Кузьминов Евгений Владимирович: другие произведения.

Балясова Горка

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    80-е. В поселок, где живет Алексей, приезжает киносъемочная группа, на работу в которой, он устраивается.

   БАЛЯСОВА ГОРКА
  
  1. Как убить вечер
  
  
  
   - Куда пойдем?- спросил Алексей, выходя из магазина с бутылкой "Столичной" в руке.
   - Да не знаю, - ответил Владимир, щурясь на немилосердно палящее солнце - может быть, пойдем в парк, там не так жарко.
  На улице стоял июль, верхушка лета, ртутный столбик на термометре уверенно зашкаливал за тридцать градусов в тени, но, несмотря на это друзья после рабочего дня решили немного расслабиться в русском стиле, как говорится. Они пошли в парк, расположенный неподалеку от магазина, присели на скамейку и Владимир, запустив руку куда-то внутрь скамьи, в пыльную траву, достал оттуда граненный, не очень чистый стакан. Алексей, ловким движением руки, вполне профессионально, сорвал с бутылки "бескозырку" и на треть наполнил протянутый Володей стакан. После того как "тара" освободилась, он налил себе и не спеша, с видимым отвращением, выпил тепловатое содержимое стакана и, задохнувшись от захлестнувших его чувств, занюхал это содержимое услужливо подставленной собутыльником долькой чеснока. Повторили. Затем, не торопясь, закурив, и с частичным удовлетворением прислушиваясь к процессам, происходящим внутри, друзья, наконец, получили возможность оглядеться вокруг.
  А глядеть, надо признаться было на что. Парк, в котором приятели отдыхали, был некогда частью большого барского имения князей Лазаревых и, несмотря на шестьдесят лет прошедших с тех далеких пор, представлял собой еще довольно впечатляющее зрелище: парк был разбит в модном некогда многоуровневом английском стиле. Трехсотлетние тополя все еще стояли вдоль аллей, вымощенных когда-то красным кирпичом, центральная аллея, начинаясь наверху от барской усадьбы и, отлого спускаясь, уходила вниз к берегу большого, живописного пруда. Ее перпендикулярно пересекала вторая аллея и обе они были заключены в окружность третьей аллеи, из чего можно было заключить, что наши предки, несмотря на всю их косность, заблуждения и предрассудки имели какие-то, пусть и минимальные, представления о красоте и гармонии. Вдоль аллей, на невысоких постаментах стояли гипсовые фигуры спортсменок с ракетками и работниц с веретенами, сменивших стоявших ранее на тех же постаментах Амуров, Афродит и Наяд.
  - Куда, ну скажи мне, куда катится эта страна? - неожиданно и не к кому конкретно не обращаясь, глядя куда-то на верхушки тополей, тихо, и с какой-то неизбывной тоской в голосе, спросил Владимир.
  - Чего? - не понял Алексей и, следуя взгляду товарища, посмотрел вверх, но ничего там не увидел, кроме редких стрижей, в душном мареве порхающих между крон деревьев, в ожидании вечерней прохлады.
  - Чего- чего, - передразнил Алексея Владимир, - вчера еще брали водку по четыре двенадцать, а сегодня она уже по четыре сорок две. С ума можно сойти.
  - А-а,- наконец-то сообразил Алексей,- точно, она мне говорит, давай еще, а я никак и не пойму, чего ей еще надо.
  - Кому?- в свою очередь не понял Владимир.
  - Да продавщице, - ответил Алексей.
  
  
  
   - А-а.
  - Да и портвейн после водки вчера не надо нам было пить.
  - Это точно,- согласился Володя вздохнув.
  Друзья еще помолчали, осматриваясь вокруг, и тут их внимание привлекла
  небольшая толпа из местных ребятишек, стоящих немного поодаль и с интересом разглядывающих группу людей, одетых в какие-то старинные чуднЫе наряды.
  - Извините, пожалуйста, - обратился вдруг к друзьям неожиданно откуда-то возникший полноватый, лысоватый, одетый в какую-то легкомысленную пеструю футболку и спортивные штаны, мужчина в очках, ниже среднего роста с мегафоном в руке, - вы нам весь задний план портите. Пересядьте, пожалуйста, на другое место.
  - Чего мы портим? - не понял Алексей.
  - Какой еще задний план? - поддержал друга Владимир, - ты кто такой?
  - Я помощник режиссера, - терпеливо улыбаясь, похоже, уже не в первый раз объяснил мужчина с мегафоном, - мы, видите ли, здесь фильм снимаем, и вы нам немного натуру загораживаете.
  - Какой еще там фильм? - не унимался подозрительный Владимир.
  - Отцы и дети.
  - Это по Гоголю что ли? - проявил свою осведомленность Алексей.
  - Совершенно верно, по Достоевскому, - ответил мужчина, нетерпеливо оглядываясь куда-то вверх аллеи, - быстрее, пожалуйста, солнце уходит.
  - Ну что же, искусству надо помогать, - немного поразмыслив, глубокомысленно изрек Владимир, - пересядем.
  - Пеньковский, сколько можно, в конце концов, мы уже будем что-нибудь снимать или нет? - раздался усиленный мегафоном голос откуда-то сверху от барской усадьбы.
  - Все, Семен Яковлевич, все готово, можно снимать, - ответил в мегафон помощник режиссера, энергично показывая друзьям на скамейку, стоящую на перпендикулярной аллее.
  Друзья пересели на другую скамью, не забыв прихватить с собой свои нехитрые припасы.
  - Фу, кажется, полегчало, - после некоторого перерыва сказал Алексей, утирая со лба пот.
  - Что? - с ехидной улыбкой покосился на приятеля Владимир, - "отходняк " пошел?
  - Ага.
  - Ну, вот и славно.
  Володя хотел еще что-то сказать, но в это время сверху раздался голос: "Света, пошла!" и откуда-то из-за деревьев, приподымая руками, подол длинного старомодного платья, выбежала девушка и поспешила вверх по аллее, туда, откуда был слышен какой-то стрекот. Лицо девушки показалось Алексею знакомым.
  - Слышь, Вова, - задумчиво сказал Алексей.
  - Ну, - как-то вяло и без интереса отозвался тот.
  - А ведь я ее где-то видел.
  - Кого? - все так же вяло спросил Владимир.
  - Да артистку эту, - Алексей показал пальцем в спину спешащей вверх по аллее девушке.
  - Во сне, - все так же незаинтересованною отвечал друг даже не взглянувший в указанном направлении. По лицу его было видно, что он думает сейчас о чем-то совершенно другом.
  
  
   - Да нет, - досадливо поморщился Алексей, - я ее в каком-то кино видел. А вот в каком?
   -В кино...- передразнил приятеля Владимир и вздохнул, - мне бы твои заботы. Мне вот вчера моя мегера кино устроила, вот это кино...- Вова еще раз вздохнул и замолчал с досадой оглядываясь по сторонам.
  Леша покосился на собеседника. Он знал, что супружеская жизнь приятеля трещит по всем швам, но, будучи еще холостым и не имеющим опыта семейной жизни он не знал, что лучше посоветовать другу.
  - Опять? - спросил он.
  - Не опять, а снова, - с чувством ответил Владимир.
  - Ну и чего ей надо? - спросил Алексей, но не, потому что хотел спросить, он просто знал, что Володе надо выговориться и что он только и ждал этого вопроса.
  - Чего-чего! - с досадой передразнил товарища Вова, - как будто не знаешь чего этим бабам надо! Денег, г-рит, мало приношу, девчонку к школе нужно одевать-обувать, а не на что! Пью, г-рит, много, лечиться, г-рит, мне надо. Я, г-рит, тебя в ЛТП отправлю!
  - Вот стерва! - искренне посочувствовал другу Алексей, в душе радуясь, что не успел себя связать узами Гименея.
  - Вот говорила ведь мне мать, говорила, зачем, дурак, опять женишься?
  Живи г-рит так, как другие, не расписываясь, ты же еще алименты первой жене еще не выплатил! А я-то, я! Ну, как последний осел! Мама, г-рю, я ее люблю! Ну и люби себе, г-рит, на здоровье, а расписываться-то зачем, дурак!
  Леша уже не в первый раз слышал эту захватывающую историю, но, тем не менее, терпеливо молчал и курил, давая приятелю возможность высказаться.
  - Как думаешь, может она меня в ЛТП отправить?
  - Вряд ли,- неуверенно сказал Алексей.
  - А я думаю, может.
  Алексей хотел еще что-то сказать, но в это время от усадьбы раздалось: "На сегодня съемка закончена. Всем спасибо!"
  - Мне, пожалуй, тоже пора, а то моя, небось, уже и сковородку начистила, - сказал Владимир.
  Приятели молча допили водку и хотели уже подниматься со скамьи, как их внимание привлек разговор двух мужчин, проходящих мимо скамьи и ведущих диалог на довольно повышенных тонах. Вернее, говорил в основном один из них, худой, высокий очкарик, с желчным, усталым лицом, одетый в светлые брюки и светлую же рубашку с коротким рукавом. Второй, уже известный нашим друзьям помощник режиссера, только вяло оправдывался, разводя руками.
  - Знать ничего не хочу, Пеньковский, по сценарному плану у нас завтра съемки сцены у реки, - раздраженно говорил высокий, - а купальня, видите ли, еще не готова. А почему, я вас спрашиваю?
  - Э-э, рабочие заболели, Семен Яковлевич, - Пеньковский виновато смотрел в сторону, стараясь не встречаться взглядом с грозным режиссером.
  - У вас одна болезнь, Пеньковский, сами знаете, какая, - интонация высокого стала ироничной, - вообщем так, даю вам еще один день и чтобы послезавтра все было готово к съемкам. Хоть сами стройте эту купальню, черт бы меня побрал! Все, свободны!
  Помощник режиссера открыл, было, рот чтобы что-то ответить, но режиссер уже шел к усадьбе, что-то, на ходу бормоча себе под нос и размахивая руками.
  
  
  
  
  
  Алексей толкнул приятеля локтем в бок: - Давай, чего сидишь, у тебя же отец плотник! Но, видя, что Вова не понимает чего от него хочет приятель, Алексей сам вскочил с лавочки и обратился к все еще стоящему невдалеке в раздумьях помощнику режиссера.
  - - Товарищ! Да-да, вы. Можно вас на минуточку?
  Алексей решительно направился к Пеньковскому, таща за руку, вяло сопротивляющегося друга.
  - В чем дело товарищи? - спросил помощник режиссера, в недоумении
  рассматривая приятелей поверх очков, - вы, что не видите что я занят?
  - Да мы буквально на два слова. Мы тут услышали, совершенно случайно, что вам нужны рабочие. Правильно? - Алексей в ожидании ответа терпеливо смотрел на помощника, стараясь не дышать перегаром в его сторону.
  - Ну да. Нужны, - помолчав некоторое время и с сомнением оглядывая друзей, ответил Пеньковский. По всему было видно, что в душе у него чувство сомнения боролось с надеждой.
  - Ну, так вот я и говорю, - с ходу перешел к делу Алексей, не давая режиссеру опомниться,- мы, вот я и он, - Леша кивнул на собутыльника, - плотники, очень опытные.
  - М-да...- помощник режиссера явно не знал, как ему поступить, с одной стороны эта нетрезвая парочка ему явно не внушала доверия, а с другой стороны положение было безвыходное.
  - Ну ладно, - сказал он, - приходите завтра к семи. Утра, - на всякий случай добавил он, - с паспортами, ясно?
  - Само собой, - поспешил заверить собеседника Алексей, для убедительности кивая головой, - завтра в семь. Утра.
  Пеньковский хотел еще что-то сказать, но, подумав, махнул рукой и, повернувшись, пошел вверх к усадьбе.
  - Ты чего, Леха, обалдел? - спросил Володя друга, когда они остались одни, - какие мы с тобой на фиг плотники?
  - Вот чудак! Тебе что деньги не нужны? Сам же только что говорил, что твоя кобра тебя пилит из-за денег. Слепим по-быстрому эту несчастную купальню, получим расчет и привет!
  Владимир на секунду задумался. Слова приятеля показались ему в целом убедительными. Действительно, почему бы и не попробовать?
  - А ты умеешь строить купальни? - спросил Володя.
  - Я - нет. А ты? - в свою очередь задал вопрос Алексей.
  - Ну вот. Приехали. Здра-а-вствуйте, девочки... - протянул разочарованно Вова, - вечно с тобой в историю попадешь.
  - Да ладно, - сказал неунывающий Алексей, - не дрейфь, что-нибудь придумаем, утро вечера мудреней.
  
  
  
  
  
  
   2.
   Балясова горка
  - Елизавета Федоровна, пора вставать, обед уже скоро,- горничная Дуняша терпеливо ждала, когда молодая барыня проснется, - Федор Нилыч, ужас как сердятся.
  - Ах, Дуняша, какой я сон сегодня видела, - сладко потягиваясь в мягкой постели, прощебетала Лиза.
  - Какой же, барыня? - спросила Дуня.
  - Интересно?
  - Очень, - прикрыв рот ладошкой, зевнула Дуня.
  - Ну, так вот, - Лиза перевернулась на живот, положила подбородок на ладони и мечтательно подняла вверх глаза, - снится мне, как будто иду я по цветущему полю и цветы собираю. А на встречу мне всадник на белом коне скачет. Остановился подле меня, соскочил с коня, протянул мне руку и говорит: " Позвольте, барышня вас прокатить". А я стою и смотрю на него, а потом говорю: " Сударь, а как вас зовут?" А он засмеялся и говорит: "Меня зовут..."
  - Николай...- не выдержала Дуня и прыснула в ладонь.
  - - Ах ты, паршивка, - обиделась Лиза, - над барыней смеяться, вот я тебе сейчас задам. Она вскочила на постели и, путаясь в длинной ночной рубашке, запустила в горничную пуховую подушку. Дуня, смеясь проворно выскочила за дверь, и подушка угодила в вошедшего Федора Нилыча.
  - Лиза, душа моя, ну что это за ребячество? Ты что забыла, сегодня же приезжает тетушка, а ты еще не одета.
  Раскрасневшаяся Лиза, стоявшая на пуховой перине с подушкой в руках и сдувающая со лба растрепанные рыжие кудри, была очень хороша в эту минуту.
  "Как она сейчас похожа на покойную Катерину" - грустно подумал Федор Нилыч.
  - Ах, папенька, как я не хочу видеть тетушки, если бы вы только знали. Она же, я знаю, наверное, не одна приедет, а привезет опять какого-нибудь жениха свататься.
  Федор Нилыч нахмурился. Он и сам недолюбливал свою недалекую и болтливую сестрицу, которая в свое время так и не вышла замуж и теперь, возможно по этой причине, растрачивая свою нереализованную материнскую любовь, старалась устроить счастье своим многочисленным племянницам и племянникам.
  - Ну, полно, Лиза, - сказал Федор Нилыч и в этот момент стал слышен звон бубенцов где-то вдали. Помещик подошел к разрисованному морозными узорами окошку и выглянул на улицу.
  - А вот и сестрица. Пойду встречать. Одевайся же Лизок и выходи к столу.
  Помещик вышел из спальни дочери.
  На обеде у помещика Балясова по случаю воскресенья собралось как обычно много гостей. В гостином зале за большим столом красного дерева сидели: сам помещик Балясов, по правую руку его сестра Глафира Ниловна, рядом находился скромного вида юноша в мундире реального училища, рекомендованный присутствующим как сын одной из подруг Глафиры Ниловны. Далее располагалась гувернантка и учительница французского языка м-ль Карно, рядом соседский помещик Тимофей Крутов, возле него московский врач Генрих Иванович, затем священник Фряновского храма отец Николай, рядом с батюшкой - урядник Петр Буланов, затем земский учитель Семен Рещиков, далее фабрикант Лука Фомич Хромов. И,
  
  наконец, рядом с отцом, по левую руку сидела единственная и потому особенно любимая дочь Елизавета Федоровна.
  Вялая беседа вначале обеда, по мере приближения к десерту, вероятно под
  действием столового вина и настоек, искусно приготовляемых старой нянькой Лизы - бабкой Марфой, начала приобретать весьма оживленный характер.
  От ожидаемых летом цен на зерно и мануфактуру, разговор как обычно перешел на извечные темы местных нравов и политики.
  - Вот вы, Федор Иванович все говорите: народ, народ... Притесненный, дескать, забитый, - горячился раскрасневшийся Лука Фомич, - воли ему, дескать, больше надо дать. А я говорю: вздор, воля для русского народа не только не нужна, но вредна. Да-с. Я знаю что говорю. Вот вам пример: радением Семена Ивановича и его супруги, мною была построена школа для бедных крестьян и работников фабрики. И вот вы спросите Семена Ивановича, - здесь фабрикант, склонив на бок голову, пристально посмотрел на учителя Рещикова, - много ли ребятишек учится в школе?
  Присутствующие посмотрели в сторону Семена Ивановича, но тот ничего не ответил негодующему Хромову, а только ниже склонился над тарелкой. На несколько секунд воцарилось молчание.
  - Ну вот, пожалуйста, - удовлетворенно сказал Хромов, - вот вам и ответ.
  - Я, - здесь Лука Фомич гордо ударил себя в грудь, - единственный промышленник в нашей волости, который платит своим рабочим полтора целковых в месяц, а на них ведь две козы можно купить. И куда же тратят мои работнички эти деньги, думаете, коз себе покупают? Как бы не так, вот спросите Петра Петровича, - Хромов кивнул на нахмурившегося урядника, - пропивают все у моего братца в кабаке, в "Голубом Дунае"! А потом еще говорят что я, дескать, мироед и душегуб, а братец мой Иван Фомич - добрая душа и благодетель! Стало быть, господа, воля для русского мужика это когда можно вдоволь водки напиться, морду разбить друг дружке и потом клясть на всех углах свою горькую судьбину. Вот и вам и вся воля. Да-с.
  - Негоже Лука Фомич, - вступил в разговор до сих пор молчавший священник, - негоже людей хулить, ведь и они, и я, и вы, все мы по божьему образу и подобию Господом нашим созданы, в каждом человеке пресветлый образ есть и душа бессмертная, Господом дарованная. А что грешат, то верно, на то они и люди, и грешат и каются, питейные заведения не избегают, но и в храм дороги не забывают. И не нам, простым смертным, осуждать их за грехи, ибо сам Господь терпит наши грехи и ожидает нашего исправления.
  - Помилуйте, батюшка, - фабрикант протестующе поднял руки, - я разве о душе толкую? Я говорю о том, что не дошел еще русский человек до понимания свободы, вспомните хотя бы Александра Второго, вот уж был истинный либерал! Отменил крепостное право, свободу дал народу, а что получил в награду? Смерть лютую от этого свободного народа!
  - Полно вам господа, - морщась, как от чего-то кислого, сказал Тимофей Васильевич, - хватит разговоров о политике, а то можно договориться до бог знает каких вещей. Пусть лучше, Федор Нилыч, сестрица ваша расскажет, что в Москве новенького, а то в нашем медвежьем углу мы никаких новостей не знаем.
  - Да уж, Тимофей Васильевич, новостей-то много, да вот только хороших-то известей кот наплакал. - Глафира Ниловна весьма оживилась, видно ей давно не терпелось вступить в разговор. - А слух идет, что германцы уже до границы дошли и со дня на день войну нам объявят. А турки только этого, говорят и ждут, чтобы его поддержать. Как жить дальше, уму непостижимо, - Глафира Ниловна истово перекрестилась на иконостас в переднем углу залы.
  
  
  
   - А еще говорят, что иноку из Оптиной пустыни видение было: якобы явилась ему богородица и молвила, что ждут народ русский великие потрясения и великая смута и только через веру во всевышнего мы можем преодолеть лихолетье и вынести испытания.
  - На все воля Божья, - перекрестившись, сказал отец Николай.
   - А что Петр Алексеевич, - обратился Федор Нилыч к уряднику, - мне тут давеча приказчик мой Прохор сказывал, что много арестантов гонят по Владимирскому тракту. Верно ли это?
  - Так точно-с, Федор Нилыч, - кашлянув, ответил Буланов, - есть доподлинные сведения, что в Ивановской и Владимирской волостях имеют место волнения народа, подбиваемые заговорщиками к бунту против законной власти.
  - А что у нас в волости?
  - У нас, слава Богу, пока тихо, - перекрестившись на образа, сказал урядник.
  Обед уже подходил к концу, когда в дверях показалась Дуняша, сделав барыне какой-то знак рукой, понятный вероятно лишь той одной. Лиза заметно побледнела и уронила на пол серебряную вилку с затейливой монограммой в виде буквы "Б" на ручке. Волнение дочери не укрылось от внимания отца.
  - Что с тобой, Лизок? - спросил Федор Нилыч.
  - Что-то голова закружилась, простите, папенька - ответила Лиза, поднимаясь из-за стола, - я пойду.
  - Дуня, - позвал помещик горничную, - проводи барыню к себе.
  - Генрих Иванович, прошу вас осмотреть Лизу, - обратился Балясов к врачу.
  - Да, да. Конечно, - закивал, откладывая салфетку доктор.
  - Не надо прошу вас, Генрих Иванович, - протестующе подняла руку Лиза, - мне уже лучше, не беспокойтесь, прошу вас.
  Доктор остался сидеть за столом, взглянув на промолчавшего помещика, а Лиза вышла из столовой комнаты в сопровождении Дуняши. Лишь только они вышли из комнаты, как Лиза в нетерпении обратилась к Дуняше:
  - Ну, что там у тебя?
  Дуняша, загадочно улыбаясь, вытащила из-под платка бумажный конверт.
  - Посыльный от Николая Ивановича письмо привез.
  - Давай сюда!
  Лиза взяла конверт и быстро направилась в свои покои.
   - Ступай к себе, - сказала он горничной, - я буду писать ответ.
  
  
  
  
   Продолжение следует...
  
  
  
  
  
  
 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Н.Любимка "Долг феникса. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) В.Чернованова "Попала, или Жена для тирана - 2"(Любовное фэнтези) А.Завадская "Рейд на Селену"(Киберпанк) М.Атаманов "Искажающие реальность-2"(ЛитРПГ) И.Головань "Десять тысяч стилей. Книга третья"(Уся (Wuxia)) Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика) В.Кретов "Легенда 5, Война богов"(ЛитРПГ) А.Кутищев "Мультикласс "Турнир""(ЛитРПГ) Т.Май "Светлая для тёмного"(Любовное фэнтези) С.Эл "Телохранитель для убийцы"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Твой последний шазам" С.Лыжина "Последние дни Константинополя.Ромеи и турки" С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"