежды, а мы молчим, погруженные в собственные раздумья. Стоит ли говорить, что враги ждали для удара именно такого момента...
   И удар надо сказать оказался серьезный. Я ведь уже говорил, что армию немертвых остановить не менее сложно, чем текущую реку, не так ли? Ну, вот, как обычно, обнаружилось одно "но": реку в отличии от нас обстрел из катапульты абсолютно не беспокоит... Вот, правда, не знаю, каким надо быть идиотом, чтобы затащить катапульту на почти отвесную скалу... а еще не знаю как нам ее там достать?! И командиры наши, видно тоже не знают... А пока они думают, армия стоит, как вкопанная, а на нее сверху сыплются тяжеленные валуны. И мы стоим - во-первых приказ, во-вторых чтобы протиснуться через ущелье, пришлось сжать строй и теперь нам просто не где развернуться. Впрочем, всего через каких-то двадцать секунд и два камня - видать, катапульт все-таки больше, чем одна, кто-то из тысячников догадался протрубить нужные сигналы, и войско, наконец, пришло в движение: левые ряды прижимаются к скале, а остальные постепенно вытягиваются в колонну, также стремясь оказаться как можно левее, выходя из зоны обстрела. Хорошо еще, если верить, словам Жент, за перевалом круглогодично следят, летом устраняя все, что может привести к обвалу, а зимой счищая лишний снег, дабы не было угрозы лавин - впрочем, надо ли говорить, что сбор пошлины за проезд покрывает все эти расходы многократно. Теперь же такая предусмотрительность сыграла против людей: ни камень на нас скинуть, ни лавину спустить. Правда и катапульт хватило - мы потеряли за эти пять-семь минут больше, чем за прошлый двухчасовой штурм! Хорошо хоть нашу десятку пронес... Мысль мою весьма бестактно обрывает прилетевший с неба валун...
   ... Нам не бывает больно - и это хорошо - ибо я даже не хочу знать как может болеть, раздробленная на мелкие осколки нога... Впрочем, гораздо обиднее мне за сапог - в горах взять новый неоткуда. Вопрос один: где Жент? Где мои бойцы? Вокруг толкутся скелеты, кого-то куда тащат, что-то трубят рога - кажется будет смотр...
   - Вот вы где, десятник!
   Валешка... Как я рад ее слышать - впрочем, сейчас гораздо важнее...
   - С Жент, все в порядке, десятник, она не пострадала, не считая пары ушибов. Я оставила ее с Фалком, и пошла искать вас. Десятка построена вдоль скалы и вне опасности. И еще десятник... Лучше в следующий раз идите первым - забота о содатах это хорошо, но еще чуть-чуть и вас бы накрыло так, что... Ну, в общем, восстановлению не подлежите, причем не только вы, но и наша маленькая... Вам и так повезло, что погибли многие, и господин разрешил использовать останки для замены поврежденных частей - чтобы не терять времени на восстановление. Так что подождите немного - сейчас принесут подходящую ногу.
   - А обстрел...
   - Прекратился пару минут назад - вы, кстати, заметили, что несколько сотен покинули строй, когда мы перестраивались перед входом в ущелье?
   - Ну... да, я думал их послали вперед, как авангард.
   - Может быть. Но полководец - великий военачальник, и я уверена, что часть из отсутствующих сотен, он выставил в качестве внешнего охранения - так что мы тоже преподнесли этим живым небольшой сюрприз...
   Как раз в этот момент, словно он только и дожидался этих слов, ветер принес откуда-то сверху протяжное завывание сигнального рога... И я, и Валешка, и вообще все, кто только прижимался к скалам, теперь пятились на середину ущелья, задрав голову к верху и разглядывая край нависшей над нами скалы... А там, в десяти человеческих ростах от земли в лучах заходящего солнце взвилось черное знамя... Знамя, с символом Черепа... Я бы поклялся, что это наше знамя, если бы... если бы у нас вообще было знамя...
   - Десятник, может мне изменяет зрение, но... вам не кажется знакомым этот знаменосец...
   - Подожди - значок на его плече... Он не из нашей сотни случайно - по-моему третий десяток, ведь так?
   - Я скажу больше... Я уверена, что это тот солдат, что марширует в строю прямо перед вами, десятник - практически не дальше от вас, чем я или Фалк...
   И пока она смотрела на меня, мой собственный взгляд был прикован к кожаному мешочку у меня на поясе...
  

Глава 4.

  
   Картина была безрадостной... Серая земля, серое небо... Даже стены возвышающейся на севере твердыни, обычно ослепительно белые, сегодня казались пепельно-серыми. От всего этого на душе становилось настолько тоскливо, что двоих солдат, поочередно бросающих на сухую землю меченные кубики костей, легко можно было понять - все лучше, чем тупо пялиться перед собой, борясь с переходящей в сонливость апатией... Впрочем, не все оказывались столь понятливы...
   Коснувшись плеча одного из игроков левой рукой, худощавый воин в местами грубо залатанной кольчуге, тут же продолжил мощным ударом правой. А затем пинком, бросил на землю и второго солдата, так и не успевшего схватиться за лежащий рядом меч. И лишь затем соизволил заговорить:
   - Если бы на моем месте был враг - вас бы уже убили, мерзавцы! А сколько бы погибло потом из-за вашей безалаберности даже сложно представить! Если об этом узнает сотник, вас повесят на первом же дереве, идиоты!
   Только что готовые драться до смерти, солдаты с каждым новым словом опускали головы все ниже, а краской покрывались все больше... Наконец один из них выдавил...
   - Ну, Кер, чтоб тебе пусто было - не говори сотнику, он нас и правда повесит! Это вам артиллеристам хорошо - сидишь себе на холмике и в ус не дуешь! А нам... Один разок сели поиграть и тут на тебя нарвались...
   Второй тут же закивал добавляя:
   - Ну, что тебе стоит, десятник - в одной сотне ходим, не выдавай, а!
   Десятник лишь усмехнулся, поглаживая рукоять короткого клинка:
   - Чтобы вы без нас делали, пехтура - как в атаку так мы вас прикрываем, как развлекаться, так опять мы вас прикрываем - это уже привычка, честно слово! Ну, ладно...
   Тут взгляд Кера неожиданно зацепился за кувшин, стоявший рядом с игроками - сам по себе кувшин, как кувшин, ничего необычного - такой положен каждому дозору, во избежание ситуаций, когда кто-то решит отлучиться за глотком воды, а второму тем временем свернут шею. Сейчас этот кувшин лежал на боку, опрокинутый одним из солдат, но вот только вытекшая из него жидкость цветом никак не походила на воду...
   - Ах, вы...
   Лезвие клинка на ладонь вышло из ножен - в глазах десятника появился ледок, не предвещавший солдатам ничего хорошего - в том числе и быстрой и легкой смерти...
   - Подожди, десятник! Это не мы...
   Солдаты уже сами схватились за оружие, не решаясь впрочем, обнажить его против вышестоящего командира.
   - Это, правда не мы, поверь! Это приказ главнокомандующего: по случаю переговоров всем выдали вместо воды вино! Мы бы и играть не сели, если б не это: но раз уж разрешено - так разрешено! Ну, правда, поверь - если что ты о нас всегда доложить сможешь!
   Десятник медленно выдохнул, убирая меч обратно в ножны. Затем еще раз брезгливо оглядев солдат коротко бросил:
   - Если солгали - передам в руки Братьев Света. Как предателей. А что касается вина...
   Одного пинка оказалось достаточно, чтобы кувшин с нарастающей скоростью отправился вниз по склону холму. И пока солдаты разочарованно следили за его полетом, десятник уверенно зашагал дальше вдоль гребня - к расположению своей баллисты.
  
   - А я говорю, что мы итак по колено в крови, священник! Хватит, навоевались. Худой мир лучше хорошей войны, а у нас и хорошей-то не было!
   Солдат в легком кожаном шлеме аж покраснел от злости, размахивая руками так, будто пытался взлететь. Впрочем, на его собеседника, невысокого тощего человека, с накинутым поверх брони грязно-серым плащом, ни его вид, ни его слова, не произвели ни малейшего впечатления:
   - Ты, говоришь, как предатель, Грантак. Дело Света не знает компромиссов. Гнездо Тьмы должно быть выжжено, и мне прискорбно слышать, будто наш маршал снизошел до переговоров с этим мерзким чернокнижником, этим чудовищем в обличье человека... с этим самозванцем называющим себя повелителем севера!
   Голос обладателя серого плаща чуть не сорвался на визг, пока он произносил слова, впрочем, понадобилось лишь мгновение, чтобы блеснувший в глазах огонь фанатизма угас и интонации вновь стали напоминать мед:
   Хотя я не буду упрекать тебя, миролюбивый ты мой - мне и самому неприятно, что столько жизней принесено в жертву войне, жизней людей, единственная вина которых - в их невежестве! Вспомни, разве я хоть раз призывал вас к войне с народом севера - разве не говорил я, что все люди братья в Свете!
   - Ну, говорил, говорил...
   Лицо солдата сохраняло выражение мрачного упрямства - видно было что разговор этот идет уже далеко не в первый раз...
   - Но одно дело мирные крестьяне, жертвы обмана и другое, совсем другое - добровольные пособники Тьмы! Чернокнижники и прочие злодеи свившие гнездо здесь - в этой цитадели! И я спрашиваю тебя, невежественный ты наш, почему же мы останавливаемся теперь?! Теперь, когда мы находимся у самых стен этой твердыни Тьмы, этой Черной крепости!!
   - Черной-то, черной - только вот стены у нее белые - сквозь зубы процедил солдат, по-видимому, уже и сам жалевший о том, что он ввязался этот спор. Впрочем, спасение подкралось незаметно.
   - А, на-ка доложить по всей форме!
   Голос рявкнул над ухом священника так неожиданно, что тот кубарем покатился с валуна, на котором сидел. Впрочем, надо признать - через секунду он уже стоял на ногах, сжимая в руках булаву. А еще через мгновение на смену на его лице проступила гримаса уныния... Солдат же напротив, в первую секунды вытянувшись по струнке, расслабился и даже попытался улыбнуться:
   - Вы вовремя, десятник, а то вон: Фалк опять воду мутит! Уже достал...
   -Так, так, так... - Кэр забарабанил пальцами по камню - я же тебя предупредил священник - чтоб ты мне людей не трогал! Можешь делать, что хочешь, но философию свою оставь при себе - у бойца должны быть только два бога: стальной меч и мудрый командир!
   От этих слов, названный Фалком аж побелел от злости и уже собирался выплеснуться гневной тирадой, когда десятник грубо перебил его новым вопросом:
   - Кстати, светлый брат, ты случайно не знаешь, что это за приказ такой - о вине для дозорных, а?
   Губы священника сжались в тонкую полоску:
   - Это... это... Это воистину глупое решение, десятник! Я не знаю, чем руководствовался наш обычно столь мудрый маршал, но это... я осуждаю подобное и как солдат, и как слуга Света! Ибо сказано: вино убивает мудрость! И еще: для истинно верующего мысли о Свете - вот единственное вино!
   - Ага, видно много ты о размышляешь о Свете, Фалк - то-то у тебя нос уже не красный, а пунцовый!
   И, если сам Грантак, произнося это, позволил себе лишь легкую усмешку, то прочие бойцы поддержали его громким хохотом! Священник, на самом деле отличавшийся пунцовым носом, который, впрочем говорил лишь о многомесячном насморке, раздулся от ярости и начал уже багроветь весь - от макушки до пяток.
   -Перестать!
   Окрик десятника щелкнул, как хлыст, сорвав улыбки с лиц бойцов.
   - Пускай Фалк не тот человек, которого я хотел бы иметь в друзьях, но он один из нас, солдаты! И вы обязаны принимать его, как любого из нас. От этого, Тьма возьми, зависят наши грошовые жизни, да что там - наша победа! Он уже три месяца с нами - и разве он хоть раз подвел десятку?! Так что зарубите себе на носу, пока это не сделал мой меч: я не позволю смеяться ни над ним, ни тем более над верой в Свет! Хотя, если кто-то слишком замерз и хочет погреться на очищающем огне - милости прошу. Понятно!?
   - Так точно, десятник,.
   Солдаты вытянулись по стойке смирно, избегая, впрочем, встречаться с десятником взглядом. Стыден был даже не выговор - а то что все это уже было и не раз: на несколько недель бойцы успокаивались, а затем помогающие бороться со скукой безобидные подколки вновь потихоньку перерастали в ядовитые насмешки. Впрочем, Фалк своим поведением сам вносил в этот процесс немалую лепту.
   Видя понурые лица солдат, десятник примирительно вскинул руки:
   - Ладно...
   Договорить ему не дали - где-то чуть западнее протяжно взвыли рога...
   - ...О, Свет! Грантак - за баллисту! Заряжай! Кажется начинается... Цельтесь в ворота, но в верхнюю часть - чтобы, не дай Свет, чего-нибудь не подумали... Грантак, учти - сдадут нервы и я сам отрублю тебе башку, понял!
   Кер подбежал к краю площадки, туда где проходила невысокая, по пояс, земляная насыпь, над которой торчало тупое рыло тяжелой стационарной баллисты. Отсюда открывался отличный вид на происходящее - а посмотреть уж было на что. Огромные в семь человеческих ростов ворота города-крепости почти полностью распахнулись, выпустив из себя кавалькаду всадников в черно-серебристых одеждах. А навстречу ей из лагеря осаждающих уже двигалась точно такая же процессия - правда, в красно-золотых цветах.
   - Десятник, а кто из них Повелитель Севера - вон тот что ли?
   Солдат ткнул пальцем в едущего во главе колонны рослого всадника, сжимавшего в руке толи копье, толи посох... Кэр вгляделся пристальнее и уже собрался кивнуть, как вдруг его внимание привлек какой-то блеск чуть правее, в ложбине между соседними холмами...
   Вскрик так и не докатился до горла... Вот металлический наконечник стрелы блеснул еще раз, а затем... затем стрела уже торчит из груди переднего всадника, а сам он медленно сползает с коня, так и не выпустив из рук уже бесполезный посох...
  
   - Вот так все и было, Жент, вот так...
   Придерживая ее левой рукой, свободной правой я стряхнул припорошивший кудри девочки снег.
   - А дальше... - на лице девочки было слегка разочарованное выражение, словно я оборвал на середине занимательную сказку....
   - А дальше было больно. - голос Фалка прозвучал неожиданно безжизненным, таким не похожим не голос его живого... А он продолжал:
   - Дальше, большая ты наша, была битва. Сколько раз мы выстрелили десятник - два, три? Я помню смутно - зато очень хорошо запомнил прилетевший к нам огненный шар. Уж поверь старому мертвецу, девочка - сгореть заживо это очень, очень больно, больнее только, веруя в Свет, быть рабом Тьмы!
   - Хватит, Фалк! - Валешка сочла нужным вмешаться - Не такие уж мы и рабы. Тем более, я тоже была там и тоже помню эти события! И первый выстрел сделали не они...
   - Кэр, скажи - взгляд Жент только что рассеяно-мечтательный резко сосредоточился на мне - А ведь битва началась из-за той стрелы, так? То есть вас, вообще вас всех немертвых, убили из-за одного стрелка?! Из-за того, что он нарушил перемирие?!
   Вот тебе и ребенок - об этом я и сам-то не задумывался:
   - Ну... В общем да.
   Жент улыбнулась. Будь я живым человеком, да что там, будь я живым драконом, я и то бы предпочел держаться от обладательницы такой улыбки как можно дальше:
   - Кэр... Валешка... Фалк. Я обещаю - я найду этого гада и вырежу ему глаза, вырву печенку и скормлю ее дворовым псам!
   - Хм... Жент, во-первых он уже триста лет, как мертв...
   - Тогда я найду его потомков. Или родичей. Или друзей. Или потомков друзей. Вы меня спасли, и я за вас отмщу. Так во всех легендах делают.
   -Э... А ты не слишком мала для мести? - Валешку, кажется, тоже смутило решение этой "маленькой" девочки.
   - Сиган из соседнего двора, тоже говорил, что я еще маленькая... А я ему ухо откусила. - улыбка Жент становится еще шире, обнажая белые, и навреное очень острые зубы. Мы молча переглядываемся - кажется в этот момент мысли у нас всех одинаковые: какое счастье все-таки, что у скелетов нет ушей!
   - Ладно Жент, расслабься. Сейчас для нас главное перейти перевал - хотя помнится мне, в прошлый раз это было не сложно...
   - Таэр-Тарроссе... - шепот Жент почему-то будит во мне нехорошие предчувствия. И не только во мне.
   - Таэр-Тарросе... Что это Жент? - не знаю, как у Вадешки это получается, но по сравнению с нами ее голос кажется почти живым, в нем даже слышится волнение.
   - Когда вы шли здесь триста лет назад здесь не было Таэр-Тарросе. Ее построили после войны, так мне отец говорил. Это крепость. Я была там давно, год назад, когда отец ездил с караваном, а меня взял с собой. И вам не взять эту крепость, Кер, не взять - она больше, чем город, где я жила, а стены лишь чуть ниже этих скал...
   - Да...Ну, теперь хотя бы ясно откуда взялись катапульты... - правда, боюсь это единственная хорошая новость, которая у нас есть.
   Мы молчим - каждый обдумывает услышанное. Впрочем... Жент не знает какие мы брали крепости. Таэр-Тарросе, так Таэр-Тарросе...Меня же самого, например, гораздо больше интересует другое - вот какого мы не лежим в могильниках, как приличные мертвецы, а тащимся непонятно куда, непонятно зачем. Жаль только это мы точно уже никогда не узнаем.
  
   - Киромир, чтоб тебя, ты где шлялся!
   - Ну, не злись, Даровит, ну опоздал всего на две минуты!
   Двое, одинаково одетых парней в кожаных фартуках, с собранными за спиной волосами: у одного светлыми, у другого ярко рыжими, сидели в углу обширной и весьма неуютной залы, заставленной столами с весьма... специфическим оборудованием...
   - Ага, в следующий раз я быстрее этих гадов из-под стен дождусь, чем тебя! Полчаса осталось - до начала переговоров, а амулет еще не заряжен - давай работай.
   - А учитель сам что не...
   Светловолосый помрачнел еще бдольше и непроизвольно сжал в кулаке увесистые щипцы:
   - Учитель сказал, что это подло иметь такой амулет, пока у других его нет... Но я придумал - я его ему тайком подсуну или Венку попрошу, если она подарит он не сможет отказаться, наденет - а маскировку я уже сделал, он не заметит.
   - А может обойдется...
   - Дурак, ты Киромир, хоть и маг, но дурак - зачем они прямо перед воротами баллист натыкали, да и холмы рядом удобные, как раз для засады - пристрелят как гуся и все тут. Ну, ничего - с амулетом не пропадет, пускай хоть из катапульты бьют...
   - Ладно, ладно, Даровит - хотя, конечно, за спиной у учителя - это не очень, но ты, пожалуй, прав. Значит заряжаю словом Кеннирэмено и несу Венке, так?
   - Ну, да и несешь Венке... Только, чтоб тебя, Киромир! Кто из нас маг, какой Кеннирэмено! Кенниранненто - конечно же!
   - Так там сила и тут сила - в чем разница-то?!
   - Пустая твоя башка - вот сразу видно: целитель, да создатель, ничего в прикладной магии не смыслишь... Эх, жаль Ведовор на стенах все время - он бы лучше сделал, ну, ладно, впрочем - учись, пока я жив: Кенниранненто - это сила единовременно - тем больше энергии вложишь, тем сильнее амулет заработает: если на-полную выложишься, то пусть они хоть всем войском Запрещающий ритуал читают, наша магия все равно сильнее будет. А твое Кеннирэмено - это сила в приложении ко времени - больше вложишь дольше работать будет. Уяснил? Ладно, действуй... А я пошел, а то учитель еще что подумает - отвлеку его пока. Как сделаешь сразу к Венке, понял! Ну, давай.
   И светловолосый быстрым шагом пошел к выходу... Еще несколько секунд по губам Киромира бродила мечтательная улыбка - как же, появится шанс хотя бы парой слов перемолвиться с Венкой, такой красивой и такой же холодной... Впрочем, он быстро отбросил лишни мысли и принялся за работу:
   - Как там говорил Дарорвит: Кенниранненто - для времени, Кеннирэмено - для силы - главное не перепутать.
   И взяв амулет в руки парень принялся творить волшебство...
   Откуда ему знать, что все случится, как они и представляли: что учитель будет убит стрелой, подавляющей магию и что амулет, не получивший достаточно силы, не сможет передавить силу этой стрелы... Что будет битва, где не останется победителей, а трупы похоронят не разбирая, кто, а кто чужой... И что через триста лет, когда, наконец сгниет укрепленная магией плоть, наконечник давно истлевшей стрелы выкатится прочь... А амулет, дождавшись своего часа выполнит свою задачу, вернув хозяина к жизни...
  

 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com В.Бец "Забирая жизни"(Постапокалипсис) Д.Сугралинов "Дисгардиум 3. Чумной мор"(ЛитРПГ) К.Федоров "Имперское наследство. Вольный стрелок"(Боевая фантастика) Т.Мух "Падальщик 2. Сотрясая Основы"(Боевая фантастика) Н.Пятая "Безмятежный лотос 3"(Уся (Wuxia)) М.Атаманов "Искажающие Реальность-7"(ЛитРПГ) Д.Сугралинов "Дисгардиум 4. Призыв Нергала"(ЛитРПГ) Т.Ильясов "Знамение. Час Икс"(Постапокалипсис) Г.Елена "Душа в подарок"(Любовное фэнтези) В.Свободина "Эра андроидов"(Научная фантастика)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Колечко для наследницы", Т.Пикулина, С.Пикулина "Семь миров.Импульс", С.Лысак "Наследник Барбароссы"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"